Чувства и сезоны. Детство-юность

Снег

Это стихотворение — моё самое первое из тех, которые вообще можно назвать стихотворениями, и написано оно в декабре 1996 года в момент высочайшего вдохновения и счастья от того, что я живу, вижу, и могу любоваться тем, что есть вокруг.

Как сейчас помню: на мне — кроличья шубка, я гуляю после школы по двору, ранний зимний вечер, горящий фонарь и мерцающие в его свете снежинки. Тогда стоял небольшой мороз, и от свежевыпавшего снега всё кругом сверкало. О, как же это было волшебно! А потом я влетела на кухню, оторвала клочок газеты, и нацарапала там огрызком какого-то карандаша эти строки. Тогда же я поняла, что такое — настоящее вдохновение.

Через пару лет стихотворение было напечатано в луганской газете «Экспресс-Новости» в рубрике «Проба пера», (я родилась и прожила большую часть жизни на Донбассе). Тогда для меня, ещё ребёнка, это стало большим событием. Его даже в школе прочли на линейке, а я смущалась до ужаса... И, сколько бы у меня не было стихов, этот всегда будет самым первым и самым любимым...

Горит фонарь на улице холодной.

На свет, как летом, не летят уж мотыльки,

Лишь снег летит, как изумруд, искрится,

И светят в тёмном небе огоньки.

Колючий снег летит по ветру, вьётся,

В снегу, в тиши вся замерла земля.

И тихо наземь падают снежинки,

И, кажется, они из хрусталя.

1996 год.

Серый дождь

Серый дождь за окном

Свою песню поёт.

И мне кажется: он

Никогда не пройдёт.

И я в сердце впущу

Эту серую тень,

Просижу-прогрущу,

Как и дождь, целый день.

1997 г.

Яблоко последнее

Дождь печально моросит.

Рощи ржаво-медные.

Видишь: яблоко висит –

Позднее, последнее…

Опустел, укрылся луг

Бледными полотнами.

И летят на жаркий юг

Птицы перелётные.

И неспешно я пройду

Вдоль плетня соседнего,

Да сорву в своём саду

Яблоко последнее…

1997 г.

Бомж и девочка

Даже не знаю, что сподвигло меня, тогда еще маленькую девчушку, на написание подобного стихотворения. Видимо, что-то приснилось потому, что проснувшись, я сразу же набросала эти строки. На улице стояла осень — холодная и смурная. Поздняя осень. Вот и навеяло. И храню я этот стишок ради шутки...

Шёл по улице бомж,

Невоспитанный бомж,

Встретил девочку милую очень.

И сказал он тогда:

«У тебя ведь беда?

Ну пойдём со мной, если ты хочешь!»

Согласилась она,

Ведь была сирота.

И пошла с ним девчонка, не зная

Ни куда, ни зачем.

И довольна лишь тем,

Что поесть ей, бледнехонькой, дали.

Бомж пришёл к ней сутра,

И довольна она.

«Кушай, милая, если ты хочешь:

Вот бутылка воды

И немного еды...

Ты мне нравишься, милая, очень!»

Шёл по улице бомж.

Шёл на улице дождь

И погода стояла плохая.

На душе тяжкий крест.

Заглянул бомж в подъезд:

Там рыдала бомжа молодая...

1997 г.

Сказки зимы

Большинство моих стихотворений были написаны мной в юности. Но есть и такие, которые пришли ещё в далёком детстве. Вот один из таких коротких стихов. Мне тогда тринадцать лет было. Только представьте себе: зима, каникулы, огромные снежные сугробы, и в гостях у бабушки — моя младшая двоюродная сестрёнка. А я вожусь с этой малышкой потому, что обожаю её всем сердцем! Вот такая короткая зарисовка из детства...

На улице сказка:

Деревья в снегу.

Сестрёнка в салазках,

Я рядом бегу.

Любуемся мы

На безбрежную гладь.

В объятьях зимы

Всё застыло опять.

1998 г.

Идет весна

Как хорошо, когда в апрельский вечер

На старых улицах горят костры.

Идёт весна — и у деревьев плечи

Покрыты капелькой серебряной росы.

Ещё свежо — морозец. Мёрзнут руки,

Но ты спешишь согреть их у огня.

Идёт весна и вовсе не до скуки:

Весной уже заполнена земля!

В степях, в лесах позеленели травы.

И снятся по ночам совсем другие сны.

Идёт весна! И точно от отравы,

Кружится голова от запаха весны!

Апрель, 1998 г.

Бабье лето

Люблю, когда приходит бабье лето:

Летает паутина, будто нить,

Такая тонкая, как нежный лучик света,

Кружит над речкой, словно хочет пить.

На тонкой ветке поздней розы

Синица звонкая поёт.

Но приуныли клёны и берёзы,

Как будто чувствуют, что осень настаёт.

Сентябрь, 1998 г.

Когда на улице весна...

Когда на улице весна

И ветер радость навевает —

В душе всё млеет, замирает,

Проснувшись от мирского сна.

Легко и трудно в одночасье,

Когда царит она вокруг.

А может быть, весною вдруг

Я встречу где-то своё счастье?

И кажется, всё в первый раз

Случается и происходит.

И сердце снова не находит

Покой, приют — в который раз!

И всё поёт кругом, встречая

Её — надежду, свет души,

Но ты замри и не дыши,

Иначе разум потеряешь...

Март, 1999 г.

Первой любви

Я знаю: мы не будем вместе никогда!

Но ты один даёшь мне вдохновенье,

Коварный демон моего стыда

И совести правдивой отчужденье.

Ты для меня — глоток чужой воды,

Ты — небо, не достать тебя руками.

Ты и покой мой, и волненье — ты,

Мой горький мёд ошибок и страданий.

Как отраженье самых мрачных дней,

Моей любви беда, зимы холодной стужа.

Ты — наслажденье совести моей,

Побудь со мной, мне очень это нужно!

02. 01. 2001 г.

Замирали осенние клены...

Замирали осенние клёны,

Паутины прозрачная нить...

Ты обнял меня взглядом влюблённым

И спросил: «Что тебе подарить?»

Я сказала тебе: «Всё, что хочешь.

Хочешь — с неба звезду подари,

Хочешь — тихие лунные ночи,

Хочешь — зарево алой зари.

Подари месяц май долгожданный,

Или — лучшие в мире цветы...

Но подарок бесценный, желанный

Для меня среди всех — это ты!

Привнеси в жизнь мою смех и радость,

В мир мечтаний и тайн позови,

Подари сердцу горечь и сладость

От твоей ко мне нежной любви».

Июль, 2001 год

Попрощалось, исчезая...

Попрощалось, исчезая,

Лето в утреннем тумане.

И курлычут в небе стаи,

Как и лето, улетая.

Загораются румянцем

Рощи в солнечном рассвете.

И кружит в прозрачном танце

Первый лист опавший ветер.

Среди золота – лишь где-то –

Сосны нежно серебрятся,

Словно отголоски лета

Захотели попрощаться.

Сентябрь, 2001.

Детство

(Что чувствуют иногда подростки, замечая, что детство безвозвратно ушло и его не вернуть...)

Птицы по-весеннему щебечут,

Лужи высохли, а дни ещё длиннее.

Ветер мне на ушко тихо шепчет,

Что сестрёнка день за днём взрослеет.

Бабушка смеётся, шутит с нею,

Лаской балует и крепко обнимает.

Быть ребёнком — проще, веселее,

Но сестра того не понимает:

Хочет вырасти скорее, без оглядки,

Хочет стать на взрослую похожей.

Только мне бы разгадать загадку —

Как же стать хотя б на год моложе?!

А она мне всё напоминает

Детства беззаботные мгновенья,

Только я, конечно, понимаю,

Не вернётся больше это время…

Я смотрю туда, где шумный ветер

Ветви лип порывисто качает.

И, конечно, трудно не приметить, —

Три девчонки в их сени играют.

Так и мы в далёком светлом детстве,

Три девчонки, лучшие подруги,

И дружили, и гуляли вместе,

А потом забыли друг о друге…

Мне всё чудятся и снятся сказки детства,

Аромат весны зовёт, но не дурманит:

Лишь коснётся своей песней сердца,

Вдруг в мечты далёкие заманит.

В каждой ноте, в каждом звуке слышу

Что-то тёплое, что сердце согревает.

Нежной грустью, кажется, всё дышит.

Неужели в жизни так бывает?!

Мне б бежать от боли на край света,

Тут же — душу радость озаряет...

Разве каждый детство своё где-то

Точно так осмысленно теряет?

Улицы, дома, дороги, роща —

Добрые свидетели немые,

Знают и хранят намного больше,

Чем людские души сохранили...

Всё вокруг наполнено весною.

Только в нежных солнца переливах

Вижу детство я, как на ладони,

Среди дней ушедших, но счастливых.

Март, 2002 г.

Подруге

Не говори, что стала ты взрослее:

Ты вовсе мне не кажешься такой.

Пусть годы мчатся дней быстрее,

Не ставя отпечатков тяжкою рукой.

Не говори, что сердце обмануло.

Оно тебя не сможет обмануть.

И хочется, чтоб хоть на миг вернулось

Мгновенье детства, что не упрекнуть

За все ошибки — глупые, пустые,

И не сравнить с жестокою судьбой

Тот яркий миг, те радости простые,

Всё, что случалось, милая, с тобой.

24 октября 2002 года

Кукла

«Кукла» — одно из первых моих стихотворений со своей предысторией. Хотя оно и написано далеко не досконально с точки зрения законов поэзии, это стихотворение мне очень дорого потому, что в нём — чистые, светлые детские воспоминания. (И я ни разу его не правила, оставив всё так, как есть).

Росла я в небогатой семье, мне часто отказывали в игрушках. Девочки из детсадовской группы имели Барби, а для бюджета моей семьи такая роскошная кукла была тогда едва ли не разорением. И вот, в тяжёлые девяностые, моя крёстная умудрилась подарить мне куклу — не Барби, а её более дешёвый аналог. Однако, мне не могли выделить деньги даже на Джессику. А поскольку на волосах аналогов Барби их создатели здорово экономили, (как и на пластике), мама раздобыла моток рыжих капроновых ниток, и мы вместе с ней с помощью цыганской иглы сделали моей кукле настоящие роскошные волосы до пят, как у принцессы. Так что, многие девочки, имевшие Барби, мне ещё и потом завидовали!

Я была счастлива, а вдоволь ей наигравшись, берегла этот подарок за стеклом серванта ещё многие годы. До тех пор, пока не отдала её «на растерзание» собственной дочери. Зато однажды, будучи подростком, и во время беззаботного любования предметом былой детской гордости, у меня вдруг родились эти строки...

Итак, "Кукла"

Нежданный луч солнца

Лицо твоё пронзает.

И, словно играя в танце,

Веснушки твои оживают.

Светлые тонкие брови

Нахмурены так по-детски.

О чём задумалась снова?

Открой мне, подруга, сердце!

Я слов от тебя не слышу,

Росла ты со мною вместе.

Не ешь ты, не пьёшь, не дышишь

И петь не умеешь песни.

Тебе, как и мне — семнадцать,

Но ты и пяти моложе...

Не можешь ты улыбаться,

И, всё ж, оттого не строже!

Задумчива, молчалива,

Ты просто сидишь на месте.

Ведь ты из другого мира,

Как память о чу́дном детстве.

2002 год

Два тюльпана

Предыстория

Это стихотворение я написала под впечатлением от услышанной мною легенды. Местечко, в котором я жила, сплошь и всюду разделено неглубокими оврагами — балками. Не стану вдаваться в подробности, рассказывая о дне океана, тектонических преобразованиях и прочих доисторических видоизменениях рельефа. Это здесь ни к чему. А вот балки эти — настоящая природная сокровищница. Сколько трав там произрастает! А весной, едва ли сходят снега, вдоль ложбин, где бежали ручьи, появляются миллионы первоцветов. И так это красиво — глаз не оторвать!

Вместе с домашними мы часто выбирались на природу. По весне грибов видимо-невидимо. Вот мы и по грибы, и за ракитником для метелок ходили. Да и так, просто отдохнуть.

Однажды в начале мая вышли мы по верху к небольшому лесочку. Неудобно там было по низу обходить — огромная ложбина бугры разделяла и надо было взбираться по круче. Тропка у самого леса проходила, и вывела нас на один из высочайших холмов этой балки. Гляжу я: среди зеленой травы алеют два цветка! Я тогда еще девчонкой шестнадцатилетней была, мне все было в диковину. Поразилась я красоте диких тюльпанов. Везде росли желтые, а тут вдруг красные, и только два...

Тогда мне и поведал мой дедушка короткую легенду о двух влюбленных. Они у нас в городке жили, а семьи их не ладили. Они же влюбились друг в друга так, что не могли от чувств своих отречься даже во благо родительского спокойствия. Девушку часто наказывали и дома запирали, лишь бы она с возлюбленным не виделась. Парня отец избивал за неповиновение. История до боли походила на Шекспировскую. И закончилось все примерно так же. Однажды не выдержали влюбленные и решили, что больше не могут мучиться и страдать. Паренек стащил отцовское ружье — тот охотником был. Ушли они в эту балку, и на одном из самых высоких склонов решили оборвать свои жизни. Обнял паренек свою любимую, приставил к ней ружье, выстрелил, и пуля поразила их обоих. Влюбленных два дня искали, пока не нашли их тела, лежавшие в обнимку. Схоронили молодых вместе — общее горе примирило их семьи.

Дело было по весне. И, когда родители влюбленных решили отнести цветы на место гибели своих детей, обнаружили на том холме два распустившихся диких тюльпана. Они не были похожи на те мелкие желтые цветы, которыми пестрили косогоры. И взошли они там, где пролилась юная кровь.

Легенда очень печальная. И уж не знаю, правда ли это, или, как обычно, дедушкины байки. Теперь его тоже нет, и спросить мне об этом не у кого. Но то, что запомнился мне его рассказ на всю жизнь — очевидный факт. Я потом долго размышляла на эту тему. Все думала, как это — настолько влюбиться, чтобы решиться на такое. И вопреки всему мне очень хотелось испытать настоящую любовь. Потому, в своем стихотворении я негласно прошу у судьбы любви, пусть даже безответной и печальной, ведь какой бы ни была любовь, она — вдохновение для поэта.

Растут на холме два тюльпана —

Любви молодые ростки.

Весной распускаются рано

Пылающие лепестки.

И солнце своими лучами

Пронзает бутоны цветов.

И ветер сухими губами

Всегда целовать их готов.

Их дождь по утру умывает,

Баюкают ночью сверчки,

Луна на них свет проливает

Подобно сиянью свечи.

Ковыль, будто бы одеялом,

Укутает ниткой своей.

Им в роще поёт безустанно

Маэстро — ночной соловей.

Восход зазвенит — озаренье,

Им зеркало — солнца закат.

Их запах слащавей варенья,

Приятней нежнейших услад.

В них золотом солнце играет.

Кому они долей близки?

Тюльпаны, кровавая пара,

Влюблённых сердец вы куски!

И гордо они встрепенутся,

Взбодрившись, напившись росой.

Как хочется к вам прикоснуться,

О, будьте моею слезой!

Декабрь, 2002 г.