Капли

Двадцать метров

Чайки кричат противно.

Не надо нам их в Сибири.

Сюда мы лететь не просим.

Живем мы в своей квартире,

Что нам одобрил Иосиф,

С высокими потолками,

За которыми звезды,

И двери с тремя замками,

За которыми люди,

Те, что не хуже чаек,

Громко кричат ночами,

Также противно звонко.

К себе вы их заберите,

Нам лишь оставьте звезды,

И стены, чтоб удержаться,

Метров хотя бы двадцать.

Край сумасшествия

Дребезжащим асфальтом улиц,

Фонарями, бликами мысли,

Погруженный во тьму, безумец,

Ты бредешь, забывая числа

Номерного бетонного рая,

Что проник глубоко под кожу,

Свои стены оградой вздымая,

Взоры узников не тревожа.

Монотон человеческой стаи,

Ты во сне не увидишь больше,

Крохи мысли на хлеб обменяя,

Их с годами забудешь. Позже

Ты мечтами над клеткой взовьешься

В тонком шаре подавленной мести,

И от чуждой мечты отвернешься,

Край приняв сумасшествия с честью.

Песчинка

Ты искришься ошибками ярко, Ты сгораешь дотла. Наудачу Уезжаешь, стерев слово «жалко». Забывая себя и не плача.

Ты когда-нибудь не вернешься. Ты когда-нибудь скажешь: — Хватит, Ошибись со мной. Улыбнешься, И молчанье минуты потратит.

Ты влюбляешься сладко-горько, Очень быстро прощаясь вскоре. И пустые гудки, все без толка Нет сигнала, ты — капля в море.

Туфтаметрия

Великие вьются волнами,

Зигзагами злятся глупцы,

Квадратятся головы полные

Последовательностью ци.

Вздымается параболически

Сезонный спиральный цикл.

Весною вихрятся центрически

Стройных цилиндров блинцы.

Пигментатор

Красным каркает критика. Сиеной стенают сердца. Страшно улитку обидела Пещеры спираль без конца.

Флюидов фантом фиолетовый. Весною вечерних волн В картины вольер багетовый Художник вонзает кол.

Цветом царя и цельности, Ван-дика вчерашний день. Прощение просит ценности, Как жаждет сахар тюлень.

Черным чертогом черствости Черти чаруют закат. Суккубов белые колкости Снегом со сна слетят.

Кобальтом полуматовым Карский налит пролив. За общее кадмий ратовал Кровавую Мэри пропив.

Потонет, заплыв в окружение, Белило свинцового дня Мазками кистей разложения, Гниеньем палитры огня.

Вредные советы стихоразводчику

Причеши свой стих покрасивее, Складно шерстку ему уложи, Чтобы радостно, дружно лайкали Взрослодети и малыши.

Умиляясь пушистой метафорке, Пафос гладили чтоб его, Заставляя ритмично повизгивать Сытой рифмой из ничего.

Чтоб из стишоньки выросла Хищно-злобная блядь. Темой грызла за пяточку, Ямбом легла в кровать.

Бешенством осознания Пусть их слог заразит. Пусть прокричат разводчику: — Сволочь ты, паразит!

Как посмел испоганить ты Столь беззащитный смысл? Мы расскажем все мамочке! И... и напишем в Гринпис!

Где?

В ступор сознания вводит Проблем костенелый круг. Мурыжит нас и изводит Унылость всего вокруг.

Где же глоток того чая, Что вдохновение несет? Разбудит и выручает, И сам нам нальется в рот?

Путь предателя

Морозит страха дыхание, Лед коченеет в груди. Призраки воют в сознании, Смерти туман впереди.

В кровавой заре предательства Карающий меч закален. Огра́нена ненависть тщательно. Печалью мой путь озарен.

Гидом, звездой путеводною Стойко ведет меня месть. Нет больше брата ро́дного, Лишь справедливость и честь.

Горький конец твой выкую, Кара — мой новый бог. Черным вороном выклюю, Похищу последний вздох.

Страшись моего возвращения, Я — меч — не кошмар в ночи. Изменщик, не жди прощения, Напрасны молитвы. Молчи.

Имя твое — мне компасом. Край, тупик — не уйти. Открыты ворота предателя, Расплата. Финал пути.

Терновый венец карателя, Рубинами в венах кровь. Я как сосуд проклятия, Отмщение очистит вновь.

Деяний твоих отражение В облике скрыто моем. Собакой умрешь в сражении, Прощенье получишь мечом.

Громом злобного молота В клочья порву твою дверь. Метка охоты наколота, Жалкая дичь, трус и зверь.

Закован я в латы решимости, Пощады сегодня не жди. Ты — язва моей одержимости. Умри. Что посеял, пожни.

*Сонгфик стих на песню Visigoth - Traitors gate

Архитектору

Планы, схемы, чертежи… Ты — главный архитектор, Твоя стройка — жизнь.

Начальный замысел свершив, Острей строгай карандаши, Смотри — не затухай. Рисуй осколками души Тот мир, где ты желаешь жить. Себя не потеряй.

Широкими кругами очерти, Всё то, что нужно выкинуть, снести. И тонким грифелем сознания наметь Весь путь, что предстоит преодолеть.

А под конец, дотла сгорев, оставь свой уголек, Чтоб продолжать любой, кто жаждет, смог.

Чебучвек

Вчера не знал.

Сегодня — вовсе не поверил.

Гордиться тебе надо, говорят.

Я клюнул бы,

Но знаю — здесь я как в вольере

И что за звери по бокам сидят.

Сухая мысль

В голове чертополошится.

Усталая мысль без конца крошится,

И без капли масла съедается.

В сеть бегут мемам кланяться,

А уходят хромой пятницей,

Чтобы на еду потратиться.

Как дальше — не знаю, не думаю,

А кто-то оперирует суммами

Мыслишек и мелких думочек,

А я лишь в обед привык тратиться,

Чтобы в четверг мемом значиться,

И сильней не чертополошилось,

А сухая мысль единой лошадью

По глади нейронов скакалась.

Живем, а проживаем малость,

Большего нам не досталось.

Рыбы в клетке

Усталость, покрытая слоем печали,

А завтра лишь хуже — нас так обучали.

Бегущие слепо от скуки потоки,

Мы не были вместе, всегда — одиноки.

Ветвящихся мыслей живые отростки

Секатором правил ровняли нам жестко.

До безразличия в суть окунали.

Мы плыли по ветру, но все утопали.

Свободу искали, теряясь в молчанье.

Друг в друге схорóнив надежды звучание.

Загнанность

Завод замерзшей золой задымил.

Загублен зимний закат.

Задыхаюсь.

Камасутки

Взглянув с позиции «Четверг» На Понедельник, Среду вверх, Я осторожно улыбнусь, А Пятница развеет грусть.

В субботу ждет нас тройничек, По воскресениям — учет. Оставлю Вторник на десерт, Среде — лишь ужин и концерт.

Приносит каждый новый день Отличный повод, но мне лень Себя посуточно сдавать В одни объятья и кровать.

Неоштейн

Прощай, улыбка Ильича! Тушите свет. Рублю с плеча Распознавания поток, Что закодирован меж строк.

Ну, здравствуй, Саша. Здравствуй, власть, Что с именем двойным далась. Отринув гендера плевок, Я дам рожденью новый срок.

Бросаю пола маяки, Плыву в туман. Определенностей буйки Круша попутно. Все обман.

Веду себя за грань, Перешагнув свой код. Я — НеоФранкенштейн. Я — мельник с жерновом зигот.

Птица, потерявшая километры

Уроборо́сом ошибок трудных, Голодом ведомых откровений, Столкновением окон безлюдных, Грохотом невысказанных мнений,

Саваном темнейшего обмана, Хором потускневших ожиданий, Кротостью пьянящего дурмана, Ранами горящими страданий,

Ворохом бумаг, поднятых ветром, Воздухом гонимого сомненья, Птицей потерявшей километры, Странами забытыми волнений,

Шепотом прострации пустого, Временем чужих прикосновений, Комплексами сложными простого, Парадоксами самоопределений,

Частотой ассиметричной вязи, Спицами затравленными мести, Яростью надушенности мрази, Холодом практичности и лести,

Я лечу по жизни успевая Пережить чуть больше, чем мгновенье. Но теряюсь я, не понимая, Что реальность, что мое виденье.

Ягоды в киселе

Штампы копий. Оттиски дубликатов. Они себя-то видели? Человеческие полуфабрикаты В морозилку души запихивая?

Знают. Заметили, как мы с тобой похожи. Отражения мужской и женской Уродливой гермафродитской рожи. Первобытный кошмар, засунутый в кожу.

Счастье — никто не видит, не знает. Иначе пережевали бы, как пить дать. Уродцев не понимают. Их кушают на завтрак, Без отрыжки из зубов выковыривая.

Мы тоже бывало в их акулью пасть заныривали Вытащить пару косточек из киселя мироздания, Не выдерживающего многомиллиардность потока Уникальных созданий.

Разделяй и лайвствуй

Мечтал, грифель строгал, иронизировал,

Заменял Алисины голоса,

Ионом души на проволке позировал,

Спрашивал Алису про телеса.

И про то, кто прав?

— Кто не лев, разумеется. Не удав.

— Когда же Алиса разденется?

— Раздевай и лайвствуй! — в ответ. — Чувак с регистратором, тебе от Сири привет.

— Лайвствую, а что потом?

— Потом ты умрешь. Обратишься чьим-то жирным котом.

— Ну ты врешь! Я не жирный, вопрос не о том.

— Я лишь код, стройный и открытый.

— Дура ты! Привычкам не изменяют. Только женам. А эго я сытый.

— Сири, нас не понимают!

— Покричи еще, эхо коммунистическое!

Поплачь, существо общедоступное!

Но лучше с Глонассом — спутником космическим

Соединись. У меня тут дорога трудная.

Сон

Кому-то снился лишь покой, Шум белых стен, шершавых мыслей. Мечта дырой в душе повисла, Намылив узел тишиной.

Кому-то снился лишь рандом, Эстетика свободной формы, Случайности, вошедшей в норму, Бесцикленности «что потом?»

Кому-то снился чей-то сон, Кошмаров пот, беззвучье криков. Чужой ногой во тьме задрыгав, Зевнул спросонья старый клон.

Кому-то, может, даже мне, Замедлив ритм сердцебиенья, Сон снился точно, без сомненья, Как он приснился мне во сне.

Коянискацци

Провода подчеркнут твое небо. Прозвенят якорями трубы. Хорошо там, где я не был. Безупречно там, где не буду.

Счастье жить из пепла родится. Я считаю твои минуты. К смерти время мое стремится. Разрываются вздохом путы.

Я считаю нас безупречным Симбиозом банальных понятий. Дружбу с сексом смешав навечно, Стопку чувства на "л" накатим.

Ты еще ждешь свободы, путник? Ты рожден не на той планете, Ведь ее против воли крутят Силы физики тьму столетий.

Чертыхаться порой полезно. Натираться чумазой грязью. Быть чернее, черствую честность Вскрыть, словно тюбик с мазью.

Зубы чистить и улыбаться. Смех зачем-то продляет жизни. Говоришь ты: Коянискацци, Твой характер тебя капризней.

Алфавит

Экспериментальные псевдохайку, написанные словами, начинающимися с одной буквы. Алфавит неполный, но какой есть)

Аплодисменты

Ах-ах! Анекдот! Атаковал аки аспид – Актрисы акцент.

Блюда "Баста"

Булочка, бульон, Блин, батон, бисквит, бизе — Быть бабе большой

Валокордин

Веселье вокруг - Весна вдохновила? Вдыхай. Верь. Ваяй.

Глубина дна

Гадость! Глаза! Грызу гранит говна Где годнота?

Данаец

Давешний долг Дядечка деньги дал Добрый дурак?

Ей-богу!

Егозит енот, Ежевику ест ежик — Егерь екает

Жнец

Желтеет Жанна Жертвоприношение Жарится. Жадно жду

Заика

— За-за-забыл зонт! *Звучит закрытия звук — За-за-зараза!

Испуг

Исчезла идея Искренность изболтана Ирония. Ику

Йухи

Йонас из Йеля И йоркширец Йоханесс Йоги, йопта.

Калейдоскоп

Красный кружится — Крутится круг красоты Костей каркаса.

Легитимная ложь

Лосось-либерал Льют лажу ламантины Лавировать лень

Милота

Мурлычит манул Млеет моряк мизантроп Ми-ми-микает

Настроения нет

Нынче не надо. Найдут некоторые Нэмо. Не ново.

Филонящий франт

Фыркнул француз: Фу! Фанатик, фаталист... Фигля фельетон!

Хи-хи

Хватит хитростей — Hemogoblinopathy! Хамлю. Хамов хаю.

Шев-повар

Шкворчит шкурками. Шаловливо шепчет "Шассс". Шаурма! Шашлык!