Венок русалки

Пролог…

Марина Север

Венок русалки

– Марина, идем к нам, – кричали девушки на берегу озера, – что ты там стоишь? Мы сейчас сплетем веночки, оденем их на голову и поплывем на тот берег. Посмотри, какая вода теплая.

Одна из девушек была в белом, легком льняном платьице, с обхватывающим талию такого же цвета пояском. Она стояла босиком, как и другие две девушки. Волосы каждой из них были светло-русые, глаза большие, издалека не разглядеть, какого они цвета. Девушки были молодые, ближе к двадцати годам, не больше. У каждой из них в руках свисали веночки, которые они пытались сплести из полевых цветов. Хотя, Марина всегда думала, что венки на голову делают из одуванчиков.

Девушки сидели на берегу озера, прямо на земле, пели какую-то тихую песню и перебирали пальцами тонкие стебельки разноцвета, вплетая их в самодельные венки. Когда одна из них закончила, надела его на голову и подошла к краю воды. Потрогав ее кончиками пальцев ног, рассмеялась и прямо в одежде вошла в озеро. Две другие, встали со своих мест и последовали ее примеру. Марина стояла наверху на дороге и сверху смотрела на круглое озеро, вокруг которого росли деревья. В некоторых местах по краю возвышались камыши, и даже было слышно поквакивание лягушек. Почему-то ей показалось, это место очень знакомым. Марина начала крутить головой, пытаясь понять, где находится. Так. Впереди озеро, а позади дома деревенские, жилые. Что-то до боли знакомое пробежало в голове. Смутные воспоминания, что она когда-то тут была. И вообще, как она оказалась в этом месте?

Со стороны озера послышался звонкий смех. Девушки плескались, брызгая друг друга водой. Марина начала спускаться с обрыва вниз. Дойдя до воды, остановилась и осмотрелась еще раз. Солнце светило высоко, от легкого ветерка вода на озере шла рябью. Тихий шелест деревьев успокаивал. Было жарко, даже душно. Марина сама, не понимая начала медленно заходить в озеро. Не осознавая того, что она в одежде, шла вперед, заходя все глубже в воду.

Девушки остановились, и когда Марина подошла к ним, взяли ее руки и в воде начали кружить в хороводе, при этом смеясь и напевая тихую печальную песню. Марина непроизвольно начала кружиться вместе с ними, пытаясь вслушаться в слова. Вроде они пели про девушку, у которой была трагическая судьба. Она любила парня, а он женился на другой девушке из богатой семьи. Сердце девушки не выдержало и в один прекрасный день, она вошла в озеро и утопилась. Как раз была ночь на Ивана Купала. Она превратилась в русалку и по сей день плавает по рекам и озерам в поисках своей не состоявшейся любви.

В такт этой песни Марина кружила с девушками в воде и не обратила внимание, когда небо стало затягивать темными тучами. Ветер усилился, зашумели деревья, раскачиваясь сильнее в разные стороны, загудел камыш. В какой-то момент Марина почувствовала, что ее рук касается что-то холодное и мокрое. Кожа сразу покрылась мелкими мурашками. На мгновение, что-то острое царапнуло ее ладони. Марина в тот же миг вышла из оцепенения. Увидев себя по пояс в воде, да еще в одежде, испугалась. Она просто не понимала, когда умудрилась войти в воду. Погода стремительно менялась. Ветер еще больше усиливался. Повернув голову к девушкам, она встала в ступор. На нее смотрели уже не те красавицы, которые плели венки и пели песни. Это было три мерзких уродливых существа, которые скалили зубы в страшной гримасе. При этом они издавали странные звуки, похожие на рычание или бульканье. Открывая широко рот, Марина заметила, что вместо обычных зубов, у них были острые клыки, как у акулы, в два ряда. Лицо каждой было серо-зеленого цвета, волосы мокрыми прядями свисали на плечи, а на голове вместо красивых венков из полевых цветов висели водоросли. Верхней одежды больше на них не было. Маринка хотела повернуться и побежать обратно на берег, но две девицы по краям крепко держали ее за ладошки. Так вот что это такое, холодное, касалось ее рук. Рассматривать дальше времени не было. Марина начала вырываться, но существа крепко вцепились в нее. Длинные костлявые руки с такими же пальцами, на которых торчали острые ногти, карябали ее руки. Марина пыталась закричать, позвать на помощь, но вдруг та, которая стояла напротив, схватила ее за голову и потащила на дно. Пытаясь вырваться, она барахталась, всплывая наружу, при этом в рот и в нос попадала вода. Но девица сильнее сверху давила на голову, чтобы Марина не смогла даже глотнуть воздуха с поверхности. В воде было видно, как все три мерзко смеются и кричат от восторга. Когда воздух почти закончился в легких, а сознание начало затуманиваться, Марина услышала, как кто-то сказал: «Не будет тебе счастья, с нами жить станешь». И тут она проснулась.

Резко открыв глаза и сев, Марина начала хватать ртом воздух. Одеяло запуталось вокруг тела, подушка, как и волосы, были мокрые. В горле пересохло. Отдышавшись, она начала оглядываться по сторонам. В темноте было плохо видно, поэтому не сразу сообразила, где находится. Потерев глаза руками, и посмотрев по сторонам еще раз, поняла, дома. Она сидела на своей кровати, в окно светила яркая луна. Сегодня полнолуние. Волосы вспотели и прилипли к шее и лицу. Тяжело дыша, Марина спустила ноги с кровати, надела тапочки и пошла на кухню, выпить воды. Включив свет над кухонным гарнитуром, она взяла чайник и плеснула себе в стакан немного жидкости.

Сегодня дома она одна, Максим был на дежурстве и рассказать о том, что ее мучает уже третий месяц, она не могла. Опять деревня, которая осталась позади уже как два года и сны, страшные сны, которые несколько месяцев в полнолуние ей снятся. С этим надо было что-то делать.

Глава 1

– Остановите, пожалуйста.

Водитель газели посмотрел в зеркало заднего вида и спросил:

– Вам где?

– Возле деревни, на перекрестке, где стоит придорожное кафе. Если можно.

Газель притормозила на обочине, возле указателя с названием поселка. Маринка взяла свой объемистый чемодан на колесиках и начала двигаться к выходу, пробираясь через многочисленных людей, которые ехали дальше. Желающих посетить небольшой курортный городок, который находится в здешних местах, не уменьшалось. Было начало августа и приезжих из других регионов, подлечиться в грязевых ваннах и искупаться в лечебном

Каждый год, вот уже на протяжении многих лет, небольшой город, который находился чуть дальше деревни, преобразили, как могли и сделали из него новый курорт городского типа. Местный предприниматель решил создать небольшого рода бизнес, у которого большая часть полученных денежных средств уходила в казну администрации. Хотя вроде где-то писали, что этот, так называемый ипешник ни кто иной, как сын какого-то депутата. Но надо сказать, что место возле озера заметно улучшилось. Построили детские горки, стояли кафешки через каждые сто метров, сделали ограждение и стоянку. Вход, правда, платный, но это никого не смущало, ведь люди едут сюда полечиться со всех регионов нашей необъятной страны.

Не все могли позволить себе поездку на машине, поэтому многие предпочитали сначала на поезде, потом на местной газели, которая ходит регулярно и в одну и в другую сторону. Самое интересное, что оплачивать за этот маршрут нужно полностью, хотя ты выходишь намного раньше, а до пункта назначения еще сорок километров. Водителю не важно, где тебя высаживать, маршрут то идет от одной точки до другой и он не обязан терять в деньгах. А если что-то не нравится, то вон, лови попутку. Либо плати полностью, либо добирайся, как хочешь.

Маринка вылезла из газели, вытащила чемодан и перешла на другую сторону. Тяжело вздохнув, двинулась в сторону поселка, до которого еще топать два километра. Погода не радовала. Со стороны города надвигались огромные черные, грозовые тучи. Ветер заметно пришел в движение, поднимал вверх большие клубы пыли. Деваться не куда надо идти, и видимо очень быстро, а то можно попасть под дождь. В подтверждении этих мыслей где-то рядом громыхнуло, а яркой молнией резануло темное небо.

Прибавив шаг, Маринка захихикала. Вспомнилась ситуация в автобусе, когда проезжали местный комплекс, где содержали и выращивали свиней на продажу.

Когда отправляешься в сторону курортного городка, нужно проехать несколько поселков, но самое главное, это комплекс, который стоит по пути к пункту назначения. Кто ездил по этой трассе постоянно, тот уже привык к тому запаху, который чувствуешь здесь. Всегда удивляло, как живут местные жители и справляются со всем этим.

Дело в том, что хрюшки кушают, соответственно оставляют после себя неприятные последствия переваренной еды. Это всё нужно убирать и куда-то вывозить.

Конечно же, у комплекса нет такого места, и все добро, а его не мало, смывается и сливается на лежащее рядом поле. Не прямо рядом с трассой, но от положения места, запаха меньше не становится. А пахнет жутко.

Возможно, кто-то и пытался написать на них жалобу, но результата пока не было. Скорее всего, данный бизнес считался очень важным для нашего региона, поэтому местные власти смотрели на все сквозь пальцы.

Вот и сегодня, проезжая мимо этой достопримечательности Марина почувствовала удушливый запах, который тут же пробрался через окна газели. Закрывать их никто не торопился, потому что было жарко, поэтому все сидели и молчали.

Нужно было видеть лица людей, которые не понимали, откуда эта вонь. Каждый начал поглядывать на своих соседей, думая, что кто-то из них пустил такой пахучий нежданчик. Сморщенные носы и прищуренные глаза вызывали смех, но что-либо говорить или объяснять не хотелось. В конце концов, она не гид по местным достопримечательностям. Пусть вдыхают наши «ароматы Франции в одном флаконе» Ха-ха-ха…

Подгоняемая сильным ветром Марина подходила все ближе к поселку. Уже можно было разглядеть крыши домов.

Наконец показался первый поворот в деревню, который разделялся на две улицы. Спустившись с горки, пройдя местный медпункт и завернув в проулок, показалась школа. Именно сюда она планировала устроиться на работу. Школа не была новой, хотя и построена из хорошего кирпича. Периодически, раз в несколько лет, там делали капитальный ремонт. Кажется, года три назад у них только поменяли обычные окна на пластиковые.

Хорошо, что никто из местных не встретился на пути. А то пришлось бы объяснять, почему она приехала сюда одна, без мужа и с чемоданом.

Вообще, эта деревня состоит из четырех длинных улиц и у каждой свое название. Через каждые шесть или семь домов есть проулки, чтобы можно было быстрее попасть на другую улицу и не обходить все вокруг. Но часто в таких вот закоулках можно встретить домашних животных. Например, гуляющих телят или привязанных козочек, которые пасутся возле своего колышка. Бывают и собаки, которых жители отпускают на прогулку.

Вот и сейчас, завернув в проулок, Марина увидела двух коз, которые нажевывали траву и периодически мекали. Это не самое страшное животное, которое можно было встретить в деревне. Больше всего она боялась коров. Эти крупнорогатые могли и на рога нацепить. Жесть. А мычат так, что мурашки от страха бегают по всему телу.

Обычно их можно встретить после дневного выгула. Пастух гонит их по улицам вечером. Хоть они и вызывают кучу эмоций, но коровы достаточно умные животные. Например, после пастбища, каждая знает, куда им нужно идти. Находит свою улицу и дом. Хозяину нужно только стоять возле калитки и встречать свою корову.

На каждой улице есть магазины. Два из них относились к городу, и продукты возили исключительно оттуда. Два открыли местные предприниматели. Еще был небольшой ларек, который периодически переезжал то на одну улицу, то на другую.

Дальше по улице, рядом со школой детский сад и почта. Все это было в одном здании. Детский сад занимал одно крыло в два этажа, а почта другую сторону этого же здания. В общем, жить тут можно, только основная масса жителей ездила в город на работу. Потому что для всех вакансий не хватало, а если и устраивались, то заработная плата не совсем радовала.

Дом, в который направлялась Марина, находился на улице Липовая, прямо посередине, напротив местного фермерского магазина. Он всегда умилял своим изобилием продуктов. И не нужно было бегать далеко.

Подходя к калитке, она услышала, как лает собака. Видно учуяла запах хозяйки, которая не появлялась здесь почти два года. После смерти свекрови, Марина категорически отказывалась тут оставаться, а тем более приезжать. Уже больше ничего не держало. Зато остались животные, кошка Машка и собака Джесси.

Муж сюда приезжал иногда и оставался ночевать, за домом же надо смотреть, чтобы он совсем не развалился и все вещи, оставшиеся тут, не растащили. А вообще просили соседа, который приходил и кормил живность.

Зайдя во двор, на Марину сразу нахлынули воспоминания. Вот беседка, которую они с мужем делали, чтобы можно было вечерами сидеть с родными и друзьями, жарить шашлыки и культурно

– Мяу. – Прозвучало где-то совсем рядом.

С кресла спрыгнула Машка, и побежала, навстречу, держа хвост трубой. Она сразу же начала ласкаться возле ног. Джесси радостно лаяла, поскуливая, и виляла хвостом.

– Ну, вот и я, – сказала Марина животным. – Ждали меня? Соскучились?

В небе опять громыхнуло и начало мелко моросить. Собака полезла в будку, а Машка побежала за ней к дому. Погода заметно ухудшилась.

Достав ключи в укромном месте, Марина открыла первую входную дверь, которая тут стояла с самых истоков зарождения дома. Жёлтая, старая, вся обшарпанная, она еле открывалась и часто заедала. Они редко ее закрывали на замок, но когда долго никто не жил, приходилось запирать, а ключи оставлять.

В нос ворвался запах старого, деревенского дома. Ничего не изменилось. Всё те же сени, стены которых покрыты побелкой, которая в некоторых местах уже полопалась и осыпалась. Из них вели три двери. Одна направо в сарай, где когда-то держали домашних животных, прямо, за дверью, был предбанник, а потом баня, налево вход во вторые сени с маленьким окошком и еще одна дверь, за которой сразу находилась большая кухня. Эта дверь была добротной, ее Максим привез из города и установил как основную. Именно ее всегда запирали не зависимо от того, был ли кто дома или нет.

Открыв дверь, Марина вошла на кухню, где все так же стоял большой диван, стол, газовая плита и сервант с посудой.

Поставив сумку на пол и сев на старый диван, воспоминания нахлынули разом. И как последний год проживания она ухаживала за больной свекровью, и как не спала ночами, когда она кричала в агонии. Как утром, не выспавшись, ехала на работу. Последний месяц перед ее смертью был тяжёлый и какой-то странный, даже можно сказать страшный. Она кричала, звала маму свою и просила ее забрать. Почти никого не узнавала. Марина проводила все свободное время возле ее кровати. В какой-то момент это все прекратилось и она, успокоившись, просто спала. А потом, не выходя из сна, умерла.

Марина встала, поставила чайник, и в этот момент в дверь постучали. "Господи – подумала она, – ну кого уже черти принесли, ещё и в такую погоду". Дождь уже хлестал по окнам, оставляя мокрые размытые следы вперемешку с пылью и грязью. Завтра, если погода изменится, нужно будет все отмыть. Открыв дверь, она увидела на пороге, порядком промокшую подругу Вику.

С ней она познакомилась, когда с Максимом переехали к свекрови. Вика была его одноклассницей. Приятная, веселая девушка, которой было двадцать семь лет, хотя Максу двадцать восемь. Как она потом объяснила Марине, она пошла в школу с шести лет.

Вика была примерно ее роста, сто шестьдесят два сантиметра, с большими карими глазами и длинными, как у Барби ресницами. Аккуратный носик и красивые алые губы завершали это великолепие. Волосы темно-каштанового цвета носились в виде каре по плечи. Раньше они у нее были длинные, но из-за работы, пришлось укоротить. Так ей было даже лучше. Она не была пухлой, ну и не походила на дистрофика. В меру пышная грудь, круглые бедра, вообщем все при ней в ее двадцать семь лет.

У Вики был свой магазин, которым она управляла. Он приносил стабильный доход. Жила она с родителями на улице Вишневой. Замужем так и не была, так как не нашла еще своего принца. Были легкие романы, но это ее устраивало.

– Маринка, – радостно закричала она и кинулась обниматься, – какими судьбами? Тебя сто лет тут не было. Хорошо хоть созваниваться можем, а то я так вообще забыла бы, не только как ты выглядишь, но и твой голос.

– Да так, решила сменить обстановку. Устала от городской суеты. Хочется свежего воздуха и тишины.

– А Максим где? Он потом подтянется?

Маринка не хотела отвечать на этот вопрос, но зная, что Вика всё равно не отстанет, пришлось сказать.

– Нет. Максим сюда не собирается. Я одна приехала.

Вика как-то странно посмотрела и спросила:

– Что случилось? Расскажешь?

– Давай в другой раз. Я только приехала, очень устала. Шла пешком два километра. Тут как всегда, если кто-то едет, фиг остановится, чтобы подвезти, хотя бы до первой улицы.

– Даааа, народ у нас какой-то ушлый стал. Без денег никуда. А может просто ты стала, не узнаваема. Вон как похудела. Прическа, реснички, ногти. Я тебя сначала не узнала. Думала, вы кому-то дом продали, и явилась новая хозяйка.

Марина рассмеялась.

– Вот ты рассмешила. Ты же знаешь, Максим не хочет этот дом продавать, память от родителей. А ты чего, магазин бросила и прибежала? У тебя, наверное, там толпа уже собралась.

– Я тя умоляю, кто сейчас придет. Посмотри, как хлещет. Кому надо, уже до дождя затарился. Особенно местные алкаши. Ха-ха-ха. Хотя ты права, пора идти. А то мало ли. Ты давай, распаковывайся, отдыхай. Если что звони. Я к тебе завтра прибегу. Завтра Надюха выходит на работу, а я за товаром поеду.

Вика вскочила, чмокнула Марину в щеку и схватилась за ручку двери.

– Подожди, давай хоть зонт дам, а то пока добежишь, насквозь промокнешь.

– Ну, давай, а то и правда, льет. Не дай бог заболеть.

Зайдя в спальню, Марина полазила в шкафу и нашла свой зонтик трость, который тут остался. Отдав его Вике, она закрыла дверь и сказала кошек Машке:

– Ну что, красавица моя, давай что-нибудь поедим?

– Мяу, – ответила Машка, щурясь и, как будто отвечая, – ну давай, я не против.

Хорошо, что по дороге на автобус Марина зашла в местный супермаркет. Купила чай, сосиски и макароны. Остальное, необходимое тут было. Максим иногда, когда здесь ночевал, покупал продукты.

Переставив закипевший чайник на другую конфорку, поставила воду под макароны и сосиски.

– Эх, Машуня, как давно меня тут не было. Я уже и забыла, что и где лежит и кому всё это надо. Пойдём в зал? Попробуем телек включить. Вдруг ещё работает.

В зале, который был большой, даже слишком для обычного дома, всё оставалось, как и до отъезда. Диван, черный, который они привезли из города, тумба, на которой стоял небольшой телевизор и два кресла. На окнах висели прозрачные шторки.

После смерти

Здесь помимо зала и двух спален была ещё одна небольшая комната, без окна. Там раньше стояла кровать и скрипучий старый шифоньер. Зачем она была нужна именно для спальных нужд, было непонятно. Ни окон, ни вентиляции, а проход занавешен плотной шторкой. Поэтому решили сделать ванную с туалетом. Обшили комнату пластиковыми панелями, повесили два бра, зеркало, унитаз, ванную. Поставили недорогую дверь. До этого выводили трубу на улицу и рыли яму под слив. Под зеркалом установили стиральную машинку. Получилось очень даже классно. До этого приходилось бегать на улицу, что было совсем не комфортно особенно зимой.

Телевизор работал. Слава богу, гроза не повлияла на местные линии передач. Обычно при такой погоде или сильном ветре всегда где-то обрывался провод. Поэтому до приезда электромонтеров приходилось сидеть без света. Видимо в этот раз повезло больше.

Марина сварила макароны, положила поесть собаке и вынесла ей на улицу. Дождь лил как из ведра. Постояв немного в дверях, она решила поставить миску в сарае и позвать туда собаку. Там и сухо и вода в тарелку не попадет. Позвав Джесси, которая с неохотой вылезла из будки, она поставила еду на пол, погладила животное и пошла обратно.

Наложив себе макароны с сосиской, и не забыв положить ещё одну кошке, Марина пошла в зал и села в кресло перед телевизором, который показывал какой-то фильм. "Вроде пока не всё так плохо, как казалось, а дальше посмотрим "

***

Где-то на другом конце деревни, на крыльце стояла худощавая женщина лет пятидесяти и курила сигарету. Серое прокуренное лицо говорило о неправильном образе жизни, который, скорее всего подпитывался крепким алкоголем. Высокая, с коротко стриженными жирными волосами, лицом, с глубокими морщинами, она была похожа на бабу Ягу. Скрюченный длинный нос украшал это страшное, злое великолепие.

– Захарыч, – крикнула она в глубину дома, – ты, когда в командировку собираешься?

– А что такое? – Послышалось из сеней. – Куда-то намылилась?

– Да нет, хотела у тебя ещё немного пожить? Не против?

– Надолго, али как?

– Пока не выгонишь, – рассмеялась женщина хриплым голосом.

– Через пару дней уеду. А ты оставайся, живи, за домом присмотришь, да и мне будет спокойнее. А то дураков много, растащат хозяйство, не найдешь потом.

Захарыч был не плохим мужиком, часто ездил в командировки, дома бывал редко. Был он не большого роста, с черными волосами на голове вперемешку с проглядываемой сединой, среднего телосложения. Лицо сильно обветренное, с корочкой в некоторых местах, видимо работа в холодном регионе давала о себе знать.

Жил он один. Когда-то был женат, но, как и во многих семьях, никогда не хватало денег. Его благоверная собрала детей и уехала в другой город к родителям, оставив его в старом доме и с долгами по уши. Но тот долго не горевал, устроился куда-то на север работать. Месяц там, две недели дома. Такой образ жизни его устраивал, только вот дом оставлять надолго не хотел. Раньше за ним присматривала соседка, но не так давно, она умерла. Животных он не держал, кормить никого не нужно было.

Совсем недавно к нему постучались в дверь и попросились снять комнату. Но Захарыч разрешил пришедшей женщине остаться, главное, чтобы за домом присматривала и коммуналку оплачивала.

Сейчас у него намечалась очередная командировка, поэтому ей очень повезло с соседом по комнате. Захарыча не будет целый месяц.

Женщина смотрела на дождь и мысленно радовалась. Хорошо всё складывается. Нашла жильё у местного деревенского мужика. Бесплатно.

Погода портилась на глазах. Небо затянуло грозовыми тучами. Где-то вдалеке вспыхивала молния одна за другой, вспарывая и без того темное небо ослепительными полосами. Дождь лил как из ведра и, похоже, не собирался заканчиваться. Где-то громыхнуло, а следом яркий свет очередной молнии озарил соседние дома.

Женщина докурила, одним щелчком выкинула окурок куда-то в темноту и зашла в дом. Ночь не предвещала ничего хорошего, сплошной дождь и мерзкую погоду.

Глава 2

Маринка проснулась, от того, что в окне, в проходной, кто-то пытался открыть форточку с улицы. Чьи-то ногти ковыряли засохшую раму. Звук был неприятный и даже пугающий. Кожа на руках, от страха покрылась мелкими мурашками. Дома была тишина, и только противный скрежет с улицы невыносимо выворачивал мозги в голове. Глаза не хотели открываться.

Вчера поужинав и выпустив кошку на улицу, Марина так и уснула под включенный телевизор и шум дождя. Видимо дорожная усталость, и всплеск воспоминаний вперемешку с эмоциями, принесла свой вклад в крепкий сон.

В городе все по-другому, окна открыть невозможно, постоянно проезжают машины или гоняют мотоциклисты. Свет фонарей бьёт в окна и кажется, что в квартире не ночь, а вечер.

Марина сладко потянулась и наконец, открыла глаза. Все-таки это был не сон, и она действительно в доме, а не в квартире.

Вчера собрав чемодан и оставив Максиму записку, она уехала в деревню. До этого разговор об этом с мужем был продолжительный. Марина хотела разобраться в себе, в своих снах, которые ее не отпускали последние несколько месяцев. А больше всего, они пугали ее, потому что были страшные.

Все вело именно в эту деревню, где они, какое-то время жили с Максимом и его родителями. Пока их по очереди не стало.

С Мужем она познакомилась еще в городе, он как раз только пришел из армии и учился в институте. Когда ей исполнилось двадцать два года, а ему двадцать четыре, они поженились.

Марина была привлекательной девушкой. Стрижка каскад с мелированием на русых волосах. Аккуратный носик, выразительные, зеленые глаза и ровные, слегка пухлые губы.

Она была стройная, хоть и не высокая. Максим сразу на нее запал. Так получилось, что у них была физкультура на одном стадионе, но занимались разные институты, там и познакомились. Они нечаянно столкнулись, когда бежали дистанцию. Максим отвлекся и не увидел девушку, бегущую на встречу. После этого у них и завертелся роман.

Марине он тоже сразу понравился. Высокий парень, с темными коротко стрижеными волосами под ежика, смотрел своими влюбленными глазами цвета желтого ореха. У Максима была накаченная фигура, прямая осанка и сильные руки. Сейчас и с того момента, когда они познакомились, он ни на грамм не изменился, как и Марина. Максим всегда поддерживал спортивную форму. Единственное что, он сделал себе наколку на правом плече в виде скорпиона.

После института он устроился работать в полицию, а Марина

Он постоянно был на работе, сотрудников МВД сейчас ценят, видимо за то, что они на ней живут. А домой он приходил, в основном, только переночевать, если не ездил в деревню. Марина предложила пожить отдельно, и так, как мужу неудобно добираться из поселка в город, то сюда перебралась именно она. Две недели назад, написала заявление на увольнение, отработала и приехала в деревню.

Ей как-то Вика говорила, что в школе требуется бухгалтер, именно такую должность Марина занимала на старой работе. Предварительно позвонив директору школы и получив ее одобрение, собралась и приехала.

Взглянув на часы, которые показывали половину девятого утра, Марина увидела два пропущенных вызова от Максима. Вздохнув, подумала, что позже перезвонит, поднялась с дивана и пошла, посмотреть, кто же всё-таки ломает форточку в доме. За окошком сидела кошка Машка и мяукала. Нагулялась.

Погода на улице особо не улучшилась. Было пасмурно и дул ветер, хотя дождь вроде уже закончился. Посмотрев в окно, Марина увидела, что дорожка возле дома была вся залита водой. Деревья стояли измученные, опустив свои кроны пот тяжестью мокрых листьев. Она открыла форточку и запустила кошку.

Надо накормить животных и приступить к уборке в доме. Сообразив из вчерашних остатков похлёбку из макарон для собаки, она отложила немного в чашку для кошки и вышла на улицу.

Картина, которая предстала перед ней на пороге дома, была больше отвратительной, чем жуткой. Возле самой двери лежала большая крыса с вывалившимися внутренностями наружу. «Фууууу, какая мерзость», миска с едой чуть не вылетела из рук. Маринка никогда не кричала от страха, вот и сейчас, издав, что-то нечленораздельное в виде шумного писка повернулась к кошке.

– Твоя работа? – посмотрев на Машку, Марина изогнула бровь и показала взглядом на крысу.

Кошка, увидев, что ей привалила радость в виде свежего мяса, да ещё уже и разделанного бросилась к супер гигантской мыши. Но тут же встала как вкопанная. Тихонечко потянула носом, пытаясь обнюхать находку, Машка вдруг чихнула, высунула язык в рвотном рефлексе и убежала в сторону беседки. Странно, кошка, которая ловит мышей, птиц, насекомых даже не подошла, а убежала как ошпаренная. Как будто ей туда яда положили. Марина перешагнула через расчлененное тельце крысы, пошла, кормить собаку. Гадость эту всё равно придется убирать. Как бы противно ей не было.

Поставив еду собаке, Марина зашла в сарай. Найдя там чилижный веник и чугунный совок, посмотрела по сторонам. Когда-то здесь водились куры, гуси, утки, свиньи и корова по имени Малинка.

Перед тем как они поженились, часть продалось, многое пошло на свадебный стол. Тем более свекровь в своем возрасте 70 лет уже не могла держать столько живности. Годы уже не те, да и здоровье не позволяло.

Выйдя обратно во двор, Марина подошла к находке и, сдерживая рвотные позывы, собрала содержимое в пакет. Было видно, что мелкое животное было выпотрошено совсем недавно. Кто же его сюда притащил?

Марина вышла за ворота, чтобы отнести на мусорку крысу. На дорогах красовались большие лужи, а на траве блестели капли от дождя. Магазин был ещё закрыт, но люди потихоньку начали подтягиваться. Дело в том, что сегодня суббота, а значит, завтра хлеб не привезут, поэтому все старались закупить хлебобулочные изделия именно в субботу, чтобы до понедельника хватило.

– Маринка привет, – крикнула тетя Таня, – ты погостить приехала?

– Доброе утро Татьяна Петровна, нет, жить буду, в понедельник в школу иду устраиваться, бухгалтером. Ирина Григорьевна предложила. Сказала, нам такие специалисты нужны.

– Ой, как хорошо. Опять соседями будем. А Максим где?

Что же это такое, вот прямо нельзя уже одной приехать. Всем всё интересно. Сейчас слухи побегут. Деревня, это маленькая страна, где все, всё друг про друга знают. И чтобы не приукрасили или не сочинили то, что хотят слышать, нужно быть аккуратнее в своих ответах. Вот и сейчас, не хотелось ничего говорить того, что потом может обернуться против тебя.

– Максим в городе. У него работы много. Сказал, позже подтянется. Ему просто отсюда сложнее ездить на работу, да и далеко.

– Ну да, ну да, – с сомнением отозвалась тетя Таня. По ее лицу было видно, не поверила. Да и ладно. Пусть думает, что хочет.

– Ладно, пойду, а то ещё убраться надо, давно тут никто не жил. Потом за хлебом схожу, – и, пробормотав тише, добавила, – если останется.

– Ну, давай, если что, забегай. Катя дома, чаю все вместе попьем, – улыбнулась соседка и побежала в магазин, который начала открывать продавец Надежда.

Марина выкинула пакет с крысой в мусорный бак и вернулась в дом. Надо убраться. За все время, которое её тут не было, никто и не предпринимал попыток нормально всё отмыть.

Взяв в туалете ведро и тряпку, Марина налила воды и принялась мыть окна. Дом был из двух спален, зала, кухни и двух проходных. Всё время на уборку заняло часа четыре. В доме было очень много старых не нужных вещей и мебели. Даже старая посуда 80-х годов занимала большое пространство на полках, но ее перенесли в сени и убрали.

Муж не хотел ничего выбрасывать. Но мебель, старую, часть, всё равно разобрали и отправили в баню на дрова. Во-первых, запах старья распространялся сильно, да и с годами, все начало разваливаться. Во-вторых, они купили сюда кое-что из новой мебели и бытовой техники.

Оставалось почистить ванную и унитаз и на этом всё. Марина зашла в санузел, и обратила внимание на тумбочку в углу, накрытую какой-то шторкой. Она пыталась вспомнить, что это может быть? Взяв ее за края, она начала отодвигать тумбу от стены. Она легко подалась, и по полу заскрежетали колесики. Так. Стоп. Что-то знакомое мелькнуло в голове. Вытащив находку на свет и сняв с нее ткань, Марина вспомнила, это же швейная машинка свекрови. Она иногда за нее садилась. Правда ни разу ничего толком не шила, но стук педали был слышен из ее комнаты.

Открыв крышку и перевернув ее наверх, машинка сверкнула колесом с ручкой и скрипнула. Погладив по старой поверхности, Марина не сразу заметила, что в душку иголки была воткнута нитка.

Раньше казалось, что эта машинка служила для шитья фартуков и разных тряпочек, но теперь взору предстала странная нитка, золотистого цвета, которая была не сверху, как у всех швейных машинок, а снизу, под выдвижной пластиной. Вроде ее называют шпулькой. Туда наматывается нить и продевается снизу. На ней были странные иероглифы, не понятно какие, и не понятно на каком языке, но

Марина долго рассматривала швейную машинку и неожиданно замерла на одном месте. Взгляд сфокусировался на надписи и вдруг, она услышала шепот, который толи был у нее в голове, толи кто-то шептал ей на ухо. Маринаааааа, Маринааааа, шелестело где-то внутри. На какое-то мгновение, ей показалось, что ее зовёт по имени свекровь. Хотя разобрать по шепоту было невозможно.

Стук в окно заставил Марину вздрогнуть, моргнуть и выйти из оцепенения. «Господи, что это было?» Перевернув машинку обратно и накрыв тряпкой, подбежала к окну.

– Привет Маруся, – иногда Вика, шутя, называла так Маринку, – чем занимаешься?

Открыв окно и впуская свежий тёплый воздух, Марина улыбнулась и ответила:

– Генеральную уборку делала. Хочу сходить в магазин, надо продуктов купить, и кушать приготовить. Питаться святым духом ещё не научилась, да и животных тоже кормить надо.

– А я только с базы приехала, товара накупила, сейчас Надюха разберёт и приходи. Кстати, я тебе хлеб отложила, а то ты как всегда дотянешь, и ничего не останется. Ты же знаешь, что завтра не будет завоза.

– Спасибо. Ты вечером придешь? Посидим, чаю попьем?

– Слушай, Марин, а пошли лучше вечером на озеро сходим, смотри какая погода. И не скажешь, что вчера дождь лил. Солнце так палит, что высохло уже всё.

И правда, пока Марина занималась уборкой, даже не заметила, что солнце вышло из-за туч и жаркое лето снова вернулось на круги свои. Лужи на дорожках заметно уменьшились и грозились к концу дня высохнуть совсем.

– Даже не знаю, Вика, сегодня, какое число?

– Второе августа. А что?

– Как что? – Воскликнула Марина. – Сегодня Ильин день. Ты как здрасти. Забыла про приметы? В этот день нельзя купаться. А то нечисть на дно утянет.

Вика начала смеяться.

– Давно ты такая суеверная стала? Ничего никогда не случалось, а нечисть, это фольклор и сказки, придуманные нашими предками, чтобы детей пугать.

– Не знаю, – ответила Марина, – когда свекровь была жива, она мне одну историю рассказывала, как одного мужика русалка на дно утянула. Он на рыбалку пошел, на бережке сидел. Поздно было. Как раз в ночь со второго на третье августа это произошло. И не заметил, как задремал. Проснулся, на небе звёзды, а по воде туман расстилается. Он начал глаза тереть спросонья, а когда более-менее всмотрелся в темноту, увидел сквозь белую пелену девушку в воде. У нее были длинные светлые волосы и венок из цветов на голове. Она была в воде по пояс, голая, перебирала волосы руками и улыбалась. Мужик долго смотрел на нее, а потом понял, что она начала подплывать ближе и смеяться легко так и звонко. Потянула к нему руки, зовя к себе. Мужик смотрел, как завороженный на эту красавицу. Подплыв к нему ближе, девушка поманила мужика, и когда тот наклонился, схватила его за шею и потянула в воду. Не ожидав, такого, он бултыхнулся и пошел на дно. Изо всех сил мужик пытался вырваться из крепких объятий и в последний момент ему это удалось. Не знаю, что за сила ему помогла, но он выбрался на берег, тяжело дыша и, обернулся, посмотрев на озеро. В темноте было плохо видно, да и туман куда-то пропал. Зато на поверхности воды, мелькнул большой рыбий хвост и, шлёпнув о гладкую поверхность озера, ушел на дно. Не зная, как, на ватных ногах, добежал мужик до своего дома. На следующий день ходил всем, рассказывал, что видел в озере русалку. Местные смеялись над ним, говорили кукушка поехала. А мужик тот через месяц умер. Кто-то сказал, зачах совсем. Толи от любви, толи от страха. Вот так вот.

Вика стояла, молча. Послушав рассказ, сказала:

– Марина, ну ты-то в эти сказки, надеюсь, не веришь? Знаешь, сколько таких басней рассказывают наши бабушки и дедушки. Если всему верить. Короче, хватит выкобениваться. Вечером, в девять, захожу, и мы идём на озеро.

– Ладно, – подумав пару секунд, согласилась Марина, – всё равно не отстанешь.

Вика развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла к калитке.

– Слушай, а давай с собой вина и мяса возьмем, пикник устроим, – крикнула она, уже выходя за ворота.

– А не поздновато будет, темнеет рано уже.

– Самое то.

– Хорошо, – согласилась Марина и двинулась обратно к дому.

Погода и правда разыгралась. Солнце жарило, а пары после дождя делали воздух душным. Надо сходить в магазин. Народ вроде рассосался и не придется встречаться с соседями. Марина взяла на кухне пакет и снова отправилась за калитку.

В магазине было два человека. Баба Люся, соседка по дому слева и тетя Катя, живущая на улице Морской. Они что-то обсуждали, пока продавец Надя раскладывала товар. Зайдя в магазин, Марина услышала, видимо конец разговора.

– Ой, что-то у нас в деревне давно ничего не происходило, – сказала тетя Катя, – вот как пить дать, не к добру это.

– Ну, тя, сумасбродная, – ответила ей собеседница, – накликаешь беду. Это хорошо, что спокойно. У нас деревня и так непонятная. А тут ты еще со своими желаниями.

Баба Люся замолчала, увидев Марину, заулыбалась.

– Здравствуй, Мариночка, как дела? За хлебушком пришла? А мы вот тоже, только некоторым, – бабка покосилось на свою соседку, – скучно живется.

– Ничего не скучно, все знают, что в деревне поговаривают. Не простая она у нас, а на костях построена и раньше по-другому называлась, только не помню, как, – тетя Катя задумалась, – а вчера какая гроза была, прямо светопреставление.

Баба Люся махнула рукой и двинулась к выходу, тетя Катя отправилась за ней. По дороге они еще что-то бурно обсуждали, а потом скрылись за поворотом.

Марина купила пару булок хлеба, сахар, упаковку чая, курицу, картошку, в общем, все, что нужно для комфортного проживания и отправилась домой. Надо было приготовить обед, и сразу ужин, так как они с Викой вечером собрались на озеро.

Зайдя в дом, Марина обратила внимание, что дисплей ее телефона светится, значит либо кто-то звонил, либо пришло сообщение. Она вспомнила, что так и не позвонила мужу, который вчера набирал ей несколько раз. Ладно, позже пообщается. Обида на него не прошла. Притаилась где-то внутри и съедала маленьким червячком.

В записке, оставленной ею, она все написала. Что хочет пожить одна, что он ее не слышит, что живет на своей работе. Мысли проносились в голове, задевая больные воспоминания. Так. Хватит. Пора заниматься обедом. Набрав в кастрюлю воды и поставив ее на газ, Марина отрезала от курицы кусочек и положила его вариться. Сама пошла на улицу в беседку, чистить картошку

Глафира Герасимовна была женщиной старой закалки. У нее не только мебель, но и посуда и все остальное было со времен ее переезда сюда. Она всегда говорила: «Это память о моей прошлой жизни», и никогда не разрешала это все выбрасывать. Посуда была привезена ею из школы, в которой она по молодости работала. Вот и сейчас взяв в руки маленький ножик, ручка которого была перемотана изолентой, Марина приступила к чистке картошки. Все-таки хорошо здесь. Воздух чистый, нет шума машин, птички щебечут. Сварив суп, она отварила гречку и сделала подлив из сосисок. Пусть будет. Впереди два выходных, а потом ей будет некогда. В понедельник приступать к новой работе.

Марина не заметила, как быстро наступил вечер. Надо покормить животных и идти собираться. Скоро прибежит Вика, так что нужно быть готовой.

Положив в пакет небольшое одеяло, бутылку белого вина, пару пластиковых стаканов, хлеб, сыр, помидоры и огурцы, Марина пошла одеваться.

Где-то был у нее красивый купальник, который она покупала, когда они с мужем ездили отдыхать на море. Чемодан, стоял в зале, возле кресла. Она еще не успела толком все разобрать, поэтому пришлось вытаскивать вещи и складывать их на диван. Вот он. Салатовый, с глубоким вырезом и чашечками. Он идеально подчеркивал грудь Марины. Она вспомнила, как Максим был против такой покупки.

– На тебя же все пялиться будут.

Марину забавляла его детская ревность. По ее мнению, он никогда серьезно не ревновал. Казалось, что все его претензии по поводу чужих взглядов в ее сторону были сказаны с юмором, без обиды и жесткости в словах. Выходя за него замуж, она знала, что этот человек никогда не поднимет на нее руку. Все их разговоры про ревность или кого-то на стороне всегда были сказаны в шутку. Повода никто из них никогда не давал.

В окно постучали. Марина взяла пакет и вышла во двор. Вика стояла возле калитки. В одной руке она держала корзину, в другой шампура. На голову нацепила шляпу с широкими полями, а поверх топика и коротких шортиков накинула парео. Маринка рассмеялась.

– Ты в таком виде похожа на мушкетёра, тебе только усов не хватает.

– Ну и что, зато удобно. Пошли, давай. Как раз жара немного спала, да и озеро уже нагрелось до неприличной температуры. Ты вино прихватила?

– Конечно. Куда же без него. Отдыхать идем, а не рыбу ловить.

Они двинулись в сторону озера, до которого пешком было идти примерно километр или пятнадцать минут небыстрым шагом. На озере было тихо, только где-то посередине слышалось, как плещется рыба. Проходя мимо поворота, они увидели дядю Ваню, заядлого рыбака. Кажется, он постоянно тут сидел. На нем был рыбацкий костюм, такой тонкий, цвета хаки. На голове панама, такого же цвета, а в руках он держал удочку. Покуривая самокрутку, он сидел на каком-то бревне. Все его внимание было сосредоточено на озеро, а вернее на поплавок, который торчал из воды.

– Привет дядь Вань.

– Привет девчаты. Купаться собрались? Вода нынче теплая, только смотрите мне всю рыбу не распугайте.

– Да мы шуметь не будем. А вы на ночь или как? А то сегодня Ильин день. Не боитесь, что русалки утащат?

– Так че мне бояться, я же тут, на бережку. Это вы смотрите, чтобы вас не утянули.

– А нам то что, – рассмеялась Вика, – мы же не мужики. На кой черт бабы русалкам нужны, ну если только русал какой симпатичный подвернется.

Они рассмеялись в голос и двинулись дальше. Озеро было круглой формы. Не очень большое. Глубоко было только посередине и там, где рыбаки ловили рыбу. По кругу росли деревья, где-то торчали камыши и только в нескольких местах находился удобный спуск, чтобы можно было постелить одеяло, позагорать и искупаться. Загорать они не собирались, поэтому остановились возле первого спуска.

Расстелив покрывало, и сняв с себя одежду, Марина вошла в озеро. Зайдя в воду по пояс, она остановилась. Ей показалось, что на другой стороне за деревьями кто-то стоял в черной одежде и такого же цвета головном уборе. На улице было еще не совсем темно, но и разглядеть на таком расстоянии кто это там мужчина или женщина не удавалось. Казалось, что этот человек просто прячется и не хочет, чтобы его увидели. Хоть вода и была теплой, по спине пробежал холодок, а кожа тут же покрылась мурашками. Что-то было в этом человеке жуткое. На секунду промелькнула мысль, что это местная ведьма, про которую когда-то рассказывала свекровь. Но Марина тут же отогнала эту мысль. Этого не может быть. История эта уходила корнями в далекое прошлое и вряд ли тот, кто прячется за деревьями та самая старуха. Но все равно было страшновато.

Что-то холодное коснулось ее плеча. От неожиданности Маринка заорала, а тот, кто ее коснулся начал орать следом. Повернувшись, она увидела Вику.

– Ты совсем что ли? – Марина схватилась за сердце. – Напугала до чертиков.

– Ты сама меня напугала. Я тебя зову, зову, а ты встала как вкопанная и не двигаешься, и не откликаешься. Я думала, случилась чего. Полезла за тобой в воду, а ты орать давай, ну я с испуга тоже. Что ты там увидела?

– Мне показалось, что на той стороне, за деревьями, прячется человек. Только не понятно, мужчина это или женщина. Видно было только фигуру в черной одежде и все.

Марина махнула рукой в сторону противоположного берега, но там никого не было. Что за черт? Она же отчетливо видела фигуру в черном. Или ей показалось? Последние дни она сама не своя из-за странных снов, возможно, поэтому ей мерещится всякое.

– Никого там нет, – ответила Вика, – тебе, наверное, показалось. Ты плавать будешь или пошли шашлык пожарим. Пока ты тут стояла, как вкопанная, я уже и ямку вырыла и костерок развела.

– Сейчас окунусь пару раз и приду. Ты пока вино в воду засунь, чтобы оно теплым не стало.

Марин вытянула руки вперед и поплыла. Нырять она в такой воде не любила, хотя с детства умела хорошо плавать. В школе, она два года ходила в бассейн, где инструктор учил каждого держаться на воде. Марина освоила несколько видов плавания, а также умела неплохо нырять с

Проплыв до середины озера, когда ноги уже не доставали до дна, Марина повернула в обратную сторону и тут, ей показалось, что кто-то или что-то коснулось ее ноги. Она начала крутить головой и пытаться рассмотреть, что это может быть. Но вода была мутной, тем более солнце почти скрылось за горизонт, поэтому разглядеть, что в воде, не представлялось возможным. От испуга она перешла на стиль плавания брасом. Но тут кто-то схватил ее за щиколотку и резко дернул в низ. Марина с головой ушла под воду.

Не ожидая такого, она начала барахтаться и пытаться выплыть на поверхность воды. Когда, наконец, у нее это получилось, она откашлялась, выплевывая грязную жидкость, и вдруг поняла, что ее ногу никто не держит.

Успокоившись и отдышавшись, Марина поплыла в сторону берега, где сидела возле костра Вика. Видимо та ничего не видела, так как в одной ее руке был стакан с вином, а другой она крутила шампура. Все ее внимание было обращено на костер.

Уже темнело, и чтобы мясо не подгорело, подруга следила за огнем. По берегу расплывался запах жареного мяса. Выбравшись на берег и окутав себя полотенцем, Маринка села на одеяло. Ее трясло. Во рту оставался привкус грязной воды с тиной. Есть, сразу же, расхотелось.

Она не стала ничего говорить Вике, чтобы не пугать ее. Только потерла ту часть ноги, за которую ее схватили и дернули на дно. Щиколотка была поцарапана. На поверхности кожи красовались три полоски, похожие на царапины животного. Она поморщилась от боли. Когда придет домой, надо срочно будет обработать перекисью водорода, чтобы не было заражения.

Марина и Вика посидели еще часа полтора, поели шашлык, выпили вина и начали собираться. На небе уже показалась луна, и появились звезды. На улице было тепло, хоть и наступил поздний вечер. Вика перед уходом немного поплавала, а Маринка отказалась лезть в воду, объяснив это тем, что после вина, слегка кружится голова и лезть в таком состоянии ей не хочется.

На обратном пути они посмотрели на дядю Ваню, который все так же сидел возле деревьев, держа удочку в руках. «Видимо все-таки останется на ночь», подумала Марина. И не страшно человеку?

Дорогу от озера было видно плохо, так как не было ни одного фонаря. Луна светила ярко, только поэтому можно было хоть что-то разглядеть. Странно, но почему-то именно в этом месте не было фонарей. Хотя недалеко от дороги, где было озеро, стояли дома. Дальше находилось кладбище, а после него еще одно озеро, куда ходили коровы на водопой.

До развилки они дошли быстро, а потом каждая пошла по своей улице. Вика заверила Марину, что завтра забежит поболтать, на том они и расстались.

До дома она добралась, когда уже окончательно стемнело. Нащупав ручку на двери в заборе, Марина зашла во двор и услышала радостное повизгивание собаки. На встречу бежала кошка Маша. Погладив животных, она зашла в сени. Где же этот выключатель, хоть свет включить, а то ничего не видно. Пошарив на стене и найдя нужную кнопку, Марина включила свет и вошла в кухню. Здесь выключатель нашелся быстро.

Бросив пакет с одеялом на диван, поставила греться чайник. Сев на стул и включив телефон, чтобы посмотреть время, вспомнила, что хотела позвонить мужу. На телефоне показывало половину двенадцатого. Уже поздно для ночных звонков, завтра точно надо позвонить. Нажав на кнопку полного выключения мобильного телефона, бросила его рядом с пакетом и пошла, наливать чай.

Сегодня в магазине она купила себе набор пакетированного чая с разными вкусами. Найдя свой любимый, малиновый, налила в большую кружку, насыпала сахар и поднесла к губам. Горячая сладкая жидкость тут же обожгла горло. Вкусно. Сразу стало тепло и уютно. Неожиданно внизу щиколотки защипало, она вспомнила про свою ногу. Черт. Надо обработать перекисью. Марина поковырялась, нашла нужное лекарство и вату и пошла в ванную комнату. Надо смыть с себя озерную воду.

Постояв под душем минут тридцать, она закуталась в большое банное полотенце и вышла из ванны. Оторвав вату и облив ее обильно перекисью водорода, Марина начала осторожно протирать царапины. Вроде ничего необычного. Раны не глубокие, покраснения нет, кровь не сочится, но вот в чем вопрос. Что или кто это был? На ветку или корягу под водой не похоже, потому что она чувствовала, как что-то ее схватило за щиколотку и дернуло на дно. При этом, она даже не почувствовала, ни боли, ни прикосновение чего-то острого. Увидела царапины только на берегу, скорее всего, больше почувствовала. Ногу решила не перевязывать, от царапин еще никто не умирал.

Посидев еще пару минут, Марина переоделась в ночную пижаму и разобрала пастель. Пора ложиться спать. Время приближалось к часу ночи. За окном было темно. Марина легла под тонкий плед и почти провалилась в сон, когда услышала на улице жуткий вой. По звукам это была собака, но от такого воя кожа покрывалась мурашками, а на голове волосы вставали дыбом. Внутри неприятно пробежал холодок страха. Что же это такое?

Марина села на диване. Подходить к окну было страшно, да и что в темноте можно было увидеть. Посидев пару минут, она легла и повернулась лицом к стене. Закрыв глаза, она попыталась уснуть, но неожиданно вой повторился. Было такое ощущение, что прямо под ее окнами. Марина от страха зажмурилась сильнее. Она вспомнила, как однажды свекровь говорила, что если ночью воют собаки, значит к покойнику. Марина попыталась подавить свой страх и уснуть. Сколько она еще проворочалась, неизвестно, но уснуть ей все-таки удалось.

Ночью снилась деревня, озеро и девушки с венками на голове, которые плескались в воде на самой середине. Пели песни, водили хоровод. Они звали ее с собой поплавать, но Марина отказывалась.

Из сна ее выдернули крики, доносящиеся откуда-то с улицы.

– Убилииииии… Господи, убилииииии!

Глава 3

Максим пришел домой поздно. В квартире стояла гробовая тишина. Жена, наверное, не дождалась и легла спать. Сняв обувь, он прошел в ванную, закрыл дверь и включил душ. Сегодня был тяжелый день. Было такое впечатление, что жизнь нашего города складывалась на одних дебоширах, пьяницах и мелких хулиганов. Слава богу, убийств, практически не было. Приходилось выезжать на трупы, но в основном люди умирали либо от тяжелой продолжительной болезни, либо от старости.

Максим разделся и встал под горячие струи воды. Подставив под них лицо, он сразу почувствовал,

Налив в чайник воды, и нажав кнопку включения, полез в шкафчик за пакетиком заварки.

В холодильнике стояло молоко, а на полках лежала нарезка мясная, сырная и колбасная. Марина всегда покупала такой набор, зная, что муж часто на перекусах.

Последнее время, жена была какая-то странная, дерганая. Часто вскакивала ночью в постели, тяжело дыша, а потом до утра могла сидеть на кухне пить либо чай, либо кофе.

Она пыталась с ним поговорить, но ему всегда было некогда. Вроде ее мучили ночные кошмары. Говорила, что снится деревня, и какие-то страшные люди, похожие, толи на зомби, толи на призраков. Максим как-то раз сказал, что может ей обратиться к врачу или попить успокоительное. Марина обиделась и с тех пор перестала ему что-либо об этом говорить. У него и так на работе проблем хватает, еще она со своими сказками. Вчера завела опять об этом разговор, но он ее даже слушать не стал. Может, все-таки нужно было сесть и выслушать жену спокойно? А потом вместе сходить к психологу. Раньше он за ней не замечал такого.

Из глубоких мыслей его вывел щелчок чайника. Вода закипела. Максим налил себе кипятка в бокал, который жена подарила на 23 февраля, с логотипом МВД, насыпал сахар и налил молока. Взяв горячий напиток, он направился в спальню, где спала жена. Вообще, Марина не любила, когда он приходил с едой в их комнату. Говорила, что для трапезы есть кухня, а крошки, которые остаются на кровати, это не гигиенично. Все-таки они в ней спят, да и от бокала часто отпечатываются следы на поверхности тумбочки, а если он, не дай бог разольет кофе в пастель, то та никогда не отстирается от пятен. И Марину это всегда раздражало.

Но сейчас она спала, и вряд ли проснется. Так что он тихонечко может допить свой чай у них в спальне, а завтра так же быстро утром уберет бокал на кухню. Просто спать очень хотелось, но и чаю тоже.

Открыв дверь, он не сразу отправился к кровати, даже не посмотрел на нее. Поставил бокал на тумбочку, тихонько, чтобы не шуметь, отодвинул одеяло и включил торшер. Повернулся и хотел, уже было, поцеловать жену, но ее место оказалось пустым, а кровать застелена одеялом.

Максим сначала испугался, ведь такого раньше никогда не было. Когда он приходил домой с работы, жена всегда была дома. Либо его ждала, либо уже спала. Но сейчас ее не было на месте, зато лежал белый лист бумаги, на котором было что-то написано. Максим взял его, подчерк был жены, и начал читать:

«Максим, я уехала. Просто собрала вещи и уехала. Прости, что так получилось, но другова выхода у меня не было. Мне надо разобраться, что со мной происходит. Я пыталась с тобой поговорить, но толи из-за своей загруженности на работе, толи из-за нежелания меня слышать, ты отвернулся от проблемы, которая меня мучает уже на протяжении трех месяцев.

Сейчас пишу, а самой хочется плакать. Мы с тобой в браке уже больше трех лет. Всегда все делали вместе, помогали друг другу. Как говорится и в горе, и в радости. Но в последнее время ты отдалился от меня, перестал меня слышать. Возможно, я тоже в чем-то виновата. Но сейчас мне хочется разобраться в своей проблеме. В этих странных снах про деревню, в которой мы жили недолгое время с твоей матерью.

Я уезжаю туда. В тот дом, где прошел первый год нашей совместной жизни. Возможно, там я смогу найти свои ответы. Прошу тебя. Не приезжай. Мне надо побыть одной. Я тебе не говорила, но с работы я уволилась. Директор местной школы позвал меня на должность бухгалтера, так что без денег я не останусь. Я обязательно тебе позвоню, но только тогда, когда смогу решить то, зачем я еду. Все будет хорошо. И пожалуйста, береги себя. И, в конце концов, начни уже нормально питаться. Твоя М.»

Максим держал письмо в руках и не мог поверить, что его жена, его любимая Маришка собрала вещи и уехала от него. Положив лист рядом на кровать, Максим схватил телефон и начал набирать жене. Он хотел все исправить, хотел, чтобы она вернулась, потому что жизни без нее не представлял. До сих пор не осознавая, что такого произошло, и что он сделал, Максим уже набирал номер Марины. В трубке послышались длинные гудки, но на той стороне никто не брал телефон. Максим попробовал набрать снова, но только сейчас осознал, взглянув на время, что уже первый час ночи и жена, скорее всего уже спит.

Бросив телефон в сторону, он залез под одеяло. Мысли беспорядочно бегали в голове. Что же делать? Первое, что пришло на ум, это покидать вещи в сумку и рвануть к ней, но он тут же одернул себя. Ночь на дворе, он только напугает Марину своим появлением.

Завтра после работы, он соберет вещи и отправится туда, куда уехала его жена. В дом его детства. В дом его матери, где он когда-то узнал, что она заболела.

Он помнит, как она позвонила и сказала, что в груди очень сильно болит. Максим повез ее в городскую больницу к врачу. К сожалению, диагноз был не утешительный. Поставили повторную онкологию с метастазами в легких. Врачи говорили, что ей осталось не больше трех месяцев, но она прожила еще год. Все это время они с женой помогали ей как могли. Мать до последнего не знала, что у нее за диагноз, а он сказать ей не мог, просто не решился.

Последний год ее жизни она страдала. А последний месяц кричала в страшных муках, не осознавая, что с ней происходит. На это было больно смотреть. Но он держался, чтобы не заплакать.

Мама была уже пожилая женщина, семьдесят семь лет. Но он очень хотел, чтобы она пожила хоть еще немного. В тот последний месяц ее жизни она уже никого не узнавала. Кричала, звала кого-то и металась по подушке. Но в один прекрасный день все это прекратилось. Она просто весь день

Конечно же, он туда ездил, ведь за домом нужно было приглядывать, но вот жить там Максим не смог. Все напоминало о родителях, о его детстве. Отец ушел раньше из жизни. Его разбил инсульт. До больницы довезли, где он и умер от кровоизлияния в мозг. Мать слегла через какое-то время. Возможно, не перенесла потерю мужа.

Воспоминания проносились в его голове и не давали заснуть. Родителей уже давно нет, а он никак не мог отпустить их.

На дворе уже была глубокая ночь. Завтра на работу, но мысли о жене, о том, что она уехала не давали провалиться в глубокий сон. Провалявшись с закрытыми глазами еще какое-то время, Максим сам не заметил, как уснул. Наверное, все-таки усталость дала о себе знать.

Утро выдалось тяжелым. Глаза не хотели открываться, голова гудела от недосыпа. Было такое ощущение, что он вчера не работал, а бухал. Все-таки не полноценный сон – это плохо для здоровья. Повернувшись на другой бок, и по привычки потянувшись рукой к жене, он обнаружил пустое место. И тут вспомнил, что вчера вернулся домой, а жены нет. Она уехала. Максим потянулся к телефону, чтобы набрать ей еще раз, но подумал, что еще очень рано, тем более, сегодня суббота. Она, скорее всего, спит.

Приняв прохладный душ, Максим отправился на кухню, чтобы сделать себе кофе. Загрузив кофейные зерна и нажав кнопку ок, кофемашина начала готовить его любимый капучино. Соорудив пару бутербродов и взяв бокал, он добавил несколько ложек сахара и приступил к завтраку. С утра в окно уже вовсю светило солнце, радуя своими теплыми лучами, хотя вчера вечером шел дождь. День будет жарким, подумал Максим и пошел собираться на работу. Хоть сегодня суббота, но дела нужно доделать.

***

– Любимов еще не пришел? – спросил Максим, зайдя в отделение.

– Не было еще, че случилось? – Ответил ему лейтенант со смешной фамилией Ёжиков.

– Да нет. Хотел у него отпроситься на пару дней. Вроде висяков никаких нет. Дела, текущие подшил, нужные отработал.

– Срочно надо?

– Да в деревню хотел мотнуться, в дом родителей. Жена туда поехала по делам, вот помочь хотел.

Максим не хотел рассказывать в отделе, что его жена собрала вещи и уехала в его отчий дом. Его проблемы никому не нужны, каждый по-своему загружен, да и подколы коллег не очень хотелось бы слушать.

На работе всегда дел много, все стараются свои проблемы решать дома. Максим подошел к своему рабочему месту, сел на стул и включил компьютер.

– Санчо, нажми чайник, пожалуйста.

Ёжиков, которого все в отделе называли просто, Санчо, без отчества, подошел к столу, набрал в чайник воды и поставил греться. Рядом лежала еще заварка, сушки в пакете, сахар в коробке и какие-то карамельки. Была большая банка кофе, которое Максим здесь не очень любил пить. На работе больше употреблял чай с сахаром, а если у кого-то оставались еще и сливки, радости не было придела.

Открыв на рабочем столе нужный файл, он начал просматривать его и записывать данные на листочек. Чайник закипел, и Максиму пришлось отвлечься и встать, чтобы налить себе чай. У каждого в отделе была своя кружка. У него стоял большой бокал, подаренный его женой на их годовщину. На нем была изображена их свадебная фотография.

Заварка и три кусочка сахара опустились в кружку с кипятком. Захватив с собой пару сушек, он сел обратно на свое место. Достав из стола белый лист, начал писать рапорт на выходные дни без сохранения заработной платы. Лучше заранее все подготовить, а уж потом бегать подписывать документ.

Поработав еще пару часов, Максим отправился с рапортом в кабинет начальника. Для начала нужно было отчитаться о проделанной работе, по вчерашним вызовам, а уж потом поговорить про выходные. Любимов был на месте.

– Сергей Петрович, разрешите войти?

Любимов был человеком предпенсионного возраста, с густой сединой на голове, такими же усами и уже прилично заметными морщинами на лице. Высокий, подтянутый, он имел хорошую форму для своих лет.

По службе этот мужчина уже лет как пятнадцать назад должен был уйти на пенсию, но уж очень любил свою работу. Был человеком старой закалки, справедливым. Когда надо похвалит, но и поругать мог. Практически все в отделе любили его. Уважали. Никто не хотел, чтобы он уходил на заслуженный отдых.

На его плечах держалось все. Каждую проблему он решал по-своему. Если срочно нужно уехать или не дай бог у сотрудника что-то случилось, отпустит. Таких еще поискать надо. За своих он всегда перед начальством был горой, но и лентяев, и лоботрясов не любил. Все старались работать ему подстать, чтобы не подводить.

Сергей Петрович сидел за своим столом и с кем-то разговаривал по городскому телефону. Махнув рукой, как бы говоря, проходи, продолжил беседу. Максим вошел в кабинет и сел за длинный стол, за которым проводились многочисленные совещания. Поговорив еще минут, пять и, положив трубку, Серей Петрович вздохнул тяжело и прикрыл глаза на пару секунд. Видимо на проводе с другой стороны был трудный разговор.

– Здравствуй Максим. Ты что-то хотел? – Начальник выпрямился в кресле и в упор посмотрел на своего подчиненного.

– Сергей Петрович, разрешите отпроситься на пару дней? Надо в родной дом смотаться, жена уже уехала, вот и я хотел бы с ней. Дела я подшил, текущие вопросы отработал, насколько это было возможно, ребят предупредил, что нужно отлучиться. Но если что, я на связи. Деревня от нашего города всего в сорока километрах находится.

Максим говорил, а сам смотрел на свои ладони, при этом перебирая пальцами.

– Максим, я тебя знаю давно, что случилось? Говори, как есть, я уже не в том возрасте, чтобы бегать по углам и обсуждать с другими проблемы сотрудников. Если что-то серьезное и нужна помощь, можно обсудить. – Начальник положил руки на стол, сделав при этом пальцы замком, и подался слегка вперед.

Максим вздохнул, помолчал, раздумывая, стоит ли говорить с начальником о его проблемах в семье, и все-таки решил рассказать, правда, не сильно вдаваясь в подробности происходящего.

Начальник долго не думал, просто подписал рапорт и

Максим поблагодарил Сергея Петровича и вышел из кабинета, как раз в это время у начальника зазвонил телефон. Вернувшись к себе, достал из выдвижного ящика папку с последним делом и начал перебирать материал. Сейчас доделает работу и поедет домой. Надо было еще раз позвонить Марине, время уже приближалось к двенадцати, а она так и не перезвонила. Мало ли, надо было удостовериться, что она доехала до дома без приключений. Хотя, может просто не хочет разговаривать. В письме Марина четко указала, чтобы он ей не звонил и не приезжал.

То, что она видела его пропущенные вызовы, это факт. Просто, видимо не считала нужным перезванивать. Максим волновался, поэтому поехать и поговорить с женой, а тем более попытаться убедить ее вернуться обратно, он должен был попробовать.

Но сегодняшний рабочий день не хотел отпускать его вовремя с работы. Позвонили с дежурки, сказали, что нужно срочно выезжать в местное СНТ, там вроде как один садовод любитель нашел что-то похожее на бомбу. Соскочив с места, Максим позвал с собой Санька, они спустились вниз, в машину, где уже собралось порядком сотрудников.

– Кинологов и саперов вызвали? – Спросил он у участкового.

– Конечно, уже позвонили, должны были выехать на место.

– И что этим садоводам не живется спокойно? Все копают и копают, уже всю страну перекопали. Места им на огороде мало. По любому ничего там нет.

– Ладно, Макс, сейчас доедем, посмотрим. Думаю, это ненадолго.

Машина тронулась в сторону СНТ. Оно находилось в пару километров от города, поэтому долетели быстро. Когда они вылезли из уазика, кинолог и саперы были на месте, и уже вовсю работали.

Как оказалось, сегодняшний день быстро не закончится и скорее всего, придется отложить свою поездку до завтра. При осмотре данного места, оказалось не все так просто, как хотелось. Максим тяжело вздохнул и еще раз набрал жене. Ответа не последовало…

Глава 4

Не понимая, что происходит, Марина села на диван и начала тереть руками лицо, чтобы хоть как-то проснуться. Она долго не могла уснуть, а теперь глаза не хотели открываться, а мозг быстро соображать. За окном было светло, но солнце до конца еще не поднялось на небе. Марина начала шарить рукой по дивану, засунула ее под подушку, потом нагнулась и посмотрела на пол. Телефона нигде не было, поэтому узнать, сколько сейчас времени было невозможно. Вспомнив, что она его отключила и оставила на кухне, Марина тяжело вздохнула и издала мучительный рык, завалившись при этом обратно на диван, положа голову на подушку и накрывая себя одеялом с головой. Очень не хотелось вставать с пастели и идти за ним на кухню.

Через пять минут на улице послышались громкие голоса, звук машины, которая где-то рядом остановилась и чей-то протяжный плач. Какая-то женщина выла в голос и что-то причитала.

Боже мой, что там еще произошло? Марина все-таки заставила себя подняться с дивана и отправиться на кухню. Вот и телефон. Включив его, она дождалась, когда загорится дисплей, накинула на себя толстовку с капюшоном, и вышла во двор, взглянув при этом на время. Оно показывало девять утра.

Собака лаяла, но увидев хозяйку, замолчала и завиляла хвостом. Тут же откуда-то появилась кошка, громко мяукая. Животные видимо хотели есть. Маринка направилась к калитке. Открыв ее, увидела, что возле магазина, который должен был открыться, собирался народ. Кто плакал, было не разглядеть через толпу. Здесь же уже стоял местный участковый Сергей Тимофеевич, а также фельдшер Наталья Ивановна. Все галдели. Мужики что-то громко обсуждали, а женщины качали головой и размахивали руками.

Подойдя поближе, Марина увидела и тетю Катю и бабу Люсю, а также несколько молодых девушек, которых она не знала. Участковый что-то спрашивал у женщины с опухшими глазами и шмыгающим носом. Та плакала и качала головой.

– Настасья Петровна, когда вы видели Ивана Васильевича последний раз? – Спросил Сергей Тимофеевич.

– Да вчера днем. Он на рыбалку собирался, – всхлипывая, ответила женщина, – взял рыболовные снасти, ведро. Накопал в огороде червей. Я ему еще воды с собой в бутылку налила и еды положила, там хлеба краюшку, лучка зеленого, соли и яичек штучки три. Еще спросила: Вань, ты домой поздно придешь? Он ответил: «Как ловиться будет». На этом все.

Сергей Тимофеевич почесал затылок, сделал какие-то записи у себя в блокноте и опять спросил:

– А почему вы решили, что его убили?

Настасья Петровна скомкала платок в руке, выпучила глаза и даже перестала всхлипывать, пытаясь понять, что ее спросил участковый.

– Сергей Тимофеевич, вы что? А как по-другому? Домой ночевать не пришел, а как не прийти то, есть завсегда хочется. Еще утром, как проснулась в шесть, мне же корову надо выгонять пастись, сердце прямо вот тут так сильно кольнуло, – и женщина показала на грудь, – что я сразу поняла, что-то с моим Ванечкой случилось.

Настасья Петровна начала опять причитать и вытирать платочком слезы. Женщины, стоявшие рядом, стали ее успокаивать, качали головой и гладили по спине бедную женщину.

Маринка стояла рядом, слушала, что говорит участковый и вспомнила, что они вчера с Викой видели дядю Ваню на озере. Живой и здоровый он сидел на бревне, ловил рыбу. Когда они уходили, он там и оставался. Что-то нехорошее засосало под ложечкой, какое-то странное предчувствие чего-то плохого.

Наконец открылся магазин и многие сразу ринулись за покупками, только участковый, фельдшер и Настасья Петровна остались стоять на улице. Марина, недолго думая, подошла к ним, чтобы рассказать про их поход на озеро, но тут из-за угла на велосипеде показалась Вика. Видимо приехала зачем-то к себе в магазин. Хотя по воскресеньям хлеб не привозили. Она соскочила со своего транспортного средства, поставила его возле ограждения и подошла к ним.

– Маринка привет. Всем здрасти. А что случилось?

– Да вот, у Настасьи Петровны муж пропал. Как вчера ушел на рыбалку, так его никто и не видел больше.

Женщина опять завыла, а фельдшер, Наталья Ивановна стала ее успокаивать. Предложила зайти в медпункт, выпить успокоительного. Тут Вика выпучила глаза.

– Так мы с Маринкой его вчера вечером на озере видели.

Все, кто стоял, повернулись и посмотрели на них двоих.

– Когда это было? В котором часу? – Сергей Тимофеевич достал свой блокнот и выжидающе посмотрел сначала на Вику,

Вика сморщила лоб и задумалась на мгновение, а потом сказала:

– Так темно уже было, наверное, после одиннадцати. Марин, ты не помнишь?

– Нет, я телефон дома оставила. Но когда пришла, было уже ближе к двенадцати. Значит, видели мы его примерно в четверть двенадцатого.

– Я, конечно, вам ни отец родной, ни брат, ни сват, но позвольте спросить, – начал, участковый, – что так поздно вы делали на озере?

– Ой, да ладно Серега, – сказала Вика, – ну че молодые девки, могут делать на озере? Искупались, поболтали, шашлыков пожарили. Нет. Ты не думай. За собой костер мы потушили, весь мусор собрали.

– Сергей Тимофеевич, – влезла в разговор Маринка, – дядя Ваня сидел на берегу с удочкой. Мы, когда уходили, видели его. Он курил и на озеро смотрел. А до этого мы его спрашивали с Викой, он всю ночь будет сидеть или нет? Он сказал, как пойдет.

Маринка посмотрела на Вику, как бы говоря: «Все правильно? Ничего не перепутала?» Подруга тут же подхватила.

– Ну да, он еще про русалок сказал. Мол, утащат на дно, а мы над ним посмеялись.

Сергей Тимофеевич еще раз глянул на девушек и что-то начал записывать себе в блокнот. Через некоторое время вернулись Настасья Петровна и Наталья Ивановна. Видимо успокоительное начало действовать, потому что женщина уже не плакала, но глаза были сильно опухшими, а лицо красным.

– Ну что я хочу сказать. Надо идти на озеро, там искать. Может он уснул и лежит где-нибудь в тенечке под деревом. А рядом целое ведро рыбы.

Сергей Тимофеевич, позвал двух мужиков, которые пришли в магазин, и предложил сходить с ним на озеро. Мало ли, вдруг помощь нужна будет. Женщин с собой не стал брать. Настасье Петровне велел идти домой и ждать мужа там. Вдруг дядя Ваня вернется, а ее нет. Поэтому та спорить не стала и двинулась в сторону дома. С ней пошла тетя Катя, она как раз только вышла из магазина. Хоть они и жили на разных улицах, но проводить расстроенную женщину было делом правильным. Мало ли, вдруг по пути плохо станет тете Насте. Но предсказаниям участкового не суждено было сбыться…

***

Марина зашла домой и поставила чайник на плиту. В голове крутились разные мысли. Как так? Они же вчера видели дядю Ваню на озере. Он улыбался и шутил. Еще и про русалок им сказал. Будем надеяться, его найдет участковый.

Сергей Тимофеевич Бородин был высоким, темноволосым мужчиной. Коротко стриженые волосы, маленький нос. Слегка худощав. Ему было около тридцати лет. Но внешность бывает, обманчива и ему не давали больше двадцати, он больше походил на подростка. Большие карие глаза и длинные ресницы придавали ему какой-то шарм. А грудной голос вызывал улыбки на лицах людей, которые с ним впервые сталкивались. Кажется, он даже ругаться по-настоящему не мог, тембр голоса не позволял ему это делать.

В деревне его все уважали, а местные старушки даже любили. Он старался каждой из них помочь, даже в самом, как ему казалось, бестолковом деле. То коровка куда-то денется, то кошка на крышу дома залезет, то бочку возле двора сопрут.

Для Сергея Тимофеевича все дела были простыми. Никогда еще не было ничего серьезного, например, связанное с убийством.

Жил он с матерью и отцом. Женат не был. Большую часть времени проводил на работе. Марина знала его по мужу. Максим учился с ним в школе, хоть Сергей и был его старше на два года, общались они очень даже хорошо. Тем более у них всегда находились общие темы для разговора. В основном они были по службе. Сергей у них дома никогда не бывал. Если и приходил, то они с мужем всегда общались на улице.

Марина вздрогнула, когда чайник на плите зашумел. Она встала, налила себе кофе, сделала бутерброд и забралась на стул с ногами, при этом скрестив их. Взяла телефон и начала просматривать новостную ленту. Время пролетело незаметно. Сейчас нужно будет накормить животных и попробовать прибраться во дворе. Помыть беседку, почистить кресла, которые там стоят, и собрать сухую траву.

Наложив в миску еды, она вынесла ее на улицу. Одну поставила собаке, другую кошке. Вернувшись в дом, налила в ведро воды, схватила тряпку и вышла опять во двор. Солнце еще не начало припекать. Но этот день обещал быть жарким. На улице не было ни ветерочка. С чего же начать? Марина отряхнула кресла, помыла лавки и стол, слегка замела мусор и хотела уже пограбить сухую траву, как в калитку вбежала Вика. Она была красная, с растрепанными волосами.

– Маринка, сейчас такое расскажу.

Она плюхнулась на кресло и, сняв шляпу начала махать ею перед лицом.

– Что случилось? Ты откуда такая взъерошенная?

– Есть че холодненькое попить? – Сказала, подруга, тяжело дыша.

– Только вода из-под крана. Принести?

– Давай, тащи. И бутерброд если есть, захвати. С утра маковой росинки во рту не было.

Маринка пошла в дом, вытащила из холодильника колбасу и сыр, нарезала и разложила на тарелку. Взяла батон, налила холодной воды и вынесла все в беседку. Вика уже отдышалась и, увидев принесенную воду, жадно начала пить. Утолив жажду, принялась делать себе бутерброд. Маринка не выдержала.

– Ну, давай рассказывай, что произошло, что ты аж бежала, чтобы повидаться со мной еще раз.

Вика прожевала очередной бутерброд начала рассказывать.

– Короче. Дядю Ваню нашли на озере возле воды, мертвым.

Маринка охнула в ответ и присела на лавку за стол. Вот тебе и нехорошее предчувствие.

– Как же так? Мы же его вчера видели. Он был живой и веселый.

– В том то и дело. Что когда его нашли, наш участковый и еще два деревенских мужика, которые с ним пошли, он лежал на берегу мертвый.

– Ты-то откуда знаешь?

– Так они пошли утром его искать на озеро, ну и я погодя за ними на велосипеде поехала. Подумала, вдруг помощь нужна будет. Подъезжаю к тому месту, где мы с тобой вчера были. Помнишь? – Маринка кивнула головой, а Вика продолжила. – Смотрю, а участковый уже над кем-то склонился. Я хотела тоже поближе подойти, но он заметил меня. Спросил, какого хрена приперлась сюда. Отправил домой, мол, ничего интересного тут нет, но я-то вижу, лежит. Стою, значит, потихоньку к ним двигаюсь, а он как рявкнет, на меня, аж сердце в пятки ушло. Говорит, сейчас все тут затопчете, потом ничего не найдем.

Вика замолчала, только для того, чтобы засунуть в рот еще один бутерброд. Маринка подождала, пока она прожует

– Ну что дальше то?

– А ничего. Лежит наш дядя Ваня на бережку, тело по пояс в воде, руки раскинуты в разные стороны. Лицо надутое, серое такое и искажено в страшной гримасе, а глаза навыкате. Как в фильме ужасов. Как будто что-то ужасное увидел, так и замер. Одежда разодрана, а на теле и лице в некоторых местах царапины. Как будто у того, кто его схватил, было три острых ногтя. Я как это все увидела, меня прямо передернуло, волосы на голове зашевелились, и мурашки по телу пробежали. А Сергей и говорит, надо, мол, экспертов из города вызывать, чтобы все тут осмотрели. Но судя по всему, он сам утонул, без насильственных действий.

Вика остановилась, чтобы перевести дыхание и засунуть в рот еще один бутерброд. Но Маринка, не выдержав, сказала:

– Блин, Вика, хватит жрать, говори, что дальше было.

– А ничего, я как это все увидела, прыгнула на велик и к тебе давай, прямиком. Вчера на этом самом месте ведь мы были. А сейчас эксперты приедут и точно наши следы обнаружат. Вот и придется доказывать, что это не мы его утопили, что, когда уходили, он еще живой был и совсем на другом бережку сидел, рыбачил. Непонятно только как он на нашем месте оказался. А еще мне непонятно, откуда у него такие царапины, в виде трех ногтей и лицо в страшной гримасе?

После этих слов Маринка вздрогнула. Ей показалось, что внизу возле щиколотки начало слегка зудеть. Царапины, которые у нее остались после вчерашнего купания, давали о себе знать. Ей показалось странным, что у дяди Вани по телу, как описала Вика, такие же следы из трех царапин, как у нее на ноге. Ну не может же это быть совпадением. И вряд ли дядя Ваня полез в одежде вчера ночью купаться. Если конечно не уснул и не упал в воду.

А почему он оказался на том месте, где они с Викой были? И неужели он не умел плавать? Вроде рыбак, вряд ли те, кто ловит рыбу, не умеют плавать. Они бы тогда и к воде не подходили. Хотя может когда он упал, то сразу не проснулся и успел нахлебаться воды, когда уже пытался выбраться, так и утонул. А к берегу его течением прибило. Хотя откуда на озере течение? И не дает покоя его царапины. Может он в воде о ветки или подводные коряги поцарапался, пока пытался выплыть. Из размышлений ее выдернула Вика.

– Ну что подруга, что будем делать?

– А что делать? Пусть полиция разбирается.

На том и порешали. Вика посидела еще немного, доела колбасу с сыром и отправилась домой. А Марина занялась повседневными делами. Завтра понедельник. Нужно еще к новой работе приготовиться. Все-таки в школе будет работать.

Закончив убирать сухую траву, она зашла в дом.

Взяв телефон и посмотрев на время, поняла, что пора заканчивать с делами. Показывало четыре часа дня, а она еще даже не обедала. С последними новостями Маринке кусок в горло не лез. В голове расползались разные мысли, да и за работой время пролетело очень быстро. Поставив чайник на плиту, она пошла в ванную. Надо набрать воду и немного полежать. Снять дневную усталость.

Воткнув пробку, Марина включила воду и налила немного пены для ванны с запахом лаванды. На кухне зашумел чайник. Выключив его, она зашла в комнату, где раньше спала свекровь. Там находился шифоньер, и лежали полотенца и пастельное белье.

Открыв одну створку с полками, Марина потянулась за полотенцем. Вытащив его, она услышала, как об пол что-то ударилось. Но судя по звуку совсем легкое.

Посмотрев на пол, начала искать, что же это такое могло быть. В стороне, возле ножек шкафа обнаружилась пара сережек, соединенных вместе. Подняв их с пола, она начала рассматривать свою находку. Это было золото, немного потемневшее временем. Судя по виду, изделие выглядело старинным. Изогнутые в виде вопросика крючки с французским замком, а на конце вставка из красного камушка с неровными краями.

Марина вспомнила, что именно такие она видела на свекрови, только когда она умерла, их так никто и не смог найти. Муж тогда сильно переживал, что осталась единственная память от матери и то куда-то делась. Вот сейчас эти серьги нашлись, да нигде-то, а под полотенцем. Странно, что раньше их никто не видел. Может, просто как-то зацепились за край, поэтому и не нашли?

Марина крутила сережки в руках и рассматривала камушки. Они были рубиново-красными и переливались на солнце. Чем дольше она на них смотрела, тем больше затуманивалось ее подсознании. Камни завораживали и одновременно поглощали своей красотой. Ей казалось, что внутри что-то волнуется, плещется, как будто кровавое море бьется по ту сторону стекла и пытается вырваться наружу.

Зрачки расширились, а вокруг наступила оглушительная тишина, как будто на голову надели звуконепроницаемый колпак. Никакие посторонние звуки больше не проникали. Было такое ощущение, что мир на миг замер, оставляя ее одну во всей вселенной. Начало казаться, что тебя затягивает внутрь этих камней. Но тут что-то стукнуло в окно спальни, и Марина вздрогнула. Выйдя из оцепенения, она увидел за окном кошку Машу. Та сидела и щурила свои глаза.

«Господи, что это было?» – подумала Марина. Еще раз, взглянув на серьги, она положила их на шкаф. Ей очень хотелось примерить украшение, но сначала нужно принять ванну.

Вспомнив, что она включила воду, взяла полотенце и побежала в комнату, боясь, что вода уже набралась и может, вылиться наружу. Слава богу, она успела вовремя. Сняв с себя всю одежду, Марина погрузила свое тело в горячую воду, где поверх высоко взбилась ароматная пена. Блаженству не было предела. Сначала надо немного понежиться в ванной, подумала она, а уже потом и все остальное. Марина включила музыку на телефоне. Она очень любила слушать группу «Энигма», та как раз подходила для того, чтобы можно было расслабиться. Тихие, медленные композиции давали мозгу отдохнуть от тревожных или каких-либо других неприятных мыслей. А сегодня было над чем подумать. Прикрыв глаза, она не заметила, как сильно расслабилось ее тело. В голове затуманилось, и мозг на мгновение отключился.

Вдруг, Марина дернулась от неожиданности. Ей показалось, что ног что-то коснулось. Она тут же села в ванне и поджала их к груди. Попыталась хоть что-то разглядеть, но пышная, белая пена не давала этого сделать. Тогда Марина начала шарить в воде руками. Но было пусто. Наверное, после сегодняшних новостей и вчерашнего похода на озеро,

Посидев еще так пару минут, Марина потихоньку начала расслабляться и вытягивать ноги. Опустившись до конца в воду так, что на поверхности осталась только голова, она снова прикрыла глаза. Через некоторое время, она опять почувствовало, что ее что-то коснулось. Не придавая этому значения и думая, что это опять игра разума, она осталась лежать неподвижно.

Неожиданно, под звуки медленной мелодии и расслабленного тела, Маринку что-то схватило под водой и резко потянуло вниз. Она даже не успела понять, что происходит. Открывая глаза и барахтаясь, увидела, что она уже далеко не в своей ванной, а где-то в другом месте. Вокруг было темно и плохо видно, но Марина понимала, что ее тащат куда-то вниз.

Она пыталась вырваться, но не могла, а только все глубже уходила под воду. Становилось страшно, а в легких быстро заканчивался воздух. Она видела, что где-то вверху светло, и как добраться до этого света не знала, что-то крепко держало ее за ногу.

Марина повернула голову в одну сторону, потом в другую и увидела два жутких существа, с длинными светлыми волосами, страшным лицом и большим открытым ртом с острыми зубами в два ряда. У них были тонкие костлявые руки, на которых торчали три пальца с длинными когтями. А глаза, покрытые белой пеленой, пялились прямо на нее. Они скалились и пытались схватить ее, за руки.

Марина начала барахтаться и попыталась закричать, но в воде она не могла это сделать. Воздух заканчивался. Когда сознание начало ее покидать, Марина в последний раз резко зажмурилась, и открыла глаза. В этот момент она увидела перед собой человека, который резко дернул ее наверх. Закашливаясь и хватая воздух ртом, она вцепилась в чью-то шею и почувствовала знакомый и такой родной запах. Это был Максим. Ее муж….

***

Суббота оказалась очень насыщенной в плане работы. Максим сначала думал, что поработает до обеда и уедет домой. Соберет немного вещей и отправится вслед за женой в деревню, как он и хотел. Но видимо судьба, злодейка, решила по-другому. Выезд затянулся допоздна. Сначала все проверили, потом записали показания, потом извлекли, а тут уже и солнце село. Вернулся он домой ближе к одиннадцати. Хорошо хоть успел подписать заявление за свой счет.

Максим решил в ночь не ехать никуда. Нет, не то, чтобы он боялся находиться за рулем, просто не хотел будить жену. Пока соберется, пока доедет, будет уже первый час ночи.

Максим налил в кружку чай, есть не хотелось. Мысли унеслись далеко в прошлое. Как они познакомились, как поженились, как временно жили в доме родителей.

У Марины мама умерла, остался только отец, который жил в городе в двухкомнатной квартире со своей младшей дочерью. Когда они поженились, решили, что не будут снимать квартиру, пока будут копить, поживут у него в доме в деревне. Но потом умерла его мама, и они переехали обратно, уже в свою собственную квартиру, на которую накопили.

У Максима пиликнул телефон. Оторвавшись от мыслей, он решил посмотреть, кто ему написал, возможно, пришло сообщение от жены. По крайней мере, он на это надеялся. К сожалению, номер был не известен, скрывала защита. Поэтому узнать, что за абонент ему написал, было невозможно. Сообщение носило интересный и необычный характер письма: «Она прекрасна и мила, но жизнь ее так коротка. Пусть дар чужой отдаст затем, ее оставят насовсем». Максим нахмурил лоб и прочитал еще раз. Что за бред? Кто мог написать это? Но самое ужасное он понимал, что сделать обратный дозвон не сможет, чтобы узнать, кто этот стихоплет. Номер был указан словом, неизвестный.

Выключив телефон и отложив его в сторону, он помыл бокал и пошел спать. Завтра рано утром ему выезжать. Надо выспаться.

Утро началось с телефонного звонка. Музыка играла на всю квартиру, и Максим не сразу даже понял, что звонит его мобильный. Соскочив спросонья с кровати, нажал кнопу ответить, и даже не посмотрел абонента. Просто по инерции предполагал, что звонят с работы по какому-нибудь срочному делу.

На конце провода начал говорить незнакомый голос. Хотя может он его знал, но голова еще не соображала, и сразу понять, кто это был, не представлялось возможным. Максим взглянул на экран телефона и увидел имя Серега участковый деревня. Он моментально проснулся, а в груди как-то нехорошо защемило.

– Макс, здорово! – Прозвучало на том конце провода. – Это Серега. Участковый с деревни.

– Привет, Сергей. Какими судьбами? Да еще и утром. Давно не созванивались. Ты по делу или просто поболтать? Если просто, то немного рановато для этого.

Максим уже окончательно проснулся и встал с кровати, потирая лицо и глаза свободной рукой.

– Я по делу. Просто так, я бы с утра не звонил. Хотя уже далеко не утро для нас с тобой, кто круглосуточно, можно сказать, стоит на страже порядка.

– Давай про порядок и кто за этим стоит мы, потом поговорим, – усмехнулся Максим, – говори, что за дела такие из деревни в город прилетели?

– Сегодня утром на озере нашли труп дяди Вани, помнишь его? Ну, местный рыбак. Ну, жена его, тетя Настя самогонкой торгует. Так вот, последним его вчера поздно ночью видела твоя жена.

Сергей выждал паузу и продолжил.

– Она, со своей подругой на ночь глядя купаться, пошла, он как раз в это время рыбачил. По их рассказу, видели его в начале двенадцати ночи. Он сидел на пригорке и рыбачил. А труп его обнаружили на том месте, где они вчера отдыхали и жарили шашлык. Я сейчас тут, на месте, экспертов жду с города. Так вот, по виду вроде ничего криминального. Уснул, не удержался и упал в воду, соответственно с спросонья не смог выплыть и захлебнулся. Смущает одно, – участковый сделал паузу.

– Что тебя смущает, если ты говоришь, что ничего криминального, что это утопленник, – Максим начал нервничать. Когда так говорят, значит, не жди ничего хорошего.

– На трупе разорвана одежда и есть в нескольких местах царапины по три штуки. Как будто что-то или кто-то ему там их оставило. – Закончил участковый.

– Ну, мало ли. Может под водой на ветки напоролся, может, когда падал, обо что-то зацепился и поцарапался.

– Так-то оно так, экспертиза покажет. Но есть еще кое-что. Лицо его искорежено от страха. Как будто он увидел что-то ужасное и его перекосило. На такое жутко смотреть. Даже у меня по коже мурашки до сих пор бегают.

– Серег, давай без фантазий только. А

Максим вздохнул и продолжил.

– Маринка там как? Сильно испугалась?

– Так она труп не видела. Жена дяди Вани с утра начала голосить про убийство и прибежала к магазину. На ее крик местные соседи и вышли. Пока стояли, выясняли, когда ушел, с кем, куда, открылся магазин, и все двинулись туда. На ее крик и твоя жена вышла. А потом Вика подкатила на своем велике. Она нам и сказала, что они вчера купаться поздно вечером ходили и видели там дядю Ваню. Он рыбачил. Когда уходили, сидел там же курил сигарету и смотрел на озеро. Он был живой.

Сергей перевел дыхание.

– Я взял с собой двух местных мужиков, и мы отправились на речку. Нашли его тут. Твоя жена пошла домой. Правда недавно подъезжала Вика на велосипеде. Тоже мне любопытная Варвара, и от страха тут чуть не шлепнулась. Ладно, мы вовремя ее отправили. Не разрешили подходить, чтобы следы не затоптала. Ну, ты сам понимаешь. Теперь вот ждем, сидим. Я что звоню. Хотел спросить. Ты в деревню не собираешься на днях?

– Собираюсь. Я даже на пару дней отпросился, чтобы в деревню съездить.

– Правильно. Ты давай не затягивай. Сам понимаешь, что если в этом деле будут какие-то неясности или найдут следы криминального характера, то твоя жена будет первая подозреваемая. Поэтому тебе лучше пока быть тут.

– Я тебя понял, Серег. Сейчас соберусь и буду выезжать. Давай, увидимся.

– До встречи, – ответил участковый и отключился.

Максим положил телефон и отправился в ванную принять душ. Надо еще вещи собрать и заскочить в магазин. Цветов еще хотел по пути купить. Он чувствовал себя виноватым перед женой. А сейчас и в двойне, после того, как она оказалась в водовороте последних событий. Ну, ничего, он приедет и во всем разберется.

Выпив, наспех, свой любимый капучино, Максим пошел одеваться. Натянув белую футболку и надев синие джинсы, сунул ноги в кроссовки и спустился к машине. Недавно они приобрели новенький внедорожник Ниссан Кашкай. Маринка всегда хотела большую машину. Ей нравилось сидеть повыше, тем более она была полностью упакована. Музыка, подогрев сиденья, кондиционер и другие прибамбасы создавали удобство и уютное вождение.

Время показывало одиннадцать утра. Еще надо заехать в местный супермаркет и в цветочный павильон. Максим завел машину и двинулся в сторону магазина. Здесь недалеко был Магнит, они в основном тут закупали продукты. Жили вдвоем, поэтому затаривались по минимуму.

Поставив машину на сигнализацию, Максим зашел внутрь, взял тележку и пошел по рядам. Заглянул в вино-водочный отдел, положил в тележку бутылку белого вина и двинулся дальше. Обязательно нужно взять колбасную, сырную и мясную нарезки. Мясо в вакуумной упаковке, курицу, чай, кофе, печенье, немного фруктов и овощей. Скорее всего, Марина в местном магазине вряд ли все такое сможет купить. Крупы, яйца и сосиски да, а остальное там никогда особо не продавали.

Сложив все в пакеты на кассе, и расплатившись, Максим вышел на улицу. Дойдя до машины и открыв багажник, чтобы положить в него свои покупки, он обратил внимание, что что-то не так. Как будто она немного осела на одно колесо. Положив пакеты внутрь, Максим обошел машину сбоку и увидел, что одно заднее колесо спустилось. Странно, сюда он доехал нормально. Фигня какая-то. Как же так?

Он осмотрел колесо и увидел прореху, вроде как будто наехал на что-то острое и большое. Но он этого не почувствовал. Ничего не оставалось, как достать запаску и менять испорченное колесо на новое.

Повозиться пришлось не мало. На замену ушло около полутора часов. Колесо сидело крепко, еле открутил. Слава боку домкрат всегда с собой. Закончив с колесом, он взглянул на время. Ого, уже почти час дня. Надо бы уже отправляться. Только нужно заехать купить цветов.

Цветочный магазин был на выезде из города. Ему очень повезло. Здесь нашлись и любимые цветы его жены. Лилии. Они имели резкий запах, но Марина всегда говорила, что они ей напоминают детство. Когда они приезжали в гости к бабушке на день рождение, жена папиного брата дарила ей почему-то именно эти цветы. Запах у них был удушливый. Но Марине нравилось. Дом у бабушки был старый, двухэтажный. На площадке находилось четыре квартиры. Лестницы были деревянные. В подъезде всегда воняло кошачьей мочой. Когда они приезжали к ней на день рождение, она всегда готовила фаршированный перец. И вот запах этих цветов вперемешку с едой напоминал ей те прекрасные дни из детства.

Выехав на трассу Максим, позволил себе прибавить скорость, так как обеденное время уже прошло, а ехать еще сорок километров. Трасса было не очень загружена, но по пути мелькали машины с номерами разных регионов. Еще был купальный сезон и многие спешили побывать на курортном озере. Всегда в летнее время траса просто была непроходимой полосой препятствий. Не обогнать, не объехать никто не мог. Поэтому добираться до дома в деревне всегда было трудно и долго.

Дорога по времени вышла минут сорок, когда, наконец, показался поворот в деревню. Доехав до дома, и выйдя из машины, он достал из багажника пакеты и отправился в дом. По пути его встретила кошка, а на цепи радостно виляла хвостом собака. Максим подошел к двери и дернул за ручку, она легко поддалась. Оказалось, не заперто, что очень не походило на Марину. Она никогда не оставляла дверь открытой, где бы они не жили. Поэтому внутри как-то странно царапнуло от предчувствия чего-то не хорошего. Отогнав дурные мысли, он вошел в дом.

Кухня встретила его тишиной. Поставив пакеты на стол, он позвал жену. В ответ ему никто не отозвался. Может, уснула или в огороде. Максим направился в сторону зала, громко зовя жену по имени.

Проходя мимо ванной комнаты, он увидел снизу двери через щель свет и услышал тихую музыку. Максим постучал. Тишина. Постучал громче. Ничего, ни звука. Сердце с бешеной скоростью начало колотиться о ребра, а внутри все сжалось от ледяного ужаса. Он начал дергать ручку, благо дверь не была закрыта на шпингалет. Влетев в ванную, увидел, что Марина лежит полностью погруженная с головой в воду с открытыми глазами. Ему показалось, что он уже не успел и жена захлебнулась. Максим схватил ее за плечи и

– Марина, Маринка! Да что же такое!

Последний рывок, и вот он тащит ее на поверхность. Марина начала откашливаться, выплевывая воду изо рта и хватать жадно воздух. Она обхватила его руками и зарылась лицом ему в шею. Живая, в последний момент подумал Максим и взял жену на руки.

Глава 5

Максим отнес Марину в зал и положил на диван. Ее трясло, то ли от холода, то ли от страха. Достав одеяло, накрыл ее сверху и сел рядом. У жены были закрыты глаза, а губы выдавали синий оттенок.

– Марина, что случилось? Что это было? Почему ты лежала в воде? Я кое-как смог тебя вытащить.

– Н-н-не знаю.

Марина лежала под одеялом и не могла никак согреться. Она сама не понимала, что это было. Ее кто-то схватил за ногу и потащил вниз. Но, самое непонятное, как она оказалась так глубоко в воде, если находилась в ванной. И эти мерзкие рожи, которые скалились рядом с ней. Она вроде их видела во сне. Что же получается. Сон наяву?

– Максим, – просипела Маринка, видимо голос от воды сел, – можешь принести горячего чаю? Потом поговорим.

– Конечно. Прости, сразу не догадался.

Максим соскочил с дивана и побежал на кухню. Чайник был теплым. Видимо его грели недавно, но он успел остыть. Поставив его заново на плиту, Максим достал пакетик чая, и положил пару кусочков сахара в бокал. Он сел на диван и потер лицо руками. Его начала бить мелкая дрожь. Если бы он не приехал или опоздал, его жена утонула. Почему? Как такое могло быть? Вряд ли она уснула. Ее глаза были открыты. Значит, все-таки не спала. Но почему он не мог ее вытащить сразу из воды? Одно сплошное, почему и как.

Закипел чайник, Максим налил кипяток в кружку, размешал сахар ложкой и отправился обратно. Придя в зал, он увидел, что жена лежит с закрытыми глазами. Ее больше не трясло, а дыхание стало ровным и спокойным. Залюбовавшись Мариной, он заметил, как ее ресницы дрогнули, а глаза медленно начали открываться.

– Я принес тебе чай. Твой любимый. Но подумал, что ты задремала, и не хотел беспокоить.

Марина приподнялась на одном локте и протянула руку, забрав у мужа бокал с горячим напитком. Вдохнув аромат, она сделала глоток и почувствовала, как тепло потихоньку начало разливаться по желудку.

– Спасибо. Вкусно.

Уголки губ приподнялись в подобие улыбке. Она старалась не смотреть на мужа, потому что не знала, что ему говорить. В том, что произошло, она мало понимала. Для нее это было жутко, лежать в ванной, а через мгновение идти на дно в каком-то ужасном месте. Она чувствовала привкус речной воды, но не понимала, как могла там оказаться. Но то, что она не спала, это факт.

Молчание затянулось, и Максим решил расспросить жену о случившемся.

– Марина, я понимаю, что тебе тяжело говорить, после того, как ты нахлебалась воды. Но может, расскажешь, что это было?

Марина молчала. Она не знала с чего начать разговор. То ли со своих снов, которые ее мучили почти три месяца, то ли рассказать про поход на озеро, где ее что-то или кто-то тащил на дно.

Вот и сегодня произошло то, чего она совсем не ожидала. Главное, чтобы после этого случая не появилась боязнь воды.

Маринка вздохнула и начала рассказывать. Хотя ей это давалось с трудом. Понимая, что муж может ей не поверить и опять оттолкнуть, как это было в прошлый раз.

– Помнишь, я пыталась тебе рассказать, про свои странные сны, а ты меня к врачу отправил?

Марина посмотрела на мужа, и он увидел в ее глазах боль и обиду на него.

– Извини, – сказал он, – что можно еще сказать, когда твоя жена такое рассказывает, что у нормального человека в голове не укладывается.

– Так вот, – продолжила она, не обращая внимания на его реплику, – мне снилась постоянно деревня. Эта деревня, в которой мы жили с тобой и твоей мамой. Сны были разные. И самое главное, я все время то убегаю, то меня куда-то тащат. Но оказываюсь я именно в этом месте.

Марина прервалась, чтобы сделать глоток чая и продолжила.

– Первый сон был про русалок. Три красивые девушки водили хоровод в воде и плели венки. А потом они начали превращаться в злобных чудовищ. Они скалились и цепляли меня своими костлявыми руками. А потом потащили на дно. Уже в воде я увидела, что у этих девушек вместо ног хвосты. Получается, что они русалки. Но почему их лица стали такими страшными, непонятно. Русалки вроде всегда были милыми девушками, которые охотятся на мужчин. Но во сне это были монстры, у которых зубы росли в два ряда, огромный рот и вместо глаз темные круглые провалы.

Марина остановилась и передернулась от отвращения.

– Слава богу, это был просто сон. Но я чувствовала, как начинала задыхаться.

– Еще были сны? О чем, помнишь?

– Смутно. Мне запомнился именно этот. Потому, что он был последним из всех.

– Что-то еще происходило?

Марина смотрела на свой чай и думала, стоит ли дальше рассказывать мужу или закончить на этом, пока он не вызвал ей врача и не отправил в психушку. Но пока Максим реагировал спокойно, а значит можно продолжать.

– Да. Мы с Викой ходили на озеро. Было не очень поздно, солнце еще не село. Пока она разводила костер для шашлыка, я полезла в воду. Хотела поплавать. И тут, я почувствовала, как ноги коснулось что-то холодное. Подумала, может рыба. Но потом меня дернули вниз и потащили на дно. Я еле вырвалась. Начала крутить головой, в поисках шутника, но никого не увидела. Может быть, пока откашливалась, он уже уплыл. Хотя мне кажется, что это не была попытка именно утопить. Просто испугать. Только непонятно, зачем.

– Почему ты решила, что это был кто-то местный?

– Знаешь, до этого, на другом берегу озера я видела, как мне показалось, человека. Он был одет во все черное. Понять кто это, мужчина или женщина, не было возможным. Да и темновато уже было.

– Зачем вы вообще так поздно поперлись на это чертово озеро?

Максим хоть и не умел ругаться, но сейчас повысил голос, что говорило о его недовольстве.

– Вика позвала. Хотели посидеть, поболтать. Мы давно не виделись.

– А ты

– Нет. Она была увлечена жаркой шашлыка.

Маринка усмехнулась, вспомнив, как подруга усердно крутила шампура. И чуть не сожгла себе лицо.

– Ну ладно она. Девка без мозгов. Но ты, Марин, ты жена полицейского. Разве я тебе не говорил, сколько всего происходит с молодыми девушками. Тем более на озере, ночью, где никого нет. Орать будешь, никто не прибежит.

– Почему не было. Там был дядя Ваня.

Максим посмотрел на жену и уронил лицо в ладони. Быстро потерев его, продолжил.

– Ага. А на следующий день его находят мертвым и именно на том месте, где вы жарили шашлыки.

Марина опустила глаза, держа в руках бокал, и тяжело вздохнула. Она понимала, что виновата, но только в том, что поддалась уговорам Вики и поперлась поздно вечером на озеро. Но тут до нее начинает доходить, что муж откуда-то знает про смерть дяди Вани. Она удивленно подняла брови и уставилась на Максима.

– А ты уже, откуда знаешь, что дядю Ваню нашли мертвым?

– Серега утром позвонил, рассказал, что у вас тут произошло. Я, правда, еще вчера хотел приехать. Но сама понимаешь, работа задержала.

Максим отвернулся в сторону, понимая, что опять надавил на больную тему. Он, со своей работой, очень мало уделял время жене, вот теперь пожинает плоды.

Марина отставила в сторону стакан, и посмотрела на мужа.

– Максим. Зачем ты приехал? Я же просила дать мне время побыть одной. Ты не захотел меня тогда слушать. Высмеял по поводу моих снов, а теперь сидишь здесь и отчитываешь как маленькую. Если бы две недели назад ты дал мне возможность все тебе рассказать, тогда мы смогли бы вместе разобраться. А ты отправил меня к психиатру.

Марина обижено отвернулась.

– Прости меня, пожалуйста, – муж взял ее за руку и поцеловал ладошку. – Я даже представить себе не мог, что ты так сильно переживала все это время.

– Максим, ничего уже не изменить. Я все еще хочу побыть одна. Я попробую сама разобраться. Спасибо, что заехал, что вытащил меня из воды, но тебе лучше отправиться обратно домой. Тебя, наверное, твои пьяницы, и дебоширы ждут.

Марина вырвала руку, соскочила с дивана, обматывая себя одеялом и пошла в спальню, чтобы одеться. Не может же она голышом ходить по дому.

Натянув на себя бриджи и домашнюю майку, Марина вышла из комнаты и столкнулась нос к носу с Максимом. Он обхватил ее за талию и притянул к себе. Их глаза встретились. По телу Марины пробежали мурашки. В нос ударил запах мужа, родного, любимого. Максим потянулся, чтобы ее поцеловать, но Марина, выйдя из оцепенения, оттолкнула его.

– Не надо. Дай я пройду.

Муж отошел в сторону и пропустил ее в коридор.

– Я взял отгулы на пару дней. Пока задержусь здесь. Да и Серега просил помочь в деле дяди Вани.

Максим отправился следом за женой.

– Он сказал, что если в этом найдут что-то криминальное, то вы с Викой будете первые подозреваемые. Вы последние, кто видел его живым.

Марина остановилась и обернулась, посмотрев на мужа, сказала:

– Ты серьезно? Каким образом мы могли его убить? Топили по очереди, а потом вытащили на берег, чтобы он там полежал?

– Марин, я понимаю, что вы не могли этого сделать. Но есть следственный комитет. Есть прокуратура. Они будут заниматься этим делом. Будем надеяться, что он просто уснул и упал в воду. Единственное, что вызывает сомнения, Серега говорил, что по телу в нескольких местах у него были царапины, как будто кто-то ногтями его поцарапал. А лицо было перекошено от страха.

У Марины в голове что-то щелкнуло, а на щиколотке заныла нога. Она посмотрела вниз, приподняла ногу и показала мужу.

– Такие?

– Не знаю. Не видел. А откуда они у тебя?

– Меня, когда на озере на дно потащили, тогда и покарябали. Я из воды вышла, увидела эти царапины. Дома обработала перекисью. Но они меня вроде не беспокоят.

– Час от часу не легче.

Максим достал телефон и сфотографировал место, где краснели царапины.

– Отправлю Сереге, пусть посмотрит, похожи ли они на те, что остались на теле дяди Вани.

***

Вечер прошел в спокойной обстановке. Марина хлопотала на кухне, а Максим отправился к участковому.

Еще надо было приготовить документы, погладить одежду. Завтра она выходит на работу в местную школу. Как ее там встретят, сможет ли она прижиться в новом коллективе? Многих учителей она помнила, еще, когда здесь жила. Директора знала неплохо. Возможно, сейчас новенькие появились, многие стараются уехать в город. Не хотят жить в деревне. И зарплаты учителей не такие большие. Марине тоже придется работать за средний оклад рядового бухгалтера. Но на жизнь ей должно хватить. Кто знает, может ей удастся разобраться в своих проблемах быстрее, чем она думает и сможет вернуться в город. Время покажет.

За всеми этими мыслями оставшийся день пролетело незаметно. Вернулся Максим, и они сели ужинать. Марина, разбирая пакеты, которые прибыли с продуктами из города, нашла мясо и решила запечь его на ужин. Аромат стоял волшебный.

– Я сплю в зале. Тебе постелю в спальне.

Максим выгнул одну бровь, как бы возмущаясь, с чего вдруг они должны спать отдельно?

– Так будет лучше для нас обоих. Я тебе еще раз повторю. Мы на время с тобой разошлись, и ты знаешь почему. Давай не будем заново поднимать этот вопрос.

Марина доела мясо с овощами и встала из-за стола, чтобы поставить чайник.

– Ты чай будешь? Кофе на ночь пить вредно, поэтому не предлагаю.

– Да. После мяса очень хочется горячего чаю. Спасибо за ужин. Я, было, подумал, что ты меня не покормишь.

– Почему? – Марина удивленно посмотрела на него. – Хоть мы сейчас на длинной дистанции, это не значит, что я тебя могу оставить голодным. Ты меня уж совсем за плохую жену не считай.

Убрав со стола и помыв посуду, она налила чай в бокалы, один отдала мужу, а второй взяла себе и вышла на улицу.

Вечер был теплым. Марина присела на скамейку в беседке, рядом на кресле лежала кошка. Какая прекрасная погода. Здесь всегда было хорошо. Свежий воздух, стрекотание сверчков. А главное тишина. Марина наслаждалась горячим чаем, когда во двор вышел Муж.

– Ты как? Отошла немного?

– Все нормально. Не беспокойся.

Марина посмотрела на мужа и отодвинулась в сторону, давая ему места присесть рядом.

– Кстати, забыла тебе сказать. Я нашла сережки твоей мамы. Они были в шкафу,

– Хорошо. Я же не просто так их тогда пытался найти. Они были моей матери. Но после ее смерти перешли мне по наследству, а я хотел отдать их себе.

Максим посмотрел на жену. Она заметила в его глазах печаль. Видимо упоминание о его матери давались ему тяжело.

– Почему именно мне? У тебя же есть старшая сестра. Пусть она заберет.

Максим сразу же напрягся и изменился в лице. Посидев так с полминуты, он злобно процедил сквозь зубы.

– Нет у меня сестры. Больше нет. Она даже на похороны матери не явилась.

Марина поняла, что не нужно было упоминать о ней. Его сестра, которая была вдвое старше Максима, не давала о себе знать уже давно. Последний раз он ее видел, когда ему было десять лет. С тех пор о ней никто ничего не слышал. Даже свекровь. Все решили, что она либо уехала, либо умерла. Второе подходило больше, потому что если она бы была жива, то точно дала о себе знать. Свекровь всегда переживала за нее. Не удивительно, что она слегла с онкологией. Столько нервов было потрачено на ее поиски.

Максим обхватил лицо ладонями и нервно его потер. Потом встал и отправился в дом. Марина допила чай и пошла следом. Завтра рано вставать на работу.

Она зашла и увидела, что муж находится в бывшей комнате свекрови. Достал детский альбом и рассматривал фотографии. Чтобы ему не мешать, Марина тихонько прошмыгнула в зал, включила телевизор и села смотреть поздние новости.

Через некоторое время пришел Максим, сел в кресло и уставился в телефон. Марина краем глаза видела, что он с кем-то переписывается. То улыбался, то хмурился. Она постаралась не обращать на это внимание, но понимала, что змейка ревности съедает ее изнутри. Чтобы как-то отвлечься от неприятных мыслей, она тоже взяла телефон и залезла в группу одноклассники.

Время пролетело незаметно. Когда Марина начала зевать, то поняла, что пора на боковую. Попросив мужа выйти из зала и выключить свет, она легла под одеяла и закрыла глаза.

В комнате, где спал Максим, послышалось, как включился свет и что-то зашуршало. Наверное, тоже укладывается спать, подумала Марина и отдалась в объятия Морфея.

Глава 6

Утро давалось тяжело. Марина проснулась под громкие звуки будильника. Пошарив рукой по полу, она, наконец, добралась до телефона и нажала кнопку отбой. Время показывало семь утра. Это означало, что пора вставать. Сегодня первый рабочий день в школе, в должности бухгалтера.

Сладко потянувшись, Марина поднялась с постели. Откуда-то шел неисчерпаемый аромат кофе. Моментально вскочив, она вспомнила, что вчера приехал ее муж, и, судя по всему пока не собирался возвращаться в город. Он что-то говорил о выходных за свой счет.

Марина накинула халат и пошла в ванную. Включив теплую воду, посмотрела на себя в зеркало. На замученном лице проступали темные круги под глазами. Возможно, она просто не выспалась. Хотя сегодня ночь прошла спокойно, без сновидений.

Сделав все необходимые водные процедуры, направилась на кухню. Максим сидел за столом, где красовались бутерброды с сыром и колбасой, а так же стояли две кружки, из которых шел неповторимый аромат кофе. Так вот откуда шел этот запах.

– Доброе утро, – сказала Марина, – ты чего так рано встал?

– Не спалось, – ответил муж, взял свой стакан и отхлебнул из него.

Марина села, напротив, за стол, и взяла свою кружку. Вдохнув ароматный кофе, пригубила из бокала.

– Чем будешь заниматься сегодня, раз уж ты решил остаться?

– Провожу тебя до работы и зайду к Сереге. Надо узнать, что там по делу дяди Вани.

– Не надо меня провожать. Дорогу в школу я знаю. Или ты боишься, что меня забодают местные коровы?

Марина заулыбалась и отхлебнула кофе.

– Ладно, – сказала она, – мне пора собираться.

– Марин, подожди. – Сказал Максим и встал из-за стола. – Надень, пожалуйста, серьги, которые остались от мамы.

Муж с мольбой посмотрел на жену. Марина увидела в его глазах печаль и в тоже время надежду, что жена не откажет и примет его предложение.

– Хорошо. Если ты хочешь, я надену эти сережки, как ее подарок. Принесешь? Я их вроде на шкаф положила.

Максим улыбнулся и пошел в комнату, в которой когда-то спала его мать. Он пошарил рукой на шкафу и нащупал два предмета маленькой формы. Вот они. Он заулыбался и пошел к жене.

Она уже оделась и стояла на кухне возле зеркала, делала макияж. На ней была синяя блузка с рукавом три четверти с небольшим вырезом и юбка карандаш черного цвета.

Максим подошел к жене и протянул ей сережки. Марина обратила внимание, что камни ярко сверкнули, а потом потухли. Странно, подумала она. Солнечные лучи в окно не попадали, так откуда вдруг появился такой яркий цвет?

Марина взяла одну сережку, покрутила ее, и воткнуло в ухо. Посмотрев на себя в зеркало, взяла вторую и сделала тоже самое.

Неожиданно по телу пробежала мелкая дрожь, а по венам на руках разлилась огненная невидимая волна, но такая ощутимая. Пальцы стало покалывать. Марина от неожиданности, вперемешку с необычными ощущениями прикрыла глаза и оказалась не у себя на кухне, а в каком-то другом месте. Перед ней стояла свекровь, в белом платочке, светлом халате, в коричневых гольфах, а на ногах красовались резиновые закрытые тапочки с искусственным мехом внутри.

Она сидела на скамейке возле зеленого забора, опираясь на деревянный бадик. Сзади виднелась крыша какого-то дома. Она улыбалась и одной рукой заправляла седые волосы под платок на голове.

– Здравствуй дочка.

Марина не могла понять, как она здесь оказалась. Только что стояла на кухне и надевала золотые сережки, которые ей дал Максим. А теперь она стоит у забора какого-то дома, где сидит ее умершая свекровь, как живая, и улыбается.

– Где я? Как я сюда попала? Вы же умерли.

Свекровь тихонько засмеялась, как она это делала всегда. Глухой старческий смех. При этом она всегда пальцами потирала кончик носа.

– Не переживай. Я умерла и не воскресла. Никто не может воскресить мертвого человека. Разве, что поднять труп из могилы. Но для этого нужно обладать большой силой. Именно про это я и хотела с тобой поговорить.

– Про трупы? – Марина слегка дернулась назад.

– Про силу.

– Я вас не понимаю. Объясните мне, как я сюда попала. Где Максим? Что происходит? И откуда вы взялись?

Свекровь покачала

– Не тарахти. С Максимом все в порядке. Он дома, так же на кухне, где и ты сейчас. Я в твоем видении и мне нужно тебе кое-что рассказать. Потом твой разум вернется обратно, и ты придешь в себя.

Марина смотрела на нее ошарашенными глазами и не могла поверить, что это все происходит с ней.

– Что вы хотите мне рассказать?

– Присядь, – сказала свекровь и похлопала рукой по скамейке, – я не кусаюсь.

Марина сделала пару шагов назад, обхватывая себя руками. Ей на минуту показалось, что стало как то прохладнее.

– Нет, спасибо, я тут постаю.

– Хорошо. Как знаешь.

Свекровь помолчала несколько секунд и начала говорить.

– Я когда-то при жизни умела колдовать. Дар мне мой достался от моей матери, а ей от ее и так далее. Передавался он из поколения в поколение, вот и сейчас достался. Только я не понимаю, почему он выбрал тебя, хотя догадываюсь. Видимо ты надела мои сережки, в которых заключалась сила ведьмы. Но даже если и так, она все равно не должна была перейти тебе. Это может быть только ваша дочь, которая когда-нибудь родится. С этим нужно будет разобраться. Мужчины не могут получить силу ведьмы. Редко такой дар к ним переходит.

Свекровь замолчала, почесала голову под платочком и продолжила.

– Когда-то у меня была дочь. Но я ее не видела, после того, как Максиму исполнилось десять лет. Как сбежала эта непутевая, с каким-то местным алкашом, еще у себя, в деревне, больше от нее ни слуху не духу не было. Скорее всего, ее уже нет в живых, с такой-то жизнью, которую она вела, все может быть. Я ее больше не чувствовала. Видно так тому и быть. А ты нашла эти сережки, да еще умудрилась их на себя надеть. Видно не смогла сдержаться.

Свекровь усмехнулась, а Марина сдвинула брови и недовольно посмотрела на нее.

– Вообще-то, это сын ваш попросил их надеть. Я и не собиралась. Вы когда умерли, мы долго не могли их найти. И вот, прошло, сколько времени, а они оказались в шифоньере под полотенцем. Максим очень обрадовался, сказал, что это единственное, что осталось от вас.

– А я тебя не в чем и не обвиняю. Просто ты взяла то, что тебе не принадлежит. Дар. Теперь придется учиться, с ним справляться. Я больше не смогу к тебе приходить, даже во сне. На это много сил надо, а я уже не та. Слаба стала. Почти все, что у меня было перешло в эти сережки. Все знания.

Марина почувствовала, как будто кто-то трогает ее за плечи и легонько тормошит. Она машинально начала оборачиваться, пытаясь найти источник прикосновения.

– Надо торопиться. Это муженек твой, на той стороне пытается тебя растормошить. Сын у меня всегда проявлял бдительность. Наверное, поэтому я так долго прожила.

Свекровь оперлась о бадик и поднялась.

– Только запомни. Не используй силу во зло. В недобрых руках она может обернуться против тебя. И не отдавай никому чужому эти серьги. Если попадут к человеку с злыми намерениями, даже боюсь представить, что тогда начнется.

После этих слов, свекровь, забор и дом на заднем плане пошли рябью, и Марина увидела перед собой Максима.

– Марина! Черт! Ты че зависла что ли?

Она смотрела на мужа большими испуганными глазами, а потом начала вертеть головой, осматривая обстановку. Дома. Марина сама не поняла, что это было, как она оказалась в другом месте, да еще разговаривала с мертвой свекровью.

– Ничего не зависла, – ответила она, чтобы не пугать мужа.

Марина сама еще толком не понимала, что произошло, но говорить об этом Максиму, который пару раз предлагал обратиться к психологу, она не хотела.

– Ну, ты просто встала возле зеркала и не двигаешься. Зову тебя, а ты молчишь. Начал трясти и только тогда ты ответила. Что-то не так? Тебе не нравится мамин подарок?

– Нравится, – она потрогала сережки, – красивые. Долго я так стояла?

Максим удивленно поднял бровь.

– Секунд десять, – ответил он, – ты себя нормально чувствуешь?

Маринка кивнула и снова посмотрела на себя в зеркало. По ее ощущениям разговор со свекровью длился минут десять, не меньше. Она обхватила, вески руками, начала побаливать голова. И это в первый рабочий день.

– Может, ты дома останешься? – Сказала Максим. – Ты какая-то бледная.

– Нет, – Марина покачала головой, – все хорошо. Мне надо идти. Тем более времени уже много. Не хочется опоздать в первый рабочий день.

– Ну, давай я все-таки тебя провожу?

Марина покачала головой, взяла сумку с дивана и вышла за дверь.

Школа от их дома находилась недалеко. Поэтому дорога заняла пять минут. Пройдя мимо магазина, она завернула в проулок, где стояла с одной стороны школа, а с другой детский садик. Дойдя до здания, она вошла внутрь, где ее встретила тетя Лиля. Она давно здесь работала, сторожем.

Марина поздоровалась с ней и направилась в кабинет директора.

Ирина Григорьевна, была женщиной пожилой, которая посвятила всю свою жизнь этой школе. Начинала она с обычного преподавателя, потом работала завучем, и наконец, директором школы. Была она небольшого роста, с темными короткими волосами по плечи, всегда при макияже. Хоть ей и было за шестьдесят, свой пост она покидать не торопилась. Жила Ирина Григорьевна одна. Дети перебрались в город, поэтому находиться дома в одиночестве, по ее словам, было в тягость. Проживала она рядом со школой. Поэтому идти до работы далеко не надо было. Да и в свои годы, она была очень активной женщиной, никто не мог ей дать больше шестидесяти.

Постучав в дверь, Марина вошла в небольшой, но светлый кабинет, где стоял стол с компьютером, шкаф с папками и несколько стульев вдоль стены. Подоконник украшали цветы и прозрачная шторка.

Ирина Григорьевна сидела за столом и стучала по клавиатуре. При этом, она, щуря глаза, пыталась рассмотреть в мониторе то, что писала. Увидев, что к ней в кабинет зашли, она отвлеклась от своей работы и заулыбалась.

– Здравствуй, Мариночка. Я рада, что ты пришла. Как дела? Как Максим?

– Доброе утро Ирина Григорьевна. Все хорошо. Максим замечательно. Работает. Вы как? Как здоровье? Не устали еще руководить школой? Это ведь очень тяжело. Мало того, что вы работаете с учителями, так еще и детей сколько.

Ирина Григорьевна заулыбалась, сложила руки на груди и посмотрела на Марину.

– Школа, это мой второй дом. Я столько лет отдала этой профессии, что уже, наверное, привыкла. Здесь все родное. А ты почему решила обратно вернуться? Вы же неплохо в городе обосновались. Там

Марина опустила глаза, посмотрев на пальцы, которые теребили ручку сумки. Ей очень не хотелось отвечать на вопрос директора, но та так сверлила ее взглядом, что Марине пришлось сказать, а вернее соврать.

– Просто захотелось тишины и спокойствия. В городе сплошная суета. Решила вернуться сюда. Спасибо большое, что приняли меня на работу.

– Максим тоже с тобой вернулся?

Черт, что же всех так интересует ее жизнь с мужем. Ну и что, что он тут жил. Ну и что, что учился в этой школе и все его знают. Зачем лезть со своими расспросами.

Марина промолчала, но Ирина Григорьевна оказалась женщиной умной и оставила свои расспросы, переключив свое внимание на ее предстоящие обязанности.

– Мариночка, мы тебе подготовили кабинет. Он небольшой, но тебе места хватит. Раньше у нас был бухгалтер, который делал всю работу удаленно. Но наше министерство образования решило открыть ставку в нашей школе. Детей стало больше учиться и нам пришлось увеличить штат сотрудников. Поэтому, ты очень вовремя позвонила и попросилась к нам в школу на работу. Я очень рада, что в нашем коллективе будет работать человек, которого мы знаем. Ну и вряд ли в нашей деревне есть хоть один человек с экономическим образованием.

Ирина Григорьевна на секунду остановилась и продолжила.

– Молодежь вся в город поразъехалась. Ну да ладно. Идем, я тебя провожу в твой кабинет. Он находится на третьем этаже, рядом с нашей библиотекой.

Ирина Григорьевна поднялась из-за стола и направилась к двери. Марина последовала за ней.

Так, как кабинет директора находился на втором этаже, они повернули к лестнице и начали подниматься наверх. По пути им встретился учитель русского и литературы и учитель истории. Второй был мужчина в возрасте. Ему было за шестьдесят, как и директору. Среднего роста, седые вьющиеся волосы и аккуратная борода с усами. Он приехал к ним из Алтая. Иосиф Кондратьевич был академиком. Имел два высших образования. Одно по философии, второе по истории. Он увлекался фольклором. Собирал местные легенды. Человек был умный и интеллигентный.

Почему он решил приехать именно в эту глухомань, никто не знал. Он о себе не любил рассказывать. Жены у него не было. Здесь он поселился в небольшом домике на улице Вишневой.

Максим говорил, что работать он к ним пришел, когда мужу было тринадцать лет. Думали, поживет немного, соберет материал, который ему был нужен и уедет. Но шло время, а Иосиф Кондратьевич не спешил оставлять эти места. Возможно, прижился и решил остаться.

Из мыслей Марину выдернул голос директора.

– Ну, вот и пришли, – Ирина Григорьевна достала ключ и открыла кабинет, – заходи.

Марина прошла в небольшую комнату. Здесь было маленькое прямоугольное окно, в которое еле пробивался свет. Возле него, в углу, стоял стол, на котором был компьютер, довольно современный, стул на колесах и пенал для папок. Возле двери поместился шкаф для вещей.

Комната было очень маленькой. Здесь могло поместиться не больше двух человек, помимо стоящей мебели.

Ирина Григорьевна отдала ключ и сказала:

– Да, комната небольшая, но, к сожалению, другого свободного помещения у нас нет. Нам так внезапно сообщили, что нужен кабинет для нового сотрудника, что мы, что успели найти, то и подготовили.

Директор собралась уже выходить, но на минуту задержалась, чтобы добавить.

– Ну, тебе же все равно, правда? Ты же не будешь у себя кучу народу принимать. Если захочешь чаю, можешь пройти в учительскую. Там и чайник и заварка есть. Пообедать можно в столовой. Сейчас еще каникулы у детей, но повара и все учителя уже вышли на работу. До нового учебного года почти месяц остался. Нужно все успеть подготовить. Возможно чуть позже, найдем тебе более просторный кабинет, но вот именно сейчас такого нет.

Марина, молча, кивнула, но все-таки напоследок спросила.

– Ирина Григорьевна, по рабочему времени, что решили?

– Мариночка, как и обговаривали по телефону. С восьми до четырех, но это если ты всю работу успеваешь сделать. У тебя не свободный график, я уточнила в министерстве, а нормальный полноценный рабочий день. К сожалению, даже на обед всем предоставляется не больше получаса. Тебя это тоже касается.

Она улыбнулась и вышла из, так называемого кабинета, оставив Марину одну.

М-да. Никто и не думал, что будет как-то по-другому. Это не кабинет, который был у нее в городе. Там был целый бальный зал, не то, что тут. Ну, ничего страшного. Марина вытащила большую упаковку влажных салфеток и принялась протирать рабочее место.

Достав из сумки бокал и подставку под него, она поставила их рядом с монитором. Благо на таком крошечном столе, место еще оставалось. Надо попросить, чтобы на окно повесили жалюзи. После стола, Марина протерла пенал для документов, шкаф для одежды и подоконник. Здесь будет неплохо смотреться небольшой цветочек в горшке, подумала она.

Закончив с влажной уборкой, Маринка включила компьютер и зашла в 1С-Бухалтерия. Надо посмотреть, что и как, просмотреть всех сотрудников, короче, дел на сегодня не мало, а уже почти десять.

Включив принтер, она распечатала финансовую отчетность и села ее изучать. Ручки, карандаши, вообщем весь канцелярский набор ей предоставили. Осталось попросить папку скоросшиватель, штук пять, а на остальное, она напишет в заявку по канцтоварам. Надо просто подумать, что еще нужно.

Углубившись в работу, Марина даже не услышала, как в дверь постучали. Только когда она приоткрылась и показалась чья-то голова, Марина увидела Татьяну Петровну. Это была учитель географии. В свои тридцать лет, она успела обзавестись мужем дальнобойщиком и двумя детьми семи и девяти лет.

– Можно? – Спросила она, просовываясь в кабинет и закрывая за собой деверь.

– Конечно, входите. – Марина подняла голову от бумаг и уставилась на незваную гостью. – Добрый день.

– Привет. Пока есть время, решила к тебе заглянуть. Посмотреть, как ты тут устроилась. Может чего-то нужно.

Марина улыбнулась, рассматривая географичку. Интересно, она сама решила придти или ее директриса послала? Вроде они с Татьяной никогда друзьями не были. Виделись когда, здоровались, на этом все. А тут прямо какой-то нездоровый интерес к ее персоне. Может бояться, что жаловаться в город буду, что выделили такой кабинет, где даже развернуться негде.

– Все хорошо. Устроилась нормально. Позже напишу список канцтоваров, которые мне понадобятся.

Татьяну видимо порадовал ответ Марины, раз она начала сиять как начищенный самовар.

– Татьяна Петровна, у вас что-то срочное или мне можно продолжить? Работы много, надо проверить все документы, сверить отчеты. Здесь, судя

Улыбка географички моментально слетела с лица. Она выпрямилась, сложила руки на груди и продолжила.

– Нет. То есть да.

Марина выгнула правую бровь и внимательно посмотрела на учительницу.

– Хотела сказать, что скоро обед. Минут двадцать первого наши повара начнут накрывать столы, к половине можно будет спуститься в столовую. Мы все ходим в это время туда. Просто потом, наши повара за всеми убирают, моют и расходятся по домам. Пока учеба не началась, все идут в одно время.

– Татьяна Петровна, если успею доделать, что хотела, то обязательно приду. Спасибо большое, за приглашение.

Марина улыбнулась и добавила.

– Если у вас все, разрешите я продолжу. Ну, правда. Первый день, а я дебет с кредитом пытаюсь свести. Очень не хочется задерживаться допоздна.

Видимо Татьяна Петровна восприняла просьбу по-своему, поэтому она просто кивнула головой, развернулась на каблучках и вышла за дверь.

Марина тяжело вздохнула. Да, такими темпами, она себе ни друзей заведет, а врагов наживет.

До обеда в кабинет еще забегала секретарь Лидочка. Она приносила приказ на устройство на работу. Взяла паспорт и трудовую книжку, чтобы сделать ксерокопии первого документа и две фотографии. Почему две, Марина так и не поняла. Ведь в личное дело клеится одна.

Время быстро подобралось к обеду. Марина услышала за дверью, как из библиотеки кто-то вышел. Она посмотрела на часы и решила все-таки сходить в школьную столовую. Не столько хотелось есть, сколько выпить горячего чаю.

Спустившись на первый этаж, Марина двинулась в храм еды. Точно, где он находился, она не знала, но судя по запахам, расходившимся по всему школьному коридору, недалеко от главного входа. Ориентируясь на учителей, которые тоже шли на обед, Марина подошла к большому помещению, где стояло примерно десять столов, которые могли усадить за себя по двенадцать человек за каждый из них. Столы уже были накрыты.

Сегодня давали на первое борщ, на второе котлеты с макаронами и чай. Все было разложено по тарелкам, а напиток разлит по бокалам. Стояли блюдца с нарезкой из свежих овощей и корзинки с хлебом.

Марина огляделась по сторонам и увидела, что для учителей были накрыты два стола, которые стояли возле окна.

За одним из них сидела Ирина Григорьевна, рядом с ней завуч Степанида Витальевна, она преподавала химию. С другой стороны секретарь Лидочка, конечно же, учитель географии, учитель русского и литературы, математики и два учителя начальных классов. Марина их всех знала.

За вторым столом она заметила учителя истории и двух молодых девушек, примерно ее возраста. Пока Марина разглядывала, куда бы ей приземлиться, подошла Катерина, соседка по дому через дорогу, а по совместительству учитель английского языка.

– О, Марина, привет! – Катерина искренне обрадовалась их встрече. – Что стоишь, не проходишь? Обед сам тебя за ручку не приведет и в желудок не попадет.

– Думаю, за какой стол мне сесть, чтобы не показаться невежливой.

– Идем со мной. Я обычно сижу отдельно, от высшего общества, – шепотом сказала Катя и поставив ладошку ко рту, засмеялась, – я тебя посажу рядом и как раз представлю новеньким учителям. Ты их не знаешь. Они к нам зимой устроились на работу.

Катерина взяла Марину под руку и направила в сторону стола, где сидел учитель истории и две незнакомые девушки. Они прошли мимо окна, где сидели учителя во главе с директором школы. Ирина Григорьевна натянуто улыбалась, Лидочка трещала с учителем географии. Судя по их выражению лиц, они обсуждали что-то интересное и захватывающее.

Степанида Витальевна смотрела на них и качала головой. Лицо ее было сосредоточено и слегка испугано. Остальные, молча, обедали.

– Здравствуйте, кого не видела, – Катерина посмотрела в сторону историка, – хочу представить вам нашего бухгалтера. Марина Константиновна Давыдова.

Все оторвались от еды и посмотрели в их сторону.

– Марина, это учитель истории, ну ты его знаешь, встречала раньше, Иосиф Кондратьевич.

Мужчина поднялся со своего места и протянул руку, чтобы поздороваться. Правда тут же опомнился, что его представляют девушке, а не мужчине, смущенно заулыбался и склонил голову в знак приветствия.

– Очень рад новому знакомству.

– А это, – продолжила Катя, – учитель физкультуры, а так же наш помощник во всех тяжелых делах, Глеб Антонович.

Этот молодой человек умудрился прибежать вперед них и сесть на свободный стул. Поэтому, когда они подошли, он уже схватил ложку и тянулся за хлебом. Но когда его начали представлять, поднялся со своего места, поздоровался и со словами «очень приятно» сел на место.

– А здесь сидят наши совсем молоденькие девочки, которые решили покорить местную глубинку, учитель биологии Алена Ильдаровна и учитель изобразительных искусств, а также по совместительству учитель музыки Антонина Мироновна.

Девушки поздоровались и пригласили присоединиться пообедать.

Марина села рядом с учителем истории. С другой стороны к ней подсела Катерина. Через минуту к ним села учитель информатики Мария Николаевна. Это была единственная женщина за их столом, которой было за пятьдесят, не считая учителя истории. Почему она не обедала вместе с директором и завучем, было странно. Они все проработали в этой школе больше тридцати лет.

Получилось так, что Марина оказалась спиной к столу, где сидели другие учителя, а именно учитель географии.

Обед проходил в спокойной обстановке, но в столовой все равно было шумновато. Многие громко разговаривали, обсуждали дела и не торопились вставать из-за стола.

Марина особо есть не хотела, но чтобы не обижать поваров, она поковырялась ложкой в супе, съела котлету и принялась за чай.

За этой приятной процедурой она услышала голос Лидочки, которая что-то увлеченно рассказывая учителю географии.

– ….да точно вам говорю, Татьяна Петровна. Вчера его вытащили из воды, а лицо все разодрано и в страшной гримасе. Я как услышала, в обморок чуть не упала.

– Лидочка, а вы откуда все это знаете, да еще в таких подробностях? – Удивленно спросила учительница химии, которая видимо тоже слушала их разговор.

– Как откуда? – Секретарь от изумления даже ложку в суп уронила. – Мне Светка сказала, а она рядом с нашим участковым живет. А ей мать ее рассказала, которая дружит с матушкой Сергея Тимофеевича.

Видимо Татьяна Петровна была сильно шокирована, что даже рот открыла от изумления.

– И что дальше? Ну, рассказывай. – Сказала географичка.

– Да ничего. Говорит, лицо его зверь какой-то в воде разодрал и на берег выкинул. А дядя Ваня, видимо, как почувствовал, что на суше, глаза в последний раз открыл, но увидел, как это чудище водяное на него смотрит и от страха то его и перекосило. Так и остался он, лежать,

Татьяна Петровна ахнула и закрыла рот ладонью. А Степанида Витальевна начала креститься за столом. Вся эта чудная компания замерла с ложками у рта. Так сильно их впечатлил рассказ секретарши.

Иосиф Кондратьевич, который в это время приступил к чаю, не выдержал и повернулся к их столу с изумленным лицом. Приподняв брови, он прокашлялся.

– Лидочка, вы, конечно, меня извините за мои резкие слова. Но вы в своем уме? Какое водяное чудовище? Я, конечно, не люблю подслушивать, но вы так громко и эмоционально все это рассказывали, что я ненароком услышал вашу историю про вчерашнее убийство.

Лидочка выпучила на него глаза и с детской наивностью сказала:

– А что такое? Я это не придумала, между прочим. Услышала вчера вечером из самых первых уст.

Она обижено повернулась обратно и быстро начала доедать обед.

– Иосиф Кондратьевич, – послышался голос Степаниды Витальевной, – вы объясните, почему вы вдруг решили, что Лидочка говорит не правду? Она ведь не выдумала все это. Ей поведала матушка, которая дружит с семьей участкового.

Учитель истории сдвинул брови к переносице, отхлебнул чай из своего стакана и поднялся. Собираясь уйти.

– Степанида Витальевна, ну вы же взрослая образованная женщина, а верите во всяких чудовищ из озера. Я столько лет занимаюсь фольклором. Все чудовища основаны на выдуманных историях и сказках наших бабушек и прабабушек. Они это сочиняли все для непутевых детей и внуков, что бы те не ходили одни в лес или на озеро. Якобы в лесу их леший заберет, а в речке русалки или водяной утащат.

Иосиф Кондратьевич сложил руки за спиной и отправился на выход. Правда остановился на секунду, повернулся к столу, где сидела Лидочка и все остальные, и сказал, сверля секретаршу глазами.

– А вам милая барышня не мешало бы ознакомиться с книгами истории, а лучше с фольклором. Там вы можете узнать, были ли чудовища в наше время или это все сказки. Возможно тогда, перестанете нести всякую ахинею. Извините.

После этих слов учитель истории повернулся и быстрым шагом направился в сторону выхода из столовой. За двумя столами воцарилась тишина. Каждый думал о своем. А Лидочка сидела с недовольным лицом, допивая свой чай.

Глава 7

У Максима утро выдалось не очень. Сначала жена как-то странно себя вела, уставилась на свое отражение и молчала. Пока он ее тормошить не начал, никакой реакции не было. Он забеспокоился, предложил проводить, но она сказала, что все в порядке и убежала.

После того, как Марина ушла на новую работу, Максим собрался и вышел из дома. Утро было теплое. Небо без облаков. Скорее всего, опять будет жарко. На улице собака лаяла на воробьев, которые таскали у нее еду из чашки. Это выглядело комично. Пока она бежала за одними, другие подлетали и садились на миску, выклевывая остатки крошек. Недалеко от беседки сидела кошка, вылизывая свои бока.

Максим взглянув на всю эту веселую компанию, вышел за ворота и направился в сторону детского садика. Там с торца здания было помещение для участкового, а напротив кабинет администрации сельсовета.

К сожалению, здесь его ждало разочарование. Сергея Тимофеевича не было на месте. Скорее всего, уехал в город, ведь сегодня понедельник. Придется зайти попозже. Максим достал телефон из кармана и посмотрел на время. Было половина десятого. Выбрав из контактов нужного абонента, он нажал кнопку вызова и поднес телефон к уху.

На том конце послышался веселый голос.

– Здорова, братуха. Чего не спится? Ты же вроде в отгулах.

Максим был рад слышать своего друга и товарища, с которым и работал и дружил уже давно, с самого начала его службы в органах.

– Привет Диман. Некогда спать. Я же сейчас в деревне. Вчера приехал, а тут ЧП.

– Что случилось? Помощь нужна?

– Да. Именно поэтому тебе и звоню.

Максим замолчал на секунду и продолжил.

– Вчера мне местный участковый позвонил, Сказал, что у них труп в деревне. Вроде как естественная смерть. Мужик утонул на рыбалке. Но ты же сам понимаешь, что в нашей работе просто так ничего не бывает. Хочу попросить тебя узнать, может нашим что-то передавали про вчерашнее утреннее происшествие?

– Макс, я сейчас поспрашиваю, но вчера воскресенье было, вряд ли кто-то что-то знает. Рано еще. А чего ты местного участкового не спросишь? Ему то, наверное, уже что-нибудь известно.

– Да нет его. Наверное, в город уехал. На развод.

– А у тебя-то какой интерес к этому делу? Тебе своих трупов не хватает?

Диман в трубку рассмеялся.

– Да если бы не Маринка, то и вопросов бы не было. Просто она вечером на озеро ходила со своей подругой и видела там перед уходом дядю Ваню. Это тот, чей труп нашли утром. Получается, что они его последние видели.

В телефоне послышался протяжный свист.

– Ну и дела. Ладно, Макс, постараюсь что-нибудь узнать. Наберу тогда.

– Спасибо, дружище. С меня причитается, – сказал Максим и сбросил вызов.

Постояв еще пару минут возле кабинета участкового, Максим отправился домой.

На озеро по своей инициативе он поехать не мог. Значит, все равно придется ждать возвращение Сереги.

Подходя к калитке, Максим почувствовал, на себе чей-то взгляд. Такое странное ощущение, что даже мурашки по коже пробежали. Он остановился, осмотрелся, но никого не заметил. Может, показалось. Но чувство беспокойства залегло где-то внутри.

Зайдя домой, он поставил на плиту чайник. Надо бы хорошенько все обдумать. Все равно пока спешить некуда.

Заключение патологоанатома он не видел. Со слов участкового, мужик лежал на половину в воде с раскинутыми руками и открытыми глазами. Рубашка порвана, а в некоторых местах красовались три глубокие царапины. Лицо было искажено от страха.

Что это может быть? От мыслей отвлек закипевший чайник и Максим пошел его выключать.

Достав из тумбочки заварочный пакетик, бросил его в бокал. Положил три кусочка сахара и вышел на улицу. Было уже жарко. Максим присел в беседку, наблюдая за собакой и наслаждаясь, чаем.

Вдруг за воротами послышался шум подъехавшей машины. Хлопнула дверь и кто-то подошел к калитке. Максим на мгновение напрягся, пока не увидел, кто это был. Вставая навстречу, он протянул руку и поздоровался.

– Привет Серега. Я к тебе с утра уже заходил, тебя не было на месте. Идем, проходи. Чаю будешь?

Участковый прошел в беседку, снял фуражку и положил на лавку. В руках он держал черную папку, которую кинул на стол.

– Привет Максим, – Сергей сел на кресло, – вот жара. Уже с утра печет, хотя на дворе

Максим встал рядом.

– Чаю точно не буду, а вот воды холодненькой попил бы.

Максим кивнул и пошел в дом. Когда он вернулся, то увидел, что участковый открыл черную папку, вытаскивая оттуда документы.

– На, держи.

Сергей прильнул к стакану и жадно начал пить.

– О, как хорошо. Спасибо. Теперь давай к делу.

Участковый подал Максиму бумаги, который принес.

– На, смотри. Здесь по делу дяди Вани.

Максим взял заключение эксперта и начал читать. Ознакомившись с ним, он поднял глаза на участкового и выгнул дугой одну бровь, как бы говоря; «И что все это значит?»

Сергей достал платок из кармана и начал вытирать со лба пот.

– Получается, что в крови дяди Вани был алкоголь, а еще небольшое количество снотворного?

– Получается, что так. Только не понятно, сам он его выпил или кто-то помог? Надо бы спросить его жену. Пил ли он накануне похода на рыбалку. Она же у него самогоном торгует.

– Думаешь, она ему снотворного подсыпала? – Максим сложил руки на груди и облокотился о спинку лавки. – А зачем ей это? Они вроде нормально жили. Как все.

– Понятия не имею. Надо бы к ней наведаться и все расспросить. Еще надо сходить на озеро, посмотреть, возможно, что-то упустили. Может там, на месте, еще что-то найдем.

Участковый поднялся с кресла и надел фуражку.

– Макс, сильно занят? Не хочешь со мной мотнуться?

Максим поставил бокал на стол, а телефон засунул в задний карман джинсов.

– Пошли. Время у меня есть. Куда сначала?

– Давай на озеро съездим, там еще все хорошо осмотрим, потом уже к вдове отправимся.

На том и порешали. Максим, закрыл дом и отправился следом за участковым. Свою машину брать было незачем, у Сергея есть рабочая. Уазик. Ему ее выделили сразу, как только за ним закрепили еще несколько деревень. Пешком туда точно не находишься.

Машина хоть и была старенькой, но на ходу. Участковый завел ее, подождал, пока Максим сядет рядом и тронулся с места в сторону озера.

Подъехав туда, где был обнаружен труп дяди Вани, Максим вместе с участковым спустились со склона прямо к озеру. Стояла тишина, даже ветерочка не было, только где-то переквакивались лягушки.

Они начали осматривать все вокруг, озера. По краям, вдоль берега росли камыши. Максим полез в них, пока участковый сидел на земле, где лежало тело, и внимательно всматривался в каждую травинку, каждый камушек, при этом расчищая поверхность. Вдруг, что-то затерялось в земле.

Прошло примерно с полчаса, но они ничего нового не обнаружили.

Участковый снял фуражку и вытер пот с лица.

– Тут нет ничего. Давай, Макс, поехали. Надо еще к вдове наведаться. Расспросить про дядю Ваню.

Максим вернулся обратно и тут он опять почувствовал, что его затылок кто-то сверлит взглядом. Такое странное чувство дежавю. Он посмотрел по сторонам, попытался рассмотреть хоть что-то на другом берегу, но солнце сильно слепило глаза, они только начали слезиться.

Тут камыши зашуршали, зашевелились. Кто-то крался в их сторону. Оба мужчины напряглись. Участковый схватился за кобуру, вытащил пистолет и снял его с предохранителя. Максим просто остался стоять рядом, так как оружия при нем не было. Он все-таки был в отгуле.

Напряжение начало нарастать, когда звуки становились ближе. Кто-то или что-то шел медленно, останавливаясь.

Камыши стояли высокие, поэтому понять, кто в них прячется, было не возможно.

Наконец зеленые стебли растения слега раздвинулись, и из них показалась черная кошка. Она остановилась, глядя на них, и мяукнула.

Участковый выдохнул и опустил пистолет, убирая его обратно в кобру. Максим тихо выругался. Да уж, пощекотала им нервы эта чертовка. И откуда она только тут взялась.

Он недавно только вышел из камышей, но был уверен, что никакого животного там не видел.

Подойдя к кошке, которая села рядом, погладил ее по голове, со словами: «Ну и напугала ты нас».

Участковый стоял неподалеку, нервно теребя свою фуражку.

– Да уж. Вот это напряжение. Походу, Макс, ничего нового мы тут не найдем. Поехали.

Максим был с ним согласен, незачем терять время. Они направились в сторону машины. Когда двери хлопнули и уазик тронулся с места, а кошка поднялась по крутому берегу наверх и побежала в сторону деревни.

***

Настасья Петровна с мужем жили недалеко от магазина, который находился на улице Морская. Домик их стоял третьим, после поворота с основной дороги. Был он не большим, но ухоженным из белого кирпича. Крыша покрыта новым сайдингом. Ворота резные, а забор из прутьев, поэтому, когда проезжаешь мимо, можно было рассмотреть, что делается на территории.

Настасья Петровна была во дворе. Она сидела возле дома на скамейке. На ней была одета черная кофточка с коротким рукавом и юбка, на голове платок темного цвета.

Увидев, что к воротам подъехала машина, она поднялась и пошла на встречу, при этом шикая на дворовую собаку, которая заливалась лаем.

Максим с участковым вылезли из машины, и подошли к калитке.

– Доброго здравия Настасья Петровна, – сказал Сергей, одновременно снимая головной убор, – мы к вам.

Женщина открыла калитку и показала жестом, чтобы они заходили. Ее заплаканное лицо не выдавало никаких эмоций. Возможно, сил на слезы уже не осталось.

– Проходите в дом, на улице жарко сидеть.

Настасья Петровна провела гостей, и усадила за кухонный стол.

– Сергей Тимофеевич, есть ли какие новости про моего Ванечку? Когда тело отдадите? Надо бы хоронить, а вы все тянете, чего-то выясняете. Утоп мой Ванечка.

Женщина взяла со стола полотенец и приложила их к глазам. Плечи ее слегка затряслись и послышалось тихое всхлипывание.

– Мы как раз по этому поводу и приехали. Вопросы у нас есть к вам, Настасья Петровна. Надобно разузнать.

Женщина оторвала лицо от полотенца и посмотрела на них усталым взглядом.

– Спрашивай, что знаю, расскажу.

– Сегодня утром был в городе, по поводу смерти вашего мужа. Вскрытие показало, что в крови дяди Вани был алкоголь, а в нем средство неизвестного происхождения, которое вызывает сонливость. По-другому, снотворное. Якобы это не лекарственный препарат, а травяной, самодельный.

Участковый посмотрел на женщину, при этом доставая листок и ручку из своей папки. Максим, который сидел рядом обратил внимание, что Настасья Петровна, как то странно дернулась, то ли от испуга, то ли от неожиданности, при этом ее глаза увеличились на мгновение. Но она тут же взяла себя в руки и, посмотрев, на участкового сказала:

– Что-то в толк не возьму, Сергей Тимофеевич, какой такой снотворное?

– Обычное. Не то, которое в аптеке покупают, а из травки делают, которая в полях и

Настасья Петровна положила руки на грудь и заголосила.

– Я-то дууумалааа, он мне, что хорошее скажееееет…. Что Ваааанечку моего можно забираааать и хорониииить по-человечески, а он приехал мне про какую-то траву сонную расказываааааать…

От криков женщины, Максим слегка поморщился, слишком громко было, даже уши закладывало.

Участковый не выдержал и хлопнул ладонью по столу.

– Хватит. Разоралась мне тут. Выкладывай, давай. Гонишь самогон?

Женщина от неожиданности подпрыгнула, но замолчала. Вытаращила глаза на участкового и слегка побледнела.

– Сергей Тимофеевич, вот тебе крест, – Настасья Петровна перекрестилась, – только из чистого продукта. Ничегошеньки туда не добавляю.

Участковый вздохнул, потер лоб ладонью и посмотрел на женщину.

– Что мне твой крест, муж у тебя помер, после того, как свой же самогон выпил. Что еще добавляла туда? Траву какую-нибудь настаиваешь? Ну, мало ли, в лечебных целях или еще для чего. Вас в деревне, как я погляжу, через одного целительницы водятся.

Настасья Петровна, посмотрела на участкового, присела рядом за стол и глаза в пол опустила.

– Ну, вспомнила что-нибудь? Или поедем в город, под протокол все расскажешь?

– Не надо в город, – женщина испугано посмотрела сначала на Максима, потом на участкового, – все скажу.

Она подумала несколько секунд, и опять начала всхлипывать.

– Заваривала я тут давичи травку, у женщины одной взяла, она мне и рассказала, что она нормализует сон, потом утром бодрая встанешь. Но я для себя ее брала. Никуда не добавляла. Вот тебе крест, – она опять перекрестилась и уставилась на участкового.

– Что за травка, знаешь? У кого брала?

– Не знаю я, что за трава. Сбор какой-то. Приезжали тут неделю назад цыгане, помнишь, еще по дворам ходили, предлагали разные вещи? Вот одна такая к нам во двор зашла и говорит, что вид у меня уставший, как будто я не спала много дней. Я ей и пожаловалась, что да, мол, мучает меня бессонница в последние дни. Вот она мне травки этой и дала. Сказала, как ее приготовить и как пить потом.

Женщина опять начала выть, вытирая при этом полотенцем сухие глаза.

– Помнишь, как она выглядела?

Настасья Петровна замолчала и задумалась.

– Нет, Сергей Тимофеевич, вот хоть убей, не разглядела. Вроде во все черное одета, а лицо шарфом прикрыт, шелковым. Глаза, правда, такие страшные, как будто злые. Я поначалу испугалась, вдруг, думаю, отраву, какую дает, но она меня успокоила. Говорит, добрая ты Настасьюшка, вон, сколько всего мне надавала. Вот и хочу тебя отблагодарить, за доброту твою. И сунула мне мешочек с травкой. Я открыла, понюхала, вроде цветами, какими-то пахнет и взяла. Она ушла, а я пошла в сени. Там у меня самогон как раз стоял.

Женщина посмотрела на участкового, но тот промолчал.

– Так вот, растолкла травку то в посудине и залила кипятком. Настояла ее три дня, а потом сцедила в посудину. Получилось немного. Так мне и пить ее сказали по пол чайной ложки перед сном. Я взяла настой, да и перелила во фляжку. Ее за самогонный аппарат и припрятала. Вот и все.

Женщина опять начала подвывать.

– Фляжка это где? – Участковый посмотрел на Настасью Петровну.

– Да как где? – Она уставилась на него. – Там и должна быть. Я еще не пользовалась отваром то. Сначала Ванечку отправила на рыбалку, потом за него беспокоилась, когда он домой-то не пришел ночевать. А потом и вообще не вспоминала.

Женщина опять заголосила причитая. Участковый поморщился, надел фуражку и встал.

– Идем, покажешь, где эта фляжка у тебя стоит.

Женщина замолчала и подскочила, направляясь к двери.

– Идемте, покажу. Там она у меня, там.

Мужчины пошли за Настасьей Петровной. Сени, куда она их привела, были небольшие. Здесь стоял стол, на котором возвышался самогонный аппарат, сбоку полки, на которых были бутылки, разных размеров. В них находилась мутная жидкость, скорее всего это и был самогон. Бутылок оставалось не так много. Женщина покосилась на участкового, ожидая его нравоучений, но он промолчал.

Она пошарила рукой за самогонным аппаратом с одной стороны, потом с другой, попробовала туда заглянуть, но ничего не обнаружила. Опустилась на корточки и стала заглядывать под стол. Задумавшись и удивленно приподняв брови, поднялась и начала осматривать полки с бутылками.

– Что же это такое, – через какое-то время сказала она, – нигде эту фляжку найти не могу.

Повернувшись к участковому, развела руками и хлопнула себя по бокам.

– Сергей Тимофеевич, нет ее. Вот тут ставила утром в пятницу, а теперь ее нет.

Мужчина прошел в комнату, при этом вытесняя из нее женщину, потому что вдвоем, здесь было, тесновато находится и начал осмотр сам.

Пошарив руками за аппаратом, заглянув под стол и за бутылки, он убедился, что тут ничего нет. Вот так дела. Куда же она могла подеваться, раз кроме нее никто не мог эту фляжку взять. Тем более, по словам Настасьи Петровны, она единственная знала, куда ее спрятала.

– В пятницу, это перед тем как твой муж на рыбалку пошел?

– Ну да, а чего такого?

– А дядя Ваня не знал про эту фляжку?

– Как не знать, знал. Его это фляжка. Только вот что я ее взяла, вряд ли.

Женщина выпучила глаза и продолжила.

– Он ею долго не пользовался. В сарае она лежала. Я подумала, не нужна она ему больше. Вот и взяла. Помыла и настойку ту перелила. Потом спрятала ее здесь. Он не видел этого.

– А муж твой, перед походом на рыбалку употреблял самогон. Не знаешь?

Настасья Петровна посмотрела на бутылки, посчитала их и ответила.

– Нет, точно говорю. Трезвым был. И бутылки все на месте.

Участковый вышел из сеней и направился к выходу, а женщина засеменила следом.

Максим, который все это время молчал и слушал, повернулся, посмотрел еще раз на комнатку и пошел следом на выход.

Уже на улице возле калитки участковый остановился и сказал женщине, надевая фуражку.

– Тетя Настя, в этот раз я закрыл глаза на твой незаконный бизнес. Муж у тебя умер, жалею тебя. Не дай бог узнаю, что продолжаешь гнать эту барматуху, посажу на пятнадцать суток и штраф впаяю. Поняла?

– Ой, поняла Сергей Тимофеевич, поняла. Не буду больше, вот вам крест, – женщина перекрестилась.

– Фляжку в доме поищи, нужна будет на экспертизу. Никуда из деревни, чтобы не выезжала. Поняла?

Женщина скрестила руки на груди и опять всхлипнула.

– Поняла. Сергей Тимофеевич, когда Ванечку моего похоронить можно будет?

Женщина опять сквасилась, собираясь голосить на всю округу, но участковый ее опередил.

– Завтра буду в городе, узнаю, что и как. Потом тебе сообщу. Ты

На этих словах мужчины вышли из калитки и направились к машине.

Сев рядом с участковым, Максим спросил, глядя на него.

– Что думаешь? Врет?

– Да фиг его знает. Не похоже. Если и врет, то уж очень красиво. Надо фляжку найти. Возможно, в ней будет ответ на наш вопрос.

Участковый завел машину, и они тронулись с места.

– Не скажу, чтобы они жили плохо или ругались каждый день. Ну, ты же их тоже помнишь. Тетя Настя давно приторговывает. А дядя Ваня, поди, не раз в эту бочку спиртную нырял. Но я не думаю, что из-за самогонки, она его отравила.

Сергей выехал на главную дорогу.

– Тебя куда подвезти?

– Да на повороте останови, домой пойду. Дела еще есть. До вечера надо успеть сделать.

– Как скажешь.

Участковый остановился и Максим вышел из машины. Посмотрев в след удаляющегося уазика, он повернулся и направился к себе домой. Были у него мыслишки, которые крутились в голове, после того, как они побывали у тети Насти. Надо бы подумать, пока он ждет жену с работы.

***

День у Марины выдался насыщенный. После того, как они пообедали в столовой, она отправилась к себе в кабинет. Работы было много, а времени мало. После небольшого представления, которое произошло между секретаршей Лидочкой и историком Иосифом Кондратьевичем, обстановка в столовой витала напряженная.

Лида сидела хмурая и недовольная. Нервно постукивала чайной ложкой по бокалу с чаем. Остальные за их столом бурно обсуждали произошедший маленький скандальчик.

Марина быстро допила свой чай и ретировалась из-за стола, извинившись перед остальными. Времени, рассиживаться, у нее не было.

Поднявшись в свой кабинет, она села за стол и приступила к работе.

Марина не заметила, как пролетело время, пока в ее дверь в очередной раз не постучали. В проеме показалась голова Кати.

– Марин, ты домой идешь? У тебя вроде рабочий день до четырех.

Марина взглянула на телефон, показывало начало шестого. Она потерла переносицу двумя пальцами и прикрыла глаза. Да уж, время пролетело незаметно, а еще столько нужно проверить. И это в первый рабочий день.

– Нет, Кать, пока не иду, – она посмотрела на нее и добавила, – еще не все сделала, что хотела. Побуду еще примерно часа два, а остальное завтра доделаю. Нельзя бросать то, что начала. Цифры любят хорошего анализа. Если сейчас остановлюсь на полпути, завтра придется это же начинать заново.

Катерина улыбнулась, облокачиваясь о дверной косяк.

– Пчелка труженица. Глаза пожалей. Весь день за компьютером.

Она вздохнула и добавила.

– Ладно, тогда я тебя не жду. Увидимся.

Девушка вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

Марина осталась одна в полной тишине. Только тихо гудел системник у компьютера. Наконец никто не будет ей мешать. А то одна заглянет со своим: «Хочешь чаю?». Вторая, со своими документами.

Лидочка откопировала ее паспорт, поэтому зашла, чтобы отдать. Она очень хотела с Мариной пообсуждать поведение историка, но времени на болтовню не было, так как работы просто завались. Марина сразу дала ей это понять, отвернувшись к компьютеру, говоря всем своим видом, что слушать ее некогда. Та только фыркнула и выскочила с недовольным лицом за дверь.

Время пролетело быстро. Когда Марина оторвала глаза от монитора, за окном почти стемнело. Посмотрев на телефон, она увидела пропущенный звонок от мужа. Странно, почему она его не услышала. Покопавшись в телефоне, стало понятно, что у него отключен звук. На часах показывало без десяти десять.

Вот это да. Пора было собираться домой. Самое основное было сделано, а остальное можно доделать завтра. После она отправит отчет главному бухгалтеру в город.

Марина собралась. Взяла свою сумку и вышла из кабинета. В коридоре школы было темно и тихо.

Закрыв дверь на замок, она отправилась в сторону лестницы. Проходя мимо библиотеки, ей показалось, что там кто-то ходит. Приглушенное шарканье раздавалось за дверью. Марина остановилась и прислушалась. Тишина. Наверное, она слышит свои собственные шаги. Здесь так тихо, что можно расслышать, как бьется сердце.

Марина посмотрела еще раз на дверь библиотеки, и пошла к лестнице. Спустившись в низ, она услышала, что возле входа тихо работает телевизор. Наверное, тетя Лиля смотрит.

Так и вышло. Женщина сидела в маленькой комнате, возле раздевалки, и пялилась в телевизор, грызя при этом семечки.

Марина подошла поближе и крикнула ей.

– Тетя Лиля, ключи возьмите.

– Положи на полку, – ответила та, даже не повернувшись, – потом их на место повешу.

Марина усмехнулась, но сделала, как ей сказали. Потом открыла дверь школы и вышла наружу. Отойдя на небольшое расстояние, она услышала, как за ней закрыли дверь и выключили свет на первом этаже.

На улице уже порядком стемнело. Включили фонари. Здесь их было не так много, только в самых необходимых местах. Например, возле школы всегда горела лампочка.

Марина вышла из калитки и повернула направо. Завернув в проулок и пройдя метров сто, остановилась.

Черт, ни туда повернула. Надо было идти налево. Там дорога немного освещалась, потому что с другой стороны находилось двухэтажное здание детского сада, кабинет участкового и кабинет главы сельсовета.

Марина хотела было уже повернуть в обратную сторону, но остановилась и задумалась. Зачем ей делать круг, можно и тут пройти. Правда, этот переулок был темным, а ночью вообще можно было идти на ощупь. Но у нее есть фонарик в телефоне.

В этом месте обычно ходили, если быстро нужно было добежать до остановки или сократить путь до основной дороги. Проход был очень темным из-за деревьев, между которыми нужно было пройти по протоптанной дорожке. За ними находилось старое полуразрушенное строение. В нем никто уже не жил. Зато к Маринкиному дому это был самый кротчайший путь.

Она двинулась вперед, при этом роясь в своей сумочке в поисках телефона. Вдруг слева что-то зашуршало. Марина остановилась, как вкопанная пытаясь всмотреться в темноту, откуда шел шум. На мгновение все стихло. Она постаяла так с минуту и потихоньку двинулась дальше. Где же этот чертов телефон.

Неожиданно ей послышалось тихое рычание. Марина остановилась в очередной раз и посмотрела туда, откуда исходил этот звук.

Что это? Может чья-то собака? Хотя местные животных отпускали только днем, к вечеру все должны были быть на цепи. У них в последнее время с этим строго стало.

Вдруг, среди деревьев Марина увидела два небольших желтых огонька, находившихся рядом друг с другом. Они медленно приближались к ней, увеличиваясь в размерах. Тихое рычание становилось громче.

По спине пробежал холодок. Тело

Не зная, что делать, Марина медленно начала отступать назад. Не видя ничего, она зацепилась ногой за что-то и упала на пятую точку.

В этот момент из-за деревьев показалось большое черное пятно со светящимися глазами. Оно рычало и подходило ближе.

Марина хотела вскочить, но ноги ее запутались. Она еще раз посмотрела в ту сторону, откуда на нее что-то двигалось, издавая рычание. В темноте смогла разглядеть очертание большого черного животного, похожее то ли на собаку, то ли на волка. Только в два раза больше.

Оно скалило зубы, а изо рта стекали слюни и капали на землю. Медленно переставляя лапы, животное двигалось в ее сторону.

В какой-то момент, зверь оттолкнулся лапами от земли и прыгнул на Марину. Та, в свою очередь выставила вперед обе руки, как бы защищаясь, и закрыла глаза.

Она поняла, что это конец. После такого нападения, она вряд ли выживет. Ее просто растерзают на мелкие клочья, а потом возможно сожрут. Главное, чтобы смерть была мгновенной, и она долго не мучилась.

Перед ней промелькнула вся ее жизнь. Муж, мать с отцом, свекровь в видении, которая несла какой-то бред о даре, который она присвоила себе.

Зачем только она пошла тут. Знала ведь, что здесь всегда темно. Мало ли, что может случиться.

Ее ладони на мгновение обдало жаром, а неведомая волна откинула на спину. Марина упала, приложившись затылком о землю. Сквозь гул в голове, она вдруг услышала, как что-то сильно ударилось об дерево и заскулило. После наступила тишина.

В ушах зашумело. Марина попыталась открыть глаза и одновременно привести себя в положение сидя. Сквозь приоткрытые веки, она увидела, как к ней кто-то подбежал и схватил за плечи.

Марина вяло попыталась отбиваться. Тогда ее схватили за руки и прижали к себе.

Тут она услышала знакомый голос.

– Тише, тише, – ее гладили по затылку и сильнее прижимали к себе, – это Максим. Все хорошо.

Марина схватила его за талию и уткнулась лицом в грудь. Слезы полились из глаз. Она жива. А рядом ее муж. Откуда он только взялся.

Максим в очередной раз спас ее. Только было не понятно, почему этот товарищ с косой повадился за ней ходить. Но раз еще не забрал с собой, значит, она для чего-то нужна на земле.

Глава 8

После поездки с участковым, Максим отправился домой. Ему надо было поразмыслить над некоторой информацией, которую он услышал от вдовы. Что-то вертелось в голове, но он ни как не мог ухватиться за эту мысль.

Поставив чайник на плиту, он залез в холодильник. Надо пообедать и на ужин что-нибудь приготовить. Все-таки наладить отношения с женой пока не получалось.

Достав из холодильника вчерашнее мясо и поставив его подогреваться, Максим выключил чайник и налил себе кипятка.

Настасья Петровна сказала, что ее муж ушел на рыбалку абсолютно трезвый. Но как тогда алкоголь мог попасть в его организм, да еще со снотворным?

Можно было предположить, что у него что-то заболело, и он по ошибки мог выпить таблетку снотворного, вместо анальгетика. Сейчас практически все лекарства идут в блестящих блистерах и белого цвета. Перепутал и вот результат. Имеем труп, который уснул на рыбалке и свалился в озеро. Царапины на его теле появились, когда падал, его одежда за что-то цеплялась, рвалась и царапала кожу или под водой, задел об какую-нибудь корягу и вот они, красные глубокие порезы. Сонным нахлебаться и не почувствовать это, раз плюнуть. Что и произошло с дядей Ваней.

Хотя, по рассказам женщины, таких таблеток, от которых можно уснуть, у них дома не было. Ей какая-то цыганка дала травяной сбор, из которого она и приготовила отвар, чтобы хорошо спать.

Была еще одна странность. Как она могла определить, что это была именно цыганка, если ее лицо прикрывал шелковый шарф. И зачем его закрывать в такую жару?

Получается что тот, кто давал травяной сбор, не хотел, чтобы его лицо увидели.

Опять же. Зачем кому-то это делать? Чем помешал дядя Ваня? Вроде нормальный мужик. Работал, хоть и выпивал иногда. Жили они как все. Ну, приторговывала тетя Настя самогоном, что такого? Сейчас во многих деревнях торгуют самоделкой.

Вопросов было много. Ответов пока не было. Надо понять, куда делась фляжка, в которую был перелит травяной сбор. Возможно, именно она сможет что-то прояснить в этой ситуации.

Тут Максиму пришла еще одна мысль, которую они с участковым даже не рассматривали. А что, если хотели убить не дядю Ваню, а Настасью Петровну. Не зря же именно ей дали эту травку. Спрашивается, чем помешала и главное кому тетя Настя?

Может конкуренция? Максим усмехнулся. Не поделили продажу самопала? Хотя в наши дни и такое может быть.

Надо бы эту мысль подкинуть участковому. Пусть попробует ее отработать. Наверняка в деревне не одна тетя Настя торгует самогонкой.

И тут у Максима зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он поморщился. Звонил коллега по работе, даже не коллега, а старший оперуполномоченный, которого он недолюбливал. Тот всегда совал свой нос, куда не надо. Старался выставить себя в лучшем свете, а остальных бывало, и подставить мог.

В отделе его не очень жаловали за гадкий характер. Скользкий и довольно своеобразный тип.

Артем Андреевич Корытко, был майором с двадцатилетним стажем работы в органах. Перевелся к ним с другова города. Ему было где-то за сорок, разведен, детей не имел.

Здоровый мужик с пивным животом. Мелкие глазки и нос картошкой. Темные волосы на голове с проплешиной на затылке. Всегда ходил в форме. Ему очень нравилось демонстрировать свои погоны со звездами.

В их отделе проработал полгода. У него где-то сверху был блат, поэтому его к ним направили, для повышения квалификации остальных сотрудников. Якобы на старом месте у него была большая раскрываемость. Но поработав с ним пару месяцев, многие пришли к выводу, что ни хрена он ничего не раскрывает. Чужими руками повышает себе рейтинг. Скорее всего, его карьера скоро пойдет в гору и он со старшего переведется в начальники отдела. Либо переведут куда-нибудь в главк. Но тут, скорее всего, опять, не без помощи какого-нибудь родственника сверху.

По работе Максим с ним сталкивался редко. И вот сейчас этот майор зачем-то ему звонит.

– Слушаю!

– Максим Николаевич, добрый день. Это Артем Андреевич Корытко тебя беспокоит.

– Я узнал вас Артем Андреевич, – ответил, Максим, слегка поморщившись. Разговаривать с этим человеком ему было не очень приятно.

– Слышал, ты интересовался делом, которое произошло в поселке, который не имеет к нам никакого отношения?

Максим слегка напрягся. Откуда этот упырь мог про это узнать? Он же вроде только с Диманом про убийство разговаривал. Не мог же тот слить, что он интересуется этим делом.

– Ну да. Спрашивал с утра. А в чем собственно дело?

– Ну, начнем с того, что ты вроде на два дня в отгулах. Как я понял, попросил за свой счет. Так?

– Ну да. Какое это имеет отношение к делу?

– Ладно, не буду ходить вокруг да около.

На проводе послышалось недовольное сопение в трубку.

– Этот поселок не относится к нашему городу так? Так. Как я понял, это твоя родная деревня, в которой ты прожил всю свою жизнь, пока не женился и не перебрался в город, так? Так. У тебя остался там дом, и ты поехал в свои отгулы именно туда. Правильно я говорю?

Максим угукнул в трубку. Интересно, откуда у него такая полная информация о его личной жизни? Специально что ли узнавал?

– Хорошо, что не отрицаешь. Звонили мне сейчас со следственного комитета и сказали, что вроде как мужика этого отравили. В крови нашли снотворное. Но это не самое главное. Последним этого человека видела твоя жена. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?

Максим встал и начал неровно ходить по кухне.

– Что вы хотите этим сказать? Моя жена хоть и видела его, но она, во-первых, была в тот вечер с подругой и уж Маринка точно не могла дать ему это снотворное, тем более подлить. А во-вторых, зачем ей это делать?

– Не знаю зачем, но я тебя прошу, нет, приказываю, не лезть в это дело. Ты в отгуле. Тебе смотрю здесь, в городе работы не хватает? Может отозвать твои выходные? Тем более под подозрение попадает твоя жена. Ты вообще не должен туда лезть. Ты меня понимаешь, о чем я? Если кто узнает, нас тут по голове не погладят.

Тон майора стал резче, а голос начал срываться на крики.

– Если я узнаю, что ты хоть как-то интересуешься этим делом, отстраню тебя от работы и заберу удостоверение. Будешь помогать в канцелярии. Понял!

На том конце послышалось тяжелое дыхание.

– Понял, – сказал Максим.

– Хорошо. Догуливай выходные и на работу. Здесь завал. Свои проблемы будешь решать потом

Майор скинул, а Максим от злости швырнул телефон на диван. Благо он был мягким и смартфон, ударившись об него, отскочил и упал на подушку. Какого черта этот упырь им командует? Максим вообще не у него отпрашивался. Интересно, начальник вообще в курсе, что Корытко ему позвонил? Хотя, этот товарищ может так сделать, что у него действительно заберут удостоверение и тогда он не сможет ничем помочь Марине.

Выйдя на улицу, он отправился в магазин. Надо хлеба купить. Как раз обед у них закончился.

Магазин был уже открыт. Зайдя внутрь, он увидел продавщицу Надежду. Девушка раньше училась с ним в одном классе. Замужем не была ни разу. Возможно, в деревне не нашелся еще тот принц, который смог бы осилить такую пышную даму во всех смыслах этого слова.

Выглядела она всегда комично. Пухлая, маленького роста с глазками пуговками и полными губами. Она умудрялась постоянно красить их в красный цвет, от этого они становились еще больше. Вообще косметику на лицо она наносила очень яркую. Черная подводка с длинными стрелками и синие тени почти до бровей. Как говорится, делала боевую раскраску. Некая валькирия, вышедшая на тропу поисков. Волосы красила в черный цвет. Они были прямыми по плечи.

После окончания школы, она съездила в город, отучилась в каком-то техникуме, Максим не вдавался в подробности в каком именно, и вернулась домой. Видимо в городе что-то не сложилось, а может на работу не смогла устроиться, точно он не знал.

Покуролесила малость дома, пока мать Надежды не попросила Вику, взять ее к себе на работу продавцом.

И вот стоит сейчас эта Надежда во всей своей красе и улыбается своим накрашенным ртом.

– Здравствуй Максимушка, – протянула она, растягивая слова, – давно тебя не видела в наших краях.

Надежда медленно подошла к краю стола и облокотилась на него, вываливая при этом всю свою пышную прелесть наружу. Кофточка на ней была на пуговицах, но верхние были расстегнуты чуть ли не до самого пупка.

– Какими судьбами?

– За хлебом зашел, – ответил, Максим отвернувшись, чтобы не рассмеяться, – закончился.

Сделав серьезное лицо, он повернулся обратно. Максим прекрасно понимал, что Надежда пытается таким образом обратить на себя внимание.

– Дай мне, пожалуйста, пару булок и печенье к чаю.

Надежда оторвалась от стола и подошла к полкам с хлебом, при этом, не забывая вилять своим пухлым задом в обтягивающей короткой юбке. Положив два батона в пакет, взяла с витрины печенье «К кофе» и засунула их туда же.

– Еще что-нибудь будешь брать?

– Нет. Сколько с меня?

– Сто сорок два рубля, – сказала Надежда.

Максим расплатился, и хотел, уже было уйти, как одноклассница ему вдруг сказала.

– А правда, что твоя жена не успела приехать, как уже нашего дядю Ваню утопила? И чем он ей помешал?

Максим так и застыл на месте. Слова больно резанули слух. Он медленно повернулся и уставился на продавщицу. Та стояла за прилавком и мерзко улыбалась.

– С чего ты это взяла? – Процедил он, сверля взглядом Надежду.

– Как с чего. Сегодня с утра только об этом и сплетничают наши местные тетки. Говорят, последним она его видела, после чего он помер. И нашли его на том месте, где они вчера с Викой были. А еще говорят, что ты ее бросил, поэтому она от тебя сюда сбежала.

Максим не отводил взгляда от одноклассницы.

– Послушай сюда, родная. Будешь сплетни по деревни собирать, долго не проживешь. Язык отсохнет. Никто никого не убивал. Это несчастный случай. Можешь так, и передать своим сплетницам. А моя личная жизнь с женой вообще никого не касается. Поняла!

Надежда вздрогнула и слегка попятилась.

– Да, и еще. Ты главное не забудь, что с моей женой на озере была и твоя работодательница. И если она узнает, что ты сплетни собираешь и такое мелишь всем подряд, думаю, надолго тут не задержишься.

Максим развернулся и вышел из магазина, не забыв при этом хлопнуть дверью. Вот клуша. Как была дурой, еще в школе, так ей и осталась.

Зайдя в дом, он плюхнулся на диван. Есть перехотелось. Настроение было испорчено. С чего вдруг

Засунув мясо обратно в холодильник, Максим посмотрел на время. Так, половина четвертого. У жены вроде рабочий день до четырех, ужин он успеет приготовить. Надо будет им снова поговорить. Возможно, в этот раз ему удастся убедить ее вернуться с ним в город.

За приготовлением еды время пролетело быстро. Максим прибрался в предбаннике, заглянул в сарай. Здесь лежали дрова для бани, и кое-где валялась солома. Собрав весь мусор в мешок, принялся чистить дровяник. Надо дом поддерживать в чистоте, а то развалится. Все-таки он не новый. Да и мыши стены грызут, норки себе делают.

Ему показалось, что хлопнула калитка.

– Марина, – позвал он из сарая, но в ответ была тишина.

Он вышел во двор. Собака лежала возле будки, только увидев его, поднялась и начала вилять хвостом. Наверное, показалось.

Он взял телефон, который валялся на диване и посмотрел на время. Было восемь часов. Максим решил набрать жене. Было странно, что рабочий день уже закончился, а ее еще не было дома.

Набрав номер Марины, он долго слушал длинные гудки, пока звонок не прервался. Странно. Может, не слышит или домой уже идет.

Максим решил раньше времени не поддаваться паники, все-таки они в его родной деревне, где все друг друга знают, и пошел в ванную. Набрав воды и включив музыку в телефоне, он расслабился, отгоняя от себя неприятные мысли.

Вообще принимать ванну, его любимое занятие. Он мог лежать и час и полтора, периодически включая горячую воду. Во время этой процедуры все негативные мысли уходили на второй план.

Вот и сейчас он решил доставить себе такое удовольствие, пока дожидается Марину.

Прикрыв глаза, под звуки мелодии Максим задремал. Он очнулся, от того, что где-то, что-то сильно стукнуло по стеклу. Как будто в окно кинули камень.

Резко открыв глаза, он приподнялся, и только осознав, что находится в ванной, да еще и в воде, соскочил. Не хватало еще утонуть в этом корыте.

Максим ненароком вспомнил, как вытаскивал вчера отсюда Марину. Его передернуло, и он окончательно вылез из ванны.

Вытерев насухо тело и посмотрев на себя в зеркало, Максим надел легкие шорты и майку. Взяв с полочки свой телефон, вышел из комнаты и посмотрел в окно в проходной. На улице было уже темно, а за окном сидела кошка Машка и с такой силой карябала форточку, издавая при этом мяуканье вперемешку с рычанием.

Максим стукнул в окно, прогоняя животное, и позвал Марину. Дом ответил тишиной.

Черт. Сердце тревожно заколотилось о ребра. Она уже давно должна была придти домой. Время, было, начало одиннадцатого. Как он умудрился столько времени провести в ванной, да еще и задремать, Максим не понимал.

Выскочив за ворота, он посмотрел по сторонам. Куда идти, он пока еще не понимал, но скорее всего, нужно направиться в сторону школы. Есть надежда, что она все-таки заработалась.

Возле их забора никогда не горел фонарь. А дальше по улице он был только через два дома.

Теперь нужно было понять, идти мимо детского сада, но этот путь длиннее, зато есть уличное освещение. Или через темный проулок, он хоть и короче, но там всегда темно, даже свет луны не попадает на этот участок дороги.

Марина всегда боялась темноты, поэтому она должна пойти по более освещенной дороге, где возле детского садика горел фонарь на столбе. Но зная свою жену, она может пойти и через темный проулок, дабы сократить путь.

Максим надеялся, что ее разум возьмет вверх, и она отправится натоптанным путем.

Но.… Как же он ошибался.

***

Выйдя из калитки, Максим повернул направо, прошел один дом и встал напротив старого строения. Раньше здесь был магазин с одной стороны, а с другой был бар с дискотекой. Через какое-то время здание признали аварийным и все позакрывали.

Теперь он пустует уже несколько лет. Владельцы не спешат его восстанавливать, а продать не могут. Иногда в окне можно было увидеть огонек фонарика. Возможно, кто-то из подростков что-то искал, может просто собирались попить пива, Максим об этом точно не знал, но догадывался.

Именно вдоль него проходила тропинка, по бокам которой росли деревья. Высокие, с мохнатыми ветками, они закрывали не только свет со стороны домов, но и сверху. Небо даже днем не было видно. Нужно было пройти по тропинки метров двести, только потом можно было увидеть забор школы с одной стороны, а медпункт по другую.

Максим двинулся, по дорожке в сторону школы. Было очень тихо. Ему показалось, что даже сверчки притаились где-то в траве и не издавали ни звука.

Пройдя немного вперед, он вдруг заметил впереди вспышку. Небо было звездное, поэтому это вряд ли была молния. А потом услышал глухой удар. Как будто что-то тяжелое ударилось об дерево.

Посветив вперед телефоном, Максим ускорил шаг.

Буквально выбежав из темного проулка на более освещенную местность, он увидел, как на земле лежит его жена и вытягивает руки вперед. Как будто она от кого-то пыталась защититься. Его сердце ушло куда-то в пятки от страха.

Он подбежал к Марине и схватил ее за плечи, приподнимая и удерживая на месте. Глаза ее были прикрыты. Максим обнял жену и прижал к себе.

Глава 9

Придя домой, Максим усадил Марину на диван и поставил чайник на плиту, подогреваться.

Жена сидела с закрытыми глазами, руками массируя виски.

– Марина, ты как?

Она подняла на него испуганные глаза и заплакала.

– Эй, успокойся. Кто там был? Ты видела?

Марина покачала головой и уткнулась лицом мужу в плечо, когда он присел рядом с ней.

– Почему тебя так долго не было? У тебя же рабочий день до четырех, а сейчас уже половина одиннадцатого.

Марина подняла на него заплаканное лицо.

– Работы много было. Хотела успеть все сегодня сделать и задержалась.

Она начала вытирать слезы, при этом продолжая всхлипывать.

– Ты вообще, зачем пошла через этот проулок? Ведь знаешь же, что там никогда не было освещения.

– Да не знаю! Вышла и пошла. Потом только поняла, что не туда свернула. А потом уже далеко было возвращаться. Решила, что ничего страшного не случится.

Маринка начала раздражаться от вопросов мужа. И тут, она обратила внимание на свои ладони. Они были красные и слегка покалывали.

Наверное, когда она упала, ладони ударились о землю, поэтому красные, подумала Марина.

Закипел чайник, и Максим пошел наливать чай. Ее трясло, но она нашла в себе силы, чтобы подняться

Сняв с вешалки халат, Марина отправилась в ванную. Нужно было умыться прохладной водой.

Подойдя к зеркалу и взглянув в него, она увидела размазанные коричневые полосы на лице. Видимо, когда грязными руками вытирала слезы, испачкалась.

Открыв кран, Марина вымыла руки и лицо. Сразу стало легче. Но ладони оставались красными и слегка горели.

Ладно, надо на ночь намазать кремом, должно до утра пройти.

Вытерев лицо махровым полотенцем, Маринка начала рассматривать себя в зеркало. Глаза припухли от слез, нос стал красным. Господи, на кого она похожа.

Постояв так с минуту, разглядывая свое отражение, она начала замечать, что с зеркалом что-то не так.

Она отошла подальше, потом опять приблизилась.

Да нет, это просто игра света. Показалось. Марина отвернулась и, уже собралась было выйти из ванны, как вдруг сзади послышался слегка уловимый шепот.

Она встала как вкопанная и начала медленно поворачивать голову.

Зеркало, в которое она только что смотрела, издавало приглушенный шум. Поверхность была гладкой, но как будто по нему кто-то постукивал.

У Марины от страха заледенели руки. Она медленно подошла к нему и уставилась на свое отражение.

Неожиданно поверхность зеркала пошло легкой рябью, словно вода в море волновалась. Маринка стояла как вкопанная и не могла отвести взгляда от происходящего. И тут ее отражение начало искажаться и вместо себя, она увидела девушку с русыми волосами и венком на голове.

Она смотрела по ту сторону зеркала и улыбалась. Марина подошла поближе, девушка повторила движение. Как будто это она сама, только в другом обличии.

Марина осторожно приблизила лицо к зеркалу, и коснулось поверхности рукой. Оно было мягкое. Но судя по ощущениям и жидкости оставшейся на пальцах, это была вода.

Чужое лицо и тело повторило ее движение точь-в-точь. Незнакомая девушка с большими голубыми глазами и длинными ресницами, смотрящая из зеркала вдруг подмигнула. От неожиданности Маринка слегка дернулась назад. И тут отражение начало опять меняться. Светлые волосы становились болотного цвета, лицо искажалось в уродливую гримасу, вместо глаз появились темные провалы, а венок на голове превратился в водоросли.

Чудовище из зеркала резко протянуло свои костлявые руки палки с длинными ногтями, которые по локоть вылезли из зеркала, и неожиданно вцепилось в Маринкины волосы, потянув их на себя.

Волна страха прокатилась по телу. Когти девушки врезались в затылок и больно карябали голову. Маринка попыталась вырваться, но та крепко держала ее за макушку и тащила к себе.

Она хотела закричать, но от страха перехватило дыхание.

Монстр из зеркала начал со всей силы тянуть ее на себя. Пасть была открыта, а в ней были видны острые зубы. Марина пыталась оторвать от своей головы костлявые руки существа, но ей это плохо удавалась. Она из последних сил набрала в легкие воздух и закричала.

Монстр резко отпустил ее и нырнул обратно в зеркало. Маринка отшатнулась назад и чуть не упала. В этот момент стеклянная поверхность зеркала начало трескаться, пошло тонкой паутинкой, и разлетелось в стороны мелкими осколками. Марина успела закрыться от них руками. Острыми иголками они впивались в ее руки, царапали и падали на пол.

В этот самый момент дверь резко распахнулась, и влетел Максим. Увиденное заставило его резко остановиться. Он смотрел то на жену, то на разбитое зеркало.

Марина развернулась, и подбежала к нему, уткнувшись лицом в грудь.

– Что случилось?

Максим обнял жену, а сам смотрел на осколки застилавшие пол в ванной комнате.

– Я услышал, как ты закричала, и сразу прибежал. Ты уронила зеркало?

Он отстранил жену от себя и заглянул в ее перепуганное лицо. Марина смотрела на него безумными глазами. На руках были видны мелкие царапины.

Марина качала головой, а ее тело мелко дрожало.

– Нет. Я его не трогала. Мне показалось, что сначала внутри него кто-то постукивал. Потом его поверхность слегка пошла рябью, и я увидела вместо своего отражения чужое.

Марина повернулась и посмотрела на то место, где только что висело зеркало. На его месте остались только крючки.

– Потом этот кто-то изменился до неузнаваемости. Такое страшное чудовище. Оно протянуло свои костлявые руки и вцепилось в мои волосы. Начало затягивать внутрь. Я даже закричать не могла. Не знаю, как вообще у меня получилось вырваться. Потом зеркало разбилось.

Марина снова обняла мужа и зарылась лицом в его плечо. Максим все это слушал и не понимал, она это выдумывает или у нее все-таки что-то с головой. Если он ей предложит опять обратиться к врачу, то окончательно разрушит свой брак. Жена не просто так от него уехала. Странные разговоры про сны и чудовищ были еще в городе. Тогда он надеялся, что все это просто ее фантазии. Но что происходит с ней сейчас? Обострение? Надо что-то делать. Но что, Максим пока не знал. Попробует завтра сходить к местному доктору. Пообщается. Возможно, она что-то посоветует.

Максим проводил жену до зала, уложил ее в пастель, а сам пошел за веником и совком. Нужно было убрать осколки с пола и подумать о покупке нового зеркала. В деревне вряд ли продается, необходимо ехать в город. Завтра последний день его отгула. Потом нужно возвращаться. Но и оставить жену в таком состоянии он не мог. Завтра точно зайдет к Наталье Ивановне, попросит какое-нибудь успокоительное.

Максим подмел пол и вынес осколки во двор, чтобы дома не оставались. Вообще разбитое зеркало примета плохая. Хотя в них он не верил.

Выйдя во двор, Максим отправился к калитке, чтобы отнести пакет с осколками в бак с мусором. Неожиданно собака начала лаять. Он на нее шикнул, но та как будто взбесилась. Джесси разрывалась от громкого лая и пыталась вырваться с цепи.

Максим посмотрел в сторону, куда гавкала собака, но в темноте не возможно было что-то рассмотреть.

Максим снова прикрикнул на собаку и пошел к калитке.

Выкинув мусор, он вернулся во двор. Собака не прекращала лаять. И тут, кусты малины зашевелились. Максим остановился и уставился на них. Наверное, ежик лазает. Здесь их было много. Иногда они целым семейством шастали по дворам в поисках еды. Тем боле, сейчас малина уже поспела, и кто-то точно решил ею полакомиться.

Но к его удивлению из кустов показался не ежик. Оттуда вышла кошка. В темноте ее было плохо видно, так как она была черного цвета, только два желтых глаза ярко светили.

Максим смотрел в ее сторону, в то время как собака заливалась каким-то злым лаем. Кошка

Максим опустился на корточки и погладил ее за ушком. Интересно, чья она. Кажется, он где-то ее видел. Хотя кошки такие хитрые животные, могут, и по дворам ходить и если их кто-то угостит, то повадятся заходить чаще. Этой у них на территории никогда не было. Так откуда она могла появиться?

Думать было некогда. Он зашел в дом, взял из холодильника сосиску, вышел и дал ее кошке. Та схватила угощение и юркнула обратно в кусты с малиной. Максим засмеялся и пошел в дом. Надо посмотреть, как там жена.

Марина лежала на диване и, судя по закрытым глазам и спокойному дыханию, спала. Он присел рядом с ней и поправил ее одеяло. Марина была красивая. Короткая челка скрывала лоб, на голове стрижка в стиле каскад и милирование, длинные ресницы и губы, слегка припухлые, ровные ярко розовые.

Максим залюбовался своей женой. Что же с ней происходит? Надеюсь ничего серьезного и это просто ее фантазии. Она же любит читать мистические детективы. У нее очень много книг на эту тему. Возможно, себе что-то нафантазировала, вот и мерещится всякое.

А зеркало, скорее всего само разбилось. Оно уже старое, где-то появилась трещина, и оно упало, разлетевшись на мелкие осколки.

Максим убрал с лица жены прилипшие волосы, нагнулся и поцеловал в лоб. Марина слегка поморщилась и перевернулась на другой бок. Только сейчас он заметил, что жена лежит в халате. Она так и не успела переодеться перед сном.

Максим сходил в спальню, достал пижаму, шортики и маячку с милыми медвежатами.

Жена всегда любила одежду с животными или диснеевскими персонажами. Говорила, что это ей напоминает детство.

Аккуратно сняв с Марины халат, он надел на нее пижаму, задержался рядом еще на пару минут и встал с дивана.

Пора было ложиться спать. Максим отправился в спальню, разделся и лег в кровать, но сон не шел. Он начал вспоминать события сегодняшнего вечера, когда пошел искать жену и до момента разбившегося зеркала.

Ему показалась одна странность. Когда он почти завернул в темный проулок, где и обнаружил свою жену, ему показалось, что он увидел мимолетную вспышку света. Побежав на него, недалеко обнаружил лежащую на земле Марину. Она была растеряна и напугана.

Чего она испугалась и почему находилась на земле? Говорит, что там кто-то был. Какое-то животное. Но он все осмотрел, ничего такого не нашел. А сейчас вот история с зеркалом. Ничего не понятно. Может Марина его задела и от того, что оно начало падать, она закричала.

Только когда он забежал в ванную, осколки только, только упали на пол, он видел, как некоторые еще отскакивали и катились по плитке.

Максим посмотрел на дисплей телефона. Было уже два часа ночи, а он все никак не мог уснуть.

Поднявшись с кровати, отправился на кухню, светя фонариком телефона, чтобы не включать свет.

Подогрев чайник, он налил себе кипяток в бокал и кинул туда заварочный пакетик. Сон не шел. Полистав ленту новостей в телефоне, Максим все-таки решил попробовать уснуть.

Пройдя через проходную, еще раз заглянул к жене в комнату и, удостоверившись, что она спит, направился было в спальню, но резко остановился.

В проходной было окно, и краем глаза он заметил, что на улице, кто-то стоит и смотрит прямо в него.

У Максима по спине пробежал холодок. Это было странное ощущение страха, которое сковывает все тело, от которого кровь стынет в жилах, сжимаются все органы, а желудок подкатывает к горлу. Он никогда ничего не боялся, а тут это чувство ужаса захватило его с головы до ног.

На улице ночь. Кто может зайти к ним во двор? Сколько раз говорил и жене и себе, что надо закрывать калитку на задвижку. Была еще одна странность. Собака молчала. Обычно она надрывалась от лая, когда к ним кто-то заходил чужой, но сейчас ее не было слышно.

Максим медленно начал поворачивать голову в сторону окна. Хоть на улице было темно, но в свете луны он увидел очертания толи человека, толи еще чего-то. Ему показалось, что это было что-то бесформенное, черное. Ростом с него или даже чуть выше. Лица не было видно, только черное одеяние как балахон свисало до земли и слегка покачивалось. На секунду Максиму показалось, что это нечто не касалось земли, а парило над ней.

Тихонько ступая по полу, он приблизился к окну. Облокотившись руками о подоконник, начал всматриваться в темноту. И в тот момент, когда его лицо приблизилось к стеклу, балахон за окном резко двинулся в его сторону, при этом паря над землей. Максим мог поклясться, что ног он не видел. Бесформенное тело резко прильнуло к окну и издало страшный крик, похожий на визг. Максим увидел страшную гримасу с открытой пастью, в которой торчали острые зубы. Вместо глаз темные провалы. Сама голова походила на череп, обтянутый кожей, а с головы свисали седые длинные волосы, покрытые черным капюшоном.

От испуга Максим резко отпрянул от окна и налетел спиной на противоположную стену, при этом больно ударившись головой. Сознание его начало покидать, и он провалился в темноту.

***

Марина проснулась, когда ее будильник начал громко играть. Она пошарила рукой под подушкой, вытащила оттуда смартфон и нажала кнопку сброс.

Время показывало семь утра. Она села в пастели и потерла лицо руками. Ладони слегка зажгло. Марина посмотрела на них и поняла, что краснота еще не прошла. Вчера она хотела намазать их кремом, но так и не получилось.

События предыдущего вечера волной накрыли ее воспоминания. Сначала животное размером с теленка, потом зеркало, из которого чудовище пыталось ее затащить внутрь. Господи. Чудовище. Что это было?

Сначала вместо нее в зеркале появилась красивая девушка. Через пару минут отражение началось меняться, и на нее уже смотрела страшная тварь, с зубами и костлявыми руками.

Марина не понимала, что происходит. Она любила читать детективы с элементами мистики, но никогда даже подумать не могла, что что-то похожее может случиться с ней.

В этой деревне происходили непонятные и не естественные вещи, которые почему-то видела только она.

Когда Максим оказался возле нее, после нападения животного, он сказал, что ничего не видел. И зеркало, оно лопнуло, и осколки полетели прямо на нее. Благо она успела прикрыться руками. Он тоже решил, что в этом нет ничего сверхъестественного, и зеркало просто упало само по себе.

Марина посмотрела на

Откинув одеяло в сторону, она посмотрела на свою одежду. Когда она успела переодеться? Помнит только, что муж вывел ее из комнаты и положил на диван. Наверное, она сразу вырубилась, а он не стал ее будить и переодел в пижаму. Марина слегка покраснела. Значит, он раздевал ее полностью. Хотя, с чего вдруг такое смущение. Он ведь ее муж, как будто ни разу не видел ее голой.

Марина поднялась и направилась в ванну. Выйдя из зала, она громко вскрикнула. На полу возле ванной лежал Максим. Она подскочила к нему и начала трясти за плечи, пытаясь разбудить.

– Максим. Максим, проснись. Что случилось?

Максим заворочался и застонал. Глаза его слегка приоткрылись. Он одной рукой взялся за затылок и потер его. А когда взгляд, наконец, сфокусировался на жене, он полностью открыл глаза и начал подниматься.

Максим попытался сесть возле двери ванной комнаты, огляделся по сторонам и уставился на жену.

– Где я?

– Домы ты, дома. Возле ванной лежишь. – Марина помогла ему принять положение сидя.

– Что случилось? Тебе плохо стало? Почему ты тут лежишь?

Максим еще раз потер рукой затылок и нащупал на нем небольшую шишку. Видимо он хорошо ночью приложился об стену.

– Марин, принеси льда. Видимо когда я упал, хорошо шибанулся головой. Теперь вон, – он продемонстрировал ей гематому на голове, – шишка какая и голова трещит, как будто после похмелья.

Марина подскочила и побежала на кухню. В морозилке у нее всегда имелись кубики льда. Она их замораживала, чтобы потом можно было добавлять в напитки.

Взяв полотенце и накидав в него несколько кубиков, вернулась обратно к мужу. Тот уже выглядел вполне нормально. Сидел на полу, прислонившись к стене, и поглаживал шишку.

Марина приложила полотенце со льдом к голове. Максим скривился от холодного прикосновения.

– Ты не ответил, как ты очутился возле ванной?

Максим посмотрел на жену, вспоминая сегодняшнюю ночь.

– Не знаю. Долго уснуть не мог. Потом пошел, попил чаю, посидел в интернете. А когда решил что пора на боковую, захотел к тебе заглянуть, удостовериться, что все хорошо.

Максим замолчал, глядя на жену. У нее был испуганный вид и бледное лицо. Его взгляд опустился на ее руки. Они были в мелких царапинах. Это осталось после разбитого зеркала.

– Потом я пошел к себе и провалился в темноту. Больше ничего не помню.

Марина посмотрела на него, все еще держа полотенце со льдом.

– Как так? Ты потерял сознание что ли?

– Говорю же, не знаю, не помню. Шагнул через порог и провалился в темноту. Проснулся, когда ты начала меня тормошить и звать по имени. Голова жутко трещала, да и сейчас болит.

Максим отвел от жены взгляд и посмотрел на окно в проходной.

– Ладно, поняла. Давай помогу тебе подняться и провожу до кровати. Мне собираться надо. На работу. А ты обязательно позвони врачу. Пусть Наталья Ивановна тебя осмотрит. Не дай бог сотрясение получил.

Марина отдала мужу полотенце со льдом и поднялась на ноги, подавая при этом мужу руку.

Максим кряхтя, встал с пола, и отправился в спальню, держась за руку Марины. Голова гудела. Попросив таблетку обезболивающего, лег на кровать.

Он не стал рассказывать жене о том, что произошло ночью. Она и так вся на нервах. Возможно, ему это показалось. Он столько слушал от нее про всяких чудовищ, русалок и мистических тварей, что ему могло привидеться. Тем более время было позднее, и он собирался спать. А может ему это вообще приснилось, после того, как он ударился головой?

Нет. Вряд ли. Он точно помнит, что вышел из зала и увидел, что за окном кто-то или что-то стоит. Но тогда собака бы заливалась лаем, а Джесси молчала.

Максим потер лицо руками. Что за черт. Он, наверное, тоже потихоньку сходит с ума.

В комнату зашла Марина с таблеткой и стаканом воды.

– Ты бы не выходил сегодня никуда, – сказала она, – все-таки хорошо головой приложился.

Максим выпил таблетку и отдал ей стакан.

– Ты сама как себя чувствуешь? Бледная какая-то.

Марина забрала бокал и ответила

– С тобой тут не побледнеешь. У самой не понятно, что творится, еще ты на голову свалился. Максим, ты, когда домой собираешься? Вечером?

Максим попытался улыбнуться, но получилось у него не очень. Голова от движения начала гудеть. Он протянул к жене руки.

– А ты почему спросила? Не хочешь, чтобы я уезжал?

Марина повернулась, и пошла на выход, при этом бросив через плечо.

– Наоборот. Хочу, чтобы побыстрее уехал.

Она ушла на кухню, а Максим закрыл глаза и повернулся на бок. Жена еще на него обижалась. Ладно, буду решать проблему по мере ее поступления.

В город он хотел поехать рано утром, при этом надо попробовать еще раз, вечером поговорить с женой. Надо попытаться уговорить ее вернуться домой.

Последнее, что он услышал, пока не провалился в глубокий сон, как в ванной комнате полилась вода.

После того, как Марина вышла от мужа, она пошла, привести себя в порядок. Зашла в ванную и включила воду. Осколков нигде не было. Видимо Максим вчера все убрал.

Посмотрев на место, где еще вчера висело зеркало, она тяжело вздохнула. Плохо ей будет без него. Надо бы в город съездить, купить новое. На кухне было еще одно, но оно прямо маленькое, для нее не подойдет, если только наводить макияж перед ним.

Приняв легкий душ, Маринка вылезла из ванны и потянулась за полотенцем, которое лежало на швейной машинке.

Когда она коснулась ее поверхности, то почувствовала, что та теплая. Странно. Швейной машинкой никто не пользовался. Она только один раз ее открывала, когда убиралась в доме, а потом задвинула на место.

А сейчас, когда она взяла с нее полотенце, то ненароком коснулась и почувствовала от нее тепло.

Марина вытерлась, накинула халат и подошла поближе к швейной машинке. Потрогав ее со всех сторон и убедившись, что в остальных местах она холодная, Марина положила обратно полотенце и пожала плечами. Ничего такого, может от полотенца так нагрелась, и она вышла из комнаты.

Выпив кофе, Марина переоделась, положила телефон в сумочку и заглянула в комнату, где спал ее муж.

Максим лежал, на боку, тихо посапывая. Марина подошла к кровати и прикоснулась рукой к шишке на голове. Муж поморщился во сне и слегка заворочался. Накрыв его пледом, Марина

Наверное, нужно самой покормить животных. Мужу пока не до этого. Надеюсь все в порядке с его головой.

Она вышла на улицу во двор. К ней подбежала кошка, Машка, возмущенно мяукая.

– Тише, сейчас я вас накормлю.

Марина взяла собачью чашку и зашла обратно в дом. Мельком взглянув на часы, она решила, что еще есть время до работы. Можно не торопиться.

Наложив животным еды, она услышала, что за входной дверью кто-то зло мяукает и шипит. Марина поспешила на выход.

Во дворе, возле беседки стояла Машка, выгнув спину, и шипела на черную кошку. Та в свою очередь приняла такую же позу, еще и лапу подняла, собираясь ударить Машку. Собака начала гавкать и бегать возле будки, пытаясь сорваться с цепи.

Надо было, как то успокоить это свору, а то еще Максима разбудят, а ему нужен покой. Человек мало того головой приложился, так еще всю ночь провел лежа на полу возле ванной комнаты.

Маринка поставила Чашку с едой возле собаки, а вторую поменьше понесла к беседке, где выясняли отношения кошки.

Шикнув на обоих, сначала пыталась привлечь внимание Машки, зовя ее к поставленной еде. Но та видимо хотела для начала прогнать незваную гостью со своей территории. Соответственно дикие вопли друг на друга еще больше заводили собаку, потому что Джесси не успокоилась, а еще сильнее начала лаять.

Маринка поняла, что так их не разогнать, и пошла в сени за веником. Вернувшись обратно, она увидела интересную картину. Черная кошка сидела возле чашки с едой, а Машки нигде не было. Странно. Куда она делась?

– Маша, Маша, кис, кис, кис, – позвала Марина.

Но видимо та чего-то испугалась, а может и вовсе обиделась, что хозяйка за нее не заступилась, и убежала.

Марина посмотрела еще раз по сторонам, в поисках Машки, но той нигде не было. Тогда она присела рядом с черной кошкой и погладила ее по спине. Животное оторвалась от еды и посмотрела на Марину, облизывая усы.

– Откуда ты взялась здесь? Где твой дом? Возможно, тебя ищут, а ты тут у нас лакомишься. Еще и Машку, наверное, прогнала.

Марина потрепала кошку по загривку и поднялась. Теперь надо идти. Времени уже много.

Взяв из дома сумку, она открыла калитку, и отправилась в сторону школы.

Глава 10

На улице стояла чудесная погода. Солнце еще не поднялось высоко, поэтому сильно не пекло.

Марину всегда поражала тишина деревенской жизни. Не было шума машин, пыли, грязи. Только чистый свежий воздух, чириканье птиц и шелест листьев на деревьях. В некоторых домах можно было услышать лай собак и кукареканье петухов.

Август выдался на редкость теплым. Скоро первое сентября, дети пойдут в школу. На улицах будет много девчонок и мальчишек, спешащих на уроки. Но сейчас, когда еще не начался учебный процесс, можно было насладиться пустыми дорогами и тишиной.

Марина, выйдя из калитки, прошла метров сто и остановилась. Теперь уж она точно пойдет по широкому проулку, где есть фонарь, хоть на улице было светло, и люди, которые, как и она шли на работу.

Она повернула голову в сторону, откуда вчера пришла. Огромные деревья, с длинными ветками покрытые листвой свисали с мощных стволов, образовывая проход. Марина на секунду зажмурилась, а потом повернулась и пошла в сторону школы.

По пути, к ее великой радости, никто не попался. Она зашла в калитку и направилась к входу.

В холле ее никто не встретил. Наверное, тетя Лиля вышла или уже ушла домой.

Марина сняла ключи с крючка и направилась к лестнице.

Поднявшись на свой этаж и проходя мимо библиотеки, она остановилась напротив двери. Вчера, когда она уходила, ей показалось, что внутри кто-то ходил. Она толкнула дверь, та оказалась не заперта. Свет не горел, поэтому из-за многочисленных шкафов, которые стояли рядами и закрывали окна, в кабинете было темновато.

Марина потихоньку начала пробираться вдоль стеллажей с книгами. Сама библиотека была небольшая. Здесь не было читального зала, как в других городских школах. Тут можно было взять какую-нибудь книгу домой, а потом вернуть ее обратно.

Вдоль трех стен стояли шкафы без дверок, на каждой полке висели буквы алфавита. Дальше посередине комнаты возвышались пять длинных стеллажей. Они так же имели буквы и еще цифры. Возможно, это были номера полок.

Чтобы дойти до стола библиотекаря, нужно было повернуть направо и пройти вперед.

Дойдя до третьего стеллажа, Марина услышала какое-то шуршание. Она резко остановилась и прислушалась. Звук исходил оттуда, где стоял стол с карточками.

Тогда она поднялась на цыпочки и тихо ступая, направилась на шум, при этом высоко задрав сумку над головой.

Подойдя ближе, она увидела возле стола человека, который стоял к ней спиной и что-то искал, перебирая и откладывая в сторону.

В темноте было не разглядеть, кто это мог быть. Но Марина почему-то подумала, что это кто-то чужой. Ведь библиотекой заведовала Мария Степановна. Женщина пожилая. Она была меленького роста с седыми волосами, всегда собирала пучок на верху головы. Именно по этой прическе, даже издалека можно было понять, кто идет на встречу. Сейчас же это была далеко не Мария Степановна. По телосложению больше походило на мужчину.

Маринка, с воплями и держа сумку над головой, побежала на незнакомого ей человека. Тот в свою очередь, услышав крик амазонки, повернулся в тот самый момент, когда сумка опустилась на него и угодила прямо в лоб.

Мужчина от неожиданности слегка качнулся назад и взялся рукой за лоб. Марина хотела нанести удар еще раз, но вовремя остановилась, потому что в тусклом свете смогла разглядеть учителя истории, Иосифа Кондратьевича.

Тот уже в свою очередь начал закрываться руками, заметив, что амазонка замахнулась на него повторно.

Марина опустила руки с сумкой и уставилась на учителя истории.

– Иосиф Кондратьевич, это вы?

Тот смотрел на нее безумными от страха глазами, потирая рукой лоб.

– Как вы меня напугали, – Марина приложила одну руку к груди, – так и ласты откинуть можно. Что вы тут делаете?

Историк, все еще молча, смотрел на Маринку удивленными глазами и не спешил отвечать.

– А где Мария Степановна?

Наконец учитель оттолкнулся от стола и заговорил.

– Барышня, вы сами тут что делаете? Перепугали меня до смерти своими криками, почти избили.

Иосиф Кондратьевич на этих словах еще раз потер лоб, куда ему только что прилетело сумкой.

– Вы как амазонка на тропе войны. Прежде чем набрасываться на человека, можно хотя бы удостовериться, а вдруг это кто-то

Марина смущенно посмотрела на него и опустила глаза.

– Я увидела, что дверь открыта и решила заглянуть. Просто вчера вечером, когда я собиралась домой и проходила мимо библиотеки, то услышала какой-то шум и шуршание за дверью. Кто в такой поздний час мог здесь находиться?

Марина замолчала и посмотрела на историка.

– Поэтому придя утром на работу, вы решили зайти и прикончить того, кто вчера здесь чем-то шуршал?

Учитель вопросительно посмотрел на нее.

– Да нет. Я поднялась наверх, хотела уже пойти к себе в кабинет и увидела, что дверь приоткрыта. Решила посмотреть, кто тут может быть так рано.

Марина говорила, а сама поглядывала по сторонам.

– Свет не горел, но я услышала шуршание, поэтому тихонько прошлась по библиотеке. В потемках плохо было видно. Вот я вас сразу и не узнала.

Она опять смущенно опустила глаза в пол.

– Вы меня простите, пожалуйста. Я вас не сильно сумкой приложила?

Иосиф Кондратьевич потрогал лоб руками и посмотрел на нее сквозь очки, поправляя их.

– Ничего страшного. До свадьбы заживет.

Он тихонько рассмеялся.

– Это хорошо, что вы соблюдаете бдительность. Другая на вашем месте прошла бы мимо, а вы заглянули, даже набросились на незнакомца. Впредь так больше не делайте, милая барышня, мало ли кто мог оказаться на моем месте.

Учитель истории повернулся и начал что-то искать на столе.

– Иосиф Кондратьевич, а что вы тут ищите и где Мария Степановна?

Историк повернулся и посмотрел на Марину.

– Да книгу одну ищу, но никак найти не могу. На полках ее нет. Все уже пересмотрел. Вот пытаюсь в карточках читателей поискать. Может кто-то домой взял и не вернул.

Учитель опять отвернулся и продолжил копошиться на столе.

– Мария Степановна будет позже. Поехала в город за новыми книгами. Она в курсе, что я с утра буду в библиотеке искать нужное мне издание. Я ей еще вчера вечером позвонил, попросил разрешения здесь похозяйничать без нее.

Иосиф Кондратьевич закончил с карточками и повернулся, задумчиво уставившись на стеллажи.

– Где же она может быть?

Он снял очки с носа, достал носовой платок из внутреннего кармана пиджака и начал протирать стекла.

– Давайте я вам помогу поискать? – Марина поставила сумку на стол и повернулась в том же направлении, что и учитель истории. – Вы только скажите мне автора и название книги.

Иосиф Кондратьевич задумчиво посмотрел на нее, при этом покусывая душку очков, потом надел их на нос и сказал.

– А это хорошая идея. Правда я тут уже все посмотрел, но мог и пропустить. Зрение уже не то, да и возраст. А вдвоем, мы тут быстро все осмотрим. Тем более такая молодая и резвая амазонка, точно найдет мою пропажу.

Историк засмеялся, и Марина тоже залилась звонким смехом.

– Скажете тоже, амазонка. Я трусиха по натуре. Ладно. Давайте название книги.

– Мифы русского народа. Очень интересная. В темной обложке.

Учитель подошел к первому стеллажу.

– Мариночка, вы можете начать с первого стеллажа от входной двери. Там плохо видно, поэтому я мог пропустить.

Марина подошла к выходу и нажала выключатель.

– Мне кажется, дело не в вашем зрении, – она улыбнулась и посмотрела на историка, – просто нужно было включить свет.

Иосиф Кондратьевич быстро заморгал от яркой вспышки, снял очки и потер глаза руками.

– Вот старый балбес. Даже не догадался.

Он повернулся к стеллажам и начал перебирать книжные полки.

Марина провела в библиотеке, в поисках книги, почти час. К сожалению так ничего и не найдя, она посмотрела на телефон. Было начало десятого. Блин. Совсем забыла о работе.

– Иосиф Кондратьевич, извините меня, но мне пора на рабочее место. А то вдруг, кто-нибудь заглянет, а меня нет. Подумают, что решила прогулять или проспала.

Историк оторвался от очередного стеллажа и посмотрел на Марину.

– Да, конечно, спасибо вам большое за помощь. Бегите скорее.

– Да за что благодарить. Книгу я не нашла.

– Все равно, потратили свое время на старика. Сам бы я тут до вечера куковал. Ну, бегите. Я еще поищу.

Марина взяла свою сумку и вышла из библиотеки. Дойдя до своей коморки, она повернула ключ в двери и вошла в кабинет.

Включив компьютер, Марина зашла в программу. Рабочий день начался не с восьми утра. Но ничего страшного. Сегодня она точно уйдет вовремя. Основные поставленные задачи были сделаны еще вчера.

Запустив программу, она взяла бокал и вышла из кабинета. Вроде что-то говорили про чайник, который находился в учительской.

Спустившись на первый этаж, она увидела, что возле раздевалки собрался народ. Здесь были практически все учителя во главе с директором.

Марина подошла поближе. Увидев Катерину, она направилась к ней.

– Что происходит? – Шепнула она на ухо соседке, а по совместительству учителю английского языка.

– Да тетя Лиля, куда-то подевалась. Утром первая пришла Степанида Витальевна. Дверь в школу была закрыта, а сторожа на месте нет. Она начала стучать в дверь. Ей никто не открыл. Обычно тетя Лиля открывает в половину восьмого, а тут и дверь закрыта и в школе ее нет.

Марина посмотрела на Катю и зашептала на ухо.

– Так может она дома. Мало ли, что-то случилось и она, не позвонив никому, убежала.

Катя повернулась и зашептала в ответ.

– Вообще она вроде ответственная. Хотя говорят, что в последнее время выпивать стала. К ней отправили нашего завхоза. Он только что пришел. Сказал, что вроде она домой заходила еще в семь утра. Забежала зачем-то и побежала обратно. У нее дочка с детьми дома.

Марина обвела взглядом всю честную компанию. Каждый говорил свое. Кто-то переживал за тетю Лилю, кто-то ругался, что оставила свой пост и убежала. Мнения у людей разделялись. Но факт остается фактом, женщины нигде не было.

Маринке стоять было некогда. Она спросила у Кати, где находится учительская и направилась за кипятком.

В голове блуждали разные мысли по этому поводу. Но так, как она знала плохо человека, осуждать не могла. Разве что посочувствовать родным, которые теперь отправятся на ее поиски.

Даааааа…. Не успела она приехать, дядя Ваня утонул. Теперь вот тетя Лиля куда-то подевалась. Странное тут творится. Раньше, когда она здесь жила, ничего такого не происходило. Будем надеться, что женщина жива и здорова.

Марина поднялась к себе, по пути заглянула в библиотеку. Иосиф Кондратьевич был еще там. Она слышала, как он что-то бормотал себе под нос и двигал книги по полкам.

Зайдя к себе в кабинет, закинула заварку в бокал с кипятком, положила туда два кусочка сахара и вздохнула аромат чая с

Время приближалось к обеду, но Марина была слишком занята, когда тихонько постучались. Кого там еще принесло. Оторвав взгляд от компьютера, она посмотрела в сторону двери.

– Войдите.

В проеме показалась седая голова историка.

– Мариночка, не помешал вам?

– Нет, Иосиф Кондратьевич, проходите.

Откинувшись на спинку стула, Марина потерла переносицу. Глаза слегка побаливали и слезились.

Учитель зашел в кабинет и покачал головой.

– Господи, деточка, как вы можете тут работать? У нас туалеты и то больше по размеру. Здесь же просто невозможно развернуться, да и окно слишком узкое. Дневной свет почти не пропускает.

Марина посмотрела на него и улыбнулась.

– Иосиф Кондратьевич, директор сказала, что не успели ничего больше подготовить. Да и зачем мне большой кабинет. Я тут одна, никто ко мне особо не ходит. Поэтому радуюсь и такому помещению. Здесь все есть для работы. Единственное, не удобно бегать за кипятком. Надо спускаться на первый этаж в учительскую. Вот думаю из дома чайник принести, если разрешат.

Историк осмотрел еще раз небольшой кабинет и указал рукой на стул, который стоял возле стола.

– Разрешите мне присесть?

Марина улыбнулась ему.

– Конечно, садитесь. Вы, наверное, что-то спросить хотели?

Иосиф Кондратьевич сел на стул, снял очки с носа и начал их протирать.

– Не то, чтобы спросить, а пригласить.

Марина изумленно выгнула бровь.

– Позвольте полюбопытствовать. И куда же?

Историк надел очки обратно и смущенно уставился на нее.

– Нет. Вы, наверное, не правильно меня поняли, или я просто не так выразился. Хотел вас позвать пообедать. Время уже половину первого, скорее всего все учителя, отправились в столовую. А так, как я до сих пор нахожусь в библиотеке, решил заглянуть к вам и позвать на обед.

Марина дослушала учителя и поднялась со своего места.

– Отличная идея. Пойдемте обедать. Я очень проголодалась. Кстати, вы нашли, что искали?

Иосиф Кондратьевич открыл дверь, пропуская вперед Марину, ответил, тяжело вздыхая.

– К моему величайшему сожалению нигде нет этой книги. Я все карточки учащихся просмотрел. Ее никто не брал. Увы и ах. Где искать это издание ума не приложу.

– Извините за мое любопытство, – откликнулась Марина, спускаясь по лестницы на первый этаж, – а чем она вас так привлекла, что вы ищите именно ее. Неужели ничего другова вам не подойдет.

Иосиф Кондратьевич вздохнул.

– Эх, деточка, это уникальная книга, которая рассказывает про русскую мифологию человека. Там даже в качестве примера, автор применяет свои записи из фольклорных экспедиций. Вы ведь знаете, что я очень увлечен этой темой. Столько всего прочитал, где только не был. Но вот судьба занесла меня именно в это прекраснейшее место.

Иосиф Кондратьевич замолчал, пропуская Марину в столовую.

– А почему именно сюда? Разве в России больше нет интересных городов, где можно изучать мифологию и фольклор?

Учитель истории посмотрел на Марину и уже хотел что-то сказать, но как раз в этот момент они подошли к обеденному столу.

Марина поздоровалась с присутствующими и обратила внимание, что не все сегодня пришли на обед.

Не было директора, завхоза и учителя географии. Остальные, кто был, о чем-то увлеченно переговаривались. Скорее всего, тема сегодняшней беседы была тетя Лиля, которая так внезапно покинула свой пост и не вернулась на работу.

Марина села рядом с Катей. Та уже заканчивала с первым блюдом и приступила ко второму.

– Ты чего так долго? Уже все почти пообедали. Даже успели про нашу пропащую поговорить.

Маринка взяла ложку и нагнулась к соседке

– Заработалась. Если бы не Иосиф Кондратьевич, вообще не пришла.

Катерина удивленно посмотрела на нее.

– А он здесь причем? Его кабинет на втором этаже находится.

– Иосиф Кондратьевич,– зашептала Марина, смотря по сторонам, чтобы ее никто не услышал, – был в библиотеке. Он там какую-то книгу по мифологии искал. Я его еще с утра там видела, но не думала, что он до обеда провозится.

Марина повернулась к тарелке с супом и принялась за еду.

Сегодня подавали харчо и гречку с подливом. За соседним столом шла оживленная беседа.

– Кать, а где директор?

Катерина покосилась на соседний стол и наклонилась к Маринке.

– Пошла к участковому, сообщить о пропаже тети Лили. Еще часов в десять ушла. Пока не возвращалась.

Дальше обед протекал в более спокойной обстановке. Большая часть учителей уже закончили трапезу и разошлись по рабочим местам. За их столом остались Иосиф Кондратьевич, так как он поздно пришел, Катерина, Маринка и физрук.

– Глеб Анатольевич, – подал голос историк, – вы вроде недалеко от Лилии живете. Не слышали, что у них случилось? Нашлась пропажа?

Физрук посмотрел на Иосифа Кондратьевича и усмехнулся.

– Откуда мне знать, она же утром куда-то подевалась. Но мысль одна в голове крутится. Наверное, выпивает с кем-нибудь.

Учитель физкультуры допил чай и поставил бокал возле своей тарелки.

– Сколько рядом с ней живу, столько и слышу ее пьяную ругань. Почти каждый день одно и то же.

Марина отодвинула недоеденную гречку и посмотрела на физрука.

– А как же ее до работы допускают?

– Как, как, – ответил Глеб Анатольевич, – больше в нашей глуши на такую работу никто не идет. Зарплата мизерная. Работать ночью надо. Вот одна тетя Лиля и пашет. А то, что любительница выпить. Так тут много таких. Она пришла с работы, выпила, поспала и опять в ночь выходит.

– И что, – сказала Марина, – без выходных что ли?

– Ну почему? Два раза в неделю остаемся либо я, либо Василий Федорович.

Физрук отодвинулся от стола, поднялся и, пожелав всем приятного чаепития, отправился на выход из столовой.

За столом осталось трое. Катерина давно пообедала и сидела лишь из солидарности. Учитель истории о чем-то думал, то и дело, снимая очки и потирая переносицу.

После долгого молчания первой встала Катя.

– Марина, ты идешь?

Поставив пустой бокал из-под чая, Маринка еще раз взглянула на историка, поднялась со своего места, и отправилась на выход.

Обед закончился. Надо приступать к работе. Сегодня она точно уйдет вовремя домой.

Интересно, как там Максим? Маринка схватила телефон и увидела, что дисплей не горит. Что за черт.

Включить не получилось. Зарядка что ли села? Она хлопнула ладонью по столу. Точно. Вчера вечером так и не поставила телефон на подзарядку. Ладно. Вечером приду, посмотрю как там муж. Он собирался уезжать только завтра утром.

Марина вспомнила, как нашла утром его возле ванной комнаты. Такой бедный, такой несчастный. Слегка бледный. С шишкой на голове. Марина мотнула головой, отгоняя мысли о Максиме. Некогда. Работа

Оставшийся день пролетел быстро. Как всегда она заработалась. Только когда Катерина постучала в дверь, Марина подняла голову, оторвавшись от монитора.

– Ну, ты чего? Опять что ли? Домой не пора?

Марина потерла лицо руками.

– Сколько сейчас времени?

И взглянув на монитор, откинулась на спинку кресла.

– Все, Катюш, собираюсь.

Соседка улыбнулась и помотала головой.

– Трудоголик. Пошли уже. Я тебя внизу жду.

С этими словами она вышла из кабинета, а Маринка начала собираться. Выключив компьютер и взяв сумку, она отправилась следом на выход, закрывая за собой дверь.

Соседка стояла внизу в холле и с кем-то уже разговаривала. Подойдя поближе, она увидела, что с Катей стоит Василий Федорович, их завхоз. Он что-то бурно рассказывал и махал руками.

– Вот что с ней делать, Екатерина Валерьевна? Как в глотку попадет, так вся школа страдает.

Марина подошла к ним и встряла в разговор.

– О ком это вы, Василий Федорович?

Завхоз нервно задергался, лицо его скривилось, а глаза метали молнии от злости.

– О Лильке, о ком еще. Пьянь местная. Хуже чем мужики. Что бабе надо? Рабата есть, пенсию получает. Дочка с детишками с ней живет. Радуйся. Нет, пьет как лошадь.

– Нашлась что ли? И где, позвольте поинтересоваться, была?

– Через улицу, к подружке своей бегала. Только недавно в себя пришла. И то, участкового подняли. Директор наша еще утром к нему ходила. Лилька вроде как пост свой оставила. Не положено по инструкции. Вот Ирина Григорьевна к нему и пошла.

– А как нашли то? – Встряла в разговор Катя.

Завхоз почесал лысый затылок и продолжил.

– Так говорю же. Директор к участковому пошла, а он вместе с ней к дому Лилькиному. Там дочка ее сказала, что мать рано утром забегала домой. Что-то брала, потом убежала. Дочка не успела даже спросить ее ни о чем. Она подумала, что мать обратно на работу ушла, пока мы к ней не пришли.

Валерий Федорович подошел к скамейке возле раздевалки и сел на нее.

– А дальше что?

Спросила соседка в нетерпении.

– Да чтоб тебя, Катюха, не перебивай меня.

Марина подошла к завхозу и села рядом.

– Начали дочку спрашивать, что и как, где может быть, у кого? Ну, та и назвала пару мест, куда ее мать заглядывает, откуда ее потом пьяную забирают. Прошлись, директор с участковым по домам и в одном нашли нашу пропажу. Она у Мотьки Матвеевой была. За столом обе храпели, а рядом бутылка, недопитая с самогоном. Вот так вот.

– А почему она с работы ушла, она не говорила?

Марина посмотрела на Валерия Федоровича.

– Да черт ее знает. Говорит, Мотя ее еще ночью звала. Но та вроде отказывалась. На работе мол, не могу пост бросить. Но видимо ближе к утру не выдержала и побежала в гости. Там и нахрюкалась. Она до сих пор еле языком ворочает. Ее спрашивают, а она глаза закрывает и на подушку падает. Говорит, что мало выпили. Но по ее состоянию, в котором она до сих пор находится, литра три, не меньше уговорили. Да я всех подробностей не знаю. Ее в обед домой участковый отволок, пытался расспросить, но она лыком не вяжет.

– И что теперь ей будет? С работы выгонят?

Завхоз посмотрел на Катерину.

– Ага, щас. Работать, кто будет? Желающие в очереди не стоят. Ну, влепят выговор, премии может, лишат и все. Сейчас в себя придет, а завтра притащится на дежурство, как ни в чем не бывало. А сегодня вот я остаюсь за нее. Глеб Антонович не может. У него дела какие-то.

Валерий Федорович поднялся, взял у Марины ключи от кабинета и повесил их на гвоздик у себя в коморке.

– Ладно, девки, давайте чешите домой. Мне еще обход по школе делать. До завтра.

Марина и Катя вышли из школы. Интересная получается история. Тетя Лиля бросила свой пост в седьмом часу утра. Дверь школы была закрыта. Но туда смогли попасть сотрудники и без сторожа. Получается, что у кого-то есть еще ключи от двери. Значит, что сюда можно придти в любое время тот, кто захочет и у кого есть ключи.

Так. Первая пришла Степанида Витальевна, потом остальные учителя. А кто открыл дверь в школу? Марина об этом даже не спросила.

Все бы ничего, да только вчера поздно ночью в библиотеке она явно слышала чье-то шарканье. Значит, все-таки, у кого-то есть ключи от школы. Маринка резко остановилась и посмотрела на соседку.

– Кать, а ты не знаешь, у кого еще есть ключи от входной двери школы?

Катерина остановилась рядом и задумчиво произнесла.

– У Ирины Григорьевны точно есть, а у кого еще, не знаю. Вообще, вроде никто больше дубликат не делал. А ты почему спрашиваешь?

Маринка махнула рукой и пошла дальше.

– Да так, интересно просто.

Они прошли мимо детского сада и пункта приема участкового. Его машины не было на месте. Значит, уехал куда-то.

Дойдя до развилки, девушки попрощались и разошлись по домам.

Подходя к калитке, Марина заметила, что их машины нет возле дома.

Интересно, куда муж мог уехать. Может в медпункте? Хотя туда и пешком можно дойти. Он недалеко. Домой вроде завтра собирался. Утром.

Марина зашла в калитку, где ее встретила собака радостным лаем. Подойдя поближе, она потрепала Джесси за холку и зашла в дом.

Пройдя в зал мимо спальни, Марина заметила, что кровать, на которой лежал муж, была пустая. Странно, куда он мог деться? Даже не позвонил.

И тут она вспомнила, что у нее разрядился телефон. Найдя в комнате зарядку, она поставила телефон заряжаться, а сама пошла переодеваться.

В доме стояла тишина. Марина заглянула в ванную, стараясь не смотреть на то место, где еще вчера висело зеркало. Умылась, сделала хвост и направилась на кухню.

Очень хотелось чаю. Подойдя к телефону, попыталась его включить. Экран загорелся, и через какое-то время появилась связь.

И тут смартфон начал издавать звуки сообщений. Марина взглянула на экран. Пять вызовов от Максима и две смс от него же.

Блин, муж пытался до нее дозвониться, а у нее зарядка села. Он, наверное, испугался. Подумал, что опять с ней что-то случилось. Хотя, если так переживал за нее, мог бы и на работу заехать, узнать там она или нет.

Марина хотела позвонить мужу, но для начала решила почитать смс.

Пробежав глазами по первой, она нахмурилась. Максим в своем репертуаре. Ругается, что до нее невозможно дозвониться и что он переживает.

Вторая смс была интереснее.

«Марина, меня срочно вызвали на работу. Не смог до тебя дозвониться. Собрался по быстрому и уехал. В городе забегу к врачу по поводу шишки на затылке. По пути встретил Ирину Григорьевну, она-то мне и сказала, что все в порядке и ты на работе. Приеду в выходные. Целую. Максим».

Значит, ему уже сообщили, что со мной все хорошо. Марина отбросила телефон в сторону, и пошла, наливать себе чай. Есть не хотелось. Забросив заварочный пакетик в бокал и налив кипятка, она вышла на улицу и села в беседку.

Ничего не изменилось. Работа для мужа важнее всего. Маринка отхлебнула из стакана горячую жидкость со вкусом черной смородины. Посмотрела на дом, на собаку, которая бегала за воробьями и улыбнулась.

Все-таки она приняла правильное решение, когда приехала сюда, в поместье своей свекрови. Ей с мужем нужно какое-то время пожить отдельно друг от друга. Взвесить все за и против. Возможно, когда-то она сможет простить его, но не сейчас.

Конечно, он не виноват, что выбрал себе именно эту профессию. Ну а что делать ей? Марина еще молодая. Хочется домашнего уюта, детей. А теперь, когда с ней происходят что-то не понятное, ей больше всего нужна его поддержка. А где он? Уехал и даже не попрощался. Ну, ничего. Она справится со всем сама. Завтра уже среда. Нужно искать разгадку в прошлом ее свекрови.

Надо бы завтра сходить в школьную библиотеку, поискать в легендах и мифах о существах, живущих в воде. Может еще взять книгу об истории этой деревни? Глядишь, может и там нароет что-нибудь интересное.

Только сама она в этом мало понимает. Кого-то надо позвать на помощь. Но вот только кого? Мария Степановна простой библиотекарь. Да. Возможно, она найдет для меня что-то подходящее, но сможет ли растолковать значения мистического персонажа?

И тут Маринке в голову пришла мысль, от которой она даже подпрыгнула с лавочки, чуть не пролив на себя чай. Иосиф Кондратьевич. Точно. Он же увлекается фольклором. Возможно, сможет просветить ее во всю эту мистику.

Марина допила чай и пошла в дом. Настроение поднялось. Завтра она пообщается с историком и попробует хоть как-то продвинуться поближе к своей проблеме. А сейчас нужно накормить животных и приготовить ужин.

Глава 11

Максим проснулся ближе к обеду. Голова прошла, а вот затылок, где красовалась шишка, еще болел.

В доме была тишина. Жена еще утром ушла на работу, а его уложила в пастель. После ночного падения, он чувствовал во всем теле небольшую слабость.

Нужно было вставать. До отъезда оставалось еще время, но его было очень мало.

Надо наведаться к участковому, спросить, что там по делу дяди Вани, может, появились новые детали. Хотя сколько он не думал, все сходится к несчастному случаю. Выпил, уснул, упал в озеро и захлебнулся.

Максим поднялся с пастели и отправился на кухню. Кофе пить было уже поздновато, но ему следовало окончательно проснуться. Поэтому один маленький бокальчик бодрящего напитка не повредит.

Налив себе кофе со сливками, Максим вышел во двор. Солнце палило во всю. Присев в беседке, он обвел двор взглядом и остановился на кустах с малиной.

Вчера оттуда прибежала черная кошка, которую он накормил. Но он явно где-то ее видел. Максим попытался вспомнить, но затылок заломило. Надо все-таки обратиться в медпункт. Может, Наталья Ивановна пропишет что-нибудь для снятия боли.

Максим допил свой кофе, зашел в дом, взял телефон, ключи от машины и направился к калитке.

До участкового можно было дойти пешком, но ему пришла идея, еще раз осмотреть место, где рыбачил дядя Ваня. Ему казалось, что они что-то упустили из виду. Может если еще раз осмотреть это место, то возможно он найдет какую-нибудь зацепку, которая натолкнет его на мысль.

Сев в машину, Максим завел ее и, нажав на педаль, тронулся к детскому саду.

Участкового не оказалось на месте. Подойдя к кабинету, он наткнулся на замок. Зато из соседней двери показалась голова помощницы главы местного сельсовета.

Варвара Степановна была женщиной за пятьдесят. Очень любопытная. Среднего телосложения, с каштановыми волосами, которые красила, чтобы скрыть седину, острым носом и узкими глазами. На носу она носила очки, которые смешно увеличивали ее глаза.

– Добрый день. Вы к Сергею Тимофеевичу?

Варвара Степановна поправила очки и вышла в коридор.

– Ой, Максимушка. Я тебя не узнала совсем. Такой взрослый стал. Давно не видела тебя. Как в городе живется? Детишками еще не обзавелся?

Максим посмотрел на помощницу и улыбнулся ей в ответ.

– Все хорошо Варвара Степановна. Детишек у нас с Мариной еще нет. Но, планируем в скором времени. Вы не знаете, куда Серега уехал?

Женщина подошла поближе.

– Так ты же ничего не знаешь.

Она хлопнула ладонями по своим бокам и смешно раскрыла глаза. В таких очках, с увеличительным стеклом они стали просто огромными, как блюдца.

– Сергей Тимофеевич еще часов в одиннадцать уехал.

Женщина повернула в сторону своего кабинета и махнула Максиму рукой, зовя его за собой.

– Идем со мной, чаем напою, да расскажу, что у нас тут произошло.

Максим не стал отказываться и пошел за Варварой Степановной в комнату, где она вела прием граждан, которые приходили к главе сельсовета.

Время было обеденное, поэтому никого в приемной не было, кроме нее. Даже начальника. Наверное, поехал домой на обед.

– Ты садись на стул. Я сейчас чайник поставлю греться. Ты что будешь, кофе или чай?

– От чаю не откажусь, – ответил Максим, – кофе я недавно пил.

Женщина засуетилась. Включила чайник, поставила на стол два бокала, вазочку с печеньем и заварку в пакетиках.

Когда вода закипела, налила кипяток в бокалы и присела, напротив, за стол.

– Угощайся, Максимушка. Чем богаты, как говорится, тем и рады.

Максим положил заварку в бокал и взял печенье из вазочки.

– Варвара Степановна, может, поведаете все-таки, что у вас тут произошло, и куда уехал участковый?

Та поправила очки на носу, отхлебнула горячий чай и уставилась на Максима.

– Сегодня часов в десять прибегает к нам директор школы, Ирина Григорьевна, ну ты помнишь ее.

Максим кивнул головой.

– Так вот. Залетает и к участковому сразу в кабинет. С ней еще учитель труда был. Он ее спрашивает, что, мол, случилось? А та, за сердце хватается и говорит, что тетя Лиля пропала. В школе ее нет, дверь они сами открыли. Завхоз, Василий Федорович, домой к ней бегал, а там дочка, говорит, что была мать утром рано, часов

Варвара Степановна остановилась, чтобы промочить горло и продолжила.

– Завхоз вернулся в школу и рассказал Ирине Григорьевне о том, что узнал. Ну, та его с собой взяла и к участковому. Он заявление о пропаже человека оформить не может, так как те не являются родственниками. О краже тоже не может, так как ничего не украли. Вот они втроем и поехали домой к Лильке. А что уж там дальше было, не знаю. Сергей Тимофеевич еще не возвращался.

Варвара Степановна остановилась и отпила чай из кружки.

– Ты бы попозже зашел, глядишь, участковый вернется. А ты зачем к нему приехал? Случилось чего?

Максим одним глотком допил чай и поставил бокал на стол.

– Ничего не случилось. По своим делам, служебным.

Он поднялся со стула, поблагодарил женщину за чай и повернулся на выход. Максим не хотел рассказывать Варваре Степановне, про дела, связанные с недавней смертью дяди Вани. И так вся деревня судачит, еще и его жену в чем-то пытаются обвинить. А она первая сплетница на селе. Если приукрасит, то мама не горюй. Половины правды опустит. В это время послышалась возня возле кабинета напротив.

Максим вышел из приемной и увидел участкового. Тот стоял к ним спиной и ковырялся ключом в замке.

– Привет, Серега.

Участковый повернулся и протянул руку в знак приветствия.

– Привет. Ты ко мне?

Максим пожав руку, кивнул.

– Ну да.

Сергей Тимофеевич открыл свой кабинет и прошел внутрь.

– Заходи. Давно ждешь?

– Нет. Минут двадцать назад приехал. – Максим зашел и сел на стул. – Меня вон ваша надзирательница перехватила.

Участковый приложил палец к губам, давая понять, чтобы тот говорил тише. Потом показал на уши и тихонько засмеялся.

– Сейчас подслушивать будет.

Сняв фуражку с головы и положив ее на стол, Сергей сначала открыл окно, потом выглянул за дверь, убедившись, что за ней никого нет, прикрыл ее плотно и сел на стул.

– Наша дама Штирлиц, вечно держит свою приемную открытой. Говорит, воздух чтобы проходил, а на самом деле слушает, что у меня в кабинете.

Участковый поднялся и нажал кнопку на электрическом чайнике.

– Потом удивляются все, откуда информация поступает, да еще в приукрашенном виде. Кофе будешь?

– Да нет. Только чаю попил у твоей соседки. – Максим махнул головой в сторону двери.

Чайник закипел, и участковый поднялся налить себе кипятка.

– Ты по делу или просто заехал? – Сергей открыл баночку кофе, зачерпнул чайной ложкой содержимое и добавил в кипяток. Пошуршав на полке, вынул сахар рафинад и кинул следом за кофе.

– Да мысли одни по поводу дяди Вани появились, хотел поделиться. Помнишь фляжку, которую его жена не смогла найти?

Максим посмотрел на участкового и продолжил.

– Вот что подумал. Может, дядя Ваня нашел ее и с собой на рыбалку прихватил? Вы там все хорошо осмотрели? Давай еще раз мотнемся туда, поищем?

Сергей отхлебнул горячий напиток и покачал головой.

– Извини Макс, давай сам. У меня тут происшествие местное.

– Да слышал уже, – он захохотал, – рассказали.

– Вот. Тебе смешно, а мне эта пьянь деревенская уже поперек горла, – участковый поднял ладонь и ребром, приложил к горлу, – стоит.

– Ты возмущаешься, как будто первый раз это происходит.

– Да нет, не в первый. Но тут тетя Лиля. Ну, выпивает, не спорю. С ней никогда проблем не было. А тут умудрилась оставить свое рабочее место рано утром и побежать к закадычной подруге. Выпить ей, видишь ли, захотелось.

Участковый залпом допил кофе и громко поставит бокал на стол.

– Мы ее нашли-то случайно. Ладно, дочка сказала, где она может быть. Ну и по горячим следам. А они обе за столом сидят, а головы на столе лежат. Я сначала подумал, все, еще два трупа. Но тут тетя Мотя как захрапит. Наш завхоз от страха подпрыгнул, и креститься начал.

Максим начал громко смеяться, представляя сложившуюся картину.

– Ну, давай мы их тормошить, а они не просыпаются и все. На столе стоит бутылка литровая, а в ней самогону еще половина.

Сергей замолчал и начал к чему-то прислушиваться. Потом поднялся со своего места и тихонько, на цыпочках пошел к двери. Резко распахнув, увидел перед собой Варвару Степановну.

Было видно, что женщина резко поднялась. Она сделала маленький шаг назад и заулыбалась.

– Ой, Сереженька, а я только хотела постучать, а тут ты дверь открываешь.

Женщина хлопала невинно своими глазами под увеличительными стеклами очков и улыбалась самой лучезарной улыбкой.

– Вы что-то хотели, Варвара Степановна?

– Да нет, не то чтобы хотела, думала чайку вам предложить, с печенюшками.

Участковый посмотрел на женщину самым строгим видом и сказал.

– Спасибо, Варвара Степановна, мы уже напились чаю. Что-то еще?

– Нет, нет, не буду мешать.

Повернувшись на своих каблучках, помощница главы сельсовета посеменила к себе в приемную.

Сергей захлопнул за ней дверь и вернулся на свое место. Максим, в это время, прижав кулак ко рту, нервно смеялся. Когда Участковый приземлился на стул, не смог сдержать веселья и захохотал в голос.

– Вот что с ней делать? Везде свой нос сует. И ведь не скажешь ей ничего. Женщина уже взрослая.

– Ладно, не обращай внимание. Что там с потеряшкой? Выяснил чего?

– Нет. Мы тетю Мотю на кровать перенесли, а тетю Лилю ко мне в коробок загрузили, и домой отвезли. Я попытался что-то ее расспросить, но та мычит и что-то нечленораздельное говорит. Пока не проспится, смысла нет диалог вести. Завтра утром наведаюсь к ней.

За дверью кабинета послышались шаги. Сергей взглянул на часы.

– Обед закончился. Уже два часа. Наверное, глава вернулся. Сейчас народ пойдет к нему.

Максим поднялся со своего места.

– Ладно, попробую один на озеро доехать. Если что-то найду, дам знать.

Участковый тоже поднялся и протянул руку через стол.

– Давай Макс. Звони. Что будет известно по делу дяди Вани, я тебе наберу.

Максим пожал руку Сергея и вышел из кабинета участкового на улицу.

Сев за руль своего автомобиля, он включил зажигание и тронулся в сторону озера.

Приехав на место, он увидел кучу народа. В основном это были подростки. Они купались, ныряли, загорали. Кое-где были мамаши с маленькими детьми и колясками.

Вот что за народ. Здесь несколько дней назад труп нашли и всем, хоть бы что.

Максим вышел из машины и направился в сторону пригорка, где стояли деревья. В этом месте обычно рыбаки сидели. Здесь вам и тенек и высоко. Закинул удочку и жди, пока на крючок кто-нибудь подцепится.

Дойдя до места, где в тот день рыбачил дядя Ваня,

Максим начал осматривать рядом растущие деревья, траву и кусты. Ничего интересного не было. Скорее всего, тут уже после дяди Вани кто-то был. Рыбаков в деревне много. Мало того, что все затоптали, так если что-то и нашли, то с собой утащили. Максим еще раз обвел взглядом местность, посмотрел с обрыва в воду и пошел к машине.

Возле обрыва лежало бревно, скорее всего на нем и сидят местные рыбаки. Удобно, как на стульчике, и хорошо видно поплавок в воде.

Возможно, с этого бревна дядя Ваня и упал. А когда падал, поцарапался и порвал одежду.

Максим сел в машину и достал телефон из кармана. На дисплее показывало три часа. Он хотел набрать участковому, но его смартфон завибрировал в руках. Звонили с работы.

Максим поднес трубку к уху. Это был его друг и коллега по работе.

– Привет Диман, что случилось?

– Макс, – ответили с той стороны, – здорово. Тут такое дело.

На секунду из динамика перестали исходить звуки. Видимо говоривший, не знал, как преподнести очередную новость.

– Говори, давай, не тяни резину.

– Вообщем, начальник просил, чтобы ты приехал на работу. У нас тут небольшой аврал. Осталось двое. Один опер на больничный ушел, второй отправился в срочную командировку. Работать некому.

– А до завтра никак не подождет? Утром бы приехал. У меня еще полдня отгула.

– Макс, если бы не было все так критично, я бы не звонил. Мне тут еще кое о чем поговорить с тобой надо, но это не телефонный разговор.

Максим откинул голову на спинку кресла автомобиля, и потер лицо одной рукой.

– Хорошо. Понял. Сейчас выезжать буду.

Сбросив вызов, он тронулся с места и поехал в сторону дома. По пути Максим попробовал набрать жене, но в трубке ответил автоответчик: «Абонент временно не доступен или находится вне зоны действия сети».

Да черт. Что опять с телефоном у этой женщины. Максим от злости ударил руками по рулю.

Доехав до дома и не заглушив мотор, он зашел в калитку и направился к двери. Собрав немногочисленные вещи, которые брал с собой, позвонил еще раз жене. В ответ ему ответили тоже самое.

Максим сел на диван и написал Марине смс. Когда телефон включится, она прочитает, а пока ему было некогда.

Встав, он прошелся по комнатам, заглянул в ванну. Увидев пустое место, где раньше висело зеркало, подумал, что в городе надо приобрести новое. В субботу он точно планировал сюда вернуться.

Выйдя во двор, и заперев за собой дверь, Максим отправился к машине. Еще ехать по трассе минут сорок.

Выехав на основную дорогу, он нажал на педаль газа и прибавил скорость. Проехав полпути, Максим обратил внимание, что с города в сторону деревни плывут темные тучи.

Скорее всего, будет дождь. Как будто почувствовав, о чем он думает, где-то вдалеке сверкнула молния.

***

В город Максим въехал раньше, чем предполагал. Домой заезжать не стал, сразу отправился в отдел.

В кабинете было двое, Дима и Санек.

– Привет честному народу.

Максим зашел в дверь и протянул каждому руку для приветствия.

– Зашиваетесь тут без меня?

Александр посмотрел на него печальными глазами.

– Максим Николаевич, извините, что пришлось вас выдернуть с отгула. Труп у нас. А мы вдвоем ну никак не можем разорваться.

Сев за свое рабочее место, Максим достал свой бокал.

– Чайник горячий? Кофе хочется.

– Горячий, – ответил Диман, – и мне кипяточка плесни.

Максим налил в два бокала воды, насыпал кофе и положил сахар. Один стакан поставил себе на стол, другой подал коллеге.

– Ну, рассказывайте, что у вас тут за труп, что обязательно нужно мое присутствие?

Дима и Санек переглянулись. Первый отхлебнул горячий напиток и поднялся со своего места.

– Сегодня утром на пляже обнаружили труп мужчины. Одежда его порвана, царапины на теле в нескольких местах, а лицо перекошено.

Максим уставился на друга и сел на свое место, взяв при этом стакан с кофе.

– Он на половину был в воде. То есть по пояс. Его отвезли на вскрытие.

– Криминалисты дали уже хоть какое-нибудь объяснение?

– Пока нет. Ждем. Но по предварительным данным, захлебнулся в воде.

Диман вопросительно посмотрел на Максима.

– Тебе ничего это не напоминает? – сказал он и облокотился о стену.

Максим нахмурил лоб и поставил бокал на стол.

– Ты тоже подумал о недавнем происшествии в деревне?

Дима усмехнулся.

– Похожая картина. Наполовину в воде, порванная одежда, перекошенное лицо. Осталось только дождаться вскрытия. Если там обнаружат тоже вещество, что и в трупе из деревни, тогда это уж точно не совпадение.

Максим схватил телефон и набрал жене. Противное пиликанье и ответ, что абонент временно не доступен, заставил его поморщиться.

– Ладно, погнали, еще раз опросим свидетелей и осмотрим место преступления. Возможно, что-то упустили.

Максим сорвался с места и повернулся к Сашке.

– Санчо, будь на телефоне. И позвони эксперту, может, есть хоть что-то, отчего можно оттолкнуться.

Они с Диманом вышли из кабинета и отправились к машине.

– Где труп обнаружили? – Спросил Максим, садясь в свою машину.

– Короче, чуть дальше городского пляжа. Там кусты и камыши растут. Девушка, рано утром вышла с собакой на прогулку. Она каждый день бегает одной и той же дорогой и обнаружила неприятную находку.

Диман пристегнулся и открыл окно.

– Сегодня утром, часов в семь, тоже совершала пробежку. Она собаку всегда отпускает с поводка, ну та за ней бежит. А тут резко свернула и в кусты. Девушка говорит, услышала как та, лаять начала, ну и за ней. Так и обнаружила труп мужика. Сразу в полицию позвонила.

Максим тронулся с места и поехал в сторону пляжа.

– То есть, сама девушка ничего подозрительного не видела, только труп мужика?

– Да. Мы ее опросили. Утонувший, Жуков Сергей Борисович одна тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения.

– Что еще по нему известно?

Максим остановился на светофоре.

– А вот тут уже интереснее.

Дима повернулся к нему и улыбнулся.

– Никогда не догадаешься, где раньше проживал данный гражданин.

Максим тронулся с места, и, взглянув на коллегу, нахмурил брови.

– Говори, давай. Некогда в гадалку играть.

– Жуков Сергей Борисович раньше проживал в поселке, где сейчас находится твоя жена, в доме по улице Липовая.

Диман уставился на Максима. Реакция не заставила себя ждать.

– В смысле? Так это дядя Сережа что ли? Я же его знал. Только, он оттуда лет семь как уехал. Правда, не знаю куда.

– Так он в город и

– Один жил? Он с женой еще тогда развелся.

– По нашим данным в квартирке был прописан один, а кто еще его посещал, не знаем. Соседи говорят, разные к нему ходили. Алкаши в основном. Сегодня успели опросить тех, кто был дома. Остальные либо на работе, либо просто дверь не хотят открывать. Дом старый, контингент сам понимаешь какой.

Максим подъехал к городскому пляжу.

– Дальше куда?

Диман осмотрелся.

– Давай тут машину оставим и пройдемся, нам подальше надо, но тут встречное движение, не проедем.

Они вышли из машины и направились в сторону пляжа.

Небо стремительно заволакивало тучами. Начинало громыхать.

– Блин, как не вовремя дождь собирается. Не успеем еще раз осмотреть все.

Диман быстрым шагом направился в сторону зарослей. Максим, шел за ним, одновременно смотря по сторонам.

Дойдя до места, которое было охвачено красной лентой, оба принялись осматривать кусты и небольшую протоптанную тропинку.

– Вот тут он лежал. Прямо на этой дорожке. Сам по пояс в воде, руки раскинул в разные стороны. Одежда в нескольких местах порвана. Пару шрамов свежих в виде трех полосок.

Максим присел на место, где до этого лежал труп. Потрогал руками землю. Слегка влажная. Значит, все-таки мужик был до этого в воде. Если бы он упал или заходил зачем-то в воду, то верхняя часть одежды была бы сухая. Тогда и земля не была бы влажная.

Тут громыхнуло, и молнией полоснуло небо.

– Макс, давай назад, а то сейчас польет, а нам еще соседей надо опросить.

Диман отправился в обратную сторону, а Максим поднялся с корточек и посмотрел на воду.

Странно все это. Почему-то второй труп, с одними и теми повреждениями и одна и та же поза. Их связывает только место проживания. Причем второй давно там не жил.

Ветер потихоньку усиливался. Очередной раскат грома вывел его из размышлений.

Посмотрев еще раз, уж на волнующуюся поверхность воды, Максим уловил легкий всплеск. От неожиданности он дернулся. И тут же разозлился сам на себя. Нервы стали ни к черту. Наверное, это рыба в воде волнуется перед грозой.

Максим уже хотел развернуться и уйти, но в последний момент взглянул в воду. На мгновение ему показалось, что под водой вблизи берега, что-то проплыло, большое.

Он хотел подойти поближе, посмотреть, что это было, но его окликнул Диман.

В этот момент пошел дождик, который с каждой минутой становился сильнее.

Максим побежал в сторону, куда отправился коллега.

Когда они добрались до машины, дождь уже хлестал вовсю.

– Вот это накрыло, – Дима залез в машину, стряхивая капли с мокрых волос.

– Сейчас печку включу, чтобы немного обсохнуть. Не пойдем же мы в таком виде по квартирам.

Максим включил печку и дворники на лобовом стекле. Дождь лил как из ведра.

– Ни черта мы тут больше ничего не найдем. Надо делать обход еще раз по соседям. Может, там узнаем что-нибудь новое. – Дима отлепил мокрую майку от тела и приблизился к горячему воздуху из печки.

– Не знаю. Странное совпадение. Два трупа в разных районах, но с одними и теми же ранами и позами. Сейчас главное узнать точную причину смерти.

– Терентич обещал к вечеру дать хоть что-нибудь по трупу. А пока поехали к соседям.

Диман пристегнулся и откинулся на сиденье машины.

Включив зажигание, Максим тронулся с места. Из-за сильного дождя видимость была плохая, поэтому до места проживания Жукова они добрались с трудом.

Дом, к которому они подъехали, был старым, двухэтажным с одним подъездом. На каждом этаже было по пять квартир.

Пока они добежали до входа, дождь еще раз обрушился на них сильным ливнем.

Остановившись под козырьком Максим, спросил у Димана:

– Где он проживал?

Коллега показал рукой наверх.

– На втором этаже, квартира девять. Как поднимешься, сразу его дверь. Мы опросили пару квартир на первом и одну на втором. В остальных никто не открыл дверь.

Максим начал подниматься на второй этаж.

– Пошли. Время уже шестой час. Скорее всего, многие уже дома. Ну, будем надеяться на это.

Поднявшись наверх, они остановились возле двери Сергея Борисовича.

– Вы в какие квартиры заходили?

Дима указал налево.

– В шестой нам открыл какой-то мужик. Сказал, что дома редко бывает. Приехал только из рейса, отсыпается. Вроде дальнобойщиком работает. С соседом не общался. Если виделись, здоровались. На этом все.

Он указал на квартиру, которая находилась рядом.

– В этой проживает совсем молодая семейная пара. Они недавно купили тут квартиру. Особо разговаривать не хотели. Сказали, что уже пожалели, что тут приобрели недвижимость. Но на что хватило, то и купили. Жукова не знали. Живут тут месяц. Но часто слышали, как он с кем-то приходил. Потом через какое-то время начинали гудеть. Пару раз ее муж к нему заходил, просил вести себя потише. Вроде успокаивались. А больше ничего не знают.

Максим посмотрел на квартиру с номером десять. Ему показалось, что за дверью кто-то стоит. Таки тихие шаркающие шаги подошли с другой стороны, и этот кто-то прислушивается к их разговору. В глазке мелькнула какая-то тень.

Обычно в таких старых домах часто проживают люди, которые остались здесь с самого начала их приезда сюда. Их называют старыми старожилами. Бабушки и дедушки. Они всегда про всех всё знают, у них есть уши и глаза. И когда надо, могут видеть и слышать то, что остальные не замечают.

Максим повернулся и подошел к квартире, в которой, как ему показалось, кто-то есть. Он достал удостоверение, поднес его к глазку и постучал в дверь.

За дверью послышались звуки.

– Кто там? – Спросили изнутри.

– Откройте, полиция!

Послышался щелчок открываемого замка, и дверь слегка приоткрылась. Полностью открыться не давала цепочка, которая держала дверь. Раньше во многих квартира устанавливали такое средство защиты.

В щелке показалась бабушка, на вид лет восьмидесяти.

– Здравствуйте. Капитан Давыдов, а это капитан Филиппов.

Дима достал свое удостоверение и показал его старушке.

Женщина прикрыла дверь и, судя по звукам, сняла цепочку. Вскоре дверь открылась шире и к ним вышла бабушка в старом застиранном халате. Седые волосы были собраны наверху, образовывая что-то вроде пучка. Сухонькие сморщенные ручки держали дверь, чтобы та, полностью не открылась от сквозняка. На ногах у нее были шерстяные носки, всунутые в тапочки.

Из квартиры бабули доносился запах пирога. У Максима предательски заурчало в животе.

– Мы по поводу вашего соседа, Жукова Сергея Борисовича.

Старушка посмотрела на них и раскрыла широко дверь, отступая внутрь.

– Ну что же, проходите, – сказала она, – не будем же мы на

Максим с Дмитрием зашли в маленький коридор. Бабушка подала им тапочки и пригласила на кухню.

Переобувшись, они прошли в комнату. Кухня была большая. Посередине овальный стол, вдоль которого стояли красивые мягкие стулья. Дубовый кухонный гарнитур, газовая плита, холодильник. На окне висели шторы белого цвета с рисунком из васильков.

В целом кухня была чистая и уютная. Максим сел на предложенный ему стул, а Дима плюхнулся напротив.

– Давайте я вас чаем угощу, – сказала старушка, – с пирогом. Он как раз поспел.

Она подошла к духовке и вынула из него противень.

Поставив кружки с заварочным чайником на стол, нарезала пирог и положила каждому в небольшие тарелочки.

– Вот. Кушайте на здоровье. Поди, весь день не ели, – и она покосилась на Максима.

Тот отвел взгляд, но от угощения отказываться не стал. Тем более что его напарник уже уплетал за обе щеки.

– Мы к вам по делу. Вы, наверное, знаете, что вашего соседа сегодня нашли мертвым возле речки? Извините, как вас по имени отчеству?

Старушка поправила рукой волосы и присела рядом на стул.

– Мария Семеновна. Можете меня просто бабой Машей звать.

Старушка налила чай по бокалам.

– Мария Семеновна, скажите, вы давно тут живете?

Женщина отхлебнула из чашки и задумалась.

– Наверное, лет пятьдесят точно будет. Мы с мужем переехали из Астрахани сюда. Военным он у меня был, вот я как жена декабриста за ним везде по гарнизонам и каталась. Потом срок службы закончился, и мы тут остались.

– А с кем вы живете?

Максим посмотрел на старушку, которая одной рукой держала бокал, а другой теребила край скатерти.

– Эх, сынок. Детишками мы не обзавелись, а муж мой, Аркадий Федорович, помер, лет двадцать назад. Вот одна и живу.

Дима, который тщательно жевал пирог, даже остановился.

– Не тяжело вам одной? Ведь возраст уже не тот, чтобы за продуктами бегать, да и уборкой заниматься.

Старушка улыбнулась и посмотрела на Максима.

– Так ко мне с собеса приходят. То продуктов купят, принесут, то по дому помогут. Я их, так же как вас, пирогом угощаю, да печеньем, которые сама пеку.

– Мария Семеновна, а соседа своего хорошо знали?

Максим откусил кусок пирога и посмотрел на женщину.

– Сергея что ли? – Она взглянула на пустую тарелку напарника и поднялась, чтобы подложить ему еще кусочек.

Диман разулыбался, но отказываться не стал. Вот прожорливый кабанчик.

– Да. Говорят, не так давно тут проживает. Года два. Но по опросу некоторых соседей, жалуются, что пил постоянно, дружков домой водил.

Мария Семеновна поставила перед Димкой пирог и села на свое место.

– Знала я его плохо, но слышала постоянно. То, что пил, это да. Слышимость на этаже хорошая. Как только приходил, я к глазку. Он, то мужика с собой притащит, то компанию целую. Пьют они где-то до двенадцати ночи, когда до часу, потом тишина. А утром за похмелкой бегут.

Женщина погладила скатерть на столе и задумалась.

– Недавно на площадке слышу голоса, как будто с ним женщина, какая-то разговаривает. Я подошла посмотреть, но увидела, как он кого-то пропустил вперед, а сам следом зашел.

– И давно это было? – Максим отставил бокал в сторону и посмотрел на старушку.

Женщина нахмурилась и посмотрела в окно. На улице громыхало, а дождь хлестал по окнам.

– Если мне память не изменяет, то в понедельник вечером.

– А вы случайно не видели, как эта женщина выглядела?

Старушка тихонько засмеялась в кулак.

– Эх, кабы видела, рассказала. Но зрение уже давно подводит. Успела только разглядеть, что черное что-то мелькнуло за дверь, а потом и Сереженька за ней зашел. Больше ничего не смогла рассмотреть

Старушка с сожалением развела руками.

Тут у Димы зазвонил телефон. Взяв трубку, он послушал, что ему говорят, положил телефон и посмотрел на Максима.

– Кто звонил?

Диман улыбнулся, вытер руки об салфетку и сказал.

– Звонил Владислав Терентьевич. Догадайся, что было в крови у нашего утопленника?

Он уставился на Максима.

– Вещество, которое не только действует как снотворное, но и вызывает галлюцинации. Поехали.

Они поблагодарили старушку за чай с пирогом и вышли за дверь.

Вот так дела. Максим не понимал, как такое могло произойти. Одно и то же вещество находилось у двух разных людей. Но только в этом случае, оно еще вызывает галлюцинации.

Они сели в машину и тронулись в сторону морга. Нужно было подробнее расспросить судмедэксперта. Возможно, он даст объяснение, как это вещество могло попасть в кровь трупа.

Глава 12

Маринка поужинала и пошла, кормить животных. Собака радостно повизгивала, а вот кошки не было. Как она ее не звала, как только не кричала, Машка так и не появилась.

Времени было не так много, а на небе, со стороны города медленно ползли черные тучи. Видимо будет дождь и скорее всего с грозой. Задержавшись еще на несколько минут во дворе, она услышала, как кто-то подходит к калитке.

Маринка слегка напряглась. За последние несколько дней, с ней много чего произошло, поэтому незваный гость, который сейчас находился за воротами, был совсем некстати.

Но ее страхи мгновенно улетучились, когда она увидела, кто заходит во двор.

– Блин, подруга, – начала Вика, как только вошла, – тебе не дозвониться, не застать дома. Привет.

Она подошла к Маринке и обняла ее.

– Извини Викуля, работы много, да еще Максим тут был.

Она показала головой на беседку, приглашая подругу пойти туда.

– Да видела я его сегодня. Он ездил в сторону озера. Еще Надька сказала, что в магазин за хлебом приходил.

Марина посмотрела на Вику и спросила.

– Не знаешь, как продвигается дело дяди Вани? В школе об этом при мне не говорят, а сама спрашивать не хочу.

– Да как, как. Пока на месте топчется. Вроде версия такая, что сам бултыхнулся. Напился и уснул. Видимо во сне в озеро и упал.

Вика посмотрела на ворота и снова повернулась к Маринке.

– Слушай, ты бы калитку на засов на ночь закрывала. Что-то неспокойно у нас стало. Сегодня, говорят, тетю Лилю потеряли.

– Да, – ответила Марина, – было такое. Но вроде она где-то, с кем-то выпивала.

– Вот интересно, как ее Ирина Григорьевна вообще на работе держит. Она же часто бухает. А работает ведь в ночную смену.

– Не знаю, но видимо жалеют ее. Сегодня в школе завхоз возмущался. В ночь он выходит, не по графику. А тетя Лиля, вроде как до сих пор придти в себя не может. Спит и все. Странная какая-то в здешних местах самогонка, под

Маринка повернулась к Вике и захохотала, та засмеялась следом.

– Ну, ты даешь, как скажешь что-нибудь.

Подруга вытерла слезы, которые покатились от звонкого смеха.

– А Максим то где?

Марина посмотрела на нее, потом отвела взгляд и сказала.

– Мужа вызвали в город, на работу. Я об этом по смс узнала, которое он мне отправил. Все как всегда. Ничего не меняется. Даже не знаю, как он доехал. У него такая шишка на голове, после ночного падения.

Вика удивленно приподняла брови.

– Что еще за ночное падение? Нука, давай рассказывай.

Марина поняла, что слегка проболталась, но было уже поздно. Она вообще думала, что лучше рассказать все Вике. Тут она совсем одна, со своими проблемами, хоть с кем-то поделиться, а то совсем крыша поедет. Но решила, что сначала поговорит с историком в школе, а потом уже подумает, делиться с Викой своими страхами или нет. А то если все это ее воображение, то еще решит, что она спятила.

– Рассказывать особо нечего. Утром проснулась, на работу, а муж на полу лежит, возле ванной комнаты. Давай его тормошить, а он еле глаза открыл и за голову хвататься начал. Смотрю, а у него шишка на затылке. Видимо когда падал, хорошо головой приложился.

Маринка остановилась и посмотрела на Вику. Она расширила глаза еще больше.

– А ты ночью, ничего, не слышала что ли? Наверное, звук падения был громким. Максим то у тебя не маленький.

– В том то и дело, – ответила Марина, – что ничего не слышала. Пришла поздно, уснула крепко. Еще зеркало это, видимо от переизбытка чувств меня и вырубило.

Тут Вика прищурилась и подалась слегка вперед.

– А с зеркалом то что? Оно какое отношение имеет к падению твоего мужа.

Марина поджала губы. Опять проговорилась. Когда же она научится держать язык за зубами.

– Зеркало не причем. Просто перед тем, как отправиться спать, я в ванной была. Зеркало упало и разбилось на мелкие кусочки. Я от страха заорала, прибежал Максим. Говорит, что, наверное, зеркало уже старое, не выдержало и шлепнулось. После этого он уложил меня и я вырубилась. Тем более что работала допоздна. Пришла в одиннадцать. Усталость дала о себе знать. Вот и не слышала, как муж упал.

Вика подозрительно посмотрела на Марину. Было видно, что подруга не верит ей. Но она не хотела вдаваться в подробности. Поэтому рассказала, что успела придумать на ходу.

– Ну ладно, спала крепко, а Максим что говорит. Тоже не помнит, почему упал?

– В том то и дело, что не помнит. Сказал, что вышел из зала, и его накрыло темнотой. Проснулся, когда я его тормошить стала.

Вика откинулась на спинку кресла.

– М-да. Амнезия, видимо у вас семейная болезнь. Надеюсь, ничего серьезного. Врачу хоть показался?

После этого вопроса, Марина вдруг вспомнила, что муж написал о враче. Никуда он не ходил, обещал показать голову в городе.

– Нет. Говорит, что в больницу сходит у себя, на работе. А ходил или нет, не знаю. Он не звонил.

Тут вдалеке громыхнуло, а потом небо полоснуло яркой молнией. Тучи собирались над деревней. Ветер слегка усиливался. Точно будет гроза.

Вика посидела еще пару минут. Потом встала и, обняв Маринку начала прощаться.

– Пошла я. Завтра в город, за товаром надо. Да и тебе на работу рано вставать. – Она взглянула на небо. – Блин, дождь будет. Ты если что, звони. В субботу вечерком забегу. Посидим, вина попьем. Поговорим по душам.

После этих слов, Вика как-то странно посмотрела на нее, но ничего больше не сказала.

– И засов на калитке закрой. А то бродят тут всякие. Говорят, недавно цыган видели. Опять что-то ходили, предлагали. А ты одна. Идем, проводишь меня.

Марина довела подругу до ворот, закрыла засов и отправилась домой. За разговором, она даже не заметила, как пролетело время. Вика хоть и стала ей здесь подругой, но говорить, о том, что она видит и слышит, Марина не хотела пока.

На небе раздался очередной раскат грома. Она поежилась и пошла в дом. Как же она не любила грозу. Ее с детства пугала молния и рассказы бабушки о случаях, когда люди сгорали от них заживо. Хоть это было на открытых пространствах, Марина проверять этого не хотела.

***

Утро выдалось чудесным. Марина выспалась. Сегодня ее ничто не тревожило. Ночь прошла без сновидений. Только сквозь сон, она иногда слышала, как дождь хлещет по окнам.

Выпив кофе и взяв сумочку, Марина отправилась в школу.

Помимо работы, она хотела еще заглянуть к Иосифу Кондратьевичу. Возможно, он сможет рассказать о существах, которых Марина видит.

Он доктор исторических наук, увлекается фольклором. В его огромном послужном списке, скорее всего, есть что-то, что прольет свет на ее сны.

Марина зашла в школу, где ее встретил завхоз Василий Федорович.

– Доброе утро Марина Константиновна. Вот ваши ключи от кабинета.

– Здравствуйте, Василий Федорович.

Учитель трудов, а по совместительству завхоз выглядел усталым. Понятное дело. Он сегодня дежурил за тетю Лилю.

Интересно, когда она выйдет на работу, и разрешат ли ей снова занять свое место в должности сторожа? Спросить об этом Марина не успела, в дверь вошла директор, Ирина Григорьевна.

Она поздоровалась со всеми, взяла ключи от своего кабинета и, повернувшись, обратилась к завхозу.

– Василий Федорович, как раздадите ключи от кабинетов, загляните, пожалуйста, ко мне. Нужно поговорить с вами о вчерашнем происшествии.

После этих слов, директриса развернулась и направилась к лестнице, ведущей наверх.

Марина, попрощалась с учителем трудов и направилась следом.

Поднявшись на свой этаж, она подошла к кабинету и обернулась. Библиотека в этот раз была закрыта. Никаких звуков слышно не было. Наверное, Мария Степановна еще не пришла на работу. Она попробует заглянуть туда позже.

Рабочий день начался с письма из главного офиса. Нужно было выслать график сотрудников на сентябрь. Как говорилось в письме, предварительный табель, чтобы был составлен бюджет денежных средств на предстоящий месяц.

Для того чтобы сделать график работы, нужно было обратиться к секретарю Лидочке. У нее есть все, что для этого нужно. После количества людей, определить им оклад, начислить районный коэффициент, премию и, конечно же, выслуга лет.

Судя по сотрудникам и их возрасту, многие тут работают очень давно, можно сказать, всю свою жизнь.

Предварительные данные необходимо было отправить до обеда, поэтому Марина сразу же взялась за работу.

Лидочка прописала всех учителей, себя, ее, так как она тоже входила в штат, как бухгалтер, и сторожа, где указала тетю Лилю.

Собрав количество, она отметила для себя и тех, кто работал по совместительству. Таких было всего двое, учитель физкультуры Глеб Антонович, который раз в неделю замещал ночью сторожа и учитель трудов Василий Федорович. Второй совмещал еще две должности. Он был завхозом и так же иногда ночью выходил за сторожа.

Марина ввела все данные и стала делать предварительные начисления.

Она впервые сталкивается с этим по заработной плате. Оказывается, здесь нужно заранее определить примерные выплаты из бюджета, после чего из главного офиса перед начислением заработной платы приходит еще одна часть премиальных, которые выплачиваются из внебюджета.

Система не сложная, но занимает много времени.

Раньше, когда она работала в другой организации, было что-то похожее, но по затратам. Нужно было сделать предварительный расчет по контрагентам, которым их фирма платила арендную плату, коммунальные услуги и так далее.

После этого, предварительные начисления отправлялись в головной офис, где делались подсчеты расходов. На основании этого, у каждого магазина должна быть определенная выручка, которая так же примерно рассчитывалась. Для этого менеджеры по продажам создавали акции для привлечения покупателей, а отдел закупок искал поставщиков с низкими ценами. Вообщем система колоссальная, при этом работы с предварительными подсчетами было много. Маринка иногда задерживалась, потому что не возможно было все успеть за один раз.

Сейчас же, на этой работе, все по-другому. Просили только предварительные данные по заработной плате, а так, как сотрудников было меньше двадцати человек, Марина должна успеть, все сделать до обеда.

Время пролетело незаметно. Отправив табличку с расчетами, Марина взглянула на часы. Ого. Время близилось к часу. Надо бы спуститься в столовую, а потом она заглянет к Иосифу Кондратьевичу.

Марина вышла из кабинета, по пути заглянула в библиотеку, позвала Марию Степановну, но ответа не последовало. Наверное, женщина уже спустилась в столовую.

Марина закрыла дверь и пошла на первый этаж.

В столовой народ уже начинал расходиться. Оставалось несколько человек, в том числе и учитель истории с библиотекаршей. Они что-то обсуждали, допивая свой чай.

Марина подошла к оставшимся присутствующим и поздоровалась со всеми.

Мария Степановна, отвлеклась от диалога с Иосифом Кондратьевичем и посмотрела на нее.

– Здравствуйте Мариночка. Вы что-то поздно спустились к обеду. Наверное, уже все остыло.

Она поставила свой бокал с чаем на стол и указала в сторону поваров, которые мыли посуду.

– Вы попросите девочек, они вам подогреют. Сегодня подавали отменный рассольник и овощное рагу.

Марина присела напротив библиотекарши и пододвинула к себе тарелку с супом.

Попробовав его, она помотала головой.

– Да нет, ничего страшного. Не люблю сильно горячий. Рот обжигает.

Она принялась за обед под пристальным взглядом женщины.

– Марина, я вот все думаю, вы такая молодая, столько перспектив вас еще ждет впереди, а вы к нам сюда вернулись. В городе совсем плохо или у вас что-то случилось?

Женщина отхлебнула чай из бокала, при этом продолжая сверлить ее взглядом. Да что же это такое, всех прямо интересует, зачем я сюда вернулась. Странно, что она еще не спросила, где Максим.

Но отвечать ей не пришлось, на помощь с ответом, как ни странно, пришел учитель истории.

– Мария Степановна, ну что за бестактность. Видимо Мариночка скучала по этим местам. Она же здесь жила какое-то время. Наверное, устала от городской суеты и вернулась. У нас здесь тихо, спокойно.

Библиотекарша посмотрела на историка и с сомнением сказала.

– Ну да, а одна приехала, потому что у Максима работы много и он скоро обязательно тоже сюда вернется.

Женщина покачала головой.

– Вот мы раньше, чтобы без мужа куда-то уехать, да ни в жизни. Жили, работали, отдыхали, но всегда вместе. А зачем тогда жениться? Чтобы потом бегать друг от друга.

Историк укоризненно посмотрел на женщину.

– Мария Степановна, ну зачем вы такое говорите. И вообще, это не наше с вами дело. Сами разберутся. Давайте не будем совать нос в чужие дела.

Иосиф Кондратьевич вытер рот салфеткой и поднялся из-за стола.

– Пойдемте, уважаемая Мария Степановна на свои рабочие места, пусть Мариночка спокойно пообедает, а мы с вами еще раз поищем книгу, которая мне так нужна.

С этими словами он помог женщине подняться и повел ее на выход.

Марина положила ложку на стол. После тирады Марии Степановны, есть перехотелось. Ком внутри перекрывал дыхание. Слезы подкатывали к горлу. Хорошо, что в столовой уже никого не было, кроме поваров, которые гремели посудой.

Может зря она сюда приехала? Все только и говорят о Максиме. Получается, что она плохая жена, раз оставила своего мужа и приехала без него.

А что она еще хотела? Здесь его все знают с самого раннего возраста. А она просто его жена.

Марина допила, уже остывший чай, и поднялась из-за стола. Надо еще поговорить с Иосифом Кондратьевичем, а то время идет. Но судя по его последнему разговору, он отправился с Марией Степановной в библиотеку. Сколько он там пробудет, она не знала, но идти туда за ним, Марина не хотела.

Если сегодня не получится поговорить, то тогда завтра утром придется к нему забежать.

Марина поднялась к себе в кабинет. Проходя мимо библиотеки, она услышала голоса, женский и мужской. Видимо Иосиф Кондратьевич и Мария Степановна пытаются разобраться, куда делась книга по мифологии.

Марина села за работу и не услышала, как в дверь тихонько постучали. Оторвав голову от компьютера, она крикнула, чтобы входили.

На пороге стоял учитель истории. Мужчина был уставшим. Видимо библиотекарша своими разговорами сильно замотала историка.

– Можно? – Иосиф Кондратьевич снял очки и посмотрел на Марину.

– Конечно, входите. – Она встала со своего места и указала рукой на стул, который стоял возле ее стола.

– Мариночка, хотел перед вами извиниться за инцидент в столовой. Вы не обижайтесь на Марию Степановну. Она женщина пожилая, старой закалки, вот и сует свой нос во все дела. Вы не расстраивайтесь.

Иосиф Кондратьевич сел на стул, который был ему предложен. Снял очки и потер переносицу.

– Да что вы, – ответила Марина, – я и не думала обижаться. Все понимаю. Правда иногда раздражает, что все полагают, что я, приехав сюда, сбежала от мужа. Это вовсе не так.

Историк поднял руку, пытаясь остановить ее речь.

– Никто так и не думает, по крайней мере, я точно. Просто они давно знают вашего супруга, вот и переживают за него. Они и мать его хорошо знали, и отца.

Марина вздохнула и уставилась в окно.

– Иосиф Кондратьевич, можно вас кое о чем спросить?

Учитель истории уставился на нее через очки.

– Конечно, почему нет?

Марина слегка замялась, не зная как начать разговор. Если она расскажет про себя, то он может подумать, что у нее крыша поехала. Может для начала просто поспрашивать?

– Вот вы всю жизнь изучаете местный фольклор. Расскажите, пожалуйста, что вы знаете про русалок?

Иосиф Кондратьевич снял очки, протер их носовым платком и надел на место. Он посмотрел на Марину, и ей показалось, что он даже перестал моргать.

– Какой неожиданный вопрос. Почему вы спрашиваете? Вас тоже интересуют местные легенды? Или у вас какой-то личный интерес ко всему этому?

Марина пристально посмотрела на историка, конечно личный, только вам это знать не обязательно, пробежало в ее голове.

– Нет, какой тут может быть личный интерес. Просто хочу узнать о некоторых местных легендах. О существах, которые могли или даже могут встретиться. Раньше бабушка мне рассказывала и про домового и про кикимору. Я всегда считала это сказками, да и сейчас считаю. Просто стало интересно.

Марина слегка улыбнулась.

– Так что, расскажете?

Учитель истории поднялся со стула.

– Мариночка, а идемте ко мне в кабинет. Попьем чайку, и я вам расскажу, что знаю о русалках.

– Хорошо. Вы идите, я догоню. Только мужу сейчас позвоню. А то он вчера уехал, и пока не звонил. Волнуюсь.

Иосиф Кондратьевич улыбнулся в ответ, но ничего не сказал. Вышел из кабинета и отправился к себе.

Марина посидела пару минут, достала телефон и набрала Максиму. В трубке пропищало, и женский голос ответил, что абонент вне зоны действия сети. Ладно, будет дома, позвонит. Надо узнать, был ли он у врача.

Марина вышла из кабинета, оставив вещи на месте, закрыла дверь и пошла в кабинет к историку.

Иосиф Кондратьевич стоял возле стола и разливал в бокалы кипяток. На столе красовалась вазочка, в которой лежали печенье и конфеты.

– Идемте, Мариночка, присаживайтесь.

Он пригласил ее к столу, а сам, поставив чайник, сел на свое место. Скрестив руки в замок и положив на них подбородок, спросил.

– Так что именно вас интересует? Может, есть что-то конкретное?

Марина села на стул, напротив учителя и взяла бокал с чаем в руки.

– Скажите, пожалуйста, действительно ли русалки существуют? И кто их может увидеть?

Иосиф Кондратьевич отпил горячий чай и поставил его обратно на стол.

– Вы знаете, в славянской мифологии по этому поводу ходят разные легенды. Кто-то считает, что русалки существуют, кто-то говорит, что это все было выдумано нашими предками, чтобы пугать детей, которые бегают на речку без разрешения.

– А вы сами как думаете? – Спросила Марина.

– Конечно, можно предположить, что это просто сказки, но есть научные факты, которые говорят сами за себя. Есть даже свидетели, которые якобы видели в воде, существо, похожее на женщину с рыбьим хвостом.

– Иосиф Кондратьевич, – обратилась Марина к учителю, перебив его, – а как вы думаете, здесь, в деревне, на нашем озере могут водиться русалки?

Историк на секунду посмотрел Марине в глаза, снял очки, и, положив их на стол, задал вопрос, от которого ее бросило в дрожь.

– Деточка, скажите честно, вы что-то видели?

Маринка напряглась от такого вопроса. Она почувствовала, как затряслись ее руки, а по спине пробежал холодок. Почему он ее об этом спрашивает? Может он тоже что-то видит?

– Нет. – Она покачала головой. – Почему вы так решили? Мне просто интересно. Когда-то свекровь мне рассказывала историю, о мужике, который увидел русалку, а потом иссох от любви к ней. Вот мне и стало интересно, действительно ли существуют в наше время эти существа.

Иосиф Кондратьевич поднял со стола очки и снова надел их на нос.

– Ну, хорошо. Раз так. Про то, что водятся ли они здесь или нет, мне не известно. Но думаю, что вряд ли. Озеро небольшое, да и мелкое. Но ведь русалки могут быть не только в воде. Зачастую их видят в полях, где они собирают цветы. Кто-то придумал, что это водяные жители, а они встречаются зачастую и на суше.

– А кто они вообще такие? Откуда берутся?

Учитель улыбнулся Марине.

– История происхождения русалок в славянской мифологии не многозначна. Кто-то говорит, что это умершие не крещеные дети. Но в основном считается, что русалки происходят от людей. Это незамужние девушки, которые утопились в реке, от неразделенной любви.

Историк покачал головой с сожалением.

– Да, вот так и бывает в жизни. Если хорошо изучить славянскую мифологию, то можно найти о них все, что интересует. Например, они, в основном охотятся на мужчин. Предстают в образе красивых девушек и завлекают их в воду. Например, каких-нибудь рыбаков или моряков.

– А зачем им это?

– Ну как тебе сказать, – учитель отхлебнул чай из бокала, – мстят за неразделенную любовь. Влекут на дно и топят их.

Марина передернула плечами, представив себе эту картину.

– А они всегда выглядят красавицами? А хвост у них есть?

Иосиф Кондратьевич рассмеялся.

– Ну, какая же русалка без хвоста. Есть, конечно, когда они в воде. У них длинные волосы и венок на голове.

Марина нахмурилась. Ее интересовал еще один вопрос. Она не знала, как задать его, но все-таки немного подумав, спросила.

– Подскажите, а менять внешность они могут?

Историк удивленно посмотрел на нее.

– В каком смысле?

– Ну, например, плавает такая красавица, глаз не отвести, но потом, в какой-то момент ее внешность меняется и она превращается в чудовище.

Учитель немного задумался.

– Знаете, да, припоминаю, были такие случаи, когда русалка была чем-то разгневана и превращалась в монстра с острыми зубами. Но это были единичные случаи, которые в основном ничем не подтверждались.

Марина смотрела на историка испуганными глазами. Учитель заметил ее взгляд и подался вперед, взяв за руку.

– Что вас так напугало? Это просто предположение. Поэтому толком понять, почему русалки меняют свою внешность до ужасного состояния, пока никто не может.

– Скажите, а они могут прицепиться к девушке?

Тут Иосиф Кондратьевич удивленно взглянул на собеседницу.

– И такое может быть. Никто не застрахован от их интереса. Но это большая редкость, которая не так часто встречалась в славянской мифологии.

Марина отодвинула от себя не допивший стакан с чаем.

– Иосиф Кондратьевич, у меня к вам еще один вопрос. А как можно избавиться от русалки? Чтобы она оставила человека в покое, не приходила к нему и не утащила с собой на дно?

Учитель потер переносицу.

– Деточка, у тебя точно все в порядке? Ты какие-то странные

Марина посмотрела на историка и улыбнулась.

– Конечно. Просто чисто женский интерес. Меня всегда приводили в восторг мистические существа. Дома читаю мистические детективы. Вот именно поэтому и спрашиваю, правда ли, что всякая нечисть существует или нет.

Иосиф Кондратьевич задумался.

– Вы знаете, есть несколько способов избавления от преследования русалки. Вообще в старину считалось, что они появлялись в русалью неделю. Выходили из воды и гуляли в обличье человека.

– А когда эта неделя наступала?

Учитель истории встал со своего места и взял с полки какую-то книгу. Полистав ее, он захлопнул и посмотрел на Марину.

– Вообще русалья неделя начинается после Троицы. Но я тут нашел книгу, называется «Все о русалках и другой нечестии». Она довольно большая и тяжелая. Если вам интересно, могу дать почитать. Только верните мне ее. Я приобрел это издание на Алтае. Их всего несколько экземпляров. Возьмете?

Марина посмотрела на протянутую ей книгу. Эта было старое, потертое издание. Было видно, что страницы слегка пожелтели от времени. Сама обложка из твердой обертки превратилась в мягкую.

Она протянула руки и взяла книгу.

– Спасибо вам большое, Иосиф Кондратьевич, обязательно ее почитаю.

Учитель истории заулыбался. Видимо ему было приятно, что еще кто-то заинтересовался фольклором и славянской мифологией.

– А насчет избавления от преследования русалки, скажу вам вот что. Существовало много поверий и примет. Наши предки, которые верили во все это, носили с собой оберег, например: полынь, чеснок или крапиву. Так же можно было цеплять на одежду булавку. Вроде как если встретишь русалку, то нужно ее уколоть иглой, она и отстанет.

Историк улыбнулся и продолжил.

– Ну, вы же понимаете, чтобы уколоть русалку, нужно до нее добраться, а это не всегда удается. Она же все-таки относится к нечисти. Но самое интересное, от нее можно было откупиться.

Марина заинтересованно посмотрела на учителя.

– Интересно. А как?

– Подарить ей готовую одежду. В этом случае, она не только оставит человека в покое, но может наградить какой-нибудь сверхъестественной способностью или волшебным предметом.

Иосиф Кондратьевич посмотрела на Марину, когда та, от удивления открыла рот, и засмеялся в голос.

– Деточка, смотрю, вас очень впечатлил мой рассказ. Но прошу не забывать, что это просто фольклор. На этом всем складывались наши сказки и легенды.

Марина мотнула головой, выходя из оцепенения, и улыбнулась.

– Да. Я поняла. Вы просто так много обо всем этом знаете.

Историк встал со стула и заходил по кабинету.

– Ну конечно. Это же моя работа. Я годами изучал славянскую мифологию. Слушал легенды из многих загадочных и удивительных мест.

Марина тоже поднялась со стула, обнимая большую и в тоже время тяжелую книгу.

– Спасибо вам большое, Иосиф Кондратьевич за чай и удивительный рассказ о русалках. Всенепременно начну читать эту книгу, которую вы мне дали.

Тут Марина ахнула и начала смотреть по сторонам в поисках телефона. Сколько сейчас времени? Походу он остался в ее кабинете.

– Что случилось? Что вы ищите?

– Да телефон, хотела посмотреть, сколько уже времени. Но вспомнила, что оставила его в своем кабинете. Вы не подскажете, который час?

Историк взглянул на часы и нахмурился. Показывало половину четвертого.

– Деточка, сейчас четвертый час. Что-то мы с вами засиделись.

– Еще как. Скоро рабочий день закончится. Пора идти к себе. Еще раз спасибо вам за книгу. Как прочитаю, обязательно верну.

Марина улыбнулась и побежала к себе в кабинет. Будем надеяться, что ее, никто не искал. А то придется объяснять, где она пробыла все это время.

Открыв свою коморку, она села за рабочее место. Положив книгу в пакет, Марина взяла телефон. Блин, пропущенный от мужа. Надо позвонить, а то опять забудет. Набрав ему, она пропустила пару гудков, после которого на проводе услышала знакомый голос.

– Привет.

– Привет, – ответили в ответ.

– Максим, хотела спросить, ты ходил к врачу в городе? Как твоя голова?

Максим хмыкнул в трубку.

– Раз задаешь такие вопросы, значит, волнуешься за меня, А это получается, что тебе не все равно и еще есть надежда, вернуть тебя домой.

Марина вздохнула.

– Не надейся. Просто справляюсь о твоем здоровье. Ты хорошо приложился головой, после чего образовалась шишка. Не хочется, чтобы ты еще раз потерял сознание. Так был или нет?

Максим нигде не был, но говорить это жене не собирался. Он знал, что если признается, она скажет о его безответственности и наплевательском отношении не только к ней, но и к себе.

– У врача был. Он сказал, что проживу долгую и счастливую жизнь со своей женой.

– Ты как всегда, в своем репертуаре. Ладно, если все хорошо, тогда пока. – И Марина сбросила вызов.

Максим что-то хотел ей сказать, но она не стала слушать. Время подходило к четырем. Пора собираться домой. Сегодня она уйдет вовремя.

Глава 13

Марина вернулась домой с тяжелым пакетом, в котором лежала книга, переданная ей учителем истории. Во дворе сидела черная кошка, на которую лаяла Джесси. Она смотрела на собаку хитрыми глазами и жмурилась. Интересно, откуда она тут опять взялась?

Марина присела возле нее на корточки и погладила за ушком.

– Чья же ты, черная красавица? Повадилась к нам ходить. Еще и собаку нашу провоцируешь, вон она как заливается.

Кошка начала ласкаться и замурлыкала. А Марина вспомнила про Машку, которая несколько дней уже не появлялась дома. Эх, где же она ходит. Голодная, наверное.

Посидев еще пару минут, Марина встала и зашла в дом. Ужинать было еще рано, поэтому она пошла в зал, положила пакет с книгой на тумбочку и присела рядом на кресло. Ей очень хотелось изучить ее содержимое.

Иосиф Кондратьевич практически все рассказал, что Марину интересовало, но возможно в ней, она сможет найти еще какие-нибудь ответы на свои вопросы.

Открыв книгу, Марина отыскала нужный раздел и углубилась в чтение. Здесь было подробно рассказано, откуда и как появились эти создания в виде русалок. Почему они становились злыми и меняли внешность.

Так же можно было найти ответ, как задобрить этих существ, чтобы они от тебя отстали. Историк был прав, можно было подарить какую-нибудь новую одежду. Про булавки и иголки тоже было сказано, что нужно носить с собой что-то острое.

Получается, что надо было изловчиться и уколоть это жуткое создание булавкой и тогда она от тебя отстанет. Интересно, как можно было это сделать?

Маринка вспомнила сначала озеро, где ее потащили на дно, потом ванную и наконец, зеркало. Вот как в такие моменты, можно думать о булавке, а тем более,

В книге была описана и их внешность. Красивые молодые девушки, с длинными волосами, выразительными глазами и венком на голове. В основном говорилось, что девушки бегали по лесам, полям, водили хороводы, а значит, у них были ноги и никакого упоминания о рыбьем хвосте. Хотя, нет, вот, тут описание красивой нимфы, которая плавала в воде. Но у нее тоже был прекрасный вид молодой девушки.

Именно такие образы видела в своем сне Марина. Но почему потом, они меняли свое обличие и превращались в ужасных монстров? Она же им ничего не сделала. Жениха не уводила, дорогу не переходила.

И тут Марина замерла с открытой книгой. Нет, это просто не могло быть правдой. Марина схватила телефон и набрала Вике.

– Привет подруга, – отозвалось на том конце провода, – соскучилась или что-то случилось?

Маринка не знала, как правильно спросить ее о том, что только что пришло ей в голову.

– Вика, скажи, пожалуйста, когда вы учились в школе, у моего мужа, – она замялась на мгновение, – была подружка?

Вика чуть не поперхнулась от смеха.

– Марин, ты чего? Вы с Максимом уже давно как женаты, а ты вдруг решила его приревновать? Успокойся, если и был кто, то это уже в прошлом.

Маринка нервно вздохнула и раздраженно повторила свой вопрос.

– Вика, никто никого не ревнует. Просто ответь мне, – Марина повторила свой вопрос громче и на повышенных тонах, – была ли у моего мужа в деревне подруга? Конечно же, до того, как он на мне женился.

Вика помолчала секунду, а потом, вздохнув, ответила.

– Ну, была одна дама. Бегала за ним в старших классах. Но твой муж не обращал на нее внимание. Он тут вообще из девчонок ни с кем не общался. Потом в армию его забрали. Когда он вернулся в городе остался. После уже сюда с тобой приехал, женатым.

Марина перебила ее.

– А как звали эту девушку и куда она делась? Тут, в деревне живет?

Вика как-то странно примолкла.

– Ты чего замолчала? С ней что-то случилось?

– После того, как Максима забрали в армию, она с родителями переехала в город, там и поступила в какой-то колледж. А дальше про нее никто ничего не слышал. Но ты же знаешь наших местных сплетниц. Говорили, что умерла она. Утонула в речке.

Марина чуть не выронила телефон из рук. У нее по телу побежали мурашки. Вот тебе и история с русалкой.

– Марин, – послышался голос Вики, – ты чего молчишь? Это давно было, и не из-за твоего мужа. Просто стечение обстоятельств.

Марина от голоса подруги пришла в себя и, быстро попрощавшись с ней, сбросила вызов.

Неужели тот, кто ее преследует, может быть, той девушкой, которая бегала за Максимом, и которая утонула? Спрашивается, за что тогда она ей мстит? Она у нее никого не уводила.

Марина забегала по комнате. Что же делать? Не может же она сшить ей платье, пойти на озеро и вручить?

Нет. Это просто бред какой-то. В принципе, все, о чем она сейчас думает, не иное, как ее вымысел. Не бывает русалок, водяных, леших. Это все сказки, местный фольклор, которые сами люди придумывали.

Но откуда-то они это брали. Марина взяла книгу в руки. Что еще можно было тут найти. Так. Вот еще один способ избавления от русалки. Интересно, она первый раз об этом слышит. Даже учитель истории о таком не упоминал.

Ночью, когда будет полная луна, нужно пойти на озеро, при этом взяв с собой новую одежду, которую необходимо вручить русалке.

Марина оторвалась от книги и задумалась. Вообще все время она видела в основном одну русалку. Но ей, почему то казалось, что их несколько.

Она вспомнила свой сон, когда жила в городе. Вроде на берегу плели венки и водили хоровод три девушки. Они звали ее в воду, а потом их лица начали превращаться в ужасное подобие монстров, которые схватив ее за руки, потащили на дно воды.

Маринка передернула плечами, вспоминая этот сон. Именно после него, она решила переехать сюда, в деревню. Как раз, это было то самое озеро. Как она сразу не догадалась. Еще во сне, ей показалось, что местность очень знакомая.

Странно одно, во сне их было три, а по факту, уже тут, ей является одна девушка.

Посидев в воспоминаниях того сна еще пару минут, она снова опустила взгляд на страницы книги и продолжила читать.

Так. Где она остановилась. А, вот. Когда та появится в воде и подплывет к берегу, человек должен положить недалеко от воды новую одежду. Русалка выйдет из нее, оденется и отблагодарит за принесенный ей подарок. Это может быть либо дар какой-то, либо волшебный предмет. Но самое интересное было в том, чтобы русалка в будущем вас больше не беспокоила, нужно забрать у нее венок и сжечь. Тогда она пропадет навсегда.

Маринка захлопнула книгу и уставилась на нее. Что значит забрать венок? Как можно забрать то, что находится на голове у существа, пусть даже в этот момент оно выглядит как человек?

Голова шла кругом от прочитанного. А что если ничего такого нет и ей просто все, кажется? Надо будет обо всем этом еще раз хорошо подумать. И попробовать узнать о девушке, которая когда-то бегала за ее мужем. Может все-таки это как то связано с ней. Ну а что, утонула, и превратилась в злобную русалку, которая теперь ее преследует.

Марина хлопнула себя ладонью по лбу. Что она несет, какая русалка, какая утопленница. Потерев лицо руками, она на минутку задумалась. Все-таки, нужно еще раз пообщаться с историком, может что-нибудь подскажет. Хотя, как она ему это расскажет. «Иосиф Кондратьевич, помогите, пожалуйста, меня преследует злобная русалка, скорее всего это утонувшая девушка, любившая моего мужа». Бред, какой то.

Отложив книгу в сторону, она поднялась с дивана и пошла на кухню. Время подходило к шести вечера.

Приготовив ужин, она вышла во двор и присела в беседку. После ночного дождя, почти все высохло, но кое-где еще оставались небольшие лужи. К вечеру немного похолодало.

Марина взяла телефон и открыла интернет. Надо посмотреть, когда в этом месяце полнолуние.

Так, это будет в субботу. И тут ее взгляд упал на новостную ленту. «Мужчина утонул странным образом», писалось в заголовке.

Марина начала читать. «На берегу воды, в городе было найдено тело мужчины. По данным следствия он утонул в воде, а потом его течением принесло к берегу, что уже странно. На мужчине

Отогнав мысли от прочитанной статьи, она отложила телефон и посмотрела на собаку, которая доедала свой ужин.

Надо подумать, где взять новую одежду. У Марины в гардеробе было платье, льняное, которое она купила себе на лето, но так его и не надела ни разу. Легкое, с небольшим вырезом и коротким рукавом.

Оставалось подумать, как снять с головы русалки венок. Марина закатила глаза, потерла руками лицо и громко зарычала. Ну, о чем она думает. Господи, что опять за бред у нее в голове.

Неожиданно ее рука коснулась уха. Сережки, Марина совсем про них забыла. Когда приехал Максим, он заставил ее, их надеть. Она так и ходит в этих украшениях. Надо бы снять.

Марина поднялась с лавочки и отправилась в дом. Зайдя в комнату, она вынула украшения из ушей и положила их на полку. Сразу вспомнились слова свекрови в ее видении. «Раз надела чужое, больше не снимай. Дар мой забрала».

Марина отправилась в ванную. Принять душ не мешало. Но после того как она чуть не утонула, Марина боялась набирать воду в ванную, чтобы полежать в ней. Последние дни, она обходилась простым душем.

Вот и сейчас, зайдя в комнату, она включила воду, разделась и встала под теплые струи, подставив под них лицо. Усталость сегодняшнего дня начала отходить.

Стоя под водой Маринка начала размышлять о субботе. День, когда полнолуние. Вроде вечером должна была придти Вика, как бы от нее отделаться. Но Марина все-таки решила рассказать все подруге. Помощь ей не помешает, но брать с собой ее на озеро она не хотела.

К тому же в субботу может приехать ее муж. Хотя вероятность того, что он оставит свою работу, ничтожно мала. Поэтому беспокоиться, что Максим может спутать ей все планы, не стоит. Тем более, последний их разговор о его пребывании здесь, ясно акцентировался на том, что она не хочет его видеть. Может он поймет это и все-таки не приедет.

Завершив водные процедуры, Марина вылезла из ванны и завернулась в полотенце. Как же плохо было без зеркала. Она собиралась, уже было, выйти, но ее взгляд упал на швейную машинку. В прошлый раз ей некогда было разбираться, почему ее поверхность была теплая.

Подойдя к ней, она убрала белую материю и потрогала верх. Холодный. Ничего такого. Странно.

Хотя в последнее время она уже ничему не удивляется. Монстры в зеркале, русалки в воде, еще и швейная машинка с теплой поверхностью, хотя на ней никто не работал уже лет пять.

Выйдя из ванной, она отправилась в комнату, надела пижаму и уселась на диван, включив телевизор. Время подходило к девяти вечера, спать еще рано, да и не хотелось, а заняться было нечем.

Маринкин взгляд упал на принесенную ею книгу. Она была старой и навевала некий ужас. Интересно, откуда Иосиф Кондратьевич ее взял? Такие экземпляры могли храниться только в музеях. Хотя, по разговорам местных учителей, он приехал издалека. Возможно, купил у какого-нибудь коллекционера. Историк ведь увлекается фольклором.

Марина протянула руку к книге и, взяв ее, положила к себе на колени. Интересно, может прочитать еще про кого-нибудь. Например, про домового или лешего.

Она нашла нужную главу и углубилась в чтение. Так. Домовой – это домашний дух. Его считают хозяином дома, который оберегает его и тех, кто в нем живет.

Его описывают по-разному. Он может быть в образе человека, а может быть каким-нибудь животным. Если в доме есть кошка, то она его видит и даже играет с ним.

Чтобы домовой присматривал за домом, люди его задабривают. То молочка с печеньем оставят на столе, то немного еды в тарелке. Но если его разозлить, то домовой начинает пакостничать. Может вещи прятать или того хуже, на хозяина дома напасть во сне.

Маринка оторвалась от книги и задумалась. Она вдруг вспомнила рассказ бабушки о домовом. Ей тогда было шесть лет, но то, что рассказывали взрослые, она понимала.

В детстве она приезжала в деревню к бабушке с дедушкой. Там собиралась вся родня. Родители, родные тетки, а у мамы было две сестры, их мужья и дети. Они садились за стол в летней кухне, ужинали и вели разговоры о жизни.

Вот в один такой вечер, а было уже поздно, около одиннадцати ночи, бабушка начала делиться со своими дочками, что с ней произошло. Ну а Маринка, раскрыв рот, все это слушала. Этот день с рассказом запомнился ей на всю жизнь.

Вечером, подоив корову, бабушка слила молоко по банкам, поставила их в холодильник и пошла спать.

Домик у них был небольшой. Зал, где стояли две кровати и диван, кухня, на которой был стол, раковина, холодильник и плита, а так же еще одна кровать возле окна. На ней всегда спала еще одна бабушка, дедушкина родная сестра. И были сени, большие. В них стоял шифоньер и кровать. Именно на этой кровати всегда спал дед.

Бабуля спала в зале на диване.

Легла она спать ближе к двенадцати. Во сне бабушка начала задыхаться. Проснулась и открыла глаза, чтобы воздуха глотнуть, но не смогла, горло как будто что-то сдавливало. В темноте было плохо видно, но она смогла разглядеть очертания маленького человека, всего заросшего волосами. Он сидел на диване и держал ее за горло, сдавливая сильнее.

Бабушка пыталась закричать, но из ее рта вырывался только хрип. Она не помнит, как смогла подняться с дивана, Отдышавшись, позвала деда. Но мохнатого человека он не нашел.

В ту ночь, бабушка очень сильно испугалась. Так и не смогла заснуть до утра. На следующую ночь все повторилось. Тогда ей стало по-настоящему страшно. Утром она побежала к местной бабке, которую в то время считали знахаркой, а по-другому ведьмой. Она людей травками лечила, да заговоры разные делала.

Бабушка рассказала ей историю про мохнатого человека, который приходил к ней ночью и пытался задушить. Знахарка посмотрела на нее и усмехнулась. Она рассказала ей, что домовой видно на бабушку рассердился за что-то. Задобрить его надо.

Ведьма сказала, что прикормить хозяина не мешало бы. Молочка налить, немного еды в чашке оставить и спать пойти, но произнести слова при этом «Домовой, от меня прими угощения в

Бабушка вернулась домой и сделала все так, как сказала ей ведьма. Три дня подряд она ставила угощение для домового. После этого в доме перестали пропадать вещи, а он сам отстал от бабушки.

Маринка вспомнила тот поздний вечер в летней кухне. Она тогда сильно испугалась и долго не могла уснуть. Каждый раз открывала глаза, боясь увидеть волосатое чудовище. Но с возрастом ее воспоминания угасли и только сегодня, когда прочитала про домового, они вернулись.

Маринка так углубилась в свое детство, что не заметила, как за окном потемнело. Взглянув на часы, отложила книгу в сторону и начала готовиться ко сну.

Время было одиннадцать ночи. Разложив диван, она легла и накрылась пледом. Сон сморил ее почти сразу.

Вдруг, сквозь затуманенное сознание, Марина услышала какой-то звук. Он издавался с кухни. Как будто кто-то тихо ходит по полу и позвякивает посудой. Сон как рукой сняло. Марина прислушалась. Вроде все тихо. Наверное, показалось.

Она повернулась лицом к стене и закрыла глаза. И тут, на кухне что-то упало и разбилось о пол. Маринка резко села на диване. Комок страха сжался у нее в груди. По спине побежали мурашки. Ноги и руки мгновенно заледенели. Снова послышался звук тихих шагов, как будто кто-то тихонько крался и боялся, что его услышат.

Марина вспомнила рассказ бабушки, про домового. Ей стало до боли страшно и неуютно одной в доме.

Она спустила ноги с дивана и тихонько поднялась. Тапочки Марина надевать не стала. Они будут издавать шум, а ей не хотелось спугнуть того, кто ходил сейчас по ее кухне.

Пройдя на цыпочках мимо окна в проходной, она ненароком повернулось в его сторону, и резко дернулась, увидев свое отражение.

Фу, это же она. Марина продолжила медленно двигаться к кухне. Взяв по пути веник, который стоял в углу возле ванной, она прижала его к груди. Хоть какое никакое, а оружие.

В доме было темно, но зеленый огонек от холодильника четко указывал нужное направление.

Марина медленно подошла к проему, который разделял кухню и вторую проходную. Вдруг, она услышала тихое чавканье. От страха, волосы на голове зашевелились, а ноги подкосились. Неужели домовой, о котором она сегодня читала в книге?

Марина подняла одной рукой веник над головой, а второй рукой начала шарить по стене в поисках выключателя. Найдя кнопку, она резко нажала на нее и с криком влетела в кухню.

Яркий свет ударил по глазам, поэтому сразу сориентироваться она не смогла. Споткнулась обо что-то и свалилась со ступеньки прямо на кухонный пол. Веник отлетел в сторону, а она больно ударилась коленом.

Сев, потирая ушибленное место, Марина начала щурить глаза и крутить головой в разные стороны ища того, кто ходил по кухне, звякал посудой и чавкал.

Сконцентрировав внимание, она поняла, что в кухне никого нет. Только на диване стояла кошка Машка, с ошалелыми глазами, выгнутой спиной и взъерошенной шерстью.

Маринка уставилась на кошку и еще раз оглядела комнату. На столе стоял бокал, в котором был недопитый чай. Под столом лежала разбитая тарелка. Веник валялся возле холодильника, а она сама сидела на полу и потирала ушибленную коленку.

Посмотрев еще раз на Машку, и оценив ситуацию, Маринка начала хохотать. Вот так домовой.

Поднявшись с пола, она села рядом, с уже успокоившейся кошкой, и погладила ее по шерстке.

– Ну, ты даешь. Напугала меня до чертиков. Как ты зашла в дом?

Кошка замурлыкала и, издав тихое мяу повернулась в сторону окна на кухне.

Вот она дуреха. Забыла закрыть форточку перед сном. А Машка видимо именно так и попала в комнату. Прыгнула на окно, задела тарелку, которая упала и разбилась. А увидев бокал с чаем, решила попить, отсюда и чавканье.

– Где же ты все это время была? Идем, дам тебе колбаски.

Марина встала и открыла холодильник. Достав оттуда сосиску, она положила Машке в миску и взяла веник. Надо убрать осколки.

Пока Маринка сметала все с полу, кошка доела колбасу и сидела умываясь. Выкинув последние осколки в мусорное ведро, Марина поставила веник в угол, выключила свет на кухне и пошла в зал, где ее ждало одеяло и подушка. Все, больше никаких страшных книг про домовых и леших перед сном. Ей и так хватало ужастиков.

Она легла на диван накрылась пледом и закрыла глаза. Завтра на работу, надо выспаться.

Когда ее сознание почти отдалось в руки Морфея, она почувствовала, как что-то мягкое и пушистое коснулось ее бока. Маринка уже было хотела соскочить, но когда услышала мурчание, успокоилась и поняла – это Маша пришла.

Кошка подействовала на Маринку самым лучшим образом. От ее тепла стало уютно и приятно, а мурчание успокаивало. Она сама не поняла, как провалилась в глубокий сон.

***

Утро выдалась тяжелым. Когда прозвенел будильник на телефоне, Маринка еле открыла глаза. Всю ночь ей снился страшный сон.

Будто за ней гонялся домовой. Он был большим, лохматым и издавал ужасное рычание. Протягивал к Маринке свои большие, лохматые руки и пытался ее задушить. Она бегала от него по дому, пряталась в разных местах, но он все равно ее находил.

Когда в ее голове послышались звуки играющего телефона, Марина проснулась.

Оглядевшись по сторонам, она поняла, что находится дома на диване, а за окном уже рассвело. Машки рядом не было. Наверное, ушла.

Надо собираться на работу. Сегодня пятница, а завтра долгожданный выходной. Надо бы заглянуть к Иосифу Кондратьевичу, еще раз поблагодарить его за книгу.

Маринка откинула одеяло, засунула ноги в тапочки и пошла в ванную.

После всех процедур с водой, надела платье синего цвета до колен и вышла на кухню. Кошки нигде не было, а вот форточка так и оставалась открытой. Маринка вчера ее не закрыла. Не до этого было. Скорее всего, Машка через нее выбралась на улицу. Надо бы закрывать форточку, а то кроме их кошки, сюда может пробраться и постороннее животное, не говоря уже о любопытных птицах.

Марина выпила кофе, съев при этом пару печенок, покормила собаку, не забыв наложить в миску кошке, взяла сумку и отправилась на работу.

Проходя мимо детского садика, Марина заметила какую-то суету возле входа в здание, где сидел участковый. Там стояла Настасья Петровна, жена утонувшего рыбака, их соседка тетя Маруся, глава сельсовета, его помощница Варвара Степановна и участковый Сергей Тимофеевич.

Они что-то бурно обсуждали. При этом Настасья Петровна размахивала руками и показывала куда-то в

Маринка, вдруг, вздрогнула и резко повернулась, когда ее кто-то схватил за руку.

– Ты чего такая нервная? – Сказала Катерина, отпуская Марину.

– Ничего, напугала просто. Зачем так подкрадываться и хватать за руку?

Катя загадочно посмотрела на нее и кивнула в сторону шумевшей толпы.

– Уже собрались. Еще солнце не встало, а они уже отношения выясняют.

– А что случилось? – Спросила Марина у Катерины, понимая, что та, что-то знает.

Та дернула плечами и пошла, рядом, перекидывая свою сумку из одной руки в другую.

– Тетя Настя пытается добиться разрешения забрать своего мужа из морга, – сказала Катя, – даже к главе обратилась. А участковый твердит, что следствие еще не закончилось. На днях обещали передать тело вдове.

Маринка обернулась, посмотрела еще раз на толпу и сказала.

– А ты сама что-нибудь слышала, когда следствие закончится?

– Наши бабки болтушки говорят, что вроде как сам утоп дядя Ваня. Напился самогонки, которую его жена делает и свалился в озеро.

– Ну, это естественно. В таком состоянии даже выплыть будет тяжело.

– Но есть те, – Катерина наклонилась к Маринке и зашептала, чтобы ее никто не услышал, хотя от толпы они отошли на приличное расстояние, а рядом с ними больше никого не было, – кто считает по-другому.

Маринка уставилась на нее и даже остановилась.

– Что ты имеешь в виду?

– Поговаривают, что его русалки в воду заманили и утащили на дно. Якобы там поиздевались над ним и на берег выкинули. Поэтому у него царапины по телу и лицо перекошено от страха.

От слова «русалки», Маринка вздрогнула, тело покрылось мурашками от страха. Опять упоминание об этих чудовищах.

– Но у нас любит народ разные байки сочинять. Русалки считаются выдуманными персонажами, как и все остальные. Но наши старожилы, которым уже по девяносто лет утверждают обратное.

Катя посмотрела на Маринку.

– Ты чего такая? Испугалась что ли?

Она похлопала Марину по плечу.

– Не стоит, они все это сочинили. Скучно живется в деревне, вот бабки и поддерживают разные легенды. А доверчивые, вроде тебя, верят в эти сказки.

– Катя, – отозвалась Марина, придя в себя от очередного шока, – а что за бабки это сочиняют? Ты их знаешь?

– Знаю. Баба Глаша, ей девяносто три. Она на краю деревни живет, недалеко от озера и ее соседка баба Матрена. Той уже девяносто пять.

Они подошли к воротам школы, когда Маринка остановилась и спросила.

– А почему они решили, что его русалки утащили на дно?

Катя пожала плечами.

– Да мне почем знать. В магазин пришла, а там тетки за хлебом стоят, и давай мусолить смерть дяди Вани. Вроде как к этим бабкам приходил участковый. Они ведь недалеко от озера живут. Спрашивал, не видели ли они чего-нибудь подозрительного?

Катя засмеялась.

– Ну, ты сама подумай. Бабкам по девяносто лет. Он что думает, что они ночью не спят и в окно смотрят или по улицам гуляют? Ну, они ему и сказали, что видеть ничего не видели, но знают, кто убил дядю Ваню.

Маринка сжала еще крепче сумку за ручки, что ее пальцам стало больно. Она знала, какой сейчас ответ последует из Катиного рассказа.

– Была ночь на Ильин день. А в этот день никому в воду лезть не стоит, даже к воде подходить. А дядя Ваня решил порыбачить. Вот его русалки и утащили на дно. Им же тоже мужик нужен, а тут вот он, сидит. Бери, не хочу.

– А участковый что на это сказал? – Маринке слова давались с трудом.

– Ну, ты сама как думаешь, что? Чертыхнулся, заругался, сказал, что если будут и дальше чертовщину по деревне распространять, закроет бабок на пятнадцать суток. Собрался и уехал.

Марина слушала Катю, а в голове уже вырисовывалась картина с дядей Ваней. После того, что она сейчас услышала, больше не сомневалась, что ее преследует русалка.

Повернувшись, она зашагала в сторону школы. Катерина шла следом и что-то еще рассказывала, но Маринка ее больше не слушала. Надо бы поскорее добраться до кабинета. Она хотела еще раз посмотреть вчерашнюю статью, которую прочитала вечером, до того как легла спать.

О мужчине, которого нашли в городе с такими же ранами, как у дяди Вани. Возможно, между ними есть какая-то связь, но вот какая именно, Марина пока не понимала.

Глава 14

В школе продолжалось обсуждение поведения тети Лили. Она до сих пор не вышла на работу, и сегодня дежурным был Глеб Антонович.

В холле стояло несколько учителей. Марина поздоровалась со всеми, взяла ключи от кабинета и отправилась к себе. Катя же остановилась и включилась в разговор, не обращая внимания на то, что она ушла.

Странные люди, зачем мусолить несколько дней женщину, которую сами же приняли на работу, хотя прекрасно знали ее любовь к выпивке. Эти мысли перекручивались у Марины в голове, пока она шла к себе в кабинет.

Проходя мимо библиотеки, она услышала, как кто-то разговаривает на повышенных тонах. Марина не была слишком любопытной, но голос показался ей знакомым.

Подойдя тихонечко к двери и слегка приоткрыв ее, она увидела библиотекаря Марию Степановну и директора школы Ирину Григорьевну. Последняя за что-то отчитывала бедную пожилую женщину.

Марина успела услышать несколько фраз и когда директор развернулась и пошла к выходу, она подбежала к своему кабинету, открыла его и юркнула внутрь, прижавшись спиной к двери.

Сердце бешено колотилось. Марина чувствовала себя как нашкодившая школьница, которую чуть не застали на месте преступления.

За дверью послышалось цоканье каблучков. Видимо, Ирина Григорьевна отправилась к себе. Интересно, за что она отчитывала библиотекаря?

Марина смогла услышать только несколько фраз. «И перестаньте раздавать направо и налево ценности нашей школы. Если не найдете ее, вычту из вашей зарплаты»

Стало интересно, что за ценность, которую отдала Мария Степановна? Может заглянуть к ней под видом читателя любителя и расспросить?

Марина только повернулась, чтобы пойти в библиотеку, как в дверь тихонько постучали. Она даже подпрыгнула от неожиданности.

Быстро сев за свое рабочее место, и включив системный блок, сказала:

– Входите.

В дверь заглянула Мария Степановна.

– Доброе утро Мариночка, извини, что отвлекаю тебя от работы. Нет ли у тебя чистых листов для принтера. У меня закончились, а привезут только в понедельник.

Женщина комкала в руках носовой платок, глаза были слегка опухшие, а голос дрожал. Видимо она все-таки плакала.

Марина не стала ничего спрашивать, решила, что попозже зайдет под предлогом попить чайку, возможно тогда и расспросит ее, что случилось. Она вытащила из тумбочки пачку бумаги и протянула

– Вот, возьмите. У меня еще есть. Отдавать не надо.

Марина улыбнулась. Мария Степановна не спешила уходить. Взяв пачку, она присела на стул и уставилась в окно.

Тут Марина не выдержала, понимая, что женщина хочет что-то сказать, но не знает с чего начать разговор.

– Мария Степановна, – начала Маринка, – у вас что-то случилось?

Женщина отвела взгляд от окна и посмотрела мокрыми от слез глазами.

– Не хотела вас загружать своими проблемами, да выговориться некому. Вы просто человек новый, приехала из города, еще и жена нашего бывшего ученика.

Марина поставила сумочку на стол, которую все это время держала у себя на коленях и взяла бокал с тумбочки.

– Мария Степановна, чаю будете?

Женщина улыбнулась и кивнула головой.

Марина взяла свой бокал, забежала в библиотеку, прихватила кружку Марии Степановны и побежала вниз в учительскую. Там уже собрался народ. Начался рабочий день.

Налив кипятка в кружки, Марина поднялась к себе. Женщина сидела все на том же месте, подставив кулачек под щеку, и смотрела в окно.

Поставив кружки на стол, она достала пакетики с заваркой и разложила их по бокалам. В тумбочке лежало печенье и коробочка с сахаром. Соорудив небольшой чайный столик, подала ложку Марии Степановне и улыбнулась.

– Не хотите рассказать, что у вас стряслось?

Марина решила не ходить вокруг да около. Так они могут весь день просидеть у нее в кабинете, вздыхая и пялясь в окно. А работа стоит. Да и женщину было жалко. Видимо ей серьезно досталось от директора школы.

Мария Степановна вздохнула, положила пару кусочков сахара в стакан, размешала его и отпила чаю.

– Знаешь, Мариночка, я столько лет проработала в этой школе, что даже подумать не могла, что сегодня меня будут отчитывать как невоспитанного ребенка.

Она поставила стакан на стол и посмотрела на Марину печальными глазами.

– Ирина Григорьевна пришла работать в эту школу в тоже время, когда и я. Только она учителем, а я сразу библиотекарем. Это она сейчас стала директором, а раньше преподавала детям. Ходила как все на работу, получала заработную плату и ездила на повышение квалификации. Потом стала завучем, и только через много лет, ее назначили директором.

Марина отпила чай и посмотрела на женщину.

– Мария Степановна, вы меня извините, я ненароком услышала, когда шла к себе в кабинет, как Ирина Григорьевна ругалась. Правда до меня долетела последняя фраза.

Женщина как то странно посмотрела, но ничего не сказала.

– Вы не думайте, – продолжила Марина, – это было не специально, просто она так громко разговаривала, что было слышно даже в коридоре.

Она не хотела говорить, что подкралась к двери и, приоткрыв ее, слушала разговор. Правда, ничего толком узнать ей не удалось. Видимо в это время беседа подошла к концу.

– Да я вам верю, Мариночка, просто обидно, что человек, с которым мы проработали всю жизнь, обвинила меня в пропаже книги из библиотеки. Как будто я ее кому-то отдала, а записать забыла. Или просто напросто себе забрала.

Марина подняла брови в удивлении.

– А у вас что-то пропало?

– Пропало. Одна книга, старая, которую нам когда-то передал один историк. Он был на наших озерах, приезжал отдыхать и посетил школу. Вот именно тогда и подарил эту замечательную вещь.

Марина нахмурила лоб. Вроде Иосиф Кондратьевич искал какую-то книгу, но так и не нашел.

– Мария Степановна, а не эту ли книгу искал учитель истории? Вроде я ему даже помогала в поисках.

Женщина посмотрела на Марину, печальными глазами.

– Все правильно. Именно ее он и искал. Скорее всего, Иосиф Кондратьевич и пожаловался директору, что книга куда-то делась, и он не может ее отыскать.

– Вы думаете, что это он? Не может быть. Иосиф Кондратьевич совсем не похож на ябеду. Мне он показался очень интеллигентным человеком. Вы вроде хорошо с ним общаетесь. Почему бы вам взять и не спросить у него? Посмотрите, что он вам ответит на это.

Мария Степановна допила свой чай и поставила кружку на стол.

– Неудобно мне задавать такие вопросы. А если это действительно не он? Тогда получится, что я зря обижу человека.

Женщина тяжело вздохнула и собралась уже уходить, когда Маринка вдруг вспомнила, что хотела ее кое о чем спросить. Уж она-то наверняка должна знать.

– Мария Степановна, хотела вас спросить о двух старушках, которые проживают в вашей деревне. Вы должны их знать. Бабушка Глаша и ее соседка бабушка Матрена.

Библиотекарь взметнула вверх брови и округлила глаза от удивления.

– Деточка, с чего вдруг тебя заинтересовали эти две древние старухи?

Марина замялась, но все-таки решила сказать.

– Мне сегодня Катя, наша учительница по английскому языку, рассказала, что эти две бабульки знают, кто убил дядю Ваню. Они так и сказали участковому, что мол, знаем. А вы же сами понимаете, что мы с Викой были в ту ночь на озере и все подозрения падают на нас. Очень хочется разобраться в этом деле.

Марина выжидающе посмотрела на Марию Степановну, в надежде что та, поможет ей и расскажет про этих старушек что-нибудь интересное.

Женщина же смотрела на нее удивленными глазами, а потом вдруг начала тихонько смеяться. Маринка не понимала, что ее могло так развеселить.

– Деточка, – сквозь смех сказала Мария Степановна, – перестань верить всему, что слышишь. Здесь все любят посплетничать, а иногда и приукрасить. Даже эта Катерина, услышит то там, то там, а потом свое додумает, и давай всем свою версию рассказывать.

Женщина вытерла платочком поступившие слезы от смеха и продолжила.

– Знаю я и Матрену и Глашу. Они самые старые жители нашей деревни. Я еще ребенком была, и на речку бегала, а они здесь жили. Ни одна, ни другая никогда замуж не выходили. Всегда соседками были.

Марина поняла, что может расспросить библиотекаря о том, что ее интересует. Главное нужно аккуратно выбирать слова, чтобы та не подумала о ней непонятно что.

– Мария Степановна, а, правда, что они про нечисть много знают и даже видели ее?

Женщина наклонила голову набок и прищурила глаза.

– Деточка, а ты сама во что веришь?

Марина пожала плечами.

– Знаете, Мария Степановна, я человек простой. Всю жизнь читала книги про домовых леших и другой нечестии. В детстве мне часто бабушка рассказывала про них сказки. Но по настоящему в такие глупости не верю, – до недавних событий, подумала Марина, но вслух это не сказала.

– Вот и я про тоже говорю, что все это сказки и небылицы, а Глашка и Матрена верят.

Мария Степановна отложила в сторону пачку бумаги, подперла подбородок

– Говаривали, что одна их этих старух в молодости с чертом водилась. Правда, доказательств тому не было. Но, из всей деревни, у нее лучше всего овощи росли, коровы доились и куры неслись.

Марина мельком взглянула на смартфон. Время показывало десять утра. Ладно, черт с ней, с этой работой. Если что, она потом задержится. Очень хотелось послушать рассказ библиотекарши. Вдруг узнает что-то интересное, что ей потом может помочь в изгнании русалки.

Маринка твердо решила, что нужно попробовать. А то так можно сойти сума, а то и того хуже, утопит ее это чудовище в собственной ванне. Она, вон, воду стала бояться.

– Так вот, – продолжала Мария Степановна, – как то выдалось уж очень теплое лето. На улице жара стояла под сорок градусов. Растения чахли, молоко коровье прокисало, а яйца у кур лопались. Местные страдали. Ни продукцию свою продать не могли, ни заготовки на зиму сделать. А у Глашки, это та, про которую говаривали, что с чертом связалась, и удой хороший и помидорчики с огурчиками разрастались. Картошка на поле вся как на подбор стояла.

Женщина замолчала и вытерла платочком лоб.

– Местные сначала удивлялись, почему у всех все портиться и вянет, а у Глашки растер и расцветает. Соседкой ее была та самая Матрена, которая и по сей день рядом живет. Она-то слух и пустила, что Глашка с дьяволом дружбу водит. Якобы видела она как та, ночью по огороду ходит, что-то шепчет на непонятном языке, а растения посыпает чем-то непонятном.

– А как это баба Матрена в темноте могла что-то увидеть или услышать? – Удивленно спросила Марина.

– То-то и оно, говорила, что собственными глазами видела. А потом и слух пустила, что ночью к ней дьявол с рогами заходил.

– Прямо таки с рогами? – Марина заулыбалась, понимая, что баба Матрена просто завидовала соседке.

– Ну, народ ей поверил, – продолжила Мария Степановна, не обращая внимание на Маринкин смех, – а как тут не верить, коли у всех все гибнет и киснет, а у Глашки растет. Взбунтовались местные и решили навестить соседку. Взяли вилы, топоры, женщины скалки и палки. Пришли они к ее дому, а та как раз только корову подоила. Вышла она с ведром, а мужики давай из-за забора кричать и вилами махать. Глашка не понимала, что происходит. Начали женщины ее обвинять, что с дьяволом она связалась, поэтому у нее в хозяйстве все ладно и в огороде все растет, не сохнет. Глашка начала оправдываться, что, мол, само все растит, просто удобряет она овощи, коровку сама пасет, вот и все. Не поверили ей местные и начали через забор в нее палки, да камни бросать. Глашка бросила ведро с молоком и в дом побежала, закрылась и в окно через шторку смотрит, что же дальше будет.

Мария Степановна остановила свой рассказ и задумалась.

– А дальше что было? – Маринке не терпелось узнать продолжение ее рассказа.

– А что дальше. В это время ее соседка за забором стояла, и со своего участка вместе со всеми кричала, ведьмой называла. Но есть карма божья. Кто-то из толпы метнул полено в сторону дома, а оно как отлетит и прямо Матрене по голове, да так сильно, что та крякнула и осела возле забора. Из головы кровь хлынула, а она сама упала на землю так и осталась лежать не двигаясь. Испугался народ, что человека убили, и ринулся кто куда. Глашка подождала, когда никого не останется, и вышла на улицу. Подошла она к Матрене, оценила обстановку. Но не побежала за местным врачом. Отволокла ее к себе в дом. Ухаживала за ней. Какие-то примочки на травах делала, да тряпкой мокрой жар снимала.

Мария Степановна вздохнула и посмотрела на Марину, потирая глаза рукой.

– После этого они дружить и стали. Глашка Матрену с того света вытащила. Не знаю, уж как она ее лечила, но та выжила. Прощение просила, каялась, что завидовала ей. Бес, мол, попутал. Но Глаша была женщиной простой, не злопамятной. Так и стали они жить по соседству. Помогали друг другу. Местные после того случая больше не трогала Глашку.

– Мария Степановна, а почему у них детей то нет?

– Ну у Матрены, после того удара поленом, что-то в организме произошло. Может на фоне сильного потрясения, может еще из-за чего, а Глаша сама не хотела. Говорила, что жизнь ее другому посвящена. Позже оказалось, что она травки разные сушила да людей и зверушек ими лечила. Многим помогла. Она и Матрену всему научила. Откуда у нее такие способности никто не знает. Но многие до сих пор считают, что с дьяволом она дружила. Душу тому продала, вот он ей и дал взамен знания. Замуж никто из них так и не вышел.

Мария Степановна замолчала. Видимо вспомнила те времена.

– А откуда вы все это знаете?

Женщина поднялась со стула, и подошла к окну.

– Я говорила уже, что тогда девчонкой была, часто на озеро с другими ребятами бегала. А дом Глашки был недалеко от него. И когда местные пошли на расправу с ней, мы с ребятами следом побежали, но близко не подходили, издалека наблюдали и все слышали и видели. А остальное от матери узнала, когда уже повзрослела.

Мария Степановна, подошла к столу, взяла пачку бумаги и пошла к двери. Взявшись за ручку, и приоткрыв дверь, она остановилась.

– Пойду я, Мариночка, заболталась тут с тобой. Ты меня старую не больно-то слушай. А то подумаешь, что умом лишилась.

Марина встала со своего места и подошла к библиотекарю. Положив руку на ее плечо, легонько погладила его.

– Что вы, Мария Степановна, и в мыслях не было. Вы не переживайте так сильно, найдется ваша старинная книга. Может кто-то взял почитать, потом вернет на место.

– Дай то бог, деточка.

Женщина уже было собралась выйти из кабинета, когда Маринка решила ее спросить.

– Мария Степановна, не подскажите, а где баба Глаша и баба Матрена живут?

Женщина обернулась, но в ее глазах не было ни удивления, ни изумления.

– Последние два дома на улице Сотейной. Которые поближе к озеру. Только не советую туда ходить. Они чужих не любят.

После этих слов Мария Степановна вышла из кабинета и отправилась к себе в библиотеку.

Марина села за стол и задумалась. Хотелось наведаться к этим двум старушкам. Может, смогут чем-то помочь. Ведь не зря они участковому про русалок говорили. Наверное, что-то да знают.

Маринка решила не откладывать это дело. Надо зайти по пути

Времени было уже много. Скоро намечался обед, но в связи с долгим разговором с Марией Степановной, Маринка решила никуда не ходить. Просто ограничится чаем с печенками.

Включив монитор, она зашла в программу и приступила к работе.

Через некоторое время в дверь постучали и, не дождавшись, когда Марина пригласит, влетели в кабинет. Это была Лидочка.

– Добрый день Марина Константиновна. Ирина Григорьевна просила подписать ведомости.

Марина посмотрела на секретаря и взяла бумаги для ознакомления.

– Добрый день. Лида, а почему так официально? Мы вроде с вами до этого на ты общались?

Девушка сложила руки на груди и вздернула подбородок, тем самым выдавая свой недовольный вид.

– Просто в нашем коллективе, есть те, кто предпочитает более официальное обращение. Мне сегодня по этому поводу директор сделала замечание. Якобы на меня жалуются, что я со многими общаюсь по имени.

Последнее предложение Лидочка озвучила более возмущенно. Она плюхнулась на стул, не спрашивая разрешения, и затараторила.

– Марина, вот вы мне скажите, что тут такого? Ладно бы был кто-нибудь посторонний рядом или начался учебный год, но сейчас-то мы можем общаться по-дружески.

Она посмотрела на Марину взглядом, ищущим поддержку ее словам.

– А вы знаете, кто на вас пожаловался?

Лидочка дернула плечиком.

– Ой, что тут знать, не трудно догадаться. Татьяна Петровна, учитель географии. Тоже мне фифа деревенская. Придет она как-нибудь ко мне, попросит бумагу или скрепки. Посмотрит, куда я ее отправлю.

После этих слов Секретарь соскочила, взяла документы, которые подписала Марина и отправилась на выход.

– Марина Константиновна, вы на обед пойдете? Сегодня будет картофельная запеканка.

Она мечтательно закатила глаза и заулыбалась.

– Лида, давайте договоримся, что мы с вами уберем в общении официальность и будем друг к другу на ты. По крайней мере, когда наедине.

Лидочка оторвалась от мыслей о запеканке и посмотрела с улыбкой на Марину.

– Хорошо, Мариночка, как скажете.

С этими словами она выпорхнула за дверь и застучала своими каблучками в сторону лестницы.

Маринка откинулась на спинку стула и потерла переносицу. Взглянув на телефон, она поняла, что время подобралось к обеду. Надо спуститься вниз, набрать кипяточка. Как раз в это время все будут в столовой, и ей точно не придется ни с кем встречаться.

Взяв бокал, Марина вышла из кабинета и пошла в сторону лестницы. Проходя мимо библиотеки, она заметила, что дверь слегка приоткрыта. Наверное, Мария Степановна пошла на обед, а дверь забыла за собой закрыть.

Подойдя поближе, она хотела было уже захлопнуть ее, но услышала какой-то шорох. Как будто кто-то переставлял книги на полках. Такой глухой звук шарканья бумаги о поверхность.

Марина заглянула внутрь и позвала Марию Степановну по имени отчеству. В ответ ей была тишина. Даже шорохи прекратились. Марина тихонько приоткрыла дверь. Та издала противный скрип, что по спине пробежали мурашки.

В библиотеке свет не горел, поэтому было темно как вечером. Окно не спасало, Марина это заметила еще в прошлый раз. Оно было заставлено стеллажами с книгами.

Она медленно начала двигаться вдоль стены, в сторону стола. Вдруг женщина просто ее не услышала. Обычно, Мария Степановна никогда не оставляла дверь открытой, даже если убегала куда-то.

Тихонько крадясь, Маринка вдруг резко остановилась. Краем глаза, она уловила, что за очередным стеллажом промелькнула какая-то тень. Она почувствовала, как от страха пальцы сжали ручку бокала еще сильнее. Казалось, что сердце начало стучать еще быстрее, с каждым ударом ускоряясь.

Она медленно обогнула стеллаж, за которым, как ей показалось, кто-то находится, и заглянула в проем. Там никого не было. Она глубоко выдохнула.

Резко повернувшись, она хотела, уже было, пойти обратно, но столкнулась с мягкой преградой, в которую уткнулось носом. От страха она заорала во все горло. Казалось, что сердце ушло в пятки, а горло заболело и засаднило.

Преграда схватила ее за плечи и начала трясти, что-то говоря. Маринка от своего крика ничего не слышала, только орала и пыталась вырваться.

Когда, наконец, до ее сознания начали доходить слова говорившего, она замолчала и открыла глаза.

Перед ней стоял Глеб Антонович, учитель физкультуры, и тряс за плечи, при этом выкрикивая ее имя.

– Марина, Марина Константиновна! Успокойтесь!

Глубоко задышав и освободившись из рук физрука, Маринка замолчала, и уставилась на него, ошалевшими глазами. Придя в себя, она гневно посмотрела на учителя и выдавила осипшим голосом.

– Вы сума сошли? – Голос предательски дрожал.

Глеб Антонович смотрел на нее удивленным взглядом, давая понять, что она сама ненормальная.

– Вы зачем так подкрадываетесь? Я чуть от страха не умерла.

Маринка тяжело задышала, одной рукой сжимая бокал, а другой, держась за сердце.

– Так можно с катушек слететь. Что вы тут делаете? – Задала она вопрос физруку.

Физрук сложил руки на груди, как бы защищаясь от ее нападок.

– Я пришел по просьбе Марии Степановны. Она сказала, что забыла дверь закрыть в библиотеке, попросила меня подняться, дала ключи. Подхожу, вижу, что вы крадетесь между стеллажами. Решил спросить, что вы тут ищите, а вы как начали орать.

Маринкины брови взлетели вверх, а лицо выдало удивленное выражение.

– Спросить? Вы это называете спросить? Подкрались, встали за спиной, что я чуть нос не свернула, когда об вас ударилась. Почему нельзя было просто позвать, раз вы видели, что я тут нахожусь?

Глеб Антонович убрал руки от груди и, почесав затылок, опустил голову, видимо понимая, что все-таки не прав.

– Ну, извините, не подумал. Просто вы так крались, как будто высматривали что-то.

Маринка посмотрела на него, потом указала рукой в сторону стеллажей.

– Мне показалось, что я что-то услышала. Как будто книги переставляли на полках. Зашла посмотреть и краем глаза заметила тень за стеллажами. Поэтому и кралась, чтобы не спугнуть того, кто тут находился.

Глеб Антонович, не спрашивая ничего начал осматривать библиотеку. Прошел все проемы между стеллажами, заглянул под стол библиотекаря, но так ничего не обнаружив, вернулся обратно.

– Марина Константиновна, нет тут никого. Вам, наверное, показалось.

Он усмехнулся, при этом добавив.

– Вы все девушки очень мнительные. Насмотритесь ужастиков или детективов, потом вам всякая чертовщина мерещится.

Маринку эти слова задели. Она была уверена, что тут кто-то был, и она точно слышала звуки. Но объяснять или доказывать что-то этой горе мышц, она не собиралась.

Одарив учителя испепеляющим взглядом, Маринка развернулась

Сейчас должен спуститься физрук, лучше она подождет, когда он пройдет, а потом поднимется к себе. Ей очень не хотелось больше встречаться с этим снобом, а уж тем более слушать его извинения.

За дверью учительской послышались шаги. Марина приоткрыла дверь и увидела удаляющуюся спину физрука. Когда он скрылся в столовой, она вышла из кабинета и быстрым шагом направилась к себе. Благо, что по пути ей больше никто не встретился.

Зайдя к себе, Марина прикрыла дверь и села за стол. Интересный денек. Она опять слышала, что в библиотеке, кто-то что-то, толи ищет, толи переставляет. Постоянное ощущение чьего-то присутствия.

Марина вытащила из тумбочки печенье. Надо хоть ими перекусить. Вечером ей некогда будет, она собиралась навестить двух старушек, которые, по словам Кати, знали про того, кто утопил дядю Ваню.

Хотя это бред, но в последнее время она уже начала привыкать к разной чертовщине. А про них в деревне только и говорят, по словам Марии Степановны, особенно, про бабу Глашу, что душу дьяволу продала. Вот Маринка и хотела их порасспрашивать.

Вдруг удастся узнать что-то интересное.

Странно конечно, но библиотекарша сказала, что они чужих не жалуют и лучше к ним не ходить. Почему? Ну не накинуться же они на нее с вилами. Она же с добром к ним, а не с войной пойдет.

Подумать обо всем этом Марина решила ближе к концу рабочего дня, а сейчас необходимо доделать работу.

Она уткнулась в монитор, не забывая, есть печенье, запивая их горячим чаем.

Глава 15

Маринка посмотрела на время, было почти четыре. Рабочий день подошел к концу, но самое приятное было то, что сегодня пятница, а впереди выходные. Она собралась провести их с пользой, главное, чтобы никто не нарушил ее планы. Ну, Вика понятно, посидит вечером и уйдет, а вот что делать с мужем, который может приехать, как обещал. Марина постаралась не думать об этом. Возможно, обойдется и он как всегда будет занят своей работой.

Потянувшись, она выключила компьютер и начала собираться. Телефон, сумочка, кошелек, все на месте. Осмотрев еще раз кабинет, что нигде ничего не забыла, она встала, одернула платье и поправила прическу.

Взяв ключи со стола, Марина вышла в коридор, закрыв дверь, и спустилась вниз. Глеб Антонович уже сидел на вахте и принимал ключи у сотрудников. Как бы ей не хотелось с ним встречаться, но придется.

Народу было не так много, видимо кто-то решил задержаться на работе. Но ей было некогда, сегодня она решила уйти вовремя. Марина отдала ключ от кабинета и пошла на выход.

– Марина Константиновна, – послышалось сзади, – а почему вы не пришли на обед?

Голос можно было узнать сразу, даже не поворачиваясь, но Маринке пришлось остановиться, чтобы ответить.

– Вы знаете, было много работы, поэтому есть особо не хотелось Ирина Григорьевна.

Марина улыбнулась и, хотела было уйти, но собеседник видимо не хотел на этом останавливаться.

– Кстати о работе. Мне очень хочется, чтобы вы ей посвящали больше времени, а свои вопросы решали вне школы.

Ирина Григорьевна подняла подбородок и с высоко поднятой головой прошла мимо Марины на выход.

Видимо директор сейчас намекала на ее утреннее чаепитие с Марией Степановной. Интересно, откуда она все про всех знает? Вряд ли библиотекарша поведала ей об этом. Раз пошла такая дилемма, нужно быть аккуратней с местными сотрудниками. Не понятно, откуда ноги растут, но Марина обязательно это выяснит, только не сегодня. Сейчас она спешила в магазин, а потом к бабе Глаше.

Марина вышла вслед за директором и отправилась в Сельпо, которое находилось рядом с медпунктом.

В магазине было людно. Стояло несколько женщин, ребятишек, человек пять и трое мужчин. Увидев ее, они поздоровались и продолжили, что-то обсуждать. Марина заняла очередь, за какой-то женщиной. Она ее не знала, но видела где-то. Хотя, к Вике в магазин многие ходят.

Когда подошла ее очередь, Марина взяла все, что задумала, положила в пакет и вышла на улицу.

Было тепло. Не сказать, что жарко, по небу плыли облака, за которыми солнце периодически пряталось. Марина повернула налево и пошла вдоль домов по улице Вишневая.

Лето почти заканчивалось, но ребятишки, которые бегали по дороге, радовались последним теплым денечкам перед новым учебным годом.

Деревья, высокие, одетые в зеленую листву, готовились к осени. Скоро местность окрасится в желтые и коричневые тона. Почти середина августа. Самый разгар заготовок на зиму.

Марина прошла половину пути и увидела проулок, между домами. Через него можно было попасть на улицу Сотейная.

Дорожка, по которой нужно было идти, была узкая, заросшая высокой травой. Видимо жильцы не спешили косить траву в этом месте. Проулок не был основной дорогой, поэтому местная администрация особо не обращала на это внимание.

Что касалось лицевой стороны домов, то тут каждый хозяин своего поместья должен был следить за подросшей травой и вовремя ее скашивать. Если этот момент упустить, то администрация выписывала штраф хозяину дома.

Когда Марина с Максимом уехали отсюда, ее муж часто приезжал, чтобы привести в порядок свой дом и убрать траву как положено. Сосед, который смотрел за всем, всегда звонил и говорил об этом.

Марина постояла пару минут, смотря на тропинку, которая вела на соседнюю улицу и вспомнила случай, когда она бежала вот именно с такого проулка от коровы с телятами.

Как-то раз пришлось идти в магазин на улицу Морская. Туда всегда привозили очень вкусные пирожные корзиночки с белковым кремом. Марина взяла небольшой поднос и отправилась. Чтобы сократить путь, она пошла именно по такому проулку.

Набрав в магазине корзиночек, штук семь, они как раз все поместились на поднос, отправилась обратно домой. Когда Марина почти подошла к своей улице, она услышала жуткий рев коровы. Кровь в жилах застыла от страха. Она встала как вкопанная с подносом в руках. Громкое мычание повторилось снова.

Что было делать и куда бежать с этими пирожными, она не знала. Впереди где-то за углом, совсем рядом шла корова, и скорее всего в этот проулок. Назад бежать, было далеко. Рядом с поворотом росло дерево, с толстым стволом, и когда животное с диким ревом показалась из-за угла, Марина начала прятаться за него потихоньку обходя по кругу.

Корова шла, медленно, смотря на нее

Марина с подносом в руках обошла дерево, выйдя на улицу Липовая, и бросилась сломя голову к своему дому, держа его, вытянув впереди себя. Больше всего, она боялась, что корова бросится следом. Забежав во двор с перекошенным от страха лицом и бешеными глазами, она плюхнулась на кресло, в беседку, тяжело дыша.

Когда свекровь спросила ее, что случилось, Марина рассказала ей свою встречу с коровой и как она с подносом бежала домой. Они тогда с мужем громко смеялись над ней. А свекровь в свою очередь рассказала, что коровы после пастбища, когда идут домой и теряют свою улицу, всегда так громко мычат, чтобы хозяйка ее нашла. Та встреча запомнилась Марине надолго.

Она передернула плечами от воспоминаний и решила все-таки идти дальше. Ей никогда не нравились такие места. Взять, например, первый день работы в школе. Когда она ночью решила пойти короткой дорогой, где на нее что-то напало. Она тогда толком не поняла, кто это был. Просто таких больших собак размером с теленка не бывает.

Хорошо, что тогда Максим успел вовремя, а то ее точно бы растерзали в клочья. Только куда потом делось это животное? Максим говорил, что не видел никого. Вообще, странная история.

Марина дошла до конца улицы Вишневая, повернула направо. Пройдя один дом, она очутилась в конце улицы Сотейная. Так. Это последние дома, но судя по рассказу Марии Степановны, избушки бабы Глаши и бабы Матрены находились ближе к озеру.

Марина покрутила головой и поняла, что улица Сотейная продолжается в сторону, чуть левее. Правда, дорога здесь была не асфальтированная. Марина повернула и пошла в сторону домов, которые находились немного дальше. Тут они не стояли вплотную друг к другу. У некоторых вообще были отдельный дом и забор.

Чуть дальше Марина увидела два перекошенных домика, которых разделял не забор, а штакетник по всему периметру. Недалеко от них находилось озеро, до него было метров двести, не больше. Наверное, старушкам из окна хорошо видно, что происходит на воде. Хотя в их возрасте разве можно что-то рассмотреть.

Маринка прошла мимо озера, где сейчас находились люди. Многие купались, хотя на дворе был август. Видимо вода еще не остыла и давала возможность отдыхающим наслаждаться купальным сезоном.

Повернувшись и посмотрев на озеро еще раз, Маринка поежилась, вспоминая тот день, когда они с Викой сюда пришли. Именно тогда, ее в первый раз потянули на дно, даже шрам небольшой остался.

До нужных ей домов оставалась несколько метров. Подходя ближе, она почувствовала, как внутри все сжимается толи от страха, толи от предчувствия чего-то нехорошего.

Вот он забор из штакетника, весь перекошенный, из старых прутьев, которые со временем превратились в сухие, черные палки. В некоторых местах зияли дырки. Где то свисали грязные подобия тряпок, которые больше походили на лохмотья.

Вдоль забора росла сухая трава, которая доходила Маринке до груди. Недалеко от калитки, росла крапива.

Было в этом месте что-то устрашающее, хотя, что еще можно было ожидать от старух, которым больше девяносто лет. В таком возрасте уже вряд ли что-то можно делать по хозяйству. Тяжело. Поэтому здесь все заросло бурьяном. Даже штакетник был перекошен.

Маринка подошла к калитке и уже протянула руку, чтобы открыть ее, как над головой прозвучало громко « Каррр». От неожиданности она подпрыгнула и одернула руку от двери. Пакет, который держала, упал на землю.

Посмотрев наверх, она увидела, что на штакетнике сидит ворона и, наклонив голову набок, смотрит на нее одним глазом.

– Фу, глупая птица, напугала меня, – Марина схватилась за сердце и выдохнула, – когда только успела прилететь.

Подняв пакет и посмотрев на ворону, она осторожно отодвинула калитку и зашла во двор.

Ее взгляду предстал небольшой, деревянный домик. Кое-где еще оставалась облупленная краска темного цвета. Если присмотреться, то в некоторых местах можно было разглядеть ее цвет. Он был темно-синим. Видимо с годами, когда ни зачем не ухаживаешь, то именно в такой вид может превратиться дом.

Дорожка от калитки была выложена из обычного камня. Она была узкая, но вполне проходимая. Марина направилась в сторону дома. Входная дверь была внутри небольшой веранды, на которой стоял старый стол на четырех ножках, небольшой диван, покрытый серым пледом и кресло качалка, на которой лежала подушка.

Поднявшись по ступенькам, Марина остановилась и осмотрелась. На веранде к потолку были подвешены какие-то пучки из трав. В этом месте воздух был другим. Он напоминал запах полевых цветов и полыни. Ну, ничего удивительного, столько трав собрано, что было бы странно, учуять запах, например духов или колбасы.

Марина подошла к двери. Она была большая, массивная, чем очень сильно отличалась от самого дома, который больше походил на развалюху.

На двери был небольшой молоточек, приваренный к самому основанию. Марина от удивления приподняла брови. Как будто в старый замок попала, где именно такие двери ставились. Ведь в то время еще не изобрели звонки и видеодомофоны.

Марина взялась за молоток и ударила им о дверь три раза. Раз уж вспомнились древние замки, то и стучать надо, как положено, было тогда, три раза. Почему именно три, Маринке запомнилось в каком-то фильме.

Отойдя от двери на шаг, она встала в ожидании. Сейчас по сценарию, дожжен был открыть дверь дворецкий, либо она сама должна открыться. Но ничего не происходило.

Марина подошла к двери и постучала еще раз. Тишина. Тогда она слегка нажала на нее, дверь поддалась и со скрипом приоткрылась.

Так, так, еще лучше. Видимо либо дома никого нет, либо сама хозяйка ее не слышит, а может и вовсе спит.

Марина шире открыла дверь.

– Баба Глаша, добрый день. Вы дома?

Ответом была тишина. Марина позвала еще раз. Никто не ответил.

Переступая с ноги на ногу, она решила все-таки зайти в дом. Мало ли. Вдруг старушке плохо или еще что-нибудь случилось и ей нужна помощь. Человеку больше девяносто лет. Всякое может быть в таком возрасте.

Марина зашла в комнату. По виду, это, скорее всего, были сени. Тут не было ни окна, ни мебели. Было темно, но свет от открытой двери падал на стены так, что можно было разглядеть сухие травы, и несколько тазиков.

Комната была небольшая. Впереди был дверной

По обстановке, которая предстала Маринке, это была кухня. Небольшое окошко, в которое почти не попадал свет, было занавешено коротенькими шторками. Возле него стоял деревянный стол, на котором лежала белая накрахмаленная скатерть, по краю которой был вышит красный орнамент. На столе стоял древний самовар и заварочный чайник. Возле стола находились три массивные табуретки. В углу примостилась печка. В комнате пахло, каким-то травяным отваром и было очень душно. Видимо совсем недавно топили печку. Она подошла, потрогала ее, теплая. Значит, все-таки топили.

Покрутив головой и осмотрев еще раз обстановку, Марина не увидела газовую плиту. Интересно, неужели она готовит еду в печи? Сейчас же 21 век на дворе. Неужели за все время нельзя было провести газ в дом.

На деревянном полу лежал длинный коврик. Марина не удивится, если под ним будет вход в погреб. Обычно в таких старых домах именно так и делают. Удобно и продукты на зиму долго хранятся. В доме ее свекрови на кухне под полом тоже имеется погреб.

Справа Маринка увидела еще один вход в другую комнату, который тоже был скрыт двумя половинками из шторок.

Слегка отодвинув одну из них, она заглянула внутрь. В комнате было чисто, но темновато. Для пяти часов вечера слишком темно. Она посмотрела по сторонам и увидела, что здесь всего два небольших окна. В них пробивался тусклый свет с улицы.

По убранству, которое тут находилось, Марина обозначила, что это зал. Возле окна стоял стол накрытый скатертью, посередине небольшой диван, а в углу кровать. На ней возвышались несколько подушечек разного размера, покрытые вязаной накидкой. Маринка помнила, что, у ее бабушки, в деревне, тоже так было. Им тогда не разрешалось не то, чтобы садиться на нее, даже близко подходить. Утром бабушка взбивала перину, покрывала ее теплым ватным одеялом, накрывала пледом, а сверху ставила несколько подушек. Нижняя была самая большая, потом средняя, а потом маленькая. Покрывала она их вязаной накидкой.

На стене в комнате висели часы с гирями и тикали. Маринка пару раз видела такие у кого-то. Когда стрелки доходили до цифр, например одиннадцать маленькая, а двенадцать большая, кукушка вылетала из окошка в часах и издавала ку-ку, равное количеству времени. Это было интересно, но не всем это нравилось. Ведь ночью, когда все сладко спят, она делала то же самое, что и днем.

В комнате было еще кресло, которое стояло недалеко от дивана, повернутое к окну. Маринка не сразу обратила на него внимание, но сейчас она уставилась большими, от удивления, глазами. В кресле кто-то сидел.

У нее по спине пробежал холодок. Она не могла видеть, кто это был, но поверх спинки кресла торчало что-то черное, а со стороны подлокотника свисала рука.

Маринка в первую минуту хотела выбежать из дома, но разум взял вверх. Надо посмотреть, кто это. Вдруг это баба Глаша и ей нужна помощь. Маринка никогда ее не видела, но другова варианта быть не могло. Дом то старушки.

Она медленно подошла к креслу. И чем ближе она подбиралась, тем четче было видно макушку головы, одетую во что-то черное.

Сделав очередной шаг, под ее ногой скрипнула деревянная половица. От неожиданности Маринка вздрогнула и чуть не уронила пакет, который все еще держала в руке.

Обойдя того, кто был в кресле, она зажала рот рукой, чтобы не закричать. Сидящей оказалась старуха. Голова ее была откинута на спинку кресла и наклонена слегка на бок. Рот приоткрыт, а из уголка губ стекала слюна. Глаза были закрыты. Судя по тому, что грудь не вздымалась, а одна рука висела вдоль кресла без движения, Маринке показалась, что старуха не дышит. Оторвав ладонь ото рта, она потянулась к ее шее, чтобы нащупать пульс.

Дотронувшись, уже ставшими от ужаса, холодными руками, Марина поняла, что баба Глаша еще теплая.

Но тут, старуха резко открыла глаза и уставилась на нее мутными глазами. Не ожидав такого поворота, Маринка одернула руку и заорала, что есть мочи. В этот момент, ей показалось, что сердце от страха упало куда-то вниз, а душа вылетела наружу.

От ее крика старуха начала шевелиться. Подняла висевшую руку и поправила платок. Глаза быстро заморгали. Маринка, которая не переставала вопить, попятилась назад и плюхнулась на диван.

– Хватит орать, окаянная, – сказала баба Глаша, – уши заложило от твоего крика.

Она поднялась, кряхтя, с кресла, а Маринка, которая только что пережила ужас, захлопнула рот и тяжело задышала.

Баба Глаша, старушка, небольшого роста, среднего телосложения со сморщенным лицом и руками от старости, маленькими глазками почти черного цвета уставилась на Марину.

На старухе были надеты теплые вязаные носки, кофта серого цвета, под которой торчал фланелевый потертый временем халат. На ногах виднелись коричневые толи колготки, толи гамаши.

Марина сидела на диване с распахнутыми от ужаса глазами и смотрела на только что ожившую старуху. Она была точно уверена, что та не дышит.

Баба Глаша изучающе посмотрела на нее и спросила.

– Ты кто ж будешь? Не видала тебя в деревне раньше.

Марина, которая все это время сидела, молча, и пыталась придти в себя хотела ответить, но из горла вырвался какой-то писк. Видимо когда орала, сорвала горло.

– Меня Марина зовут, Давыдова. Максима жена, – ответила она, прокашлявшись и приводя свой голос в нормальное состояние, – на Липовой живу.

Баба Глаша подошла поближе, прищурила глаза, а потом улыбнулась.

– Так ты Глафирки невесткой, что ли будешь?

Марина удивленно уставилась на старуху.

– А вы откуда свекровь мою знаете?

Баба Глаша пошаркала на кухню и махнула рукой, зовя за собой.

– Пойдем на кухню, чайку тебе заварю, чтобы не осипла. А то так орала, поди, сорвала связки то.

Марина не стала перечить, встала и пошла следом. Вспомнив, что принесла с собой пакет с угощением, зайдя на кухню, протянула его старухе.

– Вот, баба Глаша, конфеток, сахарку да чаю вам принесла.

Старуха повернулась к ней.

– За карамельки и сахарок спасибо, а чаек не надо было, свой завариваю, на травках целебных. Ты что же думаешь, до стольких годков дожить, это не просто так.

Марина вытащила из пакета карамельки, пачку сахара и чай. Поставила все на стол и присела на табуретку.

Баба Глаша взяла с полки коробочку, открыла крышку и вытащила оттуда сушеную травку. Закинула ее в заварочный чайник, залила кипятком, накрыла полотенцем и уселась рядом.

– Ты как вошла то? – Спросила она, поглаживая рукой скатерть. –

Маринка виновато опустила глаза.

– Так я к двери подошла, раз постучала, два, после третьего раза толкнула дверь, она и поддалась. Позвала вас, никто не отозвался. Говорили мне, что одна живете, вот и подумала, мало ли, что случиться могло. Человек вы пожилой. Захожу, а тут вы сидите, рот открыт, голова на бок, а рука вдоль кресла болтается. А самое главное, показалось мне, что не дышите. Испугалась, решила пульс прощупать, как муж учил. А тут вы глаза как откроете. Думала, от страха на месте умру. Вот и начала орать.

Марина подняла глаза и уставилась на старуху. Та сидела, хитро прищурив глаза.

– Ты откуда знала, что в дверь три раза по три надо постучать?

Баба Глаша сняла полотенчик с заварочного чайника и разлила содержимое по бокалам. Добавив кипятка из самовара, поставила на стол блюдце с медом и варенье.

Марина от такого вопроса обалдела. Что значит знала?

– Ничего я не знала. Просто подошла и постучала, а потом дверь открыла, она и поддалась.

– Ты чай пей, пока горячий. Чай у меня знатный.

Марина пододвинула бокал к себе, положила пару кусочков сахара, размешала ложкой и отхлебнула из него.

В комнате заметно потемнело, и баба Глаша зажгла пару свечей.

– А у вас разве нет электричества?

Маринка покрутила головой в поисках лампочки на потолке и выключателя на стене.

Старуха взяла свой бокал, подула в него и взглянула на зажженную свечку.

– А зачем они мне. Днем я на улице, да в лесу. Хожу, травки разные собираю, да что мать природа вырастит. Грибы всякие, ягоды. Ты вот на, варенье мое попробуй, земляничное.

Баба Глаша пододвинула пиалу с вареньем. Сразу по комнате поплыл запах сладкой ягоды. Маринка зачерпнула краем ложки землянику и засунула ее в рот, запивая чаем.

Кстати, чай оказался вкусным. Не горьким, с мятой и чабрецом. Было в нем еще что-то, но что именно Марина не знала. Никогда не увлекалась травами. Биологию в школе слабо знала.

Старуха пила чай вприкуску с карамелькой и смачно причмокивала.

– Что привело тебя ко мне? Явно не чайку пришла попить. Ко мне никто не ходит, только соседка моя заглядывает.

Марина поставила бокал и уставилась на бабку.

– Дело у меня к вам, баба Глаша. Спросить кое-что хотела, про мужика, который утонул в прошлую субботу. Дядю Ваню.

Старуха поставила стакан на стол и как-то заметно напряглась. Видно было, что не нравится ей разговор, который начала Марина.

– А тебе зачем? Вроде не родственник он тебе.

– То-то и оно, что не родственник, да только мы с Викой последние его живым видели. А в деревне поговаривают, что вы знаете, как утонул дядя Ваня.

Баба Глаша поправила платок на голове и посмотрела на Марину.

– Вот что я тебе скажу. Как утоп, не видела, но знаю, кто тому поспособствовал. Только ты вряд ли захочешь это знать. Не верят люди в это, а уж городские и подавно.

Старуха вздохнула и снова принялась за чай.

– А вдруг поверю. – Марина внимательно посмотрела на бабу Глашу. – Вы главное намекните, может это хоть как то нам с Викой поможет.

– Да как вам это может помочь. Русалок это проказы. Позабавиться решили, да утопили мужика. Ночь-то, какая была, на Ильин день. В народе знают, что нельзя в этот день на речку ходить. Нечисть свирепствует в воде. Так нет же, не верят люди, все равно идут.

Баба Глаша замолчала и повернулась к Маринке. Не увидев на лице той никаких эмоций, нахмурилась.

– Смотрю, что тебя это не удивляет. Ты не испугалась, не засмеялась, не назвала меня сумасшедшей.

Марина улыбнулась на ее слова.

– Знаете, баба Глаша, за последние дни, которые я провела в этой деревне, меня уже трудно чему-то удивить. Насмотрелась и натерпелась вдоволь. Поэтому и пришла к вам. Потому, что вы человек знающий. Не зря вас в деревне ведьмой кличут.

На последних словах Маринка осеклась. Поняла, что сморозила глупость. Как бы ни разозлилась старуха за такие слова и не выгнала ее из дома.

– Простите меня. Не хотела вас обидеть.

Баба Глаша вздохнула и уставилась в окно.

– Ничего страшного, не обижаюсь. Привыкла уже, что люди меня боятся, стороной дом обходят. Одна только Матрена и заглядывает.

Старуха повернулась к Маринке и взяла ее за руку. Подержала несколько секунд и отпустила.

– Вижу, ты тоже не проста. Есть в тебе что-то, но пока не могу определить что именно. Дверь мою запечатанную смогла открыть, ворона пройти без проблем. А ведь, сколько людей ко мне ходило, еще никому не удавалось просто так зайти.

Маринка слушала старуху и не понимала, о чем она говорит. Что в ней такого, что насторожило бы местную знахарку.

– Расскажи мне, что у тебя случилось. Понимаю, что помощь нужна, но пока не чувствую какая именно.

Марина вздохнула и начала рассказывать про то, как приехала, как в переулке ночью видела черную собаку размером с теленка, которая прыгнула на нее, но потом куда-то делась. Рассказала она и про сны, которые снились еще в городе. Про зеркало, в котором видела девушку, а потом чудовище, которое тащило ее внутрь.

Не забыла, Маринка рассказать и про озеро, когда она на Ильин день зашла в воду, а ее потащило на дно, тогда она тоже видела чудовище в виде русалки. Ну и в конце она дошла до сережек с кровавыми камнями, которые муж заставил одеть, после чего она увидела свою свекровь и та ей рассказала про какой-то дар, который Марина забрала себе. Она тогда сразу поняла, что это полный бред сумасшедшей старухи. После этих слов баба Глаша изменилась в лице, нахмурилась и покачала головой.

– Не бред это, все, правда. Знала я твою свекровь, Мариночка. Хорошо знала. Она же не из здешних мест. Откуда-то приехала. И когда появилась она в деревне, я сразу поняла, силой чужой потянуло. Помню, как пришла она ко мне. Рассказала, что хочет больше знаний, получить, которые передаются у них в семье из поколения в поколение. Говорила, дочке своей дар передаст.

Марина слушала старуху и не верила своим ушам. Видимо на ее лице отразились все эмоции разом, поэтому баба Глаша усмехнулась и добавила.

– Ни чему не удивляйся. Сережки ее, которые ты надела, были не тебе предназначены. Они силой наделены. Но

В голове у Марины от всего сказанного образовалась сплошная каша.

– Баба Глаша, а как с русалкой быть? Именно за этим я и пришла.

Старуха взглянула на нее, погладила руками скатерть и, посмотрев в окно, заговорила.

– Как я поняла из твоих рассказов, тебе учитель местный книгу дал. Вот ты ее изучи. Книга знатная, в ней все правильно описано. Сделаешь как надо, отстанет от тебя эта нечисть, а когда научишься силой управлять, вообще побоится к тебе близко подходить. Странно другое.

Баба Глаша задумалась, поглаживая подбородок.

– Что странно? Что еще страннее того, что вы мне сейчас рассказали, может быть?

Старуха повернулась и уставилась своими темными, маленькими глазками.

– Откуда эта нечисть вдруг полезла. Всегда у нас все тихо и спокойно было. Мы с Матреной следили за этим, а тут дядя Ваня утонул, да и к тебе они стали приходить. Интересно, почему к тебе и зачем им нужна твоя смерть.

Тогда Маринка решила рассказать бабе Глаше свою догадку, про девушку, которая утонула и превратилась в русалку. А до этого вздыхала по ее мужу. Возможно теперь, когда Марина вернулась в деревню, она ей решила отомстить.

– Все может быть. – Только и смогла на это ответить старуха.

Марина допила свой чай и засобиралась домой. За беседой, она совсем потеряла счет времени. На улице уже заметно потемнело.

– Баба Глаша. Спасибо вам за вкусный чай и за рассказ. Сделаю, как описано в книге. Теперь хотя бы я понимаю, что не сошла с ума и русалки на самом деле существуют.

Старуха поднялась вместе с ней и похлопала ее по руке.

– Поверь мне, бабке, которая прожила почти сто лет, это не самое страшное, что может встретиться на твоем пути. Но будь осторожна. Один промах и утащат на дно тебя эти твари. Избавиться от них можно, но делать это нужно предельно осторожно, чтобы они не почувствовали подвоха от тебя.

Старуха открыла тяжелую дверь на улицу.

– Идем, провожу тебя до калитки. А то на улице вона как стемнело. Да смотри аккуратно иди вдоль озера. Если что услышишь, не смотри и не оборачивайся. Если уж она действительно тебе за что-то мстит, то заманит в воду, сама не заметишь как.

Маринка дошла вместе с ней до калитки, поблагодарила за чай и за совет и отправилась по дороге в сторону дома.

– Заходи еще как-нибудь.

Марина повернулась, помахала рукой и заверила, что обязательно придет, как только решит свою проблему.

Баба Глаша покачала ей вслед головой и перекрестила на дорожку.

Глава 16

Выйдя от бабы Глаши, Маринка отправилась в сторону дома, переваривая все, что она сейчас услышала. К сожалению, она не познакомилась с бабкой Матреной, но что-то ей подсказывало, что все еще впереди.

На улице заметно потемнело. А ей еще необходимо покормить животных и полить цветы во дворе. Надо было поторопиться. Последнее время она боялась находиться ночью на улице.

Марина шла тем же путем, что и сюда. Проходя мимо озера, на котором уже никого не было, она краем глаза поглядывала на воду. Все-таки как сильно на нее повлияли последние события. Видения, русалки, оказывается, что и свекровь была колдуньей. Интересно, Максим об этом знает?

Когда нацепила сережки, которые ее попросил надеть муж, она увидела свою свекровь. Та как раз что-то говорила про дар. Сейчас оказалось, что баба Глаша ее знала. Давала какие-то знания.

У Марины на душе было тревожно и не спокойно. Она не понимала, откуда это идет. Вроде ничего не случилось. Баба Глаша ей сказала, чтобы она действовала по книге, которую ей дал Иосиф Кондратьевич. Интересно, она тоже его хорошо знает?

После этих умозаключений Маринка даже остановилась. Может он тоже, как ее свекровь, колдун. От таких мыслей по коже побежали мурашки. Нет, не может быть. Ей он показался обычным пожилым человеком, в меру начитанным, умным, который очень хорошо знает историю деревни и местный фольклор. Стоп. Вот именно, хорошо знает про нечисть, которая может обитать здесь.

Маринка оторвалась от своих мыслей и вздрогнула, когда над головой закричала ворона. Она пролетела очень низко, почти задевая макушку головы крыльями.

Что это было? Напугала чертовка. Ворона полетела в сторону домов и скрылась за деревьями. Марина огляделась, поняла, что стоит на месте и быстрым шагам пошла по дороге.

Уже подходя к дому, она услышала, как их собака надрывается от лая. Открыв дверь и зайдя во двор, она увидела интересную картину. Возле беседки стояла ее кошка Машка и еще одна, черная, которая последнее время очень часто тут появлялась.

Обе кошки стояли, выгнув спины, и зло шипели друг на друга. Еще немного и они точно вцепятся друг другу в глотки. В тоже время Джесси лаяла и пыталась вырваться с цепи.

Марина подбежала к этим двум бойцам и попыталась их разогнать. Черная кошка, не ожидавшая помощи с другой стороны, ловко увернулась и шмыгнула в кусты малины. Машка же побежала следом, издавая пугающие звуки. Джесси поняв, что ей ничего не светит, и она не сможет поучаствовать в битве века, досадно заскулила.

– Что у вас тут происходит? – Спросила Маринка собаку, уперев руки в бока. – Нельзя оставить одних. Всю деревню, наверное, переполошили выяснением отношений.

Собака перестала лаять и залезла в будку, высунув при этом морду, виновато смотря на хозяйку.

Маринка развернулась и пошла в дом, по пути ища ключи в своей сумочке.

Зайдя на кухню, она кинула свою ношу на диван, а сама пошла, ставить чайник. В холодильнике оставался суп, которым она собиралась покормить животных. Себе же решила сделать легкий ужин, состоящий из нарезанных овощей, и вареной гречки. Хоть она весь день ничего не ела, на ночь наедаться не следует. А то потом отрастут бока, где не надо и в количестве которые были не желательны.

Маринка вышла во двор, взяла миску собаки и кошки и вернулась обратно. В это время закипел чайник. Сейчас она покормит животных, польет цветы, а уж потом спокойно поужинает. Но спокойствие в этом доме ей только снилось.

Вопрос о том, чем поливать отпал сразу. На улице было практически темно, поэтому искать шланг, прикручивать его, и тащить к цветам не было смысла. Маринка зашла в сарай, включила свет и увидела стоящую возле загона

Она вышла и направилась в сторону бочки. Ее Максим установил, еще, когда они тут жили вместе со свекровью. Было удобно поливать, например клумбы с цветами или маленькие грядки с огурцами. На остальной огород они использовали шланг.

Бочка стояла с торца дома, в промежутке с основным огородом. Маринка подошла к ней с лейкой и посмотрела внутрь. Воды было до краев. Сама бочка была черного цвета, поэтому увидеть дно или цвет воды было не возможно. Но они всегда наливали свежую.

Взяв лейку покрепче, она окунула ее полностью в воду, засунув руку по локоть, и начала вытаскивать на поверхность. Но тут лейка перестала ей поддаваться и встала на одном месте. Было такое ощущение, что она за что-то зацепилась.

Маринка начала ее дергать, что есть силы, но та никак не хотела подниматься на поверхность. Тогда окунув вторую руку в воду, она взялась за ручку лейки и попробовала со всей силы дернуть ее наверх. Но как бы она не старалась, ничего не выходило. Да что же это такое. За что она могла зацепиться, да еще так не вовремя.

Маринка подумала, что нужно расслабить руки и не дергать ее, а потом попробовать покрутить. Наклонив лицо к самой воде, она двумя руками подвинула лейку и в этот самый момент почувствовала, как кто-то в воде схватил ее за запястье.

От неожиданности она расцепила пальцы и лейка выпала из ее рук. Этот кто-то начал тянуть ее на дно. Маринка только успела свободную руку вытащить на поверхность и схватиться за край бочки.

Силы явно были не равные, она чувствовала чьи-то когти, царапающие тыльную сторону ладони. От испуга, Маринка начала дергаться еще сильнее, упираясь при этом о край бочки. Рывок и вот ее лицо погрузилось в воду. Маринка только успела ртом схватить воздух. В темной бочке было плохо видно, но она явно ощущала присутствие чудовища, которое не раз являлось ей в воде.

Маринка дергалась, крутила головой и тут ее взору предстало безобразное лицо, то самое, с провалами вместо глаз и большой пастью с острыми зубами. Оно скалилось в плотоядной ухмылке и продолжало тянуть ее на дно.

Казалось, что силы начали покидать Марину. Последний рывок отчаянья и вот ее голова оказалась на поверхности.

Она почувствовала, как руки, которая держалась за бочку, коснулось что-то мягкое и пушистое. Она резко повернула голову, чтобы посмотреть, что это такое, но глаза щипало от воды, а лицо закрывали мокрые волосы.

Марина от испуга и беспомощности начала вырываться еще сильнее. Еще немного, как ей показалась, и рука оторвется. Было не так больно, как страшно. Но потянув еще чуть-чуть вверх, она заметила, как вместе с ее рукой на поверхности начала показываться еще одна кисть, державшая ее за запястье. Тонкие скрюченные пальцы с острыми длинными ногтями крепко держали свою жертву.

И тут, Маринка даже не поняла как, мягкий пушистый комок, который сидел на бочке и невольно коснулся ее руки, зашипел. Что-то, что она никак не могла разглядеть от стекающей по лицу воды и мокрых волос, подалось вперед и вцепилось когтями в руку чудовища. То сразу ослабило хватку и закричало жутким воплем. Маринка, воспользовавшись моментом, выдернула руку и, не удержавшись, упала на землю. Попытка отползти назад провалилась. Руки были мокрыми от воды и скользили по земле.

Маринка убрала тыльной стороной руки мокрые волосы с лица и услышала тихое причмокивание. Холодок пробежал по спине, она повернула голову туда, откуда шел звук, и шарахнулась от испуга. Руки поскользнулись в грязи, и Маринка упала на спину.

Резко сев обратно она сфокусировала свой взгляд и тяжело выдохнула. Рядом сидела Маша и вылизывала свои бока. Маринка нервно засмеялась. Потянувшись к кошке, она хотела ее взять и прижать к себе в знак благодарности, но та, словно почувствовала это, отпрыгнула назад и посмотрела, прищурив глаза.

– Маша, спасибо тебе. Ты самая лучшая.

Марина чувствовала, как ее потряхивает. Опять чудовище, опять ее чуть не утопили. Надо было с этим заканчивать. Теперь она была точно уверена, что завтра ночью пойдет на озеро, прочитает заклинание призыва и избавится раз и навсегда от этой нечисти.

Посмотрев на свои мокрые и грязные руки, а так же вымокшую одежду поднялась с земли и отправилась в дом. Надо было привести себя в порядок.

Есть расхотелось. Приняв душ и завернувшись в теплый халат, Марина налила себе чай и присела на диван.

В голове был полный бардак. Она всего неделю в деревне, а с ней чего только не произошло. Может прав был Максим, лучше ей вернуться назад, в город. Возможно, там она сходит к врачу-психологу, а может, съездит отдохнуть на море, и все встанет на свои места.

Когда все это началось? Три месяца назад. Почему ей начали сниться странные сны? Она не знала.

Ей очень хотелось рассказать все Вике, но не посчитает ли она ее сумасшедшей? Попытка рассказать обо все мужу увенчалась провалом. Ее послали к мозгоправу. Завтра подруга должна была придти в гости. Есть возможность ввести ее в свои проблемы. Но нужно сделать это как можно осторожнее, чтобы не напугать. А то решит, что деревенский воздух на нее плохо влияет.

Допив свой чай, Маринка отправилась в зал. Проходя мимо проходной, она увидела за окном сидящую кошку Машу. Она мяукала и стучала лапкой по стеклу. Улыбнувшись, Марина открыла форточку и запустила свою спасительницу в дом. Она где-то читала, что кошки чувствуют нечисть. Вроде как с некоторыми дружат. Закрыв форточку, Марина зашла в зал, расстелила пастель, сняла халат, оставаясь в одной пижаме, и легла под одеяло. Кошка, дождавшись, когда хозяйка устроится на диване, прыгнула следом и легла под бок.

Марина погладила Машу по голове, почесала за ушком и закрыла глаза. Кошка умеренно замурлыкала. Под это тарахтение Марина провалилась в глубокий сон.

***

Где-то громко звучала музыка. Повернувшись на другой бок, Маринке в глаза ударил яркий солнечный свет. Она лежала в своей квартире, на шелковой простыне. По комнате витал аромат свежесваренного кофе. Было слышно, как кто-то на кухне гремит посудой и подпевает в такт музыке.

Марина села на край кровати и засунула ноги в тапочки. Слегка болела голова. Как она тут оказалась? Еще вчера, она ложилась спать в деревне, на диване. Точно помнит, рядом лежала кошка Машка. После того, что произошло возле бочки, она явно не собиралась возвращаться в город. Хотела до конца

Она уверенна, что никому не звонила, никуда не уезжала. Пришла от бабы Глаши, хотела полить цветы и ее потянули на дно бочки.

Тут в комнату заглянул Максим.

– Доброе утро, соня. Ты на работу собираешься вставать? Завтрак почти готов.

Маринка уставилась на мужа. На какую работу? Сегодня суббота и она точно не собирается из города ездить в деревню в школу.

– В смысле? Максим, на какую работу?

Максим облокотился об дверной косяк и посмотрел, нахмурив брови.

– Ты опять себя плохо чувствуешь? Просил же тебя, сходи к врачу. Твои постоянные головные боли ни к чему хорошему не приведут.

Марина хлопала глазами, ничего не понимая. Ее не должно здесь быть. Неделю назад, она уехала в деревню, чтобы разобраться со своими снами. Но вот сейчас, она у себя в квартире, где радостно распевая, готовит завтрак ее муж, а она просыпается в своей бывшей кровати.

Марина потерла лицо руками. Ничего не понимая, она уставилась на стоящего возле двери мужа.

– Все хорошо, – сказала она дрожащим от волнения голосом, – сейчас приму душ и приду завтракать.

Максим подмигнул ей и скрылся в кухне продолжая подпевать в такт какой-то песни, звучавшей по телевизору.

Марина накинула, лежащий на стуле халат, и прошла в ванную комнату. Здесь все было как раньше, до того, как ей казалось, что она уехала в деревню. Все шампуни, крема и косметика стояли на полках. Ее любимое махровое полотенце висело на полотенцесушителе.

Может быть, ей все это просто снится? Но что-то слишком реальный сон. Марина включила воду, скинула с себя белье и встала под душ. Вода ее не пугала, наоборот, помогала приводить мысли в порядок, а также проснуться. Голова потихоньку проходила. Значит, не придется пить обезболивающее.

Она не понимала пока, что происходит. Может на самом деле, жизнь в деревне ей приснилась, а сейчас она проснулась и оказалась в реальном месте?

Выключив воду и обтерев себя полотенцем, она собрала волосы наверх и накинула халат.

На кухне ее ждал Максим. Он приготовил завтрак в виде яичницы, сделал ей любимый кофе Латте и поджарил тосты.

Сам он уже уплетал за обе щеки и что-то смотрел в телефоне.

– Ну что, – спросил он, оторвавшись от мобильника, – тебе лучше после душа?

Марина присела за стол, взяла бокал с кофе и посмотрела на мужа.

– Лучше, голова почти прошла. Максим.

Муж выгнул правую бровь дугой, как бы говоря: «Слушаю тебя».

– Скажи, пожалуйста, как я тут оказалась? Мы вроде с тобой расстались на время еще неделю назад. Я собрала вещи и уехала в наш старый дом в деревне.

На лице Максима отразилось не только удивление от того, что он услышал, но и испуг.

– Марин, ты чего? Куда уехала? Когда расстались? Ты о чем?

Он даже перестал уплетать яичницу и положил вилку на стол.

– Мы вроде в отпуск собирались.

Он встал из-за стола и вытащил из тумбочки две путевки в Турцию.

– Вот, посмотри, билеты. Завтра утром вылетаем. Ты забыла?

Марина взяла из его рук билеты и захлопала глазами. Она не помнила, чтобы они куда-то собирались.

– Извини, – она виновато посмотрела на мужа, – мне кажется, просто приснился ужасный сон.

Максим подошел сзади Марины, наклонился и обнял ее за плечи.

– Все хорошо, ты просто устала. Целый год не была в отпуске. Практически жила на своей работе. Здесь что угодно может присниться.

Максим оторвался от жены и сел на свое место.

– Так что, – улыбнувшись, сказал муж, – сейчас на работу, а вечером собираем чемоданы?

Марина улыбнулась ему в ответ, осторожно отхлебнула из бокала, боясь, что тот сейчас исчезнет и потянулась за тостом.

В голове все еще путались мысли. Неужели такое может быть? Она спала и ей снилась целая неделя жизни в деревне.

Максим допил свой кофе, встал из-за стола, поцеловал Марину в макушку вышел из кухни.

– Давай быстрее, мне сегодня надо пораньше. Давай закину тебя на работу, а потом в отдел.

После этих слов, Марина уже не сомневалась, что она дома, а все остальное было страшным сном.

День пролетел быстро. Вечером они с Максимом собрали чемоданы, а утром отправились в аэропорт, где им суждено было лететь в Турцию, на десять дней, в отель пять звезд, где все включено.

Как же хорошо на отдыхе. При отеле был большой бассейн, а само море находилось в ста метрах от проживания. На берегу, для отдыхающих стояли лежаки и зонтики. В нескольких местах оборудовали кафешки с прохладительными напитками и мелкими закусками.

Пятый день пребывания в Турции нравился все больше, Маринке. Она забыло о том страшном сне, о русалках и ведьмах. Только море, солнце и песок. Они гуляли по местным достопримечательностям, посещали шикарные рестораны и пробовали необыкновенную еду.

Они каждый день ходили на море и наслаждались теплой водой и морским воздухом. Вот и сегодня, позагорав, она решила поплавать. Максим пошел в бар за прохладительными напитками, а Маринка подошла к воде и медленно начала заходить в море. Теплая вода ласкала кожу. Проплыв от берега на небольшое расстояние, она поняла, что дна нет и, повернула обратно. Но тут, ей показалось, как будто ноги что-то коснулось. Она подумала, что возможно это мелкая рыба или водоросли. Но напряжение начало нарастать, когда это повторилось снова.

Марина, испугавшись не на шутку, начала грести руками быстрее. И тут, она почувствовала, как в ее ногу впивается что-то острое. В глазах все помутнело от страха, последнее, что она увидела, это Максима, стоящего на берегу моря с двумя бокалами коктейля.

Острая боль вонзилась в ее ногу, и вскрикнув, Марина проснулась.

Сев на постели, она тяжело задышала и огляделась. Это была не квартира, а дом в деревне, а источником острой боли, кошка Маша. Она вытянулась вдоль Марины, а свои ногти вонзила в ее ногу.

Голова была тяжелой. Мысли никак не хотели собираться в кучу. В окно светило солнце и судя по всему, было уже ближе к десяти. Марина потянулась к лежащему телефону, включила дисплей и посмотрела на время. Так и есть. Пять минут одиннадцатого. Она никогда в своей жизни так долго не спала.

Маринка откинулась на подушки и обняла лежащую рядом кошку.

– Эх, Машка, такой сон прервала. А было как будто все наяву. Море, пляж, Максим и никаких чудовищ.

Вспомнив чудесный сон, Марина зарылась лицом в подушки. Почему такое не бывает в реальности. Хотя, мы

Марина потянулась, откинула одеяло и встала, засунув ноги в тапочки.

– Ну что, спасительница, – Марина повернулась к кошке и подмигнула ей, – пошли пить кофе и завтракать.

Коша мяукнула, спрыгнула с дивана и побежала следом за ней на кухню.

Поставив чайник, Марина приняла душ, завернулась в большое полотенце и заглянула в холодильник.

– Так, что у нас тут есть?

Вытащив нарезку, батон и масло, она насыпала в бокал кофе и залила его кипятком. Закинув пару кусочков сахара, налила сливки и вдохнула ароматный напиток. Конечно, это не латте, но пить можно. Как же она скучала по кофемашине. Эти зерна, настоящие, взбитое молоко и, конечно же, сладкий сироп, который она добавляла в напиток.

Ладно, возможно когда-нибудь она купит сюда кофемашину, а пока попьет растворимый кофе.

Марина сняла полотенце, переоделась в домашний костюм, взяла тарелку с нарезкой, бокал и вышла на улицу в беседку. Машка побежала следом.

Суббота обещала быть теплой. Солнышко ласкало своими лучами, гладила по лицу. Марина на мгновение остановилась, задрала голову и закрыла глаза. Как же хорошо.

Сев в беседку, она посмотрела на собаку. Та как всегда бегала в разные стороны и гоняла наглых воробьев.

Повернувшись в сторону цветов, Марина вспомнила, что так их вчера и не полила. Ее взгляд упал на бочку. Лейка, которая вчера пошла на дно, качалась поверх воды, грозясь упасть на землю.

Странно, Марина точно помнила, что она опустила ее на дно, и она никак не могла самостоятельно выплыть наружу. Вставать и подходить к бочке, у нее не было никакого желания. Она еще не отошла после вчерашнего события.

Машка сидела рядом и умывалась. Марина наклонилась, еще раз благодарно погладила кошку за ухом и приступила к завтраку.

Сегодня полнолуние, надо приготовиться. Но для начала, она приведет дом в порядок. В последнее время ей было не до уборки.

Черт. Маринка поставила кофе на стол. Сегодня должна была придти Вика в гости. Как она могла забыть. Марина взяла телефон, и уже было собралась ей позвонить, как из смартфона полилась мелодия, ей звонила подруга. Вот, вспомни человека, он и позвонит. Как будто чувствует, что про нее думают.

– Привет Викуля, только про тебя подумала. Как дела?

На том проводе засопели.

– Надеюсь только хорошее. Доброе утро. У меня все хорошо. Ты там не передумала вечером на девичник? Выпьем вина, поболтаем о том, о сем. Мне кажется, ты что-то хотела мне рассказать.

Марина нахмурила брови, вспоминая, был ли у нее с подругой хоть какой-то намек на серьезный разговор. Но так ничего не надумав, сказала:

– Не передумала. Жду, конечно. Тем более нам действительно есть о чем поговорить.

Вика обрадовалась.

– Все, заметано. В восемь у тебя.

Марина испугалась. Какой блин в восемь. Ей в двенадцать надо быть на озере. А от Вики избавиться будет не так просто.

– Вика, давай пораньше. Может, часиков в шесть придешь?

На том проводе видимо удивились.

– Не рановато для посиделок? Или разговор будет долгим?

Маринка не знала что ответить, поэтому придумывала на ходу.

– Да нет, ничего такого таинственного в нашем разговоре не предвидится. Просто хотела пораньше лечь спать. Сегодня ночью не выспалась, сон плохой снился. Поэтому давай в шесть.

Вика не стала спорить, но Марина явно почувствовала, что та насторожилась. Поговорив еще о мужчинах и ее соседке, которая достала всех, они попрощались.

Встав из-за стола, Маринка пошла в дом. Надо убраться, приготовить, что-нибудь покушать, и ждать подругу. Она уже приняла для себя решение, что расскажет обо всем Вике. Конечно, постарается не вывалить все сразу на нее, такое трудно принять и поверить, но основную суть попытается до нее донести. Возможно та, поможет ей разобраться со всем этим.

День пролетел быстро. За уборкой и стиркой, а в перерывах приготовлением еды, она не заметила, как время подобралось к шести вечера. Только когда хлопнула калитка, и в дверь вошла Вика, Марина поняла, что пора.

Они решили посидеть на улице. Расставив на столе тарелки, и выложив мясо на блюдо, обе присели за стол.

Вика достала бутылку вина.

– Нет, не буду. Только не сегодня.

Вика удивленно приподняла брови.

– Почему ты так говоришь? Что может быть такого, сегодня, что ты отказываешься разделить со мной напиток богов.

Вика засмеялась и откупорила бутылку.

– Немного вина еще никому не повредило.

Маринка покачала головой и прежде, чем подруга наполнила ее бокал, закрыла его ладонью.

– Серьезно, Вик, извини, но я не буду.

Теперь подруга уже внимательно посмотрела на Марину. Налила себе вина и отпила из бокала.

– Давай, рассказывай. Я же вижу, что ты в последнее время какая-то другая. Перестала тебя узнавать.

Она уставилась пристально на Марину.

– Ты права. Рассказать есть что, только даже не знаю с чего начать, и не совсем уверена, что все, что я сейчас скажу, ты воспримешь адекватно.

Вика поставила бокал на стол. Сложила руки на груди и ответила.

– Начинай, а там посмотрим, как я отреагирую.

Марина вздохнула и уставилась в сторону ворот.

Рассказ ее начался со снов, которые снились еще в городе. Потом она поведала про озеро, когда они с Викой ходили купаться, на Ильин день. Про то, что ее схватили за ногу и тянули на дно. Про зеркало, про ванну и наконец, про бочку.

Не забыла Маринка поведать и про то, что это русалка ее преследует. И она считает, что это бывшая одноклассница мужа, которая после того, как утонула, стала русалкой.

Каждый раз, когда Марина начинала новую историю, которая происходила тут с ней, она видела, как подруга менялась в лице. Под конец рассказа, Вика уговорила половину бутылки вина. Ее взгляд стал слегка раскосый. За все время подруга не проронила ни слова. Когда Марина закончила говорить, то пристально посмотрела на Вику, пытаясь понять, верит ли она ей или нет. Та сидела, с круглыми от удивления глазами и молчала.

– Ну, ты подруга даешь. Не думала, что наша деревня на тебя так повлияет. Ты точно никакие таблетки не пьешь, которые вызывают галлюцинации?

Марина усмехнулась и отвернулась от подруги. Так она и знала, не поверит. Это она еще про бабу Глашу ей не рассказала.

– В принципе другова ответа я и не ожидала. В такое трудно поверить. Я и сама до последнего сомневалось в своем психическом состоянии. Но повторяющиеся события, где присутствует чудовище в виде русалки, меня стало настораживать.

Вика молчала. Она может,

– Ну, допустим, ты это все и правда видишь, – наконец отозвалась подруга, – что ты собираешься со всем этим делать?

Марина пожала плечами.

– Ты ведь знаешь Иосифа Кондратьевича, учителя по истории?

Вика кивнула головой.

– Так вот, он дал мне интересную книгу, про всякую нечисть. Там описано, как можно избавиться от преследования злой русалки раз и навсегда.

Марина повернулась к подруге и посмотрела ей в глаза, ожидая, что та что-то скажет, но Вика молчала. Она даже перестала пить вино.

– Так вот. – Продолжила Марина. – Нужно в полнолуние отправиться на озеро, в двенадцать часов ночи призвать русалку и подарить ей новую одежду. Сегодня как раз полнолуние.

Вика открыла, было, рот, но тут же его захлопнула.

– Вот и все, что я хотела тебе рассказать. В такое, конечно, трудно поверить, но это происходит со мной на самом деле. И сегодня, я хочу избавиться от нечисти, которая уже неделю меня преследует, пытаясь утопить.

Наконец подруга вышла из ступора и начала качать головой.

– Марина, ты чего удумала. Успокойся. На какое озеро ты собралась ночью. Ты, наверное, забыла, что недавно там дядя Ваня утонул?

– Вика, ты меня не понимаешь. Я не могу так больше. Я стала бояться воды. Как только приближаюсь к ней, так меня тут же хотят утопить.

– Марин, – подруга взяла ее за руку, – может тебе это кажется или вообще сниться? Ну не бывает русалок, домовых, леших. Это все сказки наших предков.

Марина убрала руку и поняла, что подруга ей не верит, и если она будет стоять на своем, то та точно не уйдет, и не дай бог останется тут ночевать. Надо было с ней согласиться, заглушить ее бдительность, чтобы та поверила Марине и спокойно ушла домой.

– Наверное, ты права, подруга, просто в последнее время столько всего навалилось. И переезд сюда и новая работа.

Для пущей убедительности Марина наклонила голову и положила Вике на плечо. Та, в свою очередь, погладила ее по голове и сказала.

– Ну конечно, скорее всего, это просто тебе все снится или, кажется. Еще и Максима рядом нет. Считай одна. Поменьше ужастиков на ночь надо смотреть.

Марина приняла вертикальное положение и зевнула.

– Ладно, что-то мы с тобой засиделись. Времени уже много. Надо спать идти. Да и тебе далеко до дома топать. Сама-то дойдешь?

Вика встала из-за стола и хмыкнула.

– А то. Идем, проводишь меня и на засов закроешься.

Вика поковыляла к калитке, Марина пошла следом. Поцеловав подругу в щеку, пожелала спокойной ночи и закрыла за ней дверь.

Глава 17

Пятница пролетела быстро, рабочий день заканчивался, но у Максима оставались еще неотложные дела.

С тех пор, как он уехал из деревни, он целыми днями проводил на работе. Уходил поздно, вставал рано. Ему надо было разобраться в этих странных смертях, которые оказались как-то связаны между собой.

Оба мужчины из одной деревни. У обоих в крови обнаружилось снотворное неизвестного происхождения. По данным криминалистов, это была трава, которая вызывала крепкий сон. Ее использовали гомеопаты в своих лечениях. Но как она могла оказаться в организме мужчин, один из которых проживал в деревне, а другой в городе, было непонятно. Тем более последний, умерший, Жуков Сергей Борисович, был отцом его одноклассницы.

Ее семья сразу после окончания школы переехала в город, и больше о ней он ничего не слышал. Поговаривали, что она утонула в речке, но это обычное стечение обстоятельств. Попала в речную воронку и ее засосало. Спасти не успели.

Дядя Ваня, судя по всему, выпил самогонку именно из той фляжки, которую спрятала его жена. Других вариантов не было. А травку ей дала якобы цыганка, которая заглянула к ним во двор. Вроде бы и нет ничего такого. В деревне часто ходят цыгане по дворам, что-то продают, что-то покупают. Некоторые предлагают услуги гадалки, но больше ничего.

Странно было другое. Куда делась фляжка с озера и как эта трава оказалась в крови Сергея Борисовича. Все эти дни Максим сопоставлял факты, делал для себя какие-то заметки. Ездил опять по месту жительства Жукова. Опрашивал во дворе мамочек с колясками, старушек на лавочках, но ничего такого, на что бы указывала его внезапная смерть, он не находил. А уж связать вместе, со смертью дяди Вани, он не никак не мог.

Времени было уже много, когда у Максима зазвонил телефон. Взглянув в экран телефона, он удивленно поднял брови.

– Привет Серега. Что-то случилось? С Маринкой все в порядке?

На проводе послышался голос участкового.

– Здорово Макс! Извини, что поздно, надеюсь, ты еще не спишь?

– Ты че, сон, на нашей работе нам только снится.

Сергей засмеялся и продолжил.

– Я вот что звоню. Все по тому же делу, с дядей Ваней. Тут появились новые обстоятельства, поэтому подумал, что может быть тебе лучше приехать?

Максим слегка напрягся. Разговор явно набирал неожиданный поворот.

– Серега, давай хотя бы вкратце, что нарыл, а завтра уже приеду и пообщаемся. Не обещаю, конечно, что это будет с утра, но приеду точно.

Участковый говорил, а Максим все шире делал глаза. Действительно, такого он точно не ожидал услышать. Поток информации потихоньку усваивался в его голове. Но завтра, прежде чем он отправится в деревню, ему нужно будет еще тут выяснить кое какие детали по смерти Жукова.

– Вот такие дела, – сказал участковый, – поэтому и прошу, чтобы ты приехал.

Максим помолчал пару секунд, обдумывая все, что сказал Серега.

– Понял тебя, интересная информация. Но и у меня кое-что есть для тебя. У нас тут похожая история с бывшим деревенским жителем. Но давай уже завтра. Мне надо кое-что проверить сначала, а потом выдвинусь к вам.

На том и порешали. Максим сбросил вызов и повернулся к монитору.

– Где же эта папка с утопленником?

Найдя нужный файл, он начал внимательно его перечитывать. Описание трупа, место, где его нашли, опрос соседей.

– Так, вот, – сказал он сам себе, – то, что искал.

Он распечатал нужный документ, прочитал его несколько раз и, свернув, положил в задний карман джинсов.

Посмотрев еще раз на дисплей телефона, отложил его в сторону. Диману звонить было поздно, лучше завтра утром. Сегодня достаточно той информации, которая у него была.

С этими мыслями Максим, взял ключи от машины и вышел из кабинета, не забыв выключить свет.

До дома он добрался быстро. В это время суток на улице

Каждый раз, когда заводился разговор об отпуске, у него всегда находилось тысяча причин, чтобы не ехать. Он мог вскочить посреди ночи и выехать на очередной труп. Марина всегда лояльно относилась ко всему, но в этот раз видимо не выдержала. Теперь придется отдыхать одному. Отпуск у него был запланирован на октябрь. Но по сложившимся обстоятельствам, придется отложить, а лучше перенести. Что ему делать в теплых странах одному, он не знал, а ехать туда без жены, он не хотел.

Квартира встретила Максима тишиной и пустотой. Последние несколько дней, он только в ней ночевал. Сняв обувь и пройдя на кухню, Максим включил чайник и отправился в душ. День был не из легких, но то, что сейчас сказал ему Серега, его порадовало. Теперь надо будет разобраться со своим делом. Для этого ему и нужен будет коллега, с которым они ведут смерть Жукова.

Постояв несколько минут под душем, Максим вытерся и обмотал полотенцем бедра.

На кухне давно вскипел чайник и он, закинув заварочный пакетик в бокал, налил кипятка. В холодильнике как всегда мышь повесилась. Лежал одинокий батон и открытая пачка с маслом.

Так как его в последние дни почти не было дома, Максим и не думал покупать продукты. В принципе на это даже не было времени.

В отделе он завтракал кофе с сухариком, если такой оставался, в обед быстрая лапша в стакане, а вечером если удастся, то можно было купить какой-нибудь хот-дог. Дома на приготовлении еды не было времени. Раньше этим занималась Марина. Максим всегда с собой на работу брал первое и второе. Но его жена теперь в его доме и живет и там же работает.

Поужинав бутербродом с чаем, Максим отправился в спальню. В комнате все еще витал запах его супруги, ее духов. Подойдя к кровати, он плюхнулся на нее и тут же уснул.

Будильник прозвенел ровно в семь утра. Максим поморщился от противного звука, повернулся и выключил телефон. Потерев лицо руками, быстро соскочил с кровати и отправился в ванную. На работу очень не хотелось, но им двигало только одно, завершив здесь дела, он отправится в деревню. Там он увидит любимую жену, проведет с ней выходные и расскажет про то, что узнал накануне вечером.

По пути он позвонила Димке, рассказал про вчерашний разговор с местным участковым и просил подъехать в отдел. Время приближалось к восьми, возможно он успеет еще выпить кофе.

Завернув по пути в пекарню, которая работала с семи, он купил несколько круассанов и двинулся дальше.

Возле отдела было мало машин. В выходной работали сотрудники, но не так как в будний день. А еще выходили те, у кого были незаконченные дела. Максим припарковался и зашел в кабинет. Включив чайник и поставив пакет с круассанами на стол, он сел на свое рабочее место и включил компьютер.

В это время открылась дверь, и зашел Диман. Он был слегка помятый. Видно вчерашний вечер пятницы прошел на ура.

– Привет Макс, – сказал он и протянул руку, – чайник горячий?

– Здорова, – ответил Максим и протянул руку в ответ, – только вскипел.

Дима подошел к столу, достал бокал, насыпал себе в кружку кофе и налил кипятка.

– Мне тоже налей, – сказал Максим, не отрываясь от монитора, – кофе.

Он протянул бокал коллеге. Димка подошел, взял стакан и поставил на стол, рядом с чайником и только сейчас заметил пакет.

– И чем у нас тут вкусненьким пахнет? – Сказал он и полез внутрь.

Максим оторвался от монитора и посмотрел на коллегу.

– В пекарню по пути заехал, круассанов купил. Угощайся, только кофе мне не забудь налить.

Дима одной рукой схватил горячую сдобу, а другой пытался сделать кофе Максиму.

– Ты что хотел, когда по телефону сказал, что срочно нужно куда-то доехать?

Максим подошел к столу, взял свой бокал и вынул из пакета круассан.

– Помнишь, ездили с тобой по делу Жукова, свидетелей опрашивали и соседей?

Димка, увлеченный поглощением булок и горячего кофе, только махнул головой и издал что-то в виде: «Угу».

– Так вот, всплыли некие новые обстоятельства, и нам надо еще раз съездить туда.

– Зачем? – Дима, наконец, прожевал и уставился на Максима. – Мы вроде в прошлый раз всех опросили.

– Сейчас тебе объясню. Похоже, наш труп переплетается с трупом деревни.

Коллега удивленно поднял бровь.

– Интересно, каким это образом?

Максим отхлебнул кофе, засунул в рот, оставшийся кусочек круасана, прожевал и продолжил.

– Помнишь, мы опрашивали соседку, и та сказала, что видела, как к Жукову кто-то приезжал?

– Ну.

– Так вот, вчера мне вечером звонил участковый из деревни, Серега, и кое-что рассказал, вкратце. Но мне этого хватило, чтобы понять, кто мог приезжать к Жукову в тот день. Поэтому нам нужно съездить еще раз к его соседке и еще раз ее опросить. Возможно, она еще что-нибудь вспомнит.

Диман поставил бокал на стол и плюхнулся в кресло за своим столом.

– Ну, хорошо, давай доедем, только что ты меня сюда-то позвал, можно было сразу на месте встретиться, возле его дома.

Максим усмехнулся в ответ.

– Ты на часы смотрел? Времени начало девятого, хочешь, чтобы с раннего утра приперлись к старушке и перепугали ее?

Диман глянул на часы на своей руке и нахмурился.

– Тем более, раз мы не собирались ехать утром, нафига ты меня разбудил в такую рань? Позвонил бы позже, когда сам собрался туда.

От возмущения Димка соскочил с кресла и подошел к столу. Налив себе еще кофе, он забрал последний круасан и сел обратно.

– Просто мне нужно было тебе все рассказать, что вчера услышал от Сереги. Тем более он обещал скинуть фото человека, который возможно приходил к Жукову накануне. С этим портретом мы и поедем к его соседке. Возможно, по фото она узнает того, кто приходил.

Дима хмыкнул.

– Ну, давай, рассказывай, что там тебе поведал деревенский участковый.

Максим сел на стул и пересказал вечерний разговор с Серегой. Через час ему пришел факс. Оторвав фото, он взял ключи от машины и они с Диманом отправились допрашивать соседку

Весь день у Максима прошел в поездках и опросе свидетелей. Они заехали еще раз к Владиславу Терентьевичу. Судмедэксперт ничего нового им не сказал, по делу Сергея Жукова.

Поблагодарив Димку, он уже собирался домой, чтобы выехать в деревню, но позвонили с дежурной части и отправили его в пригород. Всех, кто в этот день был на работе, отправили туда.

Освободился Максим поздно вечером. Он подъехал к дому в районе девяти. Собрался быстро принять душ и выдвинуться в деревню.

Выйдя из ванны, услышал, как звонит телефон. Наверное, Серега, участковый его потерял. Максим же обещал ему, что сегодня приедет, но задержался на работе. Подойдя к смартфону, он уже хотел отчитаться перед участковым, но звонивший номер его сильно удивил.

– Привет, Вика. Как дела?

На другом конце провода послышался слегка заплетающийся язык подруги его жены, а по совместительству хозяйки магазина, одноклассницы и местной жительницы деревни.

– Привет Макс. Ты где? Ты в городе? Тебе нужно срочно приехать сюда. И чем быстрее, тем лучше.

Максим слегка напрягся после этих слов. В груди слегка сжалось и стало трудно дышать. Первые мыли – это Маринка.

– Вика, что случилось? Что-то с Маринкой? Говори, давай быстрей.

Максим начал срываться на крик.

– Пока ничего, но может, если ты не приедешь. У твоей жены башню срывает.

Вика икнула в трубку и замолчала. По звуку Максим понял, что она пьет воду.

– Я только что пришла от нее. Она мне такое заливала в уши, что я ненароком подумала, что она умом тронулась от одиночества.

– Может ты, наконец, скажешь, что с моей женой.

Последние слова Максим процедил сквозь зубы.

– Не надо меня перебивать и тон свой поубавь, – ответила Вика, – у меня до сих пор мурашки по коже после ее слов.

– Ну, и? Говори, давай.

– Короче, пришла я сегодня к ней в гости. Посидели, вина выпили.

Вика сделала паузу.

– Вернее я пила, а твоя жена отказалась. Сказала, что у нее дела еще есть. Она мне начала рассказывать про сны, которые ей последние три месяца снятся, и про русалок, то есть русалку, которая хочет ее утопить.

Вика опять икнула.

– Говорит, они ее преследуют с того самого дня, когда она приехала в деревню. И вот сегодня полнолуние. Она прочитала в какой-то книге, которую ей дал наш историк, как избавиться от преследования этой русалки.

Максим слушал Вику, а в голове быстро крутились шестеренки. Толи одноклассница перепила и несет полный бред, толи она что-то не поняла в рассказе его жены.

– Максим, ты здесь?

– Да, я тебя слушаю.

– Тебя ничего не смущает? – Спросила Вика.

– Смущает. Ты пьяная?

– Господи, боже мой, – недовольно пробурчала она, – о чем ты думаешь? Я тебе говорю, что твоя ненормальная жена, помешанная на рассказах какой-то книги, собралась ночью на озеро, совершить какой-то ритуал.

– Это понятно, что за ритуал, она тебе говорила?

– Якобы русалка эта, покойная Верка, которая утонула и превратилась в монстра, чтобы ее утопить.

Максим после этих слов слегка напрягся.

– А причем тут она? И вообще, с чего вдруг моя жена приплела сюда нашу с тобой одноклассницу?

На проводе засопели.

– Вика! Говори!

– Ну, – замялась та, – рассказала я Маринке про то, что когда-то Верка по тебе сохла. Но это когда было? Сто лет назад.

Максим тяжело вздохнул.

– Дальше что? С чего ты решила, что Маринка на озеро собралась.

– Так она сама сказала мне. Но я сначала решила ее отговорить, но поняла, что бесполезно, поэтому, когда пришла домой, сразу тебе позвонила.

Вика снова икнула.

– Максим, пожалуйста, приезжай. С твоей женой действительно что-то не так. Мне кажется, она пойдет на это озеро. Как бы беды не случилось.

Пока Вика говорила, Максим уже натягивал майку и джинсы.

– Понял тебя. Выезжаю.

Он взял ключи с комода и побежал вниз к машине. Времени было уже много. Лишь бы он успел.

Глава 18

Проводив подругу, Маринка начала собираться. Надо было взять кое-какие вещи с собой. Она приготовила новый сарафан и положила его в пакет.

Время приближалось к одиннадцати ночи. За окном было уже темно. Для похода нужно что-то удобное, поэтому она надела спортивный костюм с капюшоном, бежевого цвета и приготовила белые кроссовки.

В Маринкином гардеробе не было темных вещей, поэтому пришлось наряжаться в то, что есть.

Достав из шифоньера маленький рюкзачок, она положила туда спички, небольшой фонарик, нитки с иголкой, правда последнее Марина взяла на всякий случай, и маленькую бутылку с водой. Пакет с сарафаном свернула и положила сверху.

Так. Время есть, нужно еще раз просмотреть книгу, в которой было описано, как избавиться от преследования русалки. Теперь Маринка точно не сомневалась, что это именно она.

Последний раз, эту девушку, которая поменяла свою внешность и пыталась ее утопить, она видела в бочке с водой. И зачем ей понадобилось к ней подходить. Могла полить цветы из шланга или вообще утром. Вспомнив последнее появление монстра, Марина передернула плечами и поежилась. Она не была уверена на сто процентов, что это та самая девушка, которая когда-то бегала за ее мужем.

Школьная влюбленность часто проходит, когда молодые и глупые люди, просто думают, что это навсегда. Но приходит время, и многие находят своих половинок, с которыми живут и заводят семью.

Маринка надела кроссовки и вышла во двор. Небо было звездное. Светила огромная круглая луна. Она слышала, как где-то поют сверчки. Сегодня было полнолуние, самое время, когда нечисть вылезает из своих укромных мест, чтобы творить зло. Эту информацию, она тоже прочитала в книге, которую ей дал Иосиф Кондратьевич.

Собака вылезла из будки и посмотрела на хозяйку. Маринка нагнулась и погладила Джесси по голове.

– Что, моя хорошая, скоро вернусь. Надеюсь, все пройдет гладко.

Она повернулась и пошла к калитке. Выйдя на улицу, Маринка закрыла дверь и двинулась в сторону озера. На улице стояла тишина. Правда, где-то еще было слышно, как разговаривают деревенские жители.

Чтобы никого не встретить по пути, Марина решила идти вдоль домов. Здесь росли высокие деревья и кустарники, за которыми, в случае чего, можно было спрятаться.

Пройдя несколько домов, она увидела, что в ее сторону едет машина. Фары светили тускло, это говорило о том, что автомобиль был еще далеко.

Марина юркнула в ближайшие кусты и присела на корточки. Неожиданно начала лаять собака. Видимо что-то почувствовала, когда она зашуршала в кустах.

Марина услышала, как за спиной, скрипнула входная дверь дома и на крыльцо кто-то вышел.

– Кто здесь? – Послышалось со стороны дома.

Маринка затихла. Ей казалось, что она даже перестала дышать. Только было слышно сердце, которое громко ударялось о ребра.

– Фу. Перестань. Нет никого, чего надрываешься? – Сказала вышедшая женщина. – Перебудишь всех. Вот окаянный.

После этих слов она зашла в дом и захлопнула за собой дверь. Собака полаяла еще немного и успокоилась.

Марина вздохнула и расслабилась. Пронесло. Как раз в этот момент мимо проехала та самая машина, которую она увидела вдалеке.

Подождав, когда та отъедет на приличное расстояние, Марина выбралась из кустов и отряхнула с себя прилипшие сухие листья. Так она долго будет идти, надо бы поторопиться.

Марина снова двинулась в сторону озера. Было темно, но луна освещала путь. Пройдя до поворота, она снова остановилась. Ей показалось, в траве что-то или кто-то шуршит.

Сняв рюкзак со спины, она достала из кармана фонарик и посветила в ту сторону, откуда издавался шум. В траве, под деревом сидело семейство ежиков и что-то жевало.

Маринка тихонько засмеялась. Вот она трусишка. Эти маленькие колючие комочки проголодались и вышли в поисках еды. Она часто слышала от местных, что в деревне по ночам во дворах бегают ежи. Многие их прогоняли с участка, потому что большие особи могли лакомиться не только ягодами и фруктами, но и маленькими цыплятами, утятами и другой птицей.

Зря кто-то думает, что ежи питаются постной пищей. Они имеют довольно острые зубы, которыми могут пережевывать не только яблоки, желуди, грибы, но и мышей, птенцов, жуков. Ежи считаются хищниками, хоть и маленькие.

Видимо в лесу для них не хватает еды, вот они и прибегают поближе к людям. Марина посмотрела на них еще раз и выключила фонарик. До озера оставалось метров пятьсот.

Пройдя несколько домов, она свернула на тропинку. Вдалеке показались деревья, которые окружали озеро. Марина немного приубавила шаг, почувствовав, как по спине поползли мурашки. Она очень боялась встретиться лицом к лицу с чудовищем, которое все это время пыталось ее убить.

Подойдя поближе, она увидела, как по поверхности озера стелется туман. Он не был похож на тот, который она видела раньше. Этот был густой, как тянущийся кисель, который охватывал не только поверхность воды, но и берег.

Марина осторожно подошла к краю спуска к озеру. На поверхности ничего не было видно, только белые клубы, словно большие щупальца, пытались дотянуться до поверхности обрыва. Медленно растекаясь, подбирая под себя все лежащее у него на пути.

Марина поежилась. Какое странное явление ночного тумана, да еще и при яркой луне. Обычно в тумане не видно ничего, даже неба, а тут, он полностью охватил озеро, кусты, камыши и деревья.

Маринке стало страшно, сердце начало бешено колотиться. И тут она поняла, что на берегу стоит гробовая тишина. Не слышно ничего, как будто какой-то фильм поставили на паузу. Не квакали лягушки, не плескались рыбы, даже сверчки молчали. Самое интересное, даже ветерка не было. Зато туман двигался и тянулся по берегу подгоняемый чем-то.

Марина начала аккуратно спускаться к берегу озера. Туман как будто почувствовал ее приближение, начал волноваться. То поднимался клубами выше, то опускался и тянулся к спуску.

Подойдя ближе, она почувствовала, как холодная дымка охватила ее ноги. По спине пробежали мурашки. Маринке показалось, что стало как-то прохладнее. Посмотрев вниз, она не смогла разглядеть свои кроссовки. Туман был таким густым, что казалось, до него можно было дотронуться, и он останется на руках.

Сняв со спины рюкзак, она достала из него пакет с сарафаном, листок с призывом и спички.

Марина не знала с чего начать. Руки дрожали, сердце бешено стучало. Вынув из кармана телефон, она посмотрела на время. Было без пятнадцати двенадцать. Еще немного и нужно начинать призыв.

Как же получилось так, что она вляпалась в эту странную и нереальную историю? Никогда в своей жизни Марина не верила во всякую чертовщину. Да, любила мистические рассказы, но, чтобы в реальности столкнуться с чудовищем, просто выходило за пределы ее разума.

В детстве, бабушка часто рассказывала истории, про леших и водяных. Как они заманивали людей в лес или болото. Была даже какая-то история, связанная с лешим.

Ее бабушка жила тогда в другом городе, в деревне. Еще маленькой девочкой они с подругами гуляли в лесу, грибы собирали. Раньше было не страшно отпускать детей одних в лес, да и времена были другие. В деревнях особенно. Что вырастили на огороде, то и ели. Так же собирали, что мать природа подарит. Так вот, одна подружка зашла далеко в лес и потерялась. Ее тогда всей деревней искали. Старушки местные говорили, что ее леший увел и себе оставил. Очень уж ему хотелось, чтобы внучка с ним жила.

Местные решили изловить его и убить. Но лешего не так-то просто было поймать. Мужики взяли вилы, топоры, у кого были ружья, прихватили и их. Ходили они по лесу долго. И вот однажды на опушке увидели землянку, в которой была дверь. Начали мужики подходить ближе, но тут на лес начал опускаться туман. Он как белый густой дым обволакивал все на своем пути.

Сначала из вида пропала землянка, ее накрыло полностью туманом, потом он начал приближаться к мужикам. Медленно разделил мужиков друг от друга. Те кружились на месте и не видели ничего дальше вытянутой руки. Только было слышно, как некоторые из них кричат.

Тут туман начал рассеиваться так же быстро, как и пришел. Вот тут взорам и предстала страшная картина. Несколько человек лежали мертвые все в крови. У кого-то была выдрана глотка, у кого-то выдавлены глаза и свернута шея. Один мужик сидел возле дерева, держась руками за голову, и раскачивался из стороны в сторону.

Те, кто остался в живых начали тормошить его и спрашивать, что случилось. Мужик поднял на них испуганные глаза. Он начал кричать и плакать как безумный. «Он сказал, чтобы мы больше не приходили, иначе всех нас убьет». Про кого мужик говорил, от него не смогли добиться.

Вернулись домой не все. Тела погибших доставили родственникам, а того мужика отправили в больницу. Он тронулся умом. После этого в лес на поиски пропавшей девочки никто не ходил.

Но самое интересное, когда туман рассеялся, сторожка пропала, как будто ее и не было на этом месте.

Маринка вспомнила эту историю и по телу пробежала волна страха. Хотя она всегда считала, что это просто сказки. А тут русалки. Почему их видит только она?

Она посмотрела на время,

Марина встала лицом к озеру, развернула листок и начала читать призыв. После первого раза туман начал странно себя вести, то, как волны поднимался вверх, то опускался на озеро. После второго чтения призыва, туман резко поднялся вверх и растворился, оставив за собой гладкое черное озеро и мертвую тишину.

Марина на мгновение остановилась, но отступать было поздно, осталось прочитать один раз и все. Она посмотрела на заклинание и дрожащими губами продолжила.

Проговорив последнее слово, Марина замерла в ожидании. Ничего не происходило. Она постояла еще несколько минут и наклонилась, чтобы положить в рюкзак листок, как вдруг, вода в озере начала волноваться. Поднялся ветер. Он качал деревья и подгонял воду к берегу. Марина стала прикрывать лицо руками.

Неожиданно посередине озера начала образовываться воронка. Она сначала медленно закручивала воду, потом быстрее и быстрее. Неожиданно все прекратилось.

Марина стояла на берегу и смотрела на темное озеро, в котором отражалась луна.

Вдруг вода, в том месте, где была воронка, взметнулась вверх и из нее появилась девушка. Она начала медленно выходить из воды. Стройная, со светлыми волосами и венком на голове, девушка шла в сторону берега.

Выйдя из воды на половину, она остановилась и посмотрела на Марину. Ее бледное лицо с большими глазами как-то странно рассматривали ее. Девушка наклонила слегка голову и начала изучать Марину. Как рентген, сканируя взглядом каждую частичку ее тела.

По телу Маринки пробежал холодок. Она отступила на два шага назад, не зная, как поведет себя новая знакомая. Девушка стояла на месте, не двигаясь, только с мокрых волос стекала вода и капала в озеро.

Маринке показалось, что та настроена агрессивно, поэтому, не теряя времени, она схватила пакет, вытащила из него сарафан, развернула и выставила перед собой в полный рост.

Девушка улыбнулась уголками губ и медленно пошла к берегу. Марина аккуратно, чтобы не вспугнуть девицу, положила платье возле воды и отошла на пару шагов назад.

Пока та шла, Маринке казалось, что время замедляется, как в фильмах ужасов. Минуты тянулись с каждым шагом. Вокруг стояла оглушительная тишина. Сама же Маринка старалась не дышать и не делать резких движений. Пока что.

Когда девушка подошла ближе настолько, что в воде были видны ее щиколотки, она нагнулась и потянулась к сарафану.

Тут Маринка поняла, что медлить не стоит. Если она не схватит венок сейчас, то вряд ли ей представится другая возможность. Она засунула руку в карман кофты, нащупала там зажигалку, зажала ее в руке и приготовилась.

Выбрав момент, когда девушка дотянулась до сарафана, не выходя из воды, Маринка рванула вперед, вытащив при этом руку с зажигалкой, схватила венок с головы и потянула на себя.

Он легко поддался, но при этом несколько волос все-таки зацепились и дернулись с головы русалки. Девушка, не ожидавшая подвоха, резко рванула назад, забыв про принесенный подарок.

Ее внешность резко начала меняться. Волосы из светлых превратились в болотного цвета пакли. Лицо вытянулось, превращаясь в череп обтянутой кожей, вместо глаз темные провалы, а вместо носа две дырки. Длинные руки-палки и худые пальцы с острыми ногтями, но самое главное рот. Губ не стало, только большое отверстие с острыми зубами в два ряда, которое она открыла, издавая при этом жуткий крик.

Маринка быстро начала чиркать зажигалкой, но та никак не хотела зажигаться. Руки дрожали, мысли путались.

Со стороны озера послышался всплеск воды. Марина посмотрела в ту сторону, где только что стояла девушка в новом обличье, но там никого не оказалось.

Она опустила руку с зажигалкой и начала вглядываться в озеро. Но то, было гладкое как зеркало. Ни всплеска, ни волн, как будто его покрыли чем-то гладким и оно не двигалось.

Сарафан, который она принесла, так и остался лежать на краю берега. Маринка посмотрела по сторонам и двинулась потихоньку к воде. В одной руке у нее был венок, в другой она сжимала зажигалку.

Присев на корточки возле платья, она тихонько прикоснулась к нему. Как говорилось в книге? Подаришь платье новое, получишь взамен дар или волшебный предмет и тогда русалка от человека отстанет. А чтобы раз и навсегда, то надо сорвать с головы венок и сжечь его.

Блин. Венок. Она так испугалась, что совсем забыло про него.

Маринка хотела было уже встать, но тут резко из воды что-то выплыло, схватило ее за лодыжку и потянуло в воду.

Вскрикнув от неожиданности, Марина упала на спину, но успела перевернуться.

Она не видела того, кто ее тащил, но чувствовала холодное прикосновение и что-то острое, царапающее ногу.

Сомнений не было, это была она. Русалка.

Маринка услышала позади себя громкий крик, от которого заложило уши, обернувшись на мгновение, обомлела. В озере в сторону берега плыли еще два чудовища. Она тут же вспомнила свой сон, где было три девушки. Теперь они объявились на помощь своей подруге.

Времени не было, нужно срочно сжечь венок. Сзади ее снова дернули, но уже с тройной силой потащили за ногу в воду. Маринка начала цепляться одной рукой за траву, которая росла на берегу, но которой было не так много, а второй пыталась зажечь зажигалку.

Брыкаясь и отпинывая одной ногой того, кто ее тащил, она всеми силами пыталась оторваться от чудовищ. Но у нее плохо получалась. Она чувствовала, как вода дошла ей почти по пояс, еще немного и она полностью окажется в озере.

Барахтаясь, она чиркнула зажигалкой еще раз и та, наконец-то зажглась.

Маринка поднесла огонек к венку и в тот момент, когда ее резко дернули, она подожгла его и кинула на берег.

Последнее, что она увидела, когда ее потащили вглубь озера, это огонь, который потихоньку превращал сплетенные полевые цветы в пепел.

Марина почувствовала, как холодная вода поглотила ее с головой. Одежда тут же намокла и тянула на дно.

Марина чувствовала, как ее держат за ногу и тащат все глубже. Она изворачивалась, пыталась отталкиваться второй ногой, но силы явно были не равные.

Воздух в легких заканчивался, а мутная вода с песком щипала глаза. Она заметила краем глаза, что вокруг нее плавают русалки. С безобразными лицами они скалили зубы и пытались схватить Маринку за одежду.

В какой-то момент, ей показалось, что это конец. Легкие начинали болеть от нехватки воздуха, голова кружилась. Она из последних сил пнула свободной ногой того, кто ее держал, и о чудо, русалка ослабила хватку, что дало возможность Маринке освободить свою конечность и поплыть

Еще немного и она почти вынырнула из воды, но это было на доли секунды. Маринка успела только набрать в легкие воды и ее снова потянули на дно. Сил больше не было бороться.

Она уходила вниз, в самую глубину, вытянув руки вверх, смотря сквозь воду, на круглую луну и понимала, что больше ей не выбраться.

Маринка вспомнила свою маму, как та умерла, когда ей было всего девятнадцать лет. Она сильно болела, в последнее время. У нее остался отец и младшая сестра. Но самое главное, у нее есть муж. Пусть последнее время у них были сложные отношения, но она его любила.

Маринка всегда мечтала умереть в старости, чтобы у нее были дети, внуки. Она и предположить не могла, что вот так оборвется ее жизнь. Хотелось еще многое сделать, но видимо судьба такая штука, что не предугадаешь, где ждать конца.

Когда в легких закончился воздух, ее сознание начало меркнуть. Она видела, что вокруг нее кружатся монстры-русалки, скалясь зубастой улыбкой. Видимо они радовались новой победе, новой утопленнице.

Перед тем, как окончательно потерять сознание, она сквозь приоткрытые глаза увидела образ свекрови, а в голове прозвучал ее голос: «Рано тебе еще».

После этих слов что-то резко дернуло ее за руку, и громкий крик на мгновение вернул Маринку в сознание.

Она почувствовала, как голова вынырнула из воды, схватила ртом воздух и потеряла сознание.

***

Морщась от боли и выплевывая воду с привкусом тины, Марина закашлялась. Из легких не прекращала выходить вода. Она откинулась на спину и попыталась открыть глаза. В темноте, да еще и от воды с песком, взгляд никак не мог сфокусироваться, зато до ушей доносились знакомые голоса.

– Марина, открой глаза, посмотри на меня.

Мужской голос звучал так близко, чьи-то руки тормошили ее и одновременно гладили по голове.

– Маринка, безмозглая твоя башка, а ну приходи в себя.

Визгливый голос ворвался в мозг мелкими иголками и забарабанил по оболочке. Его Маринка узнала сразу. Это была Вика.

Окончательно придя в себя, она приподнялась на локтях и закрутила головой. Ее слегка мутило от привкуса воды, и кружилась голова. Марина чувствовала, как мокрая одежда липнет к телу. Хоть было и не холодно, ее потряхивало.

Она посмотрела сначала на подругу, потом повернула голову и уставилась на мужчину, который ее придерживал за локти.

Это был Максим. Марина попыталась улыбнуться, но глаза предательски защипало, и слезы покатились по щекам.

– Ну, мало нам воды, еще ты давай здесь слякоть разводи, – пробурчала подруга, но в тоже время пододвинулась к Маринке и обняла ее, не смущаясь, что та вся мокрая и грязная.

От наполнявших чувств Марина заплакала. Вика подхватила этот марафон и зарыдала в голос. Только Максим сидел все так же и гладил жену по мокрым волосам.

Ночь была ясная. Луна освещала озеро. Где-то тихонько плескалась рыба.

Потихоньку Марина начала успокаиваться. Она почувствовала, как где-то под штанами, в районе щиколотки сильно болело и щипало. Наверное, поцарапалась.

Она освободилась от объятий подруги, и посмотрел на берег озера. Сарафана нигде не было, зато на том месте в небо тонкой струйкой убегал дымок. Легкий ветерок разбрасывал по берегу пепел, оставшийся после сгоревшего венка. Получилось, промелькнуло у Марины в голове.

Глава 19

Маринка попыталась открыть глаза. Голова почти не болела, но жутко хотелось пить. Во рту все пересохло, отдавало чем-то неприятным, гнилым. Она хотела сесть на диване, но чьи-то руки не дали ей это сделать, придержали за плечи.

От неожиданности, что рядом кто-то есть, она распахнула глаза. Резкий солнечный свет резанул по ним, и Марина непроизвольно зажмурилась. Захлопав быстро ресницами, она попыталась сконцентрировать свой взгляд на том, кто сидел рядом. Это плохо удавалась. Что-то холодное коснулось ее лба.

Окончательно открыв глаза, она увидела рядом Максима. Он сидел на краю дивана и смотрел на нее хмурым взглядом. Лицо его было сосредоточено и одновременно испугано. Марина пыталась понять, как он тут оказался. Но вспомнив озеро, русалку и то, как она чуть не утонула, а муж ее спас, логично было догадаться, что это он ее сюда привез.

– Привет, – она попыталась улыбнуться, но получалось плохо. Губы не слушались.

– Ну, привет, любительница ночных прогулок.

Максим оставался все таким же напряженным, а взгляд суровым.

– Можно попросить тебя дать воды. В горле все пересохло.

Максим молча, встал и пошел на кухню. Маринка огляделась и поняла, что она дома, лежит на своем диване, в пижаме, накрытая одеялом. За окном светит солнце, значит, времени уже много. Она попробовала найти свой телефон, приподнялась на локте, но в голове застучали маленькие молоточки, сразу стало больно и Марина, со стоном, упала обратно на подушку, прикрыв глаза.

Максим вернулся через пару минут со стаканом воды. Приподняв голову жены так, чтобы ей было удобно, поднес бокал ко рту. Марина взглянула на него из-под ресниц, но отказываться от помощи не стала. Сделав несколько небольших глотков, она легла обратно на подушку.

– Как ты здесь оказался?

Максим поставил стакан на тумбочку и сел на диван рядом с женой.

– Можно встречный вопрос. Какого черта ты поперлась на озеро еще и ночью? Тебе разве не говорили, что купаться в темное время суток, да еще одной, плохо?

Максим не кричал, но говорил на повышенных тонах. Марина виновато смотрела на него, и молчала. А что она могла сказать? Ей никто не верил, даже подруга решила, что она сошла сума.

– Ели бы не Вика, не лежать тебе сейчас здесь в своей пастели, а кормить рыб на дне озера. Господи, – Максим хлопнул себя ладонью по лбу, – объясни, зачем тебе понадобилось ночью идти на это дурацкое озеро? Ты забыла, что совсем недавно там утонул дядя Ваня?

Марина попыталась подняться, чтобы возразить и попытаться все объяснить, но голова закружилась и она легла обратно на подушку, закрыв при этом глаза.

– Хотела избавиться от русалки, которая преследует меня уже неделю и пытается утопить, – процедила Марина, лежа все так же с закрытыми глазами.

Она не хотела видеть, после этих слов, насмешливый взгляд мужа. Но он молчал. Она приоткрыла глаза и посмотрела на Максима. Он сидел все там же, только смотрел не на нее, а на свои руки, сцепленные в замок и о чем-то думал.

– Марин, когда позвонила Вика и сказала, что ты собралась на озеро для какого-то ритуала, я поначалу подумал, что это шутка, но она говорила серьезно. Как я понял

Максим повернулся и посмотрел на жену.

– Ты осознаешь, что если бы я не успел, ты могла погибнуть? Ты это понимаешь?!

Последние слова Максим выкрикнул с такой болью, что Маринке стало не по себе.

– Когда мы подъехали к озеру, увидели небольшой дым, поднимающийся к небу. Сначала подумали, что ты что-то жжешь, чтобы согреться, но когда вышли из машины, и подошли ближе, я увидел что ты на середине озера, уходишь под воду. Бросился к тебе. Не знаю, как я только успел. Ты была уже на дне и не двигалась.

Максим говорил все это с такой горечью в голосе, что у нее сжалось сердце от жалости к мужу. Она поняла, что испытывал он в тот самый момент.

– Вытащив тебя на берег, привели в чувства. Вика позвонила фельдшеру. Наталья Ивановна по телефону сказала, чтобы везли тебя в медпункт, но ты отказалась, и пришлось везти тебя домой. Ты не помнишь?

Марина покачала головой.

– Последнее, что помню, это как меня схватили за ногу и потащили в озеро, а потом на дно.

Максим посмотрел на жену и сдвинул брови к переносице.

– Кто потащил? Там еще кто-то был?

Марина скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на мужа.

– Да. Там была та самая русалка, которая на протяжении недели пыталась меня утопить. Я понимаю, что ты мне не веришь, но это действительно была она. Когда меня тащили на дно, мне показалось, что она была в тот момент не одна. С ней были еще две подруги. Такие же страшные и мерзкие.

Было видно, что муж в шоке от ее слов и не верит ни чему, что она сейчас говорит.

– Марин, когда я нырнул за тобой, там никого не было. И когда побежал в воду, не было ни единого намека на то, что тебя кто-то тащит на дно. Было такое ощущение, что ты доплыла до середины и просто перестала держаться на плаву.

Тут уже пришлось Маринке удивляться. Она все прекрасно помнила. И призыв и русалку. Помнила, как положила сарафан на землю возле воды. Русалка потянулась за ним, а она сняла с нее венок и успела поджечь.

– Максим, скажи, – сказала она взволновано, – а вы когда подошли к воде, там горело что-то, возле берега?

Муж подумал несколько секунд и сказал.

– Вроде что-то тлело, мы же дым увидели издалека. Но когда я бросился в воду, мне было уже не до этого. Мысли крутились только об одном, как бы успеть тебя вытащить со дна.

– Ну, а как же дядя Ваня? Он же тоже не сам утонул, его русалка утопила. Даже баба Глаша участковому об этом сказала.

Максим усмехнулся.

– Когда ты успела познакомиться с местной легендой? Она же древняя и мысли у нее неадекватные. Маразм уже начался, вот и говорит всякую чепуху. А со смертью дяди Вани мы уже разобрались. Как и предполагалось, она естественная, никакого криминала. Смерть по неосторожности и любви к горячительным напиткам. Но давай позже. Тебе надо позавтракать и немного поспать. Наталья Ивановна сказала, что ничего серьезного. Глубокая царапина на щиколотке, синяк на голове, ну и воды ты наглоталась.

Марина вытащила ноги из-под одеяла, и уставилась на одну из них. Правая была забинтована. Боли она не ощущала, но под повязкой нога слегка горела. Вот тебе и подарочек от русалки. Зато говорили, что дар даст или волшебный предмет. Вот он, твой подарок волшебный. Глубокий след на всю жизнь.

– Максим, а где Вика?

– Подруга твоя пробыла с тобой до трех ночи, пока я не отправил ее домой, уверив, что сам за тобой присмотрю. Наталья Ивановна ушла вместе с ней. Но ты не переживай, она отоспится и обещала придти после обеда. Кстати. Вечером подтянется еще Серега. Как раз расскажет тебе подробно о смерти дяди Вани. Послушаешь и поймешь, что там нет ничего сверхъестественного.

Максим поднялся с дивана, поцеловал жену в лоб и со словами: «Давай, спи», вышел из комнаты.

Марина повернулась на бок и закрыла глаза. В голове вертелась одна приятная мысль. Венок она все-таки сожгла. Успела. Значит, это мерзкое чудовище должно было исчезнуть. С этими мыслями она провалилась в глубокий сон.

***

Сколько она проспала, Марина не знала, но когда открыла глаза, солнце в окно не светило, а ушло на другую сторону дома, значит, было где-то часа четыре.

Она сладко потянулась и прислушалась, на кухне кто-то разговаривал. Так тихо, что слов было не разобрать. Марина приподнялась на диване, и хотела, уже было встать, но в проходной послышались приглушенные шаги. Кто-то шел к ней. Она легла обратно на подушку и прикрыла глаза. Сквозь маленькие щелочки Марина видела, что в комнату вошел ее муж, а следом, за спиной, маячила Вика.

Максим тихонько сел на край кровати и убрал волосы с лица Марины.

– Давай буди ее. Времени уже много, потом ночью не уснет. – Послышался шепот подруги.

– Может пусть еще поспит, ей и так досталось. – Ответил в свою очередь Максим.

Наступила тишина. Марина сначала подумала, что они потихоньку ушли, но шагов она не расслышала, поэтому решила открыть глаза.

Приподняв веки, она обнаружила, что оба собеседника находятся рядом и смотрят на нее. Марина улыбнулась, глядя на них, и попыталась привстать.

– Лежи, лежи, не вставай, а то голова закружится. – Сказал муж.

Вика же, подошла к креслу, которое стояло в углу, и придвинула его ближе к дивану. Сев в него, она укоризненно посмотрела на Маринку и сказала:

– Проснулась? А мы уже хотели тебя будить, бесстрашная ты наша.

Маринкина улыбка сползла с лица. Она поняла, что ее подруга злится на нее.

– Это же надо было додуматься пойти одной на озеро ночью и в одежде нырнуть в воду!

Вика возмущенно качала головой.

– Вика, ну не злись. Я не хотела никого пугать, просто что-то пошло не так. Но я не поняла что именно.

– В голове у тебя бардак, вот и все.

Подруга обиженно отвернулась к окну и засопела.

– Ты как себя чувствуешь? – Спросил Максим.

Марина посмотрела на мужа, поняв, что он не злится больше, как ее подруга, взяла его за руку.

– Со мной все хорошо, правда кушать хочется.

Вика тут же повернулась к ней, ее взгляд стал мягче.

– Ну, раз есть хочет, значит, совсем поправилась. Я там супа куриного сварила, горячий еще. Подняться сможешь или тебе сюда принести?

Маринка засмеялась, приподнялась,

– Больше так не пугай меня, – выла Вика, – что я без тебя делать буду?

Максим смотрел на эту воющую компанию и качал головой.

– Хватит, а то потоп сейчас будет. Мало вам озера? Пойдемте на кухню, скоро Серега подойдет.

Он встал с дивана, а Марина, с Викой разлепившись друг от друга, поднялись следом, вытирая слезы радости на глазах.

На кухне Вика начала суетиться. Она достала из холодильника нарезки, разложила в тарелку, нарезала овощи, фрукты, хлеб. Оказывается, пока Маринка спала, подруга сбегала к себе в магазин, набрала кое-чего к столу. Налила суп в чашки и поставила перед каждым. Про себя, конечно, тоже не забыла. Только они взялись за ложки, как услышали, что собака начала лаять.

Максим посмотрел на жену, но та пожала плечами, мол, никого не жду. Он слегка подался вперед, но когда входная дверь открылась, и показался участковый, тут же расслабился.

Сергей был одет в обычную обтягивающую майку синего цвета, которая подчеркивала его спортивную фигуру, и джинсовые бриджи ниже колен. Зайдя в дом, он поздоровался со всеми.

Вика, которая уставилась на него своими большими глазами, даже ложку на место положила от изумления. Было видно, что подруга залюбовалась фигурой участкового. Скорее всего, он почти не снимал свою рабочую форму, поэтому в обычной одежде его видели редко.

Маринка слегка толкнула подругу и показала глазами на свободный стул. Та кое-как отвела взгляд от участкового, заулыбалась и соскочила со своего места.

– Серей Тимофеевич, – залебезила она, – не желаете ли с нами откушать? Я суп сварила, на курином бульоне.

Подруга сияла как начищенный чайник, что даже Максим глядя на нее, выгнул бровь в удивлении и усмехнулся.

– Спасибо, Виктория Владимировна, не откажусь. И чаю, если можно.

Подруга забегала, засуетилась, а участковый сел рядом с Максимом.

Когда все пообедали, вся дружная компания переместилась на улицу в беседку. Туда Вика и Марина принесли бокалы с чаем, фрукты, конфеты, печенье и варенье. Последнее подруга принесла из дома.

– Ну что дамы, – сказал участковый, – хотите услышать, от чего умер дядя Ваня?

Вика, которая отхлебнула горячий чай, отставила бокал в сторону и уставилась на Сергея Тимофеевича.

– Конечно, хотим. А то вся деревня судачит про убийство, да еще нас к нему приплели.

Вика нахмурила брови и повернулась к Маринке.

– Макс, ты все узнал в городе что хотел?

Сергей повернулся к нему, заодно положил в свой чай пару ложек варенья.

– Да, спасибо тебе за фото. Соседка утопленника даму опознала. Говорит, что когда та входила к Сергею Борисовичу, она лица не видела, только что-то черное из одежды промелькнуло в дверях. Но пожилым людям дома же не сидится, они все норовят на улицу, сплетни пособирать, соседей пообсуждать, вот тут и вспомнила тот день.

Вика с Мариной переглянулись друг с другом, но ни одна, ни другая не понимали, о чем эти двое говорили.

– Максим, – первая отреагировала Маринка, – может вы и нам, поведаете, кто такой Сергей Борисович и какое отношение он имеет к дяде Ване?

Максим отхлебнул из своего бокала и повернулся к участковому.

– Ну что, давай ты, начинай, а я, если что подхвачу.

Сергей, засунул печенье в рот, запил его чаем, отряхнув руки, скрестил их на груди и начал рассказывать.

– Наверное, все вы знаете, что когда мы нашли дядю Ваню, он странно выглядел.

Участковый посмотрел на Вику. Та кивнула головой и передернула плечами, вспоминая тот ужас на озере, когда она подошла чуть ближе к трупу.

– Во-первых, было не понятно, почему он лежал с открытыми глазами и перекошенным лицом. Во-вторых, как он мог оказаться в другом месте, ведь рыбу он ловил на обрыве, там же мы и нашли его удочку, она плавала воле берега.

Сергей потянулся к бокалу и отпил из него чай.

– Сразу, определить причину смерти было трудно. Но по порванной рубашке и многочисленным царапинам первое предположение, его убили.

Вика ахнула и закрыла рот ладошкой.

– Но, – участковый взглянул на нее, – нужно было дождаться результатов вскрытия. Что мы и делали. Как раз в эти дни приехал Максим, что мне очень облегчило расследование. По понятным причинам, он был заинтересован в раскрытии этого дела.

Сергей посмотрел на Марину и продолжил.

– Так вот, когда пришли результаты анализов, мы узнали, что в крови дяди Вани обнаружили снотворное растительного происхождения.

– Это как? – Встряла Вика со своим вопросом.

– Это значит, что есть такая травка, которая хлеще снотворного действует на человека и пить ее надо в маленьких дозах. Но это еще не все. Недавно нам пришло еще одно заключение, где было сказано, что помимо этой травки, в крови был обнаружен галлюциноген, который можно получить из особых грибов. В наших краях такой продукт невозможно найти. Он вроде растет где-то на Алтае. Но я сейчас не об этом. Вопрос, как эта горючая смесь попала в организм дяди Вани?

Максим отхлебнул чай и перебил Сергея.

– Кстати, то же самое обнаружили в крови Сергея Борисовича и тети Лили, только у первого было в больших дозах, а у второй совсем немного.

Марина посмотрела на подругу и спросила:

– Кто такой этот Сергей Борисович и, причем тут тетя Лиля?

– Давайте по порядку, – ответил участковой, – сейчас объясним, как они все связаны между собой.

Допив свой чай, он поставил бокал на стол и посмотрел на собаку, которая гоняла воробьев.

– Тут вообще все очень интересно. Версии были разные. И что жена дяди Вани его отравила, и что конкуренты постарались, ведь она самогонкой торгует. Но потихоньку мы с Максимом начали выяснять, откуда ноги растут. Марин, вовремя твой муж приехал, переживал за тебя вот и подключился. Потому что все указывало на вас двоих. Дурех.

Участковый покачал головой.

– Ладно, не об этом сейчас. Съездили мы к Настасье Петровне, нужно было выяснить кое какие детали про ее мужа. Спросили, во сколько ушел, трезвый ли был, что брал с собой. Она сказала, что проводила его днем, и ушел он трезвый. Вроде как не пил. Но по заключению криминалистов, в его крови был алкоголь. Напрашивается вопрос, либо она соврала, либо он на рыбалке выпивал. Тогда я ей сказал, что при вскрытии было обнаружено еще одно вещество, которое вызывает крепкий сон, то есть снотворное, но не таблетки, а травка специальная, самодельная.

– Конечно же, тетя Настя сначала

– Тогда мы с Максимом попросили показать эту фляжку, – продолжил Сергей, – и она повела нас в комнатку, где и готовит это горючее пойло, которое потом продает.

Серей усмехнулся, вспомнив тот день, и как тетя Настя не хотела их туда вести.

– Обыскали мы все, но фляжки так и не нашли. Зато Максим заметил, что на полках стояли бутылки с самогонкой и в одной из них цвет темнее, чем в остальных. Вот если бы не он тогда, то мы точно еще долго бы возились с этим делом и делом Жукова.

После упоминания знакомой фамилии Вика вздрогнула.

– Какого еще такого Жукова?

Сергей повернулся к ней и сказал:

– Помнишь, Жуков Сергей Борисович у нас тут с семьей жил, потом они в город переехали, так вот, это его в городе нашли мертвым возле воды. Он так же лежал с перекошенным лицом, в порванной одежде и поцарапан в нескольких местах. Глаза были открыты. Короче, точь в точь как наш дядя Ваня.

Вика ахнула и прикрыла рот рукой.

– Так это отец Верки, одноклассницы Максима? Она ведь тоже утонула.

Сергей кивнул головой, а у Марины, от услышанного, похолодели руки. Вот так дела. Это не может быть совпадением. Вика посмотрела на нее.

– Что с тобой, Марина? Все нормально? Ты бледная, какая-то сидишь. Плохо стало? Давай в кровать пойдешь.

Максим соскочил и подошел к жене.

– Нет, – ответила она, – все хорошо. Давайте продолжим. А то мы так и не узнаем, отчего умер дядя Ваня и этот, ваш, Жуков. Тем более, мне интересно услышать, каким боком здесь замешана тетя Лиля.

Максим внимательно посмотрел на жену и спросил:

– Точно? Может лучше прилечь.

Марина взглянула на мужа и покачала головой.

– Все хорошо. Правда, не переживай.

Максим сел на место, а участковый продолжил.

– На чем я там остановился? А. Вот. Получается, что фляжка, в которую тетя Настя перелила снотворное, исчезла. На месте преступления ее не было, но мы не учли тот факт, что рыбачил он в другом месте. И сразу не осмотрели его. Изломали всю голову, что и как, пока нам не помог случай с тетей Лилей.

Сергей усмехнулся.

– Никогда не любил пьющих женщин, но в данном случае именно они нам и помогли в раскрытии преступления.

Сергей потянулся к варенью, но Вика его опередила и пододвинула вазочку поближе к нему.

– Спасибо. – Поблагодарил он ее. – Прибегает утром ко мне директор школы Ирина Григорьевна, и говорит, что тетя Лиля пропала. На работе нет, школа закрыта. Завхоз бегал к ней домой, но дочка сказала, что она в семь утра прибегала, что-то взяла и убежала. Так что дома ее нет. Ну, заявление писать никто не стал. Директор не позволила. Тетя Лиля работала у них в школе давно. То, что выпивала, знали все, но на работу всегда приходила трезвая.

– Может еще чайку? – Спросила Вика, перебив участкового.

Тот кивнул, и она побежала в дом. Через пару минут принесла чайник и заварку, поставив все на стол, села на место.

– Пошли мы втроем еще раз к дочери тети Лили, начали расспрашивать, у кого из своих собутыльников она может быть. Та назвала нам пару имен, ну мы туда и отправились.

Марина улыбнулась.

– У тети Моти вы ее нашли, нам с Катериной завхоз рассказал. Он еще очень долго возмущался.

– В точку, именно там. Но была одна странность. Мы ни одну, ни другую разбудить не смогли. На столе стояла литровая бутылка самогона, но выпили они всего половину. Понятное дело, что от такого количества так сильно не уснешь. Отвезли мы тетю Лилю домой. На следующий день, когда она проспалась, выяснили, что тетя Мотя, весь вечер названивала ей и звала отметить новую покупку. Та до последнего терпела, но когда подруга позвонила в начале седьмого, не выдержала и побежала к ней. А домой она забежала за закуской. Дочка ее в то время еще спала, поэтому не видела, что та взяла.

– Ужасно конечно. Как ее еще на работе держат. Ведь знают, что пьет. Тем более рабочее место оставила. Не могла еще часок посидеть, а потом бухала бы, сколько ей влезет. – Сказала Вика.

– Ну, пусть со своими сотрудниками Ирина Григорьевна разбирается. Вообщем пришла она к Моте, а та бутылку достала и какую-то фляжку, в которой по ее словам, был алкоголь.

– А почему она так решила и где она эту фляжку взяла? – Тут же среагировала подруга.

– Из фляжки, по словам тети Моти, к которой я позже наведался, пахло самогоном. Начали выяснять, где она ее взяла. Оказывается, в день, когда возле магазина Настасья Петровна орала, что ее мужа убили, она тоже была там. После осмотра места преступления, мы уехали, а тетя Мотя отправилась на озеро и нашла там эту фляжку. Понюхав, поняла, что в ней еще есть самогон и пошла домой. Только потом, когда Вика рассказала, что он рыбачил на горке возле кустов, наши ребята отправились осматривать это место. Но кроме удочки и окурков ничего, конечно же, не нашли.

– А что дальше, как умер то дядя Ваня и, причем тут Жуков? – Вике не терпелось побыстрее все узнать.

– Мы забрали у тети Моти эту фляжку и выяснили, что это та самая в которую тетя Настя перелила снотворное. Получается, что дядя Ваня, пока не было его жены, зашел в комнатку, где Настасья Петровна гнала самогон, и решил взять немного с собой. Ну, какая же рыбалка без выпивки. Ничего такого, куда бы отлить напиток, не было и он начал шарить по углам. Тут ему на глаза и попалась его фляжка, но она была чем-то наполнена. Тогда дядя Ваня, отлил из одной бутыли самогон сразу в несколько, тем самым опустошив ее наполовину. Содержимое фляжки перелил в полупустую бутылку, а потом из других долил к себе, от чего получилась полная тара, которую он и взял на рыбалку. Вышло, что сонная трава перемешалась с алкоголем и попала сразу и в бутылку с самогонкой и во фляжку. А чтобы его жена

– Получается, – перехватил Максим рассказ в свои руки, – что дядя Ваня, на рыбалке выпил больше половины фляжки и начал засыпать. Но как вы помните, Серега говорил, что в крови еще был галлюциноген. Дальше можно только догадываться. Скорее всего, от выпитой гремучей смеси, дядя Ваня начал видеть что-нибудь странное, возможно он от этого и упал в воду, поцарапался, порвал одежду и нахлебался воды. Остается вопрос, как он оказался на том месте, где вы отдыхали. Скорее всего, это останется тайной, но мы предполагаем, что его выкинуло на берег водой. Так он и остался лежать с открытыми глазами и перекошенным лицом от страха.

– Мы когда забрали фляжку у тети Моти, отправили сразу ее на экспертизу. Оказалось, что это та самая. В ней остались компоненты сонной травы и галлюциногенных перетертых грибов.

Марина, которая все это время слушала, не перебивая, все-таки решила спросить.

– Получается, что они обе выпили из этой фляжки и уснули? А почему у них не было галлюцинаций?

– Им просто повезло, – ответил ей Сергей, – и нам тоже. А то было бы еще два трупа. Когда тетя Мотя нашла фляжку, то там оставалось меньше половины самогона, который и так был смешан с алкоголем. Она принесла ее домой и содержимое вылила в свою бутылку с самогонкой. От этого получился более слабый концентрат и ослабил действие. Получается, что они просто крепко уснули.

– Ну, это понятно, – опять встряла Вика, – а как это все связано с Жуковым?

– Тут получается тоже интересная история. Сергей Борисович когда-то дружил с дядей Ваней. Но когда он с семьей переехал в город, практически не виделись. А после того, как утонула его дочь, он начал сильно пить. Жена с ним развелась, они продали квартиру, и он купил себе маленькую однушку. Когда умер дядя Ваня, его жена Настасья Петровна поехала в город по делам, но прихватив с собой бутылку самогона. Она приехала к Жукову, так как ее муж с ним дружил и хорошо его знал. Решила, что Сергей Борисович должен об этом знать, а бутылку прихватила, чтобы помянуть мужа. Тело то ей на тот момент еще не отдали. Приехав к нему, они умудрились поругаться, и женщина в гневе ушла, а Жуков один уговорил эту бутылку. И тут самое интересное.

Максим замолчал и посмотрел на жену с Викой.

– Когда наши криминалисты исследовали остатки содержимого, то обнаружили такой же препарат, как и в крови дяди Вани.

Вика выпучила глаза от удивления, даже Марина выгнула брови дугой.

– Как же так? Откуда он его взял? – Задала вопрос подруга.

– Ну, это интересная история. Я когда об этом узнал, позвонил Сереге. Он сходил к Настасье Петровне и выяснил, что та действительно в тот день ездила в город и заходила к Жукову и привозила ему самогон. Просто так получилось, что она схватила именно ту бутылку, в которую перелил снотворное дядя Ваня. Я тогда еще заметил, что на полках стоят бутылки одинакового цвета, а вот одна отличается. Именно ее и выпил Сергей Борисович. А как вы сами догадываетесь, что доза там была большая. Скорее всего, у него начались те же галлюцинации, и он от испуга ночью выскочил во двор. Тетя Настя выпить не успела, так как они поругались.

– А как он в речке то оказался? – Теперь спросила Марина.

– Так он живет рядом, поэтому и побежал к воде. Сейчас мы уже этого не узнаем, можно только предположить.

Максим замолчал, допил свой чай и посмотрел на жену.

– Когда Серега рассказал мне вкратце про фляжку и тетю Лилю, тогда я и вспомнил про эту бутылку у Настасьи Петровны, которая отличалась от других. Попросил его выслать фото жены дяди Вани и поехал еще раз к соседке Жукова. Она ее и опознала. Как входила не видела, а вот когда сидела возле подъезда на лавочке, то увидела, что вышла женщина во всем черном. Всех жильцов в доме она знала, а эту видела впервые. Когда я рассказал все Сереге, он отправился к ней и все выяснил. Вот такая вот история.

Максим подошел к Марине, взял ее за руки и посмотрел в глаза.

– И ни каких русалок. Обычный человеческий фактор, от которого никто не застрахован.

Марина вырвала руки и отвернулась от мужа. Пусть и дальше не верит, ей все равно.

– А что теперь будет с тетей Настей? – спросила Вика.

Участковый сцепил руки в замок и положил их на стол.

– Ничего такого. Возможно, получит условно, за непреднамеренное использование препаратов не по назначению, которые повлекли к смерти по неосторожности. Она же не виновата, что ее муж напился травки, которую она спрятала. Да еще из-за него утонул Жуков. Но то, что она больше не будет гнать самогон, это факт. Смерть мужа послужило ей большим уроком. Жалко конечно мужика, но все мы когда-нибудь будем на небесах, только не хочется, чтобы таким вот способом.

Сергей откинулся на спинку лавочки и посмотрел на часы.

– Ничего себе, мы заболтались. Время почти одиннадцать. Пора и честь знать. Завтра утром на работу. С отчетом о проделанной работе в город поеду.

Поднявшись из-за стола, он протянул руку Максиму.

– Ну что, дружище, спасибо за помощь.

Тот протянул руку в ответ и похлопал участкового по плечу. Вика, которая тоже соскочила, вдруг спросила.

– Сергей Тимофеевич, может, вы проводите меня домой? На улице темно уже, страшно.

Видно было, что она специально с ним заигрывает. Вика никогда его не называла по имени и отчеству. Но судя по улыбке участкового, ему это нравилось.

– Конечно, Виктория Владимировна, провожу. Пойдемте, а то людям тоже отдыхать надо.

Они, взявшись за руки, отправились к калитке. Когда за ними закрылась дверь, муж повернулся и удивленно посмотрел на Марину.

– Что это было сейчас?

Она пожала плечами и рассмеялась.

– Ладно, надо тоже идти в дом. Завтра на работу, поэтому пора ложиться спать.

Максим посмотрел на жену недовольным взглядом.

– Ты завтра на работу собралась? Марина, тебя вчера из воды вытащили, ты еще не отошла, да и Наталья Ивановна сказала, что тебе пару дней нужно отлежаться.

Марина поднялась с лавки, взяла бокалы со стола и, повернувшись, сказала:

– Давайте я сама буду решать, что мне делать. Спасибо тебе, что не дал утонуть, но дальше твоя помощь мне не нужна. Если ты в город собираешься завтра, где тебе ложиться спать, ты знаешь.

После этих слов, она повернулась

Он решил остаться на ночь в доме, присмотреть за женой, а утром, рано, отправится в город.

Эпилог…

Маринка сидела на работе и уже целый час просто пялилась в монитор. Мысли никак не могли собраться в кучу. Выходные прошли ужасно. После всего произошедшего, она чувствовала себя гадко. Мало того, что чуть не утонула, так еще опять поссорилась с мужем. А это он спас ее, вытащил из озера.

Максим уехал рано утром, Марина еще спала и даже не слышала, как он ушел. Она проснулась и начала собираться на работу. Голова не кружилась, только небольшая слабость, но это не помешало ей отправиться в школу.

По пути она встретила Наталью Ивановну, фельдшера, послушала от нее много «хороших» слов, о том, что нужно было еще немного побыть дома. Заверив ее, что чувствует себя неплохо, и обязательно будет следовать всем указаниям, которые она дала, быстро скрылась в дверях школы.

Сейчас же она сидела на своем рабочем месте и пыталась начать работать. В дверь постучали. Марина резко повернулась.

– Проходите.

Ручка повернулась, и в проеме показался Иосиф Кондратьевич.

– Доброе утро, Мариночка. Можно к вам?

Он как всегда топтался на одном месте, стесняясь зайти без приглашения.

– Конечно, входите, – Марина показала рукой на стул, – присаживайтесь.

Учитель истории зашел, сел на указанное место и снял очки с лица. Достав, как всегда платок из внутреннего кармана, начал их протирать. Надев обратно очки на нос, улыбнулся.

– Как у вас дела?

Марина с интересом посмотрела на него. Знает ли он, что с ней произошло или пока никто не донес эту информацию до здешних ушей.

– Спасибо, все хорошо. Вот, после выходных никак не могу сосредоточиться на работе.

Иосиф Кондратьевич улыбнулся.

– Наверное, хорошо их провели. Вы еще молоды, вам свойственно отдыхать, как хочется, это мы, уже в своем возрасте менее подвижны и стараемся больше времени проводить дома за телевизором.

Марина смотрела на учителя и понимала, он ничего не знает. Значит и в школе никому неизвестно, что с ней произошло. Слава богу, а то насочиняли бы сейчас с три короба.

– Иосиф Кондратьевич, я вам книгу принесла. Спасибо большое. Очень интересная и познавательная.

Марина достала пакет, вынула из нее тяжелую ношу и положила на стол перед историком.

– Надеюсь, вы нашли в ней то, что искали?

Он взглянул на Марину и поправил очки.

– Нашла, только знаете что? Когда я у вас спрашивала что нужно сделать, чтобы избавиться от русалки, вы сказали, преподнести ей что-то из одежды, но забыли упомянуть про венок.

Учитель сдвинул брови к переносице и задумался.

– Какой венок? Не понимаю вас.

– Ну, венок русалки. В книге было еще написано, что нужно снять с ее головы венок и сжечь его, тогда уж она точно от вас отстанет.

Марина смотрела на учителя и улыбалась, а у него от ее слов глаза делались все больше. Он даже как то странно толи ахнул, толи тихо чертыхнулся.

– Мариночка, вы о чем? В этой книге не может быть написано такого. Потому что ни в коем случае нельзя приближаться к русалке, а уж тем более срывать с нее венок. Она обозлиться на человека и утащит его на дно.

Теперь пришло время ей удивляться. Она схватила книгу и начала листать ее, ища нужную страницу.

– Ну как же, вот, я сейчас вам покажу. Именно тут я вычитала про это. Еще удивилась, почему вы мне об этом не рассказали.

Марина нашла то, что искала и начала водить пальцами по строкам. Но как она не вчитывалась, как не перелистывала страницы и потом возвращалась обратно, не могла найти нужного предложения.

Она подняла на историка удивленный взгляд.

– Что такое? Вы что-то вспомнили?

Марина покачала головой.

– Нет. Но я точно знаю, что когда принесла книгу домой, сразу села ее читать и там, было написано, что нужно призвать русалку и стянуть с нее венок.

– Так, подождите, деточка. Что значит призвать? Кого и куда?

– Ну как кого? – Марина начала злиться. – Русалку конечно. Тут еще были слова призыва.

Она еще раз посмотрела на книгу, перечитала заново и поняла, что ничего тут не найдет. Только интересно, куда все это подевалось. Она же точно помнит, что переписывала слова на листочек. Так. Стоп. А куда она его дела? Марина на минуту задумалась и вспомнила, что он остался на берегу озера и скорее всего его там уже нет.

– Деточка, – позвал ее Иосиф Кондратьевич, – с вами все в порядке? Вы как то побледнели.

Марина вышла из раздумий и посмотрела на историка.

– Да, все хорошо. Наверное, я перепутала. Недавно просто смотрела фильм ужасов и видела, как русалку призвали, а потом убили.

Учитель покачал головой.

– В вашем возрасте лучше смотреть романтические комедии или сериалы про любовь. Я так понимаю, вам больше эта книга не нужна?

Марина покачала головой.

– Нет, спасибо. Если вдруг когда-нибудь понадобится, могу ли я у вас ее еще раз взять?

– Конечно, деточка, без проблем.

Иосиф Кондратьевич поднялся со стула, взял книгу и направился к двери.

– Не забудьте, в половину первого спуститься на обед.

Он улыбнулся, поправил очки и вышел из кабинета.

Марина откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди и задумалась. Настроения продолжать работу больше не было. Посидев так немного, она решила вечером заглянуть к бабе Глаше. Очень хотелось поговорить с ней, рассказать обо всем.

***

Когда закончился рабочий день, Марина быстро сложила свои вещи в сумку и выскочила из кабинета. Попрощавшись с учителями, которые стояли внизу возле входа, она вышла из школы. Интересно, ключи у нее забрал завхоз, значит, тетя Лиля еще не вышла на работу, либо ее все-таки уволили. Хотя, это не ее дело.

Завернув в магазин и купив пакет карамелек и пачку печенья, Марина отправилась в сторону дома бабы Глаши. Проходя мимо озера, она почувствовала странный холодок между лопаток. Что-то неприятное кольнуло где-то внутри. Буквально позавчера она была тут и чуть не утонула. Все-таки непонятно, почему в книге не оказалось слов призыва. Марина точно помнила, что она переписывала их на листочек.

В какой-то момент ей захотелось пойти к озеру и осмотреть берег, на котором она оставила сарафан и скорее всего, уронила листок. Но повернув голову в сторону гладкой, поверхности воды, она

Марина остановилась, и начала всматриваться в кусты, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь. Вдруг, над головой что-то пролетело с громким криком. Маринка от испуга дернулась и даже присела, прикрывая голову рукой. Когда шум прекратился, она посмотрела наверх и увидела, как в сторону дома бабы Глаши летит ворона. Вот чертовка, в который раз она ее пугает.

Марина решила больше не задерживаться, и быстрым шагом пошла дальше.

Дойдя до знакомого штакетника, она открыла калитку и вошла внутрь. На крыльце дома стояла баба Глаша и что-то делала. Марина, улыбаясь, пошла к ней.

– Добрый день, – сказала она, – а я вот к вам, с гостинцами.

Баба Глаша посмотрела на Марину, поправила платок на голове и рукавом вытерла лицо.

– Здравствуй, дочка.

Бабка жестом показала на лавку за столом и Марина сев, поставила принесенный пакет на стол, где лежала куча трав.

– Знала, что ты ко мне скоро придешь, но не думала, что сегодня. Случилось чего или просто так зашла?

Марина посмотрела на бабу Глашу и улыбнулась.

– И просто так, проведать, и кое о чем спросить хотела.

Бабка вытерла руки о подол и сказала:

– Ну, коли так, пойду, самовар поставлю.

Она ушла, а Маринка начала рассматривать растения, разложенные на столе. Что-то было ей знакомо, некоторые цветы видела впервые. Они были разложены пучками, но не одни и те же, а по веточке разных растений. Как будто бы делали сбор трав. Марина взглянула на стену дома. Там висели такие же пучки, только уже подсохшие. Она вытащила из пакета печенье и карамельки. Через некоторое время из дома вышла баба Глаша с двумя бокалами, из которых шел пар и восхитительный аромат.

Поставив бокалы на стол, она взглянула на угощения, которые принесла Марина.

– Вот спасибо, порадовала старушку.

Баба Глаша села напротив, отодвинув травы в сторону.

– Ну как дела? Рассказывай. Была на озере? Видела свою преследовательницу?

Марина вздрогнула после этих слов. Интересно, откуда она знает про то, что она ходила на озеро?

– Именно по этому поводу и хотела с вами поговорить.

Бабка взяла свой бокал, подула в него и отхлебнула.

– А что тут говорить. Раз пришла, значит живая, не утащила она тебя к себе на дно.

Марина тоже взяла бокал, вдохнула ароматный чай, который пах травами, но пить не стала, поставила обратно на стол.

– Ваша, правда, чуть не утянули меня на дно. Муж спас. Вытащил. Только я вот одного не пойму. В книге, которую взяла у историка, было четко написано, что русалку нужно призвать и снять с нее венок, поджечь и тогда она от тебя отстанет. Но когда я ему ее отдала, все это куда-то делось. Может я что-то напутала или мне показалось.

Марина задумчиво посмотрела на бабку. Та, молча пила, чай, с карамелькой и судя по виду, о чем-то думала.

– Вот что я тебе скажу. Правда в том, что русалку призывать не надо и никакой венок снимать с ее головы тоже. Еще больше обозлиться она. Достаточно положить на берег новое платье. Странно другое. Откуда в этой книге, про которую ты говоришь, взялось такое описание?

Марина слушала бабку и удивлялась. Вот откуда она может все это знать. Неужели правда, что про нее в деревне говорят, и она с дьяволом дружит.

– Не смотри так на меня, – сказала баба Глаша, усмехнувшись, – когда то и я читала эту книгу. Ничего удивительного в этом нет.

Марина скромно улыбнулась и схватила стакан.

– Да нет. Вы извините меня, просто сразу в голову полез рассказ, о том, что про вас говорят. Но честно, я так не думаю.

После этих слов она быстро прильнула к бокалу с чаем.

– Деточка моя, я уже не в том возрасте, чтобы думать об этом. Вон, – она кивнула головой в сторону разложенных трав, – разноцвет собираю и сушу их. Очень полезная травка, от болезней всяких.

Марина виновато опустила глаза. Такая милая старушка, хотя она ее видит второй раз, но как будто знает очень давно.

– Баба Глаша, мне недавно снился сон, как будто было все наяву. Я проснулась в своей квартире, рядом муж. У нас было все хорошо. Никаких чудовищ. Мы поехали отдыхать на море. Это было божественно. Но потом я проснулась и вернулась в реальность, где мне пришлось встретиться лицом к лицу с русалкой. Это было ужасно. Я от страха чуть не умерла. Да я и так чуть не утонула, если бы не Максим. Иногда мне кажется, что это все какой-то дурной сон.

Баба Глаша пила чай и смотрела на Маринку. Потом она улыбнулась уголками губ и спросила:

– Сон то понравился, про море?

Маринка вздохнула.

– Конечно. Как такое может, не понравится. Обычная жизнь с мужем в своей квартире. Как все нормальные семейные пары выезжают отдыхать. И при этом никаких страшных снов.

Баба Глаша поставила допитый чай на стол, вытерла губы ладонью и уставилась на нее.

– Мариночка, все это у тебя могло быть. Но ты приехала сюда, взяла чужой дар и попала в вереницу нехороших событий. Чай я тебе тогда налила с травками, которые успокаивают душу и сердце. Чтобы человек, который спит беспокойно, мог выспаться. Но тебе ко всему прочему еще и сон приснился, о том, что могло бы быть.

Марина не совсем понимала, что ей сейчас говорят. Но точно помнила, что именно в этот день, после выпитого тут чая ей снилось, что она дома и живет счастливой жизнью со своим мужем.

– Баба Глаша. Как же так? Мне очень хочется, чтобы у меня все было хорошо, но я не знаю, как быть. Да и что за дар, про который вы опять говорите, я не понимаю.

– Со всем этим тебе придется разбираться самой. Тут я тебе не помощница. Но если нужен будет совет, приходи. Двери в мой дом для тебя всегда открыты.

Неожиданно послышался шум крыльев и карканье птицы. Марина повернула голову и увидела, как к ним подлетел ворон и сел неподалеку, уставившись на нее одним глазом.

– О, прилетел, проголодался, поди. Сейчас накормлю.

Марина перевела изумленный взгляд на бабку.

– Эта ваша птица?

– Моя. Он еще маленьким из гнезда выпал и поранил один глаз. Я его выходила. А он остался здесь. Не стал улетать. Вот так и живем вместе. Ну не считая, соседки, которая часто приходит.

Бабка улыбнулась. Достав, из-под стола мешочек, она вынула из него какие-то

– Спасибо за чай, баба Глаша, – сказала Марина, – пойду я. А то скоро начнет темнеть, а мимо озера, после последних событий, как то страшно идти.

Она поднялась из-за стола и спустилась с крыльца. Бабка поднялась следом и пошла, проводить Марину до калитки. Обняв старушку, она уже было вышла за ворота, но бабка остановила ее.

– Послушай, что я тебе скажу. Научись справляться с тем, что взяла. Не научишься, так и будешь всю жизнь маяться. А то, что русалка тебя пыталась убить, это странно как-то. Даже я с таким не сталкивалась. Совет дам тебе. Не снимай сережки. Не простые они, видимо. Если помощь нужна будет или совет, помогу. Приходи.

Баба Глаша еще раз обняла Маринку и, отпустив, перекрестила ее.

– Иди с богом, дочка.

Маринка улыбнулась и отправилась в сторону дома. Над ней с громким криком пролетел ворон.

Баба Глаша посмотрела ей вслед и заметила, как за Мариной тянется еле заметное, красноватого цвета, мерцание.

– Это не хорошо, – пробормотала она себе под нос и пошла в дом.