Эпоха скорпиона

Сгорело Солнце завтрашнего дня

Сгорело Солнце завтрашнего дня, До капли растворилось в сизых водах, И замер мир в преддверьях ноября, Измазанный в желтеющих разводах.

В предсмертный миг предавшись красоте, Гордятся бронзой сонные деревья. Едва пусть различимы в полутьме В лесу живут легенды и поверья.

Следами лисьими идёт тропа, И реже – письмами – приходят вести. Настигла нас ненастная пора, Чтоб выстоять не хватит сил и чести.

Рвалась я к югу стаей вольных птиц… Осталась тешить грусть, кормить синиц.

28 ноября 2015

Люди молятся на богов

Люди молятся на богов, Боги молятся на людей, Двери медные на засов: В воду падают семь ключей. Если вспомнится – не жалей, Как разбилась среди высот Стая белая лебедей.

Подпишу имена кислот, Тропы тайные средь болот, Кто не в рай, тот…

тому сгодится.

Карты резаны вдоль широт, Я прощаюсь с тобой, столица: Солнце падает, чтоб разбиться Об нагретую черепицу.

18 февраля 2016

ты — сочный, сладкий

ты — сочный, сладкий, плод запретный; стылый север расцветает под седеющим крылом. по мёрзлым землям стелется увядший клевер, расползается в две стороны разлом.

за свой искрящийся талант ты ни в ответе. поражаюсь, как, не зная яблок, смог запечатлеть их вкус и запах на мольберте, не попавшись в мой расставленный силок.

я обожала бы тебя до самой смерти, но меня хватило только на пролог.

изменчивых богов лови благословенья ветер, и мне позволь ещё раз объяснить,

что яблоки сочней и слаще за мгновенья до того, как мякоть начинает гнить.

1 марта 2016

Знай, что осень – паршивая тварь-лиса

Знай, что осень – паршивая тварь-лиса, у которой нет имени и лица.

Сизым сумраком тает рассветный лес, кто был предан, поднялся с колен, воскрес. Заметай же, плутовка, свои следы, мох предаст мне тебя пяточком воды. Уходи до пологих морозных гор, я терялась и плакалась до сих пор, не пытайся же, дрянь, подбирать слова, морок демона режет моя стрела, укуси наугад пустоту, где тьма, где дочь лета смогла воспитать зима.

Если я вдруг из леса вернусь одна, значит, всё же опять победила весна.

17 мая 2016

Голос космической сверхкатастрофы

Голос космической сверхкатастрофы нарушит твой чуткий сон. Мир, поделённый на песни и строфы, бросается на рожон. Время героев вернётся — солидный научно-культурный пласт. Хочется сдаться, жаль только, что права такого никто не даст. Тот, кто расписывал дом небожителей, не пожалел угля. Над горизонтом Юпитера взорвана наша с тобой Земля. Дрогнула точка планеты, и лучик надежды за ней погас.

Меньше двигайся и экономь электричество, воду, газ, тонкой иглой нарисуй мне цветущие вишни в садах весны, ковшик молочный, созвездие лебедя, коготь чужой луны. Не отклоняясь от курса, планеты и звёзды держа в горсти, слушать помехи и верить, что кто-то же должен нас всех спасти.

Радужка светлая: морем и небом пропитана бирюза. Древнее Солнце героев рассветом зажжётся в твоих глазах.

31 августа 2016

Я смотрю на тебя

Я смотрю на тебя: в Гималаях искрится снег, сквозь иссохшую вишню зелёный бежит побег. Вновь дышу, изумрудные кольца разжал питон, и полуденным солнцем янтарный распят дракон. Я касаюсь рукой: в раскалённом аду дожди. Пять ключей средимирья застряли в моей груди, от сияния звёзд восходящих белым-бело.

Феникс пробует воздух, становится на крыло.

Каждый мир замирает в наш первый большой полёт, было много надуманно глупого наперёд, но бушующий в венах огонь прожигает зло, что плохого бы ни было прежде, всё-всё прошло. Острой точностью пробую чувства вложить в слова:

я смотрю на тебя, и, мне кажется, я жива.

4 сентября 2016

Сёстры-ласточки, быть беде

Сёстры-ласточки, быть беде: перекрыты пути на юг. В этом хмуром лесном краю птицы певчие не поют. Лисья осень страшней зимы, всё написано между строк. Исчезают мои следы горькой пылью степных дорог. Сёстры-ведьмочки, ветер ваш, улетайте в рассветный дым. Ловчий вьёт мне льняную сеть нежным солнышком золотым. Сердце тает в его руках и стекает с меня вода.

Может быть, он и есть мой юг, может быть, я и есть беда.

28 сентября 2016

Песни ангелов

Песни ангелов, кровь мессий, застывает на коже воск, ты глаголами жжёшь сердца и взрываешь уставший мозг. В венах бесится ртутный пар, остановка – почти тюрьма, заплетаю крапиву в плеть, бью наотмашь и жгусь сама. До безумства смеётся век, лжепророки плюют с газет, на пороге большой судьбы мы смеёмся им всем в ответ. Руки – нежный персидский шёлк, губы терпкие, как бордо.

Если ты не спасёшь наш мир, то его не спасёт никто.

1 октября 2016

Реки схвачены тонким льдом

Реки схвачены тонким льдом, рыбы молча глядят со дна. Я у кромки воды стою, я осталась совсем одна. Тишина наполняет лес зыбкой памятью миража, от касания морозных рук серебрится крыло стрижа. Натирает железо лоб, капли крови стекают вниз. Я хотела, как птица петь, красотой затмевать актрис, но достался лишь лес да боль, послевкусие октября.

И не надо будить богов, и не стоит жалеть меня.

Я сама выбирала рок, под ключицей сидит луна. Посмотри на меня, мой друг, посмотри на меня со дна. Вырывая у смерти жизнь, стриж мой бьётся, как хищный зверь. Я его приласкаю, да, и придут холода теперь. Я осталась совсем одна, реки тело твоё несут.

Но в руках замерзает лёд и корона зимы к лицу.

26 октября 2016

Правда горечью на остриё ножа

Правда горечью на остриё ножа, не смотри и не слизывай – станешь злым. Тлеют белые свечи, молчит княжна, и молчание будет, как кровь, густым. Звёзды крошатся пылью в мои глаза, чёрной кошкой ночь сходит на страшный суд. Досчитать до двух ста, не смотреть назад, пусть не "нас", но, быть может, меня спасут?

Обязательно, вороны слова ждут.

Боги злобно бросают железный нимб, отрываю на крылья души лоскут: если ветер придёт, полечу за ним. Правда тяжестью на белизну ключиц: силу досуха выпила ворожба. Мне вернуться б к рассвету одной из птиц.

Я любила, а, значит, была права.

5 ноября 2016

Всё, что я расскажу

Всё, что я расскажу, пусть останется между всеми: вот зима, что приходит в мир раньше на три недели, вот хрустальный дворец, где Снегурочка прячет Кая, вот река подо льдами – глубокая и большая.

Всё, что я нарисую, пусть вытерпят акварели: это цвет полуночного холода мёрзлой ели, это жар поцелуев пьянее вина и хмеля, это мы на усыпанной снегом пустой аллее.

Почему же в тебе, городском, было столько леса? Вечность таяла льдом, и ничто не имело веса, и дробилась река на протоки и на ручьи, так любили безумцы – свободные и ничьи.

За окном успокоилась вьюга, и ветер стих. Знаешь, это молчание только для нас двоих.

10 ноября 2016

Ты грядущим событиям предписан

Ты грядущим событиям предписан, побеждающий свет лжепророк. Я не плачу: плохая актриса не удержит тебя от дорог. Три луны ты слонялся меж башен, тосковал по заморским мечам. Ты кому-то великому важен, кровь неистова и горяча. На часах без шестнадцати осень, это значит, что время пришло. Мир меняет вращения оси, изучает войны ремесло. Поцелуй – сновидениям вещим, нежность рук – серебристой броне.

Ты чему-то большому обещан, и так больно и просто – не мне.

14 ноября 2016

Краткость – твоя сестра

Краткость – твоя сестра, глубь синеватых вен ждёт острия пера, правды и перемен. Вдоль лабиринта стен вымерен каждый шаг, мой рецессивный ген ставит геному шах. Ртутью звенит в ушах лунный железный блик, там, где болит душа, выстрадан каждый крик. Голос безбожно хрип, ты разломал замок, шепот цветущих лип режет высокий слог.

Счастье – плохой игрок, я потеряла ключ. Саваном чёрный смог, воздух, как смоль, тягуч. Солнечный гаснет луч в зыбком потоке снов, мирно течёт сургуч на вереницу строф. Сила и нежность слов, правда – цветок и меч. Мне наложили шов: «как мне тебя сберечь?». Нить судьбоносных встреч: вяжет узлы любовь, можешь под пули лечь, всё повторится вновь,

И, вынимая дробь, я расскажу про них: кто-то пускает кровь, кто-то глаголит стих.

17 ноября 2016

Что за дикий, ужасный скрежет

Что за дикий, ужасный скрежет, звон пронзающих солнце спиц? То предательство песней ветра и насмешки ночных синиц, то хвалёные латы силы, то пустые сердца из стали, мой журавлик не знает неба, синевы и бескрайней дали. Перебиты рассветом крылья, кровь зари на пунцовом шёлке, бледный фокусник в сером фраке достаёт из души иголки.

Что за буря сметает город, превращает в руины нас? Посмотри, как уходит время, как смещается центр масс, переплавились честь и вера, змеи свили своё гнездо. Обнимает меня за плечи обгоревший седой никто. Вдоль зимы, разрезая полночь, острым крошевом сыпет снег на холодные льдинки пальцев и горячие угли век.

Он ушёл предзакатным взрывом, и вернулся ко мне с огнём: мой сапфировый битый панцирь рассыпается янтарём.

19 ноября 2016

Да на нём же написано «не твоё»

Да на нём же написано «не твоё»: не твои переливы ночных огней, он закроет глаза и сквозь тьму споёт о потерянном ветре семи морей. Не заламывай белые пальцы рук: не твоё песнопение хрусталя, пусть прилив заберёт тебя поутру, но чужое любить – ну никак! – нельзя. Между прошлым и счастьем стоит стена, между явью и болью одна искра, и его, тонкокостного, ждёт она: дева полная света и серебра. Разгоняет его лучезарный смех застоявшийся в венах горчичный мёд. Но чужое любить – самый страшный грех,

и тебя, золотую, никто не ждёт.

19 декабря 2016

Вот мой самый правдивый статус

Вот мой самый правдивый статус: Столь бездарна, что щас умру; Безуспешно цепляет фатум Крыльев сточенных изумруд.

Вечных истин мораль-основа Так и просится на перо, Я бросаю в пространство слово, Что пульсирует под ребром.

Выйду в ночь, отрицая утро, И сомкнётся за мной туман, Повторяю безвольно сутру, Что я вовсе не графоман.

Новичок из бродячей труппы, Разукрашенный рифмой шут. Интернет – мой бесплатный рупор, Я живу лишь когда пишу.

Раз за разом сменяю крылья, И осколки несу в ломбард, Всё усеяно звёздной пылью, Я устало плетусь на старт.

Чувства рвутся кипящей лавой, А затем происходит боль. Я пишу, как умею, правда. Только так становлюсь собой.

29 декабря 2016

Как на первую боль существует живое слов

Как на первую боль существует живое слово, так на каждую вечную жажду – один глоток. Ты, конечно, не «каждый», ты самый весомый повод, чтобы выплеснуть горечь всесилия между строк. Пусть повторная боль пробегает вдоль старых ран, пусть мерцающий ток изучает стальное тело. Мы не будем о тех, кто ушёл навсегда в туман, кто оставил нас глупыми, слабыми, без ответов. Пусть закатное Солнце венчает златым огнём, пусть играется красками наша с тобой война. Мы не будем о славе живущих последним днём, Атлантида, к примеру, её испила до дна, чтобы выдержать ночь, пересилить судьбу и время, выжечь первую надпись на сердце «навеки твой».

Как на сотую боль начинается одиссея, Так подводятся линии судеб одной чертой.

19 января 2017

Страх отступает на тонкой границе «насмерть»

Страх отступает на тонкой границе «насмерть», я не боюсь высоты перевалов горных, я задыхаюсь от приступов волчьей астмы, я прорастаю колючей травою сорной. Звёзды смеются над путником в серой шкуре, звёзды сбиваются к югу в вороньи стаи, звёзды сжигают глаза, ничего не будет, рухнет лавина на плечи, но снег растает.

Горы! Хребты разрезают небесный купол. Горы! Вершины распяли людского бога. Горы! Стервятники кружат над мёрзлым трупом,

Нежно? притронулась к горлу клыком тревога. Я задыхаюсь в протяжном предсмертном вое, в час правосудия чёрен гранитный ворон. Насмерть, так насмерть — не знать ни обид, ни боли.

Встретимся там, на границе вершины горной.

25 января 2017

Расскажи мне о нашем, земном

Расскажи мне о нашем, земном. Пропускай молоко между пальцев: в полнолунье все ведьмы скитальцы, чьи следы кровоточат вином. Дети звёзд обращаются в гром, метеоры царапают небо, коль влюбляться, то сильно и слепо, чтобы чувствовать ток под ребром.

Расскажи, кем забыт Авалон. Духи пустоши в лисьих оправах сквозь цветущие пряные травы просыпаются в сладостный сон. Ночь течёт леденящим ручьём, воздух пахнет лесной земляникой. Не о суетном, пламенном, диком.

Ну, давай, ну хоть раз не о нём.

1 февраля 2017

Империя падёт к твоим ногам

Империя падёт к твоим ногам изломами пастельного заката, с высокой мачты лунного фрегата виднеются родные берега. Мы беглецы изученных путей, свидетели оплаченного долга, трескучим звуком рвущегося шёлка расходится система вешних дней.

Я торжествую близостью твоей, звучащей в сердце громовым раскатом; горчащим послевкусием цуката ложится память пройденных морей. Отлитая в граните бытия, с венком из нежных полевых соцветий, мне хватит чести знать, что в нашем лете главнейшим гласом света буду я.

Победа в правде, а вся правда в том, что в подвигах рождаются герои. Пусть слава наша дорогого стоит, всегда находится своё «зато». Крадётся лето блеском зимних лат в преддверии финального восхода:

явление спасителя народу, апрельская иллюзия тепла.

15 февраля 2017

Почему-то мне пишут совсем не те

Почему-то мне пишут совсем не те, почему-то мне пишет совсем не тот. Мне не хочется прятаться в темноте, закрываться от слова «привет» пальто. Не выходят из моды, выходят «из»: из ума в теоремах «что было до».

Я читаю вслух вежливо-белый лист, улыбаюсь и делаю шаг в окно. А в окне круговертью цветёт весна, и плевать, что февраль, ведь она уже. В диалоге нейтральная белизна, я молчу, я нема, я немного лжец.

(Не могу говорить, отпусти меня, щас придумаю кучу сверхважных дел, не задерживай долго свой честный взгляд, мой лимит СМС исчерпал пробел, мне плевать, что случается у тебя, не срывай телефон, перестань звонить)

За спиною дыхание октября выжигает этилом за днями дни. Я лежу на земле, где растёт сирень, я хочу передышку хоть в пять минут, но сегодня меня не спасёт метель, пять минут, пять секунд, и меня найдут: «Ну, ты выдала Света, вот это да, даж забыл, что у нас нулевой этаж, как твоё настроение, как дела?))) повторишь как-нибудь свой крутой вираж?))))».

Не смогу сказать: «заебал вконец, хули надо, быдлятина, отвали». По отшиву людей я вообще не спец, проще спрятаться меж литосферных плит, отсидеться в убежищах третьих стран, отлежаться в трясине на самом дне.

Только ты и с такою общаться рад. только я-то ни разу, ни разу

не.

17 февраля 2017

Эта оттепель сводит меня с ума

Эта оттепель сводит меня с ума, Лихорадочный жар обостряет чувства. По владениям ходит повстанец-март, След его гиацинтом цветущим устлан.

Мне мерещится холод хрустальных рек, Тишина молчаливых лесных историй. Наши зимы закончатся на костре, Постоянство тепла разыграет роли.

Луны выльются радугой на апрель, Рухнет небо зубцом ледяной короны. Я сплетаю венок из кусочков «верь», «Я влюблюсь», «я смогу» и «меня не тронут».

Я вдыхаю обманчивый аромат, Всё проиграно в честном припадке гнева. Передайте весне, я сошла с ума, До конца коридора и там налево.

4 марта 2017

Я уверена, истина прячется где-то здесь

Я уверена, истина прячется где-то здесь, в кривизне изувеченных горем пустынных улиц. У меня ничего из понятий о слове «честь», кроме бархатных роз на виске от свинцовой пули. Вид чудесный: пикирует Солнце в закатный край, в городских лабиринтах возводят и рушат стены. На такси просигналил в кромешную тьму февраль – у предателей потные руки и знойный тенор. Наплевать на причины, гораздо важнее – кем, ты сегодня казался как прежде живым и милым. За дрожащими пальцами на спусковом крючке я следила, а после вложила в движенья силу. В эту жизнь обошлось всё без следствия и суда, месяц замер тоскливо на крыше последней фазой.

Я подставила голову правильно под удар, чтобы мне не пришлось дожидаться второго раза.

7 марта 2017

Я ненавижу клятвы

Я ненавижу клятвы, мой кареглазый рыцарь.

Время для кровной жатвы, воздух пропах корицей, в небе была орлицей, горлицей на земле. Нам суждено разбиться, или же только мне? Всё по двойной цене, так принимай же плату: алых закатов цвет, полночи звёздной латы, тысячу виноватых – в пасть колдовского жара. Помню, была крылата, кем же теперь я стала? Нас окружили скалы, нам суждено разбиться, в воздухе звон металла, нёбо горчит корицей.

Что же ты смеешь, жрица, местью придёшься чьею?

Мой кареглазый рыцарь, клятву держать я смею.

11 марта 2017

Вновь вернулась судьба в оболочке весны

Вновь вернулась судьба в оболочке весны с металлическим лязгом шипастых набоек, с перегаром перронов и ноткой прибоя леденящего пирса ущербной луны. Я пытаюсь быть милой, быть слаще, чем мёд (и пускай, что надолго меня так не хватит), наряжаюсь в расшитое бисером платье, и симфонией Баха встречаю её. Пусть играется, счастье не стоит причин; оправданий, конечно же, тоже не стоит, после долгой зимы наконец-то нас двое, и от запертых комнат у нас есть ключи. Верю в честный задор и в азарт игрока, пусть судьба веселиться – особое право;

Лишь тревожит немного в шутливой забаве близость сонной артерии и каблука.

13 марта 2017

У меня перегруз

У меня перегруз, у меня передоз, я не выдержу новой кармической ломки, на бензиновой луже мерцающей кромкой выстлан путь лепестками искусственных роз. Я иду в пустоту по тяжёлой воде за гарантией быстро и точно разбиться, электрический свет заклеймил роговицу синтетическим кодом сердечных систем.

У меня недовес, я легка, как туман, тот в котором растают все песни и звуки. Опускается нежно на плечи и руки из тончайших интриг кружевная тесьма. Кто зовёт, тот умеет казаться святым, я иду по воде вдоль горящих остовов, между целями сложно дознаться простого:

я жива неумением строить мосты.

15 марта 2017

К эпилогу девятой эры

К эпилогу девятой эры, Он вернулся мне даром свыше, И прошёлся огнём по вере, И проплешины в небе выжег.

Под ногами – колючий воздух, В голове – текст ответных писем, Я ему подарила звёзды, Он просыпал их словно бисер.

17 марта 2017

Мастерская чудес

Мастерская чудес начинается в голове: беспокойные музы стучатся комком идей. И тогда в глубине просыпается человек, забывает на время о каждой своей беде. Он становится режущей кистью седых полей, безобразием красок на белую гладь холста. И тогда в глубине просыпается чародей, и улыбка – натянутый лук на его устах.

Мастерская чудес продолжается на столе под закатные пляски весенних дней. В нисходящих лучах тают тени былых проблем, запекаются в грязь под молчание фонарей. Он становится голосом первых пугливых птиц, не распевшихся к лету, не поднятых на крыло. Между звёздными брызгами лопнувших черепиц снег искристо сгорает под первым большим теплом.

Мастерская чудес выбирается за порог, прорастает травой, половодьем вскрывает льды. Он становится смыслом, прописанным между строк, и тогда за спиною клубится горчащий дым, и тогда по дорогам идут напролом ветра, и синицы не верят ни клеткам, ни журавлям. Человек побеждает, и правда его остра. Чудеса – наяву. Мастерская его – земля.

28 марта 2017

Я отступаю от каждой своей границы

Я отступаю от каждой своей границы, город купается в зелени первых трав. Знаки твои – в надломивших весну зарницах, в солнечных бликах рождённого тьмой утра. Куцее лето крадётся дождливой стаей, щедрыми грозами ластится к вешним дням.

Лёгкая поступь счастливцев, клеймёных маем – эхо грядущих любви, красоты, огня.

Я выбираю тебя, как свою свободу, город горчит послевкусием тайных встреч. После бессонницы зимней проснулась бодрой, чтобы случиться победой в твоей игре. Всполохи света колышутся южным морем, мы влюблены в бесконечно влюблённых нас.

Знаки горчат. С нами больше не будет боли. звёзды устлали дорогу, и цель ясна.

1 мая 2017

Запечатай беду подо льдом острозубых гор

Запечатай беду подо льдом острозубых гор, полуночную чашу луны иссуши до дна. Пахнут руки твои перезревшей в дождях иргой, в глубине серых глаз настигает волну волна. Если имя моё – это песня дремучих сил, то лови каждый звук в тишине окружных дорог. Я иду за судьбой в белых шкурах степных лисиц, в тонких венах течёт раскалённое серебро, запечатай меня в тёмном сердце своих оков, горький дым бересклета взмывает вдруг птицей вверх.

Если имя моё – это имя твоих богов, значит я пустота, что приносит с собою свет.

10 мая 2017

Посмеёмся — любители лёгкой правды

Посмеёмся — любители лёгкой правды выбирают из всех вариантов нас. Здесь так солнечно. Можно бежать на равных или слушать, как тонко дрожит струна от касаний твоих невесомых пальцев, алебастрово-белых изящных рук. В бликах света разбитый янтарный панцирь устилает осколками наш маршрут. Я хочу перестать всем казаться сладкой, скинуть туфли, пройтись по стеклу босой. Кто-то искренне верит в свои догадки, мол, по-разному любят и в этом соль. Жаль, что соль убивает совсем как сахар, жаль, что время другое. Другая цель. Этот звон — отголоски вчерашних страхов: бьются клятвы, но намертво держит цепь. Мы молчим до конца, до последней ноты, а потом обращаемся в сжатый крик. Ты сгораешь в прицеле моей заботы, я тону в океанах твоих интриг. Жаль, что время другое. Другие цели, я берусь за перо, но дрожит рука.

Ржавым опытом память целует цепи, и никто никогда никого никак.

14 мая 2017

Тише, радость моя

Тише, радость моя, в чёрном небе самой не спится, Но, прошу, ненадолго приляг и закрой глаза. Вера выжжена заревом солнечной колесницы, Подкрепление словлено сетью ночных засад.

Этот мир так отчаянно жаждал большой измены, Змеем хищным и бешеным бился в стальных тисках. У кровати дежурит со мной показная смелость, Над равнинами пляшет холодной грозы оскал.

Кто-то выдержал дюжину сотен тупых истерик, Кто-то знает, чем можно гордыню свою унять. Но лишь мне повезло навсегда оставаться с теми, Кто действительно бросится в пекло спасать меня.

Упокойся герой, всё закончилось в нашу пользу, В канцеляриях неба разыгран счастливый лот. Время вспорото радостью, мир размыкает кольца. Я любуюсь тобой. Всё закончилось.

Мне тепло.

20 мая 2017

Когда с тобой забудем вспоминать

Когда с тобой забудем вспоминать о прошлом, настоящем и грядущем, предсказанном в густой кофейной гуще, что будет богу в наших именах о цвете предвечерней тишины и сладости кровавого заката?

Когда луну снимаешь с языка ты, когда под звездопад приходят сны, что будет нам в небесной пустоте, в сожжённых крыльях, в скомканной странице?

Мы живы – не упасть и не разбиться в исходных рамках ранговых систем. В калейдоскопе пляшут времена – не вырваться ни рыцарю, ни жрице,

но всё равно: хочу в тебя влюбиться, когда с тобой забудем вспоминать.

7 июня 2017

Стекленеет на радужке треснувшей бирюзы

Стекленеет на радужке треснувшей бирюзы безразличие: бога давно уже не тревожат. Голос режет молитвой. Древнейший шершав язык, сила чёрными лентами вьётся под грубой кожей.

На вольфрамовый стержень нанизаны позвонки, двести спаянных лезвий смеются калёной сталью. Под ногами чертёж преисподней пучин морских – я на нём, как на паперти, волны меня хлыстают, разлетаются яркими брызгами свежих ран, океан отступает и снова подходит ближе.

Не сбежать и не вырваться. Мне донесли с утра, будто змеям – змеиное и никаких излишеств. Это ложь, провокация вхожих в людской оплот (их отринутый бог истекает змеиной желчью). Просто я не создатель, чьё пение – ремесло, в чьих руках распадается звёздами белый жемчуг.

В этом месть, в этом суть, в этом самый безумный план: плавниками по небу, пока не полезут перья. По чернеющим венам бежит за волной волна бирюзового моря, что мир величает первым.

Для вдыхающих боль нарастающей глубины, чешуя зарастает крупицами жжёной соли. В том, что я не создатель, в том нет, ну, ничьей вины, никакой обязательной истины и условий.

Позвонки выгибаются, грубую кожу рвут, двести пламенных лезвий отныне моя защита. Голос режет молитвой, свивается в тетиву, безразличный к себе уступает без боя титул. Само_знание – опиум и панацея. Да, змеям – всё: шум прибоя и крики далёких чаек.

Жаль, что я не создатель, чьё пение – это дар, я не в силах создать себе бога.

Я приручаю.

18 июня 2017

Я в массовке людей, окаймляющих красный коврик

Я в массовке людей, окаймляющих красный коврик, По которому шествуют важно простые боги. Прозвучит приговор, и погасит свечу церковник, Открестившись словами от мышечных патологий,

Что заставят каркас мой, изъеденный болью, рухнуть На тропу, по которой ступают большие звёзды. Буду жадно любить их, лишённая рта и слуха, И тянуться к ним пальцами белыми от извёстки,

Но они переступят преграды такого рода, Переступят мой цвет непонятный мышино-пегий. Я никто, я никто, этот мир отдаёт дремотой В опьяняющем вкусе искусственных привилегий,

Эти боги – дворцы Вавилона среди развалин, Приговор мне составит, подправит, подпишет дилер: Недостойна небес, на которых они бывали, Недостойна земли, по которой они ходили.

19 июня 2019

Как ни крути, не хочу, чтобы ты страдал

Как ни крути, не хочу, чтобы ты страдал, дёргал рукой оголённые провода, пальцы распарывал битым цветным стеклом, губы сжигал сигаретами мне назло. Я — всепрощение, значит, и ты — прощён в прятках от бури под общим моим плащом. Счастье идущим желать, не смотря вослед — это прямое знамение добрых лет. Я — отпускаю, пожалуйста, ты — пусти, вот по тебе бесконечно последний стих, вот по тебе безразмерно слезливый крик, веришь ли, нет ничего у меня внутри. Выбери что-нибудь тёплое в царстве льдин — вроде своих оправданий — и уходи. Пусть твои клятвы отныне тебя хранят,

и выбирай, ну, пожалуйста, не меня.

25 июня 2017

Мне так больно смотреть на тебя уставшего

Мне так больно смотреть на тебя уставшего, мне так больно смотреть на тебя разбитого, если сломано сердце, с кого мне спрашивать, за изменчивость счастья кого отчитывать?

Если ты приползаешь щенком измученным и ко мне, по привычке, устало ластишься, не бросать же тебя на расправу случаю, до конца признавая тем самым власть её, живодёрки, чьё гадкое имя – бывшая, что задолго до «нас» уже всё испортила?

Я ловила кометы, я шла на крышу, я… всё мечтала о маленьком быстром кортике, чтобы просто поддаться её истерике, чтобы лёгкой рукой прикоснуться к прошлому…

Надоест, возвращайся к любому берегу, Но, хороший мой, здесь – ничего хорошего.

25 июня 2017

каждый укажет: смертница

каждый укажет: смертница, в приступе жажды вертится, словно в тиски словлена. слово – изгиб олова.

что за икота, девица? нам же легко́ так терпится. бесятся в масках вороны, стрелка компаса сломана.

небо в пустыне синее, нет у рабыни имени. каждый отчасти праведник, хочется власти пряника.

долго молчала, слушая. замок песчаный рушился. западный берег вымыт весь, кто же поверит выбору.

север гористый нужен ли или на пристань южную, если восточный правильный, что там за точкой – правило?

путь выбирает смертницу, мысли о рае смеркнутся. если придётся, скажут ли?

дождь достаётся жаждущим.

Ближе к полночи роза покажет свои шипы

Ближе к полночи роза покажет свои шипы, жар отравленной ласки достигнет сердечных камер. Просто мы так отчаянно молоды и глупы, что, безумно влюбившись, становимся мотыльками.

Наш сценарий покажет изнанку во всей красе, в эпилоге игры мы уткнёмся в могильный камень...

Паутина расставлена. Кто-то шагает в сеть, Кто-то яростно, зло и упрямо летит на пламя.

9 июля 2017

Ландыш-сорняк задавил королевский сад

Ландыш-сорняк задавил королевский сад, бледный вьюнок осадил крепостные стены. Требует жертв неземная твоя краса — сизого льда беспробудных моих вселенных. Музыка вальса — сегодня никто не спит, все мертвецы собрались до утра в гостиной. Гончая ждёт на тяжёлой стальной цепи, ведьма в хрустальные сны наливает вина.

Майская полночь сияет в твоих зрачках, тьма безупречного бархата словно скальпель. Сквозь чернолесье петлёю течёт река, силой воды на песчинки ломая гальку. Полночь и роза — кто первый меня добьёт? Ведьма моя, мы повенчаны здесь с тобою.

Месяц алмазный царапает сизый лёд, дикий шиповник склонятся над водою.

11 июля 2017

Наша вечность сгорает в пламени

Наша вечность сгорает в пламени, тлеет небо весенней тьмы. Мы на ощупь стальны и камены в ночь арктической злой зимы. Время белыми льёт снежинками на равнину безлунных дней. Звёзды встретятся в поединке ли, на пологом морском ли дне?

В пустоте ледяного космоса, в оживлённой рябой толпе с нашей гордостью тонкокостною мы стесняется громко спеть, что обычной любовью ранены, что живее мы всех живых…

я тебя ожидаю в пламени, в каждой тысяче световых.

18 июля 2017

Мысли смахивать вместе с хлебными крошками со стола

Мысли смахивать вместе с хлебными крошками со стола:

Вот летит буревестник, сразу за крыльями – гром, гроза, дышит ад за спиною.

Видишь?

Сама его создала и сама теперь ною, плачу на разные голоса.

Звон монеток в копилке, шёпот дождя на моей цепи. Белых молний прожилки – черного неба богат рудник.

Только нам не разграбить, кровь молода, горяча.

Кипит.

Просто сломаны сабли, мой гарнизон навсегда разбит.

Просто крепости мною брошены.

Выдумки из песка.

Волчьи шрамы не воют, луны блестят сединой в висках. Слышать нужно. Не слушать.

Здесь пролетел грозовой раскат. не нашёл, потому что ты никогда его не искал.

Это медь оголилось. вся позолота сошла на нет.

Если вся моя сила – маленький камень в большой реке, буду гнущийся ивой, выжженным крестиком на спине.

Не сумел стать счастливым – можешь считать, что не стал ни кем.

23 июля 2017

С тобой хорошо

С тобой хорошо, ты мой порошок, Ты крепкий косяк до боли в костях. Сыграем в мечту? Нам роли идут: Без правил и прав

зверёк и удав.

С тобой небеса, ты выбери сам, Кто купит судью за трон и ладью, Где ляжет солдат, где лопнет узда, Кем буду здесь я.

зверёк и змея.

С тобой светлый рай. Мы были вчера, Мы будем и есть, как правда и лесть, Как вера и месть, как выбор и честь. Я твой порошок.

и нам хорошо.

25 июля 2017

Мы, как ветер, свободны в своей свободе

Мы, как ветер, свободны в своей свободе. Чем надышимся: воздухом или дымом? Жизнь поставила метку, мы к смерти годны. Только чем растопить эти льды нам? Эти серые звёзды бессонных суток, эту грязную ночь городского снега. Нам всегда достаётся одна минута, чтобы глупым зверьём друг за другом бегать.

Нам всегда достаётся всё время мира, чтобы в прятках теряться по всей планете. Наши стены ваять пригласили мима, наш бюджет попилили на первой смете, потому – не твоя, как осенний полдень, на полу я спиной подпираю двери, будто держатся те на одной щеколде, будто я до конца и себе не верю.

Кто-то вечером едет ко мне на хонде, кто-то ждёт на балконе с тобой рассвета, но у нас нелюбовь на любовном фронте, в каждой ссоре кончаются сигареты. Мы бесспорно свободны в своей свободе, можем выбрать десерт в угловой кофейне, или с кем простоять до утра на взводе, или сами найти для себя ошейник.

26 июля 2017

Ничего поэтичного

Ничего поэтичного: берег гниёт зелёным, город-скалы вознёсся луною с морских глубин. Рвут вершинами полог небес молодые клёны, ковш медведицы слёзами зверя в огне скорбит. Эту вечную эру воды пережить смогу ли? Город-гребень седым океаном до края полн. Жемчуг бледных петуний усыпал просторы улиц, и вздымается облачный фронт чередою волн. Атлантида, не спит и не ждёт, ты сильнее трижды, но всю летнюю нежность не выдержать кораблю. Из десятков причин выбирай, что по сердцу ближе:

может, я влюблена в тебя, может, тебя люблю.

7 августа 2017

Я знаю, ты не терпишь алкоголь

Я знаю, ты не терпишь алкоголь, но я допью всё то, что раньше было мною недопито. Могла часами говорить, как я тебя люблю, теперь лишь кратко резюмирую: ты лох и пидор. Ты жадно бесишь, бесишь так, как птицы небеса, в которых от свинцовых песен вянут астры. И, тем не менее, сквозь вены прорастает сад, в котором бесятся от Солнца хлоропласты.

И тем не более, в моей грудине плещет звук: ты что-то говоришь, и голос твой, похожий на дребезжащую степного лука тетиву, пронзает душу, сердце, вспарывает кожу, ты раздражаешь, будто все рецепторы мои оголены и щедро вывалены в соли.

Я знаю, от чего на суше адово штормит: меня гораздо чаще целовало море, чем ты, великий и ни разу не попавший в цель стоящих между нами слов и тонких стенок. Ты не стреляешь, ты поёшь, свинцом ломая цепь, и вянут астры ядовитого оттенка. Поэтому я отвергаю песню октября, поэтому ты ставишь между нами «или».

И я завишу, милый, я завишу от тебя, как степень правды от количества промилле.

1 сентября 2017

Чуу! Будьте, товарищи, бдительны и хитры

Чуу! Будьте, товарищи, бдительны и хитры: в этих играх любовных нельзя просто так смяться. Назови меня булочкой, кормом для здешних «рыб» – я хочу пару фоток с тобою в тяжёлом глянце. Я в пределах судьбы интересное ничего, я на улице этой останусь, как сталь, бесстрашной.

Потому что мне сразу же видно: идёт Егор, или, если с ним всё очень плохо, тогда уж Саша.

Помню, как разгонялась над каждой своей строкой, где в сарказме своём я не бог, но лихой помещик. Если я для тебя порошок, то скажи какой: тот что «бешеный кайф», или тот, чем стирают вещи?

Помню, льдом нарекали светлейшей из всех святых, только проку с того – ведь я больше не королева. Я на кухне сижу у разбитой своей плиты, потому что на кухне покрытие с подогревом. Этой осенью дышится холодно и легко, я смеюсь над собою, всё вывернув наизнанку.

Потому что сначала смеёшься над пареньком, а потом ты идёшь с ним куда-нибудь на свиданку.

8 сентября 2017

Не было тайны хрустальной в чужих руках

Не было тайны хрустальной в чужих руках, маленький флот обогнул и пески, и мель. Нас никогда, никогда, никогда… никак: мы увернулись, ножи не попали в цель. Нас не бросали. Мы сами от всех ушли, скинули прошлое, будто ненужный груз, будто мы вышли на крыши под кроны лип, чтобы в вине утопить тишину, не грусть. Лги и смотри на сто третий распадок звёзд, нам зажигает столица свои огни. Я не хочу здесь ни чуда, что всё всерьёз, ни опостылых нелепиц, что мы одни. Лги, как не лгал, что срастётся твоё крыло, лги мне, что где-то закончится тишина, лги мне, мы выше и выживем всем назло, лги мне, что предали мы

и ни разу нас.

12 сентября 2017

Наше время — иллюзия страшная и большая

Наше время — иллюзия страшная и большая, я могу прямо завтра сломать себе жизнь и шею. Не смотри так, как будто бы кто-то тебе мешает брать удар на себя запоздавших своих решений. Нас никто не заставит держаться до гроба вместе, наша голая вера сдаётся судьбе без боя, только всё-таки ты до безумства мне интересен, ну, а я для тебя чуть прекрасней небес и моря.

Наше время — иллюзия сахарно-сладкой дрёмы, ты рискуешь попасть под колёса большой машины. Не хочу жить я с памятью горечью раскалённой, не хочу находить тайный смысл твоих ошибок, ты смеёшься со мною: вот в этом твоя свобода, но решить наш исход ты обязан сиюминутно:

если выберешь свет, я зажгусь для нас путеводной, если выберешь тьму, я явлюсь к тебе абсолютной.

16 сентября 2017

Буря в небе

Буря в небе. Кто ищет спасения для лжецов, тот… тот крадёт у несчастных возможность спастись самими. Я есть блядь. И у прозы моей не твоё отцовство, зашифрованный код повторяет чужое имя. Ночь беснуется солоно, ветром поёт надрывно, ночь бушует в крови — не открытое нами море, ночь лишается звёзд, и подносит свои дары нам, ночью я захлебнусь, ты останешься мной доволен. Я пишу не тебе, повелитель моих трагедий, ты считаешь до двух, и что всё ещё поправимо, только я, утопая в своём полусладком бреде, констатирую третьего в списке своих любимых. Корабли-облака потеряют и муз, и мачты и обрушатся ливнем на старый осенний город.

Я могу лишь мечтать, что научишь меня дышать ты или будешь чуть легче держаться рукой за горло.

16 сентября 2017

Потому ли мою репутацию не отмыть

Потому ли мою репутацию не отмыть, что, играясь, я всех предаю на высокой ноте? Ты боишься меня, как огня и цветной чумы, но всегда возвращаешься будто бы я наркотик, будто я человек, что прикроет собою тыл, перехватит все пули, не думая ни минуты. В этом небе в любой катастрофе мне нужен ты…

лишь затем, чтоб твоим обеспечилась парашютом, я жалею любого, но только вот не тебя, мы несёмся к земле, выжигая за милей милю. Я тебя предаю на тридцатое октября, потому что с таких начинается пандемия, на большой высоте я «беру тебя на слабо» и в горящее сердце вонзаю стальные спицы.

У меня до земли остаётся твоя любовь, Это значит, сегодня мне будет над чем глумиться.

21 октября 2017

Девчонка сошла с ума

Девчонка сошла с ума – казалось бы, нам-то что, Мы вместе поставим мат, и биться втроём продолжим. Но встретив морскую соль, услышишь далёкий шторм, Что свяжет прибой-лассо на бронзово-медной коже, И где-то лежит Амбер – оазис среди песка, И где-то судьбой к судьбе причалит мой пеший воин. Отец мой любил играть на мраморе южных карт,

Я тоже люблю играть на клетчатом пёстром поле.

Девчонка сошла с ума, мне сложно её держать, Индиец, мой бывший раб, от этого странно весел, Как будто бы лишь бойцы ведут себя по ножам, Как будто бы лишь певцы кровят перезвоном песен. Под бронзой таится сталь в эпоху большой воды, И мачеха из гнезда стремится проникнуть в кузни. Дождём остриё копья летит через серый дым –

Такой существую я, и я им плохой союзник.

Девчонка сошла с ума, мне сложно их всех держать, Индеец, мой бывший раб, смеётся под маской грима, Как будто бы лишь она из нас научилась ждать, Как будто бы лишь она его повторяет имя. Начало его начал – я буду им всем концом, Для выросших на мечах отлично подходит местность. Она повторяет «чёт», пред старым моим отцом,

И он отвечает «чёт». Но я не играю честно.

14 ноября 2017

00

Эгоизм полыхает во тьме глубин: Нам гораздо важнее тела и лица. Каждый ищет возможность в себя влюбить,

Но никогда – влюбиться.

25 ноября 2017

Нас к полётам готовил родной отец

Нас к полётам готовил родной отец, но лишь после кончины пришла весна. Говорит беспокойная чья-то тень: «что таится за спинами не узнать, руки яблоком пахнут, а день – водой, зацветают источники Авалона».

Чтобы к ночи из ада прийти домой, львёнок умер, проснулся и стал грифоном.

Небеса покоряются высоте, но освоить не значит вернуть своё, говорит беспокойная чья-то тень, что однажды настанет и мой черёд, что положат мне голову на плечо тени ада – я буду играть хитрее.

Только знаю: подобным не шутит чёрт. Над окружностью паперти вечереет.

3 апреля 2018

Мы кромсали планету

Мы кромсали планету, кромсали самих себя, Будто звёздная стружка летели стальные искры. Окрылялись под осень созвездия ястребят, Вырывались из пламени лунные василиски,

И обычная тень за спиной становилась всем: От цветной карамели до запаха жжёной гари. Ты гулял босиком по песку, по морской росе, Заполняя собой же любительский бестиарий,

Каждый слог обжигая то с хитростью, то с умом, Всё надеясь, что кончится образ наш многоликий. Но закончилось лето. И ты отослал письмо, Заточив в него всё, что годилось для целой книги.

И, казалось, что песней вот-вот захлестнёт волна, Но оно растворилось беззвучно в моих ладонях. «Я так много писал о себе, сочинял о нас, Что в конечном итоге как будто бы космос понял»

27 января 2019

На руках засыпает память

На руках засыпает память. Потревожить нельзя. Никак.

Ожидание — это знамя боголюбца и дурака.

Я второй, раз вжимаюсь в роли, превращаясь из мысли в тень. Наспех слепленный грубый голем не помыслит о красоте. Я тревожусь и лихоражусь, хороводы кружатся бед, ведь стихи мои не расскажут в полной мере да о тебе.

Воздух полон тоски и гари. Ты ушёл — это мой недуг.

Ожидание убивает, потому я так верно жду.

26 февраля 2019

Время, мир царапая, ползёт к шести

Время, мир царапая, ползёт к шести, и вагон уж отбыл. Вне сомнений, город солнечный не смог в себя вместить все твои смешные лица-тени. Сдавшись тем, кого ты мог перебороть, ты отныне жертва и страдалец. И до боли пуст знакомый мне перрон, где мы оба всех ушедших ждали. Новым утром вновь помчатся поезда, в них мой лучший друг. Немногословен.

Если человек решил себе страдать, то его никто не остановит.

7 марта 2019

Всё случится не раньше, чем станем мы легче пыли

Всё случится не раньше, чем станем мы легче пыли И заполним собою пространство вселенских дыр. Наши чувства могли, и поэтому уложились В ожидание вспышки сверхновой моей звезды.

Древний космос был прост, до безумия весь изучен, Где не ткнись, попадёшься. Бесславная пустота. Только ты говорил, я была вне сомнений — лучшей, Или скоро должно было всё оказаться так.

Только ты говорил, и все нити сводил к Мёрфи, По закону я муза и пламя, я Рубикон. Ты склонял в свою сторону весь сетевой сёрфинг, И поэтому был мне так близко. И далеко.

Древний космос темнил, умножая полярность ночи, От полуденных вспышек внимания кинет в дрожь. Ты увидишь, свершится всё то, что мне ты пророчил, Только раньше со скуки состаришься и умрёшь.

10 марта 2019

Пусть ничто тебя не обманет

Пусть ничто тебя не обманет, Как и сталь моего меча. Я настолько плохой рассказчик, Что старался всегда молчать, Как мой путь проходил лесами – Было весело и легко…

Первым встретился настоящий Огнедышаший мне дракон. Было время такое, люди Воевали во славу лжи. Пусть ничто тебя не расстроит, Я, как видишь, остался жив. Мы сошлись, не моля о чуде, И твою защищая честь, Я был смелым, я был героем Без зазубренок на мече.

Я не знаю, что вставить в книги, Что безжалостно удалить. Если ты мой посмертый писарь, Так добавь туда… корабли? Я забрёл как-то в старый флигель, Там сидел полоумный маг. Весь от знаний своих он высох, А во взгляде таилась тьма. Но качнул я едва плечами, «Меньше слов – значит больше дел». В древних картах узрел дорогу По холодной морской воде. Днём был штиль, и мы шли ночами, Помолившись своей беде, За легендой о зле двурогом, Что питалось огнём сердец. Но лишь только с последним юнгой, Что стал кормом для хищных рыб, Я вдруг понял, что зло здесь – маг мой, И его я назвал вторым.

Ну а третий петлял так юрко, Что едва его мог догнать, Он над всеми смеялся нагло, И дрожала от рук струна, Будто вот он, аккорд последний, Лютня смолкнет, и смолкнет мир.

Было время такое, помнишь, Ложь играла опять с людьми. И сидел он, прямой наследник Всех отринутых королей, Собирая удары молний На высоком своём челе…

Я вернулся к тебе героем, Победив на мечах троих, Обвенчались мы в тот же вечер По огромной, как мир, любви.

Пусть ничто тебя не расстроит. Через век принесли к утру Весть, что в облике человечьем Умер самый последний друг. Пусть ничто тебя не обманет, Не хотел бы другой судьбы. И я самый плохой расказчик, Просто время пришло забыть. Семена прорастут лесами, Мы воскреснем в глубинах книг. И всё станет вдруг настоящим, И зажгутся опять огни.

Где-то в мире за гранью смерти Будет весело и легко. Там, где ходят четыре брата: Воин, маг, менестрель, дракон.

28 мая 2019

Говоришь, что вернёшься

Говоришь, что вернёшься, и я соглашаюсь: "да". Корабли уплывают затем, чтобы возвратиться сквозь тоску и печаль, расстояния и года взрывом, песней, поэмой, диковинной небылицей и, подумаешь, время. Ну кто же из нас не ждал, может, в этом и кроется наша людская сущность, ждущий - он абсолют, путеводная сверхзвезда, а ушедший идёт к нему сквозь ледяные тучи, поднимается к небу. Пусть щёлкает грозно кнут, но твой дух не сломить даже тяжестью всей вселенной, и поэтому ты никогда не пойдёшь ко дну, не наткнёшься на рифы, сокрытые лёгкой пеной. Несомненно, вернёшься, ведь кровь твоя горяча, может в этом вся сущность, а может лишь дело вкуса.

Но приливы выносят морское на наш причал и подчёркнуто часто различный плавучий мусор.

4 июля 2019

Нет, не нужно здесь крови

Нет, не нужно здесь крови. Не рви уста, За такое со сцены попросят выйти. Да, пусть боль — это высшая красота, На которою падок наш верный зритель, Но не нужно кидаться её искать Ни в больших городах, ни в предместьях ада. Всё должно начинаться издалека, Чтобы было откуда трагично падать. Нет, не нужно выдумывать. Ставь же цель, Покажи, как ты можешь её добиться, А потом изменяйся в своём лице… Изменяйся, мой славный рыцарь. И не бойся отрубленной головы, Ведь талант пробивает любые плиты.

Что важнее: проснуться потом живым Или всеми любимым и знаменитым?

24 октября 2019

Всё забудется

Всё забудется. Всё. Остынь. Как знамение, пусть кометы Устремляются в наше лето, Распуская свои хвосты.

Над просторами горных рек, Там, где каждый изрядно пролил, Мы по-новому наши роли Растасуем в её игре,

Раз судьба через серый лёд И невинной, и белокрылой Нашей встречей нас… рассмешила, Так давай рассмешим её.

Всё прощается. Всё. Прости И за злость мою, и за ругань, Но я гордо тебя подругой Назову через этот стих.

25 марта 2020

До чего же прекрасно сегодня твоё лицо

До чего же прекрасно сегодня твоё лицо, Вот с таким Ромул взял и построил наш вечный Рим. Просто так, без особого умысла став творцом, О тебе лишь могу в своём творчестве говорить.

И ни с чем остаётся искатель двойного дна, Не предвидится сложного там, где должно быть просто. Я пишу лишь о том, что ещё предстоит узнать, Глубже падая в глаз твоих ясных безбрежный космос.

И не нужно придумывать что-то, что будет сверх, Что не могут запомнить, а после — не забывают. Это просто багровый, прекрасный багровый цвет Ни созревшая вишня, ни новая мировая,

Ни следы обжигающей наши сердца любви, Ни слияние сфер из последних твоих мелодий. Это просто багровый. Причина его пролить В том, что этот оттенок отлично тебе подходит.

13 апреля 2020

Пустословие льется, я этим всегда грешу

Пустословие льется, я этим всегда грешу, Но сегодня я тише, чем сталь твоего меча. В нашем городе временно царствует белый шум, И его невозможно певуче перекричать,

Оттого у меня не найдется красивых слов, Даже если тебе, даже если бы вдруг о нас. Если нам повезет, так и скажем, что повезло И не больше. Не больше. Пусть славится тишина,

Может быть, без прикрас и получим тот самый «толк». В нём заложена личная правда, что так остра. Буду я – устремлённая с запада на восток, Будешь ты – постигающий тонкое самурай.

И когда все охрипнут, нам станет вдруг так светло, Всё наполнится солнцем, и песней в его лучах Будет царствовать только лишь трепетный диалог Тех двоих, что осмелились сдаться и замолчать.

30 мая 2020

Я люблю темноту твоих тёмных сказок

Я люблю темноту твоих тёмных сказок, я люблю их певучий и лёгкий слог. Стоит бросить небрежно одну лишь фразу, и со скрипом завертится колесо старой мельницы там, где порою мельник добывает из кости своей муку. Над простором реки разрастется ельник, и всю землю дороги обволокут лишь затем, чтобы люди по ним ходили, и ты мог бы для них сочинить рассказ.

В них и гончие взвоют, и ухнет филин, В них взаимность окажется вдруг сладка.

Я люблю темноту твоих тёмных строчек, я люблю их певучий и лёгкий слог. Мне не нужно каких-то больших пророчеств, где добро побеждает любое зло. Мне не нужно вообще ничего большого: ни драконы, ни рыцари не нужны. Я хочу, чтоб судьбой ты был уготован, но поверженный чувством, остался жив. Самолюбие – худший из прочих повод. Но ты будешь красиво, и нам простят.

От тебя я не жду ничего большого. Кроме песен, что пишутся на костях.

12 июня 2020

Не кидайся подобным

Не кидайся подобным! Побойся бога, Не плетут тебе сети мои льстецы. Собирается ночь. И в твоих чертогах Будут жарко отплясывать мертвецы

На последней и лучшей моей неделе В человеческом теле, что так болит. Будет вечность. И выбор её поделит, Как положено: поровну на двоих.

Из серебряной чаши хмельного грога Отхлебнув, разве можно бояться здесь? Будь смелее в желаниях. К чёрту робость, До последнего вздоха меня раздев,

Нам не надобно больше иллюзий рая, Ты напрасно весь холоден и зажат. Пусть влюблённая девушка умирает – В ней рождается тёмная госпожа.

9 июня 2020

Ночь бескровна

Ночь бескровна. И я спокойна. Всё закончится по уму. Здесь не нужно свинца в обойме, здесь не нужно особых мук. Быстро сердце моё остынет – это дело пяти минут. Тот, кто выткал ковры полыни к возвращению моему, уж добавил цвет алконита щедрой горстью ко мне в бокал.

Как сестра, буду я разбита. Ты для этого нас искал?

12 июня 220

Ведьме, бросившей ночь, не найти угла

Ведьме, бросившей ночь, не найти угла. Всюду свет и огонь. Всюду божьи дети. Каждый клялся, чем мог, ну, и я клялась, Не особо терзаясь, что делать с этим.

И теперь пустота. Пустота вокруг. Как и раньше! Но всё же другого сорта. Это бремя для тех, кто подвёл сестру, Кто забыл и про долг, и про нашу гордость.

Приговор для всех нас, но в капкане букв Есть одна, что останется не распятой. Ведьме, бросившей ночь, не найти судьбу. Или, может, вам стоило лучше прятать?

6 июня 2020

В эту сталь бесполезно втыкать иглу

В эту сталь бесполезно втыкать иглу, не поможет ни магия, ни хирург: твои старые шрамы ничем не скрыть. И пусть год коронован царём горы, сотню в рабстве нельзя просто так забыть. Как и сотню товарищей, что слабы оказались для нежности рудника.

Пусть за них отскорбит громовой раскат, пусть споёт поминальную соловей: может, стихнет на время боль в голове, что тебе до сих пор не даёт дышать и меняет цвета, как волшебный шар (или чуть прозаичнее, как синяк). Вот и снова менял он цвета на днях.

Ты герой, но и самый плохой злодей. Серо-синие взрывы больших дождей, серо-красные брызги твоей вины, серо-чёрные тени, что входят в сны. Если кратко: уныло и всё серо, и тебя настигает последний рок, я не в силах чего-то вдруг изменить, просто время пришло погасить огни.

И не взять здесь целителя «на слабо»: дело вовсе не в шрамах. Ты в целом боль.

9 июля 2020

Существуют любимицы у судьбы

Существуют любимицы у судьбы. Это вовсе не значит, что им легко. Улыбается нежно. И вдруг – под дых, Вдруг вбивает любовь свою кулаком,

Превращая все органы в вязкий фарш Без каких-то особых на то причин. Им не будет салюта, толпы, фанфар: Лишь когда окончательно замолчит

В них удар и не вызовет ничего, Бить судьба перестанет и отойдёт. Будут долго держаться за свой живот, Проклиная всем сердцем пути её,

Будут долго вариться в котле из дум, Называя судьбу злой, косой, слепой. Будут долго… а после они пойдут, И дорога им бросится под сапог!

Голос мой, что был сломан и был забыт, Через боль прорастал. Через боль и дни. Существуют любимицы у судьбы. Я сегодня познала, что я из них.

12 октября 2020

Ну, подумаешь, чудище

Ну, подумаешь, чудище. С кем из нас Не бывало подобного на пути? Разве это не счастье, железно знать, Что сегодня останешься не один?

Вся история ляжет на два листа И случится в периметре этих стен. Больше думать не нужно, а «что же там?», «Что же прячется в режущей темноте?».

Восхитись, как проворна и как быстра, Ну, подумаешь, чудище. Целый год Разве это не ты исходил на страх, Что однажды оставит тебя твой бог?

Присмотрись же – богиня теперь она. Ну, подумаешь, чудище. Что с того?

10 ноября 2020

Под израненным небом и песнями белых птиц

Под израненным небом и песнями белых птиц Устремлённый на запад стоит на скале маяк. Если можешь летать до сих пор, то прошу, лети, Пусть ничто не случится плохого в твоём пути Потому лишь, что нынче тебя ожидаю я.

Опреснеет морская вода под напором рек, И пройдутся другие дожди по пустой земле. Если сможем летать, принесём мы конец жаре, Пусть ничто не случится плохого сейчас и впредь Потому лишь, что мы поумнели на сотню лет.

Одиночества пламя съедает глазное дно, Но прожжённое небо однажды должно остыть. Если я всё сумею, так будет и дальше нам зачтено, Пусть ничто не случится плохого в пути со мной Потому лишь, что нынче меня ожидаешь ты.

21 июня 2021

Сквозь тревожные сны сероглазых дев

Сквозь тревожные сны сероглазых дев Ты идёшь, и становится облик птичьим. У чудовищ есть рот, чтобы жрать людей. Поцелуи и ласка им безразличны. Будут кости ломаться, но ты терпи, Если венчан ты с бездною, то виновен. И в рыбацкой деревне сегодня пир, Запечатанный намертво в книгу крови.

Сквозь тревожные сны сероглазых дев, Что у моря красавца напрасно ждали, Ты уходишь в объятия к пустоте Под прощальные песни в наш день русалий. Высыхать будут веки и перья лезть, Пробиваясь сквозь кожу, сгибая тело. Ты отныне чужак на родной земле, Ты отныне солёного моря демон.

Сквозь тревожные сны сероглазых дев, Что молились, а после лишь проклинали, Ты влюбленное сердце отдай воде, Ты отдай сокровенное мне и стали: И широким крылом закрывая день, Утоли клокотавшую скорбь и злобу: У чудовищ есть рот, чтобы жрать людей, Не для ласки. Так пробуй же милый. Пробуй.

23 июля 2021

Всё всегда опечатано намертво на лице

Всё всегда опечатано намертво на лице, Не спасает ни галстук в полосочку и ни фрак. Вот стоит человек и блистает во взгляде Цель, Только всё же судачит народ, будто он дурак, Будто цель это трёшка, машина и громкий статус, Нужно рваться к небесным вершинам пока не поздно. Всё хрустальное бьётся и не подлежат возврату, Никому не идёт вопиющая несерьезность.

Ну и что, что собрания, форумы и совет, Состоящий из топовых самых директоров. Даже если всем видом горит эталонный свет, У него персональная станция под ребром, Где все демоны ждут наступления дня и часа. Как наступят они, так исчезнет вся разом взрослость. Ну и что, что проложена потом к вершинам трасса, Он всё может отбросить в мгновение, это просто.

Для таких нестабильных душою существовать Невозможно в границах, отмеренных кем-то свыше. Говорят между делом, что правда таких сложна, Говорят, что подобен на солнце магнитным вспышкам, Что стабильность не вечна его, это лишь мираж. Он проснётся ребёнком однажды, поддавшись жару, И отправится в путь настоящий, куда ветра Перемены грядущей раскроют мечты той парус.

24 июля 2021

Грязно-жёлтое золото не к лицу

Грязно-жёлтое золото не к лицу, чёрный бархат весь выцвел и не подходит той, что верила слепо дворцовой моде, и которую в склеп на плечах несут. Для убийства причины особой нет, род волшебный пришел в немилость, моментально на это проснулись силы, и, казалось бы, сказке пришёл конец: опоздали все рыцари, и цветок на высокой груди распустился алым, и отравлено было стальное жало, и встревоженный крик погасил чертог. И теперь только в склеп через пышный сад. Сад, который руками её был создан, сад, в котором завянут пионы, розы, ведь закрыты камнями её глаза.

Это был бы логичный всему финал, отстрадавшим напрасно ключи от рая, только ведьмы так просто не умирают, даже если убийство не их вина. Будет новая сказочка для баллад, будут новые толки гулять в народе, чёрно-жёлтая гамма ей не подходит, но остались ещё у неё дела. Кто-то должен нести эту смерть от ран, опыляя попутно цветы и сливы, быть должна хоть какая-то справедливость, потому и стоит на земле жара, солнце мёдом горчащим по ней течёт. Не укрыться предателям в нём от гнева,

В каждом маленьком мире есть королева, И страшнее из них королева пчёл.

25 июля 2021

Злая полночь стоит за моим порогом

Злая полночь стоит за моим порогом, темнота поглощает тепло и свет. Я не знаю, куда, но петляет в ночи Дорога, каждый может вернутся... а, может, нет. Завывают тревожно ветра, шелестя ветвями, толковать эти вещие знаки мне не дано. Я лишь вижу, как впившись восемью когтями, злая полночь стоит за твоей спиной.

Что же ты, победитель больших чудовищ, не поднимешь глаза на меня: взгляд устал и квел. Я встречаю тебя, но с оружием наготове.

Кем с Дороги вернулся? Кого за собой привел?

24 августа 2021

Дерни рукой оголённые провода

Дерни рукой оголённые провода – в ночь городскую влюбленным так мало звезд. Сложный сюжет изначально пусть был нам дан, но в заключительных главах мой вывод прост: мы не держали, поэтому отпускать общего прошлого груз предстоит не нам. И не пытайся нас ранить исподтишка правдой своей, что остра и раскалена. Лучше уйди по-хорошему, не шучу. Хватит распарывать руки свои стеклом. Впредь ты не вызовешь больше каких-то чувств, губы клеймя сигаретами ей назло. Знаешь, тебя отрезвляющий грузовик тихо и ночью однажды переебёт.

И не клянись ей ни в чем, не клянись в любви, И выбирай, ну пожалуйста, не её.

8 сентября 2021

Отрицающий праотцов

Отрицающий праотцов перед будущим безоружен. Отрицающий океан не отыщет покоя в суше. Будет скорбным его лицо и от сильного страха белым. Вязью жгучих, но тонких ран расцелует пучина тело.

В серой радужке лишь зола. Ни холеность, ни стать, ни смелость. Не таким я тебя ждала, Не таким я героям пела.

Вспышка гордости – не звезда, только гаснущий звездный лучик. Отвергающий глубину высь небесную не получит. Жизнь так сложно с нуля создать, так легко до нуля разрушить. Волны солоны, волны – кнут, что едва ли великодушен.

В серой радужке лишь зола. Ни холеность, ни стать, ни смелость. Не таким я тебя ждала, Не таким я героям пела.

8 сентября 2021

Посылай. Гарантирую, что к утру

Посылай. Гарантирую, что к утру каждый праведник будет разочарован, и не выразит это святое слово, все молитвы здесь ни к чему. Запах трав и соцветий мне так знаком, он пьянее вина и всех прочих зелий, ведь стремится в бездонное небо зелень.

Разве может быть сад грехом?

Ведь сады – это лучшие чудеса, зреют гроздья, пронзенные ста лучами, кто плохого ни разу в других не чаял, зреет вместе с плодами сам. Разве можно пристрастно в том зло искать, как на это кощунство хватает веры? Гнутся тяжестью к щедрой земле шпалеры… сладкой тяжестью, что легка. Как бы ты не стремился его найти, винокурни – предместья садов эдема, и не здесь притаился коварный демон. Здесь иные идут пути. Потому, посылай, всех, кто был рожден с явной строгостью – им уж не станет хуже.

Каждый будет садами обезоружен. Каждый будет освобождён.

18 сентября 2021

Мне не надо отравленных ядом стрел

Мне не надо отравленных ядом стрел, чтобы в полночь твои опознать шаги. Ты не выдумал бога, а подсмотрел сквозь замочную скважину у других, и теперь так гордишься, как будто сам выбрал цели, которым смиренно служишь. Но меня не обманешь, внутри – гроза, как бы ни был спокоен ты весь снаружи. Ты хотел быть нормальным, в том корень зла: каждый, взятый в отдельности, ненормален. Кто действительно ищет в любви тепла, не уходит из пахнущих домом спален.

Мне не надо натянутой тетивы, чтобы верить в решимость. Я верю,верю. Будет время, движением волевым героически вырежешь тьму и зверя, и наступит огромный такой рассвет – поражающе красен и запределен. И наступит великий такой рассвет, что единое сердце на два разделит. Будешь ты – окрылённо и высоко, буду я – оголённая и босая.

Кто действительно ищет больших богов Не уходит, не режет и не бросает.

13 сентября 2021