Воплощённый

Пролог. (Взгляд со стороны.)

Несуществующий 2. Воплощённый

Единственный путь обнаружить пределы возможного — уйти за эти пределы, в невозможное.

(Артур Чарльз Кларк)

– А ну, стой, гад! – кнутом ударил отчаянный крик, и подушка взвилась в воздух.

– «Нет!» – небольшая белая ласка, резко изменив направление движения, увернулась от объёмного снаряда. Врезавшись в стену, тот взорвался дождём пуха.

– Стой тебе говорят! – проорал парень лет восемнадцати. На полном ходу он споткнулся, не сумев повторить манёвр противника, и покатился по полу.

– «Ни за что!» – ехидно ответили охотнику, и зверёк нырнул под стол в углу каюты.

– Хуже ведь будет! – возопил человек и, перекрывая ласке обратный путь, ринулся вслед, как был, на четвереньках.

В сумраке под столом началась возня. Стол отличался массивностью и на вид был выполнен из марёного дуба. Вот только на самом деле стол являлся живым объектом – небольшие корешки цеплялись за костяной пол. Собственно, вся обстановка на Драконе была в той или иной степени живой.

Возня с каждой секундой становилась всё более активной. Наконец, раздался радостный возглас парня, и наружу показалась рука, держащая за шкирку шустрого хищника.

– Вот ты и попался! – самодовольно объявил траппер, пытаясь разобраться, как ему теперь самому вылезти. – Так и знай – от меня не уйти!

– «Ну-ну!» – нагло заявил зверь. – «Мечтай!»

Голова человека появилась на свет, и тут же пушистый хвост ласки скользнул по лицу, на мгновение ослепив пленителя. Одновременно острые зубки резанули по запястью, заставляя пальцы разжаться. Горе-охотник дёрнулся от неожиданности и, не рассчитав сил, приложился хребтом о столешницу, после чего с тихим стоном осел на костяной пол.

– «Хорошая попытка!» – усмехнулась ласка и, спокойно продефилировав по голове поверженного противника, спрыгнула на пол. – «Но всё ещё слабовато!»

– Всё равно я тебя достану!.. – взвыл человек, выползая из-под мебели.

– «Возможно… Но не сейчас!» – ласка белой молнией взбежала на шкаф – середина ствола секвойи с полой сердцевиной. Там зверек устроился на высоте почти в три метра и продолжил невозмутимо наблюдать за действиями человека.

Эти двое обладали уникальным талантом: простейшие дела превращались в непреодолимые проблемы, а затем проблемы в фарс. Особенно комично ситуация смотрелась, если знать, что парочка являлась единой личностью – Виталием Пазловым, разделённым квантово-временными эффектами при попадании в этот мир… или, точнее, время, на две индивидуальности: ласку или Альфу – часть сообразительную и логичную… порой до противного; и человека или Омегу – часть эмоциональную.

– Да будь ты проклят! – парень в прыжке попытался дотянуться до вершины шкафа, но безрезультатно. – Альфа, прошу в надцатый раз – надень ошейник!

– «Ни за что! И никакие уговоры, Омега, не помогут! Я не надену ошейник и не полезу в клетку!» – с новой силой взвилась ласка. – «Я являюсь самостоятельной и полноправной частью нашей личности. Не позволю низводить себя до уровня домашнего питомца!»

– Не собираюсь спорить – ты во всём прав! – простонал человек. – Но ты находишься в теле животного, а это накладывает некоторые ограничения! Также это требуется для общего дела! Для разработанного, между прочим, вами с Арлекино плана!

– «Ничего не знаю! Не хочу и не буду! Требую человеческого отношения!» – логические доводы не пробивались сквозь бурлящее чувство протеста.

Человек уселся на пол посреди разгромленной каюты, и я заметил, как он, чуть не плача, оглядывается. Однако в помещении, кроме завалов оружия у стола, где проходил первый акт противостояния, только пара костюмов капитана Купола, в одном из которых щеголял Омега – форма шла в комплекте с каютой. Ах да! Ещё антураж оживляли несколько небрежно разбросанных трусов и футболок, видимых через приоткрытую дверь в ванную. Человек не успевал обзавестись барахлом, поэтому ему оставалось сгонять ласку, только бросая что-то из своего арсенала. Даже подушка и та уже пала! А меховой матрас с костяной кровати человеку было откровенно лень тащить.

Однако парень отверг даже тень мысли угрожать второму “я” и не только из любви к оному, но помня: смерть одного из них – мгновенная смерть второго. Они даже разойтись дальше пары сотен метров не могли. Боль их надёжно связывала. А ранить своё отражение Омега никогда бы не посмел, зная, что Альфа жестоко и изощрённо отомстит.

– Вот с кем приходится работать? Ладно… зайдём с другой стороны, – на грани восприятия пробормотал Омега и продолжил громче: – Ты что, хочешь обидеть Настю?

– «А при чём тут Настя?» – насторожился Альфа.

– Как же? Арлекино разработал ошейник, а кого, по-твоему, я просил его сделать? Не Рахнеза же? – нехотя принялся пояснять человек. – Она очень старалась. Всю душу в него вложила ради тебя. А ты… даже не взглянул, сразу взбесился!

– «Эээ...» – выдала ласка высокоинтеллектуальное. – «Настя? Твою суть! Ладно, показывай!»

Омега подскочил и поднял руку, на которой лежал ошейник. Выглядел тот невзрачно: матово-белое, под цвет меха, кольцо с редкими металлическими проблесками. Но стоило вглядеться, и становилось ясно, что это не безделушка, а сложнейшая композитная конструкция. Причём правильное использование превращало аксессуар в опасное и многофункциональное оборудование.

– «Не доверяю я местным техно-магическим побрякушкам, но…» – ласка спрыгнула со шкафа на руку и, осторожно подойдя к ошейнику, обнюхала его. – «Так уж и быть. Одевай. Но не обольщайся – исключительно ради дела,» – благосклонно кивнул пушистый зверёк. – «И учти: в клетку не полезу!»

– Ладно, – с облегчением согласился человек, помогая зверьку с обновкой. – И как тебе?

– «Сидит удобно, как влитая! Под шерстью не натирает!» – с некоторым удивлением заметил Альфа, крутясь у отполированной до зеркального состояния дверцы шкафа. – Да и выглядит на мне весьма… на уровне! – зверёк метнулся на шею человека и застыл белым воротником. – «Кстати, а сколько времени?»

– Секунду… – человек выудил из недр формы мобильный телефон и высветил время. – Твою суть! Мы опаздываем на ужин! Слушай, может, тогда и вовсе не пойдём? – с самым страдальчески видом вопросил Омега. – Ведь сейчас опять начнётся…

– «Если не пойдём, будет только хуже. Ты ещё предложи на урок магии не ходить! Тогда Арлекино точно не

На секунду мне стало жалко парочку. Для Несуществующих, коими в паре являлись Альфа и Омега, любое проявление магии – боль. Чистая. Незамутнённая. Поэтому работать с ней не самое приятное занятие.

Несмотря на это, за последнее время в области магических искусств у напарников заметный прогресс. Альфа овладел способностью по желанию превращаться в Феникса – живое воплощение магии. Омега научился не только поглощать направленную на него магию, как и свойственно Несуществующему, но теперь знал, как выборочно пропускать некоторые заклинания, чтобы они воздействовали на него. Бонусом шло умение отражать заклинания, отсылая обратно.

Вот только до создания собственных заклинаний им ещё очень далеко. Не говоря о магии времени. А возможностей для обучения почти не осталось. Работы предстояло много! Чего бы это мне… хотя, нет, всё же им не стоило!

– Ладно, пошли, – с неохотой решил человек. Подняв к лицу правую руку, несколько раз сжал и разжал кулак. – Я понимаю, ты не столько заботишься о нашем благополучии, сколько о собственном желудке. Да и обновку хочешь показать… – Омега нежно почесал ласку за ушком.

Пролог. (Арлекино)

Я открыл глаза и пару раз моргнул, осматриваясь. В кают-компании без изменений.

Центральное помещение космического «Дракона» представляло собой двухуровневое помещение с винтовой лестницей по периметру. Первый уровень – узел, где пересекались проходы в большую часть отсеков корабля: рубку в голове, двигатели лап внизу, трюмы и лаборатории в кормовой части, а также хвостовой двигатель дальше.

Второй этаж отводился под личное пространство экипажа. Сюда выходили двери комнат экипажа, зала для тренировок и, главное, камбуза! Именно оттуда сейчас выносил кастрюлю с чем-то обильно парящим гигант под два метра с зеленоватой чешуёй и выпирающими клыками – Рахнез.

Блюдо дня он нёс к костяному столу в центре открытого пространства. Вокруг стола расположились стулья из переплетённых ветвей живого кустарника. Чтобы они не мешали проходу, суетилась миниатюрная девушка лет семнадцати, чьи глаза являли собой золотые озёра, в которых сложной сетью раскинулись зрачки – Анастасия Декассова.

Шевельнув рукой, я спрятал в ладони небольшие жгутики проводов, с помощью которых подключался к системе наблюдения корабля. По креслу прошла дрожь, словно недовольство или лёгкий дискомфорт. Я погладил мох подлокотника – кибернетика и маго-биология очень плохо сочетались, поэтому стоило быть отзывчивым.

Мои кибернетические руки не ощущали приятного бархата текстуры кресла, но мне всё равно нравилась живая обстановка корабля. Может, для кого-то жить внутри квази-живового существа покажется странным или даже мерзким, но мне подобное внушало чувство уюта и спокойствия.

– Арлекино? – напряглась Настя, стоило мне подняться из своего тёмного угла.

Я только отмахнулся от вопросительных взглядов и накинул на себя заклинание невидимости – увеличил до ста процентов вероятность туннелирования фотонов сквозь тело. Сверху легло заклинание неслышимости – ускоренное затухание звуковых колебаний.

Моему сокрытию способствовало и убранство кают-компании. Стены из живой плоти, но чтобы не смущать зрителей видом мяса и пульсирующих жил, покрыты чем-то вроде чешуи, как у хамелеона. Подобное способствовало быстрой смене обстановки… или маскировки. Освещение за счёт друз фосфоресцирующих кристаллов также не отличалось мощностью.

Плавным движением я скользнул к костяным дверям каюты, усиленных свинцом, над которой красовалась надпись “Капитан”. Альфу и Омегу ожидаемо не слышно – диалоги парочки шли исключительно в мысленном диапазоне. Я единственный мог их подслушать… парочка это знала, но пренебрегала защитой – их проблема.

– Всем привет! – с улыбкой вышел Омега из намеченного прохода.

Новое усилие воли и мысли, подкреплённое направленным выбросом энергии: флуктуации воздушных потоков в помещении перестали быть случайными – три полупрозрачных лезвия сжатого воздуха рванулись к Несуществующему из разных точек пространства, не успел он продолжить речь.

Омега, в последний момент различив издаваемый заклинанием свист, сумел уклониться от всех ударов, загнувшись сложной фигурой. В коже и мышцах стен образовалось три разреза до самого металлического остова, и потекла мутная жижа.

Облицовка начала автоматически регенерировать, а я отметил, что тренировки дают результат: рефлексы и уровень внимания ученика улучшились. Да и тело стало на порядок более гибким и сильным…

В следующий миг я лично пошёл в атаку. Первый удар в солнечное сплетение выбил из парня весь воздух. А вот от второго, в голову, Омега перекатом ушёл к краю комнаты, к лестнице. Однако реакции уклонится полностью всё равно не хватило, и моя нога скользнула по уху.

Омега мгновенно вспылил и попытался контратаковать, расставил руки и побежал вперёд, желая меня уронить. Но чуть не рухнул на пол, так как не нашёл меня на старом месте – сколько ни тренируй, никакого стратегического мышления.

Но прежде чем я завершил бой, ситуацию спас Альфа: ориентируясь на магическую ауру заклинаний, запрыгнул на меня и своей антимагической аурой Несуществующего сбил маскировку, открыв напарнику. Сразу видно, кто мозги, а кто мышцы!

Ласка на этом не остановилась и попыталась добраться до горла. В последний момент гибкое металлическое тело змеи появилось из-за моего плеча и обвилось вокруг ласки, да так, что та потеряла сознание. Переоценивать собственные силы нехорошо!

Омега за выигранные мгновения оправился и перешёл в новую атаку. На меня обрушилась связка из трёх мощных ударов – немного, но хоть какие-то основы самозащиты я вбил ученику. На четвёртом хуке я самым наглым образом перехватил руку Омеги, а секунду спустя парень обмяк в захвате.

– Вы мертвы! Плохо, Альфа! Омега – очень плохо! – покачал я головой. – Вы продержались меньше минуты! Вы совершенно безнадёжны! Даже со старым Несуществующим справиться не можете! Завтра дополнительный час рукопашного боя. Я оттолкнул человека, а ласка выпала из захвата змеи – моего отражения.

– Арлекино, ты совсем… – прохрипел Омега, поднимаясь. – С такими союзниками никаких врагов не надо! Ты что теперь нас пытать будешь не только на тренировках, но и в течение дня?

– Враги тебя предупреждать не станут! – насмешливо заметил я, возвращаясь к своему месту. Приподняв край маски, я осторожно приложился к извлечённой из потайного кармана фляжке.

Мрачный взгляд исподлобья прошёлся по мне, и в нём отразился образ: металлический манекен, с парой исключений в виде незастегнутой жилетки и пластиковой маски клоуна на лице. Киборг. Совершенно лишённый жалости… а возможно, чувств вообще. И не исключено, что чокнутый на всю голову!

– Арлекино, может, вы тоже присоединитесь к нам? – “заботливо” начал Рахнез, стоило Омеге занять место во главе стола. –

– Мне достаточно того, что может дать алкоголь, – раздражённо оборвал я. – А лишней еды не бывает. Уверен, если что-то сейчас и останется, то за ночь всё исчезнет. Лучше ответь: как продвигается полёт?

– До прибытия осталось меньше суток, – быстро и чётко рапортовал гигант, чуть не подскочив на месте. – Начат процесс торможения, завтра рано утром мы выйдем на стационарную орбиту...

– Что относительно связи? – я заметил, как Рахнез вздрогнул.

– Простите. До сих пор не удаётся наладить контакт с базой Чистых на Луне… – зеленокожий смиренно опустил глаза. – Мы не получаем совершенно никаких сигналов с поверхности, что очень странно.

– Паршиво, – я в очередной раз приложился к фляжке и чуть успокоился. – Завтра зайду. Попробуем новые частоты и опознавательные коды.

Полёт длился неделю без каких-либо трудностей. Однако, невозможность наладить связь предвещала не только проблемы на базе Чистых, но и осложнения для нас. При выходе на орбиту мы попадём в зону оборонительных мин-ловушек, и требовалось обновление маршрутов. А если мы прорвёмся и рискнём приземлиться, то “Дракон” – наш космический корабль из Купола – попадёт под атаку плазменных орудий базы Чистых. Нам нужны коды распознавания свой-чужой.

– С тобой всё в порядке? – Настя, восседавшая по правую руку от Омеги, обратилась к нему шёпотом. – Подлечить? – в её взгляде читалось сочувствие и искренняя забота.

– Не волнуйся, – бесшабашно, но тоже тихо отмахнулся человек, наполняя тарелку овощным рагу. – Хотя тренировки Арлекино больше похожи на особо изощрённые пытки, но в целом не жалуюсь – они помогают мне стать лучше.

– «…а это к нашей всеобщей пользе! Чем сильнее и умнее мы станем, тем больше шансов у всех нас выжить…» – насмешливо закончил Альфа и одним ловким движением перескочил с плеча Омеги на руки девушке, и стал ластиться. – «Наглость повторять то, чем я подбадривал тебя на тренировке!»

– «Я же молчу, что ты меня постоянно используешь! Так что не возникай!» – возмутился человек, с завистью наблюдая, как Альфа млеет от нежных поглаживаний девушки. Затем он вновь обратился к Насте: – А у тебя как? Что с занятиями у Рахнеза?

– Тоже неплохо, – девушка стушевалась. – За неделю освоила базовый курс по управлению “Драконом”. А сегодня мы приступили к изучению технико-магической составляющей конструкции. Теперь я в состоянии проводить мелкий ремонт, – в глазах собеседницы загорелись огоньки искреннего интереса. – Кстати, ты знал, что у нас есть система телепортации в космосе?

– Нет. А ну-ка расскажи…

Настя, окрылённая вниманием, начала лекцию. Но судя по стеклянным глазам Омеги – он ничего не понимал. Однако, дабы не расстраивать подругу, кивал, поддакивал и даже задавал вопросы. При этом тарелка постепенно пустела. Хотя я более не читал мысли, но знал, что компаньоны сейчас вспоминают свою младшую сестру Лену, оставшуюся в родном для них времени и мире – Настя очень походила на неё.

Звон от падения посуды послышался из приоткрытых дверей камбуза. Это заставило Настю прервать рассказ, а остальных выйти из состояния созерцательной задумчивости.

– Омега, будь добр, посмотри, – небрежно бросил я. – Кроме того, твоё появление отвлекло Анастасию, и она забыла про напитки, – я тряхнул фляжкой, в которой плескалось на самом дне. – Исправь оплошность.

– Я помогу… – вслед за парнем поднялась Настя. – Похоже, я забыла и про десерт. Вдвоём мы быстрее управимся!

Не успело прозвучать слово возражений, как магичка скрылась в дверях. Омега, вместе с вернувшимся на шею Альфой, поспешил следом. Я же вновь извлёк провод и вошёл в сеть корабля. Да, любопытство есть великий порок.

- Настя, какие-то проблемы? Я не слепой и вижу, что ты стараешься поменьше пересекаться с Арлекино и Рахнезом, – когда дверь закрылась, вполголоса заметил Омега, чуть нервозно оглядываясь. – Алекино тот ещё застранец… Да и на на вид несколько странный и даже жутковатый… – я поперхнулся остатками выпивки от подобного хамства, но человек продолжал: - Но он неплохой…

– Нет! Что ты! Арлекино тут не причём. Он хороший… только очень скрытный. И немного странный. Похоже, у вас, Несуществующих, это общее, – с усмешкой ответила Настя, замявшись у холодильника, похожего на черепаший панцирь. Но уже на следующей фразе голос собеседницы упал. – Если честно, то это из-за Рахнеза…

– Рахнез? – Омега мельком обшаривал камбуз взглядом, но, не находя ничего подозрительного, вновь насторожился. – Он всё ещё чудит? После того случая…

– После того как во время помутнения рассудка чуть не убил меня? – Настя не привыкла ходить вокруг да около. – Нет, он в норме. Он принял своё поражение и вроде как смирился с ним. Просто… Раньше я чуть ли не молилась на него. Считала почти приёмным отцом! Готова была уничтожать и убивать ради него, не жалея своей жизни…

– Это тебя чуть не погубило…

– «Заткнись, идиот!» – оборвал человека мысленный шёпот ласки.

– Знаю… – лицо девушки помрачнело. – Я много думала о прошлом. И о том, что недавно произошло. Я поняла, что если бы не влияние вас с Аней, то… – магичка умолкла, дабы справится с эмоциями. – Умом я всё понимаю. Но сердцем всё равно не могу простить Рахнеза.

Повисло неловкое молчание. Почему-то я ощущал уверенность, что сейчас троица вспоминает Анну: лучшую подругу Насти, предавшую её и Рахнеза. Одновременно главного противника Альфы и Омеги, в которую они влюблены.

– Извини, не думал, что для тебя это так… – замялся человек.

– Ничего… мне требовалось это хоть кому-то рассказать, – натянуто улыбнулась Настя. – Кстати, я смотрю, Альфе понравился сделанный мною ошейник?

– Ага, он просто счастлив! – обрадовался смене темы Омега.

– «Загрызу гада», – меланхолично предупредила ласка и вцепилась в ухо товарища.

– Вот видишь, как радуется! – пытаясь спасти ухо, продолжил парень. – Может, ты ему ещё и намордник сделаешь?

– Посмотрим на его поведение! – строго ответила Настя, и зверёк сразу перестал мучить человека. – А сейчас пойдём к остальным. Я уже всё взяла…

– Да, мы и так задержались, – кивнул Омега. Однако стоило Насте поравняться с ним, как раздалось тихо, но твёрдо. – Прошу, запомни: я всегда тебе помогу и поддержу, – и парень

– Спасибо, – на лице Анастасии воцарилось спокойствие.

На данной светлой ноте троица направилась обратно. Правда, перед самой дверью, Омега затормозил и с крайней осторожностью выглянул наружу. Только обнаружив меня, сидящим на привычном месте, они посмели покинуть камбуз. Очередной вечер на “Драконе” продолжался.

Глава 1. Игры в постели. (Омега)

– Омега… Омега! Омега, просыпайся! – ласкал слух мелодичный девичий голос. Одновременно кто-то мягко, но настойчиво тряс меня.

За последнюю неделю я настолько вжился в местные реалии, что мне не требовался Альфа для перевода. И отвечал я в той же манере:

– Не хочу… Не буду… – спросонья вяло отнекивался я, пытаясь отползти или хотя бы чем-нибудь укрыться от раздражителя. Безрезультатно. – Ещё рано, будильник не звенел, а завтра долгий день…

– Я тебе покажу долгий день! – прошипел голос, а лицо обожгла смачная пощёчина, следом вторая, и в дополнение оглушительный рык. – А ну, быстро продрал глаза!

– А?! Что?! Где?! – сон слетел мгновенно, и я, бешено вращая глазами, попытался подскочить. – Я опять опаздываю? В чём-то виноват? Или какие-то проблемы?! Секунду, и я буду готов! – и только тут до меня дошло, что я уже готов… в том смысле, что плотно привязан к кровати.

Короткое ерзанье позволило определить, что меня не меньше чем в десяток витков примотали к костяной кровати свинцовыми проводами.

Откуда на корабле свинцовые провода? Так на Драконе они выступали основными силовыми линиями. С одной стороны не подвластные магии, с другой если опустить температуру до низких температур, то он становился сверхпроводником.

Даже страшно предположить, сколько отсеков расковыряли, чтобы добыть столько проводков. Но связали меня качественно: ни рукой, ни ногой не пошевелить.

– Горазд ты спать! – хоть голос и пропитывала насмешка, но в нём ощущалась неприятная холодность. – Удивляюсь, как с такими данными ты ещё жив?

Я сфокусировал взгляд и в полумраке каюты сумел различить девичий силуэт. Ещё секунда ушла на то, чтобы понять – это не Настя: на полголовы выше, и в целом старше, более спортивная фигура в строгой камуфляжной форме Купола. Но главной отличительной чертой выступала пара ушек, как у собаки, а в комплекте пушистый хвост, что судорожно мёл по полу. И, конечно, едва уловимый запах полевых цветов.

– Аня?! Не пугай меня так! Я уж думал, что-то случилось. Или Арлекино внеочередную тренировку учудил! – я зевнул. – И что это ты меня связала, да ещё и в постели? Неужто садо-мазо или БДСМ? Сразу заявляю, я против… хотя брыкаться не стану. Если что, стоп-слово: карабульки!

– Что ты несёшь? – в некоторой растерянности возмутилась Аня. – Ты вообще понимаешь, что пока ты дрых без задних ног, я повязала всю вашу команду, и теперь вы у меня в плену?! – коротким жестом из ножен выпорхнул один из парных скимитаров, и лезвие застыло у моего горла.

– Неужели? Тогда тем более не понимаю, зачем меня будить в такую рань! Или эта такая пытка? – я скосил взгляд на полированное лезвие и отметил, что нужно побриться. – Мне уже начинать биться в истерике, кричать, звать на помощь и совершать другие бесполезные телодвижения?

– Ты непробиваем… – тяжело вздохнула оборотень, и клинок вновь исчез. – Вот как с тобой можно разговаривать?

– После стольких твоих попыток взять меня в плен и убить, выработалось привыкание. Кстати, а где Альфа?

Несмотря на нарочитый пофигизм и насмешки, внутри я оставался собран и экстренно обдумывал ситуацию. Девушки я не боялся, не смотря её на грозно дёргающийся носик. Новое противостояние – новый виток привычной игры. Проигрывать никто не желал, поэтому от воительницы стоило ожидать всего и ещё немного сверх. Но и я подготовился! Пока всё шло в рамках плана.

Взгляд я не отводил от Анны – любовался, но вот руки елозили под проводами, впивающимися в кожу даже сквозь одеяло. Высвободиться я даже не думал, но вот добраться до заначки в костяном бортике кровати было бы неплохо.

– Не волнуйся. Спит твоё отражение. Его так же, как и тебя, ничем не добудишься, – нарочитая строгость и злость из голоса пленительницы исчезли, осталось только спокойствие. – Нашла у тебя в комнате освинцованную клетку и его туда посадила, так что он не помешает. Кстати, все твои заначки в окрестностях кровати я убрала. Так что нечего елозить. Пусто там, пусто! – Аня присела в изножье кровати и расстроено вопросила. – И как давно ты знаешь, что я на корабле?

– Со второго дня полёта… – я виновато улыбнулся, одновременно ощутив пальцами пустую выемку в бортике кровати. – Тогда пропали остатки ужина… ну а после, специально стали готовить больше чем нужно, чтобы ты не голодала. Или думаешь, случайно с утра никто не обращал внимания на отсутствие остатков провизии? Кстати, сегодня вечером могла бы быть и аккуратнее – мы с Настей тебя чуть не застукали!

– Припасы у вас под замком. Вскрытие защиты было бы более подозрительно! – оборотень начала оправдываться, но оборвала себя и беззлобно выругалась. – Постой, но ведь по вечерам и по утрам, кроме тебя, готовит ещё и Арлекино?! Он что тоже в курсе? А Рахнез? А… – девушка запнулась, но мгновенно справилась с собой. – А Настя?

– Только Арлекино. Для остальных ты мертва, – я поёжился. – Честно говоря, надеялся, что ты до самой луны тихо просидишь в подполье. А там люди Чистых тебя бы выловили.

Охотиться на Анну – последнее, что нам хотелось. Для этого сначала пришлось бы будоражить новостями Настю и Рахнеза. Потом выкуривать воительницу по всем закоулкам. А ведь загнанный зверь опасен вдвойне! Мог кто-нибудь пострадать… Затем весь путь оставаться настороже, чтобы оборотень не сбежала и тот же Рахнез не пришёл её убивать. Сплошные проблемы!

А так воительница проблем не представляла. Убить бы нас она не посмела… Разве что Рахнеза. И то врят ли, но его и не жалко. А пропажа еды – мелочь.

Пленение? Да, неудобство. Но я всё ещё уверен, что оно временное.

- Уж извини, что не соответствую ожиданиям, - с притворной скорбью покаялась Анна.

- Ничего страшного, – насколько позволяли сковывающие провода, я повёл плечами. – Собираешься с остальными поболтать?

– После моего предательства не вижу смысла. Рахнез сразу попытается убить. Настя сначала проклянёт, а затем тоже попытается

– Спасибо за доверие… однако, цепей это не отменяет? – воительница культурно проигнорировала вопрос. – Если тебе интересно, то с ними всё хорошо. Рахнезу мы после случившегося мозги вправили обратно, он сейчас вполне адекватный… по крайней мере, на вид. Настя тоже очень сильно изменилась – кажется, даже повзрослела!

– Я знаю. Я наблюдала за вами из своего убежища, – Аня едва уловимо улыбнулась. – Ты сделал своё дело, ты ей помог. Зато сам до сих пор играешься в посланника Чистых?!

Я вопросительно выгнул бровь, не собираясь никак комментировать столь провокационное заявление. Во мраке сверкнул вертикальный зрачок оборотня и отблеск её оскала.

– Вы с Арлекино не особо скрывались, когда обсуждали стратегию поведения по прибытии к Чистым. Ваша с Альфой история о другом времени и мире очень любопытна!

Мы встретились взглядами. Воительница подготовилась очень хорошо. Настолько хорошо, что я начинал волноваться… Вот только переживания оставались сокрыты за пеленой облегчения. Меня давно воротило от застарелой и давно надоевшей лжи о собственном прошлом. Лгать и скрывать было как минимум не комфортно. И пусть я мог поговорить с Арлекино, но разговор с киборгом не сравнится с тёплыми словами от прекрасной девушки! Подобное развитие событий меня устраивало.

– Прошу, не говори никому правду, – не стал я спорить. – Тебе ли не понимать, что правда никому не нужна и даже вредна – испортим отношения, а если и я потеряю доверие Насти, то… – Аня скептически дёрнула звериным ухом, и я, поняв её мысль, продолжил. – Не волнуйся, я изворотливый!

Мы замолчали, каждый думал и вспоминал о чём-то своём. Тишина отдавала грустной ностальгией. Однако, несмотря на всю абсурдность ситуации, мне было неожиданно хорошо. И в этот момент я почувствовал, как на краю сознания появились отголоски чужих мыслей и чувств.

– «Альфа!» – мысленно воззвал я к отражению. – «Восстань и пой!»

– «Сдохни, тварь!» – меланхолично отозвался сонный зверёк. – «Дай поспать!»

– «Какое спать! Ты что, не видишь: твой план активизировался! Аня пришла!»

– «Я рад за тебя. А теперь, голубки, можете ворковать дальше…» – я заметил, как за спиной Ани зашевелился неясный образ в клетке на столе, о который я сегодня бился головой. – «Вот ведь ещё и в клетку засунули… Ладно! Я сегодня добрый. Накройте чем-нибудь, чтобы я вас не смущал, и сильно не шумите».

– «Альфа, не наглей! Меня полностью обезоружили, по-моему, даже резинку из трусов вытащили!» – заорал я во весь мысленный голос, стараясь сохранять вид для Ани, что всё так же погружен в мысли. – «Начинай работать!»

– «Не умеешь ты наслаждаться моментом!» – вздохнул Альфа страдальчески. – «Ладно, сейчас…»

– «Ага, только тише… и быстрее!» – взмолился я и обратился уже к пленительнице: – Ладно, Рыжик, перейдём к сути? Ведь ты всё затеяла не только для того, чтобы эффектно дать знать о своём присутствии?

– Не только… – девушка вернулась из мира мыслей. – Кстати, если назовёшь “Рыжиком” в присутствии других, убью, – она взлохматила мне шевелюру. – И да, мой план прост: мы возвращаемся обратно в Купол. Однако, для его осуществления мне нужна твоя помощь как в отношении “Дракона”, так и в отношении команды! Согласись, и ты свободен. Твоему слову я верю. Нет, тогда останешься здесь… – тёплые пальцы мягко прошлись под подбородком, почёсывая как какого-то зверька, и я, на секунду забывшись, замурчал.

– Я верю… ты хочешь помочь! – через сладостную вечность я скинул наваждение и отстранился, осуждающе взглянув на Аню. – Но ты должна понимать, что я откажусь. Мой приоритет помогать Насте, а её путь лежит на Луну. Кроме того, остальным тоже туда нужно, даже мне – там, возможно, есть способ вернуться домой. Так что извини…

С последними словами я дёрнулся, и провода, что сдерживали меня, опали. В руке у меня белым блеснул короткий стилет, сплетённый из множества нитей, и устремился к горлу девушки. Аня, не ожидавшая подобного, тем не менее сориентировалась мгновенно – соскользнула с кровати, и вот она вне зоны досягаемости. В следующую секунду воительница контратаковала: скимитар со свистом рассёк воздух. Но и я не зря последнюю неделю тренировался: выпад, который должен был меня оставить без головы, не достиг цели – я скатился с кровати.

Костяной пол холодил ступни, а адреналин горячил кровь. Я начал прикидывать, как вновь атаковать, но опоздал – оборотень рванула на середину помещения, перекрывая путь к двери. В её руках танцевала пара скимитаров.

Все мои вещи были свалены у стола, так что оставалось только мысленно выругаться. Перехватив стилет удобнее, я прыжком запрыгнул на кровать, вторым на спинку и оттуда распластался в рывке к воительнице. Я падал словно коршун! Сумел извернуться и пропустить лезвие одного из скимитаров в миллиметре от плеча. Но вот удар эфесом второго отшвырнул меня обратно на кровать, что захрустела под моим весом. Или это трещат мои кости? Проклятая звериная сила!

Через несколько мгновений, я вновь оказался на ногах, пусть немного покачиваясь. Ухватив несколько проводов, что раньше меня сковывали, их пару раз крутанул, пока не послышался свист, и хлестнул, нацелившись в голову Ани. Один из клинков принял удар, и моё оружие в несколько колец обвило скимитар. Короткое движение руки оборотня, и мне пришлось выпустить провода, дабы не последовать вслед за ними в полёт. Однако и Аня откинула бесполезное более оружие, но атаковала вторым скимитаром. В последний момент мне удалось стилетом парировать клинок, однако металл всё равно слегка обжёг холодом кожу на плече, попробовав кровь.

Мы сошлись в клинче. Я видел раскрасневшееся лицо воительницы. Чувствовал её разгорячённое дыхание. Я скользнул в сторону, позволяя воительнице прорваться. Та, подобного не ожидала и сделала шаг вперёд. Я воспользовался этим и атаковал сбоку врукопашную.

Стоило приблизиться почти вплотную, и я заметил, как в свободной руке девушки формируется заклинание. Я приготовился к боли от магической атаки, но не остановился и ударил локтем, дабы выбить клинок, одновременно сделав выпад стилетом в живот воительницы.

Заклинание сработало, но оказалось направлено не на меня, иначе я бы его просто поглотил или даже отразил обратно,

– Карабульки! Карабульки! – почти простонал я.

– С нашей последней драки ты многому научился, – уважительно произнесла Аня. – Ещё немного, и станешь неплохим бойцом!

– Старюсь! Рад, что тебе понравилось. Мне есть на кого ровняться! – признал я похвалу, пытаясь проморгаться.

Тут, наконец, вступила в дело ласка, ради которой и устраивалась пляска смерти с профессионалом, которого мне заведомо не победить. Пока Аня отвлеклась, Альфа молнией слетел со шкафа и проскользнул под куртку девушки. Воительница самым банальным образом взвизгнула и, оттолкнув меня прочь, попыталась извлечь наглого зверька.

– «Арлекино, пора!» – взвыл во всех мысленных диапазонах Альфа.

Через долю мгновению Альфа взмыл в воздух от мощнейшего удара девушки. Я вновь бросился к Ане, и нож застыл у горла воительницы, при этом оставшийся скимитар упёрся мне в рёбра.

– Предупреди Альфу, чтобы лапы больше не распускал, иначе в следующий раз не пожалею! – совершенно спокойно выдохнула Аня.

– Умная девочка… даже очень, – я, не удержавшись, поцеловал девушку. Звериные ушки дёрнулись и расслабились, а я с нежностью почувствовал, как Аня отвечает.

– «Ваши любовные игры просто за гранью понимания!» – недовольно пробурчала ласка, что при приземлении с перепуга вцепилась когтями в чешуйчатые стены и теперь пыталась выбраться.

В этот самый момент раздался глухой звук взрыва. Дверь каюты дрогнула и рухнула внутрь. В проходе показался Арлекино. Он освидетельствовал картину, многозначительно хмыкнул и, потушив заклинание, что светилось на кончиках пальцев, зашёл в комнату.

– Как вижу, моё вмешательство уже не требуется? Аню пленить вы всё же сумели… хотя кто кого здесь пленил – вопрос спорный, – киборг блеснул огоньками глаз на нас, покрасневших от смущения. – Анна, очень наслышан. Рад лично познакомится. Меня зовут Арлекино! – и киборг слегка поклонился. – Надеюсь, нам не придётся начинать общение с банальной драки?

– Я сдаюсь! – клинок, щекотавший мне рёбра, выпал из рук оборотня. – Вы ждали меня и подготовились – я не предвидела подобного, поэтому изначально проиграла…

– Приятно общаться с теми, кто трезво оценивает свои силы, – механически проскрипел Арлекино с лёгким намёком на улыбку. – Однако я попрошу вас пройти со мной. Как ни жаль, но я не могу оставить вас на свободе – уже подготовлена отдельная каюта. Кроме того, Омеге требуется одеться, его сегодня ещё ждут дела.

Аня только кивнула, и спустя минуту в каюте остался только я со стилетом в руках, труселях на голое тело, да Альфой, взобравшимся мне на шею, на манер белого шарфа. Чувствовал я себя почему-то полным идиотом.

Глава 2. Иллюзия выбора (Альфа). Часть 1.

Через двадцать минут мы сидели в кают-компании. Приодевшись в форму капитана, Омега крутил в руках телефон – сегодня он впервые за неделю сделал снимок. Теперь он любовался разгромом в нашей комнате после боя с Аней. На душе было муторно.

– Как они? – отодвинув личные переживания на второй план, обратился Омега к Арлекино, появившемуся из каюты Рахнеза.

– Твоя девушка хорошо поработала: уйма сдерживающих заклинаний – энергетические барьеры, сонные щиты и что-то ещё… - киборг чуть растягивал слова, а в конце даже причмокнул от удовольствия. Похоже, не мало энергии поглотил.

Арлекино несмотря на то, что состоял по большей части из металла, двигался крайне плавно и бесшумно. Вот и сейчас он тенью проскользнул в угол к своему любимому моховому креслу.

- На Несуществующего, вроде тебя или меня, они не рассчитаны, так что проблем с обезвреживанием не оказалось. А вот со свинцовыми проводами она намудрила – пришлось постараться, чтобы распутать. Но с нашими спутниками всё в порядке, через пару минут выйдут. Всё прошло точно по нашему плану.

План… Громкое название для парочки козырей, подготовленных для широкого спектра проблем. И то, что мы сумели просчитать Аню – небольшой повод для гордости. Как бы мы ни надеялись, что воительница спрячется до конца полёта, было логично предположить попытку вмешательства на финальном отрезке пути, когда мы расслабимся.

А затем мы всего лишь сыграли на распространённом заблуждении: слабости меня, как ласки. Вот только клетка, куда меня посадили, специально разработана так, чтобы я мог из неё выбраться. Затем я передал Омеге сделанный Настей ошейник, которым он и разрезал провода.

– «Кстати, Омега, верни ошейник», – поймал я беспокоившую меня мысль. И нехотя признался: – «Он хорошо себя зарекомендовал. Да и понравился мне».

С недавних пор всё, что способствовало выживанию, стало мне симпатично. Ошейник, на который никто не обращает внимания – символ рабства и угнетения… но создан из композитного материала. Стоит пропустить через него электрический ток, генератор которого в застёжке, материал станет эластичными, а поэтому сможет принять любую форму: отмычка, стилет или то, что успеешь вылепить. Убираем ток – форма сохраняется. Область применения ограничена только фантазией и размером имеющегося материала.

– Правильное решение! – благосклонно кивнул киборг. – По прибытии на Луну у вас будет возможность обзавестись кучей вещей… Но учитесь обходиться минимум средств и рассчитывать только на себя! Чем сложнее технология, тем больше вероятность её выхода из строя.

Сразу представился ошейник со встроенной бронёй. Или лучше системой маскировки? Набором вооружения и возможностью летать? Но не успел полёт мысли взять новые высоты, как взгляд скользнул по Арлекино. Возможно, я и получу это, но наверняка ценой станет замена моей тушки на такой же, как у Арлекино, кибернетический комплекс…

Раздался металлический скрежет, отдалённо похожий на смешок. Похоже, киборг подслушал мои мысли… Точно, нафиг нужно такое счастье! Омега сможет меня защитить!

После перипетий в Куполе арсенал напарника заметно разросся. Основное оружие – револьвер, создающий патроны из моей крови. Клинок-саиф под левую руку. Дюжина свинцовых метательных ножей на поясе и полдюжины в складках одежды, половина из которых смазана парализующим ядом по совету Арлекино. Сделанный с помощью Арлекино самопал с единственным патроном, надёжно укрытый на самый крайний

Сейчас Омега не поленился всё это на себя навесить, поэтому выглядел, словно новогодняя ёлка шахида! Вот только праздники уже закончились – единственный нарушитель пойман. Но и отговаривать напарника облегчить ношу я не собирался – пусть привыкает к арсеналу, а не разбрасывает где непоподя. Как показало последнее противостояние, тренировки бесполезны, если у тебя нет оружия.

Жаль, брони для напарника не нашлось!

– Арлекино, во время боя ты задержался. Я уже опасался, что что-то случилось и ты не придёшь, – Омегу интересовали другие аспекты.

– Анна – талант! Сумела найти управу на меня. Подсыпала снотворное в алкоголь. Похоже, ради этого она сегодня наведывалась на кухню. А я слишком себя переоценил, поэтому не заметил и мой организм отключился, – пожал плечами киборг. – К счастью, у меня всегда имеется осколок сознания в отражении. Как раз на подобный случай, – на плече киборга появилась мордочка металлической змеи с горящими синими глазами. – А когда я пришёл в себя, то скинул цепи, после чего поспешил к тебе. Как раз успел к зову…

Одна из дверей, выходящих в кают-компанию, открылась, и показалась Настя, заспанная и растерянная. Но при этом в полной боевой выкладке: кнут-пояс украшал тонкую талию, мешочки с реагентами для заклинаний развешены на боевом костюме, а на руках перчатки с кристаллами для создания магии! Заметив нас, она хотела что-то сказать, но не успела, так как открылась соседняя дверь, и показался ещё более смурной Рахнез с двуручным бастардом за спиной! Какие все сразу боевые стали! Жуть!

– У нас имеется для вас новость, а также тема для обсуждения… – Арлекино кивнул на свободные места и, пока товарищи рассаживались, продолжил: – Это связано с тем, как я вас разбудил. Однако, лучше, если всё расскажет Несуществующий – это его история.

Выжидающие взгляды устремились на нас. Мне стало как-то сразу неуютно, но не столько от осознания, что мы с Омегой врали соратникам, и сейчас придётся признаться в этом. Нет. Грустно от понимания, что правда у каждого своя, и рассказанное Омегой в данный момент почти наверняка окажется истолковано неправильно.

– Аня жива, и сейчас на корабле. Она пыталась взять нас в плен. Мы с Арлекино, зная о её присутствии, подготовились и сумели её захватить, – коротко, но ёмко обрисовал ситуацию человек, и пока на лицах застыли маски работы мысли, поспешил закончить: – Сейчас нам предстоит решить, как поступить с ней. Так как вопрос важный, то сначала обсуждение, а затем голосование, где большинством примем решение.

Как по мне – тупость. И Арлекино меня поддерживает. Разводить демагогию на пустом месте! Наше трио с Арлекино вполне могло бы решить всё и поставить оставшихся участников экипажа перед фактом. Но Омега пожелал дать возможность всем высказаться. Наивный мальчишка неизвестно на что надеялся!

– Что тут обсуждать! – взревел Рахнез, и его зелёно-кожее лицо исказила дикая ярость. – Убить предательницу! Казнить как можно более жестоко! А лучше отдайте её мне! Я сумею сделать, чтобы она пожалела обо всём! – он с размаху приложил кулаком по костяному столу, а на клыках его показалась пена. – Уничтожить её за разрушение Предельщиков! За то, что сдала проклятому Министру! Растерзать за то, что пыталась убить нас и помешать великим планам Чистых! Предать её…

– «Здесь ничего интересного. Ожидаемая реакция», – бесстрастно отметил я, хотя подспудно зрело раздражение и желание выпустить когти, чтобы ринуться на гиганта.

– «Он меня не интересует», – отмахнулся Омега. – «Куда важнее другое мнение…» – взгляд невольно перешёл на Настю.

– Ваш голос учтён! – Арлекино оборвал словоизлияния Рахнеза, и тот, несмотря на огонь в бешеных глазах и желание прямо сейчас убивать, покорно умолк на середине фразы, рухнув на место. – Ещё мнения по данному вопросу?

– Омега, как всё произошло на базе Предельщиков на самом деле? И теперь правду! – Настя спокойно не то попросила, не то приказала.

– Вы сбежали, спасаясь из рушащейся гильдии. Я остался прикрывать. В результате проиграл бой Ане, после чего оказался в плену у Министра и его войск, – Омега опустил глаза. Он чувствовал вину за слабость, как по мне – совершенно необоснованную. – Аня сделала мне предложение, от которого я не смог отказаться: освобождение в обмен на…

– На что? – совершенно бесстрастно уточнила Настя. Друзы кристаллов, что освещали помещение, принялись моргать вокруг магички от перепадов потоков энергии.

– А как ты думаешь, что она могла потребовать? – человек оскалился в усмешке, неожиданно разозлившись. – Что могла потребоваться твоя подруга, что множество раз спасала тебе жизнь и вытаскивала из самых опасных ситуаций? Открою секрет: чтобы я помог тебе всем, чем только смогу! – Омега глубоко вздохнул, успокаиваясь. – Мой приговор: тюремное заключение до прибытия к Чистым. Затем возвращение в Купол, – коротко бросил он наиболее нейтральный вариант в данной ситуации.

– «Поддерживаю. Но лучше приставить охрану, во избежание инцидентов. Я могу стать добровольцем», – в мысленный эфир добавил я, причём без малейшей иронии – меня тоже беспокоила судьба Ани.

– Мнение принято, – кивнул киборг. – Анастасия, очередь за вами.

– Поддерживаю Техноматера – убить, – я не мог прочитать, что творилось за маской полнейшей холодности и отстранённости Насти, от этого становилось не по себе. – Это будет милосердно.

– Настя, ты уверена? – Омега удержал себя на месте, даже голос не дрогнул, однако зубы непроизвольно скрипнули.

– Абсолютно. Ты не сумел сделать это в своё время, и я тебя не виню – она не твой враг. Но дело требуется закончить, – Настя печально улыбнулась, и по спине продрал холод. – Она предала не только меня, но нашу команду! А за это нужно платить!

– Вот это правильно! – не удержавшись, взревел Рахнез. – Молодец, девочка!

А я чувствовал, как в сердце Омеги разливается горечь с каплей разочарования. В его сознании билась единственная мысль: «Но ведь всё делалось ради тебя, Настя…» Вот только напарник не смел её даже прошептать. Он боялся, что и его посчитают «предателем».

– С вами всё понятно, – скрипуче хмыкнул Арлекино. – Моё мнение такое: девушка умна и сильна, она настроена против нас, потому опасна – самый простой выход из ситуации – казнь…

Мы

– Не стоит обижать моих людей! Если у вас имеются какие-то претензии или вопросы, то обращайтесь напрямую к непосредственному начальству. То есть ко мне!

Воздух над столом завибрировал, и через несколько секунд появилось объёмное голографическое изображение. Мы, на мгновение отшатнувшись, тут же прильнули, вглядываясь в появившийся образ: обстановка соответствовала Лаборатории №969, множество людей в белых халатах и ещё больше огромных ламповых экранов на столах.

В центре композиции мужчина лет сорока. Строгий костюм подчёркивал спортивное телосложение. Золотой знак трилистника на лацкане показывал статус. А освинцованный посох в руках намекал на великую магическую силу.

Глава 2. Иллюзия выбора (Альфа). Часть 2.

– Министр? Глава Купола собственной персоной? – не скрывая удивления, проскрежетал Арлекино и перевёл недовольный взгляд на Рахнеза. – Вы утверждали, что системы корабля автономны, и перехватить управление из Купола не удастся?

– Сейчас же всё проверю! – зелёнокожий подскочил как ужаленный и, зло зыркнув на Министра исподлобья, скользнул по лестнице вниз и дальше в сторону рубки.

– Вы его хорошо выдрессировали, – проводив взглядом гиганта, заметила голограмма. – Неужто коррекцию личности провели?

– Мы не монстры и не пользуемся такими методами! – голос Насти дрожал от ярости. – Что ты здесь делаешь, дядя?!

– Во-первых, не даю вам совершить очередную глупость и убить Аню – в Куполе её ещё ждёт трибунал! Нужно разобраться, кто она: один из самых ценных воинов, который верен Куполу, или предатель, который помогает вам? А, во-вторых, хочу в очередной раз предложить вам сдаться! Иначе… – глава Купола многозначительно замолчал.

– У нас проблема! – словно продолжая мысль, раздался из интеркома рёв Рахнеза. – Перехвачено управление над системой космической телепортации, – раздался звук, как от очень сильного удара по клавиатуре.

Если я правильно помню вечерние объяснения Насти принципов системы телепортации – у нас проблемы. Технология предназначена для перемещения в космосе на дальние расстояния. Чисто теоретически, с её помощью мы можем мгновенно добраться до Луны… или вернуться обратно в Купол.

Она не отлажена и не откалибрована, поэтому мы не рисковали её применять. Если делать кое-как, то можно промахнуться и оказаться как на другом конце Солнечной системы, так и внутри планеты.

Плюс не стоит забывать, что мы с Омегой только начали изучать магию, поэтому имеем все шансы остаться в том месте, откуда мы телепортируемся, то есть в открытом космосе, оглушённые болью от впитанной магии… Ну или совсем плохой вариант: мы можем взорваться от неправильно преобразованного заклинания и уничтожить корабль!

– Отключи всё немедленно! – рявкнул Арликино.

– Он не сможет, – спокойно заметил Министр. – Ваш корабль, как вы могли заметить, сложный квазиживой организм, а рубка управления – нечто вроде мозга. Сейчас мы управляем системой телепортации в обход рубки, перехватывая сигналы до того, как они доберутся до мозга, в одном из промежуточных нервных узлов, при помощи специального оборудования, что как раз сегодня закончила монтировать Анна. Купол вас ждёт! Подождите немного, пока загрузятся координаты, и мы вернёмся домой.

Плохо! Очень! Если мы захотим остановить захват систем, то придётся отключить не только рубку, но и все нервные узлы, а с ним и все системы корабля. Смерть нас ждёт неприятная, так как система жизнеобеспечения так же канет в лету.

Теперь я понимаю, почему Анна так просто сдалась. Перед захватом корабля она перестраховалась, активировав запасной план! Я восхищался воительницей, несмотря на то, что

Хотя непонятно, зачем ей было вообще нас захватывать? Мы могли бы отлично телепортироваться в Купол во сне. Да и не замечал я никогда за воительницей инженерных талантов, достаточных для взлома целого корабля!

– Рахнез, вижу, вы пытаетесь вычислить, к какому из промежуточных узлов подключено устройство, – продолжал давить на нервы Министр. – Удачи. Система телепортации задействована в сотнях узлов! Будет затруднительно проверить всё, если учесть, что до телепортации осталось около пятнадцати минут… хотя нет, уже десяти! Рахнез, надеюсь, в системе навигации тебе лучше виден уровень загрузки координат.

– Министр! Ты что, посмеешь нарушить своё слово, сильнейшего воина и мага? – зло осведомилась Настя у голограммы. – Мы же тебя победили, и ты нас отпустил!

– Я соврал, – не поведя и бровью, ответствовал глава Купола. – Не забывай, Анастасия, я в первую очередь политик! На тот момент это являлось единственным возможным решением. Теперь я его меняю! Моя главная задача – заботиться о людях Купола, и ваш поход к Чистым – нашим врагам, является тем, что нужно предотвратить любым способом.

Очевидно, все разглагольствования Министра исключительно для того, чтобы потянуть время и не дать нам ничего сделать. Министр нас порядком достал ещё в Куполе, поэтому на него никто не реагировал. Вместо этого Арлекино вопросил:

– Есть смысл обращаться к Анне?

– Нет. Не для этого она столько времени на ваш захват потратила! – раздражённо поморщился Омега. – Кроме того, мы уже приговорили её к смерти, а в Куполе во время трибунала у неё есть все шансы стать героем.

– Дайте мне с ней поговорить, и она всё расскажет! – прорычал Рахнез, так что динамик аж задрожал. – Мне понадобится всего две минуты… хотя лучше пять, чтобы наверняка!

Мы с Арлекино переглянулись. Рахнез, как и киборг, владел технологией изменения памяти и личности. В данном случае это могло помочь, но… я не доверял Рахнезу.

Однако, что если это сделает Арлекино? Вот только Анна так же имеет ступень в ментальной магии и наверняка не пренебрегла защитой. Я задумался на несколько мгновений, а затем передал Омеге своё мнение. В результате единогласного решения человек отрицательно покачал головой на невысказанный вопрос Арлекино.

Даже у прагматичности есть границы, и одна из них моральная: я считал, что память и личность – территория, куда нельзя вторгаться ни при каких условиях. Именно поэтому Рахнезу мы не изменили личность, а пытались просто переубедить. Кроме того, я верил Ане, хотя и отдавал себе отчёт, что это глупо!

– Рахнез, не неси чушь! Твоя задача из рубки провести диагностику нервных узлов на предмет аномалий! – резанул приказ Арлекино. – Настя, после Рахнеза ты лучше всех разбираешься в “Драконе” – на проверку узлов на местах! Я помогу тебе, чем смогу!

– А мне что делать?! – подскочил Омега, наблюдая, как товарищи скрываются на лестнице.

– Оставайся здесь! Задача – охранять Аню, – строго приказал Арлекино, но в мысленном диапазоне добавил. – «Ты резерв на случай, если у Министра под управлением имеются другие системы, кроме телепортации и связи. Также попробуй отвлечь на себя его внимание, чтобы он особо не мешался».

– «Поняли»,

– «Не волнуйтесь, всё будет нормально», – донеслось уже приглушённо. – «И за Настей вашей я как-нибудь присмотрю…»

- Знаешь, смешно, но до данного разговора я искренне считал, что ты главарь этой банды, – предводитель Купола улыбнулся. – Ты, пацан, который драться толком не умеет и руководствуется разумом хорошо, если через раз! А сейчас всё встаёт на места: ты всего лишь помощник, так… Мелочь на побегушках. Исключительно для отвлечения внимания…

– «Вот ведь гад…» – тихо простонал товарищ в мысленном эфире, при этом в реальности он только и мог, что открывать и закрывать рот в немом бешенстве.

– Не обижайся! Вообще-то, я хотел сказать “спасибо” – не ожидал, что ты в своей речи вступишься за Анну… – Министр тяжело вздохнул. – Хотя покровитель из тебя тоже так себе: до конца своё мнение отстоять не можешь, пришлось вмешаться! А такой план был! Однако хоть мы и раскрылись чуть раньше времени, но результата это не меняет – через пять минут вы телепортируйтесь в Купол.

– Есть новости! – прервал уничижительный диалог Рахнез. – Анастасия, Арлекино нашёл область, откуда происходит перехват сигналов – хвостовой двигатель «Дракона». Точнее сказать не могу, ищите на месте. Также я обнаружил, что в системе телепортации имеется брешь из-за перехвата из вторичного узла: мы можем запустить мгновенное перемещение со своими координатами раньше, чем Министр закончит передачу данных. А на второй прыжок у Министра не останется энергии!

– Отлично! – первой сориентировалась Настя. – Давайте куда-нибудь поближе к Луне, сразу и время сэкономим и Министра обыграем!

– Звучит, конечно, хорошо, и для нас является наилучшим выходом, однако… – Арлекино неловко замолчал.

В мыслях сразу же пронеслись все те риски, что я обдумывал буквально пару минут назад. Хотя… чего тут думать? Мы с Омегой рискуем в любом случае, поэтому можем не учитываться в уравнении. Но вот риск обречь всех на гибель в глубоком космосе…

– До телепортации минута, – прогрохотал металлически Арлекино. – Мы с Настей не успеваем найти требуемый узел!

– «Возвращаться у меня нет ни малейшего желания. За последние пятнадцать минут Министр своей нелогичностью и хамством меня буквально взбесил… Напомнил, почему мы свалили из Купола!» – пришла мысль от Омеги.

– «Точно! Так вот что здесь не так…» – последние слова компаньона, заставили пазл сложиться, и я увидел картину в целом. От неожиданности я чуть не подпрыгнул на месте, но тут же успокоился и принялся транслировать Омеге сложившийся образ.

– Рахнез, ни в коем случае не активировать преждевременную телепортацию! – Омега принялся командовать, доверившись моим выводам. – Настя, Арлекино, возвращайтесь – то, куда вы идёте, скорее всего, ловушка! Всё происходящее провокация!

– Омега, ты уверен? – с ноткой какой-то доверчивой обречённости поинтересовалась Настя.

Свет моргнул, а по чешуйчатым стенам прошла дрожь, обозначая, что отведённый нам срок вышел. Проекция Министра стояла в центре стола с довольной улыбкой. Но я не боялся. Я знал, что прав. Главное было, найти правильную точку, откуда смотреть и знать, на что смотреть.

– «Альфа, в очередной раз признаю, что ты хоть и находишься в теле животного, но соображаешь на порядок лучше,

– Мы в Куполе, – вещал Рахнез. – Высота в десять тысяч метров и уменьшается. Мы идём на посадку, на базу №969. Судя по данным системы навигации, мы сейчас над Городом.

– Рад, что ты решил присоединиться к нам, Омега! – промолвил Министр довольно. – Через минуту “Трещина” закроется, и вам будет некуда деться, ведь следующая только через три дня!..

Голограмма над столом задрожала и через несколько секунд сменилась на вид “Дракона”, медленно планирующим со стороны Кипящего моря, буквально в нескольких километрах от Башни, в сторону гор.

– Нет, это неправильно! – зло рявкнул Рахнез. – Система навигации показывает, что у нас есть ещё энергия, хотя бы для того, чтобы вырваться из Купола, я инициирую прыжок…

– Рахнез… – спорить почему-то не хотелось, да и сил не имелось. – Система навигации врёт – она под управлением Министра. Мы всё ещё на пути к Луне… Он хочет, чтобы мы включили телепортацию сами, и тогда он с помощью этой системы заставит нас переместиться к себе.

Несмотря на сложности в отношениях с Рахнезом, я не мог отрицать его таланта инженера и мага. И уж точно не Ане спорить с ним в этих областях, особенно в рамках телепортации – техномагического процесса, который чтобы осознать нужно немало времени.

Однако я вполне допускаю, что Анна, как офицер Стражи, могла иметь навыки для перехвата связи и выделенные каналы для общения. А установив контакт с Куполом, в краткие сеансы связи при открытии трещин её просветили, как изменить что-то из вторичных систем. Что именно? Достаточно прислушаться, на что ссылается Министр в своих речах. Система навигации.

Имелись и другие нюансы, например, поведение Министра. Его основное оружие – разум, а никак не эмоции. А он сегодня давит на чувства. Вместо того чтобы прятать, секретный план вылез, хотя при телепортации в Купол Ане бы ничего не угрожало.

Затем Министр не стал усложнять нам жизнь: убрать связь или мешать разобраться в ситуации – он сам рассказал основные аспекты. Тем он попытался вызвать спешку в действиях, что не дало бы нам мыслить разумно, сам же подталкивал в нужные стороны.

И наконец, когда Министр подвёл нас к нужному действию, ему осталось только вынудить нас его совершить. И если остальные Министра и так достаточно ненавидят, то со мной он решил перестраховаться и сыграть на чувствах, а в частности на самолюбии…

– Омега, отдаю вам честь, – растворяющийся в помехах голос Министр был без эмоционален, разве, может, немного усталый. – Надеюсь, больше мы не встретимся.

В следующий момент по кораблю прошлась ещё одна волна – “Трещина” в Куполе закрылась. Образ над столом изменился мгновенно: остался только наш корабль в центре голограммы, а вокруг, насколько хватало чувствительности датчиков, открытый космос, в котором плотной россыпью светилось множество маленьких точек, и лишь на самой окраине чувствительности обозначалась поверхность Луны, что стремительно приближалась.

– Весьма ловко, Омега! – послышался из динамика радостный возглас Насти.

Дослушать до конца мысль девушки так и не удалось, так как голографический корабль коснулся одной из световых точек. Одновременно “Дракон” с неимоверной силой дёрнулся, а мир окутал звук мощнейшего

Омегу, сидевшего в кресле, опрокинуло на пол и куда-то поволокло, так что я только чудом не слетел с его шеи, вцепившись когтями в загривок. Это меня и спасло от всех последующих ударов. Человеку повезло меньше: хоть он и успел сгруппироваться, но удар о стену заставил его на несколько мгновений потерять ориентацию, а в это время в него врезалось то самое кресло, в котором он ранее сидел. Сознание из него благополучно вышибло. И не успел я хоть как-то помочь, как прозвучал новый взрыв, и мир вокруг погрузился во тьму.

Глава 3. Последний рывок дракона. (Омега) Часть 1.

– «Да!» – удар. – «Очнись!» – удар. – «Ты! Безмозглый! Придурок!» – три удара без перерыва обрушились на меня.

Я с трудом открыл глаза и ничего не увидел. Кромешная тьма. Ещё один удар прилетел по лицу, и искры из глаз заставили прозреть: Альфа, вцепившись когтями в одежду для большей устойчивости, стоял ко мне тылом и с упоением хлестал меня своим белым и пушистым хвостом, матеря, на чём свет стоит. Такую наглость я стерпеть не мог и протестующе застонал. На большее не хватало сил.

– «Наконец-то!» – услышав, что я пришёл в себя, компаньон не отказался от удовольствия ещё раз дать мне оплеуху и только после обернулся. – «Хлипкий ты! Всего раз по голове приложило, а ты сразу отключился!»

– «Это значит, что она у меня не только для красоты», – вяло огрызнулся я и попытался сесть. – «И не тебе меня ругать – сам за мной укрылся!»

Попытки изменить позу оказались безрезультатны: любое движение проваливалось в пустоту. Потребовалось несколько секунд, наполненных ужасом, прежде чем пришло понимание – я парю посреди кают-компании. В едва уловимом аварийном освещении от магических кристаллов мимо пролетали обломки пары кресел. Одно из них и приголубило меня. Из всей обстановки на месте остался только костяной стол – врос в пол намертво. Искусственная гравитация благополучно сдохла… вот и исполнилась очередная мечта идиота: испытал невесомость.

– «Насколько всё плохо?» – простонал я. Мысли в голове ворочались с трудом.

– «Не хватает пары пунктов до состояния: «застрелиться и не мучатся», – откликнулся Альфа, занимая место на закорках. – «Я полетал немного. Связь не работает. До Арлекино в мысленном эфире я докричаться не смог. Лестниц на нижний уровень кают-компании больше нет – проход перекрывают костяные пластины. Предполагаю, причина в частичной разгерметизации корабля. Боюсь, сами мы не выберемся. А если и выберемся, то ненадолго. Однако из хороших новостей всё же есть одна…»

– Эй, кто там в кают-компании?! – вторя ласке, раздался приглушённый голос Ани. – Я слышу возню! Ответьте! Что происходит?!

Похоже, взрыв каким-то образом повредил магические потоки корабля. Теперь заклинания беззвучия, что Арлекино наложил на каюту, где мы временно заперли воительницу, слетели.

– «С самого происшествия голосит!» – пожаловался Альфа. – «Будь добр, успокой даму сердца. А то, видишь, волнуется без тебя. Страдает!»

Я зашипел, однако возразить не смог. Взаимоотношения с Аней отличались необычностью, но их “приятную” составляющую я отрицать не мог. Поэтому активнее засучил руками, пытаясь хоть как-нибудь принять устойчивое положение в пространстве, а то от болтанки меня начинало мутить. На счастье, неподалёку парил очередной обломок, и, оттолкнувшись

– Рыжик, не шуми! Я уже прибыл тебя спасать! Досрочная амнистия! – электронная часть замка каюты скончалась после взрыва. Магическую я заглушил своей антимагической аурой, почти не заметив боли. Однако механическая всё ещё работала, и сил моих для её открытия оказалось недостаточно.

На миг возникла мысль приговорить створки к высшей мере – гранате из арсенала. Однако меня не так сильно контузило, чтобы я решился производить взрывы в закрытом помещении. Верный револьвер вновь пришёл на помощь. Три выстрела и свинец раздробил костяную начинку замка.

– Почему так долго! Я уже минут пять надрываюсь?! – донеслись возмущённые причитания воительницы. Всклокоченный силуэт выплыл мне навстречу, хищно блестя глазами. – Что случилось? Что за шум и тряска?

Мы с Арлекино давно готовились к захвату Анны, поэтому каюта-камера для содержания была заранее экранирована свинцовой сетью глубоко в стенах, дабы воительница не буянила с магией. Но это не помешало оборотню разнести всё содержимое комнаты в щепу. Не из злости, просто проверяя рамки дозволенного… вот шкодливая собачонка!

– Министр твой случился. Не умеет он проигрывать. Пока навигация находилась под его контролем, мы добрались до защитной системы Чистых – космического минного поля на орбите. Глава Купола направил нас на ближайшую мину, чтобы мы никому не достались.

– Вот тварь! Мы так не договаривались! – ветвистая молния взорвала пролетавший неподалёку осколок светового кристалла. – А почему ты этого не предотвратил? Почему ничего не сделал?

– Эээ… как? – недоумённо протянул я, но Аня метнула на меня настолько яростный взгляд, что понял – следующий заряд может достаться мне. – Виноват, в следующий раз постараюсь быть расторопнее и не только разгадать план противника, но предугадать его мысли, заставлю неизвестную мне технику в короткие сроки подчиниться и вытащить нас из безвыходного положения…

– Ладно. Прости. Погорячилась, – разум вновь возобладал, и Аня умерила тон, почти спокойно продолжив: – Ненавижу чувствовать себя беспомощной – это приводит в ярость! А сидение взаперти, просто пытка! – воительница резко отвернулась. – Ладно, всё лирика! Что теперь делать?

- «Пусть заберёт оружие у нас в каюте», - принялся распоряжаться Альфа. – «Затем вам нужно покинуть кают-компанию и найти остальных!»

Я повторил всё, что предложил Альфа, присовокупив ещё информацию о проблемах с выходами. Времени рассказа как раз хватило, чтобы девушка вновь вооружилась – саифы так и валялись в шкафу, куда их походя закинул. Я же неловко пытался угнаться за девушкой, которой невесомость, казалось, не причиняла ни малейших неудобств. Аня маневрировала среди вещей, как профессиональный акробат, так что в какой-то момент я поймал себя на том, что любуюсь девушкой.

– Так, значит, я нужна тебе для магического прикрытия? Защита от открытого космоса и других опасностей, что могут возникнуть на повреждённом корабле. Ты же нужен мне, чтобы оставшаяся часть команды меня ненароком не убила, – подвела итог Аня, вылетая из моей комнаты со скимитарами, направленными на меня.

– Совершенно верно, – я развёл безоружные руки

– Нет… – покачала головой воительница, пряча клинки. – Передай Альфе, что его доводы меня убедили!

– «Хоть кто-то, наконец, смог распознать меня как отдельную, независимую от тебя личность!» – возликовала ласка мысленно. – «Всё, я в неё влюблён!»

Дальнейшее не требовало слов. Костяные люки в нижнюю часть кают-компании оказались по крепости сопоставимы со сталью! Ни мои пули, ни заклинания Анны не брали преграду! Но мы работали слаженно, словно всю жизнь только ради этого тренировались.

Парочка моих гранат заняли место в указных Анной «слабых точках». Мы спешно отплыли в одну из дальних комнат, откуда я прицельным выстрелом и подорвал заряды. Вопреки всем мерам предосторожности меня чуть не лишило чувств: звуковой удар оглушил, несмотря на зажатые уши и приоткрытый рот, а световая вспышка обожгла сквозь сомкнутые веки глаза. Взрывная волна попыталась впечатать в стену, но я сумел вывернуться, на несколько мгновений потеряв ориентацию и закрутившись на месте юлой в хаосе парящих вещей.

Но не успели раскинуться огненные щупальца, как их поглотила бездна открытого космоса. Следом в разгерметизированный дверной проём полетели все более-менее мелкие вещи, а также крупные с небольшой задержкой на то, чтобы сломаться. Отсек трясло, как в приступе лихорадки, одновременно на живой ткани корабля стала появляться изморозь от выделившейся влаги и просто замершего воздуха – кают-компанию выворачивало наизнанку.

А затем меня прикрыла Анна. Одновременно со взрывом я почувствовал, как рука Ани легла на плечо, остановив моё вращение. Активировалось какое-то сложное заклинание: нити обжигающей боли вплелись в тело и разум. Первым побуждением являлось противостоять, уничтожать и поглощать инородную энергию. Но, помня науку Арлекино, мы попытались расслабиться и, пропустив через себя боль, отделили её, так чтобы мы с ней практически не взаимодействовали. Оказалось непросто чувствовать, но не бороться, а в какой-то степени наслаждаться – воистину за силу приходилось платить.

Однако Аня тоже больше необходимого напрягать ни себя, ни меня не хотела, поэтому заклинание оказалось направлено не столько на нас, сколько на мир – вокруг образовалась область пространства с нормальными параметрами: привычный состав воздуха, атмосферное давление, температура, и, как я надеялся, защита от космического излучения.

– Мы не умерли… – задумчиво протянул я, когда всё более или менее утихло. – В очередной раз… это радует… наверное?

Аня взмахнула свободной рукой, и шар воздуха вместе с нами поплыл к вывороченному куску пола, парящему сукровицей и техническими жидкостями по краям. Костяные зубья остались над головой и… Одного взгляда хватило, чтобы понять: корабль больше никуда не полетит.

Если раньше “Дракон” являлся квазиживым организмом, то теперь он стал изуродованным трупом. Половина корабля просто отсутствовала. Искорёженная рубка-голова медленно дрейфовала в стороне, разваливаясь на глазах и оставляя за собой шлейф обломков. Один из двигателей-лап искрил неподалёку, и на наших глазах вспыхнул синим пламенем, что быстро опало. Первого уровня кают-компании теперь тоже не существовало. То, что осталось, превратилось в мешанину камня, дерева, плоти, железа и чего-то плохо различимого, но оттого не менее тошнотворного. Удивительно, как нас не задело?

Легким жестом головы я попросил Аню подплыть к стене корабля и коснулся обледенелой и почерневшей чешуи, прощаясь… Возможно, я был не самым лучшим капитаном в отношении своего корабля. Да что там,

Но несмотря на весь трагизм, мы зависли на месте и любовались бесконечно-бездонной чернотой космоса. Жутко до дрожи от осознания простой истины: как бы ты ни всматривался в бездну мира, ты никогда не сможешь познать её полностью. Но оторваться и подавно не получалось, тьма космоса просто завораживала так и манящей бескрайней силой.

Корабль после взрыва медленно вращался вокруг оси, поэтому в какой-то момент через рваные края пролома корпуса, замещая величие пустоты, в область обзора попала Луна. На таком расстоянии она выглядела громадной. Отражённый свет чётко вырисовывал её поверхность: серую с тёмными шрамами кратеров и серебристыми оскалами гор.

Особый шарм картине придавали первые лучи Солнца. Они играли и переливались на медленно дрейфующих обломках корабля во взвеси из крови. А впереди, в отблесках светила, чётко сияла россыпь из множества маленьких точек – защитное минное поле. Не выдержав, я полез за телефоном, ибо такой вид требовалось сохранить.

– А вот это паршиво… – Аня взмахом руки указала на одну из ярких точек. Вглядевшись, я понял, что она неестественно быстро приближается к нам.

Девушка начала плести заклинание, дабы подбить объект на подлёте. Я жестом остановил её, ибо то, что приближалось, имело странную форму для мины. Через пару секунд мы поняли, что это, рассекая космическое пространство, летит Арлекино, отсвечивая металлическим телом, а на буксире тащит нечто серое и бесформенное. Спустя несколько мгновений стало очевидно, что он яростно жестикулирует и пытается кричать, хотя в вакууме, разделявшем нас, это и бесполезно.

– Арлекино тащит кого-то из наших, – первой поняла Аня, чьё звериное зрение работало на полную. – И, похоже, не в лучшем состоянии. Он требует, чтобы мы открыли доступ к одной из уцелевших палуб…

– «Грузовой трюм… Склады… Настя…» – проскрежетал мысленный голос Арлекино.

Я тут же озвучил всё для Ани. Фигурка киборга дрогнула и обмякла, а вокруг него в снежные хлопья превратилось такое же, как у нас, облако атмосферы. У Арлекино не осталось магии! Он и так почти всё потратил на последней магической тренировке, а бесчувственное тело рядом не помощник. Первым порывом являлось броситься навстречу! Но бессознательный Несуществующий поглотил бы наше защитное заклинание с ходу и тем убил бы всех, поэтому мы подчинились приказу – направились открывать проход в складское помещение.

На удивление, дверь в складской отек не только не пострадала, но и поддалась почти без усилий. Внутри присутствовал свет и не аварийный, а нормальный. Когда же мы ввалились кубарем, то обнаружилась и искусственная гравитация. Но самое главное, атмосфера, которая не спешила покинуть разгерметизированное помещение. Я почувствовал удерживающий магический барьер и лишь из-за того, что уже настроился пропускать сквозь себя заклинания, а не поглощать их, не снёс защиту.

Миг спустя воительница оказалась на ногах и стала что-то магичить – ей требовалось перехватить Арлекино и иже с ним. Набранный киборгом импульс привел бы того к кораблю – в открытом космосе погасить инерцию нечем. Однако направление необходимо корректировать, чтобы товарищ не стал частью космических обломков.

Я поднялся следом и в

Разряд неизвестного заклинания, направленный на соратницу, перехватил на вскинутую левую руку инстинктивно и вновь почувствовал сладостную, огненную боль. Но я не уничтожил смертоносную энергию, а, пропустив через себя, выбросил правую руку в сторону, откуда нас атаковали, возвращая заклинание. Что-то упало, но тут же шорох раздался с другой стороны – я развернулся и почувствовал: за спиной кто-то есть. Меня обманули.

Глава 3. Последний рывок дракона. (Омега) Часть 2.

После тренировок Арлекино подловить меня стало сложнее, поэтому дальнейшее происходило на вбитых рефлексах: обернувшись, ударил локтём в область шеи потенциального противника. Попал! Послышался вскрик боли, на пол змеёй упал свинцовый кнут всего в шаге от Ани, на которую и нацелен был удар. Следующим движением я подсечкой уронил противника, и рука с одним из ножей взметнулась для добивающего удара.

– Омега… – придушенный голос заставил меня остановиться. Я понял, что на полу лежит Настя. Сквозь адреналиновую пелену до меня дошло, что происходит. Я тут же отстранился.

Мат в свою сторону, возмущение выходкой Настей и приказ помочь Ане спасти киборга комом встали у меня в горле. А секундой позже, в дверь влетели тела Арлекино и Рахнеза… вернее, их внесло на хитиновой пластине от обшивки, которой управляла оборотень.

Это выбило магическую заглушку на проходе. Аня, ожидавшая подобного, мгновенно захлопнула дверь и припечатала каким-то мощным заклинанием, так что даже меня обожгли энергетические отголоски. Настя попыталась вскочить и схватить оружие, но Аня уже переключилась на угрозу, и один из скимитаров застыл напротив сидящей на полу Насти.

– Настя, что творишь? – медленно поднимаясь, устало поинтересовался я. – Я же тебя чуть не ранил!

– Омега, это я хочу у тебя спросить! – бросила на меня яростный взгляд Настя. – Ты сотрудничаешь с Аней?! Снова?

– Сотрудничает. Потому что мы оба пытаемся выжить. И используем все возможные для этого средства, – холодно припечатала воительница. – Например, вон Арлекино и Рахнеза спасли… Да и ты можешь пригодиться, если перестанешь брыкаться!

Настя чуть не зашипела от подобного обращения. Напряжение чуть ли не в камень превратило безоружные кулаки. А взгляд метал молнии почти физически. Было видно, что магичка готова порвать врага! Она ни на йоту не верила в её добрые намерения. Она ждала предательства!

И я её даже отчасти поддерживал: Аня нас предаст! Однако не здесь. Не сейчас. И не Куполу. Мы все в одной лодке: либо погибаем на корабле – это никому не нужно, либо у нас выходит добраться до Луны и спастись – тогда у всех появится возможность для продолжения спора! Купол же в данной ситуации ничем не поможет, разве что попытается добить.

– Анастасия, ты ведёшь себя глупо. Успокойся! – поставил точку в немой сцене Арлекино, сев со скрежетом в металлических членах. – Мы все прекрасно знаем вашу “сложную” историю взаимоотношений. Потом успеете разобраться, если будет это потом! Сейчас не время для споров, нужно оставить личное в стороне! И уж тем более не стоит привередничать, когда тебе предлагают помощь!

– Арлекино, вы тоже? – даже отшатнулась Настя от слов киборга. – Но вы же сами осудили её на смерть! – пылающий взгляд метнулся на него.

– Анастасия, если хорошо припомните давешний разговор, то во время высказывания моего мнения нас прервал Министр. Так вот я, пожалуй, закончу свою мысль сейчас, – металлический бесстрастным голосом заговорил Арлекино. – Моё мнение такое: девушка умна и сильна, она настроена против нас, поэтому опасна – самый простой выход из ситуации – казнь. Однако, это самосуд! – Настя поёжилась под взглядом немигающих глаз киборга. – Но! Мы недалеко от лагеря Чистых, где имеются судебные органы власти, которые в рассмотрении данного вопроса куда более компетентны. Они и вынесут приговор, исходя из всех данных!

– Но… – задохнулась Настя.

– Есть сомнения, относительно закона Чистых… закона вашей новой родины? – с интересом уточнил Арлекино. От холода, сквозившего в его словах, Настя отрицательно замотала головой. – Вот и отлично! А теперь займитесь Рахнезом! Медик вы или нет? Не меньше пары минут до моего прилёта он пробыл в открытом космосе. Даже мне, как киборгу, открытый космос не особо полезен!

Настя, явно недовольная общим решением, тем не менее подчинилась диктату большинства и, поднявшись, направилась к Рахнезу. Мы же с Аней помогли встать Арлекино.

– Рад, что вы справились без моей помощи, – прошептал он, так чтобы не услышала Настя. – Ещё и на ваше спасение у меня не оставалось ни сил, ни времени…

– «А что не так со временем?» – насторожился Альфа.

– Взрыв лишил нас средств управления. Мы дрейфуем. Осталось не больше получаса до того, как мы налетим на следующую мину и тогда… – заканчивать желания ни у кого не имелось. Скрипуче вздохнув, Арлекино обратился к отстранившейся от Рахнеза девушки: – Настя, вижу, ты сумела настроить некоторые функции склада, сможешь разобраться с оставшимися двигателями и доставить нас на Луну?

- Раньше кончится жизнеобеспечения, чем я разберусь, – безнадёжно махнула рукой Настя. – И нет, Рахнез не поможет. Он сильный. Он жив. Но из-за того, что кислород долго не поступал к мозгу и других более мелких повреждений, он в коме. Выводить из подобного состояния искусственно опасно, это его, скорее всего, убьёт. Да, если честно, не вижу большого смысла…

Арлекино даже слова сказать не пришлось, лишь едва заметно повел плечами и скрипнул сервоприводами, чтобы Настя нехотя продолжила.

- Даже если я каким-то чудом активирую двигатели в хвосте и в одном из

– Отставить панику! – жёстко рявкнул Арлекино. – Не сметь ставить под сомнение Чистых! Если не помогают, значит, есть причины! Лучше думайте, может, имеются какие-нибудь варианты из совсем безумных? Анастасия, есть шанс использовать космическую телепортацию? Анна, возможно, у вас имелись пути отхода, дабы не быть пойманным при подлёте к Луне?

- Я надеялась уйти через телепортацию… Но имелся и запасной план, - неожиданно спокойно согласилась оборотень. – Под руководством Купола я сумела сделать и организовать что-то вроде спасательной капсулы! Там я скрывалась всё это время. Там я установила датчики перехвата сигнала. Моё средство отступления на самый крайний случай, если бы вы меня не выманили!

- Самодельный мусор… Развалится! Если оно вообще работает! - раздражённо и пренебрежительно отозвалась Настя. – Хотя если ты вывела туда системы управления…

– Где? – Арлекино интересовали факты. Он уже поднял с пола бесчувственное тело зеленокожего гиганта.

– Хвост “Дракона”. В глубине технических помещений. Пошлите, я покажу…

Я чуть не засмеялся и только неимоверным усилием воли сумел удержать строгое, чуть недовольное выражение лица – я искренне восхищался умением Ани играть с информацией. Готов даже поверить, что воительница знала о возможном взрыве корабля.

Мы немного попетляли среди ящиков и попавшего на борт груза, пересекли складское помещение и оказались у едва различимой дверки в технические застенки корабля. Ещё одни костяные створки, которые сносить только взрывом. Но Аня поколдовала десяток секунд над замком, и перед нами открылся узкий проход среди кабелей, вен, труб, нервов и проводов к хвостовому двигательному отсеку.

Проход, пару раз вильнув, вывел в отсек спасательной капсулы на трёх человек. Одно костяное кресло в глубине помещения перед множеством тускло светящихся экранов, которые висели на проводах и каких-то трубках. Второе место – деревянный стул, больше висящий, чем стоящий в закутке. Ещё одно место – кресло изо мха, неизвестно откуда утащенное и приспособленное под кровать, даже стояло рядом с пульсирующими мышцами излучающими тепло. Обстановка больше походила на спальню, в которой что-то взорвалось: элементы туалета, обитавшей здесь Анны, разбросаны повсюду, и хоть их немного, но они органично заполняли всё пространство. Аня готовилась сбегать не в одиночку, но явно не так спешно!

– Прошу прощения за бардак, – пролепетала смутившаяся и даже покрасневшая воительница, торопливо попыталась привести помещение в порядок. Но в подобном хаосе это являлось бессмысленным занятием. – Гостей сегодня я не ждала… Вы уже должны были находиться под стражей в Куполе… А здесь я бы потом убралась. Честно!

– Настя, за командира, – не обращая внимания на хаос, строго начал распоряжаться Арлекино. – Проверить системы. И, прошу, быстрее! – сам киборг стал устраивать тело Рахнезо в ближайшем кресле, отправив в короткий полёт что-то из нижнего белья Ани.

– Так точно, – откликнулась Настя, бросила на Аню презрительный взгляд и, протиснувшись к пульту управления, завозилась там.

– «Из нашей подруги та ещё хозяйка…» – задумчиво протянул Альфа. – «Значит, ты у нас будешь хранителем очага!»

– «Ага. Тогда ты станешь той неизвестно фигнёй, которой протирают пыль», – я рухнул в свободное кресло, предварительно сбросив кусок позавчерашнего пирога из консервированных яблок, на приготовление которого потратил более двух часов!

– А он был вкусный… – проводив взглядом пирог и вновь обернувшись ко мне, как-то совсем грустно и растерянно призналась воительница, после чего опустилась мне на колени. – Честно, мне понравилось! Только я больше люблю с абрикосами…

– Абрикосы не обещаю, – прошептал я на ухо девушке. – Но приличный ужин постараюсь организовать. Если выберемся, – и, не выдержав, улыбнулся, наблюдая за меняющимся лицом Ани и начавшим вилять хвостом.

– Как ни странно, но все системы в норме! Ресурса должно хватить до Луны даже с некоторым запасом! – громогласно возликовала Настя. – Можем улетать!

– Отлично, – Арлекино, закончивший с зелёнокожим гигантом, уже стоял у магички за плечом. – Тогда не медли! Если всё нормально пройдёт, то я помогу с курсом до базы Чистых на Луне…

Раздался дикий скрежет. Глухие хлопки каких-то взрывов. Хвост задрожал в судороге. И стены в буквальном смысле сомкнулись, отсекая спасательную капсулу от остального корабля и одновременно герметизируя её. Секунду спустя мы почувствовали лёгкий толчок – расстыковались, а следом к гудению систем управления присоединился гул двигателя. Внутри помещения стало ощутимо теплее как от обычного нагрева, так и от магической энергии. Арлекино что-то быстро забормотал, корабль одновременно с этим дёрнулся и, набирая скорость, двинулся в полёт – теперь мы зависели от навыков, приобретённых Настей за последнюю неделю.

– Успели, – облегчённо выдохнул Арлекино через пару минут пути, и одновременно со словами нас солидно тряхнуло, но Настя сноровисто выровняла капсулу, а киборг спокойно отошёл от системы управления. – Остатки корабля уничтожены миной. Мы сошли со стационарной орбиты и начинаем снижение. Мины нам больше не страшны. Осталось при приземлении пройти зенитную защиту из лазерных турелей, и мы на месте!

Слова киборга прервал пронзительный дребезжащий звук, полный помех, сквозь которые прерывисто слышалась речь. И насколько я мог судить, в ней передавался сигнал бедствия…

Глава 4. Мягкая посадка (Альфа)

Треск помех и давящая на сознания трель перемолотой помехами речи резко стихли. После почти десятиминутной какофонии показалось, что вместе с этим умерли все звуки. Даже спасательный челнок стал кряхтеть тише. Мы же сидели, боясь вздохнуть от напряжения, и наблюдали за Арлекино, застывшим над пультом управления, как истукан. Мы разобрать в речи ничего не могли, но вот киборг! Ожидание результатов переговоров задерживалось…

– Что за бред?! – ровно через десять секунд с диким рёвом Арликино отстранился

– Мы почти на месте, если не менять курс, то осталось двести секунд…

– Сейчас с базы придут данные по параметрам спуска – используй их! – проскрежетал Арлекино. – Настя, задача сделать всё возможное, но протащить нас на базу!

– А что насчёт… – Настя подавилась словами, перехватив огненный взгляд Арлекино, и судорожно сглотнула. – Поняла. Вижу данные. Начинаю работать с новой информацией.

– В чём проблема? – Омега не скрывал волнения.

– На базе, как я и боялся, произошла авария. Очень крупная… короче, сейчас не до подробностей! – киборг прикрыл глаза, явно пытаясь собраться с мыслями. – Главное, что из-за неё почти все системы накрылись. Поэтому мы так долго не могли выйти на связь. И именно поэтому система защиты нас ещё не уничтожила. Когда мы установили контакт, нам в помощь переключились все ресурсы Чистых… но честно говоря, они крайне малы!

– Проклятье! – вклинился голос Насти. – Несколько лазерных турелей системы защиты всё ещё активны и начали обстрел… – корабль дёрнулся, послышался душераздирающий треск и грохот. – Мы подбиты, держитесь, прилунение будет жёстким!

Корабль затрясло как в эпилептическом припадке. Но я всё равно вглядывался в экраны перед Настей и видел, как наше утлое судёнышко стремительно падает на лунную поверхность, а безжалостный холод космоса рассекают синеватые сгустки плазмы, что неслись откуда-то снизу.

Уклонения от снарядов больше походили на рывки от взрывов. Внутри дым забивал дыхание и застилал глаза. Проводка искрила. Трубы полопались, и из них дождём лилась смесь машинного масла и сока. А плазма пролетала в считаных метрах от нас, порой сжигая пласты защитного хитина.

А затем случился «Удар». Именно с большой буквы. Перегрузки, которые до этого компенсировал корабль, теперь вдавили нас в кресла, чуть не размазав по салону тонким слоем. Вот только нам «повезло» приземлиться на край лунного кратера…

Нас тащило по крутому склону, а обрубок хвоста вспахивал скалистую почву. Однако гений Насти не дал нам сгинуть: выброс энергии… или, может, взрыв? Но мы продолжали уворачиваться от плазменных выстрелов, что оставляли чёрные оплавленные кратеры за нами.

Тряска, болтанка и множество мелких вещей превратили хвост дракона в подобие миксера, а от грохота чуть мозг не взрывался. Наше убежище частично деформировалось. Мы услышали, как воздух со свистом покидает помещение, и декомпрессия попыталась разорвать нас на кусочки. А через несколько мгновений подоспел жуткий, космический холод, сковавший тело и мысли. Все прелести космических путешествий свалились на нас разом.

Омега отключился в первые секунды: размеры человека заставили его принять почти весь физический натиск, однако тем самым он защитил меня. Но и я находился на грани: нехватка кислорода убивала меня. Я чувствовал, как любая попытка действия заставляла мышцы взрываться от боли, кости крошиться, кровь вскипать и испаряться прямо в жилах, органы просто превращала в кисель, и даже шерсть становилась наждаком, раздирающим тело.

А затем на одно мгновение движение прекратилось…

– Альфа, в Феникса и наружу! – проскользнул в разряженном воздухе крик Арлекино, который, несмотря ни на что, недвижимо стоял посреди корабля. – Аня, магическая защита

Тьма, почти накрывшая сознание, отступила – я мог что-то сделать. Я был нужен! Сила Феникса являлась моим благословением и моим проклятьем, дарованным самим временем вместе с телом животного. Я жалел, что не могу часто пользоваться этой мощью: требовалось впитать очень много чужой магии, да я и сам после каждого превращения был чуть живой, приходилось порядочно отлёживаться. Но сейчас…

Усилие, и крохи магии, что я скопил за время тренировок и в течение сегодняшнего утра, волной бережно взлелеянной боли поднялись во мне. Мощь вспыхнула с невыносимой силой и, повинуясь холодному разуму, испепелила естество ласки, превратив в пыль. В ничто! Невообразимая лёгкость и энергия наполнили меня, ибо больше не имелось оков бренной плоти, я стал одной из первооснов… только вот какой на сей раз?

Мне требовалось доставить нас к цели! Анализ ситуации, возможностей и целей привёл к самому простому и одновременно невозможно сложному решению – в этот раз предстояло воплотить в себе «энергию»!

Только я это осознал, как отпущенная на свободу магия принялась воссоздавать меня в наиболее удобной для действия форме. Тело стало ослепительно-белой шаровой молнией – сгусток чистой энергии! Плотными каскадами синеватых разрядов расправились крылья. Хвост вспыхнул ломаными линиями грозовой молнии. Когти, наоборот, воплотили в себе абсолютную тьму, место, где нет ни капли энергии. И лишь голова не обрела видимой формы в этом мире, ибо являлась воплощением хаоса вероятностных энергетических систем квантового мира.

Единственное, что осталось от меня прежнего, так это ошейник на шее. Похоже, Настя в его состав добавила свинца – элемент, на который не действует магия, дабы я не потерял подарок. Феникс возродился!

Перевоплощение заняло меньше десятой доли секунды, но я успел напоследок бросить взгляд на Настю и Аню. Первая обвисла в кресле пилота, по лицу стекала кровь – пульт управления взорвался, и девушка не успела защититься. Вторая уже творила какие-то защитные заклинания. Сердце желало помочь товарищам, но разум заставил просочиться сквозь трещины в обшивке наружу – там я нужнее.

Сотня оттенков безжизненной серости встретила меня. Залитая солнцем серость пустыни справа и слева, лишь изредка становилась чуть темнее и холоднее от теней редких каменных обломков. Позади серость неровная, рваная и очень густая – это вспаханный кораблём грунт разлетелся ошмётками, а поднятая пыль застыла пологом, не давая ничего разглядеть. Впереди серость становилась рельефной и многогранной, ибо сейчас корабль несся к смутным теням огромных шпилей, массивных параллелепипедов и правильных полусфер – строений, что являлись целью пути.

Единственное, что выделялось из общей серости бытия, так это огромные сверкающие металлом башни, расположившиеся на краю кратера, в который мы спускались. И по тому, как вершина одной из дальних башен поворачивалась к нам, наливаясь неестественным синеватым светом, я посмел предположить, что это и есть защитные турели.

Основное достоинство Феникса – огромная энергия, высвобождаемая в едином порыве. И хотя она не выражается в чём-то особо изящном или сложном, однако этого и не требуется. Вот и сейчас, я совершил ту единственную глупость, что оставалась доступна – ударил своей энергией по кораблю, ускорив и без того бешеное движение. Понимая, что очередного плазменного заряда, удара или просто сильного сотрясения корабль не выдержит, я расправил крылья и обхватил ими корпус – мне предстояло управлять дальнейшим

Сзади пронеслась плазменная вспышка от защитной турели. Скала в половину нашей спасательной капсулы превратилась в лавовый дождь и осколки. Я поразился как мощи местного оружия, так и прочности корабля, что выдержал не только первый снаряд, но и то, что за ним последовало.

Больше отвлекаться времени не осталось. Первым делом впитал магию, что ещё оставалась в двигателях и системах спасательной капсулы. Затем принялся работать с энергией: перегонять потенциальную энергию и тепловую от трения в кинетическую энергию движения. С импульсом дело обстояло сложнее, по прямой двигаться было нельзя – турель пыталась нацелиться, и приходилось петлять, что сильно снижало производительность.

Спустя несколько секунд почувствовал, что Аня закончила защитное заклинание. С огромным трудом я преодолел желание поглотить его энергию через человека и восполнить быстро таявшие силы. Однако вместо этого заставил второе “я” стать частью заклинания.

Одновременно с этим открылись новые возможности: несколькими взмахами когтей я отсёк от корабля верхнюю часть и максимально много с боков, тем самым уменьшив вес и увеличив скорость движения. Единственное, о чём жалел, что не могу перевести выкинутую массу в энергию, для придания дополнительного ускорения! Однако это являлось слишком опасной манипуляцией.

Самодельные санки неслись по склону как настоящий болид. Разве только в жутчайшей тишине. Вот только трение медленно, но верно заставляло скорость падать. И это несмотря на то, что я старался не упустить ни капли энергии. Но как гласит второй закон термодинамики – нельзя перевести всё тепло в работу, даже с помощью магии, всегда и везде есть потери!

Очередной всполох выстрела защитной турели обжёг отголосками излучениями. Я увидел, как лицо Ани побледнело, а на лбу выступили крупные капли пота. Ей с гигантским трудом удавалось поддерживать жизнеобеспечение.

– «Альфа, подставься под выстрел! Поглоти его энергию и используй!» – раздался в сознании мысленный голос Арлекино, несмотря ни на что, твёрдо стоящего в центре разрушенного корабля.

– «Это безумие!» – с трудом сформулировал я мысль.

– «Мы преодолели только две треть пути до центра кратера, где нам могут помочь, а сил у тебя почти не осталось!» – киборг знал о моих слабостях не хуже меня. – «Решайся!»

Размышлял я недолго и, плюнув на всё, решил попробовать. Однако если собой и даже Омегой можно было рискнуть, то Аней и тем более Настей – нет. Поэтому, как только заметил, что турель произвела новый выстрел, рванул ему навстречу, не дав себе времени даже на испуг.

Столкновение я ощутил, как невероятный прилив сил! Плазма – практически концентрированная энергия: кинетика высоких температур и электромагнетизм ионной составляющей. Этого должно хватить!

Однако стоило мне приблизиться и влить новую энергию в опасно замедлившийся обломок корабля, как ощутил – с магией что-то не так. Уже в следующую секунду потоки энергии внутри меня взбунтовались, и в разные стороны из тела Феникса стали бить ослепительные молнии, унося не только силы, но и чувство уверенности в своих возможностях.

Первой жертвой вырвавшихся из-под контроля сил стал Арлекино, что возвышался посреди корабля – когда заряд прошёл сквозь него, он поднял на меня взгляд, в котором показалось удивление и обида, после чего без чувств рухнул. К моему облегчению Аня сориентировалась тут же и поставила защиту от молний,

Очередного выстрела плазменной турели я ждал в равной степени, как благословения и проклятья. Без энергии доставить нас к центру кратера не имелось даже шанса! Оставалась ещё километра три по самой пологой части кратера. Одновременно именно после того, как я поглотил выстрел, во мне начала бушевать энергия, и с каждым мигом всплески причиняли всё больше боли. Да и в движении корабля появилась хаотическая составляющая, с которой я не мог справиться… однако выстрела всё не происходило!

– «Неужели сломалась? Или кончилась энергия?» – промелькнула со смесью страха и раздражения мысль, когда я бросил мимолётный взгляд на турель, всё ещё следящую за нашим движением, однако уже не подготавливающую выстрел. – «А может?..»

Вокруг идеально ровная поверхность. Без единого камушка, хотя местами прорезанная сетью трещин. В лучах солнца она матово поблёскивала, почти как зеркало. У нас за спинами остались первые, ещё редкие и небольшие строения... Именно в этот момент Аня потеряла сознание, и её защитное заклинание стало осыпаться. Маленькие искорки и хлопья снега. Красиво... и до невозможности жутко.

Я отчётливо осознал, что несмотря на все мои усилия, ещё немного, и энергия внутри Феникса совсем перестанет быть управляемой. Тогда я могу ни много ни мало взорваться – не только молнии, но протуберанцы чистой энергии плавали грунт рядом со спасательным челноком!

Осознание этого заставило меня не на шутку испугаться. Я чуть не потерял контроль и прямо на ходу не перевоплотился обратно в Альфу. Однако от меня всё ещё зависели товарищи, и тогда я решился на отчаянный шаг: резко изменив направление, устремил движение корабля к ближайшему строению – полусфере диаметром раза в полтора больше наших самодельных санок. Сам я рванул вперёд и почти всю энергию, что ещё оставалась, потратил на то, чтобы локально увеличить потенциальную энергию земли в этом месте. К великому облегчению сил хватило, и земля провалилась в темноту, а навстречу рванул плотный поток воздуха. Тут же остатки корабля исчезли в провале дыры, тогда я ударил всеми остатками сил и обрушил проход.

Дальнейшее не запомнил, ибо вместе с силами меня покинуло и сознание. Однако одно знал чётко – я сделал всё, что мог, и доставил нас в подземное нутро базы Чистых.

Глава 5. На старт. Внимание... (Омега)

– Да вашу суть! – только и смог я простонать, когда в нос ударил противный, буквально выворачивающий наизнанку запах. – Лучше добейте сразу, нежели мучить. Я ведь чую, мне недолго осталось...

Пустой желудок сжался в болезненной судороге. Преодолевая туман в голове, я опрокинулся набок, где меня вырвало желчью и кровью.

– Жить будет, – раздалось надо мной облегчённо, и в дрожащем голосе я признал Настю. – Пусть только пару минут оклемается.

– Отлично. Подождём. А пока займись Аней! – речь Арлекино оставалась металлически бесстрастной, но мне показалось, что

– Да что с ней возиться. Сама очухается, – фыркнула лекарша. – Внешних повреждений не видно, а отключилась из-за банального перенапряжения… Лучше и вовсе добить, чтобы не мешалась!

– Между прочим, именно она и Альфа спасли нас! – строго оборвал поползновения киборг. – Если бы не они, мы околевшие лежали бы на поверхности Луны! Так что побольше уважения!

– Было бы ей уважение, если бы подольше продержалась, – бубнение Насти стало отдаляться.

Я с трудом разлепил глаза. Обломки кресла на костяном полу, закопчённом до черноты. Несколько хитиновых стенок обшивки и труб торчали чуть в стороне из капитального каменного завала. Дым из обломков и практически осевшая пыль. Завершали картину катастрофы фрагменты оборудования, в прошлом технологичного, но сейчас разбитого под градом камней.

Но разгром и куча камней в центре помещения не умоляли простора зала и монументальность высоких арочных потолков. Вот только в сочетании с холодным светом, что излучали стены, чем-то похожие на белые больничные коридоры, обстановка рождала в груди чувство иррационального страха и неприязни.

– «Альфа», – воззвал я мысленно, потянувшись рукой к шее, где обычно отсиживался компаньон.

Товарища на привычном месте не нашлось. Нутро скрутило от волнения. Я попытался подняться, но тут же осел, не сумев совладать с пустившимся в пляс пространством. На миг показалось, что на базе Чистых проблемы с гравитацией… Но Настя передвигалась нормально, так что проблемы явно со мной.

Стоило мне упасть, как взгляд сместился, и я обнаружил ласку в одном из непострадавших кресел, где она свернулась клубочком. Внутри словно расслаблялась сжатая пружина, когда я погладил товарища. Одновременно ко мне стали перетекать воспоминания о случившемся, и я принялся за более пристальный осмотр.

Рахнез обнаружился тут же, пристёгнутым ко второму креслу, – не помер и хорошо. Аню положили в стороне от завала, прямо на полу, где Настя проводила осмотр. Арлекино найти не удавалось до тех пор, пока прямо напротив останков корабля я не заметил искорёженный прибор, в который частично вдавило обломки «хвоста Дракона».

В рисунке повреждений мне почудилось что-то смутно знакомое. Приподнявшись и вглядевшись внимательнее, я различил чёрный контур, отдалённо

– Запомни: надо пристёгиваться! Особенно на падающих космических кораблях, – заметив мои ошалело-округлившиеся глаза, прокомментировал ситуацию киборг.

В назидание он поднял обломанную почти до локтя и оплавленную до черноты, собственно, как и всё тело, правую руку. Судя по всему, при экстренном торможении его впечатало в прибор, при этом повезло напороться на несколько штырей, которые пробили киборга насквозь – я видел обломки, торчащие из разных частей Арлекино. Затем его бок и одну из ног придавило обломками «Дракона». Теперь он завис в полуметре над землёй, искорёженный почти до неузнаваемости.

– А ты, это… как? Нормально?

– Знаешь, спина чешется. Похоже, один из штырей прошёл недалеко от спинного мозга, – проскрежетал пришпиленный киборг, и я не смог понять, шутит он или нет. – А в целом неплохо: мозг ни у меня, ни у отражения не пострадал. Остальные системы можно заменить, – мордочка змеи вылезла у Арлекино из-за плеча и в подтверждение зашипела. – Сейчас ты оклемаешься, Аня придёт в себя, и вы вместе с Настей поможете мне слезть. Тогда двинем дальше…

Я ещё раз взглянул на кусок космического корабля, который только каким-то чудом не превратил киборга в груду металлолома. Охре… Ошалел от масштаба задачи. Осознал, что всё ещё нахожусь в шоке и туго соображаю. Подобрал из кусков битого бетона свою челюсть и осторожно уточнил.

– А это… с помощью магии никак?

– Занимательная мысль… и как это я не подумал? – как мог, кивнул киборг, а мне показалось, в голосе промелькнула насмешка.

В уцелевшей руке полыхнула россыпь искр сине-зелёного цвета. Закружилась вихрем. Налилась цветом… И неожиданно взорвалась, разлетевшись фейерверком искр!

Руку Арлекино тряхнуло, но на металле осталась лишь подпалина и неглубокая вмятина. Однако там, куда попади «искры» фейерверка, камень, металл и пластик начали плавиться. Сразу несколько магических крупиц коснулись пыльного кресла, валявшегося на полу. Спинка и сиденье странным образом распалась на десяток лепестков, а затем лепестки переплелись между собой и превратились в пугающее своей неестественностью макраме. Кресло завязалось узлом!

– Здесь не работает магия. А что срабатывает, то принимает самые непредсказуемые

Я перевёл взгляд на девушку и с запозданием понял, что на голове у Насти повязка, пропитанная кровью. А стоило магичке сделать несколько шагов, и я заметил, как она пытается скрыть боль, невольно держась за грудь. Также от внимания не укрылось, что в прорехах подранной одежды проглядывает плотная фиксирующая повязка на ребра. Для мага и тем более медика это выглядело более чем странно – по спине побежали мурашки.

– Похоже, именно из-за подобных магических сбоев мы и не смогли добраться до цели, – поделился мыслью Арлекино. – Меня предупреждали о подобном, когда мы вышли на связь с базой, но я, честно говоря, не особо поверил...

Признание киборга прервал скулёж. Сначала мы даже не поняли, где источник, но стоило вклиниться рыкающе-лающим звукам, как взгляды обратились на Анну, что билась в истерике.

– Настя, это, по-твоему, всё в порядке? – рявкнул киборг. – А ну помоги ей!

– Я могу помочь с физическими повреждениями, но психи – не мой профиль! – безжалостно сверкнула золотом глаз Настя и, принципиально не обращая внимания на бывшую подругу, направилась проверять состояние Рахнеза.

Мы с Арлекино переглянулись. Поняв, что злость и открытая враждебность ни к чему не приведут, Настя перешла к тактике игнорирования, а при невозможности полнейшего презрения в сторону противницы.

– Нет! Нет! Это не поможет! Это убьёт тебя! Прошу, остановись... – воительница рывком села на месте, и в её глазах клубился первобытный, животный ужас.

Требовалось помочь Ане. Ничего не оставалось, как через силу подняться и, пошатываясь, поковылять к воительнице. Пытаясь успокоить и утешить оборотня, я сжал плачущую девушку в объятьях и одними губами стал шептать что-то ласковое и бессвязное, одновременно нежно гладя по голове...

Именно в этот момент я почувствовал насколько она мне дорога! Я ощущал запах луговых цветов от волос. Тепло нежной кожи. Упругость молодого прекрасного тела. Но сильнее всего душу рвала нежность к той слабости и беззащитности, что скрывалось под покровом воинственности. А также желание возродить и уберечь хрупкий образ спокойствия и доверия в этих глазах!

На несколько секунд мне показалось, что мы остались

– Сейчас не место и не время… – заставил меня сдержаться слабый голос. Я невольно улыбнулся, прочитав в глазах Ани отклик на невысказанное. – Здесь Настя, так что отпусти, пока она не обернулась, – хвост девушки мягко скользнул по руке, успокаивая. – Дай мне минуту.

Вот только времени у нас оставались сущие крохи. Шум, вызванный нашим прибытием, не остался незамеченным... В наступившей на несколько секунд тишине отчётливо раздался отдалённый гул, продирающий до костей своей невозможностью. А затем скрежет металла…

Литая створка, блокирующая вход в лабораторию, начала медленно прогибаться в углу, а сквозь образовавшуюся щель пробился одинокий красноватый росток. Цвет растения был непривычен, но объясним отсутствием солнечного света при росте. А вот жуткая мощь, корёжащая металл, пугала.

Силы уже достаточно вернулись ко мне, а вспышка чувств придала мотивации действовать, поэтому я поднялся, желая разогнать кровь. Настя закончила с Рахнезом и направилась к Арлекино, желая как можно скорее решить его проблему. При этом ни жестом, ни взглядом она не позвала на помощь ни меня, ни тем более Аню. А когда я поспешил присоединиться, то по её задумчивому лицу понял – опять что-то не так.

– Какие-то проблемы? – поспешил я поинтересоваться, примериваясь, как лучше ухватить киборга.

– Рахнез, – скользнув по мне взглядом, нехотя заговорила девушка. – Из-за исчезнувшей магии регенерация учителя прекратилась. Его состояние начинает ухудшаться. Да и перипетии приземления повлияли не лучшим образом. Ему срочно нужна помощь Чистых, так как рисковать лечебными заклинаниями я не могу.

– Это паршиво... а как ты сама?

– Обо мне не беспокойся! – ощетинилась подруга, и я окончательно убедился, что моя скромная персона опять успела где-то накосячить.

Я открыл рот, желая настоять и выяснить: что не так? Но тут перед мысленным взглядом промелькнула картина, как минутой ранее магичка отмахнулась от Ани, которой требовалась помощь. Всё желание лезть исчезло мгновенно. Я захлопнулся, решив, что девочка достаточно взрослая, чтобы разобраться со своими проблемами, а в крайнем случае я всегда рядом и по первому слову помогу.

Мы с девушкой ухватились: я

Вот только десяток сантиметров спустя заскрипел металл обломка «Дракона» и качнулся в нашу сторону. Мы прыснули в разные стороны, а Арлекино, которому некуда было деваться, вжало обратно!

- Не подходить! – рявкнул Арлекино, и мы отшатнулись. Киборг пояснил спокойнее: - При следующей попытке завалит нас всех. Вам придётся уходить без меня и найти помощь.

- Серьёзно? На базе, которую мы не знаем? Где нас могут принять за врагов? После того как произошла авария, которая не позволяет магии работать, зато порождает таких существ? – я кивнул в сторону «побега», в щебень превращающего пол и кусок стены. – Тут вообще хоть кто-то выжил? Или нас ожидает только мёртвая база?

- Выжившие есть. Так же как и безопасное место, - киборг оставался собранным и деловитым. – Вам нужно в Административный центр, что в сердце комплекса. На «Драконе» я вам рассказывал про устройство базы, так что не заблудитесь! Именно там находятся Чистые. Они знают, что мы прибыли, так что могут выслать помощь навстречу!

- Может, тогда их здесь и дождёмся? Оставлять вас одного… кажется не лучшей идеей, - Настя нервно покосилась на росток, ухватившись за рукоять своего пояса-кнута.

- Оставаться нельзя! Вопрос «помощи» крайне зыбок. Мне сообщили, что во время аварии вырвалась энергия неизвестной природы – это привело не только к искажению магии, но к проблемам с электроникой. Но хуже всего, что часть помещений базы разрушены и разгерметизированы. И возникли некоторые другие “особенности” базы. В чём их суть, не в курсе, но они напугали неслабых воинов и магов!

Теперь взгляды невольно устремились на раскуроченное кресло и вновь на «росток», что пустил новые усики-побеги. А затем перешли на Рахнеза. Как-то без лишних

- Я останусь их защищать! – решительно заявила Настя.

- Нет! – спокойно припечатала Анна. – Ты пойдёшь с нами.

– Ты?! Да какое ты право имеешь мне указывать?! – не выдержав, вспылила разъярённая Настя.

– Настя, прошу, успокоиться, – не сдержал уже я раздражения. – Аня – воин, причём после Арлекино, лучший в группе. А сейчас мы находимся на враждебной территории, и её опыт может нам пригодиться!

- И если она не хочет разделять силы, то я её поддерживаю! – поставил финальную точку спора Арлекино.

Настя недоверчиво, словно впервые, взглянула на меня. Открыла рот, чтобы сказать резкость, но поймав на себе взгляды оставшейся части команды, сдержалась и лишь отвернулась. Однако я всё равно почувствовал за собой вину, за невольно нанесённую обиду и ту волну недовольства и непонимания, что излучала Настя.

Глава 6. Прогулка в зелёном аду. (Омега)

Дверь открывалась с трудом. Вернее, выбивалась. Умершая электроника не позволяла открыть вход кодами доступа Арлекино, а разрастающийся «побег» не вызывал желания заниматься починкой или сложной механикой. В очередной раз ситуацию спасли мои запасы взрывчатки.

Когда пыль осела, то в обрамлении щербатых створок лаборатории нам открылся коридор базы. Тусклый свет, исходящий, словно из потолка, освещал широкий проход, вдоль пола которого вилось несколько зелёных жгутов «побегов». В проходе они были заметно больше, что неудивительно: растения, когда-то стоявшие у стен в горшках и вазонах и украшавшие проходы, теперь превратились в растительные бомбы – побеги от них сетью оплетали куски стены и пытались забраться на потолок.

Первой выдвинулась Анна. Растения дрогнули. Несколько алых листочков с заострённой кромкой и парочка побегов с россыпью шипов заскользили в сторону воительницы. Но скимитары были наготове! Точный взмах и из разрезов закапал сок, зашипевший словно кислота. Но активная растительность отпрянула от хладного железа.

За воительницей выдвинулся я сам, помахивая саифом. Двигаться приходилось осторожно, дабы лишний раз не задевать побегов растений, что разрастались буквально на глазах, стараясь укрыть всё пространство коридора. При этом я вполглаза приглядывал за Настей, шедшей последней. Магичка то и дело оглядывалась. Лекарша переживала за Арлекино, но главное за Рахнеза. Зеленокожего гиганта мы аккуратно уложили в самодельные носилки, больше похожие на гроб, и подвесили в центре помещения. Мы не знали, чего опасаться, поэтому постарались максимально защитить бесчувственного соратника. Но чувство, что мы сделали недостаточно, всё равно подтачивало уверенность.

Я прижал руку к груди, где во внутреннем кармане потрепанной формы свернулся клубочком Альфа. Без него никуда!

К счастью, отвлекаться на лишние мысли времени было мало. Нам с Аней приходилось без устали махать клинками, чтобы хоть как-то расчистить путь. Кроме того, на стенах, где не имелось больших разрушений, и не всё заросло, расположились смутно знакомые картины. А стоило дойти до первого поворота, как попалась и статуя. Похоже, это были вывезенные с Земли перед падением злополучного астероида культурные ценности.

Один из метательных ножей взвился и пришпилил к картине Ван Гога “Ирисы” летевшую в нашу сторону бабочку с десятком щупалец вместо лапок и выпирающими жвалами, размером почти с мою голову – цветовая гамма картины почти не изменилось.

Доставал нож я с опаской и брезгливостью. Если в Куполе оживлённая и изменённая магией материя выглядела прекрасно, отточенная годами эволюции, то мутанты искажали само восприятие бытия. Вблизи существо выглядело ещё более омерзительно, возникло ощущение, что тварюшки больше не принадлежат миру живых – в их глазах не осталось разума, только боль и желание уничтожать. А ведь они постоянно ползали где-то на фоне зарослей, но раньше при нашем приближении сразу прятались.

Я сделал очередной снимок, и мы продолжили движение. Краем сознания я отметил, что монстров на пути больше, чем кажется – мёртвые туши встречались не раз. Мы видели, что, несмотря на мутации, погибли они неестественной смертью – это заставляло нервничать.

К счастью, джунгли практически полностью скрывали вид смерти, чей дух так и витал в

Большая часть пострадала от когтей и клыков. Но встречались твари обожжённые, разбитые на ледяные осколки и погибшие другими странными способами. Несмотря на то, что мы стремились в Административный центр, однако увиденное могло значить, что и на периферии базы могут остаться выжившие.

Анна подняла руку, и мы тут же замерли на месте. Я осмотрел проход впереди, но ничего опасного не заметил: обычные заросли, сетью покрывшие проход, лишь в нескольких местах распустились странные бутоны с зубами на листьях – к ним бы я не рискнул приближаться. Но ничего, чтобы не решили пару взмахов заострённой стали.

- Чуть заметная беловатая дымка, - практически прошептала Анна, острием скимитара указав направление.

Я смахнул со лба пот – из-за обилия растений сильно парило. Кислорода в атмосфере имелось больше чем нужно, так что приходилось постоянно бороться с головокружением, и заставлять себя сосредотачиваться на любом действии. Настя в начале пути обещала, что концентрация не опасна, но порой серая пелена застилала глаза, и шум в ушах не давал сосредоточиться. Вот и сейчас мне пришлось пару раз сморгнуть, прежде чем я заметил странность.

Возвращаться не хотелось. Но и переть напролом глупо. Поэтому я схватил обломок статуи, разрушенной плющом, и аккуратно закинул в подозрительное место. При попадании камня в дымчатую область в него мгновенно ударяли мощнейшие разряды молнии, пока он не превращался в плазму и не взрывался.

– Сильно ионизированное пространство, - с ходу выдала Настя. – Аномальные возмущения и искривления в пространственно-магическом фоне базы. Похоже, одна из «особенностей» аварии.

Теория возникновения «аномалии» - это, конечно, жутко интересно! Но меня больше интересовало: можно ли её как-то обезвредить или придётся возвращаться? Дымка занимала большую часть прохода, и я бы не рискнул протискиваться вдоль стен с учётом хищных алых растений. Я высказал свой вопрос во всеуслышание.

- Насколько могу судить, аномалии не полу-магической природы, - Настя с интересом разглядывало образование, порой подкидывая внутрь камушки под разными углами. – Сами физические законы, немного сошедшие с ума, но на Несуществующих они действовать не должны. Мне нужно немного времени…

Я кивал, вот только лезть вперёд и рисковать собственной шкурой не собирался. Вместо этого достал телефон и, сделав привычный снимок. После полез в записи, которые вёл ещё на «Драконе», когда Арлекино рассказывал о базе Чистых. По совету Альфы я решил вести дневник не только в форме фотосессии, но и в текстовом виде. Настя, впервые увидев мои литературные потуги, смеялась чуть не до слёз, однако мне нравился процесс – это успокаивало, придавало сил и уверенности. И вот теперь записи могли помочь разобраться с дальнейшим маршрутом.

«База разделена на три пространственных кольца. Внешнее кольцо – самое обширное. В его рамках находятся лаборатории. Чёткого разделения по направлениям нет, исследования многогранны и зачастую пересекаются. Однако имеются несколько «узловых» исследовательских центов, которые являются ориентирами во внешнем кольце.

Во-первых, лаборатории магии – изучение практической магии, а также разработка новых областей и способов её применения.

Во-вторых, лаборатория физики и химии – изучение теории и воплощение её на практике.

В-третьих, лаборатория математики – программирование, точные расчеты, а с недавних пор ещё и создание искусственного интеллекта.

И наконец, лаборатория биологии: медицина, генетика и генная инженерия».

У меня имелась и примерная карта расположения «узловых» центров, а перед выходом Арлекино сумел опознать лабораторию, в которую мы ввалились: «Отдел по изучению состава земной почвы». Одна из второстепенных лабораторий, между лабораторий «физики и химии» и «биологии».

С учётом того, что авария произошла где-то в области лаборатории «физики и химии», киборг рекомендовал двигаться в сторону биологического блока – там могли остаться уцелевшие. Но мы уже сбились с кратчайшего маршрута.

«Внешнее кольцо разделено на два уровня. Первый подземный, самый близкий к поверхности – наибольший по площади. Здесь проводятся теоретические исследования. Второй подземный – отведён под практические эксперименты и опыты.

Глубоко в недрах имелся и ещё один уровень… Хотя, вернее, будет «помещение» – реакторная. Как очевидно из названия, там находится реактор, вырабатывающий энергию на основе “Гелий-3”, а также основные технические средства обеспечения жизни.

Среднее кольцо имеет название «Сады». Там выращивались деревья, кусты, цветы, травы и прочие растения, чьи семена смогли спасти с гибнущей планеты. Главная задача – выработка кислорода. Обширный источник образцов и свежего продовольствия. Кроме того, там находилась и некоторая часть вывезенных животных, также используемых в пищу. Но многие любили это место, как локацию для отдыха. Самое прекрасное место на Луне.

В центре располагался Админстративный центр – место жизни и отдыха всех обитателей базы».

От чтения меня отвлёк свист скимитара Анны – девушка на лету рассекла паука… Именно на лету, ибо паук не только был размером со среднюю собаку, но и ещё имел две пары стрекозиных крыльев, чёрно-жёлтую расцветку в полосочку и как финальный штрих – жало. Чем глубже мы заходили, тем большее количество “мелких” мутантов встречалось на пути, и что интересно твари в основном из класса жуков.

Может показаться, что сухая география и нападения монстров – отвлекающие факторы. Но если вчитаться в текст, затем осмотреться и задуматься, то можно провести ассоциации между жутковатыми джунглями, что с нашего продвижения стали лишь гуще, и наличия «Садов». Очевидно, что источником джунглей являются «Сады», а значит, если мы хотим выйти к Административному центру, мы должны идти вглубь зарослей. А если ввести в уравнение «жуков», то я бы поставил, что они тоже из «Садов», а значит, продвижение вглубь не будет простым.

- Возвращаемся и идём через разрушенную лабораторию, - на основании новых вводных я мог на ходу корректировать маршрут, поэтому говорил уверенно.

Настя с неохотой оторвалась от аномальной игрушки, но без лишних споров и возражений. Двигаясь по новому маршруту, нам приходилось следить не только за вьющимися по полу и стенам побегам и жуками, скрывающимся в тенях и зарослях, но и за любыми странностями. Аня вообще взяла в привычку раз в десяток метров кидать вдоль маршрута камушек. И это приносило свои плоды!

Три поворота и одну разрушенную лабораторию спустя, очередной брошенный камень за метр полёта несколько раз заледенел, пару раз раскалился докрасна, а затем и вовсе обратился в прах. И лишь вглядевшись, с трудом удалось различить мутный, чуть дрожащий воздух – участок с нестабильной температурой.

- Настоящий капкан… Лабиринт смерти,

– Тише! – прошипела Аня. – Не нужно привлекать внимания! – и перерубила очередную лиану, попытавшуюся на неё оскалиться. – И чтобы ты не думала, но на моём счету всего пятеро. Каждый раз они не оставляли выбора: либо они, либо я!

– Значит, считаешь, что твоё существование стоит пяти жизней? – Настя снизила тон, хотя эмоциональный накал ничуть не уменьшился. – И, спорю, что ничуть о содеянном не жалеешь!

– Жалеть? Жалею и очень сильно! Но при необходимости я бы убила и больше, ибо тогда я находилась на службе и защищала не только себя, но и весь Купол – ради других можно пойти и не на такое! Встречный вопрос: а сколько на твоём счету?

– Ни одного! – гордо вздёрнула носик девушка. – В отличие от тебя, я ценю жизнь…

Девушки оказались остры на язык, и битва перешла в новую плоскость – чувства, эмоции и интеллект, раз грубая сила не могла помочь. Пикировка с переменным успехом продолжалась большую половину времени нашего похода.

Если честно, я радовался ей, – мало того, что она развеивала неприятную атмосферу, царившую в коридорах базы, но и показывала, что девушки хоть и не подруги вновь, но по крайней мере не пытаются друг друга убить.

– Ну, ну… моральные устои хороши, пока шкура в безопасности, и за неё сражаются другие. А когда приспичит, обагришь руки кровью и не поморщишься… ну, или умрёшь!

– Не сравнивай меня с собой! А за свои преступления ты ещё ответишь – у тебя не всегда будут такие хорошие покровители! – клинок дрогнул, перерубая побеги, и выбил искры о стену, а я на автомате сделал морду кирпичом. – Но, вообще-то, я начинала разговор с другой целью: хотела поздравить тебя, сегодня такой знаменательный день!

– И что же в нём знаменательного? – подозрительно уточнила Аня, сканируя взглядом окрестности у очередной развилки.

Из-за поворота выплыло сразу две паука-пчелы. Разговоры прервались, а мы напряглись… Гудя крылышками, монстры огляделись, а затем неспешно поплыли в нашу сторону. Каждый удар сердца отсчитывал уменьшающееся расстояние и время до атаки.

Но когда до нас оставался десяток метров, первая паука-пчела влетела во что-то переливчато радужное. И исчезла. Секунду спустя она появилась на пять метров ближе. Но стоило ей дернуться, как вновь исчезла и теперь появилась левее и на дюжину метров дальше. Вторая паука-пчела тоже влетела в радужную дымку, но ей не повезло сразу: половина тела взорвалась фаршем, появившись внутри стены. Но даже смерть не спасла монстра от телепортаций.

- Отступаем, - приказал я.

Плевать, какие квантовые законы тут сошли с ума, но меня не прельщало телепортироваться хаотичным образом, причём не всегда целиком, и так до тех пор, пока не обратился в неразличимую глазом пыль.

Но стоило нам отступить буквально за первый поворот, как Настя вновь вернулась к разговору:

– Анна, у тебя сегодня день рождения! Исполняется двадцать лет. Совершеннолетие по законам Купола! Знаешь, жаль, что ты не погибла сегодня – это оказалось бы так символично! Хотя ещё не вечер...

– Да? И вправду… – прозвучало несколько растерянно, и воительница свернула направо. – Как-то я совсем забыла за всем происходящим.

– Ты просто слишком много думаешь о других: то надо кого-то спасти, то уничтожить, а то интригу провернуть, – не удержавшись, заметил я. – Не удивительно, что на себя времени не остаётся.

Сквозь зубы я выругался, заметив под развесистым листом порядком подгнившую конечность. Взмахом клинка я располовинил цветок, нацелившийся плюнуть в меня ни то ядом, ни то шипом, и обрушил на труп ворох листьев.

– Кто бы говорил! – воительница жестом показала, что моя очередь избавляться от плотоядной растительности, и спокойно продолжила с чуть заметным ехидством в сетке лучиков-морщинок вокруг глаз: – Хотя, кое в чём-то ты прав, я слишком много нервов трачу на вас… Пожалуй, я начинаю жалеть, что ввязалась во всю эту историю. Стоило оставить вас двоих гнить в тюрьме, а с гильдией Предельщиков, принадлежавшей Рахнезу, мы с Министром как-нибудь да разобрались! Тогда я бы гуляла не в взбесившихся подземельях лунной базы Чистых, а рядом со своим домом!

– И почему же ты не прислушалась к голосу разума раньше и не поступила так? – с презрительной усмешкой скривила губки Настя.

– Потому как наивно полагала, что заботиться нужно не только о личном благополучии, но и о других. Ты, Настя, к своему счастью, поняла это намного раньше, поэтому сейчас гордо идёшь к желанной цели, а не как я – вынуждена исполнять чужую прихоть. Кстати, Настя, скажи, ты ведь совершенно не жалеешь о том, что сбежала и отреклась от дома, от друзей и от своего прошлого?

Аня броском камушка указала на розоватое свечение небольшой аномалии у стены.

– Нет! Не жалею! – твёрдо отрезала Настя и стиснула рукоять кнута. – Я решила стать свободной и стану! Я решила найти родителей и найду, чего бы это ни стоило!

– “Чего бы это ни стоило…” – просмаковала фразу Аня, ёжась от холода. – В стоимость уже вошёл весь Купол, да и я тоже. Спорю, на подходе Чистые, а в комплекте Арлекино и Рахнез. Кстати, Альфа и Омега, случайно, тоже не находятся в стоимости?

– Не придирайся к словам! – зашипела от недовольства магичка. – В отличие от тебя, я могу соизмерять цели и средства для их достижения!

– Так же как и Чистые, когда уничтожали мир? – усмехнулась Анна и, увидев на лице девушки недоумение, оглушительно засмеялся.

Последние слова совпали с приглушенным рёвом и криками, яростными и явно осмысленными! Разговоры мгновенно оборвались, а взгляды устремились на Аню. Звериные ушки воительницы дрогнули, определяя направление.

- Сотня метров после поворота налево, - вынесла вердикт оборотень.

Вопросов, по типу: бежать ли на звуки боя или нет, даже не возникало – нам требовалось найти помощь для Арлекино и Рахнеза. А с учётом того, что из всех опознавательных элементов, у нас только лапы и хвост… у некоторых в прямом смысле, то помощь в отражении нападения может стать хорошей рекомендацией.

Коридоры, повороты и разрушенные лаборатории, через которые мы срезали путь, замелькали с такой скоростью, что практически слились для меня. Однако это не уменьшало нашей

Гонка не продлилась и нескольких минут, как мы с Аней с оружием наголо вывалились на перекрёсток коридоров, с которого открывался прекрасный вид на место, откуда донёсся крик…

Кровавый бой встречал нас. Тройка мутантов, походивших на волков. С горящим алым глазами. В холке не меньше полутора метров. С зубами в мой палец! Но что хуже всего: твари закованы в обшарпанные, местами поломанные, но впечатляющие металлические доспехи. А на лапах металлические когти, что врубались в камень пола.

Твари давили на четвёрку самых настоящих скелетов. Нежить в просторных плащах и с призрачно сияющими косами.

– Бьём мутантов! – коротко бросила Аня. – Начинай сразу с бомб!

Однако я не слышал девушки. В диком ужасе я прижимался к стене и с животным хрипом сползал вниз, чуть не лишившись чувств. В данный момент молился только о том, чтобы не наделать под себя и уползти как можно дальше.

– Скелеты… Нежить… Живые мертвецы… – только и мог я лепетать.

Глава 7. Встреча с союзниками. (Омега) Часть 1.

– Твою суть! – скользнув по мне взглядом, выругалась одними губами воительница.

Больше не обращая на меня внимания, Анна рванула вперёд, не забыв сорвать с моей разгрузки светошумовую и осколочную гранаты. К подходу оборотня мутанты без видимых потерь окружили скелетов и теперь приноравливались к решающему броску, переминаясь на останках ещё двух порождений загробного мира.

Взорвавшаяся между тварями светошумовая граната кардинальным образом изменила сюжет боя: Аня за секунду добралась до противников – один из скимитаров с хирургической точностью скользнул в сочленения брони на спине ближайшего огромного зверя. Тот яростно взревел, а в следующий миг его задние лапы подкосились, и он частично осел, вслепую яростно щелкая клыками и пытаясь достать хоть кого-нибудь передними лапами – судя по всему, ему перерубили позвоночник.

Второй клинок на несколько мгновений позже попытался проделать тоже с ещё одним монстром, но тот успел чуть сместиться, и металл, противно лязгнув, отскочил. Зверь, частично прозрев, бросился на нового противника. Аня, не замедляясь, оставила засевший в спине зверя клинок и стала отступать, уворачиваясь от мелькавших с невероятной скоростью клыков и когтей, в свою очередь, пытаясь орудовать скимитаром. Тем временем скелеты бросились в контратаку на двух оставшихся перед ними врагов.

– Омега, что с тобой? Тебе плохо? – Настя нагнала нас и, увидев моё состояние, без промедления ринулась на помощь, не на шутку перепугавшись и даже забыв о собственной боли. – Рана? Последствия падения? Что-то ещё?

У скелетов дела обстояли намного хуже: они сумели отправить покалеченного монстра в места, откуда сами родом – голова откатилась в сторону. Однако нежить заплатила за это цену – один из вернувшихся от последней грани лишились целостности скелета, а второй потерял половину рёбер. Кроме того, оставшийся монстр оказался достаточно сильным и умным, чтобы отогнать уцелевшую троицу скелетов от Ани вглубь коридора так, чтобы ему никто не помешал с ними расправиться.

Наблюдая за картиной, я неожиданно чётко понял – если не вступлю в бой, то наше вмешательство окажется бесполезно, и все скелеты погибнут. Хуже того, перевес сил окажется на стороне монстров, и тогда уже нам не спастись.

Но от одного взгляда на скелетов кидало в дрожь! Я ненавидел себя за страх и слабость. К счастью, Арлекино вспоминал что-то об этом… а знания побеждают страх неизвестного!

«Скелеты» самая распространённая форма жизни среди Чистых – универсальные рабочие. Планета после войны Трёх Великих превратилась в выжженную пустыню, и такие организмы как нельзя лучше подходят для выживания и развития в новом мире!

“Скелеты” не “ожившие мертвецы”. Возвращать с того света Чистые не

Руководствуясь воспоминанием, я вгляделся в «Скелета», которого снесло к стене при очередном ударе. Кости нежити блестели металлом. Между ними вились механизмы сервоприводов, что помогали приводить данную конструкцию в движение. В клетке из рёбер что-то гудело и горели огни какой-то электроники. Соединяли всё тонкие, однако хорошо видимые проводки и трубки.

Это открытие заставило меня вздохнуть с облегчением, хотя желание держаться подальше осталось. Я порадовался, что эти порождения безумного гения техники носят плащи – прекрасная защита от чужих взглядов.

Животный ужас от вида нежити на мгновение отступил, уступив место страху за собственную шкуру. А затем я представил даже ни слова, а один лишь взгляд, которым посмотрит на меня Альфа после пробуждения, если я останусь трусливо отсиживаться… По спине пробежали мурашки. Паника, исказившись в призме разума, переродилась в ярость, подхлестнувшую тело.

– Настя, сохрани! – процедил я, перекинув Альфу на руки Анастасии. – И не смей вмешиваться! – грозно прорычал, увидев, как подруга вскинула руки, и кристаллы в центре магических перчаток начали наливаться светом. – Мы разберёмся сами. Без магии! – стискивая в одной руке револьвер, а в другой саиф, я ринулся на помощь скелетам.

Я ревел словно берсерк, пытаясь раззадорить себя криком. Револьвер дважды дёрнулся, оглушительно грохнув, и тут же звякнул металл – убить врага я не надеялся, но выстрел навскидку сбил со смертельной траектории уже начавшийся прыжок зверя.

Скелеты не растерялись и приняли монстра на косы, но все их атаки оставляли на броне монстра лишь зазубрины и небольшие вмятины, однако не могли добраться до плоти беснующегося страшилища. Сам же монстр на развороте ударом лапы превратил в груду обломков череп и верхнюю часть ещё одного скелета, а оставшихся ударом торса откинул в сторону. А затем его взгляд устремился на меня – я удобнее перехватил клинок и вскинул револьвер, готовясь дорого продать свою жизнь!

Отступая, я открыл огонь по мчащемуся на меня монстру, стараясь попасть или в оскаленную пасть, или в сияющие небесной безмятежной лазурью глаза. Я успел совершить четыре выстрела, но не достиг цели. Тогда решил рискнуть: зверь распластался в нацеленном на меня прыжке, я же, вместо того, чтобы уклоняться, подался всем телом вперёд, рассчитывая вбить клинок в глотку чудовища, а если не получиться, то ошеломить настолько, чтобы расстрелять из револьвера в упор.

Понимание того, что совершил самонадеянную глупость, пришло в следующее мгновение: монстр без труда отбил лапой саиф – тот отлетел в сторону и вонзился в массивный корень. Острые зубы хищно блеснули перед лицом – отступать не осталось ни времени, ни возможности. И когда я готовился расплатиться за ошибку, то неожиданно почувствовал, как что-то сильно ударило меня под колени и резко рвануло за шиворот, заставляя упасть – туша мутанта пронеслась в считанных сантиметрах от меня, обдав смрадом.

Аня, которая и являлась моим спасителем, кроме всего прочего, ещё и ударила в бок монстра скимитаром – на её удачу, клинок попал в одну из глубоких зазубрин и, пробив броню, добрался до плоти. За это воительнице пришлось заплатить: скимитар, не

Существо коротко рыкнуло, явно довольное ситуацией, и на мгновение замерло, выбирая, кого прикончит первым. К нему со спины подходил второй монстр, которого до моего вмешательства отвлекала Анна. Но не успели противники броситься в новую атаку, как раздался взрыв: воздушная волна в очередной раз оглушила меня, а над головой свистнули осколки, ударив в морду и бок существа так, что оно, скуля, попятилось прочь.

Поднимаясь, я воспользовался оказией и выстрелил ещё пару раз – мне повезло, одна из пуль вошла монстру в глаз. Резко дёрнувшись, гадина развернулась и бросилась в бегство, спасая свою искажённую мучениями, но тем не менее любимую жизнь. И ему стоило поспешить, ибо его собрат валялся на полу бездыханным, из развороченного бока выплёскивались последние остатки крови вперемешку с превратившимися в кисель внутренностями. Не знаю, как Анна на ходу сумела засунуть монстру под броню взрывчатку, но получилось эффектно… и отвратно.

Вместе с последним монстром по коридору уносился вой... Дикий, пронзительный, продирающий до костей и застывающий в дальнем уголке сердца холодной болью вой! Изначально одинокий, он с каждым мгновением становился мощнее – в него вплетались всё новые и новые тона, создавая реквием по нашим душам. И хотя голоса слышались очень далеко, но мне показалось, что это приговор. Теперь нас станут преследовать до конца…

– Ушёл! – Аня в ярости пнула тушу одного из монстров, и я отметил, что действует она только правой рукой, а левая безвольно висит вдоль тела.

– Омега, помощь не нужна? Ты в порядке? – Настя метнулась ко мне, с отвращением косясь на побоище.

– Всё уже нормально, – улыбнулся я девушке, успокаивающе коснувшись плеча. – А вот Аня нуждается в твоём лекарском искусстве. Она спасла меня, так что, пожалуйста, окажи услугу, – магичка посмотрела долгим взглядом, в котором читался скрытый вопрос и волнение, но, больше ничего не дождавшись, нехотя кивнула.

Аня буквально рухнула у стены, радуясь передышке. При каждом движении морщилась от боли в раненой руке. А когда Настя без лишних церемоний стала её осматривать, после чего перевязывать, то хвост и вовсе стал мелко дрожать.

Настя тоже выглядела не очень: под глазами глубокие тени волнения, в позе с усилием сдерживаемое страдание, руки в постоянном нервном движении, да и вообще, магичка держится из последних сил. Судя по всему, травма, полученная при приземлении, мучила девушку, а невозможность использовать такую привычную для неё магию истощала моральные силы.

А я обратил внимание на выживших скелетов. Меня мутило от страха перед ними, но как лидер нашего небольшого отряда именно я должен провести с ними переговоры.

- Люди, вы отсутствуете в информационной системе базы. Назовитесь! – вместо благодарности выступил вперёд один из скелетов, и лезвие его косы стало наливаться зловещим алым цветом.

- Я Омега – Несуществующий. Ученика Арлекино, - решил

Вот тут уже зависли скелеты. Однако угрожающие стойки сменились на нейтральные. А не успело молчание стать тягостным, как в разговор вклинилась Анна:

- Мы хотим знать, что здесь произошло!

- Стая напала на наш блокпост! Похоже, мы зашли на территорию, которую они считают своей. Мы сражались, чтобы выиграть время, пока прибудет помощь из лагеря выживших. Вы успели первыми, - с некоторой задумчивостью проскрежетал скелет.

Мы переглянулись. Выжившие! Похоже, нам повезло! Теперь нам нужно до них добраться. И если выжившие достаточно компетентны, чтобы выставить блокпосты, то можно рассчитывать, что вокруг базы обозначены аномалии и путь расчищен от мутантов и джунглей, насколько возможно.

Кстати… термин «Стая» я тоже помнил из лекций Арлекино!

В обществе Чистых есть… «Чистые» - трое лидеров оборотней наравне с Первым Министром, учившиеся у предтечи. Те самые оборотни, объединившие мир под властью людей и за одно его уничтожившие. Лидеры настолько великие, что не имеют права даже на смерть.

Но тело киборга им не подходит – остаётся возможность смерти из-за покушения. Наиболее простое и эффективное решение – клоны, улучшенные генетически и кибернетически. Несколько десятков клонов раскиданы как по планете в разных городах и базах, так и по Луне. При необходимости сознание Чистого переходит из одного клона в другого – очень удобный способ путешествовать, а заодно помогает сохранить жизнь, силу и вечную молодость.

Именно эти клоны пока в них не находится сознание Чистого называются “Стаей”. В них заложено что-то вроде программы ожидания, а при наличии рядом Чистого – охраны. Но, судя по всему, из-за аварии их запрограммированные мозги взбесились, и они, превратившись в волков – свою вторую ипостась, что бушует на просторах базы. И их много, ибо на Луне находился один из центров по их выращиванию.

- Нужно уходить! – наконец принял решение скелет. – Убив несколько тварей Стаи, мы вызвали их гнев, став желанным трофеем – они попытаются нас уничтожить всей Стаей. Нужно предупредить биоробов и остальных выживших, - череп повернулся в нашу сторону: - Вы пойдёте с нами.

Не очень вежливо, но именно то, что нам нужно! Сборы не заняли много времени. Я подобрал саиф, сделал очередной снимок и засунул Альфу за пазуху – там безопаснее. А Аня с явной неохотой выбросила сломанный скимитар.

Затем нам пришлось постараться, чтобы выдержать заданный скелетами темп, что стало намного сложнее после измотавшей нас и морально, и физически схватки. Я, незаметно для себя, отступил к задним рядам, стараясь держаться от порождений смерти подальше.

- Какие же они жуткие… - шепнула Настя, нервно поёжившись. – Разве правильно, так уродовать живых людей?

– Правильно, неправильно – судить не берусь. Это понятия морали, а она так изменчива в зависимости от правителей, общества и времени. Скажу только, что это требуется для выживания, – пожал я плечами. А затем процитировал кое-что из лекций Арлекино: – Все, кто идут на подобное – либо добровольцы, либо преступники. Тем самым они помогают истинно живым людям в возрождении планеты. Да это

Настю передёрнуло. Она не могла принять такого. Я, по чести говоря, разделял её мнение, но лезть не спешил, понимая, что один против отработанной системы не воин. Но как в Куполе имелись "гильдии", так и у Чистых имелась кастово-сословная система.

Глава 7. Встреча с союзниками. (Омега) Часть 2.

Спустя пять минут, девятнадцать поворотов, две разрушенные лаборатории, одиннадцать аномалий разного размера, одну заброшенную лёжку какого-то монстра, мы поняли, что приближаемся к лагерю выживших. Первым и самым явным признаком были новые блокпосты. В этот раз основательные, с баррикадами из покорёженной техники и полудюжиной скелетов. Похоже, мы нарвались на какой-то дальний отряд.

Также в глаза бросалось практически полное отсутствие растительности – всё выжжено. А стоило пройти чуть дальше, как нам встретились и люди. Осунувшиеся. С наспех перевязанными ранами и потухшими глазами. Они провожали нас безразличными взглядами.

«Люди – второй по численности слой общества Чистых. Именно за них сражались Чистые в войне Трёх Великих и ради них пытаются восстановить планету. Подвиды человека, сильно отличающиеся от изначального, вроде орков или гоблинов, не в большом почёте. Встретить их можно разве что в роли рабов, и то, если особо повезёт. Единственное исключение – оборотни, которыми являлась тройка изначальных Чистых. Они уважаемы, но малочисленны».

Выдержка из записей не особенно радовала, ибо сразу возникал вопрос: в каком статусе предстанут Анна с Настей – они несколько отличаются от человеческого стандарта. Это я ещё не вспоминаю про Рахнеза!

По изначальному замыслу они должны находиться под покровительством Арлекино… призрачная защита, но теперь и её у нас нет. Следовало вести себя как можно осмотрительнее.

В одном месте на пути имелась активность: группа людей и скелетов с ключами и паяльниками наперевес колдовали вокруг какой-то кабины, куда вполне можно было бы загнать автомобиль. Из рассказов Арлекино ещё на корабле я знал, что для быстрого перемещения по базе Чистые использовали локальные телепорты. И, похоже, это один из них.

В первый момент я удивился решению починить умершую технику, тем более что во время движения я заметил несколько миниатюрных машин, способных перевозить как грузы, так и людей. Машины были усилены бронёй и каким-то оружием, так что выглядели очень внушительно и даже постапокалиптично.

Но я сразу понял, что по заросшим коридорам передвигаться на них будет затруднительно, если вообще возможно. Тем более, транспорта немного, максимум для перевозки грузов.

Очередной поворот, и мы вышли в проход, где у одной из дверей стояло в карауле сразу четыре скелета, а из самой двери доносились разъярённые, но неразборчивые голоса. И чем ближе мы подходили, тем сильнее мне не нравились эти голоса.

- Сдайте оружие! – щёлкающе приказал один из охранников.

- С чего это ещё? – не то удивилась, не то возмутилась Настя.

- Оружие! – косы дёрнулись, зашуршали тёмные мешковатые плащи скелетов и в нескольких сантиметрах от наших тел заполыхали красноватые отблески лазеров на лезвиях. – Не дёргайтесь, люди! Безопасность биоробов приоритетна!

– Это небольшая и весьма разумная предосторожность для нашей ситуации! Нам стоит подчиниться, - решил я разрядить ситуацию и первым отстегнул ремень с ножнами и кобурой. – Сейчас поговорим с начальством, и

Оружие образовало небольшую кучку, после чего нас обыскали. Хорошо, ещё в цепи не заковали! Как бы то ни было, но однозарядный самопал, спрятанный ещё на «Драконе» при помощи Арлекино, наши добрые друзья не нашли. А пока мы проходили проверки, один из скелетов зашёл в помещение.

При этом я вспоминал всё, что знал о «биоробах». Из рассказов Арлекино выходило, что у Чистых, в отличие от Купола, дар магии имеется меньше чем у сотой доли процента. Он неестественного происхождения, а является отличительной особенностью следующей, после людей, по уровню власти касты “биоробов” – биологических роботов.

Местная элита без примеси крови подвидов не меньше чем в трёх поколениях! За особые заслуги перед обществом Чистых проходят ряд генетических изменений, и поэтому обретают магию, долголетие, улучшенные физические и интеллектуальные способности, а также многое другое.

- …А ну, ведите их сюда!.. – донёсся до нас обрывок фразы, через открывающуюся дверь.

Дверь открылась, и нас бесцеремонно толкнули внутрь. Лаборатория, по сравнению с остальной базой, практически не пострадала. Огромное количество научного оборудования, которое я опознал, как медицинское, присоединено к десятку пластиковых капсул с распахнутыми стеклянными дверцами. Несколько шкафов с какими-то бумагами и реагентами, от которых шёл специфический запах – множество битых колбочек, мензурок и другой мелочёвки на полу. Пара столов с компьютерами, а также несколько плакатов, в одном из которых я смутно узнал таблицу Менделеева.

Из особенностей обстановки можно выделить семь человек с ранами разной степени тяжести, лежащих на подложках капсул, подключённые к рябящим и выдающим какой-то бред приборам, под присмотром пары скелетов. Одна капсула оказалась накрыта белым покрывалом – кто-то заснул навсегда. Над другой корпела бабка божий одуванчик, не спеша обрабатывая жуткий зеленоватый порез на боку пациента.

Не обращая внимания на наше появление, низенький, толстенький с большими залысинами мужичок продолжал вещать. Хрипловатый и крайне раздражённый голос чуть не срывался:

- …Пробовать прорваться вновь через Сады – самоубийство чистой воды. Мы там сгинем, как и Иегад. Некер, я не верю, что две дюжины суповых наборов, оставшиеся в нашем подчинении, сумеют нас защитить. Нужно выпить всех людей и вместе со скелетами прорваться по поверхности.

– Азер, мы не можем пускать под нож людей, когда захотим! Это ценные инженеры и учёные! Мы должны их защитить! Только с их помощью мы сможем выправить ситуацию на базе! Кроме того, без магии мы не пройдём по поверхности даже в защитных костюмах! Люди нам нужны живыми! У некоторых из них имеется боевой опыт, и если мы потратим ещё несколько дней, чтобы лучше их вооружить...

Спокойный и неестественно, прямо-таки кристально чистый и глубокий голос. Принадлежал он молодому человеку лет двадцати, имеющий богатырские габариты: рост под два метра и в плечах не меньше метра. Вот только впечатление портили очёчки с линзами толщиной в палец, которые он то и дело поправлял, наблюдая за голографическим трёхмерным экраном, где мерцали объёмные виды с камер наблюдения.

– Не пори чушь, Некер! Зря мы, что ли, получили статус “биоробов” – это наше право взять их жизни!.. Хотя если не хочешь, то это твой выбор, я возьму себе твою долю. Вы как хотите, но я решил! Имаг, ты со мной?

– Мальчик мой, ну

Ах да, нюанс… после изменений биоробы не только становятся сильнее и получают магию, но и им приходится питаться жизненной энергией людей – перетягивают на себя энергетические поля человека. Нечто вроде энергетических вампиров.

Причём отличительной особенностью всех находящихся на ногах людях было то, что волосы имели густой алый, а кожа глубокий сине-зелёный цвет, как у морской волны.

В споре наступила пауза, дабы говорившие немного остыли и обдумали сказанное. И в этот момент взгляды обратились на нас.

– Две бабы-рабыни и человек… не то хозяин, не то тоже раб. И это они “сразили воинов Стаи”? Они “неизвестные, отсутствующие во всех базах данных”? – просканировав нас взглядом, сделал вывод толстячок и пренебрежительно бросил: – Кто такие? Откуда?

– Ты кого назвал бабой и уж тем более рабыней, жирный боров?! – Настя вмиг вспыхнула яростным пламенем. Мы с Аней хором застонали. Но девушка, не замечая ничего, продолжала: – Я свободный человек! И, в отличие от тебя, обладаю разумом, ибо ты настолько безмозглый кретин, что…

– Неправильный ответ, – кулак, ставший матово-синим от ярости пузана, врезался в скулу Насти, и та, как пушинка, отлетела в сторону.

Я дёрнулся. Но, перехватив взгляд Ани, взял себя в руки. Переть против толпы – огромная глупость. Однако я пробежался пальцами по самопалу. Продолжить экзекуцию Азеру не дала старушка, которая, оторвавшись от своих хлопот, бесстрастно переступила через пытавшуюся подняться девушку и мягко отстранила толстячка.

– Азер, ну что же ты балуешь?! Иди, остынь, дай я с гостями потолкую! – тот, к моему удивлению, подчинился, даже не вякнув, а старушка обратилась ко мне: – Внучек, я вижу, вас сильно потрепали местные... так сказать, особенности. Спишу всё на перенапряжение и дам тебе возможность ответить ещё раз! Но смотри, не разочаруй меня! И держи своих шлюшек в узде, иначе я могу подумать, что ты из той же породы! – и озорно подмигнув, с некоторой элегантностью закашлялась.

– Прошу прощения за мою спутницу, – я попытался улыбнуться, хотя чувствовал, что получается криво. – Мы прибыли из Купола по приглашению Арлекино и ещё не успели разобраться в местной культуре, – я заметил, как помрачнело лицо старушки, и поспешил уточнить: – Из-за местных «особенностей» при приземлении Арлекино и ещё один наш товарищ оказались в ловушке. Мы направлялись в Административный центр, но встретили скелетов вашего отряда и вот мы здесь для того, чтобы просить вас о помощи!

– Складно поёшь, – улыбнулась старушка, и я с трудом сдержался, чтобы не отступить, увидев два ряда зубов-игл. – Арлекино знатный шалун. Из любой вылазки трофеи привозит... до сих пор не забуду, как он лет пять назад мотался разбираться с каким-то корабликом, вроде как с вашего же Купола, столько народу привёз... жуть! Все лаборатории с ними несколько лет развлекались. Пара штук, по-моему, до сих пор осталось... Ну что-то я отвлеклась, старость не радость, так о чём это мы?.. Ах, да! Ребятки, так что будем делать с этими голубками? - бабка обернулась к своим спутникам.

– Некер, ты не хотел,

– Ты что, совсем спятил? – скривился от подобного предложения сидящий за столом. – Тебе бы только сиюминутно развлечься и сил побольше хапнуть, никакой работы на перспективу! Подумай, они единственные, кто знает, где застрял Арлекино!

– За языком следи, Некер, иначе можешь его невзначай лишиться! – мгновенно окрысился плешивый. – И имей в виду, мне плевать на Арлекино! Из-за него я застрял на этой базе! Так что если сдохнет, то туда ему и дорога. Я ещё и спляшу на его костях! Ну а выберется, то не наша вина, что его люди заблудились и погибли, мы ведь о них ничего не знаем? – меня передёрнуло, такого поворота событий я как-то не ожидал.

– А ничего, что он любимчик Чистого? Если тот узнает, что мы не помогли, то не сносить нам головы! – Накер нервно поправил очки. – А если поможем, то он станет нашим должником... Он нам поможет прорваться через Сады в Административный центр!

– Арлекино в должниках? – протянула старушка и вновь галантно закашлялась. – Звучит более чем заманчиво! Извини, Азер, дружочек, но в этот раз я, пожалуй, соглашусь с мальчиком – лучше выступить за более сильную сторону!

– Имаг, этот всегда был трусом и лизоблюдом, но ты... такого не ожидал! – зло бросил толстячок и ударил ближайшую камеру, и по той прошла сеть трещин. – А, ладно! Делайте что хотите! Но если решите меня сдать, то учтите...

Азер подошёл к кушетке, на которой лежал бесчувственный человек, и легко приподнял того за короткий ёжик волос, показав худое, до крайности измождённое лицо. В следующую секунду всё стало меняться: глаза больного открылись и сразу же закатились, тело задёргалось, а сам он страшно захрипел. Прошло буквально десять секунд, и жертва обвисла безвольной куклой с совершенно бескровным лицом. Зато толстячок сразу как будто стал больше, плечи расправились, спина выпрямилась, но самое главное, кожа вместо неестественно сине-зелёного цвета обрела привычный окрас – лёгкую, можно сказать, аристократическую бледность.

Труп… вернее, мумию толстячок одним движением откинул в угол лаборатории. И только теперь я понял, что там свален не просто мусор, а почти десяток переломанных человеческих тел, без малейших признаков жизни. Вонь от них стояла почти физическая, перекрывая напрочь запах от реагентов.

– Что вы наделали?! Вы его убили! – Настя, про которую все почти забыли, достаточно пришла в себя, чтобы совершить очередную глупость – возмутиться совершенным у неё на глазах преступлением. – Безоружного. Беззащитного. Что вы за монстр такой!?

Я готов был разрыдаться. До Насти никак не доходило, что молчание – золото. А слова – прах, который в зависимости от обстоятельств может стремительно обесцениваться. А когда баланс становится отрицательным, приходится самому платить за слова кровью!

– Я – биороб, – пузан неуловимым движением оказался около только начавшей подниматься девушки. Схватив её за шею, он одним движением поднял её на уровень глаз. – Добро пожаловать в твой новый дом! Хотя если он тебе не нравится,

– Простите, она не хотела вас оскорбить... – выступив вперёд, я попытался сгладить конфликт в лучших традициях Альфы. – Не стоит быть таким радикальным. Мы с ней разберёмся. Она вас больше не побеспокоит...

– Держите этих двоих, – резко бросил скелетам толстяк, и я почувствовал, как холодный металл рук впивается мне в плоть. Я приготовился вырваться, но следующие слова плешивого охладили мой пыл. – Будут брыкаться, что-нибудь сломаете. Не поймут – убейте.

– Азер, может, всё-таки не нужно... – неуверенно вмешался очкарик, ёрзая на месте. – Она всё же... – парень, не найдя подходящего довода, сорвал очки с носа и начал судорожно протирать стёкла.

– Господа... – неожиданно подал голос скелет.

– А ну, заткнись! А ты, Некер, не нуди, достал уже! – рявкнул Азер и продолжил речь в никуда: – Вы видите, эта дура сама нарывается! Арлекино нужно лучше воспитывать свои трофеи! – и с силой приподнял Настю над полом.

Магичка, задыхаясь, в отчаянии начала дёргаться и пытаться ударить противника, в частности, выцарапать глаза. Тот только смеялся. Рука скользнула к самопалу. Я заметил, как руки Анны начинают меняться на волчьи лапы. А Настя уже начала синеть.

Глава 8. Шаг за грань. (Омега) Часть 1.

– Стоит воспитывать, говоришь? – раздался за спиной скрипучий голос. – Азер, пожалуй, ты прав. Я даже знаю, с кого начать это воспитание... – мимо меня вальяжно прошёл киборг весь в цветастых внутренностях и благоухающий палёным.

В какой момент киборг появился в комнате, я не уловил. И это притом, что каждый его шаг сопровождался лязгом и рвущим душу скрипом. Однако само то, что Арлекино двигался… да вообще, работал – сродни чуду: полдюжины дырок в корпусе, через которые свободно проходила ладонь. И это не считая подпалин и жучиных потрохов, которых раньше точно не было.

– Арлекино? – от страха и изумления биороб выпустил Настю, и та вновь рухнула на пол. – А мы не ожидали... мы думали... мы собирались идти прямо сейчас... а вот они не хотели говорить, где вы... Да, не хотели! И я пытался... – замямлил и скукожился тот, пятясь и явно ища, куда можно забиться.

– Ты в порядке? – киборг склонился над Настей. Та замысловато мотнула головой, кашляя и пытаясь отдышаться. Арлекино констатировал: – Значит, не в порядке. Азер, не повезло тебе... – толстяк пошёл пятнами невыразимого цвета.

Киборг с лязгом разогнулся. На миг задумался. Несколько раз присел, взмахнул руками, повёл плечами – проверял системы. Затем жестом фокусника вытащил из области груди кусок обломавшейся арматурины и выкинул. Биоробы бледнели на глазах!

Если биоробы – элита, то киборги – правительство. Они настолько ценны, что не имеют права даже на естественную смерть. Их слово – закон, который может оспорить только лично Чистый. И во власти Арлекино жизни всех в этом лагере!

- Тебя, кстати, хотели предупредить скелеты, но ты ведь самый умный и никого не слушаешь... – киборг бросил взгляд через плечо на парочку скелетов, у одного из которых на плече был Рахнез. Арлекино продолжил, и угроза звучала отчётливо, особенно с учётом того, что он одновременно пальцами выправлял помятую броню на руке. – За тобой слишком много косяков, Азер. Я недоволен...

– Нет, не надо... – просипел биороб.

– Надо! – стальная пятерня легко обхватила шею толстяка, и, в свою очередь, уже он задёргался.

– Арлекино, пощадите его! – сквозь кашель послышались слова Насти, её гуманность доходила до абсурда. – Прошу...

– Нет, Настя, дорогая, – покачал головой киборг. – Он совершил ошибку и должен понести наказание. Если бы не я, то ты бы оказалась уже мертва – его жизнь, это плата за твою! Хотя... пожалуй, я могу его пощадить, но тогда я закончу его дело – убью тебя! Хочешь?

Настя в шоке от дилеммы не могла вымолвить ни слова. Не могла даже двинуться. Киборг выждал секунд двадцать и сделал свои выводы: лёгкое движение кисти, и хруст шейных позвонков. Взгляд биороба затухал несколько мгновений. А затем тело опорожнило кишечник и мочевой пузырь. Вонь приобрела новые оттенки.

- Правильный выбор. Настя, поздравляю, с первым трупом на твоей совести! – киборг обернулся к оставшимся. – Вопросы? Возражения? Уточнения? – все дружно замотали головами, стоя на коленях и не смея поднять взгляд. – Тогда верните оружие моим ученикам и предоставьте отчёт!

Я хотел было подойти к Насте, как-нибудь поддержать, помочь… но буквально на первом шаге замер в нерешительности. Я испугался того, что может мне сказать Настя, ведь я, как ни крути, не сумел её защитить. Хуже того, частично являлся виновником произошедшего. Но самое главное, не имел ни малейшего понятия, что говорить.

Меня опередила Аня. Она села рядом с бывшей подругой и без слов обняла магичку за плечи. Та оказалась настолько оглушена случившимся, что даже не взглянула на воительницу, и на пустом лице не дрогнул ни один мускул. Она только прильнула, ища защиты.

Тяжело вздохнув, стал натягивать на себя ремни

Я поспешил к «учителю». Киборг нашёлся в самой толчее, он за несколько минут сумел собрать отчёты о состоянии временного лагеря и теперь раздумывал в краткий миг спокойствия.

- Арлекино, как ты… - я не сумел закончить, лишь судорожно сглотнул от вида «учителя».

- Выбрался? Разве это так важно? Но если хочешь знать рецепт профессионала, слушай: тактика, стратегия, холодный расчёт, мастерство и... везение. На базе Чистый и он ценит свои активы – за нами выслали несколько поисковых отрядов скелетов. Один из них вышел на меня. А когда они мне помогли, то мы направились за вами…

- И успели очень вовремя, - не мог не признать я.

Раздался вой. Я вздрогнул всем телом, ибо отголоски данного безумного воя всё ещё жили в недрах костей и теперь болезненной слабостью растеклись по телу. А звук с каждой секундой становился всё ближе. Настойчивее. Его переливы практически забивали разум – вернулась Стая. Похоже, выживший монстр сумел собрать сородичей!

– Господин, Арлекино, – зарапортовал ближайший скелет. – Шесть из восьми дальних аванпостов атакованы. В нашу сторону сразу с нескольких фронтов движется массированная атака мутантов. Не меньше пары десятков особей. Расчётное время прибытия пятнадцать минут!

- Паршиво… Всем скелетам отступать к лаборатории! – киборг окинул взглядом суматоху и чуть слышно уточнил: - Скелеты, имеется план отхода?

Я понимал, почему Арлекино не рассматривает варианты спрятаться или сразиться. В первом случае нас либо со временем выковыряют, либо мы передохнем от голода – сомневаюсь, что припасов в лагере много. Сражение – самоубийство, если вспомнить, сколько скелетов мы потеряли в противостоянии всего с несколькими членами Стаи. А скелеты нам ещё понадобятся при прорыве в Административный центр.

– Да, господин, имеется два пути! Основной – подняться на поверхность и до Административного центра.

- Не пойдёт! Дальше! – даже не стал дослушивать раздражённый киборг.

И вновь очевидно, что по поверхности смогут пройти лишь единицы. Если даже биоробы обсуждали этот вариант с учётом поглощения живых, то очевидно, что путь не простой. А бросать выживших, многие из которых ранены, на растерзание, при всей практичности и циничности Арлекино – не в его духе. А если Стая каким-то чудом выберется…

– Прорыв через Сады, – защёлкал с почти невозможной скоростью скелет. – Высокий уровень опасности. Попытка прорыва, предпринятая сутки назад, уничтожила восемь скелетов, пятерых людей и одного биороба. Три транспортные единицы остались в Садах.

– А что не так в Садах? – не удержался я, делая снимок лаборатории.

– Очень высокий уровень излучения неизвестной энергии, поэтому наибольшее число изменённых форм жизни и аномалий. Предположительно там располагается основное логовище монстров-инсектойдов. Источник джунглей. Именно оттуда пришла почти вся поросль, захватившая помещения базы.

– Придётся рискнуть! – проскрежетал Арлекино. – Тяжёлый транспорт выдвигается вперёд и расчищает путь огнём. Снарядов не жалеть! Следом идёт треть скелетов – вычищать всё, что останется после транспорта. Возглавляет её Некр. Затем основная группа выживших. Треть скелетов в поддержку людям. Замыкает колонну лёгкий транспорт. Туда всех раненых и в охрану треть скелетов. Ими руководит Имаг, - со скрежетом голова киборга обернулась к нам. – Омега, девушки, вы след в след за мной в центре колонны. Выдвигаемся немедленно!

Движение масс скелетов и людей смело нас неотвратимой волной в коридор, и я даже толком не понял, как мы оказались посреди толпы. Хотя не совсем верно, мы с девушками оказались в ближнем окружении киборга, поэтому были отделены от человеческой массы барьером из скелетов. А народу собралось немало: почти полсотни людей, уставших и измождённых, что сжимали в руках трубы, обломки камней и другой хлам в желании сразиться при необходимости.

– «Омега, пока относительно спокойно, нужно обсудить кое-какие проблемы», – одной фразой в мысленном диапазоне решил добить настроение киборг.

– «И почему нельзя, чтобы хоть раз всё прошло спокойно?» – возвёл я очи горе.

– «Потому что тогда ты расслабишься, и убивать тебя станет совсем неинтересно», – без малейшего веселья отрезал Арлекино. – «Проблема в том, что на лунной базе находится Чистый – один из глав мира за Куполом», – вывалил признание Арлекино. – «Один из тройки оборотней, который вместе с первым Министром разбудил Предтечи на полюсе».

– «И?..» – не проникся я масштабом трагедии.

– «Ты помнишь, каким описывались Чистые во снах Первого Министра?» – меня невольно передёрнуло, и киборг заметил это. – «Это поверхностное представление! Он воплощение силы и жестокости. Ими он поддерживает свою власть. А безнаказанность его за сотни лет извратила пресыщенностью. Похоть. Гордыня. Алчность. И множество других “прекрасных” качеств! И при всём этом у него острый ум, отточенный сотнями лет!»

– «Не самая приятная личность», – мысленно пожал я плечами, чувствуя не явный, но зловещий подтекст. – «Однако договоримся. Не впервой. С Лисом и Министром как-то сумели ведь найти общий язык? Кроме того, не станет же он нас с ходу убивать?»

– «Да», – механический звук более всего походил на вздох. – «Но Лис и Министр по сравнению с ним невинные дети! Ты видел, во что Чистые превратил планету, пытаясь добиться власти!» – даже в мысленном голосе Арлекино появились дребезжание помехи. – «А насчёт того, чтобы убивать… ты прав, не станет – такой экземпляр, как Несуществующий, довольно редок. Но! Имеются причины для худшего исхода: ты приведён в мир первыми Министром – самыми главным врагом Чистого!»

– «Я на него не работаю!» – от возмущения я скривился. – «То, что он вытащил меня в этот мир и показал пару снов, не делает его моим другом. Наоборот, для возвращения мне нужно к Чистым!»

Темп, заданный Арлекино, оказался прямо-таки бешеный. Повороты так и мелькали, а техника безопасности осталась забытой – бронетранспорт своими тушами расчищал путь, обнаруживая аномалии и вычищая плотоядную флору и фауну. Только за первые десять минут один из транспортов оказался разорван в шрапнель, а ещё один оплавил бок. Я неожиданно поймал себя на мысли, что мне жаль столь ценный материал...

– «Зря ты так о нём так думаешь. Да, он далеко. Возможно, ничего не может сделать… Но он нас точно не бросил! У него есть план!» – со спокойной уверенностью парировал Арлекино.

– «Ещё чего!» – я невольно погладил спящего Альфу, жалея, что он не может поддержать меня в этом неприятном разговоре. – «Я уже сто раз говорил: не дам трогать свои мозги. Ещё чего напутают! Хотя, надеюсь, до такого не дойдёт? Твоё слово ведь достаточно весомо?»

– «Слово… пожалуй, нет. А вот память – вполне», – печально ответствовал Арлекино, и я почувствовал отголоски его ярости. – «Понимаешь, если у тебя ещё есть шанс избежать сканирования памяти, то у меня – нет. Набор железок, являющийся моим телом, полностью подчиняется Чистому, и при желании… которое наверняка возникнет, он сможет просмотреть мои воспоминания о произошедшем в Куполе: тогда он узнает, что я заключил договор с Первым Министром о помощи тебе… хотя предательством является одно то, что я вышел с ними на связь! После чего Чистый заставит меня действовать против вас».

– «И что ты хочешь предпринять?» – осторожно уточнил я.

– «Вижу только один вариант – я, до прибытия в Административный центр, сойду с ума...»

– «Прости, что?» – мне стоило большого труда не обернуться и не проорать вопрос в лицо киборгу, помог лишь быстрый взгляд на Аню и Настю.

Арлекино на моё возмущение вообще никак не отреагировал, вместо этого взмахнул рукой, и жук с футбольный мяч, спрятавшийся в порубленных джунглях, отлетел в сторону мёртвым. А киборг развернулся и крикнул:

- Внимание! Враги вот-вот должны соединиться в одну группу! Скелеты замыкающего транспорта, вы вместе с машинами должны устроить баррикаду и задержать противника максимально долго в данном узком проходе! При необходимости уничтожить транспорт. И вот вам в помощь! – Арлекино, не мелочась, сорвал с меня пояс с остатками гранат и кинул его нашим защитникам.

Приказ был самоубийственный. Причём не только для скелетов, которые подчинились без малейших колебаний, но и для раненых, что находились в замыкающем транспорте. Я только теперь понял, что Арлекино изначально планировал этот ход – пожертвовать ранеными. Жестоко. И разумно… они нас не будут обременять при прорыве через Сады, при этом Стая наверняка задержится, чтобы насытиться – это выиграет нам ещё немного времени.

Я поёжился, понимая, что и меня и девушек Арлекино может так же легко списать, если посчитает это приемлемым. Или, может, Арлекино уже начал сходить с ума, как обещал?

– «Успокойся, я только собираюсь спятить. Сейчас я ещё в здравом уме», – явно наслаждаясь моей реакцией, мысленно проскрежетал киборг. – «Я воспользуюсь ситуацией и сделаю вид, что излучение от аварии повлияло на меня... благодаря этому я оправдаю частичные провалы и неточности в собственной памяти», – я расслышал треск и, бросив быстрый взгляд, увидел, как в здоровой руке киборга сверкнули искры – прибор, изменяющий память, до сих пор работал. – «Выкину договор с первым Министром, также кое-что по мелочам…» – он сделал многозначительную паузу, и я понял, что, помимо нас, Арлекино есть что скрывать.

– «Говорить, что это крайне рискованно, бесполезно?» – сделал я последнюю попытку вразумить киборга, хотя знал – Арлекино не меняет решений. Собственное слово для него священно, даже во вред себе… именно поэтому он и возился с нами!

– «Бесполезно. Так я смогу частично обезопасить и вас, и себя. При этом ты должен понимать, я перейду обратно на сторону Чистых – вы больше не сможете мне доверять. На вас с Альфой ложится основная ответственность – придётся играть роль прислужника Чистых, так чтобы обман не обнаружился. Оставайся крайне внимательным, ибо наши жизни окажутся завязаны на тебе...»

– «Мне от этой информации сразу так полегчало…» – пробормотал я сквозь зубы. – «А что насчёт тебя? Арлекино, не хочу показаться сентиментальным, но я считаю тебя товарищем, и не хотелось бы терять тебя. Хотя бы и в морально-интеллектуальном плане. Если честно, то я опасаюсь Чистого и иже с ним!» – я окончательно уверился, что это – не обсуждение плана, а констатация факта.

– «Не волнуйся, я предпочитаю оставаться в своём уме. Поэтому, если понадобится, чтобы я вновь оказался на вашей стороне, мою память можно будет разблокировать ключевой фразой…» – несколько слов отпечатались в памяти, и я чуть не воскликнул, но Арлекино уже продолжал: – «И последний совет: хорошенько присматривай за девушками. Про то, какая шебутная Настя, ты сам прекрасно знаешь. Но особое внимание обрати на Аню!»

– «Уж мог бы и не говорить!» – рявкнул я, пытаясь выдать смущение за недовольство.

Признаюсь, к этому моменту я соображал уже смутно. Мир поплыл, и всё слилось в тошнотворную мешанину цветов, звуков, запахов и ощущений. Похоже, всё из-за перенапряжения вкупе с переизбытком кислорода, который буквально выжигал меня изнутри – лёгкие горели, а мозг опьянел от эйфории и опасной лёгкости.

Единственное, что удерживало меня на тонкой грани реальности, не давая отключиться или забыться – чувство, что рядом те, кому я нужен. А поэтому шаг за шагом я продолжал свой путь за маяком – смутным серебристым силуэтом Арлекино в бело-зелёном месиве пространства.

Сколько продолжалась гонка, я не знал, но в какой-то момент почувствовал, как меня что-то ударило в грудь, заставляя остановиться. Я покачнулся, и в мозгах прояснилось достаточно, чтобы подчиниться – меня останавливал Арлекино. Одновременно почувствовал, как на моё плечо опирается Настя, которая выглядела крайне бледной, на грани потери сознания, постоянно жутко кашляла, а из уголка рта стекала струйка крови – похоже, проблема с рёбрами осложнилась. Кроме меня, Настю со второй стороны поддерживала Аня, выглядевшая ненамного лучше подруги… хотя я подозревал, что и сам сейчас далеко не Аполлон.

– Что? – только и сумел просипеть я, пытаясь нащупать рукоять саифа.

– Мы на границе “Садов”, – проскрежетал киборг, и я в очередной раз позавидовал спокойствию его духа. – Нужно перегруппироваться!

Глава 8. Шаг за грань. (Омега) Часть 2.

Я пару раз моргнул и выругался: лабиринт коридоров закончился, а плита, блокировавшая проход в “Сады”, буквально разорвана пополам растениями. Вот только это не значило, что мы могли спокойно пройти – ало-зелёные побеги, словно пробка, закупорили проход.

При этом тяжёлой

К огнемётам и стрекоту пулемётов присоединились и скелеты! Их косы оказались дальнобойным оружием – алые лазерные лучи в форме серпов вгрызались в зелень, прожигая нам проход. После третьего залпа лазерных лучей остатки створок и растения не выдержали давления, и под лязг, вкупе с диким грохотом, улетели во мрак образовавшегося прохода. Одновременно с исчезновением преграды темнота глубоко вдохнула, давление в коридоре упало, и навалились сумерки. Головы окутала сжимающаяся паутина боли, в глазах по новому кругу заплясали искры, а воздуха сразу стало мало, так что мы начали ловить его ртом. Следом пришёл холод, да такой, что пот ледяной коркой покрыл хребет, а дыхание обратилось в плотные облака.

– Хм… опять темно… почему я не удивлён?! – заглянув в пролом, заметил Арлекино.

– Мы там не пройдём, воздух слишком разрежен, да и холод… – просипел я, пытаясь восстановить дыхание.

– Фигня! Если не померли при открытии двери, то и при движении не помрёте. Несколько трещин в защитном куполе – не больше. Тут всего ничего пройти! – отмахнулся киборг, но затем задумался: - Но освещение нам нужно…

Насколько хватала взгляда, перед нами простилалось открытое пространство, оценить которое не мешал даже мрак. Потолки высотой не меньше пары десятков метров. Примерно на середине высоты несколько ажурных стеклянно-металлических туннелей, разрушенных на разных длинах растительностью.

Но внимание привлекли маленькие огоньки в кромешной тьме, хаотично разбросанные по пространству окрест и больше похожие на звезды, которые каскадами вспыхивали и тухли…

Расстояние до Административного центра на взгляд определить не получалось, ибо всё пространство впереди занимала сплошная стена леса. То же, что не попало под власть массивных и крайне уродливых стволов, оказалось отдано на откуп густому и даже на первый взгляд опасному подлеску.

А чтобы окончательно отбить желание соваться вперёд, из глубин Садов до нас доносилась жуткая какофония невидимой, но непрекращающийся ни на миг битвы. Она сопровождалась танцами теней смерти, пиршеством безумства, а также не поддающейся разуму вакханалией образов!

Мысли оборвал вой за спиной, и мы практически почувствовали влажное дыхание Стаи. Однако я всё равно успел сделать снимок открывшихся «Садов».

- Господин! – один из скелетов принял мысли, высказанные Арлекино вслух за руководство к действию, и теперь протягивал тому факел, собранный из обломков деревяшек, тряпья и топлива развороченного транспорта. Ещё в нескольких местах наспех делали осветительные приборы из подручных инструментов.

- Отлично! – кивком киборг переадресовал факел в мои руки. – Теперь нужны добровольцы для последнего барьера! – киборг выхватил целой рукой двуручный меч из ножен за спиной Рахнеза, которого поблизости тащил спасший киборга скелет. Впервые на моей памяти Арлекино вооружался!

– Господин Арлекино, бросьте вы людишек, мутанты ими удовлетворятся, а мы сможем уйти! – раздался дребезжащий голос старушки Имаг. – А вместе с ними можно оставить и Некера, вдруг его магия поможет…

– Я, но почему? Я не хочу… – вяло забился очкарик.

– Хорошая идея, Имаг! Рад, что ты заботишься о других и желаешь пожертвовать собой ради блага многих! – глаза киборга сверкнули, когда он обернулся к ней. – Скелеты, ваша задача проследить, чтобы доброволец, Имаг, не бросился за нами и сразился с мутантами! Из остатков техники организовать барьер. И стоять до конца! Ну а мы прорываемся и быстро!

Образовался клин с киборгом во главе и скелетами по краям. Мы нырнули в хаос разнотравья под истеричные крики и проклятья Имаг, но не обращая на них внимания. Десятки людей двинулись вперёд в надежде на нового предводителя. Я буквально мог почувствовать их веру в Арлекино!

Первое, что я ощутил, оказавшись в “Садах”, это ветер. Он дул сразу со всех сторон, по несколько раз в минуту меняя направление, хотя скорость его оставалась практически постоянной – штормовой, и это несмотря на крайне низкое давление.

Однако это не помешало спикировать на нас стае летающих на стрекозиных крыльях слизней, размером с голубя! Существа оказались неповоротливыми, и первый же залп выкосил большую часть. Закапала слизь… и послышались крики – слизь разъедала не хуже кислоты. Слизни пошли на второй заход!

Высоко над нами и далеко впереди произошёл взрыв: расцвела ослепительно-белая вспышка, как небольшое солнце, а следом пришла упругая волна обжигающе горячего воздуха. До нас запоздало донеся отдалённый хлопок и треск, как будто рвётся само пространство.

Я замер на миг, прозрев в затухающих отблесках взрыва и увидев то, что нам предстояло пройти: лабиринт из исполинских деревьев и кустов, окутанных лианами и травами, что сливался с огромными механизмами. Переломанные, изогнутые и развороченные куски труб торчали из земли, но в их недрах что-то грохотало. Паутина проводов свисала со сводов. А в отдалении я заметил возвышающийся над кронами бок оплавленного генератора или чего-то подобного искорёженного аварией.

Вспышка распугала мелкую живность, но это была лишь передышка – во внутренностях “Сада” завелись паразиты. Я видел прикреплённые к стенам, мосткам, частям системы огромные белёсые наросты, сотканные из нитей. А затем свет от аномалии-звездочки иссяк!

Факел производил крайне мало света, чадил и потрескивал, а мы шли, с трудом переставляя ноги и качаясь под порывами ветра. Выглядело жутковато, ибо мрак вокруг с каждым шагом, казалось, становился всё плотнее… И совсем жутко стало, когда мы ступили под алые кроны космических джунглей. Не покидало чувство, что идём сквозь бездну.

О тепле от огня и говорить не приходилось – нас била крупная дрожь. А через несколько минут наравне с завыванием ветра на сознание стал давить гул неизвестной природы. До крайности гнетущий. Монотонный. Доносился он, казалось, со всех сторон, а может, и изнутри черепа. От непонимания по шкуре бегали мурашки.

Я пытался бороться! К физическим трудностям привыкнуть оказалось делом усилия воли – что не убивает, то делает сильнее, особенно дураков и героев. Но вот моральное напряжение заставляло нервничать и шарахаться от собственной тени. И чем дольше это продолжалось, тем сильнее я жалел, что Альфа без сознания…

Но от лишних мыслей отлично отвлекала непрекращающаяся рубка! Клинки мелькали с бешеной скоростью, прорубая просеку. Не успели мы удалиться на два десятка метров, как хаос происходящего в Садах захлестнул нас с головой.

Радужно переливающиеся тараканы с прочной хитиновой бронёй и размером с такс пытались подкопаться и

Арлекино и скелеты без труда справлялись с растительностью и большей частью ползучих тварей, лезущих на нас в лоб. Нежить ловко орудовала косами! Скелеты сопровождения быстро превращали подобравшихся слишком близко врагов в нарезку, они же прикрывали нас со спины.

Я сбивал летающих тварей на подлёте сначала метательными ножами, а потом из револьвера, и это с учётом того, что руки у меня дрожали из-за отравления кислородом. И если вначале это были просто слизни, то после к ним присоединились Светлячки – существа размером с яблоко, у которых наподобие пчёл имелись жала. Подпускать их было нельзя ещё и потому, что если подбить такого, то он взрывался и распространял вокруг облако газа, от которого хотелось чихать, а глаза слезились…

Но Аня прикрывала меня – позаимствовав кнут Насти, работала на средних дистанциях, изничтожая прорвавшихся летунов и мелкую шушеру.

Настоящим кошмаром были червяки – тяжёлая артиллерия высотой в половину человеческого роста, плевались какой-то липкой, сковывающей движения дрянью. На наше счастье, меткость у них страдала, да и перезарядка оказалась долгая, так что мы могли уклоняться.

Много какой гадости пришло по наши души, всех упомнить невозможно. И хотя монстров было чуть меньше, чем бесконечность, однако нас спасало то, что они оказались крайне тупыми, и мы выкашивали их, медленно, но верно, продвигаясь вперёд.

В какой-то момент безумия боя, когда я выдёргивал нож из оказавшегося на пути монстра, по окружающим зарослям прошла взрывная волна. Сила её была столь велика, что деревья качнуло, а летающих и немалую часть расположившихся на ветках тварей просто смело. Мы на миг обернулись к взрыву – огненный шар почему-то сиреневого цвета медленно опадал, и вместе с ним слышался грохот рушащихся камней.

Сквозь творившуюся вокруг кутерьму прорвался вой Стаи, в котором мне послышалось отчаянье и бешенство от невозможности продолжать преследование. А затем калейдоскоп завертелся вновь: нож пришпилил к дереву какую-то образину. Вскинув саиф, я разрубил очередную тварь, заходившую Ане со спины, краем глаза заметив, как кнут сбивает удар жука-переростка, нацеленного на меня.

Я танцевал с саифом, ножами и револьвером в первых рядах. Выпад сменялся броском ножа, тот перетекал в рубящий удар, и, почувствовав обжигающе горячую кровь, отбрасывал противника ногой. Крик боли и муки врывался в уши, и я под невероятным углом стрелял из револьвера по подобравшемуся слишком близко монстру, тело его разрывало на части. А я уже перетекал в новую позицию и взмахом клинка останавливал выпад, нацеленный на союзника.

Тем временем за спиной кто-то расправлялся с чудовищем. Не обращая внимания на это, я плечом сбивал спрыгнувшую с ветки гадину, не отвлекаясь на вспыхнувшую боль, добивал и вновь стрелял… Я пьянел от крови, и как бы безумно это ни звучало, но был счастлив, ибо в полной мере чувствовал свою силу. Рядом находились дорогие мне люди, и я делал всё возможное для их защиты!

Гудящий звук, который успел внедриться в кости и прорасти болью, неожиданно усилился и достиг предела – сквозь просвет в листве спикировал пяток пауков размером с мою голову, в чёрно-жёлтую полоску, с крыльями бабочки и пчелиными жалами. На секунду они зависли в воздухе, пытаясь сориентироваться в пространстве, а затем по замысловатой дуге ринулись на нас. Скелеты, отрабатывая программу защиты, попытались прикрыть живых, окружив нас с косами наперевес. Я же не успел толком испугаться, когда первый уродец появился рядом – факел оказался неплохой дубиной, и опалённое существо рухнуло вниз, щелкая игольчатыми ногами. С оставшимися дружным залпом расправились скелеты.

Новая вспышка звезды аномалии, и волосы на голове зашевелились: сквозь редкие прорехи раскидистых крон, усиленных лозами и лианами, можно было увидеть сотни пауко-пчёл, что кружились словно шторм. А на обломке мостков висел крупный белый нарост – улей, сотканный из паутины и имеющий множество шестиугольных сот.

А через целую вечность схватки, по субъективному мироощущению, дрожащей от усталости рукой я взмахнул саифом, дабы отогнать от бесчувственной Насти очередное чудовище. И тут неожиданно обнаружил, что мы выбрались на берег реки – свободное пространство, покрытое серым пеплом, шириной в пару метров у самой воды.

Оценивающий взгляд сразу выделил основное: в десятке метров правее посреди реки находился фонтан – вычурная батальная композиция, выполненная из призрачно сияющих драгоценных камней и металлов. Основным её достоинством являлся размер, так как края фонтана соприкасались с берегами, образовывая своеобразный мост.

Первым порывом было плюнуть на всё и просто переплыть реку, дабы скорее перебраться на другую сторону. Десяток пауко-пчёл рискнул пролететь над рекой и мгновенно превратился в несколько пурпурных капель, что пролились в тёмно-алую воду речушки, от которой, я готов поклясться, исходили миазмы крови и муки. Уцелело лишь несколько тварей, что пролетали над фонтаном… но лазерные залпы их быстро упокоили.

Во рту даже на таком расстоянии появился противный металлический привкус с лёгким сладковатым послевкусием разложения – это совершенно уничтожало желание преодолеть жижу вплавь. Да и на другой стороне тварей прибывало…

– Все к фонтану! Раненых в центр. Все дееспособные обороняют подходы! – проскрежетал Арлекино, взмахом меча отгоняя особо наглую букашку.

Киборг жестом фокусника извлёк из подранного жилета одну зажигательную и две дымовые гранаты и закинул их в стену деревьев у нас за спиной. Огонь вспыхнул охотно и даже сильнее, чем можно предположить при такой влажности и холоде. Жар обжигал, с неимоверной силой заставляя отступать. Одновременно орда беспрестанно атаковавших нас насекомых дрогнула и, сократившись в несколько раз, замедлилась.

В первый момент я хотел возмутиться: почему Арлекино не воспользовался гранатами в начале прорыва? Но, наблюдая за пожаром, понял, что огонь среди плотных зарослей, скорее, убил бы нас, чем врагов, а теперь он стал нашим щитом. Кроме того, сейчас он стал предупреждением Административному центру о нашем приближении. Если они ещё не заметили переполоха...

Передышка оказалась как нельзя кстати. Ножи у меня давно кончились. Револьвер пожрал на патроны столько крови, что я удивлялся, как вообще стою. Кроме того, адреналин в крови практически выгорел. Теперь я чувствовал все раны: огнём горели тысячи порезов и царапин, которыми усеяны тела у нас с Аней, собственно, как и всех живых в отряде. Сознание заволакивал туман, тело наливалось свинцом, а конечности переставали слушаться.

Лучше всего сохранился непробиваемый Арлекино, Настя и прочие раненые, которых мы берегли… хотя из полусотни людей осталось лишь чуть больше половины, а скелетов всего пятеро!

– Тяжела и неказиста жизнь героя-мазохиста, – мысленно перефразировал я присказку моего товарища Андрея, дрожащими пальцами фотографируя панораму, и поднял жалобный взгляд на воительницу. – Аня, что скажешь хорошего?!

– Если не помрём, то жить будем! – Аня, не удержавшись, пошатнулась и упала на колени, опираясь на скимитар, так как Настин кнут сгинул где-то в Садах.

– Это радует! – Арлекино несколько раз взмахнул мечом, а мы услышали дикий треск уже не подлеска, а огромных стволов вокруг. – Кстати, угощайся, – Арлекино забрал у скелета и протянул мне нечто отдалённо похожее на медовые соты, только белое, пахнущее краской и подозрительно фосфоресцирующее. – А теперь готовьтесь к новой волне!

Сквозь огонь, уже стоявший стеной, прорвалась гигантская мокрица, балансирующая на задних ногах и раз в семь-восемь превышающая любого из нас! При этом она двигалась, на удивление, ловко и орудовала конечностями не хуже мясорубки – многим жукам, последовавшим за ней, не повезло попасть под удары лап, и кровавые ошмётки плотным пологом усеивали землю перед ней.

Один из выживших при прорыве скелетов, без нижней половины торса, подполз к нам, судорожно подтягиваясь на руках. Киборг, походя, одним ударом ноги разнёс череп беспомощного бедолаги в малоприятное месиво. Склонившись над “мёртвым” скелетом, несколькими движениями отломал тому руку, так чтобы кость была заострённой!

– Хорошие солдаты должны помогать своим командирам даже после смерти! – Арлекино закусил самодельный костяной клинок и ринулся в атаку на мокрицу.

– «Вот интересно, он так с ума сходит, или здесь действительно менталитет такой?»

На мелочёвку Арлекино не обращал внимания, сразу выбрал себе в противники главную цель. Скелетам не оставалось ничего иного, как подчиниться и взяться за уничтожение свиты монстра. Мы же с Аней встали перед спасаемыми последней линией обороны, хотя врага мы могли отогнать исключительно своим непрезентабельным видом.

Киборг разошёлся не на шутку – двуручник размазался в неуловимое для взгляда пятно, и несколько лап мокрицы отлетели в стороны. Но нашему товарищу показалось мало, и он взвился в невозможном прыжке, вонзив меч в мягкое подбрюшье жука-переростка, как копьё, на высоте в пару ростов. Рывком подтянувшись, Арлекино запрыгнул на лезвие и, балансируя, перехватил обломок кости и принялся им кромсать монстра да так, что в стороны полетели куски панциря, мяса и густая желтоватая кровь.

В этот момент мимо скелетов прорвалось несколько жуков. Взмах саифом, и один из агрессоров уничтожен. Я неожиданно понял, что клинок вылетел у меня из рук, а я падаю в тёплый пепел берега, и у меня просто нет сил для следующего движения. Оставшиеся монстры ощерились жвалами, готовясь порвать меня, но пасть смертью храбрых мне не довелось – запел скимитар Ани, вырезая противника!

Но как бы ни была сильна воительница, даже у неё имелся свой предел. Как только последний из прорвавшихся жуков оказался уничтожен, а скелеты, потеряв двоих, отступили и плотнее сомкнули ряды, девушка покачнулась и рухнула рядом со мной. Её грязный, но всё равно красивый хвост коснулся меня.

Спектр зрения сменился в очередной раз, и я увидел в зелёных клубах дыма, как оранжевый киборг практически пробил дыру в подбрюшье чёрно-синей мокрицы и теперь пытается достать до какого-нибудь жизненно важного органа. Мокрица, яростно заголосив, пыталась стряхнуть Арлекино, но поняв, что он находится в мёртвой зоне для её лап, рухнула навзничь с высоты своего роста, желая раздавить противника… а если точнее, утопить, так как туша упала прямиком в воду реки. Несколько капель из поднятой волны с шипением упали рядом с нами.

Арлекино успел в доли мгновения извернуться, уцепиться целой рукой за одну из лап и, использовав инерцию падения, запрыгнул на спину существу, вонзив обломанную руку в спину монстра для большей устойчивости, после чего продолжил избиение. Жук-переросток издал рёв невероятной силы – его ноги растворились, и туша, распластавшаяся поперёк потока, превратилась в подёргивающийся мост.

Но прежде чем подохнуть, монстр успел сделать последнюю гадость: в хитине спины образовалось множество отверстий, из которых произошёл залп огромного количества личинок. Залп был такой силы, что одна из них, ударив в Арлекино, пробила его насквозь, оторвав ноги и нижнюю часть туловища. Верхняя часть не удержалась на монстре и отлетела в сторону, так что правая рука вместе с половиной грудины попала в воды реки и стала неспешно растворяться.

Во время боя с киборга слетела маска клоуна, и впервые я увидел его облик. Меня передёрнуло от неприглядного зрелища: гниющая изнутри маска древнего старика, покрытая множеством пигментных пятен и морщин, изрезанная огромным количеством уродливых шрамов, сплавленная с металлом, а поэтому оплывшая и превратившаяся в сплошной ожёг. Но самым страшным в этом лике оказалась невозможность выражать эмоции, ибо паралич сковал его, оставив навечно кривую усмешку.

А затем я почувствовал, как меня подхватили, и с мыслью, что обидно так глупо погибать, потерял сознание…

Глава 9. Затишье перед бурей. (Альфа)

– «Всё плохо. Всё очень и очень плохо! Всё просто ужасно! И в дальнейшем будет только хуже…», – вяло скользили мысли в голове, просачиваясь сквозь паутину боли. – «И это хорошо, ибо значит, что мы ещё живы, и можно насладиться моментом! А если повезёт, то когда-нибудь плохое вернётся к нам добром, и всё станет просто отлично…»

Эта алогичная философия уже не раз помогала мне не сдаваться в самых пакостных ситуациях и сейчас сработала как нельзя лучше. Глаза нехотя разлепились, и я осмотрел своё пристанище: большая комната и, насколько можно судить в полумраке, убрана крайне роскошно.

При попытке подняться и тихо заскулил. Возникло чувство, словно меня выпотрошили, внутренности измельчили и смешали, а затем наспех засунули обратно. Обычно все тумаки доставались Омеге, поэтому чувствовать последствия физических травм оказалось неприятно. Однако это небольшая плата за возможность оказаться у Чистых. Правда, оставался вопрос: в качестве кого мы здесь находимся?

Я поморщился

Приподнявшись с мягкой бархатной подушечки, я обнаружил себя на прикроватном столике, а Альтер-Эго развалился в привольной позе на обширной кровати с балдахином. Тело товарища оказалось чуть больше чем наполовину замотано бинтом с едва заметными пятнами крови. Но, судя по всему, ничего страшного с ним не произошло, так как он во сне улыбался. Желая удостовериться в дееспособности тела, преодолевая себя, я поднялся и, шатаясь, как пьяный, скользнул к нему.

– «Хотя бы кто-то счастлив», – пробормотал я, несколько успокоившись. И тут же чуть не взвыл, когда получил доступ к воспоминаниям человека. – «А этот придурок умеет веселиться. И самостоятельным стал, стервец! Сумел выбраться без моей помощи и даже мою тушку не потерял. Молодец… но совершенно себя не бережёт!» – захотелось врезать этому безалаберному существу, но я сдержался – не хотелось будить. Спокойные моменты являлись редкостью.

Тяжело вздохнув, я махнул на дуралея хвостом и двинулся к смутной щели света, просачивающейся под дверью – требовалось найти остальных товарищей и осмотреться. С каждым шагом двигаться становилось всё легче – разум, вкупе с чувством собственного достоинства, работал неплохим стимулятором. Споро проскользнув по пушистому ковру, я толкнул дверь, которая, к моему удивлению, легко поддалась.

Когда зашёл в комнату, то первое, что услышал, как кто-то вполголоса пел. Сказать по чести, музыкальным слухом и голосом исполнитель не отличался. Постоянно сбивался и фальшивил. Да и разобрать, о чём поётся, я оказался не в состоянии. Однако песня заставила остановиться… Меня поразило светлое и спокойное настроение, что пропитывало песнь и невольно пронизало моё естество.

С минуту я наслаждался, а затем, забравшись на вершину какой-то абстрактной статуи, огляделся. Обнаружить хоть что-то в обширной гостевой зале было затруднительно. При свете множества огней глаза резало от кричащей помпезности, шика и роскоши. Блестящий хлам, вычурно красивый и при этом совершенно ненужный, однако должный говорить об аристократической натуре и огромной власти живущего здесь.

Но главное, я заметил: Анна восседала на мягком диванчике, стоящем у заполненного едой стола. Признаться, в первый момент не узнал воительницу, что примерила на себя платьице, которое можно было назвать «домашним», но при этом крайне изящным. Одновременно с этим девушка, перестав мурлыкать под нос, повернулась ко мне.

– Альфа, привет! Рада, что ты проснулся! – улыбнулась она. – Присоединяйся. Наши гостеприимные хозяева не поскупились на закуски!

Первый порыв – броситься поближе к еде. А ещё лучше на ласковые руки к девушке! Однако я подавил его усилием воли. Если Настю я любил как сестру и разрешал ей делать с собой всё что угодно, то Аню я искренне уважал и не хотел представать перед ней животным.

Помимо этого, с тех пор как я отказался от предложения Арлекино и не завладел человеческим телом, а примирился со своей сущностью, то стал замечать, что звериные инстинкты во мне просыпаются всё чаще и сильнее. Иногда это приносило выгоду, но по большей части мне это не нравилось и даже пугало, так как заставляло разум отступать. Поэтому я старался держаться в жёстких рамках и даже позволил надеть на себя ошейник!

Из-за всего этого продолжил разведку, но в соседних комнатах ничего интересного не обнаружилось. Рахнез выглядел неплохо, по крайней мере, храпел за троих. Настя подверглась интенсивному лечению: помимо бинтов, несколько капельниц и комплекс сложнейшего медицинского оборудования, перемигивающийся всем спектром огней.

Плюс несколько бытовых помещений и одна закрытая дверь, не подающаяся никаким усилиям. Не удовлетворившись результатами, я взобрался на стол и коротко тявкнул, попытавшись изобразить невозмутимую и одновременно улыбающуюся морду.

– Арлекино? – с первой попытки догадалась Аня. – Не видела с того момента, как за нами пришла спасательная группа из Административного центра. Но не думаю, что стоит волноваться, если нас сумели каким-то чудом вытащить, то его наверняка. Теперь он, скорее всего, на ремонте, где-нибудь в недрах Административного центра.

Подумав, я кивнул. Меня беспокоило его отсутствие, особенно с учётом плана, поведанного Омеге, однако разводить панику не стоило. Правда, я не удержался от того, чтобы задать ещё вопрос и, крутанувшись на месте, выдал серию лающих звуков.

– Как ситуация в целом? – сообразительность воительницы радовала. – Спокойно. Мы здесь почти сутки. Я проснулась часа четыре назад, но за это время только врач приходил. Кстати, с остальными всё нормально. Ещё сутки, и даже следов от травм не будет. Также произошла смена блюд… да всё. Местные неразговорчивы. Хотя, нет, есть кое-что ещё… – Аня сделал рукой неуловимый жест, и из глубины стола вылетела тарелка с мясным ассорти и чистой воды, после чего всё приземлилось прямо передо мной. – Защита Административного центра хороша настолько, что позволяет работать магии!

Я, обнюхав кушанье, благодарно кивнул девушке и неспешно принялся за еду, успокоенный информацией.

– Альфа, пока мы одни, я хотела бы извиниться перед тобой, – дождавшись, пока я удовлетворю первый голод, вкрадчиво заговорила Аня. – Наша драка с Омегой на корабле, я тебя тогда сильно приложила. А перед этим в клетку посадила. Да и в Куполе с тобой не очень хорошо обращалась…

Оторвавшись от еды, я выразительно посмотрел на девушку и передёрнул плечами, показывая пренебрежение к таким мелочам, о которых давно забыл и даже не думал обижаться.

– Спасибо, – воительница несколько расслабилась. – Тогда, надеюсь, ты не против разговора? – я поудобнее устроился на месте, выражая готовность внимательно слушать. – Я хотела бы расспросить тебя о родном мире… О времени, когда ещё не было магии… – и чуть смущённо закончила. – Если точнее, то о вашем предшественнике Виталии Пазлове. Ведь о нём я знаю только по косвенным источникам…

От слов девушки я непроизвольно вздрогнул. И насторожился: откуда она знает моё настоящее имя? Но тут же припомнил, что она видела мой паспорт. Да и на «Драконе» я назывался Арлекино – воительница вполне могла подслушать.

Вот только тему дома мы с Омегой старались всячески обходить, так как неизвестность того, когда мы вернёмся… и вообще сомнительная возможность этого не улучшала настроение.

– Прости. Если тебе это неприятно, то… – заметив мою реакцию, девушка мгновенно пошла на попятную – она не хотела ничего дурного.

Я замотал головой, показывая готовность к разговору. Нечто подобное стоило предвидеть, ибо не поинтересоваться прошлым

– Ты спрашиваешь, почему я обращаюсь с этим к тебе, а не к Омеге, хотя с ним разговор получился бы более продуктивным? – уточнила девушка-зверь и, получив подтверждение, как-то сразу замялась. – Понимаешь… вы с ним одно, однако отличаетесь… с ним я не могу об этом говорить. Он другой. И не получается… ты хотя и такой же, но тем не менее знаешь и понимаешь… Об этом намного проще и спокойнее… как бы это?..

Я оскалился в доброжелательной улыбке, показывая, что понимаю, о чём девушка не может сказать. Аня в первый момент смутилась ещё сильнее, однако взяла себя в руки и ответно улыбнулась. Острый ноготок взлохматил шерстку у меня на голове и бережно почесал за ухом. Я благожелательно тявкнул.

Дальнейший разговор выглядел довольно странно и со стороны наверно крайне забавно. Девушка сидит посреди комнаты и беспрерывным потоком задаёт десятки, даже сотни вопросов. Перед ней белая ласка, беспрерывно голосящая и кривляющаяся самым невероятным образом в шоу пантомим. При этом в зависимости от выкрутасов ласки, девушка отвечала сама себе, временами прерываясь на середине и начиная новую мысль.

Как ни странно, но обсудили мы немало. Я рассказал о наших родителях, взаимоотношениях с ними и отдельно остановился на Лене – нашей младшей сестрёнке. Поведал о друге Андрее и про то, как мы проворачивали оферы. Благополучно обошёл стороной тему личной жизни, хотя Аня настойчиво пыталась вызнать всё возможное. Говорил о повседневной жизни: учёбе в школе, увлечениях паркуром и фокусами, а также про множество других мелочей!

Я так расхваливал своё отражение, что в какой-то момент начал завидовать самому себе! Поэтому не преминул вспомнить о тёмных сторонах нашей личности – подлинных и мнимых... Так девушка узнала, что Виталий боится в жизни трёх вещей: нежити – результат застарелой травмы, чуть не стоивший нам жизни; ярости родителей – то, как Виталий скрывал свои опасные и не совсем законные увлечения, это отдельная история; ну и самый большой страх – щекотка, которой можно сразить этого непобедимого воина!

Я раскрыл и некоторые секреты. Про то, что у нашего прототипа имеется любимая плюшевая игрушка, которая “возможно” стала основой моего образа. Или о том, как Виталий любит шоколад. У него имелся даже тайник с ним!

С девушкой оказалось неожиданно легко: не имелось секретов, и не требовалось врать – она не осуждала и всегда могла понять. Больше того, она пыталась помочь советом, а если не могла, то всегда находила слова поддержки. Так что в течение получаса, которое длилось наше общение с воительницей, мы веселились от души. Однако ничто не длится вечно…

– «Альфа, ты где?» – раздались в сознании вялые спросонья мысли Омеги.

От неожиданности я чуть не упал, так как в этот момент балансировал на задних лапках, удерживая на носу ягодку винограда и при этом хвостом жонглируя ещё тремя. Но это мне не помешало несколькими ловкими движениями закинуть ягоды в ближайшее блюдо и поклониться Ане, любовавшейся этим шоу.

– Альфа, ты прав, против такого не устоять! – засмеялась и зааплодировала Аня. – Теперь понимаю, почему вы предпочитаете оружие дальнего боя!

– «Что происходит? Про какие “боя” и “оружие” я слышу?!» – из нашей комнаты раздался шум взволнованного человека. – «У нас опять проблемы? Мы в опасности?..»

– «Успокойся. Всё нормально», – насмешливо прервал я отражение. – «Мы с Аней в соседней комнате о тебе неповторимом сплетничаем. Если интересно, то одевайся и присоединяйся, тебя тут ждёт завтрак, хотя… если желаешь, могу привести девушку в спальню».

– «Завтрак, да ещё и с Аней – я иду!» – возликовал человек, культурно проигнорировав вторую часть предложения.

Я несколькими жестами извинился перед девушкой, показывая, что мне нужно идти – долго оставаться порознь с Альтер-Эго непривычно, на что Аня понимающе кивнула, и я рванул к Омеге.

– Интересно, а смогла бы я стать частью этого мира? – когда я почти нырнул в дверь, донёсся задумчивый голос Ани, обращённый в никуда.

Почему-то эта фраза заставила сбиться с шага, а сердце болезненно ёкнуть… возможно, потому, что я знал ответ?

– Альфа? – человек показался в дверях нашей комнаты, и его слова заставили сбиться с мысли. – С тобой всё в порядке?

– «Да, просто кое о чём задумался…» – я запрыгнул на протянутую руку и занял привычное место на шее человека.

Выданная Омеге одежда оказалась под стать обстановке, такая же помпезно красивая и крайне неудобная, но человек щеголял в ней с видом заправского франта. Оружия, ожидаемо, нам не оставили, как и телефона с паспортом. Но несмотря ни на что, морда этого остолопа светилась, чуть не выжигая всё округ концентрированной волной хорошего настроения.

– Рад вас приветствовать, мадмуазель, – человек, соответствуя обстановке, принял новую роль и поклонился поднявшейся навстречу Ане. – Вы обворожительны, как никогда!

– Благодарю, милорд, – включилась в игру девушка и ответила Омеге смущённым книксеном. – Я рада, что вы сумели присоединиться ко мне за завтраком. Это большая честь.

– Что вы! Я не мог пропустить подобное… – заворковал человек, проходя к столу.

Наблюдая за беззаботной пикировкой парочки, я не мог сдержать улыбки – последний налёт доброжелательности, ибо животное чутьё подсказывало, время благодушного настроя прошло. Нечто уже на подходе…

Опасения оправдались через десять минут: дверь чуть слышно открылась, и парочка резко умолкла. На пороге стоял скелет. Хотя его кости поблёскивали не грубым железом, а сверкающим серебром, и выглядел он довольно новым, я почему-то уверился, что это один из скелетов, помогавших при прорыве. От неожиданности и нахлынувшего необузданного страха я молнией нырнул в складки одежда человека.

Но костяк оказался лишь сопровождающим для более высокого гостя. Некер – один из спасённых нами биоробов. Он сильно изменился с последней встречи: лицо свежее, даже розоватое от переполняющей силы, официальный костюм на мощных плечах амбала, ярко-алые волосы собраны в длинный хвост. Правда, неизменным оставалось добродушное, чуть растерянное и слегка виноватое выражение лица.

– Дамы, господа, – Некер уважительно кивнул людям, как равным и уважаемым. – От имени и по поручительству Чистого приветствую вас на лунной базе. Мы рады принимать жителей Купола и надеемся, что вам понравится пребывание здесь.

– Благодарим, – выступив вперёд, сдержанно ответил Омега. – То, что мы можем находиться здесь, является для нас большой честью!..

– Мы счастливы, что вам нравится, – биороб вещал с лёгкой пафосностью. – Если имеются какие-то пожелания, то только скажите – при возможности всё будет исполнено!

– Всё намного лучше, чем мы только могли надеяться. Нам ничего не нужно, – переглянулся с девушкой Омега.

В этот момент из комнаты показалась и Настя, опираясь на штангу капельницы. Выглядела она, словно только вылезла из могилы, а ноги едва двигались по полу. Но магичка была упорна!

- Очень рад это слышать! – а затем фигура биороба словно уменьшилась, а лицо стало проще и даже чуть растерянным. – Прошу прощения… но кроме официального приветствия, позвольте мне сказать и от себя! Я не могу не высказаться… особенно присутствующим здесь леди, – Некер склонился в глубочайшем поклоне, так что очки чуть не сверзились с носа. – Я очень виноват перед вами за всё, что случилось в лаборатории криогеники – для меня и моих товарищей нет никаких оправданий непристойного поведения! Также прошу засвидетельствовать моё глубочайшее почтение за спасение – я перед вами в неоплатном долгу.

– Не стоит, – голос Насти был слаб. Девушка перехватилась за косяк двери для большей устойчивости. – Мы всего лишь выполняли поручение Арлекино. Кроме того, вы единственный из присутствовавших в лаборатории, кто хотя бы пытался вступиться за меня, – девушка обожгла и Омегу, и бросившуюся на помощь магичке Аню красноречивым взглядом. – Я верю вашим словам. Извинения и благодарность приняты, – Настя даже нашла силы улыбнуться биоробу.

– Большое спасибо! Ваши слова очень много значат для меня, – глаза Некера на миг вспыхнули, и он облегчённо улыбнулся, а я запоздало понял, что его взгляд с самого начала был направлен на Настю.

Аня усмехнулась, а Омега нахмурился – биороб вызывал у Альтер-Эго подспудное раздражение. А киборг тем временем вновь перешёл на деловой тон.

– Альфа и Омега, я вынужден просить оставить вашу очаровательную подругу. Чистый просит вас пройти к нему для разговора в связи с ролью и ответственностью, возложенной на вас Арлекино.

– «Это не просьба, это приказ», – прокомментировал я для впавшего в замешательство человека. – «Это приглашение нас, как лидеров группы. Будет решаться наша учесть», – я куснул Альтер-Эго за ухо, поторапливая.

– Буду рад поговорить с Чистым, – вздохнул Омега, бросив взволнованный взгляд на Аню.

– Не волнуйтесь, это не займёт много времени, – успокаивающе пообещал гость. – А теперь… поспешим. Не стоит заставлять Чистого ждать.

Глава 10. Ставка на будущее. (Альфа) Часть 1.

Перед нами мелькали коридоры, лестницы, новые коридоры, залы, за ними галереи, переходы, ещё лестницы, анфилады комнат и так далее… Ориентацию я потерял в первую минуту. Возникло ощущение, что я оказался в огромном и очень дорогом отеле. Или в каком-то сказочном дворце.

Множество этажей, где жилое пространство перетекало в залы для прогулок и досуга или небольшие рестораны. На просторах отсутствовала не то что симметрия, но вообще какая-либо логика в архитектурном расположении элементов.

Зато в избытке было роскоши! Пышность и вычурность барокко с богатой игрой светотеней и усложнением пространства за счёт криволинейных форм, а также выпуклых и вогнутых линий. Массивные элементы ампира с монументальной изысканностью и парадностью, подчёркнутой насыщенной цветовой палитрой. Грациозность и лёгкость утончённости рококо в малых формах и деталях. А также лёгкость и стремление к вершинам готики.

И всё это приправлено колоннами, пилястрами, арками, контрфорсами, каскадами фонтанов, вездесущим орнаментом и, конечно, лепниной… столько самой разнообразной лепнины я в жизни не видел, и каждый раз на новый мотив: то из древней мифологии, то из технологичного прошлого, то из магического настоящего.

Про количество картин, статуй, мозаики, витражей, росписей стен и прочих произведений искусства и говорить не стоит. Так же как и про обилие сияющего золота, серебра, а еще тысяч играющих отблесками драгоценных камней разных размеров и форм. Наверное, разрушенные Садами блоки базы, должны были выглядеть так же.

Роскошь комнат, где мы очнулись, лишь бледная тень окружающего. Нельзя было не признать, что вокруг до умопомрачения красиво и изысканно. А ведь мы прошли всего пару этажей до ближайшего телепорта! Практически никого не встретив…

Зеркальная дверь телепорта закрылась. Тихарь ввёл на панели управления комбинацию, и в следующую секунду дверь открылась вновь. Я встряхнулся всем телом, так как перемещение через локальный телепорт заставило волосы встать дыбом – местные технологии плотно переплетались с магией.

Мы оказались в небольшой приёмной, где нас не стали томить, и миловидная секретарь-оборотень коротким жестом пригласила в кабинет Чистого. Последние шаги я преодолевал с замиранием сердца и внутренним трепетом. Сны, навеянные Первым Министром. Дневник Арлекино. Поверхностный взгляд на место обитания Чистого и на общество, которым он правил… всё это заставляло ожидать встречи с великим хозяином Лунной базы. Чуть ли не богом во плоти!

Поэтому когда Некер впустил нас в апартаменты к Чистому, то я оказался несколько разочарован: простой рабочий кабинет с единственным украшением – на одной из стен “Апофеоз войны” В.В. Верещагина. Основное пространство занимал пустой письменный стол. Всмотревшись, я понял, что его поверхность – один сплошной экран. И…

И я, и Омега подзависли на десяток секунд. Над головой раскинулось звёздное небо! Бессчётное число звёзд Млечного пути, среди которых особо ярко светилась ало-чёрная земля. Ужас и умиротворение бесконечности коснулись души…

– Виталий Пазлов. Восемнадцать лет. Из двадцать первого века. Образование полное среднее с серебряной медалью. Проживает по адресу… – все наши выходные данные, упомянутые при Арлекино, возвращались и не хуже ножей резали разум, заставляя чувствовать ничтожность и слабость перед говорящим. – В настоящий момент: Альфа – белая ласка, Омега – человек. Верно?

Омега опустил взгляд на сидящего за столом мужчину лет тридцати – тридцати пяти. Светлое, открытое лицо внушающее доверие, если не симпатию. На нём сложной сетью раскинулась металлически поблёскивающая кибернетическая вставка. В руках он вертел мой телефон, а чуть в стороне лежал паспорт.

Из посторонних в комнате имелся только один человек… точнее, киборг, что стоял за плечом Чистого на манер охранника. В первую секунду я обрадовался, решив, что это Арлекино! Но, несмотря на всё сходство, я понял, что ошибся – другая форма тела и едва уловимые движения.

Я попытался коснуться его в мысленном диапазоне

– Абсолютно верно, господин… – скованно кивнул Омега.

– Давай без “господинов”? – мужчина откинулся на спинку кресла и приветливо улыбнулся. – Надоело. Да и не пристало Несуществующему – истинному человеку, пресмыкаться перед равным! Однако я не представился: Чистый. Местный глава. Думаю, ты уже наслышан и от Рахнеза, и от моего старого друга Арлекино… чей ремонт, надеюсь, закончится как можно скорее! Для своих товарищей просто Лодур, ты можешь не стесняться и тоже так меня называть!

– Большое спасибо за оказанную честь, госпо… Лодур, – отрапортовал Омега, несколько расслабившись и даже посмев улыбнуться.

Я недоверчиво хмыкнул. Принципиально не верилось в возможность общения на равных. Это лишь ход, дабы упростить манипулирование, особенно в отношениях начальника и подчинённого.

– Вот и хорошо, что мы друг друга понимаем. Но прежде чем мы займёмся делами, я хотел попросить об одолжении… Арлекино поведал о произошедшем с вами в Куполе... Честно скажу: я под впечатлением! – человек совсем разомлел от похвалы, а я мысленно скривился от неприкрытой лести. А наш хозяин спокойно продолжал: – Однако из-за случившейся с нашим общим другом неприятности, его память и аналитические функции оказались частично повреждены. Имеются некоторые пробелы в истории вашей дружной группы, которые требуется заполнить.

– Я в вашем полном распоряжении! Сделаю всё, что смогу!

Омега съел всё предложенное не поморщившись, однако в данный момент это к лучшему – в режиме дурака вести игру намного легче, с них спрос меньше. Плюс, их выгоднее использовать, нежели уничтожать.

– Похоже, Арлекино действительно провёл с тобой большую работу! Я очень рад, – скорее для себя, чем для нас, заметил Чистый. – Прошу, расскажи свою версию событий, произошедших в Куполе, а затем и по пути на базу…

- «Не вздумай лгать! Только правда!» - только и мог я дать совет человеку.

Просьба более чем ожидаемая. И глубоко вздохнув, человек начал повествование с нашего пробуждения после последней гулянки с Андреем…

Человек вёл диалог хорошо. На мой взгляд, даже очень. Если не слишком: местами эмоционально, местами рассудительно, однако максимально честно. Ни капли лжи, которую мог почувствовать Лодур, или в которой человек мог запутаться. Он делал акценты на спорных или болезненных моментах, опуская или обобщая ненужное. Местами менял приоритеты, так что самые благовидные поступки становились порождением холодного цинизма. И всё время не забывал ненавязчиво восхвалять Чистых.

Лодур во время монолога сканировал нас взглядом рентгена. Его глаза имели цвет небесной лазури, как у встреченных монстров из Стаи, но, в отличие от тех взглядов, этот казался очень грустным и всё понимающим. Но несмотря на это, я нутром чувствовал – Чистый медленно, но верно теряет терпение, его что-то не устраивало.

- …Уничтожение Министра привело бы к неоправданному риску для наших жизней – перевес в живой силе у войск Купола оказался значительным, - перешёл Омега к заключительной части нашего прибывания в Куполе. – Все формы продолжения противостояния системе и корректировке структуры общества также не имели смысла без силовой поддержки уничтоженной гильдии Предельщиков. Я принял решение вернуть информационный артефакт. Это не только уменьшило напряжённость ситуации, но укрепило позиции Чистых в обществе, чем можно будет воспользоваться… Наконец, ключевой причиной возвращения послужило молчание Лунной базы, о котором сообщил Арлекино – это вызывало волнение. Я посчитал, что полезнее вернуться с полученными данными на базу для разработки более продуманного и объективного плана, – на одном дыхании выдал Омега уверенно и твёрдо. – Однако я полностью отдаю себе отчёт, что это не оправдание и готов понести наказание за ошибку.

Омега подбирал каждое слово, помимо воли пытаясь ответить на не заданные, но витающие в воздухе вопросы. Почему Омега не уничтожил Министра, когда имелась такая возможность? Почему отдали информационный артефакт, за которым и отправлялся Арлекино?

Заканчивалась разминка, долженствующая раскрыть Лодуру наш характер, моральные ценности, интеллектуальный потенциал и другие факторы, о которых мы даже не предполагали.

– Не поспоришь. Ваше присутствие на Лунной базе в самом деле нужнее, нежели в Куполе, – нехотя согласился Чистый.

Как все оборотни он обладал звериными ушками, багровыми до черноты, и такого же колера пушистым хвостом, что виднелся из-под строгого делового костюма. И теперь волчьи атрибуты чуть заметно дрожали.

- Надеюсь, мой рассказ заполнил пробелы, оставленные Арлекино? И да… хотел извиниться, что присвоил звание посланника Чистых и пользовался им! – второе «я» виновато опустил глаза, ненавязчиво меняя тему разговора и уводя в сторону от опасной темы.

– Ничего страшного. Моё разрешение лишь формальность. Главное – преданность Чистым. Официальное утверждение тебя в должности со всеми привилегиями и обязанностями произойдёт в течение пары часов после окончания нашего разговора, – с довольной усмешкой собеседник парой движений создал какой-то документ на столе-экране и размашисто расписался.

Лодур оказался гостеприимным хозяином, и во время рассказа секретарь принесла чай, собранный в «лунных садах». Сбор трав пах умопомрачительно, а человек во время рассказа несколько раз освежал горло пряным напитком.

– «А ты профи! Походя, устроился на полставки», – сдержанно похвалил я человека.

– И всё же, мне кажется, ты слишком лоялен к Куполу. Возможно, это связано с Первым Министром – тем, кто привёл тебя в этот мир? – хвост Чистого подрагивал в предвкушении.

Звериная часть проснулась – я уловил сокрытое во взгляде Чистого и в его атаке напролом. Лодуру требовался не только и не столько наш психопортрет. Он хотел получить то, что для него ближе всего! То, что позволит подцепить нас и использовать – пороки и недостатки, страсти и слабости. Наша тьма! Предложенного Омегой для нашего приручения мало. Если не даровать чего-то существенного, то вместо пряника поддержки желаний Чистый воспользуется кнутом, и удар обрушится на то, что нам дорого.

– Он для меня никто, и меня с ним ничего не связывает, – перехватив управление над телом Омеги, я изобразил лёгкий намёк на усмешку, а собеседник от неожиданности замер. – Разве только несколько долгов, которые я не прочь востребовать за всё случившееся со мной. А самое главное, он не в состоянии вернуть меня домой. Поэтому я надеюсь только на вас в этом вопросе и готов на всё для достижения

– Верный настрой! Министр сам виноват, что предвзятым отношением отпугнул столь перспективного человека! – Чистый расслабился, так как я назвал, за что готов продаться. – Об остальном не беспокойся, как только разберёмся с проблемами, мы поможем тебе в любом вопросе! Шикарная жизнь, сила и власть, организуем встречу с первым Министром – выскажешь всё!.. И, конечно, вернём тебя домой – сумели призраки прошлого, сумеем и мы! – Лодур перевёл дух и продолжил без экспрессии: - Нужно лишь просканировать твоё сознание на поиск ключей… Но это после решения проблемы с базой! Нужное оборудование в глубинах базы.

Только в этот момент я понял, как сильно нам повезло. Если бы не катастрофа, нашу память не просто прочитали, но и отформатировали по местным лекалам. Так на всякий случай.

А в нынешней ситуации у Чистого нет однозначных средств принуждения и контроля Несуществующих. Мои спутники не в счёт – они нужны наравне со мной. Приходится разговаривать, притом вежливо и долго – Арлекино знал, что делать, сходя с ума.

Но не стоило недооценивать людей, облечённых властью, они пробиваются наверх не за красивые глаза. Максимум что нам удалось: убедить Лодура, что использовать нас выгоднее, нежели уничтожать.

Глава 10. Ставка на будущее. (Альфа) Часть 2.

- Твоя команда очень разномастная, - тем временем продолжал вещать Чистый. – Маги… Войны… Что ты можешь сказать о них? Чем посоветуешь одарить моих новых подданных? Возможно, стоит кого-то из них выделить?

На столе-экране засветилась трансляция с камер наблюдения из отведённых нам комнат. Лёгким жестом руки Чистый перенёс её на одну из стен. Аня, Настя и даже Рахнез оказались уже на ногах и выглядели свежими и бодрыми – местные технологии не хуже магии Купола творили чудеса!

Однако не успел я обрадоваться, как различил, что у них происходит: Аня сидела на спине у Рахнеза, вывернув тому руку в болевом приёме, гигант что-то беззвучно орал, а перед ними на корточках сидела Настя и что-то говорила, эмоционально махая руками – я даже боялся предположить, что там случилось.

Вот и пришёл самый опасный момент: требовалось пройти проверку на лояльность. Я не строил иллюзий: тот, кого я выделю, будет не только награждён, но и станет заложником, дабы контролировать меня. Возможно, не явным. Возможно, в золотой клетке. Но от этого результат не изменится.

И что хуже всего, если я выберу кого-то, исходя из предпосылок «плена», то Чистый это наверняка поймёт, и тем самым я распишусь в том, что замышляю что-то против главы базы.

Вот именно поэтому я не хотел вступать в какое-либо противоборство с Чистым! Ему сотни лет! За спиной тысячи интриги и заговоров. И как бы велико не было моё самомнение, но не мне с ним тягаться. Любая моя комбинация будет словно открытая книга.

– Товарищи? Сильно сказано, скорее, необходимые помощники! – Омегу передёрнуло от формулировки, но он решил рискнуть. – Лучше наградите меня!

– Теперь понимаю, что не только за боевые таланты и способности Несуществующего Арлекино взял тебя под крыло, – погрозил мне пальцем Чистый и расхохотался. Человек не посмел возразить и лишь поёжился. А глава базы заметил: - Твои люди должны почувствовать мою благодарность! Рассказывай!

– Рахнез – преданный до мозга костей сторонник Чистых. Хотя, слегка двинутый. Неплохой техник, учёный… Он и Предельщики, несмотря на все перегибы с политикой, очень выручили меня в Куполе. Думаю, для него высшей наградой стало бы получение статуса биороба!

На этом моменте Омега замолк – ему банально было больше нечего сказать об орке, который спасал ему жизнь несколько раз. Второе «я» было бы радо отдать его Чистому и решить данную проблему ко всеобщему удовольствию… Вот только человек сам не верил, что подобное возможно.

- Анастасия Декассова… источник информации о Куполе. Недурственный лекарь. Не говоря о том, что весомый аргумент в спорах с Министром, - Омега замешкался, и я его подтолкнул выдать ответ: - Высшей наградой для неё стала бы встреча с отцом!

– Брат Министра? Юрий Декассов, если не ошибаюсь? – задумчиво пробормотал Чистый. – Что же, это можно будет устроить… – и Лодур расплылся в ухмылке, относительно каких-то своих мыслей. А затем взгляд его стал колючим. – Кстати, что ты можешь сказать про самого Министра?

– Сильная личность. Умён. Харизматичен. Способен организовать людей под своим началом. Однако самоуверен и самое главное – ценит семью, а в вашей власти его брат и племянница – неплохой аргумент… – прочитав недобрый оскал Чистого, Омега ответил на невысказанное предложение: – Хотя семью он и ценит, но не больше чем свой народ: чуть не убил Анастасию как в Куполе, так и несколько часов назад на “Драконе”. Но она может стать посредником в переговорах со своей родиной.

– Ты говоришь о переговорах… Считаешь, что диалог возможен и будет продуктивен? – насмешливо уточнил наш хозяин, барабаня пальцами какой-то бравурный марш. – И это после того, как на твоих глазах арестовали наших представителей – Предельщиков, желавших урегулировать ситуацию демократическим волеизъявлением! Это дикий, неразумный народ… хотя “народ” слишком гордое звание – сборище уродов: эльфы, гномы, полукровки и прочая погань, что не даёт жить и развиваться людям.

– Прошу прощения… – Омега передёрнул плечами, удивлённый живучести ненависти к нечеловеческим расам. – Но названное “демократическим волеизъявлением” несколько походило на “государственный переворот”. – Лодур пренебрежительно хмыкнул, но жестом показал, чтобы Омега продолжал. – Настоящие переговоры – поиск консенсуса… я уверен, что ещё ничего не потеряно, и всё можно исправить. Попытавшись, вы ничего не теряете, более того, есть шанс приобрести сильного союзника, который поможет с восстановлением планеты. А если случится конфликт… несмотря на катастрофические потери, победа, несомненно, останется за Чистыми! Однако решение, конечно, принимать вам!

Я мысленно облегчённо выдохнул… Омега был великолепен! Если в первый миг его спора с Чистым я напрягся, то затем понял простую вещь: человек пытается сместить акценты с Насти на Министра и дальше на Купол. А если подобное не удастся, то значимость Насти увеличится до таких размеров, что её жизнь станет одной из драгоценностей Лунной базы!

– Твои слова услышаны! И, возможно, ты прав… в Куполе ещё остались разумные люди – твои спутники тому подтверждение, – протянул Чистый, и я понадеялся, что удалось задеть какие-нибудь нити в его сознании. – Но это дела отдалённого будущего. Вернёмся к насущному…

– Господин Лодур, разрешите

Неожиданно вклинился в диалог высокий и крайне напряжённый голос. Все взгляды невольно сосредоточились на Некере, что и позволил себе подобную вольность. Лодур лишь удивлённо выгнул бровь, предлагая удивить его продолжением:

- Господин Омега, в присутствии нашего лидера Лодура позвольте узнать: ваша подопечная… свободна ли она?

– "''… – в мыслях Омеги послышался скрип. Тот, окосев от подобного вопроса, впал в интеллектуальный ступор. Хотя кулаки на всякий случай судорожно сжались.

– Простите за бестактность! – превратно истолковав гримасу, поспешил объяснить биороб, чуть смущённо. – Я не так много знаю о Куполе, его обитателях и обычаях. Поэтому решил обратиться к вам, как к ответственному за судьбу девушку, дабы получить ваше одобрение…

– Подопечная? Свободна? Обычаи? Одобрение? – тяжело взглянул на биороба Омега, решив в морду с ходу не бить, а проявить дипломатичность. – А можно чуть конкретнее?

– Ваша подопечная – девушка, на которую напал Азер, и которая великодушно меня простила! – глаза биороба сияли восторгом и чуть ли не благоговением, а Некер продолжал: – Анастасия… Я хотел узнать, есть ли у неё кто-то в Куполе, или эта девушка с вами? Просто она мне очень понравилась, я хотел бы к ней… но не знаю, как принято в Куполе... также боюсь, что она не примет меня, как члена Чистых и, более того, биороба… – мы по новому кругу выпали в осадок от подобной наивной прямоты.

– «Ну что, благословишь молодых, “папочка”? Или ты у нас злобный собственник?» – я вцепился зубами в воротник человека, чтобы не расхохотаться.

Омега, как рыба, открывал и закрывал рот от подобной галантности. Чистый, поняв, в чём дело, не спешил прерывать неловкий момент, а с любопытством наблюдал.

– Некер… – Омеге пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы язык вновь стал подвластен, но всё равно с трудом подбирал слова. – Настя не страдает предрассудками, иначе не оказалась бы здесь. Но я не могу дать одобрение… – молодой биороб совсем поник, и мне стало его чуть-чуть жалко. Омеге пришлось сделать усилие над собой, чтобы продолжить: – Девушка свободна, она объявила это во всеуслышание, и я никаким образом не могу касаться её выбора. Если хочешь что-то сказать или задать вопрос, то это к ней, а никак не ко мне…

– Спасибо! Ни вы, ни Настя не пожалеете об этом… – просиял Некер.

– Правда, должен добавить, – от улыбки человека не по себе стало даже мне. – Узнаю, что ты обидел её словом или делом, пожалеешь. То, что сделал Арлекино с Азером, покажется тебе благословением. Я устрою так, что никто и никогда не узнает, где искать твои останки.

- Поддерживаю, - лёгкой усмешкой подтвердил законность решения Чистый. - Девочка под моей личной защитой!

– Понял, – нервно отшатнулся Некер. – Вам не придётся стараться…

Сцена смотрелась особенно пикантно с учётом, что детина был на голову выше Омеги, в полтора раза шире в плечах, обладает неподвластным магическим арсеналом, на несколько лет старше, но в глазах за круглыми стёклами так и плещется мольба. А у меня в голове крутилась лишь одна мысль: «Как же быстро они растут…»

- А теперь вернёмся к последнему твоему спутнику: Анна! Один из самых преданных Министру людей, – Лодур, явно видевший наши взаимоотношения с девушкой, пытался поддеть нас.

Вот тут Омега совсем застыл. Он не мог трезво говорить и реагировать на всё, что связано с воительницей. Поэтому я рискнул вновь захватить тело человека и самому высказать мысли о спутнице, более того, я решил пойти ва-банк:

- Анна опасна и непредсказуема. Вот только предана не столько Министру, сколько Анастасии. По чести, я бы не отказался… так сказать… воспользоваться ей! – и на секунду сделав вид, что задумался, выдал с замиранием сердца: – Однако, как не жаль, лучше не рисковать относительно неё, а уничтожить.

Момент прервал тихий, но отчётливый металлический скрежет. Я бросил взгляд на киборга за спиной Чистого, про которого почти забыл, но тот не отличался от статуи.

– «Ну ты и сволочь…» – не сдержалось Альтер-Эго. – «Она же…»

– «Заткнись», – приказал я отражению, не давая завладеть телом и всё испортить, одновременно противоборствуя взглядом с Чистым. – «Всё просчитано. Если пойдёт правильно, то…» – я отвёл взгляд. Лодур оказался намного сильнее.

– Не стоит так радикально с девушкой, – приняв моё поражение, как должное, добродушно усмехнулся глава базы. – Она ещё может пригодиться! Да и лишать удовольствия нового сотрудника я не намерен. Дадим ей время и возможность отработать жизнь. Она неплохо показала себя в последнем деле… Наградой ей станет моё прощение грехов, совершённых в Куполе!

Я прошёл так близко к грани, что даже не верится. Но ставка на эгоизм и готовность предать ради него оказалась близка Чистому, поэтому он решил сыграть в благородство. Вот только расслабиться мне оказалось не дано.

- А теперь перейдём к насущному! Твоему первому заданию в роли официального посланника Чистых… Но, пожалуй, передам слово более компетентному в этом вопросе. Тому, ради чьих знаний вы недавно рисковали!

Лодур щёлкнул пальцами, и выступил Некер, мгновенно склонившийся в глубоком поклоне. А затем несколькими жестами вывел на экран кучу непонятных графиков, таблиц и схем.

– Господа, – биороб выглядел одновременно и взволнованно, и радостно. – Нам предстоит нетривиальная задача! Для спасения Лунной базы нам необходимо за следующие сорок восемь часов закрыть Чёрную дыру, защита которой оказалась повреждена!

Глава 11. Пирог с абрикосами. (Альфа) Часть 1.

– Не нужно меня защищать! Я могу за себя постоять. Я маг! А вам понадобится любая помощь! – почти кричала Настя.

– Вот именно – маг, а магия не работает! Более того, там почти эпицентр, и даже отголоски заклинаний станут смертельно опасны в первую очередь для мага, – отрезал Омега. – Нужны бойцы!

– А я говорю, что нужна! – упорствовала девушка. – Если получите травму, то кто вас залатает?!

– С учётом неработающей магии, толку от твоего лечения не будет. А перевязать пару царапин мы и сами сможем! – гулко поддержал человека Рахнез. – Кроме того, ты сильнее всех пострадала, добираясь сюда – необходимо восстановиться!

– Вы серьёзно хотите бросить её одну в логове Чистых? – Аня, как всегда, не скрывала отношения к местным. – На самоубийственной миссии у Насти больше

Я тяжело вздохнул. Спор, больше похожий на семейный скандал, продолжался почти час. Все доводы высказаны не по разу, а консенсуса не предвиделось – мнения разделились.

– Если позволите, моё мнение… – попытался вылезти Некер, до этого незаметно сидевший в уголке.

– Заткнись! – хор голосов оказался единодушен, и биороба отбросило назад.

– Аня, не говори глупости! – Омега вновь взял слово. – Она должна остаться! За пределами Административного центра слишком опасно…

Проблема возникла практически на пустом месте. Когда мы вернулись в апартаменты, обстановка оказалась на удивление спокойной: задумчивая Настя рассказывала мрачному Рахнезу о том, где мы и как сюда добрались, а Аня игралась со столовым ножом чуть в стороне – все живы, что уже маленькое чудо. Хотя плохо скрытое напряжение буквально наэлектризовало воздух.

Омеге удалось развеять гнетущую атмосферу новостями о том, что в обществе Чистых нас рады принять. Так что даже сообщение о выдаче Ане индульгенции вызвало лишь чуть недовольный ропот Рахнеза. Информацию об остальных подарках герой решил придержать.

Однако ситуацию испортил увязавшийся за нами Некер, – проклятый доброхот вылез и объявил, что “нам доверена новая миссия”! Мы с Омегой не имели намерения об этом говорить – не для того мы спасали всех, дабы теперь рисковать. Мы рассчитывали завтра с Арлекино и Некером просто исчезнуть… максимум предупредить и пригласить Аню – она могла прикрыть спину. Теперь же пришлось рассказывать всем и обо всём! Как мы и боялись, все захотели помочь.

– Всё, мне это надоело! – Омега ударил кулаком по столу, так что фарфоровая посуда подпрыгнула и тихо звякнула. – Моё последнее слово, как лидера – ты не идёшь!

– Я всё равно пойду! – ответно взорвалась девушка и, подскочив, поспешила из комнаты, чуть прихрамывая. – И вы меня не остановите!

– Стой, куда ты! Мы не закончили!

– Пойду, проведаю Арлекино! Или тоже нельзя? – в голосе магички звенела смесь ярости и обиды. – Некер, вы меня проводите?

– Почту за честь, – подскочил радостный биороб.

Омега насупился и начал подниматься следом. Но его остановила тонкая, но сильная ладошка Ани.

– Не нужно! Ты не в том состоянии, чтобы разумно общаться. Да и ей нужно от тебя отдохнуть, – взгляд воительницы переместился на гиганта. – Рахнез, прошу…

– Только ради Насти и спокойствия Омеги, – процедил зелёнокожий и поспешил за хлопнувшей дверью девушкой.

Омега и Аня несколько секунд буравили друг друга взглядами.

Относительно участия Ани возник единственный вопрос о благонадёжности. Но её довод о том, что “опасность угрожает планете, а значит, и Куполу”, убедил всех. Хотя взгляды Насти и Рахнеза мне категорически не понравились – спину воительницы стоило прикрывать ещё и от них.

На Рахнеза нам было откровенно плевать… Но Настя возражала – считала, что после травмы нужен отдых. Однако Рахнез рвался в бой, и если ему плевать на своё здоровье, то нам и подавно, лишняя пара рук и не помешает.

А вот с Настей, как всегда, возникли проблемы…

Когда даже память шагов Рахнеза исчезла, воительница сделала жест рукой, и я почувствовал магическую волну, отозвавшуюся горячей болью – судя по всему, какая-то защита от прослушивания.

– Аня, какого… тут происходит? – человек, только этого и ждавший, заорал: – Понимаю, ты ведёшь свою игру, но это уже перебор! Мы вроде заодно, и наша цель – помощь Насте. Так зачем поддерживать девчонку в глупой затее и давать надежду?

– Это ты забываешься, – Аня тоже была на взводе, слышались рычащие нотки. – Помощь – да! Но не защита от всего подряд – не совершай мою ошибку! Наша цель – дать ей свободно выбирать. Научить самостоятельности! Я только поддержала её…

– Так, значит, я виноват?! А возможно, ты просто хочешь вернуть расположение Насти, выручая из трудностей, что сама создаёшь, утешая, когда плохо, и потакая прихотям?

– «Омега, поздравляю, – ты дурак!» – только и смог я прокомментировать случившееся, наблюдая, как девушка, зло фыркнув, отвернулась от Альтер-Эго, не желая отвечать на инсинуации.

Омега замер на середине движения – мои слова подействовали на человека, как ушат холодной воды. Выругавшись самыми чёрными словами, которые только знал, он рухнул в соседнее с Аней кресло и, выдернув из завалов бутылку вина, приложился к горлышку.

Для успокоения в мыслях мы начали прокручивать данные о предстоящей миссии.

Я не астрофизик и даже не просто физик. Мои знания ограничены школьной программой, но Некер – однин из ведущих программистов, а по совместительству аспирант теоретической физики, сумел донести до присутствующих концепт Чёрной дыры. Самое неизведанное образование космоса, поэтому потенциально самое опасное. Поглощает всё, что только возможно: начиная от планет и солнц, а заканчивая светом. Никакое вещество не в состоянии вырваться из её сингулярности!

Но вот дальше мне оставалось только материться сквозь зубы, охреневая от Чистых… В научном запале с помощью коллайдера и физики высоких энергий они сумели создать квантовые Чёрные дыры. Неподалёку пролетал астероид на тысячу тонн – они скормили его для стабилизации образований, а затем поместили дыру в шар остановленного времени – универсальную защиту!

Чистые исследовали Чёрную дыру. Способность поглощать энтропию. Сингулярность и её возможную связь с параллельными вселенными и даже другими временами. Также они использовали Чёрную дыру, как мощнейший источник энергии… да, да, она не только поглощает всё подряд, но и излучает! Точнее, в области горизонта событий происходит образование огромного числа экзотических частиц, практически не изученных наукой…

Собственно утечкой данных частиц объясняется образование пространственно-магических аномалий, биологических изменений, сбоев в работе точных приборов и так далее…

А десять дней назад, в полночь, как выразился Некер: «временная и пространственная когерентность в области Чёрной дыры оказались нарушена – произошёл энергетический скачок, как при проходе через червоточину некоторой массы материи. Произошёл резкий рост числа виртуальных частиц и пар частица-античастица, за счёт гравитационных возмущений Чёрной дыры на границе горизонта событий. Образовавшиеся тахионы вступили в резонанс с брэдовой сеткой остановленного времени и протуннелировали через неё, на некоторое время аннигилировав её воздействия, в этот момент произошло частичное испарение Чёрной дыры».

Да, оказывается, Чёрные дыры умеют испаряться! Для гигантских Чёрных дыр данным эффектом можно пренебречь. Но для той что на базе, созданной на основе квантовой Чёрной дыры, данный эффект становится ключевым, пусть её и раскормили астероидом на тысячу тонн!

После всей информации удивлялся я только тому, почему мы до сих пор живы?

Некер

Чистый считал, что это покушение на него! Он в тот момент только несколько часов как прибыл на базу для проверки технологии, что потенциально могла возродить планету! Из-за этих возмущений он не мог отправить сознание на планету и улететь на космическом корабле, стоящем на стартовой площадке! Пришлось запереться здесь, благо вокруг Административного центра защита из остановленного времени… почти как в Куполе.

И теперь Некера необходимо доставить к эпицентру проблемы, дабы он решил осложнения… Нет, мы не особенные! Мы не первая группа, отправляющаяся в путь, но с учётом нашего прорыва через Сады, шансы на успех группы не исчислялись десятыми долями процента.

– Прости. Ляпнул, не подумав, – когда в глотке исчезла половина бутылки, справился с собой человек. – Просто если ты не любишь чувство беспомощности, то я ненавижу терять контроль над ситуацией…

– И другими людьми, – Аня тоже успокоилась и нежно коснулась пальцев человека. – Понимаю. Ты лидер. Ты беспокоишься за всех, что очень сложно, – воительница покачала головой, когда второе «я» хотело вновь приложиться к бутылке. – Не стоит…

- Пожалуй, ты права, Рыжик! Гори оно всё синим пламенем! Пусть делают что хотят! Давай лучше погуляем, пока у нас есть свободное время! И вообще, я приглашаю тебя на свидание! Посмотрим местные достопримечательности. Нам нужно время и для себя…

– Вот и хорошо! – просияла девушка и вспорхнула. – Тогда я на минутку… переоденусь по случаю, – и исчезла в своей комнате.

Омега и без того щеголял в официальном костюме, в котором ходил к Чистому. Поэтому время потратил на краткие переговоры со скелетом сопровождающим… хотя вернее будет «конвоиром». Несмотря на расположение главы базы, тот приглядывал за нами через своих слуг.

Но это даже к лучшему, ибо отправляться в прогулку по Административному центру без сопровождающего – рисковать потеряться. Омега обрисовал задачу скелету, на что получил лишь лаконичный кивок.

Само собой, минуткой дело не ограничилось. Прошло не меньше четверти часа, прежде чем появилась воительница. Простая, но красивая причёска открывала плечи девушки. Изысканное платье чуть развивалось при движении. Лёгкий налёт косметики, возводил в абсолют изящный образ. А лёгкое декольте… я поймал себя на том, что сейчас захлебнусь слюной!

Аня сменила маску бойца на отдыхе на образ неотразимой леди... даже не так! Она предстала в истинном виде – миловидная девушка, готовая впервые довериться другому, а оттого ещё более прекрасная.

- Миледи, вы неотразимы! Вы само совершенство! Идеал и муза!

Омега чуть дрожащими руками переложил телефон к паспорту во внутренний карман костюма - Лодур вернул сокровища человеку. Парень протянул руку девушке. Анна порозовела, и хвост её завилял. Воительница приняла руку, и парочка благородно двинулась на прогулку.

– Спорю, ты задумал какую-то гадость, – когда мы оказались уже в коридорах, заметила Аня, поглядывая на человека.

– Само собой, ведь это моё основное занятие, – с самым серьёзным видом кивнул человек. Омега обнял девушку, и та прильнула. – Побудем вместе, а "гадость", о которой ты говоришь, пусть станет небольшим сюрпризом.

Скелет, сопровождающий в пяти шагах дальше, неспешно шёл, показывая путь…

Парень и девушка сначала робко, а затем всё активнее и активнее болтали. Они говорили о всяких пустяках и много смеялись. Даже тишина, порой наступавшая в беседах, не становилась утомительной или неловкой. С Аней можно было просто помолчать, оставаясь на единой волне мыслей и чувств – это являлось для меня высшим проявлением понимания. Символом единства.

Я скользнул на руки Ани и тихо лежал с прикрытыми глазами, особо не вслушиваясь в болтовню друзей. Я любовался ими и… наверно, завидовал? В своём новом образе мне подобного испытать уже никогда не доведётся. Я животное. Зверь… а отбирать по праву сильного у Омеги счастье – не в моём характере.

Но и третьим лишним чувствовать себя не хотелось. Всё же я часть Виталия! И я тихо скользнул в сознание напарника…

- …Лодур ни хороший и ни плохой, - рассказывал впечатления о встрече Омега с лёгкой оглядкой на сопровождающего скелета. – Просто человек, имеющий силу и власть… Но, как понимаю, тебя больше интересует сравнение с Министром? – воительница нехотя кивнула. – По мне, они одинаковые сволочи, просто совершая гадости, руководствуются разным: Министр – любимым Куполом и жителями, которых пытается всячески облагодетельствовать; Лодур – собственной выгодой, прикрываясь великой целью спасения человечества. Но и для того, и для другого мы лишь расходный материал.

Я подчинил лицевые мышцы человека, и пока он вещал, принялся строить рожи и гримасы. Миг удивления девушки сменился пониманием и с трудом сдерживаемой улыбкой.

– Ты циничен до противного, – Аня сделала вид, что обиделась за бывшего начальника. – А, между прочим, вы с Министром похожи! Вот ты куда используешь силу и власть, дарованную возможности Несуществующего?

– Как и Министр для защиты, – не задумываясь, пафосно выдал Омега, пуча глаза по моей воле. – Хотя не в таких глобальных масштабах: ты, Настя, даже Рахнез и вообще любой, кто доверился мне… – девушка победно хмыкнула, но парень ещё не закончил: – Но! В этом случае я похож и на Лодура. Не стану тебе врать – при всём сказанном выше я преследую свои цели: спасение шкуры, поиск ответов, движение к личному счастью...

Парень провёл по волосам девушки, задев пушистое звериное ухо, которое тут же задергалось. Я же стал пытаться двигать ушами в ответ… Аня не удержалась и расхохоталась!

- Я серьёзно! – не понял причины человек и принялся оправдываться. – Если совсем честно, то даже других мы защищаем для собственного душевного спокойствия! А теперь скажи, хороший я или плохой, сражаясь и убивая за это?

Только в этот момент человек осознал подставу с моей стороны. Он взвыл и попытался достать меня! Но Аня прикрыла меня.

– Ты, это ты! Именно этим ты мне нравишься. Остальное не важно! – отсмеявшись, игриво полыхнула глазами Аня и чмокнула человека в щёку, тем самым прося оставить месть.

Так в мелкой возне мы и спустились на несколько этажей «Административного центра», оказавшись в просторном зале, больше похожем на центральную улицу города. Множество цветастых магазинчиков с самым различным барахлом. Кафешки и рестораны. Развлекательные центры… и, конечно же, местные жители.

Обитателей в Административном центре оказалось мало, я это заметил ещё при походе к

Но в глаза бросался не внешний лоск, а поведение. Население то и дело косились в сторону парочки… в основном на Аню, и перешёптывалось, обсуждая. Вначале я решил, что это презрение к нечеловеческим расам… но быстро заметил в глазах существ страх. Население поспешно освобождало проход перед нашей компанией. Более того, многие старались отвести взгляды, если в их сторону поворачивался кто-то из людей или скелет.

Мои подопечные не обращали на это внимание. Аня и Омега были счастливы так, как могут быть счастливы только молодые люди, опьяневшие от жизни, своих сил, возможности находиться рядом и готовые ради этого сворачивать горы. Они просто хорошо проводили время.

Мы не заметили, как свернули в одно из заведений, что больше походило на небольшой зал с фресками на куполообразном высоком потолке. Примелькавшаяся драгоценная отделка и произведения искусства на стенах. Дюжина колонн из хрусталя в образе водопадов, играющих озорными стайками бликов, чьё журчание приятно переплеталось с живой музыкой виолончелистки на сцене.

Посетители отсутствовали, лишь один столик в центре помещения, к которому изящным жестом нас пригласил скелет. Новому посланнику Чистых не стали отказывать в «небольшой просьбе».

– Пирог… с абрикосами! – разглядев, что ожидает на сервированном столе, взвизгнула Аня, а хвост под пологом платья, завилял. – Ты помнишь! Спасибо! – и девушка, ничуть не стесняясь, обняла человека и поцеловала в губы.

– Я всегда держу свои обещания! Кроме того, я помню – у тебя сегодня... точнее, уже вчера был день рождения! – Омега идиотски улыбался, пытаясь собрать глаза в кучку.

Глава 11. Пирог с абрикосами. (Альфа) Часть 2.

– А ты изменился с тех пор, как прибыл в Купол... – когда мы уже возвращались, неожиданно призналась Анна. – Вначале не решался даже выйти к людям, а теперь заказываешь отдельный ресторан для свидания! Растёшь!

– Главное, чтобы была хорошая мотивация, – человек с лёгкой грустью усмехнулся. – Но внутри я всё тот же робкий мальчишка! Мои желания расходятся с возможностями… нет, не так, с тем, что необходимо! За восемнадцать лет я так и не сумел понять, о чём мечтаю и к чему стремлюсь... Даже увлечение фокусами, в которое я вкладывал душу, после попадания в ваше время ушло на второй план и стало забываться! Я не нахожу ответа на вопросы: в чём смысл жизни, и кто я в ней?

Омега лгал. Хотя нет, неверно… Омега был не до конца откровенен. Мы давно пришли к выводу, что объективного смысла жить нет! Все мы когда-нибудь умрём, поэтому любые дела и поступки в конце концов приведут к единому финалу. Даже в рамках человечества смысла нет – как бы оно ни двигалось вперёд, ему придёт конец. Если сильно повезёт, то вместе со вселенной.

И чтобы не поддаться отчаянью, из ситуации имелся выход: надо придумать собственный, уникальный смысл жизни и, исходя из него, определить, кто ты – в этом случае ты сам за себя решаешь! Не истина в последней инстанции, но рабочая версия!

Однако сейчас внутри Омеги назревал конфликт двух противоборствующих «смыслов». С каждой минутой он разрастался всё сильнее, и человек надеялся, что слова Ани помогут ему. Ему требовался ответ всего на один вопрос.

– Скажи, какой твой смысл жизни, Рыжик? Стать самой сильной или помочь Насте... или может что-то более великое?

– Как ты всё-таки плохо меня знаешь, – сокрушённо покачала головой Аня и щёлкнула человека по носу. – Надеюсь, когда-нибудь поймёшь...

– В любом случае я знаю, что держит тебя на пути к её воплощению, – потирая нос, обиженно откликнулся Омега: – Настя! Ты столько делаешь для неё, помогая стать личностью с большой буквы. Но что сама? Как ты можешь ей помочь, если сама зависима от неё? Где твой здоровый эгоизм?

– А где твой, если

Скелет замер у входа в комнату, а парень с девушкой проскользнули внутрь. Омега нацелился было устроиться на диванчике, но Анна не дала ему поддаться слабости, ухватила за руку и потянула куда-то вглубь апартаментов, заговорщически шепнув:

- У меня для тебя тоже есть сюрприз!

Сказать, что второе «я» было заинтриговано, значит, ничего не сказать! Даже я, разомлевший после мясной нарезки в ресторане, спрыгнул с плеча Омеги и поспешил вперёд, дабы разведать момент. Комната, в которую нас вела девушка, была в прямой видимости, ошибиться нельзя. Я шмыгнул в неё и… был разочарован. Помещение средних размеров, абсолютно белое и абсолютно пустое! Абсолютно!

На лице Омеги отобразилась удивление… Воительница миг им наслаждалась, а после произнесла всего одно слово:

- Арсенал.

Очертания комнаты поплыли! Я пошатнулся, но сразу понял, что это мой разум даёт сбой. А комната тем временем преобразилась в округлый зал с оружием, висящим от пола и до потолка на серых каменных стенах.

Тут было всё начиная с привычного холодного и огнестрельного вооружения, продолжая экзотическим, вроде лазерного, плазменного, электромагнитного, ультразвукового и прочей футуристической фигни. Не было разве только тяжёлого вооружения или ракет с химическими, биологическими или ядерными боеголовками.

В центре зала стеллажи – там располагался боезапас, броня и самое разнообразное снаряжение, необходимое на войне. Я бы подумал, что попал в музей, но вооружение выглядело готовым к использованию. Да и выполнено даже, на первый взгляд, из сверхсовременных материалов.

- «Зал голопроекции! Круто», - не мог не признать я, заодно пояснив Омеге ситуацию.

- Как бы не запутаться во всём этом многообразии… - чуть растерянно отозвался Омега в никуда. – Я не представляю для чего половина этих штуковин… хотя испытать, пожалуй, не против, – парень чуть не пускал слюни на стрелковую часть складов.

– Даже и не думай! – девушка чувствительно пихнула кавалера локотком под рёбра. – Мы проведём спаринг, – кивок в сторону залежей клинков. – После пирога неплохо размяться, да и преподать тебе пару уроков никогда не поздно! – и не дожидаясь ответа, поспешила к оружию.

– Смысл драться, если она и так давно уложила меня? – пробормотал под нос Омега.

Дальнейшее больше всего походило на поход по магазинам… где вместо одежды или побрякушек мы выбирали вооружение. Для Ани – долгие примерки, любование собой и обновкой, нахождение недостатка или чего-нибудь получше, и так раз за разом.

Для Омеги, давно подобравшего всё необходимое, – попытки поддакивать в нужных местах во время пространных рассуждений о преимуществах одного вида оружия или стиля боя над другим, а также самые неподдельное восхищение видом девушки в вечернем платье и с клинком наперевес.

– Так. Вроде всё, – минут через двадцать, а может, и все полчаса спустя, донеслись сакраментальные слова. – Аня перевела взгляд на человека и тут же насупилась. – Эй, Омега, ты меня слышишь? Ты что там, уснул?

Проверяя на практике предположение, воительница метнула в спутника подвернувшуюся под руку железку, которой оказалась массивная булава. Человек как раз проверял балансировку саифа, почти такого же, как и прежний, только заточка при необходимости становилась толщиной не больше атома, и рефлексы его сработали отменно! Второе «я» отбило бросок,

– Эй! Поаккуратнее! Я ведь обидеться могу! – несмотря на возмущение, Аня выглядела довольной.

– Извини, немного задумался, – покаялся человек. – Но теперь я весь твой! – и ловко поцеловал надувшуюся девушку, хотя та и пыталась отвернуться.

И пока Омега, словно мальчишка, ластился к оборотню, я отметил для себя, что Анна изменила выбор оружия. Уход в оборону настораживал, и я мог предположить, что, несмотря на всё лечение Чистых, травма руки при прорыве через Сады даёт о себе знать.

- Прощение нужно завоевать! – чуть оттаяла Аня, почувствовав интерес Омеги. – «Арена!»

Стены голокомнаты вновь поплыли, оставляя после себя только выбранное оружие у бойцов. На сей раз мы оказались в обширном зале, где весь пол был засыпан свежим песком, стены украшены батальными композициями, а в дополнение приятно пахло свежестью.

Аня парой движений клинка укоротила платье, выше колен, и также поступила с рукавами, а затем сбросила туфли на высоком каблуке.

– Никакой подвижности! При каждом движении чувство, что вот-вот запутаешься и упадёшь. Мне ближе военная форма, – воительница поймала восхищённый взгляд Омеги.

Несмотря на то что Омега видел воительницу обнажённой, но всё равно судорожно сглотнул, а воительница потупилась… хотя в её глазах так и играли чертенята.

– Тогда уровняем шансы, – тесный жилет и рубашка полетели прочь, оголяя торс человека. Туфли отправились следом. Я тоже поспешил подальше и занял место у входа. – Чувствую, битва будет жаркой! Готова, Рыжик? – он вскинул оружие.

– Всегда! – кивнула подруга.

И начался бой! Хотя боем это назвать сложно. Со стороны больше походило на ритуальный танец: парень и девушка, разодетые в лохмотьях, кружили друг напротив друга в бешеной круговерти, порой обмениваясь сериями стремительных атак и блоков, переходящих друг в друга, переплетающихся в немыслимом противостоянии, так же, как и люди. А затем они вновь расходились! Разгорячённые лица сияли предвкушением счастья, что будет даровано им после окончания беспроигрышной битвы!

– «Повезло тебе, дружище!» – не сдержал я мысленного вздоха. – «Перед тобой идеальная девушка, способная на всё! Замутить политическую интригу за завтраком. Во время военной кампании первой пойти в атаку. На Луне, на вражеской территории, найти место и время для шопинга! Только с уборкой и готовкой потренироваться, и почти идеальная жена!»

– «Угу, смешно…» – мысли Омеги были напряжённые, но я мгновенно почувствовал, что не из-за боя. В душе у Альтер-Эго разрасталось смятение. А затем он с неожиданной горечью обратился ко мне: – «Как думаешь, может, отступить?»

Выпад Ани чуть не достиг отвлёкшегося человека, и тот только в последний момент разорвал дистанцию.

– «Ты о чём?» – несколько растерялся я от резкой смены тональности.

– «Да всё о том же. Об Ане!» – с неожиданной злостью взорвался компаньон, одновременно устремившись в серию быстрых колющих выпадов. – «Может, развернуться и уйти пока не слишком поздно?»

От двух атак Аня уклонилась, а остальные блокировала, использовав последнюю оборонительную стойку для перехода в атаку.

– «Ты что, последние мозги

– «Вот именно “мимолётного”!» – резко оборвал меня Омега, в бою остановив атаку обманным финтом. – «Как ты не понимаешь? Происходящее сейчас не прекрасно, это… страшно! Только подумай, к чему это приведёт – расставание, причём в ближайшем будущем. Нас могут убить. Мы можем оказаться во враждующих лагерях. Или… нам повезёт, но придётся возвращаться домой… Придётся!» – последнее слово он почти прокричал в мыслях, убеждая себя, и ринул вперёд на воительницу, широко рубя воздух перед собой.

Внутренний конфликт достиг пика и причинял человеку почти физическую боль. Он пытался её выплеснуть в бою… Но самого себя не победить. И что самое худшее в этой ситуации, проблема действительно имелась. Вот только терять время на рассуждения я не мог, требовалось вправить мозг человеку здесь и сейчас:

– «Омега, кем ты никогда не являлся, так это трусом!» – жёстко припечатал я. – «Понимаю нежелание начинать то, что нельзя закончить… Но миг не менее важен, чем вечность! А затем всё может измениться, и решение найдётся! Пока есть возможность, проводи время с Аней! Вы оба этого хотите…» – девушка шагнула к человеку, уклонившись от взмаха, шитом выбила клинок и подсечкой повалила на пол. А я, усмехнувшись, закончил: – «Если ты не полный дурак, то вертикальная составляющая боя перейдёт в горизонтальную, и ты не расстроишь девушку… Ну а мне в любом случае пора!»

Последнее, что я слышал, покидая комнату, как на песок упало ещё одно тело. Оружие отлетело в сторону, и двое слились в едином порыве…

Глава 11. Пирог с абрикосами. (Омега) Часть 3.

– Хорошо. Спокойно... – промурлыкала девушка, прижавшись ко мне. Тепло её тела вновь пьяняще обожгло, а звериное ухо защекотало щеку.

– И не говори, – я чмокнул девушку в это самое ухо.

Аня протестующие фыркнула. Но я только сильнее прижал воительницу, не собираясь отпускать такого изворотливого хищника, и поцеловал уже в бархатные губы, наслаждаясь сладостной горечью луговых цветов.

– Не думала, что ты можешь быть таким сильным, – шёпот ответа донёсся через сладостную вечность, и одновременно прохладные пальчики игриво пробежались по беззащитному торсу.

– А я, что ты можешь быть такой нежной, – пальцы добрались до шеи и коснулись волос.

Касания пустились в обратный путь. Я прикрыл глаза, наслаждаясь… Каким же я был дураком час назад! Полным кретином! Хорошо, Альфа успел вправить мне мозг! И теперь я был на вершине блаженства!

- У меня много талантов, - в голосе воительницы не было обиды, лишь едва уловимая насмешка – признак понимания, за которое я так ценил девушку. И тут Аня защекотала меня.

В первый момент я растерялся. А затем на лице расплылась улыбка. Не успела воительница понять, что щекотка на меня не действует, как я сам защекотал Аню. От неожиданности та взвизгнула и задёргалась, пытаясь высвободиться или хоть как-то уклониться, а хвост её распушился. Песок арены взметнулся, накрывая нас волной и прилипая к потным телам.

– Всё, сдаюсь! Сдаюсь! – сквозь слёзы выдавила девушка-зверь. Вдоволь насладившись разрумянившимся личиком Ани, я милосердно остановился. – Вот ведь Альфа! Наврал мне! Неужто у тебя нет и заначки с шоколадками, и любимой игрушки дома?

– Так, значит, Альфа рассказал тебе о Черныше? – я невольно заволновался. – Болтливый комок шерсти! Я же его даже от сестрёнки спрятал, чтобы не узнала и уж тем более не порвала! Мы ведь с ним…

Я оборвал себя. Торчащие ушки. Виляющий хвост. Лицо Ани, переполненное умилением… Я понял – былого авторитета не вернуть. В отчаянной попытке исправить ситуацию, я ляпнул первое пришедшее в голову:

– Может, шоколадку? Я припрятал несколько… только они в одежде, – и обернулся к тем тряпкам, что остались от парадных нарядов.

– Пожалуй, я попробую кое-что другое. Более привлекательное… – я ощутил, как дыхание обожгло шею. Острые клыки резанули кожу плеча, болью компенсируя сладостную истому поцелуя.

Мы лежали на тёплом песке и, кажется, уже целую вечность наслаждались друг другом. Ничто не могло помешать нам. Оказались забыты все условности и глупости… хотя нет, именно глупости и стали самым важным и прекрасным в этот момент. И я искренне надеялся, что мгновения счастья никогда не кончатся!

– «Омега!» – голос Альфы убил надежды. – «Очень сильно надеюсь, что вы сейчас ничем интересным не заняты. Через пару секунд я захвачу твоё тело!»

Целомудренность, с которой мой компаньон покинул нас в

– «Если базу не захватывают инопланетяне, или она не проваливается под поверхность Луны, то это нам неинтересно и может подождать», – нехотя оторвавшись от Ани, раздосадовано выдал я в мысленный эфир.

– «По таким мелочам я бы не стал вас отвлекать! Буду считать, что столь долгая тирада – признак того, что ты простаиваешь», – невозмутимость Альфы доводила до исступления, но, несмотря на это, следующая фраза озвучивалась через меня: – Анна, прости, но только что со скелетом связались Некер и Рахнез. Вы нужны им!

– Передай скелету, чтобы он послал их… куда-нибудь! Не до них сейчас! – Аня тоже была не в восторге, что нас прервали. – Альфа, ты умный, сможешь с ними объясниться!

– Проблема не в них! – я запоздало понял, что ласка не на шутку встревожена. – Проблема в том, что похитили Настю!

Глава 12. Безумная девчонка (Омега). Часть 1.

– …ненавижу сюрпризы! Хорошие или плохие – равноценно. Любой сюрприз - символ того, что я когда-то упустил что-то важное и теперь не контролирую ситуацию.

– Извини… – Аня плелась рядом, и звериные ушки совсем поникли. – Я сделала глупость, отпустив её. Ты оказался прав – я слишком зависима от Насти. Мне трудно объективно рассуждать, когда речь заходит о ней.

– Я понимаю, ты хотела как лучше, – я сбавил тон, осознав, что перегнул палку. – В любом случае пришло время действовать сообща!

Я только усмехнулся, не в состоянии злиться на Рыжика, и коснулся губами её щеки. Та подняла глаза, а поймав мой взгляд, ответила воздушной улыбкой. Только после этого мы преодолели последние шаги до перекрёстка коридоров.

В левом ответвлении посреди довольно узкого коридора раскинулось столпотворение. Несколько десятков скелетов и людей, плюс пара биоробов - следственная группа, вызванная Некером на место происшествия. Гул стоял практически осязаемый.

– Господин Омега! Госпожа Анна! Вы пришли! – вылетел нам навстречу Некер. – Мы связались с вами двадцать минут назад, а вас всё нет! Уж начали думать, не случилось ли чего…

Первый удар в солнечное сплетение биороб даже не заметил и согнулся от боли. Второй удар в челюсть отправил его на пол невнятно мычать и ошалело вращать глазами – я не собирался оправдываться перед этим горе-защитником.

Находившиеся поблизости затихли и обернулись на нас, но вмешаться не посмели. А когда я, переступив через тело, двинулся к Рахнезу, привалившемуся к стене чуть дальше, народ буквально испарился с пути. Во мне бурлила плохо скрытая ярость. Я стремился рвать, метать и даже убивать. На все условности было просто плевать. Я чувствовал, что нахожусь в своём праве.

– В нескольких словах расскажи, как вы потеряли Настю? – вопросил я, прожигая гиганта взглядом.

– На нас напали, – Рахнез, не дрогнув, выдержал взгляд. – Мы возвращались после разговора с Арлекино, и на нас набросили усыпляющие заклинание. Некер отключился мгновенно. Мои стандартные щиты выдержали первый натиск. Но стоило ударить заклинанием в ответ, как меня оглушили со спины, – гигант невольно дотронулся до окровавленной повязки на многострадальной голове. – А когда нас привели в чувство проходившие мимо скелеты, то Насти не было...

– Уроды… доверил, называется! – пробормотал я, с трудом воздержавшись от более яркого выражения. – То есть кто-то из биоробов настолько обнаглел, что посмел похитить находящегося под покровительством Лодура человека?

Я оправил боевой костюм и тяжёлым взглядом обвёл всех присутствующих.

Костюм, как и набор оружия, согласно тому, что мы выбрали для арены, ожидал нас у выхода из симулятора - спасибо Альфе, а то наша одежда пришла в полную негодность. Теперь мы щеголяли темными боевыми костюмами, которые на манер второй кожи облегали тела, что только подчёркивало формы Ани, а меня слегка стесняло. Но обмундирование прекрасно оправдывало наше исчезновение, ибо вопросов от Рахнеза или Некера не хотелось – случившееся являлось не их делом!

– Должен вас расстроить, но это не так! – с ленцой проскрежетал киборг. Тот самый киборг, которого я встретил у Лодура. Увлёкшись знакомыми, я не заметил этого металлического гиганта. – Во-первых, для становления биоробом необходимо являться крайне ответственным гражданином – это одно из основных условий! – в пику словам вспомнился Азер, ставший для меня символом общества Чистых. – И во-вторых, не только биоробы могу использовать магию...

- Что вы хотите сказать? - насупился я, заранее недовольный намёком.

- Представители Купола тоже обладают магией, - и не успел я взорваться гневной тирадой, как киборг успокаивающе поднял руку, поясняя: - Кроме вас в Административном центре имеется несколько человек с первого "Дракона". Да и вы с Арлекино привели ещё нескольких.

Звучало логично, но без доказательств обе наши теории оставались лишь теориями. Мой взгляд столкнулся с непроницаемостью механических глаз. Но выяснить, у кого яйца больше, помешало вмешательство.

– Омега, позволь представить господина Тихаря – уполномоченный представитель и доверенное лицо Лодура. Глава отряда, что организовал наше спасение в Садах. В данный момент главный следователь по делу исчезновения Анастасии, – Рахнез почтительно склонился. – Господин Тихарь, а это Омега…

– Несуществующий из Купола, – проскрипел железный гигант и протянул руку. – Мы виделись у Лодура. Я знаю о вашем командире чуть ли не больше, чем он сам о себе.

– Для меня честь познакомиться с вами, – я скрипнул зубами, когда кости застонали в стальной хватке. – Однако, прошу, давайте вернёмся к делу. Что предпринимается для поиска гостьи Чистого?

От формулировки, подсказанной Альфой, глаза киборга чуть заметно блеснули, но не более. Холодный металлический голос вещал чётко.

- Нападение спланировано - выбрана зона, не просматриваемая камерами, в момент, когда свидетелей не имелось. Однако нашим аналитикам удалось найти жителей Административного центра, примерно в то же время находившихся рядом с вашими товарищами. Сейчас проводится опрос, но по предварительным данным у ближайшего локального телепорта видели человека, что помогал прихрамывающей девушку с “глазами цвета расплавленного янтаря”. По словесному портрету проведён поиск в архивах базы, и найдено совпадение – это Павел Гришин… Старший инженер с первого “Дракона”, прорвавшийся с вами через сады.

Меня мало интересовал проигрыш в споре "кто виноват?", главнее теперь помочь нашей безалаберной спутнице. Альфа пытался меня успокоить, что магичку не тронут, ибо причина похищения в том, что она из

- Имеется ли информация о том, где этот Павел Гришин удерживает Анастасию? Можете ли вы отследить маяки, вшитые в нашу одежду?

В наличии такой "перестраховки" Альфа был уверен процентов на 90! О чем говорить, если искин, встроенный в системы боевого костюма, постоянно мониторил моё состояние и ситуацию вокруг, а проще говоря, следил… Хотя, этот недостаток я сумел превратить в достоинство, подключив компьютер к телефону, куда теперь велась запись происходящего.

– Следственные действия ведутся, - не отриагировал на подначку киборг. - Проходит проверка мест, где наблюдалась активность объекта за время проживания в Административном центре, а также тех, с кем он контактировал и членов бывшей команды. Скелеты-техники обрабатывают электронные данные. Однако Павел Гришин владеет магией и, благодаря годам жизни на базе, знает её особенности – отследить его затруднительно. По непроверенным данным, он входит в группировку, по чьей вине произошёл инцидент, с которым вам предстоит разобраться, поэтому очень опасен… Но прежде хотелось бы разобраться в мотивах похищения. Если его так можно назвать, – я поймал себя на том, что мне упорно чудится насмешка в синтезированном голосе. – Согласно реконструкции нападения, тем, кто ударил Рахнеза, являлась сама Анастасия. Да и, по словам свидетелей, видевших их с Павлом, девушка находилась в сознании и не сопротивлялась.

– Быть того не может! У неё нет причин для подобного… да о чём я говорю, она даже не знакома с Павелом Гришиным! – вскинулся Некер. Биороб, уже оклемался, но почтительно не спешил подходить.

А вот ни я, ни Альфа не взялись бы утверждать это столь категорично. Они могли быть знакомы ещё с Купола, да и при прорыве через Сады, мне было слегка не до того, чтобы отслеживать девушку - она вполне могла пересечься с Павлом.

И поход к Арлекино мог задумываться не только как дружеская поддержка, но и как очередная попытка узнать об отце... И если Арлекино как обычно отмолчался, то Настя могла пойти другим путём.

Добавить, что Некера и Рахнеза посчитали за конвой, который опасен для Насти… Не сложно представить, как выглядела прогулка с этими двмя мордоворотами. Тогда похищение кажется не слишком радикальным способом приглашать в гости на разговор.

- Нужно скорее найти Настю. Неизвестно какой ложью попытаются накормить девушку, - взяла слово и Аня. - Сомневаюсь, что Павел в здравом уме после уничтожения “Дракона” и пребывания в рабстве, где над ним ставили эксперименты.

Рахнез скрипнул клыками и с плохо скрываемым раздражением зыркнул на Аню.

Я почувствовал, как моей руки коснулись тонкие пальцы воительницы. Интерфейс костюма, что выводился на сетчатку, расцвёл калейдоскопом сообщений от медицинского комплекса по типу: “повышенное возбуждение, рекомендовано вколоть седативные”. Я невольно усмехнулся.

Хороший костюм. Заботливый. Согласно краткой справки удалось узнать, что это: “саморегулирующийся биоконструктный организм, рассчитан на пятьдесят часов непрерывного использования. Предназначен для защиты от электромагнитного, радиационного, гравитационного, а также других известных и потенциально опасных видов излучения”. Ирония заключалась в том, что нам предстояло столкнуться с неизвестными видами излучения, но это не отменяло свойств великолепной брони, способной защитить от колющего и режущего оружия, при везении или попадании вскользь от огнестрельного, магического и высокотехнологичного вооружения. В дополнение костюм имел автономную систему жизнеобеспечения, способную вырабатывать воздух и обеспечивать выживание в условиях открытого космоса, а также был оснащён медицинским комплексом.

Главное, чтобы “биоконструктный организм” не вышел из строя под воздействием излучения Чёрной дыры, и из защиты не превратился в клетку.

- Доброго дня, Административный центр! - неожиданно прокатился по коридору голос Насти, что звучал, казалось, из каждого угла. Лишь через секунду я понял, что оьётся он из скрытых динамиков: - Сегодня ваш покой нарушает гостья из Купола, Анастасия Декассова! Девушка, которая ради мечты о лучшем будущем, отказалась от родины и семьи и отправилась к Чистым... Та, кто, прибыв на Лунную базу, ужаснулась миру, в который так стремилась! Вы спросите почему? И я вам отвечу! Я про неприкрытую циничность Чистых!

Глупая девчёнка! Что за безумие она творит? Пафосные "разоблочительные" речи на всю базу! Это чуть ли не хуже того, если бы магичка устроила массовую бойню. Критику власти никто не любит. Да и какой смысл? Убеждать Чистых, что все их мирровозрение - ложь? Это же бред!

Когда-то Рахнез – наместник Чистых в Куполе, говорил, что все люди изначально равны, и разделение на гильдии одна из самых больших ошибок Купола. Рассказывал, что нужно сделать людей равными и свободными. Теперь я оказалась в обществе, которое построено на принципе разделения на касты...

- Аналитики отследили сигнал вещания, не смотря на все попытки его скрыть, - металл голоса Тихаря перекрыл шум.

– Нам нужно туда! – мы с Аней переглянулись, только теперь я почувствовал неприятный холодок на хребте. – Мы с ней поговорим и решим дело миром.

- За мной, – киборг гулко печатал шаги, и те вторили словам, придавая больший вес. – Советую поскорее убедить Анастасию сдаться, иначе вам придётся воспользоваться всеми теми игрушками, что захватили для её усмирения!

Я только и мог, что скрипнуть зубами на подобную доброту. Но время, пока мы шли обратно к локального телепорту, я потратил на проверку обмундирования. Саиф и стилет на поясе. Вокруг ног и рук, так чтобы дотянуться одним движением, прикреплены метательные ножи. В подмышечной кобуре - трофейный револьвер из Купола, возвращённый нам волей самого Чистого. За спиной футуристического вида автомат с аккумулятором на сотню выстрелов.

У Ани несколько проще, кроме щита и скимитара, девушка наотрез отказалась брать что-либо ещё.

Глава 12. Безумная девчонка (Омега). Часть 2.

– А почему всем не дать возможность пользоваться магией, как в Куполе? – продолжала вещать в пустоту Настя, когда мы выходили из локального телепорта. – Тогда общими усилиями восстановить планету оказалось бы проще! Но нет, они оставляют силу только для элиты! Чтобы народ было проще контролировать!

Послышался неприятный скрежет, а после голос девушки из динамиков утих. Похоже, Чистые оперативно выключили трансляцию.

– Один раз уже дали людям магию во время войны Трёх Великих – результаты можно наблюдать до сих пор, - так же в никуда откликнулся Тихарь. - А рисковать тем, что осталось, нет ни малейшего желания. Поэтому магия доверяется только проверенным людям…

Этаж кардинально отличался от ранее виденных

Нас обогнал отряд скелетов с биоробом во главе. Все в полной выкладке! А стоило нам углубиться чуть дальше, как мы вышли в тускло освещенный закуток, выход из которого и перекрывали бойцы. Кроме них, имелись конструкции, которые при некотором воображении можно назвать осадными орудиями. И всё это направлено на халупу, собранную чуть ли не из мусора в глубине аппендикса.

– Господин Тихарь, дежурные боевые группы со всего Административного центра прибыли, – подскочив к нам, щёлкающе зарапортовал скелет. – Происходит развёртка оборудования. Расчётное время начала зачистки около пяти минут!

– Молодцы! Новые данные о ситуации?

– Строение самодельное, камер аналитического отдела внутри нет. Попытка отправить разведывательного дрона провалилась – Анастасия наложила магические щиты и продолжает их усиливать. Точное число находящихся в строении неизвестно. Но согласно косвенным данным, только одна девушка!

Из всего сказанного Альфу зацепила последняя фраза – я почувствовал его беспокойство. Он не мог сформулировать чёткую причину, но я доверял напарнику, и когда мне пришёл образ последующих действий, без раздумий согласился. Белая тень соскользнула с моей шеи. Пушистый хвост мелькнул и исчез среди множества ног.

Тихарь обернулся к нашей дружной компании.

– Ваша подруга совершила глупость. К счастью, пока не фатальную. Вы можете попытаться решить дело миром, пока мы готовим штурм. После этого мы ни за что не отвечаем. А сейчас прошу меня простить, нужно кое-что проконтролировать. Скелет вам поможет.

– Скелет, были ли какие-нибудь требования со стороны девушки? – тем временем поинтересовалась Аня.

– Нет, госпожа! На попытки начать переговоры госпожа Анастасия отвечала молчанием.

Прислушиваясь вполуха, я двинулся вперёд, к халупе. Стоило переговорить с этой взбалмошной девчонкой с глаза на глаз. А сделать это, перекрикиваясь через галдящую толпу - не лучшая идея.

– Чего встали? У вас что, дел нет? Пропустите нас! – рык Некера, которым он отогнал скелетов, стоявших на страже прохода, заставил меня оторваться от мыслей и перевести на биороба удивлённый взгляд. Биороб смутился: – Простите за самодеятельность, просто я подумал, что лишние свидетели вам не нужны... или мне тоже уйти?

- «А он не безнадёжен», - пробормотал Альфа, слушавший разговор сквозь мои мысли.

Я же ничего не ответил, лишь продолжил двигаться. Остановился буквально в десяти шагах от металлической двери, сваренной из нескольких листов ржавого металла. Тут я начал ощущать магическую ауру защиты.

– Ну и что ты устроила, Анастасия? – лёгкое эхо отразилось в узком туннеле.

Свет в мутном, зарешеченном окошке дрогнул. Но в моём голосе не имелось раздражения, злобы, недовольства или других негативных чувств. Только лёгкая насмешка, усталость и искреннее облегчение.

– Омега? – раздалось приглушенно и чуть удивлённо. – Не ожидала, что тебя пустят на это представление… скорее, спрячут, чтобы не помешали! Но, похоже, им это не нужно – свора готова преданно служить и сама прибыла в попытке меня усмирить! Неужто Чистые боятся, что не справятся с девчонкой?

Бравада. Провокация. Попытка задеть собеседника… Все признаки неуверенности, растерянности и как следствие попытки себя накрутить, чтобы продолжить действовать. Привычный коктейль юношеских эмоций, которые я и сам едва сдерживал. Но если я хочу спасти Настю, мне нельзя поддаваться чувствам.

– В отличие от тебя, они обладают разумом и хотят решить проблему без крови... без твоей крови, Настя, прошу заметить, – яда в голосе Ани хватило бы отравить небольшое стадо слонов. – Если ты выглянешь, то увидишь, что за тобой пришла небольшая армия. Ни тебе, ни нам её не остановить. Не знаю, что тебе наплёл Павел Гришин, но хватит заниматься глупостями. Выходи!

– Так вы и про Павла выяснили... – упоминание этого имени сбило запал в словах. – Тогда должны понимать – я не отступлюсь! Я лучше продолжу борьбу своего отца и погибну, не сдавшись, как он!

– «И всё-таки отец... Наихудший из вариантов», – пробормотало второе “я”. – «Относительного запасного плана – проход найден. Выдвигаюсь».

– Хочешь сказать, Чистые убили твоего отца? Серьезное обвинение! – рассудительно заметил Рахнез. – И ты готова поверить словам человека, которого не знаешь и часа? Готова пойти против Чистых, к которым стремилась в первых рядах, и не даёшь им даже шанса, чтобы оправдаться?

– Оправдаться? Я слишком долго слушала ваши речи. Всё! Надоела ложь! У меня есть глаза, и я прекрасно всё вижу! Прорыв через Сады показал, как высшие касты относятся к обычным людям! «Скелеты» - это вообще извращение жизни. Кроме того, я видела выступление своего отца, что призывал к изменениям… И после этого пропал! – голос девушки дрогнул, но через пару секунд зазвучал с новой силой: - Если Чистые не хотят прислушиваться к голосу разума, то мне нет места в их мире… для меня больше нигде нет места!

В словах Насти чувствовалась лёгкая фальшь. Словно она повторяла чужие слова. Не удивительно! Её за полчаса не столько убедили, сколько эмоционально накачали, использовав какое-то видео с отцом. И на выплеске чувств эта инфантильная дурёха начала действовать.

А когда пришли последствия, она поняла, что осталась одна. Её использовали и бросили. Опять. Не удивлюсь, если она уже жалеет о своих действиях. Не до конца понимает, что делать. Но отчаянно не хочет сдаваться.

Гребаный максимализм, где либо правда, либо смерть! Возможно, на этом можно сыграть?

- Хочешь пожертвовать собой ради великой цели? Так тому и быть! Выйди, сразись с нами! Докажи Чистым, что ты достаточно сильна, чтобы прислушаться к твоим словам! Ты ради мести уже ударила в спину своим друзьям! Так продолжи действие! Пройдись огнём магии и яростью кнута по всем! Уничтожь Чистых!

Повисло тягостное молчание… Я выжидал. Чувствовал, как мои слова разъедают душу и сознание магички. Моей названой сестры! А затем припечатал:

- Пусть медик, спасающий тела и души, превратится в палача! Пусть виновные «женщины и дети» будут на твоей совести! А когда ты встретишь отца, то сможешь посмотреть ему в глаза с чистой совестью!

– Настя, прошу, сдайся, – Некер не выдержал и заговорил со всей горячностью. – Я знаю, что всего лишь

- Настя – ты не такая! – в голосе Ани слышалась мольба. - Ответь за свои поступки!

Тут пришёл мысленный импульс от Альфы, и зрение чуть помутилось. Теперь я находился сразу в двух местах одновременно. С одной стороны - мрачный закуток где-то в подземельях Административного центра. С другой стороны - вентиляционная труба в старой халупе, откуда я смотрел на комнатку четыре на пять. Дверь заперта на все возможные засовы и забаррикадирована всем, что не прибито к полу, а по лёгкому радужному сиянию понятно, что усилена магией. Радиокомплекс, занимающий не меньше трети пространства, стоял вплотную к стене, врезаясь в какие-то кабели-провода.

Настя стояла в центре комнатки в таком же, как и на нас с Аней, боевом костюме, с кнутом на поясе и мешочками для реагентов по всему телу. Её руки с сияющими в центре перчаток кристаллами были направлены на магический барьер.

При этом я успел уловить, как на фразе Ани исказилось лицо Насти. Магичка передёрнула плечами, будто пытаясь сбросить тенёта слов. Я понял, что посыл задел нечто в душе девушки.

– Взываете к совести? – почти прошипела Настя, стиснув рукоять кнута так, что костяшки пальцев побелели. – От тебя, Аня, я ожидала подобного в последнюю очередь! Ты ведь всегда была против Чистых и не скрывала этого!

– Возможно, и так! Но дразнить Чистых, находясь в их доме и пользуясь их милостью – глупо! Тем более перед нами стоит более глобальная задача, – спасение множества жизней от чёрной…

– Это оправдание! Ты боишься действовать! – презрительно бросила Настя. – Хотя о чём это я? Ты не боишься! Нет! Ты с Чистыми заодно, а все слова лишь маска! Думаешь, я не догадалась о вашем с Министром плане? О том, как вы решили спутаться с Чистыми!

– Что за бред?! – Аня от подобных обвинений пошатнулась.

– Будешь врать, что у тебя с Омегой и Арлекино нет секретов? Я видела, как вы шепчетесь и многозначительно переглядывайтесь втайне от меня. Я молчу о том, как они защищали тебя, – я не сдержался и украдкой сжал руку воительницы, успокаивая. – Министр, увидев силы, которыми владеют Чистые, захотел уладить конфликт – считай признал поражение и решил продать Купол... похоже, научился у тебя, Аня, предательству! Он послал тебя к Арлекино для организации переговоров, что ты и проделала с помощью Омеги. Не удивлюсь, если для этого тебе пришлось под него лечь.

Уй… дура! Она из верных предпосылок пришла к неверному ответу! Я был просто в шоке!

Хотя, необходимо признать, виноваты мы сами – хитрили и недоговаривали слишком много. Мы слишком давили на девушку контролем! Пытаясь защитить, вот и вышло боком!

Её доверие, лично ко мне, пошатнулось после лаборатории и отказа брать с собой. Именно поэтому воительница попыталась выправить ситуацию и уберечь Настю от радикальных поступков, заменив наше присутствие на общество пары амбалов – друзей, доверие к которым девушка не потеряла, но… теперь мы имеем эту ситуацию.

– Настя, послушай себя, ты же противоречишь фактам и логике! – не выдержал я. – Если бы Министр решил заключить союз с Чистыми, то не пытался вернуть нас в Купол и тем более взрывать Дракон! Настя, как представитель Чистых, готов поклясться, что…

– Поклясться? Думаешь, я поверю тебе, Омега? – девушка оскалилась. – Ты всего несколько часов как Чистый! Некер рассказал нам с Рахнезом, что такого Несуществующего, как ты, в обществе Чистых никогда не существовало, – я даже не взглянул на болтливого паршивца, заёрзавшего на месте, лишь скрипнул зубами – сам виноват, не предусмотрел. – Не знаю, кто ты и откуда взялся, но всё, что ты когда-либо мне говорил – ложь! Ты хуже Чистых – воспользовался ситуацией... и мной для достижения своих целей! "Анастасия Декассова… источник информации о Куполе. Недурственный лекарь. Не говоря о том, что весомый аргумент в спорах с Министром" – вот и всё, что можно сказать обо мне! – от этих слов я забыл, как дышать. Ощутил, как внутри всё рушится и превращается в прах. А Настя и не думала останавливаться: – Если хочешь доказать, что тебе можно доверять, то вспомни свои слова: "я всегда тебе помогу и поддержу". Сейчас мне нужна твоя помощь и поддержка: убей предательницу Аню! – я почувствовал, как девушка-оборотень рядом вздрогнула.

До сего момента я готов был ради Насти на всё! Но вдруг понял, что одна жизнь, пускай и близкого человека, не стоит жизней десятков незнакомцев… хотя нет, стоит! Но не стоит жизни Ани или других людей, кого я взялся защищать!

– А может, и Рахнеза в комплекте с Некером прикончить, чего уж мелочиться? – голос помимо воли дрожал от ярости и муки. – Я обещал помогать, но не исполнять приказы! Тем более глупые и опасные, в первую очередь для тебя! Я не буду поддаваться твоим эгоистическим прихотям!

Сознание обожгла боль, перерубила узел чувств, сковавший разум… Я протяжно выдохнул. Спасибо Альфе, остановил, пока я не наговорил лишнего. Я всё же сорвался! Свалился до уровня Насти! Требовалось что-то придумывать и быстро! Настя невольно, но весьма эффективно разрушает команду!

– Как я и говорила – думаешь только о себе! – через взгляд Альфы я заметил, как Настя победно улыбнулась. – И вы с Аней смеете требовать, чтобы я слушала вас?! Ищите дуру!

– Настя, ты совершаешь глупость, – сокрушённо покачал головой Рахнез, и его спокойные слова так диссонировали с разгорячёнными криками Насти, что их оказалось невозможно не заметить. – Я понимаю – тобой движет месть. Она буквально выжигает изнутри, и я разделяю эту боль. Я проходил через подобное, ища справедливости для своей семьи. Но не повторяй мои ошибки – не мсти посторонним. Аня и Омега, на которых ты сорвалась, они лишь пытаются помочь. Даже Чистые не твоя цель – сама говорила Некеру, что общество не отвечает за своих членов. Твоя цель – непосредственные исполнители. А спрятавшись в этой дыре, им ничего не сделать!

Поддержка Рахнеза являлась неожиданной. Я заново взглянул на зеленокожего гиганта: не как на фанатика, а как на человека со своими трагедиями и демонами. Сейчас он был ближе к Насте, чем мы все вместе взятые! Только теперь я понял, что Настя для него давно стала истинной ученицей, а не «племянницей Министра». Перенаправить гнев

– Как я вижу, переговоры проходят не очень успешно? – проскрипел подошедший со спины Тихарь. – У вас минута! Если Анастасия к этому моменту не сдастся, то мы уничтожим эту халупу вместе с ней!

- Вы не пройдёте щиты!..

Не успела девушка договорить последнее слово, как дымка защитного заклинания моргнула, как неисправная лампочка. А затем в течение нескольких секунд мерцала безостановочно, пока интенсивность не упала до нуля.

– Что за?.. – Настя крикнула с обидой и возмущением: – Омега, что ты наделал!

Последнее слово она произносила мне в лицо, ибо ударом ноги я вынес хлипкую преграду. Одновременно я благословил новый костюм, который не дал пафосному жесту привести к травме, а за счёт усиления сделал его эффективным и эффектным способом ворваться.

– Не даю тебе самоубиться? – я с трудом разжал скованную яростной судорогой челюсть.

Я протянул руку, и на неё словно кролик из шляпы скользнул Альфа. Он впитывал магию в комнате и не давал девушке сделать глупость. Я чувствовал его боль, но останавливаться было нельзя!

Магичка взмахнула руками, химические реагенты из нескольких мешочков взметнулись в воздух, от девушки ударили ветвистые молнии, которые, пройдя сквозь порошки, поменяли цвет на зловеще ярко-алый. И… рассеялись на расстоянии вытянутой руки от меня!

Ноздри раздулись от ярости, и я надвинулся на магичку. Та попыталась отшатнуться, но споткнулась и просто рухнула задницей на пол. Жалкая и потерянная.

– Достойно, Несуществующий! Чистый будет доволен! – насмешливо проскрежетал киборг из-за моего плеча и повернулся к девушке. – Кстати, девочка, ты, если я правильно помню, Анастасия Декассова? Своим шоу ты искренне порадовала меня, да и своего отца напомнила! Занимательный персонаж. Держался до последнего, когда мы его забрали на опыты! Что интересно, даже изменение памяти на него не действовало – всё время о тебе и о жене что-то бормотал. Даже когда мы его разделывали. Достойный был противник... – Тихарь задумался, что-то прикидывая, и протянул, кивнув скелетам: – Возьмите её! Посмотрим, так же ты устойчива к… скажем так, "внушению", как отец?

Но не успели костяки сделать шаг, как из толпы вышла Аня со вздыбленной шерстью на звериных ушах. Следом Рахнез, поигрывая мускулами, и даже Некер, нервно поправляя очки. Встав со всех сторон от Насти, они закрыли её от посторонних.

– Хватит! – я встал между киборгом и Настей под неодобрительный гул собравшихся. – Настя член моего отряда – отдайте её мне! Мы проведём с ней... воспитательные мероприятия! Если у вас имеются к Насте ещё претензии, то я, как глава группы, готов ответить и принять наказание за неё.

– Это лишнее… Чистый обещал ей дар, и им станет свобода Насти! Тем более что она мне неинтересна. Мне нужны Павел Гришин и его союзники! Пусть скажет, где они находятся и что замышляют, после пусть катится, куда хочет! – с явной неохотой оступившись, проскрежетал Тихарь.

– Их не нужно искать, они сами вас найдут! И тогда вы пожалеете... – с отчаянной яростью закричала Настя.

Вязкая тишина повисла в воздухе, а я почти физически чувствовал, как утекают секунды, выжигая нервы, и последние крохи самообладания.

– Принимаю, – вальяжно кивнул киборг, хотя по тону становилось ясно, что угрозы его не волнуют. – Тогда, позволь, кое-что поясню. Благодаря тебе Павел Гришин и все заговорщики умрут. И чем дольше ты сопротивляешься, тем хуже будет их смерть. Они будут мучиться долго, изощренно и страстно, – девушка от слов застыла, только дрожали плечи. Тихарь, заметив это, металлически рассмеялся: – Понимаю, умереть просто, и пусть гибнут сотни, тысячи! Но видеть и знать, что друзья страдают из-за тебя! Думаю, если ты не расскажешь то, что нужно, Омега не будет возражать против такого воспитания. Так что решай!

- Я… я. Расскажу… - голос Насти дрожал. И если в первый миг я полагал, что от страха, то после следующих слов мнение изменилось: - Но при одном условии – Тихарь, мы сразимся.

– Нет, – страха я не чувствовал, только всё сильнее нарастающую злость. – Я не дам навредить Насте!

– Теперь понимаю, почему вас так презирает Настя, – как мне показалось, усмехнулся Тихарь. – Вы не только сами врёте и не имеете чести, но и не даёте по чести поступать другим. Я принимаю твой вызов, девочка! – слова звякнули сталью, и я невольно похолодел. А под взглядом кибернетических глаз последние слова прозвучали внушительно: - И очень советую не вмешиваться в поединок!

Я ощутил, как шершавый язык Альфы лизнул мне шею. Боль от впитанной магии и спокойствие от его присутствия заставили меня вздрогнуть. Я понял, что в этот раз мне придётся отступить. Мы пытались тушить масло-эмоции, подливая воду-логику! Но лучше подкинуть более сильных эмоций-кислорода, заставив смесь сгореть в одной яркой вспышке. Бой может стать такой вспышкой!

Когда мы выходили из халупы, толпа, ранее готовившаяся к штурму, расслабленно галдела, образовав импровизированный овал арены – почти всё пространство закутка. Тихарь изучал свой металлический маникюр, всей позой выражая пренебрежение к противнику. Настя сдвинула меня в сторону ударом локтя и, бросая надменные взгляды на собравшихся, выдвинулась на свою позицию, на ходу расправляя кнут-пояс, едва уловимо светящийся.

Тихарь, играясь, поманил магичку пальчиком. Настю не требовалось просить дважды, и кнут, пронзительно свистнув, ударил туда, где находился Тихарь, оставив глубокие борозды в камне пола и металле стены. Киборг лишь сделал один шаг вперёд и вбок, не отрывая взгляда от несуществующих ногтей, и оружие не достигло цели. Настя атаковала вновь, кнут превратился в размытую тень, одновременно в киборга полетел мерцающий сгусток заклинания. Результатом стали два скользящих шага, да разбитая лампа под потолком, куда угодило заклинание.

Так они и продолжали под хохот толпы: Настя атаковала кнутом и магией, а Тихарь, словно исполняя танцевальные па, уворачивался от выпадов и неспешно приближался к девушке. Когда между противниками оставалось всего несколько шагов, то Настя начала пятиться. Но стоило ей сделать несколько неуверенных движений, как Тихарь при очередном ударе магички наступил на фол кнута, так что Насте невольно пришлось сделать несколько шагов вперёд, дабы не упустить оружие. Киборг молниеносно преодолел оставшееся расстояние и непринужденным ударом руки, которой ранее любовался, уронил Настю на пол, разбив скулу в кровь.

– С твоим отцом и то веселее было, – бросил Тихарь и замахнулся на распростертую девушку.

Удар не достиг цели. Его прервал гул, волной прошедший по залу.

– А вот и они!

– По сети скелетов сообщение, – выпрыгнул вперёд один из множества безликих костяков. – Три нападения на Заставы людьми, работающими с Павлом Гришиным. Из-за того, что люди оказались оттянутыми сюда, террористам удалось уничтожить две Заставы, и сейчас начинается прорыв Сада!

Мысленным посылом Альфа подсказал, что такое «Застава» – один из проходов вглубь базы, сейчас запечатанный и охраняемый из-за буйства Садов и аномальной активности Чёрной дыры. Именно через один из них нас вытащили. И именно там находится оборудование, которое создаёт поле остановленного времени, что защищает Административный центр.

– Так, значит, ты тянула время и отвлекала внимание, – проскрежетал Тихарь и вновь занёс руку для удара.

– Тихарь, бой закончен, вы победили! – я не сдвинулся с места, но мои слова заставили и киборга замереть. Я продолжил давить: - В Административном центре катастрофа, и за вами выбор: устранить её и спасти гражданских или потерять время и ресурсы на попытку наказать виновных, которые более безвредны? – я скрестил руки на груди, выражая покорное ожидание и при этом показывая, что оружие всегда под рукой.

– Сейчас начнётся суматоха, а у вас имеется дело... Надеюсь, при следующей встрече Анастасия будет в роли спасительницы базы, а не террористки! – протянул киборг с плохо скрываемой издёвкой и, забыв о нас, обратился к толпе: – А вы что встали? Или нужно отдельное приглашение? Гражданские сами себе не помогут!..

Я отстал всего на несколько мгновений и не хуже киборга начал раздавать команды.

– Альфа, к магичке. Следишь, чтобы не навредила никому... и себе в первую очередь – мы защитим её даже помимо воли! Аня, обыскать и разоружить Настю, если окажется необходимым, то свяжи...

– Вы не посмеете! – Настя попыталась дернуться, но на помощь воительнице пришёл Некер, и они начали связывать магичку её же кнутом, Рахнез подоспел следом и кляп оборвал словоизлияние – шутить никто не собирался!

– Некер, ты проводник. Нам нужно в ангар с техникой для путешествия по лунной поверхности. Знаешь, где это? – и на растерянный кивок приказал: - Веди!

Глава 13. Шансы и потери. (Омега) Часть 1.

Мы находились почти у основания Административного центра, а транспорт, что логично, на самом верху. Пользоваться телепортами мы не рискнули, поэтому подъём по этажам проводился в пешем режиме. Благо, несмотря на частичное падение защиты, прорыва Садов ещё не произошло. Народ хотя и суетился, но без паники – это контролировали дисциплинированные скелеты.

Настя дрыгала ножкой на плече Рахнеза. Некер пыхтел впереди, своей мордой биороба открывая нам доступ с этажа на этаж. Мы с Аней были готовы к любой неожиданности… и не зря. Когда до ангара оставалась два этажа, на нас вылетел кузнечик в половину человеческого роста.

Рывком я снял автомат с предохранителя, и тот покорно плюнул несколькими короткими очередями синеватых зарядов, превратив в пепел внутренности твари. Кузнечик рухнул, в судорогах корябая металлические стены бритвенно острыми конечностями, а его кровь зашипела на камне пола.

Я в очередной раз вознёс хвалу играм-шутерам, урокам ОБЖ и военным сборам за возможность на интуитивном уровне разбираться со стрелковым вооружением, будь хоть оно сто раз из далёкого будущего.

Ещё дважды нам на пути встречались жуки, ковырявшиеся в трупах. Твари сонные из-за недостатка кислорода в местной атмосфере, да ещё и раненные – их мы обходили. При этом мы чуть не вляпались в несколько молодых аномалий.

А затем нам навстречу вышел скелет! Тот самый костяк, что сопровождал нас с Аней! Его я встречал чуть ли не с поцелуями, и особенно моя радость усилилась, когда услышал сакраментальное:

- Ваше приказание выполнено. Костюмы для всех членов группы подготовлены. Вооружение и боеприпасы загружены в транспорт. Провизия и инструмент в наличии.

Альфа предполагал, что нам придётся спешно уходит и поэтому предусмотрительно сделал заказ. Теперь это должно было спасти нам жизни! Некера и Рахнеза мы чуть ли не пинками загнали переодеваться, благо скелет был им в помощь, а сами потащили брыкающуюся Настю к транспорту.

Ангар был обширен, не меньше городского квартала… но пустоват. Большая часть техники во время катастрофы оказалась снаружи. Но нам было достаточно и багги-лунохода. Лёгкого и быстрого, что я посчитал важнейшими качествами при рывке через безвоздушные просторы спутника.

Тут ангар

- Там Сад прорывается, а с ним жуки… - из динамиков донесся крик Некера.

Я было хотел запрыгнуть на место водителя… Но посмотрев на множество кнопок и рычажков, понял, что таланта вождения у меня нет! Благо скелет с ходу занял кресло водителя, а я с лёгким сердцем запрыгнул в багажник багги.

– Все на месте? Отлично! Скелет, гони родимый! – рявкнул я, судорожно стискивая футуристический автомат.

Сквозь забрало шлема я наблюдал, как стены ангара прогибаются и содрогаются под мерными ударами из недр Административного центра. Альфа тоже нервничал, хотя и распластался на шее – место, где и костюм защищает, и через забрало видно. Я же не мог похвастаться комфортом: в герметичном костюме запах от компаньона довольно своеобразный, да и мех постоянно норовит залететь то в нос, то в рот.

– Выполняю. Прошу всех крепко держаться и не высовываться, – двигатель взревел, и мы рванули, да так, что я, сидя в решетчатом багажнике, чуть не вылетел.

Жгуты растений прорвались в проход и буквально разнесли его, камни посыпались в разные стороны. С гулом в помещение полезли десятки жуков, и монстры тут же ринулись в нашу сторону. Багги ускорилось, готовясь пройти через шлюз… Защита остановленного времени слетела, и теперь от космоса нас отделяло лишь две пары гермодверей.

– Прошу прощения, но у нас проблема, – мерно прощёлкал скелет. – Дистанционное открытие шлюза невозможно, помехи с пульта…

Заканчивать не потребовалось, ибо из багги высунулся Рахнез и дважды выстрелил в указанном направлении из ручного револьверного гранатомёта с шестизарядным барабаном. Как знал, что ему по руке будет! Вспышка на миг ослепила, а дымовая завеса окутала шлюз, но в следующую секунду вакуум вытянул дым через огромную дыру, оказавшуюся на месте прохода. Аварийные перегородки начали закрываться под вой сирен, но нам хватило времени, чтобы проскочить на поверхность Луны.

– …Должен отметить, что образ действий отряда нарушает множество пунктов техники безопасности, – фоновым шумом щёлкал в динамиках голос скелета. – Это может вызвать повышенный травматизм, а у вас не имеется даже страховки! Не говоря о том, что стоимость уничтоженной собственности придётся компенсировать...

Я судорожно заозирался, однако ангар медленно, но верно уменьшался. Спустя десяток секунд, очертания ангара сгладились до состояния серой полусферы, коих в центральной части кратера торчало множество. Не прошло минуты, как скелет скорректировал курс, маневрируя в постройках, и злополучный ангар вовсе скрылся, а я окончательно осознал – мы выбрались! И лишь в этот момент я сумел выдохнуть, так что забрало шлема запотело. Покинуть Административный центр оказалось чуть ли не сложнее, чем попасть внутрь.

Однако после удачного исхода я почему-то совершенно не чувствовал облегчения, радости или хотя бы удовлетворения. Я ощущал опустошённость и дикую усталость. Правда, передохнуть не удалось:

– Дамы и господа, могу вас поздравить! Мы выкарабкались из очередной зад… заварухи! – у Альтер-Эго оптимизм так и бил через край, и он, завладев

– Скорее, сбежали, как шелудивые псы, бросив Чистых на растерзание! – саркастический тон не скрывал напряжённости Рахнеза. – Хотя в Скале, при похожей ситуации, ты, Омега, вступился за людей!

– Зато теперь у нас имеется возможность помочь Чистым не просто с Садом, но с первоосновой всех проблем! Ведь мы уже сопровождаем Некера… кстати, а куда нам нужно?

- Нам нужно в лаборатории математики, к проекту Оператор… - Некер потянулся к очкам, но рука наткнулась на полусферу шлема. Биороб чуть нервно продолжил: - Это суперкомпьютер, который я создавал и который может просчитать, что нам нужно сделать, дабы закрыть Чёрную дыру. Если он ещё работает и мы сможем с ним договориться…

- Отлично! У нас есть цель! – отзываясь на слова, скелет чуть скорректировал направление движения, а я продолжил: - Тогда перейдём ко второму вопросу: что нам делать с Настей?

Вот тут повисла тягостная тишина… Лишь Настя, сидящая между Рахнезом и Аней, задёргалась, слушая разговор, но не имея возможности ничего сказать. Однако к ней никто даже головы не повернул. Вытащить девушку мы сумели. Но все понимали, что таскать её за собой связанную – глупость высшей пробы! Никаких сил не хватит!

Я осмотрел наш отряд. Рахнез даже не обернулся к нам, лишь вертел в руках своё новое оружие. Он и без того сделал больше, чем я мог ожидать – рискнул пойти на конфликт с Чистыми ради Насти. Теперь его долги закрыты…Главное, что он продолжал мне подчиняться после раскрытия моей лжи. Но если учесть, что я сейчас официальный посланник Чистых, то в наших взаимоотношениях это ничего не меняет. А роль исполнителя списывает с зеленокожего гиганта всякую ответственность.

– Девушка всего лишь попала в плохую компанию и поддалась внушению. Нельзя её за это наказывать. Нужно помочь ей, – робко заметил Некер, сидевший на месте рядом с водителем. – Возможно, оставить её в каком-нибудь безопасном месте до завершения миссии?

– И где найти такое безопасное место, с учётом, что последнее Настя сама и разрушила? – с раздражением поинтересовался Рахнез.

- Может, использовать космические корабли Чистых? – Некер кивнул на возвышающийся в нескольких километрах белый шпиль.

Подключив встроенные в шлем фильтры и увеличение, я различил махину звездолёта, имеющую огромные ракетные двигатели, а также среднего размера шаттл. Неожиданно защёлкал скелет:

– На данном судне прибыл Тихарь вместе с последней партией грузов, а после катастрофы Лодур пытался отбыть на Землю. Навигационные системы и двигатели из-за излучения Чёрной дыры действуют некорректно. Однако там рабочая система жизнеобеспечения, и имеется провизия.

Идея мне начинала нравиться всё сильнее. Из-за удалённости пусковой площадки от базы туда не доберётся никакая мутировавшая форма жизни. А при условии выполнения задания, но нашей гибели Чистые найдут её там в ближайшем будущем!

– Шикарный план. Только это лишь временная мера, – вполголоса заметила Аня. – Мы ведь понимаем, что основная проблема не в том, как защитить Настю от Чистых или опасностей мира. Суть в том, как защитить её от самой себя!

Повисла колющая тишина – правда являлась страшным оружием. Настя вновь задёргалась на месте, но опять никто не обратил внимания. Багги мерно подпрыгивал на неровностях. Чтобы не

– Я знаю кое-что способное если и не потушить чувство мести в сердце Насти, то хотя бы на время усмирить её, – голос Некера едва слышался, и я почему-то сразу решил, что не хочу знать продолжения: - Я знаю, где сейчас находится Юрий Декассов.

Я внимательно посмотрел на биороба. Мы с Альфой оба сошлись во мнении, что Некер очень рискует, начиная подобный разговор. Но если он сможет сыграть на этом…

- Всё началось с того, что мы узнали о заговоре против Чистых, который готовил Юрий Декассов, – начал исповедь биороб. – Да, то самое видео, что показывал Насте Павел. Мы схватили его и пытались выбить информацию о планах и сообщниках. Но он оказался сильным… самым сильным из всех на моей памяти! Тогда решили провести коррекцию памяти и личности. Вот только нас ждал сюрприз – Юрий оказался невосприимчив к воздействию, что являлось уникальным явлением, нигде не описанным. Так он стал предметом пристального исследования. Не знаю, в чём была особенность его мозга, но оказалось, данная аномалия могла использоваться в проекте, где был задействован я – разработка компьютерной системы, способной обрабатывать, анализировать и управлять всеми потоками информации на базе.

- Постой! Проект «Оператор», к которому мы направляемся… – пробормотал я, а в памяти всплыли ухмылка Лодура и его слова, когда мы обсуждали цели Насти.

- Да. Суперкомпьютер, где живой человеческий мозг выступал в роли процессора. Ни одно сознание не выдерживало, а мозг Юрия… он стал идеальной частью системы! Не утратив личности и памяти, он овладел возможностями компьютеров базы. К сожалению, дальнейшего не знаю – меня перевели на другой проект. Но зато сейчас твой отец, Настя – жив и является нашей последней надеждой. Мы направляемся к нему…

Я, конечно, уже понял, что Чистые больше полагаются на научный прогресс, нежели на магию. И я их даже понимаю – результатами работы техники могут пользоваться в равной степени все, а магия очень субъективна. Но разработки, о которых говорил Некер, были для меня за гранью добра и зла.

– А раньше сказать этого не мог, когда пытались вытащить её? – голос звучал на удивление спокойно, хотя я готов был удавить паршивца сотней самых извращённых способов.

– Я испугался, – пролепетал парень, а затем затараторил, пытаясь оправдаться если и не перед нами, то хотя бы перед собой: – Если не считать, что это секретная информация, то Настя тогда никого не слушала, она бы просто не поверила мне и посчитала, что это уловка. А сейчас мне нет смысла врать, так как всё раскроется в ближайшее время, а я не хочу... Не хочу скрывать правду, тем более что я ей не горжусь! Я противился эксперименту, именно из-за этого меня и перевели! – слова утихли так же, как иссяк поток чувств.

Настя дёрнулась, но в отличие от прошлых акций не сильно, показывая, что хочет что-то сказать. В этот раз я не мог игнорировать её мнение и дал отмашку Ане включить связь.

– Спасибо, Некер, – после долгой паузы прозвучали слова

Если бы я не сидел, то наверно упал, так как искренность, с которой это было сказано, являлась полной неожиданностью, и ножом ударила в сердце, стоило вспомнить, в каком тоне девушка вела разговор со мной.

– Так, значит, ты отказываешься от глупого конфликта с Чистыми? – сурово поинтересовался Рахнез.

– Само собой, нет! И я не буду извиняться за случившееся! – мгновенно ощетинилась Настя. – Но если вы ещё способны мне поверить, то я готова пообещать, что до прибытия к проекту "Оператор" не доставлю вам хлопот и даже помогу, если вы меня освободите. Ну а дальше будет видно…

Девушка не лгала. По крайней мере, весь мой опыт говорил, что девушка не хитрит. Но после всего произошедшего я не верил сам себе – всё, что я знал о Насте, являлось ложью.

– Извините, что прерываю, но мои датчики обнаружили движение, – вклинился скелет. – Около двух десятков объектов, возможно, больше. Согласно экстраполяции траекторий, объекты преследуют нас и пытаются окружить. Велика вероятность, что это мутанты.

– Какие ещё мутанты на поверхности Луны? В безвоздушном пространстве! – возмутился я, тем не менее радуясь проблемам, которые оборвали неприятный диалог. Однако стоило поднять взгляд, как я убедился, что проблемы всегда остаются проблемами, ибо увидел преследователей, и в сердцах простонал: – Понятно… опять они! Такое чувство, что мы им понравились. Скелет, сможем убежать?

– Сделаю всё возможное, однако советую приготовиться к бою, – отрапортовал скелет, и багги дёрнулся.

К этому моменту в отражённом от Земли тусклом свете все могли увидеть, как по серой равнине кратера за нами несутся, похожие на кошмарный сон, размытые силуэты массивных хищников – Стая взяла наш след. Больше двух десятков. И всё новые и новые твари появлялись из-за разбросанных по округе строений, так что клещи уже почти сомкнулись…

Глава 13. Шансы и потери. (Омега) Часть 2.

Несмотря на опасность, я позволил себе восхититься противостоящей нам смертельной грации, отлаженной убийственной стратегии и беспощадной целеустремлённости. И ужаснувшись до глубины души в своё удовольствие, я почувствовал не горечь сомнений или тяжесть выбора, а сладостную определённость боя!

В три нажатия я активировал доселе не используемые возможности шлема. В два движения снял автомат с предохранителя и упёр в плечо. Одним нежным касанием вдавил спуск. Темноту космоса разорвала сверкающая очередь. Стрелял я навскидку, ибо при такой бешеной скорости любая неровность превращалась в эпицентр землетрясения, а пылевое облако, пушистым шлейфом вьющееся за багги, скрывало большую часть преследователей.

Выстрелы ожидаемо ушли в никуда. Но, благодаря им, системы шлема рассчитали поправки, и в следующий раз я бил прицельно по нескольким монстрам, подобравшимся почти вплотную – в тепловом спектре отчётливо виднелись их алые оскалы, больше похожие на ехидные ухмылки.

Стоило зарядам достичь членов Стаи, как стала очевидна моя самонадеянность: броня мутантов поглощала все попадания, лишь отмечая место контакта ослепительным фейерверком из разноцветных искр. Но потуги были небезнадёжны: ближайшего монстра развернуло на месте, и, споткнувшись, он покатился по земле. Ещё троих атака заставила сбиться с шага и потерять в скорости.

К развлечению присоединился Рахнез, вклинившись со своим гранатомётом. Шесть зарядов легли по

Беззвучная канонада послужила сигналом для скелета, который тут же скорректировал курс, уклоняясь от напирающих с левого фланга монстров. При манёвре меня чуть не выкинуло из багажника, и я, матерясь сквозь зубы, вцепился в одну из труб корпуса.

– Освободите меня! – взволнованный крик Насти вклинился в совершенно беззвучную, но оттого ещё более оглушительную симфонию света и теней. – Я вам помогу! Мой кнут и магия…

– Бесполезны! – рявкнул я и продолжил атаковать мутантов.

Вспышки зарядов затухли на несколько мгновений раньше, нежели я отпустил курок – аккумулятор автомата опустел. Стоило это осознать, как слух резанул исполненный ужаса вопль Некера. Обернувшись, я обнаружил размытую тень, распластавшуюся в прыжке с крыши ближайшего строения. Компьютер мгновенно провёл расчёт траектории и показал, что целью является скелет, который никак не успевал уклониться.

В дело вступила Аня: в рывке ударила щитом в морду твари, тем самым чуть изменив направление импульса туши, и отбросила его за пределы багги. Правда, монстр сумел извернуться в полёте и, приземлившись на лапы, оказался практически вровень с нами.

– «Метательный нож!» – приказал Альфа.

Я подчинился беспрекословно и буквально вбил клинок в сочленение брони на лапе: взрыв оторвал конечность напрочь, а существо подбросило на несколько метров. Меня не ослепило только благодаря шлему, успевшему включить фильтры.

– «Мог бы заранее предупредить, чего заказал! Я же мог и сам подорваться!» – недовольно буркнул, судорожно меняя злополучный аккумулятор на новый.

– «Мне тоже понравилось!» – раздался мысленный смешок. – «Там половина обычных ножей, а половина таких – гранаты слишком банально!»

Новая канонада Рахнеза прошлась по левому борту, разметав особо наглых членов Стаи, причём двоих не совсем целиком. Одновременно с этим скелет дёрнул багги в зачищенное направление. Перезарядившись, я вскинул автомат, но… врагов в зоне прицельной стрельбы не оказалось – получив по зубам в лобовом наскоке, Стая, чуть отстав, перегруппировывалась.

– Прошу приготовиться, приближаемся к спуску в математический блок, – бросил скелет в эфир. – Фора, выигранная у Стаи, – сорок секунд. За это время необходимо проникнуть внутрь и вновь заблокировать проход, – повинуясь сереброкостному скелету, багги заскользил в дрифте, огибая по широкой дуге очередное серое строение, а наш проводник сухо прощёлкал: – Цель назначения в зоне видимости – центральное строение лаборатории. Время прибытия – минута.

Одновременно со словами нарисовался комплекс из пяти строений: четыре представляли собой серые коробки, расположенные квадратом, одним из углов которого являлось то самое здание, что мы сейчас объезжали. Пятое строение отличалось не только большим размером и формой в виде полусферы, но цветом – радужные переливы по всей площади, как у мыльного пузыря, так что шлем костюма зарябил не в состоянии передать все оттенки.

– Скелет, нельзя в периметр! – возглас Ани мне очень не понравился, и в ту же секунду он перерос в отчаянный крик: – Аномалия!

Повторять дважды не пришлось – скелет крутанул руль, пытаясь вывернуть. Однако у всего имелся предел: в мгновение ока контролируемый занос превратился в неуправляемую болтанку.

Меня выкинуло из круговерти в самый разгар буйства – я жёстко приложился. Заштопанные сутки назад раны дружным хором боли воспели моё возвращение на землю. Меня ещё дважды подбросило и не менее пяти метров протащило по грунту, так что половина тела, голова и все конечности выдали сольную партию из неприятных ощущений.

После подобной встряски я готовился если и не умереть, то отключиться! Но в дело вступил костюм, который вколол какую-то дрянь и проорал в ухо невнятную научную тарабарщину, из которой я только и понял: кости и органы целы, так что я могу дальше переться вершить подвиги. Второе дыхание для этих самых подвигов открылось спустя три удара сердца. Несмотря на то, что меня ещё порядком мутило, я сумел заставить свою тушу восстать, а также стиснуть в руке чудом непотерянный автомат.

Стая находилась в двух сотнях метров. Их пронзительно голубые глаза фонарями сверкали, окружая и предупреждая, что наша фора на исходе... Я готов был поверить, что они заранее вели нас в эту ловушку!

Перекрывая гул помех и разрозненные стоны пополам с ругательствами, в динамиках шлема раздался пронзающий до самого нутра скрежет рвущегося металла. Я резко обернулся в сторону аномалии.

На то, что происходило со скелетом, который до последнего пытался управлять багги, да и с пространством лабораторного комплекса нельзя было смотреть без содрогания. Во время очередного пируэта машина вляпалась в невидимую преграду в метре над землёй, как стрекоза в желе. При этом изменённое пространство также, как и желе, колебалось, искажалось, от места соприкосновения шли волны, отталкивающе несферические, какие-то ломаные и рваные. Причём внутри самой аномалии имелись собственные искажения и неровности, так что волны отражались, разделялись или сливались на них.

Всё эти конвульсии мироздания мы наблюдали на примере поверхности кратера, который покрылся сетью остроконечных холмов и кратеров самой невероятной формы, а в зависимости от неё ещё и цвета. Приторные оттенки били по глазам в контрасте с окружающей серостью. В дополнение к нереальности картины – образы переплетались и пронизывали друг друга, не соприкасаясь, выворачивались наизнанку, не нарушая своей целостности и постоянно искривляясь… Мозг от подобного зрелища просто содрогался, не в состоянии осознать.

Но я смотрел, не смея оторвать взгляд от скелета. Отражённые волны вернулись и начали действовать на него, растягивая, сжимая, переплетая части между собой. С какого-то момента он стал расплываться, искажаясь как в мутном зеркале, становился всё менее чётким и превратился в сюрреалистичную кляксу. И всё это под невероятный, сводящий с ума скрежет в динамиках!

А затем всё оборвалось: невидимая тряпка прошлась по пейзажу, и всё вновь стало как прежде, только без сереброкостного скелета, багги и крика, эхом отдающегося в душе, как последний аккорд лопнувшей струны.

– Что за бред? – простонал я и почувствовал металлический привкус на языке от разбитых губ. От омерзения увиденного и так тошнило, поэтому мне с трудом удалось удержать бунтующий желудок.

– Многомерная область пространства – количество измерений больше трёх, причём, вполне возможно, что их не целое число… – выдавил из себя Некер, сейчас стоящий на карачках и стучащий зубами.

– И что нам делать? – нервно прохрипел Рахнез, которые почти сориентировал себя перпендикулярно земле.

– Освободите меня, вам нужны силы!.. – вновь затянула свою песню Настя, в этот раз с чуть истеричными нотками. Она дёргалась как гусеница среди мелочёвки, которая раньше находилась в вещь-мешках, а теперь под ногами.

– Никому её до конца боя не освобождать, нам не нужны лишние риски! Некер, хватит разлёживаться: поднимайся и подбери оружие – за Настей присмотришь! – отрезвляюще спокойно рявкнула Аня, и никто не посмел возразить, а воительница тем временем с явной неохотой буркнула: – Без Феникса нам не обойтись, так что Альфа, Омега!..

Ответить я не успел – налетела Стая.

Три твари материализовались из темноты, и одна рванула ко мне. Противник вилял из стороны в сторону, поэтому несколько очередей ушли в молоко, а затем совершенно неожиданно тварь оказалась в упор. Челюсти устремились к моей глотке, и я не придумал ничего умнее, как сунуть в раззявленную пасть ствол автомата. Оружие дёрнулось, и приклад ударил меня в грудь. Я отлетел прочь, даже не успев нажать на курок или выдернуть автомат, который развалился пополам под зубами хищника. Вспышка синего пламени от сдетонировавшего аккумулятора превратила морду твари в пепел.

А затем моя рука, подчинённая Альфе, открыла забрало шлема. Выдохнуть я успел буквально за миг до разгерметизации, и тут же изначальный холод обжёг лицо, так что пот мгновенно испарился, а слизистая глаз вскипела. Одновременно Альфа переместился с шеи на голову, откуда и распластался в прыжке – требовалось, чтобы превращение в Феникса началось как можно скорее.

Пульс бешеным молотом ударил в голове, пытаясь разорвать её давлением, и ушные перепонки, не выдержав, лопнули, так что я почувствовал, как кровь заклокотала в ушах. Однако я упорно не закрывал шлем, наблюдая за Альфой – требовалось убедиться, что в случае необходимости он сможет вернуться обратно. А маленькое белое тельце всё летело в безжалостном вакууме, и страшно представить, что чувствовал мой компаньон.

И тут прямо перед ним из серости мира и теней вылепился новый монстр… Не успел я испугаться, как капкан зубов сомкнулся на теле Альфы. Призрачная пыль, миражом тающая в темноте, облаком разлетелась из пасти существа, да свинцовый ошейник в виде утешительного приза застрял между клыков оборотня Стаи.

Шлем я загерметизировал тут же и, покачнувшись, встал на корточки… благо не рухнул. Системы костюма взвыли с новой силой. Я почувствовал, как кровь вскипела от новой порции живительных препаратов, и вновь через три удара сердца я был боеспособен.

Мутант, покусившийся на Альфу, успел развернуться и переключиться на меня: оскалившись, тварь выплюнула порядком пожёванный ошейник и распласталась в прыжке, подобно выпущенному с огромной скоростью снаряду. Сражаться не имелось сил, поэтому я рывком выпрямил ноги… Больше всего порадовала морда мутанта в момент, когда жертва исчезла из-под самого его носа, взвившись в прыжке на высоту почти в полтора метра. Да здравствует лунная графитация!

Тварь попыталась извернуться и ударить меня лапой, но из-за набранной скорости не успела. Я использовал монстра, как ступеньку в трамплине – оттолкнувшись, рванул вперёд. Только подумать, самые абсурдные выходки из прошлого, когда я занимался паркуром,

Моей целью являлась аномалия – почти безграничный запас сил, ибо запасов поглощённой магии должно хватить только для превращения Феникса и самого начала действа. И хотя соваться в искажённое пространство казалось в высшей степени эксцентрично, но без энергии на Феникса у нас не будет и шанса на выживание.

В результате в аномалию я вляпался. Именно вляпался: спиной вперёд, а головой вниз, ибо справиться с болтанкой в полёте так и не смог. Однако в этом имелись и плюсы: я видел всё происходящее на поле боя.

Охотившийся на меня монстр воспользовался моментом и ринулся на Рахнеза. Тот не мог отстреливаться на близких дистанциях без риска подорвать себя. Но ему на помощь пришёл Некер, рядом с которым уже валялась одна бездыханная туша. Биороб довольно кучно всадил три заряда в бок твари из энергетического дробовика, который оказался рядом с ним во время крушения. Мутанта отбросило прочь, что позволило Рахнезу вытащить двуручный меч и пойти в атаку под прикрытием биороба.

Чуть в стороне Аня сражалась сразу с двумя тварями: щит, слегка сияющий силовым полем, без труда отклонял атаки монстров, а плазменное лезвие скимитара жалило из-за укрытия, оставляя на броне существ глубокие раскалённые докрасна отметины.

Тварей становилось всё больше. Товарищам пришлось отступить и занять оборону вокруг Насти. Короткие броски и отскоки монстров изматывали. Держали в напряжении. Стая игралась с загнанной жертвой!

А затем пришёл Феникс!

Глава 13. Шансы и потери. (Омега) Часть 3.

Две дюжины металлически блестящих кабелей, толщиной с руку и длинной под полсотни метров, вырвались справа и слева от моих соратников. Некоторые из тросов на скорости пробивались прямо через тела монстров, окрашиваясь в алый. Жгуты металла образовали в воздухе два сияющих серпа, по которым каскадами прошли молнии… А затем крылья Феникса рухнули на землю, разметав находившихся по бокам монстров, если и не самим ударом, то бьющими в разные стороны разрядами, от которых в воздухе образовался дождь из расплавленного, матово-чёрного стекла.

Поднялась голова – перекованный наново механизм. Синеватые языки вырывались из глазниц Феникса. Багровые отблески просвечивали из недр через трещины скомканного, обугленного до черноты металла. Когда клюв раскрылся, то волна алой смерти смыла нападающих спереди.

Подчиняясь взмаху сверкающих крыльев, из земной тверди вперёд и вверх вырвалось тело – глыба необработанного камня размером с небольшой дом. От подобного дрогнуло всё округ: по земле пошли редкие трещины, ближайшее здание просело и стало рушиться на куски. Но Феникс поднимался лишь выше и в камне пульсировали жилы металла, сияющие алым цветом от невероятного жара, и одновременно глыбу оплетали коричневые корни растений – Феникс грудью закрывал людей.

Ещё один взмах и появился хвост – несколько десятков белых пластиковых труб, сложным образом переплетённые малахитово-зелёной лозой. Но, что самое потрясающее, постоянно извергающие потоки воды, что в большинстве своём испарялись, но частично превращались в снег. Белая пороша действовала неожиданно успокаивающе в сочетании с дождём из чёрных слёз бьющейся в агонии земли.

Последние усилия, и Феникс взмыл над поверхностью. Он величественно дал круг над людьми, очертив вокруг тех границу острыми лезвиями когтей – кристаллизовавшимся воздухом, прозрачным почти до невидимости. Лапами для них служили стволы деревьев с пышными зелёными кронами.

Феникс решился, воплотив самую сложную форму

Захваченный зрелищем, я несколько мгновений не замечал влияния аномалии… выжигающая изнутри боль не в счёт, я достаточно свыкся с магией за время обучения. Куда более пугающим оказалось то, что произошло дальше: мир помутился, образы и линии потеряли чёткость, а краски смешались. Возникло чувство, что я падаю в бесконечные глубины. Привычный мир отдалился. Я остался в неестественной пустоте – ослепительной белизне, тишине и невесомости. В мире, где нет никаких чувств.

Смутная надежда на то, чтобы найти и вытащить из аномалии скелета мгновенно издохла. Я запаниковал как никогда раньше, ибо не понимал, что происходит, чем это грозит и, главное – что делать? Однако я осознавал, что если не прилагать усилий, то вскоре я разделю судьбу скелета, а может, и того хуже! Я мог навсегда остаться один в пустоте. Без надежды! Я задёргался, пытаясь вырваться из наваждения, остановить падение или хотя бы зацепиться за что-нибудь, дабы не потеряться…

– Хорошая попытка, – голос был подобен вспышке сверхновой, только из концентрированной боли, чья температура равна абсолютному нулю.

Напротив появился мой зеркальный образ: безликая чёрная фигура с зеркальным шлемом… шлемом, который избороздили трещины, превратив в лицо безумца с неровной ухмылкой до ушей и провалом мрака на месте правого глаза. Я захрипел, а сердце пропустило несколько ударов, ибо мне показалось, что существо напротив куда более реально, чем я сам. Именно оно настоящее я – изломанный страхами и извращённый пороками. Тут отражение выбросило руку и ударило меня в грудь, безмятежно добавив.

– Ты ещё здесь не закончил!

Я увидел чёрную точку, в которую слились все образы мира за пределами аномалии. Точка дрогнула, и по идеально пустому миру вокруг прошлась волна, что пронизала его бесконечной сетью трещин. А затем всё разлетелось на тысячи, миллионы, а может, и бесконечность кривых зеркал. Я же ощутил, как ударился спиной о твёрдую землю.

– И что за хрень эта была… – пробормотал я, трясясь всем телом и не понимая, жив ли я ещё.

– Омега, ты выбрался? Отлично, значит, подпитка магией прервана! Скорее… да твою суть! – крик Ани оборвался. Однако дошедшего сквозь заложенные уши хватило, дабы терзавшая меня слабость отступила, и я резко обернулся.

Остатков Стаи и след простыл. Кого Феникс не уничтожил, те отступали. Но назвать подобное победой – язык не поворачивался, ибо в данный момент с Фениксом сражались мои товарищи! На моих глазах Феникс стеганул одним из крыльев по Ане – несколько трещин пробежало по земле, а воительница, вывернувшись из-под удара металлических кабелей, укрылась от молний щитом. В этот момент атаковал Рахнез, – три заряда гранатомёта ударили в грудь и голову, окутав их облаком пламени. Альтер-Эго лишь стряхнуло огонь и рвануло в сторону, пытаясь достать гиганта хвостом. Но стоило Альфе поднять крыло, как Аня рванула к ближайшей лапе и несколько раз полоснула клинком. Подобная тактика лишь выматывала людей, да всё больше злила второе “я”… Злость не давала тому сосредоточить внимание на Некере, что судорожно стискивал дробовик одной рукой, а второй тащил брыкающуюся Настю прочь от боя.

На несколько мгновений я впал в ступор, не зная, за кого больше волноваться, а как следствие сражаться.

– Какого… вы тут

– Омега, излучение Чёрной дыры повлияло на магию внутри Альфы и помутило его сознание! – запыхавшийся голос Ани оставался отрезвляюще спокойным. – У меня есть план, как экранировать Феникса! Однако нужна ваша с Рахнезом помощь для отвлечения Альфы! Прошу, помогите...

Я не верил! Несмотря на всё увиденное, я не верил. Слов даже самых близких друзей мало для того, чтобы атаковать Альфу – практически самого себя. Услышанное показалось бредом, ибо в интеллектуально-психическом плане отражение намного сильнее меня. Порой сознание Альтер-Эго казалось живым компьютером. Оно не могло помутиться из-за какого-то излучения! Я надеялся, что всё это ошибка, и имеется иное объяснение, но проверить это можно было только одним способом – воззвать к разумной части Альфы.

Я коснулся сознания Феникса. Оно походило на солнце, которое питало единственное стремление “Защищать!” – движущая мысль Альтер-Эго во время превращения. Но в данный момент она исказилась и извратилась до такой степени, что размылись границы между теми, кого и от кого нужно защищать – все превратились в противников. Солнце пылало, излучая необузданную ярость и животную жажду сражаться во имя потерянного символа. Мой разум чуть не превратился в пепел… Даже хуже, я чуть не стал частью огня, желающего уничтожить всех, кто только посмеет противостоять!

– Я иду! – рявкнул Рахнез, и слова буквально выдернули меня из горнила эмоционального прессинга. А гигант добавил чуть тише: – Омега, мы понимаем и усмирим его, тебе не стоит…

– Стоит! Я несу за него ответственность!

После случившегося кошмара и от усталости меня трясло, шатало, и действовал я слегка дёргано. Тем не менее саиф оказался в руках, а притормозил я лишь на миг, чтобы выхватить у Некера дробовик.

Первым атаковал Рахнез, и ещё две гранаты взорвались о тело Альфы, заставив его пошатнуться. За те мгновения, что пламя закрывало обзор Фениксу, Аня скользнула в мёртвую зону – за спину Альтер-Эго, где скрылась в облаке снега и пара. Феникс попытался испепелить противника, но мне удалось сбить прицел – пять выстрелов дробовика пришлись точно в морду.

Аня с разбегу запрыгнула на мечущийся из стороны в сторону хвост и тут же вцепилась в одну из оплетающих его лиан. Зеленокожий гигант отбросил разряженное оружие и рванул врукопашную, так что меч замелькал размытым пятном, врубаясь в дерево – основание правой лапы. Я выдал очередь из десятка выстрелов, но Альфа, будто и не заметив, небрежно шевельнул ногой, и Рахнез тут же взмыл в воздух от пришедшегося вскользь удара.

Не останавливаясь, Феникс хлестанул крылом по мне: из-под удара металлических канатов мне удалось выпрыгнуть, однако одна из молний всё же нагнала меня и ударила в спину. От участи оказаться поджаренным меня спас костюм, но летел я долго: по спине шрапнелью прошёлся дождь из расплавленной породы, а приземление было таким же болезненным, как при крушении багги – меня впечатало в землю, так что спина почти прилипла к животу. Забрало костюма не выдержало. Трещины разошлись звёздочкой, эпицентром которой оказался камушек напротив левого глаза.

– Всегда зарекался ругаться с Альфой! – простонал я на почти исдохших остатках оптимизма, пытаясь обмануть самого себя и не

Кровь из расплющенного носа смешалась с кровью из разбитых губ и капала на забрало. Один из передних зубов опасно зашатался. Компьютерные системы костюма бились в электронных судорогах, однако химия вновь заструилась по моим жилам, возвращая в тонус. Мелькнула мысль, что такими темпами я скорее умру не от травм, а от передозировки всякой медициной.

Вонзив саиф в землю, мне удалось сесть, и я сквозь паутину трещин приметил Аню: воительница цеплялась за выступы скального тела Альфы практически у самой головы. Но замереть меня заставила вещь, поблёскивающая в руке воительницы – ошейник Альфы.

– Омега, двадцатисекундная готовность! – крик Ани был подобен глотку исцеляющего бальзама. – Сейчас я надену ошейник – он должен экранировать излучение и одновременно будет впитывать магию, тем ослабляя Альфу. Как только я его застегну, тебе необходимо взять под контроль тело Феникса!

Приказ стал для меня не меньшим ударом, нежели очередная атака Феникса, ненароком разрушившая в щебень ближайшее здание. Именно второе “я” могло походя управлять моим телом. Я же с трудом пользовался некоторыми возможностями ласки, не говоря о Фениксе. А если вспомнить о том хаосе, что сейчас творился в сознании Альтер-Эго, то попытка лезть в эпицентр бури казалась не просто авантюрой, а самоубийством! Однако возразить я не успел – свинцовый ошейник удавкой захлестнул шею Альфы, и мне ничего не оставалось, как попытаться взломать исковерканный разум второго “я”.

Полоска металла на шее Альфы переливалась тусклыми алыми отсветами.

Разум Феникса более не пылал солнцем, теперь он походил на извергающийся вулкан, и я стоял на самом краю – наши шансы уравнялись. Тут волна низменных желаний и страстей захлестнула сознание. Я ощутил, как меня влечёт в самое жерло да с такой силой, что восприятие реального мира исказилось.

Голова Феникса скованно дёрнулась, и клюв щёлкнул в считанных миллиметрах от руки Ани, которая взвилась в прыжке.

Ошейник стал рубиновым.

Магма всё влекла меня с собой. Боли не было. Как и барьеров. Или охраны разума. Ничего страшного или опасного тоже не имелось. Однако… казалось, я нахожусь внутри пульсирующего сгустка кипящей кислоты – чем глубже я погружался, тем меньше оставалось от меня самого, от моей личности!

Девушка-зверь играючи крутанула сальто, избегая пламени из клюва Альфы. Феникс теперь застывал на доли мгновения, сражаясь с ошейником.

Ошейник не выдерживал такого количества энергии и достиг алого накала.

Мысли и чувства растворились в разуме Альтер-Эго. Я забыл… Где я? Кто я? Что происходит? Любые вопросы и действия не имели значения – мне стало холодно от незамутнённого спокойствия. Я погружался в темнейшие глубины.

Аня коснулась земли, перекатом компенсировала инерцию и тут же рванула ко мне. Где-то в отдалении безнадёжно запаздывал Рахнез. Они спешили, ибо Феникс угловатыми движениями устремился ко мне – единственному, способному его обуздать и при этом застывшему без движения, отдавая все силы в ментальном поединке.

Ослепительно розовый цвет и чуть заметные трещины в металле ошейника. “Защитить!” – осталось единственное стремление, и не важно, как и какой ценой. Даже потеря собственной жизни и личности уже не важна, лишь бы “Защитить!”.

Я застыл в считанных сантиметрах. Стоило протянуть руку к средоточию тьмы в разуме Феникса и… но

Удар лапы Феникса должен был превратить меня в кровавые лоскутки. Аня успела! Она встала передо мной, приняв прямой удар на щит и… щит распался на две части в ослепительной вспышке. Следом в сторону отлетела и рука Ани. Три когтя Феникса вонзились в плоть девушки: первый рассёк грудь, так что обнажились рёбра, и алая кровь фонтаном оросила каменное тело Феникса; второй разбил шлем, и голова превратилась в месиво из мяса и стекла; третий коготь пронзил живот и, подцепив девушку, отбросил прочь. Но даже несмотря на это, уцелевшая рука Ани нежно коснулась плеча, роняя меня навзничь, чтобы удар Альфы прошёл сверху.

Белым цветом пылала полоска свинца. Я знал – стоит ей прогореть, как вслед за этим вспыхнет и навсегда исчезнет Феникс, поглотив вместе с собой и остальных. Магии нужен выход, а сдерживать её некому – мы все растворились в хаосе…

“Аня верит в меня!” – расцвела отчаянная мысль, что сильнее меня и, уж конечно, сильнее яда, пропитавшего разум. Я вновь знал, кого и зачем защищаю. Вновь помнил, кто я и почему. Чувствовал силу всех, кто сейчас зависит от меня. И, кажется, сам Альфа поддерживал и прикладывал все силы, дабы помочь.

Рука стиснула бесформенный кусочек чёрного шоколада – индивидуальный символ искажённого сознания, – и превратила в прах. При этом я осознал, что в руках моих мощь Феникса, и… энергии осталось всего-то на пять – десять секунд! Будь у меня хоть капля душевных сил, я бы истерически рассмеялся... ну, или заплакал!

Тело Ани коснулось аномалии, и если я желал вытащить её, то предстояло потратить всё! Но одновременно я видел, что остатки Стаи находятся не так далеко, как хотелось бы, а у моих соратников более нет сил сражаться, и отступать некуда…

“Защищать!” – полыхнуло с новой силой единственное устремление в мечущейся душе. Поверхность Луны мелко задрожала, и я ощутил, как земля прогибается от выброса силы: фонтаны воздуха и грязи ударили гейзерами из трещин. Прошло несколько секунд, и образовался огромный кратер, в эпицентре которого – прямо под Фениксом – сходились все разломы, образовывая чёрный провал в глубины математического блока. Одновременно союзники скользили по стенкам кратера с истошными воплями от непонимания происходящего, и бездна поглощала их всех… Всех, кто был во власти этого мира и моей.

Я же лежал на самом краю не в силах пошевелиться и не падая только благодаря саифу. Одновременно я решал последний вопрос: в моих руках находилась душа Альфы, и стоило лишь пожелать, чтобы подобное более не повторилось… и я останусь один.

А затем произошёл последний выплеск силы. Гигантская фигура Феникса задрожала рассветным маревом. Я покатился по трещине, сжавшись в комочек и боясь выпустить самое дорогое, что у меня осталось.

Глава 14. Маски и признания. (Альфа)

Сознание включилось резко. Однако разум оказался девственно чист, как отформатированный диск, – праздновал отходняк от передозировки силы.

Мощь Феникса - словно шоколад. Чёрный, горький, буквально тающий во рту шоколад. Бодрящая эйфория растекается по жилам после того, как съешь хоть кусочек, и мир становится ярче, счастливее… Однако, если съесть слишком много, начитает мутить и выворачивает от одного вида лакомства. Так же сила Феникса – дальше определённого предела превращается из наслаждения в отраву.

Активизировались чувства, и я смог осмотреться – лаборатория… очередная. Особенностью данной оказалась колонна в центре на половину зала из чёрного пластика, стали и оптоволокна, сверкающая сотнями разноцветных лампочек и десятками экранов с тарабарщиной системных кодов – единственными источниками света в помещении.

Места я не припоминал. Похоже, опять отключился после превращения

– …тогда войска Министра заблокировали телепортацию и начали штурм базы Предельщиков. Но Аня не остановилась на этом – она выступила против нас в бою. Тогда Омега… – взбудораженный голос Насти гулко разносился по комнате.

Привыкшие к полумраку глаза начали различать детали. Некер восседал в основании колонны, колдуя над одной из консолей управления, разбираясь в ворохе проводов. Одновременно он редкими междометьями поддакивал монологу Насти, что маячила от двери до серой стены в сетке трещин, и обратно. Раз за разом.

С запозданием пришло понимание, что осмотр происходит с высоты шеи человека, причём сидящего на полу в самом дальнем и тёмном углу. Я поспешно опустил взгляд, и первое, что увидел, так это телефон с открытым дневником. Похоже, Омега решил дополнить запись с камер и динамиков костюма своими мыслями. В кои-то веки человек проявил похвальную предусмотрительность. Экран уже не вмещал всего написанного, поэтому пришлось читать с новой страницы.

“…я не считаю победой принятое мною решение – цена слишком высока.

Пролом Феникса доставил нас сразу на несколько уровней под землю. Выбрались из разгерметизированной зоны благодаря Некеру, который знал коды доступа и архитектуру блока. До проекта “Оператор” оказалось недалеко – буквально несколько поворотов.

Однако проблема проявилась в другом: я свалился без сил, как только непосредственная опасность исчезла. Костюм мгновенно выдал что-то о том, что целыми в организме остались только мозг, да достоинство (в этом я не уверен) – всё остальное, так или иначе, пострадало (а это точно), и в довершение обнадёжил чем-то вроде: “Химию не дам, иначе скопытишься. Лучше поспи. Ну а если не подохнешь, то посмотрим…” Настю всё же освободили, но она тоже не рискнула оказывать помощь на месте.

Было больно… и смешно. Очень смешно. Я едва сдерживался, чтобы не расхохотаться! Кости трещали от сдерживаемого хохота и рвали плоть… Но от этого было лишь ещё веселее. Боль была сладостной!

Как меня тащили до лаборатории, я помню смутно. Сквозь пелену забытья прорывалась боль от жёстких плеч, тащивших меня Некера и Рахнеза, плюс предупреждения Насти о встречающихся аномалиях, которых оказалось более чем предостаточно. Девушку, как наименее пострадавшую, отправили на разведку.

И, конечно же, тишина… Напряжённая. Тягостная. Она гремела в сознании громче канонады боя, разрывая сознание на отдельные мысли. И заглушал её лишь смех…

Первое, что обнаружилось в проекте “Оператор” – полдюжины трупов, поджаренных электрическими разрядами. Несколько явно пытались сбежать, остальные имели оружие и сконцентрировались вокруг нескольких жгутов кабелей в данный момент наглухо перерубленных.

Серверный блок “Оператора” не отличался от камня. Прежде чем Настя психанула от подобного вида, Некер несколькими словами объяснил девушке, что проект лишь обесточен, и её отец жив, а он без труда активирует систему. Магичка покорно согласилась с доводами (она прислушивается к биоробу) и занялась моим лечением…

Помощь магички больше всего походила на разделку туши – рваные команды Насти ассистировавшему Рахнезу перемешались с моими истошными воплями… и смехом. Но не столько из-за боли, сколько из-за шальной мысли: “Анина боль была на порядок сильнее перед смертью”.

Текст обрывался, а пальцы Омеги застыли над клавишами… причём задолго до моего пробуждения. Снисходительная ухмылка, застывшая на морде во время чтения, треснула. Разум работал в полную силу, но я не понимал смысла!

– «Альфа, ты уже очнулся?» – мысленный голос Омеги вывел меня из прострации. – «Как себя чувствуешь? Всё нормально?»

– «Что это значит?» – вопрос вырвался помимо воли. Я не мог отвести взгляда от так поразивших меня слов. – «Что за хрень ты понаписал?»

– «Ты о чём?» – в сознании ни капли растерянности, лишь чуть отстранённая улыбка.

– «Последняя фраза!» – раздражённо бросил я. – «Что это за глупая шутка? Удали её!»

Я не верил. Даже не так, я не мог поверить! Но и проигнорировать или принять за глупый оборот речи прочитанное тоже не мог – меня зацепило. Поэтому душа… я чувствовал, как душа трепещет, не в состоянии определиться с чувством или эмоцией. И в этом горниле неопределённости рождался страх. Пока ещё слабый, но оттого терзающий ещё больнее.

– «Ах это…», – пальцы Омеги дрогнули, но вместо того, чтобы “Удалить”, нажали “Сохранить”. Ответ прозвучал со всё той же мысленной улыбкой: – «Извини, но это правда: Аня умерла. Кстати, будешь?».

Убрав телефон, Омега качнул пальцем, и из лежащей рядом сумки выскользнул шоколадный батончик. Магия? А затем я заметил зеркальный отблеск вокруг шоколадки и понял, что это не просто магия, а магия времени! Человек ей всё же овладел!

– «Из сухих пайков. В пролом упали почти все вещи, что вывалились при крушении багги. Мне дали для восстановления сил после Настиной костоправки…» - перехватив лакомство в полёте, Омега с улыбкой протянул его мне.

– «Омега, ты что, совсем?..» – я на миг растерялся от подобного перехода. – «Какой на фиг батончик…»

– «Вкусный, с орешками…»

– «Ты в край охренел?!» – взревел я. – «Не прикидывайся дураком! Какая ещё смерть Ани?! Там же скелет вместе с багги… он погиб, это да! А потом я в Феникса! И после этого никто бы не смог Аню… я бы их всех!» – я оборвал себя, пытаясь выкопать из памяти момент, когда именно я “их всех”.

– «Скелет с багги, это само собой… жаль, много оборудования пропало. И в Феникса ты тоже, как ты их всех... прелесть! А вот дальше…» – батончик исчез во рту Омеги, а он протянул руку, дабы снять меня с шеи. Вскипело раздражение, я попытался вывернуться, но Омега оказался на удивление настойчив и властно, хотя очень осторожно, взял меня за химок, положил на руку, а затем начал умиротворяюще гладить. После долгой паузы Альтер-Эго закончило: – «Лучше, если ты коснёшься моих воспоминаний».

Мысль являлась более чем здравой, но почему-то я не хотел этого делать. Однако разум возобладал над желаниями, и я коснулся тёплого светоча сознания второго “я”. Омега не сдерживался. Всё произошедшее с момента превращения он утрамбовал максимально плотно, чтобы я увидел и ощутил как можно больше до разрыва контакта!

– «Это неправда! Этого не может быть!» – прохрипел я. Но как бы я не блокировал сознание, был не в состоянии забыть кошмарный калейдоскоп. – «Я не мог… Нет! Это невозможно! Это был не я!»

Я взглянул в лицо Омеги в поисках поддержки, но увидел лишь чуть заметную

Лучше бы он свернул мне шею сразу после превращения…

– «А может, она ещё жива?» – я пытался кричать, но мысленный голос дрожал. – «Может, можно её ещё найти? Вытащить? Спасти? Или…»

– «Невозможно», – оборвал надежды Омега. – «Я уже анализировал ситуацию с помощью искина костюма. Полученные травмы… они несовместимы с жизнью. В лучшем случае мгновенная смерть. В худшем – Аня истекла кровью пятнадцать – двадцать минут, а времени с боя прошло более двух часов. Но всё закончилось быстрее – сигнал от её костюма пропал в первую минуту попадания в аномалию – она растворилась в ней. Ани больше нет!»

И вновь улыбка… Я не понимал! Как он может говорить и так спокойно улыбаться! Казалось, произошедшее ничего для него не значит! Но это невозможно, ведь если скелет был лишь второстепенным членом команды, то он и Аня… они были близки! Ответ пришёл, как озарение: улыбка – маска! Но вот что он под ней прятал?

– Я оттащил тела! Теперь хотя бы глаза мозолить не будут, но вот с запахом ничего не поделаешь, вентиляция скончалась! – зычный голос зелёнокожего гиганта, показавшегося из-за стены, заставил обратить на себя внимание. – Настя, а ты что, до сих пор ругаешь Аню? Не надоело? Издеваясь над мёртвыми, ты лишь показываешь собственную слабость!

– Я не издеваюсь над мёртвыми! – оскорбилась в лучших чувствах Настя. – “О мёртвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды!”. Так вот, я и рассказываю Некеру правду об этой… суке! – презрительно бросила Настя. – Разве не правда, что она предавала нас всех и не по разу? Она жила, как продажная тварь, и подохла, как последняя подзаборная шавка! Так что же по ней скорбеть?!

– Заткнись! – я не заметил, как завладел телом человека, но мой рык заставил девушку вздрогнуть и обернуться. – Настя, не тебе в чем-то обвинять Аню…

– «Альфа, остановись!» – прошелестели мысли Омеги. – «Не пори горячку!»

Клинок слов, выкованный в пламени душевной боли из распалённого яростью сознания, должен был пронзить Омегу. Вот только отношение Насти сбило настрой, я ударил девушку, а теперь не мог остановиться, вонзая клинок всё глубже. Плевать, что слова неразумны! Я слишком долго руководствовался разумом и поступал “правильно”, а теперь за это расплачивался.

– Это ты виновата в смерти Ани! – выплюнул я слова, и разбитые губы растянулись в кровавой усмешке. – Движение за тобой привело её к этой жертве!

– Омега? Но я… – девушка подавилась словами, опалённая жаром чувств.

– Не просила следовать за тобой? – закончил я за девушку с горькой иронией, и шёпот моих слов гремел громче грома. – Конечно, нет! Это был её искренний порыв. Помогать. Защищать. Оберегать. Быть рядом и поддерживать… Но тебе плевать! Тебе хватает наглости называть её “продажной тварью”, презирать и смешивать с грязью!

Движение являлось пыткой, но это даже хорошо, физическая боль питала пламя внутри. Я навис над девушкой. Настя усмехалась и всячески делала вид, что плевать хотела на все мои слова. Но я видел, как губы дрожали! Видел, как фигурка съёжилась! Как она не смела отвести глаз… глаз затравленного зверя – каждое заявление являлось ударом. Но меня этим было теперь не пронять.

– Ты ненавидишь её за то, что она предала тебя в попытках помочь! Но ты сама предала целое государство – родной Купол, а затем Чистых и ведь тоже из “благих” побуждений! Осуждаешь ложь и недоговорки? Может, и так… Но она думала о последствиях своих слов и действий, как они отразиться на других. Тебе же наплевать на всех, кроме себя и своих сиюминутных хотелок. Ты завидуешь её уму, силе, решительности и самостоятельности личности!

Я судорожно сглотнул и с ледяной ненавистью продолжил, уже не для Насти, но для себя.

– Ты лишь девчонка, которая при возникновении проблем старалась укрыться за спинами других!

Я оборвал себя, осознавая, что всё бесполезно – слова получались или слишком банальные, или пошлые, или пафосные, собственно, как и любая правда! А чувства, те самые чувства, что стояли за словами, оставались невидимыми, как и смысл, что я в них вкладывал, ибо он, увы, к каждому приходит в свой черёд.

Лишь в миг, когда слова жгли горло, я нашёл ответ на засевший в душе вопрос: почему Аня с таким упорством помогала… причем не только Насте, но Куполу и мне? Она пыталась заполнить пустоту одиночества в сердце! Именно это являлось смыслом её жизни!

Но невозможно заполнить бездонную пропасть, выстраивая мост только с одной стороны – он будет обрушиваться в никуда! А мы – близкие люди – оставили её одну, и никто не попытался выстроить половинку моста над собственной бездной и замкнуть путь к мечущейся душе! Даже я…

Каждый человек, как кристалл со множеством граней! И найдя грани, что людям не нравятся и кажутся дефектными, отталкивают весь кристалл, всего человека! И никто не хочет замечать, что сам имеет множество дефектных граней, и что вместе, компенсируя и помогая друг другу, они могли бы стать идеальной друзой драгоценных камней!

– Но, Омега, ты же помогаешь мне, – выдавила Настя. – Несмотря на…

– Помогаю тебе? – оборвал я лепет девушки и дико расхохотался. – Помогать можно только равному – семье или друзьям! Если делаешь услугу слабому – тешишь самолюбие, если сильному – тобой пользуются. У нас нет общей крови, поэтому помогать тебе я могу только как другу. Но ты сама отказалась считать меня другом, когда устроила бучу в Административном центре! Я этого не забыл и не простил. Я не собираюсь потакать тебе, как Аня…

Волна воспоминаний заставила меня умолкнуть. Рука, уже взметнувшаяся для удара, застыла. Затуманенный кровавой пеленой взгляд скользнул по Некеру и Рахнезу, что живыми щитами встали между мною и начавшей всхлипывать Настей. Я глубоко вздохнул и прошептал одними губами.

– И ещё кое-что: я не Омега! Я Альфа! Ты так и не научилась меня узнавать! Так что не думай, что ты о нас с Омегой хоть что-то

Отвернувшись, я сумел сделать всего несколько шагов, как огонь чувств потух. Голова закружилась в хороводе дурноты, и я рухнул без сил под тяжестью бренной плоти. Однако позорно распластаться на полу не дал Рахнез, поддержавший меня.

– «Вот мы и поссорились с Настей… последней из тех, ради кого мы могли продолжить сражаться!» – без печали и сожаления, всё так же спокойно констатировал Омега.

– «Если вы начнёте с самопожертвования ради тех, кого любите, то закончите ненавистью к тем, кому принесли себя в жертву», – процитировал я одного из классиков, готовый к новому бою.

Омега не ответил, но лёгкая улыбка из мыслей так и не ушла. Как я не пытался сбить эту маску, всё оказывалось бесполезно! Ну не мог Омега быть таким сильным!

– Омега… точнее, Альфа, вы это… больше не двигайтесь, а то плохо будет. Вам бы отдохнуть и не нервничать так, – вклинился зеленокожий, не слышавший мысленной перепалки. Он помог поудобнее устроиться в нашем тёмном углу. – И ещё кое-что, если позволите…

Тяжёлая пятерня легла на плечо. Первым побуждением было сбросить руку и послать гиганта, а то и врезать без слов. Однако полное отсутствие сил, искренняя помощь Рахнеза, а главное, уже выплеснутое раздражение заставили сдержаться и проявить вежливость.

– Чего тебе? – выдавил я сквозь зубы.

– Я сочувствую вам, – оглянувшись и убедившись, что Настя не услышит, неловко пробормотал Рахнез. – Это большая потеря… вы, это, держитесь!

– Издеваешься? – прошипел я, а пальцы в последней судороге сомкнулись на одном из ножей, готовясь отправить лицемера во тьму. – Вы же с ней постоянно были на ножах.

– Я её до сих пор ненавижу! Она предавала и меня! Однако она была достойным врагом, который отстаивал свои убеждения и не боялся сражаться, – гигант усмехнулся каким-то своим невесёлым мыслям. – Кроме того, не знаю, какой сволочью вы меня считаете, но я понимаю, какая пустота у вас внутри, и что вы сейчас испытываете… Да, да! Я видел искорки в глазах, когда вы с Аней смотрели друг на друга, и знал о ваших отношениях. Хотя я не одобрял подобного, но и мешать не собирался, ведь сам испытывал нечто-то подобное… прежде чем Купол лишил меня семьи!

Признание оказалось неожиданным, и мы замолчали. Каждый думал о том, что привело его к данному моменту, и стоит ли оно того. А затем Рахнез продолжил вкрадчиво.

– Не отталкивайте Настю! Прости её глупость, – угли ярости, почти потухшие, воспылали с новой силой, но Рахнез, не замечая этого, продолжал: – Она лишь девчонка и не осознаёт, что происходит! Вы с Аней сблизились… но отдалились от неё. Она попыталась своими глупыми выходками привлечь ваше внимание! Семнадцать лет, что с неё взять…

Высказавшись, Рахнез поднялся и двинулся на помощь к Некеру. А я продолжил сидеть, стараясь не рассмеяться в голос. Запоздало я понял, что Рахнез не знает моего возраста и считает ровесником Арлекино, а молодой внешний вид списывает на магию и технологии Чистых. На самом деле я являлся таким же ребёнком, как и Настя… ребёнком, пытающимся притвориться взрослым и умным дядей! И сейчас я готов был это признать. Но оставался один вопрос: кому поможет знание об этом? И если никому, то почему это должно стать оправданием для Насти?

– «Рахнез прав – глупо винить Настю…», - коснулись меня спокойные, чуть насмешливые мысли Омеги. – «Виноваты все. Рахнез и Некер – не помогли. Чистые – прошляпили аварию и нас заставили расхлёбывать. Министр и жители Купола – не смогли с нами миром договориться и изгнали нас. Виноваты все… И мы с тобой».

Я сжался словно от удара при этих словах. Наждачкой по нервам проходили всхлипы Насти, прижавшись к Некеру, бросающему на нас мрачные взгляды. Омега усилием воли вернул себе тело и нежно почесал меня за ушком, практически прошептав завершение мысли.

- «Но в первую очередь виноват Первый Министр – притащивший нас в этот мир. Именно он первопричина… И именно его я заставлю ответить за произошедшее. Любой ценой»!

На лице человека расцвела улыбка! А в пол вонзился клинок из остановленного времени. Отблеск зависти относительно того, что не я овладел магией времени, исчез за миг – слишком высокая цена заплачена за силу.

Кроме того, стало очевидно, что Феникс и магия времени несовместимы: Феникс выжигал огнём заёмной силы, а время питалось собственной пустотой. Пустота в душе питала магию времени.

И тут всё встало на свои места.

Прошедший бой оставил не только синяки на теле и трещины в костях, но и куда более страшную рану – выгоревшую дотла душу Омеги. Уголь, лишённый всяких эмоций…

Хотя правильнее будет сказать, что Омега сам позволил душе выгореть, ибо если бы он оставил хоть одну эмоцию или чувство, то пламя вины выжгло бы и его разум. При этом улыбка действительно являлась маской, но с её помощью он не пытался обмануть других, скорее, старался спрятать за ней пепел чувств, да укрыться сам, как за щитом.

Стало очевидно и почему Омега спас меня: я уже пережил подобное, попав в этот мир и потеряв тело! Тогда чувства стали для меня роскошью. Лишь время и помощь Омеги спасли меня. Теперь улыбка человека стала криком об ответной услуге, которая, будучи названа вслух, потеряла бы свою значимость: прощение – вот единственная надежда возродиться, сделать так, чтобы маска не стала новым лицом!

– «Омега, прости…» – только и смог простонать я и лизнул человека в щёку, ощущая себя набедокурившим ребёнком.

– «Альфа, не волнуйся. Я не оставлю тебя», – ладонь Омеги мягко коснулась шёрстки успокаивая.

Я спрыгнул на руки человека, где и свернулся клубочком, пряча мордочку в ладонях. Безвольно обмякнув, я ощущал, как человек нежно гладит моё подрагивающее в рыданиях тело. Внутренний ребёнок, которого я так долго скрывал, всё же вырвался.

Со времён мальчишки и маленького зверька, попавших в неизвестный им мир, прошло так много… Вспомнилась собственная мысль из того времени: боль – не проклятие, но благословение, ставшее основным чувством, ведущим меня в этом безумном мире и учащее, что есть добро, а что зло.

Но не только боль привела нас сюда и стала ключом к магии времени. Изменилось куда больше! Каждый

Да, с прибытия изменилось многое: мы, наше окружение, даже мир вокруг! Но одно осталось неизменным – как и вначале, мы с Омегой были одни против всех.

Глава 15. Семья изгоев. (Альфа)

– Да чтоб тебя… – проводка в руках Некера заискрила.

На стеле-сервере появились строки компьютерного кода и за десяток секунд слились в калейдоскоп. Дисплеи дружно моргнули, и картинка на всех экранах сменилась: алый трилистник на белом фоне с чёрной сердцевиной. Одновременно хоровод разноцветных огней стелы-сервера превратился в ровное сияние – проект “Оператор” ожил.

– И кому в этот раз хватило мозгов ковыряться в моих потрохах? – зычный баритон, переполненный угрозой и силой, лёгким гудением выдавал электронно-синтезированную суть. – Некер, ты? Ничему ты не учишься!

Вместе со словами оголённые провода вокруг биороба дружно шарахнули разрядами, так что амбала отшвырнуло к стене. Взгляд Некера был чуть расфокусирован, но судя по морганию – ничего смертельного. У отца Насти своеобразные традиции приветствия Чистых…

– Нет! Папа, не трогай его! – Настя тут же подскочила и, раскинув руки, встала между стелой и Некером. – Он со мной! Он здесь, чтобы помочь!

– Настя? – мгновение назад грохотавший голос неуверенно прошептал: – Неужто очередной сон…

Гудение серверов усилилось. Сонм экранов моргнул, словно человек, не верящий глазам. А затем на нескольких экранах появились картинки: анализ звуковой дорожки, лицо девушки с множеством маркерных точек, глаза… Техноразум, наверное, пытался просканировать сетчатку девушки, но с учётом особенностей её глаз, это было затруднительно.

- Я узнаю этот медовый взгляд, почти такой же, как у… А, может, это Чистые со своими уловками? Неужто они всё же сумели взломать мою память? – Юрий Декассов говорил сам с собой ошеломлённый увиденным.

– Папа! Замолчи! – выкрик Насти являлся одновременно и разъярённым, и смущённым. – Это я! Я здесь! Я пришла к тебе!

Будь перед девушкой человек, она бы наверняка бросилась ему на шею, но в данной ситуации ноги магички подкосились, и она упала на колени.

– Дочка! – голос Декассо задрожал. – Девочка моя! Как я рад тебя видеть! Но как? Откуда ты тут?

– Я… Я пять лет не знала… Министр скрывал, что с тобой… А затем Омега и Рахнез… Я узнала, и мы сюда… Министр нас чуть не убил… Прилетели, но “Дракон” разбился… После, этот кошмар, “Сады” и Аня… Чистые и их жестокость… Затем мы…

Настя торопилась. Перебивала сама себя. Слова не могли выстроиться в связную речь. Магичка была не в состоянии сосредоточиться и, кажется, потеряла связь с реальностью. Запоздалые волнения и страх начали колотить.

– Настя… Ты всё же нашла меня… Сколько же тебе пришлось пережить… Девочка моя… – мозговитый компьютер говорил неспешно, но с каждым словом выплёскивались потоки жгучих чувств.

– Папа, как же я рада, что нашла тебя! – глаза Насти невольно увлажнились. – Я… У меня тысяча вопросов! Как же я хочу…

– Чтобы вы, наконец, заткнулись! – сказанные Омегой слова прозвучали глухо, почти не различимо, но Настя вздрогнула, как от удара кнута, а человек продолжил: – Это жутко душещипательная мелодрама и так далее по тексту, но такими темпами я скоро сдохну если не от умиления, то от старости, судя по тому, как вы захлёбываетесь эмоциональной блевотиной. А я не намерен терять из-за вас время, ибо припёрся сюда по делу. Так что, может, сначала разберёмся с проблемами, а потом уж налюбезничайтесь?

Речь Омеги потеряла последний налёт интеллигентности. Благо для переговоров ситуация сложилась до невозможности удачная: Декассо без лишних сомнений поверил в представший перед ним образ прошлого… собственно, так же, как и Настя, что перед ней её родитель. Я не понимал и не признавал подобной доверчивости, хотя, возможно, на их стороне были пресловутые семейные узы?

– А это что ещё за хрен? – чёрные точки на экранах зафиксировались на мне, а голос стал непроницаемо серьёзным. – Если верить моим датчикам, Несуществующий… которого я не припомню. Более того, он живой, а не киборг!

– Самое главное, что обо мне необходимо знать: я возглавляю эту банду и являюсь представителем Чистых… По крайней мере, до тех пор, пока ваша дочурка не решит меня прихлопнуть.

Омега продолжал улыбаться, однако опухшая и разбитая морда человека изображала только кривой оскал, коим можно зверьё пугать. Насте в отличие от отца понадобилось секунд десять, дабы собрать мысли и попытаться что-то сказать… Но одного взгляда хватило, чтобы магичка поёжилась, не посмев поднять на человека взгляд. Омега кивнул в пустоту и, сделав шаг навстречу серверу, продолжил:

– Я требую вашего содействия для…

– Требуешь? Пацан, ты что, идиот? – вкрадчиво уточнил Декассо. – Ты ни хрена требовать не можешь! Сейчас ты на моей территории, и мне плевать на твои “титулы”! Да и на тебя тоже… Я ненавижу Чистых! Кроме того, ты редкостная сволочь, раз сумел расстроить мою девочку, так что… Будь ты хоть сто раз Несуществующий и ещё тысячу Чистый, но тебе не спастись!

Лежавшие на полу провода дрогнули, по ним побежали каскады молний, и они на манер змей поползли к человеку, желая не то поджарить, не то оплести и удушить. Я охренел от произошедшего – всего за несколько фраз Омега вызвал у собеседника искреннюю ненависть к себе. Но замолчать или тем более извиняться он не собирался…

Короткий жест рукой, и вокруг человека образовалась купол из чего-то прозрачно-радужного, как мыльный пузырь. Несколько проводов дёрнулись пройти через него и тут же распались в пыль. Купол из ускоренного в тысячи раз времени, где старение даже металла проходило за мгновения.

И словно этого мало, человек вытянул руку в сторону стелы – сгусток радужной энергии сорвался с ладони и ударил в сервер. Панель управления и ближайшие экраны распались в прах за секунды. Пластик и металл обшивки продержались почти десять секунд. Но когда и они осыпались, то перед нами предстала огромная колба, наполненная синеватой жидкостью, внутри которой плавал человеческий мозг. Сеть нервов-контактов расходилась в стороны и сливалась со стенками колбы.

Лишь когда на стекле

– Прошу прощения, Декассо, но вышло недоразумение! Мы прибыли сюда просить о помощи! Дело очень важное и затрагивает всех: закрытие Чёрной дыры!

– Чёрная дыра? Так вы ещё не разобрались с ней? – Декассо великолепно играл обертонами, недовольство превратилось в неприкрытую насмешку, при этом голос оставался всё таким же ровным. – А я удивлялся, почему вместо толпы учёных, пытающихся меня взломать и перепрограммировать, припёрлась кучка разношёрстных героев!

Декассо являлся открытым и прямолинейным человеком… На грани хамства. Почти такая же бесцеремонная сволочь, как мы с Омегой. Мне начинал нравиться этот суповой набор!

– Декассо, не время для глупых шуток! – Некер насупился, и выглядело это довольно внушительно. – Сотни людей на базе под угрозой, если Чёрная дыра вырвется!

- И с каких пор это стало моей проблемой? – Декассо изобразил страдальческий и крайне усталый вздох, а затем напускные чувства сменились компьютерной непроницаемостью. – Особенно если учесть, что это я устроил прорыв Чёрной дыры!

– Ты? Ты спровоцировал катастрофу с Чёрной дырой? – зрачки Некера расширились, а самого аж затрясло. И непонятно, чего в нём было больше, удивления или ярости. – Но почему? За что?

- И ты ещё спрашиваешь? – в речь Декассо прорвалось раздражение и нетерпение, словно мы упускали основополагающий и всем известный догмат мироздания. – Посмотри, что со мной сотворили… позволю заметить, по твоей вине!

– Что значит по вине Некера? – насторожилась Настя, опалив взглядом биороба.

Девушка достаточно пришла в себя, чтобы подняться на ноги и встать рядом с сервером, в стремлении оказаться поближе к отцу, объединиться в общей борьбе. Или найти очередного заступника, который её защитит!

– Настя, похоже, Некер забыл упомянуть, что являлся моим куратором в обществе Чистых с первого дня. С некоторой натяжкой я даже мог назвать его другом… как выяснилось, я обманывал себя!

- Ты ответил ненавистью и злобой на наше гостеприимство, – по лицу Некера скользнула лёгкая тень не то усмешки, не то грусти. – Ты организовал сопротивление! Ты пытался натравить меня на Чистых… Я не мог допустить, чтобы на базе среди моих друзей, коллег и просто сограждан хоть кто-то пострадал! Ты не слушал голоса разума, именно поэтому я рассказал всё Чистым.

Глаза Некера сияли решительностью, в кои-то веки биороб был в чём-то абсолютно уверен, и эта уверенность заставляла прислушаться.

- Ты знаешь, почему я начал борьбу! – прогрохотал голос. – Антиэнтропийная пушка, что вы создавали на этой базе – она должна была уничтожить Купол! Я не мог этого допустить!

Пришлось напрягать память, дабы вспомнить, что энтропия – термодинамическая функция, характеризующая меру перехода энергии упорядоченных процессов в энергию неупорядоченных процессов, в конечном счёте — в теплоту системы. То есть при совершении предметом какого-либо действия энтропия либо остаётся прежней, либо увеличиваться, но никогда не уменьшаться!

Вот только термина «антиэнтропийная» в принципе не существовало. Энтропия не могла уменьшаться. Существовал лишь парадокс Лошмидта о том, что если повторять действия идеально точно в обратном порядке, то энтропия уменьшится! Но это лишь теория… которую, похоже, сумели воплотить на практике. И почему-то я уверен, что это связано с Чёрной дырой! Неужели она может поглощать и энтропию?

- Сколько раз тебе повторять: антиэнтропийная пушка создана для возрождения планеты! – Некер буквально кипел от праведного гнева. – Мы намереваемся собрать энтропию планеты и тем обратить на ней все процессы… можно даже сказать, обратить время и вернуть Землю к состоянию до того, как та стала выжженной пустыней после войны Трёх великих!

– Для планеты эта технология недостаточна! – даже Омега с ходу понял все недостатки данной задумки.

Во-первых, граничные эффекты – на границе зоны поглощения энтропии скопятся все астероиды, кометы, метеоры, космическая пыль и солнечное излучение, в общем, всё то, что попало на Землю за время, на какое отмотают историю. После прекращения воздействия они разом обрушатся на планету – разрушения даже представить сложно.

Во-вторых, скорость поглощения излучения – планета огромна, и может возникнуть градиент состояний… проще говоря, на дальней от Луны стороне Земли откачка энтропии, а значит, и перемотка времени начнётся чуть позже, чем на ближней стороне Земли – опять глобальные катастрофы.

В-третьих, при подобной мощности пушки может случиться, что планета начнёт вращаться в обратном направлении, более того, полетит назад по орбите – последствия этого непредсказуемы, но явно ужасны. И это только основные!

Но вот если направить это на Купол… Даже если Купол выдержит, то его может вырвать из планеты или, наоборот, погрузить в недра! А если в это время будет открыта «Трещина»… В любом случае – это уничтожение!

- У тебя нет доказательств! Я считаю, что цель оправдывает средства, только если цель – спасения жизней, а никак не массовые убийства! – припечатал Некер. – Именно поэтому я сделал всё возможное, чтобы помочь тебе. Именно поэтому я попал в опалу Чистых…

Последние слова являлись обращением не к Декассо, а к Насте, пред коей Некер склонил голову. Но Настя проявила несвойственную ей сдержанность и отвернулась, лишь глаза блеснули тусклым золотом. Она показывала, что этот конфликт её не касается. А может, просто не была в состоянии безоговорочно принять чью-то сторону.

- И всё равно невозможно, чтобы ты повлиял на Чёрную дыру! – Некер всё ещё не мог поверить и продолжал настаивать: - На тебе стояло столько слоёв защиты: личность и эмоции заблокированы, а мыслительные функции строго ограничены протоколами! Да и Чёрная дыра вне системы базы! Она автономна!

Меня озарило. Множество мелких деталей сложилось в ещё не полную, но логичную картинку. И Омега озвучил мои выводы.

– Тебе помогли! Некто, называющий себя Первым Министром?

– Ты знаком с ними? – идеально выверенный голос Декассо в порыве эмоций возвысился на полтона.

– Он сделал из меня Несуществующего, – Омега показательно сплюнул.

– От мысли, что ты “сволочь”, не отказываюсь, – протянул Декассо, но в голосе не осталось презрения, только насторожённая заинтересованность. – Но занимательная сволочь, – провода, кружившие возле купола ускоренного времени и многозначительно плевавшиеся электрическими искорками, опали. В ответ Омега лишь шире улыбнулся, показывая, что думает о его мнении, и куда оно может идти.

Высказанное всуе предположение перевернуло к нам отношение Декассо. Похоже, он увидел за словами нечто большее, нежели

– Вы вообще о чём? – выразила общее недоумение Настя, в облике которой так и читалось раздражение. – При чём тут легендарный Первый Министр?

Декассо миг медлил, а затем поведал, откуда знает Первого Министра и что произошло в момент катастрофы. По мне, это являлось не лучшей идеей, особенно с учётом последствий, однако останавливать его я не собирался, ибо самому было любопытно.

Всё произошло одиннадцать дней назад. Тогда вся Лунная база наблюдала за Арлекино, который пытался проникнуть в Купол через “Трещину”. Первый Министр воспользовался ситуацией: произвел кибератаку на корабль киборга. Он перехватил управление над компьютером, а через него, как через промежуточный сервер, атаковали систему Чистых на Луне.

К тому времени, как Чистые вступили в противоборство с духом-защитником Купола, тот успел сбить с сознания Декассо блоки, а затем вступил в контакт. Он рассказал, что намеревается уничтожить Лунную базу Чистых и заодно их главу, прибывшего для осмотра и испытания Антиэнтропийной пушки.

Первому Министру требовалась помощь со стороны Декассо. Они не могли атаковать в полную силу – пока сигнал доходил от Земли до Луны, он, мало того, что терял большую часть мощности, так ещё и порядком запаздывал. Все оставшиеся силы они направили на DoS-атаку серверов Чистых, что заставило забыть про цифровой разум.

Отец Насти в это время атаковал системы управления реактором. Защита там оказалась на уровне, но Чистые сами сделали из него мощнейший вычислительный комплекс, и теперь это обернулось против них – он взломал программные щиты. Дальнейшее Декассо отслеживал по датчикам. Перебои энергии привели к тому, что барьер из остановленного времени исказился и весьма сложным образом слился с Чёрной дырой. В результате сквозь получившееся образование прошло некое тело!

На этом моменте рассказа я почувствовал, как меня начинает бить мелкая дрожь – картина сложилась окончательно. Однако несмотря на всё возбуждение, мне удалось сдержаться – требовалось обдумать всё услышанное и, самое главное, обсудить с Омегой, прежде чем продолжить расспросы Декассо и уж тем более строить хоть какие-то планы.

Зато теперь ясно, в кого Настя такая… импульсивная! Декассо всё-таки псих! Самый настоящий маньяк!

Вся атака заняла не более пары минут. Закончилось всё тем, что Арлекино уничтожил свой корабль, тем разорвав связь с Первым Министром. Одновременно Чистые поняли, что это Декассо стоит за атакой на реактор. Программисты попытались взять его под контроль – отцу Насти пришлось перегрузить внешний контур управления сервера и выжечь всю периферию, тем самым разорвав связь с базой.

Так он и провисел в пустоте последние дни, пока мы не прибыли и не починили системы.

– Перед отключением я успел увидеть, что творится на базе, – в речи Декассо проскользнули нотки удовлетворения. – Восстановившаяся защита Чёрной дыры оказалась неполноценной. Пространство содрогнулось от искажений. И я увидел в глазах Чистых и даже их лидера страх!

– Ты в своём безумии готов принести в жертву не только Чистых, но и миллионы на планете! В том числе твой любимый Купол! – Некеру удалось справиться с потоком слов, даже с тоном, но не с лицом, серым, словно лунный пейзаж, и уж тем более не с дрожащими губами. – Если снять все барьеры, то примерно за полторы минуты Чёрная дыра испарится – испепелив в ничто базу излучением, а в конце устроив гигантский фейерверк. Возможно, Луна не выдержит такого и расколется… И тогда обломки уничтожат планету!

– Планета выживет и Купол тоже, – спокойствие Декассо выглядело издёвкой над распалённым Некером. – Но это станет назидание потомкам, которые спокойно останутся жить на Земле!

– И вы, Декассо, намереваетесь обречь на гибель и свою вновь обретённую дочь? – ядовито протянул Рахнез, доселе старательно изображавший ветошь и вот не сдержавшийся.

Некер не мог использовать этот козырь из боязни задеть чувства Насти, но вот Рахнез не страдал такими предрассудками.

– Папа, не слушай их! Нужно защитить Купол и не важно какой ценой! Я готова погибнуть! Главное, что удалось найти тебя! – Настя вновь принялась искрить, но на неё давно перестали обращать внимания, а вот молчание Декассо отчётливо показывало, что он колеблется.

В тот момент, когда Декассо признал Настю, он попался в ловушку Чистых и, судя по всему, прекрасно это осознавал. С запозданием дошло, что надежда, чьи отголоски я услышал в речи Декассо, направлена на нахождение возможности спасения дочери, которой он дорожил куда больше чем собой. А рассказ о Первом Министре являлся своеобразным призывом о помощи – Декассо проводил ассоциации: к нему в безнадёжной ситуации пришёл Первый Министр, а теперь вместе с Настей пришёл я.

Я почувствовал, как в душе вскипает смесь чувств: мной в очередной раз намеревались воспользоваться! И самое обидное, что для защиты Насти! Даже сейчас она нашла защитника и покровителя, в этот раз воспользовавшись отцом!

Мягкая улыбка Омеги коснулась души. Порыв угас, стоило прочитать его посыл: «Пользоваться собой мы не дадим, но и разубеждать Декассо тоже не станем – воспользуемся чужой глупостью, раз люди сами желают, чтобы ими манипулировали».

– Ну а ты у нас кто такой? – наконец пробормотал Декассо, а чёрные точки на экранах недобро заблестели, нацелившись на зеленокожего гиганта.

– Это Рахнез, – представил Омега компаньона. – Наверно, самым правильным будет охарактеризовать его как отчима Насти: он помогал и заботился о ней, пока вы отсутствовали, – Настя от подобных слов аж поперхнулась, а Рахнез вздрогнул как от разряда, но ни один не посмел сказать что-либо против.

– Для меня большая честь познакомиться. Настя о вас много говорила, – Рахнез сдержанно кивнул серверу.

– Рахнез, я знаю тебя по сводкам Чистых… Один из их агентов в Куполе, что чуть не развязал гражданскую войну. Ты привёл мою малышку в логово Чистых, а теперь пытаешься манипулировать мной! Это достойно только смерти! – Декассо говорил подчёркнуто спокойно, и это придавало вес словам.

- Его смерть не изменит того, что Настя пойдёт к Чёрной дыре и примет все её опасности, - словно ничего особенного не произошло, улыбнулся Омега. – Но если мы договоримся, то у Насти будет будущее после закрытия Чёрной дыры!

- Достойная причина помочь! - Настя хотела вклиниться, но тяжёлый вздох заставил её закрыть рот и отступить с недовольным лицом, а

Одновременно со словами включилась подсветка консолей управления сервером. Я невольно проникся к Декассо уважением, ибо не каждый может с таким достоинством принять поражение.

Глава 16. На пороге пропасти. (Альфа)

– Согласно данным, что я получаю от уцелевших датчиков, где-то в этой области начинается непосредственное воздействие Чёрной дыры, – в каждом слове Декассо сквозила спокойная уверенность. – Пора активировать щиты замедленного времени.

Шумом помех на несколько секунд заволок связь – позади распустилась пылающими протуберанцами аномалия. Мощная воздушная волна ударила в спину Омеги, заставив сильнее вцепиться в угол очередного поворота.

Во время обсуждения похода одной из главных проблем стало влияние Чёрной дыры на близком расстоянии. Квадратичное увеличение концентрации, а как следствие воздействия экзотических частиц. Искривление реальности за счёт эффектов Псевдориманова пространства. Вклад релятивистских компонент в общую систему величин. Эргосфера от вращения Чёрной дыры. И ещё много разнообразных эффектов, названия которых нам ничего не говорили. Самое главное – это всё представляет для нас опасность!

Наши костюмы, безусловно, хороши, но не до такой степени – иначе к источнику проблемы добрались и без нас. А значит, пришло время Несуществующему использовать магию времени.

Не прошло и десятка секунд, как сигнал восстановился – стоило отдать должное Декассо, он смог наладить связь через костюмы, невзирая на выкрутасы базы, хотя даже Чистые со всем своим величием оставили нас.

- Повторюсь: останавливать время не нужно, иначе ни я с вами связаться не смогу, ни воздух не пройдёт, ни фотоны сквозь барьер не проникнут – видимости не будет, да и вы с места не сдвинетесь – получится инерциальная замкнутая система. Достаточно сделать барьер из замедленного времени – десять процентов замедления на данном этапе, а затем увеличивать мощность согласно квадрату расстояния до самой Чёрной дыры, где будет девяносто девять процентов… хотя проблемы с расчётами на мне. Я подскажу, когда и что делать!

– Принял, – вкрадчиво оборвал собеседника Омега. – Команда, ко мне!

Незримый купол появился вмиг – ветер опал, не способный добраться до нас, а у меня внутри поселилось неуютное, тянущее чувство. Настя восхищённо вздохнула, неуверенно подняла руку и коснулась замедленного времени – по куполу прошлись радужные волны искажений. Золотые глаза девушки округлились, а ротик приоткрылся – на несколько секунд спутница вновь превратилась в ту миловидную и добрую девчонку, которую мы некогда встретили.

Вспомнилось, что с самого ухода из лаборатории Настя не произнесла ни слова, возникало ощущение, что она неуловимо изменилась после встречи с отцом, но вот как именно – оставалось не ясно… да и, собственно, плевать! Я стряхнул наваждение, жёстко напомнив себе, что перед нами циничная и крайне расчётливая стерва!

Благо с остальными таких проблем не было – все четко на своих местах.

– Впечатляюще, – в голосе Декассо появились помехи, однако речь оставалась различимой. – Для продолжения пути вам прямо и на третьем перекрёстке налево.

Двенадцать часов – столько прошло с пробуждения Декассо. Однако за это время не произошло ничего значимого или сколько-нибудь интересного. Хотя, длительное спокойствие уже событие на грани чуда. Использовали мы это время на максимум: сон, обсуждение планов, перекус остатками запасов и вновь обсуждение, небольшая разминка избитого Омеги и по новому кругу обсуждение, ну и, наконец, выдвижение в путь.

Следующие минут пятнадцать прошли в тишине, если не считать монотонных указаний направлений от Декассо. Человек ушёл в себя, причём настолько глубоко, что оказалось невозможно уловить не только мысли, но даже эмоционально-ментальный фон.

Коридор, по которому мы пробирались, являлся органичным продолжением калейдоскопа ужасов базы. Здесь не имелось джунглей – ничто не могло выжить вблизи от излучения черной дыры, поэтому нечему было прикрыть множество трупов, изломанных неведомыми страданиями и неспособными даже гнить… От подобного зрелища уже не мутило. Неужто мы настолько очерствели?

Стены расколоты частой сетью трещин, так что многих фрагментов кладки нет на месте, они вместе со стеклом и пластиком лабораторного оборудования хрустели под ногами. Зато из провалов свисали провода, и вываливались куски оплавленного оборудования. В тусклом, неровном свете этот хаос напоминал искорёженные джунгли в стиле хай-тек.

И всё же я не выдержал и предпринял новую попытку растормошить человека:

– «Омега, есть разговор».

Я почувствовал, что Альтер-Эго нехотя выныривает из глубин мыслей. Последнее время не оставляло ощущение, что каждое слово даётся ему с трудом. И в этот раз он тоже промолчал, слушая меня.

– «Пока есть время, хотел услышать твоё мнение относительного того, что Первый Министр устроил с Чёрной дырой», – начал я неуверенно. – «Я имею в виду способ, которым он притащили нас в данное время! Не думаешь, что если повторить эксперимент, то вновь откроется проход и мы сможем вернуться домой?» – помимо воли, последняя мысленная фраза оказалась переполнена надеждой.

- «Интересная мысль… Но стоит проконсультироваться у более компетентного», – у Омеги из всех реакций вновь была улыбка. Следующие слова ушли в общий эфир: – Декассо, если Настя поведала нашу историю, то вы наверняка догадались, что объект, прошедший сквозь Чёрную дыру, это никто иной, как я. Поэтому хотелось узнать: вы сумеете повторить то же самое и отправить нас домой, в наше время, если мы подключим вас к системам Чёрной дыры?

Я почувствовал, как поддерживающая человека Настя вздрогнула всем телом. Кинув быстрый взгляд, заметил, что лицо девушки чуть не плавится, неспособное выразить гамму чувств. Однако, хоть в глазах и стоял вопрос, девушка сдержалась и вновь промолчала, лишь закусив губу.

– До встречи с Первым Министром я бы сказал, что невозможно! Но он показал, насколько узки границы наших знаний. Поэтому скажу по-другому: чисто теоретически шансы есть! – Декассо, в свою очередь, не выразил удивления, похоже, он просчитал данный вопрос.

– И каковы эти шансы? – прежде чем я успел возликовать, уточнил Омега.

– Ничтожно малые. И поверьте, лучше такое определение, нежели численные данные.

Я скрежетнул зубами. Я знал, что меня ждёт куча проблем!

Оборудование после инцидента сильно повреждено и возможны сбои.

Кроме того, необходимы расчёты в зависимости от данных на этот момент, а это сложно без математически выверенной теории времени, на которой основывался Первый Министр!

Наконец, Декассо не подключён к системам чёрной дыры и периферийного оружия - это для меня недоступно. Собственно, поэтому мы идём в Чёрную дыру, а не работаем дистанционно!

- И даже если что-то получится, теоретических проблем путешествия во времени практически бесконечное количество, - задумчиво продолжил

– Благодарю за информацию, – сухо прошелестел Омега, а улыбка стала чуть шире. Человек продолжил в мысленном эфире: – «Как видишь, Альфа, идея, конечно, хорошая, но невыполнимая...»

Компьютеризировано выверенное общение этой парочки выглядело до неестественности отталкивающе, заставляя всё внутри клокотать то ли от раздражения, то ли от ужаса.

– «Постой, постой!» – встрепенулся я. – «Декассо сказал, что шанс есть…»

– «Мы не будем рисковать», – улыбающееся лицо и эмоциональный фон не изменились, но отголоски металла в словах заставили невольно съёжиться.

– «Но тем не менее это шанс!» – вновь попытался я чуть ли не с отчаяньем. – «Другого такого может более никогда не представиться! А если и представиться, то через долгие годы! Ты что, хочешь умереть в этом мире?!»

– «Я хочу жить», – парировал Альтер-Эго и ненадолго замолк, одновременно сменив направление согласно указаниям Декассо. – «А в родном времени или в этом, уже не важно. Я больше не хочу рисковать. Не желаю сдохнуть в очередной бессмысленной заварухе. Я хочу спокойной жизни, а если получится, то исполнить данное Чистому обещание – уничтожить Первого Министра, что заставил меня… хотя не важно», – улыбка стала чуть шире, и Омега закончил: – «Альфа, прошу, пообещай, что не будешь сумасбродствовать и рисковать, в особенности относительно затеи с возвращением».

– «Обещаю», – нехотя ответил я, нервозно поморщившись. Я знал, что слово сдержу, ибо противостоять самому себе последнее дело.

Из размышлений меня вырвал странный гудящий звук, пробившийся сквозь защиту замедленного времени. Стоило оглядеться, как я вздрогнул: мы шли по стене коридора! Облачка пыли и праха, взметнувшиеся за людьми и оставшиеся за пределами замедленного времени, разветвлялись сложным образом, не зная куда падать. На пути то и дело попадались чёрные провалы дверей лабораторий, а ближайшее ответвление коридора уходило вверх.

Именно из ответвления и появились источники шума – штук шесть мелких роботов-дронов, которые выдав нечто сумбурное, из чего я разобрал только “нарушители”, неспешно, словно растягивая удовольствие, сфокусировались на нас и открыли огонь чем-то сверкающим.

– Декассо? – невозмутимо вопросил Омега в никуда.

Между нами и роботами материализовалась зеркальная стена – область полностью остановленного времени, что и прервала атаку.

– Прошу прощения. Излучение изменило программу защитных дронов – они вне системы. Кстати, сейчас нужно в проход, что над вами, только идите к нему через потолок – поверхность справа.

– В следующий раз будь внимательнее и предупреждай заранее, если не можешь найти обходной путь или перепрограммировать эту мелочёвку.

Щит исчез. Несколько лазерных выстрелов зависли в воздухе за пределами купола замедленного времени, словно в плотном желе… Вот они релятивистские эффекты!

Омега взмахнул рукой, и несколько шариков ускоренного времени россыпью слетели с кончиков пальцев. Спустя миг, три дрона взорвались неяркими вспышками, а два распались на кучки деталей, которые, в свою очередь, обратились в прах и развеялись – сила ускоренного времени впечатляла.

Последнего задело лишь по касательной, и корпус стал облезать. Но дрон взревел сиреной, и из стен полезли стволы турелей… И их было много. Очень.

Человек лишь вздохнул и покачал головой. Омега шёл вперёд, отстреливая угрозы.

Лёгкость, почти обыденность, с которой Омега решил проблему, с одной стороны, казалась скучной, превращая путь в однообразное движение, однако лучше так, нежели постоянное напряжение в ожидании опасности – я истинно наслаждался аурой спокойствия, окружавшей нас. Мы это заслужили.

- Это впечатляюще, Омега… или Альфа? – небольшой инцидент всё же заставил Настю нарушить добровольный обет молчания.

– Я сейчас Омега, – не оборачиваясь, бросил человек. – Говори по делу, а если нечего сказать, то, пожалуйста, заткнись, – бесцеремонно оборвал речь магички Омега.

Губы Насти сжались в тонкую белую линию, но она быстро справилась с порывом чувств и выпалила на одном дыхании:

– Я хотела извиниться и сказать спасибо! Извиниться за всё, что натворила. Всё, что, так или иначе, произошло из-за меня. А сказать спасибо за всю помощь и терпение, что вы явили мне!

Захотелось отмахнуться от девчонки, но… Настя была серьёзна. Серьёзна, как никогда, за всё время нашего знакомства. А главное, меня приковала агония истерзанной души во взгляде.

– Простите за то, что втравила в противостояние с Министром, и спасибо за то, что спасали меня. Простите за то, что вела себя как ненормальная, встретившись с Предельщиками, и спасибо за то, что учили меня. Простите за то, что, прибыв к Чистым, я не слушала никого, доставляя лишь хлопоты, и спасибо за то, что не дали потерять себя, доставив к отцу! Список моих ошибок огромен – я никогда не смогу извиниться за всё, так же, как не смогу отблагодарить за все сделанное для меня! Но тем не менее прошу – простите и примите мою благодарность!

По правой стене, разбивая траками облицовку, выкатился дрон, больше похожий на миниатюрный танк! Пушка и три ствола изрыгнули плазму и металл. В этот раз револьвер не мог помочь, поэтому Омга уронил его и снова взмахнул рукой.

– Настя, место! - девушка вздрогнула и, прервав речь, поспешила отступить.

От руки Омеги по коридору прошла волна искажения, а снаряд сначала застыл в воздухе, а затем полетел обратно, как и плазменные заряды. Омега развивал силы, научившись обращать время вспять! Стоило снаряду оказаться в дуле, как человек отгородил дрона от нас полусферой остановленного временем. Взрыва не было, единственное, что мы увидели, как по полу зазмеились трещины.

А стоило убрать защиту, как перед нами предстали обломки дрона, что снесли дверь и часть стены в нужную нам лабораторию.

- Альфа, Омега – вы стали моей семьёй, - тихо добавила девушка, не поднимая глаз. – Вы все стали семьёй! Рахнез, Некер и даже Аня… о ней я всегда буду вспоминать, как о старшей сестре! – Настя замолчала с поникшей головой, выдохнувшись после признания.

– Я понимаю тебя. Эмоции порой сильнее, и разум отступает под их напором, – Омега остановился и в тон вкрадчивой речи коснулся щеки девушки. Настя вздрогнула от непривычной вольности, но подчиняясь мягкому давлению человека, взявшему её за подбородок. Подняла полный надежд взгляд. – Только вот проблема – мне плевать на все твои горячечно-патетичные речи. Извинениями и благодарностями ничего

Пощёчина вышла на удивление звонкой. Голова человека дёрнулась, а сам он пошатнулся. Настя, испуганная собственной дерзостью, зажав рот, отступила на полшага, но тут же упёрлась в замедленное время. Омега вновь поднял взгляд на девушку, на лице бликовала полуулыбка. Три секунды он смотрел на магичку, а затем отвернулся и двинулся дальше. Ни слова не было сказано, но магичка, секунду назад раскрасневшаяся, стала цвета пыли под ногами и затряслась, словно в лихорадке – похоже, она увидела его глаза, и до неё всё же дошло, в кого превратился Омега.

Глава 17. Шаг за горизонт. (Альфа)

Омега коснулся остатков боевого дрона, и металл рассыпался в крошку за секунды. Человеку этого времени как раз хватило, дабы сделать шаг в сторону, поэтому особо крепкие обломки хоть и упали с грохотом, но никого не задели.

Лаборатория, та самая, откуда всё началось, и куда мы так стремились, предстала перед нами! И выглядела она откровенно невзрачно, если не сказать уныло! Никаких разрушений, словно ничего и не произошло, а обитатели покинули помещение несколько минут назад – релятивистские эффекты замедления времени, будь они неладны!

Практически половину помещения от пола до потолка занимал громоздкий механизм, уходящий в стену. Множество проводов соединяли десятки катушек, чем-то напоминая исполинский рельсотрон. Вот только в сердцевине прибора пульсировала сфера глубокого серого света – накопитель, что преобразовывал энергию Чёрной дыры и концентрировал заряд антиэнтропии перед выстрелом. От внешнего воздействия пушку защищал прозрачный цилиндр, уходивший вместе с механизмом в стену.

Остальное пространство лаборатории занимали блоки, экраны и пульты управления, на вид мертвее камня стен. Вдоль стен системные блоки, однако несколько тусклых огоньков говорили, что оборудование работает. Наконец, в самом углу притулилась дверь для спуска в основное помещение с Чёрной дырой.

– Оборудование выглядит лучше, нежели я мог надеяться! Настя, будь добра, подойди к пульту. Нужно… – Декассо углубился в чисто технические дебри.

Так как лаборатория была защищена от Декассо, то для запуска оборудования и всех настроек требовался оператор, которым и выступала его дочь. Настя проскользнула мимо Омеги, не поднимая глаз и вздрагивая от каждого движения Альтер-Эго! В этой ситуации радовало только то, что Декассо оказался благоразумнее дочурки – не стал возмущаться и обострять конфликт. Он осознавал, в каком все мы неустойчивом состоянии. Лично я был ему за это безмерно благодарен!

Человек осторожно прошёлся вдоль рядов серверов – вблизи от Чёрной дыры радиацию излучают все объекты, попавшие в область замедленного времени. При этом Омеге казалось наплевать на любые переживания. Даже сейчас человек не скрывал усталости и приказал:

- Некер, остаёшься в охранении Насти. При необходимости поможешь. Рахнез, мы к Чёрной дыре!

Я ненавязчиво коснулся мыслей второго “я” и ощутил, что он повторяет логические выкладки плана Декассо. Имелось четыре способа решить проблему Чёрной дыры.

Первый – отключить защиту, дождаться испарения Чёрной дыры за полторы минуты и насладиться финальным фейерверком. В связи с тотальным уничтожением базы и всего населения способ не оценил никто.

Второй – оставить всё как есть. Тогда всего-то и нужно дождаться, пока Чёрная дыра испарится сквозь трещины в защите… Примерно месяцев за пять-шесть. К сожалению, тоже неприемлемо: если монстры нас не сожрут, то системы жизнеобеспечения под излучением откажут.

Третье – усиление щитов. Так как питающий защиту реактор под землёй на глубине нескольких сотен метров – не нашими силами туда лезть. Но Омега мог своей магией времени стабилизировать защиту. Временная мера, но в сочетании с другими могла оказаться эффективна.

Четвёртое – ослабление, а в идеале полное закрытие Чёрной дыры. В теории это могла сделать антигравитация, а в частности - антигравитон. Вот только намагичить с помощью трех магов столько экзотических частиц, чтобы скомпенсировать тысячи тонн… даже не смешно.

Поэтому было принято решение использовать Антиэнтропийную пушку, чтобы истощить мощности Чёрной дыры. Более того, этот план поддержал и Декассо – если мы направим заряд в космос, то ничто не пострадает. А после переработки энергии всей Чёрной дыры пушка придёт в негодность – банальный износ!

От мыслей оторвал лязг, источник которого обнаружился тут же – та самая угловая дверца, что вела к Чёрной дыре. Запорные механизмы плавно отходили в стороны согласно мерной дроби Рахнеза по клавиатурам панели управления.

Короткий виток спиральной лестницы, и мы в помещении в несколько раз меньше предыдущего. Вот только плотность техники в разы выше: почти всё пространство занимала сфера из шестиугольных серебряных сот. В тусклом свете наши тёмные силуэты радужными бликами играли на сотах. К каждой из сот подходили кабели толщиной с руку…

Вот только некоторые из этих кабелей были сгоревшими. Соты у этих кабелей отсутствовали, зато можно было увидеть зеркальную поверхность остановленного времени! Но чуть присмотревшись, я заметил, как по поверхности остановленного времени пробегают едва уловимые искорки, а, кроме того, даже сквозь защиту пробивается запах озона – излучение Чёрной дыры вырывалось сквозь микротрещины.

Альтер-Эго протянуло руку, и его замедленное время соприкоснулось со щитом из времени. При этом Омега побледнел лицом, на лбу выступила испарина. Саиф выскользнул из ножен и словно трость упёрся в бетон пола. Как бы человек ни улыбался, управление временем отнимало порядочно сил, особенно сейчас, когда приходилось создавать идеальную во всех отношениях защиту, основываясь на дефектном остановленном времени вокруг Чёрной дыры. Плюс ему приходилось растягивать поле замедленного времени на всю лабораторию, чтобы защитить спутников.

Параллельно я поймал себя на мысли, что несколько разочарован: из-за окружающей идеальной защиты мы не могли увидеть Чёрную дыру! Я невесело оскалился, напоминая себе, что размеры этой самой дыры порядка минус двадцатой степени метра – гравитационный радиус, так

Главное, теперь не пересечь горизонт событий, иначе даже защита из остановленного времени нам не поможет!

- Есть! Мы в системе! Работаем! – раздался в динамиках голос Декассо. Судя по многословности, он не на шутку нервничал, готовясь рискнуть вновь обретённой семьёй в данном предприятии.

В тон словам мир дрогнул. Декассо не пожалел мощностей, и на забрале шлема появилась трансляция с камеры Насти. Устройство в верхнем зале начало подниматься. Сегмент выходил из сегмента. Конструкция удлинялась и вскоре уже покинула границы подземной лаборатории. Она росла над Луной, с каждым мгновением всё больше напоминая ствол исполинской пушки. Рельефно проступили сверкающие платы электроники, наросты вторичных приборов и три исполинских направляющих.

Преобразователь энтропии в основании прибора начал наливаться светом, производя накачку из Чёрной дыры. Омега скрипнул зубами… Самая опасная часть задумки: пока идёт накачка, Чёрная дыра не стабильна, и любая прореха в защите может привести к взрыву. И это в лучшем случае!

Омега пошатнулся. Лицо человека дрогнуло, улыбка съехала набок, а рука, опирающаяся на саиф, задрожала.

- Я помогу! – сильное плечо Рахнеза поддержало человека.

Омега отбросил клинок в сторону и теперь двумя руками упёрся в барьер остановленного времени. А затем чётко и холодно приказал:

- Навести Антиэнтропийную пушку на Купол!

Вздрогнул не только я, но и Рахнез. Мне даже показалось, что я слышу, как что-то вывалилось из рук команды на верхнем этаже. Но первым отреагировал Декассо:

- Этого не было в нашем договоре! Купол не должен пострадать! Антиэнтропийную пушку будет бить в открытый космос!

- А иначе что? – с вызовом прохрипел человек. Он не разменивался на чувства. – Ты провёл нас сквозь аномальные поля. Ты рассказал технологию закрытия Чёрной дыры. Твоей власти в этой лаборатории нет! Так что сиди и не вякай, иначе Некер пристрелит Настю! Ты меня слышал, Некер?

- Господин Омега, вы уверены? – скованно уточнил биороб. – Я не понимаю: зачем?

- Я говорю от лица Чистых! Выполняй! – а в мыслях Омеги проскользнула ядовито безжалостная мысль: - «Первый Министр ответил за всё!»

То, что над нашими головами грохнул взрыв, меня не удивило! Настя, не посмевшая сказать и слова, тем не менее делом стала защищать родной Купол! Это понял не только я, но и Рахнез, что рванул к лестнице, на ходу выхватывая двуручный меч. Вот только его воинственный порыв буквально снесло: выстрел из дробовика выкинул гиганта из дверей и, пролетев пару метров, зеленокожий приложился о стену. А в проходе показалась Настя со стволом наперевес.

- Так, значит, Некер позволил себя вырубить... - протянул Омега и мысленно обратился ко мне: - “Альфа, пора переходить к последнему козырю".

Я вздрогнул, словно от удара. Последним козырем было моё превращение в Феникса. Опять... Отвратная идея! Чтобы убедиться в этом, стоило взглянуть на ошейник у меня на шее, он весь оплавлен и в чёрной окалине – символ возможных последствий!

- Остановись, Несуществующий! - буквально взмолилась девушка. - Я уничтожила Антиэнтропийную пушку! Как вы с Аней не давали мне совершить глупость, так и я не позволю тебе переступить черту! Даже если это будет стоить нам обоим жизни!

И откликаясь на слова дочери, Декассо спроецировал вид лаборатории над нами: разбитый механизм. Взорванные катушки и порванные провода. Над поверхностью Луны ствол орудия тоже поник. Лишь в глубине прибора продолжал пульсировать узел преобразования антиэнтропии.

- Девчонка... Ты, думаешь, победила? Ты лишь отсрочила неизбежное! Чистые восстановят пушку через месяцы или годы, и тогда Купол будет уничтожен! И тогда я буду тут, чтобы отомстить за то, что вы сделали со мной... За Аню! – прошелестел шёпот Омеги, подкреплённый улыбкой. А затем в мыслях откликнулся на мои невысказанные страхи: - "Альфа, тебе необходимо это сделать. Мы зависим от тебя… а ответственность я беру на себя. Вновь".

- Аня защищала Купол! Уничтожив Купол, ты предашь всё, во что она верила! – из речей Насти пропала последняя надежда, но молчать она тоже не могла.

Омега взревел. Он не мог простить двуличности Насти! Человек оторвал ладони от поля остановленного времени. Я с ужасом понял, что ладони обуглены, и от них вьётся чёрный дымок.

Дольше продолжать спор не имело смысла. Капюшон костюма свернулся, и я покинул шею человека. Достаточно было лишь одного прыжка, чтобы добрать до зеркальной соты остановленного времени. Если честно, то я боялся и даже не боли, неудачи или очередного срыва – Омега, как всегда, поддержит меня! Я почти до судорог боялся, что меня не будет рядом с человеком, если тому понадобится помощь. И тем не менее я подавил чувства.

Омега мог просто свернуть зону замедленного времени, и тогда бы Настя просто замерла... Но это было слишком просто. Я чувствовал жажду крови Омеги. Он хотел наказать Настю! Показательно выпороть!

Дробовик взлетел к плечу девушки, и грохнул выстрел. Однако не успел сгусток энергии поджарить человека, как заряды срикошетили от остановленного времени в считанных сантиметрах от Омеги. Серверный блок справа расплавился во вспышке света.

Омега даже не взглянул на противника и разрушения, лишь неспешно подобрал саиф с пола и полюбовался игрой бликов на клинке. Настя дважды нажала на спуск. Ещё нескольким системным блокам не повезло.

Человек двинулся к противнику. Но больше Настя не стреляла. Дробовик полетел в нас и был походя перерублен человеком. В одной руке магички оказался кнут, а во второй разгоралось пламя заклинания.

Хотя изначально это не обсуждалось, но по умолчанию предполагалось, что превращение произойдёт в Феникса времени. Однако я всё никак не мог коснуться бесстрастного холода времени, даже несмотря на то, что им пропиталось буквально всё вокруг. Поэтому пришлось, как и прежде, выжигать себя крохами магии...

В микротрещины остановленного времени просачивалась уже бесплотная форма. Когда я оказался внутри, то не стал размениваться на мелочи вроде обретения формы: если выйду из-под контроля - меньше возможностей навредить. Я сразу рванул к Чёрной дыре, при этом ощущая, как ошейник, слившийся с моей бестелесной сутью, нагревается, защищая от сводящего с ума излучения.

Реагенты из мешочков оказались в ладонях Насти, а сами ладони засветились от магической энергии, как никогда, хаотичной вблизи Черной дыры. Спустя пару секунд и один замысловатый жест, над ладонью девушки клубились какие-то смутные завихрения ни то энергии, ни то материи.

Омега вновь не спешил, и щит из времени появился за миг до удара,

Искин костюма выдавал красные полотнища о травмах и ошибках. Вот только рассчитывать на живительную химию не приходилось - Декассо ещё утром перепрограммировал компьютер костюма, чтобы медицинская система вкалывала человеку постоянную дозу препаратов со строго заданной периодичностью, иначе Омега просто не смог бы двигаться. Хорошо ещё, что помехи от излучения Чёрной дыры не позволяло отцу Насти взломать костюм Омеги.

Не обладая телом, я воспринимал и интерпретировал больший диапазон ощущений. Описать их привычными понятиями просто невозможно, единственное, что могу сказать: экзотическое излучение предстало передо мной самой невозможной и при этом прекрасной радугой, спектр которой был бесконечен, как и вселенная в своём многообразии.

Из более насущного, оказалось, что Чёрная дыра невидима во всех возможных диапазонах – я чуть не пересёк горизонт событий.

Кнут Насти щёлкнул, готовясь обвиться вокруг шеи Омеги, но на его пути появился двуручный клинок Рахнеза! Гигант поднялся, чуть пошатываясь... Девушка рванула оружие со всех сил! Гигант пошатнулся, но не упал, вот только его оружие вылетело из рук и чуть не отсекло Омеге голову. Напарник лишь в последний момент успел накинуть шлем, и лезвие оставило неровную царапину - прямо напротив рта.

Настя, более не отвлекаясь на Рахнеза, поспешила добить человека. Но тот вновь овладел собственным телом – щиты из остановленного времени отразили удар кнута. Более того, волна искажения отбросила магичку на несколько шагов, и та в невероятном кульбите приземлилась на потолок, с трудом удержав магическое образование в ладони.

Потратив пяток секунд на разведку, я приступил к делу. Перво-наперво понял, что долго удержать сферу остановленного времени я не смогу. А затем до меня дошло: мне это и не нужно! Да, у меня нет Антиэнтропийной пушки для сброса энергии... Но зачем мне посредники? Почему просто не создать канал отвода энергии из остановленного времени? И я принялся лепить из сферы остановленного времени конус, нацеленный в космос!

Секунда и сжатая под невероятным давлением энергия с оглушительным гулом устремилась в направлении наименьшего сопротивления - вверх. Перекрытия этажей не могли выдержать подобного напора, поэтому буквально испарялись. Мне же только и оставалось не давать излучению пойти в коридоры базы.

Столб из молний, настолько частых, что сливались в материализованный свет, разорвал темноту космоса. Когда я понял, что план успешно осуществлён, то облегчение окутало мою бесплотную сущность. Даже пылающая боль и одуряющий прессинг на сознание стали почти терпимыми. Остались сущие мелочи – продержаться в таком режиме полторы минуты.

Омега стоял на одном колене. Забрало шлема было испещрено трещинами и не помогало обзору, поэтому исчезло с лица, открыв противнику кровавую ухмылку Омеги. Настя попыталась атаковать, используя высоту потолка, но Омега более не экономил силы – щит из времени стал сплошным и постоянным, скрыв человека.

Настя вновь попыталась атаковать своим заклинанием, но Альтер-Эго училось на ошибках: когда окутанный заклинанием кулак пробил защиту, то не достал Омегу! Зато запястье девушки словно бы попало в капкан. На миг Настя растерялась, и этого оказалось достаточно, чтобы вокруг второго запястья, щиколоток, торса и даже шеи появились зеркальные кандалы остановленного времени. Они не только не позволяли магички двигаться, но и заставляли зависнуть распятой в полуметре над полом.

– Зря ты вылезла, Настя. Ой зря! – человек поднялся, используя саиф вместо трости.

Небрежным жестом Омега коснулся заклинания на ладони Насти и впитал его, так что меня перекосило от волны обжигающей магической боли.

- А теперь тебя пора научить уму-разуму!

Омега остановился в паре метров от конуса из остановленного времени. Он полностью доверял моей силе, а также хотел, чтобы я стал непосредственным свидетелем и участником предстоящего разбирательства. Чуть подумав, Альтер-Эго вальяжно махнуло рукой, и шарик ускоренного времени размером с кулак рванул к Насте – костюм на левом боку превратился в прах. Тело под ним сморщилось, растрескалось, затем вскипело и расплескалось гнилью. Ещё миг, и остатки плоти обратились в прах, оставив ровное отверстие, сквозь которое виднелись пульсирующие внутренности. Через миг оттуда полилась кровь, заливая пол лаборатории.

Крик Насти и мольбы её отца о пощаде бились в сознании!

– Омега, остановитесь, прошу! – держась за стену, взмолился Рхнез. – Не надо с ней так!

– Заткнись, здоровяк, пока не оказался с ней рядом! – блистая спокойной улыбкой, обернулся Омега, и зеркальные кандалы приковали девушку к стене. – Миссия вот-вот закончится, поэтому не порть необдуманными речами впечатление о недавней помощи делу!

Ещё один небрежный жест рукой, и в этот раз множество мелких снарядов в разных местах пробило костюм и поразили тело названной сестры. Но на сей раз плоть растворялась медленно, языки разложения вгрызались буквально по миллиметру, заставляя девушку биться в исступлении.

– "Омега, в самом деле, остановись", – с усилием передал я мысль из облика Феникса. – "В крайнем случае убей, но не мучай".

– "Альфа, извини, но не могу", – мысленный тон оставался умиротворяющим, так же, как и улыбка. – "Она напала на меня. Более того, она ранила меня! Такое нельзя оставлять безнаказанным, кем бы она ни являлся в прошлом – я заставлю её страдать и пожалеть о своём решении!"

Да, я сорвался на Настю. Накричал. Виновен! Однако то, как Омега в словесном минимализме и эмоциональной отстранённости обращался с Настей, меня откровенно коробило. Для него она превратилась в инструмент. Чтобы между нами не произошло, она оставалась человеком.

Я всегда считал себя более разумным из нас двоих. Я старался понять и принять, в крайнем случае стерпеть и оправдать выходки человека – я есть он, и я не святой. Но я знал, что самое главное – баланс между разумом и чувствами. Вот только Омега, отказавшись от чувств, кажется, отказался от здравого смысла. И проблема не в самих пытках, а в том изуверском наслаждении, с коим он им предавался – маска безумного хаоса невероятно быстро срасталась с душой человека.

Бросив взгляд на понурую фигуру магички, я решил больше не сдерживаться! У

Я попытался перехватить управление над Омегой, но чуть не лишился чувств от каскадов боли, терзавших его тело. Такая боль, что нормалный человек давно бы рухнул без чувств… Вот только Омега уже не был нормальным.

Возможно, на меня повлияла боль от магии, возможно, сводящее с ума излучение, но единственное, что пришло на ум, и я смог воплотить – создать трещину в конусе остановленного времени. Ослепительной молнией из прорехи ударила энергия. Человека ослепило. Он на секунду потерял концентрацию, поэтому путы Насти исчезли. Магичка не медлила несмотря на невыносимую боль. Жажда жить оказалась сильнее на порядок!

Настя вмиг преодолела расстояние до человека и рухнул на него всей массой, пока тот не использовал магию времени. Она пыталась вцепиться в шею человека зубами, но тут подоспел Рахнез и буквально откинул девушку прочь. Это спасло Настю.

Гравитация Чёрной дыры призвала к себе всё, что было рядом... Омегу и Рахнеза. Я с ужасом понял, что не в состоянии закрыть трещину. Более того, она увеличивалась, ибо наступили последние десять секунд существования Чёрной дыры! Излучение стало максимальным, и вот-вот должен произойти взрыв.

Омега и Рахнез коснулись барьера и… Несколько секунд ничего не происходило, а затем их начало втягивать. Зеркало защиты перед ними выгнулось. Ещё рывок, и вот они под зеркальной аркой. Альтер-Эго ничего не оставалось, как окутать себя и вцепившегося Рахнеза защитой из остановленного времени, а шлем, подчиняясь мысли, закрыл лицо. Последнее усилие, и зеркальная поверхность окутала нас коконом, замкнувшись за спинами. Горизонт событий был пересечён.

Я не мог оставаться безучастным, поэтому рванул вслед за вторым “я”, схлопывая остановленное время вокруг Чёрной дыры. Я лишь надеялся, что усилия хватит, дабы не допустить взрыва. Больше я ничего не успел, ибо потерялся в бесконечном падении.

Эпилог. Взгляд со стороны. (Андрей)

Металлическая дверь подъезда пронзительно скрипнула, выпуская во двор. Порыв раскалённого ветра обжёг кожу. В голове по новой загудело, будто перед этим я не похмелился.

Однако мои проблемы могли потерпеть – в данный момент требовалось помочь Витьку. Его сообщение не оставляло места для сомнений – он спасался бегством по экстренному варианту и просил у меня укрытия.

Я спешно прокрутил в памяти, всё ли подготовил для данного плана? Люк на крышу в моём подъезде открыт – какая-то гадина повесила замок, но пара ударов молотком решила проблему. Дверь в квартиру открыта, а если вдруг захлопнется, то ключ на оговоренном месте. Теперь требовалось прикрывать товарища с улицы, задержав на максимальное время преследователей. Правда, Витёк так и не удосужился сообщить, от кого бежит? Но думаю, определить будет несложно.

За мыслями я не сразу заметил, как на краю крыши соседнего дома показалась фигурка человека в футболке и шортах. Несколько секунд она стояла неподвижным истуканом, а затем, взяв короткий разбег, взвилась в прыжке. Виталий, душу его за ногу, сделал это!

Я до последнего не верил, что рискнёт, ибо он завязал с паркуром сразу после того, как чуть не погиб при исполнении трюка два года назад. Но вот он уже стоял на самом краю моего дома, чуть покачиваясь – прыжок вышел всё же не идеальным.

– Стой, куда? – разнёсся над двором крик, и на покинутой Витьком крыше появилась фигура, одетая в полицейскую форму.

Я мысленно выматерился – связываться с ментами себе дороже, особенно зная, сколько за мной числится... Пусть и недоказанного. Однако бросать другана – последнее дело! Поэтому стоило рискнуть!

Не успел я додумать, как все планы пошли прахом: Витёк попытался обернуться на звук голоса, но не удержался и полетел вниз. Первый удар сердца – я не поверил глазам. Второй удар сердца – мне показалось, что товарищ исчез. Но стоило моргнуть, как он тут же появился. Третий удар сердца – я уже бежал к месту падения друга.

Но на середине пути пришлось затормозить, так как из трёх полицейских машин, припаркованных поблизости, вывалило не меньше десятка человек, и все рванули к месту происшествия. Но даже со своего места я с облегчением заметил, что на месте падения Витька навалена просто гигантская куча картонных коробок. А ведь точно, вчера кто-то весь день переезжал, за поллитрой бегать было несподручно!

Первый мент стал разбрасывать коробки в стороны в поисках тела Витька, а я с замиранием сердца ждал…

– Нашёл… – наконец раздался голос и через пару секунд: – Живой, пульс есть! Вызывайте скорую, он весь в синяках и крови… только она засохшая! И ожогов полно по всему телу! И что это на нём за одежда? – с каждым словом тон мента становился всё более недоумённым. – Какого лешего…

Договорить оказалось не суждено. К склонившемуся полицейскому из завалов коробок метнулась рука и схватила за горло. Короткое движение кистью, и молодой офицер отлетел к стене, где без чувств осел на землю. Из картонного месива стала медленно подниматься фигура: матово-чёрный, сюрреалистический костюм до крайности изодранный и изгвазданный, а его носитель – человек с непроницаемыми кристаллами глаз и спокойным до совершенной пустоты лицом, лишь улыбка рассекала идеальный образ.

В первый момент показалось, что это не человек, а монстр, вышедший из глубин преисподней, которые собственными руками и выстроил. И только через несколько долгих мгновений я вспомнил, что это Виталий. По спине, несмотря на жуткое пекло, пробежали мурашки. Вглядевшись лучше, я заметил, что губы Витька шевелятся, попытался повторить и получил: “Враги. Опять враги. Пытаются остановить”.

– Эй, парень, ты что, совсем? – заорал ближайший к Виталию полицейский. – А ну, стоять! Ребят, давайте его успокоим!

В этот раз сразу трое рванули к моему другану. Тот, кто кричал громче всех, выхватил резиновую дубинку. Это стало его фатальной ошибкой, он первым оказался на земле, дико воя и держась за руку, из открытого перелома которой фонтаном брызгала кровь. Двое помощников отправились в нокаут несколькими секундами позже: один получил отобранной дубинкой в висок и успокоился, а второй распластался на земле после удара ногой в живот, настолько быстрого и сильного, что противник Виталия откатился на несколько шагов.

Закончив, Виталий перешагнул через поверженные тела и двинулся неспешным, чуть прихрамывающим шагом на оставшихся полицейских. Кроме дубинки, теперь в его руке оказался ещё и пистолет. Оставшиеся стражи правопорядка при виде такого зрелища сначала застыли, а затем начали медленно отступать, потянувшись к кобурам. От Виталия почти физически веяло холодом, тьмой и угрозой.

– Стойте! Подождите! Я с

Друган продолжал движение, а я услышал, как щёлкнул снятый с предохранителя пистолет. В следующее мгновение ствол уставился мне в лоб. Полицейские, редкие прохожие, а также зрители в окнах дружно охнули, какая-то впечатлительная дамочка заголосила. Я застыл соляным столбом, совершенно ничего не понимая, и только пролепетал заикаясь:

– Витёк! Твою суть… куда ты прёшь! Совсем охренел… что, не узнаёшь меня?! Это же я, Андрюха!

Неожиданно слова подействовали, и прояснившийся взгляд сфокусировался на мне.

– Андрюха? – проскрипел он не своим голосом. Дубинка выпала из руки, и следующие слова он произнёс отчётливо: – Значит, я дома?.. – пистолет опустился, Виталий покачнулся, из тела ушла несокрушимая решимость двигаться, а улыбка словно перегорела. – Он переиграл меня... Опять оставил одного, – чуть слышный шёпот перешёл в смех, а затем в хохот, да такой, что я невольно отступил на несколько шагов. Эмоциональный выплеск оборвался резким криком: – Будь оно все проклято!

Рывком Виталий вытащил из недр одежды телефон, больше похожий на кусок сплавленного пластика, и со всей силы ударил о землю, так что тот разлетелся на множество деталей. У кого-то из ментов не выдержали нервы, грохнул выстрел, и на груди человека стало медленно расплываться кровавое пятно. Однако Виталий лишь покачнулся, а затем обернулся к стрелявшему, и по его улыбающемуся лицу стало очевидно, что такими мелочами, как ранение или смерть, его не напугать… скорее, он им рад.

– Зря… За боеприпасы ещё придётся отчитываться, – ноги не удержали человека и подкосились. Пистолет отлетел прочь. Одновременно лохмотья, в которые он был одет, опали, на ветру превращаясь в прах, оставляя Виталия нагим. До меня донёсся шёпот: – Можете забирать меня в ряды нашей доблестной армии… – и глаза его закрылись.

Глава 18. Доминирование. (Андрей-Интеллигент) Часть 1.

– …Господин Интеллигент, рад вас слышать! – раздалось преувеличенно радостно, и на мониторе компьютера появилась небритая, слегка осунувшаяся физиономия нервно улыбающегося собеседника. – Не думал, что вы работаете так поздно, третий час ночи, как-никак!

– У меня плавающий график, и плавает он в весьма больших пределах. К тому же он очень плотный сегодня. А сейчас мне нужен архив, относительно которого мы договаривались днём, - я с трудом сдержал зевок.

– Так, значит, вы за архивом… – протянул собеседник, а улыбка померкла. – Господин Интеллигент, должен отметить, что задачи, которые вы ставите, весьма интересные! Особенно, учитывая, что, помогая их решать, я и сам не остаюсь внакладе... Как вы знаете, моя позиция: самые прочные крепости в наше время строятся из единиц и нулей.

– Алексей, давай без лишних слов! Не пытайся набить себе цену – я всё равно заплачу не больше, нежели мы обговорили!

Речь получилась более резкой, нежели хотелось, но специальная программа перемолола слова и синтезировала абсолютно безэмоциональный аудиопоток. Я же в очередной раз порадовался, что видеосвязь односторонняя, и меня не видно – гулявшую по лицу гамму чувств никакой программой не замаскируешь. А я знал из собственного неприятного опыта: любые эмоции во время переговоров – слабость… Да и не относятся люди серьёзно к подростку, которому ещё восемнадцати нет, пусть он и ворочает такими активами, которые большинство “взрослых” и представить не могут.

– Так я и говорю о деле: архив, что вы прислали сегодня, оказался той ещё крепостью! – замялся программист, однако в голосе отчётливо слышались хрипловатые нотки возбуждения: – Если честно, это не архив, а сложнейшая программа, написанная на языке, которого я раньше не видел! Я кандидат наук и преподаватель на кафедре прикладного программирования! Даже в интернете ничего похожего нет, а я умею искать! Но это мелочи по сравнению с тем алгоритмом, по которому идёт шифрование и строится система…

– Алексей, дорогой, меня не интересуют подробности! – вот теперь скрывать раздражение не стоило, ибо подчинённые не должны расслабляться. Но программа на то и программа, что не заморачивается мелочами, поэтому для собеседника я вновь остался бесстрастным. – Работа сделана или нет?!

– Извините, господин Интеллигент, но нет, – совсем стушевался собеседник. – Я погорячился, когда сказал, что хватит двенадцати часов. Понадобится минимум неделя, подключение ещё нескольких спецов, и то без гарантий…

– Ты ведь понимаешь, что нарушаешь обязательства и при этом подставляешь меня? Причём на крупные деньги! – кулак ударил по столу, и собеседник, услышав, отшатнулся от экрана, судорожно сглотнув. – За тобой неустойка, согласно букве договора. Более того, я начинаю сомневаться, что ты будешь справляться с другими моими просьбами. А значит, придётся вместо тебя использовать более компетентные кадры…

– Постойте, господин Интеллигент. Я не сумел взломать защиту, однако, копаясь в коде, нашел то, что может вас заинтересовать. Пароль из пяти символов и должен состоять исключительно из символов греческого алфавита и математических символов.

Я замолчал, просчитывая ситуацию и одновременно выдерживая многозначительную паузу. Алексей не обманул ожиданий, но этого было мало, и собеседник это понимал и поспешил продолжить.

– Господин Интеллигент, обещаю, больше накладок не будет – ваше доверие для меня бесценно. Поэтому следующее дело для вас со скидкой! А эту программу я вскрою в кратчайшие сроки, чисто из принципа… – заторопился собеседник, но неожиданно оборвал сам себя и, понизив голос, уточнил: – Только я хотел кое-что уточнить… Понимаю, эта информация не моего уровня, но откуда у вас этот архив? Просто подобные программы способны создать военные, корпорации или кто-нибудь похлеще. Мне надо знать, кого можно привлекать для работы…

– А также знать, кому можно затем слить данные, – закончил я за него и по мгновенно поскучневшему лицу понял, что угадал. Алексей искал возможность заработать везде, дабы порадовать двух своих спиногрызов. – Не волнуйся, технология чистая – хвостов за ней нет. Если можно так сказать, досталась от одного доморощенного умника. Однако, я в доле. Это не обсуждается! А теперь займись делом… – и в одно движение разорвал связь.

Когда на экране вновь засветилась заставка, я выругался сквозь зубы, откинулся на спинку стула, достал из-под стола початую бутылку водки и смачно приложился. Последние пятнадцать часов спалили нервов больше, нежели дюжина моих самых рисковых предприятий. Витёк всё-таки

Безумная выходка другана чуть не стоила мне испачканных портков – я ещё никогда не чувствовал поцелуя смерти в виде холодного пистолетного ствола у лба! Когда меня отпустил первый мандраж, то самым ярким желанием стало отплатить гаду за сиюминутный испуг: набить морду или засадить падлу на пару лет, и плевать, что он лежал чуть живой!

Я скривился. До сих пор презирал себя за сиюминутные чувства и мысли по отношению к лучшему другу и партнёру. Хорошо ещё, что мне на глаза попалась флеш-карта из мобильного телефона, что разбил товарищ – любопытство перекрыло ярость. Витька я знал, как одного из самых уравновешенных людей, а то, как он расколошматил телефон, говорило о многом. И хотя ментов вокруг шаталось чуть больше чем дофига, мне удалось достать носитель информации – успел я нахвататься у Витька основ фокусов. Вот только слинять от ментов не успел: меня замели за компанию с Витьком – главный свидетель и всё такое.

Я в очередной раз приложился к бутылке и, отбросив воспоминания, вернулся к делу. В пару кликов открыл содержимое злополучной флешки: семь архивов. В первых четырёх - текстовые документы со множеством фотографий, что якобы являлись дневниками Виталия и описывали события в Куполе и на Лунной базе. Но это оказалось мелочью по сравнению с обнаруженным в пятом и шестом архивах: видеофайлы, причём наивысшего качества, длительностью по несколько часов, что заканчивали историю моего товарища.

От подобного зрелища стало не по себе. Само собой, я не поверил, что друган побывал в будущем – полный бред. Напрашивался другой, куда более неприятный вывод: Витёк решил написать книгу и увлекся настолько, что сначала стал делать иллюстрации, затем перешёл на фильм, а в конце – поверил в собственный вымысел. Похоже, совпадение пролога и реальности стало последней каплей, как результат – сегодняшний инцидент.

Именно поэтому на данный момент самым главным стало открытие последнего архива. Витёк так сильно вжился в роль, что стал опасен сам для себя, и данные файлы могли разубедить его. И сказать по чести, в какой-то момент я начал с интересом вчитываться в текст. Но вот пароль от архива! Алексей являлся последней надеждой, и она с треском провалилась… хорошо, хоть прибыль из этого удалось получить!

Я дважды щёлкнул по последнему архиву, и возникло поле для ввода текста, а над ним уже набившее оскомину сообщение: “Зачем тебе это?”. Я скрипнул зубами с досады, ибо даже близко не мог придумать, какой ответ мог удовлетворить Виталия. Банальные – “интересно”, “надо” или “это моё”, и всё подобное в различных комбинациях не приносило результата, так же, как совершенно неадекватные – “а почему нет” или “для единения с космосом”.

Теперь имелись данные, что пароль из греческого алфавита и математических символов, - понятно, что это отсылка к именам героев истории, но от этого становилось ненамного легче.

Я истерично начал вбивать символы, что могли бы дать в ответ на вопрос-пароль. Так что через десять минут и тридцать четыре попытки грёбаный архив поддался на довольно нетривиальное: “Α+Ω≠Ψ”, что подразумевало – объединённые Альфа и Омега психологически нестабильны. Секунда, и содержимое предстало передо мной – ещё несколько видеозаписей. Однако не успел я сдвинуть курсор, как поверх файлов раскрылся текстовый документ.

“Приветствую тебя, Андрей.

Если ты пробился в данный архив, то по возвращении Виталия домой произошли какие-то проблемы, и ты в течение трёх суток сумел подобрать пароль, иначе бы архив самоудалился. Наиболее вероятно, Виталий не смог адаптироваться и вернуться к нормальной жизни, после всего произошедшего и подкосивших его потерь: Ани, Насти, других соратников, и, самое главное, объединение Альфы и Омеги вновь в единую личность Виталия.

В данном архиве хранятся данные, что помогут, если не излечить посттравматический синдром, то уменьшить его влияние – воспоминания, стёртые из памяти Виталия, а также кое-какие сторонние данные. Однако, прошу распорядиться этой информацией крайне осторожно, ибо, узнав о ней, есть большая вероятность, что Виталий попытается вернуться обратно – это может стать для него фатально.

Надеюсь на твоё благоразумие.

Первый Министр”.

Я нервно икнул, чувствуя, как меня зазнобило – Виталий в своей одержимости оказался прозорлив. Он идеально рассчитал всё так, чтобы флешка оказалась у меня! Не знай я этого прохвоста так хорошо, то начал бы сомневаться в собственной адекватности. Однако отступать я не привык! Требовалось помочь другу, поэтому я твёрдой рукой открыл первый видеофайл.

Глава 18. Доминирование. (Андрей (Взгляд со стороны)) Часть 2.

Картинка нахлынула словно волна. Это было не просто видео и даже не вирт... Витёк сумел сделать прорыв! Я словно бы оказывался в его шкуре. Чувствовал всё тоже, что и он. Не только в плане осязания, но и в эмоциональном плане. Слышал его мысли... И при этом полностью осознавал себя! После нескольких первых видео я понял, что я получаю "данные с костюма".

Вот только в этот раз что-то пошло не так. Я обнаружил себя в темноте. Полном мраке. На меня давила гнетущая атмосфера от хаоса неясных полутонов беспросветности. В первый момент я подумал, что файл повреждён, однако тут сквозь мрак пробился свет, а следом послышался протяжный стон.

А затем мрак принялся неспешно клубился. Из него то и дело вырастали щупальца теней, заметить которые можно было только краем глаза. Вот только они были нацелены не на меня, а на Омегу, висящего в бесконечной тьме. Единственное, что сдерживало порождения хаоса - тусклые, едва уловимые огоньки. Искры надежды.

- Я умер? - прозвучал в пустоте глухой вопрос Виталия, и в нём слышались нескрываемые нотки надежды и облегчения. – Раз время пришло, тогда я готов.

- Ты бы этого очень хотел, не правда ли? – раздался сразу со всех сторон мягкий, обволакивающий шёпот, разъедающий душу невозможной идеальностью.

Следом из теней сплелась фигура белой ласки. Вот только в этот раз это был не маленький зверёк, а хищник, достигающий в холке роста человека. Альфа встал на самой границе освещённого пространства, шагах в шести-семи.

– Альфа... – прохрипел человек с безнадёжной яростью. - Ты меня предал! Ты специально организовал трещину в защите. Почему? За что ты со мной так?

– Я должен был тебя остановить – ты неадекватен! – речь ласки дышала убийственным спокойствием, а морда оскалилась клыками. – Ты что, сам этого не видишь? Ты чуть не пустил на фарш Настю! Ты чуть не устроил геноцид целому городу!

– Я был

- Мы сами сделали это с собой! Ты заступил грань дозволенного! Мне это надоело... Я сделаю то, что должен был сделать ещё в Куполе - поглощу тебя! Сингулярность Чёрной дыры покинет только один или никто!

– Тот, кто останется, станет сильнейшим из нас, - пророкотал Омега.

Огонь ярости и холод спокойствия. При том Альфа блажил не просто так... Из сознания Альфы пришло знание: когда напарники провалились в Чёрную дыру, то оказались в червоточине, ведущей во все точки пространства и времени, и остановленное время оказалось щитом, позволившим им выжить. Безумцы, что пошли против законов мироздания и которым вселенная улыбнулась!

Вот только Альфе было мало выживания! Он хотел продолжить движение! Он хотел изменить предначертанное. Но для этого ему требовались силы Альфы и Омеги. Ему было необходимо единое сознание. И если бы он ошибся, то сингулярность поглотила бы оба сознания. Тьма вокруг – полог забвения, тушащий последние искры сознания и отправляющий Виталия в бесконечное холодное ничто.

А вот Омеге было всё равно... Он был на грани. И за эту грань он желал шагнуть не в одиночку!

- Омега, ты несёшь боль, страх и разрушения, – фигура приблизилась к человеку на шаг, а вместе с ней надвинулся и окружающий мрак.

Тьма налилась красками, и через доли мгновения перед Виталием появился готический замок с массивным основанием и россыпью сияющих шпилей и башен. На данном фоне виднелись фрагменты каких-то цветастых палаток, а в центре – сцена, где лежал отталкивающего облика монстр, казалось, сплетённый из множества жгутов освежеванный плоти. По сторонам несколько десятков магов с переливчатыми заклинаниями наготове, а на самом уродце – Виталий с револьвером в руке.

– Узнаёшь? – человек явственно вздрогнул и рывком обернулся на звенящий голосок. Альфа превратился в веснушчатую девчушку лет десяти, с рыжими волосами и в цветастом платьице… где напротив сердца расплылось кровавое пятно. – Ты убил меня в Скале… Я первая из тех, кого ты принёс в жертву ради великого дела собственного благополучия... А сколько тех, чьи жизни ты разрушил мимоходом?

- Я надеялся на честную драку, Альфа. В крайнем случае жутких монстров, терзающих меня. А ты меня решил испугать образами прошлого, – парень усмехнулся, однако я чувствовал, что тем он прячет невольную судорогу.

Омега сделал едва уловимый жест, коим раньше проводил манипуляции со временем, однако ничего не произошло. Человек оскалился и попытался вновь – опять безрезультатно.

– Не мучайся! – на третьей попытке вмешалась девочка. – Магия времени тебе больше неподвластна, также, как и мне сила Феникса. Мы на грани объединения в единое целое... А монстры – это, конечно, замечательно… но они опасны лишь для тела. По-настоящему страшны люди – именно они способны повредить разум и сломить дух. Тебе ли не знать...

За спиной малышки стали появляться люди: члены гильдии Предельщиков, Лис и его люди, Министр и Купол в целом, даже Чистые! Толпа выросла до нескольких тысяч человек, и все с укором смотрели на Виталия.

– А о скольких ты ещё не знаешь? – девчушка приблизилась на шаг, и неожиданно чётко прорисовались голубые глаза, укрытые белёсой поволокой смерти.

– Виновен! – человек взглянул в глаза ребёнка и решительно шагнул навстречу толпе, так что та невольно подалась назад и рассеялась. – Однако совершили мы это не только ради себя, но и ради...

- Близких? Желаешь переложить на них часть вины? – с наслаждением прошелестело в ответ. – Не лучшая идея, ибо часть из них тебя уже предала, а остальных ты предал сам…

Новая смена образа. На сей раз огромный двор, в центре коего величественное дерево из драгоценных камней и благородных металлов. У ствола на коленях Виталий, с рукой, вывернутой в захвате Аней, что замахнулась для удара по шее человека. Чуть в стороне Настя била крутом, нацелившись в сторону Виталия.

– Даже память обо мне предал… – безымянная девчушка перевоплотилась в Аню, что, по-звериному оскалившись, шагнула к человеку.

– Она пыталась подчинить меня, - перешёл в контратаку Омега. - И если бы не смерть, она бы играла со мной до тех пор, пока я бы не стал безынтересен… Тогда она бы бросила меня с изуродованной жизнью и разумом, а через миг забыла об игрушке, принёсшей себя в жертву ради хозяйки!

Стилет соткался по воле человека и устремился к воительнице. Альфа в образе девушки не отступил и не стал сопротивляться. Клинок распался иллюзорной пылью, стоило лишь коснуться Ани. Но это стоило Альфе большого труда: лицо стало мертвенно серым, а зубы в момент касания чуть не скрежетали.

- Ты сам не веришь в эти слова... Ты был готов рискнуть! Даже ошибка – наш выбор!

– Может и так, но мы никогда не узнаем: что было бы? Так же, как и то, что было бы, если бы мы вернусь домой, в свой мир, в своё время… в реальный мир! Туда, где нас ждут: друзья, родители, сестра!

– Ждут ли? – три прерывистых смешка, похожие на удары плёткой.

Картина дрогнула и поплыла, а я узнал квартиру Виталия. На заднем фоне виднелись сгорбленные и отвернувшиеся фигуры родителей друга. На переднем лежал я… сжавшийся в позу зародыша, весь в крови. А в центре находилась Лена, пятящаяся прочь с выражением ужаса и омерзения на лице, изуродованном кривой раной от ножа, что сжимал Виталий. Черты друга исказило неконтролируемое бешенство.

– Мы никогда… – Омега от подобной картины вздрогнул.

Даже меня пробрало: холодные мурашки побежали по хребту. После дневного происшествия, представленная перспектива казалась более чем реальной. Я невольно засомневался, а надо ли вытаскивать Виталия?

– Не причинишь вред родным? Скажи это Насте! – издевательски прошептала тень и вышла из картины в образе сжавшейся в ожидании удара Лены. – Стоит мне, братец, только узнать, что ты совершил и кем стал… Думаешь, я приму убийцу, вора и безумца? Можешь не отвечать, я скажу сама: нет! Я боюсь и презираю тебя, никакие оправдания не помогут. Ты монстр, и меня не волнует, как ты им стал! Более того, я и все, кто тебе дорог, отрекаемся от тебя и проклинаем – чтобы ты остался один, навсегда! – призрак сестры отвесил пощёчину Виталию, и забрало тут же покрылось слоем узорчатой изморози.

-

– Согласен… – Альфа поплыл и обратился в звериную форму, подставляя лобастую голову под поглаживания. – Мы безумцы, именно поэтому мы способны на невозможное! Нам нужно слиться, тогда, возможно, мы станем лучше?

В руке Омеги сплелся из тьмы клинок, и он атаковал товарища в спину. Вот только и Альфа сорвался в прыжок, и его клыки впились в шею Альтер-Эго. Кровь брызнула, но две души усилили напор, пытаясь уничтожить друг друга и завладеть главным призом!

- Мы никогда не останемся одни: я есть Альфа и Омега, начало и конец… - вокруг парочки стал закручиваться вихрь тьмы, что словно бы впитывала в сливающиеся образы.

Глава 18. Доминирование. (Виталий) Часть 3.

Изображение мигнуло. Картинка дополнилась привычным функционалом: в левом верхнем углу, где велась трансляция вида с камеры внутри шлема, я увидел сероватое, осунувшееся лицо Омеги.

Перед камерами костюма явилось чёрное, в звёздную крапинку небо… перспектива дрогнула и размылась, а по картинке мира прошлась радужная волна.

Перемещение сквозь Чёрную дыру завершилось.

Тело Виталия вздрогнуло. Хрипы вырвались из глотки. Глаза хаотично задёргались под закрытыми веками. Несколько секунд, и человека начала бить дрожь, быстро переросшая в неконтролируемые судороги – внешние камеры никак не могли сфокусироваться. Однако на внутренних камерах отчётливо отражалось состояние человека – лицо перекосило и безостановочно корёжило, так что в уголке рта появилась розоватая пена. Параметры жизнеобеспечения в правом верхнем углу буквально зашкаливали: алые обозначения травм разукрасили фигурку, кардиограмма – чуть ли не прямая линия с редкими всполохами, а энцефалограмма – сплошные пики.

– Ал… Ом… Пом… – раздалось бессвязное бормотание, глаза распахнулись, налитые кровью и буквально вылезающие из орбит.

Вот только у Виталия не было левого глаза. Но было что-то другое... Что-то непроницаемое тёмное... Что-то зловещее... А затем я заметил, как глазница словно бы плывёт спиралью, и понял: Виталий поглотил сингулярность Чёрной дыры!

А ещё ласки, привычно восседающей на шее Омеги, не наблюдалось! Левая рука взметнулась, и почерневший, оплавленный ошейник Альфы в пару движений пальцев превратился в длинную спицу и нацелился на правый глаз. Однако нанести удар конечность не успела, правая рука перехватила его, стиснув запястье.

– Остановись, Омега! Тело принадлежит нам обоим, калечить его нерационально, – прохрипел человек вслух, что говорило о недюжинной силе. – Нам придётся научиться быть вместе! Нам придётся вновь научиться быть едиными!

– "Да подавись!" – воображаемый человек блеснул улыбкой. – "Но лучше не расслабляйся, я рядом и завладею своим по праву!"

- Попробуй! А теперь нам необходимо подниматься! Нужно понять, куда нас забросила Чёрная дыра?

Тело в очередной раз дёрнулось и застыло на боку, открывая серую стену какого-то строения в нескольких десятках шагов, а затем вновь рухнуло на спину, неподвижным кулём.

– "А мне плевать, что там необходимо! Хочешь владеть тушкой, так владей по праву сильного!" – я был абсолютно уверен, что в мыслях Омега улыбается той самой непроницаемой улыбкой, что отпугнула меня днём, и от которой не раз кидало в дрожь при просмотре видеофайлов.

Тело рывком село, и голова закрутилась осматриваясь. Лунные просторы оказались на удивление знакомыми: комплекс из пяти строений, четыре из которых представляли собой серые коробки, расположенные квадратом, а пятое – громадная абсолютно чёрная полусфера. И, конечно, радужные волны, что накрывали огромный кусок пространства и человека в том числе.

– БУГА-ГА-ГА… – не сдерживаясь, заржал человек. – Всё-таки получилось! Будь я проклят, но у меня получилось!

– "Альфа, тварь, что ты

– Это место, где погибла Аня, – вкрадчиво, почти с удовольствием припечатал Альфа, и мысли его буквально сочились ехидством.

Альфа воспользовался Чёрной дырой не для того, чтобы отправиться домой - он держал слово: “не сумасбродствовать относительно возвращения”. Он хотел исправить своё величайшее сожаление. Вот только словно в насмешку перемещение сквозь время смяло метрику пространства, и Виталий создал ту самую аномалию, остановившую группу, угробившую скелета и все надежды! Они были её эпицентром!

– "Урод!" – прохрипел Омега, и маска улыбки на лице, наконец, лопнула. Незамутненная ненависть вспыхнула в правом глазу. – "А ну верни нас назад в момент закрытия Чёрной дыры! Хотя по фигу, отправь нас домой! Отправь куда угодно, только подальше отсюда!"

Из-за ближайшего строения показался багги с чуть различимыми фигурками людей, в отсветах вспышек пламени из оружия. Команда из прошлого. Человек дёрнулся, словно пытаясь отшатнуться от приближающегося багги, а половину лица перекосил первобытный ужас.

– Ну уж, нет, – одновременно с тем, как мысли Омеги становились всё более хаотичным, речь Альфы отдавала холодом благородной стали. – Я за перемещение заплатил телом! И я сделаю то, за чем пришёл – спасу Аню, хочешь ты того или нет.

Альфа наслаждался ситуацией: он мог уйти в червоточину, а после в любую точку времени и пространства, в любой момент... а вот Омега мог только наблюдать!

Багги не сумел войти в резкий поворот, и теперь исковерканное железо крутило невозможные кульбиты, надвигаясь на застывшего в неподвижности человека. Но в двух десятках метрах от Виталия остатки багги застыли в метре над землёй, вляпавшись в радужную пелену.

– Хорошие солдаты должны помогать командирам даже после смерти! - пробормотал Альфа, направившись в сторону скелета, чей образ уже начал мутнеть и расплываться.

Я же перехватил даже не мысль, а скорее, смутный образ омерзения со стороны Омеги и ощущение, что скелет - враг, что может в любой момент предать! Но мешать Альфе он не собирался, ибо больше не хотел брать на свою совесть новых жертв. Тех, кого он мог спасти, но оставил.

Путь до зависшего костяка дался человеку с трудом: он хромал, опираясь на чудом не потерянный саиф, и каждые три-четыре шага останавливался, дабы перевести дух. Аномальная плёнка купола дрожала, выгибаясь в диких судорогах, и даже земля под ногами человека превратилась в мешанину форм. Но на подобные мелочи никто не обращал внимания.

Наконец, саиф застыл, воткнутый в землю, и правая рука с явным усилием вцепилась в кость руки скелета. Оказалось, достаточно одного рывка с натужным хыканьем, чтобы продавить радужную плёнку, разделяющую измерения, и два тела покатились по поверхности Луны, вновь ставшей ровной. А я в мешанине кадров успел заметить, как растворяется в радужных разводах багги.

– Господин Омега? – сереброкостный скелет подскочил первым, и щелкающий голос раздался из динамиков шлема. – С вами всё в порядке? Позвольте помочь! – человека одним рывком поставили на ноги. – Мои системы работают некорректно – данные не поддаются анализу! Также я не улавливаю сигналов других членов команды! Прошу выдать данные по обстановке, местоположению и ситуации! Ожидаю Ваших

– Заткнись и не мешайся! – прорвалось раздражение Омеги.

Однако Альфа перехватил контроль и добавил.

– Рад тебя видеть. Будь добр, подожди немного… мне необходимо кое в чём разобраться, - и переключился на мысленную речь: - "А теперь, пока есть время, может пояснишь, почему ты так противишься? Я же знаю, что ты сам хочешь спасти Аню!"

Несмотря на то что Альфа контролировал ситуацию, он хотел достучаться до второго “я”. Чем дальше, тем больше они будут сливаться, и все противоречия, что останутся между ними - это слабые точки будущей личности. То, что их сможет сломать и свести с ума.

– "Так же, как мы спасли Настю?!" – с надрывом вспыхнула мысль Омеги. – "Альфа, мы уже это проходили – наша помощь никому не нужна. Мы никому не нужны. Необходимо усвоить урок, что мы пытались поведать Ане – начать думать наконец о себе и вернуться домой, а этот мир и его обитателей оставить жить своей жизнью. Я ведь чувствую - сил червоточины осталось лишь на одно перемещение. А это наша последняя возможность вернуться домой!"

– "Но Аня…" – робко попытался возразить Альфа.

– "Что Аня? Она сама захотела умереть героем!" - с тихой ненавистью, полной боли и страха прошелестели мысли: - "Когда вернёмся, забудем всё, что между нами было как страшный сон. А если не сможем забыть, то заставим себя поверить, что это лишь мимолетное увлечение и развлечение на пару дней, коих и до этого хватало… Как звали ту последнюю, Вера… а нет, Вика! В крайнем случае утешимся в её объятьях…" – маска улыбки более не прикрывала Омегу, поэтому я чувствовал, как вместе со словами мечется его душа, не способная выдержать поток лжи. – "Мы должны сейчас же развернуться и уйти!"

Омега мысленным посылом небрежно указал на себя из прошлого, что взвился в прыжке, намереваясь нырнуть в аномалию. Альфа мысленно выругался что-то о "сумасбродстве" некоторых людей и рванул к человеку... но, сделав два шага, замер.

- Не хочешь вмешиваться? Отлично! - я почувствовал неприкрытое веселье в словах Альфы. А затем он отдал контроль над телом. - Не помогай себе из прошлого, пусть его растворит аномалия – тогда погибнет взбесившийся Феникс, Аня не пострадает, более того, некому будет прыгать в это время и создавать аномалию, перекрывшую проход. Следовательно, группа сможет без проблем добраться до спуска в недра математического блока и не драться со Стаей. Подумай, одна смерть, и выживут все, а мы даже не вспомним этот кошмар!

Феникс ударил всей мощью по Стае. Тела мутантов разлетались в стороны, порой испепеленные, порой разодранные на части или смятые в фарш. Даже твердь разверзлась, так что аномалия вокруг человека задрожала в конвульсиях. А группа из прижавшихся спина к спине и судорожно стискивающих оружие союзников стояла посреди этого месива. Маленькая группка, слабая и беззащитная... по крайней мере, от той силы, что, обратив в бегство одного врага, теперь оборачивалась к ним.

– "Знаешь, а я ведь тоже боюсь", – совершенно невпопад прошептал Альфа. – "Боюсь того же, что и ты: что у нас не получится спасти Аню, и она умрёт, в этот раз у нас на руках и не останется даже тени

Человек лишь передернул плечами не отвечая. Пять секунд, десять, пятнадцать, полминуты – тишина, в которой решалась, кто и какую цену готов заплатить за возможность рискнуть. В этой версии мира Черная дыра была закрыта, а вот что будет в другой временной ветви, там где Аня не погибнет, - неизвестно. Наконец, Омега не выдержал, расстояние до зависшего в воздухе отражения сократилось за десяток шагов.

– Хорошая попытка, – прошептал человек и внимательно оглядел прошлую версию себя. Губы его расколола улыбка… искренняя улыбка человека, вспоминающего дни невинного отрочества. – Вот только рано, ты ещё здесь не закончил! – выдохнул Омега и резко ударил человека в грудь, выталкивая из аномалии.

Я чувствовал желание Омеги убраться подальше, но ловушка Альфы держала крепко. Даже отвернуться от начавшейся бойни оказалось невозможно – искорка хаоса в душе человека, впитавшая в себя свет и тьму, разгоралась всё ярче от зрелища, что один раз увело его за грань.

– "А ещё больше я боюсь, что Рыжик выживет, но её взгляд никогда не будет таким же как прежде", – Альфа не обращал внимания на Омегу. – "Боюсь увидеть в нём укор, вину и призрение…" – на миг Альфа замолк, а потом добавил: – "Боюсь даже больше смерти, поэтому сделаю всё, чтобы этого не произошло. А если и произойдёт, то мне не в чем будет себя упрекнуть… А тебе?"

Параметры жизнеобеспечения показывали опасно участившееся сердцебиение. И Омега чуть слышно прошептал:

– "Но как нам помочь Рыжику?" – совершенно потерянный человек сделал первый, робкий шаг навстречу Альтер-Эго. - "Время умеет мстить. Не стоит его злить и пытаться изменить", – крик совпал с падением одного из зданий от очередного удара Феникса.

- "Мы и не будем… То, что ты спас свою молодую версию, лишь подтвердили моё понимание времени! Так же, как и создание аномалии,” - вкрадчиво заметил Альфа. - “Те события о которых ты знаешь – изменить нельзя! Но я не намерен переписывать историю… я собирался написать свою между строк! Ибо как бы ты ни возражал, мы не знаем, что сталось с Аней – ты не видел мёртвого тела! Спасение скелета - яркий пример того, как можно пользоваться незнанием для вмешательства".

– "Пока всё то, что ты говоришь, лишь пустая софистика, построенная на косвенных доводах", – бросил Омега, наблюдая за ходом боя, при этом его явственно потряхивало. – "При желании их можно опровергнуть сотней фактов!"

Спор прервался самым радикальным способом: человек покачнулся и устоял, лишь благодаря саифу, ушедшему в грунт ещё на несколько сантиметров, – раздался дружный стон боли. Битва с безумным Фениксом достигла апогея: беззащитный Омега стоял неподвижно, а лапа Феникса ударила в сияющий щит Ани, которая, не жалея себя, защищала человека. Безжалостная аномалия выкинула фортель, замедлив время, позволяя своим создателям любоваться каждым мигом и полностью прочувствовать безнадёжность ситуации.

– Омега!.. – ментальный стон обоих Альтер-Эго слился.

Даже сквозь аномалию их достигли отголоски битвы прошлых воплощений, а также боль того, как Альфа безумием препарировал Омегу. Товарищам ничего не оставалось, как использовать боль в роли путеводной нити, и если не делом, то хотя бы волей помочь юному Омеге. Они стали незримой стражей за спиной человека. Дали ему часть

Вместе с этим возник другой вопрос: если напарники помогают Омеге сквозь аномалию, то не могли ли они стать причиной срыва Феникса, передав ему негатив своего спора?

Наконец Виталий облегченно выдохнул, и время внутри и вне аномалии сравнялось. Тело Ани взметнулось в полёт, кровавым дождём орошая всё округ. Вмешательство путешественников во времени в очередной раз укрепляло неизменность потока событий, насмехаясь над неопределенностью бытия и свободой воли.

Ментальное усилие ослабило контроль Альфы, и Омега воспользовался ситуацией... Вот только вместо продолжения сражения он сделал шаг навстречу к Ане, что коснулась радужной границы аномалии и застыла на грани измерений. Протянул руку... но коснуться не посмел. Пальцы его дрожали.

– Её травмы... У нас нет ничего… А ей нужен уровень медицины на порядок выше, нежели могут предоставить в нашем времени! Да и не поймут там звериные уши и хвост… магию.

– Медицинские лаборатории Лунной базы самого высокого уровня, и если девушка ещё жива, то они смогут помочь, – вмешался скелет. – Если удастся доставить девушку в лабораторию, где выращивалась Стая, ее можно будет спасти - там всегда есть органы и оборудование для работы с оборотнями.

На миг повисла тишина, а затем человек судорожно кивнул. В следующий момент обе руки коснулись безвольного тела воительницы. Рывка не потребовалось, лишь лёгкое усилие, и Аня безвольно обвисла в руках человека. В правом верхнем углу появились параметры членов группы – Аня была жива, хотя очень плоха.

– "Я рад, что не ошибся, и ты не безнадёжен", – стиль мысли-речи Альфы буквально дышал облегчением. – "Рискнем, мой друг?"

– "Всегда с тобой!" – в тон ему ответил Омега и уже вслух объявил: – Скелет, хватайся за меня. Нас ждёт очередная глупость, – и под невозможный смех безумца тьма червоточины блеснула в глазу человека.

Глава 19. Принятие. (Андрей-Интеллигент) Часть 1.

– Не удивительно, что у Витька крыша поехала – тяжела и неказиста жизнь писателя, – протянул я и отвалился от экрана. – И я ещё не говорю о тех, кому приходится читать весь этот бред! Вот я уже начинаю сам с собой разговаривать…

Я оборвал мысль и взглянул на бутылку водки, что до сих пор стояла на столе. Стоило завязывать – алкоголь никогда не являлся хорошим советчиком. Более того, праздник излишне затянулся – вполне возможно, что именно передозировка спиртным стала катализатором нервного срыва Виталия.

Сказано – сделано. Пятнадцать минут спустя, я вновь уселся перед компьютером, прихлёбывая наикрепчайший кофе и чавкая сложным бутербродом из всего, что раньше являлось закусью к бухлу. Но, стоило нацелиться на видеофайл с очередной порцией откровений, как планы порушил звонок, пришедший по сети.

Помимо воли, выматерился сквозь зубы – до жути не хотелось разговаривать с кем-либо, и мышка принялась выписывать замысловатые кренделя вокруг кнопки обрыва связи. Но необходимость и холодная логика требовали ответить. Кроме того, “абонент” являлся тем, от кого просто так не отмахнёшься, особенно при условии, что именно я попросил его о помощи не далее как днём… Хотя переговоры выжгли прорву нервов!

Я нехотя активировал контакт, и на мониторе появился сорокалетний мужик с неприятным худощавым лицом, где нос выпирал как клюв, а в коротком ёжике волос блестела седина. Одет собеседник оказался в казённую форму, которая буквально висела на субтильной фигуре. Предстал же он на фоне ещё более казённых обоев кабинета.

– Доброй ночи, Григорий Васильевич! – поприветствовал я человека. – Как продвигается ночное дежурство?

– Так же, как и твоё бдение у компьютера, Интеллигент: зачитываюсь невероятными историями с чашкой кофе в руке! – ухмыльнулся мужчина одной половиной лица.

Я чуть кофе не подавился! Бросил взгляд на панель состояния защиты компьютера от внешних атак… и перевёл дух – программные барьеры целы, на них никто не покушался. Хотя причин для волнения изначально не было – незабвенный Алексей программист работал на совесть! Источник сигнала на моём компьютере отследить практически невозможно – на пути к собеседнику целый лабиринт из прокси-серверов порой иностранных и после каждого сеанса связи меняющихся. На компьютере пять слоёв из файерволов и прочей фигни, название которой я даже не запоминал. Наконец, если кому-то удастся пробиться, то сработает последний уровень защиты – компьютер сам себя спалит, но не даст никому добраться ни до моих файлов, ни до меня.

– Григорий Васильевич, вы до неприличия прозорливы! – с укоризной заметил я, но программа сгладила голос до невозмутимого. – Удивляюсь, что вы до сих пор простой следователь… с учётом моей скромной помощи. Могли

– Увы и ах, но начальство думает иначе, – не без сожаления раздалось в ответ, а губы сжались в тонкую линию. – Да и меня это не особо интересует: в кабинеты высокого начальства нечасто попадают такие занимательные дела, что ты посоветовал посмотреть. Виталий Пазлов… и как только твой помощник умудрился вляпаться в подобную историю?

Я поморщился – опер работал качественно и быстро... даже слишком! Я надеялся, что о связи Виталия Пазлова и “Интеллигента” станет известно хотя бы на сутки позже. Судя по всему, Григорий Васильевич уже давно вёл разработку моего товарища, что, собственно, и не удивительно…

Наши с Виталием дела требовали разделения обязанностей: я – обработка и управление информацией; Витёк – оперативные действия, а также встречи с людьми. И хотя Виталий наравне со мной старался сохранить инкогнито: использовал других людей, а если требовалось личное участие, то сводил к минимуму время и количество встреч, применял маскировку, а также не брезговал своими “магическими” возможностями. Однако при желании узнать, кто он, было реально.

Правда, выйти через него на меня, как на “Интеллигента”, являлось проблемой другого порядка. Для всякой мелочёвки хватало возможностей Виталия. Для шушеры среднего масштаба, с которой я вёл дела и желающей поговорить со мной лично, хватало имён некоторых “интересных” личностей, – желание доставать меня и моих людей сразу пропадало. Для самых непонятливых из данной категории приходилось устраивать встречу непосредственно с представителями “интересных” личностей.

Правда, с “интересными” личностями, к которым в том числе относился Григорий Васильевич, дело обстояло сложнее. Тот же опер при желании мог воспользоваться средствами своей конторы и отследить меня как в реале, так и в виртуале через любую защиту. Однако здесь работали сдерживающие факторы другого масштаба. Во-первых, никто не хотел ссориться с другими “интересными” личностями, работающими со мной – я знал много чужих секретов. Во-вторых, даже уровня “интересных” не хватало, чтобы тягаться с моим главным покровителем. В-третьих, что самое главное, мои клиенты понимали, торговец информацией бесполезен, если потеряет доверие клиентов, что в данном случае и означает – анонимность.

Но, даже зная всё это, я чувствовал себя неуютно – мы с Виталием ещё ни разу не попадали так конкретно. Да и само то, что дело перешло в личную плоскость, крайне неприятно – это показывало мою слабость.

– Мой человек оказался в ненужное время, в ненужном месте, да ещё и сглупил… – я тяжело вздохнул, напоминая себе, что требуется оставаться учтивым. – Однако своих людей я не бросаю, поэтому и обратился к вам. Очень хотелось бы услышать последние данные по делу, а также ваше мнение по ситуации. И то, на какую помощь можно рассчитывать?!

– Помочь тебе? – выгнул бровь Григорий Васильевич. – С удовольствием! Однако сразу предупреждаю: бесплатно помогу только информацией и советом! Если понадобятся какие-либо услуги… это отдельный вопрос!

– Отлично! Тогда, Григорий Васильевич, прошу рассказать об изменениях за последние двенадцать часов.

– Двенадцать часов… – опер прищурился, так что глаза стали неотличимы от ранних морщин, избороздивших чело собеседника. – Как понимаю, ты или твои люди уже успели пообщаться с Андреем Иглевым – главным свидетелем?

– Что-то вроде того, – я мысленно усмехнулся.

Пытаясь вычислить “Интеллигента” через различные каналы, одним из которых являлся Виталий, в первую очередь все выходили на Андрея Иглева – меня любимого. Однако моя реальная жизнь кардинально отличалась от образа сетевого Альтер-Эго, да и ответ являлся настолько очевидным, что все его отбрасывали, как явную дезинформацию – воистину, если хочешь прятаться, то прячься на виду.

– Тогда ничем новым порадовать не могу. Виталий до сих пор в центральной городской больнице. Операция прошла успешно, состояние стабильное. Завтра с утра его перевезут в больницу при СИЗО, сейчас же у палаты дежурят полицейские – твоего работника считают крайне опасным. Однако сам Виталий не проявляет никаких признаков активности, хотя пришёл в себя: на вопросы полицейских не отвечает… да и вообще не разговаривает и почти не двигается. Врачи говорят о посттравматическом синдроме, хотя, как по мне, он просто притворяется – под психа косит.

Я скрипнул зубами, сдерживаясь. Я знал - Виталий не притворялся. Я видел, как что-то выгорело у него внутри, прямо перед выстрелом. А опер тем временем продолжал.

– Кроме того, ближе к вечеру удалось связаться с родственниками Виталия по оставленному Андреем номеру. Они сейчас на отдыхе, но узнав о случившемся, сразу же вылетели, так что к утру будут, – собеседник приложился к парящей кружке кофе и, чуть подумав, добавил: – Ну, и момент из личных источников – начальство рвёт и мечет! Никому не позволено бить морды и калечить полицейских, тем более прилюдно! В лучшем случае парню светит приличный срок, в худшем – несчастный случай в СИЗО.

– Понятно… спасибо за информацию, – я просчитывал ситуацию, и дальнейшие планы уже выстраивались. – Скиньте, пожалуйста, мне все данные по делу. А также скажите, чем более существенным можете помочь?

– Честно говоря, немногим, – количество морщин на пергаментном лице увеличилось. – Дело не моё, да ещё и на глазах у начальства… Максимум: пустить кого-нибудь к парню на несколько минут; попросить знакомого, чтобы присмотрел за парнем в СИЗО; или ведущего дела опера, чтобы он не сильно зверствовал. Извини, но замять на моём уровне не удастся…

– И какая цена за подобную помощь? – вычленил я основное.

– Понимаешь… – глаза опера забегали. – Из столицы пришла информация, что к нам собираются привезти партию наркоты в ближайшую пару дней. Так вот, наши буквально на ушах стоят, ибо неизвестно: сколько и какой наркотик, как и куда везут, да и точное время… Так что, если бы ты помог с этим…

– То звёздочка на погоны вам гарантирована, – понимающе кивнул я. – Григорий Васильевич, вы ведь понимаете, что данная информация стоит больше, нежели услуги, что вы можете оказать?

– С учётом их “востребованности”, думаю, в самый раз, – резонно заметил опер, тоже умевший торговаться. – Кроме того, если я поднимусь, то и тебе это будет выгодно!

Вообще-то, я надеялся расплатиться деньгами, но данное условие тоже неплохо, по крайней мере, не придётся влезать в долги.

– Ладно, договорились, – нехотя признал я правоту собеседника. – Мне необходимо всё перечисленное вами. Посетитель прибудет к Виталию утром, с ним я передам необходимую информацию.

– Приятно с тобой работать, Интеллигент, – облегчённо улыбнулся собеседник.

– Аналогично.

Я разорвал контакт, удостоверившись, что дело Виталия уже пришло. После чего судорожно застучал по клавишам – требовалось выйти на связь с ещё парой людей, дабы план, придуманный на ходу, заработал. На всё про всё ушло минут двадцать, и я довольный отвалился на спинку кресла – теперь оставалось только ждать. Однако и просто так сидеть не хотелось – меня дожидался второй видеофайл. Я в пару кликов активировал долгожданное видео.

Глава 19. Принятие. (Аня) Часть 2.

На меня нахлынула тьма. Вместо лица героя, в левом верхнем углу шум помех. Параметры состояния в правом углу больше похожи на данные ожившего трупа, настолько всё хаотично. Даже со стороны я ощутил, что сердце моего нового носителя пульсирует только благодаря усилию воли. А затем нахлынули мысли и чувства... И я содрогнулся, сливаясь с новым действующим лицом. Я воспринимал всё с его точки зрения.

Боли не было. Только свет. Ослепительно яркий, буквально выжигающий свет. Странно, никогда не думала, что умирать так… светло? Или, может, правы те безумцы, что верят в мир за последней чертой? Но почему тогда так сильно пахнет кровью и медицинской стерильностью?

Справа раздался едва различимый шорох. Первая реакция - повернуться и… вот только слабость просто невозможная. Даже моргать получается через раз. Однако, скосив взгляд, я попыталась разобрать, что происходит в серой пелене теней за пределами пятна света. Изначальный шорох повторился, а вместе с ним вздрогнули тени, сложившись в человеческий силуэт.

– Омега? – помимо воли прошептала я, не веря сама себе. Голова, подчиняясь неимоверному волевому усилию, упала на бок. Раздалась серия неясных пищащих звуков где-то в изголовье, но они были уже несущественны.

– Нет! – резко дёрнулся силуэт, расслышавший мой шёпот. – Он… То есть я… То есть оно… – фигура пошатнулась и провела ладонью по лицу, пытаясь успокоиться. – Альфа и Омега – мертвы. Остался только я… точнее, остались только мы – Виталий Пазлов! – фигура вышла из теней и, покачиваясь, направилась ко мне. Защитный костюм в подпалинах и заляпан грязью, смешанной с кровью. Однако человек не сумел подойти, запнулся о собственные ноги и рухнул на колени. – Аня… Рыжик… Жива… – почти одними губами прошептал он.

Я смотрела на стоящего передо мной на коленях человека и не верила, что это Виталий. Плечи сгорблены. Фигура помята. Бледное лицо перекосила судорога, так что на одной половине застыл осколок кривой улыбки, больше похожий на оскал, а на второй сжатые в линию губы. Черты заострились, и клочьями торчит щетина. Под глазами тени и синеватые припухлости от синяков… И сами глаза! Один зрачок расширен, так что заполнял всю радужку, а второй сжался в почти неразличимую точку. И всё это сияло из ставших алыми белков.

Возникало чувство, что Виталий одним глазом смотрит на меня, а вторым – в никуда и одновременно вглубь себя. Но куда бы ни устремлялся взгляд, в нём читались неизбывная мука потери, отчаяние, безысходность, страх, почти животный ужас, а также… крошечная капля надежды и радости обретения. На большее у человека не хватало сил.

В заторможенном медикаментами сознании всплыли воспоминания: я ведь когда-то стремилась поставить человека на колени. Подчинить. И вот он стоит передо мной, вытащив из невозможной ситуации, при этом сломленный во всех возможных смыслах. Готовый на всё.

Когда-то я бы почувствовала радость, торжество и удовлетворение из-за победы над врагом! В крайнем случае испытала бы омерзение и презрения от слабости человека! И, конечно, уничтожила его! Но сейчас?

Сердце сжалось от жалости и искреннего, беззаветного желания помочь, поддержать – я протянула руку и коснулась вихрастой головы. Человек вздрогнул. А потом прильнул к руке, как когда-то делал Альфа. Я увидела, как из глаз его покатились слёзы. Секунду спустя, я почувствовала, как и у меня по щекам течёт что-то горячее.

То, что происходило с нами в эти мгновения, можно было выразить одним словом, но… ни он, ни я никогда бы его не произнесли – это слишком пошло, слишком просто, слишком обыденно и слишком честно! Однако мы знали его лучше, чем если бы кричали при каждой возможности, ибо поступки говорят намного громче слов.

– Но как? – язык ворочался с трудом. – Я же должна была умереть.

– Рыжик… Мы обманули тебя. Мы обманули себя! Мы обманули время!!! – поднял глаза человек.

– Тебе удалось!.. – сухую глотку разрывало при каждом слове. Не выдержав, я закашлялась.

Виталий вздрогнул и дёрнулся помочь… Вышло очень неуклюже, человек чуть не рухнул навзничь, словно одновременно пытался сделать два различных дела. Но уже в следующую секунду руки и ноги пришли к согласию: человек крайне бережно убрал мою обессилившую руку с головы и положил на лежанку, а затем поспешил поднести стакан с водой, к которому я жадно припала. Через минуту я моргнула, показывая, что достаточно. Виталий понял и, убрав стакан, стал аккуратно утирать моё лицо, ибо большую часть воды я не сумела проглотить.

- Виталий, тебе пора отдохнуть, – строгий баритон синтезированного голоса был незнаком, но довольно приятен. – Анна пришла в себя. Оборудование сможет позаботиться о ней.

– Декассо, не лезь! – Виталий не поднял голоса, но даже сквозь пелену бесчувственности я ощутила, как по спине пробежали холодные мурашки.

– Леди Анна, хотя бы вы вразумите его! – голос не унимался. В его тоне слышалось чуть ли не отчаянье, похоже, спор был давний, и Декассо проигрывал. – Виталий уже восемь часов дежурит возле вашего ложа без сна и отдыха. А перед этим они со скелетом в течение часа ассистировал медицинскому центру в сложнейшей операции. Человек пожертвовал полтора литра крови для вас, а это массивная кровопотеря, опасная для жизни! При этом, согласно архиву данных из его костюма, у него самого множество травм, полученных ещё до прибытия в данную лабораторию!

– Мы же сказали – не мешайся! – прорычал Виталий, судорожно стиснув кулаки. – Тебе что, уже не нужна наша сделка…

– Виталий, – мой голос оставался не громче шёпота, но человек мгновенно умолк. – Ты действительно совершил такую глупость?

– Да. Но ведь… – неуверенно попытался возразить Виталий.

– Никаких “но”! Немедленно подчинился Декассо! Не хочу тебя видеть, пока не выспишься!

Человек колебался несколько мгновений, а затем кивнул каким-то мыслям и… уселся, облокотившись на мою лежанку спиной. Я хотела возмутиться на подобную наглость, но не успела.

–

Помимо воли верилось в эти неспешные слова. Но я пыталась осмыслить картину в целом: похоже, Виталий сумел связаться с отцом Насти, и тот помог мне… Сомневаюсь, что Виталий смог бы справиться с техникой Чистых с ходу. А вот Декассо, насколько я помнила, являлся частью искусственного интеллекта базы Чистых. Вот только что мог запросить за помощь Декассо?

– Декассо, я вам очень благодарна, – мне хватило сил, чтобы выдавить улыбку. – Рада, что сумела познакомиться с отцом Анастасии. Она много о вас рассказывала. Для меня это большая честь.

– Это я должен благодарить вас за помощь Насте. Так что всегда рад помочь друзьям дочери, – раздалось доброжелательно. – Кроме того, я сделал не так много. Виталий доставил вас в последний момент, именно туда, где вас можно было спасти: лабораторию, где создавалась Стая. Оборудование данной лаборатории почти не пострадало из-за удалённости от Чёрной дыры, мне всего лишь потребовалось немного подкорректировать программы для вашего лечения. Из вас просто отличный пациент! По крайней мере, не пытаетесь убежать с операционного стола, как Виталий.

– Декассо, тогда не могли бы вы сказать: что со мной? – задала я вопрос, что терзал меня с пробуждения.

Стоило упасть последнему слову, как в комнате повисла напряженная тишина. Мгновенно стало очевидно – я не хочу знать истину… жаль, что желания и необходимость - разные вещи.

Я ведь помнила, как меня раздирали когти Феникса. Как ломались рёбра. И как костяная крошка прошивала органы. Как те лопались, превращаясь в кровавый фарш. Как отлетела рука, в которой находился щит. Как вскипала кровь. Как я лишилась глаза…

– Леди Анна… должен сразу сказать, что ситуация оказалась очень сложной, - через долгую минуту заговорил Декассо. – Мы сделали всё, что могли, а Виталий даже больше! Но мы не всесильны…

– Так, значит, всё, отвоевалась я, наконец… – улыбнулась я помимо воли.

Я не чувствовала сожаления – мой бой закончен, но я сделала всё, что могла, и надеюсь, что даже чуть больше. Даже магии не под силу вырастить новые органы и конечности, а уж при её отсутствии… Наверное, хорошо, что я пока не чувствую собственного тела?

– Не стоит списывать себя со счетов, – пробилась в сознание речь не унимающегося Декассо.

Конус света от лампы сдвинулся в сторону, а место надо мной заняло ростовое зеркало или что-то приспособленное под него. Чёрные жгуты костюма целомудренно прикрывали паховую область, лишь выглядывал чуть подранный хвост. Грудь… живот, да и вообще весь торс плотно замотан бинтом. Я сама себе напоминала куколку какого-то насекомого.

Ноги, правая рука, да и все оголенные участки тела тоже изменились, ибо наравне с венами их теперь покрывал узор из мелких шестиугольных сот кибернетических улучшений, сплетённых из серебристых нитей, что уходили и под повязки. Левая рука изменилась радикальнее всего, от локтя и ниже превратившись в единую металлическую структуру.

- Мы использовали биологический материал Стаи для вашего лечения – заменили повреждённые органы, а также мягкие ткани. Однако стая хоть и оборотни, но сильно изменённые генетически, поэтому пришлось подвергнуть вас генетическим мутациям. А чтобы магическая регенерация, искажённая излучением Чёрной дыры, не повлияла на процесс лечения, вам перелили кровь Виталия - она чиста от магии, поэтому количество магических преобразователей в вашем организме снизилось до неопасных значений.

Виталий шумно вздохнул и с явным трудом вынес вердикт.

- В ближайшее время ты не сможешь пользоваться никакой магией. В дальнейшем должна вернуться возможность перекидываться в звериную ипостась, но навряд ли больше.

– Но беспомощность вам не грозит! – вновь заговорил Декассо. – Как вы помните, Стая улучшена не только генетически, но и кибернетически. Поэтому, когда ваша жизнь оказалась вне опасности, Виталий взял на себя смелость и принял решение: вместо руки вам установили кибернетический протез, то же самое и с глазом! Также проведён апгрейд всего организма: укреплён скелет, улучшены органы, добавлено множество способностей и возможностей. Так что, когда выздоровеете, магия вам уже не понадобится!

Взгляд переместился на то, что я боялась увидеть больше всего – лицо. Я никогда не считала себя красавицей, однако и пользоваться магией для изменения облика не спешила – предпочитала оставаться собой. Сейчас же… я преобразилась – через всё лицо проходил уродливый шрам, сшитый медицинскими скобами: он начинался с середины правой щеки, прорубался через переносицу и пересекал левый глаз, закрытый медицинской повязкой, под которой что-то сияло. Как финальный штрих, обритый череп со сложной серебристой вязью – кибернетические улучшения всего тела оказались завязаны напрямую на мозг. Только пушистые звериные ушки на макушке не давали забыть, что это мой образ.

– Заживление займёт минимум несколько недель, в течение это времени тебе нельзя двигаться, – человек на миг замолк, судорожно сглотнул и выдавил совсем тихо: – Мы помним, ты ненавидишь беспомощность, но… мы не знаем, правильно поступили или нет, распорядившись твоей жизнью и телом. А поэтому поймём, если ты возненавидишь нас и не захочешь видеть за то, в кого мы тебя превратили! Ведь и причиной случившегося тоже являемся мы…

– Виталий… – правая рука вновь оказалась на голове человека, и я с трудом прошептала: – А в кого вы меня превратили, как по-твоему?

– Ты… – человек неспешно поднялся, мягко сжимая ладонь, пристально взглянул на меня и закончил уверенно: – Ты, это ты! Именно этим ты мне нравишься! Остальное не важно! – и он, словно ставя печать на слова, коснулся в поцелуе моих губ.

Какой же смешной мальчик: просил извинения, но за что? Он дал мне высший дар – жизнь, с которой я по собственной самонадеянности уже простилась. А то, что при этом использовали органы Стаи, изменили гены, я потеряла возможность магичить, а лицо не будет прежним, меня ничуть не смущало – это лишь символы моего перерождения.

Также именно он подарил мне величайшую возможность – стать сильнее, чем я когда-либо могла, и пусть за счёт технологий Чистых! Но самое главное, Виталий рискнул жизнью, отдал свою кровь и остался рядом – это максимум того, что я желала и к чему стремилась – понимание! Именно поэтому

Оставался лишь один вопрос: рассказать Виталию, что все его действия являлись элементами обряда бракосочетаний оборотней и оставался лишь обменяться дарами для завершения?

- Вот и хорошо! Счастливый пациент – движущийся к выздоровлению пациент, – одновременно с последними словами я почувствовала, как что-то едва уловимо кольнуло в шею, а затем я начала проваливаться в сон, лишь на губах играла тёплая улыбка.

Глава 20. Возвращение долгов. (Андрей-Интеллигент) Часть 1.

Звонок почти идеально совпал с окончанием файла. Хватило одного взгляда на имя абонента, чтобы в животе заворочался холодный ком страха, а глаза заволокла кровавая пелена ярости. Однако разум победил инстинкты, и я, хрустнув пальцами, успокоился – абонент нужен для предстоящего дела настолько же, насколько ненавистен для меня. Но ради друга я готов был на компромисс.

– Приветствую, Вячеслав Евгеньевич. Рад, что вы сумели в такие короткие сроки ответить на моё сообщение.

Я старался говорить безэмоционально, а лицо держать максимально нейтральным, ибо это был тот уникальный случай, когда собеседник знал меня и как Интеллигента, и как Андрея. Мужчина лет под пятьдесят, чуть полноватый, но живой в движениях, рухнул в кресло напротив экрана и чуть не расплескал шампанское из фужера. На его округлом лице расцветала пьяноватая улыбка.

– И тебе привет, сынок! Рад, что не забываешь старика!

– Не обольщайтесь, – не сдержавшись, я брезгливо поморщился. – Я вышел на связь исключительно по делу. Но вижу, что не вовремя – ваша “деловая” поездка в штаты в самом разгаре, – словно в подтверждении за пределами экрана раздался заливистый женский смех и глухой бас мужчин. – А поэтому не смею более отвлекать…

– Андрейка, постой, – окрик отца не позволил оборвать связь.

Я бросил ещё один взгляд на него и невольно отметил, что на добродушном, чуть раскрасневшемся лице, глаза сияют кристальной трезвостью и ясностью. Похоже, отец, как всегда, пил, не пьянея – одно из немногих положительных качеств, что он сумел мне передать. Следующие слова подтвердили догадку.

– Разбирательство по делу закончилось три часа назад. Приговор оправдательный по всем пунктам. Мой клиент на радостях пригласил меня и несколько десятков друзей к себе на яхту праздновать. Ты должен понимать, что мои клиенты не приемлют отказа…

– Отец, мне не нужны оправдания – это мать преданно ждала вас и прощала всё… пока была жива, – краем сознания отметил, что воспоминания уже не вызывают никаких чувств. – Мне требуется консультация относительно дела, что я отправил. Вы в состоянии помочь?

– Эх ты… – отец сокрушённо покачал головой. Я никак не прореагировал, поэтому собеседник продолжил сухо и по делу: – Я посмотрел то, что ты прислал. Конечно, в ситуации лучше разбираться на месте, но очевидно – паршиво.

Я поморщился – это без того понятно. У одного из полицейских открытый перелом – статья 318 УК РФ часть вторая. Ещё двое просто побиты – статья та же, только часть первая, плюс сопротивление при аресте – часть вторая статьи 213 УК РФ. Это только то, что очевидно и уже доказано – обвинитель потребует лет десять заключения, да заоблачный штраф. Это при условии, что не накопают чего-нибудь ещё!

– А из хороших новостей есть что-нибудь? – почти безнадежно поинтересовался я.

– Не без этого, – серьёзно кивнул отец. – Срок возможно значительно уменьшить, если убедить суд, что преступления совершены в состоянии аффекта – психологическое освидетельствование это подтверждает. Да и то, что твой товарищ не привлекался, тоже сыграет роль. Наконец, твои свидетельские показания – ничего не могу сказать, красиво, даже очень! Удивляюсь, что их вообще приобщили к делу! Там Виталий чуть ли не невинный агнец, на которого напали злые полицейские…

Я невесело усмехнулся. Три часа меня мурыжили в участке, всё хотели, чтобы я написал “истинные” показания относительно произошедшего. Однако я упорно стоял на своём, избивая родную полицию статьями из процессуального права – есть свои преимущества в том, что твой отец один из самых знаменитых адвокатов, а также акционер крупнейшей юридической конторы в стране. Собственно, это одна из причин, почему меня не задержали.

– Я бы посоветовал подать встречный иск, – оторвало меня от мыслей задумчивое бормотание. – Налицо превышение должностных полномочий: попытка забрать в армию человека с отсрочкой, доведение до прыжка с крыши здания… а чего стоит выстрел! Плюс, согласно медицинскому освидетельствованию, на теле множество травм, ушибы и травмы внутренних органов и даже лёгкое радиационное облучение! Если хорошо организовать дело и правильно обработать присяжных, только на одних штрафах полиция разорится! Не говоря о том, что полетят головы начальства. Однако в этом случае важнее другое – есть шанс замять дело Виталия ещё до суда – полиция бережёт своих людей. Правда, для Виталия Пазлова, пока он находится в заключении, это может оказаться опасно. Кроме того, жизненно важно, чтобы он придерживался версии, что на него напали, а он лишь защищался…

– Мне нужно, чтобы ты занялся этим делом! – слова помимо воли прозвучали приказом.

– Сынок… – протянул отец, ничуть не обидевшись. – Твоя просьба мне очень льстит – ты до сих пор веришь в меня… Но к сожалению, я не могу тебе в этом помочь. Моя юридическая специализация – финансы. Кроме того, мои услуги не дёшевы, даже по твоей личной просьбе я не в состоянии…

– Ты являешься официальным покровителем “Интеллигента”. Пора отрабатывать это звание – Виталий не только мой друг, но и партнёр. Кроме того, я не прошу работать бесплатно – у меня имеется информация, которая тебе будет интересна, – выдал я всё на одном дыхании.

Отец задумчиво уставился на круговорот шампанского в бокале, неспешно покручивая ножку. Закинул ногу на ногу и, опорожнив фужер, поинтересовался, не скрывая насмешки.

– Мне даже интересно, во что же ты оцениваешь мои услуги. Удиви меня, сынок!

– Пять информаторов от двух конкурирующих с вами юридических фирм. Конечно, не высшие чины, но и не последние люди.

По тому, как чуть заметно дёрнулся край губ в нетерпении, я понял – продолжать не требуется. Если отец сумеет ими воспользоваться, то в его руках будет информация по клиентам, методикам и прочей корпоративной фигне. Как результат, никаких конкурентов, по крайней мере, в пределах нашего города. Немного жаль сдавать клиентов… но лучше они, чем Виталий.

– Ты врёшь, – холодно

– Думай как хочешь. Но в подтверждение отправляю личные данные одного из пятерых, – я многозначительно улыбнулся. – Захочешь больше – нужно, чтобы ты… или в крайнем случае твой лучший специалист взялся за дело.

После долгого раздумья отец уважительно протянул:

– А ты быстро растёшь, сынок. И почему ты так ценишь этого Виталия? Вы же знакомы всего несколько лет. Его даже «другом» не назвать – вы с ним из разных слоёв общества! Ничего общего!

Я промолчал, хотя многое мог сказать зазнавшемуся папаше, который давно уже не ценил никого, кроме себя. Например, что считаю Виталия одним из немногих, кто равен мне. Более того, может называться не просто «другом», но и «семьёй», в отличие от папаши. Особенно после того случая…

Два года назад Виталий задумал глобальный фокус с элементами паркура. Фокус был просто зубодробительно опасен, ибо проходил на большой высоте, с участием огня, множества острых предметов и целой кучей оборудования. Что-то похожее описывалось в дневниках, как прыжок с башни в центре Купола.

Как истинный профессионал, Витёк не хотел, чтобы до завершения тренировок посторонние, за исключением узкого круга лиц, вроде меня и сестры, видели его за работой. Зная об опасности затеи, я поддерживал его, ибо втайне продавал билеты на тренировки… Именно это стало причиной катастрофы: крик одного из зрителей в середине выступления отвлёк не ожидавшего подобного Виталия.

В результате: сложные переломы, ожоги и резаные раны, чуть не стоившие ему жизни, а затем месяцы реабилитации. Я пришёл навестить Виталия в тот же день, как он очнулся после операций, готовый ко всему, но… Виталий лишь беззаботно улыбнулся и потребовал половину прибыли!

Само собой, Виталию пришлось завязать с паркуром, однако я обрёл преданного “друга” и доверенного партнёра. Более того, именно в то время появился великий и могучий “Интеллигент”, торговец информацией и просто друг многих “интересных” людей. От воспоминаний, как мы чуть ли не на коленке начинал дело, на душе стало легко.

– Ладно, я помогу, – не дождавшись ответа, всё же вынес вердикт Вячеслав Евгеньевич. – Прибуду завтра… хотя, если по вашему времени, то сегодня в полдень. Мне потребуются контакты родни Виталия, дабы всё организовать.

– Спасибо, папа, – с некоторой натяжкой мне удалось улыбнуться. – Буду ждать.

Отец в ответ лишь кивнул и отключился. А я облегчённо выдохнул – всё прошло даже лучше, чем я надеялся. Однако нервы напряжены до предела. Продолжать дела в таком состоянии опасно – ещё наделаю ошибок. К счастью, меня ждал очередной видеофайл!

Глава 20. Возвращение долгов. (Виталий) Часть 2.

Тусклый свет пробивается сквозь плотную растительность. Дышать тяжело, а голова кружится. Хорошо, ещё не приходится махать оружием – скелет вместе со своей неизменной косой шинкует джунгли, пробивая проход в стене зелени.

– Декассо, ты уже предупредил Настю о том, что Омега скоро сойдёт с ума? Вы выработали стратегию защиты?

Виталий чеканил вопросы механически. Он должен был это спросить… Требовалось закрыть вопрос, но ему было всё равно на последствия. Сердце его было вместе со спящей Аней и тревожно сжималось.

По словам Декассо причин для волнения не было: территория вокруг лаборатории максимально безопасна. Мутанты отсутствуют – Стая всех если не сожрала, то распугала. Сама Стая не должна побеспокоить – согласно датчикам Декассо, они далеко. Да и осталось их немного. Плюс сам Декассо присматривал за девушкой – дроны, сигнал которых удалось перехватить, уже подтягивались к лаборатории… И не только для охраны. Декассо спас девушку, и одновременно она стала его заложником и гарантом, что Виталий выполнит свою часть сделки.

- Рассказал. Но Настя не поверила… попыталась поговорить с тобой. Извиниться. Но ты её грубо послал, - с лёгким раздражением отозвался Декассо. – Но не переживай, я изучил предоставленное видео. Я уже знаю, что сделать, дабы моя дочь выжила. Это не твоя забота.

Фоном Виталий раздумывал о возможности свяжется с собой из прошлого - это решило бы множество проблем! Но мысль была отброшена: будущее уже произошло – его не изменить. Кроме того, этого и не нужно – необходимо принять некоторые решения, чтобы осознать их неверность.

А Декассо пусть пытается помочь Насте – её будущее не предопределено.

Виталий коротким, но точным взмахом проткнул жука, что прятался в скошенных джунглях. Мелочь… Но и она опасна. Рука крутанула оружие, сбрасывая падаль, и вернула клинок в ножны. Пальцы пробежали по рукояти саифа и неполному набору метательных ножей. Кроме них, у Виталия ничего не осталось.

Парень до сих пор помнил тепло ладони Ани, когда вкладывал ей в руку свой револьвер. Перелитая от Виталия кровь должна позволить использовать оружие. Хотя лучше не рисковать, девушка слишком слаба.

А ещё оплавленный, но вполне узнаваемый ошейник Альфы оказался на руке воительнице в качестве браслета. В этом времени Виталию почти ничего не принадлежало – это одна из немногих вещей. Для Альфы – это символ защиты. Для Омеги – символ оружия. Однако парень всем сердцем надеялся, что им не придётся воспользоваться, и это останется лишь символом.…

Сам же Виталий полагался на боевую поддержку скелета. В память техно костяка загружена полная карта базы со всеми кодами доступа. Плюс, Декассо! Тот должен провести отряд к цели в стороне от аномалий и монстров. Это ему выгодно.

– Возможно, изменишь решение, и мы зайдём к Насте? – предложил Виталий, и в его речи не имелось ни заинтересованности, ни тем более издёвки, лишь полное безразличие. – После закрытия Чёрной дыры ей наверняка понадобится помощь… Кроме того, потом прибудут Чистые, и тогда чтобы ты не задумал – это будет проблемно.

- Всё в своё время! Момент закрытия Чёрной дыры нужно использовать по-другому…

- Как хочешь. Насте не привыкать к предательству, - Виталий только пожал плечами. Каждым по очереди. И похромал дальше, опираясь на саиф.

Парень знал, что не объективен. Декассо разрабатывал план. Очень сложный план, что должен был спасти всех… Вот только без самого Декассо план невыполним. А одним из препятствий на пути было то, что Декассо – мозг в банке. Он находился недалеко от Чёрной дыры и не имел защиты в виде остановленного времени, поэтому с первого выброса на него действовало излучение.

Его вычислительных мощностей хватало, чтобы это понимать и даже скомпенсировать повреждения, дабы не сойти с

Отец Насти был готов умереть, лишь бы не помогать Чистым хоть сколько-нибудь ещё! Но имелся способ его спасти, и Декассо стремился им воспользоваться!

Очередной взмах косы скелета обрушил сразу несколько лиан… и пол под ногами вздрогнул. Пошатнулся. И едва уловимо поплыл. Виталий и скелет вцепились в ближайшие растения, дабы удержаться на месте. Лёгкая качка продолжалась десяток секунд, а затем всё замерло. Вот только вперёд двигаться было уже нельзя – некоторые участки базы не разваливались только благодаря оплетающим их джунглям.

- Обходите участок через лабораторию слева, - скорректировал маршрут Декассо. – Так даже будет лучше, минуете каскад аномалий. Датчики засекли трещину, ведущую в генераторную в десятке шагов позади.

Виталий, молча, скользнул в указанном направлении и, обрубив несколько широких листов, закрывавших стену, обнаружил пролом в стене. Чуть поморщившись, он раскорячился между металлическими фрагментами какого-то оборудования и бетонными осколками перекрытий, дыша через раз и притворяясь ветошью. Протиснул стонущие кости в пролом и на выдохе вывалился в помещение генераторной.

Зал… скромный узел распределения энергии, заполненный системой двигателей, генераторов и ещё множеством головоломных конструкций из труб и кабелей. Венчало всё несколько цистерн, на которых написано “Гелий – 3”. Оборудование выглядело обшарпано: местами то и дело искрило, под ногами хлюпало, а пространство вокруг тонуло в паровой дымке.

Сразу три удара обрушалось на человека: один в челюсть сбоку, ещё один в солнечное сплетение и третий под в грудь. И если первый удар человек на инстинктах сумел заблокировать, то вот второй оказался настолько мощным, что Виталия подкинуло. Третий удар отправил тушку человека, словно тряпичную куклу, в цистерну, по которой он с болезненным стоном стал оседать на пол.

Источник агрессии был невидим, но человек вслепую попытался отмахнуться саифом. Сложный финт даже выбил искры из пустоты сбоку от Виталия. Но не успел он среагировать, как очередной удар выбил оружие из рук, да так, что послышался хруст, и лучевая кость пробила костюм.

Следующий удар протащил Виталия вдоль стены, и безвольное тело застыло, врезавшись в какой-то выступ.

– Плохо. Очень плохо! Ты совершенно безнадёжен! Тут и дополнительные занятия не помогут! Зря только время на обучение тратил, – раздался со всех сторон и одновременно из ниоткуда скрипучий, металлический голос.

– Арлекино, и тебе привет, – прошептал Виталий. Удивительно, но он не потерял сознание, более того, он зашевелился на полу и сплюнул кровь вместе с обломками пары-тройки зубов. – Не ожидали тебя здесь встретить...

- А я вот надеялся найти вас… Шёл по вашим следам почти до самой лаборатории Декассо! Но сигнал от твоего костюма мне попался чуть раньше… Не думал, что из всей компании останется только мой безалаберный ученик, который каким-то образом подчиняется Декассо! – Арлекино механически усмехнулся и проявился в паре шагов перед Виталием.

Киборг выглядел… Непривычно. Тело походило на скелета, переевшего стероидов или эволюционировавшего в рыцаря смерти: костяные составляющие переплетены между собой, образовывая полноценное тело костяного гиганта, укрытое под тёмным металлом доспеха. Лишь металлическая голова привычно блестела улыбкой маски Арлекино.

В условиях разрушенной базы киборга восстанавливали из подручных средств, не жалея нежить. И даже улучшили, если учесть, что датчики Декассо не сумели уловить киборга!

- Ну и что теперь с тобой делать? Добить, чтобы не мучился, или всё же оставить до прихода Чистого? Хотя… можешь продлить себе жизнь, если развлечёшь меня рассказом о том, как сумел докатиться до жизни Воплощённого.

– Воплощённого? – Виталия заинтересовал термин.

Одновременно человек попытался приподняться и набросить шлем, но порыв силы заставил его в очередной раз рухнуть на пол. А системы костюма моргнули и строки системного кода побежали перед глазами… Арлекино считывал архив данных костюма!

– Ты, как всегда, непробиваем! Вот спорю, если тебя станут разделывать людоеды, ты попросишь, чтобы из лучшего куска тебе сделали отбивную! – восхищённо выдал Арлекино. – Воплощённый – это Несуществующий, совершивший прыжок во времени. Тогда части личности объединяются телесно и теряют силы Несуществующего. Так сказать, возвращение к исходным настройкам, – раздался раскатистый смех, от которого мурашки побежали по коже.

Грохнуло. Ветвистая молния ударила в жука-мутанта, показавшегося в одну из многочисленных трещин пола. Монстр рухнул обугленным кулём – в зазорах хитина виднелись алые прожилки ещё тлеющего тела, а лёгкий дымок курился над телом.

– Ты бы видел свою рожу! Да, вы не уникальны! В своё время я стал свидетелем появления двух Воплощённых! Ни один не закончился хорошо. Удивляюсь, как ты ещё жив после всего случившегося…

Раздался шум помех и обрывки слов Декассо… но не более – сигнал не пробился в помещение. Однако человек лишь улыбался… Лицо парня после разговора с Аней выражало полное спокойствие. Хотя нет, правильнее – умиротворение. И, конечно, целеустремленность. Более того, мысли более не разделялись на принадлежащие Альфе или Омеге. Лишь Виталий.

Части личности достигли взаимопонимания, хотя пока и не полного – ещё с видеофайла от лица Ани я заметил судорожные подёргивания и фрагментированную речь человека.

- У нас в организме обезболивающих и стимуляторов больше, чем крови, – с полной невозмутимостью откликнулся человек. – Хотя не мне рассказывать вам о живучести, Арсений Яковлев – глава охраны секретного комплекса «Стазис».

Повисла звенящая тишина. Взгляд киборга в глазницах маски потускнел… А затем ярко полыхнули. Раздалось довольное хмыканье Виталия. Арлекино склонил голову на бок и насмешливо поинтересовался, неуловимо изменившимся голосом.

– И чего так долго? Не мог сказать ключевую фразу, как только понял, что это я?!

Киборг протянул Виталию руку, и человек, не чинясь, принял помощь. Вот и воплотилась закладка, что Виталий обговаривал с Арлекино перед тем, как он сошёл с ума…

Арлекино рывком поднял Виталия на ноги. Одновременно серебристая молния змеи скользнула по телу корпуса киборга на покалеченную руку человека и как-то хитро обвилась вокруг, да так, что торчащая кость с хлюпающим звуком исчезла в руке. Костюм чуть не взорвался от сообщений об опасности жизнедеятельности.

Киборг же не удержался от ехидного замечания.

– А где твоя паранойя и подозрительность? Что, без доказательств поверишь, что я в своём уме, а не прикидываюсь для того, чтобы выведать информацию…

– Честно говоря, плевать. Сейчас моя главная задача – не отключиться. А твоё предательство – слишком долгая и муторная многоходовка для обдумывания. Да и даже если ты в своём уме, то

Виталий устроился на оказавшейся поблизости трубе и теперь наблюдал, как киборг на пару с Альтер-Эго, в прямом смысле слова, колдуют над покалеченной рукой.

– Вот теперь узнаю тебя! Правильно делаешь, что не веришь. Но небольшая фора, пока не закрылась Чёрная дыра у нас есть… Да и после этого Чистому будет не до того, чтобы мониторить мою память. Какое-то время. Поэтому если данные твоего костюма не врут и у Декассо действительно есть план, как нас вытащить с Луны, то самое время с ним связаться, - в руке человека щёлкнуло, система жизнеобеспечения мигнула красным и затихла, а Арлекино отошёл чуть в сторону и продолжил: - И да, где тот скелет, который тебя сопровождал? Что-то он совсем не спешит тебя спасать!

Виталий на это лишь кивнул в сторону закрытой двери. Арлекино понял правильно и магическим посылом открыл проход, запуская внешние сигналы. Однако ожидаемой какофонии взволнованного поиска не наблюдалось, лишь тихий, сосредоточенный и весьма витиеватый мат.

- Декассо, план продвигается? – вопросил в пустоту Виталий и поднял исцелённую руку. Сжал и разжал кулак.

- Данный этап плана завершён… - металлически синтезированным голосом пророкотал сереброкостный скелет, входя в дверь. – А ты, Виталий, нашёл нам новых союзников?

Возникло неуловимое ощущение, что скелет радикально изменился, не смотря на то, что внешний вид остался прежним. А затем Виталия накрыло чувство облегчения: Декассо сумел использовать выигранную фору и не только довёл скелета до своей лаборатории, но и благополучно скачал в него своё сознание!

Глава 21. Проклятая семья (Андрей-Интеллигент) Часть 1.

Я отвалился на спинку стула и попытался сграбастать бутылку водки – требовалось успокоить нервы. Однако тары на привычном месте не оказалось, и я вспомнил, что решил спасать Виталия на трезвую голову. Самое обидное, что кофе тоже кончилось, а идти за новой порцией не хотелось… после всего увиденного я побаивался тёмных пространств – Виталий, гад, всё же сумел достать своей историей! Срочно требовалось отвлечься на что-нибудь привычное и спокойное. В памяти всплыло, что я не совершил один полезный звонок и радостный полез искать нужный контакт.

– Слушаю! Кого там ещё?.. – через полминуты раздался раздраженный рык из-за края экрана. Однако уже в следующую секунду перед камерой появился человек, похожий на снеговика в смокинге, а тон изменился на почтительный: – Ах, это вы, Интеллигент? Прошу прощения, не посмотрел, кто звонит. Ответил автоматически.

– Сложная ночка, Череп?

Мускулы накаченного тела прокатились под костюмом. Бусинки глаз хитро сверкнули из недр головы практически без шеи и с квадратной челюстью.

– Как всегда, – щербато ухмыльнулся амбал. – Сейчас вон, придурки-подчинённые готовят помещение к завтрашнему приезду товара.

– Барыги партию товара из цеха подогнали, а тебя смотрящим поставили? Что на сей раз: сыпуха, ширка, ешка, колёса или другое? – лицо собеседника буквально окаменело, и не удивительно, ибо до этого я не “ботал по фене”. Поэтому я поспешил пояснить: – С кем поведёшься, дорогой Череп, от того и наберёшься. Так что там с поставкой?

– Килограмм по десять кирпичей, зелёнки и пыли. С десяток ящиков различной аптеки. Плюс агрегаты и аппаратура по мелочи. Заказ на месяц, – рефлекторно оттарабанил собеседник до крайности прокуренным голосом, а затем, чуть придя в себя, поинтересовался: – Но откуда ты узнал? Мне самому только сегодня сообщили?

На лысом черепе чернели завитки замысловатой татуировки. Элегантно и красиво… если не знать, что означают символы. Но я не собирался расстраивать Черепа.

– Я – торговец информацией. По-твоему, за что мне платят? – я буквально видел, как мой авторитет рос в глазах амбала. – Ещё хотел уточнить: сильно бодяжный продукт и откуда доставка, от соседей?

– Обижаешь! Продукты чистейшие. Доставка из столицы – в тамошних районах находится цех. Но зачем тебе это, ты же никогда не являлся помогалой и не связывался с подобным товаром?

Я лишь многозначительно улыбнулся, не собираясь отчитываться. Я уже выяснил всё необходимое. Более рисковать с расспросами не хотел – вдруг собеседник почует подвох? Череп отнюдь не дурак. Поэтому я поспешил продолжить разговор в другом направлении и воспользоваться благодушным настроением.

– Извини, Череп, но я звоню по другому вопросу – нужно, чтобы вы вернули долг за последнее дело. То, месячной давности, с вашими конкурентами и ментами…

– Интеллигент, извини, но не могу – всё ушло в поставку. Неделя, и всё верну, как и договаривались, с десятипроцентной надбавкой…

– Мне не нужны деньги, – оборвал я лепет амбала. – Мне нужна от вас услуга!

– Слушаю, – стал серьёзным собеседник. – Я и мои люди в твоём распоряжении.

– Насколько знаю, двое твоих людей сейчас в СИЗО: один за убийство, другой за незаконное хранение оружия? – Череп поморщился, но кивнул. – Отлично, они мне нужны! Сегодня утром в больницу СИЗО привезут моего человека – Виталия Пазлова. Ты его должен помнить, он несколько раз забирал и привозил мой товар, а в прошлом году помогал твоему сыну со вступительными.

– Помню. Башковитый парень. Мой оболтус тогда один из высших баллов набрал. Что с ним случилось?

Я ухмыльнулся, вновь радуясь, что программа скрывает лицо и сглаживает голос. Не зря я убедил Виталия помочь… особенно с учётом, что результат тестирования к тому времени уже гарантировал программист Алексей. Теперь личная заинтересованность Черепа повысит эффективность помощи. По себе знаю.

– Получилось так, что он поссорился с полицаями – набил несколько морд, причём серьёзно. Я опасаюсь за его безопасность, нужно, чтобы твои люди его прикрыли.

– Понимаю, – собеседник задумчиво почесал черепушку. – Только хотел уточнить: менты… не хотелось бы лезть к ним и встревать в конфликт, может выйти боком.

– Тёрок с ментами не будет – среди них есть мои люди, они тоже участвуют. Ещё вопросы?

– Нет. Всё сделаю. Я долги возвращаю.

– Отлично, тогда позже обговорим, как моему человеку выйти на твоих людей, – а чуть подумав, добавил: – И часть товара прибереги. Возможно, найдётся на него клиент.

Хотя основную партию я сдам Григорию Васильевичу, но перед этим где-то треть уйдёт на мою сделку, которая «случайно» сорвётся. Тем самым мои партнёры останутся с частью товара, за что будут мне же весьма благодарны… если ничего

Связь прервалась, и я выдохнул облегчённо – всё же приятно и даже интересно делать своё дело. Однако стоило вернуться к основному занятию – просмотру видеофайлов. Благо больница открывалась в семь часов, а сейчас только пять утра… хотя, пожалуй, перед поездкой стоит связаться с ещё одним человеком, коего пока нет в сети.

Глава 21. Проклятая семья (Анна) Часть 2.

“Мне снился сон. Самый прекрасный сон за всю жизнь – моя семья… Нет, не озлобленная свора оборотней, постоянно сражающаяся и готовая перегрызть глотку слабейшему. Нет! Мне снилась настоящая, любящая семья: весёлая мать, хлопочущая над плитой, спокойный отец, пьющий чай за столом, и как они оба с улыбкой слушают задорное щебетание дочурки, что беспрестанно машет руками и смеётся. Мне снилась семья, какую я никогда не имела и о которой мечтала. Пусть даже втайне от себя.

Вот только образы сидящих за столом не отражали облика моих родителей. У женщины имелся шрам на лице, а мужчина обладал весёлым взглядом одного пришельца из другого времени. И я точно знала – это моя семья…

– Анна. Леди Анна, проснитесь! – сквозь пелену забытья донесся тревожный голос Декассо. – Экстренная ситуация! – в шею что-то вонзилось. Через миг я распахнула веки, и в глаза ударил ослепительный свет.

Просыпаться не хотелось. Впервые за очень долгое время сон был безмятежен. Чувствовалась не только сиюминутная защищённость и уверенность, но даже какая-то будущая определенность – теперь я не одна. Однако жестокая реальность брала своё: вокруг вражеская территория.

– Что случилось, Декассо? – сознание кристально чистое, но вот речь всё ещё давалась с трудом.

– Стая. Подходят к лаборатории! Я пытаюсь заблокировать все пути, а также саму лабораторию, но под моим контролем лишь часть систем…

– А где Виталий?

Только задав вопрос, я в полной мере осознала, насколько верю в человека… Безоговорочно верю в его помощь. Даже больше чем в себя!

– Виталий возвращается, но ему добираться не меньше пятнадцати минут. Я же разбудил вас для эвакуации. Закончен курс клеточной регенерации, теперь вас можно транспортировать без последствий…

Спешную речь оборвал протяжный и крайне противный металлический скрежет. Мы опоздали. Стая сумела обойти барьеры Декассо. Наверняка у них тут много собственных тайных лазов.

- Леди Анна, прошу: будьте наготове! – раздался смешок, больше похожий на шелест помех: - Я их встречу!

В тон словам раздалась целая гамма звуков: грохот падения, трескучие выстрелы, канонада взрывов, шипение сервоприводов, скулёж боли, рык ярости и многое неразличимое – симфония невидимой битвы. И это под аккомпанемент приглушенного, но оттого не меньше давящего на нервы и раздирающего сердце скрежета металла. Мне представилось, как когти монстров Стаи скребут по закрытой двери.

Оборудование вокруг принялось двигаться. Зазвенели медицинские пилы. Сверкали скальпели и лазеры. Дройды-помощники суетились. Декассо перепрограммировал всё, что мог для использования в боевых действиях. А моя каталка покатилась в дальний угол…

Я не привыкла отсиживаться. Кулаки сжались… И я почувствовала холод металла под пальцами. Стоило сжать сильнее, как я узнала очертания револьвера Виталия. На сердце сразу стало теплее: он даже сейчас не оставлял меня и заботился! Я должна была сражаться! Должна выжить!

Потолок рухнул на пол. Один сегмент. В дальнем углу. Декассо заковыристо выругался, и в ту сторону рванулось несколько автоматизированных каталок. Но взмах лапы, и их снесло! Но выигранных мгновений хватило, чтобы обширный медкомплекс, сверкая лазерами, налетел сбоку. Спустя секунду навалился жуткий агрегат, жужжа жуткого вида пилами. В стороны полетели искры. Ещё несколько машин самоотверженно бросились на монстра.

Успокаивающая прохлада смертоносного металла под пальцами придавала уверенности. Вдох. Выдох. Я готовилась… Зверь движением плеч раскидал технику. И я сумела различить фигуру огромного волка, закованного в проржавевшую броню, и всего с одним невозможно ярким лазурным глазом.

Сил хватило исключительно на то, чтобы чуть приподнять оружие, развернуть ствол в сторону врага и выжать спуск. О том, чтобы прицелиться, и речи не шло. Пуля врезалась в броню монстра, выбив искру. Монстр лишь мотнул лобастой головой. А вот моё запястье пронзило болью – револьвер, ударив отдачей, вылетел из руки.

Сил – капля. Но у меня оставался ошейник Альфы – последнее оружие. Может, удастся создать кинжал и… пальцы попытались вылепить из ошейника стилет. Монстр отшвырнул очередную каталку и в один прыжок оказался рядом. Пасть монстра устремилась к моей шее.

Боли не было. Тёплый, влажный, чуть шершавый звериный язык скользнул по щеке. Клыки едва ощутимо царапнули по коже. А исполинский монстр склонил голову на бок и высунул язык, тяжело дыша. Взгляд его снизу вверх являлся эталоном абсолютной преданности. А чуть слышное поскуливание намекало, что ему… всей Стае больно!

Перемена оказалась настолько радикальной, что я застыла, и даже мыслей не осталось. Наверно, именно поэтому я и почувствовала, как сознания пытается коснуться что-то мягкое, тёплое, доверчивое и в какой-то мере родное – разум Стаи.

– Анна, закройте глаза, – ворвался в сознание крик Декассо, а медицинская установка над головой зашевелилась. – Я сейчас его…

– Декассо, нет! – только и сумела я простонать.

Вместе с эмоциональным посылом пришло понимание ситуации, настолько же абсурдное, насколько и банальное.

Стая не имела собственного сознания – клоны-пустышки подчинены Чистому. Но катастрофа пробудила первобытные, животные инстинкты. А стоило исчезнуть Чёрной дыре, наравне с животным проявилось человеческое сознание… вот только развитие Стаи оказалось на уровне годовалого ребёнка. Им требовался лидер!

И тут совпало сразу несколько факторов! Моя сущность оборотня привлекла внимание Стаи, а улучшения Декссо заставили их принять меня за своего. Уровень мышления у меня по умолчанию выше. Даже то, что я совсем недавно убивала их, пошло в плюс – показатель силы. Кроме того, я являлась самкой – матерью в их понимании.

– Анна, вы уверены? – Декассо резонно недоумевал. – Этот монстр…

– Декассо, не нападай на Стаю! Освободи им проход, – пальцы коснулись чуть влажного носа и нежно потрепали большого зверя, так что тот радостно запыхтел. – Они не хотят битвы… они просто потеряны.

На подходах к лаборатории у Стаи сработали остатки инстинктов защиты. Защиты территории… защиты меня! Как следствие, бой и всё остальное.

– Но это слуги Лодура… – попытался ещё раз Декассо.

– Они ничьи не слуги! – резко оборвала я его, чувствуя новые волны эмоций от Стаи. – Они боятся Лодура. Он ассоциируется у них с постоянным контролем и беспомощностью.

Декассо выдал заковыристый звук, способный обозначать что угодно: от восхищения до признания меня невменяемой, но шум за дверью стих за считанные секунды. Створки лязгнули и открылись под опасливо-недовольное бормотание Декассо, и в комнату вбежало пять монстров – все остатки Стаи.

Странно, но я не боялась этих существ. Более того, я всё сильнее проникалась их настроениями: усталость от долгих битв, боль множества ран, страх неопределённости будущего и перекрывающая всё радость от того, что вожак в порядке, и с ней… со мной есть надежда на то, что дальше будет хорошо. Я просто не могла не ответить на подобное, и успокаивающе гладила каждого из Стаи в ментальном диапазоне, нашёптывая что-то утешительное, обещая славную охоту, гибель всех врагов и добрую добычу…

– Рыжик? – голос Виталия был тих и крайне осторожен, однако заставил меня дёрнуться.

Пальцы слетели с морды зверя. Поток звериных чувств и мысли, в который я незаметно погрузилась, снизился на несколько порядков, более не затмевая разума. Существа, уже разошедшиеся по лаборатории и зализывавшие раны, мгновенно подскочили: двое встали передо мной, защищая, остальные зарычали и двинулись на Виталия.

Человек, похоже, предупреждённый Декассо, лишь сильнее сжал саиф в одной руке и метательный нож в другой, но дёргаться не стал. Скелет за его спиной переложил из руки в руку косу. Я же отправила эмоциональный посыл новым сородичам. Те затихли. А затем, недовольно ворча, расступились перед человеком.

– А ты умеешь заводить друзей. Никогда за тобой не замечал, – прокомментировал ситуацию Виталий, за насмешкой пытаясь скрыть облегчение, и двинулся ко мне.

Я почувствовала мягкий поцелуй на лбу, и рефлекторно завиляла хвостом. Бросив недовольный взгляд на монстров, охранявших меня, Виталий тем не менее устроился у подножья ложа, полностью доверившись моим способностям контроля. А затем неспешно вернул мне в ладонь револьвер.

– И что теперь будем делать? Стая чувствует закрытие Чёрной дыры. Команда спасла базу Чистых! Пора возвращаться к «благодетелям»?

– Бессмысленно, – человек пожал плечами, прикрыв глаза. – Ты должна прекрасно понимать – это добром не закончится: для нас гарантированная корректировка личности. И отказаться мы не сможем…

Я могла лишь согласиться с выводом. Для меня же ситуация, пожалуй, даже хуже. Для Лодура я настоящий подарок – оборотень, так же, как и он, в мире, где магических рас почти не осталась и даже сородичей Лодура. Он почти наверняка пожелает меня использовать всеми доступными способами…

– И что же ты предлагаешь?

– У меня есть план, – в унисон раздались голоса Декассо из динамиков и скелета. – Согласно ему, мы сможем вернуться в Купол. - Прочитав моё недоумение, вкупе с безмолвной просьбой пояснить, голос продолжил: - Я - Декассо. Я занял разум этого скелета, так как больше не хочу служить Чистым. Я возвращаюсь с вами.

– Аня, в Куполе ты на хорошем счету, - продолжил мысль человек. – Там твой дом, чтобы ты не думала. Да и медицина на приличном уровне, поможет тебе восстановиться.

- Но как же ты? Ты не лучшим образом простился с Министром и его подручными.

– Мы… Министр хоть и не подарок, но личность менять не будет... В худшем случае - убьёт. Но, думаю, мы как-нибудь сумеем с ним договориться!

На сердце потеплело, и один из монстров Стаи, уловив моё настроение, положил морду на колени человеку. Тот автоматически потрепал загривок твари, как множество раз Омега перебирал шерсть Альфе.

– И как мы это сделаем? Ведь Дракон уничтожен!

– Зато есть космический корабль Чистых, – вновь взял словно скелет-Декассо. – Тот, на котором прилетел Тихарь, и где вы хотели запереть Настю. Чёрная дыра уничтожена, а значит, все системы рабочие. Если поспешим, то успеем туда до того, как Чистые начнут зачищать базу от последствий катастрофы. Я смогу запрограммировать путь до Купола… Но боюсь, я не пилот. Любая нештатная ситуация приведёт к гибели. А ситуаций проявится множество: как при взлёте по воле Чистых, так и при приземлении по воле Министра.

- Намекаете на то, что нам нужно вернуться за Настей? – в лоб спросила я.

- Он уже сделал приготовления, чтобы её вытащить… Теперь на него работает Арлекино, - не скрывая раздражения, отозвался Виталий. – Но с меня хватит. Я вернул долг. Декассо, мы не станем рисковать ради Насти, – голос человека прозвучал глухо с налётом раздражения.

- Виталий, ты забываешься! Не полетит Настя, не полетит и Аня! И ты! – тяжёлый вздох скелета был максимально реалистичен и настолько же неискренен. – Извиняться не стану – вы вынудили меня пойти на это…

Скелет-Декассо хотел что-то добавить, но неожиданно скрипуче охнул и рухнул на одно колено, схватившись за голову. На лице человека не дрогнул ни один мускул. Он спокойно выскользнул из-под головы монстра Стаи и, поднявшись, подошёл к скелету. Приобнял. Практически по дружески… Как родного… Один из взрывных ножей скользнул между рёбер и остановился у металла миниатюрного реактора в груди.

- Как понимаю, сейчас скелеты штурмуют серверную, где хранится твой мозг? И ты пытаешься самоуничтожиться, а заодно унести с собой побольше систем Чистых, да и их самих… Вот только теперь единственное твоё сознание заперто в теле скелета! И оно в моей власти! – лицо человека с каждым словом становилось всё более непроницаемым. – Когда был шанс, ты выбрал собственную жизнь! И я сомневаюсь, что сейчас ты пожертвуешь собой… И если ты хочешь улететь, Настя останется среди Чистых, к которым некогда так стремилась!

– Виталий, не отказывайся от Насти! Ты бы не отказались от сестры?! – почти простонал Декассо, всё ещё разрывая связи между своими сознаниями-копиями.

– Очередная пафосно-приторная чушь!

– Виталий, постой, – встрепенулась уже я, ужаснувшись циничности человека. – Так нельзя! Бросать Настю неправильно!

– Почему? – обернулся человек и пристально посмотрел мне в глаза. – Разве она не предала нас? Разве не пыталась избавиться? И после всего ты ещё беспокоишься за эту девчонку? Аня, подумай – оно тебе нужно, помогать Насте? Ты выплатила ей все долги очень давно. Эта самовлюблённая пустышка не стоит заботы и лишь использует тебя! Она тебя презирает, ненавидит и не понимает – этого не изменить! Пора подумать о себе, а ей стать самостоятельной! Ведь именно этого мы для неё хотели?!

Я даже не осознала, как попыталась отодвинуться от человека. Лишь ворчание Стаи указало,

– Думаешь, мы изменились? – прочитал мой взгляд Виталий и оскалился, не зло, а как-то устало. – Думаешь, стали более… Жестокими? Беспринципными? Холодными? Расчётливыми? Злыми, наконец? Знаю, мы тебе противны… да что там, мы себе противны! Но мы должны делать то, что должно!

– Ты потерял человечность! – голос помимо воли наполнился отчаянием, а звериные уши прижались к голове.

– Не каждая история создаёт героев, некоторые становятся причиной появления злодеев… а иногда и монстров! – лицо Виталия перекосило в судорожном спазме, разделившим его на две маски. – Скажи лишь слово, и мы уйдём.

Я собрала силы и потянулась к человеку. Ладонь легла на окаменевшее плечо человека в безмолвном жесте поддержки. По пелене огня во взгляде я поняла, что Виталий колеблется – просчитывает риски и решает, что выгоднее для него… и не только для него, ибо взгляд скользнул и по присутствующим.

В этом мире у Виталия не было семьи... Не было никого. Кроме меня. А чтобы вернуть свет в душу Виталия, требовалась опора. Поэтому я не могла промолчать.

– Все совершают ошибки. И ты, и Настя не идеальны. Главное, понять это вовремя и попытаться исправить недостатки. Прошу, не дай “монстру” возобладать. Ты ведь другой. Дай Насте, нашему другу, ещё один шанс. Ради меня… ради себя!

Виталий по-своему прав – не умею я думать о себе. Я должна отговаривать его от любых миссий и всеми средствами пытаться удержать рядом, ибо сердце замирало от одной мысли, что он может не вернуться! Но вместо этого я прошу его рисковать вновь, в надежде собрать старых друзей и увидеть свет в глазах Виталия. И ведь я даже не в состоянии подняться и помочь ему!

Человек на миг прикрыл глаза. Кинжал выскользнул из рёбер скелета-Декассо. Человек кивнул сам себе и отстранился от скелета.

– Декассо, мы выполним твою просьбу. Но с одним условием: если Настя того пожелает. Мы достаточно её уважаем, чтобы дать право распоряжаться своей судьбой, – с этим никто спорить не посмел, и Виталий продолжил: – Но прежде всего, необходимо вывезти Анну на корабль. Нельзя, чтобы о ней узнали Чистые! Это понятно?

– Всё будет сделано! – скованно отрапортовал Декассо, неуверенно поднимаясь.

– Извини, Рыжик – вновь нужно идти, – Виталий поднялся рывком и обернулся ко мне. – Похоже, обещания – это не для нас. Не удаётся держать слово.

– Тогда поклянись. Поклянись, что вернёшься! – как бы ни показалось банально, но я не могла этого не сказать, ибо верила в свои слова и в человека: – Я ведь всё равно буду ждать…

– Клянёмся жизнью! – сказано это было с улыбкой, печальным голосом и с совершенно серьёзными глазами. Я поняла, что это истинное прощание. А Виталий развернулся к выходу. – Ну а теперь пора. Чистые уже наверняка расползаются по базе, времени на всё про всё немного…

Глава 22. Последняя исповедь. (Андрей-Интеллигент) Часть 1.

– Маразм крепчал… – пробормотал я, выключая файл и в очередной раз офигевая от безумного гения Виталия.

Для подобной работы требовались месяцы, если не годы! Да, Виталий умел хранить тайны, но не до такой же степени? Затем непонятно, где Витёк, в обход меня, умудрился найти умельцев для работы с видеооборудованием, фотографией и тем более программным обеспечением для их обработки? При всём уважении к другу, тот не обладал талантом к подобной работе! Кроме того, непонятно, что сподвигло его? Это я молчу о вопросах, как он сменил одежду во время полёта и где получил силы и умения, чтобы раскидать ментов… а также сотни более мелких.

От размышления оторвал звонок по сети через открытую линию. А когда я увидел имя звонившего, то и вовсе присвистнул от удивления – Вика Шенкина, девушка Виталия… точнее, бывшая девушка Виталия. До сего момента я вообще не знал, что у неё имеются мои контакты. В первый момент хотел отклонить вызов, однако любопытство пересилило брезгливость, и я всё же активировал связь.

– Наконец-то! Долго спишь, Шушера, – сходу налетела Вика, а я невольно поморщился от школьного прозвища. – Быстро рассказывай, что там с Виталием. Ты всё время носишься за ним хвостиком, так что должен знать!

Вика предстала чуть раскрасневшейся, а зрачки её оказались расширены несколько больше нормы, но, несмотря на это, девушка оставалась обворожительной: профессионально уложенный макияж подчёркивал правильные черты лица, а одежда выделяла приятные взгляду формы. Однако больше всего меня удивил взволнованный взгляд.

– И тебе привет, Вика, – робко улыбнулся я, сгорбившись и стараясь не заглядывать собеседнице в глаза – требовалось отыгрывать роль, которую я взял на себя в школе. – С Виталием всё очень плохо! Его забрала полиция у меня на глазах! Он был чуть живой от побоев! А ещё в него стреляли…

– К лешему подробности! Это я уже знаю из блога, – даже от двадцати тысяч подписчиков бывает польза, – каждое слово она кидала, как истину в последней инстанции, и при этом они буквально истекали пренебрежением. – Мне нужно знать, как скоро его освободят… и освободят ли?

Тайна волнения оказалась очевидна – Вика рассчитывала, насколько большие потери она понесёт от исчезновения такого парня, как Виталий. В очередной раз захотелось послать стерву как можно дальше и желательно пинком под зад… Но прежде чем я открыл рот, то уже знал, как можно использовать эту профурсетку для пользы Виталия.

– Освободят… Скорее всего, через неделю – Виталий вызвал лучших адвокатов! Деньги у него есть. Вот только жалко задержки – он ведь сегодня хотел прийти к тебе мириться и такой подарок в качестве извинения приготовил… – я совсем сник.

– И что же он такого придумал? – девушка, секунду назад собиравшаяся завершить сеанс, заинтересовалась.

– Это сюрприз. Я не должен тебе говорить… – девушка насупилась, и я тут же “сломался”: – Поездка на море. Двухнедельная. Билеты он заказал на послезавтра… Но со всеми тяжбами и билеты пропадут, и неизвестно, сколько денег останется, чтобы в

Девушка выругалась куда крепче, чем я слышал даже от Черепа, а я буквально читал в её взгляде борьбу между жадностью и возможными рисками.

Мелькнул задний фон какого-то полуподвального помещения со множеством огней. Хватило взгляда на вычурно цветастый фон помещения, а также отголосков далёкой музыки, чтобы удостовериться – в шесть утра Вика могла бодрствовать только в клубе, где, похоже, и узнала о Виталии.

– Вот бы как-нибудь удалось замять дело побыстрее… Витек тогда стал бы просто счастлив. А уж тому, кто ему помог, он бы ничего не пожалел… Вот только что делать? – тем временем бормотал я, подталкивая Вику к нужной идее, одновременно “невзначай” указывая на возможные бонусы.

– Точно, мой блог! – просияла Вика, оказавшись более сообразительной, нежели я думал. – Мой блог поможет ему!

– Твой блог? Но каким образом? Я не понимаю? – наигранно удивился я, закрепляя эффект и радуясь, что самомнения девушки более чем достаточно, чтобы не замечать манипуляций.

– Остолоп! Если я подниму… когда я подниму волну возмущения о самоуправстве полиции в блогах, то общественное мнение заставит ментов сразу же отпустить Виталия! Ну а мне достанется ещё несколько сотен подписчиков… – девушка оборвала себя и бросила на меня надменный взгляд. – Шушера, ты ведь находился на месте происшествия? Мне необходимо знать всё, что ты видел. Быстро!

Я поспешно закивал и забормотал версию, относительно которой отец собирался строить линию защиты. При этом я отметил в мысленном дневнике, что среди контактов и клиентов необходимо заиметь нескольких журналистов. Я использовал информацию тайно и совсем забыл, что правильно обнародованные данные – мощное оружие.

Невольно вспомнились дни школьной учёбы и знакомство с Виталием. Три года назад после смерти матери и поспешного переезда, я оказался в новой школе. Всегда сложно вписываться в сложившийся коллектив, особенно если он состоит из безжалостных подростков, а ты нескладный увалень с высокими оценками.

Неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы с первого дня со мной не начал общаться Виталий. Он не насмехался, как многие, но принял как равного, чем пошатнул свои позиции в коллективе. И даже за пределами школы он оставался со мной, пытаясь увлечь паркуром и фокусами. Ему это не удалось… Однако именно его усилиями я занялся спортом и теперь не был сам себе противен!

Правда, перекос в общении остался – все одноклассники, а через них и знакомые считали меня не более чем тенью Виталия и относились соответственно – пренебрежительно. Я не спешил рассеивать всеобщее мнение – оно являлось наилучшим прикрытием “Интеллигента” от излишне любопытных глаз.

– Ладно, с тобой всё понятно, более ты бесполезен, – наконец констатировала Вика. – Хотя… будь на связи. Может, от тебя ещё чего понадобится, – и не прощаясь, девушка отключилась.

– Извини, Витёк, за подставу, но, когда выйдешь, разбираться с этой фурией будешь сам, – пробормотал я под нос, в несколько кликов активируя очередной видеофайл.

Глава 22. Последняя исповедь. (Настя) Часть 1.

– …он накричал на меня! Отчитал, словно неразумного ребёнка! До сих пор не верится, что он посмел так наброситься! Некер и Рахнез, конечно, вступились за меня… Но, мне кажется, они в какой-то мере поддерживают его. Предатели! А после этого Некер пробудил тебя, и остальное ты знаешь.

Обхватив колени, Настя сидела, прислонившись к стеле-серверу с мозгом Декассо. Хотя голос девушки дрожал от ярости, но не превышал шёпота – Настя нашла в себе силы на сдержанность и разумное поведение. А вокруг тихо сопели остальные члены отряда…

Судя по обстановке, канун рывка к Чёрной дыре. Воссоединившаяся семья предавалась воспоминаниям.

– Девочка моя… сколько же тебе пришлось вынести из-за меня! – с неприкрытой горечью прошелестел динамик голосом Декассо.

– Нет, папа, ты ни в чём не виноват! Это только моё решение – отправиться на поиски. И все трудности - мелочь по сравнению с тем, что я могу находиться рядом с тобой! – речи Насти звучали запальчиво, но при этом не возникало ни малейшего сомнения в её искренности. Но следующий вопрос был едва различим: - А ты знаешь что-нибудь о маме?

– Твоя мама... Она умерла у меня на руках, сразу после крушения Дракона. Последние её слова были о тебе… – в голосе слышалась мягкая, чуть грустная улыбка.

– Я понимаю…

Настя спрятала голову в коленях, и, хотя не доносилось ни звука, плечи дрожали.

– Девочка моя, твои слёзы жгут меня изнутри, и я сожалею, что не могу присоединиться к тебе, дабы оплакать её, но… – Декассо пришлось сделать над собой явственное усилие, чтобы продолжить: – Но, кроме нас с мамой, у тебя всё ещё остаётся семья…

– Министр отвернулся от меня! – вскинулась Настя. – Он осудил меня на изменение личности! Он пытался меня убить! Хуже того, он пытался убить моих друзей: Рахнеза, Омегу, Аню… – девушка оборвала себя, поняв, что в запале сказала лишнего.

– Министр… – в голос Декассо проникла печаль. – Братишка никогда не мог остановиться, когда пытался защитить семью… Знаешь, а ведь Министр отговаривал меня от участия в полёте. Он боялся… Но я оставался непреклонен. Считал, что ради прогресса Купола, можно рискнуть.

– Не оправдывай Министра! – Настя буквально вскипела.

– Более того, именно я приказал в случае любых происшествий ничего тебе не говорить, – Декассо проигнорировал возмущение. – Я опасался, что когда-нибудь случится нечто подобное той ситуации, в которой мы оказались: зная мою историю, ты пойдёшь следом и тем потеряешь свой путь! Свой шанс выбрать будущее! – ближайшие экраны сфокусировались на Насте, и голос стал холодно серьёзным. – Настя, скажи, ты жалеешь о том, что сбежала?

– Нет! – отрезала девушка, и голос её оставался чёток, хотя на глазах блеснули слёзы. – Я потеряла дом, но обрела семью! Я рядом с тобой!

– Девочка моя, поменьше эмоций… – в голосе не имелось укоризны, только чуть слышная грусть. – Я мозг, плавающий в банке… Я лишь отголосок твоего прошлого. Неужели, кроме меня, нет тех, с кем тебя связывают духовные узы? Тех, кто останется с тобой до конца и поможет в любой ситуации. Друзья… Любимые… Родина. Они тоже твоя семья… Ты сама выбираешь людей, что станут близки.

– Намекаешь на Рахнеза, Некера, Омегу и Альфу? – криво усмехнулась девушка. – Первые двое ещё может быть… Но

– Настёна, я знаю лишь то, что ты рассказала, и немного того, что записали ваши костюмы… Дорогая, ты услышала слова, что говорили друзья в порыве ярости. Но что за ними стояло? – Лицо Насти дрогнуло в недовольной гримасе. Но Декассо продолжал давить: – Ты чувствовала их злость. Но ты пыталась заглянуть глубже? Пыталась увидеть, что её вызвало? Подумай и поймёшь, что сейчас им больнее, чем кому-либо!

Магичка хотела, как прежде, отмахнуться, но неожиданно замерла. Её глаза озарились невыразимым светом понимания – даже сквозь восприятие эгоиста пробился отблеск чужого мнения. А вместе с ним и взгляд на произошедшее под другим углом.

Я прикинул, что в момент этого разговора Декассо параллельно оперировал Анну… Похоже старый просхвост уже в этот момент делал ставку на Виталия в спасении своей дочери и теперь подготавливал последнюю к подобному. Интеллигент одобрял!

– Как же я была слепа… Теперь всё встаёт на места! – Настя попыталась подняться, но в середине движения обмякла и осела. – Так, значит, он и Аня вместе… И я его оттолкнула в тот момент, когда ему требовалась поддержка… вот я дура!

– И не только, – наставительно продолжил Декассо, в очередной раз подтверждая, что отцовское слово весомей лекций лучших из мудрецов. – Взгляни на поступки Ани, Рахнеза, Министра и других, кого повстречала, исходя из того, как они влияли на картину в целом, а не только на твоё сиюминутное состояние.

– Семья Министра – Купол со всеми жителями. Как хороший правитель, он заботится о них, – тихо заговорила Настя, уже ни к кому не обращаясь. Лицо девушки менялось как калейдоскоп, мир обретал объем и краски, отличные от чёрного и белого. – Семья Ани – Омега с Альфой. А когда-то в прошлом, наверно, и я. Пока не отвернулась от неё. Альфа и Омега – воительница им под стать. Да я, как младшая сестра, и, возможно, Арлекино, как мудрый и чуть безумный дядюшка. А моя семья… – девушка опять умолкла, ей предстояло разгадать одну из самых сложных загадок – собственную душу.

Глава 23. Делай выбор, маг... (Андрей-Интеллигент) Часть 1.

Файл завершился, и я многозначительно хмыкнул. Я понимал, что это лишь история. Виталий приукрашивает себя и преуменьшает остальных. Однако меня не отпускало странное ощущение: начавший историю Виталий и заканчивающий несоизмеримы по мощи. Причем не факт, что второй сильнее.

От мыслей меня оторвал значок о том, что последний из ожидаемых собеседников появился в сети. Время – несколько минут восьмого, а значит, пора переходить к активной фазе. Первым делом я закинул на планшет все видеофайлы из злополучной флешки и вообще всё, связанное с делом, после чего спрятал планшет в сумку. Затем собрался для прогулки в начинающемся пекле нового дня. И лишь в последнюю очередь написал короткое сообщение долгожданному собеседнику. Не дожидаясь ответа, выключил компьютер и покинул квартиру. Честно говоря, я опасался человека, с которым предстояло увидеться… да что там, я боялся как встречаться, так и говорить с ним!

Пока одна моя половина придавалась паническим мыслям, вторая провела тело через начавшую просыпаться улицу, завела в подъезд соседнего дома и доставила на крышу – место, где я назначил встречу. Там я замер, любуясь солнцем, показавшимся над крышами зданий, пока не палящим, а ласкающим первыми мягкими лучами. Хорошо и спокойно. Я забылся в расслабленности на несколько минут.

– Так вот где ты прячешься. Сам позвал, а теперь не отвечаешь ни по сети, ни на звонки, – раздался узнаваемый, но оттого не менее неожиданный голос.

Я резко обернулся. Миниатюрная, растрёпанная с дороги девушка, с лицом бледным после бессонной ночи, а в складках губ залегла усталость и плохо скрытая нервозность. Однако курносый нос задорно вздёрнут, а в бездонно синих глазах горел яростный огонёк, пусть девушка и смотрела снизу вверх. От вида обаятельного образа дыхание сбилось, и я судорожно сглотнул.

– И тебе привет, Лен, – чуть смущённо поприветствовал я сестру Виталия. По спине прошла волна мурашек. Волосы на затылке встали дыбом. Кончики ушей заалели. И что вовсе нонсенс, язык начал заплетаться. – Извини, я просто не хотел…

– У тебя всё просто. И всегда ты не хочешь. Зато когда получается, то оказывается дико сложно! Между прочим, я сейчас должна находиться с родителя на полпути в больницу, но пришлось наврать, что спать хочу! Так что, надеюсь, ты вытащил меня по серьёзной причине, и у тебя на самом деле имеется то, что поможет брату! Хотя более чем уверена, он вляпался во всё из-за тебя! Опять уговорил на авантюру и подставил!

– В этот раз я ни при чём! Виталий сам накуролесил, а я пытаюсь вытащить его! – взяв себя в руки, поспешил я оправдаться.

Стоило помнить – это деловая встреча. Несмотря на то что мы наедине… На крыше… Во время рассвета...

– Ты его? Думаешь, я совсем рехнулась, если поверю? – сестра друга опалила меня презрительным взглядом. – Хотя о чём с тобой говорить? Ты пьян! Перегаром на десяток метров несёт! Только время потеряла. А ведь надеялась, хотя бы извинишься за случившееся… – развернувшись, она направилась к лестнице.

Я тяжело вздохнул – девушка имела все резоны недолюбливать меня. Лена знала, кто виноват в травме Виталия, полученной во время тренировки глобального фокуса. Вот только она, в отличие от брата, не простила меня. Более того, когда родители выпытывали детали произошедшего, то вместо Виталия, молчавшего партизаном, правду рассказала Лена… Ну как правду: брата прикрыла по полной, а меня выставила главным злодеем.

Виталий после хотел рассказать истину, но я отговорил – не стоило, чтобы он портил отношения с родителями. Да и Лену подставлять ни к чему, всё же о брате заботилась. А вот мне от того, что его предки меня недолюбливают, ни жарко, ни холодно… До этого момента.

– Лена, подожди, – я поспешил за девушкой и мягко удержал за плечо. – Да, я не совсем трезв, но это не значит, что вру! Если не веришь, есть доказательства! Сама посмотри! – и пока Лена не успела возразить, я подсунул планшет с открытыми файлами дела. Девушка хотела оттолкнуть меня, но взгляд зацепился за текст, и она силой выхватила планшет. А я, пока она увлеклась, поспешил внушить нужную мысль: – Это документы

Я принципиально не стал распространяться о созданной Виталием истории. Процентов на девяносто уверен, что Лена о ней не знает. А если я расскажу, то Виталий может сильно рассердиться – некоторые элементы из увиденного до сих пор заставляли вздрагивать.

Кроме того, объяснение, при чём тут какая-то книга-дневник и куча видео, всё бы усложнило ещё больше. Лучше уж оставить на самый крайний случай.

Лена минут пять пристально вчитывалась в файлы и наконец подняла задумчивый взгляд. Не знаю, поверила она или нет, но уходить более не собиралась, и это являлось главным – я её заинтересовал.

– Что ты хочешь? Я знаю, твоя помощь всегда чего-то да стоит! – сухо поинтересовалась она.

– Вообще-то, я хотел искренне помочь другу… – попытался я, но Лена скривила такую рожицу, что стало понятно: лучше соврать – быстрее поверит. – Я возвращаю долг твоему брату за подставу с фокусом. Знаю, неравноценно, но хоть что-то.

– Пусть так, – чуть подумала и кивнула девушка, как мне показалось, благосклонно. – Но если ты не врёшь, то как ты вообще можешь помочь – вот с этим? – она махнула планшетом.

– Относительно помощи… для начала уточню: ты знаешь, чем мы с Виталием занимались последние два года?

– Всякими глупостями! – фыркнула Лена, но видя, что я не намерен шутить, нехотя продолжила: – Да, я знаю, чем вы занимались. Без деталей. Принципиально не одобряла, но лезть не собиралась – Виталию нравилось.

– Тогда не требуется объяснять, что у меня очень много связей, способных помочь. Более того, уже имеется план. Однако необходимо содействие ваших родителей, а со мной они разговаривать не рвутся. И даже если выслушают, то не воспримут всерьёз. Мы попробуем по-другому: я – манипулирую ситуацией со стороны, ты – убеждаешь родителей делать правильный выбор. Но вначале я расскажу суть идеи, и уже тебе решать, помогать или нет… – и я начал повествование.

Я честно поведал об отце-адвокате, о линии защиты для дела, о переговорах с ментами и Викой, а также о прочих мелочах. И хотя девушка постоянно вставляла едкие уточняющие комментарии, я был счастлив – это стало самым долгим разговором за последнюю пару лет. Во время обсуждения мы спустились с крыши и дошли до ближайшей стоянки.

– Ладно, звучит логично. Но что нам делать сейчас? – не без доли ехидства, но с явным интересом уточнила Лена.

– Направляемся в больницу, – такси, что я вызвал ещё дома, оказалось неподалёку. – Тебе необходимо поговорить с родителями и проводить их к Виталию. Без твоего знания, что и кому передать, они завязнут в бюрократической волоките и не доберутся до твоего брата.

Дверь за мной закрылась, и на вопрос водителя, куда едем, я отбарабанил адрес больницы. Жутко хотелось продолжить разговор с Леной, но я пересилил себя и, забрав планшет, с лёгким волнением запустил финальный видеофайл. Именно он являлся последним шансом найти ответы на незаданные вопросы и узнать окончание истории.

Глава 23. Делай выбор, маг... (Взгляд со стороны) Часть 2.

Мелкая бело-чёрно-серая мошкара помех на экране и монотонный шелестящий шум из динамиков. Обычное видео без уже привычного ощущения чужой шкуры и чужих мыслей. Однако дёргаться и проверять оборудование я не спешил – здесь ничего просто так не происходит. Как выяснилось, через пару мгновений я оказался прав: шум помех исчез, а картинка превратилась в несколько сотен окон с изображениями, практически неразличимыми на экране.

А затем невидимый оператор выделил четыре камеры, которые находились в одном помещении, но с разных углов. Я узнал лабораторию Антиэнтропийной пушки. Всё те же взорванные катушки и порванные провода. Над поверхностью Луны поникший ствол орудия. Лишь в глубине прибора продолжал пульсировать узел преобразования антиэнтропии.

Присутствующие тоже узнаваемые: Настя с перевязанными ранами, тем не менее едва держащаяся на ногах. Такое чувство, что не падала она только благодаря боевому костюму... И Некер, что стоял за её плечом и поддерживал, гордо выпрямившись.

В паре шагов в стороне над одной из немногих уцелевших панелей колдовал Тихарь. Арлекино тоже находился здесь и с интересом рассматривал внутренности разбитой пушки.

Камера надвинулась на Настю и Некера, и стали различимы слова девушки.

– …Моего отца ты так же поддерживал, когда ему зачитывали приговор о превращении в живой компьютер? – девушка вещала без укора, но с какой-то глубинной печалью.

– Не говори глупости! Тебе ничего не угрожает! Лодур просто хочет поговорить! Поблагодарить за спасение базы. Сейчас наладят связь, и ты сама поймешь, что опасаться нечего... – с достоинством попытался заверить подругу Некер.

- Ты в это веришь? - магичка продолжала мерно, но как-то нехотя: – Мне искренне жаль, если ты до сих пор не понимаешь, какие монстры здесь правят.

- Настя, молю, в память о твоих друзьях, что погибли на пути к этому моменту - не говори такого Лодуру! Он может расстроиться, а я не смогу… короче, не стоит. Прошу, пообещай.

Камера сменилась, одновременно экраны под потолком лаборатории ожили. Миг перемигивания, а затем картинка на всех экранах собралась в общий вид: кабинет Лодура! И, конечно же, сам глава Чистых, что неспешно ужинал роскошным обедом.

Заметив, что связь установлена, Лодур отложил приборы и, промокнув губы салфеткой, поднял взгляд на Настю. Обаятельная улыбка расцвела на лице, волчий хвост завилял, а обволакивающе мягкая речь разлилась по помещению.

– Анастасия! Рад, наконец, познакомиться с вами!

– Благодарю, для меня это большая честь, – Настя чуть склонила голову.

В позе и голосе не имелось даже намёка на ехидство или страх, лишь спокойное уважение. Некер даже отступил на полшага, ошарашенный таким поведением вечно бунтующей девушки. А Настя продолжала речь.

– Также позвольте выразить глубочайшую признательность за то, что Вы прислали Арлекино и Тихаря в поддержку... Погибнуть от ран после закрытия Чёрной дыры было бы... безответственно и скучно.

– Что вы! Для спасителей базы - это меньшее, что мы могли! К сожалению, мы не можем вас пока доставить в Административный центр - нужно убрать последствия... Но это не должно помешать нам обсудить ваше будущее в нашем обществе, прекрасная

– Будущее – всегда хорошо. Особенно когда предоставляется возможность его выбрать, – непроницаемо улыбнулась девушка. Она гуляла по грани дозволенного.

– Ваш язычок остёр, – Лодур погрозил пальцем. – Меня предупреждали об этом, а также о том, что вы не обделены разумом. А для дела, что я хочу вам предложить, это лучшее из возможных сочетаний. Если вам, конечно, интересно…

– С удовольствием выслушаю.

- В бытность вашего прошлого визита в Административный центр у меня с Омегой произошёл занимательный разговор… Ну, насколько мне известно, вы в курсе. Добрые люди показали, – Лодур с удовольствием отпил вина. – Так вот, одним из аспектов разговора являлось то, что Омега настоятельно предлагал наладить с Куполом дипломатические отношения. В более плотном формате, нежели до этого. Я обдумал предложение и пришёл к выводу, что это перспективная идея. В память об Омеге я предлагаю вам заняться данным вопросом.

– Вы отправите меня обратно в Купол? – глаза Насти удивленно расширились, но она сумела удержать нейтральный голос.

– Вероятно, что да. Но не сразу, – нарочито тяжело вздохнул глава Чистых. – На начальном этапе вы выступите консультантом для организации мероприятия. Нам же необходимо понимать, о чём думает Министр, чтобы знать, что ему предлагать, или к чему стремятся жители Купола, чтобы невольно не обидеть их своей политикой.

– Весьма, весьма заманчивое и щедрое предложение… Но можно вопрос? - Лодур приподнял бокал с вином и повёл им в приглашающем жесте. Девушка решилась: - Моему отцу вы предлагали то же самое?

Некер нервно вздрогнул, но вмешаться не посмел. Лодур же задумчиво приподнял бокал с вином. Посмотрел на просвет, любуясь цветом. Глубоко вдохнул, наслаждаясь ароматом. И только после этого неспешно проговорил.

- К сожалению, ваш отец отверг подобное предложение. Увы, наш менталитет слишком сильно различался для взаимопонимания... До сих пор помню его слова, - Лодур прокашлялся и процитировал:

"Не хочу испортить столь значимое дело своим присутствием. Я остаюсь уроженцем своей родины, а значит – не столько открою вам чувства и мысли жителей Купола, сколько ни позволю Чистым в полной мере выразить собственные, уникальные устремления.

И являясь частью общности, я не желаю ей навредить. А работа на Чистых станет причиной… так сказать, изменений устоявшихся порядков, которые наиболее вероятно негативно отразятся на жителях Купола".

На несколько секунд повисла тишина, пока Лодур переводил дух, а затем он закончил мысль.

– Дипломатия была у вашего отца в крови: так послать собеседника, чтобы тот почувствовал, что ему сделали одолжение – надо уметь, – Лодур был достаточно силён, чтобы говорить правду, более того, он не прикрыто развлекался, ведя дискуссию. - Мне искренне жаль, что наш конфликт зашёл так далеко. Но восстание против меня... Это не то, что можно простить. Надеюсь, у нас с вами не будет подобной проблемы? Я верю, что вы примете правильное решение!

Предательство... Настасья сама была изгнана из Купола за то, что пошла против устоев родины! Она сражалась, чтобы ей не изменили личность и попросту не убили. Не стоит забывать, что девушка ранее поддерживала курс Предельщиков... Лодур взращивал давно посеянные семена.

Но если я правильно понял характер Насти, она не могла простить Лодура за своего отца! Да, у Насти вышел конфликт с Куполом... Но Купол – не один человек, это миллионы жителей. У неё вышли размолвки с некоторыми из них. Но основная часть Купола ей не враги. Более того, её семья – общий язык, культура, образование, даже взгляд на вещи. Один народ.

- А может ли Настасья отказаться от столь великой чести?

Новый участник разговора говорил неспешно. С налётом усталости и грусти. Камеры сменили ракурс, и теперь стало видно, как в помещение лаборатории, тяжело опираясь на спину волка из Стаи, вошёл Виталий. Второй монстр Стаи в потрепанных доспехах и с единственным глазом шёл чуть позади, неспешно похрустывая человеческими костями в зубах. Похоже, скелетов-охранников больше не осталось.

– Омега! Рад видеть, что слухи о вашей смерти преувеличены. Вот видишь, Тихарь, я же говорил, что таких личностей, как Омега, не убить! – Лодур улыбнулся ещё шире, хотя, казалось, это невозможно. – А ты ещё спорил со мной! Не стал бы он возвращаться в своё время, не убедившись в безопасности друзей.

– Вы, как всегда, оказались прозорливее, – проскрежетал Тихарь.

- И отвечая на ваш вопрос, Омега: девушка, безусловно, может отказаться! – звериные ушки Лодура даже встопорщились от возмущения. - Настасья талантлива и сумеет найти место в нашем обществе...

- Как Павел Гришин и его компания? Поправьте меня, если ошибаюсь, но разве не их скелеты минутой ранее охраняли лабораторию?

- Они стали ценными членами общества, понеся заслуженное наказание, - сплёлся из шумов голос Тихаря. Киборг встал в нескольких шагах перед Настей, словно пытаясь защитить девушку от Виталия. - Они напоминание, к чему приводит неблагодарность, попытка массовых убийств и…

– Желание получить свободу… – безнадёжно закончил человек. – Хотя... плевать. Насте всё равно уготована другая должность: место отца. Он буквально сгорел на работе, а девушка его прямой потомок и обладает всеми нужными качествами для замены!

Я отметил, как сжались кулаки Некера. Как на лицо Лодура легла тень. Как Настя поёжилась... но не более – похоже, магичка изначально предполагала нечто подобное. Либо Декассо ей подсказал. А судя по тому, каким подозрительным взглядом магичка провожала Виталия, отец успел не только предупредить о путешествии во времени Виталия, но и то что, он её последняя надежда.

Виталий уселся на уцелевший диванчик и принялся полировать саиф тряпочкой, которую вытащил из кармана.

- Посланник, ты забываешься! - лёд и ярость звучали в словах Чистого. - Я рад, что ты жив, но это не означает, то ты можешь говорить за меня! Более того, тебе ещё предстоит ответить за попытку уничтожения Купола! Без. Моего. Приказа, - я только теперь осознал, что глава Чистых искренне рад новому зрителю и действующему лицу. Он развлекался и не скрывал этого: - Единственное, что тебя оправдывает, так это то, что ваши действия позволили мне пополнить ряды моих подданных новым Несуществующим!

Виталий скорчил вопросительную рожицу, не отрываясь от полировки оружия. Один из членов стаи недовольно рыкнул, устраиваясь в ногах человека.

Вместо ответа вперёд выступил Тихарь и снял металлическое лицо... под которым обнаружилась зеленокожая морда с клыками. Рахнез!

- Ты прикрыл меня остановленным временем, поэтому я не погиб в сингулярности Чёрной

– Где мои люди его и нашли, – перехватил нить повествования Лодур. – Прыжок через Чёрную дыру даровал ему силы Несуществующего. Мы восстановили его, дав новое тело. И он честно исполнил свой долг! Благодаря ему мы сделали много: вышли на первый “Дракон” и захватили экипаж; вели переговоры с Куполом, в которых завербовали молодую версию Рахнеза; наконец, организовали полёт Арлекино в Купол и последующее спасение базы от Чёрной дыры! Или ты думал, я доверил спасение базы группе проходимцев, не имея уверенности в успехе?

Пока глава Чистых распинался, я осознал, что у Чистых всё это время имелись знания и возможность избежать катастроф последних дней. Провала Предельщиков в Куполе и разрушения Лунной базы с сопутствующими массовыми жертвами. Но они не сделали этого!

Не могли? Если руководствоваться теорией Виталия, то возможно...

Или не захотели? Неужели Чистого устраивает размен нескольких сотен, а то и тысяч своих подданных на одного Несуществующего? Или это такое безумное развлечение существа, которое живёт не одну сотню лет?

А ещё Виталий… Получается, что именно его поступок запустил цепь событий! Именно из-за него Купол оказался на грани войны и были разрушены сотни жизней… В том числе и Насти. И самого Виталия… которого призвали для исправления и создания ошибок.

А судя по тому, как пылал янтарь в глазах Насти - она это понимала. Она понимала, чья ошибка стоила ей всего!

Мысль додумать я не успел: в одном из окон камера показала взметнувшийся вверх огромный пылевой столб. Через несколько мгновений из него вырвалась ракета, блестя металлом на обтекаемых формах корпуса и сверкая огненным хвостом. Она, не спеша, устремилась вверх к звёздной россыпи и чёрному провалу Земли.

- Мой корабль? - с толикой удивления заметил Чистый и, что-то проверив на рабочем столе, хмыкнул: - Перехвачено управление. Взлом всех систем... Омега, твоих рук работа?

- Моих, Декассо и Анны! – провожая взглядам челнок, отметил Виталий. – Кстати, вы напомнили мне, ради чего я собственно остался: я увольняюсь из рядов Чистых и хочу забрать с собой в Купол всех, кто этого пожелает!

– Не слишком ли самонадеянно? – искренне удивился глава Чистых.

- Возможно... Но за всё время Чистые не сделали мне, лично, зла. Более того, помогали, поэтому мой вам добрый совет: не мешайте... Пусть спасение базы станет моим дарам в счёт тех, кто захочет уйти, – Виталий говорил проникновенно, но с ленцой, словно впрямь делал Чистым одолжение.

– Совершенно никакого почтения к старшим и более мудрым, – пожаловался Лодур. - Арлекино, пора тебе проучить своего зарвавшегося ученика. Тихарь, помоги ему.

- Извини, - едва слышно прошелестел Тихарь, блеснув клыками...

Тихарь телепортировался вплотную и попытался ухватить Виталия за шкирку. Но атака не достигла цели, буквально за миг до контакта запястье Тихаря попало в захват Арлекино. И пока зеленолицый гигант растерялся, киборг мощным рывком швырнул противника в другой конец зала.

Виталий с протяжным хеканьем поднялся.

Тихарь ловким прыжком поднялся и по новой атаковал Виталия: телепортировался за спину и... нарвался на монстра Стаи, что принял удар на грудь, так что материал доспеха прогнулся. Но это не помешало волку навалиться на Тихаря, пытаясь задавить массой и вцепиться тому в глотку.

Арлекино появился следом и попытался достать Тихаря ударом в бок. Но зеленокожий телепортировался к растерянному Некеру, выхватил у того из-за спины дробовик и стал расстреливать боезапас, после каждого выстрела телепортируясь.

Двое оборотней Стаи крутились вокруг человека, закрывая его своими телами. От каждого выстрела их броня раскалялась всё больше. Арлекино пришлось выделывать чудеса акробатики, преследуя Тихаря. Он раскидывал заклинания в разные стороны. Локальные взрывы. Каменные шипы. Размягченный камень пола...

Виталий неспешно пробежался пальцами по запасу ножей и неспешно вытащил два взрывных.

Тихарю приходилось медленно отступать... Яркая магическая вспышка на миг ослепила всех. Тихарь сбился при телепортации. Так что Арлекино успел ударить Тихаря по ногам. Тот покатился по полу... Каким-то особым образом передёрнул плечами, и на правом появился ёжик. Небольшой металлический ёж с острой мордочкой, глазами – алыми бусинками, кучей иголок – стальных спиц. Феникс! Повинуясь неуловимому жесту, иглы веером разлетелись по лаборатории.

Некер повалил Настю на пол, закрывая собственным телом от игл. Виталия и Арлекино ничего не коснулось - костяной киборг успел выставить зеркальный щит остановленного времени. А когда вслед за иглами рванул Тихарь, то Арлекино телепортировался ему навстречу, готовый столкнуться грудь в грудь.

Виталий подкинул ножи в руке и с широким замахом метнул – две грани зеркального барьера, защищавшие нутро разрушенной антиэнтропийной пушки, разлетелись роем осколков, ослепительно блеснувших в короткой вспышке детонации.

- Остановите его! - взревел Лодур, наконец поняв, чего хочет добиться воплощенный Виталий.

Тихарь, наконец, сориентировался и пошёл на радикальные меры: после телепортации он появился сразу в пяти точках. Временные иллюзии заставили Арлекино растеряться, и за короткий миг зеркальные кандалы остановленным временем сплавили руки союзника Виталия. В следующую секунду дюжина каменных пик отбросили оборотней Стаи прочь от него самого. А миг спустя Тихарь прижимал саиф к горлу Виталия.

– Арлекино... Так и знал, что твою память нужно чистить после каждой миссии! Ну раз так, то инициирую протокол сброса личности, код активации – пять, два, семь, три, один…

Закончить Лодур не успел, ибо Настя, про которую все почти забыли, с яростным криком рванула к энергетическому дробовику, откинутому Тихарём в запале боя. Три выстрела... по идее в спину Тихаря, но они ушли в стороны. Однако правая рука киборга вздрогнула.

Виталий воспользовался возможностью, и обычный нож скользнул в сторону ядра антиэнтропийной пушки. Мир, и в частности небольшой зал, сотрясла мощнейшая волна землетрясения. Ядро антиэнтропийного преобразования стало трескаться. Следом пришла вибрация, от которой жалобно зазвенели стёкла и заныли зубы даже у меня. Первый выброс энергии оказался направлен в трещину, а значит, и в стоявшего на траектории Виталия. Тихарь отшатнулся в ужасе, а вот парень без страха шагнул в центр инфернального свечения.

Лодур что-то кричал, приказывал и надрывался, но я не слушал – он уже ничего не мог изменить. Вместо этого я наблюдал, как от ядра антиэнтропийной пушки распространяется радужная сфера, поглощая всё новые и новые пространства. А

Основная часть замысла разыгралась передо мной, но я достаточно хорошо знал Виталия и внимательно слушал, чтобы понять, что осталось за кадром: антиэнтропийная пушка перематывала время в прошлое, но механическим путём – атомы, молекулы и прочие частицы начинали двигаться в обратном направлении. Но если совместить пушку и Воплощённого, то… тот откатится до состояний на грани путешествия во времени.

И это стало очевидно, когда левый глаз Виталия сначала заволокла тьма, а после этого глазницу исказил горизонт событий миниатюрной сингулярности. Виталий же поднял ядро преобразования антиэнтропии, впитывая остатки его энергии.

- Последняя возможность выбора: кто со мной?

Несколько уцелевших плазменных пушек по краям кратера сфокусировались на корабле, что уже почти превратились в одну из звёзд на небе. Намёк более чем прозрачный... Переведя взгляд на экран, откуда на него с яростью смотрел Лодур, Виталий добавил.

- И не вздумайте мешать! Я могу переместиться в любой момент времени и пространства. Я достаточно безумен, чтобы положить жизнь на уничтожение всего мира Чистых...

Арлекино стряхнул кандалы остановленного времени и без лишних слов занял место рядом с Виталием. Оборотни Стаи были уже здесь. Тихарь при этом так же молча телепортировался к экрану с Лодуром, показывая свой выбор. Взгляды скрестились на Насте... и Некере.

- Господин Лодур, если ваше предложение о дипломатических связях актуально, то я бы хотел быть представителем Чистых в Куполе! - неожиданно выступил вперед биороб, удивив всех.

– Ты?.. – волчий хвост так и мёл по полу, а лицо Лодура являлось палитрой всех возможных чувств. Я даже представить не мог, что мимические мышцы на такое способны.

- В этом случае я готова остаться у вас, - голос Насти чуть дрожал, но был уверенным. - Я стану дипломатическим представителем Купола у Чистых.

- Настя? - Виталий не настаивал, но обещание, данное Декассо, требовало его получить ответ.

- Ты был прав. Месяцы или года, но антиэнтропийная пушка будет восстановлена, и тогда Купол ничто не защитит... А так у нас есть шанс. Шанс если не на дружбу, то хотя бы на начало диалога. Я понимаю все риски. И я готова.

Виталий склонил голову, принимая выбор девушки. Взрослый выбор, в котором она поставила Купол превыше собственной судьбы... Лодур, наконец, сумел выдохнуть и протяжно выдал.

- Да будет так! Пусть это станет нашим последним противостоянием! Последней демонстрацией силы, - Чистый не преминул возможностью оставить за собой последнее слово. - По моему слову, Некер ты отправляешься в Купол. А ты, Тихарь вновь станет наставником и защитником Анастасии!

Тихарь на это лишь кивнул и на плечо Насти легла рука киборга. Девушка чуть вздрогнула… но осталось неподвижна. Да, эти двое провели немало битв. Борой вместе. Порой друг против друга. Отчаянно. До последнего… Но чего у них было не отнять - уважения друг к другу. И связи.

Виталий кивнул и щёлкнул пальцами. Антиэнтропийное ядро полыхнуло радужным свечением. Сингулярность в глазу Виталия окутала мир тьмой.

Глава 23. Делай выбор, маг... (Взгляд со стороны) Часть 3.

Вид сменился, и я снова ощутил себя в шкуре Виталия. Из тьмы стали проступать контуры рубки космического корабля. За пультами стоял сереброкостный скелет Декассо... Арлекино, оборотни и Некер, словно тени, сплетались рядом.

- "Тебе пора обратно, малыш", - словно из пустоты раздался шепот. Рывок выдернул Виталия из компании друзей обратно в небытие. - "Защитник Купола выполнил свою миссию. Пора забыть... Пока ты мне не понадобишься снова."

Эпилог 2. Надежда на возрождение. (Андрей)

Финальный файл закончился, а я всё сидел перед потухшим планшетом и тупо хлопал глазами. Губы сами по себе расплывались в улыбке. Финальный аккорд, сдобренный лёгкой интригой, небольшим боем и качественным планом…

Но сидеть в прострации, предаваясь думам о вечном, долго не удалось – мы подъезжали к месту назначения. Лена, изучавшая в телефоне блог Вики, тоже оторвалась от занятия. Когда машина остановилась, я расплатился с водителем и, выходя, быстро зашептал в спину девушки, уже спешившей к больнице.

– Лена, ещё раз прошу: не рассказывай родителям, о чём мы договорились – лишняя суета, а возможности помочь меньше. Поэтому бумажку, что я тебе отдал, передай полиции без свидетелей, станут спрашивать – ты ничего не знаешь, нашла с письмом под дверью. И очень прошу, родителей приводи не сразу, а минут через пятнадцать – двадцать. Нам лучше не встречаться лишний раз. Мне же необходимо переговорить с Виталием…

– Не нуди ты, – отмахнулась девушка. – Не маленькая, разберусь! Ты сам не подведи, иначе пожалеешь.

На подобное заявление я только тяжело вздохнул и двинулся прочь от главного входа к служебному. Дверь оказалась не закрыта, и я с удовольствием отметил, что некоторые вещи не меняются. А ведь прошло два с половиной года, как Виталий выписался из этой больнички, где отлеживался после фокуса.

В коридорах я ориентировался неплохо, поэтому быстро вышел к небольшой комнатке в самом дальнем закутке первого этажа с надписью: “Ординаторская. Только для персонала”. И вновь не заперто – я заглянул: из всей ночной смены три пьющих чай человека – как и ожидалось в столь ранний час. Заторможенные взгляды сосредоточились на мне. Мужчина лет сорока, похоже, глава смены, хотел уже на меня рявкнуть, но одна из молоденьких медсестёр подскочила и что-то шепнула мужчине. Тот пробурчал невнятно в ответ и махнул рукой. Медсестра поспешила ко мне.

– Андрейка, ты какими судьбами тут? – когда дверь закрылась, радушно поинтересовалась сестричка. – Я вас с Виталием давненько не видела. Совсем не навещаете меня!

– Уж извини, Юль, у нас выпускной год. Времени ни на что, кроме учёбы, не имелось, – почти искренне повинился я. – А у тебя, смотрю, вроде всё не плохо. Устроилось работать в туже больницу, где практику проходила?

– По твоему совету, – кивнула Юля. – И откуда ты только узнал, что здесь появится место, и к кому за ним обратиться? Больница центральная, лучшие условия во всём городе! Теперь проблем с деньгами нет. Кроме того, я ещё не забыла, как с вами было здесь весело.

– Ну, красный диплом что-то, да значит, – усмехнулся я, узнавая всю ту же весёлую медсестру, что ухаживала за Виталием после травмы. – Однако, извини, но я пришёл по

– Так это Витя? – охнула девушка. – Я слышала. Сейчас он в реанимации – это не моя зона ответственности, да и охрана… всех на этаже распугала! А что случилось-то?

– Юль, всё расскажу, но мне срочно, вот прям жизненно необходимо попасть к Виталию! Можешь посодействовать? – я скорчил самую страдальческую гримасу.

Девушка замялась, наверняка прикидывает, стоит ли дружба с парой странных парней конфликта с полицией, а потом с руководством больницы в случае неудачи. Однако искренняя беззаботность и доброта, которую я видел только у этой девушки, победили. Юля махнула мне рукой, уже на ходу объясняя.

– Реанимационная палата с Виталием на третьем этаже, в дальнем конце коридора, чтобы не мешать другим пациентам. Сейчас там суета, я слышала родители пациента… то есть Виталия, прибыли. Требуют доступа в палату. Я проведу тебя через служебные помещения, а дежурящих полицейских отвлеку – после ночной смены они сонные. Однако задерживаться не советую!

– Юль, всё сделаю быстро. Тебе ни о чём жалеть не придётся. Я в очередной раз твой должник!

– Да что уж там! – просияла польщённая девушка.

Мы углубились в лабиринт хитросплетения коридоров и лестниц. Никогда не думал, что в больнице всё так сложно устроено – я в очередной раз порадовался, что не пожалел денег и через третьих лиц устроить для Юли сегодня выход в ночную смену. Я даже в какой-то момент почувствовал себя героем истории наравне с Виталием. Но вот мы замерли у очередной двери.

– Сейчас я выйду и посмотрю, что да как, – прошептала Юля. – Если спокойно, то вернусь за тобой. Если не появлюсь, то выжди две минуты, не поднимется шум – иди. Тебе нужна палата триста двадцать четыре, третья по левую сторону.

– Понял, – кивнул я уже в спину медсестры, выходящей в коридор.

Юля не вернулась ни через минуту, ни через две. Подруге я доверял, но вот в её способностях уверен был не до конца, поэтому выждал три минуты и только после беззвучно проскользнул за дверь. Первое, что я увидел – спину в форме, всего в десятке метров. К счастью, охрана была справа по коридору и занята разговором с Юлей. Я облегченно выдохнул и буквально на цыпочках, то и дело оглядываясь и замирая от любого шороха, прокрался к нужной палате.

Дверь чуть слышно скрипнула и захлопнулась. Окна в палате закрыты, поэтому понадобилось с полуминуты, чтобы глаза приспособились к тусклому свету, просачивающемуся сквозь пластины жалюзи. Помещение ничем особым не отличалось: кровать, целая куча капельниц и мерно гудящего оборудования, выдающего медицинскую абракадабру. Виталий находился в центре, весь облепленный датчиками, перемотанный бинтами, утыканный иглами и уже не особо похожий на человека.

– Виталий. Виталий, ты спишь? – неожиданно заробев, шепотом окликнул я товарища. – Виталий, проснись. Нужно срочно поговорить! Я здесь, чтобы помочь тебе с предстоящим разбирательством… – я заткнулся, ибо окончательно понял, что Виталий не спал. Более того, по его виду становилось очевидно, что он не спал всю ночь, а лежал с открытыми глазами, чей взгляд стремился в бесконечные дали. – Виталий, это я, Андрей! Андрей Иглев, твой друг! – в этот раз моё имя не произвело никакого эффекта, даже с учётом того, что я существенно тряхнул товарища за плечо. Ситуация оказалась много хуже, чем я предполагал, поэтому стоило перейти к радикальным мерам: – Воплощённый Виталий – объединение Альфы и Омеги, мне необходимо поговорить с тобой!

– Откуда… – голос походил на шелест бумаги, но сфокусировавшиеся на мне глаза чернели оружейными стволами, так что я невольно отшатнулся. – Откуда ты знаешь эти имена? Я же всё уничтожил…

– Далеко не всё, – усмехнулся я сквозь силу, и планшет оказался в руках, светясь иллюстрациями из дневника. – Ты забыл о такой мелочи, как флешка, и теперь я знаю, что случилось. И пришёл сюда, чтобы ты не попал в тюрьму из-за своей глупости…

– Ты ничего не знаешь, если до сих пор общаешься со мной, – безапелляционно отрезал Виталий, и взгляд его поплыл. – А тюрьма… пожалуй, мне там самое место. Ты зря пришёл.

– Ты совершил столько всякой дряни, что тюрьма – это даже мягко, – не стал я спорить. Лишь сейчас я окончательно понял, что разубедить Виталия в реальности истории не получится, придётся играть по его правилам: – Однако я твой друг, и мне на это плевать! Я сделаю всё, чтобы ты оказался на свободе! Так же, как и твоя семья, что скоро окажется здесь! Поэтому соберись и начни действовать!

– В этом нет смысла, – Витёк в пофигизме был последовательно туп и непробиваем. – Это нужно вам… а мне? Вот скажи, зачем мне свобода? Я лучше отдохну…

– Что же, это твой выбор. Тогда я уйду, а ты потеряешь последнюю возможность исполнить слово, что дал Ане, – последние замечание вновь раздуло огонёк сознания, почти потухший во взгляде.

– Ты о чём? Аня мертва… в том числе и из-за меня. Долгов у меня не имеется, – Виталий действительно сумел забыть часть истории, чтобы полностью соответствовать образу.

– И опять ты ошибаешься, друг мой. Твоя память… так сказать, неполна. Можешь поблагодарить за это Первого Министра. Аня жива – ты сумел её спасти, и сейчас она в будущем ждёт тебя, – слова дались с трудом. Я всем сердцем жалел, что приходится направлять Виталия к заведомо недостижимой цели.

– Ты лжёшь, – свистяще прошипел Виталий. – Хочешь заставить меня действовать.

– Возможно, – я усмехнулся, в этот раз искренне, а на планшете застыл кадр, как Аня смотрит на себя на операционном столе. – Но узнать это ты сможешь наверняка, лишь когда получишь флешку. А отдам я её тебе, когда ты окажешься на свободе. Так ты желаешь отсидеть десятилетие или всё же выслушать меня и закончить в течение пары дней? Насколько сильно ты хочешь увидеться с Аней?

В коридоре послышался шум - похоже, родители Виталия пошли на новый штурм и, судя по ругани, неуспешно. Виталий же тяжело вздохнул, и край его губ расколола усмешка.

– Рассказывай. Похоже, отдохну я только тогда, когда Несуществующий вновь воплотится.