Арвуаль. История четвертая. Мируаль. Жемчужный путь

Пролог

Повозки двигались вдоль поля, внутри рабочих много было, народ своей большой колонной стремился к месту их прибытия. Они подъехали к руинам, что городской тюрьмой являлись, когда-то эти «полустены» немалой жутью пропитались. Здесь было много заключенных: бандиты, беглые убийцы, полно невинных заключенных, кому судьба здесь очутиться. Бандиты ждали приговора, а кто-то ждал свою кончину, так много лет сменялись люди из-за сменявшейся причины.

Сейчас же, здесь царит разруха, тюрьма уже давно пропала, остались лишь одни руины, что о былом напоминали. Рабочих было очень много, кого везли снести остатки, руины нужно уничтожить до основания, безвозвратно.

Работа вскоре закипела: стучали молоты об камни, скрипели длинные повозки, что загружались валунами. Народ до самой поздней ночи освобождает это место, пытаясь всюду уничтожить следы «потерянной надежды».

Два дня прошло, работы море, рабочих много прибывало, что продолжали рушить стены, не оставляя ни детали. Но все же, как бы не хотелось, а их работа осложнилась: одна стена была такая, что проломить не получилось. Народ старался так и эдак, стена совсем не поддавалась, но, приложив немало силы, по стенам трещина помчалась. Работа жестче закипела, ломали трещину сильнее, долбили стену, как возможно, пока совсем не ослабели.

Когда рабочие сменились и снова место окружили, стена обрушилась с удара, укрыв людей под слоем пыли. И, валуны передвигая, рабочих взгляды помутились, они стояли, пораженно, все инструменты уронивши. Стена открыла человека, что связан был тугой веревкой, сидел он, будто бы заснувши, решив, что ждать не будет толка.

Рабочих это напугало, ведь дряхлым стенам не неделя, как человек, что замурован, остался цел за это время? Решили вытащить беднягу, ведь сколько лет он был здесь спрятан. И, аккуратно приподнявши, они застыли, не вздыхая. Был человек по виду мертвый, но теплота исходит точно, да только сердце не стучало, что озадачило рабочих.

Какая это чертовщина, что происходит в самом деле, они решали, что им сделать, чтоб избежать судьбы мучений. Случайно духа потревожишь, и жизнь твоя уйдет бесследно, а здесь, сейчас, в руках рабочих, был человек совсем нетленный. Они решили сжечь беднягу, все лучше, чем его оставить, да и не ясно, что с ним будет, ведь случай просто небывалый.

Работу тут же отложили, все было сделано как надо, трудяги бревен натаскали в приготовление к ритуалу. Веревки сняли с бедолаги и понесли его к поленьям, но незнакомец как подпрыгнул, что распугал людей мгновенно. Он огляделся по округе, увидел всех, кто были рядом, и побежал куда-то в чащу, да так, что вряд ли бы догнали.

Всех, кто увидел незнакомца, болезни жуткие сразили, а те, кто вытащил «беднягу», сошли с ума, лишаясь жизни. Никто не вышел невредимым, никто не выжил после встречи, увы, совсем необъяснимо, что приключилось в этот вечер.

Глава 1

Шатер, пестрея в дивных красках, неспешно ехал по дороге, внутри него сидела пара, что направлялась в яркий город. Простой дуэт бродячих бардов, что стали новыми для мира, но это им не помешало нести искусств прекрасных силы. Рут - виртуоз в игре на скрипке, его игра была как чудо, в ней словно бились ураганы, ручей спускался с гор безумно, а иногда стучали ливни, струился свет, был слышен шелест, фантазий мир кружился вихрем, кому судьба была услышать.

А Шери пела так лирично, что замирало всюду время, когда услышать удавалось ее чудесные напевы. К тому же, девушка умела владеть чарующей свирелью и с мужем Рутом выступала, создав с ним множество мгновений. Пускай, они не популярны и горстке судеб лишь известны, но это паре не мешало узнать побольше мест чудесных.

Блестят вдали на солнце башни и новый город на подходе, шатер, украшенный цветами, въезжал в открытые ворота. Подъехав к площади безлюдной, ведь утро лишь в права вступило, артисты вышли оглядеться, а город был такой красивый.

Когда играло солнце в небе, и стало очень многолюдно, бродяги-барды вышли к людям в своих расписанных костюмах. Артисты живо приглянулись, народ плясал и веселился, а Рут и Шери безустанно давали радость новым лицам.

Уже спустился теплый вечер, поток огней пылает ярко, а барды все играют песни, что люди громко напевали. Как вдруг раздался странный голос, кричала женщина в испуге, а голос, смешанный с рыданием, казалось, был подобен жути. Взглянули барды друг на друга, прервав души порыв веселый, и наблюдали за картиной, что развернулась средь народа.

Казалось странным это дело, но эта женщина кричала, казалась речь ее несвязной, что всех в округе распугала. Но Рут и Шери все смотрели, понять пытаясь, в чем же дело, и различить сумели просьбу, она лишь помощи хотела. Но странно было в этом деле, что люди крику не внимали, беднягу лишь схватили крепко и оттащили бездыханно. Как будто это было просто, как будто вовсе все в порядке, но барды больше не хотели задорной музыки и пляски.

Решив разведать все детали, ушли артисты на прогулку и набрели на паб гудящий, где можно все узнать о людях. Усевшись вместе с остальными, народ был рад их видеть снова, но в этот раз друзья сидели, а песен звон был приглушенным. Пока дуэт общался вместе и изучал мелодий звуки, решили выведать о деле так тонко, словно странный случай. Но для народа «представление» совсем не значило так много, и барды, слушая рассказы, смогли разведать о тревоге.

Не в первый раз у них рыдания, случилось все совсем недавно, трудяга Вена заболела, когда лишилась мужа Дага. С тех пор она лишилась силы, лишилась полностью рассудка, была уверена, что Дага похитил кто-то очень жуткий. Она совсем в себе закрылась, но каждый раз под вечер только жена выходит с криком к людям и причитает о тревоге. Хотя они вдвоем с супругом не совершали преступлений, для горожан опорой были, пекарня их была отменной. В семье полгода как разруха, душа потрескалась у Вены, никто помочь, увы, не может, соседка ведь во власти бреда.

Узнав и то, где был дом Вены, артисты встали потихоньку и, попрощавшись с остальными, решили выйти на прогулку. И аккуратно продвигаясь, они, без лишнего внимания, пошли по улице пустынной, к несчастной Вене, что страдала.

Дом Вены был неподалеку, совсем увядший от печали, казался мрачным и тревожным, совсем от горя обветшалым. Тихонько Шери постучала, но было тихо и уныло, но Рут, взглянув в окошко дома, в лохмотьях женщину увидел. Она лежала на кровати, казалось, вовсе не дышала, но Рут и Шери взволновались и, дверь толкнув, в тот дом попали.

Внутри немыслимо уныло, такое мрачное все было, но Шери бросилась к бедняге, что здесь лежала в слое пыли. Рут посмотрел на обстановку, вздохнул слегка и, щелкнув звонко, глядел как темень исчезает, уходит пыль и мрак из дома. Зажглись фонарики повсюду, внутри все стало так красиво, но только женщина, казалось, под чистоту не подходила.

Сейчас лишь барды разглядели, как молода она, бесспорно, как сильно темень потрепала ее, измученную горем. Они остались ненадолго, пока она не пробудилась, но, пробудившись, Вена только на двух гостей своих дивилась. Какой же сон прекрасный этот, как было с ней совсем недавно, но только лишь в уютном доме ее супруга не хватало.

Когда же девушка узнала, что это все взаправду было, она немного испугалась, но Шери вопль усмирила. Она сказала о тревоге, какую вызвала в них Вена, друзья пришли помочь, с чем смогут, пускай расскажет, в чем же дело.

Смотрела Вена, не мигая, зачем же, было это делать? Зачем же лезть в ее страдания, зачем топить ее в мученьях? Но Рут сказал, что все иначе, они помочь хотят бедняге, но Вена, в это не поверив, вдруг прогнала гостей незваных.

Стояли Рут и Шери вместе, лишь понимая, как все скверно, но уходить не собирались, они должны найти решение. И, притаившись возле дома, друзья смогли увидеть правду, когда заметили, что Вена из дома тихо убегала. Они, как это было можно, пошли за ней, подобно тени, чтобы узнать весь тайный смысл ее чудовищных волнений.

Соседка шла и шла по тропам, свернула в лес и в нем пропала, но барды были как ищейки и следом шли, не отставая.

Застыли барды ненадолго, стояла Вена неподвижно, лишь оглядела лес повсюду, а мир притих, вокруг затишье. Но Рут и Шери онемели, ведь, где-то рык раздался тихий и вдруг на Вену налетели, свалив ее на землю с криком. Безумный зверь, что схожий с монстром, не походил на живность леса, он навалился так внезапно, что разнеслось по лесу треском. Но Рут махнул своей рукою и монстра бросило к деревьям, а Вена тут же закричала, что бедный муж ее потерян.

Стояли гости пораженно, ведь, по рассказам, что узнали, муж Вены был убит волками, что его тело обглодали. Настало время разобраться, что было с ним на самом деле, и Рут связал его немного, чтобы сберечь беднягу Вену. Но монстр стал преображаться, в нем человек виднелся снова, но только выглядел космато, пока не стал самим собою.

Сидела Вена, отрешенно, пока артисты суетились: смогли разжечь костер соседке и потеплей ее укрыли. Она смотрела лишь на монстра, все ожидав, когда очнется, но монстр вскоре шевельнулся и постепенно стал спокойным. Как изможден был вид мужчины, как он изранен и встревожен, но попросил его не трогать, покуда связан был надежно. И с разрешения супруга решила Вена им открыться и рассказала о печали, что в их семье теперь таится.

Когда-то Даг ушел за дичью, жена ждала его в пекарне, но вместо пойманной добычи, внесли супруга, что был ранен. Его нашли в лесу случайно, когда вокруг кружили волки, волков охотники убили, а Дага вновь несли до дома. Как Вена с делом не старалась, а Даг погиб от раны быстро, тогда-то жизнь остановилась, она совсем лишилась смысла.

Когда его похоронили, для Вены жизнь была кошмаром, их милый дом пришел в негодность, его хозяйка угасала. С тех самых пор все было в тягость, жена всегда была у мужа и постоянно засыпала и под жарой, и в лютой стуже. Но как-то ночью из могилы он вылез снова, как и прежде, но убежал куда-то в чащу, а к Вене вдруг пришла надежда. Она совсем не испугалась, а лишь рванула вслед за мужем, как хорошо, что Бог их рядом, он дал им шанс для жизни лучшей.

Когда она нашла супруга, тот вновь узнал жену, как прежде, но Даг просил бежать отсюда, ведь Вены жизнь не станет прежней. Тогда-то Вена и узнала, что вовсе волки не причина, они его оберегали от злого чудища, что было. Их Бог Гаркан - спасенье Дага, он монстра прочь прогнал скорее, сейчас же, Даг был этим монстром, ведь заразился этой скверной.

Несчастный Даг себя теряет, и с каждым днем все только хуже, а Вена хочет исцеления, но не хотят бедняжку слушать. Народ считает, что у Вены рассудок был утрачен горем, а Вена вовсе не безумна, она спасти супруга хочет. Но Даг сказал, что понимает, он так желал бы быть с ней рядом и наконец спастись от хвори, что его жизнью помыкает.

Но барды, слушая рассказы, не понимали, в чем же дело, чего же к ней не обратились? Мирель бы им помочь сумела. Гаркан откуда-то явился, но, кто же он, совсем не ясно, но Вена с Дагом сообщили, что о Мирель не знают даже.

Безумство бардов взволновало. Мирель была Богиней мира, так почему о ней не знают, как будто, попросту забыли. А стало быть, все только хуже, раз это так, то все пропало, бродягам нужно сделать дело, пока безумней все не стало.

Глава 2

Опять у Дага помутнение, опять он чувствует тревогу, растет внутри частица зверя, что снова выйдет на свободу. Просил жену не возвращаться, не приближаться ни на метр, когда он Вену растерзает, то исцелиться не сумеет. Держалась Вена, как возможно, лишь наблюдая за супругом, который бьется сквозь веревки, пытаясь снова стать свободным.

Опять исчез привычный облик, исчезло все, что так знакомо, взамен, глаза зажглись янтарно, открылась пасть большого монстра. Веревки, благо, задержали, порвать их монстр был не в силах, но делал он все только хуже, смотреть совсем невыносимо.

С волнением Вена растерялась, но в ноги бросившись двум бардам, она просила о защите: «Пусть спасут любовь их с Дагом». У Шери все перевернулось, а Рут поднял на ноги Вену и сообщил, что все удастся, они помогут непременно. Друзья просили отдалиться, пойти домой и ждать их с Дагом, но Вена тут же отказалась: «Не убежит, пока он рядом». Тогда-то Шери попросила не приближаться к ритуалу, пускай жена, еще немного побудет чуть вдали от Дага.

На это Вена согласилась, она осталась рядом с мужем, но лишь его руки коснулась, пока он был лишенным чувства. А Рут и Шери удалились, вдвоем уйдя поглубже в чащу, чтоб защитить от нападения спасения ждущую бедняжку.

Забравшись в лес немного глубже, стояли барды, понимая, что их задача осложнилась, такого ведь не ожидали. Задача их весьма простая, но все не так на самом деле, теперь им нужно разобраться, кто был виновником затеи.

Свирель зажглась в руках у Шери, она взглянула по округе и заиграла нечто громко, наполнив лес лиричным звуком. Ее свирель была волшебной, могла призвать кого угодно, и Шери монстра призывала, что был виновником разгрома.

Мелодий звук тянулся дальше, казалось, лес наполнен силой, и очень скоро показался косматый монстр с глазом синим. Рут посмотрел на глаз блестящий, а Шери тоже осознала, что это был не просто монстр, а чье-то жуткое создание. Безумный дух ютился в Даге, что изнутри его губило, подумать страшно, что бы стало, когда бы Дага поглотило.

Но Рут сжимал покрепче скрипку, что вскоре стала арбалетом, свирель у Шери удлинилась, в руках копье блестело светом. Загнали барды монстра в чащу и бились с ним все с большей силой, пока огромный жуткий монстр в ногах у них не растворился. Остался глаз лишь от создания, и Рут его поднял скорее, они нашли, что было важно: в руках жемчужина горела.

Друзей терзало беспокойство: кто создал чудище такое? И Шери снова заиграла, маня создателя разбоя. Но как бы Шери не играла, как не старалась лес заполнить, а на призыв ее свирели не появился даже образ. Провалом бардов напугало, ведь устоят одни лишь Боги, так, стало быть, Гаркан реален, когда же Бог явился новый? Но что же стало с их Богиней? Совсем ослабла от упадка, и вдруг нашлась ее замена? Все это было непонятно.

Вернулись Рут и Шери к Вене, жена уже сидела с Дагом, он снова был в привычном виде, почти совсем закрылись раны. Соседка вскоре подскочила, спросив у бардов, как все было, неужто Дага исцелили, забрав чудовищную силу? На это Шери улыбнулась и закивала, подтверждая: «Они теперь домой вернуться, все будет так, как пожелали». Но Даг немного испугался, как возвратиться он обратно, когда всем людям в Шерадоне известно было об утрате? На это Рут сумел ответить: «Народ забудет все об этом». Он снова скрипку в руки взявши, наполнил лес напевом ветра. Все унесет весенний ветер, исчезнут всех людей тревоги, а Даг и Вена будут вместе, Мирель теперь для них опора.

Мгновенно мир преобразился, и Вена с Дагом говорили, что никогда не сомневались в волшебной магии Богини. Они всегда ей доверяли, всегда просили о защите, но, что случилось с ними позже, они совсем понять бессильны.

Вернувшись вскоре к Шерадону, все получилось, как твердили: народ приветствовал влюбленных, как будто все в момент забыли. Опять их дом цветет, как прежде, опять пекарня процветала, а Вена с Дагом снова вместе, совсем не знавшие Гаркана.

У них артисты погостили и вновь отправились дорогой, но Вена их благодарила, спросив тогда про дар особый. А Рут и Шери рассказали, что силы их даны Богиней, друзья – жемчужные монахи, что у Мирель давно служили.

За честность Вена благодарна, она явилась в храм Богини и поднесла конфет мешочек за то, что их Мирель все видит. Она послала им спасение, она дала им шанс на счастье, теперь, все будет по-другому, теперь не нужно опасаться.

Монахи, бросив взгляд на город, в раздумьях были и в смятении, откуда же напасть явилась и чем бы вновь помочь сумели? Но вскоре путь их прояснился, одна жемчужина явилась, теперь, друзья найдут то место, где остальные разместились.

Но нужно быть теперь на страже, ведь новый Бог – чужак жестокий, он отбирал народа веру и заменял Мирель собою.

Алтарь богини был в повозке, друзья сказать ей попытались, но неизвестно было вовсе, как быстро сил Мирель лишалась. Насколько вера пошатнулась у тех людей, кто были с нею, совсем не ясно было бардам, как прекратить ее мучения. Богиня им не отзывалась, скорее, сил лишаться стала, осталось лишь найти весь жемчуг, что возвратит ее обратно.

Глава 3

Продолжив поиски жемчужин, монахи снова на дороге, одна жемчужина – их лучик, что указать им путь поможет. Пока друзья в пути опасном, старались выведать немного, возможно, кто-то был с ним рядом, возможно, кто-то знает Бога. Свирель сумела дать подсказку, пусть и не так легко все было, но появился некий образ, хоть и совсем не говорил он. Тогда-то Рут и заподозрил, что силы много у Гаркана, его прислужник даже скрытный и под защитой небывалой.

Пока еще ведет дорога, играла Шери на свирели, но странный образ растворялся, разведать все еще сложнее. Возможно, их Гаркан приметил и помешает всей затее, остаться нужно наготове, пока еще осталось время.

Но путь жемчужины был прерван, свернули барды в некий город и разглядели в жутком виде безумно вспыхнувшую бойню. Создания были в странном виде: из трав, воды, песка и палок, старались монстры рушить стены, но люди им не поддавались. Повсюду лучники и войны, горят создания и деревья, но стены города дрожали от этой мощи нападений. Монахи сразу осознали, что был похищен их защитник, ведь эти странные создания не нападают без причины.

Унзу́ры – так их называли, не пробуждаются случайно, но, если это приключилось, то монстры станут палачами. За все, что сделали им люди, за малый вред, что причинили, Унзу́ры мстят, не прекращая, пока людей не истребили. Создания сами добродушны, они поддерживают силы и проживают ближе к лесу, но усыпляет их защитник. Он награждает их покоем и за природой наблюдает, пока создания спят спокойно и землю магией питают.

Защитник им дает возможность увидеть красочность природы, закрыть глаза на все ошибки, что совершаются народом. Вода нужна и живность леса, нужны им доски и паленья, но для Унзу́ров эта дикость являлась страшным преступлением.

Создания вскоре исчезали, клочки рассыпались повсюду, вокруг стены трава лежала, лежал песок и ветки грудой. Народ сумел вздохнуть немного, атака снова прекратилась, но оставались наготове, пока опять не пробудились. Создания мигом появлялись и так же быстро исчезали, народу не было покоя, пока вокруг атаковали. Но, несмотря на страхи бойни, гостям народы были рады, хоть и однажды получилось, что их защитника украли.

Монахи въехали в ворота и назвались опять как барды, а горожанам стало лучше, ведь им веселья не хватало. Ручьями музыка звучала, народ устало веселился, пускай и к бою возвращался, сходить с постов совсем нет смысла, но Рут и Шери постарались помочь в спокойствии Унзурам, друзья мелодии играли, что успокаивали бурю. Создания быстро усмирялись и рассыпались по дорогам, еще немного дали время пожить от ужасов спокойно.

Решили выведать немного, что приключилось и давно ли, тогда историю поведал им бургомистр очень скоро.

Их бургомистр звался Дьюик, он управлять Ланти́ром начал, старался быть во всем ведомый и верно справился с задачей. Ланти́р расцвел, все получилось, гостей в их городе немало, гостями их ценились груши, что постоянно раскупали.

Однажды все перевернулось, явились фокусники в город, они неделю развлекались и развлекали здесь народы. Вот только вскоре, поздней ночью, сбежали гости так нежданно, а город чуть был не разрушен и, может быть, до основания. Унзуры город захватили, хоть удалось закрыть ворота, но в тот момент, как исчезали, народ сгребал от них «осколки». Успели вынести остатки за эти стены и ворота, но все никак не понимали, что пробудило их в природе. Защитник их - фонарь волшебный, он был на месте, как и прежде, но почему пришли Унзуры совсем им было неизвестно.

Однако вскоре оказалось, что их защитника украли, на месте лишь была подделка, что походила на фонарик. «Иллюзий магия» слетела, и все теперь им стало ясно: вот почему они сбежали, вот почему же так внезапно.

Тогда-то эти горожане и обратились вновь к Богине, надеясь, что она поможет и вновь вернется их защита. А тот фонарь был так прекрасен, спиральной формы, с огоньками, переливался в ярких красках, и лился свет такой хрустальный. Но просьбы были словно тщетны, Мирель на зов не отзывалась, и им пришлось самим справляться, с тех самых пор они сражались.

Но горожане постарались задобрить как-нибудь Богиню, ведь упустили тот фонарик, Мирель, наверно, зла отныне. Но все равно народ старался носить Богине подношения, все ждут, пока она ответит на тот призыв об исцелении.

Воскликнул Рут совсем нежданно и побежал в прыжках к повозке, а возвратился к ним обратно с расшитым нитями мешочком. Он распахнул его скорее и из него достал Фонарик, что горожане обомлели, ведь этот дар и потеряли.

Но бургомистр удивился: «Откуда же у них защитник?» Тогда-то Шери по секрету им рассказала, что случилось. Она и Рут – контрабандисты, друзья крадут и выкупают, так много всякого товара к ним в руки часто попадает. Фонарь они нашли случайно, его им отдали в награду, когда они достать сумели для их заказчика товары. Ну как в награду это было, они его стащить сумели, уж очень паре приглянулся, могли продать за кучу денег. Пусть не волнуются об этом, не будет пара красть предметы, лишь возвратят в Ланти́р защиту, что так важна для сна и света.

Им бургомистр улыбнулся и, сжав реликвию покрепче, под громкий гул аплодисментов, вернул защитника на место. Фонарик снова стал прекрасным, он засветился, как и прежде, покой в Лантире воцарился, опять зажегся свет надежды.

Дуэтом пели Рут и Шери, и снова люди веселились, а Дьюик вновь бежал до храма, благодарить Мирель за милость. Мирель не злится на их город, раз подослала им спасение, они опять домой вернули давно утраченную ценность. Теперь-то, с большой заботой, фонарь народ укрыть сумеет, Унзуры пусть поспят спокойно и отдохнут от нападений.

Настало снова это время, когда им нужно удалиться, ведет их дальше синий жемчуг, чтоб наконец восстановиться. Опять у Рут и Шери мысли: неужто здесь Гаркан глумился, но это было очень странно, ведь вера здесь не изменилась.

Стремились дальше по дороге, найти жемчужины так надо, и, может быть, дуэт узнает хотя бы малость о Гаркане.

Глава 4

Расположившись поудобней, шатер поставили бродяги, товаров много разложили, торговля будет очень кстати. Красивый город был ухожен, полно деревьев с пышной кроной, большая площадь многолюдна, где наблюдать за всем удобно.

Их лавка тут же приглянулась, толпа людей вовсю глазела, ведь никогда не любовались рядами дивных украшений.

Но среди них, в угрюмом виде, прошел мужчина, все вздыхая, а мужчину Шери оглядела и к незнакомцу побежала. Она ему заулыбалась, просив тепло зайти к ним в гости, у них найдется много чуда, какое только гость попросит. Мужчина только отмахнулся, не поднимая взгляд угрюмый, сейчас ему не интересны ни украшения, ни чудо. Но Шери, взяв его за руки, тянула к лавке за собою, а гость поплелся вслед за нею, попавши в плен своих раздумий.

Пока она в вещах копалась, он все глядел на украшения, но был каким-то отстраненным, совсем лишенным настроения. Мужчина лишь сказал, что занят, ему не нужно было диво, и он, ступив лишь шаг от лавки, хотел поспешно удалиться. Но Рут сказал, что есть вещица, какая силой обладает, пускай задержится немного, находка эта нужной станет.

Вернулась Шери с канделябром, лишь три свечи на нем стояло, и незнакомцу протянула, о нем попутно объясняя. А канделябр необычный, огонь на нем пылает ярко, он провести способен душу и даже в самом жутком мраке. Но незнакомец встрепенулся, глаза расширились мгновенно, откуда же торговцы знали, что для мужчины было ценно? Но Шери только рассмеялась, сказав, что чувствовала это, друзья ему подарок дарят, пусть этот дар всю тьму рассеет. Мужчина чуть не прослезился, ведь благодарен за подарок и вдоль по улице помчался, в руках сжимая канделябр.

Настала ночь, мужчина снова пришел на пристань с канделябром, он лодку взял неподалеку и светлый дар на ней поставил. Огонь потух, укрывшись тенью, не видно вовсе капли света, лишь светлячок совсем далекий светил ему во мраке этом.

Настало время отправляться, мужчина свет зажег на даре и, мир, действительно, открылся, он видел путь перед глазами. Мужчина рад, что все в порядке, в подарке не было обмана, но как они узнать сумели, что для мужчины было надо? Раздумья вовсе неуместны, сейчас была одна задача – дойти обязан был до света, минуя руки неудачи.

Он аккуратно плыл на лодке и понимал, в чем было дело, преграды всюду появлялись и исчезали постепенно. Тот обходить их попытался, огонь свечей пылает ярко, мужчине был весь путь открытый, от света даже стало жарко.

Весь путь, как будто, стал надежным, мужчина видел все преграды и обходил их очень точно, а дальше двигался как надо. Мужчина вдруг заулыбался, ведь очень долго грусть давила, совсем не мог пройти дорогу, ведь испытание губило. Но в этот раз все удавалось, до светлячка осталось мало, как вдруг волна укрыла лодку, его в пучину погружая. Мужчина смог залезть на камни, но лодки он, увы, лишился, как и лишился канделябра, но, что же дальше делать было?

Мужчина бросился в унынье, но светлячок мерцал во мраке, но как ему теперь добраться? Мужчина вновь тоской зажатый. Он потерял свою надежду, сегодня ведь опять попался, до светлячка не доберется, а завтра будет вновь пытаться. Тот захотел лишь прыгнуть в воду и отключиться ненадолго, ведь каждый день он просыпался на берегу в одежде мокрой.

Мужчина только начал прыгать, как вдруг опять огонь явился, и он увидел свет во мраке, что к светлячку его стремился. Мужчина тут же удивился, он обернулся не вздыхая, и вдруг увидел свет далекий, что освещал весь путь с причала. Сейчас нет времени на мысли, нельзя остаться здесь, на камне, он прыгнул в воду очень резво и плыл к победе неустанно.

Казался путь таким далеким, но тот упорно плыл на берег и об одном просил, чтоб только не испарялся «путь» на землю. Устали руки, все гудело, но он плывет в дорожке света, а светлячок огнем пылает, ведь стал немыслимо заметным.

И вот он, берег, наконец-то, и светлячок уже так близко, мужчина шел на огонечек, и вскоре девушка возникла. Тот светлячок мерцал в подвеске, мужчина плыл на этот отблеск, и наконец-то все свершилось, он испытание закончил.

Они стояли, обнимаясь, ведь наконец свободны были, на небе звезды загорались, а на воде блестели искры. Исчез весь мрак, исчезла темень, вокруг теперь все светит ярко, на небе месяц появился, и звезды светятся подарком.

Возникла лодка у причала, они вернулись на тот берег, и он увидел двух торговцев, что принесли ему спасение. Стояла Шери, улыбаясь, ее копье пылало ярко, она копьем весь путь светила, чтоб завершилось испытание.

Но Рут увидел украшение, в подвеске был зеленый жемчуг, и бард спросил, что приключилось, что было с ними в это время? Мужчина был им благодарен, ведь испытание закончил, и он доверился бродягам, их пригласив сейчас же в гости.

В гостях, про все друзья узнали, что приключилось с этой парой, а эта пара, все как было, им без утайки рассказала.

Тот им представился как Роберт, они с сестрой одни остались, на свете больше нет роднее, они сберечь семью старались. И было все у них прекрасно, пока не прибыл незнакомец, очаровав сестру заклятьем, он появился на пороге. Как будто Лидия пропала, совсем не видела подвоха, они знакомы лишь мгновенье, откуда вспыхнуть здесь любовью?

Но брат расспрашивать пытался, чем же сестра так восхитилась, чем приглянулся незнакомец, что вдруг без памяти влюбилась? Ей что-то голову вскружило, сестра несвязно говорила, как будто видела в нем душу, как будто в нем был центр мира. Но Роберт очень волновался, сестра всегда была умнее, да только Лидия твердила, что полюбила в самом деле.

Однажды гость к ним заявился и преподнёс сестре подарок, он подарил ей ту подвеску, что разлучила их внезапно. У брата все перевернулось, сестра пропала как бесследно, а вместе с ней пропал мерзавец, что разыскать их было тщетно.

Несчастный брат взывал к Богине, Мирель помочь могла бы в этом, да вот Мирель не появилась, не помогла ему советом. Тогда, узнал он о Гаркане, что отозвался на призывы, Бог сообщил, что тот мерзавец его сестру сумел похитить. Она находится во мраке, брат отыскать ее сумеет, когда закончит испытанье, но это сложная затея. Сестра для Роберта бесценна, он для нее пойдет на риски и возвратит ее обратно, не сдастся брат и даже близко.

Гаркан сказал, что нужно брату, и испытание Роберт начал, но каждый раз, как не старался, лишь настигала неудача. Был Роберт должен каждой ночью брать лодку около причала и плыть во мраке на фонарик, что светлячком вдали мерцает. В кромешном мраке беспросветно, брат должен был следить за светом, а, если он маяк упустит, то пропадет во мраке этом.

Но каждый раз, как ни старался, а разбивался вновь об камни и просыпался возле моря, чтобы опять начать сначала. Был замкнут круг, прервать бессильно, все каждый раз одно и то же. Как будто брат застрял навеки, семья как проклятые души.

Но появление торговцев, тот круг прокля́тый разорвало, ведь помогал ему в дороге простой горящий канделябр. Другие факелы пылали, но затухали постоянно, но дивный свет от канделябра открыл весь путь в кромешном мраке.

Теперь они с сестрою вместе, она в себя прийти сумела, как будто выпала из жизни, совсем не помнит, что с ней было. Однако Лидия лишь помнит, что подлеца Теором звали, но почему она влюбилась, сама теперь не понимает. Но благодарна за спасение и помощь, нужную для брата, пускай Богиня не явилась, но довела его до лавки.

А Роберт звонко рассмеялся: «Как хорошо, что был замечен, как хорошо, что эти люди его спасли от муки вечной». Но как узнали о тревоге, как разузнали, что им надо, но Шери с Рут переглянулись и, улыбнувшись, промолчали. Они лишь только попросили отдать подвеску им в подарок, и тут же «плату» получили за помощь в этом испытании.

Однако, вскоре улыбнувшись, сказал им Рут, что все в порядке, их ничего теперь не держит, настало время попрощаться. А Роберт с Лидией застыли, о чем торговец им толкует, зачем им было расставаться, когда опять нашли друг друга? И вдруг застыл в испуге Роберт, они с сестрой давно погибли, от них остались только души, что друг о друге не забыли?

И он спросил об этом Рута, правдива ли его догадка, а сам, укрывшись в лютый ужас, стоял, почти не понимая. Но в голове кружились мысли: «Да неужели это правда? Душа его лишилась тела, когда разбился брат об камни? А как сестра, что с нею стало, ее втянули в этот ужас, пожить немного им не дали, лишив всего, что им так нужно.

Но Шери тут же рассмеялась, сказав, что было все иначе, теперь, она им говорила, что уходить пара настала. И вдруг из Роберта с сестрою, явились странные создания: по виду были словно дети, с большими желтыми глазами. Бродяги на руки их взяли, сказав, что им пора до дома, и, успокоив их капризы, они подбросили их вскоре. Создания в брызги превратились и испарились с пузырьками, а Роберт с Лидией застыли, смотря от шока не мигая.

Просила Шери не пугаться, Шипу́ни были не опасны, они поддерживали жизни, пока во власти их проклятье. Не будь Шипуней с ними рядом, то все плачевнее бы было: дойдя до первой неудачи, семья мгновенно бы погибла. Мирель печали не хотела и создала их для защиты, когда проклятье насылали, Шипуни тут же приходили.

Мирель всегда осознавала, что мир людей непредсказуем, а с темной магией порывом могли расправиться Шипуни. Они могли облегчить муки, а люди их не ощущали, но, напитавшись их тревогой, сдаваться им не позволяли. А им так нравится быть рядом, так привлекают их народы, что для созданий очень сложно оставить их незащищенных.

Теперь же будет все в порядке, они теперь свободны были, пускай живут и видят радость, какой надолго их лишили.

Вздохнула Лидия немного, опешил Роберт на мгновение, но очень быстро возвратились, благодарив за исцеление.

Теперь ведет зеленый жемчуг, дорога снова в путь манила, но в этот раз и Рут, и Шери узнали важное им имя.

Глава 5

Теор — вот имя незнакомца, что был с Гарканом в этом деле, как много мыслей закружилось, знаком он был для Рута с Шери. Как будто слышали когда-то, а, может быть, и знали лично, но все же было не понятно, а разузнать совсем нелишне. Решив попробовать еще раз, у Шери вновь свирель блеснула, на этот раз у них есть имя, возможно, большего добьются.

Найдя укромное местечко, где ритуал пройдет спокойно, взглянула Шери вновь на мужа, а тот кивнул, на все готовый. Пускай и очень аккуратно, но Шери, вновь звала Теора, надеясь в этот раз увидеть немного больше, чем лишь образ. Она почувствовала силу, как будто он сопротивлялся, но неожиданно и ярко все больше образ появлялся. Затем он стал еще острее, и вот уже стоит напротив, а Рут и Шери осознали, кем оказался незнакомец.

Друзья стояли, онемевши, ведь без сомнений понимали, что был Теор не незнакомцем, а самым преданным созданием. Он почитал Мирель так сильно, что мог общаться напрямую, но, почему же он с Гарканом и почему же передумал?

Теор увидел Рута с Шери, и, было, начал растворяться, ведь не хотел их видеть дольше, не стоит даже и пытаться. Но Рут просил остановиться и лишь сказать, в чем было дело? Зачем он стал служить Гаркану и почему утратил веру? Теор взглянул на них с презреньем, небрежно бросив Руту фразу: «Мирель его предать посмела». А после гость растаял сразу.

У путешественников ступор: о чем вообще Теор сказал им? Мирель за все существование своих людей не придавала. И почему он так подумал, а может, был Гарканом схвачен, а может, он зажат тисками и для Богини не предатель? Спросили бы Мирель об этом, но так слаба была Богиня, что на призыв не отвечала, совсем лишившаяся силы.

Тогда искать весь жемчуг нужно, Мирель вернуться сможет снова и, вызов бросив проходимцу, легко предателя изгонит.

Зеленый жемчуг светит ярко, решили барды отправляться, но все же мысли о Теоре не собирались униматься.

Их путь какой-то очень долгий, свернули гости в новый город и вдруг услышали рыданья, нужна была кому-то помощь. Повозка двинулась поближе, но никого не рассмотрели, тогда, спустившись на дорогу, друзья отправились к деревьям.

И отыскали наконец-то, сидела девушка, рыдая, но, вдруг, услышав приближенье, она мгновенно испугалась. Но Шери, тут же успокоив, спросила, что случилось с нею, и почему в кустах скрывалась, возможно, чем помочь сумеют. Пускай и с неким беспокойством, и не горя желанием снова, сказала дева незнакомцам, что ей помочь нельзя особо. Но Рут и Шери убедили, чтоб рассказала о тревоге, хотя бы так ей станет легче, сейчас и прятаться не стоит.

Она представилась как Миля, увы, но девушка сбежала, далось ей это все непросто, но совершила, что сказали. Ее семья давно решила, что хочет выдать ее замуж, жених же – грубый и надменный, она не хочет быть с ним даже. Она пыталась отказаться, но сделка вскоре состоялась, тогда девчушка и бежала, а что еще ей оставалось.

Не хочет Миля жить с ним рядом, ведь полюбить совсем не сможет, она уже почти смирилась, никто девчушке не поможет. Увы, не в силах отказаться, ее отказ семью погубит, и потому она сбежала, пускай жених союз разрушит. Гаркан сказал, что так и надо, Бог ей поможет в этом деле, она из города сбежала, но не уйти в другие земли.

Бродяги снова погрустнели, Гаркан успел сюда явиться, но нужно было быть на страже, пока Мирель не возвратиться.

Пускай, с огромной неохотой, но согласилась с ними ехать. И, может быть, найдут решенье, возможно, нечто можно сделать.

Друзья уехали из леса, а Миля все твердила Шери, как тяжело ей жить придется с таким ужасным человеком. Но Шери, слушая рассказы, сказала ей, чтоб не спешила, возможно, встретиться с ним стоит, чтоб по душам поговорили. Но Миля в этом сомневалась, как может быть все по-другому, ведь, человека не изменишь, какая жизнь с ним будет вскоре? Но Шери думала над этим и предложила ей решение: пускай с ним встретиться сегодня, обговорит их предложение. Возможно, он и сам не против расторгнуть их союз злосчастный, пускай лишь будет шаг навстречу, тогда-то все им станет ясно.

Согласна Миля это сделать, но понимает с большей силой, что вся безумная затея лишит ее счастливой жизни. Но Шери мягко улыбнулась, сказав, что с ней осталась вера, пускай она и сомневалась, но пусть в Мирель сейчас поверит. Да, пусть она не отзывалась, пускай оставила на время, но Шери в этом ей поможет, и все случится, как хотелось.

Тогда-то Шери предложила ей платье сшить для этой встречи, она умелая портниха, что образ ей создаст на вечер. На это девушка согласна, они включились вновь в работу, и целый день наряд ей шили, что наконец-то был готовым. А Миля вновь домой сходила, назначив время новой встречи, но возвращалась до повозки, совсем измученная этим.

А платье с розовым оттенком уже хозяйку ожидало, и Миля тут же улыбнулась, когда взглянула, замирая. Оно смотрелось так прекрасно, а Миля в нем была как фея, она смотрела, восхищаясь, пока велись приготовления.

Готова девушка для встречи, швея в глаза с теплом взглянула и пожелала ей удачи, достойна Миля встретить чудо. А Рут вручил ей диадему, что подошла под ее платье, девчушка к подвигу готова и удалилась, попрощавшись.

Всю ночь друзья переживали, как проходила эта встреча, сумели ли договориться, сумели ли найти решение. Поспешно утро наступило, уже подходит день на смену, а Миля так и не вернулась, что взволновало жутко Шери. Но Рут сказал не сомневаться, сумела Миля сделать дело, уверен он, что все решится и будет так, как захотела.

А вечер вот уже пылает, не возвращается к ним Миля, что даже это, взбудоражив, портных совсем насторожило.

Но через день явилась Миля и не одна, а с тем мужчиной, она его держала руку и дивной радостью светилась. У Рут и Шери удивление, но им девчушка рассказала, что отдают ее другому, она невеста его брата. Девчушка это разузнала, когда явился принц на встречу, а брат его давно женат был, что Миля даже онемела. Отец сказал ей очень мало, назвав его лишь сыном друга, девчушка думала о сыне, что был с чудовищной натурой, но оказалось, все иначе: она была невестой Скара, а брат его - безумный Нандо, к союзу вовсе не причастен.

И Миля встретилась со Скаром и все узнала наконец-то, они вчера поговорили и обсудили дело вместе. Разговорившись откровенно, они понравились друг другу, и Миля, радостью пылая, была согласна их союзу.

Пока друзья поговорили, вернулся Скар с большим букетом, а Миля ярче засветилась, лишь утопая в счастье этом. Но перед тем, как удалиться, она вручила Шери брошку, ведь благодарна ей и Руту за их поддержку и заботу. А после, чуть ли не порхая, девчушка двинулась к мужчине и, улыбнувшись очень ясно, они направились на рынок.

Но Шери, брошь в руке сжимая, была не в силах шевельнуться, жемчужный блеск она узнала, внутри одна из тех жемчужин. Блестела брошка перламутром, и Рут ее сложил в мешочек, вот так, случайно помогая, они нашли еще кусочек.

Остался город где-то сзади, портные снова в путь пустились, лишь напоследок пожелавши влюбленной паре долгой жизни.

Еще один кусочек пазла, их разбросали небывало, но Рут и Шери, все упорней, идут дорогой испытаний.

Глава 6

Гаркан сидел в огромном зале, лицо его закрыто маской, до пола плащ свисал зеленый, на голове большая шляпа. Бог был задумчив и потерян, создав огонь в своей ладони, огонь пылал, рисуя образ, а цвет его играл зеленым.

Теор ворвался так внезапно, что вмиг прервал его раздумья, тот прокричал, что им известно, они раскрыли дело будто. Гаркан опять смотрел на пламя, не подняв взгляда на Теора, и лишь ответил: «Все в порядке, ведь виден им всего лишь образ». Теор раскрыл, как все случилось, известно стало его имя, они его призвать сумели, он видел их в своем обличье.

Гаркан уставил взгляд угрюмый и только цокнул, поднимаясь, они приблизились так близко, как будто шли, их догоняя. Бог, было, бросился к Теору, что тот сглупил, их рассекретив, и разбросал совсем халатно тот ненавистный Богом жемчуг. Теор сказал, что все в порядке, был жемчуг спрятан им надежно, но почему-то им известно, где разыскать его возможно. Он предложил мешать им в деле и отвлекать от всех жемчужин, тогда, они, на самом деле, их никогда не обнаружат.

Гаркан задумался над этим, но хитрый взгляд блеснул в идее: пусть помешает им немного, но не влезает в их затею. Пускай они найдут пропажу, и план созрел такой прекрасный, что у Гаркана даже искры в его глазах блестели ясно. Он все же чувствует Богиню, Мирель слаба, но не бессильна, осталось ей совсем немного, Гаркан настроен на защиту. Мирель сражается, он знает, она сдаваться не посмеет, но нужно больше постараться, отнять у всех в Богиню веру.

Тогда, когда ее забудут, Бог будет властвовать над миром и не останется на свете того, кто помнит о Богине. Он долго прятался от света, он долго жил, себя скрывая, настало время сделать дело и стать таким, каким не знали.

Теор ему служить продолжит и помешает тем монахам, он хорошо весь жемчуг спрятал, пускай побегают, бродяги. Но нужно думать, что же сделать, как помешать закончить дело, он должен дать им испытание, что их совсем собьет со следа.

Гаркан сказал не напрягаться, слегка лишь путать их в дороге. И вдруг, Теор увидел жемчуг, что у Гаркана на ладони. Гаркан вертел его на пальцах, а серый блеск дарил сияние, Гаркан немного усмехнулся, гостей на ужин дожидаясь.

Теор, взглянув в глаза Гаркана, мгновенно все прочел во взгляде и сам немного усмехнулся, Гаркана хитрость очень кстати. Не зря же он ему поверил, Гаркан тогда его не предал, похоже, это было важно, чтоб новый выбор был им сделан.

Теор просил немного силы, чтобы укрыться от призыва, не хочет, чтобы помешали, не хочет снова их увидеть. Гаркан укрыл его мощнее и отпустил Теора снова, а после сел на трон устало и снова стал с самим собою. Сказал лишь то, что все удастся, Богиня вскоре слабой станет, пускай не думает об этом, подумать, времени хватает.

Теор же думал, что придумать, и напустил им ложных слухов, а в городах, для большей силы, наставил множество ловушек. Пропажу, может, и отыщут, но постараться им придется, прислужник звонко рассмеялся и испарился, как от солнца.

Что-что, а план сработал чисто, у Рут и Шери сбился компас, они нашли людей немало, но не нашли жемчужин вовсе. К тому же, все еще опасней, на них частенько нападали, а вера снова пошатнулась, Мирель все больше забывали.

Казалось бы, идут по следу, и вот смогли помочь кому-то, но почему-то нет жемчужин, и людям веру не вернули. Куда б ни въехала повозка, а о Мирель совсем не знали, совсем пропала из их жизни, как будто бы и не бывало.

Просить о помощи нет смысла, Мирель бесследно испарилась, а у бродяг совсем нежданно, теряться начали все силы.

Но Рут держал весь жемчуг снова, что удалось найти в дороге и вроде даже путь вернули, сумевши двинуться на поиск. Хоть сами веру не теряют, Богиня снова к ним вернется, пускай и было так непросто, но их команда не сдается.

Глава 7

Казалось, вечность пролетела, а Рут и Шери все в дороге, друзья опять вернули силы, как отдохнуть смогли немного. Жемчужин так и не попалось, как будто не было на свете, но точно чувствовали сердцем, что не случайны беды эти.

Теор с Гарканом не являлись, совсем притихли или скрылись, что, без сомнений, было странным и их слегка насторожило. Но Рут и Шери догадались, что это все – проделки Бога, не хочет он, чтоб отыскали к финалу нужную дорогу.

Пускай, измученными были, но постоянно наготове, сейчас, на их пути тревожно, и нападений очень много.

Бродяги снова подъезжали, какой-то город на подходе, но как-то выглядел иначе, как будто смертью веет очень. Пускай и жемчуг там не слышен, пускай ведет дорога мимо, но Рут и Шери удивились такому странному порыву.

Решив заехать по дороге, проверить, в чем же было дело, друзья свернули в странный город, но приближаясь, онемели. Какой-то жуткий холод кутал, такое было ощущение, что нечто в городе творилось, что, без сомнений, было скверно. Но солнце светит на дорогу, а жуткий холод приближался, друзья теплее запахнулись, опять готовые сражаться.

Ворота были приоткрыты, пришлось пешком проникнуть в город, но очень жуткая картина стояла перед этим взором. Вот почему тянуло жутью, вот почему здесь веет холод, повсюду люди находились, замерз нещадно бедный город. Народ, замерший у прилавков, сидит у дома и играет, как будто этот город полон искусно высеченных статуй.

Пошли друзья вглубь жутких улиц и разглядеть людей сумели, пытаясь что-нибудь придумать, но все раздумья обмелели. Как будто вдруг замерзли люди, глаза у них смотрели ясно, что и подумать не успели, укрыться не было и шанса. Но кто же мог желать такого, да и за что такая участь, не мог Гаркан такое сделать, а если мог, несчастный случай? Осталось лишь пройтись немного, а вдруг здесь выжившие были, но шанс на встречу очень малый, проверить бы не повредило.

Они прошлись еще немного, скорей заглядывая в окна, а все кругом из жутких статуй, но нет живых, лишь лед холодный. У Шери пальцы околели и Рут, обняв ее немного, помог пойти опять к повозке, покинуть нужно этот город.

Но руки Шери леденели, и Рут бежал с супругой рядом, укутав плечи потеплее, жену от холода скрывая. Напасть не смеет униматься, и Шери чувствовала это, друзья бежали, что есть силы, покуда Рута не задело.

Рут начал чувствовал весь холод, и руки льдом его покрылись, но крик ребенка вдруг раздался, что оба вдруг остановились. Пускай и быстро замерзали, но Рут пошел проверить это, и вскоре кокон обнаружил, что был почти обледенелый. Друзья, его схватив покрепче, бежали вновь к своей повозке и уезжали очень резво, чтоб унести отсюда ноги. Но, оказавшись на дороге, весь лед растаял без остатка, ребенок был совсем здоровый, и Шери вдруг спокойно стало.

Бродяги ехали быстрее, решив, что делать им с ребенком, и добрались куда-то снова, но город был еще свободным. Они заехали в ворота, но город страх беспокоил, пускай и не было проклятий, но весь народ гудел в тревоге.

Ребенка их забрал мужчина, друзья зашли в таверну вскоре и поскорее выясняли, что так тревожит этот город?

Трактирщик местный - До́нан О́бри сказал, что жизнь их стала жуткой, отряд недавно появился, что всем внушает страх безумный. Враги откуда-то явились и истреблять народы стали, кто попадется на глаза им, тот остается бездыханным. Их города, что были близко, постигла страшная утрата, весь город стал обледенелый, другой сожжен до основания, а люди в нем так и остались, никто сбежать, увы, не в силах, теперь же люди опасались, что будут следующей наживой.

А Рут и Шери понимали, что были в городе замершем, так, стало быть, Бог не причастен ко всем случившимся разбоям? А, может быть, и был причастен, создав отряд для истребления, для тех, кто хочет отказаться примкнуть к Гаркану в новой вере. Живей расправиться с ним нужно, пока людей не загубили и оба тут же осознали, что путь их стал невыносимым. Они ведь тоже коченели, когда по городу искали, возможно, могут быть убиты, когда увидятся с отрядом. Но ничего не оставалось, народ в беде и стал слабее, пойти на риск супругам нужно в непредсказуемой затее.

Бродяги двинулись к воротам и наблюдали мирный город, народы все же улыбались, пусть и наполнены тревогой. Девчушка к Шери подбежала и подарила ей подарок, цветок был очень необычный, что Шери в волосы вплетала. Пускай поверили в победу, но все же было беспокойно, бродяги могут не вернуться, но оставались наготове.

Герои выбрались за стены, и вновь свирель в руках блеснула, а Рут как сросся с арбалетом, что стал сжимать в руках безумно. Лилась мелодия повсюду, призвав отряд на эту встречу, но ничего не появилось, что озадачило мгновенно. Не может быть, в чем было дело? Возможно, силы на исходе, а может быть, друзья не знали, что появились снова Боги? Но голос их прервал раздумья, и Шери тут же онемела, а голос лишь спросил спокойно: «Чего же видеть их хотели?»

Бродяги тут же обернулись, за ними был отряд немалый, а перед «войском» предводитель, что серой аурой мерцает. По виду главный очень молод, да непростым был человеком, он улыбнулся, поклонившись, друзьям представившись как Ветер. Они услышали напевы и появились, понимая, что здесь нужна кому-то помощь, их не случайно призывали.

Бродяги были наготове, но не почувствовали силы, они сейчас не замерзали, а лишь стояли перед ними. Но Ветер тут же успокоил, опасность людям не грозила, но Шери только о тревогах их предводителя спросила. А Ветер, им истолковавши, смог убедить, что все иначе, они проблем не создавали, но капитан рассказ свой начал.

Отряд назвался «Серый Ветер», они помочь сюда явились, ведь постоянно выползали создания, новые в их жизни. Отряд не знает, кто же это и что за цели у созданий, но называют их «Болтуши» за то, что врут, не прекращая. Болтуши вдруг сюда проникли и истребляют ненасытно, но странным способом убийства, о чем не слышал предводитель. Передвигаются так быстро, что их догнать беда большая, но после них всегда разруха, что людям даже шанс не дали.

Не ясно было, в чем причина и почему они явились, но очень схожие с народом, совсем почти не отличить их. Лишь «Серый Ветер» был способен найти Болтуш среди народа, но слава только пробежала, что их отряд убить способен. Теперь народы разбегались, когда встречали на дороге, но это было даже лучше, создания бегать неспособны.

Но хитрость их была уловкой: Балтуша станет кем угодно и притвориться самым слабым, чтобы суметь пробраться в город. Сперва создания летали, но «Серый Ветер» появлялся, и очень многие Болтуши лишились шанса возвращаться. Теперь же действуют иначе, но их отряд всегда на страже, и как Болтушей обнаружат, то ни следа не будет даже.

Но серый воин появился, сказав, что новый знак подали, а Шери, вдруг остолбенела, поняв про все, что им сказали. Но Рут с супругой замер рядом, бродяги в ужасе застыли и оба бросились к повозке, ведь сами промах совершили. А тот отряд метнулся следом и побежал настолько скоро, что Рут и Шери удивились, впервые видевши такое.

Когда друзья явились в город, то вмиг попадали на землю, весь город был охвачен смертью, ведь люди все окаменели. Все приключилось так внезапно, что эти люди здесь стояли, но только был не лед холодный, а город серых изваяний.

Внезапно выскочило нечто, создание вышло из таверны, перемещалось хаотично, но было поймано мгновенно. По виду, нечто в полудымке, лицо какое-то, как в маске, оно ползком перемещалось, не скажешь, что летун опасен. А Шери, девочку заметив, что улыбалась в толще камня, вину их с Рутом осознала, ведь привезли ребенка сами.

Ребенок ведь живой остался, друзья не поняли подвоха, и им доставили Балтушу, что истребила весь народ их. Разбиты были Рут и Шери, они убили этот город, но Ветер к ним пришел утешить, сказав, что это их забота. Они выслеживают тварей и, может быть, спасут народы, а Рут и Шери пусть поверят, что абсолютно не виновны.

Глава 8

Повозка ехала все дальше, а Шери думала про город. Что, если это бесполезно, что, если этот город мертвый? Всплывала девочка все чаще, что улыбалась ей когда-то, она цветок ей подарила, а Шери сделала лишь камнем.

Жена себя винила часто, простить провал, увы, бессильна, но, все же, Ветра утешение, немного радость приносило. Она и Рут не виноваты, ведь не слыхали о Балтушах, но все же тварью был ребенок, они хотели сделать лучше. Но Рут частенько был с супругой, ведь тоже горечь ощущает, но, все же, прав был предводитель, надежда есть, что все исправят.

Жемчужный путь завел их в город, на этот раз все может выйти, друзья помогут без сомнений и вновь жемчужину отыщут. А, если нет, а вдруг уловка, таких в дороге было много, то все равно искать продолжат, не прерывая этот поиск.

Но город был совсем взволнован, болезнь сразила половину, лекарства нет, спастись не могут, целитель их в болезни сгинул. Но Рут и Шери появились, лишь горожан подняв на ноги, а горожане, что есть силы, кричат вослед приезжим новым. Они твердили, что есть мочи, что все проблемы от приезжих, сейчас их город заражён был какой-то хворью неизвестно.

Но попаданцы объяснили, что и приехали за этим, они целителями были, что смогут всех спасти от смерти. Но горожан не убедили, кричали люди им все больше, тогда-то Рут сыграл на скрипке, людей мгновенно успокоив. Как странно, но народ поверил, что эти гости непростые, и, все же, малость доверяя, но шанс один гостям вручили.

Однако пара понимала, что дело было лишь в Гаркане, ведь необычные болезни здесь всех вокруг к постели гнали. А стало быть, не знают даже, с чего начать им этот поиск, но притворились, изучая, волну нахлынувших симптомов.

Но, как не двигалось бы дело, а их симптом один и тот же: все заболевшие серели и истощались днем и ночью. Но план безумно усложнился, ведь люди слабо говорили, и расспросить их поподробней у Шери с Рут не выходило.

Тогда, в приватном разговоре, спросили гости бургомистра, что приключилось здесь недавно, кто приезжал к ним, необычный. Но бургомистр не ответил, никто особый не являлся, а всех людей скосило резко и нет удачного лекарства. Но Рут и Шери понимали, что было что-то здесь нечисто, как будто, нечто укрывает или скрывает бургомистр. Решили вновь пойти к народу, и, может быть, узнают больше, но как бы гости не старались, а люди все лежали молча.

Что за болезнь была такая, что лишь сразила половину, и Рут подумал, размышляя про их пропавшую Богиню. Возможно, дело было в вере, не заразились, кто с Гарканом, а остальные, кто с Богиней, теперь поспешно умирали.

Решили здесь искать пропажу, а жемчуг точно где-то рядом. И Шери путь к нему ловила, в руках жемчужины сжимая. Их нить вела куда-то к лесу, бродяги шли по нити прямо и забрели куда-то в чащу, где человек сидел, рыдая.

Он был обмотан толстой цепью, а сам как будто заколдован, друзья приблизились попутно и разглядели незнакомца. Он обливался весь слезами, но был с окрасом цвета неба, но расползалась, словно тина, волна зеленых ответвлений.

Друзья приблизились поспешно, тот посмотрел на них тоскливо и попросил лишь о пощаде, ведь слушать скорбь невыносимо. Он попросил их вынуть это, лишь указав себе на сердце, и Рут увидел их пропажу, был черный жемчуг в этом месте.

То был Дарон – река у леса, его пленили неслучайно, вложили в сердце эту мерзость, и жизни волосы украли. Он без понятий, кто же это, лишь помнит, что когда проснулся, то оказался в этой чаще, но пересохло его русло. Волос волшебных не осталось, их осквернили неким ядом, а мерзость в сердце поселилась, и речка слышит просьбы градом. Его вода была причиной, она сейчас была заразна, народы пьют ее и гибнут, не подчиняясь новой власти.

Он слышит всех людей призывы, они зовут Мирель на помощь, но не является Богиня, ее народ слабеет больше. Но те, кто принял власть Гаркана, от хвори тут же поправлялись, а те, кто верили в Богиню, с минутой каждою ломались.

Тогда-то Рут спросил, что сделать, как было можно все исправить. Дарон просил у незнакомцев, чтоб его волосы искали. Он указал им направление, пускай поищут рядом воду, она – источник этой силы, Дарон один здесь был рекою.

Вернулись Рут и Шери в город, теперь же четко понимая, что укрывает бургомистр, ведь был прислужником Гаркана. Найти им нужно было воду, но нет поблизости ни капли, вот это было очень странно, откуда воду набирали?

Но, как друзья предполагали, а горожане все молчали, никто не выдал направление, чтоб эту магию искали. А те, кто болен, все бессильны, и им сказать бы не сумели, осталось только ждать мгновенья, кого поймают в этом деле. Но очень странно становилось, а за водой никто не бегал, но Рут и Шери понимали, что был Гаркан во всем замешан.

Но вдруг позвали их чуть слышно, друзья взглянули, понимая, что их зовет, совсем серея, почти дышавший юный мальчик. На вид, ему 13 было, он на ногах стоит, шатаясь, в лице его одна лишь серость, но он шептал, их подзывая.

Мгновенно бросившись к ребенку и уложив его в кровати, спросили: «Что же происходит и где же воду отыскать им?» Друзья смогли найти решенье, очистят вмиг от яда воду, и снова будет все в порядке, вернется мир в уставший город.

Ребенок был совсем ослаблен и говорил почти не слышно, но указал наводку Руту: «Во всем виновен бургомистр». Но больше слушая ребенка, супруги поняли причину: вода у всех хранилась в доме, Дарона в погреб заточили.

Спустилась Шери до подвала, а в доме грязь в воде колодца, как сильно здесь народ страдает, пока к Гаркану не примкнется. И, понимая всю причину, бродяги бросились из дома, они должны пробраться внутрь, у бургомистра тайн много.

Глубокой ночью все свершилось, друзья смогли забраться тихо и обнаружили, что дома лишь отдыхает бургомистр. Они смогли пройти к подвалу, пугаясь шорохов и скрипов, но обнаружили алтарь здесь, что был в каком-то странном виде.

И Шери, зная о Гаркане, спасти решила бургомистра и положила горсть черники, как весь алтарь преобразился. Опять на нем был свет Богини, как будто снова возвратилась, пускай черника только малость, но все же мир преобразился.

Затем спустилась пара в погреб и обнаружила пропажу, заколка здесь была укрыта, но нет изъянов скверны даже. Вода лилась куда-то в трубы, возможно, к каждому в жилище. И, выкрав эту драгоценность, они ушли оттуда быстро.

Вернувшись в лес, Дарон ответил, что в сердце нечто изменилось, друзья взглянули, понимая, что свет жемчужины искрился. Кусочек золотом сияет, а чернота пропала снова, неужто справиться сумели, неужто все вернулось в норму? Алтарь Богини был очищен, что повлияло и на жемчуг, как хорошо все получилось, как будто стало все на место.

Вернув Дарону драгоценность, копна волос опять явилась, а цепи словно соскользнули, и зелень тины испарилась. Теперь Дарон освободился и снова выглядел собою: струится, точно ручейками копна волос сине-зеленых. На светлой коже цветом неба переливается свеченье, он пригласил гостей с собою, ведь должен был пойти на место.

Друзья втроем прошлись до русла, Дарон опять на дивном месте, он опустился осторожно, а его волосы исчезли. Ручьи стекали все быстрее, и вскоре речка возвратилась, Дарон, счастливо улыбнулся и, вынув жемчуг, возвратил им. Создание счастливо безмерно, река опять была на месте, без осквернений дикой хворью, вода была опять чистейшей. А Рут и Шери благодарны, что тот дождался в чаще леса. Дарон с улыбкой поклонился и перед ними вмиг исчез он.

Вернулось в город ликованье, Гаркан теперь для них предатель, посмел нарушить эту веру, поработил жестокой властью. Тогда целители узнали, что оскверняло этот город: Гаркан, когда река засохла, сказал, что даст другую воду. Но лишь обменом на их веру, народ на подлость не согласен, счастливый город был повержен, болезнь пришла совсем нежданно. Богиня им не отзывалась, в беде оставила их город, но был Гаркан для них спасением, они пошли за Богом вскоре. Вода явилась в каждом доме, кто изменить решился веру, а те, кто были за Богиню, совсем от хвори посерели.

Но бургомистр опасался, что вновь Гаркан напустит беды и отберет у них заколку, чтоб истребить все население. И бургомистр подчинился, что их народ живым остался, вот почему он очень скрытен, гостям помочь не попытался.

Но лишь вчера, вздохнув свободно, но снова чувствовал Богиню, она, как будто вновь вернулась, вернув ему обратно силу. Теперь же ясно, что же это, она целителей послала, и город был безмерно счастлив и несравнимо благодарен.

Бродяги снова в путь пустились, они смогли спасти кого-то, в спасении чувствовалась радость, но и тревога за тот город.

Глава 9

Бродяги вновь вернулись в норму, идти опять готовы были, ведь удалось спасти народы, что в заточении находились. Как будто к ним вернулись силы, друзья опять зажглись дорогой, не удивить их ложным слухом, и фальшь спугнуть не может толком.

А вот и новый город виден, что был украшенный флажками, тепло особое струилось, что было словно небывалым. Возможно, все-таки привыкли, ведь города, в каких бывали, лишь поглощали беспокойства и неуемные страдания.

Решив заехать ненадолго, наткнулись барды на веселье, Мари́т был город очень шумный, ведь свадьбы всюду загудели. Народ приветлив и спокоен, здесь вовсе не было тревоги, казалось это необычным, решили, что вздохнут немного.

Опять представившись как барды, влились друзья в толпу артистов и с удовольствием играли для молодых, что веселились. Казалось всё таким далеким, как будто нет Гаркана вовсе, как будто не было Теора, как будто в жизни было просто. За долгий путь впервые пара смогла расслабиться спокойно, им не мешало сил набраться, Богиня их жива, бесспорно.

Под вечер все артисты вместе сидели рядом, отдыхая, а барды, слушая собратьев, в их разговоры проникали. Спросили люди, почему же в Марите было столько свадеб, а те, кто здесь живет немало, смогли об этом рассказать им. И Шери стало интересно, они подсели с Рутом ближе и тоже слушали рассказы о той, совсем далекой жизни.

Когда-то правил здесь Гидо́рин, что был могучим и умелым, ему подвластно все на свете, под властью звезд его правление. Другие завистью сочились, хотели знать его секреты, но никому не удавалось заполучить его совета.

Однажды все возможно стало, как сюда пришла шпионка, она была невероятна, ее поймать, совсем нет толка. Она могла проникнуть в тайны и влезть туда, куда не могут, сумела выведать немало, что нанимателям поможет. Никто не знает ее имя, в народе лишь прозвали Вьюгой, она улики заметала, неуловима, точно буря.

Гидо́рин зол на стражу замка, они не видели шпионку, а ей так много удавалось, как будто тенью шла повсюду.

Наняв ищеек самых лучших, Гидорин, ею одержимый, хотел найти скорее деву и разузнать, кому служила. Но дело вечно прогорало, умело действовала Вьюга, ее поймать была проблема, она всегда прозрачна будто.

Тогда–то в план вошел Гидорин и сам выслеживал шпионку, но и ему не удавалось, что ни предпримет, все без толку. В мгновение даже захотел он забрать себе ее на службу, и стать совсем непобедимым, поймать лишь было Вьюгу нужно.

Король решил пойти на хитрость, распространив повсюду слухи, что он дошел до идеала в изготовлении орудий.

Наживку тут же заглотили, а Вьюга вновь должна вернуться, но, так она и не явилась, что королю вдруг стало грустно. Но он решил ее дождаться, а вдруг она уже вернулась, король, расставивши ищеек, сказал и гла́за не сомкнуть им. Не ясно, сколько на дозоре, а Вьюга так и не явилась, что на мгновение показалось, что слухи просто испарились.

Но сам король был в этом плане и сам наживкой стал для цели, он постоянно притворялся, что при себе носил секреты. Что помещал их в тайном месте, не расставался так надолго и все же план осуществился, стояла Вьюга у порога.

Владела Вьюга маскировкой, следила всюду и скрывалась, но дождалась того момента, когда сомнений не осталось. Она проникла внутрь спальни, где в нужном месте скрыты тайны, и вдруг в ловушку угодила, что для нее король расставил.

Он ждал шпионку здесь неслышно и вышел к ней, когда попалась, но Вьюга руки повредила, как из ловушки выбиралась. Она стекло рукой разбила, когда в окно сбегать пустилась, но всюду стража наготове, а Вьюга им не подчинилась.

Ее гоняли очень долго, пока шпионка не упала, к тому же, раненые руки все больше кровью истекали.

Очнулась Вьюга за решеткой, ей помогли спастись от раны, но все Гидорин заходил к ней, к себе шпионку призывая. Но Вьюга все же отказалась, Гидорин дал шпионке время. А вдруг, решится передумать, она была безмерно ценной.

И вот тогда, томясь в неволе, принес еды ей некий стражник, и он узнал ее мгновенно, они, когда-то ведь встречались. Но путь влюбленных разделился, и разлучила их дорога, теперь же, став совсем другими, они нашли друг друга снова.

Влюбленных время быстротечно, он приходил к ней очень часто, но это видели другие, и королю сказали ясно. Гидорин вновь нашел идею, решив использовать их дружбу, но стражник в этом оказался, и короля приказ нарушил. Король порядком измотался, он выгнал стражника из замка, а для шпионки ад устроил, раз предложению отказала.

Но стражник смог к тюрьме пробраться, увидев девушку избитой, и осознал в одно мгновение, что без нее не мыслит жизни. Он захотел остаться рядом, жизнь не мила ему без Вьюги, и он решил найти корабль, чтобы украсть ее отсюда.

И это даже получилось, подругу вытащил из клетки, но Вьюга сильно пострадала, Гидорин ведь калечил крепко. Но это им не помешало, смогли друзья уйти оттуда и отдалились, как возможно, но, все равно, не сбыться чуду.

Влюбленных вскоре обнаружив, погоня следом загоняла, а стражник с Вьюгой, что есть силы, от нападавших убегали. Но их дорогу оборвали, ведь градом стрел убиты оба, у них в карманах были письма, что принимались за доносы. Но, изучив их, оказалось, что письма, полные признаний, они подписывали снизу лишь «Р» и «А» инициалы.

А в этих письмах столько чувства: «А» говорил ей о минувшем, о том, как думал постоянно, чтобы у "Р" все было лучше. Он говорил и как тоскует, жизнь без нее совсем другая, а «Р» на это говорила, что «А» ей стал кусочком рая. Увы, но так и не известно, кому служила та шпионка и кто же этот храбрый стражник, что прикрывал ее собою. Но эти письма были счастьем, такая нежность и отвага, что невозможно отступиться от той любви, что так скрывали.

Но дочь Гидорина пленилась, принцесса Мот лишь улыбалась, она читала эти письма, что у принцессы оказались. Отца принцесса убедила отдать ей письма этой пары и вскоре сделала легенду о той любви, какой не знали.

Легенда стала популярной, народ ее безумно ценит. И с тех времен гудели свадьбы, есть даже памятник за верность. Считали многие в округе, что нужно дать букет невесте, тогда-то статуя поможет прожить им в долгом счастье вместе.

Конечно, много лет минуло, а город все такой же яркий. Влюбленных много прибывает, ведь каждый день играют свадьбы. А вся заслуга этой паре, что пронесла любовь сквозь бури, остались лишь инициалы, но «Р и А» не позабудут.

Однако бардам захотелось сходить до памятного места и посмотреть на тех влюбленных, что не забыты королевством. Пускай влюбленные скрывались и единицам лишь знакомы, а все еще несут надежду, что пропитался даже воздух.

Стояла статуя под тенью, ее деревья окружали, и много розовых сплетений влюбленных дивно украшали. Стояли стражник и шпионка, ладонь прижав к сердцам друг друга, такая тонкая работа была в изысканной скульптуре. Взглянула Шери на влюблённых и, улыбнувшись Руту мягко, венок к ногам их возложила - любви, не знавшей о преградах.

Взглянула пара друг на друга и вновь пошла к своей повозке, они немного отдохнули, вдохнув прекрасный теплый воздух.

Настало время отправляться, найти весь жемчуг, что остался, друзья взглянули на влюбленных, хотелось даже задержаться.

Но время быстро уходило, Мирель найти им нужно скоро. Бродяги снова уезжали туда, «где пламя вспыхнет снова».

Глава 10

Совсем немного пролетело, а деревушка на подходе, дорога бардов потянула все разузнать, что происходит. А деревушка небольшая, но очень дивно расцветает, друзья расставили повозку, и Рут представился как травник. А Шери, тихо прогулявшись, смотрела, что же было странным, но ничего не подходило, как будто было все в порядке.

Как и всегда, толпа стояла, народ уставился на травы, а Рут и Шери огляделись, но не нашли, кого искали. Возможно, снова здесь ловушка, опять Теор в дороге путал, но захотели задержаться, есть нечто в этой деревушке.

Явилась женщина устало, спросив о травах для отвара, восстановиться нужно сыну, что долго болен, чем не зная. А это было интересно, сказали гости, что помогут, но взяли лишь один мешочек, за ней последовав до дома.

Парнишке было лет 15, он был как-то очень вялый, но его гложет беспокойство, об этом травники узнали. И расспросив его немного, они узнали о болезни, что мальчугана захватила, но часть здоровья вновь на месте. Хотя и был мальчишка слабым, но это было поправимо, и Рут сварил ему отвара, что восстановит парня силы.

Исчез недуг, как не бывало, парнишка снова оживился, внутри почувствовав здоровье, что по нему тепло струится. Но беспокойство не исчезло, что Шери очень волновало, она подсела к мальчугану узнать о том, что так терзало. Но мальчик был немногословен, совсем подавлен и встревожен, но, убедившись, что нет мамы, он рассказал им, что так гложет.

Мальчишка Адам был здоровым, болел так редко, что не вспомнить, но простудился так внезапно, что вскоре стал серьезно болен. Не мог подвигаться в кровати, не мог заснуть, всего знобило, и есть не мог, что ослабляло, не мог стоять, сжимало сильно. Лекарства не было от хвори, никто помочь семье не в силах, казалось, мальчик умирает, тянул его недуг в могилу. Но брат хотел найти решение, сказав, что сам разверзнет горы, чтоб отыскать спасение брата в других краях и землях новых.

Просил он Кая задержаться, не уезжать, куда не зная, а вдруг, не сможет возвратиться, а, если Адам умирает? Но Кай сказал не сомневаться, отыщет он лекарство птицей. Но вскоре Кай пропал бесследно, а брат нежданно исцелился.

С тех самых пор, скучает мальчик, ведь хочет снова видеть Кая, но все расспрашивал приезжих, о чем совсем не знает мама. Он бы пошел на поиск брата, чтобы найти его в тех землях, но Адам был совсем ослаблен, что так в душа его болела.

Однажды брат узнал о слухах, как будто Кая захватили, в тюрьме он был или похуже, а может, кто-то и похитил. Но Адам этого не знает, переживая лишь за Кая, но никогда родне не скажет, пускай не знают о пропаже.

Тогда-то Шери говорила, что, может быть, помогут в деле, друзья умелые ищейки, что отследить способны зверя. Пускай отправится за ними, и тут же брат на месте будет, а Адам, слушал без охоты, не очень верил в это чудо. Но эти травники сумели ему вернуть обратно силу, возможно, что придет удача, и Адам вдруг пошел за ними. Ищейки лишь спросили брата, где в деревушке безопасно, и Адам их повел на речку, где избежать зевак удастся.

Стояли гости отдаленно, а Адам стал за спину Рута, пускай и было безопасно, но скрылся брат на всякий случай.

Свирель блеснула дивным светом и Шери Кая призывала, но брат на зов не появился, что гостью очень напугало. Возможно, парень был убитым, неужто все давно пропало, но Шери пробовала снова, а Кая, как и не бывало.

На миг и Адам усомнился, поверил ведь в такие бредни, но Шери, лишь взглянув на Рута, нашла для этого решение. Она настроила внимание и призвала того, кто связан, возможно, этот похититель о Кае им расскажет сразу.

Опять свирель играла тонко, и вскоре образ показался, что разрастался все острее, пока совсем не стал реальным. Она была в сиянии красном, но вид немного ошарашил, в руках у девушки катана, а глаз укрытый под повязкой. И Шери вдруг окаменела, такое же случилось с Рутом, и он назвал ее Пустыней, а дева тут же улыбнулась. Они знакомы с гостьей были, Медина – давняя подруга, она когда-то помогла им, сейчас была видением будто.

Друзьям Пустыня улыбнулась, не ожидая видеть снова, явилась девушка с Лераном - своим прекраснейшим супругом. Для Шери это было странным, но почему пришла Медина, и чем же Кай с подругой связан? Да что же с ним происходило?

Пустыне барды рассказали, что Адам брата ищет долго, похоже, он с Мединой связан, раз появилась на дороге. Узнав немного подробней, сказала гостья то, что знала: Медина, правда, с ним знакома и знает, где он оказался. Но Адам словно зашатался, ведь был во власти беспокойства. Пустыня лишь к нему подсела и, руки взяв, раскрыла больше.

На самом деле Кай – наемник, он перебил людей немало. Пустыня, Кая захватила, его в ужасный мир ссылая. Но очень странно получалось, она не чувствовала злобы, как будто юноша встревожен и делал все, на что способен. Она явилась в то мгновение, когда ее просила жертва. Пустыня, брата обезвредив, перенесла в другое место.

Но Адам вмиг вскочил на ноги, ведь Кай не может быть убийцей, он лишь хотел найти лекарство, чтоб мальчик смог восстановиться. Неужто было невозможно вернуть ему обратно Кая? Пустыня тут же рассказала, что возвратиться сможет сам он. То место, где Кай находился, был полон самой разной жути, но тот, кто смог признать ошибки, сумеет лишь назад вернуться.

Но Адам лишь просил пощады, просил его туда отправить, он сможет брата обнаружить и возвратит домой обратно. Пустыня малость растерялась, она не делала такого, но появление Лерана их растревожило немного.

Дух появился так внезапно, что все друзья вскочили даже, но им Медина рассказала, что муж ее был безопасен. Леран, что был создатель мира, сказал, что можно это сделать, он лишь отправиться за ними, осуществив свою затею.

Мальчишка тут же согласился без колебаний и волнений, он должен снова видеть Кая, вернуть домой без промедления. Но Рут и Шери захотели не оставлять его в дороге и согласились отправляться, Лерану, может быть, помогут.

Настало время отправляться. Пустыня, взяв свою катану, сказала, что должна пронзить их, но пусть настроятся сначала. Леран просил лишь разрешения вселиться в Адама на время, чтобы суметь переместиться, катана Духу не проблема. И Адам, пусть и очень страшно, но согласился сделать это. Леран вселился аккуратно, а взгляд зажегся красным светом.

Вздохнувши перед отправлением, друзья взглянули друг на друга, Пустыня, взглядом поддержавши, катаной всех троих проткнула.

Глава 11

Повсюду жуткая тревога и страх растет еще сильнее, ужасный мир был полон тени от нависающих деревьев. Леран оставил вскоре парня, ведь вышел сам и огляделся, тогда, прислушавшись немного, увидел к Каю направление.

Друзья пошли среди деревьев, какой-то крик и гул раздался, но Дух сказал, чтоб не пугались, таким уж мир его являлся.

Покуда гости шли куда-то, то расспросили про Медину, а кто она была такая и почему на зов явилась. А также было интересно, чем это место так пугало, Леран сумел сказать об этом, покуда шли куда, не зная.

Медина – древняя ведунья, но поселение их пропало, а всех ведуний истребили, она одна была такая. Так много разного случилось, но у Пустыни все в порядке, она сейчас была Хракуном – созданием из Хатигнарада.

Однажды, встретивши Медину, Леран ее укрыл собою, Медину выследила стража, совсем лишив ее покоя. Ведуньи были очень ценны, их все преследовали снова. Пустыню предали когда-то, ее же друг Медину продал. Она тогда и обозлилась, но не могла оставить это, Медина жаждала покоя, ей так хотелось изменений.

Леран с ведуньей был все время, она других не подпускала, с тех пор она была Пустыня и глаз утратила, сражаясь. Но убивать ей не хотелось, она желала все исправить, Леран нашел тогда решение, вручая ей свою катану. Леран связал ее с порталом и создал мир для всех мерзавцев, кто предает и разрушает, чтобы старались изменяться.

Но всякий ужас появлялся, когда людей сюда ссылали, из душ мерзавцев вырвав страхи, они людей «в капкан сгоняли». Задумка мира так обычна: признай ошибки и вернешься, но так никто и не вернулся, остаться здесь намного проще.

Медина раньше тех ссылала, кто предавал и был жестоким, а после, жизнь ее сменилась, и потекло все по-другому. В Хатигнараде зов случился, Пустыня много слышать стала, как будто некто просит помощь, как будто молит о пощаде. Она тогда пошла к Суране, а это их Богиня мира, и у нее узнать сумела, в чем связь у крика и Медины.

Сурана этого не знала, однако мысль предположила, что связь пришла к ней не случайно, разгадка – прошлое Медины. Пускай, она была Хракуном, да и вместилищем Лерана, но все же девушка ведунья, она должна помочь в страданьях.

Тогда Пустыня согласилась, Сурана ей вручила силу. Леран пошел с Мединой вместе, и вскоре жизнь переменилась.

Напал на женщину разбойник. Медина слышала призывы и появилась так внезапно, что тот не понял, что случилось. Она спасла от нападенья, затем, явились разговоры, что будто бы она Богиня, что защищает от разбоев. С тех самых пор ей поклонялись, ее возвысив до Богини. Медина лишь была Хракуном, пусть и с Божественную силой.

Однако Адама сжимало, его окутывало страхом, он говорил, что все в порядке, ведь должен справиться, обязан. Но Рут решил сыграть на скрипке, что может парня успокоить, но, в этом мире все иначе, и страх безумный не уходит.

Леран тогда спросил у парня, не против ли его защиты, и Адам снова согласился и оказался вновь укрытый. Леран укрыл в огромный купол, что Адам даже улыбнулся, весь страх до капли растворился и не тревожил больше душу.

Их путь и так был очень странный, но пусто было в этом мире, а, где же люди, что попались, а где же ужасы какие? Леран сказал, что все в порядке, друзья не сделали дурного, бродяги людям помогают, из душ их ужас не исходит. А Адам хочет брата встретить, боится лишь его оставить, а здесь, для тех, кто не виновен, лишь обострялось чувство страха.

Друзья пошли за Духом дальше, но Шери вдруг остановилась, она увидела Гаркана, что расправляется с Богиней. Взмахнула Шери рукавами, остановить хотев мерзавца, но ее магия пропала, а Шери, стала задыхаться.

Но Рут туда взглянув сейчас же, не рассмотрел совсем угрозы, но Шери мигом объяснила, что был Гаркан с Мирель напротив. Леран смахнул остатки страха, сказав, что это здесь нормально, пускай укажут, где увидят и Дух мгновенно все исправит.

Друзья пошли поспешно дальше, но Рут и Шери волновались, весь этот мир лишил их силы, скорее нужно выбираться. А Рут увидел вдруг Гаркана, что на глазах кромсает Шери и он ее закрыл руками, забыв, что магия исчезла. Леран смахнул и этот ужас, лишь предложив укрыться тоже, супруги с Духом согласились, они сейчас совсем ничтожны. Леран укрыл их под защитой и страхи, словно испарились, но оставалось неизвестно, что в самом деле здесь творилось.

Пройдя еще совсем немного, их чуть не сбил бегущий пленный, он пробежал, крича от страха, чуть не свалив гостей на землю. Не ясно, что же он увидел и от чего пытался скрыться, но нужно быть невозмутимым, ведь пленных множество таится.

Идти становится страшнее, а Дух сказал, что на подходе, он Кая чувствует сильнее, его с ума тревога сводит. И Адам бросился куда-то, услышав, что они так близко, а остальные догоняли, но крики Адама лишь слышно.

Тот Кая звал, срывая горло, Леран указывал дорогу. И вскоре он увидел брата, что прикрывал глаза рукою. Его шатало и знобило, но Адам бросился до брата, а тот сначала не поверил, но вскоре стало все в порядке. Воскликнул Адам подниматься, ведь уведет его отсюда, но Кай не верил, вдруг виденье, не может быть такого чуда.

Но Адам лишь тащил беднягу, что даже Кая убедило: брат точно здесь, он не видение, и это парня пробудило. Он брата взял скорей в охапку, тот был живой и невредимый, а Каю было так несладко, когда он думал о кончине. Но, разглядев других пришедших, он удивился этой встрече, но Адам очень благодарен своим гостям, что был замечен.

Леран готов их переправить, а Кай от брата не отходит, они опять стояли рядом, готовы вновь вернуться к дому. Одна секунда пролетела, а все друзья уже у речки, их ожидала там Пустыня, что волновалась бесконечно.

Глава 12

У Кая скованно дыхание, ведь долго пробыл в жутком месте и все никак не мог поверить, что страх закончился, исчезло. Не слышно больше лютых криков и не душило беспокойство, брат до сих пор понять бессилен, как получилось все так просто.

Леран опять летел к Пустыне, а Рут от Шери не отходит, Медина тут же осознала, как сильно страхом сердце сводит. Супруги деве благодарны, что помогла им это сделать, а Адам, руки ей сжимая, был благодарен за спасенье.

Пустыня, глянув на парнишку, его просила продержаться, исчезнут скоро беспокойства, и он забудет о напасти.

Друзья друг с другом попрощались, Пустыня лишь дала им кольца. Леран услышит зов на помощь и вновь сумеет к ним вернуться. А Рут и Шери улыбнулись, они так рады этой встрече. Леран с Пустыней, вновь сливаясь, растаяв в воздухе, исчезли.

Вернули брата снова к дому, сказав родителю легенду, как будто Кай вернулся снова, ведь так устал от приключений. И все опять вернулось в норму, но брата, все же волновало, а правда ли, что говорили, а, может быть, оклеветали? Но Кай, укрывшись одеялом, им рассказал, в чем было дело: «Он был, действительно, наемник, но ради брата это делал».

Когда настало беспокойство, и Адам лишь лежал в кровати, Кай был бессилен отступиться, не мог позволить просто сдаться. И брат отправился на поиск, но отыскать не удавалось, казалось, нет совсем на свете, что помогло бы исцеляться.

Блуждая дико в дальних землях, Кай волновался лишь за брата, просил, чтоб только бы дождался, пускай не бросит Кая Адам. Упорство силы придавало, на дело Кай настроен ясно, преодолеет все на свете и доберется до лекарства.

Однажды Кай набрел на город, где обнаружил точно мага, а тот сказал, что нужно делать, чтобы спасти от смерти брата. Колдун вручил одно лекарство, что сможет вмиг спасти от хвори, но нужно было постараться лекарство силами наполнить. Но Кай готов на что угодно, он сам бы жизнь отдал за брата, а Маг сказал, что путь иной был: пускай наемником он станет. Лишь выполняя поручения, он сможет сделать это дело, лекарство силами наполнит, а хворь пройдет без промедления.

Для Кая дело было жутким, но он как будто отключился, все ради Адама лишь было, и брат на дело согласился. С тех пор наемник неумелый, но четко цели представляя, он, извиняясь перед жертвой, приказы точно исполняет.

Так продолжалось бесконечно, но Кай хотел вернуться к брату, но почему-то сомневался, что для лекарства силы хватит.

Продолжил парень подчиняться, но, вскоре, все перевернулось, ведь оказался в жутком месте, где обитает лютый ужас. Брат был один в пустынной тени, но всюду слышал крики брата, не мог он есть и спать не в силах, повсюду был один лишь Адам.

Бродив по месту заточения, Кай даже встретил незнакомцев, что убегали с жутким криком, но брат не видел беспокойства. Он жить продолжил в одиночку, ведь постоянно страх изводит. Кай неизменно видел брата, что смерти сдался обреченно.

К другим, совсем не приближался, не знал того, что было правдой, для них был ужас в чем угодно, а для него потеря брата. Но Кай старался жить при страхе, надеясь лишь спастись отсюда, в руках жемчужину сжимая, надеясь, что исчезнет ужас. Но вскоре все преобразилось, Кай видеть начал всех убитых и ощутил себя так скверно, что выжить стало непосильно.

Но Рут прервал его рассказы, переспросив для уточнения, и Кай достал свое «лекарство», что ярко розовым блестело. Увидев, Шери обомлела, неужто парня обманули, его заставили скитаться, уничтожая жизнь повсюду. И как бы жемчуг отыскали, не будь он загнанный Мединой, но, все же, было очень странно, пусть жемчуг блещет перед ними.

Друзья тогда-то рассказали, что Маг использовал беднягу, ведь дал ему волшебный жемчуг, а не какое-то лекарство. Супруги мигом уточнили, а знал ли парень о Гаркане, и Кай безумно растерялся, ведь этим Магом был обманут.

Мерзавец ведь сказал парнишке, что за семьей Гаркан присмотрит, убережет от смерти брата, покуда долг свой не исполнит. А Адам быстро исцелился, болезнь прошла, оставив слабость, но Кай сломал немало судеб, что искупить не сможет даже.

Но смерть была совсем не выход, тогда-то Шери предложила, чтоб Кай исправил все ошибки, начав Мирель служить отныне. Пускай вину свою искупит, служа Богине в этом месте, она его потом рассудит, когда настанет время смерти. Но Кай на это согласился, хоть понимал, что это малость, ведь столько жизней покалечил, пусть и родню спасти пытаясь.

Вздохнули барды, понимая, у парня выбор ограничен, но пусть вину свою стирает, служа Мирель, покуда жив он.

Повисла тяжесть и тревога, друзья молчали, понимая, как нелегко сейчас мальчишке, ведь это все услышал Адам. Он не хотел бы этой жертвы, из-за него, брат стал убийцей, но хорошо, что вновь вернулся и сможет в вере укрепиться.

Вернув жемчужину обратно, на шаг приблизились до цели, им оставалось так немного, Мирель спасти из заточения. Супругам нужно к цели дальше, а братья начали прощаться, но с визгом стекла разлетелись, что не успели скрыться даже.

Друзья попадали на землю, Рут прикрывал собою Шери, но в суматохе не услышал, откуда визги долетели. Супруги тяжко отдышались, открыв глаза и оглядевшись, а рядом с ними оба брата лежали лишь в осколках этих.

Глава 13

Вскочили Рут и Шери с пола, а Кай и Адам все лежали, струилась кровь из-под осколков, что из парней вовсю торчали. Бежала Шери к ним навстречу, а Рут, людей пошел проверить, вокруг сплошная суматоха, но, все же, люди уцелели.

Соседи всюду выбегали в порезах рваных от осколков, но Рут не знал, за что хвататься, кому сейчас нужнее помощь. Рут побежал скорее к людям и помогал, кому возможно, но не расспрашивал о визге, пусть отойдет народ от шока.

Однако вскоре заподозрил, что это было всем знакомо, не первый раз донесся визг к ним, не первый раз бегут из дома.

Когда окончилась работа, метнулся Рут бежать обратно, а Шери дома все кружила, из братьев стекла вынимая. Их мать не очень пострадала, но рядом с ними находилась, она вернулась от соседей и лишь отделалась ушибом.

Но братьев вскоре излечили, они подпрыгнули так резво, что Рут и Шери задержали, пусть полежат еще на месте. И вскоре раны затянулись, а братья, глянув друг на друга, произнесли одну лишь фразу о том, что Рою снова туго. И Шери тут же расспросила, кто этот Рой и где скрывался, неужто визг - его работа, где незнакомца отыскать им?

Кай рассказал, что стало с Роем, они когда-то с ним дружили, однажды Рой, бежал от зверя, упав в овраг, где все свершилось. Он так ударился об камни, что изменился до предела, по виду было все в порядке, а в голове безумие зрело. Никто понять, увы, не может как Рой сумел спастись оттуда, но то, что с другом приключилось, сломать смогло немало судеб.

Его могли возненавидеть, ведь Рой стал монстром в их деревне, но парень смог сбежать отсюда и поселился в отдалении. С тех пор он жил уединенно, но жуткий крик к ним долетает, что иногда безумно громкий, а иногда совсем стихает. Народ не знает, что им делать, но суматоха не впервые, для деревенских, он парнишка, кому помочь, увы, бессильны.

Друзья спросили поподробней, где разыскать им незнакомца, Кай указал им направление, где отыскать его придется. Супруги двигались в то место, где проживал несчастный парень, они должны узнать у Роя, что приключилось с ним недавно.

Дорога все тянула к лесу, бродяги глубже заезжали, лес был сейчас безумно тихим, ужасным визгом испугавшись. Супруги ехали сквозь дебри, и снова визг раздался тихий, но был, какой-то приглушенный и доносился еле слышно. Они направились навстречу и вдруг увидели знакомых, стоял повсюду «Серый ветер», что патрулировал дорогу. Бродяги тут же удивились: «Неужто парень был Болтушей?» Но все же к домику спустились, должны узнать его получше.

Когда друзья прошли поближе, отряд приветствовал знакомых, они сказали, что их главный сейчас внутри, с парнишкой Роем. А Рут и Шери заглянули и вдруг увидели картину: сжимает Ветер сильно парня, а Рой прижат к груди мужчины.

И снова визг раздался в доме, а Ветер выдержал всю силу, но Рой немного задыхался, себя от Ветра отодвинув. А Ветер сам стоит спокойно и говорит, что все в порядке, но Рой, ему кивнув с одышкой, упал на стул, стоящий рядом. «Спаситель» тут же обернулся, увидев в доме Рута с Шери, и лучезарно улыбнулся, сказав, что рад их новой встрече.

Бродяги рядом разместились и узнавали, в чем же дело, Рой рассказал им, что случилось, когда с обрыва полетел он.

Когда-то он, в лесу гуляя, ужален был каким-то шершнем, но шел домой без остановки, стараясь выбраться из леса. И вдруг рассудок помутился, какой-то зверь за ним погнался, но Рой бежал настолько быстро, что не узнал, где оказался.

Сейчас лишь парень был уверен, что это не был жуткий монстр, ведь был каким-то нереальным, ему тогда казалось просто. И, убегая, Рой свалился, был очень сильно покалечен, но появился незнакомец, что исцелил на нем увечья.

Тот лишь просил не волноваться, Гаркан за ним присмотрит вскоре и Рой домой пошел устало, здоровье вновь вернулось в норму.

Но вскоре странность появилась, лишь голова ломиться стала, и Рой раздался громким визгом, что даже горы сотрясались. Он оглушил своих соседей и отнимал их жизни криком, тогда-то, он сбежал оттуда и поселился в чаще скрытно.

Но визг все чаще появлялся, и он кричал, куда придется, ведь так хотел закончить хаос и защитить от бед народы. Решил он даже сделать выбор и выбрал жизнь отдать с проклятьем, но появился незнакомец, ему представившись Гарканом. Просил он жизни не лишаться, а послужить ему во благо, Бог исцелит его от визга и будет снова все в порядке.

Подмоге парень согласился, и криков стало вдвое меньше, конечно, визг еще остался, но перестал калечить жизни. Крик появляется внезапно, но Рой не знал, когда случится, он постоянно наготове, но быть старается потише.

Однажды Рой, в лесу гуляя, внезапно крикнул так безумно, что напугал зверей тем визгом, и лес, как будто, не проснулся. Тогда-то и явился Ветер, ведь мальчик был не человеком, он уничтожить лес стремился своим ужасно громким криком. Тот даже звал его Болтушей, но, убедившись, что ошибся, узнал от Роя о тревоге, в какого монстра превратился.

Но Ветер Роя не оставил, решив помочь в беде бедняге, с тех самых пор он появлялся и помогал справляться парню. Рой, прижимаясь к Ветру ближе, в него кричал как, было можно, а Ветер был не покалечен, как будто визг совсем ничтожен. Главарь поддерживает Роя, но не нашел его спасения, хоть и старался с большей силой уберегая жизнь в деревне.

Но Шери с Рутом понимали, что был Гаркан опять замешан, и расспросили поподробней, быть может, связан с парня вещью. Но Рой сказал, что нет предмета, что дал Гаркан ему на память. И Шери с Рутом погрустнели, не зная, в чем причина страхов?

Супруг полез в мешочек вскоре, чтобы найти иную силу, есть пара трав, что Роя спрячут и сберегут его защитой. Но Рут тогда остановился, не понимая, в чем же дело, он пригляделся, понимая, что сумка ярко запестрела. Неужто здесь была пропажа, он осмотрелся по округе, надеясь здесь увидеть жемчуг, но на виду не обнаружил. Держав жемчужину в ладони, он начал с ней ходить по дому, но жемчуг ярче не светился, но, где искать пропажу снова?

Тогда, приблизившись до Роя, весь жемчуг вспыхнул, как в пожаре, а Шери тут же объяснила, что мрак укрыт внутри бедняги. Такого не было ни разу, но стал Гаркан еще хитрее, он жемчуг спрятал так надежно, что отыскать бы не сумели. И, проводив им перед Роем, они узнали, где пропажа, он в голове его укрылся, но как достать, не знали даже.

Тогда-то Ветер отстранился, из парня тут же некто вышел, он был с серебряным окрасом и сделал то, что нужно было. Переместившись в Роя мигом, он появился очень скоро, держа в руке причину страхов: был желтый жемчуг на ладони. И Рою тут же стало легче, он вновь дышал, исчезли скрипы, а в голове одна лишь легкость и ощущения, что забыты.

Вернулся жемчуг вновь к супругам, а Рут и Шери понимали, что был Гаркан ужасным монстром, что не дает покоя слабым. Тот шершень явно необычный, он и вселил в мальчишку скверну, и наделил беднягу визгом, чтоб перебил тот всех на свете.

Благодарил за помощь парень, ведь так давно отвык от жизни, забыл совсем, что это значит, когда людей не губишь визгом. А к Ветру парень обратился, назвав его «Виджи с Ирелем». Он говорил, что ждет их в гости, они друзьями стать сумели.

Опять с Шипуней попрощавшись, супруги вновь готовы к делу, а Рут сыграл дня них на скрипке, чтоб память стер весенний ветер. Ирель взглянул на Рута вскоре, ведь сам был Дух ночного ветра, и в этой музыке он слышал прекрасной магии напевы.

Друзья вернули парня в город, расстались с Ветром и Ирелем и, вновь запрыгнувши в повозку, решили вновь заняться делом. Супруги думали о встрече, остановить Гаркана надо, они ушли из дома Роя, лишь обсуждая части плана. Но нужно было сделать дело, остановить его скорее, а то выходят за пределы его жестокие идеи. Супруги думали все больше, как попытаться взять Теора и разузнать суметь подробно, где обитал «подобный Богу». Пусть были созданы богиней и послабее, были все же, но оставалась лишь надежда, что и Гаркан был создан тоже. Тогда смогли бы с ним сразиться и задержать хотя бы малость, но до сих пор им не известно, как он пришел и кем являлся.

Глава 14

Свирель в руке сжималась крепко, лилась мелодия потоком. Теора Шери призывает, остановить решившись Бога. Но даже образ не явился, что Шери злило до предела, она играла все быстрее, чтобы явился перед нею. Прислужник им не показался, ведь игнорировал призывы, но Шери это не пугало, а с каждым разом больше злило.

Друзья устали видеть это, народ страдает от Гаркана, ведь перешел уже границы, все глубже лапы запуская. Мирель пропала, как бесследно, и это все - его заслуга, изгнать Гаркана так хотелось, пока совсем не стало худо.

Но вскоре образ показался, что разрастался все сильнее, и перед ними появился прислужник Бога в своем теле. Назвал он только их глупцами, друзья зашли, куда не надо, и вдруг все быстро потемнело у двух бродяг перед глазами.

Глаза открыв в огромном зале, они увидели Гаркана, а руки им сжимали цепи, что очень плотно прилегали. Гаркан сидел на белом троне, он был расслаблен перед ними, нога качала подлокотник, вторая сверху разместилась. Рука поддерживала шею, в другой руке играло пламя, зеленым маска засветилась, на голове мерцала шляпа.

У Рут и Шери нет волнения, они смотрели на Гаркана, как будто это не проблема, но дико злость внутри пылала. Теор приблизился к Гаркану, сказав, что это те монахи, что постоянно им мешались и разрушали все их планы. Гаркан немного усмехнулся, взглянув с весельем на Теора: «Какие же они монахи, к ним Ру и Аль явились в гости». Прислужник замер в удивлении Гаркан смеялся от Теора, ведь лишь сейчас узнал всю правду: в цепях сидели сами Боги.

Переспросил Теор Гаркана: «Да неужели это правда, те сами Боги, у которых стащил подвеску с Мируаля?». Гаркан ему кивнул с усмешкой: «Да, это так, те сами Боги, Мирель когда-то вдохновилась любовью Стражника к шпионке».

Когда убили их в погоне, она звала их за собою и вскоре сделала Богами, что защищаются любовью.

Но Рут и Шери копошились, стараясь выбраться из плена, но почему не удавалось, мерзавец стал еще сильнее. Друзья смотрели на Гаркана, мечтая лишь изгнать мерзавца, он не являлся даже Богом, но смеет им в лицо смеяться.

Гаркан сжимал в руке мешочек, что Ру и Аль окаменели, внутри лежал волшебный жемчуг, что найден был в их приключениях. Он усмехнулся так же звонко, в ладонь весь жемчуг высыпая, а план, действительно, сработал, пусть и немного не хватало.

Супруги выглядели скверно, не отрывая взгляд от Бога, он ведь в руках держал их ценность, но силы нет спасаться снова. Но Шери глянула на Рута, она придумала решение, кольцо Медины было рядом, она поможет непременно.

Богиня лишь кольцо вертела, с надеждой видеть здесь Пустыню, пока Гаркан сжимает жемчуг, совсем угрозы не предвидя. И начал образ появляться, а Шери с Рут сидели тихо, пытаясь лишь отвлечь Гаркана, что понемногу выходило. Гаркан приблизился поближе, Медина больше появлялась, но не успела в то мгновение, когда могла бы все исправить.

Гаркан держал в руках кусочки и, протянув поближе руку, весь жемчуг вспыхнул перед ними, а он в лицо им пепел дунул.

Медина сзади нападала, Гаркан ее в тот миг заметил и закружили Духи в танце, сражаясь точно до победы. Леран с Теором закружился, отбросив «пленника» подальше. Теор мгновенно отключился, а вот Гаркан не собирался.

Пока Медина с ним сражалась, Леран пытался цепи плавить, а Рут и Шери все глядели, желая встретиться с Гарканом. Почти немного оставалось, сползали цепи постепенно, но звук падения раздался, а Рут и Шери обомлели. Пустыня билась ураганом, так резво бросившись к Гаркану, сняла с лица мерзавца маску, задев ее своей катаной. И маска стукнулась об камень, представив всем лицо Гаркана, друзья застыли в изумлении, не ожидавшие удара. Медина вдруг остановилась, и Шери с Рутом слов лишились, Теор, что смог в себя вернуться, упал от ужаса застывшим. У Шери с мужем дух сковало, и даже кровь застыла в жилах, они сидели не мигая, ведь перед ними их Богиня.

Мирель была в своем обличье, да только голос был Гаркана. Медина лишь в себя вернулась, решив сразить его катаной. Но не успела это сделать, катана лишь прошла на вылет, а неизвестное создание, распавшись в искрах, растворилось.

«Мируаль» Жемчужный путь, II Часть.

1 глава Усевшись тихо на пригорке, укрывшись солнечным сиянием, тонув в раздумьях об ушедшем, угрюмо Боги пропадали. Кто мог бы знать, что выйдет боком, друзья обмануты Гарканом, он захватил давно Богиню и делал все, что пожелает.

Неужто дело в ожерелье, что утащили с Мируаля? Но как Гаркан забрался в тело, совсем друзья не понимали. Узнают это чуть позднее, ведь есть монах, что мог знать правду, сейчас есть дело поважнее: Теор был брошенным Гарканом.

Сидел прислужник, как и Боги, потерян в мыслях и подавлен, ведь даже сам не мог поверить, как много было скрыто правды. Он видел Бога очень часто, но мысли даже не возникло, что было спрятано под маской, что всякий раз пред ним носил он. Да неужели это время была Мирель с Теором рядом? Да только тело их Богини Гаркан без спроса как-то занял. А тут еще и сами Боги, кто мог узнать в них Ру и Аля? Теор понять совсем бессилен, ведь сам был связан с Мируалем.

Леран с Пустыней удалились, хотя для них все было в норме, пусть и, увидев эти лица, к ним подступало беспокойство. Но Ру сказала без волнения, что будет с ними все в порядке, они сумеют все разведать, на это сил им с Алем хватит. Медина лишь предупредила, что будет рядом, как возможно, и, если будет очень нужно, она найти им путь поможет.

Подсели Ру и Аль поближе, Теор на них взглянул украдкой, но почему-то стало жутко, как будто он веревкой сдавлен. Опять сковали цепью мысли, ведь «оказался» в том мгновении, когда был связан очень туго и как тогда хотел спасения. Но Ру спросила, в чем же дело, что приключилось с ним когда-то, что он в Богиню бросил веру, переметнувшись в стан к Гаркану?

Теор был близок к их Богине, они частенько говорили, она всегда была опорой и наделила парня силой. Он на земле был тем монахом, что помогал, кому возможно, но делал это аккуратно, волненья лишнего не нужно.

Однажды он, блуждая где-то, подслушал планы похищенья, бандиты вместе обсуждали, как провернуть удачно дело. А целью их была девчушка, дочь короля земель богатых. Свадо́н был мощью королевства, полно земель и много замков. Как много было жутких планов, идеи лезли беспрерывно, бандиты жаждали богатства, прося за дочь немалый выкуп.

Монах раскрыл Мирель задумку и сообщил всю новость страже, но стража, в бредни не поверив, не пропустила в город даже. Решив, что это сумасшедший, что хочет лишь найти наживу, Теора стража попросила, чтобы сейчас же их покинул. Но, как Теор бы не старался, был не услышан этой стражей и сам решил спасти принцессу, что было сделать очень важно. Мирель на планы согласилась, сказав, что будет благородно, она присмотрит за Теором и, может, чем-нибудь поможет.

Монах сумел пробраться в лагерь, где все бандиты разместились, и, раздобыв одежду банды, в толпе людей сумел укрыться. Но нужно было нечто сделать, чтоб подобраться ближе к делу и он пристроился к бандитам, что занимались похищением. Они все думали над планом, как же похитить им ребенка, когда весь замок и их земли всегда под пристальным надзором. Казался план безумно сложным, не подступиться в этом деле. И вдруг чужак на сцену вышел и рассказал, о чем разведал.

Теор услышал от Богини, что предстояла им дорога, принцесса едет с королевой, ребенка нужно познакомить. В семье традиция такая: детей знакомить с королевством, конечно, будет и охрана, но шанс высокий выиграть в дельце.

На это был главарь согласен, толковый план, какой им надо, но все же он спросил Теора, а почему о нем не знал он? Теор лишь только отмахнулся, сказав, что был их новобранцем, ведь был пленен свободной жизнью, но надоело быть скитальцем. Главарь был рад знакомству с парнем, тот был умен, что приглянулось, а значит, станет частью плана, что будет важно провернуть им.

Главарь, что звался Бурый череп, монаха лишь держал поближе и обсуждал с ним части плана, что должен он придумать быстро. Мирель Теору помогала, его слова не возмущали, бандиты лишь на план смотрели, Теором, словно восхищаясь.

Настал день Х, тот долгожданный, когда свершится их задумка и выкуп к ним придет немалый за возвращение ребенка. А вот Теора волновало, чтоб только план сумел сработать, тогда ведь он спасет принцессу и всех бандитов уничтожит.

Настало время «приключений», бандиты стихли, ожидая, но лишь Теора колотило, что было с ним, совсем не знал он.

Карета ехала по лесу, настало время похищения, все в голове перемешалось, а всюду стрелы засвистели. Перемешавшись точно в вихре, бандиты, стража королевства, и кони были с громким ржанием, что на дыбы вздымались быстро.

Те, кто стояли у кареты, усыплены монахом были, и он проник в карету мигом, двух милых девушек увидев. В руках одной сидел ребенок, совсем еще девочка, кроха. Он посмотрел, сказать пытаясь, что все в порядке будет скоро.

Но вдруг их нечто напугало, что оглушило этих женщин, и, вдруг, Теор схватил ребенка и приспустил в руках с ней вместе. Остались крики где-то сзади, погони вроде бы не слышно, решил монах, что получилось, пускай Мирель лишь женщин слышит. Пускай подарит им надежду, пускай укроет их от горя, ведь эта девочка в порядке и скоро к ним вернется снова.

Однако их главарь явился, хваля разбойника за дело, как чисто он схватил принцессу, как чисто выглядит затея. Им ничего не оставалось, как только следовать в берлогу. Теор, чтоб было все в порядке, старался быть непринужденным.

Девчушка лишь сидела мирно, совсем не чувствуя угрозы, а, может быть, не понимала, а может, еле держит слезы.

Бандитов много перебили, и это было так заметно, но Бурый череп был доволен, как провернули это дело. Наемник ждал момент удачный, но нужный миг не возвратился, главарь всегда неподалеку, и их берлогу не покинул.

Теор был часто с непоседой, что назвала себя Лау́на, ей было лишь четыре года, монах был сдавлен от испуга. Она была такая кроха, сейчас напугана немало, а он все ждет момент удачный, когда вернет ее обратно. Он говорил с ней постоянно, с ним было девочке спокойно, но все никак главарь не выйдет, возможно, ждет добычи звонкой.

Мирель бандитов усыпила, монах с ребенком очень тихо смогли пройти через охрану и их убежище покинуть. Он шел все ближе к королевству, Лауна, вдруг заснуть сумела. Теор старался быть потише, да и ему поспать хотелось.

Теор укрылся осторожно, сойдя с тропы поближе к лесу, и разместился аккуратно, не потревожив сна принцессы. Пускай и очень беспокойно, но отдохнуть сумел он тоже и оба двинулись под утро, ведь королевство на подходе.

Но Бурый череп их настигнул, наемник лишь застыл на месте, не ожидая здесь увидеть их главаря, что смотрит с местью. Лауна крикнуть не успела, как два разбойника сцепились, девчушка жутко напугалась, она стояла, как забывшись.

А бой становится все жёстче, принцесса влезла в эту драку и отлетела, как пушинка, совсем лишенная сознания. Теор хотел спасти принцессу, но оглушен за нею следом, а Бурый череп огляделся, увидев стражи приближение.

Схватив ребенка очень крепко, он побежал скорей по лесу, но всюду стража подступала, но к главарю пришло решение. Он закричал, что спас девчушку, главарь бандитов там остался, а он, простой и мирный житель, спасти ребенка попытался. Он убегал от стражи замка, ведь растерялся на мгновенье, кто это бы, а вдруг бандиты, он должен был найти решение.

Бандит вернул ребенка страже, его с Теором взяли в замок, да вот Теор попал в темницу, а главарю внесли награду. Бандит описывал план в красках и рассказал, как спас ребенка, а при дворе все восхищались, ведь долго не было героя. Бандит назвал себя Теором король Вили́р был благодарен, они с супругой Галатеей в поклонах много рассыпались.

Бандит забрал свою награду, сказав, что деньги пригодятся, ведь их раздаст кому нужнее, чтоб больше в деньгах не нуждаться. На благородство лжетеора народ дивился, лишь вздыхая: «Какие люди в королевстве, с такими жить - одна услада».

Теора же пытали долго, но он твердил одно и то же, ведь к похищению не причастен, он лишь хотел помочь ребенку. И королева, и служанка, что находились в той карете, их похитителя признали, его лицо нельзя забыть им. Теор пытался отпирался, прося Мирель спасти из плена, да вот Мирель не отзывалась, как будто сбросила их бремя.

Лауна слабой оставалась, но говорить была способна, она сказала, что спаситель ей помогал, зовут Теором. А друга так хотела видеть, но ей ответили отказом, Теор давно ушел отсюда, ей пожелав остаться храброй. Но настоящего Теора приговорили к смертной казни, его опутали веревкой, замуровав в стене несчастий.

Он навредил ребенку жутко, а это было преступление, за это будет замурован, пока не сгинет постепенно. Монах позвал Мирель на помощь, ведь не виновен в преступлении, у короля просил пощады, Лауна им сказать сумеет. Король, все больше свирепея, его ударил, удалившись, а для Теора все пропало, его совсем никто не слышит.

Глава 2

До жути сдавленный веревкой, он видел, как уходит пламя, дышать совсем невыносимо, свет фонарей почти растаял. Монах в тот миг был так напуган, что мог просить лишь о пощаде, но как бы он не звал Богиню, ему Мирель не отвечала. Теор пытался и пытался, но мог смотреть лишь на прорехи, его стена почти готова, совсем немножечко до верха. Надежда с треском исчезала, Теор был брошенный Богиней, но до последнего не верил, что так жестоко поступила.

Казалось, вечность пролетела, как он сидел, лишаясь жизни, надеясь все-таки услышать слова спасения Всевышних. Но так Мирель не появилась, как не просил монах об этом, но на призыв Гаркан явился, совсем его вгоняя в темень. Он говорил, что отозвался лишь потому, что утомился, Теор так громко призывает, что из Гаркана бьются искры.

Не отзывается Богиня лишь потому, что ей не нужен, прислужник, сделал, что хотела, и вскоре брошен был, как мусор.

Теор ему сопротивлялся, назвав слова его неправдой, Мирель бы так не поступила, она людей не предавала. Гаркан так звонко рассмеялся, что и Теора покосило: «Раз никогда не предавала, чего же он сидит здесь сиднем?» Да, будь он ей хоть каплю нужен, то помогла бы выиграть время и помогла бы убедить всех, что не виновен этот пленный. Но, как Теор бы не молился, не призывал в своих страданиях, ему Гаркан на зов его явился, Богине не было с ним рядом.

Монах недолго был потерян, не мог поверить в эти бредни, не мог, ведь он служил Богине и оставаться с ней намерен. Однако есть и доля правды, Гаркан явился на призывы, пускай монаху незнакомый, однако он, а не Богиня.

Гаркан сказал Теору снова, что мог помочь в его спасении, да вот условие лишь было: пускай монах изменит веру. Теор задумался над этим, Мирель предать его посмела, тогда, он больше ей не служит, в Гаркана будет его вера. Тот согласиться быть с Гарканом, но, если тот исполнит просьбу: пускай отыщет Бурый череп и все их племя уничтожит. Гаркан на дело согласился, такая просьба, это мелочь, пускай Теор спокоен будет, их не останется на свете.

Мгновенно сделка заключилась, монах теперь Гаркану служит, и его первым поручением являлось ждать, когда разбудят. Теору не было понятно, но был Гаркан немногословен, он погрузил Теора в дрему и темной магией наполнил. Пускай частичка этой силы внутри него растет и крепнет, когда Теор опять проснется, то будет знать дорогу в дебри. Сказал достигнуть Мируаля и выкрасть бусы у Богини, затем по свету разбросать их, тогда Гаркана сможет видеть.

Уж сколько лет прошло, не знает, но сила крепла постоянно, когда Теор опять проснулся, то жизнь людей забрал нещадно. Все это было очень страшно, но он совсем отвык от жизни, проспал ведь множество столетий, раз его люди пробудили. В конце концов, когда проснулся, он не забыл приказ Гаркана и тут же бросился оттуда, несясь стрелою к Мируалю.

А Мируаль – алтарь Богини и двух влюбленных Ру и Аля, в честь них и создали святыню, и именами трех назвали. Алтарь был связан с Валерделом, но на Земле был создан людям, в нем центр всей незримой силы, соединявшей их в союзе.

Когда монах пришел на место, то помнил все, что с ним случилось, припомнил тот злосчастный вечер, когда оставлен был Богиней. Внутри него тянулась злоба, она была заменой крови, как будто злоба шла по венам, Теор до капли ей наполнен.

Дождавшись нужного момента, когда утихло свеч мерцанье, добрался вор до украшения и жемчуг вмиг сорвал нещадно. «Жемчужный дождь сошел на землю», стуча, как капельки по камню, монах нашел его кусочки, и жемчуг весь унес куда-то.

Решая, где получше спрятать, Теор услышал зов Гаркана, тот похвалил его за верность, своим помощником назначив. Бог говорил, что лишь монаху он смог доверить это дело, пускай теперь с ним вместе будет, осуществляя все затеи.

Когда весь жемчуг был утерян, Гаркан тогда пришел к Теору и говорил ему о планах, ведь быть хотел Великим Богом. Они вдвоем мутили воду, нарушив всю людскую веру, задумка ведь была простая, переманить людей хотели. Раз им Мирель не отвечала, то пусть себя найдут в Гаркане, чем больше тех людей обманут, тем ближе к исполнению планов.

Конечно, многие остались, Мирель для них была едина, и приходилось измываться, чтоб веру жутко надломить им.

Но кто бы мог подумать вовсе, что был монах обманут тоже? Мирель была всегда с ним рядом, а вот Гаркан все сделал сложным. Выходит, сам Богиню предал, а ведь она не предала. Но где скрывается Богиня, и, где Гаркан бедняжку спрятал?

Сидели Ру и Аль, вздыхая, супруги тоже обманулись, Мирель на их глазах исчезла, Гаркан пришел из ниоткуда. Богиня ведь не говорила, возможно, так спасти хотела, за доброту и поплатилась, что словно снег водой исчезла.

Супруги вспомнили мгновение, когда Богине стало хуже, она не чувствовала силу, не призывали ее люди. Кирод сказал пойти на землю и посмотреть ее подвеску, с ней была связана вся сила, что приключилось, не известно.

Друзья могли спуститься только, когда-то ведь людьми являлись, а Ру и Аль согласны были, и к Мируалю отправлялись. Решив, что дерево погибло, Кирод отправился к Вале́рду, но в пышной кроне жизнь бурлила, а, стало быть не в этом дело.

Когда же Ру и Аль вернулись и рассказали о пропаже, Мирель так сильно ослабела, что не могла подняться даже. Кирод раскрыл, в чем же дело, весь жемчуг связан был с богиней, через него держалась вера, а он пропал, ее покинув. Не обнаружив всех жемчужин, Мирель, народ быстрей забудет, она не слышит их призывов и пострадает много судеб. Тогда-то Ру и Аль сказали, что смогут выполнить задачу, они сойдут вдвоем на землю, отыщут жемчуг, что украден.

Надежда все же осталась, найти весь жемчуг, что нетронут, пусть и осталось так немного, но был Теор, что им поможет. Всего осталось 5 жемчужин, Гаркан найти их был не должен, Теор сказал, что сам их прятал и приведет, куда им нужно.

Осталось лишь узнать всю правду, монах Кирод с Вселенной связан, возможно, он сказать сумеет, откуда же предатель взялся. Друзья должны пойти обратно, ведь Валердел найдет дорогу, но взять Теора не сумеют, ведь не являлся парень Богом. Теор сказал, что все в порядке, он сможет выполнить задачу, пускай друзья найдут ответы, а он вернет жемчужин пару.

На этом было их решение. Теор отправился в дорогу, а Аль и Ру пошли к Вселенной, чтобы узнать еще немного.

Глава 3

Явившись в мир, что был их домом, вернулись облики к бродягам, пылали солнечные крылья, короны света и сияние. Дорога вновь была известна, монах Кирод был в Валерделе, а Боги, крыльями взмахнувши, найти ответ скорей летели.

Кирод, что был монах Вселенной, жил на горе в лесах Волдри́та, он управляет этим местом, храня их дерево защитой. Найти его непросто было, монах всегда везде и всюду, но отзовется на призывы, как на алтарь возложат руку.

Волдри́т – цветущий дом Вселенной, что был всегда оплотом силы. Богиня очень лес любила, когда была мала в их мире. Туда направились Бродяги, чтобы разведать о Гаркане, но был Кирод на возвышение, их возле леса ожидая. Он знал, зачем явились Боги, завел их в лес, немного глубже, и рассказал Богам всю правду, что им узнать сейчас так нужно.

Вале́рд – создатель Валердела, что создал все, что было в свете, и правил миром очень долго, давая жизнь Вселенной в цвете. Мирель с Гарканом его дети, да только созданы иначе, они вдвоем, в одном лишь теле, что осложнило всю задачу.

Сначала было все в порядке: друг с другом дети уживались, была их дружба очень крепкой, пока владенья не отдали.

Валерд стал «Деревом Рассвета» и до сих пор их жизнь питает, но у детей была проблема, ведь кто же должен миром править?

Гаркан с Мирель чередовались, и каждый правил, как хотелось, но их правление отличалось, что много всякого случилось. Мирель давала шанс на жизни и к справедливости стремилась. Гаркан же правил по-другому и не щадил людские жизни.

Валерд, все чаще наблюдая, тогда пришел к монаху с мыслью, что не желал дать власть Гаркану, а то разрушит много жизней. Но отнимать всю власть не стоит, в конце концов, он сын Валерда, а разговоры с ним о мире не приносили изменений.

Тогда-то, дело обсуждая, Валерд решил, что нужно сделать и для детей Бог создал чудо внутри жемчужного творенья. Подвеска станет им опорой и на земле укрыта будет, через нее услышат дети, кому молиться станут люди. Гаркан же тоже сможет править, когда ему молиться станут, и будет меньше происшествий и судеб, сломанных Гарканом.

Но это было лишь уловкой, для дочки, ведь была подвеска, через нее Валерд задумал отдать Мирель на троне место. Любил он сына так же сильно, но понимал, как все опасно. Гаркан нарушит все законы, лишь только власть ему достанься.

Обманом было это дело, подвеска связи укрепляла, Мирель могла лишь просьбы слышать, а украшение помогало. Алтарь был создан для народа, монахам бусы передали, и те украсили подвеской изящно высеченный мрамор.

С тех пор правление шло как надо: Мирель все чаще править стала, она была как луч надежды, что бесконечно злило брата. Конечно, он являлся тоже, но это было очень редко и, вскоре, он, почти забытый, был скрыт в Мирель, как будто в клетке.

Не удивительно ведь было, Гаркану мало кто поверил, да и просить его нет смысла, не отличался ведь терпением. Но, появляясь на мгновение, он делал все, чтоб снова править, но, понимая, в чем загвоздка, не в силах веру был исправить. Ему молились лишь бандиты, но власть Гаркана так ничтожна, что этой власти не удастся в Богиню веру уничтожить.

Не ясно, как он понял это, когда узнал об украшении, о нем ведь знали лишь монахи, Кирод с Валердом в этих землях.

Мирель продолжила правленье, а брата больше забывали, вот он и злобой напитался, так долго просьбы ожидая.

Когда Мирель казаться стало, что был Гаркан во власти дремы, она Кирода попросила не говорить о брате снова. Пускай он тихо спит, скрываясь, так, может быть, получше станет: Гаркан не будет злом сочиться и жизней больше не сломает. Пусть все же правили с ним вместе, да вот Мирель молились больше, она за брата волновалась, ведь для других он был ничтожен. Так пусть находится в защите, пускай не будет слышать это, но все же, было так не честно и для Мирель эгоистично. Но сделать что-то не удастся, они Гаркана тайно скрыли, сын становился все слабее, как будто тень, подобный пыли.

Когда же вырвался на волю, Кирод не смог спасти Богиню, тогда, он понял, как же сильно Гаркан пропитан темной силой. Гаркана образ испарился, Мирель же больше укреплялась, Гаркан остался малым сгустком, вот почему он тело занял. Не может он собой стать снова, вот почему лицо скрывает, но, несмотря на изменения, Богини образ не мешает.

Спасти Мирель, Кирод бессилен, спасти Богиню смогут бусы, что вновь должны собраться вместе и к Мируалю вновь вернуться. Но даже в этом есть проблема: найти весь жемчуг предстояло и принести его к Вале́рду, отдать магическим созданиям. Они скрепить сумеют жемчуг, объединив его обратно, но у Богов была проблема: жемчужин малость не хватало.

Кирод узнал, где семь жемчужин, но лишь вздохнул, ответ услышав, ведь пять жемчужин им не хватит, чтоб украшение явилось. А нужно им жемчужин восемь, тогда-то может план сработать, но им подумать предстояло, где раздобыть еще немного.

Конечно, было бы неплохо, приди Гаркан к Вале́рду снова, одно лишь «Дерево Рассвета» остановить способно Бога. Приманка будет бесполезной, Гаркан не глуп, не попадется, осталось лишь найти весь жемчуг и, может быть, Мирель проснется.

Спасенье только в украшении, но где достать еще немного, ведь создавались для Богини самим Валердом на подмогу. Осталась только лишь надежда, что жемчуг Бог не обнаружит, иначе, шанс исчезнет вовсе и пострадает много судеб.

Опять на землю нужно было, Теор уже давно в дороге, он знает, где укрылся жемчуг, что раздобыть сумеют вскоре. Летели Боги вновь на землю, опять народом притворившись, супруги снова ищут «пазлы», спасти пытаясь сотни жизней.

Глава 4

Опять увидевшись с Теором, друзья узнали путь в деревню, где спрятан был волшебный жемчуг, чтобы приблизиться к спасению. Они приблизились к деревне, где всюду люди хлопотали, бродяги двинулись дорогой и, как целители, предстали.

Монах провел бродяг к их цели, он помнил точно, где был жемчуг, но двери тут же распахнулись, не дав бродягам шага сделать. Парнишка занят был работой, он выносил мешки из дома, а Рут и Шери посмотрели, поняв, что искры им знакомы. Они действительно на месте, супруги чувствовали жемчуг, осталось лишь к нему добраться, но этот шаг Теором сделан.

Он приближался к незнакомцу, сказав ему, что все в порядке, пусть возвратит обратно жемчуг, но парня это напугало. Он уронил мешки на землю и в дом вбежал, захлопнув двери, что показалось очень странным и взволновало Рута с Шери.

Друзья спросили у Теора, что за история у парня и от чего он так напуган, что двери перед ними запер?

Мальчишка тот Гури́дом звался, однажды, он сломал запястье и делать что-то был бессилен, одолевало лишь несчастье. Однажды он проснулся ночью, услышав странное шуршанье, подумал вдруг, что там разбойник, что ночью в дом к нему пробрался. Гури́д, поскольку был ослаблен, то защитить себя был должен, и парень, нож схватив рукою, пошел спугнуть воришку ночью.

В тени, идя с ножом чуть слышно, лишь силуэт увидел в доме, воришка, что-то долго шарил, не замечая незнакомца. Гурд сжал нож еще сильнее и только лишь сумел подкрасться, как силуэт вдруг обернулся, что парень жутко испугался. Все в голове перемешалось, инстинкт сработал очень скоро, и он метнул свой нож в воришку, что тот вошел под самый корень.

Воришка вдруг упал, сраженный, Гури́д бежал его проверить, но, лишь приблизившись поближе, увидел он, кто был задет им.

Лицо возлюбленной узнавши, он ошарашен был немало, она сама окаменела, поспешно кровью истекая. Ани́н пришла прибраться в доме, ведь он не может сделать много, решила, что не помешает, вот и пришла в ночи на помощь. Мальчишка чуть не отключился, как осознал, в чем было дело, да вот Ани́н уже пропала, ее спасти он не сумел бы.

Он попросил ее остаться и попытался сделать что-то, но ничего не выходило, Гури́д убил своей рукою.

Когда же стало все ничтожно, Гаркан к нему явился вскоре, ответив, что помочь сумеет, но только лишь поверить стоит. Гури́д согласен сделать это, просил спасти Ани́н от смерти, Гаркан, с любовью и заботой, соседку вновь представил в свете.

Все получилось, все вернулось, Анин жива и невредима. Гури́д сказал, что долг исполнит, чего бы тот не попросил бы. Гаркан просил лишь быть счастливым, не забывать его и верить. Гури́д сказал, что он отныне Гаркану жизнь всю будет верен.

Теперь-то стало все понятно, но Рут и Шери понимали, что убедить помочь парнишку был только шанс, и то навряд ли. Гаркан ведь спас того, кто важен, но как ему помочь сумеют? Гури́д кричал, чтоб убирались, он не хотел бродягам верить.

Уговорить не получилось, пришлось ломиться через двери, Гури́д, закрыл собой подругу и нож сжимал еще сильнее. Но Рут и Шери отвечали, что волноваться им не стоит, да вот Гури́д разволновался, крича убраться незнакомцам.

Теор приблизился поближе, сказав, что нет причин волнению, он хочет лишь забрать обратно тот голубой волшебный жемчуг.

Гури́д метнул в него орудие, сказав, что тот его оставит, ведь он Ани́н опять лишиться, когда вернет его подарок. К тому же, верой Богу служит и продолжает это делать, но предавать его не станет, какое ни было бы дело.

Теор раскрыл ему ловушку, Гаркан схитрил, Гури́д не знает, он попросил ему поверить и тут же воскликнул: «Просыпайся!». Гури́д на возглас ответил, а тут же бросился к бродяге, не провести его так просто, не верит он словам ни капли.

Они сцепились не на шутку, Теор сказал Богам остаться, ведь сможет справиться с парнишкой, прося упорней просыпаться.

Ани́н сидела, онемевши, но Шери к ней пошла упрямо, сказав, что ей вреда не будет, друзья спасут от мрака пару. Ани́н немного помолчала, сказав лишь как была бессильна, но, призадумавшись, кивнула: «Пускай помогут, если в силах».

Свирель блеснула в пальцах Шери, что замерцала, удлиняясь, копье в руке сжималось крепко, но Шери мига дожидалась. Теор сражается с Гури́дом, но, отойдя, вступила Шери, она его копьем пронзила, что и душа его прозрела.

Глаза открылись так мгновенно, что сам Гури́д зашевелился и, наклонившись, сплюнул нечто, своей рукой тотчас прикрывшись. В его руке мерцает жемчуг, сидит Ани́н неподалеку, а рядом с ней стоят, кивая, три неизвестных парню гостя.

Монах приблизился поближе и рассказал ему всю правду. На самом деле, это дрема, Гарканом был Гури́д обманут. Ани́н жива и невредима, ей ничего не угрожало, все, что случилось, было ложью, Теор тогда пришел с Гарканом. Они узнали про влюбленность, Теор под магией был спрятан, Ани́н здесь вовсе не бывало, монах был ранен от кинжала.

Когда же парень согласился служить Гаркану в этой жизни, они его укрыли дремой, лишь жемчуг в рот ему вложивши.

Теперь же, правда вся раскрыта, уловкой лишь пленили парня. Ани́н была его соседкой, но постоянно помогала. Проспал он очень даже долго, настало время просыпаться, пускай вернет обратно жемчуг, не стоит парню опасаться.

Гури́д, обдумав все еще раз, не мог понять, что было правдой. Ани́н взяла его за руки и о тревоге рассказала.

Анин за помощью явилась, но обнаружила Гури́да, тот лишь лежал в дверном проеме, ведь был безумно обессилен. Она его перетащила и навещала постоянно, да вот Гури́д не отзывался, каких бы не было стараний. Ани́н решила задержаться и поселилась в его доме, решила, если он очнется, тогда она ему поможет.

Но так сосед и не проснулся, пока повозка не явилась, Ани́н узнала, кто приехал, и за советом обратилась. А Рут и Шери помогали, пришли и сделали, что нужно, друзья своей волшебной силой проникли в сон Гури́да дружно. Ведь пробудить не получилось, они испробовали много, парнишка жутко необычный, как будто вовсе неживой он. А, через сон все получилось, друзья смогли помочь бедняге, и тот проснулся наконец-то, волшебный жемчуг отдавая.

Гури́д решил Ани́н поверить. Он отдал жемчуг незнакомцам, хоть и немного сомневался, Гаркан ведь может и вернуться. Но Шери только улыбнулась, сказав, что парень под защитой, Мирель окутает заботой их покалеченные жизни. Гури́д с Ани́н переглянулись: «Мирель, а кто она такая?» Они не знают о подобной и только верили в Гаркана.

Пускай и малость удивляло, но для троих уже не новость. Мирель все больше забывали, Гаркан все больше был ведомый. Друзья решили им напомнить, но даже это не сумели, Гури́д с Ани́н совсем не знаю, Мирель на ум не приходила.

А становилось все тревожней, Гаркан имеет больше власти, и если Боги не успеют, спасти Мирель не смогут даже. Скорее нужно отправляться, пока еще осталось время, но как бы не было опасно, а предстояло сделать дело.

Гури́д с Ани́н остались вместе, пускай и было лишь видение, но захотели задержаться, а может быть, в любви сумеют. Кто знает, что случится с ними, они хотят узнать о силе, любовь взрастить хотят друг с другом, хоть и сложна была затея.

И, проводив гостей с улыбкой, они глядели, как бродяги, все дальше ехали от дома и их деревню покидали.

Глава 5

Дорога круто завернула, незримой нитью тянет снова, не знают Боги, в чем причина, но не противятся дороге. Повозка ехала все дальше, въезжая в город близлежащий, но приближаясь, разглядели, что в ней стоит алтарь пылавший. Зачем друзья сюда явились, неужто здесь Гаркана встретят, но точно не было их цели, Теор сюда не прятал жемчуг. Сомнения жутко захлестнули, а может быть, была ловушка? Гаркан сюда зовет супругов, чтоб расквитаться, свергнув в пустошь.

Но Шери точно говорила, что здесь была иная сила, совсем не схожая с Гарканом, она дорогу осветила. Супруг почувствовал иное, а может правда, нечто было, что им поможет в приключении, какой-то сгусток новой силы.

Друзья не знали, что же это, немного даже растерялись, обычно, им всегда известно, кем нужно было притворяться. Сейчас же странное волнение их от незнания давило, но оставались наготове, не позволяя жить бессилию.

Как и обычно, новый город был переполнен суматохой, да только легкий ветер бродит, качая всех деревьев кроны, и солнце кутает заботой, лучи играют в окнах дома, что даже Боги ощутили такие радостные ноты. Гаркан решил себя взять в руки? Решил заботиться о людях? А может, он решил взобраться на самый верх ценою судеб? Как будто что-то нагнетало, такое странное волненье, но Рут и Шери постарались давить в себе зерно сомнений.

Решив остаться как бродяги, они гуляли вдоль аллеи, прошлись вдоль ярких теплых улиц и мир в округе осмотрели.

Гуляя больше по дорогам, друзья почувствовали силу, сидела девушка в тенечке, лицо подставивши светилу. К ней подошел один мужчина, вручив мороженое в руки, и вскоре, на руки поднявши, легко унес ее оттуда. Друзья проследовали сзади и добрались до дома вскоре, но не смогли понять, в чем дело, ведь ей не требовалась помощь.

Решив, как им зайти к ней в гости, друзья увидели подсказку: немало вывесок со знаком о рукоделии гласящем. Зайдут к ней в гости, как торговцы, возможно, ей нужны товары, и, возвращаясь до повозки, друзья в мешок всего набрали. Безумно много разных нитей, заколки, бусины и ткани, полно искрящихся подвесок, немало лент, крючков, булавок.

Вернувшись к дому незнакомки, бродяги в дверь стучаться стали, открыл им дверь мужчина вскоре, что выше был проема даже. Они предстали как торговцы, им предложив свои товары, мужчина только улыбнулся и лишь сказал, что сам не знает.

Раздался женский голос сзади, в проеме женщина явилась, она лучисто улыбнулась и трех торговцев пригласила. Она была не той, что в парке, но рассмотрела их товары, пока супруги говорили, Теор нашел, кого искали.

Она сидела на скамейке в своем в саду под тенью вишни и, под лучи лицо подставив, сидела лишь, глаза закрывши. Теор шепнул об этом Шери, пока с товаром Рут справлялся, и захотела все разведать и о девчушке пообщаться.

Спросила гостья у хозяйки, стараясь их не потревожить, да вот хозяйка Миссис При́на, не потревожилась нисколько. В саду сидит Ириалина, она ее родная дочка, произошел несчастный случай, что дочь теперь не ходит больше. У Рут и Шери беспокойство, они спросили разрешения, и Миссис При́на согласилась, не повредило бы общение.

Друзья вошли все вместе в садик, и мать представила их вскоре, Ириалина улыбалась, была светла, как лучик солнца. Мужчина, что назвался А́ндрис, принес им столик и приборы, решили гости выпить чаю, пока беседа их проходит.

Общались гости о природе, об этом городе и людях, Ириалина улыбалась, но что-то в голосе мелькнуло. Такое чувство появилось, что нет ей радости на свете, как будто долго не общалась и укрывается в секрете.

Теор, стараясь без нажима, спросил ее, что приключилось, давно ли девушка ослабла, что сделать шаг была бессильна? Казалось им, что было рано, такой вопрос и ранить может, но ни намека на печали, Ириалину не тревожит.

Случилось все в далеком детстве. Ириалине было восемь, они тогда в деревне жили в своем большом уютном доме. Отец у девочки торговец, что постоянно был в разъездах, они вдвоем справлялись с мамой, но жили счастливо, как прежде.

Но вдруг случилось нападенье, на деревушку их напали, семья проснулась, когда в доме повсюду стены полыхали. Завален был проход наружу, повсюду треск и дым стеною, они спасались, как возможно, держась вдвоём поближе к полу. Тогда все было точно бредом, а силы медленно кончались, но мать старалась как возможно, ведь нужно было выбираться.

Была попытка неудачной, и потолок на них свалился, мать попыталась скрыть ребенка, да только досками накрыло.

Казалось, не было спасения, девчонке ноги придавило, а мать старалась выбираться, но и нее терялись силы. Ириалине оставалось просить о помощи упрямо, семью совсем никто не слышал, они почти пропали с мамой.

Но неожиданное слово едва услышала сквозь дрему, она услышала: «Спасайтесь!» И вдруг все стало по-другому. У мамы силы появились, и дым, казалось, не вредил им, семья спасалась, что есть мочи, затея даже выходила.

Из-под обломков выбираясь, сумела мать спасти ребенка, да только ног не ощущала, как не старалась, все без толку. Но голос все не исчезает и говорит, куда им нужно, семья спустилась в тень подвала, лишь тайный выход обнаружив. Они совсем о нем забыли, а голос, благо, направляет. И обе выбраться сумели, сумев укрыться от пожара.

А деревушка их сгорела, соседи все спастись сумели, пришлось идти им в этот город, где деревенские осели. Ириалина не ходила с тех самых пор, с того пожара, но это девушку не гложет, ведь жизни им Мирель спасала.

Услышав имя их Богини, все трое двинулись поближе и продолжали жадно слушать о том, что дальше приключилось.

Отец сюда приехал вскоре и дом купил, где и обжились, мать занялась торговлей тоже и рукоделием пленилась. Ириалина помогала, но очень ей хотелось выйти, ведь, если их Мирель спасала, она должна отведать жизни.

Наняли А́ндриса для дочки, что носит девушку повсюду, она живет и процветает, ведь жизнь ее подобна чуду.

Но нечто странное случилось, весь город в вере изменился, Ириалина лишь осталась, и про Богиню не забыла. Мирель спасла ей жизнь, когда-то и жизнь того, кто был ей дорог, а ноги, это не проблема, ее родня жива, здорова. Воспоминание, словно вспышка, живет в душе Ириалины. Как сильно девушка прониклась, что не забыла о Богине.

Все наконец-то стало ясно, вот почему тянуло силой, Ириалина оставалась верна Богине в этом мире. Она верна Мирель всем сердцем, когда весь город за Гаркана, возможно, он начнет охоту и уничтожит безвозвратно.

Но Шери девушку спросила, а хочет ли к ходьбе вернуться? Она ответила мгновенно, что даже думать было трудно. Но Рут просил ее подумать, друзья могли бы это сделать, Ириалина вдруг замкнулась, не понимая, в чем же дело. Но Рут просил не волноваться, с ней ничего не приключится, а после будет все в порядке, осталось только ей решиться.

Взглянула дочка с неким страхом, и недоверие терзало, но все же девушка спросила о том, что очень волновало. Она опять ходить сумеет и будет бегать точно в детстве? Но Шери тут же улыбнулась: «Все будет так, как ей хотелось».

Ириалина сомневалась и страхом душу ей сжимало, но согласилась все обдумать, решив спросить совета мамы. Но Миссис При́на удивилась: «Да разве сделать что-то можно?» И лет прошло уже немало, да разве вылечить возможно? Ириалина сомневалась, считая ноги за оплату. Мирель спасла ее от смерти, здоровье взяв себе в награду.

Но Шери вдруг подсела ближе, сказав, что нет такой оплаты. Богиня любит справедливость и шанс на жизнь дает бесплатно. Пускай решается на дело, ради Мирель, пусть жизнь познает, Ириалина согласилась, их предложение принимая.

Перенеся Ириалину и уложив в кровать удобней, остались Боги рядом с нею, а мать и А́ндрис вышли вскоре. С тревогой сердце колотилось, ведь было все таким безумным, но Миссис При́на ожидает, надеясь, что свершится чудо.

А Шери с Рутом у кровати цветы расставили повсюду, чтоб успокоили скорее ее взволнованную душу. И с двух сторон стояли снова, лишь проводя над ней руками, Ириалина вмиг заснула, в прекрасной дреме растворяясь.

Не ясно, сколько миновало, но это было как мгновенье, Ириалина пробудилась, себя почувствовав блаженно. Она почувствовала ноги и ощутила каждый палец, рукой дотронуться посмела и окунулась в эту радость.

Просила Шери подниматься, но это, девушку пугало, ведь сколько лет была бессильна навстречу сделать даже шага. Теор, протягивая руку, сказал, что он поможет в этом. И вскоре девушка стояла, вцепившись в стол руками крепко.

Но Шери руки протянула, и Рут с Теором говорили, что обязательно поймают, когда она лишиться силы. Ириалина лишь вздохнула и, в руки взяв себя, шагнула, но удержалась аккуратно, когда немного покачнулась.

Еще шажок, другой и третий и вот она в руках Теора, он, поддержав ее за плечи, Ириалине вытер слезы.

Увидев это превращенье, и Миссис При́на разрыдалась, а А́ндрис ясно улыбался, ее в объятиях сжимая. Все бесконечно благодарны, Ириалина вся сияла, она была бессильна верить, что на ногах опять стояла. Однако Шери с Рутом вместе лишь озадачила ответом, ведь назвала их Ру и Алем, а их любовь подобна свету. Она все знает о Богине, пускай, сейчас Мирель пропала, но помогли Ириалине друзья Богини с Мируаля. Для Рута с Шери это странно, ведь первый раз такое было, но, все же оба закивали, Ириалина раскусила.

Глава 6

Усевшись снова в тень под вишней, Ириалина понимала, что с возвращением здоровья весь мир кружиться небывало. Как будто стало все иначе, пусть мир всегда был добродушен, но, ощущая снова ноги, ее тянуло к жизни лучшей.

Ириалина танцевала, смогла подпрыгнуть, сесть, подняться, тянулась к небу на носочках и по траве босой промчаться. Казалось все таким далеким, как будто не было в помине, но эта вспышка оставалась, что тесно связана с Богиней.

Ириалина возвратилась, присев с гостями в тень под вишней, она должна узнать всю правду, как же беда с Богиней вышла? Безумно было непонятно, Мирель исчезла так внезапно, но ее место занял некто, кого народ зовет Гарканом.

Она бывала в Мируале, узнала там о Ру и Але, ей рассказали о влюбленных, ее принявшие монахи. Вот почему в торговцах дева узнала вскоре эту пару. Мирель давно ведь испарилась, друзья пришли, спасти желая.

Она почувствовала легкость, когда ее спасти сумели, такой же легкостью наполнен ушедший миг пожара в детстве. Не сложно было догадаться, что перед ней стояли Боги, пускай и созданы для власти оберегать от бед влюбленных.

Побыть смогла в самом Марите, где был алтарь Богам поставлен, а люди верят в силу счастья лишь по услышанным рассказам. Они и сами не гадают, что чтут Богов из Мируаля, а их «Маритская легенда» когда-то впрямь существовала.

Сейчас же, было все иначе, стоит у них алтарь Гаркана, Ириалина говорила, что их Богиня не пропала. Но люди странно озирались, как будто девушка другая, они забыли о Богине, Мирель для них как не бывало.

Она не спрашивала больше, не говорила о Богине, ведь даже мать о ней не помнит, сама Богиню позабыла. Ириалине показалось, что это бред ее из детства, как будто верила в Богиню, что защитила их от смерти. Но нет, обман заполнил мысли, Ириалина понимала, как четко помнит этот голос, что выводил их из пожара.

Супруги вскоре рассказали, что приключилось в самом деле: о неуемности Гаркана и о пропаже ожерелья. Подвеска значила так много, но часть жемчужин стала пеплом, народы вдруг Мирель забыли, Гаркан стал тем «единым светом».

Теора сильно защемило, ведь это он был той причиной, что люди вскоре позабыли свою единую Богиню. Ириалина поглядела, сказав, что думает иначе, Теор бы вряд ли это сделал, когда не знал бы темной власти. Его ведь тоже обдурили, обманом сдавливали горло, возможно, был пленен Гарканом и делал все, что тот захочет. Но сам монах в душе уверен, что сделал подлость лишь со злобы, ведь так просил ее спасения, но лишь Гаркан пришел на помощь.

Его терзает это чувство, Теор не понял хитрых мыслей, Гаркан его пленил уловкой, а тот ему поддался быстро. Ириалина поддержала: «Пусть не винит себя так сильно, ведь пленник был в тот миг подавлен, что перепутались все мысли». В конце концов, Теор вернулся и помогает в этом деле, друзья найдут несчастный жемчуг, что оставался, спрятан где-то.

Тогда-то Аль сказал о мыслях, что волновали их, бесспорно: Ириалина оставалась верна Мирель, одна на город. Гаркан захочет сделать подлость, захочет выкрасть эту веру, Ириалина портит планы и рушит все, что он затеял. Не против ли Ириалина пойти за ними в мир упрямо и возвратить назад подвеску, вернее, все, что оставалось? Конечно, дело непростое, ведь даже Боги под ударом, но здесь оставить так непросто, не ясно, что с девчушкой станет.

Зажегся взгляд Ириалины, она давно хотела жизни, с ней путешествовал лишь А́ндрис, сейчас же, ноги исцелились. Она могла намного больше, ей так хотелось приключений, но становилось очень жутко, ведь первый раз идет навстречу.

Но миссис При́на возражала, ведь мир огромен небывало, но все же дочь того хотела, она держать ее не стала. Пусть разузнает все на свете, увидит мир и жизнь познает, но только пусть в дорогу эту пойдет для помощи ей А́ндрис. Ириалина отказалась, сказав, чтоб А́ндрис оставался, пусть помогает ей в торговле и, где-то даже по хозяйству.

Прошло еще совсем немного, как гости двинулись к повозке, Ириалина вместе с ними, еды из дома взяв в дорогу. Их проводили к экипажу и очень долго вслед махали, покуда их шатер не скрылся, как будто в воздухе растаяв.

Ириалина вместе с ними, она разглядывала небо, смотрела вдаль, на лес и поле и ощущала теплый ветер, а вот Теор немногословен и чем-то даже был взволнован, но Шери тут же уточнила, что причиняет беспокойство? Теор взглянул на Ру с волнением, а может, даже с некой дрожью, он знал, где спрятан белый жемчуг, да вот туда идти не хочет.

Но Аль спросил, в чем было дело? Что так Теора напугало? Монах сказал, что белый жемчуг в руках у жуткого создания.

Разговорить не получилось, но их теорий было много, причем настолько небывалых, что становилось беспокойно. Но Аль сказал собраться с духом, у них еще осталась сила, и даже жуткое создание перед ними вовсе обессилит.

Ириалина поддержала, как будто тоже много может, ей показалось, что отныне она способна сделать больше. Сейчас же, сидя в их повозке, она почувствовала силу, повозка ведь была простая, что показалось только с виду. Друзья, как будто бы летели, не слышен стук колес об камни и даже кони их другие, как будто вовсе нереальны.

Еще раз глянув на дорогу, она увидела детали, что промелькнули очень быстро, но были так невероятны. Как будто чары дивной дремы, фантазий мир плывет рьяно, Ириалина засмотрелась, ведь это было нереально.

Глава 7

На этот раз друзья свернули куда-то в заросли цветений и проезжали мимо места, напоминавшего деревню. Да только это не деревня, уже давно ей не являлась, природа здесь расположилась, и все дома в цветах скрывались. Здесь было множество животных и разных птиц, что всюду пели, казалось, эту деревушку и создавали с этой целью. Бродяги ехали все дальше, лишь поглощённые природой, Теор один сидел угрюмо, какой-то мыслью поглощенный.

Деревня вскоре прекратилась, но нечто выросло другое, да только выглядит иначе, одни лишь пни стоят узором. Бродяги смотрят на узоры, кто мог в лесу их так оставить? Но им Теор сказал чуть слышно, чтобы внимательны остались.

Друзья проехали немного и вскоре стали на дороге. Теор сказал, что продвижение теперь они пешком продолжат.

Повсюду пни, в цветах и палках, бродяги шли куда-то мимо, но, подобравшись к пню большому, друзья толпой остановились. Теор вздохнул, взглянув украдкой, что Ру и Аль заволновались, а потому, свирель и скрипку уже в руках держали сразу. Ириалина встала сзади, ведь понимала, что бессильна, а помешать им не хотелось, она не будет их ошибкой.

Теор вздохнул еще поглубже и подходил до пня чуть слышно, но, что-то двигался так робко, как будто в пне был страх всей жизни. Остановившись ненадолго, он вновь вздохнул, шагать пытаясь, и только после двух попыток лишь ускорялся, приближаясь.

Но нет, опять остановился, опять вздохнул, соображая, как вдруг он в страхе пошатнулся на расстоянии лишь шага. Из пеня явились чьи-то ручки и голова, а вскоре плечи, создание в цвет болотной тины, с глазами теплыми, как вечер. По росту, очень небольшое, на крыльях черные рисунки, по виду схожие лишь с феей, да только взгляд совсем безумный. Она легко на пне стояла, а крылья малость трепетали, но лишь взглянув, спросила тут же: «Чего Теор так долго тянет?»

Монах стоял, окаменевши, создание лишь вспорхнуло быстро, а Ру и Аль заулыбались и тут же поняли ошибку. Создание словно разозлилось и накричало на пришедших, но к ней Тер пришел с улыбкой, легко схватив ее за плечи. Он называл ее любимой, сказал, что к ней привел знакомых, пускай сейчас не будет Злючкой, их гости в этом не виновны. Но просьба больше разозлила, и Злюка «вспыхнула пожаром», она к монаху развернулась и очень громко продолжала.

Теора Фея обвиняла: «Он обещал, что к ней вернется. Но позабыл про обещание, а что он муж ее, нет толку» А Ру и Аль с Ириалиной стояли молча, не встревая, не понимая, в чем же дело, да и о том, и кто создание.

Супруг пытался оправдаться, но эта «злючка» все кричала, казалось, будто эта взбучка была для них еще началом. Но Фея быстро усмирилась, и крик закончился мгновенно, она представилась как Юка и улыбнулась незабвенно. Но гости попросту застыли, что шевельнуться было в тягость, но Юка тут же подлетела и, что есть мочи, рассмеялась.

Как вдруг все пни преобразились, что на дома похожи стали, а гости всюду огляделись, увидев множество созданий. Просил Теор их не пугаться, Риджи́ды были не опасны, они смеются очень звонко и улыбаются прекрасно. Да только злюками бывают, нельзя их злить, себе дороже, они кричат не прекращая, не иссякают силы все же.

Риджи́ды тут же подлетели и облепили всех пришедших, создания крепко обнимали и заливались звонким смехом. Поняв, что все в порядке будет, бродяги с ними забавлялись, качали маленьких созданий, трепали волосы, смеялись. Не назовешь их кем-то страшным, такие милые создания, а Юка только улыбалась, когда их гости представлялись.

Супруг раскрыл, зачем явились, что Юку очень разозлило, но усмирить ее порывы в тот миг смогла Ириалина. Она сказала, в чем же дело, что этот жемчуг очень важен, ведь не желает, чтобы мир их был у Гаркана в злобной власти.

Но Юка громко отвечала, что это свадебный подарок. Теор вручил ей белый жемчуг, когда влюбленные венчались. Отдать его не может Фея, он дорог Юке, точно память, муж предложил жене обменом отдать все то, что Юка скажет.

Но Юка, глазками стреляя, хитро прищуриваться стала и очень скоро улыбнулась, она нашла, чего искала. Ириалина носит бусы, что дивно люди сотворили, а вот у Рута хочет скрипку, такое видела впервые. Монах вздохнул, сказав ей сразу, что не владеет их дарами, супруг достанет, что угодно, пускай попросит, не скрывая. Риджи́да звонко рассмеялась и ножкой топнула капризно: «Она лишь хочет те подарки, что был Теор достать бессилен»

Ириалина улыбнулась, сказав, что бусы ей подарит, и перевесила на Юку, что ярко в солнце засияла. Смотрелись бусы так красиво, что Фея тут же закружилась, она так чисто засмеялась, ведь свой подарок получила. А Рут, вздохнув, отдал ей скрипку, Мирель ему была важнее, пускай достанется Риджи́де ее прекрасное творение.

Светилась Юка огоньками, держа в руках свои подарки, но, правда, все понять бессильна, а что она в руках держала. Ей Рут сказал, что с этим делать, и Юка тут же заиграла, как будто было ей знакомо, как будто жизнь всю скрипку знала.

Теор вручил подарки Юке, пускай вернет обратно жемчуг, супруга, с радостью играя, произнесла, что Жемчуг, где-то. Теора словно подменили, он чуть не стал такой же злюкой, но Шери вмиг остановила и обратилась снова к Юке. Она спросила, что случилось, и где же жемчуг оказался, а Фея, радостно играя, сказала, что ушел купаться.

Она ждала Теора долго, но мужа клятвы лишь обманка, а этот жемчуг был ужасным напоминанием о браке. Сначала Фея любовалась, а после выбросила в реку, теперь, Теор был с ней не связан, Риджи́да вновь свободней ветра.

Что за река, узнать осталось, но это было поправимо. Река Шаго́р неподалеку, она взяла тот дар Риджи́ды.

Друзья отправились к Шагору, туда их Фея проводила и рассказала им подробно, где белый жемчуг утопила. Но как его вернуть обратно, ведь жемчуг мог быть, где угодно, но Юка быстро улетела, оставив лишь гостей подумать.

Хотелось очень разозлиться, но это было им не важно, сейчас обдумать предстояло, как отыскать на дне пропажу. Решали барды, что же сделать, надолго магии ли хватит, им абсолютно не известно, ведь не пытались с силой плавать.

Теор сказал, что сам достанет, раз был виновен в этом деле, но Рут ответил, что поможет, один не справиться с затеей. Но Шери тоже понимала, что лишних глаз не помешает, Ириалина лишь сидела, ведь не умела вовсе плавать.

Настало время дна достигнуть. Друзья ныряли и ныряли, а отыскать на дне пропажу, как ни крути, не получалось. Но вскоре, выйдя на поверхность, супруги малость удивились, знакомый парень появился, что говорил с Ириалиной.

Супруги радостно взглянули, его Даро́ном называя. Красавец стройный с блеском неба, с копной волос, как не узнать им? Но не Дарон был перед ними, ведь цвет волос еще синее, тот незнакомцам улыбнулся, к ним обращаясь Рут и Шери. Река представилась Шаго́ром, речной узнал их от Дарона. Друзья спасли от цепи брата, вернув реке обратно воду.

Шаго́р безумно волновался, когда исчезла связь с Даро́ном, подумал, будто брат потерян, но наконец услышит снова. Узнал он все, что с ним случилось, узнал, кто спас его из плена, теперь же очень благодарен и возвратит друзьям их ценность.

Шаго́р почуял - воду мутят, пришел проверить, в чем же дело, Ириалину здесь увидел и разузнал об их затее.

Река пошла обратно к руслу, ныряя в воду очень скоро, а жемчуг найден был так быстро, что остальным хватило вдоха. Он протянул пропажу Шери, сказав, как сильно благодарен, пусть восстановят справедливость и снова станут Ру и Алем. Пускай супругов не пугает, он ведь река и слышал малость, к тому же созданный Валердом, ведь связь с монахами осталась. Монахи братьев уважают, и к ним приходят за советом. Кому нужна была поддержка, кому-то помощь в мире этом.

Теор сознался в преступлении, ведь это он пленил Даро́на. Шаго́р его простил за смуту, Теор ведь был под властью Бога. А у Дарона все в порядке, его вода опять прозрачна, и городок спасти сумели, что для Гаркана неудача.

Как все прекрасно разрешилось, жемчужин три всего осталось, казалось близким их спасение, что, без сомнений, было важным. Шаго́р прощаться с ними начал и прыгнул в воду, испаряясь, друзья вослед ему смотрели, тепло Шаго́ру улыбаясь.

Глава 8

Передвигаясь к новой цели, друзья спросили у Теора, как получилось, что Риджи́да решила стать его женою? Теор раскрыл, как дело вышло, по правде, странная случайность, набрел на это поселение, когда искал, где жемчуг спрятать.

Риджи́ды птицами являлись, их очень редко можно встретить, они владеют маскировкой и абсолютно незаметны. Врагами их являлись пры́ги, что истребляли птиц нещадно, но птицы стали осторожны и научились растворяться.

Прыгун ужасно падаль любит, но птиц совсем не видит больше, хоть часто шарит по округе, надеясь здесь найти хоть что-то. Не только падаль в рационе, создания жутко любят яйца, и если выкрасть удается, то с ними можно попрощаться. А из яиц не только птицы, но и создания вылуплялись, что проживают в пнях высоких, от всей опасности скрываясь.

Когда монах сюда добрался, то видел все, что здесь случилось. Прыгун набрел на поселение и из гнезда все яйца вынес. Теор погнался за воришкой, но тот проворный небывало, хоть и гонялся очень долго, а прыгуна сумел поймать он. Вернув на место их пропажу, монах увидел поселение, Риджи́ды были благодарны его отваге и стремленью.

Один из них, что был постарше, благодарил его за помощь и расколол цветные яйца, а в них птенцы и фея крошка. Таков закон и жизнь Риджи́дов, они живут пять лет всего лишь, а вылупляясь, вырастают и получают дар особый. Они способны обучаться настолько быстро и умело, как будто, жизнь стремясь постигнуть, не упуская ни момента.

Теор же спас яйцо от смерти, внутри него взрослела Юка, она ему принадлежала, монаху дали фею в руки. Она мгновенно стала взрослой, Теор понравился безмерно, и Юка вскоре настояла, чтобы ее женою сделал. Монах же просто задержался, его просили быть на страже, ведь прыгуны сейчас повсюду, и нужно было защищаться. Теор не думал о женитьбе и уж тем более на Фее, но Юка криком убедила, что тот решил остаться с нею.

Венчание было лишь формальным, одни лишь клятвы в долгой вере и в завершении подарок, что укрепить союз сумеет.

И вскоре, с Юкой обвенчавшись, он подарил ей белый жемчуг, надежней места не отыщешь, все получилось, как хотел он. Но нужно было отправляться, а Юка все не отпускала. Теор не знал, как можно скрыться, вот и любовь пообещал ей. Пускай, с огромным недовольством, но отпустила Юка мужа, сейчас же, их ничто не держит, а белый жемчуг ей не нужен.

Теперь же Юка жить сумеет, она была опять свободной, пока не станет самой старшей, чтоб превратиться в часть природы. Создания только вылуплялись, и молодых Риджи́д растили, ведь у созданий нет потомства, потомство, птицы приносили.

Но Боги разное встречали, и удивляться трудно было, но приключение Теора Ириалину захватило. Она впервые их встречала, такие милые создания, она сама не представляла, как много разного бывает. Казалось, будто дом растаял, как будто вечность пролетела, хотя прошло совсем немного, а столько разных впечатлений.

Друзья надеялись на чудо, ведь три жемчужины осталось, они надеялись, что скоро достичь удастся эту малость. Теор сказал, что все в порядке, дорога их полегче станет, был жемчуг спрятан у семейства, что за ночёвку им оставил. Семья его в свой дом впустила, когда он был измучен очень, дорога сильно утомляла, Теор у них остался ночью.

Восстановив немного силы, монах ушел продолжить поиск. Тогда семейству отдал жемчуг, как оберег, что мощный очень. Монаха сердце колотилось: «А вдруг его продать успели? Тогда найти сложнее станет, а вдруг, все дальше красный жемчуг?» Но Ру сказала быть спокойным, надежда есть, что жемчуг с ними, а если нет, пойдут на поиск и обязательно отыщут.

В подножье гор тянулся город, что походил на пирамиду, дома тянули крыши к солнцу, дороги вились серпантином. Здесь ждал бродяг волшебный жемчуг, чтоб возвратиться к Мируалю, цветущий город Фра́йнен пышет и добродушно их встречает.

Дорога тянется все выше, монах сказал, куда проехать. И очень скоро оказались у дома гости, где был жемчуг. Ириалина посмотрела, ведь дивный город поражает, Ириалине захотелось увидеть улочки детально.

Решили даже прогуляться, когда достанут красный жемчуг. Теор увидел дом красивый и, подойдя, коснулся двери. Когда же дверь открыл мужчина, гостей увидев на пороге, то в страхе лишь захлопнул двери и запер их на все засовы. Монах еще раз постучался, сказав, что вовсе не опасен, напоминал про красный жемчуг, что за ночевку им оставил.

Но только голос раздавался, крича: «Сейчас же убираться, гостям они совсем не рады, не стоит даже в дверь стучаться». Хозяин знал, кто это были, и потому просил оставить, их абсолютно не волнует, зачем бродяги обращались.

У Ру и Аля лишь раздумья: «Что приключилось в их семействе? Чего мужчина напугался? Опять Гаркан во всем замешан?» Как не пытались бы пробраться, как не просили их внимания, гостей оттуда прогоняли и все твердили об отказе.

Решили ждать еще немного, возможно кто-то вскоре выйдет, друзья ушли немного дальше и у повозки притаились. Чего мерзавец вновь придумал, чем напугал семейство это, осталось лишь людей дождаться и получить свои ответы.

Мирель сумеет все исправить, и наконец-то мир настанет. Гаркан уже не сможет править, и жизнь пойдет опять как надо.

Бродяги ждали появленья, ну кто-то выйти должен вскоре, но так никто и не явился, гостей лишая вновь покоя.

Но все же дверь открылась снова и тайно, всюду озираясь, из дома вышла незнакомка и очень робко к ним подкралась. Она вцепилась в руки Шери, просив Богиню о спасении, никто ей больше не поможет, она устала жить мгновением.

И заведя ее в повозку, узнали, в чем же было дело, что незнакомку так пугает, какой же помощи хотела?

Она – Римо́ль, а муж Зори́ни, они попали в плен к Гаркану, жена уже совсем бессильна справляться с этой жуткой раной.

Им рассказали о бродягах, о том, что это были Боги. Гаркан просил не подпускать их, когда предстанут на пороге. Он знал, что жемчуг очень важен, и приказал его оставить, но отобрал у них ребенка, чтоб не обрушили все планы. Римо́ль безжалостно устала, она вернуть ребенка хочет, ей надоело жить с той мыслью, что дочка больше не вернется.

А Боги были с Мируаля, они ведь главные с Богиней, жена у них просила помощь, пока Гаркан не сделал пылью. Она одна сейчас с Богами, а муж просил ее остаться, супруг не знал, что приключилось, не знает, что раскрыта правда. Римо́ль расскажет, где был жемчуг, ведь от волнения укрыла, когда похитили ребенка, она жемчужину схватила. Уж если важная такая, пусть лучше будет в отдалении, Римо́ль подскажет им дорогу и провести туда сумеет.

У Ру и Аля есть идея, они вернут ребенка вскоре, пусть только жемчуг возвратят им, чтобы Гаркана уничтожить. Римо́ль на это согласилась, но колебаться начинала, ведь как рассердиться Зори́ни, когда узнает эту тайну. Спустя, казалось бы, мгновение, Римо́ль пошла «на преступление» и повела гостей к пещере, где укрывала красный жемчуг.

Зори́ни, тут же появился, он вырос словно на дороге, что даже Боги не успели укрыть Римо́ль от злого взора. Он проследил за ней из дома и слышал все, что рассказала, и тут же между ними ссора, как снежным комом, нарастала. Муж говорил, что их дочурка из-за нее исчезнет вовсе. Гаркан простить их не сумеет и не пойдёт на сделку больше.

Римо́ль другое говорила, ведь эти гости им помогут, что это Боги Мируаля, они спасти ребенка смогут. Но как бродяги не старались, а ссора вышла за пределы, супруги яростно кричали, а их слова летят, как стрелы.

Римо́ль, однако, победила, и убедить смогла супруга, и все они пошли к пещере, но все вокруг тревожит жутко. Казалось, камень, лист, травинка, окошко дома, дверь, цветочек, все это голос свой имеет и сообщит Гаркану точно.

Супруги больше озирались и прижимались лишь друг к другу, молясь, лишь только бы не видел, не заподозрил эту смуту. Монах хотел спасти супругов, прикрыв их магией Богини, друзья невидимы для Бога, Гаркан их видеть был бессилен. Пусть эта магия слабее, но шанс на скрытность оставался, возможно, быть им незаметным хоть на короткий миг удастся.

Бродяги шли по серпантину, затем из города все дальше и наконец нашли пещеру, где красный жемчуг укрывался. Семья сказала здесь остаться, супруги шли немного дальше, а Шери вновь свирель достала, ребенка им вернуть так важно. Богиня только заиграла, как начал образ проявляться, как раз Римо́ль явилась снова, сжимая нечто в тонких пальцах.

Но силуэт острей явился, и Ру играла все быстрее, как вдруг Гаркан преобразился, схватив ее рукой за шею. Не пролетело даже мига, как жемчуг был в руках Гаркана, он сжал его настолько сильно, что тот посыпался кусками.

Они растаяли внезапно, никто не смог и шага сделать, а Аль увидел, ужасаясь, на них глазеющее племя. Но все сменилось за секунду, Аль захотел до них добраться, но тут Медина объявилась, и Серый Ветер показался.

Секунда только пролетела, как все стояли у повозки. Медина их переместила, ведь оказалось все непросто.

Глава 9

Ириалина испугалась, Теор бледнел, ее сжимая, но Аля, словно подменили, в порыве ярости метая. Медина, Аля удержала, его прося остановиться, но друг совсем ее не слушал и чуть не начал с девой биться.

Леран сумел утихомирить, вселившись в Бога, сжал сильнее и попросил его спокойно, чтобы пришел в себя скорее. Куда же он идти намерен, где отыскать ее сумеет, где мог бы скрыть ее предатель, была ли малая идея? Пускай сейчас же соберется, ведь Ру нуждалась в нем безмерно, а ярость лишь мешаться будет и на пути его задержит.

Лерану сумел поддаться Богу, ведь, без сомнений, понимает, он сам бы бился за Медину и сжег бы все, ее спасая.

Когда же Аль притих немного, Леран вернулся вновь к Пустыне, а рядом Ветер появился, Виджи с Ирелем в деле были. У Аля мысли завертелись: «Откуда же они узнали? И что с семейством приключилось, они бродяг Гаркану сдали?»

Кольцо, что им дала Медина, смогло сигнал послать Лерану. Пустыня видела немного, но дело было очень странным. Она увидела семейство и заглянуть решила в души, но обнаружила, в чем дело: играли роль семьи Болтуши.

Она увидела, что было, созданий этих До́всы звали, они являются в то время, когда Вселенная в раздрае. Ведь Валердел лишился силы, никто не правит этим миром: Мирель упрятана в Гаркане, Гаркан не правит, а вредит им. Их цель забрать побольше жизней и расширять свои владения, способны До́всы сделать явью упадок мира запредельный.

Вот эти двое, что здесь были, являлись гордостью Гаркана, он заключил с Болтушей сделку, когда сумел найти недавно. Он обещал им много жизней в обмен на помощь от созданий, а, если До́всы не согласны, то не поможет даже жалость.

Конечно, До́всы отказались, и был Гаркан почти захвачен, но Бога, так не одолели, и чуть не стали пеплом даже. Заключена с Гарканом сделка, он рассказал, что нужно делать, пообещал им много жизней, сказал, создаст им мир отдельно.

С тех пор Болтуши притворялись, они способны делать это. Гаркан сказал им быть приманкой и знак подать без промедления. Виджи, скорее даже думал, что для друзей была ловушка: Гаркан, Богов убрать намерен, их приманить могли Болтуши.

И Ру, и Аль мишенью были. Гаркан их хочет уничтожить, ведь только им подвластна сила, Мирель вернуть до дома точно. Уничтожая только жемчуг, всегда есть риск его замены, а вот лишить Богов их жизни могло решить бы все проблемы.

Когда открылась эта правда, Леран, сигнал послал Ирелю, Виджи охотится на До́всов, хоть и не вовремя поспели. Виджи Болтушей уничтожил, Медина всех спасла оттуда, пускай был Аль способен выжить, а вот другие, не особо.

Казалось все таким далеким, как будто рухнуло с обвалом, у Аля сердце колотило, опять их лихо обыграли. А жемчуг красный был расколот, осталось их всего четыре, необходимо было восемь, провалом веет очень сильно. Еще и Ру в руках Гаркана, найти ее сейчас так важно, ведь он убить ее способен, что и вздохнуть не сможет даже. Скорее нужно отправляться, к тому еще и жемчуг нужен. Гаркан не должен завладеть им, их мир не должен быть разрушен.

Монах просил не сомневаться, они вдвоем пойдут на поиск, пусть Аль спасает Ру из плена, и, наконец, Мирель попросят. Ириалина согласилась, она поможет, с чем возможно, но Алю стало беспокойно, ведь им скрываться тоже нужно. Тогда он жемчуг дал Медине, пусть будут с ней частицы эти, просил приглядывать за ними, «решение принято в совете». Пускай и не было дороги, а Аль пошел вперед упрямо, но вдруг, его остановивши, Медина бросила катану.

Был друг сейчас без арбалета, да и у Ру копья не будет, ведь явно сможет вызвать помощь, Гаркан такого не допустит. Катана может пригодиться, без силы Духа нет портала, сразить бродяга сможет точно, но не сумеет переправить. Кивнул им Аль, катану сжавши и испарился, понимая, что Ру найти сейчас так важно, но для чего она Гаркану?

Виджи с Мединой говорили, распутать нужно эти нити, семья могла ведь быть живая, Болтуши больше не вредили. Да и Теор с Ириалиной - угроза планов для Гаркана, укрыть защитой нужно было, чтобы друзьям не помешали. Ирель с Виджи обговорили, они пойдут искать семейство, а вот Леран с Мединой смогут к Суране их доставить вместе.

Она бы их укрыть сумела, Гаркан не знает этой силы, их отследить сложнее будет, друзья должны быть невредимы. Супруги с этим согласились, Леран с Пустыней исчезая, Ириалину и Теора забрали в мир Хатигнарада. А Серый Ветер испарился, пойдя на поиски семейства, сумеют ли «клубок распутать» все это было неизвестно.

Глава 10

Хатигнарад к гостям приветлив. Сурана им безмерно рада, Ириалина огляделась, ведь жизнь вокруге так сияла. Друзья сейчас лишь осознали, увидев блеск Хатигнарада, что находились в новом мире, что с Валерделом был на равных. Он отличался от их мира, но в то же время был похожим, разнообразие созданий, цветущих далей и природы.

Прекрасный Дух Хатигнарада, Пустыни слушала рассказы, она узнала, что случилось, гостям вручив свое согласие. Пускай не знает Валердела, не знала, кто же миром правит, а без сомнений понимала, что помогать соседям надо.

Ириалина улыбалась, прося остаться ненадолго, ей так хотелось задержаться, ведь возвратила снова ноги. Волчица тут же согласилась, позвав на помощь Ревиаля, прося его помочь с желанием увидеть жизнь Хатигнарада. Ириалина понимала, что все иначе в этом мире, Медина даже изменилась и с Ревиалем схожа сильно.

Но Ревиаль к гостям приветлив, он рассказал, что был Хракуном и проводил гостей по лесу, Теор и сам проникся чудом. Друзья увидели Юрлинов, Искрад, Шандиров и Сургонов, разнообразно это место, где так хотелось быть спокойным. А Ревиаль ведет все дальше, спросив гостей о Валерделе: кто управляет этим местом и как сюда попасть сумели? Друзья рассказывали долго, а Ревиаль упорно слушал, ведь знал, что есть миров немало, но не общался напрямую.

Беседа вскоре прекратилась, Сурана их ждала обратно, друзья пришли узнать о деле, гостям помочь в спасении рады. Сурана силой обладала связаться с миром ночи Кроза, и, собрат, узнав о жутком деле, согласен с планом Духа тоже. Соседям нужной будет помощь, друзья ведь мир спасти желают. И оба Духа дали чары, соединяя их па паре. Ириалину и Теора укрыло легкой дымкой света, Гаркан заметить их не сможет, но для других они заметны.

Пусть не волнуются об этом, их отследить чужак не сможет, увидеть может лишь Сурана, ну и собрат из мира ночи. Но все же есть сомнений малость, а будет ли эффект защиты, ведь Валердел в другой Вселенной, и свяжет ли их воедино? Надежда все же оставалась, ведь Духи Волка там бывали, а значит, их защита скроет, по крайней мере, от Гаркана.

Опять увидевшись с Мединой, чтоб возвратила их обратно, Теор просил отдать им жемчуг, друзья пойдут на поиск дальше. Одну жемчужину он бросил, совсем не прятав в тайном месте, монах кусочек в лес закинул и не укажет направленье. Медина тут же согласилась, но попросила у Сураны, чтоб и жемчужинку укрыла своей защитой для начала. Друзья под магией укрыты, а жемчуг связан был с Гарканом, он мог найти его, бесспорно, пусть лучше будет скрытым тайно. Сурана выполнила просьбу и пожелала им удачи, пусть возвратят свою Богиню и жизни их пойдут иначе.

Волчице, гости благодарны, Медина вновь переместила, повозка ждет их у дороги, и вскоре пара в путь пустились. пустыня вновь ушла обратно, найти ей нужно Ру и Аля, но ни колечка, ни катаны она, увы, не ощущала.

Ведет в дороге белый жемчуг, а мимо лес, поля и горы, дорога пару не терзала, она была такой спокойной. Такое радостное чувство укрыло их, но понимали, что это, может быть, защита им падать духом не давала. Друзья поверили в победу, как будто вот уж, тянет руку, удастся Ру спасти из плена и возвратиться на свободу. А вскоре жемчуг соберется, чтобы вернуть Мирель обратно, не будет больше жутких страхов, когда сорвется план Гаркана.

Бродяги вновь витали в грезах, жемчужный путь ведет все дальше, но вскоре, нечто промелькнуло, друзья вдвоем застыли даже. Явился некто на дороге, что шел, хромая, в странном виде, но, вскоре он устал немного и у дороги разместился.

Друзья подъехали поближе и разглядели бедолагу. Он тяжело вздыхал, уставший, а на ноге зияла рана. Колпак украшен бубенцами, одежда словно в грязь свалилась. Но отрешенным был по виду, ведь, вероятно, заблудился. Друзья к бродяге обратились, решив помочь, ведь шут был ранен, но он, увидев мельком воду, поднял глаза на них устало. Сейчас вода была бесценна, бродяга жутко обезвожен, такое чувство появилось, что море выпить был способен. Но очень скоро, шут закончил, воды ни капли не осталось, он подставлял лицо для ветра, лишь благодарно улыбаясь.

Бродягу дружно приподняли и помогли залезть в повозку, перевязать ведь нужно рану, друзья его в беде не бросят. А шут безмерно благодарен и им представился как Ке́йнан, он сам не знает, что случилось, ведь очень слаб и спать хотел он.

Ириалина наклонилась, чтобы промыть бедняги рану, а шут рассказывал о жизни, ведь тоже был бродячим бардом. Шут путешествует по миру и веселит людей на славу, он направлялся в новый город, однако вдруг попал в засаду. Шут помнит только лишь бандитов, а дальше все укрыто дымом, очнулся он в грязи у леса, не помня даже, что с ним было. Бард попытался двигать дальше, но нет провизии ни грамма, нога опухшая болела, а кровь бежит из свежей раны. В какой-то миг подумал даже, что смерть к нему идет навстречу, но эти путники явились, как суждено случиться встрече.

Был Кей признателен бродягам и за еду, и за заботу, Ириалина предложила поехать с ними в новый город. На это парень был согласен, с такой компанией хорошей, друзья прибудут очень скоро, Кей разделил желание тоже. Теор послал шута к кровати: «Пусть отоспится, ведь замучен». Дорога будет очень долгой, восстановившись, станет лучше.

Кейнан, согласившись, лег устало, Ириалина укрывала, она заботливо раздела и вещи барда подлатала. Его красивая одежда опять была по виду новой, на ней с узором красно-синим обрамлены, как в рамки ромбы. Сияньем, нити золотые блестят на ромбах, точно пламя, и «серебрится тонким звоном» колпак с большими бубенцами.

Взглянула дева на беднягу, он спал уже, вкусив покоя, и, затушив повсюду свечи, она опять пошла к Теору. Монах держал в руках поводья, Ириалина села рядом и наблюдала за дорогой, переговариваясь тайно. До леса, где скрывался жемчуг, совсем немного оставалось, друзья стремились поскорее, пока Гаркан о них не знает.

Однако «обухом тяжелым по голове огрели сильно», Теора прямо из повозки огромной лапой монстр выбил. Ириалина обернулась, а их повозку разодрали, не шут лежал у них в кровати, а жутко страшное создание. Сам был по цвету темно серый, лицо с оскалом, сам без шерсти, высокий был и жутко сильный, а на руках крюки горели.

Ириалина задрожала, а он с оскалом ухмыльнулся и жуткий голос прокатился, что провалился в душу грузно. «Шут» только шаг навстречу сделал, как получил по глазу камнем, Ириалина испугалась, но, кинув балку, побежала. Спина Теора покраснела, пять жутких ран оставил монстр, Ириалина подхватила и побежала, как возможно.

Друзья вбежали в лес скорее, но жуткий голос был повсюду, со страхом сердце каменело, надежда лишь была на чудо. А монстр, жутко обозленный, скакал по лесу и деревьям, он шел по следу двух сбежавших и растерзать их был намерен.

Не ясно, как все получилось, но притаиться удавалось, а голос монстра был повсюду, лишь грозно в голову врываясь. Все в голове перемешалось, а монстр начал забавляться, он обнаруживал их быстро, но дал возможность вновь спасаться. Монах истратил много крови, Ириалина поддержала, но оба бегали по лесу, покуда монстр догонял их.

Ириалина притаилась. Возможно, вновь сбежать успели. Теор, порядком ослабевший, уже вздыхает еле-еле. Ириалина понимала, что не могла помочь Теору, но попыталась вновь подумать, как защитить его способна. Она Теору прошептала, чтобы бежал к спасенью дальше, пускай об этом с ней не спорит, ведь должен выполнить задачу. Он не успел сказать ни слова, Ириалина убежала и, отыскав побольше палку, она из ветки кол строгала.

Стараясь быть еще быстрее, она немного заострила, кол пригодится для поддержки, но снова голос появился. Ее задумка удавалась, она шумела, отвлекая, а веток треск настолько громкий, что монстра звуком привлекали. «Шут» мигом следовал за треском, Ириалина все кружила, и наконец, сжав кол руками, она наброситься решила.

Но монстр тут же развернулся, схватив «копье» Ириалины и разломал его, как щепку, а героиню к бревнам кинул. Она еще была в сознании, когда увидела у монстра огромной пасти приближенье, спасаться стало так непросто.

Но снова нечто прилетело, его ударив с новым криком, Теор явился так внезапно, что монстр стал до жути диким.

Последний взгляд на монстра в страхе, последний взгляд всего остался, а монстр, словно с мощью вихря, в один прыжок к нему добрался. Бежать нет смысла от создания, но все же сделана попытка, и очень скоро провалилась, схватили парня, точно ветку. Зажав его рукой, так крепко, монах почувствовал удушье, а монстр взял двумя руками и растерзал, как ту игрушку.

Глава 11

Прошло часов совсем немало, казалось, целые столетия, как Божества Хатигнарада спасали жизнь беднягам этим. С Ириалиной было проще, ведь у нее лишь переломы, она скорее исцелилась и вновь была самой собою. А вот с Теором все сложнее. Монаха вовсе разорвали, и существа Хатигнарада его по «крошкам» собирали.

Надежда все же не угасла, внутри Теора малость силы, она его спасти сумела, когда он был разорван сильно. Когда случилось нападение, у Кроза чувства обострились, поскольку сам являлся волком, то он увидел, что случилось. Сурана вскоре все узнала и позвала Виджи с Ирелем: «Пускай они найдут соседей своим отрядом поскорее». Но был Ирель с Виджи не рядом, создания ищут тень семейства, но все же зов поймать сумели и направлялись в это место.

Когда же прибыли по зову, Теор уже разбросан всюду, Ирель, что смог найти частички, помог ему, укрыв собою. Он ощутил внутри монаха еще горящую надежду, пускай совсем не знал такого, но не давал расстаться с жизнью. Отряд накинулся на монстра и обезвредили бродягу, а после взяли всех с собой и их повозку с лошадями.

Доставив всех к Хатигнараду, Сурана всем руководила, распределила всех на дело, и каждый занят был отныне. Взялись Сургоны за повозку и лошадей, что пострадали, Ириалину взяли Духи, она была почти в порядке. А вот Теор в руках Хракунов, его скрепляли точно пазлы, обшарив место, «Серый Ветер» забрали все, что отыскали.

Но, собирая по кусочкам, провал их ждал, ведь не собрали, настолько монстр постарался, когда монаха разбросал он. Волчица знала, что ей делать, но сомневаться начинала, ведь человек из Валердела, другой Вселенной, что с ним станет?

Сомнения были беспросветны, но делать надо было что-то, ведь малый шанс Теору выпал, Сурана думала все больше. В конце концов, она решилась, пусть шанс один на исцеление, возможно, все в порядке будет, она должна принять решение.

Того, что не было на месте, Сурана вырастила снова, Теор теперь был человеком, но и Хракуном в цвет зеленый. Конечно, цвет был необычным, но дело шло сейчас как надо. Сурана руку возвратила, и правый бок, и пару пальцев, плечо, колено, малость шеи, одну ступню, кусочек уха, Теор поспешно возвращался и даже цвет сливался будто.

Но приходилось повозиться, сомнения были не напрасны. Куски, тела отвергало, но укрепить их получалось. И постепенно, потихоньку, а шрамы стали растворяться, Хракуна части приживались, и тело стало исцеляться.

Теор, однако, не вернулся, но не оставили надежду, Ириалина постоянно сидела рядом для поддержки. В какой-то миг ей показалось, что нужно было отправляться, она найдет последний жемчуг, что непонятно, где скрывался. Такое чувство появилось, что это нужно было сделать, но постаралась не кидаться, а подождать до исцеления.

Но время быстро уходило, и ждать уже опасно стало, Ириалина попросила, чтобы доставили обратно. Она найдет один кусочек, пока еще не стало поздно, возьмет обратно белый жемчуг, что поведет ее на поиск. Сурана все же не согласна, Ириалину без надзора подстережет беда какая, спасать хватает им Теора. Ириалина исцелилась, Волчица ей добра желает, но, если девочка погибнет, монах их всех здесь растерзает.

Ириалина усмехнулась, но ведь должна пойти на дело, Сурана горестно вздохнула, соображая, что ей сделать. Медина в поисках с Лераном, Виджи с Ирелем тоже ищут, но подошел Хракун нежданно, свои услуги предложивши.

Пришли помочь Динель и Тимми, они пойдут с Ириалиной, переместят ее до места и окружат своей защитой. Ириалина согласилась, ведь с Тимми здесь уже знакома, Динель – прекрасный Дух рассвета, им в этих поисках поможет.

И наделив их малой силой, Волчица сбросила на землю, но отыскать последний жемчуг для них еще была проблема.

Решили прыгать сквозь порталы, Динель почуял белый жемчуг, он направлял его к собрату, что отзывался светом где-то.

Перемещаясь постоянно, друзья то чувствовали жемчуг, то отдалялись от призыва, но все равно искали вместе. Когда же чувствовали ближе, то шли пешком на зов жемчужин, ведь после всех перемещений не помешает отдохнуть им.

Пока друзья передвигались, то говорили о Гаркане, Ириалина рассказала, как этот жемчуг был подавлен. Поговорили и о мире, ведь Валердел для Тимми новый, он ощущал его иначе, совсем другой, не то, что дома.

Их приключение тянулось, но все же вышли на прямую, энергий зов был очень близко, как будто можно взять рукою. Друзья проследовали дальше и вышли к месту назначения, Ириалина удивилась, ведь ей знакомо место было.

Когда-то здесь случилось нечто, что взбудоражило народы, рукою некой злобной силы убито множество рабочих. Никто не мог понять, в чем дело, работа вроде бы простая: разрушить каменные стены, что о былом напоминали. Но некто вырвался на волю, когда сломать сумели стену и, за собой тела оставив, он убежал куда-то в дебри.

Один лишь выживший остался, что приходил тогда на смену, но видев все, что здесь творилось, он убежал оттуда ветром. Других рабочих подхвативши, что отдыхали после дела, они рванули от развалин, лишь побросав все инструменты. И объяснить никто не в силах, что приключилось у развалин, но пару дней туда вернуться никто от страха не решался.

Конечно, вскоре возвратились забрать людей, что там лежали, а, чтобы не было тревоги, к камням теперь не приближались.

Конечно, стало все известно, Теор был этой грозной силой, Гаркану ведь сумел поддаться и обманулся очень сильно. Ириалина осознала, что жизнь Теора сохранилась, возможно, магией Гаркана, а может быть, и от Богини.

А зов жемчужины все ближе, где может быть удачней место, как ни развалины темницы, где он утратил свет надежды. Тогда Теор, внимав Гаркану, решил, что предан был Богиней, сюда и спрятал бурый жемчуг, ведь испытал предательств силы.

Жемчужный блеск в руках Динеля, друзья нашли последний камень, настало время возвращаться, осталось ждать вестей от Аля.

Глава 12

К Теору вновь вернулись силы, чужие части не мешали, зеленый цвет кусков Хракуна на теле выглядит прекрасно. Однако все не так-то просто, Теор с нуля учиться должен, ведь собран снова воедино, чтобы идти вперед продолжить.

Проснувшись где-то в странном месте, не мог нормально шевелиться, волнение жутко напугало, не ожидал что так случится. Почти не помнит тех событий, но вспомнил тут же о бродяге, Теор спасал Ириалину, а монстра лапы раздирали.

Ириалина появилась, за ней Сурана с Ревиалем, друзья пришли узнать о силе и о здоровье, что хромало. Теор узнал, что с ним случилось, и посмотрел на новый образ, конечно, очень необычно, но ведь спасли, пока не поздно. Его удобней усадили, сказав, что все в порядке будет, друзья ему со всем помогут и вновь ходить его научат.

Теперь с Теором постоянно был Ревиаль для подстраховки, он наблюдал за всем процессом и корректировал походку. Монаху было очень трудно, такое все чужое было, и пару раз ломались кости, но Ревиаль восстановил их. Теор как будто был ребенком, шаг неуверенный и робкий, Ириалина помогала, ведь это все ей так знакомо. Учился вновь держать предметы и укреплял с поддержкой мышцы, все помогали, как возможно, пусть и процесс совсем небыстрый.

Но Аль и Ру не возвратились, про жемчуг не было беседы, сейчас, важней восстановится, пусть и Гаркан еще сильнее. Но, благо, «пазлы» отыскали, Гаркан до них не доберется, была надежда лишь на Аля, что Ру спасет и вновь вернется.

И с каждым разом, тренируясь, Теор почти восстановился, он привыкал опять к движению и к своему чудному виду.

В какой-то миг решился даже идти на поиски жемчужин, ведь сколько времени осталось, пока не будет шанс упущен. Но его пыл улегся, тут же и удивление появилось: Ириалина рассказала, что жемчуг был надежно скрытым. Друзья смогли найти остатки, пока монах срастался с телом, пусть это больше не волнует, Гаркан найти их не сумеет.

Причина очень необычна, но жемчуг был у них под носом, когда их спас Виджи с Ирелем, отряд скорей сюда принес их.

Пока все заняты работой и исцеляли их с Теором, был монстр заперт в белой клетке, но постепенно стал собою.

И наложив на монстра чары, Сурана все узнать решила, но обнаружила лишь странность и к Ревиалю поспешила. Был человек совсем обычный, проклятий нет и тайной жизни, но, будто был неполноценный, как будто жил, души лишившись.

Когда чудак очнулся вскоре, то испугался не на шутку, не помнил Кей, что приключилось, и где же он, ему так жутко. Он жизнь свою почти не помнит и то, что монстр, шут не знает. Тогда, пошли к Ириалине, в надежде, что она расскажет.

Девчонка знала очень мало, был Кейнан Шут и все на этом, но нужно было разобраться, что вызывает перемены. Тогда решили все проверить и провоцировали парня, а монстр все не объявлялся, не выходил, как не старались.

Следя за Кейнаном все время, не получилось вызвать монстра и даже ставили засаду, чтобы поймать украдкой точно. Попытки были все провалом, пока не вспомнили про вещи, одет ведь парень по-другому, совсем не то, что было прежде.

Сургоны справились с повозкой, вернув ее к былому виду, они доставили оттуда наряд шута, безумно дивный.

Тогда-то тайна и раскрылась, вернулся монстр так внезапно, что не могли понять откуда, что обращение вызывало? Но их разгадка перед носом, виной всему колпак бродяги, от звона Кейнан обращался, когда звонок был очень ярким.

Ириалина замирала, припоминая все, что было, она колпак шута держала, когда наряд его чинила. И этот звон тогда раздался, вот почему явился монстр, но, в чем причина обращения, еще понять совсем не просто.

Вертя колпак без перерыва, друзья нащупали причину: был жемчуг, спрятанный в бубенчик, а звон его создание вызвал. Когда у Кейнана спросили, откуда взял он этот жемчуг, шут рассказал им о находке, что он в лесу недавно встретил. Кей взял его, но был уверен, что жемчуг ценность представляет, нельзя хранить его в одежде, вот в бубенце его и спрятал. Но кто же знал, что так случится и жемчуг этот все погубит, не знает Кейнан, что с ним было, теперь вина скребется жутко.

Теор волнение понимает, но зла не держит на бродягу, не виноват он в этом деле, Гаркан - творец его кошмара. Тот попросил шута о встреча и направлялся в лес Шандиров, а Кей сидел среди деревьев, весь погруженный в кипу мыслей. Они втроем поговорили и не нашли вины бродяги, пускай вину отпустит тоже, ведь абсолютно не причастен.

Разгадка так невероятна, друзья так близко до финала, но, что же сделалось с Гарканом? Когда увидят Ру и Аля? Осталось им совсем немного, соединить осталось бусы, но оставалось лишь четыре, где им найти ещё жемчужин?

Глава 13

Безумны поиски Гаркана, провальный путь и Аль подавлен, как долго парень не скитался, а ничего не отыскал он. Частенько связь держав с Мединой, желал одно лишь указание, все ждал что Ру найтись сумеет, хоть как-нибудь намек оставив. Кольцо ведь было от Пустыни, возможно, скоро обнаружат, а может быть, кольцо забрали, да и копье у Ру к тому же? Но как же тешиться надеждой? Медина лишь одно твердила: «Кольца не слышит абсолютно, как будто бы была бессильна». Но не стремятся отступиться, друзья сумеют что-то сделать и все расскажут непременно, когда поймают знак спасения.

Безрезультатный, сложный поиск вгоняет Аля в жутких хаос, он постоянно ищет что-то в надежде след найти хотя бы. Но ничего, как испарились, и это злит его безмерно, перевернул бы все на свете, лишь только бы замедлить время. Но нет Гаркана, растворился, отняв одно, что было важным, но Аль, как не было бы горько, а ради Ру сильней держался.

Обшарил он почти всю землю, но нет энергии ни грамма, возможно, Аль ее не видит, а Ру была перед глазами. Но нет, не может быть иначе, он связан с ней, узнал бы точно, но ничего, как ни старался, лишь сердце сдавленно клокочет.

Вернувшись вскоре к Валерделу, продолжил поиски Богини, возможно, спрятать здесь сумели, Гаркан хитер и очень скрытен. Но даже здесь никто не знает, лжебог сюда не заявлялся, они не слышали энергий, но, как Гаркан сумел скрываться?

Почти в дороге обессилев, пусть и являлся тоже Богом, но этот поиск бесконечный лишил давно его покоя. И Аль решил вздремнуть немного, опять спустившись человеком, на всякий случай, вдруг Медина придет с волнующим ответом.

Услышав голос отдаленный, Аль распахнул глаза пошире, а Ру, с улыбкой приближалась, пусть и была какой-то смирной. Она была плащом укрыта, что Аля лишь насторожило, он подбежал, расставив руки, ее обняв безумно сильно. Но Ру вздохнула, сжавшись будто, пытаясь скрыть от Аля нечто, но Аль взглянул, подвох почуяв, и взволновался бесконечно. Бог протянул к накидке руку, но Ру мгновенно отступила, а он взглянул в глаза с надеждой и вновь приблизился к любимой.

Жена уже не отступала и разрешила снять накидку, не поднимая взгляд печальный, ведь эта мысль была ошибкой. Когда супруг стянул накидку, то замер, в ужасе вздыхая: ее прекраснейшие крылья непоправимо растерзали. Висели перья, точно клочья, живого места не осталось, что Аля мигом подогрело, он стал подобием вулкана. «Гаркан!» – метались роем мысли: найдет, задушит, растерзает, но Ру его остановила, всю чертовщину усмиряя. Аль посмотрел в глаза с надеждой, спросив, где спрятана Гарканом? Он обязательно отыщет и оторвет мерзавцу лапы.

Супруга горестней прижалась, но беспокойство накрывало, пыталась Ру собраться с духом, что Аль мгновенно распознал в ней. Он руки сжал еще сильнее: «Что Ру терзает и тревожит, пускай расскажет, не скрывая, он с чем угодно ей поможет».

Собравшись с духом постепенно, слеза скатилась и другая, жена пришла с ним попрощаться, Богине сердце разрывало.

Вцепившись в руки Ру сильнее, Аль расспросил, в чем было дело? Он не отступится ни в мыслях, отыщет даже сквозь столетия. Но Ру, взглянув в глаза, сказала, что Аль ее кусочек рая, на свете нет ценнее чувства, он навсегда с ней будет рядом. Терзала мысль его оставить, Аль для нее ценнее жизни, пусть прекратит несчастный поиск и никогда ее не ищет.

Аль прижимал супругу крепче, просил сказать, что происходит: Гаркан в словах ее замешан? Он совершил похуже что-то?

Ответить Ру была бессильна, Богиня знала, но молчала, чтобы она не проболталась, Гаркан вложил большие чары. Жена просила всем, чем можно, остановить провальный поиск, не должен Аль их обнаружить, ради нее послушать должен. Супруг не смеет согласиться и не оставит Ру Гаркану, как ни просила бы, Аль помнит, что без нее он станет слабым.

Однако нечто приключилось, их отдаляло друг от друга, супруги в ужасе глядели, тянувши лишь друг к другу руки. Аль через стену биться начал, а Ру сказала, что так надо. Гаркан становится сильнее, преумножая с каждым разом. Ру постепенно отдалялась, что разбивало сердце Аля, безрезультатно бившись в стену, остановиться ей кричал он. Любовь смотрела прямо в душу, не отводя от мужа взгляда, а он лишь чуял безысходность, стуча руками о преграду.

Открыв глаза в том самом месте, где Аль прилег вздремнуть немного, Бог осознал, что это правда, Ру приходила ненадолго. Его трясло, исчезли силы, она была в руках Гаркана и защитить его стремилась, самой себе наставив раны. На миг он даже потерялся, но осознал свою подсказку: во сне у Ру увидел крылья и в Валердел стрелой помчался.

Бог возвратился к Валерделу, понять пытаясь, где опасность, но полетел сперва к монаху, Кирод бы дал ему подсказку. Монах сказал, что все ничтожно, Гаркан укрыл от них всю силу, и, очевидно, что ловушка была придумана схватить их. Но Аль и слушать не желает, ловушки были, словно мелочь, одна лишь Ру в руках мерзавца, она одна имела ценность. Ловушка? Тфу, дешевый фокус. Кирода это взволновало, ведь Аль ведет себя так глупо, всерьез беды не замечая.

Но Аль давно его не слушал, а думал, где скрываться стали, но вспомнил Ру предупреждение: «Гаркан еще сильнее станет». Возможно, Аль нашел то место, где встретить мог Гаркана снова, Бог, чтобы стать еще сильнее, соединится с Ру в Вальдо́ре. Вальдо́р Вселенной был святыней, священным местом всех энергий, здесь Ру и Аль объединились и разделили силы вместе. Гаркан ее туда доставит, раз хочет стать еще сильнее, у Аля сердце запылало, задумка ведь проста на деле.

Кирод, лишь здраво рассуждая, сказал, что это очевидно, не может быть настолько просто, Гаркан не глуп, чтоб провалиться. Но Аль настроен был серьезно, хотя бы сходит и проверит, он тут же бросился к святыне, не принимая убеждений.

Аль долго ждал перед святыней, держа весь план перед глазами. Увидев их, он Ру закроет, Гаркана лишь пронзив катаной. Но так никто и не явился, и Аль решил проникнуть внутрь, так будет проще их заметить, остановив безумца смуту.

Забрался Бог и пошатнулся, внутри сплошной холодный камень. Вальдор другой, ведь полон света, и все заполнено цветами. Но где же Альшер оказался, не понимал, ведь был растерян, но Бог прошел немного дальше, остановившись на мгновение.

Стояла Ру на пьедестале, все как во сне, в лохмотьях крылья, Аль подбежал к ней, задыхаясь, и звал супругу так бессильно. Она жива, моргает, дышит и смотрит твердо, но иначе, Аль звал ее, но Ру не слышит, ведь абсолютно безучастна. Он прикасался, звал все громче, но ничего не выходило, тогда, спустившись на колени, стал гладить пальчики любимой..

И Ру мгновенно оживилась, ведь это было так знакомо, она, увидев рядом Аля, не понимала, что такое? Супруга горестно кивала, безумный взгляд наполнен страхом, но Алю ужас не помеха, ведь не букашка для Гаркана.

Сейчас, как будто слов не надо, они друг другом упивались, Аль поднял на руки Богиню, но стены глухо затрещали. Супруги видели за камнем цветное нечто очень ярко, они сейчас не в Валерделе, а в подготовленном капкане.

Супруги супруги вместе улетали, а стены жутко разрушались, обломки сыпались кусками, чуть было пленных не прижавши. Но дверь закрыта, всюду хаос, сбежать у них не получалось, а камни сыпались дождями, что вскоре темень показалась.

Тряхнуло так, что повалило, но Аль собою прикрывает, а Ру припомнила их время, с тех самых пор ее спасает. Он улыбнулся Ру с любовью, сказав, что рад их новой встреча и, прикоснувшись к ней губами, лишь прошептал: «Вдвоем навечно». Они смотрели друг на друга, пока вокруг бушует буря, но вскоре камни навалились, обоих скрыв под серой грудой.

Глава 14

Расшевелились камни с треском, их нечто двигать начинало, обломки в воздух поднимались, двоих влюбленных открывая. Мелькнувший свет, что это сделал, опять в свою вернулся форму, а это были двое Духов, что подоспели за секунду. Ру не поверила сначала, у Аля тоже миг сомнений, но к ним Медина подбежала вдвоем с каким-то человеком. Друзья с земли их поднимали, пока два Духа защищали, они удерживали камни, что до сих пор с небес слетали.

В бреду бежав до новой двери, ни Аль, ни Ру не понимали, как обнаружить их сумели и как друзья сюда попали, но ощущалась только легкость, ведь ими лишь руководили, а Боги, в мысли погрузились, что ураганом закружили.

Когда друзья в себя вернулись, то оказались в новом месте, сначала Аль пришел в сознание, а Ру прошла восстановление. Теперь ее большие крылья светились точно изумруды и стали красочней, чем были, переливались очень чудно. Волшебный Дух, что звался Каей, росой ей крылья осыпала, роса блестела изумрудом и украшением оставалась.

Не отлучался Аль ни мига, секунда стоит очень много, он столько пережил за время, когда отправился в дорогу. Их постоянно окружали, вокруг знакомые все были, жемчужин правда не хватало, но удалось им обрести их.

Теор своим особым видом и волновал, и вдохновлял их, так много красочных историй звучало здесь, не умолкая.

Но Ру припомнила тот город и ту семью, с какой встречались, не понимая, в чем же дело, они ведь их Гаркану сдали. Им рассказали о Балтушах и сложных поисках семейства. Виджи пропавших обнаружил, семью спасли из плена вместе. Пустыня им дала наводку, ведь Аля с Ру найти сумела, семья была ведь под угрозой, из Междумирья нет спасения.

Тогда Виджи пошел к Искрадам, энергий силы пригодились, они нашли частицы света, что в Междумирье очутились.

Гаркан хотел исполнить планы, ведь уговор с Болтушей в силе, он сотворить решил созданиям свою планету в Междумирье. Семья бы вскоре растворилась, оставив лишь одни частицы, что вместе бы соединились, и новый мир сумел родиться.

Однако их найти успели, ведь ту семью спасли Шипуни, они погибнуть не давали, семью Шипуни и вернули. Джейрон и здесь помог им с дверью, семья жива и невредима, их поместили под защиту и снова к дому возвратили.

Тогда-то Ру и осознала, о чем Гаркан тогда задумал, он говорил ей о ловушке, ее вплетая в эту смуту. Бог говорил, что хочет сделать такой капкан, что будет верен, и Аля сможет уничтожить, ведь тот жену спасать намерен. Она была тем механизмом, что активировал ловушку, но был Гаркан еще хитрее, она бессильна быть послушной. Одна лишь мысль об убийстве ей сердце тут же разрывала, Ру так хотела отдалиться и Алю все сказать о плане. Да вот Гаркан ей не позволил, вложил так много черной силы, чтобы она сказать не смела то, что узнала в этом мире.

Изобразить она не смела, и написать, сказать об этом, но постоянно убивалась, ведь угасала в лапах плена. Богиня стала той приманкой, поймали Аля с нею вместе, супруга только защищала, но приманила в это место. Но Аль нисколько не расстроен, пусть будет множество капканов, ему важнее обнаружить и одинокой не оставить.

Но разговор свернул на тему: как все же их спасти сумели, когда, застряв между мирами, чуть было Боги не сгорели? Тогда-то все и рассказали: Леран почувствовал сигналы, кольцо, почуяв душу Аля, объединилось с их катаной. Тогда-то думали о плане, пробраться нужно в это место, к Джейрону вскоре обратились, он мог помочь найти решение.

Рён отдавал Джейрону силу нарисовать, что было надо. Леран и Рён объединились, и Дух почувствовал преграду. Друзья в каком-то странном месте, но точно лишними там были, нарисовал Джейрон ворота, через которые впустили.

Как раз успели в то мгновение, когда ловить удачу поздно, Леран и Рён вдвоем успели от камнепада скрыть влюбленных. Джейрон с Мединой подбежали, чтоб увести Богов отсюда, ведь оказавшись в Междумирье, их не спасло бы даже чудо. Гаркан хитер, капкан придумал, чуть не убив Богов навеки, какой же властью одержимый, раз убирает все помехи.

Но, благо, все уже в порядке. И Ру нашлась, и жемчуг скрыли, осталось лишь достичь финала, Мирель вернуть обратно к жизни. Но захотели задержаться, совсем чуть-чуть восстановиться, ведь приключения утомляло и тяжесть бешено сдавила.

Ириалина навестила, решив узнать, как их здоровье, но любовавшись, захотела узнать историю влюбленных.

Когда-то, будучи ребенком, в деревне Пла́нзи жил мальчишка, тогда известен был как Альшер, с ним и история случилась. Он музыкант был одаренный, но жил мечтой стать храбрым воином, таким, что в мире небывало, огромной силой наделенным. Однажды он гулял у дома и вдруг почувствовал ручонки, что выкрасть нечто попытались, но мальчуган поймал девчонку.

Она была по виду младше, но так храбра в девичьем взгляде, а он хотел понять, как это, быть как она, таким же храбрым. Не выдал он ее, а деньги, что ей стащить еще так трудно, он без труда отдал девчушке, так, познакомился Аль с Рутой.

Она была его соседкой, семья недавно поселилась, но Рута людям не знакома, а Альшер с ней разговорился. Мечтала Рута стать шпионкой и помогать спасать народы, сейчас она училась кражам, ей удавалось, но немного.

Их прежний город был захвачен, никто не спас их, не сумели, семья ее сюда сбежала, но прежней жизни не забыли. С тех пор она мечту хранила шпионкой стать, чтоб все исправить, мечтала Рута быть надежной, предупредить людей хотя бы.

Вот так соседи подружились, Аль помогал учиться кражам, она на нем тренировалась, что получаться стало даже. А он сражаться обучался, но для души играл на скрипке, ей очень нравилось быть рядом и слушать, как играет дивно.

Но подрастая все быстрее, пути их вскоре разбежались, друзья разъехались по миру, к своим мечтам идти желая. И у обоих получилось, мечта их стала так реальна, друзья пришли к заветным целям, а время быстро пролетало.

Сумела Рута стать шпионкой, она тогда служила в До́ле, у короля была на службе, король Ига́н был ей доволен. Она была подобна тени, тренировалась постоянно, шпионке в этом сложном деле нет никого по силе равной. Король был так обеспокоен, что Гарнода́н растет и крепнет, Гидо́рин правил этим местом, а может, зря тревога зреет.

Ему казалось, что Гидорин расширит скоро королевство и завладеет их участком, как будто он напасть намерен. Король послал туда шпионку, что в городах прозвали Вьюгой, она была настолько скрытна, что исчезает отовсюду.. Но как бы Рута не старалась, а план захватов не узнала, Гидорин будто был спокоен и нападать не собирался.

Вернулась Рута вскоре к До́лу, и снова стало все в порядке, но весть Гидорина о ружьях их короля разволновала.

Когда шпионка возвратилась, ее, увы, ждала ловушка, и вскоре Рута оказалась у короля, что хочет слушать. Король желал узнать всю правду, он так хотел узнать о главном, но Рута все же промолчала, она ни капли не предатель.

Тогда-то их пути сливались, был Альшер – воин Гарнода́на, конечно, сил не очень много, но он все чаще на подхвате. Ее увидев на мгновение, Аль не поверил взгляду даже, ее тащили изможденной, проверить все не помешает. И он пошел узнать догадку, свершив обход неподалеку, но даже взгляду не поверил, увидев Руту заточенной. Подруга мальчика узнала, безумно рада новой встрече, но говорить не удавалось, повсюду уши слышат вечно.

Тогда ему пришла идея, как аккуратно с Рут общаться, и Альшер ей писал записки, что в письма стали превращаться. Принес для Рут бумагу тоже, чтоб было проще делать это, и переписка состоялась, для Руты Аль как лучик света.

Но все мгновенно изменилось, когда увидел Альшер Руту, что вновь тащили до темницы, до безобразия измучив. Тогда и вспыхнули пожары, а сердце стало колотиться, он за нее готов сражаться, за Руту стало сердце биться.

Аль приходить к ней начал чаще, что становилось сложно даже, одно друзья могли лишь сделать: на миг с теплом коснуться пальцев. Прикосновение так бесценно, а сколько верности и ласки, как будто бы им удавалось друг с другом нежностью общаться.

Но королю известно стало, что Альшер делает в темнице, он попытался все разведать, но тот не мог проговориться. Король безумно обозлился и выгнал стражника из замка. Не служит Альшер королевству, теперь он был его предатель.

Но Альшер думал лишь о Руте, мечта стать воином отступила, пока она была в темнице, все для него невыносимо. Но есть решение проблемы, подруга Альшера – Медина служила тоже королевству, она узнала, что случилось.

Аль написал письмо для Руты, продумал план ее побега, он обещал ей, что вернется, когда найдет влюбленным место. Медина Альшеру сказала, что приглядит за Рутой тоже, она отдаст его послание и с чем угодно ей поможет.

С тех пор Медина тоже в деле, она была с подругой рядом, когда водила на допросы и возвращала вновь обратно. Друзья разыгрывали сцену, в нее король, конечно, верил, и Руте было безопасней, Медина сделать все сумела.

Однажды даже получилось, что был готов Гидорин к казни, его Медина убедила еще немного задержаться. Шпионка будет очень ценной, она могла бы быть приманкой, и нанимателя шпионки они смогли тогда поймать бы. Король на это согласился, их план сумел отсрочить время, но лишь Медина волновалась, чтоб только Альшер все успел бы.

И вскоре весточка явилась, готов был Альшер к похищению, он передал письмо Медине, чтобы вручила поскорее. Медина все предусмотрела, взяла броню и вышла тайно, а Альшер ждал ее у двери, где был готов к совершению плана.

Броня укрыла все как надо, Медина с ним вернулась в замок, но оба двинулись к темнице, нужна им Рута для начала. Она прикинулась, как будто вела шпионку для допроса. Медину стража пропустила, друзья пошли по тайным тропам. Был тайный ход неподалеку, Медина вывела их с Рутой, но Рута так была избита, что продвигаться очень трудно.

Пустыня вновь пошла за ними, друзья должны уйти подальше, и план почти осуществился, они смогли укрыться даже. Но вскоре их нагнали воины, пропажа Руты и раскрылась, король послал побольше воинов, чтобы «разбойники» нашли их. Медина им бежать сказала, она задержит, сколько сможет. И Альшер с Рутой побежали, хоть убежать и невозможно.

Медину вскоре захватили, но не смогли пленить подругу, тогда, они ее казнили, назвав предателем за смуту.

Друзей нагнали очень скоро, и градом стрел накрыло спину, но Альшер бросился на землю, смотря в глаза своей любимой. Он попросил лишь Руту выжить, она ему заулыбалась, сказав, что сможет это сделать, лишь для него в ней жизнь осталась. Последний вздох и губ касание, но оба сгинули под градом, так много стрел впивалось в кожу, главнее то, что были рядом.

Земная жизнь остановилась, Мирель с земли их поднимала, Богиня ясно улыбнулась, сказав, что веру ощущала. Они поверили друг в друга, а их любовь спасет от смерти, и повела из-за собою, с тех самых пор супруги вместе.

Мирель их сделала Богами, чтоб защищали всех влюбленных, теперь, их звали Ру и Алем, для них алтарь явился новый.

Глава 15

Пора расставить все по полкам, пора расправиться с Гарканом, не будет жизни в Валерделе, пока в ней правит узурпатор. Жемчужин все же не хватало, четыре было очень мало, а Ру и Аль должны вернуться, Кирод, быть может, подсказал бы. Пускай был риск Гаркана встретить и обернется все провалом, но все же есть еще надежда спастись под чарами Сураны. Ириалину и Теора просили Боги задержаться, нельзя им было к Валерделу, не помешало бы скрываться.

Была Медина наготове, но Ру сказала быть спокойной, друзья разведают быстрее и возвратятся снова к дому. Медина их переместила и ожидала наготове, их возвратит к Хатигнараду, когда друзья вернуться вскоре. Вздохнули Ру и Аль чуть слышно и, взявши за руки друг друга, они вернулись к Валерделу, но на мгновенье стало дурно.

Их дом, что был такой прекрасный, сейчас пылал огнем Гаркана, зеленым пламенем горело, здесь ничего не оставляя. Нет никого, не слышно трелей, лишь только треск огня и злоба, Гаркана все ж не одолели, наверно он ушел из дома.

Друзья рванули к лесу мигом, что полыхал огнем все ярче, найти Кирода нужно было, но где он был, не знали даже. Его алтарь помог бы в этом, стремились Боги поскорее, но долгий поиск им не нужен, Кирод лежал, укрытый пеплом. Аль потушил огонь монаха, Кирод был жив, но пострадавший, ему бы к «Дереву Рассвета», чтобы укрыться попытаться.

Кирод раскрыл, что приключилось, Гаркан хотел узнать, где Боги, монах и сам не знал об этом, Гаркан глумился в жуткой злобе. Но, не узнав, где цели скрылись, он Валердел спалить намерен, создать желает новый образ своей податливой Вселенной.

Все, кто могли сбежать, сбежали, а те, кто слаб, в огне сгорели, Гаркан опять куда-то скрылся, ведь отступиться не намерен. Кирод бежал бы вместе с ними, но знал, что Боги вновь вернутся, монах остался в этом пекле, хоть и силен Гаркан безумный.

Поднявши на ноги Кирода, друзья его вели из леса и постепенно выясняли, где раздобыть огни подвески. Кирод задумался немного, но подсказал, что нужно делать, ведь сможет дать им нужный жемчуг, пускай исполнят, что хотели. У Ру и Аля помутнение, отдать Кирод им хочет душу, монах сказал, что так и надо, Мирель всегда он верой служит.

Пускай возьмут его частичку и поместят в обычный жемчуг, тогда-то, план осуществиться, обычный будет как волшебный. Им ничего не оставалось, пришлось забрать Кирода душу, друзья тепло с ним попрощались, и он исчез, оставив пустошь. Вернуть Богиню лишь удастся, когда все преданные души соединятся в ожерелье и к Мируалю вновь вернутся.

В Хатигнараде лишь волнение, узнали правду, что терзала, супруги с горечью решили, что станут частью Мируаля. Они пожертвуют на жемчуг свои взволнованные души, тогда, Гаркана остановят, и миру снова станет лучше.

Но в этот миг Теор явился, он был согласен это сделать. Мирель его не придавала, а он в плену, в нее не верил. Ириалина подхватила: «Она пойдет на это тоже. Мирель ее спасти сумела, дала ей жизнь, пусть и без ножек».

Она готова сделать выбор, отдать себя за эту веру. И, взявши за руку Теора, они застыли на мгновение. Им ничего не оставалось, готовы Боги выпад сделать, но нужно им еще жемчужин, четыре хватит для спасения.

Кусочки сделал Рён и Кая, душа монаха запылала, одна жемчужинка от силы его души огнем играла. Ириалину и Теора должны доставить к Валерделу, монах с их душами поможет, ему подвластно было время.

С тяжелым сердцем возвращаясь, ведь их финал уже известен, друзья должны найти монаха, но этот путь прошли все вместе. Ходи́н был рядом с Мируалем, найти его несложно было. Гаркан сюда не заявлялся, алтарь, возможно, был забыт им. Ходин узнал, что приключилось и сам расстроен был немало, но разузнав, зачем явились, он пригласил их к Мируалю.

Ириалина улыбалась, Теор стоял, прощаясь с ними, да только слезы подступали, друзья их больше не увидят. Ириалина говорила, что души здесь защитой будут, соединятся с Мируалем и исцелят немало судеб.

Ходи́н готов, часы явились, и стрелок ход на бег сменился, Ириалину и Теора сопровождая в этой жизни. Друзья поспешно изменялись и постарели, исчезая. От них остались только души, что стали светлыми огнями. Их помести в теплый жемчуг, вернуться нужно к Валерделу, соединить способны души создания «Дерева Рассвета».

Большое дерево с цветами, раскинув крону в красном свете, Богам приветливо склонялось, оно готово сделать это. Вспорхнули маленькие птички и взяли жемчуг аккуратно, но Аль и Ру лишь понимали, что для спасения восемь надо. Один из них дать душу должен, второй вернутся к Мируалю, тогда-то все в порядке будет, сумеют справиться с Гарканом.

А птички магию скрепляли, рождались бусы, вновь сияя, но Ру и Аль стояли близко: «Зачем так много испытаний?» Смотрели Боги друг на друга, пока еще возможно было, осталась парочка жемчужин и из кого-то душу вынут.

Как вдруг Гаркан сюда явился, что даже Боги пошатнулись, однако вновь пришла удача, Мирель пришла, от сна проснувшись.

Она как будто задыхалась, но, прислонивши к сердцу руку, невероятно засияла и из себя достала душу. Гаркан сейчас был только сгустком, безумно маленький комочек, в ее руках брат был букашкой, что, истязаясь, кровоточит. Мирель, зажав в руке Гаркана, сказала лишь ему от сердца: «Как же она его любила, а он был с ней такой бесчестный». Мирель его спасти хотела, желая лишь братишке мира, а он без всяких угрызений придать сестру решился тихо.

Пусть жемчуг сразу не разрушил лишь потому, что были чувства, но все же зло перевалило, сестра была ему не нужной. Мирель прощает за обиды, он навсегда с ней будет рядом, но помогать теперь ей станет как украшение Мируаля.

Комок энергии брыкался, осознавая, что с ним будет. Мирель его переместила, последний жемчуг птицам нужен. Вернулись бусы к просветлению, Мирель опять легко вздохнула, а Ру и Аль ее обняли, Богиня вновь домой вернулась.

Вернулись бусы к Мируалю. Вселенной мир в цвету разросся, все, что осталось от Гаркана, ушло и больше не вернется.

Мирель с Богами поделилась, как было ей внутри Гаркана, как, притворившись в ней «заснувшим», он вычленял, что было надо.

Мирель была внутри Гаркана и часто видела, что было. Как Валердел преображался, как много ужаса творилось. Теора брат укрыл от света, Мирель найти была бессильна, как ощущала все на свете, за всем следя в Гаркане скрытно.

Узнал, подслушав о подвеске, просил Теора уничтожить, и как же долго дожидался, пока прислужник жизнь разрушит.

Когда жемчужины сплотились, Мирель опять смогла проснуться, возможно, только на мгновенье, нельзя оставить шанс вернуться. Тогда, опомнившись, Богиня летела к «Дереву Рассвета», пытаясь сдерживать "вулканы", что у Гаркана бились в сердце. Отец лишь мог остановить их, Валерд помог достать Гаркана. Мирель теперь была единой, Богиней мира полноправной.

Теперь же все в порядке будет. Мирель безмерно благодарна и захотела для знакомства скорее встретиться с Сураной. Теперь они знакомы были, и Валердел цвет все ярче, Гаркан теперь частичка света и будет ею оставаться.

«Конец»