Дисантрофункциональность

Дисантрофункциональность

Ксенолатрия

You'll taste the pain!

I know - you will harvest what you sow.

(Ты почувствуешь боль!

Я знаю - что посеешь, то и пожнешь).

De/vision, "Harvester".

Не выйду из тени - на свету разъедят

Номера телефонов с цифрой "четыре":

Твои псы держат в лапах игольчатый яд,

Вдохновленный безбожной ксенолатрией.

Я собрал свою плоть по крупицам времен,

Но не стал возвращаться к нашей квартире -

Все равно мое сердце ворвавшийся слон

Подчинит небесплатной ксенолатрии.

Каждый день по щекам растворяется плеть -

Завещал славный орден вытянуть спину,

Чтоб в софитах мозгов незаметно, но преть,

Поддаваясь знакомой ксенолатрии.

Я отправил в столицу неведомый груз -

Запах специй окутал спортомашину...

Я хотел пережить, но теперь не вернусь

В океаны щекотной ксенолатрии.

Я устал быть пророком своих же идей,

Устал как медведь, что забился в Сибири -

Солнце жарит пустыню, не жалуя тень:

Так и надо во время ксенолатрии.

А с далеких планет незаметен сигнал -

Расскажи своим клонам, как оно было,

Когда вытащишь в мир сложной формы лингам

С гравировкой "Вечная ксенолатрия"!

Примечание:

Ксенолатрия - поклонение чуждому.

Странная коррида

В питерской квартире кто-то точит ножи,

Будущая жертва собирает цветы.

(Алена Швец, "Первое свидание")

Здравствуй, дорогая супруга барона!

На твоем челе - из кусочков корона:

Собрала картинку не из злата-стекла...

Желаешь ты тела.

Новенький кинжал с декларацией боли

Вскроет мою душу, обойдя пароли -

Так соверши удар! Я не буду кричать...

Надоест просто ждать.

А барон считает, что гоняет шары

Как ему угодно - но до четкой поры...

Ты же его место из нектара займешь -

Остра на запах ложь.

Но сначала - мизерный контент-анализ:

Бык внутри смеется - ни в чем не раскаюсь...

У тебя коллекция прекрасных ножей -

Вонзай их все уже!

А наутро сброшу бронешлем терновый,

И начнем допрос с рассеченьем по новой -

Ты займешься мной: а это, в общем-то, знак...

Что барон наш - не мастак.

В стороны песок

В стороны прячутся суши песчинки,

Совсем не являясь частью барханов -

Бабочки спешно над полем порхали,

Но стали золой приятны тычинки.

В стороны шутки, и песни, и танцы -

Мир без основы не слишком веселый:

Где-то в болотах родные коровы

Ждут на спасение нового шанса.

Бывал тот песок, что в теле строений -

Даже его растворили в кислотах,

Чтобы для химии стали заботы...

Знанье души упирается в стены.

В стороны прячется город песчаный -

Народов обычных старейший приют...

На пустоши свежие сны не растут,

И явь обретает стертые шрамы.

Нападай на меня

Нападай на меня в непокорную ночь,

Когда стонут средь танцев желтые пляжи:

Север чем-то похож - ясен черт, не точь-в-точь,

Но удары меча украсят пейзажи.

Нападай на меня, как онна-бугэйся,

Которая замок от других защитит -

Появился шрам. Что молчишь? Ну-ка, смейся!

Иль не порадовал разбитно́й индивид?

Нападай на меня! Сколько раз прокричать?

Сколько раз поджигать неуфимский шатер?

Твое чучело ждет серебра благодать -

Встань в кольчуге любви, создавая раскол!

Нападай на меня... Я не выставлю блок.

Впереди - кусок боли и буквенный крик...

Свой главный подарок для южанки берег,

Но грядет пустота - к ней, увы, я привык.

Примечание:

Онна-бугэйся - женщина-самурай.

Нас шепот тянет все сдать

Time can never mend

The careless whispers of a good friend...

(Время не сможет стереть

Беспечные перешептывания о милом друге...).

Джордж Майкл ("Wham!"), "Careless whisper".

Сколько раз мы встречались с оконным стеклом,

Ударяясь в рыдание слепо -

Кто-то снизу прокричит: "Ну что, поделом!",

Не желая знать копоть без неба.

Мировые полюса слились в общий чан -

В нем бурлят чудеса увлечений...

Оттуда шепчет в мозг рисованная"тян",

Поглощенная собственной тенью.

Меня не встретит джедай -

За мной бежит Айз Седай,

Чтоб славить красных сестер

Под Николсо́на топор.

А кости брошены вниз:

"Один-один" - вот сюрприз...

Тебе и мне стоит знать -

Нас шепот тянет все сдать.

А будут танцы под запевы на уде,

Когда срублю собой кормящий сук -

Мне непонятно, о чем толкуют люди,

Ударяя в нас металлом из рук.

Беспокоен берег старого Леванта -

Поход крестовый поставлен в график...

Я хотел быть для тебя веселой пандой,

Но за милоту требуют штрафы!

Меня не встретит джедай -

За мной бежит Айз Седай,

Чтоб славить красных сестер

Под Николсо́на топор.

Джордж Майкл нам не споет -

Кот снежный выгонит в лед,

Но есть возможность жить вспять -

Нас шепот тянет все сдать...

Сошла с ума вконец дикая планета -

Запрещает шипеть про глупости...

На восьмизначной Цете нет Интернета,

Но там мы меньше прежней сущности.

Из нас делают убийц

Дети целятся в прохожих - им плюшевый медведь не нужен.

(Группа "Кино" и Евгений Федоров/Объект насмешек, "Любовь к оружию")

Из нас делают убийц по преступным лекалам,

Запуская в тела семя с именем «червь»,

Чтобы он обновил время в детское начало,

Хотя взрослый конец уже чувствует нерв.

Из нас делают убийц, наплевав на каноны –

Хоть бы чувство включили, да с расстановкой,

Чтоб умели отбиться не совсем ржавым ломом…

Но балом вообще-то правит винтовка!

Из нас делают убийц незрелые мужчины

И женщины, которым не дано созреть –

Они записались в трехразмерны ассасины

И думают, что в цифрах – новейшая плеть.

Из нас делают убийц совсем не Интернеты –

Аналоговый способ чуть страшнее тли…

Слушаем особые, новейшие заветы

С оттенками прекрасной, ядерной зари.

Из нас делают убийц словесники с ухмылкой –

Жаждут видеть жидкость, идущую из тел…

А мы столкнулись снова с логической ошибкой!

Нет, иная это трактовка правды стрел.

Из нас делают убийц по глупости всеобщей,

Даруют нам машины с тенью мертвых лиц

И ждут, когда вернутся от нас вонящи мощи…

Ясно дураку – из нас делают убийц.

Не прячь свою тень

Wenn der Mond die Welt berührt,

Wirst du dich an uns verlieren…

(Когда луна коснется мира,

Ты растеряешь cебя в нас).

Blutengel, «Schatten».

Через тернии к мощи светил,

Проклиная разобранный мир,

Ты летишь, забывая – любил

Цвет души закопанный парень.

Поедая тень собственных ног,

Разлагаешь последний урок –

Человек не совсем одинок:

Тень проходит жизнь рядом с нами.

Нет ни света, ни мощи глубин –

Каждый будет когда-то один,

Но в телах спит иной властелин:

«Покажи себя только лучшим!».

Город смолкнет в объятьях путей.

Факел смотрится лишь в темноте,

Но и он тоже ведает тень –

Не в воде, но точно на суше.

Ты не любишь иную себя.

Улетая, при этом грубя,

Ты впитаешь печаль октября…

И она не заменит покой.

Крылья давят, мешая уснуть.

Свет и тень не покинут твой путь.

Может, в этом восточная суть?

Ты поймешь после встречи с собой.

Видится мне остров с выжженной земли...

И рыдают, бедные, и клянут беду

В день какой неведомо, в никаком году...

(Андрей Миронов, "Остров невезения")

Узрите же пейзажи выжженной земли -

Вот она, коллекция новых мертвых зон!

Иногда, конечно, спасает доктор Сон -

Наяву уходят с друзьями корабли.

Процветал когда-то сей кусочек рая -

Теперь весь в порошке под именем "оранж" -

Как же телу хочется выбраться на пляж...

Тело не тоскует - просто умирает.

И семьи разругались, хижины спалив -

Кто - за юг, за север, за центр - да не важно...

Людям нерабочим мир совсем не страшен:

Им покой и грезы - почти что греков миф.

В этом всем не встретить покорного слугу -

Ваш дружок смеется, глядя под стаканы:

Денежек на булки бесконечно мало,

И судьба не клеится в нужную строку.

Иногда в ладонях пульсирует коньяк -

Вот тогда деревья словно юга пальмы...

Очень трудно двигать только вертикально -

Спой мне колыбельную, радостный маньяк!

И бежать бы надо к берегам зеландским -

Не путайте с Европой: там - отдельный порох...

Хочется забыться средь земели новой,

Но она застыла на могиле братской.

Лучше бы в пустыню - там хотя б оазис:

Голос юной девы. Серебро расплавлю,

Чтобы стать пред чудом чудищем бесславным...

Выгнана душа в жестокий криостазис.

Странно, что сегодня, посреди дисфункций,

Видится мне остров вне времен счастливых.

Падаю к нему я - удалились силы

Из раздутых нервов

От пустых поллюций.

Хантер и хунта

Утром начинается охота.

Союз сокрушит лесной массив.

Одиночка, забыв про погоду,

Смертный напевает лейтмотив.

Никто не боится черных пятен,

Насквозь проникающих в мясо.

Штурмуют медведей солдаты,

Зверье называя заразой.

Охотник расчехлил свои луки.

Севок, порей, салатный простой...

Коллектив издает гнева звуки -

Ловушки вызывают простой.

Тихо ждет, обливаясь слезами

Под воздействием едких кислот

Человек, что своими глазами

Наблюдал, как союз не живет.

Не осталось ни пуль, ни железа

У обеих незрелых сторон:

Шансы вылезти целым из леса

У безлучного - ноль в миллион.

"Но меня называет люд Хантер!

А вас - схожим словечком бродяг!".

Человек, вспомнив дикую Спарту,

Превратит лук в токсичности знак.

Ни песка, ни воды

Ни песка, ни воды -

Не выйдет мне кофе сварить,

Не выйдет без жидкости жить -

Заметайте следы.

В пустыне нет снега.

В середине угольных гор

Нашел бы себе приговор

Во тьме человека.

Мой голос не слышен.

Нет ни "МакКофе", ни "Чибо" -

На камне рисую "Чхи ба":

Будет на метр ближе.

Ни воды, ни песка.

Неясен приплод планеты.

Здесь даже не пахнет ветром.

Воздухом бьет доска.

И в белой долине

Рассыплюсь, как штукатурка.

Нет ни кострища, ни турки...

Нет тела в помине.

Примечание:

Чхи ба (тибетский язык) - смерть.

Нерожденная дочь

Никто за тебя не заплатит ни цента,

Да что уж там цента - еврофранкорубля,

Ни дня не знакомая с главной плацентой,

С днем отца не знакомая дочерь моя.

Никто за тебя не поставит в торт свечку -

На сладость нам сахара - все! - не хватает...

Была бы ты крохотным, но человечком!

Иную тропу каждый бог выбирает.

Пока разрываются ядерны бомбы

Да колышется голос крылатых ракет,

Я думаю - что-то исправить, да мог бы,

Но историк отрежет безжалостно: "Нет".

Я в труху совсем скоро сотрусь без щелчков.

Ветер пыль раззадорит, сбивая в углы.

Никто не расскажет: "Был здесь Виктор Усков!".

Будет некогда жить - собирать будут злы.

Твои глазки сжигает винтовки прицел.

В сердце - точный удар, как и в девочкин дом...

"Посмотрите - вот дочка!" - сказать я хотел,

Но внутри - тишина. И земли твердый ком.

Ножи без ножен

Раскаленная докрасна сталь

Раскрывает секреты кожи -

Обложку книги гасит печаль,

Бросив в буквы ножи без ножен.

Где-то рядом стонет точило -

Измерено скривленной рожей.

Веселые крики - причина

Взять в ладони ножи без ножен.

Символ года - шарик железа.

Ощетинился мир, став строже

К пространству последнего леса -

Станут крепче ножи без ножен.

Ни червей, ни друзей, ни врагов,

Ни голов, ни руля, ни мощи...

Бесполезен простой поиск слов.

Все слова - как ножи без ножен.

Не чужой язык

Улетай - весь мир к твоим ногам,

Мы уже по разным берегам...

Ты молчишь, а что ещё сказать?

Просто улетай.

(Shaman, "Улетай")

Мы живем по разным полюсам,

И язык наших писем не схож...

Но все скажет общая слеза -

Понимает, куда метит нож.

Но все скажет совсем другой смех,

Что проснется в светлейший из дней -

Да, мы разные, но спешим вверх

Ради счастья ближайших людей.

Наш язык существует без слов,

Наш язык среди льдов и пустынь,

Он звучит в жизни общих домов

И приблизит к телу монастырь.

На межзвездных новых кораблях

Перевод языку не нужен -

Мы и там поймем радость и страх,

Мы и там найдем в стали душу.

Расстояние - вряд ли предел

Для всего, что хотим передать...

Я, быть может, сказать не сумел

Все, что должен был просто сказать,

Не в словах, но в каждом поступке

Ты узнаешь меня без труда -

Языки человечьи хрупки,

Но один - вечно жив: доброта.

Не изменяй себе, леди

Не изменяй себе, леди -

От измены рождается пепел.

На этой хладной планете

Не хватает безлунного неба.

Не изменяй мужу с тенью -

Это женского, знаешь ли, рода...

Да, семь пятниц на неделе,

Но лучше так, чем седьмая рота.

Не изменяй солнца песням -

В них так много счастья витаминов...

Хватит предаваться лести:

Лесть - безумства главная причина.

Не изменяй своим детям -

Им нужна с завихреньем, но дама.

С ними вырастет планета,

Если ты просто будешь им мамой.

Не изменяй себе, леди -

Не изменяй сложным и любимым...

Забудь про ночь на рассвете.

Теперь вся жизнь пронесется мимо.

Твой лучший костюм

Единственное, что я надеваю на ночь, это капелька Chanel № 5.

(Мэрилин Монро)

Я был снова в пространстве дум

О прошлом и будущем фильмов -

Надела ты лучший костюм,

И земное проходит мимо.

Крепче злата платины блеск.

Алый цвет пролегает к щекам...

Я из серости дней воскрес,

Чтобы жить просто с лучшей из дам.

Давишь в теле чуть горький смех.

На экране слывешь забавной,

Но жизнь не была без потех!

Другим Ты иная - за гранью.

Но здесь, под вокал летних гроз

И купаж бессмертной Шанели,

Говоришь речами не роз,

А некоей верхней шинели.

Скабрезности тело смешат.

Не припевочка - слава Богу!

Иногда просит дрянь душа,

Разве в этом греха так много?

Знаю тебя настоящей.

Ты надела свой лучший костюм,

Сильнее, чем спирт, пьянящий...

Он - душевность. Людской глушит шум.

Апоплексия

Незаметно рушатся нервы.

Каждый день - как дамоклов меч.

Тот, кто был бесконечно первым,

По реке может рано течь.

Апоплексия не щадит трибуны -

Апоплексия ярче полнолуний.

Загоняя скелет свой в стойло,

Человек забывает сон.

Указаньям чужим покорный,

Себя превращает в картон.

Апоплексия головы не лечит -

Апоплексия не делает легче.

Уголки рта движутся криво,

Да и руки стали тряпьем...

Жить, конечно, нужно красиво,

Но не много ли краски пьем?

Апоплексия возьмет тела без боя.

Апоплексия - последний грех покоя.

Мы не любим свои же нервы,

Но они в нас тихо живут,

Чтоб могли нести счастье смело...

А несем мы бесплотный труд.

Примечание:

Апоплексия - устаревшее название инсульта.

Я хочу, чтобы ты приказала

Я хочу, чтобы ты приказала

Перестать куковать в подворотнях,

Чтоб забылись ночные вокзалы

И была в рюкзаке всегда сотня.

Я хочу, чтобы ты приказала

Посмотреть в лица городским людям

И занять место рядом с казаном,

Не стремясь закрывать его грудью.

Я хочу, чтобы ты приказала

Встать напротив и выслушать ветер:

Раньше бросили слово для славы,

Но теперь этот груз тверже меди.

Я хочу, чтобы ты приказала

Прочитать несгоревшие письма:

В них свободы и честности мало -

В те минуты рассыпались смыслы.

Я хочу, чтобы ты приказала

Превратиться обоим в единство...

Не вернусь к непростому началу -

Научился в тебе сердцем биться.

Токсичные кости

I fear I won't make

Make it out, out in time,

I fear I won't make

Make it out, out alive...

(Я боюсь, что не смогу

Сделать все вовремя,

Я боюсь, что не смогу

Сделать все живым)

Trivium, "Through the blood and dirt and bone"

Проявились токсичные кости,

Вырываясь из кожи-мешка:

Вечер будет во всех смыслах острым -

Радиация выше вершка.

Ткани крепче юарских алмазов,

Ведь содержат в себе тьмы раствор -

Расплываются в воздухе фразы...

Невозможен простой разговор.

Голос хриплый - почти что граната.

Естественно, болью наполнен,

Но на кости стремятся все взгляды!!!

Сожаленье будет топорным.

А там, в прошлом - почти что белые.

Позволяли творить кульбиты,

Но им витаминов не сделали,

Чтобы стали просто разбиты.

И вселился в них флагман токсинов,

И возвел глас безумство в пароль,

Открывающий доступ к машинам,

Что районы помножат на ноль.

Но пред тем - демонстрация яда!

Разлагает мешок для костей.

И не надо искать виноватых

Посреди организма частей...

Но не кости - скелет человека,

Что бы там ни шептал ученый...

Есть мотор почти в каждой телеге,

А вот сердце не всем знакомо.

Предатор

Если его можно ранить, значит, можно и убить.

(Из фильма "Хищник")

В мою душу смотрит предатор -

Пищу стоит ему оценить:

Разрезает ножиком-взглядом

То, что тело смогло сотворить.

У него - свои арсеналы:

Пыток - много, жестокость - одна...

Остается дело за малым:

Измазать чувством край полотна.

К середине выскочит страх -

Он раскрасит собой всю картину:

Перед дрянью в приличных летах

Вырастает дрянь, но мужчина.

И смеется в обед свой стекло!

"Как не стыдно, жизни цараптор?!?

Тебе, прямо скажу, повезло,

Но сейчас ты - просто предатор.

Ты не знал о смысле лишений,

И еда тебе в каждом углу...".

В ответ: "Без своих поражений

Я, увы, никогда не смогу.

Раз хочется быть человеком,

То чудовищ предать - не порок!".

Рассыплется зеркало в "Лего"...

Ненадолго предатор замолк.

Примечание:

Predator на английском - хищник, но почему-то это слово в написании кириллицей очень похоже на другое схожее слово - "предатель".

Ленивый лазер

Ленивый лазер не сможет выжечь глаза -

На то без всяких причин способен я сам:

Никто не скажет, что там, в моей глубине -

Глаза, конечно, источник, но не во мне.

Тончайший луч не сильнее спирта "Рояль" -

Подарку из девяностых печень не жаль,

Но хотелось коснуться в ночь "Амаретто",

А вокруг - тишина, что громче ответа.

Этот тяжкий прибор ругнулся не цифрой -

Обленившийся лазер ближе к молитвам...

"Меня раздражает технический голос!" -

Одна только вспышка заставит есть пропасть.

Но лень - это грех для любого предмета,

Будь лазер, животное или планета...

Не хочет работать властитель энергий -

Стреляй своим светом в меня "номер первый"...

Ты рожден в один день с величайшей святой,

Но она - милосердна, а ты - лишь пустой...

Ленивый лазер замолк на тот самый миг,

Когда юное тело бросает старик.

Струился сладкий газ

Дети любви,

Мы уснем в твоих мягких лапах.

Дети любви,

Нас погубит твой мятный запах.

(Наутилус Помпилиус, "Падал теплый снег")

Струился сладкий газ к обнаженным ногам,

Что закрыты должны быть в печали -

Почему-то молчит женственный ураган:

Понимает, что прошлое сдали.

Струился сладкий газ, обращаясь в мужчин,

Проникавших сквозь ткань эпилепсий -

На острове будет проживать лишь один:

Полетит эротическим рейсом.

Струился сладкий газ, становясь БМВ,

Что желает жертв, как Кристина:

Сей машине пора обитать на Неве

Да с водителем - тоже машиной.

Струился сладкий газ, разгоняя моря -

Обитатели высушат сушу...

А она будет выть, все на свете кляня,

И разменивать мелочью душу.

Струился сладкий газ из чужих магнитол.

Засыпает зверек необычный...

Ее ожидает шведских айсбергов стол -

Вот ему все расскажет о личном.

Последний инцест человечества

В этих жилах - постоянная связь

С теми, кто по ту сторону вспышек:

В мученьях атмосфера родилась,

Одарив тело засухой высшей.

Кувыркаться с тенями не выйдет.

К полумерам они не способны.

Ничего не усвоил любитель

Неприличных для мозга историй.

Девятый круг ада - почти про нас:

Так визжат многочисленны средства...

При виде копий - путевка в экстаз

Вне расписания равноденствий.

Кто здесь демон, хищник или чужой,

Больше нет смысла спорить сверхгромко -

Давно придвинулись к беде большой

Под названием "Человек тонкий".

Станем словно запретны бумаги:

После прочтения - сразу же сжечь!

Темный город дарит саркофаги,

Отбросив сладкую ложь с бледных плеч.

А все орали - мол, будет "зе бест",

Когда сойдемся с детьми иными...

Никто не знает про слово "инцест"?

От пробелов мы стали больными.

Я устал уходить

Я же слышу,

Что любовь твоя еще дышит...

(Princessa Avenue, "История любви")

Старый город томится под крышкой историй -

На новое место придется копить...

Жаль, не выйдет прочесть мне короткий лекторий

Всего из трех слов - Я Устал Уходить.

Рассыпается вдребезги мыслей кольчуга,

Когда борются ткани двух полюсов -

Я всего лишь хотел перед лучшей подругой

Родить на коленях ребенка "Любовь".

Я устал уходить от вопросов незрелых -

Кипит в чашке кофе таблетка-ответ...

Каждый смело решает чужие проблемы,

А мне вот противен подобный сюжет!

Двадцать тысяч пространств раскрываются в тексте,

Который не знает пока про бензин...

Я устал уходить по приказам кур-бестий

Из печатных домов без ярких витрин.

Я устал уходить от своих поворотов -

Один из них точно придется принять...

Там я слышу привычную речь о работе -

Мол, так надоело, а что же сказать?

Дорогая, я знаю - сейчас все непросто.

Сам, дурак, развалился в странной борьбе...

Почему-то сейчас мое сердце бьет остро.

Я устал уходить,

Но ушел. К тебе.

Функций больше нет

I get more and more strange,

I'm going insane, I'm building it up

Just to break it down...

(Я все более странный,

Я безумный, и все для того,

Чтобы это сломать...)

Cinema Bizarre, "Dysfunctional family".

Неудачей стали опыты Теслы -

Электричество воздвигнуло тень!

Как же мне стало все неинтересно...

Встал за спиной болезный мученик Тьен.

"Отдай жену - а не то кислорода

Лишишься враз..." - тоже мне, пальцем в пустошь!

Если выбирать, то только свободу,

Но выбор - это такое же чувство.

А я разобран. Но не на детали.

Что тень, что свет - перестали быть важны.

Для жизни функции резко отпали,

И разногласия стали мне смешны.

Разлетелся, как взорванный корабль,

Во все стороны, но только в никого -

Смысл причитать "О времена, о нравы!",

Если в горле поселился боли ком?

Функций больше нет, как нет математик,

Физикохимий, да и в целом наук -

Мы подогнаны под стиль бюрократий...

Частенько снится Человечек-паук.

Вот бы здорово летать паутиной,

Подъедая жужжащих насекомых...

А Тьен смеется, дурная скотина -

Довел жену, но не выйдет то снова.

Параллели, увы, пересекутся.

Мне геометрия так и не далась...

Да и в алгебре незнакомых функций

Все же больше.

Но у главной - сбитый глаз.