Для Души!

Для Души!!!

Кони

Небо голубое,

А по небу – птицы

И над полем боя

Воронье кружится.

Над кровавой бойней

Рыщут жадным оком,

А по полю кони

Бродят одиноко

Молодой – игривый

Конь стучит копытом,

Наклонился гривой

Над дружком убитым;

Для дружка родного

Отгремело время –

По бокам гнедого

Бьет пустое стремя.

Не стучи подкова,

Не звени уздечка…

С мертвых слов ни слова

И ни пол-словечка,

Только ветер стонет

Над травою красной…

Как же нынче кони

С миром не согласны.

Не хотят не верят…

Не вникает разум,

Что пришла потеря

Навсегда и сразу

Вздрагивают кожей,

Стынут в ожиданье…

Тишину тревожит

Жалобное ржанье.

Лишь вчера делили

Хлеб и соль по братски…

Были вы при силе,

Были вы при ласке,

Никуда не деться

От такой поклажи –

Порванное сердце

Заново не свяжешь

Небо голубое,

А по небу – птицы

То над полем боя

Воронье кружится.

Ждут свою добычу,

А по полю – кони

Безнадежно тычут

В мертвые ладони.

Материнская

Непроглядной ночкой света не видать.

Над своим сыночком засиделась мать.

И слегка устало - с шерстяным платком

- Сыну напевала тихо о своем.

"Спи, закрыв ресницы, с чистою душой....

Пусть тебе приснится будто ты большой.

Будто вырос в папу мой смешной малыш,

- С табуретки на пол больше не слетишь...

Тихо мать просила, теребя платок:

"Дай тебе Бог силы все стерпеть сынок.

И однажды встретить на своем пути

Самую на свете.....лучше не найти...

Будут кудри виться кольцами, как дым...

Пусть тебе приснится, будто ты любим,

А она такая, что нежней, чем мать,

Ты ее руками будешь обнимать...."

Годы пролетели, как от ветра тень.

Отмели метели - отцвела сирень.

Уповай на милость: так уж повелось...

Все переменилось - да не все сбылось

Осенью под вечер легкие, как сны,

Падают на плечи пятна желтизны.

Под седой рябиной - ей самой под стать –

У могилы сына засиделась мать.

Не тревожит осень, не шумит трава.....

Ветер вдаль уносит тихие слова:

"Спи сынок, как птица сбитая стрелой...

Пусть тебе приснится будто ты живой.

Будто все мы вместе за одним столом

И простые песни о любви поем,

Будто нам вернули над судьбою власть,

Будто эта пуля мимо пронеслась....

Будто все, как надо сделала судьба,

Что с тобою рядом дети и жена.

Спи закрыв ресницы, милый мой родной....

Пусть тебе присниться, будто ты живой."

Молитва

Господи, дай мне спокойствия встретить

С миром все то, что творится на свете.

В неудержимом скольженьи страстей

Воле всецело предаться Твоей.

Не оставляй без поддержки меня

В каждой заботе каждого дня.

Господи, чтоб ни случилось порой

Все, что по воле твоей, мне открой,

Чтобы принять всю судьбу на себя

С чистой душою и верой в Тебя.

В душу и разум, в сердце и кровь

Дай мне Твою внеземную любовь.

Мне неразумному дай разуменья

Ближних своих не вводить в искушенье.

Делом и словом не вводить в искушенье.

Делом и словом людей не смущать

И научи их обиды прощать.

Твердой рукою своею веди

Нас ко всему, что у нас впереди.

Господи, день мой грядущий овей

Светом надежды и верой своей.

Беды и горести стойко нести,

Если же что не осилю – прости.

Дай не забыть мне, что я человек

И сохрани мою душу вовек.

Офицер закона Васин

Был с начальством не согласен.

Офицер закона Васин –

Он в опале, он в запасе.

Никому не нужен в мире,

И уже шестую ночку

В однокомнатной квартире

Пьет запоем в одиночку.

А недавно полным ростом

Шел на «крестных» и на пестрых»,

Как босой по бритве острой,

Под прицельным, перекрестным,

Не ища себе корыта –

Напрямую как на танке.

Безо всяких «Шито – крыто»

И другой какой подлянки.

Офицер закона Васин

Не трепал парадных басен,

Шел по правде, как по трассе,

Потому и стал опасен.

Одинокий воин в поле.

Не со страху, не упреке.

С горькой воли – поневоле

Воет волком одиноким.

Дождь

Дождь идет напролет…

Дождь идет и капает

В огород и народ

Водяными лапами

Я лежу – не гляжу,

Тишину я слушаю.

Не тужу, не сужу,

Просто грею душу я.

Ну и что с того,

Что будет грязь?

А ты не лазь.

За окном днем

Сумерки потухшие

И давно стало дном

То, что было сушею.

Я – на дне и на мне,

Словно в невесомости:

Ни камней, ни ремней,

Ни укоров совести.

Жизни плот нас несет,

Но порой случается:

Не везет да и все….

Ну не получается!

Все подряд косит град –

Ледяное крошево…

Подождем – впереди

Будет и хорошее.

Призывник

Нынче я гуляю

Со своей родней.

Девок забавляю

Разной болтовней.

Завтра зашагаю

Стриженный под «ноль»,

Скоро я узнаю,

Что такое боль.

Сторона родная –

Золотая зветь,

Скоро я узнаю,

Что такое смерть.

Мне сказали «годен»…

Годен – и пошел

Постоять за Родину

Телом и душой…

Если зло приходит,

Нечего пенять.

Мне сказали «годен»

На себя принять.

Но пока гуляю

Шорох навожу…

Песни распеваю,

Вовсе не тужу.

А судьба лихая –

Ей не прекословь,

Скоро я узнаю,

Что такое кровь.

Скоро будет туго…

Боже упаси! –

Над убитым другом

В голос голосить..

Но еще гуляю.

Как не погулять?..

Крепко обнимаю

Ту, что будет ждать.

Песню доиграю,

Танец допляшу…

Скоро я узнаю,

Чем же я дышу.

Скоро зашагаю

Буду я солдат,

Скоро я узнаю,

Что такое ад.

Миром правит унитаз,

Дни за днями лопаем,

Каждый миг и каждый час

На него работаем.

Нет величия ничуть

В нашем назначении:

Съели, сели, смыли – в путь,

Дальше по течению.

Сытость – главный наш экстаз.

Лишь бы только вкусно.

Миром правит унитаз

Это очень грустно.

Секунды, дни, года, века

Неколебимые идут,

А люди смотрят в облака и ждут:

Что ныне, что сейчас, что вот…

Им кто-то небо отопрет,

Спасая от вселенской суши,

И дождь стремительный прольет

На их измученные души.

Вся жизнь проходит в ожиданье,

В мечте о щедром подаянье…

А под ногами – рядом, здесь,

Под толщей каменной руды,

Объятый вечным мраком, есть

Родник живительной воды

В оковах каменных он ждет,

Что кто-нибудь его найдет.

Что кто-то все – таки решится:

Прорубит толщу вековую,

Труда и мук не устрашится

И воду выпустит живую.

Он жажду счастья утолит

И душу лаской напоит…

Зачем же ждать за днями дни

Того, что с неба упадет?

Ты только руку протяни

Работай, радуйся – живи!

На пригорке вишня расцветала пышно.

Как поили вишню: дождик и роса.

Солнце с гладей вышней

Согревало вишню,

И тянулась вишня к солнцу в небеса.

Ей капели пели, ей ветра шумели,

Ей земные соки наполняли кровь…

На вишневом теле ягодки созрели,

Смуглые и терпкие, как сама любовь.

Думала – обрадую я кого-то ягодой.

Думала – я путника соком напою…

Но на землю ягоды просто так попадали,

В пыль – дорожку вылили теплоту свою.

Загрустило деревце – дереву не верится,

Что оно забыто, брошено давно…

Нынче в кроне деревца только ворон селится,

От своей ненужности высохло оно.

В зеленом плену глухомани лесной

Холодные ландыши пахли «весной»

Холодные ландыши – капли огня,

Их запах и нынче тревожит меня.

С подвалов души, с потаенных глубин

Я их достаю и владею один.

Частицы бесценных сокровищ моих!

Я ими любуюсь, пьянею от них.

Глаза закрываю и…сладкая дрожь!

Ты словно живая навстречу идешь.

Сияет знакомой улыбкой рассвет,

В руке красивый весенний букет.

Высокое небо, полуденный зной…

Холодные ландыши пахнут «весной».

Ветер в замерзшие окна стучит.

В небе луны золотая повозка.

Пляшет цыганочку пламя свечи

На пьедестале из белого воска.

Время подходит – уж поднят бокал:

Светлое – вспомним, плохое – забудем.

Выпьем за то, что мы живы пока,

Выпьем за то, что мы были и будем.

Ведать не ведаю – что суждено

Нам обрести в испытаниях грядущих,

Выпьем за ветер, стучащий в окно,

Выпьем за Веру навстречу идущих.

Что нам печалится? – Только б успеть

Дело доделать да песню допеть.

Все таки вовремя мы родились

Выпьем за эту хорошую мысль.

Как за синей речкой

Ворон прокричал,

А мое сердечко

Тронула печаль…

Незачем печали

Поселятся в нем.

Стали мы свечами

Под одним огнем.

Как по небу тучи

Черным табуном…

Чей-то вой тягучий

Под моим окном..

Но наступит вечер,

И опять вдвоем

Мы с тобою – свечи

Под одним огнем.

Как разлуки камень

Тяжело носить,

Только наше пламя

Ей не погасить

Темными ночами

Или ясным днем

Будем мы свечами

Под одним огнем.

Как одна дорога

Ляжет на двоих,

Много их у Бога

Для детей своих.

Мы еще в начале

На пути своем,

Мы цветем свечами

Под одним огнем.

Как стечет ручьями

Снег с крутых вершин,

В церкви повенчают

Наши две души.

Мы с тобою вечно

В кружеве земном

Будем словно свечи

Под одним огнем..

Я без маски – как без каски,

Как нагой.

Я на улицу без маски –

Ни ногой.

А такой, как есть, - за дверью,

На дому…

Потому что я не верю

Никому.

Мой сосед, что слева, с виду –

Тишь да гладь,

А на деле, не в обиду, -

Вор – любитель все таскать.

Он же хитрый, он же ловкий…

Ох матерый же он волк!

И мое белье с веревки

С хитрым видом уволок.

«Мы с тобой одною связкой», -

Говорит.

Но скрывается под маской

Абсолютный паразит.

Ой не верю я ворюге…

Ой, не ври!!

У тебя же Фреди Крюгер

Там внутри.

Ну, а справа две старушки,

Как кроты.

- Кружки, плюшки да подушки,

Да коты…

Днем они бедны, скромны

Дуют чай,

Но зато какие ведьмы по ночам

Шастуют то там, то там.

Я хоть сплю, но я все вижу

И во сне,

Как они отравой брызжут

В дверь ко мне.

Чтоб во сне ко мне явился

Злобный дух

И велел, чтобы я влюбился

В этих двух.

Я включаю телевизор

Чтобы не много отдохнуть

Но не как мне от сюрпризов

Не вздохнуть.

Что ни морда, что ни рожа –

То злодей….

Неужели вырождается

Мир порядочных людей.

А недавно в отраженье

Из трюмо.

Заявило

Мне мое отображенье

Хаешь всех других,

А сам не лучше!!!

Ты была такою нежною,

Ты была такою гибкою…

Я походкою небрежною

С обоятельной улыбкою

Подошел и сразу выложил,

Не люблю я церемонится,

Что хотелось бы поближе мне,

Если можно, познакомиться…

Ты была такою ладушкой,

Увлечение минутное,

И пошла со мною рядышком

В заведение уютное.

Улыбалась мне застенчиво…

Говорила полушепотом….

Не встречал такого птенчика

Я с моим богатым опытом.

Ты была такою скромною,

Но, наверное ты влюбилася

И в мою нору укромную

Прогуляться согласилася.

Танцевали под «Италию»

Пили лакомство элитное….

Я придерживал за талию

Твое тело аппетитное.

Ты была такою лапочкой,

Что отпали все сомнения,

Стало как-то все «до лампочки»

От вулкана вожделения….

Что с того, что ты в смущении?

Я на это ноль внимания.

Просто я хотел общения

И взаимопонимания.

Где ты счастье мое близкое

И минуты обладания?

Оказалась каратисткою

Это хрупкое создание.

С самым черным в мире поясом

И отсутствием гуманности.

Надо было сразу сдаться ей,

Не затягивать сражения…

Я б теперь в реанимации

Не лежал бы без движения.

Вдруг она – совсем не нервная,

Обаятельная, тихая….

Про перестройку

Жил я честно, по-простому:

На ветру не трепыхал.

Вел свои дела по дому

Да на тракторе пахал.

Ни богаче, ни беднее…

При скотине, при жене…

Двух детей имею с нею –

Одного на стороне.

Не катался сыром в масле –

Плавал в твороге лапшей,

Словом, полное согласье

Между телом и душой.

Ни о чем «таком» не ведал,

Никаких «таких» не знал…

Щами с кашею обедал –

Водку пивом запивал.

Где моя былая ясность,

Безмятежное житье?

А всему виною гласность

Да глашатые ее….

Им-то что? – Им все до фени.

Говорю жене: «Марусь,

Если гласность не отменят –

Я, Марусь, с ума свихнусь».

Йоги, инопланетяне,

СПИД и конкурс красоты…

Шиш в кармане, вошь в аркане

Да распятые Христы…

Голодовки в знак протеста,

Забастовки что ни день

В голове такое тесто,

Что сплошной переплетень.

Я старался, я держался.

Я не лез в калашный ряд.

Я, как мог, понять пытался –

Что мне люди говорят?

Над бюджетным дефицитом

Я слезами истекал.

Ел – с дебитом, спал с кредитом,

И в дотации вникал.

Горек мед добытых знаний,

Путь в науку – сложный путь.

От одних ее названий

Можно ноги протянуть.

Изучал: что значит вексель,

Был в маркетинг погружен

И брошюрою «О сексе»

Окончательно сражен.

Вот бы не было печали

Отоваривать талон!

Мне ее в нагрузку дали

К килограмму макарон.

Я прочел без задней мысли,

Скуки ради, просто так…

У меня усы повисли:

Мама мия! Я дурак.

Вот достало так достало!

До печенок и костей…

Вот чего мне не хватало

Среди прочих новостей.

Вот о чем мы знать не знали!

Ну, совсем ни «мэ», ни «бэ».

Вот чего от нас скрывали

МВД и КГБ.

Я обманут…я обкраден…

Я унижен, ноконец!

Я ж не личных выгод ради –

Я сознательный боец.

Если б мне такие вести

Да в весенние года,

Я б не трех детей, а двести

Подарил стране тогда.

Я боялся, что взорвуся –

У меня такая кровь.

Я к жене: «Читай, Маруся,

Про интимную любовь».

Оторвав себя устало

От пеленок и корыт,

Машка книжку прочитала

И заплакала навзрыд.

«Милый Ваня, как же это?

Или я других глупей?...

Что за странные секреты

В этой книге про людей?

Почему от нас скрывали

Эти самые листы?

Почему нам с детства врали

Про тычинки – аисты?

В чем причина? Где резоны?

Что за тайна в сих листах?

Может, нашей обороны

Уязвимые места?

Или тайные заметки

Про промышленный объем?

Или прошлой пятилетки

Засекреченный подъем?

Что ж они творят над нами?

Так их эдак и растак!

Хвалят трезвенность, а сами

Хлещут импортный коньяк.

Я не сдамся, Ваня, слышь-ка?

Я свое не упущу:

Все, что в книжке, даже с лишком –

Наверстаю, возмещу….

Если б малость приодели,

Дали в деле передых…

При моем горячем теле

Да при знаниях таких.

Каплю выпью, крошку клюну,

Вид загадочный придам,

Я ж любую переплюну

Заграничную мадам!»

Я в ответ: «Маруся, Маша…

Чтобы мне не было пути,

Лучше нашей, в смысле: Рашен»

Бабы в мире не найти.

А такой, как ты, не встретить

Ни потом и не сейчас

В Старом Свете, Новом Свете,

На том свете и у нас.

Я теперь живу и славлю

Каждый прожитый мной миг.

Говорю жене: «Ай лав ю…»

А она мне: «Мон ами…»

Я такой во всех влюбленный,

Что не страшно лечь в постель

Хоть с Сабриной, хоть с Мадонной,

Хоть с самой Эммануэль.

Время есть – я волком рыщу

По газетам и томам:

Что ни трону – всюду пища

Для бесстрашного ума.

Восстановлена согласность

Между телом и душой.

Гласность – это не опасно

Это даже хорошо.

Из болотной мели

Вырастет поток

А из грязи земли –

Золотой лепесток,

И из боли и зла

Вновь и вновь, вновь и вновь,

Как из яда бальзам,

Возникает любовь.

Не подвластная разуму

И ударам стихий.

Мы любовью наказаны

За людские грехи.

…Жалкий шепот признания

Над тихоней-рекой.

В мире нет наказания

Слаще муки такой!

Только Вечный покой…

Вкус распахнутых уст.

Горький запах волос.

Счастье вспыхнувших чувств

С плетью жизни сплелось.

Две вечерних души

В чистом, ясном, одном.

Их уже сокрушить

Не дано, не дано…

Время будто песок –

Догони и успей,

А любви волосок

Крепче всяких цепей.

Только он и она,

И весь мир к их ногам:

Им отныне цена,

Как богам. Как богам…