Из цикла «Танцы сонной поэзии»

Вдохновенье

Я черпаю вдохновенье

В крови, пролитой во тьме,

Прославляю невезенье,

Разбавляю брагой пенье,

Ночью вою при луне.

Пусть мне скажут, что не ново

Восхвалять порок и тьму,

Жизнь к нам, милые сурова,

Пусть останусь я без крова,

Захочу – тогда помру.

Увертюра

«Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском!»

(Игорь Северянин «Увертюра»

Молоко и селедка, ананасы и водка,

Это много нам ближе, чем весь этот фарс.

Удивительно странна, вихляста походка,

Сны цветные увидишь – и сразу на Марс.

У кого – ананасы, у нас только будни,

Только серые будни опущенных штор.

Кто-то кружит, как пчелы, а мы только трутни,

Получаем мы счастье случайно, как вор.

И трагедия жизни не в слёзах, а в смехе,

В бездуховности злата и зле серебра.

Не пройдет и минуты – наступит расплата,

Только гениям – слава, а нам – нищета.

Влюбленная в ангела

Хочешь истину вечную,

Как серое небо?

Я – влюбленная в ангела

Дева-химера.

Мне позволь для тебя

Лишь писать свои строки,

Ведь я знаю, что ангелы

Реже жестоки…

Если в сердце твоем

Хотя б жалость живая,

Ты поймешь, что в далеком

Созвездье от рая

Даже дьявол и тот

От любви погибает…

Плоть от плоти моей

Мое мертвое тело ты гладил рукою,

Обещая достать мне любви и покою…

Мое мертвое тело сжимал ты в объятьях,

И срывал с моих плеч ты материю платья…

Обнажал мою плоть и впивался губами

В то, что вскоре обвенчано будет с червями…

В то, что более свет никогда не увидит,

В то, что раньше любило, теперь – ненавидит…

Мое мертвое тело ты гладил, не в силах

Сохранить его жизнь, отобрать у могилы…

И лежало в крови перепачкано платье,

Ты не думал, что этим могла бы вдруг стать я.

Я – холодное тело на грязном паркете…

Остывающий хохот безудержный смерти…

22.12.07

Вкус любви

По изрезанным запястьям,

Алой струйкой на асфальт,

Я роняю свое счастье,

Как когда-то, в детстве, бант.

Небо мраком накрывает

Мою бледную ладонь,

И всё что-то напевает,

Вроде: «Дверь скорей открой».

И я снова огляделась:

Темнота да теснота,

Неужели так за смелость

Я была награждена?

Неужели голос звонкий

Мой навеки замолчал?

Неужели незнакомкой

Для тебя портрет мой стал?

И я смешивала радость,

Добавляя в нее грусть,

Много слез, улыбок малость,

Вот единственный мой груз.

И напиток пригубила,

И я сморщила уста:

Вот какой вкус у Любови –

Острота да кислота.

20.12.07.

Слышишь?

Слышишь?

Это снова стук ветки по крыше,

Это снова ты дышишь все тише…

Слышишь?

Знаешь?

Ты ведь так же, как я, погибаешь,

На себя ты вновь крест примеряешь…

Знаешь?

Кто же?

Кто тебе в этом мире поможет?

Чтобы радостен был день погожий…

Кто же?

Кто мы?

Неужели всего лишь фантомы,

Нас так мало, а их – миллионы…

Кто мы?

Пульс

Сейчас мое сердце

Сделало новый удар,

А раньше: молчало… молчало…

Сейчас в моем сердце

Загорается новый пожар:

Начало… начало… начало…

Боюсь: полыхает

Снова моя душа.

Топтала… топтала… топтала…

Боюсь, всё сначала –

Новые три шагА…

Так мало… так мало… так мало…

И искренне верю,

И искренне говорю:

«Пропала… пропала… пропала…»

Отражение улыбки

Не понимаю я этих зеркал –

Разве вот этот звериный оскал

Был когда-то моею улыбкой?

Ты таковою меня только знал.

То ли криво зеркал отраженье,

То ли мир претерпел измененья,

То ли в этой поверхности тленья

Кто-то черным меня рисовал.

Разве это звериный оскал

Может быть моей прежней улыбкой?

Это шутка, надеюсь. Я сам

Совершенствую камеру пытки,

И я вечер за днем прихожу

И смотрю в отраженье улыбки.

Когда ты подошел ко мне...

*

Когда ты подошел ко мне,

такой влюбленный

В другую, не в меня,

был зимний серый вечер,

Сгущались облака на темном небе,

И сверху глазом полная луна

Так благосклонно встречу освещала,

И стала ненавистна и сера

моя мне жизнь,

И сердце гулко стало –

и поднялось до неба, и упало…

И я внезапно горько поняла:

«Как жаль, что не тебя я повстречала,

Когда была невинна и чиста

И когда сердце ласки так желало…»

17.12.07.

Иначе

Я б предпочла уйти иначе,

Но ты прогнал меня – тем паче

Желаю я тебе удачи

На этом жизненном пути.

Но на удар отвечу сдачей –

Я не святая, а – иначе,

Я ухожу, и это значит,

Что нам с тобой не по пути.

15.12.07.

И мы поэты

Альтере Парс посвящается

И мы поэты…

И каждый день извлекать строчки

Или куплеты

Навеки сжатые оковы

Заполнят судьбы

И этим странностям неновым,

Что перепеты,

Где наши дьяволы лишь наши

Бегут нас люди.

И, несомненно.

ты заслужила это званье.

читай — наверно.

ведь только предками судимы

с тобой мы будем.

пока как в небе пилигримы

живем мгновенно

но только кто, окромя бога,

здесь нас осудит?

Зимний

Снег припорошил лик земной,

И лед вонзает в сердце жало

какой-то грязною метлой

я снег с своих ресниц сметала.

И ненавязчивый и злой

ты скалил зубы мне напрасно.

Ты никогда не будешь мой.

Ты царствуй, убивай и властвуй

Но лишь с другими, не со мной.

Аналитический герой

Аналитический герой,

Шуруп, завернутый в сосновый,

Пропахший дегтем и смолой,

Пока что гроб еще пустой,

Тепло мое уже готовый

Принять в себя и слиться с мной.

Ты разобрал меня, так что ж?..

Тобой оплёвана сурово.

Одной, другою сотней рож

Была опознана, и снова

Я выхожу с утра из дома

Под тучи, ливень громовой.

Разочарованный герой,

Продавший имя, честь и славу,

Мной ты был узнан. Величаво

Склоняюсь бренной головой

И говорю: «возьми с собой

Меня ты в океан кровавый».

Но не берешь, к мольбе глухой,

И оттого такой лукавый,

Считаешь горе ты забавой

И нас обходишь стороной,

Людей, на горе обреченных,

В унынье, страх и стыд влюбленных,

Не уходи! Постой! Постой!

Найди средь тел окровавлённых

Одно, столь близкое с тобой,

И прочитай из глаз влюбленных:

«Ты – мой предатель, мой герой!»

Любовь

Любовь — продажная химера,

Любовь как шрам на теле белом,

Любовь угодливо нага,

Любовь бесстыдна и строга,

Любовь подернута изменой,

Любовь выносит перемены,

Любовью выбран был один –

Другой — с фатою рядом белой.