Былины Вечности: Песни Анабера

Разговоры у костра

* Разговоры у костра.*

Старик, как призрак, как будто бы из мира снов,

Сидел вздыхая, взгляд был печален и суров.

И треск горящих, несущих первозданный блеск огня,

Искр тихо гаснет:

— Ну что, готовы слушать вы меня?

Сказал он тихо, так словно мир сто лет держал.

В глазах — тень блеска,

Лишь лёгкий жар костра пылал.

В его сединах

Пряталась мудрость всех миров,

Саваном белым

На грудь ложился бороды покров.

На вдохе — ветер,

На выдохе — далёкий шторм.

— Тебя, дед, слушать я бы сегодня не желал! —

В ответ пробасил

Парнишка у камня, что лежал.

Закутан в латы

И рваный подорожный плащ,

Латы помяты —

"Бродяга!" — видом своим о нем кричат.

— Я возжелал бы

Вина и много сочных дев,

А не рассказы

Твои, о сумасшедший дед.

И что поведать

Ты сможешь путнику, скажи?

Может, расскажешь,

Как исполняются мечты?

И вмиг над лесом,

Там, где стеной сгустилась тьма,

Тепло костра вдыхая,

Повисла с треском тишина.

— Какую боль в себе хранят

Имен забытых тени?

Какие строки прячет взгляд

На грани тьмы, забвения?

Мечты у каждого свои,

Я, маг, не отрицаю,

Но что поведать я найду,

Ведь в мире бренном я столетья блуждаю!

Подобен грому

Голос старца прозвучал,

В нем отразился

Прибоя звон о пирс, причал.

Ответил эхом,

Роптал, как старый и ворчливый дух...

Лес тишиною

Окутал пляс теней вокруг.

— О чём ты, старец?

Каких забытых, стертых чертою именах?

И как ты бродишь

Столетиями, не превращаясь в прах? —

Спросил парнишка,

И, подобный трепету лесной листвы,

Сорвался голос

Его в пучину страха с высоты.

— Неужто маги —

Не вымысел и не народный сказ?

Дед головою

В знак отрицания потряс.

В руках уставших,

Державших небо, вспыхнул рунный свет.

— Такой устроит

Твой слабый ум ответ, малец?

Как зачарован,

Прикован взгляд мальчишки стал

К руке скитальца,

Где мироздания свет мерцал.

Не верил в чудо,

Не мог себя заставить он признать,

Что старик сей древний

И самый настоящий маг.

В глазах мальчишки

Вдруг вспыхнул гул движения планет,

Миров далёких

Ванильный запах и духовный свет.

Огнём небесным

Вскрывалась тайна, как явилась жизнь на свет,

Но взмах рукой —

Старик-затейник скрыл ответ.

И на колени

Парнишка перед дедом встал:

— Прости же, старший,

Я был глупец, дурак, не прав!

Прошу, поведай

Мне все те тайны, что ты хранишь!

Готов я слушать,

Готов исполнить всё, что ты велишь!

Старик вздохнул,

И его уставший, зоркий взгляд

Ушёл за грани

Бездушных звёзд, миров, Плеяд.

Затрепетала

В дыхании ночного ветра борода:

— Ну что ж, сегодня

Поговорим с тобой мы у костра....

Песнь I

Акт I.

= Песнь I =

* О тайнах шепчущего ветра *

Подобно ликам,

Вырезанным в вершинах скал,

Застывших в крике,

Мальчишка изваяньем стал.

Не отводил он

От старика пытливых глаз,

Весь в ожидании,

И старый маг начал рассказ.

В глазах видавших

Рождение тысячи планет:

— О боге ветра

Спою тебе, куплет, малец.

Подобно грому,

Звон разрезав тишины,

Вдруг лес волшебным

Стал, даря видения и сны!

— Простой парнишка,

С копною золотых волос,

С сестрой-сироткой,

Он в подворотне с детства рос.

Бродил в лохмотьях

И воровал с прилавка хлеб,

В одеждах рваных,

В свои юны двенадцать лет.

Во тьме ночного леса,

Языки огня за кисти взяв,

Волею мысли

Маг воспоминанья рисовал,

И оживали

В дрожи испуганных теней

Виденья тех,

Давно забытых миром дней.

Парнишка слушал,

Не веря в то, что он узрел:

— При чем бог ветра?

И тот, о ком ты мне пропел?

Протер глаза он,

Руками тени чтоб прогнать:

— Бог ветра — идол,

Разве ж он будет воровать?

— Глупец несчастный, —

Устало прошептал старик, —

Бог ведь не сразу

Был так легендарен и велик.

И прежде чем он

Взошел на свой небесный трон,

Как ты был смертен,

Как ты был тоже грешен он.

Тени оделись

В морозный инея наряд.

Вокруг скитальца,

— Как очевидцы говорят, —

Старик продолжил, седую гладя бороду:

— Учеником магистра

Он в том же стал году.

И тьма застыла,

Дрожа, листвой склонился лес.

Затих парнишка,

Слов мага осознал он вес.

— И он взрослел, —

Сказал и вдруг расхохотался маг, —

Был непоседой,

Весь мир держал он на ушах.

Был голос весел,

В глазах светились облака,

И тень печали

Из воспоминаний старика.

— Его все знают

В легендах как грозу небес,

Того, кто весел,

Но в бою суров как бес,

Он тот, кто смерти

В лицо с насмешкой хохотал...

Старик запнулся,

И его голос задрожал.

И отозвались

Медовой дрожью небеса,

Огонь притих —

В костре растаяла слеза.

Парнишка с лязгом,

Со звоном кистей о металл,

Смотрел в виденья,

Как зачарованный шептал:

— Скажи мне, старец,

Прошу тебя, не утаи!

Раскрой секреты,

Раскрой же тайны мне свои!

Запах жасмина

И капель горного ручья,

Нотки малины

И мягкость света янтаря

Вдохнул он с дымкой,

Что щедро даровал костёр.

Маг улыбнулся:

— Ну что ж, продолжим разговор...

Песнь ll

*Акт 1*

*Песнь 2*

*О чём молчит ветер*

Старик продолжил —

И звёзды в небе в такт ему

В мифичном танце

Вскружили полную луну.

А ветер тёплый

Тихонько над костром летал

И тенью Бога

Парнишке в уши он шептал:

— Прошёл тот парень,

Дорог немало истоптал,

В лесах пустотных

Сестру он третью отыскал.

— Уже тогда он,

Хвастлив, но верен небу был,

Сквозь пораженья

Жемчужин опыт он копил.

И в то же время

Надёжным другом, братом стал,

Со злом боролся

В каньоне тех небесных скал...

В ночную мглу

Вдруг тени канули костра.

Старик умолк,

И заиграла тишина.

Звенела в ней,

Дрожа натянутой стрелой,

Виденья нить...

Как ветра Бог другим пришёл домой.

Мальчишка в латах

Своё дыханье затаил

И за виденьем,

Не отрываясь, он следил.

Костёр же щедро

Дарил ему своё тепло,

Но жуткий холод

Белёсым лимбом жёг его.

— Скажи, старик,

Что с ним случилось, что не так?

Он вроде весел,

Но полон печали его взгляд! —

Взмолился путник,

И его голос был как камнепад.

Над тишиной

Вдруг заиграл планет парад.

Старик молчал,

Как будто погрузился в сон.

Печальный вздох,

В висках седин хрустальный звон.

И несмело

Вспыхнул тусклый уголёк,

Запах ели

Всю поляну обволок.

— В Запретном море,

В тот день утихал уж шквал,

А над ним

Чёрный маг, как тень, летал.

Мир стал серым,

Мрак почти всё поглотил,

У уцелевших

На корабле не было сил.

Древним мхом,

Каплей утренней росы,

Дыханьем моря

Был дым костра наполнен. — Ты,

Знай же, путник, —

Старец с хрипом прошептал,

Тени тут же

Обнажили злой оскал.

— Там исток свой

Наш бог ветра погасил,

Жизнь купить чтоб

Той, которую любил.

Парнишка вздрогнул,

Едва на спину не упал,

Звон его лат

Как гром поляной прозвучал.

Когда узрел он,

Как желтоволосый юный маг

Вмиг стал седым,

И сердца стук его угас.

Песнь lV О чём скорбит ветер

= О чём скорбит ветер =

Свет серебряной луны,

Словно призрак древних тайн,

Эхо звонкой тишины

И туманная вуаль —

В предрассветную росу

Тени леса одевали,

У мальчишки по лицу

Слёзы горькие бежали.

— Нет, старик! Тому не верю! —

Вскрикнул парень, как в бреду,

Виденья вздрогнули, как звери,

Разбежались по лесу.

— Как умереть он мог?

Ведь знают все в округе! —

Парнишка отрицал,

Мотая головой.

Звенела лат его

Сталь звоном, как в испуге, —

Как бездна сотрясалась

Под ветреной ногой?

— Всё, что ты говоришь, —

Сказал старик, вздыхая,

И голос — словно сон

С далёких берегов, —

— Правдой есть, но в мире

Никто, поверь, не знает,

Как жизнь его любовь

Спасала меж миров.

И кистью дед повёл,

Как будто вопрошая

У звёзд и у небесвода

Продолжить свой рассказ.

Костёр дарил тепло,

Ромашками пылая,

И Млечный Путь, кивнув,

Бородой потряс.

И путник увидал,

Как звёзды заплясали,

Рисуя в небесах

По воле старика:

Как магию истоков

По капле иссушали

Три девушки, рыдая

Над телом паренька.

Затем запел костёр,

И ночь ему вторила,

Из белого тумана

Сам лес соткал судьбу.

— Они его спасли, —

Старик шептал устало, —

Тогда, когда он был

Одной ногой в аду.

— О дед, я заклинаю, —

Шептал парнишка тихо,

Не в силах оторвать

От небосвода глаз.

Там замерла она,

Немой слезою в крике.

— Как он посмел отвергнуть

Её в тот день и час?

В ответ же тишина

Парнишку приласкала,

Багровым янтарём

Ночь поджёг рассвет,

И пением ранних птиц

Окрестность задышала,

И с раннею зарёй

Вдруг растворился дед.

Вскочил на ноги парень,

Вокруг он оглянулся,

Пытаясь разглядеть,

Куда девался дед.

А дед же, тенью став,

Лишь молча улыбнулся,

Храня между миров

Истории секрет.

И только дым костра,

В тумане растворяясь,

Смешав жасмин и ель

С кувшинкой из пруда,

Шепнул мальчишке в уши:

«Он оттолкнул её, любя и лишь надеясь,

Что не пойдёт за ним...

Что будет жить она».

1. * Разговоры у костра * ( Симфо-металл версия )

* Разговоры у костра *

( Симфо-металл версия )

У костра сидел старик,

Взгляд — печален и суров.

Треск огня в ночи затих,

Он спросил: "Ну что, готов?"

Словно мир сто лет хранил

Тень молчания в глазах,

Лёгкий жар костёр дарил,

Пепел плыл в седых волосах.

Мудрость всех забытых стран

На груди его легла,

Ветер выдохнул туман,

Ночь склонилась у огня.

"Дед, я не желал сегодня

Слушать сказки у костра.

Мне бы вина, дев прекрасных,

А не речи колдуна".

Старец тихо усмехнулся,

Гулко лес ему ответил:

"Каждый сам к мечте вернулся,

Если сердце путь заметит".

Парень в латах, в плаще рваном,

Сел напротив у камней.

"Расскажи, седой странник,

Что скрывает столько дней?

Как сбываются желанья?

Что ты носишь за плечом?

Почему в твоём молчанье

Столько боли под огнём?"

Тьма стеной сошла над лесом,

Тепло пламени вздохнуло.

И молчание навесом

Над поляной вдруг застыло.

"Дед, я не желал сегодня

Слушать сказки у костра.

Мне бы вина, дев прекрасных,

А не речи колдуна".

Старец поднял взгляд усталый:

"Ты спросил — теперь внимай.

В каждом имени забытом

Спит не смерть, а чья-то тайна".

"О каких именах забытых,

Стертых временем с камней?

Как сквозь сотни лет прожитых

Ты не стал золой теней?"

Голос старца стал подобен

Грому дальнего прибоя,

И в глухой ночной утробе

Море грянуло волною.

"Я бродил среди столетий,

Видел рождение миров.

Слышал плач чужих планет,

Звон погибших берегов.

Не бессмертие хранило,

Не заклятье и не власть —

Просто память не забыла

Тех, кому не дали встать".

Парень дрогнул, словно лист,

В глубине его — испуг.

"Неужели маг? Артист?

Или сказка — этот круг?"

Старец молча отрицал,

Поднял руки к небесам.

Рунный свет над лесом встал,

Разогнав ночной туман.

"Вот ответ, мальчишка глупый,

Вот предел твоих мерил!

Мир огромен, мир некуплен,

Ты едва его открыл".

Планетарный гул проснулся,

Дальний свет зажёг простор.

Парень к старцу прикоснулся —

И поверил в древний взор.

Вдруг раскрылись в небе дали,

Млечный путь пошёл волной.

Звёзды тайну показали,

Жизнь рождалась над землёй.

Старец взмахом всё сокрыл,

Снова ночь легла кругом.

Парень на колени встал:

"Прости меня, я был глупцом".

"Прости, старший, я не знал,

Я смеялся зря над чудом.

Расскажи, что ты скрывал,

Я внимать тебе не буду

Перебивать. Я всё исполню,

Что велишь мне до конца".

Старец выдохнул: "Сегодня

Поговорим у костра".

За гранями бездушных звёзд

Плеяды дрогнули едва.

В ночном дыхании морозном

Борода качнулась у огня.

"Ну что ж, сегодня поговорим",

Сказал он, глядя в небеса.

И лес застыл над тихим миром,

А рядом пела тьма сама.

2. = При чем здесь Бог =

Дайте минутку, я созрею, И мысли в слог свой соберу. В них ветры пафоса навею, Чувств серебром припорошу.

=О чём шепчет ветер( При чем здесь Бог ) =

( Симфо-металл версия )

Вершины скал застыли в крике,

Лицами врезались в туман.

Мальчишка, выточенный ликом,

Не отводил от мага глаз.

Старик молчал, и в каждой складке

Жила дорога тысяч лет.

В его зрачках рождались планеты,

И гас невысказанный свет.

"О боге ветра спой мне, старец,

О том, кто бурей режет тьму".

И громом стал его товарищ,

Когда лес вспыхнул поутру.

Простой парнишка с золотистой

Копной, сестрой-сиротой,

Рос в переулках, в пыли быстрой,

Делил краюху с нищетой.

В двенадцать зим, в ночном лесу,

Он видел языки огня.

Маг кистью вывел полосу —

И тени вышли из угля.

Причём здесь бог, о ком ты пел?

Неужто он воровал?

Безумец, — старец прохрипел, —

Ты слишком рано осуждал.

Он был смертным, как и ты,

И падал в прах, и знал вину.

До трона синей высоты

Он сам прошёл сквозь тишину.

"Он в ледяные одежды

Одевал седую гладь,

И следопыты, как невежды,

Учились ветер измерять.

В тот год застыла тьма листвою,

Лес преклонился и затих.

Мальчишка понял — пред собою

Стоит ответ для всех живых".

И вдруг старик расхохотался,

Держа весь мир в своей горсти.

В его глазах огонь качался,

А тень печали — позади.

Его в легендах знали грозным,

Весёлым в пире, злым в бою.

Он смерть встречал лицом заносчивым,

Смеясь над страхом на краю.

Но старец замолчал внезапно,

И голос треснул, как стекло.

Небеса притихли над кострами,

И в пепел медленно стекло.

Парнишка с кистью, с медным звоном,

Смотрел в видения, дыша:

"Скажи мне правду, заклинаю,

Не прячь её в конце рассказа.

Открой мне тайну, старый маг,

Пусть ветер назовёт себя".

Маг улыбнулся: "Что ж, продолжим.

Вдохни жасмин и горный ключ.

Вот малина в каплях росы,

Вот мягкий янтарный луч.

Запомни: сила — не в короне,

Не в шуме бурь и высоте.

Бог ветра тоже был ребёнком,

Пока не выбрал путь к себе".

Причём здесь бог, о ком ты пел?

Теперь я слышу зов вдали.

Он был смертным, он был смел,

Он нёс свой страх через пыль земли.

И если буря тронет лес,

И небо вспыхнет над рекой,

Мы вспомним тех, кто рос с нуля,

Чтоб стать свободным высотой.

3. = Тень ушла от нас =

= Тень ушла от нас =

( Симфо-металл версия )

Старик продолжал, и звёзды в небе

В такт ему в мифическом танце кружили луну.

А ветер тёплый тихо над костром летал,

И тень его Бога парнишке в уши шептала.

Прошёл тот парень дорог немало,

Истоптал леса пустотные — сестру он отыскал.

Уже тогда хвастлив, но верен небу был,

Сквозь поражения жемчужины опыта копил.

И в то же время надёжным другом, братом стал,

Со злом боролся в каньонах тех небесных скал.

В ночную мглу вдруг канул костёр,

Старик умолк — и заиграла тишина.

Звенела в ней дрожь натянутой стрелой,

Виденья — нить, как ветра Бог, пришёл домой.

Мальчишка в латах своё дыханье затаил,

Не отрываясь, за виденьем следил.

Костёр же щедро дарил ему своё тепло,

Но жуткий холод белым лимбом жёг его.

Скажи, старик, что с ним случилось?

Что не так? Он вроде весел, но полон печали.

Его взгляд взмолился, путник замер,

Его голос — камнепад над тишиной.

Вдруг заиграл планет парад,

Но старик молчал, как будто погрузился в сон.

Печальный вздох — в висках седины

Хрустальный звоном отозвался в тишине.

И несмело вспыхнул тусклый уголёк,

Запах ели всю поляну обволок.

В запретном море в тот день утихал уж шквал,

А над ним чёрный маг, как тень, летал.

Мир стал серым — мрак почти всё поглотил,

У уцелевших на корабле не было сил.

Древним мхом, каплей утренней росы,

Дыханьем моря был наполнен дым костра.

"Ты знай же, путник", — старец с хрипом прошептал.

Тут же обнажил злой оскал

Тот, кто исток свой — наш Бог ветра — погасил.

Жизнь купить хотел той, которую любил,

Но парнишка вздрогнул — едва на спину не упал.

Звон его лат, как гром полянный, прозвучал,

Когда узрел он: желтоволосый юный маг

Вмиг стал седым — и сердца стук его угас.

Его взгляд взмолился, путник замер,

Его голос — камнепад над тишиной.

Вдруг заиграл планет парад,

Но старик молчал, как будто погрузился в сон.

Ветер знает, кто вернулся,

Пепел помнит имена.

Там, где юный маг согнулся,

Ночь закрыла небеса.

Старик молчал, и гас костёр,

Лишь ветер нёс его рассказ.

Над чёрным морем пел простор,

А тень ушла, оставив нас.

4. = Между миров =

= О чём скорбит ветер ( Между миров ) =

( Симфо-металл версия )

Свет серебряной луны — словно призрак древних тайн,

Эхо звонкой тишины, туманная вуаль.

В предрассветную росу лес оделся по плечам,

Слёзы с гор бежали вниз, прижимаясь к корням.

Нет, старик, тому не верю! — вскрикнул парень, как в бреду.

Вздрогнули деревья в чаще, птицы скрылись на ходу.

Разбежались тени леса, будто смерть его ждала,

Но все знали в той округе: жизнь любовь ему спасла.

Парнишка отрицал, мотая головой,

Звенела речь его над чёрною землёй.

Как бездна содрогалась под ветреной ногой,

Всё, что ты говоришь, — не может быть судьбой!

Но между двух миров, где гаснет старый след,

Любовь хранит живых, когда надежды нет.

Правда есть, но в мире этом никто поверить не хотел.

Старик вздохнул, и голос тихий с дальних берегов летел.

Он повёл рукой к созвездьям, к молчаливому небосводу,

Продолжая свой рассказ сквозь костровую свободу.

Костёр дарил тепло, ромашки в пламени цвели,

Млечный путь кивнул бородой над уснувшими вдали.

И путник видел: звёзды пляшут, чертя узоры в вышине,

Словно магия истоков возвращалась в тишине.

Как бездна содрогалась под ветреной ногой,

Всё, что ты говоришь, — не может быть судьбой!

Но между двух миров, где гаснет старый след,

Любовь хранит живых, когда надежды нет.

По капле иссыхали три девушки, рыдая,

Над телом паренька, его не отпуская.

Затем запел костёр, и ночь ему вторила,

А белый лес туманом их судьбы соединил.

Они его спасли, — старик шептал устало, —

Когда одной ногой в аду душа его стояла.

О дед, я заклинаю! — парень прошептал,

Но взгляд от неба оторвать он больше не желал.

Там замерла она немой слезой,

Крича без слов над собственной судьбой.

Как он посмел отвергнуть её в тот день и час?

Ответом стала тишина, что обнимала нас.

Парнишку приласкала багровая заря,

И пением ранних птиц вздохнула вся земля.

Вдруг растворился дед с ранней зарёй,

Парень вскочил, оглянулся за собой.

Пытался разглядеть, куда исчез старик,

Но только лес в ответ ему безмолвно кивнул.

А дед, лишь тенью став, беззвучно улыбнулся,

Храня между мирами секрет, что не вернулся.

И только дым костра в тумане растворялся,

Смешав жасмин с елью, пока рассвет рождался.

С кувшинкой из пруда старик шепнул мальчишке:

Он оттолкнул её, любя, и спрятал боль в улыбке.

Лишь надеясь, что она не последует за ним,

Что будет жить она… пока не меркнет мир.

5. = Ушедший из снов =

= Ушедший из снов =

Прошу, простите, коль серчаю,

Когда печален, иль скучаю.

За то, что спрятал, умолчал

Тот миг, когда бушует шквал, —

Зима холодной, снежной вьюгой

С душой моею, как с подругой,

Беседы тихие вела,

Изранив сердце, как стрела.

За то, что не приду я к чаю, —

Вам, может, будет больно, знаю.

Под первой зорёй, в лучах багрового заката,

Узнать, что мир я оставил без возврата.

Улыбки маску я носил,

Внутри, рыдая, уходил.

Душа рвалась, стонала болью,

Кричала чайкою во тьме...

Но если ветер тронет ваши сны,

И тихо дрогнет память у окна,

Не плачьте — я останусь в глубине,

Где наша боль становится светла.

Пускай исчез мой след среди миров,

Пускай умолкнет голос вдалеке —

Я на мгновение коснусь ваших снов,

Как тёплый снег на чьей-то руке.

Извне, с улыбкою довольной,

Ходил я словно в сладком сне.

Как мог, цеплялся я, до крови

Свои же руки искусал,

Горел холодной, ключевой водою,

По капле всё вам отдавал.

И я устал, растратив силы,

Судьбы исток свой исчерпал,

Подобно звёздам в небосводе,

Угас давно — для всех пылал.

И в час последний, растворяясь,

Я ветром скорби меж миров,

Одной надеждой утешаюсь —

На миг коснуться ваших снов.

Но если ветер тронет ваши сны,

И тихо дрогнет память у окна,

Не плачьте — я останусь в глубине,

Где наша боль становится светла.

Пускай исчез мой след среди миров,

Пускай умолкнет голос вдалеке —

Я на мгновение коснусь ваших снов,

Как тёплый снег на чьей-то руке.

И я исчезну, растворившись

Чернильной каплею во мгле,

Согретый тем воспоминанием,

Тем стёртым мелом на стене.

И, может быть, ночной порою,

При лунном, тёплом серебре,

С улыбкой нежной и печальной

Кто-то вдруг вспомнит обо мне...

Кто-то вдруг вспомнит обо мне...

6. = Молитва у врат =

= Молитва у врат =

Солнца ясный свет

И красок полный день,

Мрак поглотил, и всё закрыла тень.

И в этой темноте

Идти мне одному,

Да будет так, это судьба, я её приму.

Закат моих дней

Я знаю недалек,

Но в груди ещё пылает огонёк.

Пусть болью каждый шаг

Терзает душу мне,

Но не отдам ее я Сатане.

О как же мне нужна,

Та помощи рука,

Что вытащит меня из ада навсегда....

Но быть мне одному

И это есть мой крест,

Своей душою ада дверь стеречь.

Пусть черная душа,

Пусть рая не видать,

Но землю Сатане я не могу отдать.

Закрою на замок

Я преисподни дверь,

Да, я жить хотел, но мертв теперь.

И пусть забудут все,

Забвенья не боюсь,

За ваши я грехи, здесь помолюсь...

О как же мне нужна,

Та помощи рука,

Что вытащит меня из ада навсегда....

За ваши я грехи, здесь помолюсь...

7. = Высший Лич =

= Высший Лич =

Я жизнь в аду не выбирал,

Тянулся за другую нить.

Тот путь, что к солнцу я желал,

И там бессмертия достичь.

И дел творил я, что во благо,

И всем стремился подмогти,

Кто упиваясь сладким ядом,

Сбивался с верного пути.

Терпел я боль непониманья,

Огонь обид за то добро,

Что получал я за старанья,

Не дать их душам пасть на дно.

Я получал в ответ проклятья,

Кинжалы в спину получал,

Когда в борьбе за их же счастье,

По капле душу я терял.

Я потерпел здесь пораженье,

И здесь предательство познал.

Был брошен ими в мир забвенья,

В глубины ада я попал....

Здесь тени встретили меня,

Те что отчаянием зовутся,

Закрыв собою краски дня,

Но я им только улыбнулся.

Пусть преисподней стал слугой,

Но с этим, знайте, не смирился!

Возвышусь там, над сатаной,

Чтоб каждый желчью подавился.

Затем сожгу их небеса,

Разрушу хрупкие надежды,

Что сам дарил им в те века

Слов лживых их нося одежды.

Взыщу долги, взыму я плату,

Своею черною пятой,

Я Высший Лич, длань сатаны,

Сотру их мир и их покой.

8. = Темный огонь душ =

*Темный огонь душ*

( Симфо-металл версия)

Он дышал тенями на полную грудь, Его сердце — преисподней застывшая суть. На чертогах небесных он меч роковой, И только с Уходящей В Дождь он живой!

Повелитель Пустоты его прозвали на земле, Застывая в крике страха, замирая во мгле. По преданиям древних, первородный огонь Погасил он, ввергая всех в бездну и хтонь.

Он творил немало чёрных дел, Исчадием ада быть — его удел.

Но скрыто было от преданий Его душевных ран, страданий: Устроить в мире смерти бал, Чтоб её живой огонь пылал, Светила чтоб она рассветом, Даря надежду, смех и лето.

Пламя холодом объято — Рвётся птицей меж миры, Там, куда ушёл когда-то Повелитель Пустоты. Стонет к сердцу, вопрошая И сжигая небеса, Где меж звёздами блуждает Позабытая душа.

Горькой грозовою пылью Шепчет девушка в печали Те слова, что стали былью, Нитью льда в её скрижалях.

Его тень сгорала в её пламени, Её пламя стихало в его тени, Её облик был его знаменем, Его мрак стал мыслью в ночи.

Она сгорала во тьме его ночи Одинокой ледяной звездой. Мглою чёрной её светлые очи Освещали дорогу домой.

Повелитель Пустоты его прозвали на земле, Застывая в крике страха, замирая во мгле. По преданиям древних, первородный огонь Погасил он, ввергая всех в бездну и хтонь.

Пламя холодом объято — Рвётся птицей меж миры, Там, куда ушёл когда-то Повелитель Пустоты. Стонет к сердцу, вопрошая И сжигая небеса, Где меж звёздами блуждает Позабытая душа.

Она сгорала во тьме его ночи Одинокой ледяной звездой. Мглою чёрной её светлые очи Освещали дорогу домой.

9. = Шёпот звёзд =

= Шёпот звёзд =

Так щедро капли янтаря

Светило дарит и Земля,

Сквозь снов счастливых пелену,

В ответ улыбку шлёт ему.

В тех снах ожившие мечты,

Где в облаках летаешь ты,

Где радость прячется в глазах,

Играет ветер в волосах.

И там, где тает грань миров,

Нас принимает древний зов.

Там голос твой как шёпот звёзд,

По миру грёз меня ведёт.

Там смех твой как хрусталь звенит,

В объятья счастья он манит.

Вокруг же в зареве небес

Поет листвой кивая лес,

Под музыку речной волны,

Уносит нотки суеты...

Пусть над землёю вспыхнет свет,

Где страха больше места нет.

Пусть этот миг хранит огонь,

Соединив ладонь с ладонью.

Там голос твой как шёпот звёзд,

По миру грёз меня ведёт.

Там смех твой как хрусталь звенит,

В объятья счастья он манит.

Так щедро капли янтаря

Светило дарит и Земля.

10. = В объятиях сентября =

= В объятиях сентября =

Давай забудем, друг мой тленный,

Забудем магов и богов,

Оставим мир в покое бренный

У дальних тихих берегов.

Пусть лишь по воле демиурга

Перо поэта-драматурга

Под вздох судьбу переломит,

Пока нас ночь ещё хранит.

А ночь, как милая девица,

Ему — как братику сестрица,

Луной путь новый осветит —

Ведь лишь одна она всё знает.

Мы лишь куплет с тобой допишем,

Где, знаешь, нету больше слов,

И крикнем там о мире: слышишь?

Сквозь немых хоров голосов.

И мир ответит нам украдкой

Пеньем птиц и ветром сладким,

Как дух отца земли родной,

Скуп на слова, но всё живой.

Я буду ждать тебя домой,

Но сам последую за мной.

Не слышать больше вам меня —

Пусть тишина хранит меня.

Моей речи однажды догорев,

Исчезну в осенний тихий вечер;

Застынут каплями дождя

Мой смех и ваши слёзы.

И я в объятиях сентября,

Недосказав...