Без сожалений

***

В душе моей есть боль.

Безмолвно, я плачу, плачу в тишине...

От страха и бессилья словно

Я растворяюсь всё во мгле...

Нет сил, есть слезы, но не только...

Есть ненависть к себе во мне.

Она стреляет очень больно,

Больнее, чем в жутчайшем сне.

***

Все небо озарило краской,

И тьме и каплей не прильнуть,

Я это вижу словно сказку,

Узрев алеющего неба путь…

Но вот зали'ло черным небо

Доселе яркое во дне,

Как будто сердце онемело,

И я рыдаю в тишине.

***

Во лжи небес есть правда сути,

Когда узрим себя извне,

Почувствуем, игра не стоила той прыти,

Которую мы видели во сне.

***

Семейная связь, что есть из крови,

Похожа на цепь от браслетов,

Она столь крепка, как ее застегни,

Вот только порвут то хоть дети...

***

Ни ад, ни рай не жалуют любви,

Сковавши в той виновных,

А сверху тюрем падают ножи,

Пронзая сéрдца непокорных.

Лишь роза нежная все лезет изо тьмы,

Желая скрыть напуганных влюбленных,

Шипами чéртей колет до крови

В стремлении спасти безвинно обвиненных.

***

В зиккурате твоих слез,

Как падший ты на землю ангел.

Ты мой закат, ты мой восход

И ты мой в рай земной проход...

Весенний сон

Под небосводом мы вдвоем,

Сидим, слегка прикрывши очи,

Наша любовь стала крылом,

Накрывшим одиноких.

Я для тебя, что вёсен сон,

Ты для меня — безгрешная святыня,

В устах у нас лишь слово «дом»,

В глазах же плеск желания любимой.

Кто мне послал тебя извне,

Кто подарил сию отраду?

Моего счастья в этом полусне

Не описать высокопарным складом.

Любовь и честность, счастье, доброта —

Вот описание той жизни,

В которой мы живем немалые лета,

Желая девушку перед собой все так же сильно.

На небе, золотом светящее лицо,

Зашло, кидая мир под ноги королеве ночи,

Мы же с тобой, обвившись словно бабочек кольцо,

Заснули, слыша шум листвы, до сплетенок охочей.

***

А стоит ли мир той любви,

Что сказкой покажется людям?

Одни лишь бегут, страшася судьбы,

Другие играют, бездумно воркуя...

Откуда мы знаем о смысле любви?

И где начались разговоры?

И правда ли в мире остались и вы,

Влюбленные в чудо сверхлюди?

Ведь мир столь жесток, он весь изо тьмы,

Где быть, чтоб почувствовать это,

Что нужно, чтоб слезы потоком текли?

Но только от счастья, от света...

Ответ на вопрос узнаёшь изнутри:

Где сердце - там чувство, там лето,

Там осенью жарко, а в вёсны цветы

Любовью пылают с рассвета.

В сердцах матерей и у каждой вдовы,

Найдется тепло для ответа,

Что есть здесь любовь, а где доброты

Лишь горстка подкинута в Лету...

И все же любовь ведь не только цветы,

Не только омела и лето...

Любовь - это дар, даваемый людьми,

Ни богом, ни солнцем, ни ветром.

И пусть есть и боль, средь сладкой воды,

Отравленной ядом лишенных,

Лишенные чувств навеки мертвы,

Но жизнь твоя - счастье и воля.

Для чистой любви все бесцельны цветы,

Бесцельны браслеты и перья,

Тебе для любви нужны только мы,

И знай, ты любима безмерно.

***

Хочу рыдать,

но не хочу я.

Хочу смеяться?

Не хочу.

Хочу ли умереть, ликуя,

Или же жить, взлетая в тьму?

***

И мертвый в поле запоет,

Коль солнце с запада встает.

И месяц яркий в небесах,

Перевернется в этот раз.

Вонзится нож, взметнется ввысь

Ярчайшая тирада,

Согнутся ветви, красна рысь

Запрыгнет в двери Ада.

Исчезнет звон, умрут во сне

Младенцы из картинных

Тех галерей, что видим мы

Когда мы жжем невинных.

Распнут людей, пронзят гонца,

Зальют и счастья пламя,

Гонец - людская доброта,

Убьем ее мы сами.

***

Хочу несчастье я забыть,

А как забыть — не знаю…

Толь утопиться, то ли выть,

Пока мне легче станет.

Но что за чушь? В жизни моей

Есть столько ярких красок,

Так почему же все трудней,

Забыться в добрых сказках?

Как же мне быть, если во тьме

Скрываются кошмары?

Они не просто мучат в сне,

Это игра в шарады.

Сто фаз желания, любви,

Тревоги и досады.

Вот только все фальшиво здесь,

Но и страшнее в разы.

Теперь не помню, что любовь,

А что обида, горе.

Теперь стою я на краю,

Готовая пасть в море.

В море смешений разных чувств,

В простор, где непонятно,

Что есть твой собственный недуг,

А что внушили безвозвратно.

***

Любовь с годами не уходит,

Она лишь крепнет ото дня,

Но здесь одно меня тревожит,

Любовь - реальность иль мечта из сна?

***

Ну вот, вот так вот все…

Душевно мертв он, сталось…

Да, над таким смеяться грех,

И все же, я смеялась…

Да, знаю, грешно то, в чем я каю’сь,

Грешнее всей юдоли,

Но мне, признаюсь, божеством далось,

Свободною глумиться над неволей.

Смеяться с малости ума,

С душевных недостатков…

Бесчувственны к искусству их слова,

А потому сыграю с ними в прятки.

Я спрячусь за картиной — не найдут,

Запрусь за книжной стенкой и попячусь,

И будут вечно те брести вокруг,

Потерянные, видя неудачи.

Искусство — вечно, их же спесь смешна,

Они лишь будут жалкими врунами

И игроками, которые удачу всю сполна

Пропили, прагматичностью ребячась.

Ego sum Ego

Не одеваюсь к месту,

И мне кричат: "Ты смех!" ,

Не слышу, как жить надо,

Они мне: "Глуше всех!"

Но я только собою

Желаю быть везде:

Всегда эскперименты,

Всегда "Дорогу мне!"

И стелется тоскою

Плеяда "ты должна!"

Рождает нужность горе

Дарует радость: "Я!"

Я есть, и я живая,

Я разная везде.

Что волей называют

То есть всегда во мне.

И столько бедных стонет,

Скучает от нужды,

Обязанности строгой

Быть названными "мы".

Но в "мы" всего две буквы

Есть зеркало, есть "Я"

Смотри и думай, слушай,

В чем суть egó Твоя.

***

Убить, вонзить, изрезать, раскрошить,

Вынуть всю плоть и раздробить,

Чрез адские мосты пройти,

И за собою провести.

И измотать, сжигая в гневе,

И утопить, играя в веер,

На что укажет тот любя,

Тем и сожгут дотла тебя.

Тогда ты взвоешь, зарыдаешь,

До кости кожу посрываешь,

И, рассыпаясь на одре,

Ты пеплом Адским станешь в мгле.

***

Во тьме ночи я вижу счастье,

Которое не видно мне во дне,

И сколько лет пройдет перед ненастьем,

Убившим мою в душу в зимнем сне?..

И сон тот яркий, словно море

В закатном солнце в вышине,

Вот только холод здесь не горе,

Он в толстых льдах схоронит бывшего во тьме.

Те льды не страшны, нет,

Лишь море

Пугает бесконечностью во дне,

Во льдах есть мир, там есть мой город,

Мой город — счастье в этом сне.

***

Пишу стихи, но что с того?..

Тем боли не унять…

В жизни моей есть все и ничего,

Хочу сейчас смеяться и рыдать.

Хочу любить и не хочу,

Хочу счастливой быть.

Потом я думаю: "А для чего?"...

Нет, проще все забыть.

Забыть, что счастье - хорошо,

Ведь жажду я писать.

А для письма нужна лишь боль,

Поскольку сильных чувств тогда мне не унять.

Ведь чувства - мысль,

Она важна, важна безмерно здесь.

Сильнее боль - длиннее рукоять

Пера, которым выжигаю слово "жить".

***

Я вру себе, как будто это правда

И прикрываюсь силой разных чувств…

Но как понять, что предо мной гепарды,

А не красивых ланей длинный путь?

***

Среди лесов, полей и прудов,

Среди дубов и тополей,

Найдется ягода, что слаще меда,

Найдется лист, дороже яшмовых ветвей…

***

И посреди сего дурмана

Стоит несчастный человек,

И у умирает он от яда,

И не воскреснет он вовек.

***

Листья уже опадают,

И солнцу совсем невдомек,

Что нам бы лишь лучика с краю,

И лета счастливый денек...

***

Как ты посмела за меня решать?

В твоих речах высокомерна праведность,

Ты врешь себе опять.

Ты думаешь, что можешь мыслить лучше, мыслить ярче.

Не можешь. Ты же здесь не старче.

Глупее нет тебя на свете всем,

Ты, возомнив себя добра послом,

Решила мои чувства искалечить.

Смешно, кричишь ты словно кречет.

Но он лишь птица, ты же - человек,

Сей человек не ведает, что изливает сущий бред.

***

Столь солнечный день!

Хочу умереть.

Хочу раствориться в просторе.

Нам словно внушают:"Положено жить!"

Но что ж в результате такое?..

Пошто нам та жизнь,

В которой лишь боль?..

В который лишь злость и запреты…

Не лучше ль, оковы отбросив в юдоль,

Почувствовать сладость рассвета...

Рассвета за сном, рассвета во тьме,

Которую мы зовем жизнью.

Исчезнуть, взмахнув необъятным крылом,

Забыться, не вспомнив про "прежде".

***

Господа, для чего ж

Есть в душе доброта?

От чести спасаясь успешно

Я радостно кличу: «Ура, мир — игра!»

Картёжно скривя свое сердце.

Зачем жизнь дает человеку слова,

И мысль, дав высмеять бренность.

В молчаньи ведь суть,

В нем жизнь, что честна,

Но словом смывается честность.

Откроешь лишь дверь и услышишь с двора:

«Ведь ты говорил мне иное!

Кричал, что любовь не всего лишь слова!

Что ты обратишь жизнь мечтою!»

А после осудишь, осмеешь, что та

Любви от другого желала.

Подумаешь: «Врун, он лишь льстец — промок до носка

во лжи, истекающей гноем.»

Теперь ты прикроешь дверной свой проем,

Своротишь головушку вправо,

На стенке кривым и бесстыдным лицом

Вдруг явится чёрта отрада.

Так в зеркало смотрит цинизм-человек

С насмешкой над глупостью мира,

Скривившись Иудой с разбитым во век

лицом, омрачающим веру…

Не только в богов, не только в судьбу,

Но в правду, что «ценится» миром.

Засим человеку сказать я могу:

«Молчи, ложь не кончится пиром»

***

Ты родилась, и в этом мире

Вдруг появился новый свет:

Звезда отважнейшей богини...

Афины, может быть, Сехмет?

Ты — сочетанье иноземных красок,

Ты — дьявол, посланный с небес,

Который справедливость вершит чаще

Всех тех, что праведным назвали бы свой век.

Ты часть той силы,

Что рождает пламя, назначенное освещать весь мир.

Несметные просторы Рая

Склонятся пред свободой сих:

Любви, что в сердце огненном сияет,

Отваги, что видна сквозь мрак

И счастья, что в душе пылает,

Как древний Фаросский маяк.

Живи, неси бесстрашность свету,

Неси ту силу, что тебе

Дарована рукой Вселенной, сверху,

Рукой, что не исчезнет и во тьме.

***

Как мне не раствориться в чувствах,

Когда они летят со всех сторон?

Как выбрать, что же истинно,

А что же просто, легко закралось в мой душевный перезвон?..

Есть первое, есть и второе,

Но где же то мерило взять,

Чтоб силу чувств измерить ровно,

Чтобы в обман мне не попасть...

Так хочется любить, так хочется увидеть...

И наконец-то выбрать правду, сердце то,

Что будет биться вечно рядом с этим,

Которое моей груди дано…

Но выбор, как известно, очевиден.

Мы все лишь мечемся в стенаниях, тосках,

Когда всего-то надо чувствовать, заметить,

В каких глазах уже лежит начертанной судьба.

***

Выбор вечный, выбор страшный,

Выбор, данный Кем-то всем.

Только без ответа дрянный,

Он лежит в миру без стен.

Никому не сказано, как дальше

Жить, когда уж осознал,

Что пора продвинуться и дальше,

Что пора пройти тот перевал.

Выбор тот придется сделать,

Знай, что правильного нет.

Будет тот, который впредь не сможешь ты отринуть,

Будет тот, который не был сделан кем-то вне тех стен.

Посвящено новелле Жоу бао бу чи жоу/Митбан «Хаски и его учитель белый кот»

«И сколько раз мне умереть?» —

спросил мертвецки бледный,

лежащий на руках Ваньнин,

рукой стирая с рук кровавые просветы.

«Когда.. когда же ты… когда…

поймешь, что с жизнью не играют?» —

ответ шептал державший его преданный слуга,

кроваво-пепельных небес посланник.

«А ты… и что тогда,

что изменю я своей жизнью?

Любовь моя, любовь твоя —

все безразлично людям в этом мире.

Неважно, что, где и когда,

любовь — дорога к жизни,

но и от смерти та недалека,

как только станет пылью.»

«Но ты… Ваньнин, но отчего же пылью?

Стой, нет, заткнись,

ведь ненавижу я тебя, умри,

подохни страшной смертью!»

«Прости… Сказал когда-то я:

«Дурной характер не поддается иправленью.»

Ошибка то была моя,

теперь расплатой стали наши семьи.

Быть может, ты любил меня,

быть может, ненавидел,

но ведь в конце концов в твоей руке моя рука,

и этого мы не изменим.»

Сомкнулись яркие глаза,

горевшие предсмертною любовью,

теперь вовеки не откроют Небеса,

каков конец был той трагической истории…

Ты — компания

Смех и грех,

Усталость, злость. Ненависть играет плотью.

Точит камень жизни слог,

Изгоняя беззаботность.

В поиске пути мечты,

Ищут люди бесконечной страсти.

Медленно сходя с пути,

Разрываяся на части.

Изменил себе — убил

Часть, которая мечтала.

Купил гроб, надул шары,

Чтобы для парада.

Все накрыл столом еды,

Из своей же плоти,

Сделал вид, сменил портки,

Не зашивши дыры.

Так мы мелькнем, пока дни,

Не достанут вилы.

А дальше что?

«Я серьезна!»

— Нет, ты не.

«В знанье истина!»

— В вине.

Ты, пытаясь угодить,

В ожидания одета.

Безупречна, спору нет.

Только в зеркале всё то же —

Пусто, мéртво, так похоже…

Изменяются в тебе

Лишь морщины — все на лбе.

Отвори же дверь покоев,

Где закована душа…

Дай свободу сердцу! Волю!

Света дай! Кричи неволе: «Ни за что!

Стихия — Я!»

Быть серьезной ты успеешь,

Отсидев в картине срок.

Медленно гния в могиле.

Вечно.

Поза.

Некролог.