Любовь, я не люблю тебя…

Любовь, я не люблю тебя…

Отстань, любовь, я не люблю тебя. Поди ты прочь! Забудь про то, что было. На жаркий отблеск твоего огня Я не приду! Совсем ты мне постыла…

Считаешь ты — все средства хороши, Сердца людские — лишь поля сражений. В твоих темницах, в лабиринтах лжи, Рабы звенят цепями наслаждений.

Ты ловишь на приманку красоты — Игра живой блесны неотразима, Те, кто попался — слепнут, как кроты, Трепещут на крючке неумолимом.

Ты в душу пробираешься, как вор, Плетёшь тенёта паутиной лести. Узлы крепки, и можно лишь мечом Их разрубить — но только с сердцем вместе!

И я влюблялся, и меня любили, Что было хуже — трудно мне сказать. Чем наблюдать мучения чужие, Бывает, легче самому страдать!

Люблю я книжки про любовь читать — Интрига греет, как бокал портвейна. В театре обожаю созерцать Шекспировских страстей столпотворенье.

Но это — всё! Не строй невинных глаз, Твои уловки знаю, не старайся. Любовь! — я говорю, в который раз, — Поди ты прочь! Ко мне не приближайся!

Ах, как, любовь, тебя избаловали!

Ах, как, Любовь, тебя избаловали! Надели на чело божественный венец, И водрузили на высоком пьедестале Разбитых вдребезги из-за тебя сердец.

И день и ночь безумные поэты На твой алтарь кладут надрывные стихи, Все новые твои апологеты Несут, как дань, свежеубитые цветы.

Ах, бедные Ромео и Джульетта! Любовь, не отрицай — ты погубила их. А ты, Шекспир? — зачем ты преступленье это Такой романтикой облёк в стихах своих?

Жизнь за любовь! — какое искушенье Для душ неопытных, отвергнутых в любви. Шекспир! — ты соучастник преступлений, Твой храм поэзии построен на крови!

А раньше ведь Любовь была скромнее, Но гений злой соединил Любовь и Кровь. Какой монах, в какой убогой келье В гламурную романтику облёк любовь?

Что ж, мы поделать ничего не можем, Влюбляться и страдать придется вновь и вновь. Любовь и Кровь рифмуются! — но всё же Мне больше по душе Любовь — Морковь!

Перевод с французского

Мой друг, пойми — любовь не умерла, Потоком времени её не смыло, Хотя страстей уже прошла пора, И пыл желания теряет силу.

Летала легкокрылым мотыльком, Но сил уж нет, упала, угасаю, Повеяло на душу холодком, Зачем же я тебе нужна такая?

Как круг спасательный твоя любовь, Держу его слабеющей рукою, Несётся время, не вернётся вновь Все то, чем были счастливы с тобою.

Никто не может знать, что впереди, Куда текут душ человечьих реки. Держи меня, любовь не подведи, Молюсь и верю — ты со мной навеки!

Диалектика любви

Так в чём же магия любви? Не только в красоте телесной, Чреватой гормональной мессой, Но больше в том, что верим мы Легенде о любви известной.

Любовь, мол, богом рождена, Как к свету, к ней стремиться нужно, Бегом — да хоть плетясь натужно! Она чиста, в ней нет греха, И, в целом, низменному чужда.

Любовь близка — подать рукой, Не то, что бог неуловимый! Порой проходит, правда, мимо, Дразня походкой роковой, Вонзя кинжал страданий в спину...

Сладки, любовь, твои объятья, Дыхание — как свежий бриз, Идти за твой бесценный приз Душа готова на распятье! — Законен твой любой каприз...

Сквозь очи любящие — бог, Ну, а кому-то и мадонна, На нас взирает благосклонно, А равнодушия порог — Граница пропасти бездонной.

Не всё так просто и красиво! Любовь, порой ты не добра, И гонишь душу со двора, Свою магическую силу Используешь на пользу зла.

Предательски непостоянна, Порой не видишь доброты, И, вспыхнув ненавистью, ты, Со страстью — как это ни странно, Вступаешь на тропу войны!

Любовь и приз, и наказанье, Как ни крути-верти, игры Нет увлекательней любви, Она ценна нам как признанье Небренности существованья!

Ты хороша и без прикрас

Ты хороша и без прикрас, Без обрамленья макияжа — Изящный профиль и анфас, Серёжек блеск для антуража.

Не скроет никакой наряд Твоих изгибов совершенства, Спокойный излучает взгляд Простого бытия блаженство.

Высокомерьем красоты Ты не разишь напропалую, И не скупишься на дары — Улыбки, смех и поцелуи.

Легка походка, гибок стан, Идёшь по жизни грациозно. Не ведомы тебе обман И унижающие слёзы.

Могла бы ты сводить с ума Вооружённой красотою, Но жаль тебе сжигать дотла Сердца мужчин, больных тобою.

В тебе нет злобы и следа, Любовь войною не считаешь, Случайных пленников всегда Ты на свободу отпускаешь.

Живёшь по правде, по своей — Но и чужую уважаешь! Своих мужчин, как и детей, Ты собственностью не считаешь.

Мужчин за равных признаёшь, И приручаешь без насилья, Свою свободу бережёшь, Но и другим не режешь крылья.

Проходит жизнь, летят года, А ты — ничуть не изменилась. Что я приврал — то не беда, Беда — что ты не удивилась…

Судьба ведет извилистой тропинкой

Судьба ведет извилистой тропинкой, По ветру времени прокладывает путь. То ласковой прикинется блондинкой, То явит строгую брюнетки суть.

Любовь и страх дорогу выбирают, Страх прогоняет, а любовь зовёт. Никто не знает, кто из них спасает, А кто навстречу гибели ведёт.

Любовь и страх добро и зло творят, Меняет жизнь, как женщина, наряд, И что ни день, то новые капризы.

В калейдоскопе этом шутовском Что манит нас далеким маяком, Загадочной улыбкой Моны Лизы?

Сон в мартовскую ночь

Любовь задела мимолётно Своим магическим крылом, И превратила в идиота, Нарушив гормональный фон.

Восторгом захлебнувшись страстным, В нирвану разум мой упал, Бес вожделенья молвил: «Здрасьте! Надеюсь, я не помешал?»

«Какого чёрта! — возразил я, — Куда ты прёшься, наглый хам? Я человек, а не скотина, И управлять собой не дам!»

Глумится, гад: «Я как тростинку Тебя сломлю, не в первый раз! Вся жизнь покажется с овчинку, Коль мой не выполнишь приказ!»

Гнобил меня он сладострастьем, Во мрак депрессии бросал, Заманивал животным счастьем, Устал в конце концов — отстал.

И только я освободился — Стучится ангел в дверь мою, Слезой горючею облился, И манит нежно к алтарю!

«За что меня? О боже, боже! — Всевышнему я прокричал. — Я ж неказист, не вышел рожей, Да и богатства не стяжал!»

«Любовь впустить повелеваю! — Ответили мне небеса, — Наказан будешь, коль узнаю, Что нагло врёшь ты ей в глаза».

Оковы сна я что есть мочи Рванул — уж утра полутень Прогнала прочь фантомы ночи, Восьмого марта, в женский день.

Механика любви

Любовь! Как много в этом слове Несовместимого слилось! Восторг и слёзы, радость, горе, Святая доброта — и злость.

Я помню чудные мгновенья, Когда, захваченный врасплох, На лик любви я с изумленьем Смотрел — и чувствовал подвох.

Изгиб бровей, и глаз сиянье, Небрежный неслучайный жест, Стыд от желанья обладанья, И несвободы тяжкий крест.

Глухой туман самозабвенья, И поклонения экстаз, Слепое самоотреченье, Мгновенья, длящиеся час.

Как жалкий раб, в плену инстинкта, Бредёшь, куда прикажет кнут. Запутанней нет лабиринта, Чем тот, что страсти создают.

Любви все возрасты покорны — Ну что ж, неси тяжёлый крест, Одолевай в пути препоны, Которых столько, что не счесть.

Кто страсть свою преодолеет, И на свободу ускользнёт И оглянуться не успеет — Любовь опять его найдёт.

В одежды разные рядится Любовь — приманкам несть числа, Прикидывается жар-птицей, Птенцом, упавшим из гнезда.

Кто б ни был ты по жизни — птица, Зайчишка, волк или орёл — Не вздумай, братец, соблазниться Морковкой с надписью «осёл»!

Когда-нибудь я соберу пожитки

Когда-нибудь я соберу пожитки, Сложу в надёжный старенький рюкзак, Пройду тропинкой узкой до калитки, Исчезну тенью в будущего мрак.

Уйду в туман нехоженой дорожкой, Взгляну, как в первый раз, на божий свет, И разгляжу — хоть смутно, хоть немножко — Потерянный несбывшегося след.

Что ж, прошлых дней завершено творенье, Строфою жизни лег экспромт души, Но я вернусь — романа продолженье Ты без меня, родная, не пиши.

Всё ценное на свете преходяще, И каждый новый день экспромт творит, То лешим закружит лесная чаща То земляникой спелой одарит.

Как много счастья приносили воды Тех рек страстей, что омывали нас! Как мастерски играл все эти годы Простого бытия негромкий джаз.

Унылых, монотонных будней морок Рассеял ветер времени, как дым, Печали прошлые забвенья полог Рукою милосердною закрыл.

Когда-нибудь я соберу пожитки, Всё то в душе, чем свято дорожу, На строк стиха невидимые нитки Прилежно и с любовью нанижу…

Думы невеселые

Отвяжитесь от меня Думы невесёлые! Зажигают небеса Звёзды невесомые.

В заколдованном краю Жить уж нету мочи, Расколдуй меня, молю, Хоть к исходу ночи.

Что молчишь, душа моя? Али обессилела? Знать взвалила на себя, Ношу непосильную!

На Кащеевой горе Отцвели цветочки, А с деревьев во дворе Падают листочки.

Что, душа моя, ты льёшь Слёзоньки солёные — Что любовь, что нелюбовь — Гири стопудовые.

Что молчишь, душа моя? Будто обескрылила? Ах, Кащеева игра, Как ты опостылела!

Занимается заря, Звёздочки погасли. Всё, как видно, было зря, Сгинуло напрасно.

От любви до нелюбви Тропочка протоптана. Сердцу холодно в груди, Бьётся тихим шёпотом…

Заморочили тебя Колдовским заклятьем! Где Кащеева игла Спрятана, узнать бы!

Химия любви

Женские чары — наркотик Непревзойдённо красивый, Жаждой желанной плоти Манит непреодолимо.

В нежные чувства рядятся Древних инстинктов личины, Роль назначают паяца Дозу принявшим мужчинам.

Зелье творят колдовское Чары в крови своей жертвы, Мучают страстной тоскою, И вымогают оферты.

Вот уж и небо с овчинку Видится жертве несчастной, Волю его, как тростинку, Ломит наркотик прекрасный.

Тот, кто подсел на наркотик, Страстно стремится в ловушку, Дозы лишённый невротик Может попасть и в психушку!

Может до смертоубийства Дело дойти, между прочим, Многих поэтов витийства Скорбный финал сей пророчат.

С силою превосходящей Трудно, ох, трудно сражаться! Нет поражения слаще, Чем чаровницам сдаваться!

Будь хоть каким самураем — Нет против них обороны! Противогаз пропускает Чары любви — феромоны.

Чувствует власть чаровница, Кошкою с мышкой играет. Мышка, не верь небылицам О наркотическом рае!

Астрофизика любви

Я помню точку времени-пространства, В которой чудный ощутил эффект Закона женской красоты — коварства, Перед которым меркнет интеллект! Попал я в сферу неземного притяженья, И начал без надежды на спасенье. Вращаться по орбите круговой, Луной, в полон захваченной тобой. Как солнце ты блистаешь, согревая, И я к тебе, как бабочка, стремлюсь, Сгорю дотла, быть может — ну и пусть! — Зато оставлю яркий след, пылая!

Ты далека, как космоса пределы, И так близка — рукою лишь подать! Остры твоих невинных взоров стрелы, И ран душевных боль — как благодать! Походка лёгкая ласкает взоры, На форм богатства зарятся, как воры, Мужчины по законам естества, Которые сильнее колдовства! Мы — полюса, и наш удел — стремиться В объятия друг друга, и когда Сольются наши бренные тела, То, может быть, планета зародится!