Между строк

Лошадь из песка

Это первый, робкий, но уже такой яркий стих, написанный мной в семь лет. И этот стих не остался незамеченным! Он принес мне заслуженную победу на конкурсе маленьких талантов, став свидетельством того, что даже в столь юном возрасте рождаются настоящие поэтические искры. Это история о детской фантазии, о стремлении к прекрасному и о первых шагах на пути к большому творчеству.

Летит над полем лошадь из песка, Её ржание, словно журчание ручейка.

Летит навстречу ветру, Навстречу теплым дням. Спешит к весеннему утру, К своим летящим друзьям.

И будет витать на заре, Кружась по небу в серебре.

Питер Пэн

В сказочной стране, где мечты наяву,

Жил Питер Пэн — с улыбкой на лице,

Пряди волос держа как траву.

Как знать, что в море-сорванце?

Мальчик, который умеет летать,

Не любил он пиратов и не хотел взрослеть.

Каждому хочется больше узнать,

Но рожденному летать- не пойти по земле...

В его объятиях таилась тьма:

В небесах, где вечный мрак.

Вершит судьбой самообман,

Он их главный настоящий враг.

Его они ждали не случайно:

Им на земле не будет счастья.

Они встретятся здесь так необычайно,

У всех свои несчастья.

Он манил их ночью под звёздным небом,

Соблазняя забвением, сдавливая судьбы.

"Вместе со мной, забудем плен,

Только вперёд, к счастью, без боли, без мук!".

Упавших навзничь на землю

Он брал детей на прицел.

И зову сердца совсем не внемля,-

В чем-то покаяться не хотел.

"Ты спи и ничего не бойся

Ответ на просьбы мне известен- нет.

Не молись, ни о чем не беспокойся

И не грусти о прошлом в тишине."

В тени его зловещего смеха

Гасли души, затихали мечты.

Но серому небу найдётся помеха-

Нетландия цвела, растапливая льды.

"Вернусь к дому!"- кричали они,

Но какой же крик дойдёт до дверей?

И в окне на девятом горит ночник,

Несколько лет или несколько длинных дней?

Питер смеётся, играя с огнём

Не отпустит вновь, потерянных детей:

"Снова, лишь вы и я, в мире таком чужом,-

Чем невидимей, тем и прочней."

Он молчал, всё скрывал:

Боль, что таилась внутри

Пронзала сердце, словно кинжал.

И крик срывался порой на хрип.

"Они ошибаются насчёт матерей:

Словно те не закроют окно...

Надоело слушать о куче мелочей,

Все уплыло, исчезло, накрыло дном!

Прошло много солнц и лун,

А в моей постели спал мальчик,

В переднем углу.

Сжимая всею пятерней мой пальчик."

В небесах, где сердце рвётся,

Питер Пэн всё ждёт и ждёт.

Детства нежность- в гневе сливается,

Свет исчезает- лишь месть и холод.

Землянка и Землян

В землянке сырой, где мрак клубится,

Две тени бродят, словно дым.

Пожар их жизни оборвал страницы,

И гнев их души стал нестерпим.

В руках их – склянка, кровью налита,

Но кровь чернеет, если злодей

Вблизи стоит, грехом своим укрытый,

И ждет расплаты, как палач идей.

По деревне тихой, словно призраки,

Они скользят, ища виновника огня.

И если склянка станет черной призмой,

Душа злодея в бездну канет, не моля.

Однажды девочка, с душой открытой,

За ними следом робко побрела.

Хотела дружбы, ласки позабытой,

Но склянку черную вдруг увидела.

Испуг сковал, застыла в изумленье,

Увидев тьму, что в склянке той жила.

Но тени молча, без прикосновенья,

Прошли мимо, как будто не звала.

И больше в деревне их не видали,

Лишь шепот ветра помнил их шаги.

А девочка росла, и годы мчались,

В душе храня печальные круги.

Повзрослев, вернулась в пепелище,

Где дом сгоревший в землю прорастал.

И на обугленное крыльцо, как нищий,

Букет цветов с любовью положила.

В память о детях, что сгорели в пламени,

О тенях мстящих, что ушли во тьму.

И тишина ответила ей знаменьем,

Что память– вечна, вопреки всему.

Дорогой мой, привет

Дорогой мой, привет.

В этот раз мне не нужен ничей совет,

Хочу лишь важное тебе донести:

Так теряю силы от своей лжи...

Любить меня ты научил;

К дому моему спешил, так спешил,

Когда писала тебе: "Скучаю".

Ты лучше всех, я это точно знаю.

В первое время трудно будет со мной,

Но (я верю) уверенность придёт и покой,

Ты только потерпи, мой родной,

Я правда хочу быть только с тобой.

Ты уже понял, характер мой не прост,

Иногда даже кажется, что всё коту под хвост.

Но я такая, какая есть на самом деле,

Хоть есть честь и дух в красивом теле.

Я мила, но в то же время- груба;

Я зла на весь мир, но к близким добра;

Я счастлива, но в душе так же печальна;

Я полна недостатков, но для тебя идеальна.

Вместо моря предпочту я горы,

И этот снег, и льдов цветных узоры.

Вместо сотни роз выберу ромашку,

И ночной плач под милую короткометражку.

Не люблю общество и гнилых в нём людей,

Зато с удовольствием время проведу в кругу детей.

Не люблю нарциссов и лицемеров,

Хотя у самой сердце не великих размеров.

Я часто обижаюсь, хоть и быстро забываю;

Пусть иду по камням, по краю…

Я всё же рискую:

Мечтаю и делаю, иногда даже в пустую.

Да, характер не прост, противоречу сама себе,

Но я не пытаюсь подражать безбожным идолам как все.

Я такая, какая есть, возможно, странная,

Но, зато, уверена, личность моя многогранная.

Если чувства не показываю, не огорчайся,

Я шепчу себе: — Старайся.

Если не вслух, то глазами скажу: — Люблю,

И лишь тихо повторю: — Спасибо, что в жизнь ворвался ты мою.

Мой Ангел. Мой Сатана

Я бы могла сказать, что люблю тебя допьяна,

Но не в этом дело, поверь:

Я смертельно тобою больна

И на тысячи осколков разгромлена.

Я запрещала себе, убегала, что есть силы,

Но, как обычно, прибегала к тебе.

Я правда пыталась, но тебя не заменили,

Слишком верна я нашей судьбе.

Сердце и разум не уступают друг другу,

Между ними такая кровожадная война:

Оба слишком сильны и гоняют меня по кругу.

Ты- мой милый Ангел, ты- мой страшный Сатана.

Я тебя не просто люблю, я смертельно тобою болею...

Отпустить прошлое, и пойти навстречу новому- лучше,

Но (пусть осуждают, как хотят) себя не пожалею,

Ради тебя я готова на эту участь.

В сотый раз говорю тебе- забуду, но себе же лгу...

Ни рядом с тобой, ни без тебя,

Я никак не могу,

Могу лишь принять твои решения, молча любя.

Хоть ты извинился передо мной,

Сказал: "Надо было тебя ценить!",

Вопрос в том, готов ли ты, мой родной,

Меня полюбить и будущее изменить?

Прохожий, здравствуй!

Прохожий, здравствуй!

Прошу тебя, дай мне клятву:

Никогда не оборачиваться назад,

Как матери на глупых чад...

Будущего не бояться;

Хоть через силу, но смеяться;

И идти к своей мечте,

Ведь жизнь без неё — подобна пустоте...

Прохожий, остановись!

Прошу тебя, оглянись!

Я же кричу, помоги...

Я хочу найти дорогу, я на жизненном пути.

Любому помогать я готова,

Ведь жизнь невыносима и сурова...

Говорю же, помощь нужна!

Не справлюсь я сама.

Но всё же,— жизнь прекрасна,

И совсем уж не опасна

Ведь есть в ней любовь,

Родственные души и родная кровь.

Прохожий, а знаешь...

Говорят: "Что в Новый год желаешь,

То сбудется обязательно,

Погоди, и сбудется враз и окончательно".

Единственное, что попрошу,

Не предав ни себя, ни мечту:

Не терять любовь к жизни и себе,

И не страдая, верить судьбе.

Прохожий, а взгляни!

Лампочки, как дрожат они...

И снежинки как кружатся,

На белый ковёр ложатся.

Как прекрасна зимняя ночь...

Из души печаль уходит прочь.

Прохожий, до свидания!

Уверена, пройдём мы все испытания.

Жизнь

Не тороплюсь я записать мечты,

Как будто не блуждала тропами чудными,

Роняя зрелые, несобранные плоды,

Что так и остаются неизвестными, немыми.

Мы много лишнего свершили на веку —

И горько это, и забавно заодно.

Легко мы дни пускали по песку,

Всё грезили о будущем давно.

А время улетает вольной птицей,

Не ухватить его за быстрое крыло.

То, что могло бы в жизни воплотиться,

Как дым от костра, бесследно утекло.

Мы часто ищем сложность там, где просто,

Блуждаем в лабиринтах суеты,

А истина стоит у перекрёстка,

Где мы прошли, не подняв головы.

Помнишь?

А помнишь дни, когда я была счастлива?

Было тогда во мне полно ребячества;

Средь своих я оптимисткой прославилась,

И всем вокруг так нравилась.

А помнишь мою безграничную доброту,

Которая заполняла чью-то пустоту.

Как я жертвовала своими силами и собой,

Лишь бы другие обрели покой?

А помнишь, как сломать пытались,

И каждый мой шаг обсуждали?

А я им в лицо улыбалась,

И ни на кого не обижалась.

А помнишь день, когда я встретила его...

И как засел он в моём сердце глубоко?

Как ты и предупреждала,

Я потом действительно долго страдала...

А помнишь, как в клубе недорогом

С горя я заливалась вином,

Водкой, пивом, да и текилой,

Лишь бы не чувствовать себя унылой?

А помнишь моё депрессивное состояние,

Когда пришло ко мне осознание,

Что друзья меня одну оставили

И лишь ещё больше боли доставили?

А помнишь, как я смеялась,

Когда ситуация, наконец, прояснялась:

Ведь круто, когда дружба оказывается показухой,

И те лицемеры за спиной потом распускают слухи.

А помнишь тот день, когда ты мне сказала,

Что я совсем на себя непохожа стала?

Что глаза мои больше не сияют,

Скорее, теперь, кого угодно расстреляют.

А помнишь, ты боялась не криков, а молчания?

Но в глубине своего подсознания...

Ты понимала, что боль закрыла мою душу на замок,

И молчание- лишь спасения кусок.

А помнишь, каким человеком я была?

Сколько было тогда во мне тепла...

Как думаешь, смогу ли я опять,

После всего этого людям доверять?

Весна

Души снимающие шелуху,

Сердца и кости мелющие в труху,

Безумие губ и сияние глаз:

В этом естестве нет льстивости фраз.

Только сменяется мороз на тепло,

Купидон легко взмахнет крылом,

Стрелу пустит в сердца миноров-

Мёрзлый камень разрывает флора.

Влюбляется в друг друга люд:

Их океан не властен кораблю.

Это время лёгкости и нежности,

Когда жизнь течёт в безмятежности.

Как прекрасна она- весна,

А коварная любовь голодна.

Съедает нас с головой-

Нам не вправе властвовать собой.

"Дети — цветы жизни"

Ах, родительская доля – слаще меда, право слово!

С утра до ночи пляски, цирк, и клоуна работа.

"Мам, ну купи-и!" - как мантра, в уши льется звонко,

И ты, как джин, из кожи лезешь, чтоб исполнить тонко.

То "не хочу я кашу!", то "не буду супчик есть!",

То "это платье колется!", то "не хочу прическу здесь!".

И вот, с улыбкой Будды, ты терпишь этот ад,

Ведь в глубине души ты знаешь – это твой клад!

Они рисуют на обоях, лепят массы из песка,

И проверяют на прочность нервы, словно на века.

Но стоит им обнять, прижаться нежно так,

И все обиды тают, словно утренний туман. Пустяк!

И вот, уложен в койку, ангелочек твой родной,

Уснул, как будто и не бегал до двух ночи шальной.

Ты выдыхаешь с облегченьем, тихонько дверь закрыв,

И думаешь: "Ну, наконец-то, можно отдохнуть. Прорыв!"

Но тут, сквозь сон, раздается тонкий голос:

"Мам, а завтра в школу... поделку надо... из ёлок..."

И ты, с улыбкой нервной, шепчешь в темноту:

"Боже, за что мне это? Я ж только что уснула, ну!"

Твоя фрезия

Когда во дворе разгулялось ненастье,

Ты в поле бежишь, ища иное счастье.

Под ногами мелочей- тысяча и одна,

Каждая будто бы важность сама.

Страх и слабость душу терзают,

Козырную масть из рук вырывают.

Но среди тревог, что мучили ночами,

Фрезия явится с нежными лепестками.

Жизнь не стоит на месте, течёт как река,

То бурная, то спокойная она.

Мелочи жизни- лишь временный груз,

Сбрось его смело, почувствуй вкус.

В поле бескрайнем найдёшь ты ответ,

Что важно, а что оставляет лишь след.

Фрезия- символ надежды твоей,

Что снилась так долго в тиши ночей.

Грани утраченного времени

О потерянном времени. Вечных скитаниях.

Страхе все потерять. И не там. И не с теми.

И о том, что с годами меняются грани,

Что когда-то, ты помнишь, ты был на экране,

А теперь ты в тени, а теперь ты в сторонке,

И от страха, что жизнь пролетает, так звонко,

Ты боишься, что деньги тебя вдруг оставят,

Ты боишься, что место работы убавят,

Ты боишься, что жизнь тебя вдруг остановит,

Ты боишься, что время тебя не догонит,

Ты боишься, что жизнь пролетит, не заметишь,

Ты боишься, что завтра ты маму не встретишь.

Ты забыл, как ты маленьким был, как ты верил,

Как ты листьями деревьев платил за безделье,

Как бежал ты к соседям под окна, за двери,

И кричал, и звонил, и друзей своих мерил.

И наивно считал, что сегодня ты взрослый,

И наивно мечтал, что ты знаешь все просто,

И наивно считал, что в тебе много силы,

И наивно считал, что ты сможешь красиво.

Раньше было иначе. И все было проще.

Почему? Почему? Почему мы не ропщем?

Почему мы теряем себя с грустным цветом?

Почему мы теряем себя с грустным светом?

Реинкарнация

В асфальтовых джунглях, средь неоновых огней,

Живет она, с душой, что помнит древний зной.

Во снах ей шепчут тени прошлых дней,

И дежавю плетет узор чудной.

Кармические фразы с губ слетают вдруг,

Предсказывая бури и рассвет.

В глазах ее мерцает древний дух,

И ведьминская сила дарит свет.

Кто ты была, душа, в минувшие века?

Красавица, чья жизнь сгорела вмиг?

Чей лик, как солнце, ослеплял врага,

И зависть превратила в страшный крик?

Иль ты была палач, с факелом в руке,

Что пламя раздувал, внимая злой молве?

Испепеляя красоту на костре,

Считая, что творишь добро во тьме?

Быть может, ты и жертва, и палач,

В круговороте вечном, без конца.

И боль, и гнев, и страх- все это плач,

Что эхом отзывается в сердцах.

Реинкарнация- спираль времен,

Где прошлое сплетается с грядущим.

И в каждом вздохе, в каждом слове том,

Звучит отголосок, вечно сущий.

Ищи ответы в глубине души,

В сплетеньях снов, в мерцании огня.

И, может быть, тогда ты разрешишь

Загадку прошлых жизней для себя.

Не плачь, красавица...

Не плачь, красавица, не трать слезу напрасно,

На того, кто бросил, оставив боль и страх.

Он упустил мгновение, что было так прекрасно,

И будет жалеть о том, что сгинуло впотьмах.

Ты – солнце, что сияет, ты – звезда, что манит,

И каждый новый день лишь ярче красит лик.

Не бойся перемен, пусть сердце чутко ранит,

Но верь себе, ведь ты – свой собственный родник.

Не строй воздушных замков на песке ушедших дней,

Цени мгновение, что дышит здесь и сейчас.

Твоё чутьё – компас, что путь укажет верней,

Ведёт тебя к мечте, где ждёт тебя экстаз.

Он пожалеет, поверь, когда увидит снова,

Как расцвела ты, как сияешь красотой.

А ты, красавица, ещё прекрасней станешь снова,

Ещё, ещё, ещё – и будешь лишь собой!

Пусть прошлое останется за гранью бытия,

Ты – птица, что взлетает ввысь, не зная страха.

И пусть твой путь осветит яркая заря,

Ты будешь лучше, краше, без всякого размаха!

Бог, что миры создает

В ночи, когда звезды шепчут тайны,

Девушка снова не спит, в тени огня,

Словно бог, что миры создает без усталости,

Сочиняет вселенные, полные волшебства.

На страницах её мечты распускаются,

Герои, что ждут, когда их позовут,

Сквозь леса и горы, в небесах кружатся,

Их судьбы, как нити, в её руках сплетают.

Она пишет о драконах, о смелых рыцарях,

О принцессах, что в плену у злых чар,

Каждое слово — искра, что в сердце зажжется,

Каждый штрих — это жизнь, что в её руках.

И ей кажется, что они оживают,

Слышит шепот их голосов в тишине,

В каждом абзаце — дыхание, мечта,

В каждом герое — часть её самой.

Сквозь ночь, как по радуге, мысли летят,

В её мире нет границ, нет преград,

Она — творец, и в её руках сила,

Создавать, разрушать, вновь возрождать.

Так пусть же звезды светят ей в пути,

Пока она пишет, пока не уснёт,

В её фэнтезийном мире, где всё возможно,

Снова герои живут, и мечты не умрут.

Я не люблю осеннюю рутину...

Я не люблю осеннюю рутину:

Сырую грязь, что чавкает под шагом,

И неба серо-дымную холстину,

И листьев прелых горечь над оврагом.

Холодный воздух, колкий, как иголка,

Промозглость, что вползает под одежду.

И кажется, что счастье - ненадолго,

И лето отняло свою надежду.

Но выйдешь в поле, вздрогнув от мороза,

И выдох превращается в дыханье,

А на щеках - румянец, будто роза,

Застывшая в немом очарованье.

И видишь лес, что вспыхнул пред тобою,

Забыв про слякоть, серость и печали.

Он не горит - он спорит с синевою,

Он в красках, что художники искали.

Клён - в алом шёлке, будто франт столичный,

Берёзы - в золотом простом наряде.

И этот бал, роскошный, фееричный,

Устроен будто красоты лишь ради.

Деревья, как на праздничном параде,

Готовятся к волшебному расту.

И в этой яркой, пламенной прохладе

Я осени своей внезапно радуюсь.

Ночь. Фонарь. Улица. Ты.

Ночь. Фонарь. Улица. Ты.

Поблекло солнце до весны.

Погас огонь в душе твоей.

Лишь отголоски прошлых дней.

Исчезло счастье в очах твоих.

Тебя согрею я в объятиях своих.

Не дам пробраться боли к тебе.

Может, кто обьяснит мне,

Почему сердце твое потускнело,

И, тело охладело?

Кто сделал это с тобой? Скажи!

Как вы - могли, как вы - могли!?

Растерзать ее на куски!?

Один - с собою что-то унести,

Второй- на память оставить колы

И шипованные иглы.

Мне стало страшно верить. Как ты?

Ночь. Фонарь. Улица. Мы.