Королевство сардонического смеха

Кровь в ухе

Слишком громкий звук включился.

Я боюсь его сейчас.

Отойди от речки шустрой!

Унесёт от моих глаз!

Все твои кривые строчки

Превратятся в мотыльков.

Улетают; Испарится

Страшный трепет мерзких слов.

Не хочу успокоенья.

Душит воздух из окна;

Решето твоих затмений...

Мне пора пойти туда.

Я хочу простого счастья -

Чтобы боль могла уйти.

Без тебя мне будет проще

Добиваться пустоты;

А с тобой пора проститься,

Только кровь в ушах звенит.

Я хочу с тобой рассвета,

Но кошмар опять сулит.

Кошмар на ночь

Иногда,

Уже сомкнув очей стальные ставни,

Представив путешествие к Морфею

Забыв круговорот насущного за день прошедший,

Ты резко вздрагиваешь,

Боль в груди впитав сквозь кровь,

И больше ты не в силах быть спокойным.

Вокруг все бьется как в припадке,

И хочется кричать, позвать на помочь,

Забить ту помощь до смерти,

Исполнить приговор себе,

Давно обещанный и другом, и врагом,

Но вот:

Затихнет буря,

Тело снова камнем упадёт под лёд,

Струна порвётся; увертюра,

Что громче голосов иных играла,

Умолкнет.

Можно спать.

Подвешена

Темнота сужает свет Кто оставил тут меня? Не спастись ведь мне во век Очерчу кровать вокруг

Побочкой стала любимая почка И печень немного сдаёт Клянусь, это будет последняя строчка Ведь завтра меня разобьёт

Ах, нет, лишь секунда! Ещё одна клятва; Спрячу жвачку, открою тетрадку Вот так каждый день я солгу… Лишь себе Последняя строчка, посажена почка.

Про Достоевского

Ты можешь извести себя

Упреками за внешность, труд, любовь.

Судьбой добитым будешь, словно

Вся жизнь лишь шутит над тобой.

Несправедливы споры будут;

Любовь народа обратиться не к тебе,

Но знай, что все переживания - пустое.

Воскреснешь как Христос ты после предательства извне.

И будут светлые года,

Когда труды признания получат;

И будут деньги, слава, верная любовь,

Что счастье смеха детского не губит.

Пройдут минуты (ровно пять),

Поклон, что страхом одарён был

Отдам тебе назад, светило наказанья.

Поклон страданиям людским

И горю праведных, но диких глаз в огне.

Веселье.

Солнце, осторожно!

Не стоит столько пить уже.

Твои желудки словно нефти

Хранилище, такое не нужно ничьей душе.

Твои прекрасные косички

Как листья опадут с утра;

Лишь съешь ещё одну таблетку

И больше нет тебя здесь для меня.

Я понимаю все твои стремленья

В запутанной перипетии судьбы

Так просто расстроиться,

Выпив

Одну иль две бутылки ядовитого старья.

Заесть, занюхать, выколоть все вены,

За дозу памятью и мозгом заплатить

Прошу, любимая, не надо так небрежно

В своём хранилище отраву хоронить.

Шлюпка

Тихо походят мимо дни,

И все в панике сбегают

Кто куда

От проблем, семьи, пожаров дел,

Губительных, забитых,

Словно вовсе и не наш удел;

Необычно, странно все плывет.

Что останется в конце?

Узнаем.

Может, только

Ты и я

Забьёмся в угол,

Изживем,

И снова от погони ужасов насущных

Мы растаем.

Карантин

Боже мой, улетел ясный день

Он оставил лишь кровь и цветы

Вместо тленного, юного тела

Упорхнул, словно пчелы

Продолжают трудиться на благо

Он оставил меня здесь одну

Погибать, от подмены всей сути

И глазеть на бидоны кровавой плоти

Когда мимо текут космические корабли

И пробкой забьются они

То машины сияют на пыльной дороге

Так проходят все эти весенние дни -

Фотоплёнка, а фото-близняшки.

Март, апрель - все они лишь названия

Этот год стёр всю суть чередующегося бытия

И оставил нас в клетке домов, коробченок -

В наказанье.

Семейная реликвия

Однажды чадо спросит мать,

Не дожидаясь прямого ответа.

Вопрос звучит в всего лишь нескольких строках:

- Ответить мне, мать, прошу,

Что за таблеточка сияет

В твоей губе, да след оставят

Те крошки на носу?

В бреду, как будто бы спросонья,

Ответ ребёнку даст она:

- Прости, малыш, я не специально!

И грохнется на пол как труп.

Забыв заветы, на прощанье

Издаст пронзительный, посмертный всхлип.

На следующее утро все забудут.

Что было, то прошло уже.

Лишь где-то в памяти милейшего ребёнка

Спустя года, бесчисленного времени

Самоубийство,

Раздастся снова всхлип

Уже из тех, давно не юных уст.

Аборт

Меня пугает ощущение

То, будто жжется спичка меж рёбер;

И новое рождает настроение,

Готовность сущностью своею поразить.

Как будто в чреве серых жидкостей в мозгу

Все наполняется идеями и смыслом.

Но лишь никак я не пойму,

Как воплотить все мысли, жидкости, занозы головы

В живое, в кровь и мышцы.

16:37

Встав спросонья очень рано,

Тело движется ко дну.

Тряска рук не прекращаясь,

Бьет по самому нутру.

В голове - землетрясение.

Может, надо больше спать?

Я сглотну кувшин таблеток,

Спину выгну,

Упаду на мягкую кровать.

Разлом

Разломлена плоть и я

Я бегу

Подбирая куски по дороге

Подтирая кровавой рукою ожоги

Что оставлены после дождя

Из кислотного взрыва, выплеска, гнева

Все мысли смешались во время погони

Чем меньше услышу, тем меньше узнаю,

Тем меньше выговорено будет,

Выдавлено,

Вымолвлено.

Вы на зло?

Оставил открытым капкан

И смеёшься от боли и гнева

И дум, и раздумий, и смеха

И слез от того же

Помеха

Помехи

Я думала, ближе.

А это лишь веха.

03:30

Три тридцать.

Колокольный звон

Пробьёт лишь Богу ведомо как долго.

И в этой праведной глуши

Сижу и слушаю старания тех чистых душ,

Но а кому они кричат?

Кто с здравым смыслом и рассудком

Услышит пение колоколов?

Мои намерения не чисты,

Мне кажется, ничьи,

В такой сакральный час.

Баллада одинокому

Эгей, опять один?

Заперся в ванной на часы,

Пускаешь корабли и слюни

На чью-то жизнь

Такую милую, далекую от этой

Где можно позабыть налоги,

Цену на сигареты

И кончившийся пропускной в метро?

Знай, ты не один!

Мы все зарыты в этой яме,

В могиле братской жизнь влачим

И медленно ждём чуда,

Что спустится от Бога,

Который в дар снесет благословение.

Пускай сейчас так одиноко

Но именно сейчас,

В том одиночестве - ты не один.

Любимая песня

Падение в глубину.

Тот страх от ветра в кистях,

Смущаю тишину -

Прости меня, мой враг.

Туман оплёл всю плоть,

Внутри меня съедает ива.

И не спастись от мук;

И только скрипка тянет живо

Струну, что в голове

Играет каждый час из суток,

Заглушит тишину,

Спасёт от крика очень живо.

Лоно

Мы судорожно ищем дом,

То место, что захватит душу,

Где мы останемся на век

И схороним терзания и стужу.

То лоно, что спасёт от бед

Укроет в вихрь, снег да вьюгу.

Пускай привратница-судьба

Подарит нам терновник вьющий,

Кусающих за плот,питающийся кровью;

Капкан подарит жизнь и туку.

Пускай сей милый дом - лишь клетка

С златыми прутьями, что метко

Запрут стремления, не выпустят во век.

Как ветка

Не пустит соловья, заставит вечно петь.

Сей дом нам смыслом жизни служит;

Как странно, что свобода душит.

И ненасытная душа

В своем неповторимом и таинственном пути

Зовёт рабовладельца и его оковы.

Приступ

Нарастающий звук,

Как тревога внутри.

Гипнотизирующий,

ослепляющий,

режущий

крик.

Лишь без обид,

Но до боли обидно.

Крутящимся вихрем все отдалится;

Так не кричи здесь

О мире в очах,

Он ведь знаком

твоему взору.

Поверья мои, мои речи и боли

Они не напрасны, не стоят той кори,

Которую ты отдаёшь им в ответ.

Игра на инструменте

Как насчёт ещё одной

Бездумной, импульсивной,

Бессмысленной иль с морем мыслей

Прогулки по обычному пути?

Я вырву кость, я вену выну

И Осторожно препарирую всю плоть себе

Затем, чтобы сыграть так громко, как смогу

На пульсе, что забьётся, как трезвонит

Звон колокола в утро воскресенья,

Где церковь, что праведней обители святых,

Зовёт всех жителей простых,

К себе в поклон и покаяние.

Та музыка от вен дрожащих

Останется в сердцах людей,

И сердце факелом горящим

Зажжет цепочку из погасших фитилей.

Лесть

Криклив и необуздан,

Изящен, мил, любим толпой,

Прекрасен возглас, словно чудо

Послали нам с небес наградой

Иль наказанием, то непонятно.

Но этот возглас радует глаза.

Талант так ярок и красив,

Он льстит и поднимает настроение.

Писать - прекрасная пора,

Лишь страшно, что пройдёт болезнь,

Наступит затемнение.

Неравный бой

Проникнув, словно стайка хулиганов

Открыла дверь в богатый дом,

Жужжат, роятся и плодятся

Уныние, тоска и боль.

Приникнув, я открыла дверцу,

Чтоб разобраться в голове,

Но там томились в ожиданьи

Лишь грусти думы; Как во сне

Они мой разум захватили,

Как будто в ящике Пандоры

Из ужасов уныние лишь было,

И принялись плести веретено -

Судьбою управлять бессменно.

Я нож взяла; махнув рукою,

Пытаюсь заколоть их всех,

Но почему-то попадаю

По плоти, венам и душе.

Шёпот

Фитиль

Догорит.

Также трещит

Сожжённый листок.

Как ветер шумит

И молчит в то же время.

Как волос шуршит,

Если тихо сказать

Наклонившись

Сзади

Прямо на ухо

Таинственно?

Нежно?

Как пепел стряхнуть;

Никто не заметит.

Как в страхе трястись

Рукою небрежно.

Таким же путём,

Что обычно

Ведёт в шум и гул,

В твою повседневность,

Пройтись ночью темной.

Из звуков ничто

Не напомнит привычный

И мрачный

Тот путь.

Фитиль догорел.

Времени кончился счёт.

И вновь этот крик

Никак не заткнется.

Правила этикета

Не чавкай, спину ровно,

Держи ножи в другой руке!

Так неприлично резать сердце,

Когда кривые локти на столе!

Не капай кровью на свой фартук;

Он ведь постиран только что!

Приличие блюди ты даже,

Если вскрываешь плоть,

Негоже человеческий гуляш

Вкушать без уважения к себе!

Конвульсия.

Оно началось -

Батальная схватка.

Кровь на губе

Залила весь дом.

Я не оставлю тебя,

Как бы гадко

Не было вновь убивать

Всех вокруг.

Сражение как сон,

Но грезы, что сладко

Манили нас несколько суток назад,

Остались за спинами.

Что же, не стой, беги в бой!

Не оторвётся кривая заплатка;

Не вырвутся органы и не сбегут

Последние капли души нашей

Шаткой.

Последним оплотом нам будет -

Ушедший в туман новых грёз,

Старый дом.

Прогулка

Иду. Бульвар горит. Огни.

Овраги, люди, фонари.

В дворах визжит испуганно девица.

И почему же ей не спиться

В такой уж поздний час? Пустяк.

Ушла и больше нет ее. Как колесница

Проехало авто. Так быстро, словно враг

Сейчас наступит на пяту!

И можно бегом лишь спастись

Или уже никак не выжить,

Ах нет, то лишь мигающий зеленый

На светофоре быстро гас.

Прошли дороги и стремимся

Подальше отойти от грома

Машин, людей, строителей домов.

И в парке тихо, словно на могиле.

Похоронили мы сегодня всех,

Кто так хотел быть не один

В столь поздние часы для суток.

И почему размножилось число?

Я вышла ведь совсем одна?

Действительно, я говорю с собой.

Но, может, обращаюсь я к кому-то?

Пускай тогда уж вы, читающие строки,

Проводите меня по грязной, мокрой, склизкой,

Завидно жаждущей ремонта,

Или хотя бы части выделенных средств,

Моей любимой

Дороге.

А если за угол зайти,

Во двор, что спрятан за массивной стен

Оградой, то вы увидите такое!

Тот тихий двор, один из тысячей таких:

Такой уютный, старый и убогий.

Скамейка вся в грязи;

Качель уж не одарит детским звоном;

Земля - замена кучки из песка.

Зато удобно скрыться от погони:

Когда дела и мысли так близки

И срочно надо подыскать убежище

Души.

Прогулку быстро можно кончить,

Лишь мигом на часы взглянув:

Нельзя нам находяться тут.

Поэтому отключим время,

Побудем несколько мгновений

В свободной от законов и огней

Стране безумных, одиноких,

Так милых сердцу, греющих как тысячи костров,

Возникших, может быть не к месту,

А может в будущем привратников судьбы,

Идей.

Заметка

Времени стрелки протекают

Словно капли сломанного крана

За окном проходит солнце

Изменения - лишь свет; эмоций

Не меняет это никогда.

Дни сменяют месяца,

Дел насущных больше,

Все они сложнее станут,

Но печаль и страшных сожалений

Вся здешняя работа не убавит.

Придирки ко всему, что сотворит рука

Растут, как боль от этого бессилия;

Никак не уберётся эта чехарда.

И пусть, она лишь подтверждает,

Что мы живы.

бардак

Она сладко легла на губу

На носе осталась немного

Вон, на кружке ещё есть следы

И даже на игрушечной кошке

Пара капель заметны на рюшке

На платье, на лампе, на ручке немножко

Найдёте ее вы в кармане пальто

И в зеркальце ( там ее много как в войнах бомбежки)

Она испугалась и спряталась в дверце

В тетрадке, которой уж тысячи лет

Везде, где касалась рука человека

Найдутся противные пятна от лжи.

Смородиновая настойка в кружке из-под чая.

Вроде, годы идут мимо.

Может, и не так уж быстро;

Может, это мои сказки,

Но вокруг все стало дивно!

Все вокруг преобразилось:

Стало ярким, милым, светлым!

Все предметы будто в красках

И на небе жёлтая улыбка.

Позабылись слёзы, тучи,

Позабылись ночи и туманы.

Что случилось с тьмою странной?

Склянка, веселящая сознанье.

Фарфоровая марионетка

Фарфоровая ручка

Коснулась шелка юбки.

Под тканью, что как листья

Весною сотворенные,

Под тканью гипса части;

Ведь ножки не изящны,

Ведь их не видят люди

Так часто, как лицо.

Все ноги заменили

На гипс,

ведь шрамы не красивы.

Ведь все уродства спрятать

Легко у куклы можно.

И ниточки на ручках

Прозрачны, словно капли

Росы, что на рассвете рождена.

За ниточку лишь дерни

И кукла вся встряхнется.

Исполнит ваш приказ

И честно будет всем,

Что требуется вами.

Вы лишь не обращайте

Внимания на слёзы

И на куски из гипса,

То лишь ремонт поломок.

Он не меняет суть.

Та кукла так изящна

И лак лежит отлично:

Акриловые глазки

Да пышные реснички.

И даже продаётся

Всего за грош иль два!

Пожалуйста, простите,

Немного пощадите

За красоту, покорность и незыблемость оков.

Вышивка

Я вышью эту строчку криво

На чёрном фетровом пальто;

Чтоб каждый проходящий мимо

Мог зреть все творчество мое;

Мне не нужны толпы бездумные дыханья,

Нет смысла в одобрении пустом.

Но лишь увижу я в толпе другую строчку -

Конец стихотворения (не моего),

Я вскрикну, брошусь в ноги человеку,

Сумевшему излить всю кровь на полотно!

Как мил любой, кто не в могиле,

А в грудь ударить смог при слове

О личных муках во благо творчества всего!

Бремя

Весомо, грубо, зримо!

Но я пишу, хотя никак не лягут строчки;

И будто все копиркой по другим,

И будто своего как счастья

В сей тьмой окутанный период.

Все буквы бегом с поля боя

Спасаются при катастрофе жизни;

А я хочу такого тихого покоя -

Писать понятно, просто и красиво!

Зубная фея

Я знаю, я уже не младше

Всех членов из моей семьи,

Но так печально быть уставшей

От дел насущных чехарды.

Я выбью зуб, чтобы боли меньше

Испытывать в ближайший час.

Зубная фея, дай печенье!

Я заслужила вкус из детских сказ.

узелок из волос

Туман покрыл окно снаружи

Дождь облепил его внутри

Быть может, я ошиблась малость

Курю внутри, рыдаю изнутри

Постой, запуталась я слишком

Сижу я на окне одна

Дым от сигары плавно гаснет

Снаружи дождь как из ведра

Так было просто это написать

Но голова кипит как пять вулканов жарких

Мне сложно все здесь осознать

Мне сложно так саму себя понять

Легко лишь дым пускать в квартире

Глаз заострился на туманном ориентире

Мы проиграли в личном том турнире

Пока, пора идти и дальше думать у окна

Ножу

Чёрный язык коснулся до ног,

Тот поцелуй пережить мне не впрок.

Славный привкус металла во рту:

«Ваши метания я не пойму»

Да, не поймёте вы всей чехарды;

Вы ведь лишь нож в руке

всей дрожащей,

Вам не знакомы мандраж

Да притворства судьбы.

Ваша работа проста до безумства:

Нужно лишь резать всю плоть да карать,

За те безобразнейшие грехи,

что в век не стереть

благоразумством.

Къ Елизавете Алексеевне.

Моя прекрасная Психея,

Забудь страдания свои!

Твой милый странник, что лишь взглядом

Мог целовать и быть с тобой,

Останется, коснувшись прямо,

Да будет век тебя любить.

Твой Эрос глуп, но понимающ,

Он честно мог тебе помочь.

Не разошлись дороги ваши;

Звезда судьбы твоей горит

И осветит сей путь,

Моя императрица.

сердце начало биться чаще, лишь в окне показалось серое облако и воздух стал влажным

Года, как лепестки, Быстро пропархнули мимо меня. И все эти звонки... Часами слов выдавленных сулят…

И пульс штормит так часто, будто Маяк на видит там, в дали; Хотя и я слепа давно уж - Бескрайние поля в тиши.

Я выкурю всю пачку торфа; Я нюхаю всю пыль с забытых книг; Быть может, так спасусь от утопления. Быть может, так сбегу от волн, захватывающих жизнь.

скитание

Янтарны глаза на милом лице...

Рубиновый взгляд со мной говорит!

Дождь из сапфиров мне дорогой

Раскроет источник фраз всех пустых;

Красивые строчки скрывают сомненье,

Скитанья души за твоим «хорошо»…

Любой луч заботы тобою мне данный

Как будто бы в рай меня уведёт.

Трупный запах

Злая химера проснулась в болоте

В собственной рвоте очнулась она

Боль где-то в правой зарнице осталась

Вырвать тот глаз долой вам пора!

И какой из тебя герой?

Ты, змея, ты заколота в шею.

Мы изрежем и вырвем те когти,

Мы изрубим всю плоть сия змея.

Ты - гнилая и мерзкая клипса;

Ты - фальшивка, убила себя.

Праведну смерть ты не вымолишь боле,

Ты сгниешь в своей красной рвоте.

Не переживай, пустошь бесплодия,

Ты похоронена у закатного солнца

Будешь возможно, коль чести окажут

Этому беспросветному горю.

Дранк

Сегодня день хороший будет - То чувствую я всем нутром. Янтарна скляночка в портфеле Устроит печени погром!

Сегодня будет расслабленье Усталых наших юных душ. Придушим мы твои сомненья И пустим в пляску эту чушь!

Как весело губить сознанье! В отключке до ночи лежать! Я так боюсь сказать прощанье, Но так хочу от горести сбежать!

бросок

Восьмое бесконечное шоссе Простерлось мимо моего окна, Как строчки мимолетного эссе, Открылись тайные да новые тона.

Как будто это было все во сне, Я не могу признать сей факт никак. Как будто кадром из кино застыл момент — Проплыл и нечего сказать.

Все здесь звучит так пошло и темно! Так глубоки все чувства, но пускай. Откроются они и будут таковы, Пока идём в восьмую бесконечную спираль

Письмо девочке из седьмого класса

Привет, старый друг, Давно не виделись, хотя Переживали столько мук: Смеясь, крича, тонув, любя.

Заминкою праздной... чувствую запах: Сидр из яблок и кровь на губе. «Любовью пьянею, не заткнешь даже в кляпах». Замолкни, так будет больнее вдвойне!

Дела как обычно - порохом пахнут; Дымится дневник пожеланий твоих. Чудесные взгляды сменились затмением: Спиртовый компресс, пара кружек,

забыть.

крик

К чему писать мне эту строчку,

Если ты

Не

Услышишь

Её?

Я изорву ножом всю мочку!

…Но иступится острие. Я брошу стих в толпу на обозрение!

…Но разойдётся та толпа. Бессильно я «люблю» воскрикну!

...Ты не заметишь вновь меня.

И, призрачной судьбой томима,

Я прыгну вниз одна с обрыва.

Первый полет

На чердаке заросших мыслей Так сложно откопать себя. Гораздо проще вглубь забиться И проволокой закрыть глаза.

Мечты, что нам внушили, едки. Как будто родились все в клетке — Вечны рыбы чужих идей, Да души заполняет сталь оков.

Нам бы вспорхнуть над чужими путями. Стать своим, свой обрести покой. Или навеки забыть о тиши И украсить сей мир так, как сможем лишь мы.

Флорентийское чудо

Неба грохочет призрачный звон, Плачет серая тучка. Сирены вдали раздаётся трезвон, Ценностей мертвых лежит рядом кучка.

Плотью своей закрываешь от волн, Тихо укрыл от утра похорон, Мое милое флорентийское чудо.

Холодом больше не веет, хотя Тени давно захватили меня.

Захоронили мерзкую взбучку.

Желтый билет

Смой кровь с лика пропавшего, Сей макияж не к лицу лунной жрице. Платье смени, что умаслит проклявшего, Да маску надень, моя верная десница.

Дай же бокал полный яда из уст, Всех недоставших до Бога ничтожно. Он избавляет от кошмаров пошлых искусств - Вводит в царство небесных кошмаров.

Ты, совести пустошь, любовью полна, Поцелуй же меня, Магдалина! Тот бокал усыпит змиев шёпот пока; Лунным светом умоет, не тлея.

Тлеет сигарета на столе в тарелке

Ветер унёс старый запах людской Химический звон раскола колоколов Теперь здесь найдёте звук городской Он пахнет как вонь от убивец Христов

Переломились хвороста ямы Перевелись быстрых рек корабли Наполнило о длани кованых фигурах Старой Тени ошибки грубы

Не торопливо перерождаясь Ясностью спали оковы мои Октавы играют песню новой печали Тихо гниют листья старой зимы

Кричит молчаливо сигарета чужая Забирает последний час, словно Его уже никогда не будет у той Что за пилюлю душу продала. Сгорает.

И будут бить и убьют его: и в третий день…

Мое лицо покрыто страхом, Красно как солнце на заре. Слова плетутся тенью странной. То буря чувств, а я во мгле.

Ты вышел в поле рано утром, Собрал букет из сорняков — Не вижу я того прекрасней! Моею мойрой стал штормов.

Я орошу слезами горя Былых времен ошибки вскользь. Не предавай значение шторму, Он поджигает не всерьёз.

Прекрасный чёрный смех сменился, Передала его тебе. То лишь судьбы лихие нити. Сгорает феникс в тишине.

Нотации читать не стоит, Коль птица Новым рождена! Из Леты в лето крылья бьются, Простим былые времена?

Ромашковый чай

Горло обволакивает ромашковый чай, Вымывает из души всю горькую печаль. Златом своим травы играют, Будто в детство сладко тебя возвращают!

В танце ритуальном я растворюсь, Словно времени границы, переливаясь, Уведут в прошедшие дали, В старые, но милые печали, В которых грезили годами, Что одаряют только мерзкими волнами.

Закончился сахар в времени чае, Остались на дне лишь соленые стаи Бесцветных, но ярких капель стихами.

Вернись мой прекрасный, мой милый февраль, Отдай мне все тот же ромашковый чай.

Благослави меня на смерть,я не снесу сего презренья

Расплата за всю грязь случилась,

Но корь не убивает плоть.

Внутри все выжгло чёрным тленом —

Снаружи радостно-бело.

Теней убийца обольстилась,

Мечтала пошло избежать,

Но ты сама рукою чёрной

Святым пронзила за грехи.

Сего оружья нет больнее!

Раскаянием не смоешь прах.

Запей свою же плоть бокалом,

Наполненным кровавой мглой.

Травяной сбор №3

Синей спиралью, не сопротивляясь, Таю, медленно на тебя спускаясь. В ушах раздаётся серебряный звон Это путешествие в отсутствующие виды волн.

Пламя проникает, словно яд, В каждой пылинке выжигая разряд Ложь умывает окно вдоль эстрад Больше не возведём туманный обряд

Размыты границы моего восприятия Не знаю того лучше занятия За кровать закатились твои таблетки Как глаза, погасли те реплики едки

Оба взглянули в последний раз Кончился наш пограничный рассказ.

Ода ящику

Я лежал на кровати

Но я ее не любил

Я любил ящик

Мой милый, старый ящик

Я встал с кровати и поцеловал его

Я лёг обратно и думал о ящике

Кто-то закрыл его на замок, но я не перестал его любить

У ящика интересная деревянная фактура

И он твёрдый

Я ни разу не видел, как он ломался

В ящике лежат таинственные вещи

Я не знаю какие, но они мне нравятся

Я так люблю ящик

Но я не могу сказать

«Я так люблю мой ящик»

Ах, если бы он только открылся

Я бы в этом ящике спал

Мне не нужна кровать для этого

Ящик чудно подходит

Я бы рассматривал все предметы внутри

И сакрально ставил бы их на место

Я слишком смертен, чтобы дотрагиваться до них

Я бы даже не открыл ящик

Он слишком прекрасен для меня

Кровать, ты слишком мягкая

Зачем ты позволяешь лежать?

Какая мерзость.

Уж лучше бы так позволял мне ящик...

Тяжело

Багровое пятно

Где-то в легких

Прожигает полотно

Моих покровов мерзких

Мне грустно идти одной

Хотя это вошло в привычку

трудно гореть звездой

Как заглушить эту стычку?

Она творит пером руки моей

Да бежит далеко, хоть нет уж сил

Смотреть на это невыносимо, но тяжелей

Вообще не жить, мной овладей.

Лесенкой спускаются слова; падают с губ

Прямо в Лету (забудь эту муть?)

Ледовитый яд

Я бегу в тот туман за рекой; Тот, что остался с давна. Не пытайся уйти, я молю! Страшно мне, что поставила капкан.

Ледовитый яд в крови Осколками легкие ранит, Впиваясь в шею, Просьба моя - не убей себя. Поскорей позабудь, чуть храбрее

Да, нехорошо, но пускай; Это помогает жить. Тяжело будет потом, Про потом можно забыть.

Прыгаю за горизонт, Обжигая кисти рук, Раня силуэт вдали, Не убий, не повтори!

Не люби, не обожгись! Не вскрывай те раны. Дай быстрее этому зажить, Соль посыпь в другие чаны.

Как?

Как обычно.

Как привычно.

Как достало.

Как трагично.

Как ужасно.

Как мне скучно.

Как все так идёт никак?

Как просроченные дедлайны?

Как закрыть мне все гештальты?

Как начать существовать?

Как мне жить, не выживать?

Как найти себя, когда

Как-то нет нигде меня?

Как закрыться и исчезнуть?

Как попасть везде, где шанс?

Как забыть все губящие мысли?

Как начать все заново, не вскрыться?

Как забыть, что мне - никак.

Видимо, опять бардак.

Скалка

Не ешь меня, я безобидна

Я не дотронусь до тебя

Я бабочек боюсь; Постыдно

Рукой спасусь, себя губя.

Я тронуть смею только скалку,

Чтобы испечь тебе пирог.

Беру большую зажигалку

И поджигаю тебе рот.

Первая любовь

Когда-то ты меня обидел Смеялся над душой Она тебя благословила А ты мудак тупой

Не бойся, тут тебя я трону Достану лук, стрелу Кончиной пахнет быстрой? Умник, Не будь такой пиздой!

Стрела летит тебе в колено Ломает хрящ, мениск Как будто ласточка пропела Уж не последний писк

Возьму большую арматуру Пожалуй, дальше не писать Не буду строить тут я дуру Забудь родную мать

Иголкой с ниткой буду штопать Похожий на носок Такой дырявый, но красивый Твой самый милый рот

И не забуду эти руки Готова целовать всю ночь А после гвоздиков все муки Мои понять ты в силах смочь

Все это я изобразила Чтоб ты, хуйло, забыл смешок И больше это не услышит Ничья наивная душа

Стены сильно бьют по голове

Белые стены

Дыра в потолке

Такую картину нашла я в себе

Заделаю дырки своим порошком

Нельзя унестись далеко ветерком?

Нельзя в кабинете писать мне стихи!

Забуду их рифмы, утрачу листки

Я буду под солнцем счастливой поры

Мечтать о прохладе несчастной норы

Кровью вытку эти строчки

Водопадом слёзных слов

Я проткну иголкой мочку

Место нам в аду оков

Прощание или прощение?

Осипла от крика,

Ведь ты не услышал

Моих действий череду.

Ну и пусть так и будет

Я не заика!

Я прощаю те ноты,

Коль песнь лишь одна.

Но поймёшь ли мои

Замысловатые струны?

Играю ногами

Без поощрения

От оркестра руководителя,

Ведь в труппе лишь я,

А остальные лишь трупы

Фигур городский

Мансард тех пустых.

Анекдот про зеркало

Мертвое тело встало

Среди праздничных обрядов;

Оно не подчинилось правилам

И ушло далеко от салютов.

Как хорошо было ему нюхать цветы!

Как хорошо ему было слышать пение деревьев!

Как хорошо было трогать ему гладь прохладной воды!

Как хорошо ему было нежиться на солнце!

Но проблема тоже встала за ним:

Ночь зимой.

Проснись, тело, ты попало в чужую жизнь.

Ты оттого и мертвое,

Что своё все потеряло.

Как смешно, хаха.

Давайте посмеёмся?

До экзамена осталось меньше 10 часов

Снегирь стучит в окно: «Открой,

Помочь тебе спешу я, друг»

Прошу прощения, герой,

Себе сама не помогу;

Сегодня надо быть серьезной,

Учить массивный материал,

Читать учебника крючочки,

Запомнить все пустые строчки.

Пускай я даже их забуду!

Пускай не пригодятся те,

Вселенской тайны постулаты,

Учения о умершей войне.

Я сдам их завтра и забуду,

Но я должна сперва прочесть,

Хотя бы раз о тех заслугах,

Которым служим мы теперь.

Отнюдь не скучно это Дело,

Но так хочу летать с тобой!

Молю о капельке вниманья.

Снегирь, лети, открой другой

Свои веселые гулянья.

Иссине-кроваво

Я опускаю взгляд на ртути чащу Дыханье затмевает сей чудесный запах Слезы последняя капля спускается На тела войну, кровавую кашу

Мерзкою дрожью сбиваю прямую прядь Я не даю тебе себя обнять Ведь те цветы мне были не нужны Мне нужен был тогда лишь рядом ты

Рукою приговор себе исполню в час Когда кровавый след, казалось, уж давно погас Я обращаю в камень все мечты Тянусь за небом, но ведь там не ты

Убив души порыв, убив живую страсть Воспряну я, испив из чаши всласть Исполню все твои мечты, клянусь Осталось сотворить объятия прекрасных бус

Кабинет

О боги, как же я устала!

Хочу уснуть прям на полу.

Что смотришь, мерзкая физичка?

Тебя никак я не пойму!

Ты мне о времени втираешь,

А я катала по пизде

Твой график лифта из задачи,

Которой не было нигде.

Хочу уйти я от заданья,

Покинуть злостный кабинет.

Душой я строю мирозданье,

А телом погибаю здесь.

Мартовский день

Утром был снегопад,

Но я его проспала.

Меня разбудили лучи

Солнца твоего.

И я вышла на улицы:

Там все уже расцвело,

Там лужи растаяли,

Там небо цвет обрело.

До маршрутки бегу я,

Уезжаю на север

Поскорее проститься

С уснувшей метелью.

Сонливо

Так сложно мне отсюда выбираться

Порой так хочется лежать

И просто от всего проспаться

Прослушать музыки альбом

Черт подери, хочу подраться

С собой опять и поорать

Я не хочу писать стихи

Изящны изворотов строчки

Забыть бы тех бескровных лет

Тупую четверть милых танцев

Удариться об стол ногой

Убить в себе ночи желания

Проспать все шансы и опять

Поплакаться, что жалко мне

Судьбой ведомая персона

И не могу закончить здесь

Красиво вывести в конец

Чисто и свежо

Я проснулась,

Я встала с кровати,

Я иду чистить зубы

Да лицо умывать;

Я беру мою щетку,

Я счищаю микробы,

Я дышу так свежо

И мне хорошо!

Аптекарше

Давайте мне два мелаксена

И один новопассит.

Я ещё хотела пива,

Но сегодня не сулит;

Мне опять рыдать сегодня

В тишине давящих стен.

Фенибут тут не поможет,

Я хочу афобазол.

Скоро слезу я с таблеток,

И не буду их любить,

А пока спешу я плакать.

Завтра нужно рано встать.

Я всех подвела, опять.

Я проспала свой автобус на восемь, Утром так сложно вставать; Забыла какой день недели

сегодня, Придётся стыдом погибать; Уведомленье пришло слишком поздно; Простите,

но да,

это кровь! Как-то мне стало слишком

тревожно.

И кто этот ваш Ярополк? Опять не сдала, Простите,

но завтра

не будет меня, Я опять

не смогу;

Я помню!

я знаю!

я вижу все это!

Но что мне поделать?

Ответа не жду.

К звезде, горящей у моих очей

Ты тронешь яд,

Ведь так он сладок.

Как будто кисть лизать

От росписи старья.

Заполнишь легкие туманом

И будешь в этом так легка.

Не посвятить тебе ни строчки,

Ведь не достойны букв терзанья

Твоих глубин ночных очей.

Исходит выдох.

На прощанье

Почтим туман

И ваши сложные, безумные старанья.

Наивная влюбленность

Солнце,не губи себя небрежно;

Ты бросаешь луч столь нежный

Ты омоешь все прохладой,

Но оставишь место в спешке.

Это тучки все закрыли,

А то место - наша гавань,

Где мы может тихо греться

Даже после твоего заката.

Ветер обдувает руки

Солью раны все сокрыты

Берег моря очень гадок

Но красив, как все пейзажи

Твоих милых искр в взгляде

Звёзды открывают очи

Будто ты им улыбнулся

Ах, глупы вы звёзды очень

Я не дам вам нас коснуться

Эта бухта - наше море

Пусть штормы там где-то рядом

Им не суждено коснуться

Наших длинных милых взглядов.

Свобода - это рабство

Свобода - это рабство!

Так странен диссонанс сего коллапса

Но правда, что бывает ложью часто,

Лишь в том, что я готова стать рабыней.

Мне не нужны ничьи оковы,

Кроме твоих объятий в темноте.

Оплата за труды доставить счастье:

Узреть улыбку на любимом мной лице,

Мне не нужна.

Забуду анархические мысли,

Забуду все стремления изменять миры,

В угоду социума жить не стоит,

Если вся жизнь не отдана тебе.

Все чувства смазаны как краски,

Которые смешались в тряске,

Трясущейся рукой пишут строку.

Ведь все мои глубокие пожары,

Порывы ветра любящей души

Посвящены тебе лишь одному!

Готова я пойти на риски,

Произнося все эти строки за строкой.

Конец такого монолога так неоднозначен,

Особенно услышать страшно твой ответ.

Я бы хотела кончить очень кратко,

Все мысли, фразы, действия собрать в одно:

Я вас люблю и жизнь отдать готова,

Мой милый и любимый свет

в туманном в мираже.

Прилегла

Она мертва

Она не встанет

Она лежит, мочит

И взгляд уж не кричит

А так недавно глаз горел

Ведь так недавно глас твой пел

Да так прекрасно губы те светились

А я смотрю и плачу

не верю в темную картину

Вы та, что зажигала свечи,

Лишь мимо фетиля пройдя;

Я вас любила больше, чем всю жизнь

Порой, мне тяжелей

Произносит те строчки было,

Но то бывало правдой даже в самый страшный миг!

Я вас любила...

Я любила...

А ты!?

А вы!

Зачем себя я так сгубила?

Зачем я прыгнула с обрыва?

Поцелуй на прощание

Сладка твоя печаль, мой милый

Я б выпила ее до дна

Чтобы оставить тебе солнце

Что я нашла в снегу вчера

Чтобы зажечь в тебе те звёзды

Что прячешь постоянно ты

Клонюсь пред тем густым морозом

Которым одаряешь ты

И мюсли слез твоих - мой завтрак

Я выведу твою печаль

Чтоб растопить снегов массивы

Как сделал ты со мной, январь.

Анорексия

Утра туман меня заворожил

Встала пораньше ради него

Только с кровати я сползла

Ведь резко в глазах стало темно

По венам течёт воды чистота

Ведь калорий в ней ноль

Я забыла, что значит жевать

Если ты не сахзама кусок

Части тела как деревьев ветки

Плоть лишь пустыня моя

Вены змей голубой

Проползают мимо меня

Славное головокружение

Опять просыпаться в поту

Агрессивно тревога стучит

Замну таблеткой ее и засну

Ведь так быстрее растворится

Во мраке холодном хорошо

Страх разовьётся после беседы

Но мне все равно, я до цели бегу

Я скребусь если надо,

Совру, если можно

Услышать ту ложь не впервой

Мне привычно поверить пустоте

Это затмение не переживу

А жаль, жизнь сложна

Но не так, как считать тьмы куски

Пульса нет, ну и что

Наскребу.

Снотворное

Упав в объятия Морфея

Я обрела твои перста

Не лей солёным эликсиром

Он не разбудит вновь меня

Обещанный подарок вынут

Мое дыханье погодя

Последний раз доставить счастье

Забвенно взглядом есть тебя

Мне так легко заснуть в объятьях

Лишь жаль, что там где буду я

Не обрету такого счастья

Как быть с тобою, воспоя

Прости эгоистичность эту

Но помни, что разрушиться наркоз

Ведь Я - твоя личная Кандия

Ты - уж не мой сумасшедший психоз

Мой милый!

Из солнца лучей сплетется просьба

Наполняя чашу лучами спокойствия

В вальсе сойтись словно роза

Шипы пустив, целует занозой

Не откажите, не откажите мне, прошу

На стёклах битых колких фраз застыть

Отдаться вам во тьму

Ночную; сбить дыханием быстрым!

И шрамы сгладить полыхающей душой

Прошу я скрыться от презрения

Безбожным душам не понять

Как это сложно объясниться

Разувшись, с вами танцевать

Но я готова это делать

в любые года времена

Прошу, прошу, не откажите

Смиренная моя мольба

И отдаю в владение душу

Мне не нужна она без вас

Четырежды на дно спуститься

Спокойствия испьем вино

И в иле тихо раствориться

Завыть и бр

После бури

Сегодня я смотрю и слышу

Мой голос в голове гласит

Что я прекрасна и увижу

Изгибов красоту всю жизнь

Чудесны будут эти руки

Коль мне отрежут их совсем

Да даже плача тут от скуки

Я вдруг не стану аж ничем

Вот только предыдущей ночью

Я стёрла в кровь свои глаза

Мне тошно было видеть муки

Уродства этого лица

Хотелось мне отрезать пальцы

Чтобы не видеть больше их

Закрасить все тут чёрной краской

И слиться в темноте ночи

Ну от чего же было это

Без смысла эта чехарда

Клянусь любить себя до жути

Пока опять объятья смуты

Не захотят душить меня

Полет!

Синица взлетела ввысь

Под гнетом земли спела песню

Увидев ее крестись

Ее полёта картина чудесна:

Взмахи крыльев. И ты освободись!

Можешь также уйти,

Только возможности не лишись;

Просто потерять своё место.

Клюва трепет вселяет надежду.

Снежная буря позади, обернись!

Ты не можешь остаться в строке;

Тут нельзя оставаться, молись,

Коли хочешь ожить и нестись,

Чтобы быть как синицы эскиз,

Чтобы ноты играли вблизи

От оков освободись

Вспорхни ввысь,

Унесись.

Мрака больше не будет.

Выйди из-за кулис,

За птицу ухватись,

От прошлого отмахнись,

Улыбнись!

И лишь не смотри на чёрный низ

Это рай белоснежный, очнись!

Ты уже нашёл своё место