Медленная смерть

В начале весны

Угрюмый кладбищенский ворон

Надрывно и хрипло кричит.

Он зиму клеймит приговором,

За холодом дряхлым следит.

Последние зимние тучи

Тяжёлой гнетут синевой.

Снежинки ложатся на кручи

И тают, как мнимый покой.

Измученный северный ветер

Метается, будто в бреду.

И стоном наполнился вечер,

Зажёгший седую звезду.

А призраки Дикой Охоты

И феи губительных снов,

Покинув небесные своды,

Устало бредут меж холмов.

И каркает, каркает ворон,

Укрывшись в дремучем бору.

Юг силою дышит и скоро

Горящую пустит стрелу.

Последние зимние тучи

Клубятся над самой землёй.

Вздуваются петли излучин

Темнеющей талой водой…

Косарь

1

Оставить страх и упованье

В Долине Призрачной Росы.

Косить увядшие мечтанья

На зыбком берегу Грозы.

И пусть клубятся тучи в Бездне,

Стеснённые добром и злом.

Они не вечно будут вместе

Над одиноким Косарём…

2

Косить в плаще чернее мрака,

Под капюшоном череп скрыв.

Косить, забыв осколки блага.

Косить, не глядя на обрыв.

И пусть клинки багровых молний

Пронзают Адскую Тропу.

Для Косаря есть путь достойней.

Он злую обойдёт судьбу…

3

Косить на Проклятом Погосте

И не гадать о новом дне.

Точить косу обломком кости.

Точить в могильной тишине.

И пусть безмолвно рыщет ветер.

И пусть молчит усталый гром.

Закат сквозь камни в Крипту светит.

Закат в союзе с Косарём…

В тревоге

Над западом сгустились тени,

А будущее как в огне…

Дрожат заветные ступени

И что-то вновь грозит извне.

И зреет, зреет предсказанье.

Там, на краю. Там, вдалеке…

Слегка светлеет подсознанье,

Но ключ ломается в руке…

Так было много раз и прежде.

Так нечто жуткое идёт

По следу призрачной надежды.

Так страх безликий душу жжёт…

А мне бы слушать песни чаек

И видеть, как блестит волна!

А мне бы позабыть причалы

И Море ощутить сполна!..

Дева печали

Мне кажется, что ты навеки

Останешься стоять на берегу.

И будут в пропасть литься реки,

Но им не унести твою тоску…

Ты раньше срока поседела.

А может, это звёздная пыльца

На длинных локонах осела

Взамен златого царского венца?..

Черно твоё простое платье

И тяжек на груди железный крест.

Так, словно близится ненастье.

Так, словно жадный адский зев разверст…

А бриз, твоих волос касаясь,

Становится немного холодней.

Однажды, в бурю превращаясь,

Он дерзко наречёт тебя своей…

Ты смотришь в траурные дали.

Туда, где боль, и плач, и нищета…

В твоих глазах – туман печали.

В твоих глазах – тоска и красота…

Прятки

Закрыл глаза и видишь Море.

Вновь призрачные паруса

Скользят в лазоревом просторе.

Зовут на Север голоса…

И кажется, что ты спасён,

Что ныне всё в порядке…

Увы, но это просто сон,

Игра с несчастьем в прятки…

Нерождение

Страны есть, где смерть

Почитают злом,

Страшною бедой,

Горшей долею.

Страны есть, где смерть

Радует людей,

Избавляя их

От проклятия

И страдания

Непрестанного

В мире, попранном

Прорвой демонов.

Но не сыщешь стран,

Где за счастие

Почитали бы

Нерождение…

В мире сем лишь тот

Не страдает, кто

Не пришёл сюда

Чрез отца и мать…

Вот преступником

Называется

Всякий, бросивший

Малое дитя

В ров со змеями.

Кем же называть

Тех, кто здесь детей

Порождает, чтоб

Мучались они

От различных зол

Или, соблазнясь,

Сами стали злом?

Цепные псы Сатаны

1

Снова слышу лай

Сатанинских псов,

Спущенных с цепи.

Лай велит глупцам

Драться и рожать

Радостных рабов,

Кои станут вновь

Драться и рожать

Радостных глупцов.

2

Снова слышу лай

Сатанинских псов,

Спущенных с цепи.

Знай, они придут

За тобою вдруг,

Чтобы не спеша

Заживо сожрать.

Постарайся же

Не обрадовать

Этих выродков!

Не давайся им

Ты, мой друг, живым!

Отрешение

Бездна призывает Бездну

Пеньем Водопадов.

Я же прочь иду, в Пещеру.

Там в Тиши мне надо

Наконец-то отрешиться

От себя и мира.

Надо Мёртвым Сном забыться.

Скорбь возьмёт Могила.

После солнцестоянья

1

После знойного солнцестоянья,

После долгого в дебрях скитанья

Представляю умершим себя,

И приятна мне грёза сия.

Возлежу я в прохладной пещере,

Позабыв о скорбях, о потерях.

Руки, скрещенные на груди,

Ничего не желают нести…

2

После летнего солнцестоянья

Уменьшаются дни беспрестанно

До тех пор, как Великая Ночь

Сможет зло средь зимы превозмочь.

Ну а ныне я замер и грежу.

Или просто от слабости брежу.

Сокрушителен дьявольский зной.

Скрой меня бесконечный покой…

Восход кометы

Восходит комета

Красной звездой.

Над западом тащит

Хвост огневой.

Ведь прежде чем раем

Станет Земля,

В ней будет горнило

Адского зла…

Восходит несчастье

Полной луной.

Свой путь устилает

Мёртвой мечтой.

Ведь прежде чем Небо

Души спасёт,

Последнюю радость

Боль разорвёт…

Восходит комета

Грязной звездой.

На Север бросает

Гибельный зной…

Прокажённый

По грязным улицам бредёт, шатаясь,

Живой мертвец в сырых бинтах.

Бредёт, как пьянь, на стены натыкаясь.

Внушает всем прохожим страх

И омерзенье.

Бредёт и гной кровавый оставляет

На серых проклятых камнях.

Бредёт и шёпотом предупреждает,

Что город скоро рухнет в прах,

Во тьму забвенья.

Бредёт, неся другим свою заразу,

Свои отчаянье и боль.

Распространяет адскую проказу,

Чтоб все, и нищий, и король,

Ушли в гниенье…

Симфония увядания

1

Падают на крышу листья

С дерева, похожего на жизнь.

Падают померкшей высью

И чуть слышно просят: «Возвратись».

Грех пылится у порога

На обрывках умерших небес.

Неприметная дорога

Тает, огибая мёртвый лес.

2

Падают на крышу тени

Толстых искалеченных ветвей.

Падают золой забвенья,

Прахом сгинувших навек идей.

А под крышей догорает

Чёрная чадящая свеча.

Не желает, не мечтает

И не ждёт ни счастья, ни меча.

3

Падают на крышу звёзды,

Гаснут меж замшелых черепиц.

Шепчут окна: «Слишком поздно».

И не отражают больше птиц.

Музыка звучит всё тише.

В облаках. А может, под землёй…

Смерть спускается всё ниже

По надежде млечной и святой…

На руинах жизни

…Осталось только на руинах жизни

Писать последние безумные стихи…

И наблюдать, как их во мгле скрывают мхи…

И ожидать от Смерти подаянья…

Последнее

Вновь и вновь Творца молить,

Чтобы жизни сей не стало.

И внутри себя следить

За перемещеньем жала…[1]

В гроб незримый отложить

Незаконченное дело.

Да в смиренье облачить

Страждущие дух и тело…

Очи истиной закрыть.

Не мечтать о невозможном.

Чашу страшную испить

И не сожалеть о прошлом…

Вновь и вновь Творца молить,

Чтобы жизни сей не стало.

И в багровой мгле следить

За перемещеньем жала…

_____________

[1] …дано мне жало в плоть, ангел сатаны… (2 Кор 12:7)

Тление

Не смерч, не пожар,

А тление…

Не мор, не война,

А тление…

Лишь тление духа во мгле…

Всё сказано…

Всё сказано о боли, о страданьях…

Когда же мне позволят отдохнуть от них,

Чтоб не осталось и воспоминанья

О днях, о месяцах и о годах больных?..

В тёмных тучах

Умирая, почему-то вспоминаешь

Сумрачное детство несчастливое своё.

В тёмных тучах, а не в облаках витаешь.

В тучах, где гнездились беды, словно вороньё.

Но твой скорбный дух отнюдь не к ним стремится,

А к поистине бесценной радуге мечты,

Что порою средь страдания искрится,

Будто витражи святой эдемской красоты.

Вспоминаешь, как хотел ты стать рисунком

В старой книге сказок добрых, мудрых и смешных,

Чтоб навек забыть о мире злом, безумном.

Чтоб навеки счастье обрести в мирах иных.

Гаснет свеча

Гаснет свеча

В проклятом доме.

Тонет мечта

В мертвенной дрёме.

Пусто в душе.

Пусто от боли.

Шепчет извне

Воля неволи…

Медленная смерть

Закрыта дверь. И ключ в замке

Разломан Сатаной.

Змеится тень на потолке,

Змеится над свечой…

А за окном, прильнув к стеклу,

Застыла трупом тьма.

Она как прежде служит злу,

Сводя живых с ума…

Воспоминания мутны,

А сожалений нет.

Меч истлевает у стены.

И заржавел стилет…

Надежда есть, но так слаба,

Что боль теснит её.

Не движется во мгле судьба.

Гниёт веретено…

Не слышно в доме голосов,

Не будет их и впредь.

Лишь одинокий бой часов…

И медленная смерть…