это называется рефлексия

постельный режим

я встаю как пижама помятый,

свое тело воло́ча до душа,

с настроением бегаю в прятки.

мне бумага давно как подушка.

от обид одеялом укроюсь,

если спать, то не так уж и больно.

а ты спросишь лишь: "все ли порядке?"

- все отлично, устал, да и только.

умирай в эйрподсах

ветер снова сбивает наушник,

мысли рвутся сквозь новую дырку.

я держу свою радость на мушке.

думать больно, не думать как пытка.

а нытье течет кровью из носа.

пустоту ты заполнишь ауксом,

умирай же в своих эйрподсах,

не давая эмоциям спуска.

последний бунт взрослому

теперь не ешь после шести,

и бриться уже нужно чаще.

тебе ведь сказали уйти,

а ты всё так хочешь остаться.

круги под глазами не врут,

одежда в сезон не обманет.

уж больно в год много простуд,

и часто тревожит сон память.

бунтарский твой дух поутих,

его на замок в глаза - карцер.

тебе ведь сказали уйти,

а ты все так хочешь остаться.

заройся могильной плитой, в холодную черствую землю. плевать на мечты, раз запой отлично спасает от детсва.

хворь

мне однажды бы свесившись с люстры,

свысока посмотреть на людей.

каждый день симулирую чувства,

каждый день ублажаю болезнь.

а болезнь, что живёт в капиллярах,

заражает мне красным глаза.

жаль, сбежали давно санитары,

жаль, осталась одна пустота.

ангедония

в стране ангедония,

погасли фонари.

все жители больные -

раз больше не болит.

сквозь розовую призму

всё ставили кресты.

топились утописты,

сбегая от мечты.

просто заметка в блокнот

я написал этот стих,

чтобы его написать.

в нём не заложен мой крик,

в нём не томится душа.

тут мой герой не умрёт,

он не ханжа и не трус.

это заметка в блокнот,

просто заметка без чувств.

мне надоел мой сосед,

честно. хоть раз я не в ложь.

пусть лишь ненужный всем бред,

хоть без наигранных слёз.

романтическая сказка

она очень красива,

да и он привлекательный.

она в лёгкое чтиво,

он мечтает о катере.

рисовала картины,

помогал своей матери.

не срослось - прошла мимо,

заплутал мореплаватель.

она глушится пивом,

он сигарами затемно.

она любит лишь снизу,

ему так то без разницы.

захлебнулась той жизнью,

да и он в ней измазался.

она прыгнет с карниза

он не станет спасать ее.

мое сердце живет сентябре

мое тело плетёться вперёд,

хоть давно перебило хребет.

если жизнь лишь смешной анекдот,

у моей неудачный концепт.

я совсем потерял интерес,

к этой глупой двуличной борьбе.

и пусть тело всё тащит свой крест,

мое сердце живет в сентябре.

психотип, болеющий в зиму

расскажи всем друзьям - тебе больно,

расскажи всем друзьям как тоскливо.

все царапины лечятся солью,

все болячки залечит крапива.

вырезай колорит с сердца бритвой,

психотип, так болеющий в зиму.

обесцветь нарочито палитру,

и лишь боль всё гиперболизируй.

По мотивам Каплана и Стойи

упивайся минутной печалью,

заедай шоколадным печеньем.

опиши свою боль так детально,

чтоб не вызвало всяких сомнений.

упивайся минутной тоскою,

ты играешь в дешёвые драмы

по мотивам Каплана и Стойи,

ты рисуешь фальшивые шрамы.

три в одном

кофе три в одном.

я сошел с ума.

как найти свой дом?

где найти себя?

в кофе. в водке... желчь

мир проглотит в раз.

мне б хоть раз прилечь,

и уже не встать.

кофе три в одном.

я сошел с ума.

горечь, страх и боль -

выпей все до дна.

заголовок

в этот вечер грустных писем,

адресованных никому,

адресованных в никуда;

я наверно утоплюсь.

в этот вечер грустных мыслей,

удушающих как хомут,

и противных как декоданс;

я наверно не проснусь.

конечно, просто вру,

хоть и вру меланхолично.

ведь я и так - как труп:

умирать - моя привычка.

моя революция

я устрою свою революцию,

оболью их своей инквизицией.

их устоям пора обернуться и

поприветствовать ровными лицами,

поприветствовать всю концентрацию

моей желчи, которой не бедствую.

это всё, чем мне дали спасаться от

одинаковости повседневности.

я хочу быть поэтом смертельного,

и к чертям этот слог их монашеский,

я глаголом хочу лишь расстреливать

все их веры в коленные чашечки.