Эпика

Смерть короля

После буйной охоты разгул. Пьёт король за удачный трофей… В зале душно, но ветер подул. Гаснет пламя чадящих свечей.

Все придворные замерли враз. Словно камни, стоят у стены. Но трусливые взгляды их глаз Говорят, что живые они.

Входит в зал седовласый старик, И король потерял аппетит. Лишь издал обессиленный крик И на троне недвижим сидит.

Обратился старик к королю: — Прежде выслушай ты мою речь. Словно сына тебя я люблю, Только ты опозорил свой меч!

И за годы успел позабыть, Свою клятву про Доблесть и Честь. Как жестоко тиранствовал ты: Алчность, злоба, притворство и лесть! Где же тот справедливости пыл? Мудреца заменил самодур…

Тут старик вынул меч, он убил Короля и заплакал: — Артур…

Возле озера Мерлин стоит. Ветер слёзы сдувает с лица. И жалеет несчастный старик, Что на трон посадил подлеца.

Окровавленный вытащив меч, Он бросает его пред собой. Слышит озеро горестный смех: — Возвращаю Экскалибур твой…

Царица Смерть

Явись, Царица, в этот миг, Меня забрав в свои покои, Где зачарованный родник Увидит поседевший воин И кровь врагов своих отмоет, Родившись, заново любя. Явись, коль я тебя достоин. Царица Смерть, зову тебя!

Не раз приветствовал твой лик, Круша обеты и устои. Своих врагов последний крик Вдыхал, злорадствуя на поле, Шагая через реки крови, Что щедро лил в час бытия. Устав от яростного боя, Царица Смерть, зову тебя!

Но час прозрения настиг, Лишив меня безумной воли, Когда у озера старик Пил воду из своих ладоней. В воде не отразился воин, Лишь образ в памяти храня. За кровью нет лица героя. Царица Смерть, зову тебя!

Твоё дыханье успокоит. Надежду призрачно тая, Я душу яду приоткрою. Царица Смерть, зову тебя!

Солдат

Выхожу я с мечом на приволье. К чёрным мне или белым пойти? Предо мною раскинулось поле, Но на выбор — всего два пути!

Ты же пешка! Сомнения в сторону! Значит, выберу светлый мундир. Клетки белые в жизни и чёрные… Поступай, как велит командир!

Мы проводим гамбит за гамбитом, Слепо бьёмся, играя с судьбой. Бесконечный и кровопролитный На расчерченной местности бой.

Я давно позабыл своё детство, На войне не встречаешься с ним. Я теперь командир! Моё место На полях, где сгущается дым!

У других появился такой же! Верный, преданный делу вассал. Покажи мне, солдат, что ты можешь. Я от слабых врагов подустал!

Время шло, мы сражались неистово Ради славы своих королей. Сколько крепостей брали мы приступом И теряли, теряли людей!

Много в жизни прошло изменений. Я скитался, страдал, воевал… Белый плащ мой от дыма сражений Закоптился и чёрным уж стал.

И воитель из тёмной команды, Как близнец мой! Встречались не раз… Отдохнуть от войны уже надо, Но довлеет над каждым приказ.

Каждый хочет порвать амуницию, Только знаем, не дремлет собрат! Тут же вышлет бойцов на позицию, Ключевой занимая квадрат.

Может, распри уйдут уже в сторону? Может, кончится давний наш спор, И приеду я к чёрному воину, И поставлю с ним рядом шатёр!

Разговоры ведутся у пешек, Что фигуры не здесь, наверху, Общей кучей лежат вперемешку И не знают про эту войну.

А еще говорят про начальников — В мире красок немало других. Взять бы чёрного друга напарником И пойти против этих цветных!

Сюзерен мой швыряется пешками, Офицеров не ценит, сдаёт. А противник искусный, не мешкая, Начинает ответный поход.

Обернулся гнилою натурою Белоснежный правитель-отец. Мой король позабыл, что фигура я, А не круглоголовый боец…

Много лет продолжается партия, Но играю на поле чужом. Нынче чёрные мне, словно братья, А у белых слыву я врагом.

Чёрное и Белое

Я не зря писал когда-то Про заблудшего солдата, Что стоял на перепутье, Выбирая верный шаг.

В жизни чёрных нет и белых, Кто же разделил умело Всех людей, не зная сути, На противные цвета?

И поверив мысли этой, Люди создали примету Про святых и негодяев, Про хороших и плохих…

Только мир сложней устроен. Чёрный, будучи изгоем, Всё же кроху сохраняет Незапятнанной души.

И святой в душе имеет Грязи ком, его лелея. Потому, что не бывает Неиспорченных цветов.

И не будет это странным, Просто люди многогранны. Серый цвет всё затмевает, Но оттенков в нём полно…

Александр Пересвет

Богатырь Челубей усмехается, Славный воин и несокрушим! Вон, копьём знаменитым бахвалится, Что длиннее на целый аршин.

Знать, правдиво оно, откровение, Что поведал ты мне, Родион. Слабость духа питает сомнения. Поскачи на врага, верный конь.

Боль! Она затмевает собой меня. Я повис на татарском копье. Но и враг, своей кровью облив коня, Упокоился в русской земле.

Не позорная смерть, не постылая! Жар в груди! Молодая княжна, Не назвал тебя суженой милою, И твои не отведал уста.

Выбрал веру, негоже и каяться. Коль ты воин, себя не жалей… Кто-то рядом стоит, улыбается. Посветлело в глазах. Челубей?!

Мой недавний противник наказанный Предо мною стоит невредим. Как же так? Ведь у нас веры разные? Правду молвили — Бог есть один!

Что теперь мне людская сумятица? Мы когда-то напрасно дрались… Всё забыто. Теперь уж наладится Бесконечная, новая жизнь.

Баллада о принцессе Батарейке

В одном далёком, электронном месте, Где правил Всемогущий Трансформатор, Принцессу Батарейку звал невестой Такой обычный парень Конденсатор…

Он приходил к углу Печатной Платы, Принцессу ждал с букетом проводов. И каждый раз наш бедный Конденсатор Пел Батарейке про свою любовь.

Принцессе было с парнем интересно. Она влюбилась, позабыв про папу, И каждый день бежала слушать песни К любимому углу Заветной Платы.

Узнал однажды Грозный Трансформатор. Принцессу запер в башне на засов И приказал резисторам, солдатам Казнить певца за дерзкую любовь…

И повезли певца в повозке тесной На эшафот ретивые солдаты. А в башне у окна ждала принцесса И плакала: — Мой бедный Конденсатор!

Сверкнул разряд, нет милого. Утрата! Никто не принесёт ей проводов. В их тайном месте, у Печальной Платы, Не будет новых песен про любовь.

Принцессу Батарейку нежно, свято Любил простолюдин, и был таков… Не доверяйте титулам, ребята, Не говорите про свою любовь.

Борьба за ресурсы

Эксперт необычных проектов Жил скромно, отдел возглавлял. Но тут генеральный директор Назначил его в Филиал.

Компания та занималась Добычей энергосырья. Немало проблем в филиале Под кодовым знаком «Земля».

Участок был бесперспективен, И здесь пригодился проект. Решили рискнуть, утвердили Финансы на несколько лет.

Доверили пост молодому И дали возможность расти. Он метод использовал новый, Наладил добычу и сбыт.

И вот, вопреки всем законам, Разросся его филиал. Теперь по объёмам доходов Он Главный Концерн обогнал.

Сам рынок энергоресурсов — Весьма трудоёмкая часть. И нужно немало искусства, На верх пирамиды попасть.

И вот Филиал уже в моде, К вершине упорно летит. Теперь из Концерна выходит И в рейтингах твёрдо стоит.

Пошла сумасшедшая гонка. Неясно, кто выйдет в финал, Но всех оттеснили в сторонку Концерн и его Филиал…

Никто оправдаться не смог, Чьё имя и методы лучше… Соперники — Дьявол и Бог. И делят они наши души.

Белый ратник

Вновь послали на передовую. Чужаки прорывают барьер. Ничего, мы ещё повоюем, Пусть у нас не хватает манер.

Мы — солдаты, живём лишь приказами. Нам сказали вперёд, мы идём… Слишком много различной заразы Атакует наш крохотный дом.

Чужаки непомерно маститы, Только нам воевать не впервой. Окружай их друзья-лейкоциты! Подавляй их свирепой толпой!

Что за чудище! Вы посмотрите-ка. Неуклюж, шиповат и рогат! Ладно, это удел аналитиков, Им побольше назначен оклад.

Офицеры у нас знамениты, Им красивый достался пурпур. Называются эритроциты. Это гвардия лучших культур.

Хорошо быть элитною расой! Знай, таскай кислородный баллон… Но обидно, что знают о красных, А про нас и не помнит никто.

Все начальники алого цвета Не воюют, стоят в стороне. Лишь команды дают и советы… Мы сражаемся в этой войне!

Кровь содержит различные клетки, И у каждой — свой образ и быт.

Ай, чужак, зацепил меня крепко… И погиб рядовой лейкоцит.

Саргассово море

В старой таверне, пропитанной солью, За грубым столом примостился старик. В глазах моряка, затуманенных болью, Читается времени яростный крик.

Два гардемарина, младых и безусых, Подсели за столик: «Поведай для нас!» Старик, поглядев на молодость грустно, Набил свою трубку и начал рассказ…

… Корабль по курсу, заряжены пушки, Испанцы везут драгоценный товар, Но море Саргассово держит в ловушке, В бессилии мечется дерзкий корсар.

В Саргассовом море нередко сбивает Морскую траву в большие поля. И так оказалось, что в море застряли При ветре попутном — два корабля.

Но солнце и ветер давно просушили Плывущую сверху морскую траву. Тогда на совете пираты решили Поджечь эту корку на сильном ветру.

Огонь охватил, казалось, всё море. Но ветер не стих, и корсар ликовал. Сквозь пламя и дым пролетел он и вскоре Несчастный испанский корабль догнал…

В бою абордажном сошлись корабли, И приняли волны враждебную кровь. Решаются судьбы вдали от земли, А дьявол хохочет: «Мне душу готовь!»

Безумный моряк на вызов ответил. Кровавую жертву принёс он Фортуне! Усилился ветер, развеялся пепел, И порваны жизней незримые струны…

Юнцы, опьянев, у стола развалились. Старик улыбнулся — ему уж недолго, А этим в поход, и они утомились От грустных историй забытого волка.

Но время придёт, и два капитана, Когда уже нечего будет терять, Взметнут над фрегатами чёрное знамя, И море насытится кровью опять!

И снова мы видим на этом погосте Бродяг, бороздивших морские просторы. Они жарко бились под скрещенной костью, Но все затерялись в истории моря…

Волк и Пёс

Здравствуй, Пёс. Я услышал твой зов. Выходи и не прячься в будке. Сам ведь лаялся, как ты суров? Вот и дети твои скалят зубки…

Но не трону я этих щенков. И визжащую самку тоже… Жаль, не вырастет добрых волков Из твоих… На отца похожи.

Лай собак им милей, чем вой. Наша кровь под чужой личиной… Я пришёл к тебе. Будет бой! Выходи же! Побудь мужчиной.

Где характер? Смотрю, угас… Став собакой, ты лижешь руку. А волчицу, вскормившую нас, Называешь безродною сукой.

Позабыл, как в холодном ручье Мы под лёд провалились в могилу? И как мать волокла на плече, Но не бросила ведь, не скулила!

И росли мы в уютной норе, Где накормят, оближут раны… Сколько знаю, во всей поре Для неё ты был самым-самым.

А ты помнишь смертельный бой, Как волчица от псов рычащих Защищала, прикрыв собой, Двух щенков, малышей скулящих?

Растерзав из последних сил Эту свору убийц надменных… Помнишь матери кровь? Забыл! Выбрал шкуру собаки презренной…

Волк поднялся, закончив бой. Мёртвый пёс, окровавленный, рядом. Лунный свет и тоскливый вой. Брат, прости меня. Так было надо!

Петушиные бои

Порой в тавернах, сделав ставки, Глядит народ на игроков, Что извлекают из-под лавки Своих бойцовых петухов.

И драчуны от злобы пьяной, В кругу, где сдвинуты столы, В друг друга шпоры целят рьяно Под улюлюканье толпы.

А игроки, усевшись рядом, Ведут степенный разговор. Всё о делах или наградах, Не важно, как решится спор.

Закончен бой меж петухами, Где проигравший чуть живёт… Хозяин лишь пожмёт плечами И шею павшему свернёт.

Пари проиграно, платите! Монетный звон. Толпа. Вино. Пьёт вожделенно победитель, В углу боец клюёт зерно.

Но, чтобы зритель был доволен, Побитый на реванш готов. И завтра выйдет новый воин… На ферме много петухов.