Черная Мантра

Страна мудрецов

Страна мудрецов - где-то за поворотом,

Но нам уже больше туда не войти:

Портал заколочен, и два эцилопа

Восстали безмолвно на нашем пути.

Нет, им не сломать наши черные крылья.

Ей! Кто еще зрячий? Взгляни-ка наверх:

Грядет протоплазменных бомб эскадрилья.

Ни много, ни мало. Но хватит на всех.

И кто-то ушел, ну а кто-то остался,

Ведь некто прорвался, а кто и не смог.

Но если здесь тупо так, не огорчайся:

В страну мудрецов миллионы дорог.

Капли сознания

Капли сознания падают в звездную пыль.

Древо познания змия таит средь ветвей.

Ветра дыхание, переходящее в штиль.

Гасит стенания ищущих новых путей.

Черные рыцари с пиками наперевес.

Мрачными лицами напоминают шутов.

Следуй за птицами, ищущими Эверест.

Может случиться ли нечто, к чему ты готов.

Древними ранами вновь обрастает душа.

Горькими травами пахнет дорога в тайгу.

Утро туманами движется вдаль, не спеша.

Кибершаманами встретясь на том берегу.

Январь

Изможденный январь

Гасит яркие краски.

Топит звонкие звуки

Тенью утренних снов.

Возложив на алтарь

Одряхлевшие сказки,

Греет мокрые руки

На кострах дураков.

Сладко пахнет эфир,

Метастазы пуская.

Спи, мой крохотный мир

До ближайшего мая.

Марево

Що то за марево стелиться росами?

В'ється, зміїться - неначе жиє.

Рветься русалками простоволосими,

Шкрябає в двері: "Чи вдома хто є?"

Є, та не всі: половина пішло

Обмиватись в росі за село,

Обзиватись вьюром язикатим -

Геть с хати.

Обплітатись лозою гіркою,

Проростати корінням,

Опилятись бджлою,

І за декілька літ

Опадати насінням -

Та й зогнити в землі.

- Ну а ти чом не йдеш?

- Не збагнеш..

Жрец ночи

Бродит бессоница по подсознанию,

А кофеин - по организму.

Все не кончается прожитый день.

Нервно качается лампочки тень.

Алчущий джинн метаболизма

Вводит задание:

"Тихо встаешь.

На кухню идешь.

Дерни рубильник!

Открой холодильник!

Знай: это - рай.

Пожирай!"

То ли...

То ли йог, то ли маг - не поймешь

Сворожил, наслужил себе ложь.

Страшну ересь безмолвно шептал,

Только вереск в ночи полыхал.

Танцевал у костра, духам пел,

Да носили ветра черный мел.

Белым волком блудил по лесам,

И давили на грудь небеса.

Шестирукому травы горьки,

Как аукали вслед огоньки.

Да стелилась нездешняя хмарь,

Голосилось на каждый удар:

- Бледна вошь, как твой короток век!

Ты зачем к нам идешь, человек?

Вне себя никого не найдешь.

То ли сон, то ли быль - не поймешь.

Бум!

Ейфор веснокрилий, апостол Хандари,

Строкате більмо на Всевидящім Оці,

Засіяв тендітними зорями хмари

В четвертому блоці останнього рівня

Чорнобильського терміналу;

І тихо пустив червоного півня -

Бо мало...

Застогнала земля. Заридали вітри.

Рознесли по усюдах пилок життєдайний.

Запліднилось гнилля на просторах безкрайніх.

Забери. Та і мри.

Ода конунгу Каину Пышнобородому

Я адский огонь, пожирающий душу,

Взрывающий мысли каленой стрелою.

Я острая Бритва из сумрачной тени.

Оставь все надежды. Забудь о покое.

Я злой великан с кровожадной ухмылкой,

Железной пятою разящий дракона.

Я мрачный колдун с черной проклятой книгой,

Печатью Безмолвия давящий стоны.

Я крепкий аркан, обрекающий в рабство.

Я призрачный волк, что в силки не поймаешь.

Меня не сразишь подлым выстрелом в спину,

Пращи разорвешь, арбалеты сломаешь.

Я залп из орудий взрывною Ракетой,

Крушащий в тылу все твои бастионы.

Лукавый Монгол среди каменных прерий,

Забывший о чести. Поправший законы.

Я холод и кровь среди жаркого Юга,

Голодная смерть в изобилии Центра.

Я тихое тиканье счетчика фрагов,

И все, что ты должен, заплатишь с процентом.

Я братоубийца по имени Каин,

Блаженных призвавший под рваное знамя.

Я бог шестирукий, танцующий румбу

Меж склепов всех тех, кто сегодня не с нами.

Я мощная Орба хохочущей плоти,

Берущий без спроса, что плохо лежало.

Я Белый подземный неистовый Карлик,

Стальною киркою пробивший забрало.

Я полный Каррат благородного гнева,

Оратор, в толпе обличающий скверну.

Рабочий, кувалдой дробящий все кости.

Сакральность Доктрины. Укор для неверных.

Я Нитрозаряд, что жжет ярче напалма,

Я Сойер-хиртец, затаившийся в чаще,

Рыбак-Самозванка, гарпун на людишек.

Рука Сатаны, что гребет всех пропащих.

Я Черный Али, слезы вдов Кара-тура.

Я сир Волиняк, бич врагов Фаэруна.

Я Грешница, Амстел, Акардос и Бада,

Хиери, Каррина. Я Поффиг и Руна.

Средь сладких речей, восхваляющих храбрых,

Я песнь погребальная заупокойных.

Я Альфа с Омегой. Содом и Гоморра.

Я - Framed In Blood. Прими смерть достойно.

Го

Борзые учуяли запах весны,

Поджавши хвосты, невпопад заскулили.

Нездешние ветры с чужой стороны -

Пора собираться на Длинную Милю.

Сменил тетиву и проверил колчан.

Тесак заточил. Зарядил револьверы.

У Белой Яранги споет мне шаман

Прощальную песнь наставлением веры.

"У духов бесплотных различны пути

С мешками из шкур, что набиты костями.

И если обрел свой - то надо идти...

А коли не так, лучше дома сиди!

Богов не смеши ты слепыми глазами,

Что в сумраке тропы не могут найти!"

Сурово нахмурив морщинистый лик,

Он даст мне отведать отвар мухомора.

Гремящим Железом блаженный старик

Сорвет пелену и скукожит просторы.

Увижу покрытые мхами леса,

Где в чаще скрываются странные звери.

И плачут дождем, глядя вниз, небеса,

Ведь смертные им почему-то не верят.

Увижу я штреки под Черной Горой,

Где гномы вгрызаются в жилы мифрила.

Столицы, соженные дикой Ордой

И павшие ниц перед орочей силой.

Увижу, как блещет эльфийская сталь,

Пронзая доспехи сынов Ветрограда.

Увижу себя, забродившего вдаль,

И некие сущности, ждущие рядом.

Так бейте в там-тамы и жгите костры,

И дико пляшите свой танец с волками!

Следы обнаружены. Мысли пестры.

И я уже с ними. Я больше не с вами.

Папа мама блюз

Папа на кухне пьет пиво

Четвертые сутки подряд.

Отборные хмель и солод,

Ядерный концентрат.

В пятнах соплей и блевоты

Его повседневный наряд:

Жизнь под откос покатилась

И превращается в ад.

Боже! Что теперь будет!

Боже! Папа маму не любит...

Мама ушла на blyadki

Где-то неделю назад.

Гарик мужчина горячий -

Звероподобный примат.

Долбит с неистовой силой

Ее распалившийся зад.

Шубу из норки подарит

И свозит на Арарат.

Боже! Что теперь будет!

Боже! Мама папу не любит...

Юля закрылась в ванной,

Чтобы подмышки побрить.

Тринадцатилетняя фея,

Которой так страшно жить.

Бритвой неумолимо

Вдоль от локтя к кисти -

С крепко зажатой запиской

"Пойми и прости!"

Боже! Что теперь будет!

Боже! Никто нас не любит...

Лок Тар Огар!

Черное пламя последней войны Солнце закрыло, восстало с востока. Внемли богам - это пульс тишины; День сей последний для всякого срока. Мы наступаем железной свиньей, Жжем города по всему Азероту, Здравствуй, Штормград! Йог-Саррон, упокой! Вас не спасут никакие ворота...

Лок Тар Огар! Жизнь за Нер'зула! Лок Тар Огар! Горите в аду! Лок Тар Огар! Смерть человекам! Лок Тар Огар! Встречайте Орду!

Движется плавно огромный таран, Давит врагов и сметает заслоны. Благослови нас, владыка Гул'Дан! Лязг топоров пусть заглушит все стоны. Волки неистово рвутся вперед, Жадно вопят: запах крови их манит. Все предначертано - пал Азерот! С рабских колен уже не восстанет...

Лок Тар Огар! Жизнь за Нер'зула! Лок Тар Огар! Горите в аду! Лок Тар Огар! Смерть человекам! Лок Тар Огар! Встечайте Орду!

Бездна разверзла беззубую пасть, Скоро всех жалких людишек поглотит; Каждый стервятник насытится всласть Жирным куском слабеющей плоти. Прокляты Скверной, стальною пятой Топчем врага, попирая святыни. Нат Всемогущий пребудет с Ордой. Нам покорится любая твердыня!

Лок Тар Огар! Жизнь за Нер'зула! Лок Тар Огар! Горите в аду! Лок Тар Огар! Смерть человекам! Лок Тар Огар! Встечайте Орду!

Обвенчали

Обвенчали нас взгляды дикие,

Ночи жаркие, темный лес.

Боги древние, многоликие,

Веды мудрые, зов небес.

Непорочными поцелуям

Шею щекотал, крыл уста.

Где звенел ручей семи струями

Да хрустела мхом береста.

Руны пылкие грели искрами

Да делили мир на двоих.

Голосила ты так неистово -

Распугала всех лесовых.

Мавки дивные хвойной пущею

Пляской славили тайный грех.

Говорили мы про грядущее

Утомленные от утех.

Пригласили мы волхвом древеня,

А в свидетели - сов и лис.

Ведь любил тебя, как и ты меня,

Да навечно в том поклялись.

Окна светлые били ставнями,

Как домой мы шли до зари.

Замочили трав росы ранние,

Грозно ухали глухари.

На речной волне золотистый путь,

Спящим берегом плыл туман

Песнь задорная распирала грудь:

То ли счастлив был, то ли пьян.

Ох, на полпути оборвалася...

Вместо воздуха - горький дым.

Хохотала ты, насмехалася,

Как застал тебя я с другим.

Полыхнул пожар душной пустоты,

Хладом дунуло от могил.

Почему же вдруг изменилась ты?

Почему тебе стал не мил?

Не разгонит мрак ясным месяцем,

Не несется трель соловья.

То ль напиться мне, то ль повеситься?

Не моя теперь.

Не моя...

***

Но подумал я хорошенечко,

Сопли-слезы смахнул рукавом.

Топором тебя тяпнул в темечко -

И покончено было на том.

Сороковник

Ты не стал рок-звездой и героем экрана, В космос не полетел и шедевр не сваял. Жизнь скатилась согласно всеобщему плану. Не сложилось, дружище... Ты все про@бал.

Растащили клопы твои зыбкие шансы Навсегда изменить этот долбанный мир. Депрессивно-унылой волной декаданса Накрывает безбашенный прежде эфир.

У ровестниц - усы и обвисшие груди, Помоложе бесплатно не станут давать. Это закономерно: уродливы люди, Жить которым осталось годков двадцать пять.

Поседевший панк-рок? Нет, скупой обыватель. Двушка в центре, машина, ребенок, жена. Преуспевший планктон, принтеро'в угнетатель. Как хомяк в колесе, раздери Сатана.

Зябко чешутся все загребущие лапы - Еще больше капусты за год накосить, Полететь на Гоа и оттрахать там трапа Всем соседям на зависть. А нах@й так жить?

Помнишь дикую пляску вечерней дороги, Рев мотора, кураж и сирены ментов? Не боялись погонь твои резвые ноги, На колесах вертел и властей, и богов.

Помнишь, всяких щемил пид@расов И гитары раздолбанной сценой крушил? Реки эля с текилой, мешки ганджубаса. Ничего ты не помнишь... Давно все забыл...

Пролетели года заговоренной пулей. Сороковник. Но ты ничего не успел. В рог бараний потоки рутины согнули. Старина, ты того ли от жизни хотел?

Не ржавеет кардан твоей старой "Ямахи". Твоих кожаных джинсов не трогает моль. Заводи и погнали! Пошло бы все нах@р! Ты еще не сыграл свою главную роль...

Черная мантра

Гроб на лафет, штандарт в небеса, Клич погребальным набатом. Ветры стальные рвут паруса, Грянули грома раскаты.

Конь вороной или единорог, Слон или черепаха: Сколько начертано было дорог - Все приведут на плаху.

Плач безутешный грешных детей, Горе сменяют беды. Вертится Джа в хороводе смертей, Верных таща за дреды.

Эльф, краснолюдец, гуль, человек, Латы или рубаха, Охотничьи тропы, гоночный трек - Все приведут на плаху.

Черная мантра зашитого рта Жерновом судьбы молотит. Заполоняет собой пустота Дух и деяния плоти.

Переплетаются линии снов Дланью безжалостной Пряхи. Парады побед, этапы рабов - Все приведут на плаху.

Жить!

Рыщет эльф по хищной чаще,

Светел и пригож.

За спиною лук из тиса,

В голенище нож.

Зазевавшимся бродягам

Меткою стрелой

Он устроит встречу с Богом.

Подлый! Но живой...

Ходит гном по тесной шахте,

Крепок и хитер.

За спиною инструменты,

В рукаве топор.

За свои мифрил и злато

Острою киркой

Проломить готов он череп.

Жадный! Но живой...

Бродит орк голодной степью,

Путая следы.

Молот гнева Йогг-Сарона,

Верный сын Орды.

Он, как вошь, тебя раздавит

Мощною пятой.

Память предков тем восславит,

Страшный! Но живой...

Скачет людь широким полем

Засевать хлебок -

Накормить десяток деток,

Протянуть годок.

Даже мелкого бесенка

Жалко умертвить;

Все: от дивных до низушек -

Каждый хочет жить.

Только нежить жить не хочет:

"Мол, свое отжил,

Отходил давно дружиной,

Девок отлюбил.

Нахлебался самовары

Всякого дерьма,

Впереди лишь тихим пеплом

Копошится тьма.

На хабар не претендую,

Доли не прошу,

Я в чертогах Совнгарда

Молча полежу.

И из праха не восстану,

Если дать пинка.

Не потянется к чекану

Вялая рука!

Жизнь - страдания и боли!

Тщетно бытие!"

Ну, лежи себе, покойся.

Каждому - свое...

Ворожей

Блужу во скорбях между явью и сном -

То птицей парю, то ползу червяком.

Иной, равнозначный, такой же, как вы -

То вровень с дубами, то ниже травы.

Туманною дымкою мчусь выше туч,

Священною злобою царски могуч.

Коварным клубком зачарованных змей

Таюсь под пеньком в дикой чаще моей.

То ввысь устремлюсь, то в канаве лежу.

Не хочешь узнать ли, как я ворожу?

Смотри же, как пляшет чужая душа

Последний свой танец на жале ножа!

Смотри же, как трепетный вихрь меча

Закрутит обратно топор палача!

Смотри же, как ересь из буйных голов

Погонит прочь шквал арбалетных болтов!

Смотри же, как в горне последней войны

Неистово крепнет рука Сатаны!

Захочешь развидеть - не сможешь забыть.

Тебе - миг прозренья, а мне с этим жить...

Ведьма и рыцарь

Однажды Сир Крэбстер, прославленный войн,

Скитаясь по землям Оркштада,

Нашел древний дуб в Безымянном лесу

И ведьму, сидящую рядом.

Та молвила "Рыцарь! Что ищешь ты здесь?

Любви? Или славы? Иль злата?

Присядь со мной рядом, налей нам вина -

Уйдешь ты отсюда богатым.

Я дам тебе, друг, зачарованный меч —

Плюс пять к рукопашному бою.

Врагов на Арене ты враз сокрушишь —

Но если возляжешь со мною.

Я дам тебе, друг, боевого коня,

Что в сече порхает пчелою,

Ломает пехоту, подобно слону,

Но если возляжешь со мною.

Я дам тебе, друг, несгибаемый жезл,

Достойный любого героя.

И всяка принцесса возжаждет тебя,

Но если возляжешь со мною.

Я дам тебе, друг, самоцветов мешок

Из шахты под Белой Горою.

Ты ими подкупить любого судью

Но если возляжешь со мною.

"Исчадие ада! — Ответил ей Сир, —

Еси Вельзевула невеста!

Святым паладинам любить не дано,

А в сердце лишь Богу есть место.

Возляжем с тобой. Утром сваришь борща.

Останусь я суток на трое.

Пошлю сенешаля оформить отгул,

Чтоб не расставаться с тобою.

Гусей заведем. Нарожаем детей.

И замок возьмем в ипотеку.

Карету с четверкой прекрасных гнедых,

Как принято у человеков.

Покроется ржавчиной славный мой меч,

И моль погрызет мое знамя.

А мне оно надо? А надо тебе?

Останемся лучше друзьями.

Смеркается. Нежить восстала с могил,

И ночь так ужасно длинна.

Хоть ты хороша, но пора мне идти.

Путь воина — это война!"

...Шарахнула молния с мрачных небес,

Момент — и развеялся дым.

Остался от Крэбстера только колпак

И ведьма рыдает над ним...

Глупый маленький шайонок

Пела ночью шай в Флорине:

"Спи, шайонок, замолчи!

Дам тебе кусочек дыни

И эльфийские мечи!"

Отвечает ей шайонок:

"Голосок твой слишком тонок!

Лучше, мамка, не пищи,

Ты мне няньку поищи!"

Побежала шайка-мать,

Стала Сорку в патьку звать:

"Приходи к нам, злюча Сорка,

Нашу детку покачать!"

Стала петь шайонку Сорка:

"Спи, шайонок, горько-горько!

Наточу тебе косу,

Всех врагов - на колбасу!"

Глупый маленький шайонок

Отвечает ей спросонок:

"Хоть в бою ты хороша,

Но пропащая душа!"

Побежала шайка-мать,

Стала Волша в патьку звать:

"Приходи к нам, добрый Диду,

Нашу детку покачать!"

Начал петь шайонку Дедка:

"Уруру, усни, конфетка!

До восьми утра среды

Будем фармить Каранды'"

Глупый маленький шайонок

Отвечает так спросонок:

"Упоролся, что ли, Дед?

У тебя дамага нет!"

Побежала шайка-мать

Стала Лучку в патьку звать:

"Приходи к нам, дивна Лучка

Нашу детку покачать!"

Стала петь шайонку Лучка:

"Спи, шайонок, тише Тучки!

Хочешь Черную Звезду?

Я тебе ее найду!"

Глупый маленький шайонок

Отвечает ей спросонок:

"Эта пуха - для бомжей,

Нарисуй повеселей!"

Побежала шайка-мать,

Чтобы Варвара позвать:

"Приходи, могучий Варвар,

Нашу детку покачать!"

Стал шайонку петь Варва'р:

"За Орду, Лок Тар Огар!

За Нер Зула, в бога душу,

Содомия и угар!"

Глупый маленький шайонок

Отвечает так спросонок:

"Ты не местный, что ли, дядь?

Я тебя не понимать!"

Побежала шайка-мать,

Стала Ланку в патьку звать:

"Приходи, летуча Ланка,

Нашу детку покачать!"

Стала петь шайонку Ланка:

"Спи, шайонок, крепче танка!

Повернись на правый бок -

Отведу на Мирумог!"

Глупый маленький шайонок

Отвечает ей спросонок:

"Ты порхаешь, как пчела,

Только мне ты не мила!"

Побежала шайка-мать,

Чтобы Лучника позвать:

"Приходи, противный Лучник,

Нашу детку пошатать!"

Начал Лучник петь прыгучий:

"Скоро жемчуга получим!

Купим красны труселя -

Содрогнется вся земля!"

Глупый маленький шайонок

Отвечает так спросонок:

"Ты какой-то мутный гусь,

Я тебя уже боюсь!"

Побежала шайка-мать

Чтобы Мистика позвать:

"Приходи к нам, милый Таймер

Нашу детку покачать!"

Стала петь шайонку Мисти:

"Спи, шайонок, прятай сиси,

В полной ужасов ночи

Будут фапать извращи!"

Глупый маленький шайонок

Отвечает ей спросонок:

"Во скорбях юдоль твоя!

Лоликон теперь здесь я!"

Прибежала шайка-мать,

Поглядела на кровать:

Плачет маленькая Мисти,

А шайонку - наплевать.

Про школу

Если лето пролетело

И сентябрь на пороге -

Собирайтесь, дети, в школу!

Но не стоит унывать!

Расскажите своей маме,

Что болит нога и жопа -

И останетесь вы дома,

Чтоб здоровье подлечить.

Пусть идут ботаны в школу

И грызут гранит науки!

Дома куча развлечений -

До обеда можно спать.

Телевизор, холодильник,

Ну а главное - компьютер:

На нем круто шпилить в "Дотку"

И веселый "Контр Страйк"!

Медвежий рейд

Волшебный лес, что величаво,

Прельстиво радуя глаза,

Раскинув кроны вековые,

Подпер седые небеса.

Являл собой оплот покоя:

Под сенью вековых дубов

Рай на земле и коммунизм.

Джа растафа! Мир да любовь!

Жизнь ненапряжная тянулась,

Но вечно так не может быть.

Явился Бык, большой и сильный,

И начал жестко всех гнобить:

Сбивает с веток сонных сов,

Ежей нещадно жопой давит.

Никто ему и ничего

Не противопоставит.

Ломает древние стволы

В пылу атаки.

Вот так честной лесной народ

Присел на сраку...

Ведь зайцы только

К соснам жмутся,

Но отойди на пять шагов -

Уже вовсю @бутся.

А Лев, такой завидя шухер,

Быстрей казну в мешок собрал

И, на прощанье сделав лапкой,

В закат спокойно ускакал.

Героев нету, кроме Волка,

Да вот Медведя с Кабаном.

Но от троих же мало толку,

Когда по масти впятером.

Они, свои прикинув шансы,

Призвали в рейд Лису с Бобром.

Лиса, известная плутовка,

Взяла правления бразды:

"Я знаю сорок мощных тактик,

Не бзды!

Идем "Свиньей" (я позади),

Ряды рассредоточим.

Авось по милости богов

Козла замочим!

Медведь танкует. Вы пока

Быка кусайте за бока.

А я неодолимой силой

Зайду ему тихонько с тыла.

Внезапно яйца отгрызу

И он, не приходя в сознанье,

Отправит душу к праотцам

От кровоизлиянья.

Сплотим, товарищи, ряды,

Присно и ныне,

И страшной выпишем п@зды

Тупой скотине!"

Коварный план и эпик вин...

На том и порешили,

Для храбрости по двести грамм

Вкатили.

И вот разведка донесла,

Что где-то рядом

Бык нагло трескает траву,

Исчадье ада.

Танкуй, Медведь,раз план таков!

Топтыгин вылез из кустов.

Пророкотав без лишнего стыда:

"Бычара, страшный ты мудило,

Поди как быстренько сюда!

Твое сейчас начищу рыло!"

Бык, красным глазом подмигнув,

С крутого склона

Снарядом в триста мегатонн

Набрал разгона.

Медведя, лютого врага,

Надел на острые рога.

Картина, как в плохом кино:

Кишки, кровища и говно.

Бобер, скупой давясь слезой,

С такой обиды

Тотчас прикинулся бревном

И стал невидим.

Волк с Кабаном оперативно

Семь верст урвали,

Тикали резво, лишь только пятки

Сверкали.

А что касается Лисы,

То хитрая собака

Сняла перед Быком трусы,

Отдавшись раком.

Эх, а ля гер ком а ля гер!

Ведь так бывает на войне:

Кто со щитом, кто на щите,

Кто на броне, а кто в говне...

Когда сливают нубы рейд,

Грядет "разбор полетов".

А крайний, как обычно, танк.

Мразота!