Макиавеллизм

Вступление

Я писала этот сборник не в грусти — уже радуйтесь. Изначально планировалось, что этот сборник будет о поездке в Выборг. Ну, я думала: «Во! Наконец-то я займусь пейзажной лирикой! То предки будут читать только страдания». Как думаете, будет здесь хотя бы один стишок про описание красот Выборга? Правильно, нет. Но этот сборник тоже не о любви.

Все стихи, написанные тут, имеют отголоски просмотренных мной выпусков «Мужского и женского» и «Пусть говорят». Да-да, тут я прям вжилась в роль. Железо я снова бросила пить, анализы сдавать через неделю. Если мне не снимут железодефицит, то это будет ещё не последний сборник стихов.

Ну приятного прочтения!

Акт I .Смыслы

...

Ты искренне думаешь, что я не врубаюсь? Строки твои вижу — и ух, сразу влюбляюсь? В зеркала ты не смотришь, потому что я их разбила, Поэтому ты выглядишь как страшный мудила. Твои языки сжирают тебя изнутри, Ведь считаешь только: до слезы утри. Посредственность — твоя кличка на районе, В любви ты клялся, как в арии Юноне. Но чего ты добился теперь? Ты — просто жалкая тень. Про тебя вспоминают только когда пьяные, Сохраняй пока спокойное дыхание. «Язык твой — друг и мой враг», Зря снова подаю в этот овраг.

Химера

Ты моя самая желанная химера, За тобой гонюсь как мегера, Но свет моей мечты Бегает быстрее, чем цифры. Поясни, чем ты так желанен, Ведь верёвками ты подвязан. Глаза как пуговки — Завораживают, но пусты. Речи сладкие, Каковы действия? Им нет оправдания. Встань прямие*, Скажи всю правду, Насыпь соль на рану. Ты боишься? Понятно.

Курение вредит обществу

Ты куришь на балконе, Тебя обнимает тёлка в шифоне. Вдохни дым, возьми её — Видишь, она не против.

Руки касаются чего-то, Наподобие сокровенного, Что в порне ты не видел: У тебя слишком много дел.

Сунул, вставил и пошёл — Ты душу не нашёл. Снова стоны, снова сны. Ответь: «Кто ты?»

...

Наори на меня! Я серьёзно. Скажи хоть что-то плохое — Мне от этого станет легко.

Выдави из себя гниль, Напиши оскорбление в дактиль. Ты что, трус? Внутри себя наматываешь ус.

Я знаю, есть за что, Я знаю твоё нутро. Ненавидь меня и мои слова — С этого буду смеяться до утра.

...

Переливай воду из кувшина В другой кувшин — времени навалом! Я совру, если скажу, что ничего не знала, И не надо прикрываться одеялом!

Я всё слышала и более того — видела, Скрывая слёзы с ресниц, Вторю себе: «Повиделось просто!» Есть только мы, никаких соперниц.

Мечтой горю стать чьей-то Эсмиральдой, Но пока я самая нравственная проститутка. Закрывая глаза сигаретной пеленой, Ты и так видишь: я на грани потери рассудка.

Рука тянется к тебе, как в знаменитой картине. Аморально всё это… слишком честно! Слышишь «да» вместо звонкого «нет!» Опять не смог поставить меня на место.

Москва

Знаешь, хороших людей забирает Москва. Соглашаюсь впервые я с фразой: «Вам мёдом там намазано?» Гоняться там за прекрасной карьерой, А я стою меж разводных мостов, И не скрыть мне горьких снов О людях, оставшихся там, С которыми не встречусь я никогда.

Не о любви

Мне надоело сухо оправдываться, Печатая строчки не о любви, А затем ещё скрываться за тканью паранджи И всё равно виновницей оставаться.

Я не такая, мыслей пошлых — Я больше о смыслах сложных. Запретный плод вкусить мой сложно, Ведь зачастую всё, что говорю, — ложно.

Улыбаюсь нежно, крылья свободны, А на ноге нет ни одной царапины. Кудри вьются, макияж красится, Когда мне так начал мир нравиться.

Это правда, а может, сладкая ложь. Мыслей ты всё равно моих не прочтёшь. Но зачем страдать о луне, Если я — солнце?

Физматик

Математика тебе не помогла, Ни одна долбанная формула, И физика не смогла помочь: Притяжения нет, а по коже — дрожь. Какую тарелку ты снова разобьёшь? Ведь решение этой задачи не найдёшь. Кричишь, ругаешься, и так далее. Не читал ни одной книжки, кроме Олимпиадной математики, Но это не помогло твоей психосоматике. Ты такой же невежа, пустослов, Держать не любишь крестов. Рассчитай силу свободного падения Нашей неожиданной эпидемии, Затем умножь на биссектрису наших путей И не забудь написать: «Каких она любит парней?»

Проси

Проси у Господа моего прощения, Ведь буду вторить до изнеможения: Жалкое, мерзкое слово «Прости», Затем ещё более падшее — «Извини».

Зайду в гости к тебе во сны, Лягу на край твоей перины, Поглажу по волосам коротко стриженным, Оставляя поцелуев след ванильным.

Слёзы по щекам твоим текут, Нельзя вспоминать — капут. Шепчешь, оглушая всех, Имя не моё — на пересмех.

Не думай о жизни и о любви, Ведь очередная дура скажет «извини», Побежит оправдываться И ещё хуже унижаться.

Акт II Спокойствие просто манипуляция

Принятие

Я плачу, долго-долго.

Нет, я реву беспричинно.

Четыре часа утра,

А мне в школу надо.

Кудри напоминают гнездо,

В любви оно было завито.

Как заткнуть себя, когда и так молчишь?

Мои мысли ты никогда не прочитаешь.

Наконец-то смеюсь, яро улыбаясь.

Мне меньше спать, чем до тебя ехать.

Ты не приходил ко мне во снах,

Тех самых ярких и тревожных,

А я не заглядывала к тебе в гости.

Прости, прости и еще раз прости.

Отрицай все дальше —

Так все будет проще.

Нет чувств и нет морали.

Мы же просто так играли?

Зачем трогать то, что и так прекрасно?

Но память стирать напрасно —

Хоть хлоркой, хоть белизной.

Ты эту кровь не ототрешь,

Поэтому молчи и не ной.

Ты же сам этот стих откроешь

И прочитаешь весь этот бред,

А смысла не поймёшь.

Я не буду давать себе обет,

Что ты опять когда-нибудь приедешь,

Ведь мы оба — жалкие лгуны.

Перед нами все бескрайние лагуны,

Природа и целая жизнь,

А мы снова обрываем эту нить.

Все бросили, полетели ввысь.

Так не получилось похоронить

И поставить надгробие «Принятие»,

А еще надо поцеловаться на прощание.

Повелитель

Балтийский брег, финский ветер,

Мысли стирает всем на смех.

Я знаю о тебе слишком много,

Что ты обо мне так мало.

Покажи свои раны, пожалуйста,

Я их вылечу как собачка.

Обещай, что ты меня запомнишь

И те слова на ухо прошепчешь.

Ты повелитель моих грёз,

Повелитель горьких слёз.

Мы закружимся в вальсе

И не вспомним, что было раньше.

Возьми за руку меня,

Соври красиво, что ты рад.

Мы идем по льду, что тоньше.

Зачем знать, что будет дальше?

Потеря

В душе трепет, но от чего?

Я не сплю уже вторую ночь,

Губы кусаю в кровь.

Нет, мне не больно.

Все просто очень тихо,

Так что на душе звонко.

Смотрю в стену,

Прорыла там уже дыру.

Дыхание сильно сбито,

Сердце как назло открыто.

Я упертая как корыто,

От этого еще более обидно.

Резко втягиваю воздух,

Аж передёргивает дух.

Всю вспоминаю переписку

И твою предсмертную записку.

Нет, нет и еще раз нет,

Меня опять перетряхивает.

Я не хочу в это верить,

Но это уже не забыть.

...

Почему вы все на меня смотрите?

Будто я Брагина, гуляющая по Москве.

В чем моя тяжёлая вина?

За что вставать на весы суда?

За чувство не сажают на пожизненное,

Женщин точно нет.

Я проститутка, испытывающая что-то живое,

А не молча сосущая минет.

Статья УК РФ 241 —

Три года за миг.

Спасибо, я пройду чистилище,

Все равно свободы не существует.

...

Нет, это несерьёзно, этого не было.

Твоих губ на моих плечах не было,

Ни звонков, ни стонов, ничего —

Только больная тишина.

От тебя в подарок только лезвие,

Напишу об этом в своем реквиеме.

Все вокруг меня алое,

Даже мое сердце обнажённое.

Ты исчез,

Я истец.

Кактус

Мне надоели сложные нормы морали,

Все равно мои чувства окажутся фикалиями.

Ты транслируешь мне свои ножевые ранения,

А я покажу свои балконные крутые растения.

Знаешь, скажу, чтоб не прятаться за куст:

Ты самый клёвый в моей коллекции кактус.

Ты обычный, ничем не привлекательный,

При любых раскладах карт выживающий,

Хоть колючий и сломленный мечтами,

Но ты понимал меня даже за горами.

Я могу представить жизнь без кактуса, но не хочу,

Ведь клево иметь верного друга в знойную грозу.

Но кактус представляет — а значит, нам не по пути.

Может, поливать его другая, и он будет цвести.

Кактус до сих пор меня понимает

И каждому слову понемногу кивает,

Но ты думал всегда по-другому,

Своими колючками впился мне в кожу.

Даже если хочу с тобою дружить — скажу нет,

Для нас совместного счастья не существует.

...

А ты оказывается посвящал мне стихи...

Знаешь, я не замечала, что ты по мне скучал,

Но поздно, я наговорила гадости.

Взгляд как назло мокрым и алым стал.

...

Я буду твоей музой когда-то снова?

Можешь не отвечать, я буду ей всегда.

Метафоры, смыслы, рифмы —

Все сделано голосом моим.

Первая любовь — она сложная,

От нее не просто так отречься.

В отличие от тебя я крест не ношу

И больше ничего не прошепчу.

Теория последней встречи

Так крута, что эта теория действительна́.

Я правда тебя не увижу уже никогда.

Твоя дурочка тоже будет радоваться,

Когда ты ей предложишь расстаться.

Конец Драмы. Поклон.

Надеюсь вам понравилось. Можно заменить что у меня поменялся стиль. Он стал более дерзким и менее ритмичным. Но я очень старалась. В первой части я всех оскорбляю во второй наоборот восхваляю. Да это не все стихи которые были написаны за август и сентябрь. Некоторые просто опасно вам показывать. Ну ладно целую обнимаю до встречи!