Дунаев Алексей

Эта жизнь невпопад...

Мысли-рифмы...

В мыслях рифмы и мысли в рифмах,

Вызов, вновь прервал вдохновенье.

Всё смешалось, на этих ритмах.

Может плохо. А вдруг везенье.

Может ясность ворвётся в душу,

Свежим ветром, смешавшись с дымом.

Как хочу я, нагим и в стужу,

Но опять попадаю мимо.

Ты же мне, не звонишь, не пишешь.

То забыла, то не хотела.

Я живу лишь тобой, ты слышишь!

Равнодушие, наша тема.

Где найти мне слова такие,

Как собраться и в стужу, в стужу.

Может рифмы придут другие,

Может мысли очистят душу...

Поколение праздников...

Мы поколение праздников,

Многие говорят.

Как же измерить разности?

Как, всех поставить в ряд?

Где, отыскать различия?

Что в нас добро, что зло?

Все мы немного Личности,

Но нам не всем везло.

Юности девяностые,

Детства восьмидесятые.

Всё там казалось просто нам,

Всё там решала партия.

Нации, разделения,

Кто-то придумал вскорости.

"Доброе, вечное, светлое",

Менялось на бешеной скорости.

Все мы пытались стать мудрыми,

Шли по пути просветления.

Пользуясь новыми мудрами,

Нашего поколения...

Mors...

Я к смерти отношусь, как к данности.

Как будто выключили свет.

Все не привыкну к этой странности,

Все на нее ищу ответ.

Вот смерть, в познанье эмпирическом,

Здесь соблюден весь этикет.

А вот в страдании физическом,

Уж лучше б выключили свет.

Что в смерти есть, души страдания?

Где очищенье от грехов?

Неотвратимость наказания?

Освобожденье от оков?

Я к смерти отношусь, как к данности.

Считая, что ответа нет.

Нет жизни, значит, нет и радости.

И я иду. Включаю свет...

Рядом, значит вместе...

Хочется к тебе, зубы сводит.

Хочется любить, дай мне силы.

Мир на пополам, так заводит.

Если побеждать, так красиво.

Если находить, Атлантиду.

Если потерять. не надейся.

Только не таи, ты обиду.

На груди щекой, обогрейся.

И рука к руке, значит рядом.

Если рядом ты, значит вместе.

Так что обожги, только взглядом.

А потом лечить. Дело чести.

А потом с тобой, и на веки.

Чтоб под небосвод, звездопадом.

Если порознь мы, то калеки.

Значит навсегда. Значит рядом...

Спроси меня...

Спроси меня: "Ты любишь снег?"

Отвечу, что люблю тебя.

Чтоб боль твою, сменить на смех.

Молиться буду, про себя.

Чтобы улыбки, с губ твоих.

Слетали, словно мотыльки.

Пожар проблем твоих затих.

Остались только угольки...

Скорость. Трасса. И...

Закрывая глаза, я вижу картины,

Искореженные груды металла.

Они сыграли роль гильотины,

Что смерть себе отковала.

Куда они мчались? Зачем спешили?

Давя на гашетку газа.

Здесь многие, так ещё мало жили,

Но это, только лишь, фраза.

Ну что же вы люди! Рабы мотора.

Спешите к заветной дверце.

Во время нашего разговора,

Встало ещё чьё-то сердце.

Скорость и трасса. Пути едины,

Здесь есть на что посмотреть.

Машины, машины, машины, машины.

Скорость. Трасса. И смерть…

Трасса...

Жизнь в ожидании мгновенья,

Что в этот час и этот миг,

Под ветра рока, дуновение,

Раздастся чей-то жуткий крик.

И искорёженный металл,

Сейчас вонзится в чью-то душу.

Кто спал, дремал, а кто мечтал,

Им этот миг сейчас отпущен.

Судьбы попался поворот,

Какой-то скользкий и нелепый.

Но сон в душе, и скользкий лёд,

И плеск, в глаза, слепого света.

Нога упала на педаль.

Визг шин, и тьма, в глаза несётся,

Сейчас ударит сталь об сталь.

И кто-то может, не проснётся.

Удар. И блеск стекла кровавый,

В ночи при огненной луне.

Вы виноваты или правы,

Решать сейчас, одной судьбе.

Она к вам может благосклонна,

И ночь пройдёт как сон кошмарный.

А может быть и непреклонна,

И будет сделан ход, коварный.

Так будьте вы благоразумны, Течения трассы так жестоки, Чтобы не сделать, шаг бездумный, В большом, стремительном потоке…

Ты главное дыши...

Ты главное живи.

Живи и верь тому, что чудо бродит рядом.

Ты главное дыши. Дыши и мне поверь.

Что согреваешь ты, одним лишь только взглядом.

Ты главное мечтай.

Мечтай и не грусти.

Твой век стоит сейчас.

Не время тихой грусти.

Ты главное люби.

Люби и расцветай.

Ты главное дыши.

Живи. Люби. И чувствуй...

Знаешь, я постараюсь...

Знаешь, я постараюсь.

Это слова, надежды.

Даже снега растают.

Даже весна забрезжит.

Даже умолкнет город.

Смолкнут иные звуки.

Страсть, утоляет голод.

Сладостной неги, муки.

Только к заветной цели.

Поезд, без остановки.

Мелькание полустанков.

Страсти без подготовки.

Только стоны без боли.

Срыв ритма, без патологий.

В этом вся наша доля.

Это дано нам богом…

Только тобой...

Кем для тебя, я хочу быть? Светом в ночи? Солнца лучом? Я лишь хочу, для тебя жить. Солнцем в ночи. Света лучом.

Только тебя, я хочу ждать. Ночью во тьме. Утром в рассвет. Даже во сне, лишь тебя звать. Тонко на вкус, пробуя свет.

Только тобой, я хочу жить. Ночью и днём, тобою дышать. Только с тобой, я хочу плыть. И паруса под ветром держать.

Только тебя, словно книгу, читать. С каждою строчкой, новый сюжет. Вместе с тобою, её писать. Вместе с тобою, встречать рассвет...

Ты, для меня...

Ты для меня, всегда будешь свет.

Мысль о тебе, согреет в пути.

В горечь потерь, в радость побед,

Я буду чувства свои нести.

Я буду в снах с тобою летать.

Сквозь поцелуи, чувствуя пульс.

Ночью собой, тебя согревать.

И не менять заданный курс.

Вместе с тобою, буду мечтать.

И за собою, тебя вести,

Чтобы мечты, в жизнь претворять.

Чтобы ты мне, светила в пути...

Бабочка ночная...

Полная луна.

Небо всё в сиянии.

Ты, сейчас одна,

Или на свидании?

С кем сегодня ты?

Знай, партнёр на вечер.

Не принёс цветы,

Не мерцают свечи.

Просто лечь и ждать,

Словно на задании.

А потом опять,

Новое свидание.

Сколько же таких?

И к чему всё это?

Их меняешь словно,

Мелкие монеты.

Как тебя понять?

Как тут согласиться?

Вечером опять,

Надо отрешиться.

Бабочка ночная.

В свете фар порхаешь.

Почему такая?

Ты, сама не знаешь...

Давай не предаваться сожалению...

Давай не предаваться сожалению.

Наш поезд, только набирает скорость.

Оставим на перроне все сомнения.

Помчимся в радость, оставляя горесть.

Давай не предаваться сожалению.

Смотри, пейзаж за окнами меняется.

Нам нужно, лишь немножечко терпения.

Пусть прошлого сомнения стираются.

Давай не предаваться сожалению.

Там, впереди, всё чистое и светлое.

Там всё подобно новому рождению.

Там наше всё, такое беззаветное.

Давай, не предаваться сожалению...

Размышления о людях...

Бог шел по свету, в образе скитальца.

Чтобы проверить, доброту людскую.

Быть может, где-то примут постояльца.

Он душу людям предъявил, нагую.

Он в дом стучал, где правила Гордыня.

И чуждо было, той семье мирское.

Он видел, что живут они в пустыне.

И Бог оставил этот дом, в покое.

В соседнем доме, правило Богатство.

И Роскошь. Заменившие заветы.

Здесь люди, сами продались им в рабство.

И он ушел, не получив ответа.

Был дальше дом, где поселилась Жадность.

Стакан воды, за плату иль в залог.

В глазах Его, они узрели жалость.

И он ушел, не преступив порог.

Он шел и думал, о людских желаниях.

О том, что их поработило души.

О нет, он не желал им наказания.

Зачем, когда желанья их задушат.

Не может быть, так низко пали люди.

Предательство и ложь, у них в чести.

Как рядом с храмом, предаваться блуду.

Как душу, зачерствевшую спасти.

Где дом найти, где правит бал, Духовность.

Где чувства воскресают, вновь и вновь.

Где честь не почитают, за условность.

Где радует сердца людей, Любовь...

Бывает...

Бывают дома без жителей.

И жители без домов.

Бывает кино без зрителей,

И семьи где нет отцов.

Бывает праздник без радости,

И слёзы в глазах в салют.

С улыбкой делают гадости,

Обнявши в душу плюют.

Бывают семьи без матери,

И дети в детских домах.

Стоят старики на паперти,

В глазах у них стыд и страх.

Бывают деревни брошены,

И выглядят как погост.

Церквушки стоят заброшены.

Бывает Беслан и Норд-ост.

Бывает отцы и матери,

Хоронят своих детей.

Бывают друзья предатели.

А дни чернее ночей.

И чёрт не боится ладана,

И в храме открыт притон.

Улыбка падшего ангела.

Не звон колокольный, а стон...

Размышления о былом...

Где союз ты наш советский,

Октябрята, комсомол.

Греет душу пионерский,

Наш с речёвками костёр.

Где линейки перед школой,

Галстук, звёздочка, значок.

Запевала наш весёлый.

Синий школьный пиджачок.

Общешкольные линейки.

Майский красочный парад.

Нерушимые границы.

Тяжесть дедовых наград.

Заглянуть бы в класс знакомый,

Постоять бы у доски.

Повторить законы Ома.

Отряхнуться от тоски.

Но не крикнет рать святая,

Не вернуться эти дни,

Не пора та золотая.

В прошлом сгинули они...

Живём с тобою невпопад...

Давай хотя б во сне с тобой увидимся,

Чтоб хоть во сне, услышать голос твой.

Быть может там, навстречу чувствам ринемся.

Быть может там, ты будешь лишь со мной.

И пусть во сне объятья и прелюдии.

Пускай хоть там, все чувства в водопад.

В реальной жизни времени не будет нам.

Ведь мы живём с тобою невпопад...

Её глаза...

В глазах у неё динозавры и древние рыбы.

И молнии древних сражений людей и богов.

Разломы вулканов и айсбергов белые глыбы.

Торнадо спирали и поле весенних цветов...

Мы стали забывать смотреть на звезды...

Мы стали забывать смотреть на звёзды.

Как в детстве, к небу голову задрав.

У нас вся жизнь сплошные эпизоды.

И те сквозь нас проносятся стремглав.

Мы перестали вслушиваться в звуки.

Что пенье птиц нам или шорох трав.

Своих сердец не слышим перестуки.

Эмоции внутри себя зажав.

Мы разучились радоваться жизни.

Мы существуем, когда надо жить.

Чтобы прозреть, пора отбросить призму,

Снять скорлупу, чтоб душу обнажить...

Я нашёл тебя...

Я искал тебя, в синеве небес,

Там, где крылья дарят полёт.

Только в облаках образ твой исчез,

Он звездой на землю придёт.

Я кричал тебя, в тишине берёз.

Эхо мне смеялось в ответ.

Ветер имя твоё, сквозь листву унёс,

В те края, где всегда рассвет.

Я писал тебя, только рвал холсты,

Краски всё ложились не в масть.

И картины томились от пустоты.

В них поблекли, и жизнь, и страсть.

Я тебя читал, между строк в стихах,

Только рифма мне в прок не шла.

Образ пеплом осыпался на руках,

А огонь пожирал слова.

Я тебя нашёл, только в снах своих,

Там повсюду следы твои.

Но пожар в груди, до сих пор не стих,

И струится огонь в крови...

Поцелуи любимой или подснежниковый мёд...

Где мне найти подснежниковый мед.

Цвет непорочность, вкус небесной манны,

Как будто губы чуть затронули туманы.

Как будто сразу и огонь, и лед.

Кто пробовал подснежниковый мед.

Хотя бы раз, губами прикасался.

Как будто заново он в мире возрождался.

И понимал, что лишь теперь живет.

Кто знает, что подснежниковый мед,

Вкусив однажды, будешь жаждать вечно.

Себя кляня жестоко за беспечность,

Что не запасся впрок и наперед.

Но знайте, что подснежниковый мед.

Не сохранить, он только свеж прекрасен,

И оттого он тлену неподвластен.

Кто причащался, тот меня поймет....

Между строчек...

Присмотрись, между строчек.

Там твой профиль, твой запах.

Там волос твоих росчерк,

Растворился в закатах.

Там следы растворяясь,

Тают в пене прибоя.

Ты, стоишь отдаваясь,

Ласкам страстного зноя.

Посмотри, там, где точки,

Дремлет вечер, бродяга.

Он собрал все кусочки,

С поволокою, взгляда.

Где здесь явь, а где мысли,

Аксиома и сплетни.

Звуки в небе повисли,

Дав звонок нам последний.

Всё родная, наш выход.

Будет сценой квартира.

Тихо делая выдох,

Выхожу из эфира...

Ты у меня вместо мыслей...

Ты у меня вместо мыслей.

Занятно, но это правда.

С тобою любые выси,

Не кажутся мне преградой.

С тобой любые свершенья.

Ты знамя, в руках пророка.

И даже в часы затменья.

Укажешь ты мне дорогу.

И пусть бушует ненастье.

Мне в мыслях, тепло и сухо.

Ты даришь уют и счастье.

Пусть даже вокруг все глухо.

Пускай в мыслях нет порядка.

Где ты, балом правит хаос.

Ты чудо. И ты загадка.

Ты счастье, что мне досталось...

Прятки...

Мы с тобою играем в прятки,

Только спрятавшихся не ищут.

Словно в книге, где нет закладки,

Невозврата мы точку ищем.

Только точка уже осталась,

Позади. Впереди лишь грозы.

Книга нам без текста досталась,

Мы в неё занесли лишь прозу.

Иллюстраций там нет и рифмы,

И меж строчек гуляет смысл.

Бухты все заполнили рифы,

Места нет чтоб причалить мысль.

Радость есть, что начало книги,

Нам писать с тобой ещё долго.

На обеих висят вериги.

Оба мы повязаны долгом.

Долгом тем, что играть нам в прятки,

До скончания дней осталось.

И в друг друге читать загадки.

Без подсказок, но это малость...

Глупости...

С годами совершаешь меньше глупостей.

Все думают, что вот он, повзрослел.

Но чтоб углы убавить до округлостей.

Скажу вам, что здесь возраст не у дел.

На глупость просто не хватает времени,

Оно уходит как сквозь пальцы пыль.

А хочется оставить ногу в стремени,

И ускакать в светлеющий ковыль.

А возраст глупости, помехой не является,

Ведь глупость - состояние души.

Пусть окружающие от меня ещё помаются,

Я столько глупостей ещё не совершил...

Формулы...

Я осознал, что значит ожидание.

Там скука, поделённая на время,

А в скобках лист прибавленный осенний,

И все это умножь на расстояние.

И вычислил я формулу желания.

Там две души, два сердца бьются рядом,

К ним плюсом обжигающие взгляды,

И все это в квадрате обожания.

Потом пришла разгадка дикой страсти.

Там тела два, за минусом мышление,

Плюс ощущения, даже помрачение,

Все в степени бушующего счастья.

Вот формула людей с одним дыханием.

Их чувства, плюс желания, плюс страсти,

За минус ожидание и напасти.

И это все поделено прощанием....

Тебе никто не посвящал стихи...

Тебе никто не посвящал стихи.

Я в этом смысле был у тебя первый.

И рифмами я жег тебе по нервам,

В оргазмы чувств внося свои штрихи.

Тебе никто не посвящал стихи.

И музою тебя не называли,

Словами твои уши не ласкали,

Фантазию толкая на грехи.

Тебе никто не посвящал стихи.

Не увлекал метафорою рифмы,

Когда б ты стала незабвенной нимфой,

Хранительницей чувств, миров, стихий.

Тебе никто не посвящал стихи....

Когда ты говоришь люблю...

Когда ты говоришь люблю.

Ты даришь мне себя частичку,

Как будто зажигаешь спичку.

Ту, от которой я горю.

Когда ты говоришь люблю.

Меня ты словно окрыляешь.

Словами нежно обнимаешь.

Ты душу черствую мою.

Когда ты говоришь люблю.

Я растворяюсь в вдохновении,

И этих сладостных мгновений,

Частичку каждую ловлю.

Когда ты говоришь люблю.

Я понимаю, что я нужен,

Что навсегда тобой контужен,

Что равен без тебя, нулю...

Танцы под дождём...

Для чего же дана нам жизнь?

Чтобы ждать, когда стихнет ливень?

Когда хочется в танце кружить,

Даже пусть всё вокруг застыло.

Так не жди пока стихнет дождь,

А танцуй сквозь воды каскады.

Пусть струится по телу дрожь,

Страсти льются с тебя водопадом.

И пускай рождены мы ждать.

Так бывает, что ждать не надо.

Ты учись под дождём танцевать.

Был преградой, а станет наградой...

Находите родную душу...

Не ищи идеальных людей,

Находите родную душу.

От забитых в него гвоздей,

Твоё сердце стремится наружу.

Отпусти, что не будет твоим.

Отряхнись, осмотрись новым взглядом.

Свою душу очисть от руин,

Выбрось всё, что по жизни не надо.

Пепелище вспаши и засей.

Стиснув зубы, скажи: "Я всё сдюжу!"

Не ищи идеальных людей.

Находите родную душу...

Высоцкому...

Тебя лихие кони унесли,

Да вдоль обрыва, да у пропасти по краю.

А я слова твои украдкой повторяю,

Что так случилось - мужики ушли.

А вдруг была чужая колея,

И ты попал в неё глубокую, крутую.

На вздохе песню оборвав лихую.

Так не поняв, что колея твоя.

"Кто кончил жизнь трагически, - тот истинный поэт!"

Твои слова, но пелена сомнений,

Всё душит. Сколько было бы свершений,

Но от всего остался силуэт.

Ты не успел, нежданно твой финал.

На взлёте рвутся крылья и канаты!

А может правда, не уйдёшь от даты.

Но не допел, не до любил, не дописал...

Тебя любить...

Тебя любить тяжёлый крест,

Неуловима ты, как ветер.

Как будто тяжелейший квест,

Идёшь, а финиш всё не светит.

Как будто нет тебя совсем,

Я сам себе тебя придумал.

И для себя создал тотем,

Уйдя от суеты и шума.

И ты уйдёшь в туман и снег,

Ты каждый раз так поступаешь.

А я опять беру разбег.

И за тобой, ты это знаешь...

Закрытые двери...

Я стучался в закрытые двери,

Но замки оставались закрыты.

Как в душе я неистово верил,

Что преграды вновь будут забыты.

Пусть замки на дверях вековые,

И поедены ржавчиной створы.

Отыщу я ключи золотые,

Чтоб сорвать, отворить все запоры.

Развалить этой крепости стены,

Разогнать темноту отчужденья.

Чтобы радость несли перемены,

Чтоб исчезли остатки сомненья.

Чтобы солнца лучи осветили,

Разогнав тени сумрака, страхи.

Лёд тревог навсегда растопили,

И запели чудесные птахи...

Двери...

Я очутился в мире из дверей,

Был коридор и двери, двери, двери.

И не было вокруг поводырей,

Лишь двери стен, слияние материй.

Какую открывать я сам решал.

Никто не дёргал, и никто не тыкал.

Всего одну, мне разум прошептал.

И захлебнулся, от немого крика.

Всего одну, а что там, не дано,

Узнать заранее. Надежда на везенье.

Ну что вперёд, а там, что суждено.

Иду в забвенье или в возрожденье...

У музы сели батарейки...

У музы сели батарейки,

И вдохновение за тучку.

Нет соловьёв, лишь канарейки.

И рифмы нет, пропала сучка.

Я карандашик догрызаю,

Сегодня третий, два на завтра.

И самолётик запускаю,

Подальше от гнилого марта.

Мне дайте май, гормонов брызги,

И топот чувств под лобной костью.

Катализатор лучший мысли,

Есть плоть, терзаемая плотью.

Изгиб души обнять желаю,

Пустить по венам сок женьшеня.

Намордник с чувств своих снимая,

В костёр бросаю снов поленья.

В желаний омут, невод страсти,

В любовь с откинутым забралом.

Мой прикуп, только нужной масти,

Огонь склонился над запалом.

Секунды вечностью застыли.

Болтаюсь мухой в паутине.

Я вспомнил ночь, как мы любили.

Страсть разложив по гильотине.

Раздвинув временные рамки,

Ищу причину не стыковки,

Но пешек нет, на клетках дамки.

И вновь прыжок без подготовки.

Вновь неизвестности хламида.

Кислотный дождь фантасмагорий.

У каждого своя коррида.

Я выхожу из категорий...