Грызло и Хнюзя

Глава 1. Мир грухов

На краю гнилых болот, В дикой местности унылой, Проживал один народ Во главе с царём Бурылой.

Хоть и рост у них смешной, Человеку по колено, Каждый груха был шальной, Сильный, смелый и надменный.

Да и в битве не робки, Коль о них правдивы слухи. Шерстяные колобки: Ручки, ножки… В общем, грухи!

Вековали без затей, В мир глаза свои тараща. Редко видели людей, Да и всякий сброд не чаще.

Царь у них своим под стать, Только не такой проворный. Ведь любил Бурыло жрать, Был круглее всех придворных.

И без меры поглощал Жаб, улиток и личинок… Вновь охотника позвал, Разговор затеяв длинный.

Тут, сгрузив свой узелок, Взяв могучую дубину, Грызло вышел за порог И отправился в долину.

Вдруг Величество помрёт Или исхудает точно! Воин ринулся вперёд, По болотным мягким кочкам.

Он на промысел, как встарь, Уходил, под нос мурлыча… Надоел голодный царь, Вечно требует добычу!

Обобрал честной народ, Все припасы обескровил… Вот под вечер средь болот Грызло свой привал устроил.

Сладкий вырвал корешок, Тут же съел его до кучи, Чтоб не слышать звон кишок… Провалился в сон могучий.

Утром по округе рёв — Звери прячутся в болоте, Не видать ничьих следов… Начинается охота.

Глава 2. Добыча

Грызло был в душе романтик, У него мечта одна — Он хотел своей команде Притаранить кабана.

Этот зверь силён безмерно, Но прославит в тот же миг… Грухи ростом по колено, И для них кабан велик.

На такую тушку надо Выходить большой толпой… Вот и жил, уняв браваду, Он с несбыточной мечтой.

Ежедневно и бездушно, Позабыв шальной огонь, Слизняков давил, лягушек И другую шелупонь.

Поразвеяв мыслей тучи, Он старался для родни… На краю болота куча Всякой слизистой фигни.

Есть работа, есть задача… Куча медленно растёт. Надо возвращаться с тачкой Иль загнать сюда народ.

Вдруг раздался рёв протяжный, Кто-то лезет напролом. Грызло выглянул отважно — Вышел зверь размером с дом.

Весь щетинистый, клыкастый… И добычу жадно ест! Целый день пропал напрасно, Зверь умял в один присест.

Обозлился тут охотник, Запищал, что было сил: — Что ж ты делаешь, негодник? — И дубиной запустил.

Та летит, вращаясь дико, Попадает зверю в глаз… Пал кабан, ты погляди-ка! Сдох лохматый карабас!

Осторожно из-за кочки Вышел Грызло, весь в поту. Он сегодня, между прочим, Свою выполнил мечту!

Долго он скакал у туши, Кулаками в грудь долбил. Он охотник самый лучший, Зверя лютого прибил!

Глава 3. Изгнание

Бурыло был весьма коварен, Хотя и выглядел мешком. Охотник Грызло — классный парень, Но здесь мешает быть царём.

Вернулся он с болот героем, Прибив огромную свинью. Вокруг него все ходят строем, Забыв про почести царю.

Всё племя жрёт теперь от пуза, У Грызло свой авторитет. Нет, это лишняя обуза! Пора избавиться от бед.

Царь думал да чесал подмышки, Забыв про радости и сон, Но не хватало здесь умишка, К шаману обратился он:

— Вот, брат, такое коромысло. Придумай, как бы обернуть. Хочу избавиться от Грызло.

— Давай отправим его в путь! Допустим, он наслал проклятье. Теперь у всех болит живот…

— Обожрались свининой братья. Неуж поверит нам народ?

— А как же предки, как же духи? Я уважаемый шаман!

— Согласен! Пусть узнают грухи. Прогнать навеки за изъян!

Царь повелел собрать всех тут же, И вот сбежались колобки.

— О, мой народ! Нам стало хуже. Во всём охотника грехи. Нам порчу духи ниспослали, О чём шаман мне рассказал…

Вот так из племени изгнали Охотника, чтоб не мешал.

Он не согнул покорно спину. С укором поглядев в глаза, Поднял с земли свою дубину, Ушёл из дома навсегда…

Глава 4. Динь-Динь

У пруда, от солнца млея, Искупавшись налегке, Отдыхала как-то фея И дремала на цветке.

Много горестей опасных, Чтобы причинить испуг. По цветку ползёт ужасный, Чёрный, злой, большой паук.

Вот уже склонились жвальца Возле девичьей груди… Сбоку тут мелькнули пальцы, Кто-то паука схватил.

С хрустом лопнул панцирь твёрдый… Фея смотрит — вот дела! Заслонила небо морда:

— Очень крепко ты спала!

Тишина в ответ повисла, Фея не отводит глаз…

— Ты не бойся, я ведь Грызло! Почитай, от смерти спас.

В доказательство охотник Грязный палец показал:

— Ишь, куснуть хотел, негодник! Ядовитый был нахал…

— Ты герой! Собой рискуя, Спас беспечную Динь-Динь!

— Ерунда! Бывай, пойду я…

— Подожди! Ладонь придвинь.

Динька резво вылетает И кружится над рукой. С крыльев тут пыльца слетает, Словно дождик золотой.

— Это что? — охотник хмурит Волосатое чело.

— Ты же фею встретил, дурик, Так считай, что повезло! Можем полетать над лесом. Ну, пока не сдует пыль…

Грызло стало интересно, Воин тут же в небо взмыл.

Если б видел кто, ребята, Он не смог бы говорить! В небе мчится шар мохнатый, Рядом девушка парит,

Обнимая другу шею… Вот такие чудеса! Это Грызло вместе с феей Улетели за леса.

Как же так — она ведь крошка, Грызло поравнялся с ней? Просто магии немножко, Чтобы было веселей.

Глава 5. Наводнение

Дождь, наводнение, вышла река. Всюду потоп, затопило равнину. В волнах качается плот чужака, Что оказался под вечер в долине.

Ветви проносятся в мутной воде, Дождь третий день без конца и начала… Мышки испуганно жмутся в гнезде, Им не уйти… а вода прибывает.

Грызло по грудь провалился в ручье, Злобно сдвигает лихую стремнину. Держит гнездо над собою в руке, Падает в воду, но ношу не кинул…

Многих он спас в этот страшный потоп, Добрую память в долине оставив. Хмурит мохнатый задумчиво лоб: Бедный охотник! К чему ему слава?

Мышки спасённые машут вослед, Скрылась в тумане фигура героя… Много лишений и много побед Грухе-изгнаннику выпадет вскоре.

Нету у Грызло иного пути, Нету желаний чего-то добиться. Просто идёт, чтоб подальше уйти, Хочет забыть… но не может забыться.

Глава 6. Хнюзя

У болота, грея пузо, Теребя в руках цветок, Молодая дева Хнюзя Нежно смотрит на восток.

Где-то там охотник Грызло Без поддержки на пути… Жизнь давно лишилась смысла. Сердце ёкает в груди.

— Где же ты, охотник милый, И вернёшься ли домой?

Вдруг красавица решила:

— Я отправлюсь за тобой!

Я пройду огонь и воду, Я уйду в далёкий край. Я в любую непогоду Буду рядом, так и знай!

Ранним утром из пещеры Вышел дивный колобок. Впереди звезда Венера Манит светом на восток…

У неё с собою узел, Взгляд решителен, суров. Молодая дева Хнюзя Не отдаст свою любовь.

Сколько выпадет напастей, Что же будет впереди? Верит Хнюзя в своё счастье, Они встретятся в пути…

Вот бы скрасить путь союзом! Грызло хочется мечтать:

— Где же ты, родная Хнюзя? Как хочу тебя обнять…

Глава 7. Тимоша

Ночью лунной, ночкой звёздной, С поля, где растёт ячмень, Воин маленький и грозный Проползает под плетень.

Лай собак при виде тени, Грызло бросился стрелой, Тут же забегает в сени… Где столкнулся сам с собой.

Там лохматый, весь взъерошен, С длинной серой бородой. И зовут его Тимоша, Он тут местный домовой.

Головой кивнул при виде, К губам палец приложил, Прошептав: — Пошли-ка выйдем, А то сильно мы шумим.

Вывел он за дверь бродягу, Свистнул пару раз окрест. Удивительно, собаки Потеряли интерес.

Сели оба на поленьях, Разломили каравай. Вот Тимоша из деревни Грызло спрашивать давай:

— Ты откуда взялся, парень? Интереснейший момент! Здесь один торчу годами, Думал, наших больше нет.

Что ты весь так огорошен? Я ведь груха, как и ты. Много лет назад был брошен, Но исполнились мечты.

Я скитался, к людям вышел. По хозяйству тут слежу… Ишь ты, брат, как славно вышло. На своих хоть погляжу.

Ну, поведай, что ж ты скис-то? Кто шаман у нас, кто царь?

— Царь Бурыло, — сплюнул Грызло, — А шамана звать Иктарь.

Тут нахмурился Тимоша, Недовольно пнув бревно: — Значит, он теперь святоша? Вот же полное дерьмо!

Этот парень с детства гнида. Он мой худший ученик. Я шаман! Слыхал про Твида? Пред тобою тот мужик.

Только я ушёл из дома, Племя выгнало взашей… Вот такая идиома Средь обыденных вещей.

Как помочь тебе, не знаю. Должен силу ты обресть. Ведь она в тебе питает Долг, любовь, добро и честь,

Ты пройдёшь сто испытаний, Станешь ты совсем другим… Как вернёшься из изгнаний, Вот тогда поговорим!

Ладно, хватит диалогов! Покормил, чем бог послал, А теперь поспи с дороги. Вижу, парень, ты устал.

Глава 8. В горах

Снова мили под ногами… Вслед Тимоша помахал. — Принеси мне Лунный камень, — На прощание сказал.

Камень тот лежит, по слухам, В гроте под большой горой, Охраняют его духи… Так поведал домовой.

Та гора известна ликом Средь пустынных берегов — Горный кряж со снежным пиком, Путь к ней труден и суров.

В поисках мечты и смысла Гордо шествует вперёд Молодой охотник Грызло, Что оставил свой народ.

Он бы мог сказать всем прямо, Возмутиться, что есть сил… Но не справиться с шаманом, Тот бы магией убил.

А потом бы пострадали Все, кто Грызле дорог был… Лучше одному в изгнанье, Чем с обилием могил:

Мать, отец, сестрёнка, дядька… Были б тут же сожжены. Вот такие есть порядки В недрах груховой страны.

И для племени обуза, Видеть гибель дорогих…

— Как ты там, родная Хнюзя, — Шепчет странник на пути.

Между тем душа томится, Дева не жалеет ног. Вслед за милым она мчится, Удаляясь на восток.

Глава 9. Барс

Горный ветер странствует… Каменная дверь. Три площадки странные, В каждой нужен зверь.

Если верить символам: Мышь, орёл и барс. Их искать усиленно Должен он сейчас.

Песня эпатажная Про волшебный грот. Говорят, три стражника Открывают вход.

Он весь день решительно В эту гору шёл… Вдруг пред ним стремительно Выскочил козёл.

Весь в испуге мечется, Прыгает у скал… Рухнул искалеченный, Ноги поломал.

— Эх, душа козлиная, Что ж такой дебил?

Грызло бьёт дубиною Сколько было сил…

Сверху шорох каменный, Вскоре барс пришёл:

— Мелкота, проваливай, Это мой козёл!

— Отбирай у равного, Ишь, какой позор!

— Ты слыхал про Дарвина И его отбор?

— Коль не будешь вредничать, Хватит нам двоим.

— Что ж… давай трапезничать Иль поговорим?

Вот сидят, беседуют…

— Так, зачем пришёл?

— Грот хочу обследовать, Нужен здесь орёл.

— Этого достанем мы, Есть как раз дружок… Помогу уж страннику, Ведь за мной должок!

Повредил тут лапу я, Шастая во тьме. Девочка мохнатая Вылечила мне.

С виду неприметная, Но сильна душой…

— Хнюзя?! Где вы встретились?

— Вон за той горой.

— Так за мной отправилась, Портя ноги в кровь…

— Видишь, как всё правильно? Значит, там любовь!

В общем, спорить нечего, Береги её… Мышь найди нам к вечеру, А за мной орёл!

Кто-то пискнул радостно В каменной пыли:

— Мышь искать не надобно, Мы давно пришли!

За добро обязаны, Помнишь тот ручей? Мы навеки связаны До скончанья дней.

Глава 10. Путь Хнюзи

С выражением суровым, Затаившимся в глазах, Хнюзя лезет в гору снова, Спотыкаясь на камнях.

Где же девичья наивность? Лишь порой мелькнёт во снах. Потеряла всю активность Хнюзя в ледяных горах.

Только мысль одна зависла, Согревая на пути: «Я иду на помощь к Грызло. Значит, я должна дойти!»

Губы стиснула упрямо, Веря — ждёт её успех, Выбирается из ямы Да карабкается вверх…

Вдруг раздался вой протяжный, За камнями тяжкий стон. Хнюзя выползла отважно, Перед ней разлёгся Он.

Барс огромного масштаба, Смерть сидит в его когтях… Защемил, бедняга, лапу В обвалившихся камнях.

Робко девушка подходит, Убежать готова прочь:

— Тихо, тихо, милый котик! Я смогу тебе помочь.

Удивительно и странно, Как её послушал зверь… Вскоре Хнюзя мажет рану. Обошлось тут без потерь.

Кость цела, да кот свободен, Ей мяукнув на бегу:

— Перед груховым народом Я теперь в большом долгу! Но куда идёшь, малышка? Что забыла тут в горах?

— Может, двинулась умишком В своих грёзах да мечтах? Я спешу за тем, кто нынче Будоражит мою кровь…

— Эх, душа твоя девичья. Повезло ему… Любовь! Если где-нибудь увижу, Обещаю, помогу!

— Рана как?

— Пустяк, залижем! Ну, спасибо! Побегу…

Кот живой, в душе отрада, Хоть сердечку не страдать… За любовь бороться надо И кому-то помогать!

Снова в путь дорогой дальней, Камни, холод ледяной. Эх, сейчас принять бы ванну, Но когда ещё домой?

Узелок взвалив на спину, Шепчет дева втихаря:

— Я иду к тебе, любимый! И надеюсь, что не зря…

Глава 11. Во тьме

Вот собрались звери все У преграды каменной, Закрутились в колесе И площадки заняли.

Заскрипели вдруг внутри Механизмы старые, И раздались впереди Голоса усталые:

— Лишь один из вас пройдёт, Кто судьбой предсказанный.

Грызло выступил вперёд, Стал друзьям указывать:

— Для меня, видать, нора, Вам там делать нечего. Где-то Хнюзя тут в горах, Помогите девочке!

Он отправился в поход, Сгладив мех всклокоченный. Тут плита встаёт в проход, Мир отрезав солнечный.

Духи рядом кружатся Сердца инфернального. Испытай, мол, ужаса Экзистенциального…

В голове на все лады Крики, визги, шёпоты:

— Не ходи здесь, не ходи…

— Позабудем хлопоты…

— Ты останешься навек В этой тьме заглушенной…

Грызло перешёл на бег, Закрывает уши он…

Голоса кричат навзрыд, Прожигая помыслы… На коленях уж стоит Наш охотник доблестный.

Кровь с ушей, из носа кровь, Ужасом охваченный, Вспоминает он любовь, Что ему назначена

И ушла за ним в поход, Проявив дух твёрдости. Грызло тут с колен встаёт И вещает с гордостью:

— Нет уж, духи! Потерплю И вернусь из Хаоса, Потому что я люблю, А к врагам безжалостен.

Он ушёл, отринув страх, По тоннелю длинному. Где-то наверху в горах Ждёт его любимая.

Вместе, за руки держась, К дому выйдут отчему, Смоют боль, обиды, грязь И дурное прочее!

Грот закончен, впереди Лунный камень светится. Грызло тут его схватил, И открылась лестница.

Свежесть прянула в нору. Позабыв сомнения, Грызло вышел поутру И упал в забвении.

Глава 12. Вместе

Грызло очнулся в уютной пещере — Сбоку теплом обдаёт. Смотрит охотник и диву не верит: Кто тут в пещере живёт?

Как он сюда из тоннелей холодных После похода попал? Помнятся толпы уродов голодных, Шёпот и злобный оскал.

В мыслях провал. Только яркая вспышка, Боль в обожжённых кистях… Может быть, тронулся Грызло умишком Или он умер впотьмах?

Может, теперь он в загробной нирване… Всё скоротечно, всё пыль? Кстати, а где же трофей, Лунный камень? Он перед выходом был.

Камень взорвался, какая досада! Бьёт кулаком он с тоски…

— Тихо, любимый, сдаваться не надо, Мышки собрали куски.

Голос родной, вдохновляющей музы! Он повернулся назад, А перед ним его добрая Хнюзя, Милые сердцу глаза.

— Хнюзя! Ты бросила дом и былое, Ты ведь несчастный изгой… Как я попал в это место чудное? Что приключилось со мной?

— Ты победил свои страхи в тоннелях, Камень волшебный достал. Ты отворил в подземелия двери, Но без сознания пал.

Барсик помог. Мы в горах отыскали, Спящий ты мой сумасброд. Я была рядом, отринув печали, Весь этот длительный год.

— Год?! Ты сидела в моём изголовье И охраняла покой? Хнюзя, любимая! Я недостоин Даже равняться с тобой.

Я лишь несчастный, ранимый бродяга, Вместо двора — голый шиш…

— Грухи твою прославляют отвагу! Верим, что ты победишь!

Есть за морями волшебник ремёсел, Как мне орёл рассказал, Камень он склеит в Лиловую осень. День тот ещё не настал!

— Значит, туда мне дороженька вьётся! Где он, кудесник, живёт? Завтра с утра, только солнце проснётся, Я отправляюсь в поход!

— Нет, ты не прав, оголтелый вояка, Голову вновь очертя…

— Как, если грухи страдают от страха…

— Я не оставлю тебя!

Если мне дашь удостоиться чести В странствиях биться с Судьбой, Мы до конца наших дней будем вместе. Знай, я пойду за тобой!

Грызло растерянно взял её руку, Пал на колено герой:

— Хнюзя! Прошу, боевая подруга, Стань моей верной женой!

Может быть, всё это будет напрасно…

— Боже, какой ты дурак! Грызло, любимый! Конечно, согласна! Вместе! Иначе никак!

Глава 13. На берегу моря

Синее море бушует пред ними, С ветра колючего кровь в жилах стынет. На берегу, не поддавшись испугу, Грызло и Хнюзя прижались друг к другу.

Берег угрюмый в скалистых ошмётках, Дерева нет, здесь не вырубить лодку. Сколько минуло скитаний, невзгод… Море холодной преградой встаёт!

Серые тучи, как рваные клочья, А между ними какая-то точка. Вот и орёл вылетает на свет, В лапах сжимая огромный предмет.

Где он в горах раздобыл инструменты? Тайна во мраке… Орлу комплименты! Бросив сундук возле грызловых ног, Старый орёл с поднебесья изрёк:

— Море холодное — это стихия, К соли морской у меня аллергия. Я бы и дальше упёр этот груз, Но со здоровьем полнейший конфуз.

Там впереди, тут не видно в тумане, Остров большой, весь покрытый лесами. Коль доберётесь, на этой земле Лодку построить ты сможешь себе.

Сделав над ними прощальный кружочек, Скрылся пернатый могучий дружочек… Грызло взирает на лютую синь, Сверху смешок: — Позабыл про Динь-Динь?

Феи порхают, смеются так звонко, Сотню подруг привела к ним девчонка. Вот подхватили друзей, понесли — Остров большой показался вдали.

Леса немерено, им не соврали. Грызло забыл все тревоги-печали, Рубит деревья на дальний поход… Где-то у кромки качается плот.

Хнюзя хлопочет, лелея припасы. Путь предстоит им далёкий, опасный. Да ерунда, с нею рядом любовь! Знай, не грусти, а продукты готовь.

Глава 14. Штиль

Даль необъятная, синью манящая, Где-то, посредь океанских широт. Жгучее солнце, до боли палящее, Волны качают дрейфующий плот.

Шторм лютовал, снасти все измочалены, Парус сорвало, сломалось весло… Грухи сидят на плоту опечалено, Он уцелел. Ну, хоть тут повезло!

Птица летит, верещит им пронзительно, Машет крылами во всю свою прыть. Грызло провёл её взглядом волнительным: Суша здесь рядом… Как хочется жить!

После ночного, свирепого хаоса Штиль подарил им безжалостный зной… Сбоку, прикрывшись остатками паруса, Хнюзя проснулась: — Что видишь, родной?

Муж лишь плечами пожал да нахмурился, Всюду, куда кинешь взгляд, океан.

— Съесть бы сейчас запечённую курицу, Выпить холодной воды целый жбан!

Хнюзя насвистывать стала мечтательно, Вскоре на кашель сбиваясь сухой. Нету у них ни припасов питательных, Ни бурдюка с ключевою водой…

Шмякнулась рядом, икрою надутая, Рыбка летучая прямо на плот. Хнюзя стремительно цапнула глупую, Давит в руках, подставляя свой рот.

Тут же вторая блестит, извивается, Следом за ней и других череда… Грызло блаженно сидит, отдувается:

— Будет теперь и вода, и еда. Коль повезёт на попутном течении, К отмели бросит, что нас приютит. Хнюзя, прости меня за приключения!

— Кинь ещё рыбку… И хватит грустить!

Глава 15. Лихорадка

Путешествуя с размахом, Посреди песчаных гряд, На огромной черепахе Едет маленький отряд.

Грызло правит длиной палкой, Черепаха держит шаг. Хоть он медленный и жалкий, По-другому тут никак.

Наверху обмякшим грузом, С повреждённою ногой, Спит привязанная Хнюзя За большой мужской спиной…

Подхватило плот цунами И течением снесло, Ночью выбросив на камни… Вот, хоть в чём-то повезло!

Грызло пострадал немного, Хнюзю шторм не пощадил. Ей изрезало всю ногу, Что ходить не хватит сил.

Здесь, на отмели обширной, Черепаший карнавал. Грызло был всегда настырным И одну из них поймал.

Как они договорились, Неизвестно никому… В общем, дружно устремились С моря в новую страну.

Впереди видны деревья Под округлою горой. Можно выстроить деревню, Вроде остров неплохой!

Целый день на солнцепёке! Хнюзя бредит, вся горит, Под большим листом широким В шалаше тревожно спит.

Грызло скачет по округе, Ищет травы, жжёт костёр, Чтобы вновь своей подруге Заварить ядрёный сбор.

Он с восхода до упадка Собирал, варил, лечил… Наконец он лихорадку Непростую победил.

Рано утром спозаранку, Пробудившись ото сна, Хнюзя вышла на полянку, Видит Грызло у костра.

Тот уснул, видать, случайно: Грязный, мокрый, дыбом шерсть… Хоть и крепок, но не камень! И предел какой-то есть.

Улыбнулась Хнюзя мужу, Притащив охапку трав:

— Отдыхать любому нужно! Весь измучен… Ты неправ!

Сотворив ему подушку, Не будить чтоб невзначай, Хнюзя в поисках лягушек, Ковыляет вдоль ручья…

Муж со сна себя ругает:

— Безалаберный досуг! Там жена лежит страдает, Отдыхать надумал вдруг…

Запах ноздри будоражит: Перед ним еда лежит, Чуть пропаренная даже, Аппетитная на вид!

Он вскочил, глазам не верит, Позади раздался смех:

— Здесь непуганые звери, Хватит, чтоб насытить всех!

На него глядит счастливо Его верная жена.

— До чего же ты красива!

— И нога ведь зажила!

Глава 16. Воздушный шар

Где-то в джунглях густых пробегает ручей, И являет гора свои склоны. Здесь шалаш у подножья… теперь уж ничей, Проживало в нём два робинзона.

Получили они неожиданный дар, Вспомнив кстати рассказы Тимохи. Нынче мчится по небу диковинный шар, Где в корзине болтаются грухи.

Мы вернёмся назад, снова остров почтим. Грухи вечером, шутки за-ради, Сшили крепкий пузырь, запустив туда дым. Улетел тот в небесные глади…

Началось производство. Масштабный проект! Грызло долбит в округе добычу. Хнюзя шкурки кромсает и делает сеть… Шар воздушный семейство химичит!

А на острове том есть деревья вокруг, Выделяют липучую штуку. Превращается жидкость затем в каучук… В общем, строится всё по науке.

Сок наносят на сеть да ровняют скребком. Возле моря, где нету деревьев, Возвышается груда — бесформенный ком. Шар, обмазанный соком гевеи.

К пузырю провели дымоход от костра, Он растёт, как раздутое брюхо. Его тянет наверх — знать, настала пора! Вот в корзину запрыгнули грухи.

Помолясь напоследок известным богам, Грызло быстро крепёж обрубает. Транспорт ринулся ввысь и помчал к облакам, Ветер шаром воздушным играет.

Вот над морем летят, от восторга скуля, Впереди полоса тёмной ниткой.

— Грызло! Грызло, смотри! Так ведь это земля!

— Шар! Тяни, дорогой, без убытка!

Да! Послушался шар — прилетели они, Плюхнув на мелководье прибрежном. И отправились вплавь до заветной земли Грызло с Хнюзей, завидев надежду…

Глава 17. Корабль

Дикая местность, полёт был нелепен. Всюду, куда ни взгляни, полный мрак: Камни, песок, вулканический пепел, Трещины, гейзеры, прочий бардак.

Нет ни животных, ни даже растений. Чёрный базальт, где-то обсидиан… На берегу, словно бледные тени, Двое голодных скитаются там.

Сколько уж раз костерил себя Грызло — Остров уютный покинули зря Ради далёкого, дикого смысла… Чёрные камни, пустая земля.

Правда, к утру, долгожданной наградой, Был провиант, что ютился в морях. Брачный период — нашествие крабов, Помощь голодным явилась в клешнях…

Вот, изуродовав крабов для корма, Двое отправились к дальним горам. Хоть лунный камень утерян при шторме, Только волшебник живёт где-то там.

Может, подскажет, как грухам быть дальше Или найдёт вариант неплохой. Коли с надеждой идти — путь не страшен. Вслед за мечтой да лихою судьбой…

Снова лишения, боль и невзгоды. Вот до предгорьев семейство дошло, Видят пещеру, где гладкие своды. Чёрные стены блестят, как стекло.

В дивное зеркало глядя в разломе, Что обнаружился им по пути, Двое влюблённых мечтают о доме, Где-то родная страна позади.

Тут засияло в стекле сновиденье. Образ возник — обвалившийся грот. В гроте металлом блестело творенье. Знали бы грухи, что там звездолёт…

А в головах родилось пониманье, Оба дорогу почуяли враз. Вскоре закончились грухов блужданья, И перед ними железный каркас.

Глава 18. История грухов

Арахниды лезут с подпространства, Пред тоннелем узел захватив. Капитан вступает в бой с упрямством, Напоследок модуль отцепив.

Тот остался брошенным обозом И без варпа, на субсветовых, Грухов, спящих там в анабиозе, Унесло в межвременной разрыв.

Сгинул где-то в недрах Мирозданья Модуль грузового корабля. Сотни лет безвольного скитанья, Наконец приветила Земля.

Поселенцы скоро одичали, Быт у них коварен и суров. Постепенно начали сначала… Так жила колония бобров.

Хвост отброшен эволюционно, Ещё там, на Родине своей… Медленно, веками, монотонно Вырастали грухи из зверей.

Между тем, в борьбе цивилизаций Люди обогнали на пути. И не в силах с ними состязаться, Грухи порешили отойти.

Их следы в преданьях растворились, Пролетело множество веков… А теперь потомки посетили Позабытый, первозданный грот.

Впереди железная толстуха Тускло светит, подаёт им знак. Видят сновиденья наши грухи, Родовая память! Как-то так.

В кресле возле пульта управленья Грызло робко трогает штурвал, Головой качая с сожаленьем:

— О таком я даже не мечтал! Это память грухового вида, Мы должны вернуть себе причал. Интересно пообщаться с Твидом, Старый жук! Конечно, он всё знал!

— И покуда хватит этой жизни, Знания о звёздах понесём. Позади болота, распри, слизни… А представь, ведёт корабль Он!

Хнюзя тут, смущённо улыбаясь, Положив ладони на живот, Говорит: — Сегодня я сознаюсь! Он уже два месяца живёт!

— Тайны? Ты о чём, моя родная? И откуда явится пилот?

Мужика внезапно осеняет, Видит округлившийся живот…

— Ну, конечно! Вот же недотёпа! И стряхни ты ступор наконец! Твой потомок вырастет пилотом… Поздравляю, Грызло. Ты отец!

— Что?! Ага… и как… а ты в порядке?

Грызло резво к Хнюзе подскочил, Суетясь от радостной разгадки, Он жену на кресло усадил.

— Как я не увидел, что фигурка… Ух, ты! Я ведь это… сам не свой! А скажи, там сын или дочурка?

— Я пока не знаю, дорогой!