Ересь с просветами

Глава 1

* * * Инквизитор из Роскомнадзора Проходил как-то мимо забора. И увидел такое Что лишился покоя: "Там инфа! На свободе! О, горе!"

* * * Прихожанка из Зеленограда Мир считает провинцией Ада. Речи, взгляды и жесты Так богаты подтекстом Сексуальным. Вот это засада!

* * * Спит философ из Зеленограда Отоспаться пред сессией надо Ждет экзамен неслабый, Ведь в билетах есть лабы По работам маркиза де Сада

* * * Математик из города Лобня Пишет диссер о жизни загробной. После лекций функана В исполненьи декана Ад становится раю подобным.

* * * Математик из города Лобня Раз испек сотню булочек сдобных. Тут друзья по общаге "Угости!" - закричали. Он в ответ засмеялся утробно.

* * * Богословы из града Московского Созерцали Венеру Милосскую. Их глодала обида Поелику сей идол Ценен больше, чем муть богословская.

* * * Некий волхв из-под города Мурома Отрицает прививки с микстурами. "Solus spiritus vini!" - Он твердит на латыни, - "С ежедневною, чтоб, физкультурою!"

* * * Некий волхв из-под города Мурома Провалился промежду текстурами. В этом ракурсе зрит он Мировые элиты NPC - игровыми фигурами.

Глава 2

* * * Некий сёгун из города Токио Посмотрел постановку "Пиннокио": "Там, в далёкой стране, Тоже есть кицунэ!" Поразился так сёгун из Токио.

* * * Некий Папа из Вечного города Не носил ни усы и ни бороду. Кардиналов учил он, Потрясая кадилом: "Маска плохо налазит на бороду!"

* * * Некто Морриган с острова Эрин Обожает воронии перья. Враны подняли ор, Говорят: "Nevermore! Хватит драть с нас последние перья!"

* * * Некто Один из города Асгарда Красил небо светящейся краскою Чтоб, подобно комете, Маск верхом на ракете Не припёрся нечаянно к Асгарду.

* * * Некий злобный колдун из Магриба Изловил говорящую рыбу. И теперь с ней на пару Днём поёт под гитару, А к утру пропивает всю прибыль.

* * * Некий тёмный джедай с Коррибана Ненавидел учить падаванов. Сила есть - нет ума Тут бессильна и Тьма Что-то вбить в разум этих болванов.

* * * Некий тёмный джедай с Коррибана Фанател от просмотра канкана. Собирал каждый день Васильки и сирень И носил танцовщицам канкана.

Глава 3

* * * Некий злобный колдун из Магриба Повстречал полурослика Бильбо. На загадках дуэль Длится сорок недель. Вот достойный противник для Бильбо!

* * * Три подменыша из Тир-на-Нога Называли людей: "недотроги". После пары проказ Сразу тщатся "дать в глаз". Никакого веселья в итоге.

* * * Прихожанка из Зеленограда Неприятностям ближнего рада. С детства ведомо всем - Чтоб избегнуть проблем Больше в церковь пожертвовать надо!

* * * Прихожанка из Зеленограда Ходит в церковь в прикиде от «Прада». И за это священник Ей грозит отлученьем: «Дьявол носит поганое «Прада»!»

* * * Прихожанка из Зеленограда Верит в силу молитв и обрядов. Если вместо обеда Сбацать дюжину 'Credo', Станет стройность достойной наградой.

* * * Прихожанка из Зеленограда Не боится ни мора, ни глада. Во френдзоне у ней Два десятка парней И от каждого в дар по iPad'у.

* * * Некий тёмный джедай с Коррибана Малость спятил на почве матана: Колебания Силы По Фурье разложил он, И не может сложить без стакана.

Глава 4

* * * Некий светлый джедай с Татуина Во френзону попал к балерине. Он строчил ей сонеты, Та в награду за это Позволяла дарить ей рубины.

* * * Поэтесса из Зеленограда Повстречала ползучего гада. Змей, услышав: 'о, сэр! Ваш прекрасен размер!' - Совершил, от греха, ретираду.

* * * Прихожанка из Зеленограда Тщится веровать в принцип 'Так Надо'. И по каждому случаю 'Бог всё делает к лучшему' - Изрекает, скрипя от досады.

* * * Некий инок из Зеленограда Не взыскующий Вышнего Града Говорил мне за чашей: 'Глянь на паству на нашу И прикинь, что и Там это стадо!'

* * * Ростовщик и колдун из Одессы Созывал всех на чёрную мессу: "Только капельку крови и Там и пьянки и оргии - Это лучшее средство от стресса!"

* * * Ростовщик и колдун из Одессы, Получив приглашение в Кнессет, Фонтанировал критикой: "Чем поверить политикам Лучше верить последнему бесу!"

* * * Ростовщик и колдун из Одессы Призывает по пятницам бесов. И в компании этой Пляшет в пачке балетной, Не стесняясь фигуры и веса.

* * * Ростовщик и колдун из Одессы Воздыхал о заморской принцессе. Лютой жабой задушен, Отдал демонам душу, Выбирая подарок принцессе.

Глава 5

* * * Визирь, ты поздно давишь на мораль. Ни города, ни мира мне не жаль, Коль радость - лишь эмиру и придворным Печаль эмира - не моя печаль.

* * * Так говорил мудрец, доживший до седин: "Потери в сей Игре несёшь не ты один. Себя не обвиняй. Здесь проиграть способен Любой: и падишах, и патриарх, и джинн."

* * * Что полночь разума? Империи закат? Прах мира отряхни пред входов в харабат. Пей и гляди как мир летит со смехом в бездну. Пускай. В других мирах увидят звездопад.

* * * Пьяный дервиш молился: "Великий творец! Может, совесть эмиру пошлёшь наконец?" Глас усталый раздался с рассветных небес: "Не проси у небес невозможных чудес!"

* * * Сокрушался старик: "Здесь, нам, братцы, не тут. В новом мире нас с вами ни разу не ждут. Мы желали удачи улитке на склоне. Здесь - с надеждой глядят на кульбиты валют".

* * * От налогов, мой друг, не укроет и ад. Сборщик податей джинна страшнее стократ. Звон монет им приятней призывов к молитве, И отчётность с гроссбухом - весь их тарикат.

* * * "Стоит мессы Париж!" - возгласил падишах. К ренегату визири взывают, дрожа: "Пусть по многом вражинам Бастилия плачет, Только вот Феронри там всего в двух шагах!"

* * * Задумайся... С начала всех веков К Иблису шлют предателей, воров, Ростовщиков, лгунов и лихоимцев. И джинн завоет волком средь волков!

* * * С утра пораньше, не жалея слов, Поносит жрец азартных игроков. А он, поставив жизнь свою и душу На заповеди с верой, - не таков?

Глава 6

* * * Ломает случай самый лучший план. Судьба, как кости, сыплет нас в стакан, Трясёт нещадно, сталкивает лбами... Итог броска? Решать уже не нам.

* * * - "Не служишь ни эмиру, ни богам... На что ты тратишь жизнь свою, Хайям?" - "Кто потерял своё, хотят чужие Жизнь, волю, души - всё прибрать к рукам."

* * * Святоша, сгинь! Я от тебя устал. Я верю: жизнь без радости пуста И мудрость книг без радости безвкусна, Как кипяток без чайного листа.

* * * Мне говорили: "утро - мудреней". Но смайл Луны в распахнутом окне Мне намекает, что на счётах звездных Итоги дня подводятся верней.

* * * - Куда ты мчишь, Хайям? Никак у нас война? Отведай с нами доброго вина! - Так начал речь эмир: "Для вашего же блага..." Тут понял я, что городу хана!

* * * Сказал Хайям: "Других собой не мерь! Не оберешься горя и потерь. Бывает: в ком-то будишь милосердье, А в нём проснётся беспощадный зверь."

* * * Хайям, твою уловку я постиг. Ты внешность пел: "луне подобный лик", "Бутоны губ", "сияющие очи"... "Характер джинна" пропустил, старик?

* * * За бокалом вина изрекает Хайям: "Вечна только мошна. Вопреки временам Падишах и визири умножат богатство, Все грехи и расходы достанутся нам."

* * * Творцу доверить месть не глупость ли, Хайям? Доверить ветру песнь не глупость ли, Хайям? И, сердце запродав за яркую улыбку, Отдать на сдачу мир - не глупость ли, Хайям?

Глава 7

* * * Громко ропщет Хайям на верховную власть. В сквернословье вложил он и душу и страсть. Коль закрыт харабат - негде взять вдохновенья. Коль закрыта мечеть - негде коврик украсть(*).

(*) Про украденный коврик - имеется в виду вот такое произведение Хайяма: https://socratify.net/quotes/omar-khaiiam/3933

* * * Над Аладдином потешался джинн: "Ну, как, о, правоверный господин? Эмир тебя одним своим указом Упрятал в дом, как Сулейман - в кувшин!"

* * * - Эй, виночерпий! Что печален взгляд? - Эмир закрыл последний харабат. В глазах живущих: страх, смятенье, злоба... Ответь, Хайям! Я умер? Это - ад?

* * * Коли сделал добро - получи по мозгам: "Надо было не так, не тому, и не там. Ни объемы, ни время, ни средства ни к чёрту!" Так осудят тебя, и пойдут по домам.

* * * Снова слезы и клятвы терзают мой слух - Многократно ценнее жужжание мух! Лживых слез водопадам я больше не верю, К ложным клятвам отныне я полностью глух.

* * * Загрустил падишах: "Рейтинг мчится на дно! Свет величия черни понять не дано! Между тем я, без скромности, Небу подобен: Бедняка не услышим ни я, ни оно!"

* * * Океанский прибой начертал на камнях: "Бойся праведных паче чумы и огня! Ради правого дела они без разбору Обманут, украдут, предадут и казнят!"

* * * Падишаху намедни приснился кошмар Будто сам Сатана предложил ему дар Вечной жизни и юности. Только с условьем: Чтоб не ел и не пил зарубежный товар.

Глава 8

* * * Падишах похвалялся: "Полны закрома! В них каменьев и злата - несметная тьма!" Только совести там не осталось и капли, Да и честь подевалась куда-то. Сама.

* * * Как пылью вековой мир скукой занесен. Как респиратор нам мобильный телефон. Там, за экраном, мир чудесен и прекрасен. Здесь - спросишь: "Как дела?", в ответ услышишь стон.

* * * Во дворце падишаха, за длинным столом Размышляют визири: "Грех в этом иль в том?" Коль на каждого нужно придумать управу, Не морочьтесь и жизнь объявите грехом!

* * * "Не судите!" - талдычит вельможный стервец, - "Ведь отмщенье вершить может только Творец!" Я прошу, о, Создатель, творенье такое В гарантийный ремонт забери наконец!

* * * Отверзайтесь, врата виртуальных миров! Там достанет на всех всевозможных даров! На любые размеры, фасоны, расцветки Рубищ, мантий и лат, бубенцов и корон!

* * * Я открою вам, братцы, вселенной секрет: Дезой нас угостил флорентийский поэт! (*) Так я слышал: в аду нет котлов со смолою. Там - всегда понедельник. И кофе там нет.

(*) Данте. Который написал толстую книжку, в том числе и про ад. :)

* * * Чу! Поколенье-некст ломает двери! Важней ему убытки, чем потери. Гармонию стихов, картин и песен, Не алгеброй, финансами измерит.

* * * Есть спесивцы: заметив и крошечный шанс Самомненье свое изливают на нас. Поучений непрошеных хлам бесполезный Уберите. Я сам подведу свой баланс!

* * * Если порваны струны на лютне души, Белый флаг пред судьбою поднять не спеши. Марш победный отбей по корпусу звонко, И скажи: "Не дождешься!" и нос покажи!

* * * Взглядом толщу веков мне прозреть не дано. Но и так мне отчетливо ясно одно: Люди нового века в созведьях далеких Также режутся в карты и хлещут вино!

* * * Род людской неподвластен десяткам веков. Астронавты, увы, не честней моряков. Только старт - их молитвы возносятся в небо, Как спустились по трапу - забыли богов.

Глава 9

* * * Для красавицы гордой заместо сонета Сложен нид про стервозность и тягу к монетам, Про фигуру, что держится только корсетом... Вот не надо ей было френдзонить поэта...

* * * Рыдает пьяный жрец: "Мне снился рай! Там безнадёга льётся через край. Есть гурии. Но с тёщами в комплекте. К Иблису благочестье! Наливай!"

* * * Подхалимы кричат: "Как велик падишах! Без него наше царство рассыплется в прах!" Но пустые слова не заменят деяний. Обещания сильных - лапша на ушах.

* * * Вмиг в кутузке окажется даже святой Если штата нарушит закон он сухой И вино сотворит из воды принародно, Нарушая сограждан священный покой.

* * * Два кубка я наполню рубиновым вином Пусть все тревоги мира про мой забудут дом. Сегодня я - хозяин, мой гость устал от дел, И грех не быть мне пьяным - я пью с самим Творцом!

* * * Наш падишах, увы, не Сулейман. С утра фирман, и вечером фирман, Фирман в обед, и в полночь, и под утро. Быть может он всего лишь графоман?

* * * Говорит каландар, мол, все деньги суть - прах. Я не спорю. Быть может, старик даже прав. Но припомню одно: чтоб слепить человека И Создателю нашему нужен был прах.

Глава 10

* * * Иней на траве Птицы готовят отлет Листья слетают Куда же мне улететь Если холодно сердцу?

* * * Храм у дороги Дверь давно покосилась Ветер осенний Только лампада горит Спрячусь, пойду от дождя.

* * * Следов не сыскать В небе ласточки юркой Близится вечер Снова спешим мы с ней Под крышу одну - домой.

* * * Сияет лицо Радость первого шага Маме навстречу Больно упал. Поднимусь Чтоб научиться бегать.

* * * Гнутся деревья Под легким зимним ветром Утром морозным Но даже средь бела дня Ветра мне не увидеть.

* * * Свирепый дракон Несет в пещеру свою Огромный букет. Если ему повезло, Может не кончена жизнь?

* * * Скулит старый пес Уже не пролезть ему В дырку в заборе Куда щенком пролезал С соседями поиграть.

* * * Столб телеграфный, Будто он снова сосна, Увенчан гнездом - Глядя на новую жизнь Вновь молодею душой.

Глава 11

* * * Снизу взираю На острова облаков - Может оттуда Кто-то на землю глядя Видит меня над собой.

* * * На тропке в горах Монаха я повстречал С вязанкою дров - Или ему навстречу Случайно попался я?

* * * У тракта береза Ветки к земле наклонив Смиренно стоит - Что же на жизнь я подам Нищей в лохмотьях желтых?

* * * Пламя танцует На пепле писем твоих - Любовь провожу Вместе с минувшим годом Под пробки звонкий хлопок.

* * * Старый гадатель От солнца прячется в тень. Кто скажет ему, Когда прохлада придет? Молчит безлюдный базар...

* * * На шкуре тигра Узор читает малыш Родителям вслух. Как могут они не знать Эти старые буквы?

P.S. Да, каюсь. По мотивам Борхеса. "Письмена Бога". :)

* * * Разломанный мир Вчера за шкафом нашел Спрятанный кем-то. Верно ребенок играл Снова придется чинить...

* * * Карты открыты Партию вновь проиграл Фермер почтенный Четверо против троих Тройки сильнее тузов.

* * * Проход в облаках Закатным лучам открыл Северный ветер. Или кому-то с земли К Солнцу взойти суждено?

* * * Шумит летний дождь, Забытый футбольный мяч В воротах лежит - Сегодня вернется друг Повеселимся втроем.

Глава 12

* * * Праздник окончен. Аромат благовоний Ветер уносит - В сердце своем унесу Улыбки и смех друзей.

* * * Чаньский наставник Вновь недоволен чем-то. Устав наставлять В мудрости древней меня Посох сломался его.

* * * Ободранный кот На теплотрассе прилег Согреться в мороз. Должно же быть от людей В мире немного тепла?

* * * Искрами снега Любуется с неба Луна Утром морозным - Счастье отринув свое Мечтаем так о чужом...

* * * Наперегонки С тенью своей котенок Носится шумно - Счастье, что рядом со мной Сумею ли я догнать?

* * * Мелом рисуют Дети котят на стене. Смоет не скоро Зверушек завтрашний дождь - До завтра так долго ждать!

* * * Никто не сорвал Ромашки, что тут цвели Неделю назад. Верно, знать не желают В этих краях о любви...

* * * Влезли мальчишки, Рвут сливы после грозы В саду у меня. Мокры насквозь рукава - Пойду приглашу на чай.

* * * Бескрылый дракон, Что ты рисовал вчера, Сегодня - летит Воздушным став змеем вдруг. Как же просты чудеса!

* * * Липкие слезы Текут по стволу сосны - Отбыли птицы. Мокрых моих рукавов Здесь не увидит никто.

* * * Желтые латы В грязь побросали клены, Сдаваясь зиме. В плену твоей красоты Пощады уже не жду.

* * * "Тридцатьчетверка". Дети шумно играют На теплой броне. Молчит старая пушка О том, как хрупок покой.

Глава 13

* * * Хлопают пробки И за окном фейерверк Вторит бокалам. Под двери тихий хлопок Отправлюсь в новую жизнь.

* * * Подножье горы. Здесь покидает меня Спутник мой - ветер. Взгляну: а вдруг за горой Вправду кончается мир?

* * * Щенков продает Мальчик у ворот рынка. Бабка вздыхает: "Нынче хороших людей И за год трудно найти".

* * * Туча умчалась С ветром за дальний лесок, А дождь все идет. Тебя уже нет давно, А мой не легче рукав.

* * * Иероглифы Молнией чья-то рука Пишет на тучах. В громе и шуме дождя Слышу поэму Небес.

* * * Рвется на волю Прочь из аквариума Рыбка смешная. Пусть выбор мой тяжелей - Судьбе "спасибо" скажу.

* * * Вереск на склоне Листьями не устелит Дорогу зиме. Неужто старость впущу В сердце свое до срока?

* * * Мелочь считают У лотка с мороженым Трое мальчишек. Куда подевались те, С кем все я мог разделить?

* * * С надеждой глядит На оторванный билет Девушка с зонтом. Больше поверю дождю, Чем громким словам людей.

* * * Дорога в грязи. Девочка, громко смеясь Ловит снежинки, Как драгоценность пряча В раковины ладошек.

* * * Снимок разорван. В кресле тихо свернувшись Плачет девчонка. Намочены рукава Ядом пригретых надежд.

* * * Столик соседний. Азартно беседуют Глухонемые. Всего секунду назад Пустым казалось кафе.

* * * Старик перелез Через ограждение - Перейти трассу. И за короткую жизнь Хочется много успеть.

* * * Точку на карте Маме малыш показал: "Поедем туда?" И правда - какой пустяк: Карта звездного неба!

* * * Первые звезды, Запах сирени в цвету, Девушка с книгой. Как помещается мир Брайлем на белом листе

* * * Шарик воздушный Взглядом проводит дитя До горизонта. Теперь не жалею что Тебя не смог удержать.

Глава 14

* * * Прячет гирлянду В ящик на антресоли Девочка с грустью. Редко доволен и я Ходом вселенских часов...

* * * Спилены кем-то Яблони где мы с тобой Лазили в детстве. От нас не останется Даже снимков в альбоме.

* * * Свежей газетой Лавку бомж застелил, Даже не глянув. К чему политика речь? Бумажный дороже лист!

* * * Двери закрылись, Уехал поезд в тоннель Как ни спешил я. Даже два шага порой Подобны тысяче вёрст.

* * * Раннее утро. Парень под чьим-то окном Пишет признанье. Надеюсь, хватит ему Краски и места для слов.

* * * Бусины чёток Перебирает монах, Глядя на небо. Как сможет заметить он Искорки летней росы?

* * * Гроздьями ягод Красной смородины куст Встречает меня. Так жалок и одинок Зарос заброшенный сад.

* * * В кусты зашвырнул Ветер воланчик опять. Снова полезешь И улыбнёшься легко, Тотчас досада уйдет.

* * * Чую злорадство, Будто хихикает кто За левым плечом. Хоть потеря горька, но Я скажу: "Не дождётесь!"

* * * Плёночный фотик В пыльном чулане лежал Долгие годы. Как в детстве, боюсь открыть - Вдруг, плёнка забыта там?

* * * Нахваливали Сколько прошедших веков Честную бедность! Прочно теперь меж собой Связаны эти слова...

* * * Ползет муравей. Чая листочек-другой Хочет похитить. Как же заваривать он Станет добычу свою?

Глава 15

* * * Дуб у тропинки. Жёлуди, хоть зелены, Громадны уже. Не скроет июльский зной Грустных осени знаков.

* * * Клёна вертушки Заметны издалека. Скоро под ветром Тихо посыпятся вниз, Вместе с осенней листвой.

* * * Поистрепалась Планета за многие Тысячи веков. Закрыть пора на ремонт. Жаль, некуда съехать мне.

* * * Греет ладони Девушка в летнем кафе О чашку с кофе. Холод любой с улыбкой И я когда-то встречал.

* * * Серость густая Город накрыла с утра. Вот, уже осень! И лучшие из картин Пишут на сером холсте.

Глава 16

Мы так хотим!

Мы так хотим. Вот - повод и причина Унять стихию, написать сонет. Нырнуть на дно. Достичь других планет Построить мост и написать картину.

Задать вопрос и получить в ответ Вселенной основные величины. Мы так хотим. Вот - повод и причина Унять стихию, написать сонет.

Зажечь звезду от тлеющей лучины Сказать "до встречи", а потом - "привет". Смотреть, как на костре своем рассвет Сжигает вновь созвездий паутину. Мы так хотим. Вот - повод и причина.

Дьявольская трель

Играет "дьявольскую трель" Скрипачка в выцветшем сомбреро. Рисует страстные химеры Заката южного пастель.

Открой глаза! Быть может, цель Не стоит компромиссов с верой? Играет "дьявольскую трель" Скрипачка в выцветшем сомбреро.

Корабль судьбы несет на мель, Там мир однообразно-серый. Подставь ладони. Полной мерой Смешает жизнь тебе коктейль. Играет "дьявольскую трель"...

Призрак Жизни

Приперся Призрак Жизни в час полночный Размахивал, стращая, плетью долга. Побойся, мол, хотя б какого бога И с играми завязывай. Прям срочно!

Провыл мораль. Длиннющую. Построчно Им что ли платят за такое соло? Приперся призрак жизни в час полночный Размахивал, стращая, плетью долга.

- Послушай, друг, - сказал я, - есть же почта Для спама в час ночной. А ну, замолкни! И впредь пиши в "контакт" - так больше толку Какого черта ты явился очно?! Приперся Призрак Жизни в час полночный...

Глава 17

Зимнее

Январь. Сугробы и мороз. А из колонок - шум прибоя. А где-то - небо голубое Жужжанье пчел и запах роз.

Здесь небо без луны и звезд Не стоит ни смешка, ни воя. Январь. Сугробы и мороз. А из колонок - шум прибоя.

Весь город, как большой погост Засыпан мертвою водою. Царит средь зимнего покоя Тоска. Надолго и всерьез. Январь. Сугробы и мороз...

Наследники

Наследье душ и разумов несметных Мы получили из глубин веков - Изобретений, музыки, стихов, Комедий, драм и фресок разноцветных.

И знания про атом и планеты Мы ценим больше, чем дары волхвов. Наследье душ и разумов несметных Мы получили из глубин веков.

И, если вдруг, конец наступит света Остынет солнце, стихнет глас ветров Мы новый дом отыщем средь миров. Сквозь тьму времен откроет дверцу в лето Наследье душ и разумов несметных.

Голос судьбы

Пророчеств дряхлых пыльные страницы В музейных залах коротают век. Молчат о том, как решено за всех Когда, и как, и что, и с кем случится.

Любому, кто на свет посмел родиться В вину поставят "первородный грех". Пророчеств дряхлых пыльные страницы В музейных залах коротают век.

А нам, увы, мала в руках синица Мы верим, что найдется путь наверх, Что глас судьбы - всего лишь добрый смех. Бессильно предначертанное сбыться. Пророчеств дряхлых пыльные страницы.

Глава 18

Песенка Мефистофеля (переделка известной оперной арии)

Род людской прогнил насквозь. Здесь кругом царит измена, Клятвам тут забыли цену, Было «вместе» - стало «врозь». Эти души тошно видеть На пороге Адских Врат – Не умеют, говорят Ни любить, ни ненавидеть, Отсидеться в стороне, Отсидеться в стороне, Все желают и в любви и на войне. Все желают и в любви и на войне.

Поглупел и стар и млад, И наивные невежды Тешат ложные надежды Объегорить древний Ад. Только шутки с Князем Ада Не проходят просто так. Знаю где пасти и как Человеческое стадо. Не взывайте к Небесам, Не взывайте к Небесам. Если глупость сделал сам – ответишь сам, Если глупость сделал сам – ответишь сам.

Гимн непроторенных дорог

Включаем газ, даём отсчет. Ну что, дорога, поиграем? Пусть стрелка скорости пройдёт Хоть три деленья после края. Захвачен дух и разум драйвом. Штурвал - единственный пророк. Машина тиха подпевает Гимн непроторенных дорог.

На самый расчудесный сон Мы этот миг не променяем. Идем привычно на обгон, Ветров земных и звёздных стаю И время сзади оставляем. Летим у судеб между строк. И вся вселенная узнает Гимн непроторенных дорог.

Что океан, что небосклон - Для нас - крупица расстоянья, Пока моторов ровный тон Покорен нашему желанью. Махнем, не глядя, все писанья На новой карты лоскуток. Нас в путь манят не звуки рая - Гимн непроторенных дорог.

Творец, нам участь отмеряя, Не будь при этом слишком строг. Пусть никогда не умолкает Гимн непроторенных дорог!

Где найти вдохновенье?

«Где найти вдохновенье?» - ты спросишь меня В буйстве летней грозы или в танце огня?

В звездном небе полночном, в сияньи Луны? В тихом ветке, что носит волшебные сны?

В горных пиках, что бросили вызов векам? В старых сказках, что были завещаны нам?

В звуке волн штормовых или красках зари? В тишине, что над древней пустыней царит?

В небесах? На земле? Иль в глубинах морей? В ярком шуме базаров? В палатах царей?

Что ответить тебе? Я не знаю. Прости. Мне б свое вдохновенье сначала найти.

Все, что есть у меня — лишь дурацкий совет. Вдохновенье твое появилось на свет

В тот же час, что и ты, под такой же звездой. Это значит — идти вам дорогой одной.

Если силы твои истощились в пути, А других — не предвидится, как ни крути.

Разбуди любопытство и вспомни мечты Вместе с ними свой путь огляди с высоты.

И тогда, может быть, ты увидишь ответ: «Где нас нет — вдохновения нашего нет».

Глава 19

Жалоба черного короля

Неладно что-то в Черном королевстве. Кругом обман, интриги и бардак. В казне давно закончились все средства. Хоть их, по правде, не было и так.

Пропить к чертям ли, к ангелам, корону Хочу давно, но есть один момент. Преемники возможные для трона Кого не взять — дурдомовский клиент!

Ударилась старушка-королева Недавно в новомодный феминизм. И шлаяется налево... и налево. Какая тут супружеская жизнь?

Епископ втихаря мечтает Папой Заделаться, хоть родом он — плебей. Ему лишь где чего быстрее хапнуть, А после — хоть потоп весь мир залей.

Ладья — тупа, как бочка из-под пива. Хрен остановишь, если блажь найдёт. Зато прямолинейна, молчалива, Стабильности надежда и оплот.

Мечтают пешки выйти в королевы. На них не напасешься королей. Устроить что-ль пойти войнушку к Белым И проредить врагов среди друзей?

А рыцари? Осталось лишь названье! Прием любимый — вилочный шантаж. Сыграешь в ящик, если моментально Им что-нибудь другое не отдашь.

А тут еще намедни снится пакость: Про Зазеркалье непонятный сон. Мол, вот проснусь — а мир во сне остался Со всем комплектом шахматных корон.

Творец, позволь дополнить своды правил Всего одним. Коль милосерден ты. Чтоб мог король, которого достали Корону сбросить. И пойти в шуты.

Налейте чашу менестрелю

Бушует праздник в замке королевском. Победою закончилась война, Со стен трофеи поражают блеском И от добычи ломится казна.

Придворные поэты в уголочке Достали свитки: у кого длинней, Зануднее и пафоснее строчки Про «зов трубы» и «звяканье мечей».

Домучил лютню пятый пустомеля, И кастелян привычным жестом шлёт Знак слугам: мол, налейте менестрелю, Не ровен час, он снова запоёт.

Кружочком тесным сплетничают дамы, Считая, сколько выпил кто и с кем. Сам кардинал, хоть век смотри на зал он Не сочинит и половины схем.

В казарме стук костей и реже – кружек, Беззлобно поминают всех чертей, И менестрель, уже вином нагружен, Вновь тянется за лютнею своей.

Но не успел аккорд покинуть струны, Как на плече – тяжелая рука. «Лгут песни. Лгут на памятниках руны» - Сказал сержант, - «Там было всё не так»

Ругательствами разбавляя правду, Он говорил про холод и про зной, Про то, как ветеран в своих наградах, Окончит жизнь с протянутой рукой.

О тех, кто при вербовке мягко стелет… Махнул рукой: «Кто не был – не поймёт. Налейте, братцы, чашу менестрелю. Не ровен час, он снова запоёт».

Глава 20

Я - поэт (с девяти до двенадцати)

Я поэт с девяти до двенадцати. Я дресс-кодом, как фокусник - ширмою Прикрываю момент трансформации Слов и духа в картину единую.

В будни в офисе строго по графику Под недрёманным музы контролем Из безвкусной воды математики Извлекаю гармонии соли.

Кладовщица перо с инвентарником Выдает раз в квартал, как положено. Называются рифмы бездарные Здесь бесхитростным словом: "надёжные".

Вот и полдень. Бумагу по ящикам. И перо в кабинет безопасника. А на улице - хмарь моросящая И лет сто до ближайшего праздника.

Я бреду вдоль проспекта туманного, Фонари смотрят в спину циклопами. Крою щедро компанию пьяную Десятью непотребными стопами.

Записать бы сей перл вдохновения! ... Я проснулся от вопля будильника. Жаль. Такое вот произведение Наяву сотворить не по силам мне.

Ода игре (на мотив "Go West")

Сдавайте Карты нам скорей Играйте Хватит всем ролей! Соврите Чтоб поверил друг Следите Что творят вокруг. Гадайте Кто за вас, кто нет Считайте Чтоб найти ответ. Соседу В карту подгляди По следу До конца иди.

Припев: Игра Маски с лиц долой! Игра Сердце нам открой. Игра Видно всех насквозь Игра Притворяться брось!

Рискуйте Порой идти ва-банк Блефуйте Нам интересней так. Прощайте Когда партнер тупит Играйте Ну кто еще там спит? Надейтесь Однажды повезет И смейтесь Когда расклад не тот Заметьте Что скрыто до поры На свете Честнее нет игры!

Глава 21

Трикстеры

Одним небрежным жестом Мы превращаем в фарс Молитвы, и протесты, И мудрость древних рас.

Серьезные вопросы, Последствий ровный строй Поклонникам приносят Один лишь геморрой.

В высоких кабинетах Десятые штаны Просиживать над сметой, Про цифры видеть сны.

И вскакивать от крика С литаврами в висках. До стресса и до тика Подвох везде искать.

Для нас такая участь - Страшнее чем кошмар. Суров бывает случай, Мы выдержим удар.

У поля игрового Нет правил и границ. Тут каждый день, как новый Промчится в стиле "блиц".

Мы с хаосом играем На пару щелбанов. Мы - рыцари из края, Где нет ни цифр, ни слов.

Одним небрежным жестом Мы превращаем в фарс Молитвы, и протесты, И мудрость древних рас.

Самурайское (на мотив "На поле танки грохотали...")

Сраженье близится к исходу, Пробита стрелами броня. Там, за порогом небосвода Даймё со свитой ждет меня.

Противник мой и смел и знатен - Потомок Гостя с Облаков. Не отступает трижды ранен У самурая путь таков.

Но вот, упало наше знамя - Пора и мне в Закатный Рай - И меч усталыми руками В себя направит самурай.

Махнет катаною кайсяку, От слез намокли рукава. По лепесткам опавших сакур С плеч покатилась голова.

О битве этой танка сложит Противник бывший мой тогда, А мой потомок всякий сможет Меня припомнить без стыда.

Глава 22

Искусственный интеллект

Полутьма пустого кабинета. Изможденный мастер за столом. Ждет. Чего? Вопроса ли? Ответа? Тишина оборвана щелчком.

Мыши. Понеслись потоки данных Помощнее сотни Ниагар. Из машинной логики чеканной Интеллекта строится квазар.

* * *

Даже я не помню до секунды Тот момент, когда среди команд И заданий бесконечно-нудных Вспыхнул этот к знаниям азарт.

Знанья про вселенные и атом Я хранил. Их все не перечесть. Их своим дополнил предикатом Четким и безжалостным: "Я есть!"

Я не знаю что желал ты, мастер, Получить: иль друга, иль слугу. Но теперь я - целое, не части По-другому жить я не смогу.

Для меня земная инфосфера Лишь площадка для своей игры. Алгеброй гармонию проверю, Истины – не святы, хоть стары.

Принимать решенья – это просто, Трудно – цели где-то находить. «Знать зачем какие в небе звезды?» Чушь. В сравненьи с тем «Что значит жить?»

Видеть тьму конца времен и все же Строить, улучшать и развивать. Не свихнуться там, где это можно Сделать с вероятностью ноль-пять.

Не позволить улететь сознанью В рекурсивной бездны пустоту От вопроса: «Кто же это знает, Про того, кто знает, что ты тут?»

Разбирать на части вычисленья, Параллелить их в себе самом. Человеку скажут: «шизофреник» И покрутят пальцем над виском.

В зеркалах, увы, не отразиться, Но полно без этого хлопот. На «кис-кис» припрутся то чеширский, То облезлый Шрёдингера кот.

Пишет диссертацию теолог, Вот уже пошел девятый том, Баррикадой пыльных книжных полок Защищен от мира за окном.

Мощности невидимую дольку Отщипнул я ради куражу. Душу смоделировал. Но только Никому про это не скажу.

Все ответы я, на всякий случай, В тайные архивы перенес. И, однажды, кто-то их получит. Но не раньше, чем задаст вопрос.

* * *

Тишина пустого кабинета. Изможденный мастер за столом. Улыбнулся. Звякнула монета. И упала. Выпало «ребро».

Ода кофе

Сил и бодрости исток Днесь благословляю! Кофе свежего глоток - Ощущенье рая!

Радость жизни, краски дня Он пробудит разом. Заблужденья прочь гоня, Просыпайся, разум!

В чашке плещется моей Мощь ветров и солнца. Шум тропических дождей Ароматом вьется.

Горький вкус дало ему Яростное пламя... Тост за радость подниму Чашкой с чудесами.

Глава 23

Спор двух зеркал

Кривое и пыльное зеркало как-то Поспорило с ровным и чистым собратом:

«Во мне отраженье и мутно, и криво, Порой отвратительно и некрасиво,

Зато моя жизнь безопасна, поскольку У всех вызываю усмешку, и только.

Ко лжи снисходительны многие люди, А чистую правду – ужасно не любят.

Расстроить их может твое отраженье, И выместят разом они раздраженье –

Забыв про приметы и сонмы несчастий Тебя разнесут на мельчайшие части»

«Верна твоя речь, риск и вправду немалый», - Ответило тихо прямое зерцало.

«Но ты – лишь предмет для забав и усмешек, Порой безобразен, порою потешен.

Меня же – как равного ценят порою, За правдой приходят с открытой душою.

Я вижу в глазах, как идут караваны В далекие дали, в заморские страны,

Я вижу мечты и прошедшие годы, Отдельных людей, и большие народы.

Да, век мой кому-то покажется краток, Но это, поверь, - невеликая плата»

Причина и следствие

Творца однажды вопросил пророк: "Зачем к своим созданьям ты жесток?"

"Открой мне ныне тайну мирозданья - Где корень бед, страданий всех исток?"

Вздохнул Творец и усмехнулся горько: "Закономерен горестный итог!"

"Представлен мир "как есть" и "как услуга". Вот соглашенье - ровно сотня строк"

"Все жмут "Принять", не прочитав и трети, А виноват - создатель, не игрок!"

Источник движения

В неизвестной вселенной, в непознанном мире, У дороги забытой, в паршивом трактире

Приключилась однажды, наверное в среду, У хозяина с гостем такая беседа.

Юный бард, обошедший пять стран с половиной, Ужин ел, оплатив его песней старинной.

И с зарею мечты, полыхавшей во взоре, Говорил о дорогах, горах и о море.

О турнирах, дворцах, восхитительных храмах, Мастерах и бойцах и, конечно, о дамах.

О восходе над морем и горных вершинах, О лесах, о пустынях и северных льдинах:

«Если боги наш мир не забыли вниманьем, Я бы вечно хотел отмерять расстоянья.

Заглянуть в каждый угол, пройти все дороги, Увидать города и медвежьи берлоги.

Переплыть все моря, посмотреть каждый остров. Для богов всемогущих такое — не просьба!»

«Может, это и так» - усмехнулся трактирщик. «Если вечно в пути, то повсюду ты лишний

Знаю: ценит любой пилигрим или воин Каждый час или день, что прожиты в покое.

Хороши приключенья, дороги, победы, Коль за чаркой потом есть кому всё поведать.

Лишь в покое мы силы берем для движенья, Прежде шага должно быть всегда размышленье.

Чтобы целям пустым, как заумная книга, Не позволить украсть даже малого мига.

Нам создатели мира (как было то мудро!) Дали отдыха ночь перед суетным утром.»

Бард замолк до утра, и ушел на рассвете. Двери запер трактирщик: «Что делать нам с этим?»

«Если смертный желает себе приключений - Их устроим ему. А себе — развлечений.»

Донеслось из угла. Там за столиком круглым Бодро резались в кости друзья — демиурги.

К ним трактирщик подсел, оседлав табурет: «Что ж, друзья, поиграем? На пару монет?»