Любовные поэмы или террор от кукухи

***

Ну что ж ты застыл,

Малыш? Ты испуган.

Вспоминаю я, как ты ныл

Мне. Не веришь? Чувак, ты застукан.

(Стоишь как истукан)

Так и было, спалился,

Ты, зайчик, прости,

Перед ней, для неё ты молился,

А сейчас у меня ты прощения проси.

(Поганый бастард провинился!)

В своей речи я буду предельно проста,

Чтоб не думал, словно смогут помочь вам рубли,

Надеюсь, что фраза моя для вас в целом ясна...

Ступай в ад, мразь, и там же гори.

***

Темнота вокруг,

И я дрожу,

Темно здесь так,

Что не видно собственных рук.

Страх сковал тело,

Для меня — обычное дело,

Ведь до ужаса я трусливый,

Пусть хоть тысячу раз строптивый.

Прошло пол века,

Мне уже давно не страшно,

Лишь скука мучает меня,

Но и это сколько лет не важно.

Бывал я трусом,

Сейчас смирился,

И лишь жалею —

Не пригодился.

***

Беспричинная ненависть мне не присуща —

Это общеизвестный факт.

Отчего ж атмосфера гнетуща,

И противен часов мерный такт?

Раздражают Его «адвокаты».

Не приму новичка никогда!

А веду я себя адекватно.

На кой чёрт привели чужака?

«В чём причина?» — я думала долго.

Наконец-то я всё поняла:

Поведение нарочно тупое,

Запах сдохшего явно зверья.

***

Я боюсь возвращаться в свой дом,

Как же глупо.

Меня там никто и не ждал.

Те люди сожгли дотла мой любимый альбом.

Да, каждый из Них меня, как мог, гнал.

Украшают помойку мои стихи,

И мне даже за них не обидно, клянусь,

Будут гнить в мусорном ящике, не увидев свет, они —

Я даже никогда не знала их наизусть.

Пугаюсь я. Страх застилает глаза.

Или это не он вовсе? Я запуталась.

Меня расстраивает любая Их фраза,

Но лишь сейчас я позорно разрыдалась.

***

— Ох, ну вот, опять

Вгрызаешься зубами в мои плечи.

Ну сколько раз мне нужно повторять,

Что дома мои раны не залечат?

— Я тебя люблю,

Могу поклясться,

Но, когда ты говоришь «хочу»,

Увы, не в силах перестать кусаться.

Мне недостаточно объятий,

А ты к интиму не готова!

Поэтому, пока ты вдумчиво читаешь «Вий»,

Вцепляюсь в твоё тело снова.

— Учти, тебе я надоем,

В плечу тебе я буду ныть.

— Забей, уже решала я горы проблем,

Ещё, быть может, силу нужно применить.

— Пожалуй, мне давно пора смириться,

И научиться, Вас, мисс, ублажать.

— Я рада, что смогли договориться,

Ведь всё равно тебе не убежать.

***

Уже совсем привычно,

Как вызывает дрожь

И звук любой обычный,

Прошу тебя, нетрожь!

И резко я бледнею,

И судороги вновь,

Фаланги вновь синеют,

Ведь отливает кровь.

Опять бегут мурашки

Размером со слона,

Я мну края рубашки -

Ответил я сполна.

Хотелось не проснуться,

Так стыдно было мне,

И всё ж пришлось вернуться,

Хоть виделись во сне.

Ты знаешь, ты ведь в курсе

И видел всё, я помню.

Как жаль, не в твоём вкусе

Противный привкус боли.

А знаешь, мне понраву

Тот вкус, казалось горький,

Но, вопреки уставу,

Бывал не только стойкий.

Бывал солёный,

Давал свободу он слёзам,

Бывал и сладкий,

Не позволяя разорваться пополам.

Бывал столь кислым,

Что скулы мне сводило

(Ах, как чудесно!),

Не брезговал быть острым

Заставив жечься жилы.

Вкус боли всегда разный,

Но помни, юный друг,

Коль для тебя лишь горький,

Ты не вступай в наш круг!

***

…Утро.

И вновь проснулся я,

Хотя желаю всем нутром

Не просыпаться никогда.

Уныло вновь вздыхаю

Я, горький кофе наливая.

С тоской я снова размышляю

О том, как классно выпить яд.

Иду и вновь я умываюсь.

Смотрю в своё я отражение,

Привычно и уныло улыбаюсь,

Стараясь подавить чёртово отвращение.

Снова собираюсь в школу,

Совсем неуклюже натягивая колготки.

Мысленно вновь я молю,

Чтобы псы перегрызли Им глотки.

Пройдёт много часов,

Я скоро буду дома

И пожелаю маме сладких снов.

И будет снова…

***

Я твоё лишь жалкое зрелище,

Издевательский смех твой люблю.

Моего ты сердца вместилище.

Взгляд зелёных глаз жадно ловлю.

И теперь я нисколь не лукавлю,

Твои белые руки сжимаю,

Тебе косы я вновь заплетаю,

Каюсь, просто тебя обожаю.

Не способен связать и двух строчек,

Но тебе я стихи сочиняю.

И каких-то лишь жалких пять ночек

Без тебя я уже умираю.

***

Я думал, что уже привык,

Что жить теперь мне будет легче,

Но я ошибся.

Кто же знал,

Что время никого не лечит?

Мне больно думать обо всём,

Что чуть касается её,

Такой во всём великолепной,

Ревнивой, нежной, бесконечно

Любимой мной.

О, муза, как же ты могла?

Зачем ты бросила меня?

Ну?! Почему же?! От чего?!

Когда цветы тебе дарил я,

Давила ты свою улыбку,

А думала, что я ублюдок,

Урод, маньяк и самодурок?!

Не так ли?..

***

Я шёл к тебе через болота,

Я так спешил к тебе, моя.

Мне было трудно, ноги в кровь,

Несла к тебе меня любовь.

Когда пришёл я, почему

Пыталась ты сбежать?

Я неприятно удивлён,

Что смела ты меня предать.

Кричишь... И снова ты кричишь!

Твой сладкий голос ударяет

Не хуже биты. Умоляю!

Я больно делать не хотел,

Но оказался не у дел.

Когда смотрела с отвращением,

Чего ещё желала ты? Не этого ль?

Не проведения

В подвал с верёвкой на руках?

Не ври. Ну хватит! Не посмотришь.

Не сможешь более винить.

Не потому, что я прощения

Вновь буду, ползая, просить.

Я затянул узлы потуже,

Поскольку помню - коль беспечным быть,

Рискую вновь нож в спину получить.

Не аллегория, нисколь,

Я ещё помню всю ту боль,

Что ты мне подарила.

Вину свою сполна ты ощутила?

Мой яростью горящий взгляд,

Пробивший дрожь от головы до пят,

С достоинством ты не смогла принять.

Наверно, неожиданность взыграла

В тебе, когда в груди твоей торчала

Лишь рукоять любимого ножа,

А кровь стекала, всё стекала изо рта.

Я знаю, попадёшь ты в ад, любовь моя,

Конечно! Ведь лукавство́ - твой смертный грех.

В ушах звенело, словно от помех...

Я помогу, не бойся, солнца свет!

Вода очистит, верю, твою душу.

И не умрёшь ты, солнце, от удушья.

Я так люблю тебя,

Пускай за ложь твою тебя я наказал,

В рай ещё можешь ты попасть,

Ведь мир тебе подводный показал.