Как гномы,несущие за Золушкой синего платья шлейф

Глава 1

И паланкин её царицы.Гомеровские таланты рабы из рудников добывали.

"Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне:"Не стой на ветру."

Не уподобься этому веку,герой,у него семь было пятниц на неделе,о'медные лбы и толоконные головы,у него осталось последнее,чем не хвастаются.

Над чем бы он не хохотал и не юродствовал-это небо Родины.Это единственный щит с головой Сатурна,который встанет у тебя за спиной в одночасье,и дверь не закроет,когда дьявол поднимет с мечом на любовь руку.

И приведёт в движение часы.

Что пройдёт между строк,то память и воспроизводит между этих створок товаром для других-в своей излюбленной,иносказательной манере.В зиме,время вечерних часов очень обманчиво,исподволь и обволакивающее.

Страх,если он по первородству в жизнь и не воплотится,то породит массу парадоксов,равное себе по крови безумство,чувствовать до скончания срока чувство всемирной утраты и скорби,чего-то большего,чем просто те ключи от невинности.

Расступиться смехом,распушиться туманом и рассыпятся эхом золотые волосы товаром,и уплывут дельфины,несущие волну, впереди рукотворных фрегатов.

Как известно,слава никогда не опережает творца,или это не слава,а всего лишь молва;

это крылья без неба,это крыша, не имеющая опоры и птица без оперенья;слава... приходит к гению спустя века,а пока и он пред небом простой чернорабочий,даже эгоист,да, подмастерье.

И мы не веруя творим,в общей-то массе,жить продолжаем без веры в чудеса.Условности,как провинциалы богаты,как правилами,так и проповедями.И всё же первые влияют строже,как на жизнь,так и на сермяжную правду.

Скученность,скрюченность,как людей в быту,так и идей в работе-в природе людей,мы боимся любви.Мы позволяем себе без оглядки бежать от семьи,от детей. Быть без прошлого,это сейчас очень модно,к тому же цвет времени влияет на качество жизни.

Чем тебя в быту упрекнут за неуживчивость характера,то вывешивается скоро знаменем чести на городских воротах,и стоят теперь эти-верстовыми гермами, то в чалме,а то и в шлемах.Пока ворон не признает этих ворон за своих.

Непознанное-не зверь,но и не птица Гамаюн за семью замками лжи и печатями молвы,что озарены,либо опозорены они лицемерной,семиглавый гидрой,якобы,на чём стоит основание жизни и...светлый исполинский лес,что их впустит и заглушит их осторожные шаги- лесной мха подпушью мелкотравчатых зверей,склонивших осенью головы к земле,ведущий к знаниям ошибок.

Кто в эти ловчие сети хоть раз попал,как муха к пауку,чтоб узнать на вкус причину,что доступно там одним,как сон,то другие получают по уму и дружбе,и не замечают,что совсем не тем по совести живут,чем все.

Одним подарит опыт от дней суровых,что возле знаний баклуши бьёт и после знаний общих отвергает их,отберёт назад;другим и азбуку не растолкуешь,приходится к ним с азов спускаться,не счастливо, которые живут.

Но чтобы делал мир и чем себя бы славил,занял,если б вечно уступал одним:побочные от знания пути бы проложил,уступая глупым свой на умных приоритет.

Тайн и не было,сказали бы одни,они рождались по мере приобретения знаний,как ни парадоксально,сказали бы другие,но кто же прав,вечно, живущие в тёплом климате медуз?

Одна на всех, когда-то была и правда,и беда от оправдания,теперь же с совестью вступая в диалог,что равен спору,завязав руки не глаза Фемиде с оружием незнания наперевес,вступая в тот светлый лес.

... а Рим в душе так и не обретя,кто всегда знал,чего хотели его Цезари.

Помолвка знаний,что есть его на земле удел,прививка диких к детородным стаям,как груз всевозможных в будущем хлопот,как труд, преклонённого с небес к земле разума,что теперь не служит никому пределами и даже вредит в поиске сокровищ с испанских каравелл.

Знания,как притягивают на себя из глубин таинственное космоса и обогащают тем прошлое,с такой же силой не гнушаются и воровать себе подобия,отталкивают тем нас с дорог Христа.

Обыкновенное безумие в песках и льдах,то недалёкое будущее,что звучит уже и бедствует пока в ушах одних и мыслях других,что безупречное,пока жива в молве слава та,что служит ... ни дьяволу,ни птице.

Ошибка гения,что он хочет простого познания причины,и скорого признания своей истины,как основа"Мизантропа".

Обзор Шекспира мне давал одно из правил от смутьяна,что покой,помимо всего прочего,не смерть.Но тот,кто стоит за ним-хохочет в дурацком колпаке на эшафоте.

Поступим и мы в этом случае,как в походе простые римские солдаты,орлом подкинем монету с головой Минервы.

Богопротивную гнусность светской лжи и притворства напротив,противопоставив-верность своим убеждениям не раз доказывал на деле Альцест.

Свойственных духу времён легкомыслия,кокетства и здорового дыхания в привычках позлословить,.. и пусть такие речи будут неприятны Селимене.

Рим в душе по-прежнему был молод в своей любви к завоевательным,а не крестовым походам.