Инкогнито 2

Я - кукла

Я - кукла. Стою в магазине на полке,

А рядом двенадцать похожих сестер.

Девчонка скатилась с пластмассовой горки

И требует: "Мама, купи мне её".

И мама купила с оставшихся денег

На продуктовый недельный запас.

Девчонка со мною на перемене

Играла, пока интерес не угас.

Я - кукла. Валяюсь с другими в коробке

Ненужных игрушек где-то в шкафу.

Мы все с нетерпением жаждем уборки,

Когда нас хотя бы от пыли протрут.

В таком ожиданьи летели недели,

А может года - я не ведаю счёт.

И как бы полезными быть не хотели,

Остался не нужен игрушечный сброд.

Я - кукла, и слышу, как голос взрослеет

Девчонки, что в прошлом любила играть.

Теперь уже девушке нужно скорее

Покинуть гнездо, чтоб свободною стать.

И каждый из нас, кто любим был когда-то

Надеется, будто в последний момент

Его заберут из коробки помятой,

Как что-то на память о доме. Но нет.

Я - кукла. Года пролетели мгновенно

В молчании взрослых серьезных людей.

Девчонка вернулась (за мною наверное)

Домой в один из бесчисленных дней.

Открыла коробку, чихая от пыли,

Уже не малышка с большими глазами -

Теперь в них печаль и усталость застыли,

И волосы белыми стали местами.

Я - кукла в руках человека из плоти.

Кричать бы от счастья, что снова нужна.

Но рот из пластмассы совсем не заботит,

Что хочет на волю прорваться душа.

Девчонка шептала: "Верни меня в детство,

Когда были живы семья и друзья.

Должно же быть что-то, какое-то средство,

Способное сделать счастливой меня".

Я - кукла всего лишь, а как бы хотелось

Обнять, успокоить, тепло подарить,

Но куклам не свойственна данная дерзость.

Обратно в коробку. Закрыть и забыть.

Как жаль, что не дружат с игрушками люди -

В пластмассовом мире друзей не найдешь.

И всех нас когда-нибудь кто-то забудет,

Оставив в шкафу среди блузок и клёш.

Мой дядя

Мой дядя самых честных правил,

Ломал, давил и попрекал.

Он унижаться всех заставил,

На жизнь без счастья обрекал.

Мой дядя был хитёр и гадок.

Что на работе, что в быту.

Он оставлял в душе осадок,

Такой, что жизнь под хвост коту.

Мой дядя не был человеком,

Он раковая часть души.

Мой дядя - зависть, черный демон.

Охватит, то "пропал" пиши.

Законы природы

Кому-то остался год.

Кого-то уже нет -

Звездою на небосвод

Отправился лить свет.

Кому-то дана хворь,

А кто-то здоров, как бык.

С судьбою лучше не спорь -

И бык может сгинуть в миг.

Потеря несёт боль

Для тех, кто ещё здесь.

Болит - значит ты живой.

За то, что любил - месть.

Законы природы - отстой.

Наука ведёт войну,

Учёные приняли бой

Со смертью за жизнь в плену.

Когда устанут океаны

Когда устанут океаны бушевать,

Когда затихнет ветер и замолкнут птицы,

Когда за окнами густая мгла повиснет,

Мы будем так же в полутёмной кухне танцевать.

Исчезнут улицы, дворы, подъезды,

Тепло исчезнет, льющееся с окон.

Останется лишь твой извечно непослушный локон

И руки на моих плечах, как прежде.

На старом дисковом магнитофоне

Играют песни групп, которых больше нет.

Поскрипывает деревянный пол в ответ,

Мерцает лампочка в давно не протиравшемся плафоне.

А мы нескладными тенями в полутьме

Всё так же продолжаем танцевать —

Два призрака, не захотевших признавать,

Что растворятся на исчезнувшей заре.

"Ленивое поколение"

Да хорошие они, дети.

Васи, Оксаны, Пети.

Зумеры, миллениалы,

С рогатками и с фингалом.

И те, кто с айфоном новым,

И с кнопочным телефоном.

Зависимость есть у каждого,

Но так ли уж это важно?

Они по-другому устроены,

Мозги на объемы настроены

Полученной информации,

Кажущимися нам адскими.

"Ленивое поколение" -

Как мантры одной повторение

Из уст, что болтают без устали

Сами. С уставшими чувствами.

Мы тоже были проблемными,

С увлечениями скверными

По мнению тех моралистов,

Кто сам не был в помыслах чистым.

Так что оставьте в покое

Олегов, Марин, Колей.

Лучше сами себя спросите,

Какой пример показать хотите.

О пустой болтовне

- Надо срочно что-то делать.

Так нельзя, - кричал мужик. -

Это всё по беспределу,

Что за глупость, что за цирк?

Все коллеги закивали

Головами в унисон.

Кто-то вторил: "ну достали!",

Скрыв лицо под капюшон.

- У меня жена и дочка, -

Продолжал мужик свой спич. -

Я работать сверхурочно

Не готов. А ты, Ильич?

- За такие-то копейки? -

Шевелил Ильич усами. -

Пусть уж крутятся как белки

За бесплатно сами.

Мне своих делов хватает -

Завтра дача, в среду врач.

А начальство заставляет

Нас РАБОТАТЬ, хоть ты плач.

- Предлагаю коллективом

Написать письмо в профком. -

Заключил мужик ретиво,

Вскинув руку с кулаком.

Снова все заголосили

В подтвержденье честных слов.

Снова лихо закурили -

Шёл обед уж пять часов.

Вдруг в курилке дверь открылась

Нараспашку. В тот же миг

Все немыми притворились,

Каждый как-то робко стих.

Во дверном проёме хмуро

В дыме сотен сигарет

Грозно высилась фигура.

И страшней фигуры нет.

- Вы какого-растакого

Тут расселись, шелупонь? -

Рокотал начальник басом,

Извергающим огонь. -

Перекур давно закончен!

Марш работать, а не то

Буду всем зарплату очень

Урезать. Рублей на сто.

Тут же, в пол потупив взгляды,

Заспешил людской поток

Заступать в свои наряды,

Семеня пол сотней ног.

- Ну-ка стой, - сказал начальник

Мужику наперерез. -

Кровь из носу, чрезвычайно

Нужно сделать позарез

Всю работу за неделю,

А возможно и за две.

Завтра сам с утра проверю.

Всё, иди. Доложишь мне.

- Да, конечно, непременно, -

Закивал мужик, шепча. -

И помочь возьму, наверное,

Я коллегу Ильича.

Прочь шагал начальник важно,

А во след ему мужик

В знак борьбы почти отважно

Показал язык.

Малютка-человек

Малютка-человек вдруг стал большим начальником.

В огромном кабинете пиджак надел с бездонными карманами.

И, чуть не утонув в гигантском кресле, стал отчаянно

Изображать активные процессы руководства вместе с замами.

И хорошо бы за его плечами стояли Опыт, Достиженья и Заслуги,

Как кардиналы серые внушали б адекватность мысли.

Да только вместо опытных советников за ним лишь слуги -

Подлоги, взятки, кумовство. Стоят и корчат морды лисьи.

- Велю издать указ, пишите, - взмахнул малютка свежим маникюром.

- Все старые уклады вон, хочу осовременить производство.

Весь этот ваш винтаж профессиональный - на смех курам.

Не следовать за коучем и трендами - ужасный моветон и скотство.

Над головами бесконечных замов и секретарей рука возникла -

Тянула робко длань старушка-старожил, последняя из старой гвардии.

Прослушав речь начальника, её седая голова совсем поникла,

Но не сказать последних слов нельзя - не зря была когда-то членом партии.

- Прошу простить за то, что костью встала горла поперёк, -

Скрипела голосом, где сталь соседствует с искрящим интеллектом.

- Но если всё настроено и слаженно работает, мне как-то невдомёк,

Зачем же рушить то, что было так усердно выстроено кем-то?

Начальник закипел, как чайник - забулькал злости кипяток.

- Да как вы смеете сомненья сеять в поле новизны и улучшений?

Да с вас же сыпется песок, какой же к чёрту вы знаток

Как нужно строить производство при смене новых поколений?

Сместить необходимо поезд с заезженных и старых рельс!

Негоже мне, как современному и мощному локомотиву

Тянуть в грядущее уставшие вагоны. И что вы делаете здесь?

На пенсию, кыш-кыш, работать с вами нет мотива.

Шли месяцы, бездонные карманы полнились деньгами.

Малютка-человек толстел, лоснился, приоделся, богател.

Но производство как-то стало тормозить, когда вперёд ногами

Носили на помойку старые, хотя вполне рабочие детали, что стали не у дел.

А новые ломались, плавились, не подходили по размеру,

Зато по заверениям специалистов юных имели все стандарты моды.

Ну и, конечно же, под стать капитализму и его манерам

Безумных денег стоили, что оседали частью в пиджаках свободных.

Рабочий класс беднел, бледнел, тревожился и сатанел -

Финансовый поток вдруг начал течь куда-то очень мимо.

Ещё чего рабочий класс при новом руководстве захотел -

Где видано, чтоб человек работал и параллельно жил красиво?

И вот сидит малютка на деньгах в руинах самодурства,

Не понимая искренне куда сбежала свита короля.

Особые в момент малютка-человек испытывает чувства -

Какого черта не взошли политые бензином тополя?

Время - фарш перекрученный

Время - фарш перекрученный.

Сделано, пройдено, прожито.

Прошлое грязными кучами

Мусора свалено, пропито.

Вредно питаться объедками,

Роясь в отходах памяти.

Больно зубами редкими

Грызть перегнившие радости.

Всё настоящее - пресное,

Тусклое, жалкое, тесное,

Донельзя неинтересное,

Впрочем, как всё полезное.

Пару бы слов о будущем,

Только сказать нечего

Всем покопаться любящим

В прошлом с утра до вечера.

Так и бредём ослепшие,

Трогаем жизнь на ощупь.

С поезда рано сошедшие

Где-то в лесу ночью.

Вышли бы тайными тропами

В светлое, буйное, свежее

Если бы не были трупами,

Встретившими неизбежное.

Лечь и сдаться

Сделать шаг нетвердыми ногам сложно.

Но ещё сложнее, если ноги скованы надёжно

Бетонированной смесью страхов и сомнений,

Что ко дну неудержимо тянут. - На колени,

- жизнь прикажет равнодушно, словно

Лысый бандюган из девяностых. Стрёмно

Спорить и сопротивляться. Лучше лечь и сдаться.

Лечь и сдаться.

Там, на дне под илом и во тьме - спокойно.

И никто не обвинит, что жил ты как-то недостойно.

И не нужно лезть из кожи вон, чтобы надежды

Чьи-то каждый раз оправдывать как прежде.

Спрятаться в ракушку, словно рак отшельник

И команды выполнять безропотно - ошейник

Не позволит даже отдышаться. Лучше лечь и сдаться.

Лечь и сдаться.

И плевать, что сверху по зеркальной глади

Проплывает жизнь, что смелых по головке гладит.

Награждает за решимость и старания счастьем

Наделяет страстью, властью. И внезапно в одночасье

Обретёшь признанье, лист лавровый на сединах

Станешь лучшим, победителем... Трясина

Не позволит до поверхности добраться. Лучше лечь и сдаться.

Лечь и сдаться.

И, казалось бы, тоска, печаль, уныние, досада

Сквозят в словах и мыслях автора. И надо

Встать и дать пинка под дых апатии и страхам,

Чтоб отрезвить - влепить пощечину с размаху.

До полусмерти бить, обдать ушатом ледяной воды,

Кричать, таскать за волосы, спасая от большой беды -

На дне под слоем ила разлагаться.

Но лучше...

Сквозняком по твоей квартире

Сквозняком по твоей квартире,

Сквозь когда-то знакомые вещи

Вскользь напомню о целом мире,

Ускользнувшим, как сон вещий.

Чуть дотронусь до нежной кожи,

Там, где родинки, словно звёзды.

Но такого же быть не может,

Что текут до сих пор слезы

По мечтам и несбывшимся планам,

По "люблю" и "спокойной ночи",

Потому, что не будет рядом

Человека, с которым хочешь

Просыпаться и всё такое,

Помолчать и сопеть в спину.

Разделить бы с ним это горе,

Если б не был он горя причиной.

Безусловно, никто не вечен,

Но нельзя же так рано, так скоро

Превратить её хрупкие плечи

В основание тяжёлой скорби.

Сквозняком по твоей квартире

Пролечу и вернусь обратно.

Просто помни, что в этом мире

Будет кто-то ещё рядом.

Времена перемен

Времена перемен ложечкой

За отца и за мать, за родину.

Ну не лезет уже, мамочка...

Я во двор, поиграть немножечко.

Там ребята войнушку затеяли,

Притворяются мертвыми, смелыми.

На чужой земле хаос сеяли.

Наплевать, что все дружат семьями.

Раны рваные воображаемые

Подорожником лечатся сорванным.

Им не раз пулевые спасали мы -

Нет в сражении неприкасаемых.

После - ножечки, салочки, классики.

Дотемна, пока мамы из форточек

Не забросят имён удочки,

Чтоб позвать заигравшихся с улочки.

Те вернутся домой взрослыми.

Кто уставший, а кто в ссадинах.

Хорошо если только с проседью,

Хуже если в письме прописью.

Времена перемен ложкой грязною

На столах лежат недоедены.

Времена, очевидно, страшные,

Черной ленточкой приукрашенные.

Хрустят под ногами лужи

Хрустят под ногами лужи.

И кто-то уже простужен -

Из дома выбежал в стужу,

Вернувшись с краёв южных.

На стеклах машин иней,

И нос то красный, то синий.

Перчатки с окна скинь мне,

Забуду их в магазине.

Оранжевый сменится серым,

Оденутся леди и сэры

В пальто, что чуть больше размером -

Такие сейчас манеры.

Усталость крадёт время -

Проснулся уже в темень.

Весь день организм дремлет,

Пуская кофе по венам.

И всё-таки есть в этом что-то.

Сентиментальная нота

В аккорде, который природа

Играет осенней погодой.