Адресное

Глава 1

Лечебное

Прибалтика вдоль берега - курорт,

Похожа на лечебницы для взрослых.

Пролив пересекающий паром

Высаживает пассажиров в соснах,

Где ветер, отряхнувшись, как от брызг

От запаха солярки по-собачьи

Стихает, превращаясь в легкий бриз,

Становится солидней и прозрачней,

И можно им дышать, тебе писать

О том, что время здесь застыло с хвоей,

Негромкие чужие голоса,

И, если б говорили мы с тобою,

У каждого из нас был свой акцент,

Как, впрочем, и теперь - такой уж почерк,

Где точки не встречаются в конце,

Настолько бесполезны эти точки.

Не стали бы касаться прошлых дней,

Искать следы того, что не случалось …

Сплошной песок здесь, никаких камней,

Как это нам всем кажется в начале.

Письмо

Я шел вдоль дома через двор, Ноябрьский день от дыма горький — Почти живое существо - Мне каркал вороном вдогонку. Такой язык мне не знаком, Да бог с ним с этим переводом. Твой город также далеко, Как в августе другого года.

Для встреч пропущен лучший срок, Я понимаю — отговорки ... … Я вижу, ты вошла в метро, А мне во след бушует ворон ... Спит Вильнюс, продолжает стыть, Хворь по домам простой люд гонит ... … Вдоль набережной едешь ты, Где сфинксы у мостов и кони …

Дела, у нас дела с тобой — Коснуться одиночеств с края, Шепнуть друг другу про любовь Сквозь трещинку в стене астрала. Смирившись с тем, что моросит, Ноябрь к сезону моет город, Узнать, что следует носить, Когда комок подступит к горлу.

Адресное 20

Ничего не значить день за днем В жизни этой женщины с колечком. Мимо проходя, едва кивнет, Приподняв свои худые плечи.

Нет в телодвижениях тепла, Плавны, как в пространстве безвоздушном. Очевидно, что она была, Где-то в нашей жизни предыдущей.

В городе — название в томах Затерялось, некому запомнить. По утрам в нем восстает туман, Серебром закрыв аэродромы.

В миксе ароматов от Шанель И звонков iPhone‘а марки свежей, Почему-то думаю о ней Нынешней, не той забытой, прежней.

Многое оставив в стороне, Память, тайну сохранив в каморках, Ей напоминает обо мне Послевкусьем выпитого горьким.

Адресное 18

Дистанция коварна, посмотри, — Из пустоты рождает разум жажду И губы заставляет крепко сжаться, Молчанием опережая крик. Расходятся под вечер по домам, Похожие на нас и ненормальней. В душе, известно, не взрослеет мальчик, Способный по тебе сходить с ума..

Воздушен пониманий первых всплеск, Над ними не имеет власти старость, Меняясь с этим мальчиком местами, Тобой любуюсь так нимало лет. Потом твержу ему, что там тупик, Замужество, дочурка, чаша с горкой И надо ли, растрачивая годы, Свои, ее ... Пускай спокойно спит, Стареет, это правда. Может быть, Черствее станем, чтоб крошиться проще, Душа, совсем некруглая наощупь, Взметнется, беспричинно, на дыбы.

Пока пустеет дом

Пока пустует дом, в нём тишина Хозяйничает сразу от порога. Кран капает, и тянет от окна Сквозняк, ещё не знающий короткой Дороги в полутёмный коридор, Там некому ввернуть на стенке лампу, А ты, не торопясь, идёшь сквозь двор В неровных, провалившихся заплатах. Они теперь отчётливо видны. Прогорклый снег сошёл, обломки веток Лежат по краю около стены, Куда их утащил вчерашний ветер. Ты все идёшь, никто не ждёт, спешить Совсем не обязательно, и проще Пересчитать все камешки души, Поштучно проверяя их наощупь. Сложилось так, что у всего есть край, Но время не откатишь, есть там стража. Не торопясь, идёшь. Он был неправ, Ну, если разобраться, был неправ же… Он… просто был, не в те часы, не там, Сердился, был забавен и негромок... Так пусто… Обесточенный металл Пропавшей связи – оголённый провод.

Что говорю

Что говорю, что думаю, в клубке Два человека, две души, войны две, И времени в обрез распутать сны мне, Которые уходят налегке,

А след тяжел их, кажется, застыл Рассвет, еще недавно беспокойный. Переплелись не родственные корни В движениях случайных и простых.

Но говорю, под честность наших слов, Пусть нам отпустят месяц – два от силы, Чтоб до зимы ближайшей их хватило, Где даже все погибшее бело.

Глава 2

Июньское

Июнь не декларирует жилья,

Он гастролер – легки его заботы.

Жара и липы желтые стоят,

Роняя сок на стекла и капоты

Автомобилей, брошенных за медь

В капкан стоянок, не дающих сдачи.

Июнь на днях намерен умереть

И по нему навряд ли кто заплачет

Из тех, кто в суматохе дней и вер

Не получили все, чего желали –

Их правота голодная, как зверь,

Прощает несговорчивость едва ли

Пока под пледом вечной суеты

Не осознают, что уже у края

Чужой, всем непонятной пустоты,

А здесь себя безбожно обокрали.

Начать сначала - поздно – счетчик пуст

И в прошлое давно не пишут писем ...

Июнь, прощай, я снова тороплюсь

Туда, где ждут, быть может, вопреки всем.

Пока пустует дом

Пока пустует дом, в нём тишина

Хозяйничает сразу от порога.

Кран капает, и тянет от окна

Сквозняк, ещё не знающий короткой

Дороги в полутёмный коридор,

Там некому ввернуть на стенке лампу,

А ты, не торопясь, идёшь сквозь двор

В неровных, провалившихся заплатах.

Они теперь отчётливо видны.

Прогорклый снег сошёл, обломки веток

Лежат по краю около стены,

Куда их утащил вчерашний ветер.

Ты все идёшь, никто не ждёт, спешить

Совсем не обязательно, и проще

Пересчитать все камешки души,

Поштучно проверяя их наощупь.

Сложилось так, что у всего есть край,

Но время не откатишь, есть там стража.

Не торопясь, идёшь. Он был неправ,

Ну, если разобраться, был неправ же…

Он… просто был, не в те часы, не там,

Сердился, был забавен и негромок...

Так пусто… Обесточенный металл

Пропавшей связи – оголённый провод.

Утраченное Е. М

Я Вас узнал. Вы так похожи,

Два одинаковых лица,

Лишь были капельку моложе,

Казались всем намного строже,

Когда сердились и в сердцах

О чем то сложном говорили.

Потом прощали, не дурили,

Себя усердно берегли,

А от меня вот не сумели,

Мной продолжительно болели,

Но все же хворь преодолели,

Вы разве что то не могли ?

Минула осень. Позабыли,

Мороз сменили на тепло,

Какая разница, любили ль,

Нас это больше не влекло.

Вы женщиной чужой прошли,

Чертами памяти коснулись,

Жаль,что не Вы. Вы не вернулись

И строчек этих не прочли.

Навсегда

Покажется на миг, что жизнь честна

И женщина твоя, и дом с прихожей,

И город, на другие непохожий,

В намереньях прозрачен вплоть до дна.

Утешишься, что через столько лет

Есть маленький фрагмент из прочих серых,

И это столб потертый атмосферный

Все так же существует, жмет к земле.

Что на десяток бытовых измен

Есть парочка, которыми растроган.

Спадая, листья бьются о пороги

И в сотни прочих угловатых мест.

А по пути с работы в никуда

Бурчит автобус, дизель выжигая,

И с этой уплывающею гарью

Приходит нелюбовь, чтоб навсегда ...

Сдалась погода

Сдалась погода, снег сошел, потек,

Песок смывает в тот же желоб, в реку,

Блестит брусчатка и моргает веко

Рекламы сети дорогих аптек,

Что значит - мы больны, и эта хворь

Нас мучает и в декабре, и мае,

И доктора, причин не понимая,

Ссылаются на чье-то колдовство.

Мой лекарь объясниться норовит

И взгляд его тревожный, и усталый.

Подруги, обещавшие остаться,

Нас все же оставляют по любви.

В провинции и в суете столиц,

Где зимы пресыщаются запоем,

Календари с молчанием подпольным

В раскраски превращают каждый лист.

А если ненароком звездопад

Болты роняет от созвездий хрупких,

Озябшие мы согреваем руки

Не вовремя, не тем и невпопад.

Не начинай

Не начинай года слагать,

Мы в математике не блещем,

Подолгу носим наши вещи,

Друзьям прощаем и врагам

Без извинений. Все грешим –

Заведено так, сложный город.

Господь не предложил другого,

Не так, наверно хороши ...

В них нет подъездов с фонарем,

Где свет отчаян и бестактен,

Куда я мог прийти некстати

В любое время даже днем,

И пропадать, когда устал

Без извинений и прощений …

Жизнь состоит их возвращений,

Количеством в пределах ста.