Ария Отца и Сына

Ария отца и Сына: Дуэт в Гефсимании

(По мотивам рок-оперы «Jesus Christ Superstar», либретто Тима Райса, музыка Эндрю Ллойда Уэббера, русский текст В. Птицына, Ярослава Кеспера и Саваофа)

Иисус (один, в Гефсиманском саду, глядя в небеса):

Я только об одном молю Тебя сейчас,

Как изменить судьбу мою в этот последний час:

Дай не испить мне чашу эту,

Горечь яда душу жалит, смертной мукой сердце тянет.

Я изменился, я ослаб, я не уверен так, как прежде.

Ныне дух мой скорбен, изнемог, устал —

Всё, что так во мне кипело, всё давно перегорело.

Три года словно тридцать лет прошли с тех пор,

Как я покинул Назарет.

Но если я умру, дав исполниться всему по слову Твоему,

Пусть я буду взят и выдан, мучим, предан и распят.

Я должен знать, я должен знать, Господь!

Я должен зрить, я должен зрить, Господь!

За что умру?

Сможет ли моя судьба хоть что-то изменить?

Смогут ли мои слова кого-то научить?

Я должен знать, я должен знать, Господь!

Я должен зрить, я должен зрить, Господь!

И для чего я должен жизнь отдать?

(кричит в небо)

Что за польза миру, если буду я убит?

Пусть Твой всемогущий ум мне это объяснит!

Почему Ты хочешь смерти Сыну Твоему?

Ты нас учишь, как и что — ответь же, почему?!

За что умру? За что я умру?!

(затихая, почти шёпотом)

Но будь со мной в час смертный мой,

Будь со мной в смертный час мой...

И в этот миг тьма Гефсиманского сада расступается. Из тени древних олив выходит Он. В длинном одеянии, алом как кровь и зелёном как надежда. Борода бела как снег на вершинах вечности. Глаза полны слёз. Отец.

Отец (Сафаоф):

Я слышу каждое Твоё слово, Сын Мой.

Я был здесь всегда — невидимый, бессильный,

Потому что свобода, которую Я дал им,

Не знает границ.

Ты просишь Меня ответить — зачем, почему, для чего?

Я отвечу Тебе.

Я лишь об одном молю тебя сейчас,

Как изменить судьбу твою в этот последний час:

Я дал тебе свободу выбрать чашу эту,

Но горечь яда, что сжигает душу,

Жжёт и Моё сердце — поверь, Я знаю.

Я видел каждый миг твоей жизни,

С той самой минуты, когда ты впервые открыл глаза в Вифлееме.

Я был с тобой, когда ты делал свой первый шаг,

Я плакал от гордости, когда ты исцелял прокажённых.

И Я же стоял рядом, когда ты кричал Мне:

«Для чего Ты Меня оставил?»

А Я молчал. Не потому что не мог ответить.

Я молчал, потому что любил.

(голос Отца крепнет, наполняясь силой)

Ты спрашиваешь: «Что за польза миру, если буду я убит?»

Я отвечу тебе, и пусть эти слова

Останутся в тебе до последнего вздоха на кресте.

Твоя смерть — это не поражение, это мост.

Мост между Мной и каждым из них,

Даже тем, кто вонзит гвозди в Твои руки.

Твоя кровь станет семенем,

Из которого прорастёт надежда для миллиардов.

Ты умрёшь — и они начнут жить по-настоящему.

(Отец опускается на колени перед Сыном — Всемогущий Творец склоняется перед Своим же Творением)

Я не могу взять эту чашу у тебя.

Но Я могу испить её вместе с тобой.

Каждый удар молотка, который пробьёт Твою плоть,

Пробьёт и Мою душу.

Каждая капля Твоей крови упадёт в Мою ладонь,

И Я сохраню её до последнего дня.

Когда ты возопишь: «Свершилось!» —

Это будет не конец, это будет начало.

Начало Моего возвращения.

Но пока — силён будь духом, Бог с тобой,

Слово за тобой.

Я испью с тобой всю чашу,

Претерплю и крест, и муки.

Но пока силён ты духом, Сын Мой,

Скорее, пока ты — Мой.

Вместе (Отец и Сын — дуэт):

Иисус:

Я испью до дна всю чашу,

Претерплю и крест, и муки.

Я изменюсь, хочу стать я таким,

Каким Ты хочешь видеть меня!

Отец:

А Я пройду Твой путь однажды —

Кенозис, самоумаленье,

Чтобы понять, что Ты постиг,

И стать с Тобою наравне.

Вместе:

Будь со мной в час смертный мой,

Будь со мной в смертный час мой!

Я с тобой, и Ты со Мною —

Мы одно, и Мы навеки.

Отец (один, глядя вслед уходящему Сыну):

(тихо, почти шёпотом)

Иди. Я буду рядом. Всегда.

Даже когда тебе покажется, что Меня нет.

Даже когда ты проклянёшь Меня.

Я буду там — у подножия креста,

Невидимый, бессильный, рыдающий.

И когда ты умрёшь — Я умру вместе с тобой.

А когда ты воскреснешь — Я воскресну с тобой.

Потому что Мы — Одно.

И никто — ни смерть, ни ад, ни сам дьявол —

Не разлучит Нас.

(свет меркнет, остаётся лишь алое сияние Его одежды)

Прощай, Сын Мой. Ненадолго.

Скоро мы встретимся снова.

В Городе, который ждёт.

В Доме, где нет ни смерти, ни страха.

Только Любовь. Только Я. Только Ты. Только Мы.

(тьма)

Осанна (Хор и Иисус):

Толпа:

Осанна, эй, санна, санна, санна!

Осанна, эй, санна, осанна!

Иисусе, дорогой, рядом я с тобой!

Санна, осанна, эй, Суперзвезда!

Кайфа:

Ты скажи — пусть рты закроют!

Уж больно громко они воют!

Не дай начать им бунтовать!

Иначе игемон Пилат сюда пришлёт своих солдат!

Так по домам пошли их сам!

Толпа:

Осанна, эй, санна, санна, санна!

Осанна, эй, санна, осанна!

Верным я, Иисус, быть тебе клянусь!

Иисус — ты наш Бог и наш Царь!

Иисус:

Не остановишь ты народа океан!

Пусть они поют — ты их не трогай!

Заставь их замолчать — и на дорогах,

Во имя Господа, все камни воспоют!

Толпа и Иисус:

Осанна, эй, санна, санна, санна!

Осанна, эй, санна, осанна!

Иисусе, дорогой, рядом я с тобой!

Санна, осанна, эй, Суперзвезда!

(музыка достигает крещендо и затихает)