Форель на мели.
Глава 1
Агриппа на мысе Акций теперь бы выращивал шампиньоны для Трюфельного пса.Я знаю, Вы, не напишите мне.
"Почтовый пакуется груз-
Мой адрес не дом и не улица,
Мой адрес, "ушедший в вечность, всегда
"Советский Союз."
Дело не в идеи,а в её применении, в её преемственности-
("На грозный бой "ли
"Точил тебя черкес свободный... "- это написано кровью на стене плача,
Кто хотел великой одержимостью великую построить общность людей.А не благо от труда.
После было б дело, что она в руках находится детей, глазами и ушами став всех степных божеств.
Часть 1.
Мужчина, это в общем-то, его мир стал таким.
Мужчина обязан защищать всеми силами женщину и в том случае, в первую очередь, счёты с которой потомства уже давно сведены; и когда она не права. Это урок на будущее миру без войны.
Наши лица не секрет. Что бы больше ценить Жизнь,а это верный путь к счастью, которое не за горами Алитета.
... и Космос вновь станет открыт добротою, ибо туда не пускают с чёрного входа завоевателей.
Нужно только сделать небольшие перестановки и рокировку в пользу королевы в беспокойном хозяйстве страны истинных героев.
Совсем забытые вторые, кто постоянно носит шлейф, и щиты впереди королевы.
Слово "Империя" стало не модным, но осталось актуальным, бывшее союзом, ставшее союзником, даже в осколках зеркала.
Вот бы всех, как утопия, обрусевших армян, как антагонистов сделать слугами Фемиды для разнообразия их жизни, а взамен всех врачей перековать,
(вкусившим крови, быть ближе к Природе), как мечи на орало в учителей Фемиды.
При том, учитывая доминанту в России, что русский дух не истребим. Характер русской нации... их доброта, незаслуженно и обиженная водою забвения между наших берегов.
Южная, не путая с Востоком, сделает очередное чудо.
... Вот и Рита с Игорем встретились.
(Зло у наших дверей станет караулить райский змей.)
... в детях на детской площадке, которым не удалось по вине мальчишки и его мельниц, стать на ниве ближе, после школы в совсем другой жизни, где к идеалу относились чисто по-человечески, то есть очень бережно, со снисходительной улыбкой Аглаи Шиловской.
Женская Красота переведена в разряд достоинства!и Чести.
Медея отдана в свиту Афины с пятой графой в биографии.
(Из-за жалости своей русский народ оплёван, оклеветан "Европой", ибо"Не делай добро,-говорят про него,-"Не познаешь и зло",-вторит дурак.
Русская нация-это образование очень сложное на первый взгляд, вроде натюрморта с битой дичью и апельсинами по краям. От множества вливаний в её кровь, (попробуй ,скиф, ограничь её пространство!) с берегов Сены, Роны, Рейна, Тибра.
Влияний солнечной стороны, пришлись ей по вкусу, не о чем говорить и крыть в упадке сегодняшним духа авантюризма, и страсти к путешествиям и приключениям в духе Жюля Верна,Вальтера Скотта, героев Пикуля и Чейза.
Подчас, что б скрыть свой восточный норов и природную душевность, -спесь они, русичи, становились злыми на весь мир, но при том хватаются за булаву и скипетр, но не за меч.
У нас вечно горят на хмурых зимних улицах столицы жертвенники Блока Марине Цветаевой...
Обручённый, но Немезиде не служивший и час,"Герои-не мы", немы. Мы учили других, трудному ремеслу выживать:На своём примере-Беречь душу, что б мир защищать!
Этому в школах учат скромно, отворачивая глаз от античной статуи Геракла, это познаётся на свой лад в искусствах жертвенного огня-страдать в одиночестве.
Эти все грехи можно разом списать и забыть, что семя пролито мимо лона, словно крылья, сгоревшего даром Икара, за одну настоящую Любовь.
За грустные глаза Аглаи Шиловской, что не"Я выбрала эту сцену жизни..."
Верь тому, кто скажет сам: "Я- не безумен, я влюблён, и поэтому отходчив."
Художник начинает в школах ценить красоту,натуру, рисуя античные амфоры и тела Венер, вы не найдёте среди них гейш, цыганок и афродит.
Это только здесь работает девиз:"Каждому своё. "
Только горы, какие их рисует художник, и в действительности есть у Рериха над крышами Фамагусты.
Идея, как вера накладывает на человека, как ответственность, так и отпечаток-с небес мужей на землю женщин.
Народные приметы, хотя во всю Ивановскую и действуют под век, но никогда не подводят человека, как матушка-природа под монастырь.
Это ведь здорово, что женщины все одинаковые, как" Гвоздь программы Марафон"при 30° солнца,к ним не надо подстраиваться, лгать, что ты не космонавт,не Пегас,не альфонс, и не герой нашего времени.
Говорят, что двойники есть у каждого человека. Но в наличии действительности они рождаются раз в сто лет один на десять тысяч человек.
Я не знаю, с чем сравнивать, я не стану судить, я жил без перехода, своего рода счастье, среди" Медных труб. "
Часть 2.
"Не будет войн, не будет сирот."
То, что видим, это и есть наша пища. Их ещё называют первыми встречными- для Дмитрия Ульянова-полный тёзка, не дай то, Бог, ему такой же терновый венец.
За творческое мастерство-за воплощение Образа, если на первом месте стоит любовь, то на последнем-ненависть.
"За великим будущим" Аглаи не забудьте про Мелочи жизни "Капричос Гойя."
Счастливы те бабушки и те дедушки, кто из них больше любит внуков своих и внучек.
Всё это не верно, что взрослые учат детей.
Два мира-Один хочет быть в курсе событий другого, один мир хочет быть взрослее,и отпускает эти вожди, а другой покупает взамен в "Детском мире" плюшевых зверей, которые тот мир, с удовольствием, присущему здоровому, одушевляют.
(Я в эту жизнь, так просто,без единого выстрела в прошлое, в спину современности взамен, уже не впишусь.)
Вкладывая душу взамен перстов.Любовь не так уж и слепа, как обыватель думает обыкновенно.
Часть 3.
"К чему вы носите меч?"
Смелость за эгиду не прячется, а писанная, будущему действительность. Не переступайте грань, даже выехав со съёмками на пленэре, женщина всегда"Амазонка на белом коне", даже у могилы властелина воспета.
... как кошки -яйца Фаберже ей так же нужна эта свобода. В борьбе полов, в борьбе ветров, в противостоянии абсурда и смысла.
Не нуждаясь в представлении,как бывалочи Потёмкин-(его богиня-его Царица, услада детская сказалась, его воспитывали мамки.)
Семя то увидев со всего-всего одно зерно на руке эволюции.
И осталась тенью дружба, предлагающая за себя покровительство, так никогда и не нажившая ни чинов, и ни врагов, ценившие более всего противника достойного, чем страна своих героев.
Во всё беспричинное и потому страшное ввергнув вечное лоно, как будто в дикари заделался и сам дайджин, хвостом, примявший у своего логова ветку сорного эвкалипта на склоне горы Фудзияма.
Семя стало той разменной монетой человека, сделавшего впоследствии бочку, тем камнем преткновенным, о который разбиваются все сердца, все корабли пиратов и пилигримов, идущие в святые места, идущие на каменный мираж маяка.
И научившему зверя через его волю зерна к труду, проращивать даже сквозь камень, сквозь вечность, просившего о помощи великого, но приставленного знаменем его к младшему.
Что сделалось опасным, когда человек шёл по этим дымящимся следам, забывая основные дороги,теряя и память о них.Человек не знал теперь, как высказать себя.
Садился у костра и ждал собаку, разбрасывая семя, когда-то возобладавшее в нём зверем Марса, и научившее его дьявольскому труду бездны; и поджидавшее его, как бы сказать за Сфинкса, кто есть кто на самом деле, тот самый человек при нём.
...Ковать оружие на жерновах, где перемалывают зерно в муку.
В появившихся других вокруг себя Авель увидел бы и Каина, и убил его, как он убил его, как после убивал уже человек на земле с оружием веры, надежды и любви всех себе подобных.
От безнадёжности возвращенья зверя к лону матери.
Младшие поддавались настроению, меньше-уговору старших, и делали всё наоборот нашему стремленью, все стали делать и зло так же естественно.
Человек с тех самых пор стал угрозой,и не только миру своему, но и для вселенной и вечности-
Он находился под покровительством Бога.
Всё лицемерие,что льётся, как реки Вавилона в Средиземное море- не девичий нам нужен источник в свите нужна сама Артемида с прошлым, убившая Диану и Ориона.
Но она станет сражаться в свите, что бы не допустить мужчину-охотника к очагу, к раздаче мира Зевсом.
P.S.
То, что дедушка не смог воплотить в образ,
Сделает Аглая в женском теле,
Сломает хребет невинности
Каменной статуи Командора.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
