Литавры заглушают достиженья сердца.

Глава 1

А стрелы, достигшие цели, врагов, проклинают их дети и вдовы, и вой голодного разума. Чем громче звучит в миру и храмах анафема, тем больше с другой стороны героев встаёт за щит.

Тяжела служба адъютантов под постоянным взглядом и бдением монарха. Прерогатива-

Богу молиться.

Держава не увидит своих героев от того, что за их спинами новые встают.

Богу-служить.

... и даже, чтобы спринтер в душе оставался марафонцем, то есть камнем преткновенным, только для Афин.

Часть 1.

Только языческая вера даёт право узнавать мир ближе.

Я видел в памяти то, не моё, что в жизни видеть никак не мог.

В трудное время не шёл к людям, где бы в народе нашёл своё отчуждение.

В них самое мудрое без печати учёности, без назначенной цены не взял бы даже взаймы.

Они лишились бы гордости без печати учёности, последней перед весами и бездной ступени.

Бездействие Бога вдохновляет в этой патовой ситуации. В велениях доблестных, в надеждах зрелых, в победах истинных, где уже не видел воочию себя.

Где нет закона, там, где есть сравненье с ним, что этого просто не может быть.

Победа шла по лестнице державной, дорогой, то поднимаясь по плечам, то опускаясь по ногам, спотыкаясь и кланяясь ступеням.

Ей не размениваться нужно, ей впору в долг просить.

Та, которую мы знали, приказала долго жить, и упала на орла.

Та же,которая должна быть ею, изжила себя прежде, чем достигла эшафота, точнее, совершенства, вернее, зрелости всего.

Того дурмана, что зовётся ядом для богов - безбрачье их героев. Так долго их победу ждали, что стало, её слава не нужна.Лишь гонец сказал, умирая:"Vita est via". А может и наоборот.

Разве это герои, которых дома не ждут?Вот в чём вопрос.

Терпение и так, благодарно, что дают розы за его труд..Когда заслуга по душе, то и лестницы не в праве разделить её награды.

Когда уже трибуны, усопших для борьбы, убогих от сражений, как приятно говорить под занавес о них.

Язык размера слова не запоминает.

Ждут ли, что снова превзойти себя смогут их кумиры, а слуги в то же время балуют коней.

Что б хотя бы в малом, если станет не в коня корм, сравняться,но как равными им остаться, вряд ли им это удастся.

Это уже дело весов и мер.

Кто велик в глазах своих, тот мал в глазах чужих.

Кто же служит им обоим,заранее победе и дороги, что к ней ведёт,боги не дают отчёт по пустякам, где зло хранится, что с добром сравнится,приказ лишает слуг обзора,

Про то, что останется в памяти, а что сразу же станет изжито, язык расскажет только с креста.

Литавры заглушают достиженья сердца.

Вера Христа в единого Бога, столь очевидна и по времени, и по вертикали, дав многое, дав и время на раздумье, и страдания по уму и патока.

И столь же противопоставима, она враждебна всему, что ей чужеродно.

Часть 2.

Душа, покидая тело, всегда новое находит, и только человечье, врут египетские круги-их боги,

говоря об обратном,о животном происхождении души, что по длине можно выстроить и круг, то есть концы замкнуть.Из вне вовнутрь.

Кругами живёт жизнь.

Что не верно, не хаостен мир избранника. Дантовы, хотя и примитивнее, но за то честнее.

В них всего два начала-ад и рай.

В единении идей для жизни, их родство срастания в одно, где прошлая память приказала долго жить, как рудимент.

Прошлые жизни прежних лет интересны лишь архивам,и только архивариусам для статистики, что поставят их на учёт, но не выдадут им ни новое имя, ни патент на него, ни солдатские пайки по их пустым могилам.

Не всё ум может выдать правильно на гора, что доступное после может быть нашему языку.

Но и Душа не дух, она с печатью интеллекта, её запросы во много раз меньше . Что б так унизиться в своих воплощениях, и цепь заново пройти.

От растений до дельфинов, что б вновь обрести крестника Бога.

Душою человек награждён за будущие заслуги перед Богом. Кто, как не человек может так бескорыстно верить? Разве что пёс, пришедший на запах костра...

Прежде сам человек станет двигаться, в свою поглощая орбиту, подтверждается всё это языком тела, что более по меркам доступно зверям средней руки, но благородной крови, уже их детям.

Провожающие после они, скорбными взглядами людей, вышедших будто из чистилища навстречу, окрашенной росе.

Движение без контроля, образно говоря- по прямой,это хаос, стихия, точнее. У каждого движения, а движение, это жизнь,

что движется вокруг, создаётся само по себе поле, точнее, можно сказать, что это и есть бог.

Чистых, умытых, без блеска в глазах, и не смотрящих по сторонам, навсегда потерянных для любви и дела.

Интерес нам не привьют:

Любовь-это вера, что кто-то всегда в ней окажется сильнее.