Белые крылья

Глава 1Крылья

Никому не нужны эти белые дивные крылья,

Запылились в безверье, беспамятстве лжи и тоски.

Присмирела и плачет, снимая наряды в бессилье,

Охладевшая жизнь, принимая плененья тиски.

Закружилась Земля все быстрее, и все обреченней,

Потеряла два солнца, двух чудных приветливых лун,

Распадаются формы творений давно завершенных.

Замолкает звучанье прекрасных эоловых струн.

Разгорелись деянья в порыве бескрылых эмоций,

Бесконечность желаний, несущих усладу и смерть,

Пламенели костры инквизиций и всех революций,

Принося лишь разруху, лишений и зла круговерть.

Измельчали моря и деревья, и горы, и реки.

Позабытые крылья, святые для нас велики -

Измельчали, ослепли, лишились ума человеки.

Кто-то слышит вибрации? Крылья дрожат от тоски...

Глава 2 Певчая птица

Восторженность, наивность и веселость

Такими глупыми и детскими казались.

Их мягкость вызывала только колкость,

Презрительно над ними улыбались.

Они исчезли, будто растворились,

А может быть, нахохлившись уснули,

Померкло солнце, тучи появились,

Реальность - серая, ветра подули.

Клеймили солнце, было слишком жарко.

Что толку от фальшивой позолоты?

Но дни без солнца - пасмурны, неярки,

Как будто заклеймённый умер кто-то.

Довольна зависть, злость - она сумела

Убить радушие, веселье и мечту...

Вдруг, птица в терниях последняя запела,

На шип упала, песнь отдав кусту.

Глава 3 Поиски Христа

Простите, люди, ищете Христа?

Он вышел в вечность, кто его просил?

Вы здесь сегодня тоже неспроста?

У вас нет денег, и так жить нет сил?

Не поняли ученье, как всегда:

В себе Христа, а не в других ищите,

Его примеру скорбного труда

Последуйте, потом себе просите.

Вы так погрязли все в грехах и сраме,

Но все же ждете, чтоб спасал он вас.

На деньги краденые строите вы храмы,

И кровоточит здесь иконостас.

А время закрутило по спирали

Извечный, неизбывный, скорый бег.

Пока вы ищете за вас, чтоб умирали,

Погубят мир разврат и подлость, грех.

Глава 4 А есть ли Бог?

Есть ли Бог

А есть ли Бог?- спросил один мудрец,

И сам сказал: -Его никто не видел,

Как ходит, говорит, живет Творец,

И почему богатством нас обидел?

Но вскинув бровь,сказал тогда другой:

-Ты матерью рожден, не правда ли?

Не видел материнский лик родной,

Пока успешно роды не прошли.

В утробе ты не знал, что мама есть.

Лишь знал ее заботу, ласки, пенье.

Вот так и Бог, что дал тебе, не счесть.

Увидишься, ты с ним, имей терпенье.

А что касается богатства, право, брат,

Его дары повсюду в нашем мире,

Сначала научись давать, не брать,

Будь в мыслях скромен, а душою шире.

Глава 5Смутное время

Блеском манит золото витрин,

Птицы на деревьях, как игрушки,

Пахнет кисло-сладкий апельсин,

Листья прелые, как желтые веснушки.

Воздух зимний - сырость и прохлада.

Стрелками года бегут по кругу.

Жизнь - смертельна, это ли преграда

Радость не дарить и сердце другу?

Мир сошел с ума - с душой открытой,

Сладко очумев, без всех оков,

Пьет свободу со слезою скрытой,

Приняв яд данайцев, их даров.

Спрячешься ли в этой круговерти

Жизни коронованных голов?

Все несчастья приближают к смерти,

Вспыхнув спичкой, миг один живем.

Искры в галактическом пространстве

Долго падают, когда нас нет.

Темень - в звездном бархатном убранстве.

Вечен только душ далекий свет.

Фото Ольги Добрыниной

Глава 6 Мелодия тоски

Мелодия тоски, душа - в миноре,

Седеют травы, небо с солнцем в ссоре.

Минуты пониманья, тишины

Душою ткут, без слов, им нет цены.

Но как душой объять весь белый свет,

Когда в нем правит зло, единства нет?

Меняет ложь одежды, званья, лица,

Планеты климат, власти, стран границы.

Возможности, слова, ориентиры,

Значенья, символы и прежние кумиры.

Красив, здоров и весел, тот кто платит,

Доверчивый - в мечтах и только плачет,

И верит, что лежит вина всех бед

На прошлом, что дарило знаний свет.

Бредем впотьмах, и нет уж сил бояться.

Возможно ли еще сопротивляться?

Такой ничтожный, жалкий человек,

Такой короткий ум, и рост, и век.

Низведен ум, способности и тело

До лжи, примитивизма так умело!

Погибли прежние атланты, исполины,

Оставив нам в земле свои руины.

Изводит враг нас, сея наважденье,

Разбит, раздавлен Господа творенье...

Но, кто обнимет нас, когда мы плачем,

Кому нужны мы, что-то разве значим?

В сомнении ты сам себе подмога,

Искусство, творчество, любовь -твоя дорога.

Поэзия - душа, а как иначе?

Ведь, теплые слова так много значат.

Когда померкло солнце, хмур рассвет,

Вокруг туман, дожди и света нет,

Пусть солнцем станет самый лучший друг,

И включит музыку души и сердца стук.

Глава 7 Падение

Мы падаем сквозь время вниз,

Все ускоряется паденье,

И бесполезны все движенья,

А дно поймать - не достиженье,

Где смерть, как совести каприз.

Пространство, легкость, неизвестность,

Забыты прежние стремленья,

Лень, лишни все телодвиженья,

Смиренье и приятье тленья,

Раскол души, как неизбежность,

Ведь с высоты упасть – не встать.

Ты по-другому не сумеешь,

И трансформируешься, тлеешь,

А может, так безумно сеешь,

Людей, что учатся летать...

Глава 8 Лестница

Ведь это – лестница, взгляните,

Как высоки и широки ее ступени.

Зачем такая лестница, скажите?

И сколько здесь мечтало поколений?

Кто здесь ступал огромными ногами?

Под чей недюжиный ступени были рост?

А заливался ли когда-нибудь слезами,

Куда спешил, и был он мудр иль прост?

Как допустил вот эту катастрофу,

Что стерла все почти с лица земли?

Оставил в древних манускриптах строфы,

Чтоб разгадали и о жизни той прочли.

Засыпаны землей скульптуры, замки,

Здесь взрывов ядерных горела череда.

От прошлого - пустынь песок, останки,

На сотни метров вниз есть города.

Люд в мелочь превратился, наши жизни

Ломают хитростью, меняя ДНК.

Успеем ли, узнаем мы до тризны,

Кто изживает нас во все века?

Узнаем. Люди - факелы живые,

Не может ошибаться в нас Творец,

А потому мы знанья золотые

Передаем, как таинства ларец.

И эти крохи знаний нам помогут.

Титаны и атланты - дети Ра

Через века проторят к нам дорогу

И станет ясно, чья это игра.

Глава 9 Исполины

Мы были из породы великанов,

Шагали через реки, как ручьи.

Микробами считали тараканов,

И были недра, и леса ничьи.

Летали мы и просто исчезали,

Явившись сразу на другой планете.

И от рожденья о мирах все знали,

И были незлобивыми, как дети.

Творцами были все и создавали,

Кто краски, кто животных, кто цветы.

Скульптуры прямо в скалах вырезали.

Под музыку небесной чистоты,

Она лечила, мысли развивала.

Пленялся каждый доброю мечтой.

И в творческой - Земле душа витала,

Явленья наделяя красотой.

Оставив на Земле напоминанье

Того, что создавали мы до вас,

Ребенок стал там лучшее созданье,

Усладой для души и божьих глаз...

В растениях, животных, рыбах

Есть человеческие качества, черты.

В эскизах наших - скалах, камня глыбах

Проекты есть и лучшие мечты.

Глава 10 Кто мы?

Природа так чудна и так разумна.

Даешься диву, как она красива.

А может человек, живя безумно,

Себя назвал владыкой торопливо?

Кто мы? Жуки, личинки, тараканы?

Мы так малы, несчастны и ничтожны.

А прежде нас здесь жили великаны,

Но нам поверить в это слишком сложно.

Стволов могучих древние останки,

Что названы красивым словом скалы,

На них скульптуры, древние чеканки,

Ворота каменные, древние завалы.

Таких размеров не увидеть снизу.

Мы лужи их озерами зовем,

Мы к миру этому бредем, как по карнизу,

Ничтожные, мы знаний крошек ждем.

Глазам не верим, что крылаты люди,

Огромные скелеты как понять?

Тисульская принцесса, что за чудо?

Как мир атлантов мог себя взорвать?

Как точно подгоняли эти глыбы,

Что нет ни щели, ни зазубрины в подгонке,

И почему явились люди-рыбы,

В чьей апокалипсис созрел душонке?

Глава 11Тайна

Как человек построил этот храм

В таком глухом и мрачном месте?

Он падал ниц к твоим ногам,

Просил пощады и известий.

Кто ты, Господь, неумолимый,

Что Землю роешь, как игрушку?

Карьер глубокий и старинный.

Мольбами светится церквушка.

Деревья сверху - просто травка,

Для нас – величие, природа.

А храм - как мрачности поправка,

И человечности порода.

Стоит обитель веры в милость,

Ввысь устремились купола...

Жизнь великанов не приснилась,

Она цвела, она была.

В дворцах с огромными дверями,

Где жили люди-великаны,

Их чаши мы храним с перстнями,

В музеях. Знания туманны,

И даже больше – под запретом.

Но ум у нас необычайный,

Коль есть вопросы без ответов,

Найдем тысячелетий тайны.

Глава 12 Маленький злой человечек

Маленький злой человечек,

Ты же еще обезьянка,

Дом свой бездумно калечишь,

И сам ковыряешься в ранках.

Здесь под шатрами небесными

Рай нам устроили Боги-

Замки с цветами чудесными,

Рек водопады, пороги.

Все пирамиды, стоящие

Точно на корке разломов,-

Сети машин настоящие,

Как трансформатор для клонов.

Все разорили, разграбили,

Свойства испортив машин,

Землю и купол ослабили,

Суть не постигнув руин.

Куклы, ваш кукольный домик

Был так когда-то хорош...

Злобный, воинственный гномик,

Все твои знания - ложь.

Кто-то с небес наблюдает...

Как все разоряешь за грош,

Жадность границы не знает -

Свой дом у себя ты крадешь.

Глава 13 Последствия вражды

В кромешной тьме рожденное дитя

Спросило:- Мама, что такое солнце?

Назвал меня так дедушка, шутя,

Когда смотрел на книгу сквозь стекольце.

Рисунок видел я: там шар блестящий

На рожках держит с гордостью олень,

Олень владелец солнца настоящий?

Не жарко так держать его весь день?

Когда приходит темень, молкнут птицы,

Уходят тени, тихо все кругом,

Олень уставший тоже спать ложится

И прячет солнце в лес - олений дом?

-Усни дитя, прекрасны эти сказки.

Да, было в жизни солнце каждый день.

Спи сладко и закрой скорее глазки,

Пусть солнце держит в сне твоём олень .

И ласково укрыв, отца спросила,

Как ей о солнце сыну рассказать:

- Я помню, как вставало и светило,

Могла ли солнце яблоня держать?

И тихо рассказал отец ей строгий,

Что люди натворили много бед...

Когда б не выбрали неправедной дороги,

Могли бы видеть дети солнца свет.

Глава 14Боль и крылья

Так больно...Есть ли справедливость?

Не поровну отмерил Бог.

Тем, кто попал в его немилость,

Какой предъявит он порок?

Куда идти, коль нет прозренья?

Что слышать, если бредит слух?

И всюду – ненависть, презренье,

Тех, кто душой и сердцем глух.

Зачем приходят в мир с увечьем?

Как жить им, преданным тобой?

Без рук и ног жизнь человечья -

Затоптана людской толпой.

Как принимаешь ты решенье

Помиловать или казнить?

Кого лишить семьи и зренья,

Кого по-царски наградить...

Преступник ловит наслажденье,

Порвав святого жизни нить.

И презирая осужденье,

Готов Вселенную сгубить.

Греха устами гасишь пламень,

Решаешь нас любви лишить.

Заплачет горько даже камень,

Не в силах с этой болью жить.

Наверно, тяготы все века

Ты для того решил послать,

Чтоб силу духа человека

Так закалить и крылья дать...

Глава 15 Этруски

Когда в лучах полуденного солнца

Молчат прекрасные холмы, поля,

Журчат все наши голоса на донце,

Ручья, что пьет горячая земля.

Услышьте нас, мы все еще в гробницах,

Мы, жившие здесь, в давние века,

Нам нет числа, мы в разных званьях, лицах.

Из камня создала нас мастера рука.

Народы древние мы - авгуры, этруски,

Художники, и воины, певцы,

Как вы, мы говорим, почти по-русски,

Таинственного племени жрецы.

Мы - странники, мы жили здесь, как гости.

Этрурия – прекрасная Отчизна,

Для римлян стала, как культуры мостик,

И тихо к славе отошла на тризне.

Из туфа в скалах - мертвые руины

Величественных наших городов.

На стенах их - прекрасные картины.

Оставили мы множество следов.

Мы верили, что мы сюда вернемся,

Пусть в облике ином, сквозь времена,

И вспомним по следам, когда проснемся,

Все тайны, что в земле, как семена.

Глава 16 Планета Соло

Ах, почему нам дорог солнца свет?

Не потому ль, что в солнце все сияет,

Что дарит нам тепло, плоды, рассвет...

А может быть, оно напоминает

Нам то родное, что давно забыто,

Когда обжитою была одна планета...

Но Соло, во вселенной где-то,

Гореть обрёк люд, кается за это?

Какая мощь! Нам дарит столько света,

Горит планета в яростном огне.

Колени преклонив, шептал обеты

Могучий исполин, слетев к Земле.

Обычай древний свету Ра молиться,

Колени преклонив, - и у славян,

Прощения просить и сил смириться

С тем новым миром, что арийцам дан.

Забыли все обеты, обмельчали,

Утратили способности и веру,

А вместо них религию создали,

Науку, доблесть, вывернув в химеру.

Горит планета, не прервав вращенья,

Нам дарит прежней жизни Ра до свет,

А мы, не ведая, творим и ждем прощенья...

Творим, как прежде, на Земле немало бед.

Глава 17 Бог играет в шахматы

Бог играет в шахматы на доске Пять джи.

В дамки лезут хитростью пешки в миражи,

Крутит доску круглую и смещает ось,

Все фигуры молятся:- Не сгорю авось.

Но горит, как свечка, восковая жизнь.

Лепит бог фигуры, ведь доска - Сто джи.

Да, прогресс там тоже, но не помнит воск

Игры прежние, кем был и как мыслил мозг.

Партию сыграешь ты, вновь начнешь сначала.

Был плохим здесь королем - снимет с

пьедестала.

Все в одну коробку, боговой рукой

Сбросятся фигуры разом на покой.

Бог уставший ляжет и уснет на веки -

Заиграли Бога люди-человеки.

Через время вспомнит, что ему приснилось,

Как в бульоне-плазме мысль закопошилась.

Глава 18 Плохие времена

Плохие времена… Всегда...

И критики страдали и любили,

И время бурное струилось, как вода,

И старые юнцов всегда хулили.

И войны были, ссоры и раздоры,

Вершили правосудие кумиры,

Философов не затихали споры,

И раздавался звук любовной лиры.

Добро и зло сражаются века,

И то, что лживою историей прикрыто,

Как древняя, могучая рука,

Из-под земли к нам тянется открыто.

Подземные большие города,

Дороги длинные, огромных замков своды,

Следы застывшие хранит слюда,

В ней – вещи дивные и древние народы.

Семь врат в Джайпуре с росписью цветной,

Семь нот, семь дней , чудес, планет, цветов,

В писаниях религий, как в одной -

Семь духов, труб и чаш, зверей, грехов,-

Сакральное число! Жизнь - карусель,

И злу коварному орудовать возможно…

Была планета, как матрешка, - семь земель.

Осталось только три. Здесь так тревожно.

Мне страшно, от того, что дух дорийцев,

Как знак, печать любой архитектуры,

Опошлили. И свастику арийцев

Украли люди зла, другой культуры.

Неужто снова будет новый взрыв?

Живуче зло, желает людям смерти,

И предпоследнюю матрешку вскрыв,

Погубит мир в зловещей круговерти?

Глава 19 В будущем

Меня волнует всё, что будет дальше,

Каких высот достигнут все науки,

Как будут жить без подлости и фальши.

Что будут строить правнуки и внуки...

Была на совещанье межпланетном

И низкий мягкий голос нам вещал,

Что под запретом с топливом ракеты,

Мы переходим все на вертикаль.

И это все, особенно, касается

Сверхмощных межпланетных сверхдержав,

От них вселенная и космос загрязняются,

Для нарушителей – космический анклав.

А голос был приятным и знакомым,

Но вдруг мелодия будильника сыграла

Проснулась, вижу, что опять я дома,

Вернули, чтоб секрет не рассказала

Глава 20 Мой Ангел

Ко мне мой Ангел прилетел

И крыльями меня обнял.

Сиял, дарил тепло и пел,

И нежным голосом шептал:

- Ты слышишь звуки с вышины?

Ты видишь золото лучей?

Подобны нам вы рождены,

Но в темени земных ночей.

Она виною, что душа

Все тени ночи сохранила,

Что трудно вам теперь дышать,

И стала ваша жизнь бескрыла.

И нет прозрения в очах,

И разум темень помутила,

И морок в думах и речах

Лишил способностей и силы.

Доверься мне - я исцелю,

Дам душу Ангела и тело.

Сама об этом я молю:

- Ты сделай так, чтоб не болело.

Глава 21 Лебеди, рассвет

Солнца фонарь разгорелся волшебный

Шелком сияния лес нарядился.

В дымке тумана луч первый рассветный,

Нежный такой, утром только родился.

Сказочный пруд, еще в ночи объятьях.

Ласку, тоску разливая и нежность,

Спят берега в ярких ситцевых платьях.

Снится пруду лебединая верность.

Солнца лучи темноту растворили.

Свежи, прохладны лесные одежды.

Белые лебеди крылья раскрыли,

Пруд наряжая в любовь и надежды.

Ласково трогает лучик невинный

Травы, цветы, и плывет аромат.

Крик - это песня, дуэт лебединый.

Чувства горят, и цветет райский сад.

Глава 22 У иконы

В храме пенье. У Божьей матери

«Умягчение злых сердец»,

Мне стоять и просить, как на паперти,

Всем прощения, света ларец,

Чтоб открыть и пролить милосердие

Всем, кто к горю причастен был,

Чтобы было к добру в нас усердие,

Сердце мне и врагам смягчил.

Семь мечей – эту рану вечную,

Словно гвозди, в теле кровиночки,

Терпит страстную боль сердечную,

Тем и выстлала к миру тропиночки.

Лишь терпеньем, прощеньем спасаются.

Злостью злость? Это вечный вопрос.

Учат нас за грехи свои каяться

Бог отец, Божья Матерь, Христос.

Глава 23 Рождение души

Мой Бог, рождается душа.

И Ангел, вдохновенно, чуть дыша,

Смирив полет, ей светит, ждет

В кромешной тьме послание свое.

Трепещут крылья из эфира, тишина.

Свеча горит, недавно зажжена.

Сияет так , что больше не задуть,

Здесь душу бережно выводят в путь.

И с Ангелом святым, ей не пропасть.

Не даст душе запачкаться, упасть.

Она красива, так светла, чиста.

Ей послан этот ангел неспроста.

Легко ей будет всё преодолеть,

Утраты, беды, боль перетерпеть.

И чтоб, наверное, душа та поняла:

Её на крыльях Бога жизнь несла.

И нежно, бережно и тихо на закате,

От Ангела её дала Гекате.

О Ангел, нежный, как же ты красив!

Чей дух такую душу выпросил?

Глава 24 Вопрос

Она нам душу, сердце открывает,

Врачует и сознанье закаляет.

Порой она людских ушей услада,

Ласкает, тешит образом и рада.

Но есть всегда в поэзии дилемма -

С реальностью что делать?- Вот проблема.

Глаза прозрели, с них слетел туман.

Поможет ли нам жить твоя осанна,

Церковных свеч и ладана дурман.

С небес не сыплется для нас густая манна.

В реалиях - добро все рукотворно.

Мозоли, раны, грязь узнали руки,

Что сеют, строят... рвутся не притворно

К тем, кто плодит разврат и грех от скуки.

Пока поешь про дивный мир вокруг,

В реальности народ наш втихомолку,

Не в силах изменить порочный круг,

Всегда готовит грабли и двустволку.

Поэзия, скажи мне в чем секрет,

Как воспитать совсем другие лица?

Веками льёшь ты свой прекрасный свет,

Но грязь размножилась и некому делиться

С народом, чтобы в радость жизнь и труд.

Как просветить ту горстку обезьян,

Что по хребтам цинично в рай идут,

И ищут только в нации изъян?

Века идут, как прежде, просвещенье -

Для тех, кто верит в блага жернова.

Но с веком каждым рвутся поколенья,

К деньгам и власти. А душа - мертва.

Глава 25 Отраженье света

Она порой так скорбно пела,

Печальней не было её.

Чужая боль, чужое тело,

Так чувствовались, как своё.

Она так бережно искала

Слова, что людям лечат раны,

Упавших духом поднимала,

Достойным - лавры и осаны.

О, как чувствительна, красива,

Любвиобильна и мудра!

Порой отчаянно строптива

Как воин чести и добра.

Сравнений песенных богиня,

Свободна, правдою сильна,

Любви и светлых душ Магиня,

Их жизнь и скорбь, борьба, вина.

Вскрывая подлость, стих опасен,

Твой каждый перл - острей стилета.

А взгляд возвышенный - прекрасен.

Ты, Лира, - отраженье света.

Глава 26 Фениксы

Приходит всё, прощается не зря.

Из горечи трудов и наслаждений

Взлетает фениксом в сиянии заря

И пепельный туман хитросплетений.

Земные страсти: гордость, похоть, гнев,

Завистников прекраснейшие чувства

Сплавляются в таинственном огне,

Питая ярким пламенем искусство.

Так должно быть- гореть, светить и петь.

Нет боли, слез и жалости прощанья,

И взглядов, полных жажды посмотреть,

Как в пепел превращаются страданья.

Есть мира бесконечного возможность -

Душе и чувствам радости познать...

Усладою становится тревожность,

С какою могут фениксам внимать.

Глава 27 Труд поэта

Из каждой нотки капли серебристой,

Из анемонов, яблок ароматных

Рождаются потоки слов искристых,

Эмоций искренних и для сердец понятных.

Но сочетанья самых сочных слов

Из душ распахнутых всегда воруют птицы...

Чирикают про счастье и любовь,

Украсив теми перлами страницы.

А то, что повторилось много раз,

И по рукам пошло, то стало пошлым,

И рифма превратилась в метастаз,

И стало опошленное - ничтожным .

Рождение стихов

Возникло чувство, мысль едва родится,

Рифмуется из ярких светлых снов.

Но нужно чистоты стиха добиться,

Чтоб стать поэзией и в душах поселиться,

Летят, искрятся миллионы слов.

Лови, поэт, их в алгоритмах точно,

И труд дарить свой миру не спеши,

Найди слова с живою рифмой сочной,

Когда слова весомы, зрелы, прочны.

Придай им святость мысли и души.

И вновь вопрос: "Так что есть красота?

И почему ее обожествляют люди?"

В стихах, где мысль великая проста,

Сияет форма, как кристалл чиста,

Тепло душе и замолкают судьи.

Глава 28 Волшебник

Поэт - на голову волшебник, это да...

Сегодня птицею поет и ввысь стремится,

А завтра видит - грязная вода,

В его колесах сломаны все спицы.

Влачит эмпат чужую боль, как конь,

Запряг себя в телегу, а был птицей,

И крылья сжег кощунственный огонь,

И он бредет, без чувства до границы,

Границы боли, чувства, торжества

Рассвета среди холода тумана...

И вдруг - рожденье снова естества,

И в розах - затянувшаяся рана.

Глава 29 Жизненный шторм

Стойко выдержи волненье,-

Чайка стонет в вышине.

Пена блещет обольщеньем -

Все сокровища на дне.

Бурным морем бед душевных,

Все мечты разбились в прах,

Дно съедает жизни смертных,

Темень рада - это крах.

Рок, зачем ты так сурово

В шторм всегда меня бросал?

Если плыть уже готова,

Камень тяжкий - пьедестал.

Волны рвутся, вверх взлетая,

Пена жаждет наслажденья -

Вверх плюет, под солнцем тая,

Блеск ее - одно мгновенье.

Силы есть грести в пучине -

Свет увидишь и маяк.

Благо то, что не в трясине,

Море синее - не враг.

Глава 30 Наше время

Наше время струится и плавится с нами.

Мы здесь птицами вьемся, кружим виражами.

И хватаем сердцами земные красоты,

Чувства пьем, пьем свободу и воздух, как воду.

Мы красивые, вольные, легкие птицы,

Нам все чаще игра света–тени уж снится.

Мы – другого полета, породы и знаний,

И не ищем своим грехам оправданий.

Что же тратить полет неразумно на распри?

Если он так стремителен, в нем-то и счастье!

Зацелованы ветром восточным горячим.

Закаляли падения нас, неудачи,

Охлаждали снежинки, морозы и вьюги,

Но сбивались мы в стаи, держали друг друга.

А теперь с высоты улетающих лет

Узнаешь ту девчонку, рыдавшую бред?

Вот летит, птицей став, тот красивый атлет.

Посмотри: виден там на земле чей-то значимый

след?

Глава 31Иудино дерево.

Когда апостол предал и продал, Христос заранее простил, он знал, Презрение получит ученик, Убьют мучения его в тяжелый миг.

Померкло небо, тучи набежали, Замолкли птицы, молнии сверкали, Кровь капала с копья на плащаницу, И страшны были встречные все лица.

Печаль и стыд с позором обуяли, Химеры тело в лапы забирали, И подстрекали петлю затянуть, Чтоб прекратить Иудин бренный путь.

И ветки с белоснежными цветами Шептали нежными невинными устами: - Не надо совершать повторный грех... Он сам себя убил с презреньем всех.

От виденного ветки потемнели, Цветы, как белоснежные метели, Как будто сразу кровью обагрились, Сиреневым и розовым покрылись.

Церциса тонкая дрожала и боялась... В том дереве была такая жалость! Которой людям так не доставало. Иудиным с тех пор оно и стало.

Глава 32 Баллада об Ангеле

Рассердился Бог, и юный ангел был наказан и лишился крыл.

И упав с небес на землю, кто он, что здесь делал в этот миг, забыл.

На кладбище и в могиле чьей-то, без одежды он в бреду дрожал,

Проходил тогда сапожник местный, юношу увидел, подобрал.

Он привел его в своё жилище, дал еды, согрел и стал учить.

Был способен юноша, но долго был немым, не смея говорить.

Из дому однажды, вышли люди - он глядел на небо так печально,

А сапожник чувствовал, здесь будет что-то странное сейчас необычайно.

Дивный свет разлился тихо-тихо, но не жгут здесь лампы или свечи.

Лист не дрогнет, не летит пылинка, и с землею небо ищет встречи.

И сидел, в мечтах своих витая, видел рай, наверно, ученик.

А потом вздохнул, встряхнул плечами, будто крылья чувствовал в сей миг.

Просветлел, стал ангельски красивым, так сиял, как будто песню пел,

Вспомнил он, что словом некрасивым он при Боге всех людей задел.

- Понял я, как трудно вам, и все же в вас любовь, сочувствие живет.

Этот опыт мне всего дороже, он мне крылья белые вернет.

Понял я, что ангелы вы тоже, в вас любовь течет, как в жилах кровь,

Убедиться я хотел, хоть понял , когда дал ты мне приют и кров.

Лишь одно нас с вами различает: мы не знаем, что такое зло.

Зло – любовь, что душу закаляет, ей дает и труд, и ремесло

Глава 33 Размышления при Луне

Тихо-тихо пробираюсь я по млечному пути.

Белых птиц кружится стая, им со мною по пути.

Все лесные звери знают в темени лесной тропинки-

Путеводными лучами звезд мерцающих пылинки.

Их глаза горят, смеются дивным голосом надежды,

Что на Землю все вернутся, снова будут жить, как прежде.

Я с собою забираю листья, травы и цветы,

Все, что душу мне волнует- море, радугу, сады.

Пусть другие удивятся, как красиво было там.

Расскажу им о долинах, как бегут ручьи к цветам,

А над ними в шапках снежных горы гордые молчат,

У подножья ели, сосны, кедры стройные стоят.

Запоет им ладно, стройно хор прекрасных, белых птиц

И услышав, как чудесно, перед ним падут все ниц.

Что ж меня тоска съедает, что печали мои будит?

Я не знаю, что в той дали, будут там, как прежде люди?

Всё мельчают и мельчают, рост и крылья потеряли,

Все друг друга убивают, все заложниками стали.

Окольцованы, как птицы, все способности разбиты,

Все эмоции и чувства превратились в нанобиты.

Были замки, стали клетки. Кто ведет себя, как надо,

Получает прямо в нервы стимуляцию в награду.

Непокорных убивают, все послушные, как стадо.

Сатана там миром правит, кроме этого, нет ада.

Разуверились их души, всем сегодня все равно,

И летят в пучину ада, пробивая телом дно.

Но сплочение и сила, дружба, воля оптимизм

Могут сделать их разумней и не дать упасть им вниз.

Глава 34 Безвременье

Безвременье и бездушие

Здесь тридцать лет уже длится.

Пороки и равнодушие,

Сравнялись морды и лица.

Найдите десять отличий...

Да разве теперь кто-то сможет?

Забыты каноны приличий,

Двуличие каждого гложет.

Здесь сломаны стержни душевные,

Привита изысканность лжи.

Осмеяны истины вечные,

За хлеб выдаются коржи.

Бои здесь ведутся без правил,

Но главное - будет потом,

Инструкций Бог не оставил

Как язвы лечат костром.

Глава 35 Игрушки

Провел по небу пальцами,

Волшебною рукой.

Натянутыми пяльцами -

Наш купол с синевой.

Следы на нем остались

Чудесных облаков.

Увидев, удивлялись

Значению следов.

Неужто мы игрушки

Под куполом стеклянным?

Все ядерные пушки -

Смешны и очень странны.

Для тех, кто нас придумал

Мы – жалкий, глупый сброд,

Покорный толстосумам,

Озлобленный народ.

Самоубийц отряды

Взорвать готовы шар.

Преследуя награды,

Злость выпускает пар.

Неужто мы задуманы

Такой плохой игрой?

Здесь проги перепутаны,

Программы дали сбой.

Скорее ликвидируйте

Троян самоубийц

И перепрограммируйте

На благо без границ.

Глава 36 Полёт из суеты

Здесь в городе - суета, пустая времени трата:

Завтрак, пробки, работа и маленькая зарплата.

Вот, птицы не сеют, не пашут, довольны и песни поют,

Легко им, крыльями машут, весною все гнезда вьют.

И делают то, что любят, что им от природы дано-

Детей окрыляют, не губят и учат найти зерно.

У нас, людей, все непросто, крылья нужно беречь,

Можно лишь ночью звёздной, тайно расправив, взлететь.

Сложить их на облаке где-то, и дальше без тела летать,

Со скоростью света, кометой - иные миры познавать.

Там чистые, яркие краски и звуки вибраций потоком,

Душу твою,будто в сказке,пронзают божественным током.

Поёшь, но тебя не слышно, летишь, но тебя не зовут.

Душ много, но ты не лишний, прозрачен- тебя не найдут.

И вдруг, осознав к рассвету, что здесь я могу заблудиться,

Из яркой, легкой кометы вновь превращаюсь в птицу.

Вот, крылья, Земли притяженье, извилины рек и моря,

Мой город и дом, и окошки, надеюсь, вернулась не зря!

Глава 37 Посланье Богу

Сегодня я пишу посланье Богу:

От всех благодарю – Земля прекрасна!

Живем, творим мы, любим не напрасно,

А змей рождается совсем не так уж много.

Нет подлости, злословия и лжи,

Не много очарованных коварством,

Нет войн и сатанистов в государствах,

Не манят жадных власти миражи.

Здесь не воюют за твои дары,

Не много глупых, не жестоки души,

Не рубят легкие – леса, не сверлят сушу,

Не любят здесь кровавые пиры.

И в каждом есть любовь твоя святая,

Сияет солнце, есть красот соцветья,

Не плачут слабые здесь - женщины и дети,

Нет в нас греха и зря лишил нас Рая.

Себе просить...Ты не трудись напрасно.

Неплохо мне, живу я как во сне,

Мне не завидуют - ни мыслям, ни казне.

Люблю, здорова, чувствую прекрасно,

Твоей любовью счастлива вполне!

За всех прошу: Дай нищим нам подмогу,

Вот, только мне не скрыть свою тревогу,

Что не воспримешь ты в письме

частицу не…

Глава 38 Богородице

Когда поражена ты жалом ярости,

Жалеют, жалят, жгут тебя, журят,

Когда ты падаешь от тягот и усталости,

И уж не лечит – травит змеев яд,

Беги от грязи и пороков их,

Знай цену воле, верности, любви.

Стремленьями, порывами высокими,

Пылай, как ангел Спаса на крови.

Взлети в мечтах. А плакать непристойно.

В мирах высоких - благостная весть:

Ты Бога, Ангелов, любви достойна,

Ты жизнь даешь, и ты - Достойно есть.

В унынье не впадай – судьба изменчива,

Ты - лучшее из Божеских идей

Мудра ты и сильна, святая женщина,-

Создательница мира и людей

Глава 39Мистика

И после смерти робкая душа

По зову матери влетела снова в тело-

Из груды кукол мертвых, не спеша,

Своё нашла и рубище надела.

Теперь пред ней - открыта и проста,

Как книга, что известна ей до строчки,

И незачем мне размыкать уста-

Не жду ни наказанья, ни отсрочки.

Здесь нет рубинов, в золоте одежд-

Строга Мария в черном одеянье.

И под ресницами устало бледных вежд

Любовь и боль, и вечное страданье.

Печальные, суровые глаза,

(Свои – не отвести, и не солгать)

Живые, а не в церкви образа,

Они и дар и вечная печать.

-Так, значит, ты и есть она?

(Так исстрадался ум? Ошибка? Сон?)

И родословной тихо имена

Перечисляет… Думаю: -Кто ж он?

И всю меня до темени прочтя,

Богатство протянув: - На, раздавай,

Но жизни новое дыханье обретя,

Ты на распятие его не отдавай!

Глава 40 Сын Марии

Надев простые, женские одежды,

И тело человечье, - так себе,

Господь стал быть, исполненный надежды,

На счастье и любовь в ее судьбе.

Пускай полюбит и любима будет,

И людям сына и спасителя родит,

И все, что в ней как избранной, пребудет,

Родится вновь и сумрак победит.

И Ангелы с судьбою повенчали

Она спасителя для мира родила

Для славы и любви, большой печали

И звал Господь на добрые дела.

Напрасно звал – поспел и здесь лукавый,

Бесовской силою согласье разрушал,

И мыслями, и душами он правил,

Стеной непониманья окружал.

Ходил по улицам Господь, душою плакал.

Не оттого, что, не узнав, толкали,

И бес их ртами богохульства квакал,

Не оттого, что так цинично лгали.

Скорбел Господь о них больных, безумных,

Бессовестных хапуг бесчеловечных.

Одних – погрязших в роскоши, бездушных,

Других – забывших ценность истин вечных.

И понял он – в пороках распустились,

В цинизме, лжи погрязли, как всегда.

Они – зверье, и бесы в них вселились.

Пройдут века, пока взойдет звезда.

Глава 41Язвы

Теперь я знаю, что язвят лишь те,

В ком плачет уязвленная душа,

Кто предан был и делу и мечте,

Был обесценен. Боль свою глуша,

Он ищет тех, кому ее отдать.

А сердце яростью в груди стучит.

Несчастен он, что думать и гадать,

Не знает сам, что пишет и творит.

Порой они из зависти молчат,

Порою даже очень громко воют.

Над ними лярвы черные кружат,

Давно уже их подменив собою.

И я жалею каждый раз кричащих,

Стараюсь язвы смехом залечить,

Не жаль добра, эмоций настоящих,

Без тех, что мне самой в миру не жить.

Глава 42 Сраженье

Покрасила окно, вдруг чей-то след

Попарно два и два кольца на белом

Посланник Ада мне послал привет,

Здесь оттиски поставив так умело?

Ну, что опять не смел забрать меня?

Мне кажется, что эта жизнь приснилась,

Не страшно мне уйти при свете дня,

Приходит только то, что заслужилось.

Я часть Земли, ее сакральный свет,

Что во Вселенной много меньше кварка

Ее я выбрала средь всех живых планет,

Но не смогла доставить ей подарка.

Здесь свет не нужен, темень обуяла

Умы и чувства.Жажда наслажденья

Смертельною жестокостью здесь стала

И появляется всё больше чёрных теней.

На крыльях Ангелов - кровавые потеки

В сраженьях с теменью горят святые силы,

Сердца врачуя, нежно врут пророки,

Пока на всей Земле растут могилы.

Глава 43 Я пью из чаши бытия

Я пью из чаши бытия.

И мне чуть-чуть еще осталось.

Запущены события,

И карта разыгралась.

Признаюсь, он меня пьянит –

Напиток жизни и богов,

Но жажды он не утолит,

А лишь сильней волнует кровь.

Со мной партнерами: Любовь

Терпенье, Гордость и Прозренье.

А против – Пара глупых слов,

Костлявая и Вдохновенье.

Кто в этой битве победит,

Не надо слез, я точно знаю.

Она напротив здесь сидит,

Но я играю, я играю!

Я пью земные наслажденья,

Паденья, взлеты, меда ложь,

И этой роли наважденье.

Так пью, что пробирает дрожь!

Пусть жизнь моя и расплескалась,

Допью до дна все то, что есть.

Приятна мне любая малость –

Кода еще напьюсь, Бог весть!

Глава 44В старинном храме

В старинном храме теплый свет струится,

Несет с собою мир и благодать.

И сто веков мать нежная стремится

Дитя свое укрыть собой, обнять.

В одеждах белых, светятся их лица

Любовью той, что Богом им дана,

Но только жизнь уже не повторится,

И мертвым золотом горят их имена.

Все в той обители истлело, обветшало,

И только лишь икона сотни лет

Об искренней любви напоминала,

И от неё - живой, незримый свет.

Горит душа, заженною лампадой,

Любовью духа, матери и сына.

И стали их страдания наградой,

А жизнь - неопалимая купина.

Глава 45Бедный Ангел

-Бедный Ангел, что случилось?

Ты промок, ослаб, дрожишь.

Крылья перышек лишились,

Сер хитон твой, будто мышь.

-Помнишь снег с дождем и ветер?

Ты тогда домой бежала.

Я ловил косые плети

Ливня, ветра злого жала.

Сколько раз туман соблазнов

Я развеял над тобою,

Чтоб не маялась напрасно,

Глупость не звала судьбою.

А когда душой ослепла,

Путь свой в жизни потеряла,

Сжег я перья все до пепла,

Чтоб ты лучше видеть стала.

Я всегда был над тобою,

Крыльями тебя касался

И укрыть от лютой злобы,

Зависти людской пытался.

- Бедный Ангел, трудно было…

Но ты справился прекрасно.

Есть любовь и столько силы,

Что все жертвы не напрасны.

2019

Глава 46 Музыка

Какая музыка чудесная звучит,

Гармонией все клетки исцеляя.

Ее мелодия, как дивный щит,

От негатива душу охраняет.

Как будто Ангел мой,меня касаясь,

Мне шепчет ласково:-Расслабься, отдохни,

Ты очень многого еще не знаешь,

Живи, чтобы узнать, живи в любви.

И растворяясь, музыка в пространстве

Меняет все, вибрацией обняв,

И слышу голоса из звездных странствий,

Из тех высот, что чудом нас манят.

И понимаю: люди все ж прекрасны,

Способны мыслить, слышать и мечтать,

Их взоры к небу, тайнам не напрасны.

Душа, сознание даны, чтоб создавать.

Поцеловал Господь таких, наверно,

На ушко при рожденье нашептал,

Чтоб избегали распрей, злости, скверны

И не спешили лезть на пьедестал

Глава 47 Распятие

В храме тихо воском плачут свечи,

Пахнет ладаном и в ризах образа.

Больно почему-то в этот вечер,

Слезы наполняют мне глаза...

Их не отвести мне от распятья.

Из ладоней, стоп сочится кровь.

Как же перенес он боль стигматов?

Разве жертвы требует любовь?

Как распять, живого человека?

Ржавыми гвоздями прибивать,

И нести от века и до века

То распятие,как божью благодать.

Людям грубым на примере сына

Наш Отец Всевышний показал

Их предел жестокости.Но ныне,

Человек еще бездушней стал.

Мы не ведаем, что делаем…В Крещение

Нужно с совестью святой искать нам встреч

О грехах скорбеть,просить прощения,

А не только фанатично свечи жечь.

Глава 48 Смотрю на церковь

Смотрю на церковь и душа светлеет.

Живет в ней голос необъятных знаний.

Старинные колонны, пламенеют,

Хранят секреты, свет воспоминаний.

И в золоте струящихся лучей,

Таящих силу, знания расцвета,

И в подражании ему святых свечей,

Мне чудится таких наук рассветы,

Когда владельцы тайны резонанса

Не просто так на этих хорах пели,

Вибрацией сильны их были стансы–

И каменные глыбы, вдруг, летели,

Антенны купола эфир ловили,

Рассеивали ярким, теплым светом,

Святой воды фонтанов струи били,

Все – Ангелы, и все верны обетам.

В старинных зданиях они ещё витают,

Невидимые в вечности эфира,

И только дети след их замечают.

Дрожит душа – вибрирует здесь лира,

А нам от них остались только крохи

Великих знаний и могучих сил,

Но в храмы все опять ведут дороги,

Хоть мы забыли, что Господь просил.

Глава 49 Утрата

Жила ли я в каком-то дивном веке,

Где женщины прекрасны как цветы,

И столько благородства в человеке,

И чувства, как весенние листы-

Наполненны душевным ароматом,

Порывов светлых и высоких дум,

Поэты, вдохновленные закатом,

Бесценной делали словесную руду...

Звучала музыка, летала терпсихора,

Лился божественный низримый свет,

И Ангелы, стоявшие на хорах,

Там пели, оживляя, сотни лет.

Могучи люди, благородны лица.

В садах волшебных тонут города,

Одежды белые не могут запылиться

Святая, чистая струится там вода.

Утрачено... А как туда вернуться?

Забыто всё, никто не даст ответ.

Твердят, что надо в миг сей окунуться,

Но гаснет здесь тот дивный, теплый свет.

Повержены, мы все еще теряем,

Мельчают люди, страны, города,

Изводит враг, его в лицо не знаем.

Утерянное снится...иногда.