Коробка счастья

Февраль

Зыбь морозная разознобилась,

Озазнобила звонкий лес,

Распоясалась, раскружилась

Разноцветила синь небес.

Острых льдистых искринных радуг

Вдоха-выдоха кутерьма.

Зазмеившегося разлада

На границе зима-весна.

Настозеркальный снежный выплеск

Будто выстрела эхо длить...

Солнцетаянных капель искренность,

Из зазябших ладоней лить!

А потом ловить лиловеющий

Луноликий закатный след,

Невпопад заплетая искренность

Звонкословных шуршащих лент!

Екатерина Александрова

Причина для счастья

В краешках губ с утра притаилась улыбка.

В центре стола восковые сердца́ тюльпанов.

Радость, доверчиво в руки приплыв к нам рыбкой,

(Тест — две полоски!) вдруг все запутала планы.

Песней любимой взбодрила весь дом колонка.

В сонный рассвет проник аромат капучино.

— Любишь?

— Люблю!

Сверху шквал поцелуев звонких.

Разве для счастья ещё нам нужна причина?

Ари Видерчи

Март

Маленькая церквушка

Светит в проем окна.

Жизнь в перекрестье рамы --

Март,

На дворе весна.

Снова на перекрестке

Вырос большой сугроб...

Жизнь -- это просто простынь

В простыни двух дорог.

В их призазябших лужах,

В прямости колеи,

В том, что ложатся порознь

В теле одной земли.

Что постелить на радость

При перекрестьи двух?

Карты ложатся рядом --

Плоть или все же дух?...

Звук ледохода -- выстрел.

Март, на дворе весна...

Маленькая церквушка

Светит в проем окна.

Екатерина Александрова

Весна, эвоэ!

Весна наступает

И чувства, воспрянув,

Вливаются в душу

Бурлящим потоком.

А разум...

Пред чувством, срывая покровы,

Как жертва на койку

Ложится покорно.

И вот целый мир

В полутьме, полустоне...

Рожденье вселенной --

Сливаются двое...

Не медом поэзии --

хмелем любовным,

Эвоэ, о Эрос,

Эвоэ, эвоэ!

В обласканном ветром

Разверзнутом небе,

Уже потеплевшем,

Раскрылись созвездья.

И мы, будто боги,

Парим над землею,

Сплетаясь телами,

В пылающей бездне.

Покорно, униженно

Молим пощады,

Но поздно...

Опалены будущим зноем

Здесь каждая женщина

Девкой площадной,

Свирепой вакханкой...

О, Эрос, эвоэ!

Набухшие соком

Торчащие ветви

Пушащихся верб

Оборвать мимоходом.

Предчувствием лета,

Предчувствием света,

Животною силой

Рожденья природы...

Рожденья природы

Такой человечьей,

Такой человечной,

Касаться не смея...

Эвоэ, о Эрос...

О, Эрос! -- не воет

В далекой Колхиде,

Рыдает Медея!

Екатерина Александрова

Апрель

Эвкалипта лимонного блики – влажная акварель.

Выходи (из себя) сколько хочешь, малыш, мы приехали.

Эти грубые нежности – губы – шёлковая постель.

Для чего я тебе – ради слёз твоих? Ради смеха ли?

Бисер дней перламутровый, золочёная канитель –

О таком ли мечтал? Всё сложилось не так, как хотел, но

Ты по-прежнему любишь тот удивительнейший апрель,

Где в проёме окна лунный танец. Мы снимаем кино.

Ари Видерчи

Равноденствие

Слава тем, кто сжигает свои корабли

На далеком, пустынном, немом берегу.

И, поняв, что в насилии — корень всех бед,

Отпускает врага, замерев на бегу.

Слава тем, кто наткнувшись на призрачный клад

Философского камня средь скопища книг,

Бросит все, уходя от венков и наград,

Лишь любовь как награду одну оценив.

Слава тем, чьи следы заметает метель,

Чьи шаги не слышны среди шума валов…

Ну, а нам — как всегда — на закате в постель,

Чтобы утром проснуться для будних трудов…

Екатерина Александрова

Невеличка

Катится яблочко,

шепчется сказочка:

утекай вода,

уходи беда

прочь.

Семечко в вазочку,

цветиком мамочке,

но дурны дела,

и черна была

ночь.

Девочка к ласточке,

зёрнышко в шкафчике,

жениху нельзя

посмотреть в глаза,

слеп.

Сахарным пряничком,

эльфовым мальчиком,

наступай весна,

разливайся в нас

свет.

Ари Видерчи

ДМПП

Открываю дверцу, выпускаю птицу,

даю тебе крылья — следуй за ней.

Не всё то золото, что…

Что?!

Тебе нравится моя порочная дефективность:

там тепло — уютные камеры,

там открытое сообщение между левым и правым предсердием,

там бассейн с водопадом из тёплого, тёмного, алого,

там волны по расписанию

включают, качают

(конечно, любя, баюкая).

Я гоню тебя,

провожу транскатетерную коррекцию,

нужно вылечить, сделать правильным странное это сердце,

мне так нужен окклюдер титановый.

Может, мы не умеем любить?

Но ты не уходишь —

титан покрывается слоем сердечного эндотелия

— за-мур-о-вы-ва-ет.

Всё. Живи теперь там.

Ари Видерчи