Миша Московец

Баллада

Глава 1

Маяк волоокий

В море

Качается,

Волнуется доколе

Корабль одинокий

Не прибьётся в тиши.

Колышется, ждет

В морской пучине,

Промокший

И весь в трясине,

Как в могиле усопший;

Спасенье идёт,

Мон ами!

И тут: забредший,

Слабый мучительно

Пароходик,

Пристанище нашедший,

Качается подозрительно

Отвратительно

И видит: маленький плотик

Деревянный,

А на нем красно-белый спаситель

Уже рьяно

Врезающийся в волны

Пучины тяжелой -

Он теперь и отныне властитель.

«Ты кто?» - был вопрос.

«Заплутал».

«Отвечай, остронос.

Я раньше тебя не видал».

«Из дальних краев,

Пароход,

Я курс потерял

И уж столько деньков

Слоняюсь бездумно

В темени вод».

«Здесь темень повсюду,

Конца-края нет.

Час звёзд...

Подплывай-ка, корнет,

Поведай свою ты причуду».

«Я плыл вдоль оси,

Проложенной

В порту,

Линейкой ухоженной.

Но в пенистой смес’и

Могли унести

Ветра расхожие

С фарватера четкого.

Вокруг - ни зги.

И света редкого

Гладь лишена.

Полотна пелена...

Я скитался

Часами и днями,

Мытарство

Преодолевая зарями,

Ветрами,

Тенями,

Бродящими вдалеке

По песчаному дну.

В потоке забвенья

И с жизнью прощенья

На меня

Налетает баклан.

И потом - беготня,

Ураган...

Я не верил чувств’ам.

Опомн’ясь, я согнал

Пернатого зверя

С окромки своей

И не веря

Уставился в даль:

На мостке

Лучше всяких охран

Возвышался низёхонький пан.

Вот мой рок,

Мой спаситель

И вечный целитель,

Душицы моей:

Ей в упрёк

То отчаянье,

Захватившее

Всяких сетей

Мощней.

Что ж, отныне

Я здесь и с тобой,

Пан ты мой

Дорогой».

«Благодарность и ты

Прими.

Преклоняю я плечи

Жестяные свои.

Забвенье?

Твоя цель и твой путь -

Лишь с ними обрёл ты

Спасенье.

А что я? Будь

Брошен вблизи берегов,

Я бы счастье постигнул

Во веки веков.

Но таков мой злой бег,

В пустоту и на месте

Без счастья и чести,

И мести...

Лишь плечья из жести

Мой фонарь

Принимают в ночлег.

Часы муки,

Страданья,

Разлуки,

Как мертвая гарь,

Расползались по мне;

И ещё эти стуки...

О, лучше не знать их,

Пусть даже во сне.

Сначала он тих,

Незаметен и бледен.

Потом все пугающе бреден.

И тут страх,

Что пропал,

И тут - бах,

Один раз, наповал.

Насовсем.

И ты мертв,

Почти всем.

Надеждой спасён

Ты был в глади морской.

А я вот он - мертв,

И с жизнью пустой».

То был горечи час:

Маяк снова угас,

И душа его

Мерла в грудине.

Но корабль желал

И все больше мечтал

Оказаться в одной с ним низине.

«Я останусь с тобой.

Я моряк удалой.

Я не брошу того,

Кто с душой,

Но без силы

Волнуется,

Весь испачканный в иле.

Пусть нас чрез века обнаружат

В этой братской могиле:

Несломленный колосс

И адмирала в мундире»...

Все тянется время,

Все бушует вода...

На мундир и эмблемы

Колосс глядит свысока.