Арвуаль. История шестая. Этуаль. Алмазное сердце

Глава 1

Стук каблуков по мраморному полу, над ним лишь властны лютый страх и мрак, его тянули, сдавливая руки, в оковах крылья жалобно трещат. Не видел гость, куда его тянули, когда он падал, чувствовал удар, куда-то вглубь все дальше уводили, удушья след сознание выжимал.

Все выше тянут пленника, как куклу, на каждый шаг «мелодии звучат», стук разносился отзвуком отчаяния, ведь сапоги по мрамору стучат.

Еще лишь миг и двинулись к финалу, ведь переноска близилась к концу, он различил скрипучее ворчание, открылась дверь, издав протяжный звук.

Его с размахом к двери подтолкнули, не дав упасть, затягивали цепь, удавкой жутко сдавливали руки, а крылья с треском начали неметь.

В одно мгновение пленный был отпущен, колени громко стукнулись об пол, стянув мешок, «хватал бы воздух в руки», во взгляде лишь полощется ничто. В какой-то миг бедняге показалось, что он ослеп, утратив проблеск глаз, вокруг не видно лучика надежды, возможно свет для пленника угас.

- «А вот и он!» - раздался хриплый голос, что напугал, как яростный удар, дракон застыл, увидев в отдалении лишь силуэт, что в тени утопал.

От взмаха пальцев пламя разлетелось, огонь, метаясь, факелы зажег, но силуэт навстречу приближался, а заключенный сдвинуться не мог. Мрак подошел, могуществен и статен, его одежды тьмы не разглядеть, но к бедолаге низко наклонился, с азартом имя Джейка прошипеть.

Впервые Дарк склонялся перед гостем, Джейк никогда не видел их врага, но тот лишь засверкал блестящим взором, поярче сделав пламя огонька. Сумел несчастный мельком оглядеться, лишь осознав, что свету не бывать, но не в холодных стенах подземелий, а в тронном зале ужас стал терзать.

Дарк был высок, немыслимо прекрасен, в глазах огонь, узоры на щеках, увиты руки черными вьюнами и золотые пряди в смольных волосах. По королевски выглядят движения, походка, вид, осанка, все под стать, но Джейку было даже трудно думать, сдавили цепи, силы нет дышать.

Однако Дарк, нависнув над беднягой, задал тому единственный вопрос: «Вопрос о том, где спрятали Ладро́на, пока дракона мучить не пришлось». Джейк отказался, стоя на коленях, что вздох, казалось, воздух сотрясет, а Дарк смотрел с язвительной улыбкой: «Беднягу Джейка чудо не спасет»

Какой Ладрон, что требует предатель, с чего решил, что Джейк замешан в том? Но, сотрясаясь, думать попытался, ведь ничего не слышал о таком. Но, сохранив спокойствие и силу, осознавая власть над чужаком, Дарк сообщил, что знает подчистую всех, в кого Джексон верит и влюблен.

Но, несмотря на это убеждение, Джейк продолжал идти своим путем, ведь никогда не слышал о Ладроне, по-правде, даже не был с ним знаком. А может быть предмет невероятный, но никогда такого не встречал, Джейк говорил хранителю лишь правду, но Дарк словам шпиона не внимал.

Однако Дарк с усмешкой отдалился, по нотам словно двигался весь план, но, развернувшись, звонко щелкнул в темень, и по команде страж покинул зал. Гость онемел, предчувствуя опасность, предатель хочет Джейка запугать? Спустя мгновение шумно затащили ту, что Дракон не может не узнать. Втащили гостью словно безделушку, она шагала, в ужасе дрожа, бедняжку бросив прямо к Дарку в ноги, а гостья даже звук не издала.

Забилось сердце в бешеном испуге. Как узурпатор фею отыскал? Люсиль попала прямо к Дарку в руки, Джейк за нее бы жизнь свою отдал. В пылу владевшей сердцем Джейка злобы, что укротил он, лишь бы защитить, дракон просил не вмешивать супругу, Люсиль не знала даже, как ей быть.

Джейк каменел, надежда стала пылью, он трепыхался, двигаясь к Люсиль, его сжимали давящие цепи, и этот жест Дракона подкосил.

За изуверством в щелку за дверями следила «Тень», стараясь не дышать, она могла сочувствовать беднягам, но, все же шанс для шага не сейчас. «Тень» на мгновение только задержалась, но вскоре дверь закрыла, отстранясь, и, словно призрак, двинулась по залу, где в коридоре с теменью слилась.

Глава 2

Вернув назад ушедшие минуты, прольется снова времени поток, чтоб обнажить начало тех событий, с которых был начат переворот. На островах бытует процветание, ведь миновал тревожный ураган, изгой исчез, сумев избавить душу от бесконечно выстраданных ран.

Ведь ничего беды не предвещало, Линор сумел проклятие подавить, а в это время тяжкий груз несчастий старался тихо к острову прибыть.

На острова опять являлись Дарксы, они кружили вихрем над землей, как будто нечто стажи потеряли, а долгий поиск тратил их покой.

Все больше было писем с Шаркаина, дозоры чаще стали прилетать, подумать лишь уже невыносимо, что снова им придется воевать. Однако Дарксы вновь не напали, лишь облетали с вихрем острова, но, не найдя того, чего искали, опять летели к крепости врага.

Дозоры снова были наготове, стараясь мигом новость передать, на островах бесценные народы, что не должны в сражениях пострадать. Но Дарксы снова к острову являлись, как будто чуя маленький подвох, они все чаще стали приземляться, сводя с ума таившихся врагов.

Из островных никто не мог представить, в чем заключалась эта канитель, однако мир созданий угасает, что даже домом начал быть тоннель. В их подземельях было безопасно, укрыли всех, кто может пострадать, враги внушают только жуткий хаос, исход войны нельзя предугадать.

Джейк дал принцессе белого дракона, что защитит красавицу в пути. Люсиль на нем теперь перемещалась, стремясь на помощь каждому прийти. Взволнован Джайден, Райли не сидится, Люсиль не смела прятаться в тени, в конце концов, она была принцессой, что, в час тревоги остров защитит. Ей предлагали выставить охрану, что будет фее в деле помогать, Люсиль брала лишь парочку дозорных, нельзя народ без стражи оставлять.

Люсиль всегда внимательна в дороге, к тому же в фее магия была, Люсиль и Райли часто занимались, практиковали магию с нуля. Для них в новинку были эти чары, однако фея, все же посильней, Джунг наделил принцессу звездным даром, что становился с каждым днем прочней.

Но Райли все же жутко волновался, как бы сильна принцесса не была, ведь для Люсиль являлся младшим братом, невыносима мысль лишь одна. Хранитель был всю жизнь свою уверен, что он один остался из семьи, найдя сестру, до ужаса пугался, что не сумеет девушку спасти. Одна лишь мысль сердце разрывала, тревогу Райли было не унять, что если фею вновь настигнет хаос? Сестру так страшно снова потерять.

На месте сложно было оставаться, Люсиль сильней тянуло в новый мир, хотелось ей увидеть в дивных красках тот Этуаль, что старец сотворил. Люсиль была посланницей от солнца, как горожане часто говорят, лучистый свет надежду призывает, ведь рядом с ней сердца теплом горят.

В тот день принцесса вновь летела к Джейку, проверить, как справлялся Шаркаин, на островах всегда принцессе рады, для феи остров словно был един. Хранитель рад невестке всей душою, она была подобна свету звезд, но звездный лорд давно не сомневался, что счастье Джейка с девушкой нашлось.

А Арчер с Дони ласково шутили, ее прозвав с любовью «Мисс Пыльца». С принцессы часто магия струилась, как с их людей драконья чешуя.

Так, потихоньку все вернулось в норму, тревоги стали тихо исчезать, ведь Дарксов меньше с каждым появлением, смогли пропажу все же отыскать? Но становилось очень беспокойно, ведь не понятно, в чем же был подвох, не может быть, что Дарк решился бросить без новых войн измученных врагов? И не понятно, что искали стражи, ушли, совсем вреда не причинив. Как оказалось, люди ошибались, ведь Дарксы скрылись, фею прихватив.

Дозор в тот день стремился к Шаркаину, хотели снова всех предупредить, очередная партия крылатых их чудный остров жаждет навестить. Попрятал Эстер всех, кого возможно, не повторят измученный удел, успели скрыть созданий в тайных залах, пока отряд еще не прилетел.

Одна Люсиль отправилась до дома, хотела новость Райли донести, как вдруг пером разрезало дракона, от стражи лишь посыпались куски. Спастись Люсиль от Дарксов не сумела, ведь в суматохе, схваченная в плен, а Дарксы, снова выхватив «добычу», летели к Дарку, как в минувший день.

О похищении было неизвестно, Джейк продолжал поддерживать людей. Люсиль была окутана заботой, к тому же был дракон и чары в ней. Джейк был уверен, что принцесса дома, дракон ее доставит без проблем, к тому же рядом парочка дозорных, принцессы путь был скрытым от теней.

Народы скрыли глубже в подземельях и ожидали тёмных крыльев взмах, огонь горящих перьев раскаленных и красный блеск в безжизненных глазах. Но ни один крылатый не явился, от Дарсков не осталось и следа. Кого же здесь дозорные искали, кому придется выстрадать сполна?

***

Принцессу вновь несли над облаками, дыхание было трудно уловить. Люсиль, упав, утратила сознание, на этот раз девчушке не спастись. Ее несли, веревками опутав, как будто знали магии талант, Люсиль могла расправиться с врагами, ведь от принцессы нужен только взмах. Глаза принцессы скрыли под повязкой, веревки словно кокон оплели, у феи больше нет волшебной власти, чтобы из плена магией спастись.

И наконец нашли свою обитель, переносив несчастную с собой, а остров был окутан черным дымом, как будто купол создан над землей. Влетели Дарксы в стену беспросвета и растворились вместе без следа, их остров был надежно в тени скрытый, трепещет жизни черные глаза.

***

Люсиль несли по коридору в огромный зал, где ждал король, они привыкли жить во мраке, Дарк бы узнал Люсиль любой. Глаза скрывавшихся созданий привыкли видеть только мрак, давно забыли о природе, а солнца свет для них чужак. Один огонь - источник мира, что Дарк обычно разжигал, но оставалось так немного тех, кто застал цветущий край. Но столько лет уже минуло, глаза, как о́никсы черны, невероятные создания жить в темноте обречены.

Дарк посмотрел на «гостью» снова, она была еще юна, огня сияние отражала на платье девушки пыльца, в цветах сияющие косы огнем спадали до земли, Люсиль в себя не приходила, ее легонько потрясли.

Принцесса вдруг пришла в сознание, но шевельнуться не могла, тугая темная повязка прижата плотно на висках. Узлы придавливают руки, к тому же кокон тесных пут, она воскликнуть попыталась, но только хрип сорвался с губ.

Но голос лишь сказал спокойно, что смысла нет сейчас кричать, Люсиль во мраке не услышат, не прибегут ее спасать. Но в тот же миг, Дарк извинился за то, что вынужден украсть, он подошел к ней и повязку стянул с чудных зеленых глаз.

Люсиль глядела в корень мрака, безумный голос леденил, что подлецу от феи надо, зачем красавицу пленил? Дарк разжигал во мраке свечи, ведь принимал ее с теплом, Люсиль не скована тенями, без солнца ей не знаком.

Но Дарк учтиво улыбнулся, стащив канаты толстых пут и разместился перед феей, присев на пол и дав взглянуть. Принцесса, Дарка рассмотрела, пускай и мрак его пожрал, но не понять, в чем было дело, в его глазах огонь пылал. А может быть горела злоба, а может это лишь на вид? На самом деле, только голод по мирной жизнь в нем бурлит.

Пока принцесса каменела, Дарк продолжал смотреть в глаза и попросил Люсиль с терпением его дослушать до конца. Он не желает ей обиды, совсем не жаждет ей вредить, ему нужна одна услуга, чтобы ее освободить.

Люсиль не знала, что ответить, ее пугал такой исход, откуда Дарк узнал о фее? Какая участь деву ждет? Дарк объяснил ей, что же ищет, озвучив имя лишь: «Ладрон», дрянной мошенник нечто выкрал, и без следа убрался вон. Сейчас Ладрон покинул остров и растворился в свете дня, настроен Дарк найти пропажу и отомстить ему сполна. Но что пропало, неизвестно, Дарк сохранил секрет в себе, Люсиль не знала, что ответить, но оказалась в лютой тьме.

Принцесса лишь вздохнула молча, помочь, увы, не знала как, ведь не слыхала о Ладроне, не знала, где сейчас чужак. Но Дарк упрямо отказался поверить девичьим словам, возможно ведь скрывала правду и не отдаст его теням. Дарк намекнул, что очень скоро кому-то станет трудно жить, возможно тот, благоразумно, решится правду сообщить. Дарк не посмеет тронуть фею, полно во тьме иных путей, надеясь, ей не доведется услышать вопли из теней.

Да только фея промолчала, спастись смогла бы из оков, однако мир теней опасен, нельзя дразнить своих врагов. Пускай ее признают слабой, решат, что был надломлен дух, нельзя сейчас идти в атаку, дыхание Дарка треплет слух. Хотя Люсиль не притворялась, Ладрон принцессе не знаком, Люсиль сказала Дарку правду, но Дарк готов пробить разлом.

Король давил раскаты гнева, но сохранил спокойный тон и приказал Люсиль упрятать в безумном мраке под замком.

***

Люсиль сильней зажали руки, тянув принцессу в мир теней, где в безнадежном мраке клетки пробудет фея много дней. Вокруг темно и беспросветно, игривый луч не свергнет мрак, зачахнет фея в подземелье, пока не скажет, где чужак.

Люсиль не знала, где укрыта, сумеет ли сигнал подать, ведь светлячка легко заметить, надежда стала угасать. Но нет в принцессе суматохи, ее управляет трезвый ум, а светлячок, что стал ей другом, поможет выбраться потом. Она его заколдовала, что светлячок совсем угас, созданию нужно было солнце, вернется свет к нему тотчас.

Но светлячка предупредила: «Нельзя бездумно рваться в бой, не помешает план обдумать, чтоб не расстаться с головой» Люсиль создание отпустила, посланник к свету полетел, прося чтоб братья не сглупили, к сестре на смерть не прыгнув в тень.

В темнице снова мрак и холод. Люсиль зажгла созданий рой, что закружились над принцессой, вернув душе былой покой. Каскад фонариков, играя, кружил над феей без конца, пытаясь дать принцессе силы не потерять в тенях себя.

Но вдруг Люсиль окаменела, безумный вопль подавив, ведь уловила проблеск взгляда, что наблюдал, не навредив.

Глава 3

На островах не все так гладко, патруль все чаще на ногах, от Дарксов только жди несчастий, они внушали только страх. И день, и ночь без перерыва, отряд дозорных начеку, но до сих пор никто не слышал, что их Люсиль была в плену. Она частенько пропадала, не исключение это раз, хотя письмо пересылали, но получали лишь отказ.

Два брата жутко волновались, и Джейк покой не находил, пока в убежищах скрывались и патрулировали мир. Люсиль, возможно, помогает, возможно, прячется от глаз, а может быть, цветы спасает, а может быть, летит сейчас? Возможно, встретила крылатых и полетела к облакам, а может быть, людей укрыла, что занесло на Этуаль?

***

Очередная встреча Дарксов, дозоры снова на ножах, а Джейк решил узнать, откуда берется вражеский отряд. Понятно, что они из Дарка, но так никто из них не знал, где тайный остров был упрятан, он счастлив был или страдал?

Решив, что справится с задачей, Джейк захотел лететь за ним, но Эстер твердо не согласен, не должен быть бездумным сын. Дракон уверен в этом деле, ведь он наследник этих мест. Обязан был найти решение, чтоб наконец-то страх исчез.

Просился с ним на помощь Донни, лететь опасно одному, но Джейк сказал, что будет вскоре, ведь не хотел навлечь беду. А если Донни пострадает, одна лишь мысль терзает ум, решил, что скрыто проберется и разузнает, что к чему.

Но Эстер был настроен против, ведь все, что хочешь, может быть, но Джейк просил ему поверить, наследник должен победить. Он доберется лишь до места, на остров сам не полетит, узнает хоть расположение, узнать, где Дарк не повредит.

Но Эстер все же колебался, но знал, что сын совсем упрям, Джейк все равно сбежит отсюда, как бы отец не запрещал. Родитель горд, что сын отважен, ведь хочет остров защитить, а потому свои терзания пришлось нехило подавить.

***

С родными Джексон попрощался, настало выполнить свой план, и, проследив за стаей Дарксов, взметнулся к небу и пропал. Он постарался быть повыше, летя за ними по пятам, его все дальше уводили, что Шаркаин внизу пропал.

Полет казался не из легких, дракон в дороге подустал, ведь не гадал, как отдаленно несчастный остров проживал. Казалось, их миры так близко, но остров где-то должен быть, казалось даже к Этуалю его уже не возвратить.

Упорно Джейк летел за ними, гадая сколько же еще, уже давно болели крылья, но был дракон готов на все. Когда отряд уже прибудет? Летят как будто много дней, такой полет отнимет душу, у Дарксов магия сильней.

Дракон летел, забыв усталость, старался Дарксов не терять, ведь столько времени умчалось, нельзя крылатым проиграть.

Но наконец явилось нечто, что так напомнило дыру, Джейк не поверил взгляду даже, но на мгновение вструхнул.

Перехватило душу Джейка, когда увидел темный мир, несчастных скрыл огромный купол, ведь жуткий мрак его пленил. Здесь ночи темень непроглядна, одна лишь мысль леденит, ведь как возможно видеть счастье, когда внутри лишь ночь стоит? За черным куполом виднелся их переход, где дикий вал, так близко остров к их границе, где переход на Этуаль.

Влетели Дарксы в черный купол, что свет дневной впустить не смел, дракон решил лететь за ними, ведь наконец увидел цель. Нельзя так просто развернуться и не узнать, что там внутри, дракон спустился к океану и прыгнул в темень: раз, два, три.

Вокруг темно и очень жутко, лишь, кое-где горят огни, вот, что им солнце заменяло, огонь лишь светит островным. Но странность острова для Джейка была лишь в том, что жизнь бурлит, пускай они под властью тени, но прославляют каждый миг. Тепло на острове и мирно, пускай не видно света дня, Джейк не поверил взгляду даже, хоть различить почти нельзя.

Джейк не сумел увидеть много, лишь то, что смог открыть огонь, настало время отправляться, ведь мрак совсем крадет покой.

Беззвучно, так же как явился, дракон отправился на свет, как вдруг в ловушке очутился, ведь Дарксы знал, что он здесь. Дракон не смог от них отбиться, секунда лишь, и Джейк пленен, как будто знали о визите, оставив сети для него. Тугие цепи давят крылья, в мешке дышать трудней всего, его несли, все дальше в темень, вздохнуть безумно тяжело.

***

На Пиле жизнь без изменений, их дивный край почти увял, метался Джайден по селению, сады защитой укрывал. Возможно, Дарксов приближение цветам внушает лютый страх, невероятно сложно было смотреть, как чахнут на глазах. К тому же Дарксы возвращались, необходимо прятать фей, а их растения завяли, не слышно пчел, затихла трель. Старались феи их утешить и скрыть надежно от тревог, но как бы Джайден не старался спасти цветы, увы, не мог. Болезнь безумная спустилась к несчастным звездным островам, но принц сдаваться не намерен, спасти пытаясь дивный край.

Их чудесный остров словно тает, пыльца не светиться почти, с цветов, как пепел опадает, перестают сады цвести. Старались феи сделать нечто, пыльцы не жалко для цветов, но даже с их запасом силы не выходило ничего.

Одно лишь радовало сердце, что на Белире есть вода, их Люминор от бед спасает, что возвращаются всегда. Воды все больше доставляли, что всякий раз спасает Пиль, но нечто остров оскверняет, вода бессильна биться с ним. Все острова постигла учесть, какую им не победить, казалось, даже Этуаля не суждено восстановить.

Чудесный звездный отправитель совсем от бед не потускнел, в нем сила звезд неоспорима, цветок в свету огнем горел. Трудился Джайден, ожидая, сигнал тревожного письма, что страхом в сердце отзовется, заставив выстрадать сполна.

Но вдруг упал в его ладони фонарик, посланный сестрой, что мигом брата оживило, ведь от Люсиль пришло письмо. Желая знать, в чем было дело, он прислонился к светлячку, как вдруг раздался свист на пляже, и принц проследовал к нему.

На Пиль явились их соседи, амфибий будто бы не счесть, людей на вид напоминают, хвосты сияющие есть. На Пиль явился принц Пераза, взяв небольшой отряд своих, однако Джейден не заметил, что было спрятано у них.

Принц Эван рад их новой встрече, но попросил его дышать, когда тому внесли дракона, то Джайден стал ослабевать. Амфибий группа подтвердила, что был дракон совсем один, они принцессу обыскались, но так ее и не нашли. Но Эван, принца придержавши, сказал тому, что им пора, они не верят в смерть принцессы, Люсиль им тоже дорога.

Хотелось принцу задержаться, помочь хоть чем-то, друг в беде, но Джайден тут же отказался, Пераз нуждался в теплоте. Он знает ведь, что у соседей озера начали чернеть, принц знает, что им нужно делать, и знал, куда ему лететь.

Отряд друзей вернулся в воду, в хвостах сиял небесный свет, создания бросились в пучину, и через миг отряд исчез. Ведь Джайден прав, вода их дома давно не блещет серебром, лишь походила на болото, в ней не осталось ничего.

Раздумья больше не терзали, увидел Джайден светлячка, послушав, что ему расскажут, он растерялся, но слегка. Письмо вручил летящей фее, но Райли нужно рассказать, и Джайден прыгнул прямо в небо, ведь о Люсиль должны узнать.

Глава 4

В плену, закованный цепями, сидел дракон во власти тьмы, безумно света не хватало, затишье давит на виски. Сидел он тихо, отстраненно, с трудом пытаясь не дышать, ведь стоит дернуться немного, как тело станет предавать. Почти не чувствуются крылья, одни лишь цепи, что звенят, старался Джейк руками двигать, но каждый взмах как лютый ад. Люсиль давно у Дарка в зале, на что король готов пойти? Попали оба Дарку в лапы, не знает Джексон, как спасти.

Принцессы нет, тревоги вихрем в его душе кружат как сталь, пусть лучше бы его похитил, пусть лучше до смерти пытал. Хотя дракон уже измучен, ведь пытка хуже в сотни раз, супруга может не вернуться, а Джейк сидит в цепях сейчас. Но Дарк решил, что им известно, куда укрылся странный вор, из за него супруги гибнут, во всем виновен был Ладрон. Раздумья Джексона тревожат, дракон сейчас бы спас ее, но цепи сдавливают очень, не закричать трудней всего.

Момент, и звон в ночи раздался, за стенкой слышен некий шум, шаги и лязг ключей на связке, подошвы отзвук приглушен. Поспешно скрипы удалялись, дракон прислушаться хотел, но ни намека на дыхание услышать даже не сумел.

Собрав утраченные силы, Джейк звал Люсиль во мраке ночи. Казался крик его безумным, но был в реальности не очень. От крика горло обжигало, ему казалось, до предела, но лишь тяжелое хрипение звало ее на самом деле.

- «Я здесь!», — услышал вскоре пленник, вздохнув, как будто сбросил груз, Люсиль вернулась наконец-то, вернув дракону бурю чувств. Люсиль совсем не пострадала, хотя запугана была, воображая, как мерзавец решит судьбу, что так хрупка. Но что сказать, когда супругам воришка Дарка не знаком, король в Ладроне видел пакость, ведь тот стащил, не ясно что.

Чуть слышно, фея встала с пола и подошла, присев к стене, супруги вновь объединились, держась в тенях спина к спине. Пускай стена была преградой, но для влюбленных лишь пустяк, Люсиль о Дарке рассказала, ведь тот раскрыл немало карт. Рассказ печалил и тревожил, но ясно стало, что к чему, как оказались в мире ночи, что неизвестно никому.

***

Люсиль сидела в мраке зала, лишь кое-где горят огни. Дарк все хотел разведать правду, ведь злоба рвется из груди. Уверен Дарк, что им известно, куда Ладрон сумел сбежать, но фее он вредить не смеет, с другими может поиграть. Насколько вещь была бесценна, что Дарк готовым был на все? Люсиль совсем не представляла, что бережет сейчас ее.

Дарк рассказал принцессе правду, откуда знает обо всем, кусок души живет в алмазе, обломки связаны еще. Кусочки сердца помогали увидеть цели королю, он наблюдал за Этуалем, так много лет живя в бреду.

Он видел мир и процветание, но каждый раз, смотря на жизнь, сгорал от мести и отчаяния, ведь смерть отец не заслужил. Но мудрецы лишили шанса, не дали жить ему в свету, король, окутанный несчастьем, желал не выжить никому. Один Билир лишь скрыт от взгляда. его окутывал туман. Что защищает этот остров король, увы не разузнал.

Но до недавнего мгновения Дарк мог увидеть острова. Сейчас же, выросла преграда, как под влиянием колдовства. Король бессилен видеть остров, но отступить сейчас не мог, ведь неуемный проходимец переступил его порог.

Дарк видел фею постоянно, ведь знал, чья эта была дочь, он знал, как девочка страдала, хотелось Дарку ей помочь. Люсиль могла узнать Ладрона и скрыть его от короля, добра душой была бесспорно, мольбу бы мимо не прошла. К тому же Дарк частенько видел в глазах Люсиль такой порыв: принцесса шла на помощь людям, Ладрон быть мог одним из них.

Король уверен был, что вора могли упрятать на Белир, его лишь он не мог увидеть, попытки бросив, не забыл. Хотя в какое-то мгновение Дарк смог пробиться сквозь туман, но это было лишь на время, а после скрылся Этуаль.

Но все равно Люсиль молчала, откуда же принцессе знать, ведь где могла бы вора встретить и в безопасности скрывать? Но Дарк, потерей одержимый, совсем не принял твердых слов, он должен встретиться с Ладроном, король сейчас на все готов.

Люсиль узнать хотела правду: что утащил безумный вор? Но Дарка этим зацепила: «Помочь желает, что за вздор!» Король ни капли не поверит, что в сердце феи место есть, ведь не был тем, кому желают безумный гнев преодолеть. Пускай Люлись храбра и стойка, тепло идет от добрых слов, от утешений мало толка, ведь Дарк пленил ее любовь.

***

Уверен Дарк, что здесь, в темнице, среди немыслимых теней, влюбленных мир, благоразумно, решит открыть в их тайну дверь. Но Дарк совсем не представляет, что даже здесь, под властью тьмы, они спасались светлячками, что для влюбленных дороги.

Люсиль к стене ладонь прижала, отдав ей капельку тепла, как будто строгая преграда разлуку выстрадать могла. За эту скромную награду, соединит во тьме сердца, Люсиль по Джейку тосковала, пусть их разлучница - стена. Увы, но Джейк не мог подняться, не мог послать принцессе дар, но получил ее подарок, ведь светлячок на ним сиял. Какое было утешение, ведь огонек - источник сил и, несмотря на звон и скрежет, он был прекрасным из светил.

Люсиль была в тенях свободна, ей не грозило пение пут, но Фея в страхе цепенела, что их из мрака не спасут. Однако выбраться непросто, куда им спрятаться в тенях, ведь свет заметят в переулках, как далеко уйдут впотьмах?

Затея хлипкая безумна, но им нельзя остаться здесь. Люсиль казалось безрассудным, но малый шанс надежды есть. Джейк попытался план обдумать, но риск опасен и велик, впивалась стал в больные руки, а Фею нужно защитить. Он был готов сразиться с мраком, себя утратив до конца, но продержаться до финала, поняв, что Фея спасена.

Люсиль скользнула к двери клетки и напрягла уставший слух, но появилось ощущение, что жизни след в ночи потух. Есть лишь сквозняк и тот чуть слышен, но звуков больше не найти, ужасно давят мыслей путы, что одиноки в заперти. Но это шанс для их побега, затишье очень добрый знак, Люсиль решилась убедиться, ладонью делая замах.

Разнесся гул железной двери, что так похож на жуткий рев, Джейк даже вскрикнул от волнения, в звучании слыша стук шагов. Но ничего не приключилось, последний отзвук вновь затих, Люсиль с надеждой разместилась дверной замок «ключом» открыть. Но как бы Фея не старалась, лиана ей не помогла, Люсиль однако, не сдавалась, ведь Феи магия сильна.

***

Сидели молча в мраке клетки, одолевая каждый миг, лишь светлячки вовсю светились, но свет огней в момент поник. Она вошла безумно тихо, лишь огонек в руке держа, и, утирая слез дорожку, почти дыша, произнесла, что нет ей мира и покоя, пока влюбленные в тоске, не в силах больше оставлять их на растерзание темноте.

Но Джейк, услышав тихий голос, не стал внимать ее словам, ведь каждый был врагу подобен, кто их в темнице «навещал». Сейчас же, скованный цепями, приговоренный «к свадьбе с тьмой», Джейк был готов принять все раны, лишь бы Люсиль была живой.

Он закричал, ломясь сквозь цепи, чтобы не трогала Люсиль, принцесса тут же подскочила, ведь Джейк не знает правды всей. Просила фея не пугаться, ведь знает, кем она была, и назвала ее Медеей, ведь рада гостье, что пришла.

Дракон сдаваться не намерен, ведь каждый «гость» несет урон, ее словам внимать смиренно? Да никогда не станет он. Но силуэт во тьме увидел, ее глаза как океан. Медея знала о драконе, как сильно он сейчас страдал. Не смела гостя выйти раньше, ведь выжидала нужный миг, отвага сдаться так желанна: влюбленных пыль в нее проник. Принадлежав другому миру, они погибнут в кандалах, без солнца им, увы, не выжить, супруги сгинут на глазах.

Медея смерть не принимает, наперекор пойдя всему, но Джейк спросил у незнакомки, что за порыв ее тянул? Кто эта девушка такая? Чего стремиться им помочь? Но незнакомка не смолчала, Медея все же Дарка дочь.

Затих дракон, ведь, что ответить? Медея может стать врагом, в ее словах скрывалась тайна, что уничтожит их потом. Никак принцессу не проверить, не разгадать фальшивых чувств, а связь их может выйти скверной, не даст продолжить жизни путь.

Люсиль Медея лишь сказала, что ненадолго пропадет, она их вытащит отсюда и безопасно уведет. Осталось лишь с ключом вернуться и переправить из теней, но с этим справиться принцесса, пускай супруги верят ей.

Медея быстро убежала, а Джейк взволнованно сидел, Люсиль знакома с дочкой Дарка, но он подробностей хотел. Как можно было ей поверить? Как разгадать коварный план? Не находил несчастный места, Люсиль могла попасть в капкан.

Принцесса верила Медее, пускай и видела лишь раз, но все же храбрая Медея не сможет их предать сейчас. Пускай была принцессой Дарка, но все же в ней живет любовь, она всю жизнь росла во мраке, но ее сердцу чуждо зло.

Глава 5

В день похищения принцесса сидела тихо взаперти, она не знала, что ей делать, чтобы спастись из темноты. К тому же Дарк ответов хочет, каких Люсиль бессильна дать, казалось даже в подземелье придется фее погибать.

Медея к ней явилась вскоре, ведь любопытство тешит ум, ведь никогда еще так близко не удавалось заглянуть. Увидеть фею было ново, ведь долго думала она, что острова давно погибли, а вместо них одна зола.

Тогда, увидев незнакомку, Люсиль напугана была, ведь доброты не ожидала, вкусив холодный мрак сполна. Однако девушка пленилась, увидев яркие огни, над ней без магии кружились, блестя, как звезды, светлячки.

Медея ближе села к клетке и, зачарованно дыша, спросила лишь: «Откуда фея и почему сюда пришла?» Но ей Люсиль не доверяла, и так уже сглупить смогла, ведь незнакомка может Дарку раскрыть прекрасные дела. Дарк может сделаться жестоким и приковать Люсиль к стене, завяжет ласковые руки, отдав принцессу в лапы к тьме.

Медея доброй оказалось, но фея лишь настороже, а может просто притворялась, финал бесед не по душе. Но в разговоре разузнала, что незнакомка - Дарка дочь, он воспитал ее по чести, принцесса хочет ей помочь. Его судьба была печальна, ведь местью Дарк гоним своей, король хотел Медее счастья и сделал все, чтоб стать добрей. Дарк рассказал ей о причинах, как острова уничтожал, оставить месть невыносимо, терзали душу сотни ран.

Медея знала, что случилось, была уверена и в том, что солнце, словно испарилось, оставив мрак и полудрем. Все острова уснули в пепле, а прелесть их давно прошла, принцессе грустно становилось, ведь тьмы ладонь была черна. Подвластно мраку все на свете, и каждый миг казался сном, ужасных горестных событий не забывал несчастный дом.

Но вскоре правда озарила, ведь солнца свет знакомым стал, принцесса жаждет одержимо вернуть, что остров потерял.

Медея лишь пришла однажды и «прожила как жизнь» с Люсиль, но сколько времени промчалось, определить не хватит сил. Теперь, когда в темнице фея, внутри Медеи рвется жар, благая цель на свет стремится, ведь жив прекрасный Этуаль. Она взволнованно глядела, желая знать, как жизнь течет, над миром их не властна темень, тоска и горечь не гнетет.

Люсиль о многом рассказала, принцессы взгляд расцвел в тенях, так захотелось жизнь устроить, что приходила к ней в мечтах. Люсиль увидела отчаяние, ведь нет в Медее ложных чувств, принцесса все же тосковала, ведь жизнь в ночи внушает грусть.

***

Мгновение и супруги стихли, в замке раздался скрип ключа, Медея клетку открывала, но возвратилась не одна. Принцесса, пленных успокоив, сказала, что вернулась вновь, Люсиль у девушки спросила, увидел ли Медею кто? Медея тихо прошептала, что осторожно пробралась, не только ключ найти сумела, но даже друга привела.

Фонарь горел в руках принцессы, что воссоздал прекрасный дар, Люсиль увидела Медею и силуэт, что молча ждал. По виду, словно тьмы создание, не распознать, как не крути, лишь небольшие очертания и шум дыхания различим. Люсиль сдержала любопытство, не стала спрашивать о нем, сейчас важнее видеть Джейка, что находился под замком.

Раздался скрип соседней двери, и фея, в ужасе дрожа, в лучах фонарика принцессы, увидев Джейка, замерла. К стене прикованный цепями сидел дракон, к земле склонясь, трещали сдавленные крылья, избиты словно сотни раз. Дракон не мог пошевелиться, на каждый взмах, чуть слышный стон, казалось, лишь изнеможение тащило за руку еще.

Люсиль вбежала в клетку Джейка, спасти хотелось поскорей, дышать совсем невыносимо, ведь цепь сжимала все сильней. Люсиль взяла его за руки, с безумным трепетом держа, холодный синий отблеск муки пронзил принцессу как кинжал. Целуя щеки, нос и губы, Люсиль несла безмерный груз, пускай дракон был жив покуда, но от страданий словно пуст.

Люсиль дрожала от волнения, душой владела лишь печаль, дракон принцессу успокоил, сказав, как сильно он скучал. Давно не чувствуются крылья и звон цепей привычным был, один лишь взгляд в глаза супруге и страх дракона отступил. Казалось, все могло случится, казалось, близится финал, одно неверное движение, и шанс на встречу ускользал.

Но убеждение было ложью, дракон к удавкам не привык, но улыбался как возможно, ведь Джейку важен каждый миг. Пускай Люсиль совсем не знает, как было принцу нелегко, ведь сердце с треском разрывалось, узнай принцесса обо всем. Дракон не смог сказать ей правду, но фея вовсе не глупа, она прекрасно понимала, как много в Джексоне тепла.

Медея вовсе не встревала, влюбленным дав счастливый шанс, путь из темницы был опасен, надежда тает на глазах. Принцесса знала, что случится, когда побег заметит страж, так не хотелось, чтобы пленным пришлось опять сидеть в цепях.

Однако мрак небезопасен, Медея пленных отвлекла, сказав, что время ускользает, им уходить давно пора. Люсиль смахнула слез дорожку, готовясь бросить вызов тьме и без малейшего сомнения решила следовать судьбе.

Раздумья фею осенили, ведь темень лишь двоим страшна, а что же Дарксы в этом мире, ведь здесь живут день ото дня. Как незаметно укрываться, когда глазам привычен мрак, дозоры точно заподозрят, что нечто было здесь не так.

Медея, пленных успокоив, сказала, что решение есть, ведь привела на помощь друга, что сможет скрыть влюбленных здесь. В ночи он был совсем невидим, ведь силуэт к теням прирос, о нем влюбленные забыли, ведь слова вскользь не произнес.

Напоминание принцессы взглянуть заставило двоих: поближе к свету поступился подобный темени двойник. Лицо под маской, плащ широкий, зеленый свет мерцал в глазах, казалось, рядом быть опасно, ведь силуэт внушает страх.

Но Джейк, подняв глаза на гостя, был, без сомнений, поражен, ведь перед ними оказался в обличии темени дракон. Глаза создания выдавали, зеленым пламенем горя, Джейк посмотрел на незнакомца, ему решаясь доверять.

Дракон, догадку подтверждая, друзьям представился как Лив, но здесь народ зовет иначе, его Ладроном окрестив. Так вот, кто это за воришка, что выкрал ценность короля, но для влюбленных было странно, что Лив пришел на острова. Ему бы спрятаться от Дарка, как можно дальше выбрав путь, из за него пленили фею, а Джейк не мог в цепях вздохнуть.

Не сожалел Ладрон о краже, но виноватым все же был, не стал оправдываться даже, ведь дело с честью совершил. Но, встав угрюмо на колени, признал во всем свою вину, ведь за Ладрона прегрешение супруги маялись в плену.

Он мог бы спрятаться подальше, вернувшись в мир, где был всю жизнь, но не лелеял даже шанса оставить все, что здесь любил. К тому же Дарк разгоряченно послал на поиск верных слуг, душа чудовища - потемки, не должен мир страдать от мук.

Пускай Ладрон был здесь недолго, но видел много светлых дней, ему печально лишь подумать, что эту жизнь накроет тень. Медея друга защищает, не выдавая королю, они весь замысел расскажут, но для начала всех спасут.

Медея их предупредила, что не сумеет кольца снять, тогда частичка светлой силы отцу все сможет передать. Она должна быть очень скрытной, не выдавать себя ни в чем, отец не знает, что Медея нашла надежное плечо. Люсиль сказала, что сумеет, внутри нее немало сил, чтобы сломать стальные цепи, что отнимали крыльев синь.

Но ничего не получилось, стальная магия сильна, но к фее Лив пришел на помощь, вдвоем им справиться судьба. Он путы плавил, накаляя, но Дарка цепь не поддалась, драконья магия Ладрона победы им не принесла. Люсиль вступила в эту битву, но раздавался только стон, как будто цепь сопротивлялась, ломая пленника на зло.

Идея вспышкой запестрела, к Люсиль пришел победный план, она раздумья отпустила, ведь Джейк давно страдал от ран. Она к Медее обратилась и попросила ей помочь, принцессе нужно срезать косы, поможет магия волос.

Медея стала колебаться, и Джейк в тот миг остолбенел, ведь косы были так прекрасны, он этой жертвы не хотел. Люсиль с любовью прикоснулась, впитав тепло его щеки: «Дороже Джейк, чем эти косы, а сожаления далеки». К тому же волосы вернутся, а Джейка фея не вернет, когда оставит здесь, в темнице, под тихий скрип и ветра гнет. Джейк не сумел сказать ни слова, обескуражено молча, но согласился на затею, Люсиль желая защищать.

Медея видела во взглядах безмерных чувств прекрасный свет. Они друг друга защищали и берегли от лютых бед. Принцессе это не знакомо, что значит чувствовать любовь, но по их действиям, Медея узнала именно ее. Они готовы жизнь поставить, друг друга видят в лютой тьме, слова здесь роли не играют, ведь доказательство в душе.

Принцесса, выйдя ненадолго, вернулась, взяв огромный нож и сделав пару легких взмахов, срубила часть густых волос. Когда другая приземлилась, Люсиль и вздох не издала, она «канаты» подхватила и в цепи волосы вплела. Но тишина была такая, что слышен лишь бегущий стук, у Джейка сердце замирало, ведь он не стоил этих мук. Люсиль лучисто улыбнулась, погладив Джейка по щеке, и попросила помощь Лива, Медея стала в стороне.

Лив накалял стальные цепи, Люсиль наслала колдовство, и косы тут же разлетелись, вплетаясь в каждое кольцо. Люсиль второй рукой взмахнула, наслав на цепи дядин дар, тройной урон от двух созданий драконьи крылья поломал.

Джейк подавить старался крики, чтобы дозор не приманить, Медея к ним пришла на помощь, стараясь Джейка подбодрить.

И вот победа, получилось, у Лив с Люсиль свершился план, стальные кольца от усилий со звоном падали к ногам.

Подняться Джейку непосильно, ведь крылья были как балласт, не может Джексон исцелиться, бессилен их убрать сейчас. Как быть в таком нелегком деле? Люсиль дрожала, чуть дыша. Медея выведет отсюда, но как же сделать новый шаг?

Медея только их проводит и восстановит весь урон, Ладрон их выведет из Дарка и унесет отсюда вон. Одно лишь нужно было сделать, для Джейка путь совсем не прост, им нужно было притвориться, что у созданий нет невзгод. Лишь так они пройдут сквозь Дарксов, нельзя внимания привлекать, но крылья Джейка «завывали», ему придется подыграть.

Друзья пошли по подземелью, по тайным тропам сквозь тоннель и наконец нашли решетку, свобода теплилась за ней. Медея выведет наружу, настало время уходить, осталось лишь совсем немного, и тьма осталась позади.

Люсиль, принцессу обнимая, так благодарна за труды, Медея жизнью рисковала, чтобы супругов увести. Принцесса чмокнула их в щеки, просив уверенней играть, Ладрон сказал, что вновь вернется, Медея будет друга ждать.

***

Решетка тихо заскрипела, на волю выведя троих, Люсиль держалась рядом с Джейком, смеялся громко рядом Лив. Влюбленных жутко напугало, что смех разрушит сложный план, над ними лишь нависла темень, но мир размеренно дышал.

Лишь темнота была во взгляде, не различить тяжелый путь, но Лив держался рядом прямо, просив довериться ему. Супруги, взяв под власть тревоги, шагали медленно, смеясь, со стороны другим казалось, что еле ходят, веселясь.

Казалось, вот она, свобода, еще чуть-чуть, и тьме конец, но оглушился город ревом, калились крылья в темноте. Но беглецов еще не видно, Лив попросил не убегать. Медея Дарксам сообщила, что удалось «гостям» сбежать. Она должна была сказать им и подозрения отвести, сейчас Ладрон был главной целью, мерзавца целятся найти. Люсиль и Джейк перепугались, ведь под мишень попался Лив, Ладрон на это усмехнулся: «Ведь он похитил тех двоих».

***

Затея Лива удавалась, но бросить он, увы, не мог, отвел бы стражу от созданий, позволив им покинуть смог. Но без него супруги слепы, пришлось подставить под мишень. Но все же есть одна помеха, их Даркс заметил в темноте.

Старались вновь друзья отбиться, но ранен Джексон от цепей, он Лив просил беречь принцессу, она бесценней жизни всей. Люсиль сказала, что не бросит, но Джейк просил ее бежать, она должна доплыть до дома, чтобы о Дарке рассказать.

Люсиль остаться захотела, но Лив свершил, что жаждал Джейк, драконом став, ее похитил и уносил в ночи от всех. Люсиль кричала, ведь не видно, что происходит там, внизу, возможно, Джексона убили, Ладрон метался, как в бреду.

За ним вослед летели Дарксы, их крылья красные горят. Ладрон подбросил фею к небу и развернулся, в лапы взяв. Люсиль на миг дышать забыла, когда дракон ее поймал, покрыло их лучами света, и Лив сорвался в океан.

Глава 6

Поймав ушедшие минуты, вернется снова время вспять, ведь не закончились герои, что продолжают защищать.

Был Райли дома, на Белире, старался острову помочь, ведь дивный край быстрее гибнет, его окутывала ночь. Чернеют юные побеги, от светлячков осталась пыль, прекрасный лес в изнеможении, недуг их мир не пощадил.

Лишь Люминор не поддавался, над ним не властен лютый страх, вода от скверны очищает, прикосновением мрак уняв. Но все равно природа гаснет, был постепенным пусть в конец, но Райли мир не оставляет, вложив всю душу в свой венец.

Белир, как детище парнишки, ведь создал дед его таким, затем отец хранил затишье, теперь и принц - надежный тыл. Нельзя оставить на потеху прекрасный остров в лапы тьмы, хранитель жизни не жалеет, в попытках сердце обрести. Тогда Белир преобразится и расцветет, как в те года, когда Лодон с небес спустился и шанс на жизнь природе дал.

Дышать обителям труднее, остатки жизни давит мгла, ведь каждый житель поселений от жуткой участи страдал. На каждом острове погибель, разлад природы и существ, во сне такого не предвидеть, надежды нет замедлить смерть.

Но Райли вовсе не сдается, стоит упрямо на ногах, созданиям воду доставляет, преодолеть внушает страх. Но как бы сильно не шатало, а все хранители дружны, объединив души запалы, заботу делят на других. Пускай народы ослабели, а кто-то попросту «пропал», надежда так неощутима, от поражения меньше ран. Существ стараются не трогать, ведь понимают натиск тьмы, огни надежды светят слабо, а к смерти путь в длину руки.

Еще Люсиль была на месте, и Джейка Дарк не похищал, а Райли всей душой и сердцем подвох незримый ощущал. По правде, чувство необычно: грызущий ком растет в груди, огромный клок безумных мыслей еще труднее расплести. Но как пронзить себя запястьем, изъяв из сердца грызуна, над ним хранитель был не властен, придется выстрадать сполна.

Но, несмотря на руку смерти, что накрывала их дома, явились радостные вести, что оживили города. Эксперимент удачно пройден, ведь Люминор - небесный дар, хранитель видел самолично, как камень душу обретал. Осколок вспыхнул в Люменоре, вернув Лодона часть души, прекрасный старец возвратился, осталось сердце обрести.

Для Райли, как и для собратьев, надежда звездами зажглась, пускай Лодон был лишь в алмазах, чего еще могли желать? Когда-то мысль была далекой, все лишь давняя мечта, сейчас же, силой Люминора явился путь, лишь сделай шаг.

***

Когда обломок сердца вспыхнул, пронзив огнями Люминор, прошел сквозь Райли свет Всевышних, лучи забегали толпой. Он заискрился перед принцем в таком же виде, как Лоренс, а свет его такой лучистый, Лодон явился наконец.

Такой же старец, как и прежде, пускай для Райли незнакомом, волной серебряные нити свивались длинной бородой. В глазах блестит стальная вечность, и мудрый свет небесный дар, улыбка принца озарила, ведь Звездный старец вновь дышал.

Лодон все помнил до минуты, когда пришлось покинуть мир, спустя безумные тайфуны, душой остался невредим. Он так же светло улыбался, пускай и помнил тот момент, когда чудовищно расстался, утратив свой небесный свет.

Сейчас же взгляд направлен в пустошь, ведь Этуаль сковала мгла, кусочек сердца старца понял, что чудный остров погибал. В нем нет небесного сияния, не окружает звездный свет, что приключилось с Этуалем, опять виновен человек?

Старался Райли поделиться, как поживает их мирок. Лодон рассказ с улыбкой слушал, ведь удержаться бы не смог. Старик так горд за тех собратьев, что не бросали Этуаль, пускай обломки отдалились, но все же мир един, как встарь.

Ладон узнал Ренода в Райли, напоминал собрата внук, порыв его весьма оправдан, не опускал наследник рук. Какая часть для Этуаля, достойный принц хранил Белир, но как же внуки тех собратьев, каких разлад не пощадил?

Хранитель старца успокоил, надежней рук нельзя найти, весь Этуаль укрыт забой, хотя кусочек не спасти. На нем сейчас бытуют монстры, что так похожи на людей, а правит ими сын злодея, что выкрал сердце, видев цель.

Героид встал перед глазами, мудрец Лодоном не забыт, в душе Лодона нет страданий, лишь свет измученно горит. Припомнил старец те мгновения, когда нашел достойный тыл, как выбирал себе в ученье пять человек, что свяжут мир.

Как обучал детей и холил, как помогал, когда темно, печаль сдавила душу старца, собрат лишил себя всего. Лодон ведь помнил то мгновение, когда Героида узнал и видел, как мудрец поддался и сердце жадности отдал.

Любил он каждого собрата, не смел предательства принять, не мог Героид просто сдаться, не смел бы жизнью рисковать.

Причины словно мимолетом сменяли мысли старика, не верил он, чтобы Героид отдал все ценное за так. Уж сколько пережил бедняга, но все же был ему как сын, Лодон уверен, что собрата недуг внезапный поглотил.

Уверен был Ладон в то время, что сын вернется к доброте и возвратит обратно сердце, не подчинив его себе. Но эта преданность, как к детям, Лодона сделала слепым, он верил, что неоспоримо пройдет мудрец путем своим.

Вздохнул старик так обреченно, что сердце замерло в груди, Лодону трудно было помнить, как расходились их пути. Старик ведь чувствовал, как сердце в руках Героида дрожит, как свет в него перетекает, как душу сына бередит. Как треск раздался, мир разверзся, Героид трескался внутри, а сердце острова разбилось, осколки было не спасти.

Лодон глаза закрыл руками, воображая жуткий крах, душа ночного Этуаля их покидала на глазах. А он, создатель несравненный, Великий старец звездных троп, лишь наблюдал, как погибает его любимый городок.

Тогда-то, Райли для поддержки раскрыл великую мечту, как мудрецы сопротивлялись, гоня из душ густую тьму. И много лет, чтоб не случилось, старались остров возродить, соединить осколки силы, заставить камень снова жить. Но никогда не расставались, пускай и жили вдалеке, и каждый день они старались найти тропу к своей мечте.

***

Сейчас же было все иначе, на трон наследники взошли, но их мечта не потерялась, ничто не может сбить с пути. Стремятся дети к совершенству, к тому величию небес, одно Лодона появление уже внушает интерес.

Ладон печали отодвинул, с улыбкой слушая рассказ, и Райли даже показалось, что слезы видит на глазах.

Увидев маленькие капли, что отливались серебром, подумал Райли о желании восстановить несчастный дом. Как долго остров был в разлуке, как долго души далеки, хранитель взгляд направил в пустошь, что накрывает тенью мир.

Возможно ли скрепить осколки, из-за чего случился крах? Ведь мудрецы не унимаясь, держали мир в своих руках. Но старикам не удавалось никак вернуть в осколки жизнь. Лодон смотрел на Райли ясно, казалось сумрак отступил.

Он видел мудрого Ренода, что тоже действовать хотел, уж такова его природа, сидеть на месте не умел. Мальчишка был похож на деда, что Звездный старец не дышал, следя за взглядом и движением, в каких собрата узнавал.

Как будто вновь Ладон очнулся, не пролетало стольких лет, сейчас его земные дети придут сказать о красоте. Как много видов появилось, как их природа расцвела, расскажут, что им не хватало, чтобы построить города. Лодон их выслушает снова и вновь подскажет верный путь, а мудрецы, горя душою, пойдут немного отдохнуть.

Лодон задумался немного, есть способ остров возвратить, поможет «Сила Возрождения», но сердце трудно починить. Ответа Райли не предвидел, не слышал даже о таком, но все равно не отступился, пусть не волнуется Лодон.

Но почему такая сила не возвратила Этуаль, ведь мудрецы не раз пытались скрепить в одно алмазный дар? Лодон вздохнул, ведь было важно исполнить четкий ритуал, обломков пять алмаз оставил, четыре старец ощущал.

И правда, это было важно, ведь Райли камни оживил, но лишь один остался мертвым, тот, что в тени на Дарке был. Возможно, сердце вновь забьется, но только нужно пять частей и пять магических созданий, кто силой мог владеть своей. Пять островов и пять частей, обломки сердца притянуть, колдун, что сможет укрепить, а звездный свет укажет путь. Тогда-то «Сила Возрождения» сумеет магию свершить, а Этуаль преобразится, ведь сможет раны исцелить.

Теперь то Райли ясно понял, что мудрецам не удалось, нужны все пять обломков сердца, пяти, конечно, не нашлось. Но к ритуалу все готово: колдун, звезда, куски сердец, но лишь частички не хватало, что довершил бы их венец.

Мудрец сказал, что каждый остров свершить обязан ритуал и даже Дарк необходим им, ведь он картину довершал.

Тогда то дело осложнилось, ведь с Дарком давняя вражда, обломок сердца очень важен и тот, кто силой обладал. Но вот беда, они не знают, а выжил кто-то из существ, ведь Дарк без солнца жизнь оставил, возможно там витала смерть. Одна душа лишь им подходит, и это только злобный Дарк, ведь только он владеет даром, пускай и их заклятый враг.

Лишь помириться оставалось, но как забыть его вражду, ведь столько душ безумец ранил во власти горя по отцу. Но Райли ясно улыбнулся, ведь снова нужен им Линор, так много времени промчалось, как он оставил их с тех пор. Осталось только лишь придумать, как пригласить их в гости вновь, но вспышкой мысль заблестела, кулон Линора у него.

Помощник был уже известным, пришел на помощь Люминор, хранитель сжал алмаз руками, насквозь пронзив живой водой. Кулон наполнился мерцанием, рассыпав яркие лучи, и Райли Тесс сказал с улыбкой, что островам они нужны.

Глава 7

Еще немного отмотаем, увидев вновь влюбленных жизнь: Линор и Тесса снова рядом, терзавший сумрак отступил. Они до дома добирались, как будто не было ни дня, когда, окутанный проклятием, Линор искал во тьме себя.

И вот он, дом, что был когда-то, Линору словно новый мир. Вокруг гостей никто не знает, ведь вырван мальчик молодым. Никто не знает о проклятии, ни болтовни, ни пересуд, не существует попаданца, ветра о звере не поют. Но вот беда, ведь крепкий замок был обездвижен колдовством, похищен был его «наследник», что внешне схожий со зверьем.

Линора снова окунуло в те времена мирских тревог, когда проклятием наделенный, изгой оправится не мог. Ведь каждый день, живя в затишье, не зная жизни и друзей, мальчишка думал лишь о мире за чудной крепостью своей. Нельзя открыть свою природу, нельзя довериться друзьям, возможно только через щелку глядеть на мир, что расцветал.

Линор не чувствовал обиды за всю семью, что берегла, когда-то мальчика сгубили, как черта выгодно продав. Тесс обняла его чуть слышно, звезде знакома тягость зла, ведь наблюдала неустанно, куда судьба его вела. Родные бились как возможно, чтобы облегчить участь тьмы, изгой все детство жил в заботе, себя стараясь обрести.

Линор вздохнул, увидев «замок», их новый дом не устарел, цветы, раскатистые трели и сад радушно багровел. Ухожен дом и чистый дворик готов гостей с теплом принять. Линор сжимая руку Те́ссы, с волнением принялся дышать. А вдруг их дом давно утерян, родня продать его смогла, давно забыв о беглом сыне, сменила снова адреса? Линор зажался, как комочек, решимость парня предала, как сделать шаг, не дав тревоге отнять власть сердца и ума?

Вдруг дверь немного заскрипела и голос слух пронзил стрелой: открытой дверь просил оставить, возможно сын придет домой.

Линор притих, слова, как будто окаменели на губах, отца увидев наконец-то, смешались вместе грусть и страх. Он поседел, но все же видом напоминает о былом: отец был храбрым и спокойным, Линор болтал с ним обо всем. Но седина покрыла пряди его каштановых волос, ведь жизнью горечь управляла, он столько страхов перенес.

Лишь взгляд и тот остановился, увидев прибывших гостей, и от одной слезы Линора ушла тревога прежних дней. Узнал отец его мгновенно, ведь сын на них был так похож, он закричал в окно супруге, а самого пробила дрожь.

Супруга выглянула мельком, узнать, чем вызван этот зов, но уловив глаза Линора, из светлых глаз полился дождь. Лишь легкий скрип пропел чуть слышно, как Алазила, дрожь уняв, сбежала ветром по ступеням, мальчишку бережно обняв.

Семья сжимала крепко сына, как будто мальчик - легкий дым, но отпусти его сначала и вновь исчезнет молодым. Как будто мир остановился, не важно, что произойдет, Линор обратно возвратился, проклятие больше не гнетет. Такой подросший, возмужавший, не исхудал за много лет, родня его не отпускала, от слез, увы, спасения нет.

Линор представил вскоре Тессу, что наблюдала за семьей, сын рассказал, что ей обязан всей жизнью, сердцем и душой. Их связь была настолько мощной, что крепче просто не найти, звезда была его опорой, деля невзгоды на пути. Родные Тессе улыбались, не нужно было лишних слов, Линор вернулся наконец-то, найдя заветную любовь.

Обняли Тессу так же крепко, не отпуская ни на миг, семья едина наконец-то, счастливый день родных настиг. Ведь с давних пор надежда грела, что сын вернется вновь домой, родные дверь не запирали, надеясь, что войдет Линор.

***

Линор бессилен оторваться, взглянув на стены их жилья, ведь дом свидетелем остался всего, что жизнь преподнесла. Он был оплотом безмятежья, ведь здесь, в Линоре, рос изгой, узрели стены похищение и пронесли тоску с семьей. Но наконец свершилось чудо, родные стены дождались, тревоги больше не задушат тоской измученную жизнь.

Еще мгновение и расселась семья за маленьким столом, мать не могла остановиться тереть глаза своим платком. Отец на кухне суетился, Линор смотрел по сторонам, ведь узнавал их милый домик, в котором с радостью играл. Однако что-то изменилось, внутри дом был чуть-чуть иным, родные сыну рассказали, что очень ждали встречи с ним.

***

Когда родня нашла все письма, то зачитала тех до дыр, они всю стопку сохранили в надежде, что вернется сын. Они все время дожидались, когда Линор домой войдет, но веру очень колебали и убеждали, что пройдет.

Соседи, даже горожане, старались как то им помочь, но столько лет, увы, промчалось, лишь верой жизнь не превозмочь. Им горожане говорили, что сына вряд ли обретут, но Алаиза с Робом рядом опять на поиски идут.

Но только письма от Линора, что завалили весь проход, семью смогли обезоружить, дав шанс не сгинуть от невзгод. Но то письмо, что конь доставил, надежду искрами зажгло, родня решила дом устроить, чтобы Линору подошло.

Они пытались дом исправить, меняли все, что здесь не так, с надеждой ждали и старались не подпускать зловещий мрак. Пусть люди разное болтали, но для семейства, это пыль, они упорно изменяли все то, что их терзало мир.

Семейство вновь Линором взято, как много чувств внутри дрожит, не поломалось о преграды желание сына возвратить. Как много сил в несчастных душах, как много бережной любви, Линор бессилен отстранится от обнимающей семьи.

Отец сказал, что этой силой их часто Вандор наделял, друг постоянно где-то рядом, семью ни разу не бросал. Линор просил увидеть друга, Роб проводил его к коню, а Вандор был в саду за домом, жуя зеленую траву.

Линор в тот миг остановился, увидев Вандора в цветах. Он был такой же благородный, красивый, статный, весь в лучах.

Как будто, нечто промелькнуло, что конь отпрянул, недвижим и с громким ржанием, вскинув морду, как метеор метнулся к ним. Линора он узнал мгновенно, пускай и не было рогов, но Вандор чувствовал всем сердцем, что друг избавлен от оков.

Линор его за шею о́бнял, прижавшись к гриве головой, ведь тосковал о нем безмерно, но знал, что Вандор был живой. Линор так горд, что друг остался и помнит мальчика того, который был укрыт накидкой, скрывая вид лохматый свой.

Друг обнимал Линора крепко, но вдруг уставился на дверь, к ним в сад из дома вышла Тесса, и конь побрел сейчас же к ней. Звезда лучисто улыбнулась, его за шею обхватив, она ведь друга подослала, волшебной силой наделив.

***

Родные снова в дом вернулись, продолжить нужно разговор. Семья Линору рассказала, что было в тот ночной раздор. О том, что было после ночи, когда Линора увезли, а сын узнал, как им непросто пришлось на поиски пойти.

Найти Линора было сложно, ведь не могли тогда понять, куда увозит цирк сынишку, где нужно мальчика искать. Они бродили, как в потемках, пытаясь сына обрести, но возвращались ненадолго, ведь мальчик мог домой прийти. Бандитов вскоре изловили, но это сына не вернет, их дом приходит в запустение, семья все больше чуда ждет.

Вот так родные не вернулись, на поиск тратя много лет, но в городке нашли афишу, что наконец зажегся свет.

Пестрело множество рекламы, где очень часто цирк мелькал, среди немыслимых созданий Линора образ полыхал. Они тогда искали место, где угольком горят шатры, но оказались слишком поздно, ведь циркачи давно ушли.

Лишь опоздали на неделю, а показалось, как на век, семья безмерно тосковала, так незаметен новый след. Но им назвали некий город, куда отправили бродяг, и вот тогда нашли повозки, успели к ним почти за шаг.

Тогда семья столкнулась с Линдой, что на обложках чаще всех, онцилла точно знала сына, неужто к ним пришел успех? Трюкачка им и сообщила, что был спасен Линор давно, назад отправиться просила, их сын на полпути домой.

Линор вздохнул, ведь помнил время, когда владельцем был Вилон, как по ночам писал записки, ведь сон настойчиво не шел. Как выступал перед народом, а после ждал своих родных, как много мест друзья сменили, но страх Линора не затих.

Он помнил все, случилось будто каких-то пару дней назад, однако это было в прошлом, парнишка больше не рогат. Но все же сыну захотелось увидеть ту свою родню, ведь очень долго пробыл в цирке, среди веселья и в бреду.

Глава 8

Родные сыну помогали, Линор окутан добротой, вокруг моменты оживали, что наполнялись теплотой. Уют в душе, спокойно, тихо, как будто не было ни дня, когда истерзанные стены проклятия впитывали яд. Ни жутко тягостных событий, ни ярых сплетен, грубых слов, дом наконец давал Линору взамен проклятия любовь.

Родные, словно от тотема не отдалялись ни на шаг, а вдруг чудовище похитит? Семью терзает мыслей мрак. Линор смешливо улыбался, горит в глазах алмазный свет, украсть парнишку не удастся, перед Линором шансов нет.

Но это их не убеждало, ведь сын сумел бы обмануть, Линора все таки украли, вручив семье тяжелый путь. Линор надолго был утрачен, и каждый день казался сном, казалось, бросила удача, оставив в душах рваный ком.

Осознавал Линор тревоги, ведь приходилось свет терять, но все несчастья были в прошлом, сын мог семейство защищать. К тому, живя на Этуале, изгой научен был всему, пускай свой меч оставил Райли, но здесь защитник ни к чему.

Родные жутко колебались, пусть героичен был рассказ, но все равно лишиться сына страшнее было в сотни раз. Тогда же Тесса улыбнулась, плеча коснувшись с теплотой, Линор в глаза взглянул невесте, что успокоило его. Звезда раскрыла свет проклятия, ведь нитью связан с ней Линор, они прикованы друг к другу, звезда всегда спасет его.

Линор, целуя руку Тессе, ответил ей, даря тепло, что в этом мире он отныне оберегает от всего. Звезда всю жизнь была опорой, создав Линору «Звездный путь», защита бывшего изгоя позволит Тессе отдохнуть. Пускай теперь побудет слабой, опасность больше не грозит, сейчас невесте предстояло начать с Линором мирно жить. Звезда ему в глаза смотрела с такой любовью и теплом, что все тревоги отступили, без колебаний бросив дом.

За ними Роб и Алаиза лишь наблюдали в тишине, Линор себе нашел невесту, отныне дочь была в семье.

***

А время так неумолимо, не остановишь ни на миг. Линор и Тесса обручились, безумный шквал давно поник. Жизнь безмятежна и прекрасна, одна семья и счастье в том. Судьба их стала безопасней, но благодарны ей за все.

Но острова в сердцах влюбленных горят, как яростный пожар, хотелось снова повидаться, увидеть всех, кто помогал. Живут ли странники в покое, цветут ли в солнечных лучах, как много здесь созданий юных, скучают ли по ним сейчас?

Линор ведь помнил, как явился, неся с собой проклятия груз, как его приняли с заботой и отыскали жизни вкус.

Однако все же не хватало той беспокойной беготни, благодаря таким пожарам, полны любовью очаги. Хотелось Райлса увидеть, узнать, как Джейк живет с Люсиль, как их команды поживают, узнать хотелось, что нет сил.

***

По вечерам Линор и Тесса воображали каждый миг, что даже Роб и Алаиза себе представить не могли. Конечно, было жутко слушать о том, куда их занесло, но, раз домой вернулись дети, то всем препятствиям назло. Но остров был в глазах семейства необычайной красоты, сошедший лишь с ночных фантазий или чудесных детских книг.

Но, разузнав о стольких людях, что помогли вернуться вновь, родные жутко захотели узнать их всех до одного. Пускай всего лишь описание, а посчитали их родней, благодаря неравнодушным, Линор вернулся вновь домой. Они обязаны им жизнью, Линор был цел и невредим, возможно, это их заслуга, что сын вернулся снова к ним. Хотелось их узнать вживую, сказать спасибо за добро, ведь не покинули Линора, когда был яд внутри него.

***

Домашний быт и помощь близким Линор безмерно обожал, ведь столько лет, прожив в разлуке, он очень много потерял. Они охотно помогали держать обитель в чистоте, а сад пышнее расцветает, подобный дивной красоте.

Верхом на Вандоре катались, купаясь в солнечных лучах, его галоп невероятен, а свет блестел в больших глазах. Частенько люди восхищались коня волшебной красотой, не отрывая ясных взглядов, когда он следовал трусцой.

Но были те, кто обвиняли, приняв магическим коня, ведь зверя с умыслом создали, сводить доверчивых с ума. Всех попадавших под влияние создание жаждет истребить, но его лживую натуру сумели люди раскусить.

Конечно, многие смеялись, сходил с ума несчастный ум, но есть немало доказательств, чтобы довериться ему. Конь был в семье, где жил ребенок, сраженный темным колдовством, а значит монстр создан сыну творить безумие верхом. К тому же, мальчик объявился и не пугается людей, но те известия бандитов не покидали канитель. Они смогли стащить чертенка, что жил вдали от всяких глаз. Но вновь беда, изгой вернулся, но где же шесть его сейчас?

О, языки людские, сплетни вернулись снова на порог, ведь мальчик к дому возвратился, но нет магических рогов.

Народа сплетни будоражат, вообще семья не так проста, не унимается проказа, тревогам не было конца. Соседи вскоре отдалились, что Тесса вспомнила тот год, когда беспомощно смотрела, как Арон стал для всех урод. Соседи тоже ополчились, списав проклятие на болезнь, семейство гнали отовсюду, желая им гореть в огне.

Так много времени промчалось, не изменилось ничего. Линору, даже без проклятия, непросто было все равно.

Старались слухи не тревожить, возможно гул сойдет на нет, ведь так обычно и бывает: язык почешут и привет. Гуляли чаще всем семейством, боясь, что станут им вредить, но их забор облили грязью, сердца людей не убедить.

Линор все чаще ездил в город, где видел много кораблей, в надежде, что найдет тот самый, с большим драконом на корме. Ведь это судно Этуаля с командой доблестных людей, что обращаются в драконов - хороших, преданных друзей. Искал свой шанс найти собратьев и увести родню с собой, ведь только там их встретит счастье и тот заслуженный покой. Но как бы он не возвращался, а кораблей желанных нет, как будто облик Этуаля лишь навестил его во сне. Возможно, страшное случилось, Линор бессилен им помочь, до Этуаля путь не близок, печаль чернеет, словно ночь.

Куда же вновь семье податься, когда их ждет один исход, одни людские предрассудки - все, что семейство дальше ждет.

Оплот их силы угасает, ведь дом, что снова стал родным, крыло тревоги накрывает, нет смысла вновь бороться с ним.

Но все решилось очень просто и благосклонно для семьи, ведь в это время в деревушку нежданный гость решил прийти.

Глава 9

Линор и Тесса не терялись, стараясь сплетни подавить, и постоянно помогали, но сердце сложно изменить. Соседи помощь получали, но лишь кивали головой и благодарности кидали, лишь отдаляясь от него. Народ пронизан шквалом сплетен, что превратились в жуткий ком. Линору путь опять известен, изгоем биться суждено.

Влюбленных пыл не угасает, они старались быть людьми, друг друга за руки держали и добрый умысел несли. Но различимое ворчание и громкий шепот в спины бил, кому добра бы не желали, а для народа, словно пыль. Не рады были видеть черта, пускай и выглядит как все, не место жуткому ребенку среди доверчивых людей.

Пускай звезда знакома с этим, но на земле, среди людей, она почувствовала злобу и зависть черную, как тень. Не понимала Тесса вовсе, откуда было столько зла, Линор, принцессу обнимая, твердил, что это неспроста.

Увязли души в беспокойстве, поддались зависти и злу лишь потому, что радость жизни не доставалась никому. Забыли люди чистить души от темной магии своей, ведь раздирали их все глубже тоска и морок многих дней. Они забыли видеть радость и счастье ценят лишь в деньгах, возможно, даже позабыли о самых трепетных мечтах.

Не осуждал Линор за выбор, ведь цену денег тоже знал, но все же грустно становилось, что их народ в тенях сгорал. Они несчастны потому лишь, что не смогли найти себя, но все же есть еще надежда, что зло исчезнет навсегда. Однако Тессе стало лучше, ведь сберегал ее Линор, он был надежным, славным мужем, что создал счастье для нее.

*** Погожий день, душа ликует, хотелось чаще видеть мир, не поддаваться на упреки и непокорных сплетен пыл. Супруги вновь пришли на площадь, где раздавался яркий шум, задорный ритм аплодисментов Линора в прошлое вернул. Не ясно, что же окружали, но память словно ураган, Линор припомнил те мгновения, когда народ рукоплескал. Тогда он был совсем мальчишкой, а танец жутко неуклюж, но неумелые движения развеселили много душ.

Не видно, что здесь происходит, но люди толпами идут. Не мудрено, ведь в эту площадь завоевать сумел уют. Супруги малость подходили, увидеть, что же там внутри. И вдруг Линор в оцепенении увидел рыжие хвосты.

Звезда лучисто улыбнулась, ведь это точно был не сон, их Тесса видела когда-то, ведь ими был Линор спасен. Вокруг созданий обступили, свистели, хлопали крича, а два жонглера полосатых хвостом вертели два мяча.

Два ярких тигра, очень статных, но нечто в них совсем не так: то больше шерсти появилось, то больше пламени в глазах. Но даже это не мешало узнать Линору близнецов, хоть Тодд и Тонни изменились, а парень рад их видеть вновь.

Как грациозен и талантлив тигриный родственный тандем, то опускались, то вставали, метая кольца без проблем. Линор увидел в них тех братьев, что помогли ему сбежать, он помнил, как друзья смеялись, Линора страх стремясь прогнать. Благодаря поддержке труппы, Линор сейчас стоял живым, не попадись им, что бы стало, навряд ли был бы невредим.

Как захотелось к ним ворваться, толпу согнав по сторонам, но парень помнил, как же важно дарить поддержку циркачам. Они хотят осыпать счастьем всех, кто зайдет на огонек, но желтый взгляд поймал Линора, мальчишка был не одинок. Уж так они всегда трудились, что пробуждались города, Линор и Тесса, бросив деньги, пошли искать других ребят.

***

Но горящий шатер размещен вдалеке, это был небольшой павильон, видно, труппа решилась попарно уйти, заполняя всю площадь теплом. Захотелось сейчас же ворваться в шатер и обнять тех, кто близок душе, наконец-то увидеть вторую семью, что не видела в нем только шерсть.

Но спустя краткий вздох, паренек осознал, что в шатре может быть и Вилон, для него больше ценности мальчик не нес, но смогли ли внушить ему сон?

Труппой цирка спланирован дерзкий побег, пусть и план был на деле хитер, вдруг Вилон не поддался на чары цветка и разрушил продуманный сон? Вдруг был кто-то, кто все же в ту ночь не уснул и увидел изгоя побег, тот ведь мог сообщить, что ему помогли, циркачи бы пропали навек.

Зная, как их хозяин любил звонкий лязг и доходы, что черт приносил, он заставил бы труппу трудиться без сна и в рабов бы своих превратил. Может быть, из-за этого труппа теперь разбивает на пару состав, может быть из за этого понял Линор, будто с тиграми что-то не так?

Ощутила звезда жутко нервную дрожь, ведь сжималась супруга ладонь, но, услышав рассказ опасений души, сообщила, что это лишь вздор. Вряд ли будет Вилон загонять цирковых, чтобы больший доход получить, если труппа умрет по Вилона вине, их высот не удастся достичь. Да, возможно, что он разузнал тайный план и, возможно, неистово зол, но, по-правде, хозяин сейчас одинок, только труппа являлась творцом.

Дрожь унять удалось, Тесса, все же права, ведь Вилон был довольно не глуп, вряд ли цирк проживет без своих циркачей, не удержишь его на плаву. Нужно как-то найти, кто свободен сейчас, перекинуться с ним парой слов, может быть, им удастся пробраться в ночи, на безумие парень готов. Тесса с радостью с ним этот миг подождет, чтобы знать, как дела циркачей, оставалось лишь только кого-то найти, что укажет им тайную дверь.

Но Линора опять, словно лист затрясло, ночи мрак только ужас внушал, как бы долго Линор не старался спастись, а у тени безумный оскал.

***

Линор, уже давно привыкший, вновь ощутил мурашек рой, ведь вспомнил страх ночей в «той жизни» и цепь, что вилась за ногой. В какой-то миг ему казалось, что он сейчас невольный раб, в него вложили кучу денег и делать могут что хотят. Но Тесса, мысли успокоив, его подальше отвела. Дождаться нужно до финала, ведь представления был разгар.

Супруги вскоре отдалились, народа здесь, не продохнуть, все любовались на жонглеров, не повторишь, как не взглянуть.

Линор и Тесс вернулись к братьям и наблюдали за толпой, за тем, как тигры, наслаждаясь, вертели шар над головой. Но забрались немного выше, чтобы увидеть весь масштаб, а может некто все же выйдет, что им подаст надежный знак.

Безумно сложно оторваться от несравненных близнецов, чем больше он смотрел на тигров, тем больше грусть берет свое. Линор разглядывал жонглеров, пускай прошло лишь пару лет, но ощущение, будто годы не пощадили их дуэт. Красивы тигры, это точно, их шерсть блестит, в глаза огонь, но, безусловно, было нечто, что будоражило покой. Линор глядел и так, и эдак, но ничего не осознал, а потому смирился с мыслью и любоваться продолжал.

Но за рукав схватила Тесса, взглянуть заставив на шатер, Линор приблизился поближе и синий взгляд его нашел. Линор узнал бы без сомнений, она все так же молода, кошачьи уши, два сапфира, и кудрей пышная копна. Она, увидев взгляд Линора, кивнула парню, не спеша, и, улыбнувшись, удалилась, Линор рванул к ней, чуть дыша. Похоже, Линда не узнала, ведь был изгой освобожден, рога и шесть как растворились, Линор уже не обречен.

Супруги скоро шли за Линдой, она, как луч, явилась вновь. Он произнес онциллы имя, кладя ладонь ей на плечо. Но вдруг Линор остановился, услышав Линды дикий рык, она до жути испугалась, когда дуэт ее настиг. Линор и сам перепугался, ведь Линда выглядит иной, откуда рык в ней оказался, кто сделать мог ее такой? Он успокоил акробатку, навстречу руки протянув, она поверила улыбке, зажглись глаза от теплых чувств.

На шею бросившись Линору, онцилла громко засмеялась, руками парня повертела, любуясь тем, каким же стал он. А взгляд такой же, словно звезды, так возмужал и вырос брат, ведь труппа очень волновалась, найдет ли путь Линор назад.

Линор сказал, что думал часто, какая жизнь у циркачей, безумно видеть их желая, узнать хоть пару новостей. На что онцилла улыбнулась, сказав, что рада видеть вновь, и обняла покрепче Тессу, ведь словно видела ее.

Трюкачка паре предложила за ней проследовать в шатер, борьба его остановила, ведь может встретиться Вилон. Сомнения мальчика напрасны, Вилона больше не найдешь. Линор на миг остановился: «Покинуть цирк ему пришлось?» Но Линда в гости пригласила, расскажет паре, что к чему. Линор и Тесса шли за Линдой, и каждый думал: «Почему?»

Супруги, следуя за Линдой, зашли в шатер для циркачей. И вдруг Линор увидел труппу, что долго звал семьей своей. Семья найденыша узнала, ведь Линда парня привела, друзья Линора обнимали, ведь встречи ждали с ним всегда.

Линор их с Тессой познакомил и рассказал, что с ним стряслось: нашел родных, домой вернулся и наконец их встретил вновь.

Линора с Тессой усадили, чтобы открыться обо всем, и чаю сладкого разлили, шатер наполнился теплом. Но скоро тигры возвратились, что налетели, как тайфун, в толпе заметив взгляд Линора, решили тигры, будто сон. Не показалось, брат вернулся и снова был среди своих, пожали тигры руки Тессе и сели рядом, гомон стих.

Линор смотрел на членов труппы, не понимая, в чем подвох, поток волнений был правдивым, не зря мурашки кружат вновь. Он наблюдал, не отрываясь, но все никак не мог понять тех изменений, жутко странных, ведь люди стали исчезать. Вот что терзало эти мысли, что изменилось без него, неужто был Вилон похищен, поддавшись на монетный звон?

Тогда онцилла рассказала, какой сюрприз дала им жизнь, владелец цирка Марк отныне, а их судьбу не изменить. Все, что случилось - их ошибка, иной желали выбрать путь, но как бы сильно не старались, Вилона больше не вернуть.

Но где Вилон и что случилось? Линору нужно было знать, а труппа цирка рассказала, как приходилось выживать.

Глава 10

Цирк «Амароза» жил, как прежде, Вилон расстроен был всерьез, но повезло, что не заметил, как зрел обман внутри шатров.

В ту ночь удачного побега осуществился хитрый план, Вилон, действительно, забылся, поверив всем чудным словам. Цветок сумел запутать разум, внушить так просто было ложь, хозяин долго был подавлен, но все же справиться пришлось. Вилон все чаще у вольера стоял, задумчиво молча, ведь цепь Линора пустовала, не волочась, об пол бренча.

Монет за выкуп маловато, не мог Вилон продешевить, к тому же, что с ним ночью стало, что согласился отступить? В какой-то миг он заподозрил, что это происки детей, ведь циркачи могли придумать немало планов и затей. Но труппа только улыбалась, ведь как Вилона обдурить, его талант и ум блестящий не переплюнуть, ни затмить.

Но Марк и Линда убедили, слова как мед налив в бокал, хозяин «пил напиток силы» и лесть как должное внимал. Глаза задумчиво угрюмы, Вилон не помнил, что стряслось, куда ему об этом помнить, но частым гостем стала злость.

В конце концов, все было ясно, Линор отправился домой, цирк продолжает ездить дальше, хозяин лишь прижат тоской. Дохода стало вдвое меньше, пускай и денег хватит всем, но для Вилона эта мелочь была главнейшей из проблем.

Вилон не мог собрать тех денег, какие сыпались в карман, когда Линор был на арене, ведь черта зритель обожал. Конечно, слава не исчезла, ведь трюкачей любил народ, их представлений ожидали, не сгинул денежный поток. Да вот с Линором было больше, на че́рта любят поглазеть, остались только полузвери и жажда, что не одолеть.

***

Совсем недолго «Амароза» жила в привычном им мирке. Да вот Вилон привык к богатствам, что стало их пугать вдвойне. Он начал больше делать зелий, эксперименты не унять, хотел усилить облик зверя, ведь совершенство им под стать.

Его семья любила травы, их свойства были на слуху, вот так Вилон добился славы, но жадность вторила ему. Всю жизнь свою он был ученым, сумев дойти до колдовства, что зелий смог создать так много, ведь труппа - часть его труда.

Эксперимент сорвался вскоре, Вилон умерил жуткий пыл, ведь его труппа колдовская была не ровня всем другим. Но после яркого триумфа, что преподнес ему Линор, опять вернулись до истоков, и разум стал совсем иной.

Вилона жутко огорчало, что был утраченным товар, и он опять связался с силой, что душу в клочья разорвал. Хозяин снова начал думать, как возвратить себе доход, что захотел себя исправить, заняв ту нишу, где был черт.

Но циркачам покой не снится, Вилон измучил их в конец, ведь раздавал немало зелий, усовершенствовать венец. Он думал, будто эти травы дадут невиданную мощь, но не задумался о детях, которым мучиться пришлось.

Друзья Вилона убеждали, что колдовства у них с лихвой, они достигли идеала, оставшись разумом собой. Но все равно хозяин злился и зелье труппе подливал, когда же дети отказались, Вилон насильно заставлял.

Никто из них не отвертелся, как не пытались убегать, и вскоре труппа изменилась, ведь звери стали побеждать. Густая шерсть росла плотнее, звериный рык, стальной оскал и с каждым днем дышать труднее, привычный облик ускользал.

Однако труппа не сдавалась, ведь человечность есть внутри, возможно все собой остались, лишь прежний вид не сохранив. Но очень скоро осознали, что зелья выжгли в них людей, им оставалось так немного в печальной участи своей.

Пускай друзья знакомы с детства, но суть звериная сильна, теперь сложнее было Лони, ведь антилопа как еда. Ведь Марк был львом, а братья – тигры, охота будит в них азарт, а Лони может стать добычей, не убежав от грозных лап.

Но все же больше в них людского, хоть им сложнее с каждым днем, однако вместе удавалось предотвратить звериный рев.

***

Вилон же был лишен рассудка, доход сводил его с ума, он изготовил много зелий, желая выправить дела. Он доводил до совершенства, живя безвылазно в шатре, один лишь жуткий едкий запах окутал множество людей.

Но как бы труппа не старалась, хозяин их подальше гнал, а из людей, служивших в цирке, никто Вилону не мешал. Тот дал указ не беспокоить и угрожал расправой всем, кто лишь придет его проведать и отвлечет от важных дел.

Конечно, люди не решались попасть Вилону на глаза, ведь по началу он заставил глотать всю жидкость до конца. Тех, кто подопытным являлся, он заставлял принять отвар, несчастный жутко изменялся, но от урона погибал. Людей безумно устрашало, что делал чокнутый Вилон, что некто стал сбегать из цирка, подальше лишь бы от него.

Когда же стража подоспела, ведь был хозяин не в себе, в шатре уже нашли медведя, что с ревом прыгнул на людей. Но труппа стала заступаться, не позволяя одолеть, медведь, и так истекший кровью, не будет больше свирепеть.

Сначала все за ним смотрели, стараясь облик исцелить, но вид медведя укрепился, Вилона им не возвратить. Старалась труппа все исправить, медведя стала обучать, хозяин диким оставался, сложнее стало приручать.

В конце концов, решили сделать все, что теперь они могли, друзья Вилона в чащу леса тогда в повозке отвезли. Медведь ушел, не обернувшись, Вилона больше в цирке нет. Теперь, как старший, Марк был главным, стараясь цирк спасти от бед.

Осталось их лишь семь отныне, людей решили распустить, у них есть шанс для лучшей жизни, где можно радости достичь. Свернулся цирк до двух повозок, хватало труппе для себя, друзья не часто выступают, ведь настигает их судьба.

Но денег все же им хватало, живет семейство без нужды, одно до ужаса пугало, что дни их жизни сочтены. Друзей до жути устрашает, что колдовство внутри растет, настанет день, как человечность уже никто в них не найдет.

***

Линор и Тесса онемели, рассказ безумен и жесток, друзья судьбою не владели, а жизнь отмерила им срок. Линор на них взглянул украдкой, и разглядел переполох: они на самом деле звери, но все же в них людская кровь. Друзья покрыты были шерстью, Ирина точно попугай, броня скривила броненосца, что Алекс даже не стоял. Сидела Лони в окружении недавно собранной травы, Линор увидел антилопу, чей облик выглядел иным.

Линору верить не хотелось, что это рок друзей настиг, им так немного оставалось, последним мог быть каждый миг. Но как он мог оставить труппу за их безмерное добро, друзья смогли спасти от смерти, когда его питало зло.

Линор решил остаться с ними, помочь им в тот последний миг, он остановит их в то время, когда проклятье победит. Для труппы было так прекрасно, что некто станет маяком, но все же, Тессе нужно счастье, что толку бегать за зверьем?

Но Тесса с нежностью взглянула на их несчастную судьбу, ей будет в радость стать опорой для циркачей в любом бреду. Друзья смогли спасти Линора, когда она дала им знак, звезда поможет с чем угодно, пускай хоть сотни передряг.

Линор не сможет отказаться, друзья останутся в тепле, пусть было очень мало шансов суметь противиться судьбе. Но если шанс один найдется, Линор использует его и циркачи в себя вернутся, им подчиниться колдовство.

Супругам только оставалось своих родных забрать с собой, разделят что простую радость, начав свой путь с иной судьбой. Им дан прекрасный шанс для жизни покинуть этот городок, где все равно лишь пересуды и бесконечной тьмы поток. Семья отправится по миру, где будет жить другую жизнь, и обрести людское счастье, что попытались их лишить.

Глава 11

Цирк «Амароза» снова в деле, не одолел созданий страх, ведь каждый день, в момент забвений, забота кутала, как шарф. Линор и Тесса были рядом, зверей стараясь поддержать, людей тащили на поверхность, ведь пропасть тянется, смеясь. Повадки чаще бесконтрольны, душа срывалась в бездну дней, и с каждым шагом все несносней тащить обличия людей. Но с теплотой, что им давалась, друзья способны видеть свет, а антилопа не пугалась, что видят в Лони лишь обед.

Родне понравились создания, пусть пожирал лихой недуг, ведь циркачи лишь были рядом, когда Линор страдал от мук. Друзья мальчишку приютили в моменты тени и тревог, а Алаиза вместе с Робом хотят вернуть безмерный долг. Они заботились о труппе, стараясь им помочь во всем, когда в ночи звериным ревом рвалось наружу их нутро. Когда в глазах пылала дикость, когда рвалась на волю суть, любовь несчастных усмирила, пожить позволив им чуть-чуть. От каждой песни и объятья звериный дух быстрее гас, дав сохранить людские души и человечность в их сердцах.

В дневное время жизнь бурлила, друзья не тратили запал, цирк «Амароза» без усилий, задорно радость раздавал. Площадки заняты народом, совсем бессмыслен этот счет, ведь наблюдать за представлением еще сильней народ влечет. Звериный образ укреплялся, что удивляло до глубин, конечно, это труд немалый, сдержать порыв огня внутри. Но циркачи не отказались от дела жизни из-за пут, пусть одолеет их усталость, но жизнь до капли проживут. Не ясно, сколько оставалось, возможно завтра их конец, финал истории печален, их поджидала только смерть.

***

Однажды все же долетело до них заветное письмо, что, пропитавшись ярким светом, у Тессы вспыхнуло лицо. Но этот свет не навредил им, упала сфера в руку Тесс, она хозяйке подмигнула, и яркий блеск внутри исчез. Никто не мог поверить в это, казалось, что пришел дурман, откуда сфера появилась, кому подвластно столько чар? Но голос в ней раздался скоро, такой усталый и родной, Линор услышал голос Райли и испугался всей душой.

Хранитель был измучен горем, отчаян голос короля, но все же слабый луч надежды его тревоги оттенял. Не ясно, слышит ли принцесса его отчаянный призыв, но все же им нужна поддержка, ведь Этуаль почти погиб. Опасность жителям грозила, измождены их города, просил друзей вернуть им силы и распалить надежд очаг. Он рад бы был друзей оставить, ведь вновь Линор вернулся в мир, осуществив свое желание, какое трепетно хранил. Поймет отказ и примет с честью, но все же рад увидеть вновь, корабль вскорости прибудет, и их обратно заберет. Расскажет все при новой встрече, хотя Линор и сам поймет, хранитель ждет их возвращения, что всем надежду принесет.

Слова, как громом прогремели, ведь под ударом Этуаль, супругам снова предстояло спасти от гнета острова. Вокруг, все, точно онемели, Линор и Тесс уйдут опять и не понятно было вовсе, когда домой супругов ждать.

Но объяснений им не нужно, Линор обязан был уйти, ведь искалеченные души никто не сможет защитить. Когда Линор друзьям поможет, то возвратится вновь домой, семья присмотрит за зверями и защитит их от всего. Но циркачи лишь улыбались, ведь сколько слышали добра, они не смеют быть помехой вернуться вновь на острова. Друзья продержатся как смогу, пока Линор пройдет буран и возвратится попрощаться, когда настанет их финал.

Родные сына поддержали, прося не слушать циркачей, пускай исполнит обещание и возвратиться поскорей. Они прекрасно понимали, услышав столько теплых слов, что их Линор для Этуаля на все отважиться готов. Семья ему пообещала, что будут ждать хоть сотни лет, а до тех по друзьям помогут преодолеть немало бед. Пообещали постараться суметь сдержать звериный шквал, чтобы детей по возвращению уютный домик ожидал. Они отправятся по миру, пока возможность в этом есть, затем вернутся в деревушку и будут ждать от сына весть. Пусть бережет себя и Тессу, не забывает о родных и возвратит порыв надежды, поярче пламя распалив.

Линор и Тесса попрощались, успеть осталось на корабль, но возвратятся непременно, когда спасут друзей от ран. Детей родные проводили, вослед глядя на них с тоской, пока нес Вандор их в порыве, гонимый будто бы хлыстом.

Как долго шло до них послание? Как долго ждет их галеон? Страшнее, если осознают, что опоздали на него. А вдруг письмо явилось поздно, драконы вновь вели корабль в надежде, что Линор вернется, а он на остров наплевал. Не должен он об этом думать, супруги смогут, это так, но рядом Тесса обнимала, ее совсем не трогал мрак. Она уверена в победе, как будто вновь на корабле, подвластны Тессе все помехи, Линор доверился звезде.

*** Влюбленных путь не долго длился, предстал корабль их глазам, драконья ростра не «Бродяги», но в ней пылает Этуаль. Линор почувствовал всем сердцем тот грозный нрав драконьих лап, звериный рык и ветер буйный, что поднимал один лишь взмах.

Супруги с Вандором попрощались, опять расстаться им пришлось, Линор прижался к гриве друга, пообещав вернуться вновь. Но Вандор словно был веселым, ведь понимал его печаль, конь защитит родных, как прежде, убережет от всяких ран. Звезда погладила по шее, сказав тому бежать домой, был Вандор светом, полным жизни, ведь как хранитель неземной.

Тряхнув своей блестящей гривой, галопом Вандор поскакал, они вослед ему смотрели, пока из виду не пропал.

***

Линор и Тесс поймали голос, что звал супругов с корабля, Линор же сразу улыбнулся, ведь он зовущего узнал. По трапу к ним спустился Арчер, как будто виделись вчера, такой же юный и отважный, но аметист погас в глазах. На вид почти не изменился, дракона в нем остался дух, в копне волос струятся искры, белеет кожа на свету. Дракон так рад друзей увидеть, как миновало сотни лун, однако малость позабыли, что Этуаль попал во тьму.

Друзья на борт взошли поспешно, где их встречал командный рев, Линор и Тесса обнимали всех, кто к супругам подойдет. Всего лишь пару лет промчалось, а показалось, словно век, как интересно снова видеть тех, кто помог спастись от бед.

Провел их Арчер до каюты, куда доставили обед, дракон уселся вместе с ними, не удержавшись от бесед. Он все расспрашивал влюбленных, как протекала в мире жизнь, пока не кончились вопросы, что можно было обсудить.

Тогда Линор расспросы начал, спросив дракона про корабль, такого он еще не видел, но это Арчера отца. Ната́н решил вернуться к миру, набрать вещей по мелочам, но, получив письмо от Райли, дракон корабль догонял.

Недолго ждали их прибытия, всего каких-то пару дней, ведь Арчер знал, что для Линора небезразличен ужас сей. На самом деле, он готов был пойти на поиски и сам, звезда могла и не услышать, как остров помощь призывал. Но обошлось, друзья сумели поймать от Райли жуткий зов, сейчас готовы отправляться, «Зоря» домой их отвезет.

***

Линор и Тесс вернулись к людям, ведь капитан вернулся вновь, почти закончили с погрузкой, корабль отправиться готов. Когда Натан гостей увидел, то был Линору очень рад, ведь он с родной сестрой Эмирой Линора в гости часто звал. Натан, потомственный рогатый, сестра Эмира, лишь гибрид, а Арчер с Дони их ребята, надежный, стойкий, верный тыл.

Линор жену ему представил, что не знакома для него. Натан, увидев, даже замер, ведь Тесса, словно божество. Дракон был рад знакомству с Тессой, о ней он слышал от своих, но так хотелось видеть лично, кто так «встревожил» молодых. Звезда задорно рассмеялась, прильнув на крепкое плечо, сказав, как радостно знакомство с отважным Арчера отцом.

На этой теплой, светлой ноте супруги двинулись к себе, счет оставался на минуты, когда отправятся к судьбе. Об островах расскажет Арчер, когда отчалят от земли, пускай супруги отдыхают, дракон оставит их на миг.

Глава 12

В прохладных сдавленных объятьях уставший Джейк сидел в тенях. Сил оставалось очень мало преодолеть безумный страх. Глаза дракона не привыкли к невероятно жуткой тьме, ему осталось только сгинуть, доверив жизнь лихой судьбе. Ох, только бы Люсиль сбежала, покинув купол черных мест, ох, только бы не возвращалась, надежды след почти исчез. Иссохли раненые крылья, что как балласт тянули вниз, и сбросить их невыносимо, ведь кольца накрепко вплелись.

К тому же Дарк явился к Джейку узнать о том, кто помогал, откуда взялся этот некто и как к дозорным не попал? Но сколько бы его не мучил, дракон не выдал никого, одна лишь мысль о принцессе тащила за руку его. Дарк угрожал и жутко злился, но Джейку было не до тьмы, ведь так хотелось поскорее живые крылья обрести.

Уверен Дарк, что Джейк обманщик, Ладрон ему давно знаком, но если тот тайком пробрался, то значит, некто был еще. Но кто посмел, понять осталось, ведь Дарк заботой кутал мрак, однако некто взбунтовался и встал на сторону бродяг.

Джейк постарался крепче сжаться, не выдать мускулом друзей, но неподъемность от балласта лишь становилась тяжелей. За это Джексон благодарен, ведь думать попросту нет сил, к тому же цепи на запястьях с трудом несчастный выносил. Пускай вокруг была темница, дракон увидел тьмы глаза, но тьме пришлось остановится, оставив лишь ошметки зла.

Однако, прежде чем покинуть, ударом впился Джейку в грудь, на миг дыхание прекратилось, дракон пытался вновь вздохнуть. Глаза взглянули прямо в душу, но Джейк молчал, вернувший дух, но смог расслабиться как будто, когда поймал затишье слух. На краткий миг пропали мысли, дракон почти сошел с ума, он призадумался о жизни и как вообще попал сюда. Но вдруг Медея появилась, в ее руках горел фонарь, Ладрон, что был почти невидим, из тени слова не сказал. И светлячок Люсиль зажегся, и вспыхнул светом Этуаль, несчастный вновь в себя вернулся, восстановив за пазлом пазл.

Сидеть становится труднее, во мраке ночи нет границ. Волнение, страх и мыслей крики в узлах тугих переплелись. Не обрести душе покоя, когда в неведении живешь, не зная, что же за дверями, кому в темнице ждать пришлось.

Но смех отца накрыл вуалью, и шум играющей толпы, драконы с теплыми ветрами играют наперегонки. Люсиль расскажет, что случилось, и кто-нибудь придет за ним, но ночи тень над ним глумилась, пытаясь сбить душевный пыл.

А вдруг они не долетели, а вдруг, Ладрон ее не спас? Сомнения в жуткой канители тянули сердце, как балласт. Лишь светлячок в его кармане - кусочек мира и любви, но даже он не согревает, ведь держат горло руки тьмы. Пускай дракон совсем измучен душевной тяжестью невзгод, но рисковать совсем не хочет, ведь светлячка погибель ждет. Осталось лишь держать в секрете и знать о том, что будет мир. Найдя, фонарик уничтожат, разрушив всю драконью жизнь.

***

Момент, и нечто заскрипело. Чуть слышный шаг раздался вновь, железный ключ вскрывает двери, тягуче песню спел засов. Не видел он того, кто при́был, друзей несчастный не предаст, дракон уселся недвижимо, но нет над ним горящих глаз. Вдруг огонек в руке зажегся, и голос девичий шептал, прося прощения за задержку, ведь нужный шанс не наступал.

Но Джексон стойким оказался, не завладеет им обман, ведь мог бы некто притвориться, но пленный этого не знал. Сейчас за парочку словечек, он может выдать бунтарей, дракон сидел не шелохнувшись, закрыв глаза от фонарей.

Медея только усмехнулась, погладив Джейка по щеке, и прошептала, приближаясь, что Лив с принцессой уцелел. Дракон старался быть спокойным, но цепи выдали его, Медея тихо продолжала, что в подземелье никого. Она подстроила обманку, летать заставив балахон, а Дарксы, чувствуя опасность, пошли преследовать его. Но чар в нем нет, одна лишь птица, Медея скрыта до сих пор, но Джейку нужно возвратиться, нельзя ему утратить все.

И наконец, дракон поверил, принцесса скрытна, точно дым, но почему же возвратилась? Она рискует рядом с ним. Медея только улыбнулась, сказав, что выбор верен был, она не даст дракону сгинуть, утратив все, что тот любил. Пока способна быть спасением, принцесса Джейка защитит, сейчас им нужно выбираться, пока туннель не перекрыт.

Медея крылья осмотрела, что, засыхая, тянут вниз, но Джейка больше волновало, как Лив с принцессой добрались. А вдруг Медея не узнала, что Лив с Люсиль попали в сеть? А вдруг дракона кто-то ранил? От мысли Джексон стал неметь. Медея бурю усмирила, сказав, что Лив с Люсиль спаслись, Ладрон так просто бы не сгинул, патрон безумца - это жизнь. Тревоги сразу отступили, слова Медеи помогли, не ясно, что драконом движет, но нет в душе сомнений в них. В конце концов, Медея с Ливом, пусть и знакомы им лишь миг, но все же жизнью рисковали, решив помочь спасти двоих.

***

Медея цепи изучала и крылья, что трещат по швам, сжимая, дергала руками, но Джейк решительно молчал. Принцесса думала о плане: дракона нужно увести, но как его не сильно ранить, стянув железные тиски? Одно решение оставалось, Медея видела урон, но Джейк на это был согласен, издав протяжный тихий стон. Он должен выбраться отсюда, тогда Люсиль отыщет сам. Когда вернется, то спокойно вздохнет несчастный Этуаль. На долю выпало немало, не нужно более тревог, дракон готов к такому шагу, что лишь страдание принесет.

Медея только убедилась, что Джейк готов доверить жизнь, блеснула в свете сталь ножища и цепь, что Джексон закусил. Удар, и кольца задрожали, еще один, и рык затих. Медея крылья крепко сжала, рывком срывая со спины.

Густые слезы покатились, Медея вытерла ручьи, осознавая жертву Джейка, что ей пришлось ему вручить. Но не позволит другу видеть свой надломившийся порыв, пусть жаль обломанные крылья, но на кону стояла жизнь.

Повисли крылья, точно ветви, мешала Джейку только цепь, Медея бережно и нежно старалась пленника «раздеть». За цепью цепь и по кусочкам сумел несчастный вновь привстать, затем, с поддержкой от принцессы, с трудом осмелился стоять. Как долго пробыл в заточении, немеет все, как не свое, рубашка в пятнах багровеет, ведь кровь закапала ручьем. Медея раны завернула, укутав Джейка в темный плащ, и кровь легко ногой смахнула, скрывая пятна на камнях.

Убрав улики преступления, принцесса, Джейка подхватив, фонарик тут же потушила, беднягу в темень погрузив. Дракон опять не видел света, неспешно двигаясь вперед, доверив жизнь Медеи смело, что в безопасность отведет. Не думал Джексон об обмане, принцесса словно чистый дар, не нанесла бы рваной раны тому, кто сердцем доверял. К тому же Джейк увидел мельком ее глаза с остатком слез, она безумно сожалеет, что Джейку мучится пришлось. Не стал бы посланный предатель общаться с пленным с теплотой, возможно Джексон все же спятил, когда за девушкой пошел.

***

Протяжно клетка заскрипела, по звуку Джейк узнал ту дверь, осталось только продержаться, не возвратясь под власть цепей. Джейк не издал в тот миг ни звука, ведь понимал, что ждет его, но он доверил свои руки, пусть сжалось в страхе все нутро.

Спина сильнее разболелась, Медея скинула свой плащ и, придержав, во тьму тащила, пролится крови шанс не дав. Плащи дракона согревали, но Джейку было нелегко, однако слабость подступала, но вновь открылся путь домой. Дракон не даст себе погибнуть и не утащит жизнь Люсиль, он представлял себя с ветрами, где разливалась крыльев синь.

***

Друзья чуть слышно шли куда-то, но тишина давила вновь, Медея тихо прошептала, что городок в объятиях снов. Дракон шагал почти вслепую, Медея лишь его вела, создания их не потревожат, ведь в городке царила мгла. Но Джейк задумался немного, как различают день и ночь, но тут же вспомнил о пожарах, сейчас же в городе темно. Возможно, днем огни пылают, а ночью тушат, чтобы спать, возможно, Дарк на самом деле по своему любит опекать.

Чуть слышный взмах раздался вскоре, еще один и тихий свист. Медея вдруг остановилась, но Джейк молчал, глаза закрыв. Затем придвинулись немного, но вдруг раздался тихий стук. Медея в двери постучала, но Джейк стоял, боясь вздохнуть.

Открылась дверь, раздался голос, дракона вдруг втащили в дом, темно вокруг, немноголюдно, но воздух будто бы знаком. Хозяин спрашивал Медею, кого принцесса привела, она, назвав кого-то Ивом, просила Виктора сюда. Чуть слышный шум, шаги раздались, и некто в дверь опять вошел. Дракон сидел, дышать пытаясь, но постарался слушать все.

Принцесса тут же пояснила, чего несчастный так продрог и вдруг народ засуетился, услышал Джексон топот ног. Глаза как будто прояснились, увидеть гость сумел людей, он находился в доме с кузней, вот что дракон узнать сумел.

Узнав о том, кто прибыл в гости, хозяин окна затворил, огонь не сможет просочиться, не рассекретят их в ночи. Но кузня их всегда открыта, для стражи не было тревог, чем ближе пленник спрятан к Дарку, тем безопасней для него.

Хозяин Виктор был задорным, кузнец напомнил теплый дом, его накаченные руки и сила дружбы в них с огнем. Не старец был, но и не молод, глаза напомнили сапфир, когда-то Виктор был драконом, по-правде, Виверной он был. Он все расспрашивал дракона, живут ли в мире остава, кузнец всегда об этом думал, но все же страх терзал слегка. Но Ив, что был его моложе, унял безудержный порыв, сказав о том, что пленник должен немного дух перевести. В конце концов, он только спасся, нелегким был бедняги путь, но усмирят сначала раны, позднее сможет гость вздремнуть.

Драконьи раны подлатали, но Иву с Виктором так жаль, ведь лишены своих созданий и каждый горечь понимал. Но Джейк, пускай и ослабевший, а силы вовсе не лишен, он говорил друзьям с надеждой, что крыльев блеск вернет еще.

Он словно в дрему погрузился и говорил про острова, о том, как в жизни получилось вернуться с силой колдовства. Несчастный даже не заметил, когда Медея вновь ушла, но Виктор с Ивом говорили, что ей давно домой пора. Сейчас довольно разговоров, пускай их гость спокойно спит, пусть не пугается дозоров, дракон у них надежно скрыт. Джейк усмехнулся на подушке и провалился в крепкий сон, он и забыл, когда же лучше так забывался обо всем.

Глава 13

В земном обителе мечтаний, увидел Джексон облака, что рассыпались, точно вата и улыбались свысока. Дракон взметнулся к белым клочьям, расправив крыльев синеву и рассекал прохладный воздух, что ветры вторили ему.

На облаках, в зеленом платье, Люсиль звала к себе рукой, босые ноги, нежность пальцев, а взгляд лучистый и живой. Спадают пряди водопадом в мерцании теплых светлячков, готов был Джейк остаться рядом, переживая сотни снов.

Бросался с неба в воду камнем и рассекал рукой волну, напев ветров был так прекрасен, что Джейк мечтательно вздохнул. Люсиль была в его объятиях, не отпустил бы никогда, принцесса ясно улыбалась, глядя избраннику в глаза.

Проснувшись, парень огляделся, но всюду ночь была еще, лишь светлячок горит чуть видно, усевшись Джейку на плечо. Наверно, он проснулся поздно, а может рано, не поймешь, но ощутил такую бодрость, что усмирила даже дрожь. Спина от ран не кровоточит, как будто раны заросли, повязки плотные, тугие, его с заботой оплели. А светлячок, как надзиратель, следил за другом день и ночь, ведь помогал ему не спятить и с мраком справиться помочь.

Но все же сон ему напомнил, что Джексон вновь утратил дар, зудели крылья под бинтовкой, но Джейк почти сдержал удар. Слеза упрямо покатилась, нарушив сорванный покой, но Джек безумнее и властней смахнул упрямую рукой.

Вчерашний день казался дремой, ужасный, но прекрасный сон, утратив раненые крылья, дракон из мрака был спасен. Ох, только вдруг бы не проснуться и не понять, что вновь в цепях, ведь Джексон точно был похищен, но в сердце есть грызущий страх.

Но голод вмиг ушел бесследно, когда дракон припомнил дом: что происходит в Этуале, ведь Джейка не было давно? Пусть Драксы бы не возвратились и не разрушили опять, они ведь часто появлялись, смогли ли нечто отыскать? Но что же это, не понятно, имеет связь ли с ним болезнь? Возможно эти испытания несет украденная вещь.

***

Джейк огляделся по округе, но свет давал лишь светлячок, дракон просил сиять поярче, его послушался жучок. Фонарик стал светить безумней, Джейк помещение оглядел, один был в комнатке уютной, с кровати сам привстать сумел. Пусть синяки покрыли тело, что жутко ныли от цепей, но от чудесной терапии и самый мелкий не болел.

Готова новая одежда, что подходила кузнецу, висят на окнах занавески, что не пускали темноту. Стоят цветы, висят картины, узор фигурный из зеркал, возможно комнату специально для пленных Виктор создавал. А рядом был большой фонарик, увидел Джейк его в тенях, одно лишь легкое касание и шарик вспыхнул на глазах. Джей испугался, что раскроют, пытался пламя погасить, но легкий стук другим напомнил, что друг явился погостить.

Открылась дверь, и Ив ворвался, решив, что Джейк напуган был, но дверь закрыв, лишь улыбался, ведь гость проснулся полным сил. Просил дракона не пугаться, ведь в окнах спрятанный обман, на самом деле все закрыты, фонарь несчастного не сдал.

Тогда лишь Джейк остановился, ведь Ив доверие внушал, гибрид предчувствовал опасность, но лишь за дверью трепет ждал. Вернувшись мысленно к темнице, где звон цепей тревожил слух, казался дом волшебным миром, где можно было отдохнуть. Такой простой кусочек рая в безумно давящих тенях, но Джексон все таки поверил, что в безопасности сейчас.

Пока хозяин убеждался, что гость был полностью спасен, дракон рассматривал создание, что позаботилось о нем. Он не забыл о разговоре, что состоялся в эту ночь, ведь Иву с Виктором как Джейку лишится магии пришлось. Ив невысок, но так заботлив, глаза как сталь и бирюза, волос каштановые пряди лежали густо у лица. Но кто же он пока не ясно, но абсолютно не дракон, напомнил Ив ветров прохладу и света пламенный огонь.

Ив помогал одеться Джейку и вывел в теплый темный дом, они давно уже привыкли, что пламя дня сменил огонь. Но жар от кузни согревает, гибриду стало так легко, ведь Этуаля дух витает, пускай и в комнате темно.

Звучат ритмично наковальни, шипит металл и молот пел, увидел Джейк в дверях гиганта и абсолютно обомлел. Но Даркс не видел незнакомца, ведь отвлечен был кузнецом, что восстанавливает перья, что в свете пышут горячо. Но Виктор словно не пугался и Ив не прятал чужака, они друг с другом говорили, готовя завтрак не спеша.

Но Джейк попятился немного, что тут же Ива отвлекло, он попросил его садиться, ведь Даркс не видел никого. В жилище было безопасно, Медея хитростью пошла, принцесса чары наложила, прикрыв одежду от отца.

На самом деле Дарк был добр, пускай они живут в тенях, но он всегда придет на помощь, пусть сердце сдавлено в тисках. Но Джейк припомнил все моменты, ведь Дарк разрушил Этуаль, припомнил все его безумства, перо и цепи, плен и жар. Но Ив и Виктор понимали, что Дарка им не оправдать, но все безмерно благодарны, что тот решил их опекать.

***

За разговором было легче понять, как Дарк устроен был, кусочек острова всего лишь, собравшись с духом, победил. Да, все же скрыт завесой тени и солнца не было давно, но из безумной канители создания вышли все равно. Их темный остров полон жизни, созданий много и людей, но их утраченные силы не постучали снова в дверь. По правде, многие считали, что Этуаль давно пропал, пока Ладрон не появился и вновь надежду им не дал.

«Безумный» Дарк вложил всю душу, чтобы вернуть им прежний вид, но городок, что был разрушен, не удалось восстановить. Тяжелый купол нависает, его, увы, нельзя прогнать, но Дарк решил их жизнь исправить и все, что сможет подлатать.

Был Виктор в тот зловещий вечер, когда дрожал их мир по швам, как устрашающе печально весь Этуаль внутри дрожал. Как пепел жуткий, беспросветный, закрыл собой их мирный дом, как раздавались всюду крики, но в тот момент решилось все. Во тьме возник спокойный голос, прося держаться до конца, свечение звезд к себе тянуло, народ увидел мудреца.

Дарк смог найти всех пострадавших, огонь и зрение вручил, ведь солнца свет вернуть не властен, как много бы не тратил сил. Привычный мир давно разрушен, создания стали исчезать, но уцелели все же люди, что дом продолжили спасать. Вернуть им силу лишь возможно, когда зажжется звездный свет, но, всем казалось, безнадежно, ведь Этуаля больше нет.

Вот так, крупица за крупицей, их город снова стал живой, а Дарк, пришедший ниоткуда, их защищает до сих пор. На остров многих заносило, ведь их граница так близка, чужие острову вредили, лишаясь в темени ума. Король так сильно волновался, что стража всюду начеку, гостям на острове не рады, печаль осталась на слуху.

Медея - яркий луч надежды, что защищает чужаков, она уже спасла немало, таща, закинув на плечо. Тогда то Джейк мгновенно понял, откуда в ней так много сил, принцесса жизнью рисковала, пытаясь каждого спасти.

А Ив уже рожден во мраке, он сам из рода красный Сильф, его дары не возвращались, не может парень взвиться ввысь. Но с появлением Ладрона и новостями, что принес, надежда снова разыгралась, ведь шанс вернуться вспыхнул вновь.

***

Джейк подошел к окну поближе, но видеть что-то нелегко, лишь огоньки повсюду брызжут, но все же, в городе темно. Но очертания появились, дракон сейчас лишь осознал, что видеть сквозь сплошную темень наряд Медеи помогал. Он видел, как смеются люди, он видел жизни полный мир, как существа, что здесь скрывались, судьбе противиться смогли?

Медея вскоре постучала, вернувшись друга навестить, она была так рада видеть, что Джейку некогда грустить. Она дракона расспросила, как отдыхал и как спина, Медея жутко волновалась, что друг не мог прийти в себя. Но, видно, магия принцессы укрыла Джейка от тревог, он видит мир «ее глазами», так видит мир их городок.

Но Джейк задумался немного, слова принцессы помогли, вчерашний день ведь был безумен, он ведь вчера явился к ним? Губу Медея прикусила, но это было не вчера, проспал он суток пять от силы и наконец пришел в себя. Джейк не на шутку испугался? Куда ушло так много дней? И что с Люсиль понять пытался, от мыслей стало тяжелей. Медея Джейка подхватила, вернув безумного на стул, и сообщила, что облавы не поручались никому. Вздохнул дракон, ведь стало легче, но как же там его семья? Надеясь лишь о скорой встрече, дракон готов спасти себя.

Глава 14

За это время, сколько Джексон сидел в цепях и был спасен, обратно к Дарку не вернулся, Люсиль спасающий Ладрон. Медея все же убедила, что острова не так близки, для возвращения нужно время, да и принцессу защитить. Ладрон не стал бы возвращаться, не навестив сперва Люсиль, ведь Джейку нужно было правду от Этуаля привести. Сперва Ладрон бы сам проверил, что острова еще живут, тогда обратно бы вернулся, ведь помнит Лив, что дома ждут.

Джейк согласился ждать воришку, ведь сам домой не улетит, лишенный в тени синих крыльев, дождаться жаждил свой вердикт. Дракон пока не волновался, Медеи магия сильна, он ждал Лодрона постоянно, но не откладывал дела.

Джейк часто в кузнице трудился, общался с Ивом обо всем, гуляли с Виктором по миру, что не был больше незнаком. Гость ощущал, что жизнь иначе во власти темени течет, но этот остров был богаче, пускай и солнце не взойдет. Друзья достойны к ним вернуться, достойны жить при свете дня, на краткий миг гибрид подумал, что Дарка все уговорят. Настало время возвратиться на тот привычный Этуаль, пускай дракон родился позже и мира этого не знал.

Но, как ни странно, получалось скрываться Джейку навиду, казалось даже чары Дарка дракона вовсе не найдут. Но почему его не ищут? Не знают, что дракон пропал? А может, Дарк уже все понял, но шанса стойко выжидал? Но Дарксы Джейка не хватали, когда трудился возле них, но рядом перья накалялись, что уничтожили своих. Гибрид старался отстраниться, себя раскрыть нельзя никак, он все же пленником остался, пусть темнота уже не враг.

Однако есть одна помеха, спина, увы была слаба, а раны все же кровоточат, не исцеляются сполна. Перевязав дракону спину, о ранах можно позабыть, но Джексон был, увы, бессилен такие раны исцелить. Медея все же волновалась, понять пытаясь, чем помочь, но далеко до Этуаля, лишь там невиданная мощь.

Спасет огонь на Шарканье, а на Белире Люминор, воды волшебнее по силе, не появлялось до сих пор. Хотел бы Виктор быть полезным, но все же пусть не дремлет мир, но сколько хватит его силы, ведь он совсем не выходил. Возможно, снова станет прежним, но сколько сможет пролететь, он рисковать не хочет Джейком, сорваться в воду могут ведь.

Решили ждать до возвращения, Лив обязательно придет, расскажет им о дивных землях и как дракона остров ждет. Но Джейк измучен ожиданием, минута длилась словно год, казалось с каждым новым вздохом никто на помощь не придет.

Медея все же понимала, что друг вернется все равно, но сердце часто замирало, ведь новостей не донесло. Да и помочь хотелось Джейку, ведь тот давно страдал от ран, нельзя стащить его повязки, ведь на спине знак тьмы зиял.

***

Однажды Ив нашел дракона, что спал у тлевшего огня, в порезах раненые ноги, в ожогах красная спина. Повязки рваными кусками сорвал дракон с кровавых ран, гибрид, похоже без сознания, в горячке жаром полыхал. А рядом перья из металла, соединенные в одно, ковал, как будто крыльев пару, но ни одно не подошло.

Ив и кузнец, оставив Джейка, ушли у берега бродить, в ночи как раз удобно было существ на пляже находить. Но Джексон спал в ту ночь спокойно, подвоха не было совсем, как жаль, что парню стало плохо, несчастный чуть не обгорел.

В горячке Джейк совсем забылся, но Ив и Виктор помогли, перевязав остатки крыльев, с ожогом справится смогли. Не отходили на дозоре, водой дракона оросив, но Джейку было неспокойно, кошмары давят на виски.

На утро Джейк совсем не помнил, откуда было столько пут, а рядом Виктор дремлет мирно, ведро воды, сквозняк вокруг. Дракон продрог, вставая на пол, чем надзирателя привлек, кузнец открыл глаза от скрипа и уронил на пол платок.

Ив подоспел, услышав звуки, а Джейк одевшись потеплей, спросил о том, что с ним случилось, жар на спине не холодел.

Ив рассказал, что видел ночью, глаза дракона все росли, не помнил он об этом точно, откуда жуткие толчки? Но Виктор сел к нему поближе и расспросил про Джейка сон, возможно, он увидел что-то и ночью в кузницу пошел?

Припомнил Джейк моменты дремы, но сон был чист и невесом, приснилось будто на Белире он окунулся в Люминор. Вода с драконом говорила, просила взять под власть металл, дракон сковал большие крылья и Люминору передал. Вода опутала творение и отдала гибриду дар, отныне крылья Джейка сгинут, а вместо них живой металл. Стальные крылья были больше, никто не сможет навредить. Один дракон над ними властен, гибрида больше не убить.

От слов, забилось сердце Джейка, ведь этот сон был так хорош, на самом деле след кошмара оставил в сердце Джейка дрожь. Ведь Люминор - живая сила, невероятная вода, она бы так не поступила, она бы пленника спасла. А Джейк создал стальные крылья, их примеряя на себе, хотел похожим стать на Дарксов, отдав живые крылья тьме.

Во сне создание Лоренса, что к мирным душам перешло, влекло чудовищным стремлением за власть оплату взять душой. Дракон почти поддался силе, раз стал ковать в огне металл, возможно он в ее призыве осколок сердца потерял. Но Ив дракона успокоил, всего лишь сон и тот исчез, важнее то, что Джексон помнил откуда был и кто он есть.

***

Но вскоре выдалась минутка, принцесса вновь вернулась в дом и отвлекла своим безумством лететь на остров за огнем. Но Джейк, что был трудягой в кузне, ее желание потушил, сказав, что пламя Шаркаина ей с островов не унести. Да и опасна вся затея, не хочет Джейк таких потерь, ведь если девушка погибнет, утонет он в вине своей.

Упрямства юной королевы друзьям, увы, не потушить, не может ведь сидеть без дела, когда настало время жить. Уж сколько лет жила в темнице, не зная мира за стеной, Медея жаждет одержимо вернуть утраченный покой. Настало время помириться, отец давно страдал от мглы, пора ему преобразиться, сломав железные замки. Она вернется очень скоро и спину друга исцелит, а за одно доставит новость, что Джексон домом не забыт.

Но Виктор жутко волновался, а Ив пытался убедить, что был порыв беспорно ясный, но лучше бы ему пойти. Он тоже смог бы все устроить, пускай довериться ему, однако девушка коснулась его плеча, что дрожью бьют. Она вернется очень скоро, не подведет друзей под риск, к тому же план ее с Ладроном, она не может отступить. Джейк захотел узнать об этом, ведь не впервые разговор, но время их не наступило, чтобы узнали обо всем.

Пришлось довериться принцессе и отпустить ее в полет, но Джейк отдал подруге ценность, ее проводит светлячок. Дракон сказал, куда добраться и что принцесса взять должна, на каждом острове у Джейка живут хорошие друзья. Куда подруга ни прибудет, помогут все преодолеть, но попросил узнать Медею про жизнь Люсиль и как отец.

В ночи принцесса улетела, оставив много мелочей: бардак одежды, украшения, слегка помятая постель. Как будто девушка проснулась и убежала по делам, искала новые ракушки и навещала горожан. Дарк постоянно ее видел в таком немыслимом цвету, принцесса ясно улыбалась, что освещало темноту.

Причины нечто заподозрить не оставалось ни одной, но Ив и Виктор волновались, а Джейк не мог найти покой. Принцесса очень попросила беречь дракона от всего и завалить его работой, что от раздумий отвлекло.

Но беспокойства и смятения от Дарксов не было совсем, а это значит, удавалось сбивать со следа бунтарей. В конце концов, они являлись стальные крылья подлатать, но Джексон к ним не приближался, лишь продолжая наблюдать.

Но все же тонкий луч надежды питал его, как светлячок, ведь скоро Джейк сожмет в объятьях свою любовь, что долго ждет.

Глава 15

Люсиль проснулась рано утром, но солнце в комнате блестит, пыталась фея оглядеться, но в голове лишь гул стоит. Взлетела гостья, как пушинка, свою одежду подхватив, ведь без сомнений осознала, как повезло ей быть в живых.

Когда она из дома вышла, то не поверила глазам, вокруг был жутко затхлый воздух, игривый отблеск не мерцал. Ручьи по цвету, как болото, растений жуткий сухостой, роса на них стекала тонко почти утраченной слезой. Их чудный остров под угрозой, почти цепляется за жизнь, тянулись руки тьмы несносной, сжимая пальцы, как тиски. Но все же есть еще надежда, Люсиль увидела народ, что продолжает тратить силы, пока спасенье не придет.

Люсиль к ним часто залетала, делясь с Перазом колдовством, от дара дяди сила феи была целительна во всем. Цветы Пераза распушились, пускай и дикие совсем, оазис был подобен миру, где свежий ветер дивно пел. Каскад игривых водопадов, кристальный всплеск речной воды и тихий шепот океана хранил спокойствие внутри. Люсиль любила каждый остров, но мир амфибий был иным, безмерный шарм сплетенных послан касаться кожи и души.

***

Принцессы имя прозвучало, Люсиль встревожилась на миг, казалось, что ее поймали, не дав возможности спастись. Но, обернувшись на мгновение, Люсиль увидела его, хранитель острова - Себастьян, бежал навстречу сам не свой.

Густые слезы подступили, ведь фея все же спасена, она свалилась прямо в руки, когда настигла короля. Себастьян крепко сжал принцессу, свалиться наземь ей не дав, и обнимал ее так крепко, держа принцессу на руках.

Себастьян был красив и станет, но для Люсиль великоват, глаза – бриллианты голубые, волос кристальный водопад. Переливаются чешуйки, украсив руки и лицо, а на щеках блестят рисунки, украсив звездным колдовством. Корона белая сияет, в камнях светился океан, в одежде синее мерцание переливалось как волна.

Люсиль была совсем девчушкой в руках Хранителя больших, но это было даже лучше, хоть на мгновение страх затих. Она все крепче прижималась, что и Себастьян стал сильней, он ощущал, как дух принцессы в его объятиях ослабел.

Но теплота была опорой, а ритм сердца стал стихать, но дрожь ее не унималась, ведь фея смела убежать. Себастьян фею успокоил, что, несмотря на всю болезнь, для гостьи остров был опорой, готовый все преодолеть.

Но фее было сложно думать, ведь мыслей жуткий ураган, а в них лишь Джексон, скрытый тенью, что защитив, остался там. Кто знает, что с ним происходит, кто знает, где же он сейчас, а вдруг создание растерзали в жестоких пламенных руках?

Себастьян, девочку качая, сказал, что сможет ей помочь, ведь островным давно известно, что пережить двоим пришлось. Люсиль мгновенно встрепенулась, припомнив как сюда пришла, неужто выжили с Ладроном, его не сломит даже мгла.

Догадка феи подтвердилась: Ладрон, и правда, был хитрец, ему как будто удавалось, всех обманув, не умереть. По правде, Лив был их созданием, его родные жили здесь, он наконец-то возвратился, но умудрился в тени влезть.

*** Был Этуаль тогда в расцвете, семья Ладрона здесь жила, Лолита – бабушка Ладрона, морским созданием была. Она одна из тех амфибий, что Рейн готовил в стан людей, хотя ей проще было змеем за жизнью следовать своей. Лолита часто обращалась и выходила из пучин, в лучах она была прекрасна, но мир ее не покорил. Гордячка очень своенравна, но все же волны ей милы, однако жизнь дала ей радость увидеть первые шаги.

Ее нашел дракон Мело́ди, что тоже Даном обращен, понять друг друга им не сложно, дракон Лолитой восхищен. Они друг друга полюбили и для себя искали мир, сплетение неба с океаном, союз прекрасный сотворил. Но это им не помешало, они друг друга обрели и на земле познали счастье приняв родительские дни.

Одни рождались, как драконы, и в мать морские существа, но получилось так, что вскоре не помешала им стена. В том мире сути угасают, вот так угасли и они, хотя их жизни продолжались и были радостные дни.

Ладрон, как раз был тем потомком, что перенял прекрасный дар, в нем кровь двоих родов смешалась, что потянула в Этуаль. Он наконец-то возвратился, приняв свою иную жизнь, пусть за стенами жизнь бурлила, но Этуаль был центром сил.

Люсиль совсем не удивилась, ведь Джейк дракона в нем узнал, внутри Ладрона столько силы, ведь много лет скрывался дар. Ему подвластно все на свете, принцесса вспомнила тот миг, когда они взлетели с ветром и камнем бросились в обрыв. Лишь всплеск воды и все на этом, Люсиль пришла в себя в свету, Ладрон укрыв ее от Дарксов, нырнул под воду, в темноту.

Принцесса словно стала сильной и слезла вмиг с державших рук, Ладрона нужно ей увидеть, в ее глазах плясал испуг. Себастьян знал, что делал Хитрый, и рассказал Люсиль о нем, ведь гость, вернувшись «к прежней жизни», решил отправиться на дно. Хотел узнать родню поближе и нечто сделать в глубине, не знает он о планах Лива, Ладрон был скрытен ото всех.

Тогда принцесса попросила письмо отправить на Белир, ведь брат обязан знать, что фея смогла сбежать от темных сил. Возможно, Джайден где-то рядом, он тоже сбитым с толку был. Себастьян фею успокоил, сказав, что всех предупредил. Возможно, братья на подходе, ведь мир их словно поседел, когда амфибии дракона на Пиль доставили в тот день.

Люсиль Хранителя просила послать письмо на острова, отправить преданных на встречу и повернуть назад суда. Пускай отправятся к Белиру, работы много предстоит, еще есть шанс дракона выкрасть, пока несчастный не убит. Люсиль не смела даже думать, что план ее сойдет на нет, не смела даже дать безумству вершить судьбу зеленый свет.

***

На островке был отправитесь, фонтанчик их сплетен в спираль, как ручейки стекали нити, в них солнце свет не угасал. На нем дельфины и русалки тянулись к солнечным лучам, водоворотом закружившись, играли в игры, хохоча.

Себастьян к озеру спустился, и словно звезды засверкал, вдруг прежний облик изменился, пред Люсиль король предстал. Переливался синим цветом, был весь покрытый чешуей, на голове блестит корона, в бриллиантах в цвет с морской волной. Большие крылья плавниками лежали мирно не спине, а изнутри сочилось пламя, как будто солнце на заре.

Король подвел Люсиль поближе и по́днял на руки ее. Себастьян лишь взглянул на воду, и, словно мост, явился лед. Босые ноги шли до цели, вреда мороз не причинил, а вот Люсиль могла, замерзнув, до середины не дойти.

Журчал задорно отправитель, прося Люсиль отдать письмо, принцесса дело изложила, упомянув, что все прошло. Себастьян взял листок принцессы и протянул его воде, письмо русалкой обернулось, лишь взмах хвостом и всплеск исчез.

Казалось, счет был на секунды, а вот ответ уже пришел, всплыла русалка на поверхность, и дивный смех создал письмо.

***

Письмо от Пиля и Белира кричали, словно стаи птиц, одно волнение о сестрице, огонь двух душ не потушить. Два брата, словно обезумев, стремятся острова достичь, Люсиль душою загрустила, готовы братья суд вершить. Желала фея с теплым сердцем обнять родных, прижав к себе, а Джейк сейчас в плену темницы, сидит один, поддавшись тьме.

Хранитель мыслей ход замедлил, друзей поймают по пути, Люсиль, как будто онемела, Ладрона нужно навестить. Себастьян с делом ей поможет, он опустился перед ней и попросил обнять за шею, Люсиль поедет на спине.

Принцесса, на спину запрыгнув, прижалась к шее короля, Себастьян дал Люсиль растение, принцесса жабры обрела. Она, держа его за плечи, старалась вовсе не дышать, ведь никогда в морскую воду не приходилось ей нырять. Себастьян тут же успокоил, сказав, что фею сбережет, она увидит мир созданий, что под водой принцессу ждет.

Глава 16

Себастьян мягко улыбнулся, поцеловав ее ладонь. Люсиль почувствовала радость, остановился сердца стон. Люсиль довериться сумела, Себастьян будет начеку, король нырнул, держа принцессу, Люсиль, казалось, в темноту. Глаза зажмурив очень крепко, хотелось фее не смотреть, ведь в голове лишь свист погони, а за спиной одна лишь смерть.

Себастьян плыл еще быстрее, Люсиль осмелилась взглянуть и ужаснулась как прекрасный, подводный мир утратил суть. Затем взглянула на русалок и дивных маленьких существ, морских невиданных созданий, больших камней горящий блеск. Себастьян был еще красивей, а длинный хвост в воде мерцал, украшен теплой синей тиной, плавник как золото сверкал.

Дышать принцесса забывала, запечатлеть пытаясь миг, ведь никогда не удавалось подводный город посетить. Пера́з не только был на суше, бурлила жизнь на ярком дне, где развернулось королевство в кораллах, водорослях, скале. Там, словно домики стояли, мерцая в солнечных лучах, и драгоценности пылали на дне, на стенах, на камнях.

Люсиль подобного не знала, но, оказавшись под водой, так много видов повстречала, что стойко борются с судьбой. Они сияли дивным светом и освещали все вокруг, пускай подводные владения еще сильней терзал недуг. Люсиль казалось, что несчастным пришлось немало испытать, как будто множество напастей безбожно жаждут их сломать.

Разрухе подлость удавалась, ведь колдовство вершит дела, на дне плодиться только пакость, уничтожая прелесть дна. Морских растений очень мало, а тем, что есть, дышать трудней, несчастье дом уничтожает, лишь торжествуя от потерь.

***

Друзья подплыли было к дому, но там Ладрона не нашли, наверно он уже вернулся, решив к принцессе подойти. Король рывком взметнулся к солнцу, Люсиль, плотней прильнув к спине, смотрела, как лучи играли на водной глади в вышине.

Себастьян снова обратился, когда Люсиль сошла на мост и вместе с Феей удалился, Ладрон был все таки не прост.

Но Лив и дома не нашелся, куда же он решил уйти? Себастьян начал волноваться, ведь хитрица им не найти. Люсиль решила, что Ладрону на Дарк хотелось убежать, он ведь оставил там принцессу, пусть фею должен защищать. Люсиль была в надежном месте, а вот Медея ждет во тьме, возможно, Лив не смог сдержаться, вернувшись к Дарку в тишине.

Но вдруг Люсиль позвали снова, и, развернув себя на зов, она увидела амфибий, что к фее шли со всех домов. Большая радость видеть снова своих заботливых друзей, они шагали к ней навстречу, желая видеть поскорей.

К Люсиль навстречу шли два брата, один из них невесту вел, она плечо его держала, Люсиль узнала зов ее.

Себастьян был отцом подруги, что так красива, молода, сияет так же, как хранитель, но мягче льется синева. Чешуйки белые, как льдинки, слились в перчатки на руках, лицо украсили росинки, мерцая в солнечных лучах.

С принцессой шел ее избранник, что был красавец, ей под стать, глаза блестят как лазуриты, сам невысокий, Эван звать. Сравнимый лишь с морским прибоем, лицо залито серебром, как будто звезды одарили своим сияющим огнем.

А рядом шел близнец парнишки, почти ничем не отличить, но лишь в глазах его лучистых мерцает синий кианит. По цвету брат был схожий с небом, сверкают звезды на щеках, на голове блестит корона, морские камни в волосах. Пусть близнецы неотличимы, но все же разные в душе, был Эван скромным и учтивым, Модари - шторм во всей красе.

Мария, так зовут принцессу, Люсиль бежала подбодрить, взяла ладонь подруги смело, но не решилась говорить. Узнав, куда Люсиль попала и что пришлось ей испытать, Марии сердце содрогалось, ведь страшно душу потерять. Обняв Люсиль настолько крепко, она признала жуткий страх, принцесса даже улыбнулась, русалку мягко в руки взяв.

Мадари с Эваном прильнули, накрыв собой тандем принцесс, рассказ о Дарке был безумен, ведь мрак тянулся до небес. Люсиль цела, сумела выжить, осталось Джексона вернуть, они не смели даже думать, что мог гибрид оставить путь.

Себастьян, дав друзьям минуту, не прерывал их разговор, однако вскоре дочь спросил он, не пробегал ли где Ладрон? Модари видел незнакомца, но тот спускался в глубину, Мария друга поддержала, Ладрон решил опять нырнуть. Она не знала, что он делал, но Лив сказал, что ценность здесь. Люсиль мгновенно встрепенулась, ведь тот стащил у Мрака вещь. А если здесь лежал все время пропавший смысл короля? Что даже сердце разгорелось, желая ценность повидать. Из-за чего король так спятил, желая вновь вернуть свой дар? Что подтолкнуло стать жестоким, ведь пленных он во тьме пытал?

Пока воришка не вернулся, нельзя друзьям предполагать, они пошли к нему навстречу, что сердце начало стучать.

***

Друзья с Люсиль поговорили, попутно дело обсудив, они помочь в беде посильны, пока их остров был в живых. Возможно, все же им удастся Пераз очистить от тревог, пока еще спасти возможно, несчастный блеклый городок.

Друзья в тот день перепугались, когда дракона принесло, не поддавались на усталость, но им в поимке не везло. Никто не мог подумать даже, что жизнь Люсиль отнять смогли, амфибий веру не сломили, пусть городок совсем в пыли.

Когда узнал об этом Джайден, то, обезумев, чуть дышал, его пугала неизвестность, но письма тут же разослал. Письмо к Перазу долетело, хотел узнать, что удалось, но ничего не отыскали, расстроить Джайдена пришлось.

От Райли тоже жуткий гомон, он был готов разрушить мир, готов спускаться на глубины, достать сестру из под земли. Двух братьев еле усмирили, когда сестра вернулась вновь, безумно страшно за Люсиль им, что замирала в жилах кровь.

Но остров с каждым днем тускнеет, он не похож на тот, что был, в сиянье мир не утопает, лишь затхлый воздух полонил. Найти причин не получилось, чем этот хаос навлекли, никто не смог узнать о море, что стал барьером на пути.

Но с пляжа зов опять раздался, что походил на громкий рык, Люсиль увидела Ладрона, друзьям навстречу несся Лив. Он был все так же скрыт под маской, не различить его лица, но мокрый плащ за ним таскался, зеленым светятся глаза.

Люсиль, обняв Ладрона крепко, спросила, где же он пропал? Ладрон скорее убедился, что его спутница жива. Он помнил Джейка указание, ведь снимет голову за раз, узнав, что фею покалечил, лишив его любимых глаз.

Люсиль взглянула на воришку, тот был встревоженным на вид, она спросила, что он видел и почему совсем разбит? Ладрон достал одну вещицу, что спрятал в море глубоко. Мадари, Эван и Мария, застыв, взгянули на него.

Русалы нечто ощутили, что вызывает дикий страх, но через миг окаменели, увидев вещь в его руках. Люсиль сама перепугалась, увидев ценность короля и осознала, что началом была разбитая душа.

Ответил Лив, держа несмело, что это был ужасный дар, Люсиль решительно взглянула, пора очистить Этуаль.

Глава 17

Белир бороться продолжает, прослыв обителем надежд, ведь Люминор не угасает, вода была полна чудес. Был остров жив, пусть и напуган, вода помочь ему могла, цветов погибнувших без счета, но Люминор держал удар. Конечно, их не миновало отребье мора и чумы, но каждый день был им наградой за все ушедшие мечты.

Недуг безумен и коварен, впитавший сотни рваных ран, прикрывшись горестным отчаянием, опутал сетью свой капкан. Сопротивлялись как умели, но паутину не порвать, во власти мора безысходность, мечтает жизнь до капли взять. Лодон уверен, это горечь и злость, застрявшая в веках, дух волноваться был способен, душа воскресшая хрупка. Звезда живет в своих обломках, но части крохотной души ему хватает, чтобы видеть, как их дела нехороши.

Лодона Райли навещает и говорит с ним обо всем, обломок в воду окунает, звезда слабеет с каждым днем. Лодон твердит, что путь единый, лишь ритуал спасет от чар, огромна «‎Сила Возрождения», лишь с ней спасется Этуаль.

Но все же есть одна проблема: был Дарк от мира далеко, а убедить его в спасении, бесспорно, будет нелегко. Вражда глубокими корнями впивалась в теплые сердца, а сорняки плодили хаос на Этуале без конца. Подумать нужно, как пробиться, искоренить под корень зло, но, вскоре к ним прибудут гости, Линор и Тесс вернутся вновь.

***

Раздался рык, такой глубокий, что невозможно не узнать, и Райли бросился на берег, гостей особенных встречать. На пляже были все готовы, за сталью в небе наблюдав, песок вскружили взмахи крыльев, огонь, как пушечный заряд. Дракон расправил крылья гордо и опустился на песок. В глазах сверкали аметисты, струился отблеск от рогов. А два наездника спустились, открыв себя родным глазам, Белир взорвался громким криком, а дивный смех не угасал. Какая встреча, словно пропасть сошла на нет, дав шанс на мир, а мор решил террор оставить, дав перемирие другим.

Гостей радушно принимали, Линор и Тесса снова здесь, но взгляд Линора лес буравит, ведь Этуаль истерзан весь. Нет мягких трепетных напевов, что посылает океан, нет дивных звонов, ярких трелей, а шепот ветра как буран. Казалось, времени немного, всего лишь пару лет прошло, а остров, что уже был домом, казался словно неживой.

Но Райлс был таким, как прежде, топазовый свет горит в глазах, копна волос с багровым блеском лежала мягко на плечах. Но несмотря, что был измотан, предотвращая страх людей, а остров был еще не сломлен, не поддаваясь жуткой тьме.

Объятия были вдвое крепче, Линор похож был на себя, однако нет косматой шерсти, одни спиральные рога. Звезда опять переливалась, что к ней тянулся рваный мир, природа дивно распустилась, когда друзья на пляж сошли.

Толпа схватила трех пришедших и потащила отдохнуть, хотелось знать, как жизнь сложилась, какой решили выбрать путь. Линор и Тесса говорили, как много жизни за стеной, но как же было им тоскливо, чужим казался путь домой. Хотелось каждого увидеть и веселиться до утра, и познакомить всех с родными, что благодарны за юнца. Они, узнав про все невзгоды и чудных жизни виражах, безумно жаждали всем сердцем друзей Линора повидать.

С улыбкой слушал Райли друга, ведь так желал увидеть вновь, как жаль, что время непростое для пострадавших островов. Но появление Линора и милой Тессы точно дар, ветра разгонят с неба тучи, и солнце вспыхнет, как пожар.

Линор и Тесса расспросили, что так тревожит Этуаль, ведь дивный остров словно спичка от безысходности сгорал. Пускай свет Тессы был волшебен, и рядом с ней туман исчез, но все же силы не хватало сдержать падение небес.

В конце концов, народу легче, ведь Этуаль воспрял опять, до поздней ночи веселились, как и привыкли отдыхать. Но улетучилось веселье, и сон утрачен был в конец, когда в ночи раскатом грома пришла негаданная весть.

Свалился Джайден прямо с неба, дышал безумно глубоко, а крыльев блеск бесследно сгинул, измучен гость своей борьбой. Не обладал хранитель силой так долго к острову лететь, он так напуган, ведь принцесса прислала горестную весть. Фей так хотел найти девчушку, что погибала в жуткой тьме, что полетел, забывшись, к Райли, ведь одному не по себе.

***

В ночи раздался громкий топот, тяжелый стук тревожил дверь. Хранитель в ужасе проснулся и свой халат во тьме надел. Дозорный прибыл с жуткой вестью, что Райлс бросился к дверям, призыв Морфея растворился, но сердца гомон не смолкал.

Увидев Джайдена в кровати, тяжелый ком застрял в груди, но Райлс бросился к бедняге, став на колени перед ним. Красавец слаб, лицо как пепел, в глазах потухший изумруд, а крылья в золоте темнели, заломы, ссадины вокруг.

Хранитель волосы погладив, спросил у брата, что стряслось, но Джайден ужасом охвачен, а голос будто не его. Дрожит, цепляется за Райли и говорит, почти дыша: «Забрал, убит и Дарком схвачен», пугали странные слова. Брат попросил спокойно фея, ладони сжав в своих руках, сейчас молчать, дождаться Бреди, ведь Джайден словно с горя чах. Мольба в глазах и дрожь по коже, костяшки сжались добела, но Райли фея успокоил и разобрал его слова.

Твердил несчастный о послании, лишь повторяя «светлячок», вбежал Линор, почти дышавший, в его руках лежал жучок. Когда нашли на пляже фея, то отнесли его сюда, лишь прочесав песок в том месте, найти сумели светлячка. Но светлячок почти не светит, цепляясь яростно за жизнь, но Райли знал, что с этим делать, послание феи отложив. Несчастный Джайден покалечен, спасти его должны сейчас, через мгновение прибыл Бреди, бокал с водой держа в руках.

Хранитель Джайдена припо́днял, бокал прильнул к его губам, наследник, жутко изможденный, с трудом спасение глотал. До самой капли Райли тихо просил создание воду пить, и наконец уставший Джайден сумел весь кубок осушить. Вода подействует не сразу, но вскоре фей вздохнет опять. Улегся Джайден поудобней, но дрема стала побеждать. Его оставили в покое, поставив рядом лишь дозор, а Райли взял жучка в ладони, пора заняться светлячком.

***

Линору с Тессой неспокойно, они остались как дозор, что приключилось, что несчастный сюда без помощи пришел? Ведь Джайден - фей, лететь так долго не удалось бы на Белир, а если он сюда добрался, то под угрозой целый мир.

Линор хотел вернуться к Райли, ведь друг был делом поглощен, всю ночь хранитель занимался почти угасшим светлячком. Но Райли дома не увидев, Линор вернулся вновь к звезде, ведь сам немыслимо измучен от неизвестных новостей.

Но Райлс скоро объявился, Линор нашел его в лесу, сияет рядом отправитель, а взгляд направлен в темноту. Линор спросил, что происходит, сумев откинуть тяжкий груз, взглянул хранитель на Линора, а взгляд его безумно пуст. Нет ни горящего топаза, ни теплоты, ни блеска звезд, их место заняли отчаяние и ярость множества веков. Таким Линор не видел друга, а этот взгляд готов сжигать, хранитель злобно и надрывно сказал, что миру не бывать.

Глава 18

Глаза Линора стали больше, слова хранителя как сталь, привычный облик исказился, его двойник держал удар. Холодный лед, немая ярость, а взгляд в сапфирах как кинжал, утратил друг надежды храбрость увидеть мир, что так желал.

Линор подсел к нему поближе, пусть синий взгляд вернул в тот день, когда Лоренс пленил нещадно, заставив делать, что хотел. Но перед ним сейчас хранитель, что поглощен ударом тьмы, Линор спросил, что приключилось, но Райли вспыхнул изнутри. Как будто сила от Лоренса горела множеством огней, возможно, эту безнадежность пришлось принять его семье.

Хранитель словно встрепенулся, услышав мыслей жуткий ход, как будто дядя пробудился, былая злость внутри растет. Его огонь силки расставил, заставив мир семьи страдать. Линор, родившись, принял хаос, недуг разрушил жизней часть.

Момент, и Райлс возвратился, приняв привычный миру вид: «Не будет он похож на дядю, его грехов не совершит». В глазах опять зажглись топазы, безумный гомон злости спал, вернулся вновь тот прежний Райли, что жизни близких защищал.

Перед Линором извинившись и убедив в своих словах, он рассказал, о чем услышал, но облик феи был в глазах. Люсиль и Джейк в плену у Дарка, не ясно, живы ли сейчас, он потерял ее однажды, не защитил в повторный раз.

Открыл жучок послание феи, вот почему был Джайден здесь, ведь бесконечно обессилел, когда узнал плохую весть. А Райли, просто обезумев, готов над Дарком суд вершить, и чуть не стал похож на душу, в которой гнев не заглушить.

Хранитель зол, ведь есть решение спасти несчастный Этуаль, но Дарк им нужен для поддержки объединить прекрасный край. Напастей время миновало, готов хранитель мир вернуть, но Дарк его опять ограбил, сестра и друг в его плену. Решение здесь, но есть преграда, осколком сердца Дарк владел, теперь же Райлс сомневался, что перемирия хотел.

Линор молчал, теряясь в мыслях, решения было непростым, Дарк продолжал творить бесчинства, но без него не вспыхнет мир. И даже мысль появилась, что Дарк не нужен, лишь алмаз, но все же, если город выжил, то и народ живет сейчас. Возможно, стоит попытаться и справедливый суд вершить, сейчас хранитель был подавлен, ошибку можно совершить.

Похлопав друга по запястью, Линор готов во всем помочь, он как всегда, с большой надеждой поставит ставку на него. Ничто не сможет помешать им, ведь Райли добр, но не глуп, он сможет сделать верный выбор, поставив мир на нужный путь.

Сложнее стало шаг предвидеть, но Райли был не одинок. Крепка их дружба с островными, всегда есть множество дорог. Линор был прав, пусть Райли скован душевным грузом за сестру, но все же есть еще надежда, что их отыщут и спасут.

Взбодрился Райлс, стало легче, он улыбнулся наконец, как хорошо, что друг вернулся, как хорошо, что снова здесь. Осталось лишь гостей дождаться, ведь Эстер должен к ним прибыть, письмо давно хранитель о́тдал, о Джейке чтобы сообщить.

***

Крыло у Джайдена саднило, вода сейчас боролась в нем, ведь души очень истощились, но есть величие еще. Целитель был способен драться, но лишь помедленней, чем был, когда пройдет недуг несчастий, то в Люминоре вспыхнет пыл. Сейчас, пока Люсиль в темнице и Райли держит мора тень, борьбы застрявшие крупицы терзают души ночь и день.

Сидела Тесса рядом с другом, ведь жар его совсем не спал, компресс менялся ей по кругу, но Джейден слова не сказал. Он был задумчиво-угрюмый и каждый раз готов был в бой, но Тесса Джайдена держала, ведь очень слаб бороться с тьмой. Он не один, нельзя сдаваться, пусть добрым сердцем правит пыл, ведь глупо будет попрощаться, при этом фею не спасти.

***

Пришли к нему Линор и Райли, а Джайден чуть не прыгнул к ним, хранитель, брата защищая, его на место уложил. Впервые Райли видел фея таким потерянным душой, что становилось так печально, что пережить ему пришлось.

Хранитель друга успокоил, что план продумают еще, ведь Эстер к ним летить на помощь, поедут вместе за сестрой. Джейк и Люсиль хрупки, бесспорно, но сила в них была всегда, ведь каждый был в тот миг ребенком, когда разрушилась судьба. Они найдут, как можно выиграть, найдут, где спрятаться от тьмы, просил довериться надежде, ведь каждый очень нужен им.

Но слез хрусталики скатились из изумрудных тусклых глаз, ведь Джайден вовсе жить бессилен, сестру утратив в этот раз. Он был с принцессой с первой встречи, когда ее спасло крыло, оберегал ее и верил, что фее многое дано.

Увидев мертвого дракона, у брата вдруг сломался дух, а светлячок - хранитель света лишь подтвердил коварный слух. Люсиль смогла сигнал отправить, но все же ждет в руках врага, она волнуется за Джейка, такая смерть не их судьба.

Смахнул хранитель слез дорожки, взглянув несчастному в глаза, он потерял ее когда-то, не зная, что Люсиль жива. Никто на свете не способен отнять сестру, пусть не спешит. Хранитель сам отыщет Дарка и за Люсиль не пощадит. Но сердце Райли трепетало, «Люсиль жива!»- кричит оно. Как бы несчастных не мотало, а братья живы все равно.

Слова, как солнечные струйки теплом по венам разлились, как будто Джайден, вновь проснувшись, поверил снова в эту жизнь. Вернул надежду Райли в сердце и веру в множество побед, отступит мор и наконец-то не будет мрака, только свет. Фей наконец-то был спокоен, пусть счастье лишь на краткий миг, осталось лишь звезду дождаться, что сердце сталью закалит.

Глава 19

Узнать осталось, что случилось, ведь Джейден чудом уцелел и как сумел в Белир добраться, как столько миль преодолел? Крыло помятое с ранением, сам изможден, упал с небес, пора узнать, как Джайден выжил, какими силами он здесь.

***

Узнав о том, что приключилось и чем грозило для сестры, подумал Джейден лишь о мире, Люсиль и Джейк обречены. Он мог бы всем письмо отправить и рассказать про громкий зов, но эта новость жутко ранит, ведь где бы Дарк, не разберешь. Туда дозор не отправляли и не выслеживали мрак крылатых много возвращалось, все на границах лишь стоят.

И фей решил лететь к Белиру, попутно выслав светлячков, глядишь сестру живой отыщут сбежавшей с Джейком от врагов. Но вся надежда разбивалась, ведь светлячок Люсиль в руках, сумеют ли друзья пробиться, вздохнут ли вновь на островах?

Лететь вначале было просто, ведь страх упорство распалил, но после долгого полета совсем ушел адреналин. Вокруг сияющее небо и мирно плещет океан, а Джайден был уже бессилен, он ел пыльцу, что создавал.

В конце концов, фей истощился и через силу делал вдох, а крылья словно утолщились, что взмах давался нелегко. Его сестра одна во мраке, хороший друг под властью тьмы, скорее был добраться к Райли, скорее бы родных спасти.

Слова как сложное заклятье не дали фею сбавить ход, но Джайден вскоре, словно спятил, был так стремителен полет. Одна лишь мысль промелькнула, возможно Джайдена спасут, так много здесь живет амфибий, ему погибнуть не дадут.

Как камень падая в пучину, несчастный чуть не обомлел, гладь океана приближалась, никто не знал, что падал фей. И вскоре, рухнув, принц поднялся, спасение было непростым: помог не тот, кто к ним причастен, а монстр, всплывший из глубин.

Фей испугался не на шутку, ведь монстр может проглотить, но тот сложив «ладью» из щупалец, стал на спине его тащить. Фей не поверил в то, что видел, но догадался что к чему, ведь монстр созданный Лоренсом, не дал созданию утонуть.

Как странно все же монстра видеть, что был когда-то их врагом, ведь из воды парнишку вынул и на Белир тащил верхом. Гигант со дна с большой заботой достал ему морских цветов, ведь Джайден был совсем измотан и к перелету не готов. Еда была сейчас полезной, морской цветок прибавил сил, и фею тут же стало легче, ведь вкус так сладко свет пролил.

***

Придя в себя от потрясения и наконец начав дышать, сумел несчастный развалиться, хотелось жутко фею спать. Гигант тянул создание мягко, качая, словно колыбель, а Джайден лишь смотрел сквозь пальцы за переливом на воде.

В конце концов, парнишка сдался, гигант лирично песню пел, вернее Джайден принял звуки за утешающую трель. Спина чудовища согрета, тепло от солнечных лучей и трели монстра преуспели отправить гостя в «Сноведель».

Прекрасный город теплой дремы вернул созданию покой. Волшебный мир загадок полон, искриться магией простор. Лучи играются с цветами, лиричный шум прибрежных волн и насекомых стрекотание коснулись кожи ветерком.

Люсиль бежит ему навстречу, неся большой венок из роз, что увенчает так красиво копну сияющий волос. Но радость вдруг сменилась жутью: на остров падала волна, принц побежал к сестре навстречу, как вдруг проснулся ото сна.

Создание шло сквозь шторм упрямо, его шатало и несло, вдали столкнулись лапы вала, и дождь лился со всех сторон. Вода была безумной силы, ее величие росло, гигант с цунами породнился, но прятал гостя от всего.

Держать свой курс еще труднее, уносит чудище волной, что на скалу их уводила, в объятия смерти непростой.

Но «пасть» на монстра надвигалась, что Джайден в ужасе застыл, цепляясь крепко монстру в лапы, лишь благосклонности просил.

Раздался гул и на парнишку взглянул огромный желтый глаз, но Джайден попросту бессилен понять чудовище сейчас. Но монстр лишь кивнул на воду и Джайден понял весь посыл, тот попросил его держаться и сможет выбраться живым. Но Джайден был напуган штормом, не достигал границ миров, где без особенного дара не каждый справится готов.

Он закивал, просив создание помочь ему от волн спастись и тут же щупальца распались и словно тросы заплелись.

Глубокий вдох и монстр скрылся под глубиной бурлящих вод, создание было очень быстрым, но Джайден столько не пройдет. Но монстр это понимая, поднялся снова в лапы волн, а бойкий нрав упрямой силы, несчастных в сторону увел. Гигант и Джайден отлетели, столкнувшись с треском со скалой, удар порвал парнишке крылья, но не окончен этот бой.

Но в этот миг, совсем забывшись, забрался Джайден на скалу, он видел гнев морской пучины, морские пасти шли к нему.

Создание Джайдена прикрыло, приняв обрушившийся вал, но парень видел, как гиганта буран оттаскивал от скал. Но Джайден был еще способен помочь тому, кто спас его, и он создал лиан канаты, что уцепились за зазор. Веревки монстра обхватили, и, как не бил морской кулак, бродяга, будто без усилий, удары принял как пустяк.

Плечо болело очень жутко, но фей держал в волнах канат, ведь он умрет, когда исчезнет его спасающий гигант.

Но неожиданное нечто летело сверху, сквозь буран, и в этот миг пришел к парнишке совсем безумный, жуткий план. Большое нечто так неспешно летело, словно не боясь, по виду выглядело птицей, таких не видел отродясь.

Наследник вдруг погладил монтстра, взглянув в его горящий глаз, и попросил того подбросить как можно дальше в небеса. Создание поняло беднягу, ведь тот не может сам лететь, мелькнула щупальца из мрака, фей на нее сумел залезть. Взметнулась щупальца так быстро, что Джайден пальцами зажал, вода стекала по запястьям, скользил парнишка, но держал.

Безумный шаг, но сделать важно, создав еще один канат, фей приподнявшись, встал опасно, пытаясь сделать точный взмах. Его шатало и носило, но удалось держать баланс, канат взметнулся точно выстрел, и угодил созданию в пасть. Второй канат взметнулся следом и обмотал одну из лап, надежней было удержаться, осуществив второй этап.

Себя лианой защищая, фей посмотрел на желтый глаз и прокричал тому: «Спасибо», за птицей следом устремясь. Он видел, как гигант без спешки нырнул в волну и в ней пропал, а Джайден думал о поддержке, болело все от жутких ран.

Летела птица по маршруту, но на Белир пришлось упасть, старался Джайден зацепиться, но гостья сбросила напасть. Фей замедлялся как возможно, пытаясь бабочек создать, творения встали вместо крыльев, так удалось его сдержать.

А на Белире есть дозоры, что вскоре Джайдена нашли, а фей изранен и изморен, но не попавший в плен волны.

Глава 20

Крыло почти восстановилось, и Джайден смог опять привстать, к Белиру письма все летели, но новостей не отыскать. Люсиль и Джейк не объявлялись, а Эстер был уже в пути. Как подобраться воинам к Дарку, как безопасно обойти? Какая в нем была защита, к чему готовым нужно быть, но важно было не поддаться и Драка к свету заманить. Их светлячок во тьму проводит, но если он почти угас, то значит, путь был не из легких, драконы им нужны сейчас.

Корабль был почти готовым начать опасный дальний путь и бороздить его просторы, пока до Дарка не дойдут. Ни плана нет, ни ожиданий, что волновало горожан, нет никого кто был причастен и от предателя сбежал.

На месте фею не сиделось, пусть пережил морской урон, но рвался Джайден с остальными пойти за другом и сестрой. Поддержки нет у уговоров, ведь фей настроен был пропасть, а все равно отыщет Дарка, на лоскуты порвать грозясь. Но Райли брата успокоил: «Нельзя бросаться, как в бреду», но обещал, что будет рядом, верша над Дарком честный суд.

Однако в ночь перед отъездом проснулась звонкая свирель, и отправитель в ту минуту отдал листок, что дивно пел. Не стал бы кто-то поздней ночью писать письмо о мелочах, дозорный взяв морской листочек, понес его главе отдать.

Для Райли даже половица как будто смертный приговор, один лишь скрип, и вновь хранитель не мог поймать сбегавший сон. А треск ничтожная случайность, но для несчастного, как визг, глаза от звука открывались, и до утра их не закрыть.

Но обнаружил Райлс силу, что не дала сойти с ума, спасение в крошечной частице, что в Люминоре ожила.

Однажды Райлс, изможденно, упал в кровать, в чем день ходил, и пробудился так прекрасно, как будто жив тревожный мир. Подвеска Тессы усмиряла волнений жуткий ураган, хранитель Тессе благодарен, что ей оставлен этот дар. С тех пор алмаз сияет рядом, хранитель может отдыхать, но в эту ночь случился хаос: письмо Себастьяна в руках.

Нашлась принцесса на Перазе, сейчас ничто ей не грозит, не догнала ее опасность, сейчас их гостья мирно спит. Смогла вернуться лишь принцесса, но с Джейком что, никто не знал, пусть подождут еще немного, возможно, он не пострадал.

У Райли дух перехватило, Люсиль жива, сестра спаслась, но Джейк страдал в руках всесильных, возможно жизнь оборвалась. Нельзя сейчас об этом думать, Люсиль не стала бы сбегать, она, возможно, ищет помощь, а Джейк тем самым жизнь ей спас.

Осталась лишь одна дилемма: сказать ли Джайдену сейчас, а может пусть утра дождется, ему полезно отдыхать. Но в глубине души скрипуче терзают когти, как кинжал, нельзя скрывать такую ношу, обязан Райлс рассказать.

Но сон так чуток и тревожен, что Джайден спать совсем не мог: Трещание ветки, стрекотание, лица коснувший ветерок. Напоминало все принцессу, Люсиль давно не видел брат, но окончательно проснулся, когда услышал легкий шаг.

Хранитель в комнату пробрался, пусть в темноте не различить, а Джайден выпустил фонарик, но, видев Райлса, поник.

Уселся Райли на кровати и протянул морской листок, а Джайден в страхе будто спятил, рука тряслась, беря письмо. Но разлилось благословенье, как теплых вод речной поток: Люсиль спаслась, она в порядке, но по спине пронесся ток.

Рванулся Джайден так же бойко, как в день послания от сестры, но брат прижал того к кровати, пусть хорошо сейчас поспит. Люсиль жива и под надзором, Себастьян сможет ей помочь, но ободренный жаром Джайден готов был тяжесть превозмочь. Но Райли вовсе непреклонен, набраться нужно больше сил, случится может что угодно, но пыл стучит ему в виски. Он сам бывает сумасшедшим, готовым бросить вызов тьме, но на его плечах собратья, и он обязан их беречь.

***

Переливался отправитель, светился красками гобой, у Райли руки колотились, сжимая новое письмо. Обязан знать несчастный Эстер, что возвратилась лишь Люсиль, белирцы гостя ожидают, но Эстер все не приходил. Гобой сверкнул, письмо исчезло, но как бы Райли не стоял, свирель сияла в переливах, но Шаркаин в ответ молчал. Окутал Райли мерзкий ужас, он весь издергался душой, но озарило светом утро, ответ к ним так и не пришел.

*** Корабль готов был к отправлению, в Пераз отправится отряд, нельзя потратить ни минуты, нельзя беспомощно стоять. На Амели подняли парус, ветра несли корабль вдаль, Белир остался где-то сзади, надежды свет не угасал.

Пускай сестра спаслась от Дарка, но важно помнить о друзьях, ведь Джексон где-то дожидался, держа как трос последний шанс.

Ветра друзей не оставляли, неся корабль по волнам, сама природа не сдавалась и помогала, чем могла.

Недалеко блеснуло нечто, что приближалось все быстрей, команда вдруг насторожилась, ведь чудищ множество в воде. Пускай спасен был монстром Джайден, но все же путь не из простых, никто не знает, где опасность и скольких Дарк сумел пленить.

Команда тут же затаилась, готовя сеть и гарпуны и ожидала нападения, спасать готовясь Амели.

Один плавник, вот хвост блестящий, команда вновь пришла в себя, по курсу жители Пераза, а среди них был сестра.

Люсиль увидев, Райли вскрикнул и прыгнул в воду с корабля, за ним хотел бы прыгнуть Джайден, но плавал так себе в волнах.

Подняв принцессу на корабль, друзья отправились домой, русалки следом отправлялись, не захотев зайти на борт.

К себе прижав Люсиль покрепче, два брата замерли навек, они готовы были сгинуть, но защитить ее от бед.

Но сердце трескалось надрывней, ведь у Люсиль нет дивных кос, костяшки пальцев сжались сильно, ведь мерзкий Дарк лишил волос. Люсиль спешила объясниться, ведь это жесть ее любви, она вручила мраку косы, желая Джексона спасти.

Но слезы точно водопады лились с ее зеленых глаз, что Райли с феем испугались, надежды нить оборвалась. Люсиль не знает, что с гибридом, она утратила покой, он захотел во тьме погибнуть, прикрыв Люсиль самим собой. Принцесса вновь вернется к Дарку и отомстит ему за все, ведь не намерена сдаваться, она вернет себе свое.

Глава 21

К Белиру гости прибывали, кто вновь обязан был прибыть, понять им только оставалось, как черный остров победить. Явились вскоре Эстер с Дони, что камень с сердца Райли спал, ведь Эстер, знавший о драконе, решил добраться к Дарку сам. Он вычислял маршрут и время, и сам бы бросился во мрак, но лорд не знал его строения, где сына Дарксы сторожат.

Он обнимал Люсиль так крепко, как будто фею поглотит, принцесса вовсе неповинна, ведь Джейк обязан защитить. Люсиль признательна за это, ведь, ощущая всю вину, ее душа в осколках тлела, из за нее был Джейк в плену.

Схватился за голову Райли, внутри нее взревел огонь, копна волос пылала ярко, но прогремели крик и вой. Глаза синели с переливом, сцепили сердце гнев и грусть, но Райли в ужасе воскликнул, почуяв жутко тяжкий груз.

Мадари, к Райли подбегая, его за плечи ухватил, хотел помочь ему не сгинуть, но онемел, увидев синь. В глазах сапфиры полыхали, как будто в нем живет Лоренс, амфибий магия явилась, готовы гости не робеть. Мадари Джайден успокоил, раскрыв друзьям лихой финал, ведь дядя магию оставив, ее племянникам отдал.

Увидел Райли колыхание, волнами некто управлял, вот в чем была причина страха, хранитель это понимал. Все к океану обернулись, куда его глаза глядят, и правда, нечто приближалось, лишь плавники в волнах горят. Глаза у Райли полыхнули, сцепились пальцы, сжав клинок, играет пламенем безумным на стали магии поток.

Увидев брата колебание, в руках в Фея вспыхнул лук, встал наготове рядом Джайден, вот-вот и выпустит стрелу. Люсиль же братьев усмирила, ведь дивный гость не мыслит зла, но Райли чувствовал порывы от приближения существа. Сестра сейчас же объяснила, что этот гость пришел за ней, он кое что из моря вынул, что умыкнули из теней.

Глаза у Райлса потухли, а Джайден лук убрал назад, сестре поверив, оба брата за гостем трепетно следят. Пока не видно очертаний, в волнах хребта блестел венец, морское чудо приближалось и показалось наконец.

На берег выползло создание, как голубой морской янтарь, чешуйки скреплены изящно, сияет хвост, в глазах пожар. На лапах крылья плавниками, разлитый пламенем узор, рога создание венчают, как из кораллов с синевой.

В мгновение облик изменился, вся синева сошла на нет, явился образ человека, в котором словно сгинул свет. Был в черном весь, лицо под маской, одни глаза - зеленый шквал, он приподнялся, отряхнувшись, и к ним навстречу зашагал.

Люсиль представила Ладрона, что спас ее из темноты, его встречали как родного, но страх еще терзал внутри. Ладрон сказал, что нужно скрыться, в его руках предмет теней, оплот отравленного сердца, что был похищен в некий день. На берегу достать не может, ведь сила бьется как в бреду, Люсиль вела созданий в город, а Райли вел Ладрона вглубь.

Всмотрелся Райлс в тьму Ладрона, ведь человек был непростым, укрытый в плащ, как черный ворон, в нем будто морок говорил. Да вот Люсиль остановила, ведь тот сестру из тьмы унес, да и амфибии как будто создание видели насквозь. Но все же Райли насторожен, ведь был Ладрон в кромешной тьме, а вид опасного изгоя запутать разум мог вдвойне.

Он расспросить сумел дракона, как тот попал на Этуаль и где же был все это время, зачем принцессе помогал? Ему Ладрон поведал вскоре, откуда взялся в их краях, что Райли жуть как был взволнован, что даже замер на глазах.

*** Живя обычным человеком, Ладрон не знал про этот мир, он жил за гранью звездной силы, не зная тайн своей семьи. Он не догадывался даже, какой внутри скрывался дар, не знал о том, кто были предки, что создавали Этуаль.

Однажды он узнал легенду о дивном мире в свете звезд и о чарующем светиле, что жизнь в уныние принес. Об Этуале, что распался, о силе дружбы и любви, и как сердца горят отважно, стремясь разломы устранить. Ладрон взволнован этой сказкой, заполнил разум Этуаль, дракон всем сердцем помешался, в его глазах горел пожар. Казалось, нечто откликалось, тянуло душу в те края, Ладрон увидел в этом странность, вот-вот и он сойдет с ума.

Дракон найти пытался мифы, что смогут свет пролить на мир, но Этуаль настолько скрытен, как будто вряд ли был живым. Нет никаких упоминаний о тайном острове в свету, в семье не знали эту правду, передавая только суть.

Ладрон не мог подумать даже, что это выдуманный край, не существует Этуаля, где звездный старец жизнь создал. Не существует приключений и жизни в магии светил, настолько пламенной надежды и стольких жертв в борьбе за мир.

Упрямо сердце трепыхалось, одну лишь мысль допусти, что Этуаль - всего лишь шалость, прекрасный сон внутри души. Дракон всегда сопротивлялся, нельзя в обратном убедить, ведь остров был подобен жажде, Ладрон желал его достичь.

Но дед, что знал легенду моря, не ведал сам, в чем есть обман, ведь как и смелого Лодрона, тянуло деда в Этуаль. Необъяснимо и тревожно, но он душой как будто там, но утверждать не может точно, а был ли сказочный обман.

Слова Лодрона убедили, ведь не один сошел с ума, однако дедушка бессилен наводку дать на острова. Но становилось все же легче, ведь Лив сражался не один, мечта была так схожа с пылью, но сердца грохот стал иным.

Тогда Ладрон с поддержкой деда ушел найти прекрасный край, архипелаг волшебной силы, в каком распался Этуаль. Внутри надежда бушевала, дракон упрямо шел вперед, как будто предки направляли его в тот мир, что долго ждет.

Он шел дорогой приключений по тонкой улочке огней, как будто пламенные стрелы вели Лодрона через тень. Звезда была перед глазами, пускай дракон ее не знал, но сердце словно замирало, как будто видит Этуаль.

Была команда у Лодрона, каких он нанял помогать, они все шли на зов упорно, дракон просил не отступать. Но дикий шторм вдали виднелся, раскрыв объятия как друзьям, команда двинулась в надежде на новый курс свернуть корабль. Ладрон не стал просить их больше, по крайней мере, он был здесь, команда, сделав, что возможно, не может в море умереть.

Ладрон спустил на воду шлюпку, стремясь вперед в объятия тьмы, и никакие уговоры не остудили сердца пыл. Он понимал, что так и нужно, возможно Лив сошел с ума, но если он погибнет тут же, то будет знать, что шел не зря. Он был отважным, непокорным, идя тропой своей мечты, конечно, мог сглупить, возможно, но выбор сделал только им.

Но вала гнев неумолимый, нельзя противиться ему, Лодрона волны взяли силой, сломав несчастную «ладью». Создание смыло точно щепку, Лодрона в вихре закружив, но вдруг внутри проснулась сила, что выносила в мир живых.

Увидев шторма дикий танец, сроднился Лив с его волной, но вдруг в ушах его раздался не-то рычание, не-то вой. Лив на мгновение испугался, ведь он во тьме совсем один, но понял вдруг, что сам отныне и есть создание из глубин.

Ладрон нырнул, осознавая, что он погиб, не может быть, однако в жизни не бывало себя так дивно ощутить. Как будто тело человека всего лишь временный сосуд, а он создание звездной пыли, давно Ладрона дома ждут. А дальше, словно сновидение, дракон не помнит ничего, очнулся лишь в объятиях тени, что словно гладила его.

Глава 22

Рассказом Райли зачарован, ведь Лив раскрыл секрет семьи, что много лет хранился спящим, передаваясь всем родным. Ладрон в себе открыл создание, что было спрятано от глаз, один лишь шаг в руках соблазна и жизнь дракон изгою спас.

Лив рассказал, что жил на Драке, среди огней, в объятьях тьмы, кто мог подумать, что несчастных заблудший остров приютил. Нет света дня, нет света ночи, не видно блеска юных звезд, но жизнь, что там течет бессрочно, все больше крепнет и цветет.

Ладрон украл одну вещицу той темноты, что держит мир, ему помочь пришла Медея - отрада Дарка, дочка Тьмы. Тогда-то Райли удивился: «У Дарка дочь земная есть, как получилось, что принцесса решила тьму преодолеть?

Принцессе ведь известно много про острова и их судьбу, об этом ей отец поведал, раскрыв уродливую суть. Известны ей страдания мира, известна горечь городов, сейчас принцесса одержима прекрасным миром дивных снов. Тот Этуаль с оплотом силы небесной магии и грез, тот рай, который их покинул, тот теплый дом в руках ветров. Медея Ливу помогала украсть источник тьмы отца, ведь пожелала с большей силой лишить их мир теней венца.

Она Ладрона защитила, когда нашла в объятиях волн, она его лицо закрыла, ведь гость на острове изгой. Принцесса скрыла незнакомца, не передав того отцу, возможно Дарк узнал об этом, но не вмешался в их судьбу.

Лив отплатить хотел принцессе за ее мужество и пыл, принцесса же его просила вдали от тьмы увидеть мир. Она не верила, что тенью была укрыта жизнь везде, Ладрон Медею тайно вывез, ведь существо в его душе.

Морской дракон увез принцессу, нырнув в глубины мира тьмы, его влекло на остров дивный, не сбить создание с тропы. Когда же вышли на поверхность, вокруг бескрайний океан, где солнца пламенные стрелы врезались в синей глади рай. Ладрон душой уже был дома, а вот Медее нелегко, глазам сияние незнакомо, что как огонь принцессу жгло. Медея сдаться не посмела, желая видеть солнца блеск, Ладрон готов был стать глазами и показать ей мир чудес. Медея магией укрылась, глаза скрывая от лучей, Ладрона голову схватила, держа создание нежней.

Но очень робко и несмело решилась все-таки взглянуть, и от восторга обомлела, увидев красочную суть. Она руками направляла, куда хотелось посмотреть, и, повинуясь, не мигая, старалась свет запечатлеть. Медея взгляд не отрывала, ведь сердце рвется от тепла, желание биться укреплялось, над ней уже не властна тьма.

С тех пор все чаще и все дольше Медея хочет видеть мир, а Лив с побегом помогает, ведь свет принцессе стал родным. Глазам уже намного легче, Ладрона помощь не нужна, принцесса грезила о встрече с прекрасным островом сама.

Они нашли своих соседей, но не отважились пройтись, завороженно наблюдая, как развернулась в цвете жизнь. Рассказ отца такой далекий, ведь радость плещет, как река, а значит, острову посильно с колен подняться и дышать.

На Дарке темень беспросветна, отцом давно владеет мрак, так если жизнь в цветах нетленна, возможно дом вернуть назад. Избавить остров от печали, наполнив блеском дивных звезд, и душу затхлую исправить, отца избавив от оков. Наполнить светом и любовью, найти для Дарка новый смысл, прогнать жестокие потемки, что отнимают его жизнь.

Была реликвия на Дарке, что источает гнев и злость, она их остров заряжает, не подпуская никого. Медея знала, как добраться, пока отцом не сорван план, они с Ладроном против Дарка, дракон реликвию забрал. Медея словно под ударом, не знает Лив, что ей грозит, ведь артефакт сравним с пожаром, ведь столько горечи хранит. Ладрон почувствовал всем сердцем, что Дарк уже безумно зол, но не оставил луч надежды, алмаз в платок и в тень ушел.

Как страшен гнев, представить трудно, погоня, крыльев красных взмах, метались огненные струны, Ладрона чуть не искромсав, а камень, спрятанный под сердцем, тянул несчастного к земле, его пропитывая мысли о горькой стонущей судьбе.

С большим трудом и безрассудством Ладрон сумел от тьмы сбежать, в себе дракона обнаружив, что помогал тому летать. Но Дарксы долго были рядом, опутав сетью паутин, Ладрон решил, что, все же спятил, и бросил камень в пасть глубин. Рванули Дарксы за алмазом, Ладрон метнулся в океан, но не позволил подобраться и, взяв реликвию, сбежал. Он спрятал камень в ту же темень, но глубоко на тихом дне, но в корне план его неверен, ведь навредить сумел семье.

Так вот, что стало той причиной тревожной горести и мглы, что цепкой хваткой ухватила их города в свои силки. Их остров гневом одурманен, что источал источник сил, оберегавший жизнь созданий, но их соседей погубил.

***

Вода встречает, как и прежде, в болезни мира крепнет дух. Ладрон и Райли ощутили, как много магии вокруг. Осознает хранитель риски, в осколке сердца зреет мрак, ведь даже воздух мира кислый, без ритуала им никак. Вода поможет исцелиться, и остров тут же оживет, ведь темной магии частицы прервут безудержный полет.

Увидев сердце Люминора, Ладрона словно сбили с ног, морской дракон завороженно смотрел в кристальный огонек. Вода пронизана сиянием, тепло окутало, как шаль, один глоток, и для Ладрона мир в новых красках запылал.

Как только взял хранитель камень, в его душе раздался крик, что, словно горестным дурманом, в глубины сердца мглой проник. Копна волос струилась красным, дрожали руки, сжав алмаз, но тень гнетущего пожара убавил омут синих глаз. Семейный дар был послабее, чем оскверненный тьмой кристалл, но Райли смог обезопасить себя, Ладрона и пожар.

Не долго думая, хранитель отдал воде исчадие зла, надеясь, что очистит сердце, вернув души Лодона дар. Но ничего не приключилось, как не старался Люминор, алмаз пронизывает скверной, как будто мрак внутри живой.

Шальная мысль заворожила, застыл хранитель, чуть дыша, неужто в скованной трясине жила заблудшая душа? Ведь дядя был в обломке сердца, закрыв внутри свою печаль, осколок Дарка жжет надрывней, ведь гневом запертым стучал.

Хотели руки бросить камень, что тяжкой ношей тянет вниз, и сердце Райилса буравит, что как балласт в груди повис. Но Райли пальцы сжал покрепче, Лодону в ужасе крича, окутал старец тьму надеждой, душа признала палача. В обломке, правда, есть создание, что бередит безумный нрав, ни Люминор, ни старец даже не усмирят его вулкан. Настолько крепкой, мощной хваткой вцепилось зло в тончайший шелк, что только тот, кто был причастен, обратно душу заберет.

Однако Райли волновала такая связь с обломком тьмы. И почему душа кристалла сильней терзала, чем других? Хранитель в ужасе отпрянул, ведь он, когда-то обгорел, огонь магического дара вселиться в мальчика сумел. Копна волос пылала ярко, как будто красный альмандин, хозяин черного кристалла, когда-то Райли навредил.

Увы, какая неудача, обломок сердца не спасти, им пригодиться помощь Дарка, ведь тот страдает взаперти. Возможно, все таки удастся переманить его на свет, без оскверненного алмаза у Этуаля шансов нет.

Но Дарк, что злобой одурманен, откуда в нем такой вулкан? Пусть Райли помнил дым пожара, но все же Дарка понимал. Внутри него жил дух Лоренса, что сердце грыз как сухостой, душа у Дарка тлела в пекле тлела, в лохмотьях падая золой.

Глава 23

Душа принцессы беспокойна, сжимает страх до тошноты, исходит время ветер словно, минуты тянутся как дни. Возможно Джейк уже потерян, взлетел его последний вздох и в это самое мгновение он обессилено продрог.

Ладрон и Райли не вернулись, Люсиль беспомощно ждала. Сжимая огненные струны, Мария музыку лила. Виолончель в руках русалки не одолела мыслей вал, Люсиль не чувствовала даже, в ее глазах лишь Джейк стоял.

Сжимает плечи брат с поддержкой, Люсиль не смея оставлять, он убеждал ее с надеждой, что смерти Джейка не бывать. Хоть он упрятан в подземелье, но пусть сестра слезу сотрет, Джейк никогда один в неволе во мраке Дарка не умрет. Ведь очень скоро все родные за Джейком бросятся во мрак, удастся им дракона выкрасть и возвратить живым назад.

Вернулись вскоре Лив и Райли, секрет обломка был раскрыт, но осознание буравит, ведь ужас пекла не забыт. Как много слез и потрясений, как много дыма и огня, но сердце звездное темнеет, храня в себе источник зла. Душа истерзанная воет, ведь Райли чувствовал урон, им отправляться нужно вскоре, пока их мир не стал золой. Лодон укрыл собой обломок, сдержав его немую суть, но ужас все острей лютует, желая выжечь все вокруг.

Люсиль сильнее всполошилась, уходит время, как песок, пока они идти не смеют, Джейк оставался одинок. А вдруг его сейчас пытают, желая выведать секрет, ведь Джейк уже знаком с Ладроном, Дарк изведет его на нет. Ладрон принцессу успокоил, ведь Джейку ужас не грозит, Медея с ним осталась, все же, она дракона защитит. Уверен Лив, что Джейку лучше, ведь точно был уже спасен и находился в доме с кузней, где на поддержку обречен.

Бросаться в омут им не стоит, обдумать нужно, что к чему, знаком ему тенистый город, но Дарк готов был ко всему. Продумать план сейчас нелишне, решить, как лучше поступить, не просто Джейка нужно выкрасть, а мир с Тенями заключить.

Люсиль застыла точно мрамор, какой же мир им заключить, когда истерзанные раны бессильны души излечить? Хранитель, правду открывая, раскрыл сестре безумный план: без Дарка душу не излечишь, не восстановишь Этуаль.

Решение было очень сложным, хранитель знал, к чему идет, ведь стольким жизням стало хуже, утратив дом и свой народ. Эгоистично поступает, ведь хочет мира им для всех, а тень перед судом поставить, ужасным шагом будет месть.

Линор и Тесса появились, прервав безумный разговор, принцесса вдруг развеселилась, дороги много за спиной. Звезда принцессу поддержала, узнав о том, что с ней стряслось и с большей силой убеждала, что Джейку справиться пришлось. Возможно, звездное сияние в Люсиль вложило столько сил, но брата план принять так странно, ведь Дарк принцессу захватил.

***

Шаг непростой и безрассудный, но был почти осуществим, но как же сделать все исправно, как возвратить ушедший мир? Так много страхов и волнений, что души рвутся на куски, осталось только подружиться с безумной тенью вопреки.

Линор и Тесса пообщались с гостями, что спасли Люсиль. Мадари, Эван и Мария им приглянулись, как родным. Создания моря так отважны, блестит цветная чешуя, они весь день общались даже, раскрыв, откуда и куда.

Им рассказали о тревогах, когда проснулся злобный дух, осколки всех событий после и про немыслимый недуг. О том, кто были эти двое и как их связь во всем прочна, и почему они вернулись, когда их Райли звал, крича.

Мадари, Эван и Мария раскрыли свой сердечный страх, ведь сколько нужно было силы, чтобы их мир во мгле не чах. Их ручейки и водопады, кристальный блеск живой воды, болезнью зло тянулось рядом, напрасны были все труды. Никто не знал, откуда горечь, чьи руки душат города, но Этуаль почти иссушен, болотом стала вся вода.

Линор и Тесса, улыбаясь, воображали дивный край, что описали им создания, каким сиянием мир сверкал. Тот плеск воды был точно песней, растений было что не счесть, душа сияла в этом месте и ослеплял амфибий блеск.

Так захотелось окунутся, увидеть красочный Пераз, ведь видеть им не доводилось, как Рэйн свой мир сумел создать. Знаком им был лишь Пиль с Белиром, а для Линора Шаркаин, но Этуаль был очень милым, когда пылал в расцвете сил.

Линор поддерживает друга, ведь Райли был еще так юн, когда в него с такой надеждой Ренод всю преданность вдохнул.Открыл ему прекрасный остров, что создан был из ничего, конечно Райли сердцем грустен, поставив цель вернуть его.

Амфибий пыл не пошатнулся, для них был тоже жутким план, как доверять изгою нужно, когда народ их пострадал? Амфибий дымом затянуло, но, благо, только внешний мир, сейчас же в горестном удушьи подводный город гомонил. Но, как ни трудно соглашаться, а Райли был бесспорно прав, без Дарка сердцу не подняться, мечта сильней, чем мести нрав.

***

С Люсиль остались Арчер с Донни, ведь в сердце сдавленном вина, они ведь были на дозоре, не уловили тени зла. Проникли Дарксы незаметно, сумели взять принцессу в плен, друзья на миг не отходили, Люсиль была в тепле теперь. Принцесса только улыбалась, она драконов не винит, ведь Дарксы - спорные создания, любой дракон быть мог убит. Она признала, как же много в защиту вложено труда, как ни старайся, все без толку, плодятся стебли сорняка.

Пускай принцесса улыбалась, но сжалась мягкая ладонь, похолодели руки даже, из сердца вылетел огонь. Друзья с теплом Люсиль обняли, ведь Джейк пошел за ними сам, как будто нечто завлекало его узнать, что скрыто там. Как хорошо, что так случилось, теперь принцесса спасена, но Джейк во тьме Люсиль покинул, спасая Фею от огня. Но скоро друг спасется тоже и возвратится снова к ним, а этот мрак исчезнет точно, как будто сон кошмарный был.

Друзья задумчиво сидели, ведь вера в сердце все же есть. Люсиль отважилась, как прежде, поверив, гнев преодолеть. Друзья, обнявшись, замолчали, увидев дивный горизонт. И даже если шанс был малым, надежда теплится еще.

***

Был Эстер рядом с Себастьяном, терзал хранителей недуг, как истязали раны ядом, какие трудности вокруг. Себастьян был взволнован жутко, о том, как можно им помочь, но Эстер знал, что сын вернется, ведь из теней вернулась дочь. Но все же, как бы ни терзало, а Люминор еще живой, пускай вода не помогала изгнать источник тьмы собой.

Себастьян был готов к победе, его создания ждут сигнал, они помогут, как удастся придумать им надежный план. Звезда безмерно благодарна, Себастьян очень давний друг, удача все же бродит рядом, друзья надежду разожгут.

Сейчас помочь им нужно Райли продумать этот сложный ход, теперь друзья все были рядом, их Этуаль спасения ждет.

Глава 24

Все гости прибыли в пещеру, опасность множится как хворь, сжимались лапы беспредела, но мир отчаянно живой. В пещере было безопасно обговорить несчастный ход, ведь рядом светит неустанно алмаз, что прятал от невзгод.

Усевшись, гости взволновались, тревога Райлса гнетет, пока друзья не понимали, какой дурман в пути их ждет. Хранитель, вновь собравшись с духом, раскрыл друзьям источник сил, что, проникая в каждый угол, несчастных ядом отравил.

Поведал Райли о болезни, какая душит их дома, в осколке хрупкого алмаза укрылась злобная душа. Все оказалось очень просто: когда Ладрон украл алмаз, то перенес его в пучину, подальше от горящих глаз. Пока кристалл с душою в море, по волнам мрака суть ползла, сочилось словно кровь под кожей, пока до цели не дошла. Причиной страхов был осколок, внутри него ютился Дарк, вот почему летали стражи и что искали в впопыхах.

Теперь союзникам известно, как появилась эта хворь, все потому что сердце Дарка унес из темени Ладрон. Он не хотел вреда их миру, желал лишь мрак преобразить, не ожидал, как негасимо кусок алмаза станет мстить.

Однако ужас подступает, немало и дурных вестей, ведь Люминор не исцеляет комок души, что в камне тлел. Ведь никогда никто не сможет спасти души горящий мрак, какой бы силой не владели, а им поможет только враг.

Хранитель, вновь собравшись с духом, раскрыл друзьям, что выход есть, ведь ритуал, что жизнь получит, поможет тьму преодолеть. Всего хватает для победы, однако есть один нюанс, ведь в сердце Дарка зло черствеет, Лодона в нем не отыскать. Осталось только мрак низвергнуть, что Дарка к свету возвратит, ведь без него им не удастся волшебный план осуществить.

Но все же есть одна невзгода, в его руках остался Джейк, дракона нужно было выкрасть и как возможно поскорей. Однако шаг во тьму опасен, о Дарке знает только Лив, возможно гость тропу подскажет, ведь до сих пор еще в живых. И как вообще на Дарк пробраться, лазейку знает лишь Ладрон, ведь что по части маскировки, сказать сумеет только он. Был Лив и правда очень скрытен, ведь если смог похитить мрак, то и обратно возвратиться для неуемного пустяк.

Раскрыл Ладрон чудные карты, ведь остров силой обладал, вокруг него летали стражи, ведь Дарк их силой подпитал. Король им дал души частички, что укрепляют с каждым днем, способны Дарксы жить при свете, им расстоянья не по чем. Но, все равно, они не люди, хоть говорить слегка могли, души частицы Дарку служат, создания острову верны.

Сложнее стало пробираться, ведь Дарк все ждет военный мор, он за Медею так печется, что истязается душой. Ведь дочь король растил по чести, Медея кротка и добра, но для него она бесценна, важнее нет для короля.

Медея с радостью поможет, принцесса жаждет видеть свет, она любила каждый остров, мечтая тьму преодолеть. Пускай была здесь редкой гостьей, но наблюдала каждый раз, как много гордости и чуда, что так хотелось защищать. Ладрон вернется вновь на остров и подготовит им проход, друзьям лишь нужно ждать сигнала, когда возможен их налет.

Люсиль опасность подтвердила, ведь приходилось видеть Дарк и убегать от лютой силы, что их желала разорвать. Джейк на себя отвлек угрозу, пока дракон не спас Люсиль, она не видела, что после, но мрак гибрида поглотил. Люсиль себя почти держала, в глазах поток из слез возник, но Фея руки зажимала, нельзя сдаваться ни на миг.

Но Эстер, взяв принцессы руку, как бремя тяжкое взвалил, ведь Звездный лорд не пожалел бы ни звездной магии, ни сил. Хотелось им за Джейка биться, ворваться прямо в темноту, но только бы не оступиться и не обрезать нить-судьбу. Дарк ждет войны на темный остров, сцепляя армию тесней, риск перед островом безмерен, но Джейк страдал в пылу цепей.

Сейчас им нужно разработать, как подобраться в стан врага, но сделать это безопасно, не подставляясь под удар. Во мраке люди обитают, создания ночи, дети есть, ещё одной войны не надо и так потерь совсем не счесть. Ладрон раскрыл друзьям, что помнил, какой на острове дозор, о тайных маленьких проходах, какие Лив во тьме нашел. Но разговоров было мало, ведь все же Дарк совсем не глуп, он будет ждать любого шага, ведь постоянно начеку. Надежда только на принцессу, что Джейка к свету увела, она могла бы отвлеченно их провести в обитель зла.

Себастьян был обескуражен, ведь Дарка дочь вступила в план. Откуда Ливу знать о чем же принцессы разум толковал. Откуда знать, что у Медеи порыв был чист, без зерен зла, а вдруг она помочь желает по поручению короля? Никто не знал ее мотивов, зачем она ведет игру, а вдруг предать друзей решила, ведь неизвестно никому.

Ладрон уверенно подметил, что у принцессы добрый нрав, она нашла его во мраке, отцу об этом не сказав. Люсиль принцессу поддержала, ведь та рискнула их спасти, в ней нет безумного кинжала, что все кромсает на пути. К тому же, будь она фальшивой, то предала бы в тот момент, когда из темени спасала, ведя похищенных на свет. Хотя их стражи окружили, Медее им пришлось сказать, но Лив с Люсиль сопротивлялись, она не смела их предать.

Сомнений множество скопилось, но шанс на свет еще так мал, хранитель, слушая принцессу, поверить им пообещал. Сейчас же можно отоспаться, кристалл с душой укрыл Ладон, а план расскажут только завтра, Себастьян с Эстером к ним в бой. Не смеют лорды отступиться, но помощь жаждут предложить, возможно вместе им удастся хороший план соорудить.

*** Создания мирно отдыхали, своим отправив пару писем, узнать о том, что с островами, какой успех в борьбе за жизнь? На островах опять затишье, все, что угасло вновь цветет, природа снова в красках пышет, но до сих пор полно тревог. Душа Лодона помогала ослабить мощь души теней, дышать уже полегче стало, ведь ярким светом брызжет день. Какая новость, как чудесно, коснулся слуха дивный звон, цветов уставшие бутоны раскрылись ярким ручейком. Как будто нечто предвещало победу мирных городов и снова острову грозила лишь безграничная любовь.

Под вечер, солнце уходило, клонился день опять к концу, а Джайден около растений бросал блестящую пыльцу. Как вдруг явилось беспокойство, тот посмотрел, куда-то вдаль и вдруг, увидел огонечек, что, ослепляя, запылал.

Но светлячок сияет ярко, его узнал крылатый брат, сестра такие создавала, но тот вернулся к ним назад. Возможно, тот летел от Джейка, у Фея блеск пропал с лица, возможно новость о потере нес светлячок к его рукам.

Но вдруг мелькнуло нечто в небе, трясло создание в пути, подумал Джайден о спасении, откуда Даркс узнал о них? Возможно, клок безумной силы светил крылатым как маяк, хотел бы Джайден бросить вызов, тем самым дать собратьям знак.

Создание вдруг остановилось, как будто Даркс на миг завис, но крылья тут же испарились и сорвалось создание вниз. Рванулся Фей тому навстречу и существо в полете спас, но видел Джайден не опасность, а юный блеск лучистых глаз.

Глава 25

Уставший вид, изнеможденность, а цвет лица как полотно, волос копна в косе несложной легла созданию плечо. В глазах сияют ларимары, что уловили изумруд, Фей в них глядел, не отрываясь, переводя от шока дух. В конце концов, впервые в жизни в его руках была она, но не понятно, кем являлась и для чего сюда пришла.

Ослабла гостья от полета, глаза закрылись так легко, дыхание ровное, живое, в руках у Фея ей тепло. Нет никаких переживаний, куда свалилась и к кому, но Джайден, мягко обнимая, ее держал в своем плену. Тревоги чувство растворилось, когда уселся светлячок, он лишь немного покружился и опустился на плечо. Понятно стало, что создание являлось лишь проводником, и Джайден шел в лесные земли, ведь им обоим нужен дом.

Спустился Джайден аккуратно, покрепче гостью сжав в руках, а незнакомка поддавалась, ведь так давно забылся страх. Она спала так окрыленно, как будто сон ее мечта. Как долго девушка скиталась и сколько дней была одна?

Пока спаситель нес принцессу, то рассмотрел ее лицо, ее живые очертания коснулись сердца горячо. Сейчас, увидев незнакомку, приятно было рядом быть, как будто Джайдену по силам ее от тени оградить.

Зайдя неспешно в чащу леса, спаситель звал к себе сестру. Люсиль мгновенно появилась, узнав Медею как в бреду. Забилось сердце в гулком ритме, Люсиль застыла, чуть дыша, принцесса к ним сама явилась. Но где же Джейк? Она одна? Крылатый брат увидел гостью, а рядом с ней лишь светлячок, Люсиль увидела создание, ведь отдан был как маячок. Но тот молчал, не отзываясь, Люсиль Себастьяна звала, прося его помочь в печали: «Пускай отыщут жениха».

Мария, Эван и Мадари примчались к ней на жуткий крик, и сердцем Фее обещали, что Джексон в море не погиб. Но чтобы было ей спокойно, они посмотрят мир воды, но абсолютно безусловно, что там дракона не найти.

Увидел Райли незнакомку, узнал, что это Дарка дочь, он попросил пойти за Бреди, ведь нужно девушке помочь. А сам Люсиль прижал в объятиях, сказав, что это добрый знак, уверен был, что Джексон точно живым скрывается в тенях. Ладрон ему раскрыл немало, пока продумывали план, Медея бы не отступала и не пришла по пустякам. Осталось лишь ее дождаться и все узнают в тот же день, Люсиль нельзя сейчас сдаваться, ведь Джейк сейчас нуждался в ней.

***

Медею мягко уложили, а Бреди гостью осмотрел. Он лишь усталость в ней заметил, бедняжка выбилась из сил. Ее оставили в покое, уйдя на улицу опять. Люсиль в волнении заходилась, хотелось ей не отставать. Медея здесь, она, возможно, с собою новость принесла, возможно, скажет ей про Джейка, а может грустной весть была? Люсиль ходила непоседой и не присела ни на миг, ее терзало онемение, из сердца рвался громкий крик.

Вокруг нее Звезда кружила, что не дала сойти с ума. Люсиль сдалась бы, обессилев, останься с девушкой одна. Мария вскоре прибежала, сказав, что Джейка не нашли, а это значит, дочка Дарка одна осмелилась прийти.

Чтобы бедняжку успокоить, принес ей бреди Луналуг, ведь от волнений и незнания, принцессу вымучил недуг. Люсиль дышать намного легче, спокойней стало на душе, она решила даже выйти и прогуляться в тишине. Но с ней Мария оставалась, пока амфибии в трудах, они обдумывали планы, как захватить несчастный Дарк.

Медея все спала, так крепко, как будто вновь не разбудить, а дрема выглядела скверно, казалось, сил не возвратить. Друзья старались быть спокойны, ведь не ее была вина, так долго с Дарка добиралась, какое счастье, что жива.

Себастьян лишь сопротивлялся, ведь не знаком с ее душой, а Эстер до смерти пугался, ведь явно с новостью большой. Ладрон всех лордов успокоил, сказав, что жизнь свою отдаст, но попросил тому поверить, что их Медея не предаст.

***

Медея ночью не проснулась, и ни на утро, даже днем, как много времени промчалось восстановить всех сил объем. Люсиль сильнее волновалась, как будто время злейший враг, Медея новости хранила, что Фее важно было знать. А вдруг дракон уже скончался, пока во мраке помощь ждал, Люсиль от страха замирала, терзали мысли сотни ран.

Ладрон пришел побыть с принцессой, Люсиль ведь словно замерла, пока Медеи пробужденья с безумным трепетом ждала. И вдруг Медея шевельнулась, открыв глаза, как ларимар, вокруг лишь свет дневного солнца глаза принцессе обжигал. Медея видела Ладрона, прижав к себе, как древний щит, глаза впивались в омут черный, что взгляд принцессы защитит. Принцессе снова стало легче, она увидела Люсиль, что волновалась бесконечно и за принцессу, и за жизнь.

Медея Фею обнимала, прося прощения за дурман, но тихо на ухо сказала, что Джейк покинул свой капкан. Вздохнув, принцесса улыбнулась, прижав Медею с добротой. Медея рада видеть Фею, Ладрон унес ее живой.

Глава 26

Однако дел у них немало, ведь встречу с гостьей Райли ждал, как раз принцессы не хватало заполучить одну делать. Медею вывели наружу, но солнца свет глазам вредил, Медея магию явила, закрыв глаза остатком сил.

Почуяв в сердце недостачу, принцесса вдруг в себя пришла, возможно магия на Дарке ее питала от отца, но на Белире, в мире света, осталось мало дивных сил, Медея словно ощутила, как солнца свет ей навредил. Ладрон принцессу успокоил, ведь все же рядом был всегда, а значит, справится поможет, как бы ни мучила себя.

Путь до Хранителя волшебен, Медеи взгляд направлен вглубь, как жаль, что магия тускнеет, хотелось видеть все вокруг. Сияет жизнь, переливаясь, так много красочных существ, а путь усыпан огоньками цветочных троп, ведущих в лес.

Восторг нельзя ничем измерить, Медея даже замерла, моргни хоть раз, и нить истлеет, так ощущается тропа. Люсиль раскрыла, как недавно все это место сбилось в пыль, как поредели в кронах дали, как поседел несчастный мир. Медея тягостно вздохнула, поняв, что стало их концом, душа, закрытая в алмазе, душила остров день за днем.

Принцесса здесь по просьбе Джейка, что так желает вновь домой, забилось сердце Феи с треском, услышав, словно зов родной. Медея, Фею успокоив, ей рассказала, в чем обман, ведь Джейк скрывался в мире тени перед глазами у отца. Но возвратиться был бессилен, принцесса вызвалась помочь, по сути, девушка сбежала, над ней сейчас не властна ночь.

Люсиль блаженно улыбнулась, ведь Джейк живой, чего желать, он вскоре снова рядом будет, Люсиль продолжила мечтать.

***

Пока друзья передвигались, Медея словно ожила, ей так хотелось видеть радость живой природы и тепла. Прогнать над Дарком черный купол, что создан пеплом и золой, увидеть лучики заката и блики света над водой. Усыпать Дарк волшебным звоном и блеском дивных юных звезд, дать всем, кто жил в застенках темных тот Этуаль, что взрыв унес. Увидеть шлейф луны на волнах, услышать тихий ветра звон и, убедив отца поверить, надежду дать, что тот живой.

Друзьям в пути явился Джайден, что помогал цветам расти, Медея тихо наблюдала, боясь опасность нанести, но Джайден тут же обернулся, увидев прибывших гостей, один лишь взмах прозрачных крыльев, как Фей мерцает перед ней. Медея Джайдена узнала, ведь это Фей ее поймал, она безмерно благодарна, что покалечиться не дал. Спаситель ясно улыбнулся, в глазах искрился изумруд, и, помахав рукой попутно, взлетел, как праздничный салют.

Дорога вскоре продолжалась, Медею к Райли повели, в пути здоровались с друзьями, что улыбались как родным. Медея видела, как много на этом острове тепла, пускай доподлинно известна их беспощадная судьба. Принцесса знала, что случилось, и даже дом взволнован был, ведь каждый знал о тех страданиях, пусть пыль с золой накрыли мир.

Конечно, чувство скрежетало, ведь все же гостья - дочь врага, но от радушного признания Медея даже расцвела. Она осмелилась на храбрость, доверив жизнь созданиям грез, и ощущала только радость, приняв радушие всерьез.

Отец раскрыл принцессе тайну, как уничтожен Этуаль и почему с остервенением Дарк на соседей нападал. Король увидел смерть во благо и стал таким, каким пришлось, с тех самых пор живет он в страхе, но управляет им не злость. Намного хуже выбран спутник, ведь в добром сердце тлела месть, она отца путеводитель в жестокий мир, что звался Смерть.

С тех самых пор Дарк неизменен, укрытый тьмой, скрывает мир, король вложил немало силы, когда их остров возродил. Но месть отца сменилась страхом, Дарк ожидает стук мечей, отец давно не верит в жалость, когда набросятся на тень. Охрана всюду наготове, летают Дарксы ночь и «день», несчастный остров охраняют от новоприбывших гостей.

Теперь Медея понимала, что острова не мыслят зла, ведь беспощадно потрепала несчастных жуткая война. Пусть Этуаль давно распался, а города смогли спастись, народы темени не знали, что их соседи не сдались. Никто не мыслил нападения, никто не жаждет новых войн, принцесса сердцем захотела предотвратить былой раздор. Раскрыть своим, что все в порядке, и острова не тронул мрак, и проводить друзей из тени, наполнив светом мрачный Дарк.

Как много лет их горожане превозмогали тяжкий путь, ведь, не скрывая, им сказали, что их любимых не вернуть. Друзья покрыты той же пылью и тем же ужасом золы, народы Дарка не гадали, что их родные спасены. Но что винить, ведь этуальцы и сами мучились всерьез, ведь очень долго тосковали, что мир Героида замерз.

Жестоким мукам нет прощения, Медея знала груз отца, она войны не одобряла, но ненавидеть не могла. Медея все же радость Дарка, внутри жила его душа, а дочь была земным подарком, как говорил отец всегда.

***

Хранитель встретил у пещеры, обговорить с Медеей план, понять, что двигало принцессой, зачем она сюда пришла. Медея Райли рассказала, что Джейк просил достать воды, что исцелить поможет раны и Джейку крылья обрести. Тот усадил Медею рядом, чтобы узнать про скрытый дом: что стало с Джейком, где он спрятан, большой ли был его урон?

Медея всем раскрыла правду, как от цепей его спасла, но Джексон жутко обессилен, ведь крылья темень отняла. Пришлось ему лишиться силы, ведь кандалы непросто снять, сорвав лишь крылья, получилось его похитить и сбежать.

Друзья, застыв, за ней следили, читая будто каждый вздох, надеясь, что не упустили в словах красавицы подвох. А вдруг она скрывала правду, а Джейка было не спасти, слова Себастьяна терзали, не знают ведь ее души.

Медея смело продолжала, раскрыв подробнее побег: где укрывала, кто на страже, как незаметен человек. Пускай был Джейк укрыт от Дарка у самых преданных друзей, но все же Джейк спастись обязан, покинув мир, где правит тень. Медея дело поддержала, она намерена помочь, принцесса чувствует ту жалость, что людям выстрадать пришлось.

Конечно, дело непростое, ведь Дарк немыслимо жесток, однако дочь с душою рваной, как полыхнувший огонёк. Как доверять, как не попасться в объятья спрятанных сетей, принадлежали беды Дарку, но без него не вспыхнет день. Слова Лодрона и принцессы могли лишь пылью быть в глаза, воспоминания стать подделкой по пожеланию колдовства. Но Райли, трепетно обдумав, решил принят безумный риск, и он доверился Медее, детали плана ей открыв.

Принцессе вскоре рассказали, каким был их заветный план, не стоит даже и пытаться без Дарка делать ритуал. Им для победы нужен камень, однако пусть его нашли, но не избавиться от мрака уничтожавшейся души. Лишь тот, кто злобу в сердце спрятал, способен магию забрать, отец принцессы был обязан отдать Звезде над сердцем власть.

Теперь возможность появилась вернуть их дому прежний вид, Медея с честью согласилась в союз таинственный вступить. Она друзьям пообещала, что постарается помочь, отцу принцесса план расскажет, когда вернется снова в ночь. Однако страшно становилось, ведь что же скажет дочке Дарк, а вдруг Медее не поверит и превратятся планы в крах. Медея мягко улыбнулась, отец ведь любит свою дочь, она уверена, что с делом удастся острову помочь.

Тогда Медее рассказали, что был способен Дарк отдать, в план возрождения входят части, что приходилось собирать. Им нужен их волшебный житель, что был на острове рожден, колдун, что справиться с защитой и звездный свет, что поведет. Медея сразу погрустнела, ведь колдуны на Драке есть, а вот волшебные создания давно лишенные чудес. Сложнее было и со светом, во мраке нет прекрасных звёзд, а, чтобы свет их заменило, подумать девочке пришлось.

Надежда слабая, но все же, пускай сомнений душит крик, а островные непослушно победы жаждут каждый миг. Они прекрасно понимали, что план так прост лишь на словах, но столько сделать предстояло, ведь проиграть нельзя никак. Медея лишь была их шансом, что знает остров и отца, но все же Дарк еще опасней, тревога кроется в сердцах.

***

Вода из блеска Люминора заворожила юный взгляд, принцесса страстно восклицала, как много звезд внутри горят. Но колдовство теряло силу, ведь нечем магии помочь, осколок спрятан под защитой, возможно это знает ночь.

Медея руку опустила в прохладный омут звёздных брызг и смело жажду утолила, что струйки светом разлились. Принцесса сердцем ощутила, как полыхнул в душе огонь, и каждой клеточкой вкусила, на что способен Люминор. Глазам Медеи стало легче, разлился сил речной поток, настало время возвратиться, ведь Джейк давно спасения ждёт. Испив магического дара, принцесса словно расцвела, наполнив сердце звездой сталью, взбодрила девушку вода.

Дал Райли флягу ей в дорогу и проводил принцессу в путь, но прежде чем ее покинуть, он с благодарностью вздохнул. Топазы в душу ей глядели, Хранитель верить ей решил, Медея ведь спасла принцессу, а Райли Дарксов упустил. Медея мягко улыбнулась, идя в лесу, как в юном сне, и в восхищение говорила: «Какой Хранитель был храбрец». Он так печется за белирцев, за всех друзей и за существ, казалось доблестный воитель остановить сумеет смерть.

Но Райли взгляд наполнен грустью, ведь вся уверенность лишь вид, признался он принцессе в чувствах, как ему страшно каждый миг. Кромсают душу злые мысли, что оборвется нить судьбы, а Райли может оступиться и друг истлеет взаперти. Затем сорвется план спасения, а Этуаль пойдет на дно, одна лишь нить живой надежды держала за руку его.

Медея Райли поддержала, взяв руку в теплую ладонь, она не видела в нем слабость, ведь все же Райлс был живой. Пока стучало сердце в страхе, он не сдается ни на миг, Медея верила, что Райли свою мечту осуществит.

*** На пляже толпы ожидали, Ладрон решил вернуться в тень, гостей с любовью провожали, как старых преданных друзей. Просили Джейка успокоить, друзьям добраться вновь домой, возможно скоро им удастся очистить Дарк, объятый тьмой. Родится новый мир из пепла, где научится нужно жить, пока надежда рвется в сердце, не потеряют эту нить. Принцесса с Лив с теплом глядели на провожающих друзей, а после Лив преобразился и к небу вспышкой полетел.

Однако взгляд у Райли вспыхнул, сапфир принял в себя удар, волос багровый всплеск искрился, но что стряслось, никто не знал.

Глава 27

Виски сдавило мертвой хваткой, от красных волн исходит жар, но синий блеск в глазах горящих сопротивлялся и кричал. Взглянул Хранитель прямо в небо, найти пытаясь силуэт, каленых крыльев приближение, источник всех возникших бед. Взволнован Райлс и напуган, но горожане были здесь, горящий пламень злом окутан, осталось тьму преодолеть.

Секунда лишь на размышление, а Райли страхи превозмог, прося друзей бежать скорее, укрыть людей большой поток. Все беды были так реальны, но их Хоронили как сталь, ведь не из робкого десятка, умели все держать удар.

Но черных стражников не видно, а блеск волос не потускнел, дыханье скомкано бессильно, хранитель словно «поседел». Сопротивлялся Райли мыслям, Себастьян мог быть, все же прав. Нет, не поверит он, ни в жизни, не обманулся бы вот так. А вдруг, действительно, ошибся и роковой свершился миг, но Райли стер дурные мысли, к пещере ветром поспешив. Угроза с неба не спустилась, но алый отблеск в волосах, а это значит, что причиной был красный камень в их руках.

***

Пещера в темень уводила, но Райли чувствовал подвох и не ошибся, ведь осколок отсюда некто уволок. Кто обошел его защиту и выкрасть смог источник зла? Ладрон? Медея? Некто скрытный? Пугали страшные слова.

Медея все же отвлекала, заняв внимание всех друзей, принцесса дело поддержала, а он доверил бремя ей. Но в этот миг, пока хранитель ей открывал души секрет, был некто, кто алмаз похитил, но кто же этот человек?

А вдруг Ладрон, такая хитрость, но в чем же был его мотив? Войти в доверие к Всевышним, всех этуальцев захватив? Ладон обрел кусочек сердца, пускай внутри жила душа, но рассуждение было скверным: зачем их жизням угрожать? Как все запутанно и сложно, а может быть в том есть обман, Ладрон ведь в Темень возвратился, а если он алмаз забрал?

Нет, это бредни, все пустое, ведь у знакомых нет причин, в принцессе жил души осколок, что Дарк в дочурку подсадил. Но не могла она так просто проделать этот долгий путь, в конечном счёте, им обоим пришлось немыслимо рискнуть.

Ладон! Лишь он был рядом с камнем, он сможет дать тому ответ, но Райли в ужасе отпрянул, ведь в сердце камня Старца нет. Ладон сиял в своем осколке, но в этот раз, алмаз тускнел, кто обладал подобной властью, но даже Старец обомлел?

Схватив угаснувший обломок, понесся Райли, что есть сил, ведь Люминор лишь не поддался, ему никто так не вредил. Вода поможет Старцу выжить и тот расскажет, в чем обман, но Стражей все еще не слышно, а люди скрылись по домам. Как хорошо, что обучение всегда спасало людям жизнь, никто в войне не пострадает, народ скрывается в тиши.

***

Кристалл коснулся водной глади, блестящий свет пронзил насквозь, но жизни не было в алмазе, его предчувствие сбылось. Кто мог похитить красный камень, забрав с собой и жизнь Звезды? От осознания новой раны, у Райли слезы потекли.

Но нет, он сдаться не намерен, Хранитель вытер слезы с глаз и обливал кристалл надеждой, пока не вспыхнет вновь алмаз. Но как бы Райли не старался, осколок сердца камень лишь, но Райли бился и пытался, пока не отдал камню жизнь.

Лоренс немало жил в алмазе, наследие Райли получил, возможно, если он не спятил, то передаст немного сил. Алмаз пропитывался светом, что отдавал ему храбрец, пока кристалл в руках не вспыхнул и не отбросил наконец. Удар об дерево был мощным, кристалл ворвался в Люминор, а Райли, магией иссохший, лежал, ударившись об ствол.

*** Рука щеки коснулась мягко, к губам прижался пузырек и струйкой теплой и блестящей полился к горлу ручеек. Глубокий вздох, глаза открылись увидев Тессы теплый взгляд, но Райлс словно обессилел, ведь крепко к дереву прижат.

Звезда немного приподняла, под головой поправив плащ, а Райли, словно задыхаясь, допил воды, слегка кривясь. Болело тело от удара, а в голове слегка шумит, но струйка свежего «нектара» по телу радостно бежит.

Вода свершила свое дело, вернула магию назад и силы Райли укрепила, что парень смог соображать. Он вспомнил, что хотел увидеть, ведь силу отдал старику. Куда обломок был откинут? Принц заметался как в бреду. Но Тесса шум остановила, и он увидел ее вид, она сидела в мокром платье, а пламя в камне вновь горит. Звезда нашла в воде Лодона и Райли около ствола, принц разглядел во взгляде горе, решил, что это неспроста.

Звезда совсем не полыхала, в ее глазах ютилась мгла, наверно стражники спускались, возможно, видела она.

Хранитель вдруг затараторил, прося подать ему алмаз, Лодон лишь видел незнакомца, за что мучительно угас. Он должен знать, кем был несчастный, что обошёл волшебный щит и, не задумавшись о страхах, кристалл волшебный утащил.

Но Тесса Райли удержала, ведь ей известен был чужой, на самом деле злостный камень украл из темени Линор.

Казалось все дурным кошмаром. Каким безумным был удар, что разум вышиб беспощадно, подсунув то, чего не ждал. Не может быть, Линор невинный, не мог так подло поступить, ведь знает сам, насколько сильно мечтают остров оживить. К тому же, в чем была причина, ведь он с врагами не знаком, зачем помочь был им повинен? А если это шаг такой? Линор, возможно, шанс увидел, скрепить союз из двух миров и он обломок тьмы похитил, как дар, что ценен больше слов.

Какой немыслимой поступок, как сильно предан им Линор, раз сам решил закончить дело, вступая в сделку с Темнотой. Но Тесса только отдалялась, витая в мыслях где-то там, но рассуждения не прервала, как будто веря всем словам. На самом деле, друг похищен, его душой владеет Дарк, ведь в их последнее мгновение, пылал огонь в его глазах.

Сорвался голос, Райли замер, но обнял Тессу, что есть сил, ведь понимал, Звезда сдавалась, так тосковала и Люсиль. Хранитель верил, все удастся, они вернут друзей домой, но нужно было разобраться, кто их загадочный связной. Как получилось, что Линором вдруг овладел король Теней, ведь если оба не знакомы: случайность, выбор или плен?

Лодон пришел на крики принца, ведь сам безумно поражен, он рассказал все то, что видел и как напуган был душой.

Линор пришел совсем нежданно, Лодон не сразу понял план, ведь скрипы красного кристалла он в той же дымке ощущал. Когда осыпалась защита, Лодон увидел жуткий взгляд, глаза Линора в ярких искрах зажглись как алый бриллиант.

Внутри него горела сила, что так похожа на алмаз, Линора пламя захватило, Лодон хотел нарушить связь. Но Старец слаб, пока осколки так далеко спасения ждут, он не сумел сразить потемки, Линор вобрал его в сосуд.

В одном Ладон не ошибался, был Дарк немыслимо хитер, раз он имеет столько власти, что здесь «союзников» нашел.

Рассказы Тесса подтвердила, Линор светился как огонь, на остров стражники спустились и унесли его с собой.

***

Звезда заметила в укрытии, что от Линора нет вестей, он как друзья, погряз в событиях, сопровождая всех людей. Когда же все спустились в бункер, Линора Тесса не нашла, тогда и бросилась на поиск, но обнаружила пожар.

Спасти Линора не сумела, но остров хоть не пострадал, Дарк захотел вернуть обломок и он его назад забрал.

Тогда Звезда искала Райли, ведь тот не прятался как все, а это значит лишь - опасность, она была сейчас везде. Но Тесса Райли отыскала лишь без сознания у воды, прошло уже часов немало, давно Линора унесли.