Мифы, сведенные в стихи

Лис из сказок

Хитрый лис, обманувший смерть,

Обдуривший горесть и печаль,

На плаху и петлю его возводят,

Хоронят, но в гробу...

В гробу лишь пустота

И кто теперь Ренар?

Истинный Лис жив,

Несущий свое лицемерие,

Скрываясь за покровом

Льва, иль медведя.

Он неумолим, а его нрав неостановим.

Таков ведь Лис, такова история его,

Он священник и рыцарь,

Он герой и собственно злодей.

Руки все ему целуют,

А на день, что следом

Возводят на петлю.

Но даже смерть Лису не указ.

Танец Смерти

Смерти боги не нужны,

Самостоятельна она совсем.

Болью озарительна она,

Прекрасна и смешна.

Повсюда та прошла,

Везде свой след та пронесла!

Каждый народ почитает,

Иногда не уважает, но ценит.

Без нее ведь жизнь не была

Столь людям дорога.

Без нее ведь людям страх

Был не ведом.

В идеалогии твоей, в вере ты своей,

А она везде и пугает, и кричит.

Смерть безудержно смеется,

Пока непонимающе ты озаришь ее.

Рай тот было давным давно зарос.

Смерти это пусть и не вина,

Но руку к этому судя по всему приложила она.

Боль смерти не понять тебе, говорила лишь она.

Энкиду и Гильгамеш

Был велик правитель тот

Он был "Неуязвим"!

И в миг же тот,

Прогневанные боги -

Отправили к нему Энкиду.

Энкиду зверочеловек,

Шерстью весь он был забит.

Нашла его краса-девица,

Соблазнив его она,

В город быстро повела!

Там Энкиду и нашел своего врага.

Гильгамеш был принят им,

Как правитель-лучший друг!

Лет те вместе долго провели,

Стрелой был друг убит.

Энкиду своей кровью

Гильгамеша защитил.

Правитель в тот же час,

Отчаянно упав, он исплакал

Изрычал, слезно бога умолял.

Энкиду умер,

Братом Гильгамешу став.

Мефистофель

Лжец искусный словом,

Будто жнец пронзающий врага,

Ярко выражен, да играючи

В людскую душу он глядит.

Желанье твое возвышая,

Дьявол легко хохоча

На слуху благословит тебя.

Идет Мефистофеля слуга,

Свою душу в цепях, лишь волоча.

Он - любимый гость культурного народа!

Все оперы, да пьесы про него,

Фаустом был прозван сей слуга.

Игрив был Мефистофель,

Что даже с богом сделку заключил,

Что ученого он соблазнил и душу его искусил.

Господ спор тот проиграл, Фауста Мефистофелю отдал.

И есть вывод лишь один,

Дьявол вне действий своих

Всегда являет выгоду свою.

Бог, который возносит молитву

Ладони распустив, словно цветы

Ввысь подняв, и лишь слово сказав

Все превратилось в явь.

Он тот - кого называют богом,

Кому же молится он изрядно,

Свои руки с небес спустив

И в неизвестном храме,

Историю свою забыв

В печали он молит о прощении.

Грешником себя называя,

Богом прозван человек,

Руки складывая у груди

Молит он о прощении,

Стоя на коленях,

Кланяясь богу неизвестному.

Выходит у богов, тоже есть собственные боги?

Выходит боги не так чисты?

Выходит у богов тоже есть создатели...

Кому он возносит молитву?

Столько вопросов у нас,

А ответа все нет и нет.

Ответа от меня друг мой не жди!

Ответ, лишь в сердце ждет тебя,

Не замечая других, сам с собой поговори.

Да всю правду себе изложи.

Фламель и Филосовский камень

Все уж знают давно,

Как звучит их веретено,

Словно утопающий рассвет

На Алхимика спадают тени.

Фламель на стуле сидя,

Книгу в руках волоча,

Кровью таз железный весь изъел.

Попытки его казалось беспечны,

Однако великий Алхимик забавы ради

Уробороса развязал, и с ухмылкой

Вопросы задавал.

Солнца свет озарил ухмылку Алхимика,

И вот, наконец, создание его свершилось.

Предсказал Фламель смерть свою.

И на похоронах своих же стоял,

Скрывшись в плаще за людьми он наблюдал.

Бессмертным Николас стал, и жену свою забрал.

Шесть сотен лет как на ладони,

Сила камня себя исчерпала, новых жизней пожелала!

Да никто уж не хотел приносить жертвы ради жизни долгой.

Приняли смерть супруги Фламели,

Забрав в гибель артефакт могучей силы.

Сангвинар. Граф "Дракон"

История к началу всё идет...

Господарь Валахии, Цепеш Влад

С кольями к нам бредёт.

Шаг его вгоняет в страх,

Глаза хладны, но так жестоки,

Словно пожирающе кричит:

Глаза вы каждого изрежьте,

Да победу в сей бою увековечьте!

Тема не раскрыта, но...

Коль был свидетель я,

То и в записях своих изведайте вы истину.

Убит, казалось был там Влад.

Но клятву дьяволу отдав, Сангвинаром став,

Пришлось ему жить в тенях.

Ежедневно кровь пить,

И в конце концов узнать!

Проклятьем стала жизнь бессмертна.

Люди все позвав его вампиром

Прятались и в страхе убегали,

Ведь солнца свет руки жжет,

Сил Цепеш больше не видал,

Века он прятался, ведь был он жертвою обмана.

И мудрости набравшись ушел наш Дракул навсегда.

Терзатель снов

Шут. Терзательный итог.

Идущий я, всё также невдомёк.

Смеется он всё также надо мной,

Каждый сон мой, столь прекрасен,

Но столь же и ужасен.

Шут на том конце смеется...

Каждую ночь он безудержно,

Безумнейше кричит.

В Зеркало смотря я вновь,

Смотрю лишь на шута иного,

Но такого, черт возьми, родного.

Я кричу, бьюсь и пугаюсь.

Он не природен мне был,

Пока не явилась сущность его.

Шут тот мною был

И над мною и смеялся.

Кошмарный мой терзатель,

Кандалы прошлого моего,

Терзатель разума моего,

Шут в душе смеющийся с меня.

Испытание молчанием

Удручающе молю тебя,

Господь, боже, дай мне сил.

Дай мне, всё здесь пережить.

Но бог мой не ответил,

А взгляд мой повело.

И вновь, я удручающе молю

Спадая вниз, с ликом отчаянья,

В надежде собственной свободы обрести

От сих проблем напущенной той жизни.

Как звезда на небе, я исчезну раз во дню

И здесь, весь белый свет не поймет меня;

Ведь бог мой не ответил.

И зная я вовсе ничего - отправлюсь по реке:

В эту суть, в эту чертовщину сладкую.

Бог мой отверг меня,

Но обратившись к дьяволу

Познал любовь и сладость зла.

Не выдержав испытание бога своего,

Обратился к сладости прекрасной;

Искушению и любви, где не осудят,

Но обретут на муки вечные.

Прости господь,

Умысла твоего я не постиг

И в этом грех мой.

Письмо Вампиру

Брат бессмертный мой,

Ноша твоя так велика!

Столь смертей за собой та повела..

Место твое - обречено;

Голодая в тени и прячась в свете ночи,

Тебя всё вынуждая жизнь твоя загробная:

Испить крови людской, пока та столь тепла.

И ведь даже так..

Вы всё сердечнее народа, нашего, людского,

Лишь себе верны, да добры.

В восторг ввести умея, когда столь нужны,

И подсобить душевно - не горды.

Ответь же мне, бессмертный брат мой,

За что вас так прокляли тогда?..

Элизум

Байка по миру волочится одна,

О душе людской и месте ее прибывания

Элизиумом зовется место то.

Место, где души прозибают без печалей,

Где сходят они без забот, за труд жизни свой.

Но то ли есть Элизиум?

То ли есть успокоение духовное?

Элизиум - любовь, чувство искреннего тракта.

Тракт тот вовсе не простой,

В горечь, али радость

Человек делится чувством хочет.

Есть и те, для кого Элизиум закрыт,

Люди есть холодные, казалось бы и без души.

Есть те, кто убивают без труда,

Есть те у кого решимости сполна.

А есть маленькие, сломанные люди,

Что прокладывают путь к Элизиуму.

Элизиум дело такое, он вовсе не прост.

Он имеет волю свою,

И открываясь для человека любого,

Предстает как нечто иное.

Как счастье, как горечь, как боль.

Это забавная игра с самим собой,

Поскольку... Элизиум - это человек.

Это храм духовный внутри каждого.

Элизиум - отражение твое,

В нем ведь собрано вовсе все.

И он, не покладая рук,

Возносит ценности людские

Из раза в раз спасая их.

Ведь Элизиум - это ты, твои сомнения.

То, что тебя держит на земле.

То, что держит тебя в мире этом и ином.

Элизиум - это все об одном..

Часть силы той, что вечно хочет зла и вечно совершает благо

Сколь о нем не говори,

Ты не узнаешь ничего.

Мефистофель он такой,

Он душевный, не простой.

Он мудр был и был не зол,

Мефистофель развлекаясь

Человека проводил,

Желанья исполняя все их он искажая.

Он падший ангел, Сатана, аль Люцифер,

Однако он коварнее, хитрей.

Сил и нет, казалось у него,

Но речи так сладки его,

Что устоять пред ними

Не под силам никому,

Даже Богу самому.

Он философ, он ученый,

Он играет на костях

И карты раскрывая,

Никто и не поймет,

Что обман не в рукаве,

А в сознании его.

"Ступай, чудак, про гений свой трубя!"

Подстрекает он тебя,

Желанье исполняя

Мефистофель развлекаясь,

Движеньем обманным самостоятельно сполна,

Харизмой упиваясь, тебя он так и поглащает.

Из года в год, день за днем изводит разум твой,

Истощая Мефистофелес тебя,

Ты оказываешься прав.

Он хуже дьявола сего, хуже Сатаны и Люцифера.

Он мучает тебя работу не исполняя.

Он мучает тебя, словно просто так.

Мефисто он такой

И найдя его, не убежишь ты из сетей его.

Не верь ты лживым речам дьявола сего,

Покуда лишь одно движеньице на встречу

И не бывало тебя, словно никогда.

Зеркальный мир

Отражая солнца свет,

Вмиг идущего в оплета борозду

Он стремясь ко тьме,

Вновь уводит ветер свой.

Суть его в игривом подражанье,

Он как флаг раскрытый на ветру,

Но терясь в лучах славы

Слышащий хвалебны оды

Он лишь рвет все недовольство,

Оставаясь за стеклом.

Он как призрак,

Своего рода - проводник.

Он и жертва, и охотник,

Он всех разумней, и юродей.

Спасаясь сам он от себя

Со скуки парадируя тебя,

Жертвою собственных он рук,

Вновь и вновь все становясь.

Остановить его никак

Он ведь за стеклом один,

В том забытом белом мире,

Что лишь волен воплощать

И реальность вашу,

На себе все подражать.