Друзьям )))

О Качестве Сувенирной Продукции

Тебе за подвиги в физ-ре и достиженья в спорте,

И многократные заслуги в этих областях – всучи́ли приз.

Ты без особой радости снимал пестрящую обёртку,

А развернув, взорвался одаривших всплеск: «Сюрприз!»

Бесцветного слой лака в палец, хвойный ароматизатор,

На ручке кружева, то роспись «Гжель» и «Хохлома».

Подарком был не первый в мире фаллоимитатор,

То символ мужества и богатырской силы – булава.

***

Однажды, тёплой городской и летней звёздной ночью,

Ты с тренировки запоздалой возвращался налегке.

Через плечо несёшь ты сумку с парой потных шмоток,

На олимпийке твоей «PUMA» лейбл, и на кроссовках и на кепке (козырьке).

Подъезд заветный у родной пятиэтажки

Был тускло освещён от маловаттной лампы Ильича.

Бычки от сигарет, из под Очаковского три баклажки

Разбросаны. Сидит на лавке пара пьяных, хохоча.

Я – не расист, клянусь! Я лишь пера избранник!

Не будьте же ко мне читатели – вы стро́ги,

Но по той парочке на лавке «плакал» «обезьянник»,

А мой герой подвид их обозначил: «Носороги».

О времена, традиции, устои, идеалы, нравы!

Предметом шуток-издевательств стал спортивный бренд:

Обильные остроты изрекались голосом гнусавым,

Напрашиваясь на конфликт и инцидент.

Зачитан в адрес твой стишок про фирму «PUMA»,

А после рифмы матерные и про «ADIDAS».

Вдобавок, твой обидчик на кроссовок тебе плюнул,

Состроив ещё несколько кривляний и гримас.

Мне не понять, зачем он это сделал…

Да что вообще им сделал бедный паренёк?

Но за такое хамство, лично я бы их «отделал»,

Миниатюрный бы устроив «Рагнарёк».*

*Но это – не точно )))

Тестостерон скакнул. Скорей вбежав в квартиру,

И сумку наспех в угол, с силой зашвырнув,

Глазами ищешь ты: чем покарать задиру,

Небрежно, в гневе пот со лба смахнув.

Вот взгляд упал на пыльный шкаф, на антресоль,

А там, ну прямо как на постаменте-пьедестале,

Твоя награда боевая. Потеряв контроль,

Её поспешно отряхнув, снимаешь ты, рукой сжимая.

Мчишь на расправу ты, о, мой герой могучий,

Как Геркулес ты, как Геракл, Аполлон!

Тебя на этом свете нынче круче,

Лишь только утром кофе: «Якобс Три в Одном».

Подъезда дверь распахнута с ноги,

Замах из-за спины, прыжок, подобный зверю,

И с громогласным воплем: «Получи!», –

Ты угощаешь «носорога» деревяшкой в череп.

Фурор произведён – твой первый враг в «отключке»,

А спотыкаясь, в панике второй скорей бежит.

В твоей руке осталась, к счастью, только ручка,

Шар-наконечник в щепки был о голову разбит.

***

Ты скажешь: «Сувенир-то был дешёвкой!

Такого б для подарка я и сам не пожалел!»

А я тебе скажу: «Согласен! «Беспонтовка»!

Но будь он качественным, ты б лет на двадцать сел!».

***

Или, или?

(Вечер пятницы)

Чтоб сон твой получился безмятежным,

Ты на ночь отключил дверной звонок.

Подушку взбил и одеялом белоснежным

Накрылся, и укутался в него, и лёг на бок.

А перед этим ты снотворного попил,

Что Пилснером в народе величалось.

Сполна дневную жажду литром утолил,

И в негу тело, расслабляясь, погружалось.

Ты спал спокойно, никого не трогал,

Рассвет вонзился в шторы – семь часов утра.

Ты сладко губками забормотал, зачмокал,

Ведь до подъёма ещё с гаком три часа.

Ничто беды с трагедией не предвещало,

И из объятий бы не выпускал тебя Морфей,

Но в дверь напористо, упрямо постучали,

А после паузы продолжили уже сильней.

С трудом ты отрываешь тело от кровати,

И недосып сопровождает острая мигрень,

Не понимаешь, хочешь ты: попить или поплакать?

А может поблевать, или решить в уме двучлен?

Найдя с трудом в прихожей тапки,

К двери зашарпал по паркету торопясь,

Открыл – соседка снизу возмущается и тряпкой

Промокшей тычет тебе в рыло и, бранясь,

Настаивает в ванной устранить протечку.

А ты глазами хлопаешь и не поймёшь,

Но извиняешься за данную, нелепую осечку,

Клянёшься боженькой – всё вскоре уберёшь.

***

Ремарка

К несчастью у тебя был старший братец,

Когда он трезвый, то спокойный и почти святой,

Но стоит ему выпить – и, враз, тунеядец,

И хулиган, и расточитель, и плейбой.

Всего лишь излиянья полторашки пива

Хватало, чтоб тот оборотнем страшным стал.

Из человека, только что, который был хороший, милый,

Он воплощался в полный криминал.

Для родственников пятница – проклятье!

Никто не знает, что он учудит на этот раз,

До воскресения дожить – буквально счастье,

Отправив в понедельник снова на работу гада с глаз.

***

Заходишь в ванну ты, картину видишь:

Воды уже от пола налилось, ну где-то сантиметров пять.

«Что здесь произошло?» – ты дедуктивно мыслишь,

И начинаешь все улики в кучу собирать:

Ваш унитаз от основания отломан,

Упал и отдыхает, лёжа на боку,

Поодаль плавает брата кроссовок,

Напоминая чем-то лебедя в пруду.

Ты бросился скорее устранять поломку,

Перекрываешь вентиль, вытираешь пол,

И после продолжительной уборки,

Вдруг ощущаешь – твой живот тяжёл.

И тут проблема – воду не открыть,

А значит не умыть лицо, не вымыть руки,

И самое ужасное – никак не смыть!

В испуге распрямляешься и поджимаешь «булки».

Короткими шажками семенишь к буфету,

Спешишь скорее в тот общественный нужник,

Заходишь, там твой брат сидит, на креслах, как в карете.

Узнал, руками машет, озорник.

Ты слышишь радостный, призывный крик,

А он вины своей не помнит и не чувствует, собака…

Перед тобою снова нерешимости вопрос возник:

По роже ему дать или, сперва, сходить покакать?

***

Пальто

Хрен знает, было что за время года…

Быть может осень, или ранняя весна,

В любой момент прикол от небосвода

Был риск схватить. Бывало мгла

Из туч собой вокруг всё кроет, ветер,

Но солнце может выйти сразу через пять минут.

От первого явленья помогает Егермейстер,

Но и испарина на лбу уж тут как тут…

Решенье принято: «Долой прогулку!»

Чтобы стихии странной трюки не терпеть,

Обзвон устроили в режиме: «Всех в округе»,

Чтоб где-нибудь душевно посидеть.

***

Твой брат-затейник вас в кальянную увёл,

Всех рассадил, а сам бегом к официанту.

Вип-ложе: кресла в коже, деревянный стол,

На фоне, в зале выступают музыканты.

Ты подшофе от крепкого, кальян – как полировка,

И как желудку утрамбовки инструмент.

Но понимаешь ты – что будет и пивком шлифовка,

Оно сработает как лучший абсорбент.

Компания немного разношёрстна:

Не до конца знакомы, кто-то только что пришёл.

Но всех вмещает комната (просторна),

Ты любопытно взглядом девушек обвёл.

Есть те, кто за́няты, до них тебе – нет дела,

Есть безразличные – они между собой галдят,

Напротив есть одна – с красивым телом,

Зовут Анфиса, и глаза её уже блестят.

Дымящиеся колбы вносят, вот раздали

Всем трубки, к ним цветные колпачки,

А следом, на подносе кипу из бокалов

С напитком пенным и янтарным принесли.

Кальян по вкусу странный, крепко-терпкий,

Но ты значение сей мелочи не придаёшь.

В висках стучит, ты снова благородно терпишь,

Витает мысль: стариной ещё тряхнёшь.

Понтуешься: ртом кольца запускаешь,

Ей нравится, она с улыбкой, молчаливо пьёт.

Подмигиваешь ей, слегка губу кусаешь,

Она не курит – продолженья ждёт.

Уж притомилась намекать и делать тебе знаки:

Вот плавным жестом скинула назад пальто,

И губы в пятый раз покрасивши помадой,

Оттягивает блузку, оголив своё плечо.

Такое обольщенье с соблазнением – формальность,

Отставить гарцевать! И так тут ясно всё.

Уж в мыслях грезите вы о поступке аморальном,

Ты: о прочистке своим «поршнем» её «сопл».

Ничто беды с трагедией не предвещало,

Пока с дивана резко ты не встал во весь свой рост.

Тебя шатнуло вбок, а в брюхе заурчало,

Ты ощутил позыв, по коже пробежал мороз.

Собрал последнюю в кулак ты силу воли,

И сквозь туман в глазах бежишь в клозет.

Вверх к горлу подступает пинта алкоголя,

И норовит испортить вечер и фуршет.

Свободная кабина, настежь, как спасенье!

Тебе маячит «белый друг» издалека.

Ты в мыслях предвкушаешь облегченье,

И внутрь почти вбежал, как вдруг рука

Тебя одёрнула, и с силой развернула.

Ты выпучил глаза, но ничего сказать не смог…

На «трон» сажая, в грудь тебя она толкнула

Войдя, дверь заперла, сломав щеколдочку-замок.

Ногами обвила, руками обнимала крепко,

Необратимый спровоцировав процесс.

От поцелуя ты одёрнулся и метко

Ей оформляешь в декольте компресс.

Струя с напором шла, как из брандспойта,

Она спастись пыталась бегством, только вот, увы…

Поставил точку ты решающим аккордом,

Её обдав ещё и со спины.

Тебе, после содеянного, резко полегчало,

Ты б смог сейчас, а ей уже не до чего,

И дверь открыл, стоишь. Униженная прошептала:

«Вернись и принеси моё пальто»…

Эпилог

Поджопник мощный заставляет брата сдаться,

Когда к нему с допросом ты пришёл,

Недолго он отнекивался, и не признавался.

Но раскололся, что он напорол:

Бармен ему был друг, и как в Египте,

В кальян за доллар, падла, подмешал

Отраву-снадобье: «Не жалко, покури́те!»

Убив попробовавших враз и наповал.

***

Ночь

Варькалось… шутка! Было сильно позже.

Ты заступил по графику на смену в ночь.

Ты – бармен, мастер смесей, спиртовых амброзий –

Умеешь в совершенстве ты толочь

К коктейлям лёд, и резать фрукты. Знаешь

Когда, куда, в какой пропорции добавить сок.

Безукоризненно, как профи видишь, понимаешь,

Кому, какой напиток лучше подойдёт.

А заведение, в котором ты трудился,

Престижным числилось, почти что класса люкс.

Три этажа: на верхнем – бар расположился,

На первом – раздевалка, жральня. И досуг

Ходили проводить богатенькие гости.

На минус первом, цокольном – дискач

Латинских танцев. Приглашались звёзды

Устраивать забористый и темпово́й дергач.

***

По центру сервис-бар: вас в смене трое,

Вы оборону держите по кругу и со всех сторон.

Коллеги вы: на пиве Малыш-Рокки,

Ты – коктейльмейстер и Гиппогрифон.

Но о друзьях твоих попозже вспомню,

В сюжете и до них дойдёт черёд.

К тебе от гардероба марширует томно

Мужчина. Сев на стул, вдруг бутерброд

Он из-за пазухи достал и молвил:

«Налей-ка, православный, водки мне!

Тебе полшаурмы за это уготовил!

Я потерял, намедни, портмоне»…

Ты объяснить пытаешься культурно,

Что в этом заведении по бартеру никак.

А он, насупился, побагровел, прищурясь.

И, соскочив, уходит и кричит: «Бардак!»

Его охранники у входа нежно «принимают»,

И волевым движеньем куртку выдают.

На улицу поспешно и под руки выставляют,

И на три буквы громогласно от порога шлют.

***

Но не прошло и добрых десяти минут,

Как новый персонаж заходит в гости.

Всем своим видом демонстрируя: «Я крут!

Под стать, мне ровня только кинозвёзды!»

Он деловито на столешницу опёрся,

От края в край глазами бар обвёл,

И, подозвав тебя к себе, он тоном борзым,

С небес заказ озвучить снизошёл:

«Салют, пацан, я только что из-за границы,

И в разных странах дегустировал абсент,

Цель – сравнивать и смаковать, а не напиться,

Я – уважаемый и знатный рецензент!»

Ты сам – не промах, тоже проверяешь,

Каков на прочность сей наглец:

И классику «Зелёной Феи» наливаешь,

Сквозь рафинад, и через ложки изразец.

«Не удивил!» – он, выпив, выпалил надменно,

Но, тут же, сморщившись, скорее закурил.

А ногу на ногу закинув вожделенно,

Сказал: «Давай другой!». Ты – приступил

Готовить методом «с огнём» по-Чешски,

И кубик сахара умело враз поджёг.

Но, потушив и размешав, опять усмешку:

«Не удивил!» – тебе вновь, выпив, выдаёт знаток.

Как на экзамене, ты шоты те чеканишь:

«С сиропом» (русский метод), а потом «Со льдом»,

«Барменский» после, «С колой», «Два стакана»,

Но этот изверг вновь – не удивлён.

Ты на минуту отошёл – за полотенцем,

А возвратившись, видишь: рецензент

Уже спустился к гардеробу и на месте

Боксирует, а угол стенки – оппонент.

Закончился «Бой с Тенью» быстро,

Смеясь, охранник твоего сигнала ждал.

И, убедившись о транзакции по Visa,

Его он, как и первого, взашей прогнал.

***

Ты с облегчением вздохнул – прошло полсмены,

Но про вторую фазу «Ночи» ты пока не знал…

«Ужаленные» примелькались бизнесмены,

Одна особа миловидная зашла в твой зал.

Она стеснительна, юна, свежа, прелестна,

Как будто паспорт получила лишь вчера.

И комплименты от тебя текли, как песня,

Как полноводная, прозрачная река.

Она в коктейлях с лаской тонет, им – нет счёта,

Но от беседы отрывает вас её нужда.

И говорит она: «Сейчас приду… припудрю только носик»…

А провожать пошёл её Гиппогрифон – беда…

Он под руку её ведёт скорей, трясётся,

От вожделения едва не капает с губы слюна.

От опьянения она молчит, не шелохнётся,

Заветная табличка на двери: «WC», видна.

Навстречу им, на счастье, шёл директор клуба,

И похотливого скота перехватил.

И о последствиях бесша́башного блуда,

Гиппогрифону он толково объяснил:

«Нас не закроют, нас всех – закопают!

Ты знаешь, кто она? И я вот – нет!

Часочек потерпи уж как-нибудь, уже светает…

На дискотеку сходишь – будешь там согрет»…

***

Окончен ваш «дозор». Снимаешь фартук,

Гиппогрифон с собой вас всех зовёт.

И по бокалу пенного вы пропускаете для старта,

Но тут же по второму, прогоняя ночи гнёт.

Спустились. Пляс ещё в разгаре:

Ламбаду кружат, Румбу, Ча-ча-ча,

И от сигар кубинских все вокруг в угаре

Сильней по по́лу каблуками топоча.

От восьмибитной музыки хотелось удавиться

И «накидаться» – в этом вам поможет бар.

Под потолком зеркальный шар от лазеров искрится.

Забились в угол вы сыграть в бильярд.

Гиппогрифон и Малыш-Рокки разыграли,

Ты на диван присел, и жадно пьёшь.

Мулатки жопами надутыми виляют,

Не отдохнёшь тут, а быстрее в транс впадёшь!

К твоим друзьям подходят два мучачо,

И что-то объяснить пытаются они.

Языковой барьер – какая незадача…

И кто-то что-то вновь не поделил:

Лицо нахмурил мучо и повысил тон,

Гиппогрифон кий плавно отставляет,

Но тот толкнул ладонью игрока в лицо,

За этим хамством Малыш-Рокки наблюдает*.

*Всю свою жизнь делил он на два цвета:

На «чёрное» и «белое» – оттенков нет.

Людей: на «свой» «чужой», обычных также нету,

Он быстро «разрулил» тот инцидент:

Хук слева… справа… и враги «готовы»,

И, как назло, на пересменок погасили свет и фон,

Под ультрафиолетом, сквозь туман лиловый,

На вас рой белых глаз прицелом наведён.

Пошла лавина злобным стадом зомби,

Как стая разъярённых гамадрил.

По коридору тёмному бежите вы, по катакомбам,

Животный страх всех разом отрезвил.

Вы ищете спасение за крепкой дверью,

В подсобку к прачечной которая вела,

Вы руки к вам просунутые бьёте жердью,

Захлопнули! Хвала Богам! За ней толпа

Стучалась, но не получив расправы,

Устроила всему и вся вокруг погром.

Додумался охранник вовремя задёрнуть ставни,

Сам клуб покинул, повернув в замке ключом.

***

Пока ОМОНа Пазик к вам спешил со свистом,

На помощь после вызова дежурного: «Че-Пэ!»,

Ты возле ХодаЧёрного друзей окликнул свистом.

Примкнули вы на улице к собравшейся толпе.

Вот из консервной, душной банки на колёсах,

Уж бравый, смелый выпрыгнул отряд.

Их предводитель – дядюшка Серёжа,

Шёл первым, взглядом испускал разряд.

Бывают люди с виду крепкие, с закалкой,

На вид бывают также сильными они.

Но тех – внутри, сейчас вам даже стало жалко,

Казалось, что Сергей их шёл убить.

Его лишь прикрывают, сам он – в авангарде,

Врываясь в клуб, как в стадо хищный лев,

Срывает с корнем он металло- тот искатель,

И им размахивая, сразу шестерых задел…

Притихли тут же, смолкли бандерлоги…

И оформленья начиналась канитель,

Вокруг слышны вздыханья, монологи и упрёки…

Ночь – кончилась, а впереди – ещё весь день.

***

Братство Броска и Башня Кольца

Борьбой вы в секции спортивной занимались,

Через бедро, с руки бросать людей учили вас.

Физически усердно ежедневно разминались,

Узлы вязали из себеподобных масс.

***

Вас после тренировки главный Маг собрал,

Наставником вам был – отцом-борцухой.

Построил в ряд всех, бегло сосчитал,

И громогласно объявил, почёсывая ухо:

«Сейчас сюда придёт Верховный Эльф,

Ну, то есть – сам директор секции спортивной»… –

И не успел сказать, как за спиной открылась дверь,

И тот продефилировал на центр зала чинно.

Всем огласил: «Поедете вы в регион на сборы,

В турнире областном покажете себя,

И поучаствуете вы в спортивном троеборье,

Команду вашу нарекаю я: Братство Броска!»

***

Как в книжке Толкиена вы – герои-персонажи:

Средь вас есть группа Гномов – танки, старшаки.

И Эльфы-лучники, из группы средней, эпатажной,

А вы – ДДшники, борцы, покамест малыши.

Автобус рейсовый причалил в срок по расписанью,

Вам выгружают вещи, после выгружают вас.

И заселяют в бывше-школьное, обшарпанное здание,

По номерам советским каждого и в каждый класс.

Конечно, не «Пять Звёзд» – спартанские условья,

Вот не Хургада прям, кто ездил – тот поймёт.

Не Шарм-эль-Ше йх, не Средиземноморье –

Но местности для сельской – подойдёт.

***

Наставник ваш по части воспитанья,

Был тот еще, по сути, Тролль и хулиган:

Он спорил на обеды, выполнял заданья

На турнике. Врагов он объедал,

Чем создавал избыточное напряженье,

Что ауру и так переполняло без того…

Межобластные разжигало настроенья,

И озлоблял сильней ваших сопернико́в.

***

Три дня прошли в строжайшем распорядке:

Подъём, пожрали, высрали, пошли друг друга бить,

Мытьё, обед, а после снова схватки,

Отбой, мытьё, по койкам. Что за жизнь?

Мозги качков и мышцы требуют разрядки,

У старшаков тестостерон в крови кипит.

И жопа с разумом сейчас не в дружбе, а в разладке,

На авантюру тянет, и сбежать велит.

Охрана хлипкая – один лишь сторож в будке,

Ну а забором тот забор не назовёшь.

На первом этаже на окнах есть решётки – гнуты,

А двери корпуса булавкой отопрёшь.

И началось в ночь ваше приключенье,

На дискотеку местную помчались вы.

Подвластны мимолётному влеченью,

Запретные плоды (известно нам) вкусны.

Пивко, знакомства с девочками, танцы,

Что местных Орков очень, что уж, прям неимоверно злит.

Для местных вы – захватчики, вы – чужестранцы!

Чего тут думать? Драке непременно быть!

До отвращения сценарий дальше прост:

Кто-то кого-то зацепляет локтем в вальсе,

«Мычанье», «быкование», вагон угроз,

И «выйти» приглашение, озвученное басом…

Ну а для вас это хорошая разминка,

«В бою реальном только закалялась сталь!» ©

Вы со своим умением, в неравном поединке,

Одолеваете противников на их печаль…

***

Маг был совсем мужик не глупый:

На всякий случай (в это время) сделал он ночной обход.

По коридорам свист стоит, а в койках пусто,

Он, не сдержавшись, вслух сказал: «О-оу!»

Разбужен Тролль. Бегут скорей на помощь,

Но успевают, к страху своему, лишь на финал,

И поздно: у кого-то нос и палец сломан,

А кто ничком лежит, сражённый наповал.

Маг крикнул лишь своим: «Глупцы! Бегите!

С подмогой Орки – нас растопчут враз!

Вы мебелью дверь в корпус завалите,

И поднимайтесь вверх!» – дал Троллю он наказ. –

«Фонарные столбы подсолнечным залейте маслом,

Поставьте чайники – готовьте кипяток!

И окна бронируйте и используйте матрасы,

На каждой швабре заточите черенок!

А я приду на пятый час, с рассветом,

И с подкрепленьем, только продержись!» –

И пятками сверкали, как на эстафете.

Пути друзей на этом месте разошлись.

***

На КПП Тролль к сторожу ворвался,

Сказав ему: «Жить хочешь? Уходи!»

Вбежал последним в корпус, еле отдышался,

С губ сорвалось: «О, Гендальф! Помоги!»

Слились на горизонте факелы в пятно из лавы,

От марширующего топота дрожит земля.

То Орки с Гоблинами к Башне подступали,

Уж долетали злые крики: «Вам хана!»

Морозом пробежал по коже липкий ужас,

А после, с по́том, выгнал и последний хмель.

Увидел бы такой сюжет Джордж Лукас,

От пяток до макушки б ох…поседел.

Как нож горячий входит в сливочное масло,

Так нападающих орда прошла забор.

Но на решётках первых этажей атака временно увязла,

Кольцом весь корпус-Башня окружён.

Посыпалось стекло разбитых нижних окон,

Тролль, мельком выглянув, скомандовал: «Пора!»

И полетела с верхних этажей вся ветошь, стульев ворох,

И приправлялось это порцией из кипятка.

Отбита первая волна осады гоблинов и орков,

Но факелы забросили те в окна на паркет.

И оголённые заполыхали двери, створки,

Заполнен дымом весь школьный буфет.

Центральный вход стал камнем преткновения,

Завален партами и стульями что был до потолка.

Атак тех битый час шло отражение,

На счастье защищавшихся – стало светать…

На площадь въехала пожарная машина,

И осаждающих всех обдала водой.

А вслед ОМОН пустил дубинки из резины,

Последних усмирив, расставил свой кордон.

ЭПИЛОГ

По факту происшествия прокуратура

Проверку всех и вся произвела.

Ждала вас отстраненья процедура,

И дисквалификация. Вот так.

***

Евровидение

Во всём всегда виновна дискотека!

И камнем преткновения становится она,

В моих рассказах только раз уже, наверно, третий,

Из-за неё творится разная «возня».

***

В году произошло всё это в дальнем, прошлом,

Когда на Евровиденьи победу одержал Билан.

Одно событие случилось с результатом пошлым:

Тебя на дискотеку в клуб позвал друган.

***

Уверенно заходите вы в заведенье,

И сразу заполняете собой танцпол.

С иголочки наряжены вы – загляденье!

И отжигаете под Твист и Рок-н-ролл.

Ты – младший лейтенант, а друг – гражданский,

Повыше ростом – ты, а он – слегка стройней.

Вы в перерывах заправляетесь шампанским,

С надеждой подцепить себе на ночь трофей.

Вокруг – бедлам: бар с лихом переполнен,

Снуют Ашоты, льются шоты, шум и гам…

«Вас угостить?» – себе твой друг позволил

Задать вопрос одной из одиноких дам.

Она – не против и флиртует, шуры-муры,

Твой друг с ней даже станцевал медляк.

Вот-вот и стая подлетит амуров,

И стрел запустит этак четвертак.

Ей не нужны стихи, сойдут и анекдоты,

И пополнялся чтобы вовремя фужер.

И друг твой, посчитав свои банкноты,

Решил, что прогуляться вам пора, как кавалер.

Предлог пойти домой – прекрасный:

Конечно ж Евровиденье смотреть!

Вы спешно покидаете вертеп ужасный,

Успев, при этом, сильно захмелеть.

Тебе, увы, подруги не досталось,

Унылый вот плетёшься попятам.

И наблюдал ты, как ребята обнимались,

Хоть заводи ванильный Instagram.

Проблема ещё в том, что вы идёте

К тебе домой, не в хостел, не в отель!

И чувствуешь себя сейчас ты идиотом,

А друга проклинаешь: «У-у-у… кобель!»

Ввалились вы, шатаясь, в хату,

Три ваши жопы нежно приютил диван.

Ныряете в сервант за крепкой вы «добавкой»,

И в плоский пялитесь ТВ-экран.

Закончилось России выступленье,

Решил ты «испариться», не мешать.

Встаёшь, глядишь: ну а твой друг в забвении,

Сопит, готов уже слюну пускать.

Слабак! Он перебрал и отключился,

И приглашённую оставил без тепла.

Твой пылкий взгляд на ней остановился,

Она сама к тебе в объятья подалась.

Квартира, к сожалению – однушка,

И вам уединиться в ней, увы, никак.

А в туалете – пахнет, в ванной – душно,

Балкона – нет… Финальный вариант:

Да! Кухня! Место встреч, застолий

И пьяных разговоров, перекуров, тайн.

Что только не творится там – раздолье,

Хвала – нем кухонный комбайн!

Столешницу вы вмиг облюбовали,

Но оказалась слишком узкая она,

И со стола вы наспех всё убрали,

Одежду скинули – пошла жара!

Клип в памяти назло мелькает мутный,

Мотивчик «вирусный» засел в башку – «Believe».

Ассоциации сыграют скоро злую шутку,

Ты наспех вскрыл контрацептив.

А светотень упала так, что её копчик

Бородку Димы стал напоминать,

И губы под интимной стрижкой «ёжик»,

Едва не стали петь. Ты стал дышать

Всё чаще, жадно, ведь либидо

Твоё с запалом стало резко иссякать.

Такой картинке кинул мозг обиду –

Ты не готов Димону микрофоном стать.

И чтоб конфузу не случиться,

И не успел повиснуть твой «дружок»,

Ты просишь её на спину ложиться,

Ну, или на «крайняк», на правый бок.

Мундира честь не опозорив,

Испарину стираешь ты со лба.

Она – довольна, улыбается и молвит:

«Спасибо за просмотр, мне – пора»…

ЭПИЛОГ

Но больше ты её так и не встретил…

Друг утром спрашивал: «А где она?»

Ему ты сухо, с безразличием ответил:

«Как только ты уснул – она ушла»…

***

JAM-Shoot

Мои друзья открыть решили малый бизнес,

Для полученья выгоды, и чтобы хорошо жило́сь,

Чтоб был достаток, и не угрожал проклятый кризис,

Жену, детей, там, прокормить и крепче чтоб спалось.

***

Законы рынка и просты́ и, в то же время, сло́жны:

Спрос – переменчив, и досадно не стабилен курс.

Пути развития и направленья – всевозможны,

А в конкурентах и китаец и индус!

***

Открыть сначала оружейную хотели,

Но первой же преградой встал закон.

Затем подумали об алкомаркете, но геморр:

Акцизов нужно с одобреньями мильён.

Кальянная – и проще и дешевле!

Но тут, назло, локдаун помешал…

И решено – открыть бутик с вареньем,

Чтоб к пищевым товар принадлежал.

Нашли район удобный с помещением,

Договорились об аренде и цене,

Нашли поставщиков, что родом из Армении,

Зарегистрировали новенький ИП.

***

Идёт вовсю ремонт и прочие работы,

И до открытия, с такими темпами – семь дней.

Всё хорошо, но маленькая есть забота:

Названье лавки в ум не лезет, хоть убей!

Отделка уж подходит к завершенью,

А вывеска, что украшала б собой вход

Не выбрана. И сотни предложений,

Друзья прослушав, «забивают» на неё…

***

Без устали ночами продолжал трудиться

Работник, что из Средней Азии корнями был.

Всё в срок идёт! Зачем он торопился?

Конфуз трагичный он в секунду учудил:

Решил он не прикручивать карниз к бетону,

С гвоздями пневматический для быстроты взял пистолет.

Но неустойчивая лестница разъехалась с поддоном,

Упал на пол… звук выстрела… (пиз-)…кон-ец…

***

Друзья вошли с утра, открыли настежь двери,

А на полу (с гвоздём во лбу) лежит почти что свежий труп…

Недолго горевали о потере,

Звонят «Сто Два», чего уж тут…

Приехал дознаватель из мусарни,

Расспрашивал подолгу всех и хмурил лоб,

В итоге время наступает опознания.

По куртке потерпевшего сотрудник аккуратно бьёт.

Достал он паспорт из его нагрудного кармана,

В строке (где перевод) написано: Джамшут.

Фиксирует и, быстро начеркав маляву,

Мент испаряется. Приезда санитаров ждут…

Друзья хитро переглянулись и смекнули,

Воспользовавшись сатиричной игрой слов (стоят и ржут),

Но понимая со стыдом, что это чёрный юмор,

То заведение назвали так: «JAM-Shoot».

Кот

Их служба и опасна и трудна!

Кто скажет: «Нет!» – в того я лично первым брошу камень!

Оперативники корпят по штабам допоздна…

Стоит контора близ границы на заставе.

***

Творилось действо где-то на Востоке Дальнем,

Столицу не видать отсюда, хоть на вышку лезь!

Но поутру приходит рапорт из Москвы – скандальный:

«Мол, «оборотня» вычислили, есть эксцесс!

Гребёт лопатой и по-крупному играет,

В делах коррупционных с ним замешан инагент.

Туда-сюда, не делится, фамилия такая…

Исправить быстро нужно грязный инцидент!

Проблема есть: нет чётких доказательств!

С поличным, в общем, надо брать его.

Возьмёте – и представим вас к награде,

И благодарность вручим и медаль ещё*».

*но это не точно. Дата. Подпись.

***

И час настал бумажной волокиты,

Пороги кабинетов обиваются под ноль!

Все справки навели: про адрес, про кредиты,

С кем в баню ходит, и в кого влюблён.

***

Два дня ушло на сборы опергруппы.

Неделю слежка у подъезда день и ночь велась,

Со всех сторон: с балконов, окон и из клумбы,

И на прослушку всю установили связь.

Манёвр финальный нужно б завершить:

Проникнуть в «хату», камеры расставить,

И максимально быстро это нужно смастерить,

Обратно может тот невовремя нагрянуть.

И главное: не повредить дверной замо́к,

Ковёр или паркет следами не испачкать,

И с подоконника не сбить с цветком горшок,

Ни шкаф, ни стул нельзя нигде царапать.

***

Настал «день икс» – клиент «отчалил»,

В машину прыгнув, резво укатил.

Бахилы ваш отряд быстрей напялил,

И к лифту всей бригадой поспешил.

В подъезде, как назло, консьержка,

А у подъезда мирно бабушки сидят,

«А вы к кому?» – спросили те нездешних.

«В сто тридцать пятую!» – в ответ им говорят.

Случайный номер наобум был дерзко назван,

Он предпоследним в списке по подъезду был:

«По вызову идём в прихожей стены красить,

И кабель интернета скоростного проводить!»

«Вам на последний...» – скрылась та в коморке душной.

Вы поднимаетесь на названный этаж,

Пешком спускаетесь по лестнице на нужный,

Испытывая нервный, раздражающий мандраж.

Минутный перекур перед осадой главной,

За это время считаны щеколды тип и тип замка́.

Специалист обходится отмычкой – не кувалдой,

Щелчок, нажим, и вот уже открыта та.

Все озираются, на цыпочках заходят,

А в комнате на форточке улёгся кот:

Проснулся и, зевнув, глазами тех обводит,

Но не узнав, от страха, сиганул в окно, в полёт.

Руководитель группы подбежал к балкону...

А толку? Снизу слышен бабок визг...

Втроём срываются и мчатся вниз драконом...

Быть срыву операции, есть риск!

«Пакуют» бабок и консьержку в «Соболь»,

А вместе с ними и пакет с останками кота.

Руководитель прыгнул в личный «Опель»,

По рации сказали: «Сделка в пять утра!»

Он, нарушая, мчит по зоомагазинам,

Подмену ищет зверю, чтобы совпадала шерсть, размер, окрас,

Без очереди лезет, всем показывая «ксиву»,

Но в рознице нет нужного кота сейчас.

Последняя надежда на «АВИТО»,

Хвала тому, кто создал интернет!

Вот вкладка в браузере нужная открыта,

Звонок, гудки, и, наконец, ответ:

«Да... есть... но экземпляр последний,

Поэтому так дорого, уж извини...

И образец породы очень редкой»...

Озвучено: «Нет дела до цены!»

Кидая полную оплату ей на карту «СБЕРа»,

Акселератор нажимает «опер» в пол!

Мечтая завершить подменную аферу,

Быстрей стремится в названный район.

Животное схватив небрежно и под мышку,

Обратно «пулей» тот на место прилетел,

Вбежав в квартиру, схлопотал одышку...

Глядь на часы: до сделки час... Успел!

***

Подозреваемый приехал точно к сроку,

Но изменениям значения не придаёт:

Ну да – слегка замяты на окошке шторы,

И всю квартиру вновь обнюхивает кот.

Из миски – не поел, лоток – не по́лон,

И как-то странно он себя ведёт:

У двери не встречал, не узнаёт и голос,

На руки по привычке не идёт.

Но мысль о прибыли от зверя отвлекает:

Какая разница сейчас, чего там хочет кот?

Ну может приболел – с кем не бывает?

И аферист быстрее мыться в душ идёт.

***

А в это время, у подъезда опергруппа,

Внутри машины «пялилась» в экран.

Консьержке с бабками заклеили глаза и губы,

Связав их по рукам и по ногам.

Чтоб те не ныли и от дел не отвлекали,

Беседу нужную им внятно провели:

«К утру отпустим!» – честно обещали. –

«Не разглашать! Вот документы – подпиши!»

***

Прорезав фарами рассветную окру́гу,

К подъезду подъезжает «Мерседес».

Выходит важно из него пижон-хитрюга,

И чемодан с собой несёт наперевес.

Все начеку и рьяно ждут отмашки,

Глазами уж просверлен монитор.

Подъезд тот открывает нараспашку,

И в лифт нырнул. Команда: «GO-GO-GO!»

Заходит в гости наш второй участник,

Хозяин вежливо его ведёт за стол.

И дипломат с деньгами вынут без боязни,

Но в масках, следом в комнату отряд зашёл...

***

ЭПИЛОГ

В наручниках ту пару уводили быстро,

Руководитель задержался у дверей.

Поразмышляв, с ухмылкой эгоиста:

Кота поймал – забрал домой к себе.

***