Ольга Кан

Любовь моя, моя беда

О, будь ты проклят, тайный зов крови

О, будь ты проклят, тайный зов крови,

Возвысивший влеченье до любви,

Родившийся от главной из причин,

Явившийся бессонницей в ночи.

Как мир, простая истина стара:

Мужчина любит только до утра.

Но до тех пор, пока не гаснет страсть,

Мне над тобой дана природой власть.

И до тех пор я дорогой ценой

Плачу за право рядом быть с тобой.

Плачу усталой дрожью нервных рук,

Плачу пренебрежением подруг,

И каждым неподаренным цветком,

И каждым без тепла прожитым днем,

И каждою слезой в полночный час,

И каждою морщинкою у глаз,

И страхом, что с течением минут

Сквозь пальцы, как песок, года текут.

И это все - за твой недолгий плен.

Ты ничего мне не дарил взамен.

Мы с тобой давно обговорили

Тему о любви и нелюбви,

Мы с тобой успешно разрешили

Общие неясности свои,

Мы давно условились с тобою,

Что мешать друг другу смысла нет,

Что не будем называть любовью

Наш недолгий временный дуэт.

Я согласна на ограниченья,

Может быть, так даже проще жить,

Если объяснять одним влеченьем

Время, когда хочется любить.

Почему порою так бывает,

Мне понять чем дальше, тем сложней:

Женщина с любовью прижимает

К ране нож, нанесший рану ей.

Словно боль близка ей и желанна,

Словно ей страдания легки,

Словно ей мучения не странны

От жестокой, но родной руки...

Знаю, что с отчаяньем и болью

От тебя я буду отвыкать,

Что посыплю раны крупной солью,

Чтобы дольше стали заживать.

Я стою к удивлению умных людей

Ледяным столбом между двух огней.

Один огонь лишь тлеет углем,

Другой огонь полыхает костром.

А я все таю, и таю, и таю...

Слышу шепот глухой: далеко ль до беды,

Станешь лужицей чистой прозрачной воды,

А пройдет лишь час, испарится вода.

От тебя не останется даже следа.

А я все таю, и таю, и таю...

Да, один мне лжет, и другой мне лжет.

Оба думают, я холодна как лед.

И один влюблен, а другой не влюблен,

И оба жгут мое сердце с обеих сторон.

А я все таю, и таю, и таю...

Я брежу или сплю

Я брежу или сплю, но я не наяву.

В реальной жизни никогда так ярко не живу.

Не исполняются мечты в земном пути.

А здесь исполнились они, но лишь почти.

Сколько можно доходить до черты,

И опять возвращаться назад?

За чертой то ли рай, то ли ад.

Я хочу это знать, но узнать не надо,

Если мне не поможешь ты.

Подними же меня к себе,

Иль столкни на самое дно.

Я закрыла все окна

Я закрыла все окна, я закрыла все двери,

Никого я не жду и никому я не верю.

У меня есть свой мир, я в него не пускаю,

Я не такая как все, я совершенно другая.

Я не такая как все, и я этим горжусь.

Я не серая мышь, это просто личина,

У меня незаметной быть свои есть причины.

Хожу по лезвию бритвы и играю с огнем,

Это танец, который не танцуют вдвоем.

Я не такая как все, и я этим горжусь.

Быть другой - это право, талант и искусство,

И жестокий запрет на обычные чувства.

Я слабела и чахла, когда я любила.

В несмиреньи моя заключается сила.

Я не такая как все, и я этим горжусь.

Опять сгораю дотла и возрождаюсь из пепла,

Я умирала от боли, но лишь от боли окрепла.

Я принимаю победу так же как пораженье,

Я никогда не вижу смысла в полном разоруженьи,

Я не такая как все, и я этим горжусь.

Не бывает все в жизни ровно, четко и гладко,

Жизнь дерьмо, но ее я проживу без остатка,

Я живу как умею и себя не стыжусь.

Я не такая как все. И я этим горжусь.

Любовь моя - полынью на губах

Любовь моя - полынью на губах,

Тоскою в сердце, на глазах слезою

И руки на груди с мольбой немою,

И тайный жар. И непонятный страх.

Наверно, было б легче во сто крат,

Когда б не знать, не чувствовать, не видеть,

Когда бы научиться ненавидеть

Того, кто сам судьбе такой не рад.

Напрасно разум сердце отвращал

От мыслей, что ночной порой тревожат

Порою осудить себя не может

Тот, кто другим ошибок не прощал.

Твой поцелуй рассеянный наделал столько бед

Твой поцелуй рассеянный наделал столько бед!

Как мы в себе уверены, когда погашен свет...

В невинных приключениях довольно простоты -

Искали мы забвения друг в друге, я и ты.

Полна чистосердечием, я честно признаюсь:

Не верила беспечно я, что я в тебя влюблюсь.

О, я была сговорчива, и думала шутя:

Мальчишка неразборчивый, почти еще дитя.

Ах, знать бы мне заранее, ах, знать бы наперед,

Какое испытание меня с тобою ждет.

Мне б удалось, наверное, без лишней суеты

Остановиться первою, не преступив черты.

Любовь моя, моя беда

Любовь моя, моя беда, ночные встречи под луною

Не повторится никогда твое безумие хмельное

Ты не покинула меня, но запретила мне отныне

И восхваляя, и кляня произносить родное имя.

Прогнозам вопреки чужим с теченьем лет не ослабела

Печать молчанья наложив на губы, на глаза, на тело.

Привилегия отрочества

Привилегия отрочества в целях большей простоты

Звать друг друга не по отчеству, а по имени "на ты".

Мы уже в приличном возрасте, хоть пока не старики,

Но для вежливой холодности слишком были мы близки.

Потому, уж ты прости меня, чтоб привычки не менять,

Я зову тебя по имени. И всегда так буду звать.

Я тебя поцеловала

Я тебя поцеловала для того, чтоб убедиться -

Наваждение сначала для меня не повторится.

И проверив: сердце больше не замрет от поцелуя,

Поняла - не стоит больше жить, бессмысленно ревнуя.

Раньше думала с тоскою, словно об утрате рая:

Будешь счастлив ты с любою, лишь меня не выбирая.

Облегчение большое быть свободной в жизни личной.

Мне не верится порою, что теперь мне безразлично,

Сколько у тебя их будет, друг на друга непохожих,

Если больше не волнует меня запах твоей кожи,

Если я под этим взглядом не теряюсь, не бледнею,

Не хочу с тобою рядом безоглядно быть твоею.

Надо мной ты, слава Богу, больше власти не имеешь.

Только жалко мне немного, что об этом не жалеешь.

Не измени, не согреши

Не измени, не согреши, сплошные "не", одни запреты,

Храни очаг, блюди себя и на свою судьбу не сетуй.

А мне постыло все вокруг, мне надоело жить святошей,

А мне хотелось бы побыть одну неделю нехорошей.

Быть неразумной, позабыть слова сухих нравоучений,

Свои желанья исполнять без колебаний и сомнений,

Пройти, сминая все "нельзя" все то, что мне не разрешали,

И целовать кого хочу назло общественной морали.

Может быть, я и была неправа

Может быть, я и была неправа,

Но хотела я нам только добра,

Слишком умные искала слова,

Не оставила тебя до утра.

Я сегодня как для съемки в кино

Выбирала, что сказать, что надеть,

Побелевших губ моих все равно

Под густой помадой не разглядеть.

Может быть, потом припомню не раз

С облетевшими деревьями двор,

Свой намеренно жестокий отказ,

И напрасный для двоих разговор.

Вот и кончилась хмельная пора

Днем осенним, неприветливым днем...

Мне оставить бы тебя до утра,

До утра и будь что будет потом.

В мерцаньи тающих свечей

Я на тебя смотрела строго.

Ты забавлял меня немного,

Такой смущенный и ничей.

Чуть-чуть кружилась голова

От твоего простого "здравствуй",

От мысли той, что мне подвластны

Твои движенья и слова.

С момента встречи наперед

Я знала все, что будет дальше.

И ты талантливо, без фальши,

Сыграл влюбленного. И вот

Опять оттаяла душа

И щеки густо розовеют,

Твои словам ничуть не верю,

Но замираю не дыша.

Желанный радостный обман,

Смешная детская причуда,

Девчонка в ожиданьи чуда...

Наверно, я сошла с ума.

Ведь стоит солнечным лучам

Пронзить очарованье ночи -

Я сразу пожалею очень,

Что не сумела промолчать.

Куда же ты опять пропал

Куда же ты опять пропал? Довольно,

Тебя и видеть, и не видеть больно.

Я от двойной игры давно устала,

Сомнениями душу истерзала.

Быть может, нам давно пора проститься,

Но мне лицо твое ночами снится.

И там, во сне, все те же игры в прятки,

Полунамеки и полузагадки.

Когда ж конец бездарной этой пьесы?

За действием слежу без интереса,

Актеры стары, грим не красит лица,

Но мне лицо твое ночами снится...

Ничего не изменилось

Ничего не изменилось.

С угасающей надеждой

Жду звонков твоих как прежде,

Как награды жду, как милость.

Ничего не изменилось.

Где-то счастье наше бродит,

Ты по-прежнему свободен,

Я ничем не поступилась.

Ничего не изменилось,

И изменится едва ли.

Слишком долго чуда ждали,

Только чуда не случилось.

Ничего не изменилось.

Я не знаю тебя

Я не знаю тебя, но тебя ненавижу.

За что любить?

Может быть, суждено мне узнать тебя ближе.

Может быть.

Ты, девчонка, ты смеешь раздумывать, боже!

Глупый сон.

Ты не лучше меня, а просто моложе.

Вот и все.

Задавая вопросы, не знаю ответа

В первый раз.

Год назад я пошла бы за ним на край света,

Не сейчас.

Никогда не умела за счастье бороться.

Что в борьбе?

Улыбнусь, и лишь сердце сильнее забьется.

Все в себе.

Надо мною неловко судьба пошутила

Чья вина?

Отобрала любовь да тебе подарила.

Ночь длинна.

Подержала ты счастье мое на ладони,

Примеряй.

Не ужиться тебе с чужим милым в законе.

Так и знай.

Люблю тебя как в первый день

Люблю тебя как в первый день с тоской уже привычной.

Любовь от трудностей сильней, надежда безгранична.

Зачем же я опьянена недостижимой целью?

За необузданностью чувств - жестокое похмелье.

Судьба накажет за восторг любви осатанелой,

Накажет душу за грехи измученного тела,

За память долгую мою о поцелуях жгучих,

За нашу встречу - роковой и неизбежный случай.

Боюсь расплаты за любовь, небесной высшей кары,

Устала каждый новый день встречать ночным кошмаром.

Когда-нибудь свой крест приму за то, что я любила,

Но вот люблю - лишь потому, что не любить не в силах.

Ты не приходишь

Ты не приходишь. Ну и дела. Днем я спокойна и весела.

Что исходить слюною со зла? Бестолку. Делать нечего.

Но вот густеет синь за окном, и затихает усталый наш дом,

И спит мой сын безмятежным сном вечером, вечером...

Вот и опять через пару минут

Часы злорадно полночь пробьют

И деревья тихо вздохнут: Глупая, снова мечется,

Снова жжет до полуночи свет, снова ищет счастья секрет,

Ждет того, кого уже нет вечером, вечером...

Он не придет, усталый и злой, он безумно счастлив с другой,

Он не ее романа герой, плут красноречия.

Он забыл ее, а она в ожидании стала грустна,

И подушка от слез солона вечером, вечером...

Ровно в полночь, в двенадцать часов

Запираю я дверь на засов

Себе пожелаю приятных снов, ночи спокойной, прежде чем

Вновь нахлынет душной волной сновидений спутанный рой

И принесет долгожданный покой вечером, вечером...

Я слишком далеко зашла

Я слишком далеко зашла,

Я не должна была, не смела,

Я лишь развеяться хотела

И за собой мосты не жгла.

Но так уж цель была сладка,

Но так она к себе манила,

Что просто силы не хватило

Не сделать лишнего шажка.

И отступиться не могу,

И дальше двигаться опасно

В густом тумане свет неясный

На дальнем скользком берегу.

Что ждет меня в конце пути?

Награда или наказанье?

Осуществление желанья?

Самой ответа не найти.

Ну, подскажи, мучитель мой

Намеком, взглядом, жестом, словом

Как встретишь ты меня, сурово

Или протянутой рукой?

Прогляжу всю ночь в глаза твои

Прогляжу всю ночь в глаза твои,

Но не стану в тайном признаваться.

Говорить с тобою о любви -

Все равно что с коброй целоваться.

Я ведь, милый, вовсе не из тех,

Кто себя своей любовью губит.

Тот возьмет на душу тяжкий грех,

Кто тебя, проклятого, полюбит.

Горько твои губы целовать,

Страшно слушать ласковые речи,

Нет, не мне такого удержать -

Поняла я с первой нашей встречи.

Я себе не стану изменять,

Собственных законов не нарушу.

Создал тебя дьявол из огня

Соблазнять неопытные души.

Своей любовью одержимая

Своей любовью одержимая,

Себе устало повторяю:

Нет, не бывать тебе любимою,

Он только шутит, лишь играет.

Ему - от скуки развлечение,

Тебе - тоска на веки вечные.

Ему - пустое сновидение,

Тебе - упреки бесконечные.

Бессонниц рой тебе наградою,

Да боль тупая в сердце раненом.

Остынь, не трогай волчьей ягоды,

Ты не в себе, ты одурманена.

Тебе о нем и думать нечего,

Ему другая жизнь намеряна.

Опомнись, дурочка беспечная,

Не по себе ты рубишь дерево.

Без тебя я живу спокойно

Без тебя я живу спокойно,

Но не дольше одной недели.

Если дольше - душно и больно.

Ах, когда же я повзрослею?

Пролетят семь дней незаметно,

Дольше выдержать не умею,

Становлюсь я злобной и вредной.

Ах, когда же я поумнею?

О моей печали сердечной

Скоро станет известно повсюду.

И вздыхаю горько под вечер:

Ах, когда же тебя забуду?

Теплым жжением в крови

Теплым жжением в крови, крохотным комочком

Из надежды и любви зародилась дочка.

Я хотела тенью быть для тебя незримой.

Как хотела я родить от тебя, любимый…

Целовала б я ее в темные реснички,

Заплетала из кудрей толстые косички,

Я б молилась одному, я б ее любила…

По приказу твоему я ее убила.

Поминальный слышен звон, смех судьбы проклятой

Обступили с трех сторон белые халаты

Были, были, боже ж мой, глазки, кудри, губки…

В банке темно-красный слой, фарш из мясорубки.

Отметалась два часа на чужой простынке,

Щеки мне не обожгло ни одной кровинкой.

Шла притихшая домой, плакал голос севший…

Так я стала, милый мой, враз осиротевшей.

Как же я не умерла, не лишилась разума?

У другой растет твоя дочка черноглазая.

Думаешь, забыла я твою улыбку?

Думаешь, грустила по тебе не шибко?

Оттого и взгляд твой, дочерна угрюмый.

Ладно, черноглазый. Думаешь, так думай.

Год прошел. Да нет же, пролетел как птица.

Темень глаз упрямых до сих пор мне снится,

Снятся до рассвета голос твой и губы…

Думаешь, забыла? Ох, какой ты глупый!

Я стараюсь очень выглядеть счастливой,

Но приходит вечер тенью молчаливой,

И кошачьей лапой к сердцу боль крадется…

Грустно, черноглазый, без тебя живется.

Лишь теперь я разглядела

Лишь теперь я разглядела, что себе я худший враг:

Вышло все как я хотела, только вышло все не так.

И кричу судьбе: Довольно сплетней, россказней и врак!

Знала я, что будет больно, только вот не знала, как.

Приглашала я подружек разделить мою печаль.

Только мне никто не нужен, если нет тебя. А жаль,

Сколько есть на свете славных, молодых и холостых.

Почему же самым главным оказался ты из них?

Мне больно слишком, больно очень.

На сердце лишь одна беда:

Поверить сердце никак не хочет,

Что ты моим не будешь никогда.

Хочу, чтоб ты меня любил назло рассудку

Хочу, чтоб ты меня любил назло рассудку,

Чтоб страх разлуки походил на злую шутку,

Чтоб гасли в полночь две звезды над изголовьем,

Чтоб были мы с тобой горды своей любовью.

Хочу не знать во тьме ночной воспоминаний

О том, что было не с тобой весною ранней,

Хочу забыться и забыть любовь былую,

Чтоб в мыслях откровенной быть и в поцелуях.

Хочу не думать о судьбе решений спешных,

Хочу довериться тебе и жить надеждой,

Хочу поверить навсегда, мне это надо,

Что как и в прежние года, ты будешь рядом.

Ах, послать бы к черту все приличия!

Малый грех - невелика беда

Ведь от напускного безразличия

Не осталось нынче и следа.

Ах, отбросить напрочь все условности,

Снова целовать глаза твои...

Отрекаться, милый, надо полностью.

Да не отречешься от любви.

Все как долгие годы назад

Все как долгие годы назад... Я раба твоего красноречия,

Твой ласкающий бархатный взгляд меня сводит с ума этим вечером.

Как умеешь галантным ты быть! Комплиментами речь пересыпана,

Но любить меня, просто любить - ты для этого слишком воспитанный.

Все как прежде, но что-то не так, сердцем чувствую: словно незримая,

Расстояньем в полметра черта отделила меня от любимого.

Я пытаюсь ее отменять безысходно, упорно, намеренно -

За черту ты отводишь меня очень мягко и очень уверенно.

Словно отзвук забытого сна, я черту эту где-то встречала?

Смутно помнится, раньше она в твое сердце меня не впускала.

Прикосновенья этих рук

Прикосновенья этих рук меня лишают силы воли.

Они желанны мне до боли, ты друг, но вероломный друг.

Меня своей не признаешь, но все же дразнишь полулаской,

Во избежание огласки о вечной дружбе речь ведешь.

Поверить равнодушью слов? Но так друзей не обнимают,

Я знаю. Но не хуже знаю, что не живет в тебе любовь.

Закат. Восход. Закат

Закат. Восход. Закат. День-вечер-день подряд.

Сочится темнота сквозь щели окон в дом.

И мыслей влажный шелк: Хочу...чтоб ты...пришел...

Забыть, забыть, забыть. Не думать ни о чем.

Проклятая любовь. Тупая эта боль

Мне выела виски и сердце больно жжет.

Игра еще жива в обманные слова -

Проигрываю жизнь уже который год.

Кому теперь нужны звучание струны

И песня о мечте, несбывшейся, увы...

Упала с губ печать, не в силах я молчать.

Но хочется не петь. Но хочется завыть.

Какая мука вспоминать...

Шурша, летело на пол платье,

Я молодела лет на пять,

Вставая из твоих объятий.

Овал зеркальный отражал

Девчонку, пьяную от счастья,

И взгляд усталый выдавал

Греховность незаконной страсти.

И чем сильней любовь была,

И чем тесней сплетались руки,

Тем больше в сердце боль росла

От неизбежности разлуки.

Ностальгия по любви

Где ты, друг забытый мой? Где, мальчишка мой упрямый?

Ни полночного звонка, ни письма, ни телеграммы.

И кому же ты теперь свои мысли поверяешь?

Почему я не с тобой? Я не знаю. Ты не знаешь.

Не уйти от жадных глаз – я бы выплакалась вволю.

Ностальгия по любви, по святой сердечной боли.

Изменить своей мечте человек, увы, не властен.

Ностальгия по любви, по несбывшемуся счастью.

Ностальгия по тебе, по прищуру глаз смешливых,

Ностальгия по судьбе всех влюбленных и любимых.

Я не плачу, бог с тобой, у меня глаза сухие,

Просто в плен меня взяла ностальгия, ностальгия.

Невероятная звезда

Невероятная звезда на недоступном небосклоне...

Я все ждала, когда судьба тебя на землю мне уронит.

Тебя сумела я достать, в желаньи этом слив все силы,

Но не сумела удержать и только руки опалила.

И тут же цепко подхватил ее стоящий кто-то рядом,

И рук своих не опалил,

И даже не благодарил,

Не удостоил даже взглядом.

Предупреждение

Знаешь сам небось – глаза у меня зеленые.

Ты же сам меня прозвал ведьмою влюбленною.

Я тебя предупреждать больше не намерена,

Все равно любовь твоя для меня потеряна.

Завтра сяду колдовать, и глядишь, получится.

Будешь без меня, родной, ты не жить, а мучаться.

Ох, узнаешь ты тоску, станешь горько каяться,

Да и девкам заодно перестанешь нравиться.

Не хотел достаться мне – отомщу неистово:

Из кудрявого тебя сделаю я лысого.

Может, сам тогда поймешь за слезой соленою

Как невесело шутить с ведьмою влюбленною.

Ты повторял, придя в мой дом

Ты повторял, придя в мой дом,

Когда встречались наши лица,

Что ты отчаялся жениться

И кончишь жизнь холостяком.

Да кто б тебя не полюбил?

Ты, верно, шутишь неудачно.

Но под веселостью прозрачной

Мой взгляд тревогу различил.

Ты, друг, и правда одинок,

Хотя поверить в это трудно.

В тебя влюблялись безрассудно,

Ты выбирать из многих мог.

И я тогда была одной

Из этих дурочек влюбленных,

А ты, надменный, непреклонный,

Мой бог, мой рыцарь, мой герой?

Ты не искал своей судьбы,

Ты медлил с выбором нарочно.

И с этой каторги бессрочной

Бежали все твои рабы.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге