Твари морские

Глава 1

Эль Капитано

Город грехов Лас-Вегас, город-мечта, город-мираж посреди бесплодной пустыни Мохаве, штат Невада, как и полвека назад не засыпал ни на минуту, невзирая ни на какие глобальнее катаклизмы и чужие войска на Западном побережье.

Циклопический гостиничный комплекс «Цезарь Палас» на Южном бульваре был переполнен постояльцами, как в лучшие времена. По понятным причинам теперь здесь останавливалось гораздо меньше американских плэйбоев, однако их место заняли стремительно разбогатевшие после Атлантических событий китайские, русские и арабские нувориши. Вместо Мадонны и Рики Мартина здесь выступали теперь Дима Билан и Ван Фэй.

Ближе к полуночи помпезные залы казино, клубов, дорогих ресторанов и эротических шоу, расположенных в «Цезарь Палас», заполнялись до отказа. Китайская военная администрация не стала уничтожать этот рассадник порока, справедливо рассудив, что интернациональным толстосумам и авантюристам необходимы относительно легальные методы сброса пара, и если закрыть традиционную игровую столицу, запрещенный бизнес просто перетечет в другое, тайное место, контролировать которое будет уже значительно сложнее.

Лас-Вегас не имел никакой промышленности и в лучшие годы. С момента основания его население, к XXI веку ставшее полумиллионным, занималось лишь обслуживанием и облапошиванием туристов. Даже с водой для нужд сити всегда были сложности. Единственным источником дохода для местных являлись туризм и игровые залы. Если бы Вегас лишился казино, подпольных боев без правил и розничного наркотрафика для нужд отдыхающих богачей, он в считанные месяцы превратился бы в разваливающийся на глазах город-призрак, как Нью-Йорк.

Однако в результате благоволения оккупационных властей мировая столица развлечений за отсутствием Нью-Йорка постепенно стала новым глобальным центром международной преступности, причем связанной не только с игорным бизнесом и наркотиками, но и с нелегальной торговлей оружием, которого осталось довольно много на разрушенных военных базах Восточного побережья США.

Здесь можно было купить добытые в полузатопленных кварталах крупных городов востока Америки драгоценности и уникальные произведения искусства. Здесь можно было нанять головорезов любого гражданства и цвета кожи для незаконных операций в закрытых зонах соленых болот Коннектикута или в многочисленных анклавах и гетто Невады. Здесь по сходной цене можно было приобрести штурмовую винтовку, танк или боевой вертолет.

Российские военные в ходе переговоров с партнерами неоднократно поднимали вопрос об этой криминальной клоаке, однако у китайцев и без того имелась неподъемная масса проблем с Лос-Анджелесом и его беспокойным черным населением, а также с огромным потоком беженцев из Флориды и Техаса, поэтому игорную Мекку Пекин решил временно оставить в покое на самообеспечении – на манер Гонконга семидесятых. Китайский дракон умел терпеливо выжидать, лишние десять-двадцать лет никогда не играли серьезной роли в геополитических расчетах тысячелетней империи, поэтому однажды Гонконг упал прямо в его подставленную когтистую лапу, как созревшее яблоко.

То же самое неизбежно должно было произойти с мафиозным миром Лас-Вегаса, когда минусы его наличия станут перевешивать плюсы. Только, в отличие от Гонконга, в данном случае дракон готов был беспощадно стиснуть пальцы, чтобы брызнуло во все стороны.

Время придет.

Особое место в шикарном комплексе «Цезарь Палас» занимал концертный зал «Колизей», некогда построенный специально для проведения регулярных шоу Селин Дион, Шер и Элтона Джона. Все три суперзвезды погибли во время Атлантического инцидента, так что «Колизей» временно осиротел. Но новые хозяева роскошного гостиничного комплекса, увешанные золотом и не гнушающиеся никакой грязи, если ее можно конвертировать в звонкую монету, быстро нашли подходящую замену.

Теперь в центре стилизованной античной арены располагался циклопический аквариум на несколько сотен тысяч галлонов воды, изготовленный из бронированного стекла. Под гигантской стеклянной шайбой была оборудована небольшая ВИП-ложа для любителей особого экстрима – драматические события проходящих здесь раз в месяц тайных морских боев разворачивались прямо у них над головой.

Билет в эту ложу стоил совершенно запредельных денег, поэтому здесь можно было увидеть главным образом саудовских нефтяных шейхов, русских газовых олигархов, президентов китайских IT-компаний, европейских футбольных звезд и крупных колумбийских наркобаронов. Но даже менее дорогие билеты, на трибуны и стоячую галерку, не стоили меньше пятнадцати тысяч юаней.

Внушительные ставки в тотализаторе вполне соответствовали стоимости билетов, так что организаторы этого чрезвычайно сложного, опасного и незаконного шоу охотно шли на конфликт с законом, поскольку получали с него баснословные барыши.

К полуночи несколько боев уже завершились. Публика возбужденно гудела, взбудораженная свирепыми схватками, зрители азартно обменивались впечатлениями. В разных местах зала то и дело взмывали серебристые облачка, состоявшие из купонов тотализатора – потерявшие свои ставки игроки давали волю чувствам, возмущенно швыряя проигравшие купоны в воздух.

В аквариуме, в толще воды, мутной от крови, грациозно плавали, синхронно переворачиваясь, полторы дюжины обнаженных девушек разных цветов кожи – водных стриптизерш традиционно выпускали в бассейн между поединками, чтобы разгоряченная кровью аудитория не успела остыть, пока арену не подготовят для новой пары бойцов. Девушки умели задерживать дыхание на три минуты и двигались эффектно и слаженно, зачастую выдавая действительно первоклассное шоу.

Но сегодня богатые прожигатели жизни явились сюда не за этим, так что на юные прелести очаровательных русалок публика едва обращала внимание.

Внезапно в глубине аквариума загрохотала тяжелая стальная решетка, и девушки разом прыснули в разные стороны, словно стайка потревоженных рыбок, начали быстро карабкаться наверх, выбираясь из воды по стальным лесенкам. Те, кому сразу взобраться на лесенку не позволила толкотня коллег, стали в панике выпрыгивать из воды, пытаясь уцепиться за нависшие над прозрачным бассейном массивные решетчатые мостки.

Некоторым стриптизершам удалось подтянуться самостоятельно, некоторых поспешно втащили наверх за руки подруги – а потом огромная тень молнией прозмеилась в глубине гигантского аквариума, и над поверхностью воды с могучим всплеском взметнулась здоровенная иссиня-зеленая голова с вытянутыми крокодильими челюстями.

Девушки оглушительно завизжали. Морской гигант, превосходный экземпляр Pliosaurus brachydeirus, – или существо, чрезвычайно на него похожее, – беззвучно ушел на дно, оставив на поверхности расплывающееся кровавое пятно.

Юная мулатка, сумевшая ухватиться за металлическую ступеньку-перекладину, но так и не успевшая подтянуться, по-прежнему висела на мостках, изумленно выпучив глаза. Нижней половины тела у нее больше не было – та оказалась отхвачена пастью вынырнувшего на мгновение плиозавра, словно исполинскими ножницами. Сведенные жестоким спазмом пальцы девушки мертвой хваткой вцепились в металлический прут, а из ее располовиненного живота с негромким плюханьем падали в бассейн куски разорванного кишечника.

Что ж, русалки прекрасно осознавали риски своей творческой профессии и знали, на что идут. Изредка организаторы водной битвы коварно выпускали в резервуар очередную пару чудовищных бойцов раньше, чем чирлидерши успевали

Стриптизерши смертельно рисковали, однако и денег получали за один вечер столько, сколько их сверстницы зарабатывали в Америке за несколько месяцев – проституцией в гарнизонах и лагерях для беженцев, работой в барах для иностранных войск и мытьем полов в китайских районных администрациях.

Глухо загремела под водой решетка с противоположной стороны, и в аквариуме появился новый комбатант. Шестиметровое тело второй твари, напоминавшей панцирную рыбу плакодерму, казалось более неповоротливым из-за покрывавших ее массивных костяных пластин. Однако из воды она выпрыгнула довольно резво и гораздо выше, чем предыдущая. Пасть ее напоминала скорее монтажные бокорезы, нежели ножницы, однако эта пасть оказалась столь же хорошо приспособлена рвать мясо – причем значительно более жесткое, чем человеческое.

После того, как панцирная рыба с утробным бульканьем погрузилась в бассейн, обдав тучей брызг удиравших по решетчатым фермам над аквариумом стриптизерш, на лестнице металлических мостков остались висеть над водой только две косо срезанные в запястьях женские кисти шоколадного оттенка, намертво, до крови из-под ногтей, впившиеся в перекладину. Еще несколько мгновений они покачивались на железном пруте, а затем одна за другой упали в резервуар.

Публика сладострастно и жутко застонала.

Описав широкий круг, огромная черная плакодерма попыталась уйти на глубину, но для двух хищных существ такого размера в резервуаре оказалось слишком мало места, чтобы не столкнуться. Плиозавр сразу ощутил присутствие серьезного противника.

Ноздри ластоногого гиганта нервно вздувались и опадали, пробуя воду на вкус: где-то совсем рядом находилась драгоценная биомасса, большое количество биомассы, которую постоянно голодный морской хищник готов был немедленно включить в пищевую цепочку. Однако размеры этого живого объекта требовали соблюдать осторожность, чтобы не превратиться из охотника в дичь.

Будь плиозавр своим близким родственником, грозным исполинским лиоплевродоном, равных по силе врагов ни в океане, ни в этом аквариуме у него не нашлось бы. Однако молодой брахидейрус был примерно вдвое меньше среднего лиоплевродона, что позволяло ему без особых проблем помещаться в стеклянном резервуаре концертного зала «Колизей», но заставляло держаться начеку.

Плакодерма, разъяренная двухнедельным заточением в тесной цистерне, а потом коротким путешествием по узкой трубе в резервуар «Колизея», атаковала мгновенно, едва ощутив в пространстве рядом с собой что-то живое. В отличие от плиозавра, примитивная панцирная рыба никогда не утруждала себя идиотскими размышлениями, по зубам ли ей встреченная добыча. Хватай и рви!.. А потом разберемся, стоило ли вообще атаковать.

Чудовищная черная пасть, похожая на стальные челюсти гидравлического пресса, со страшной силой сомкнулась на хребте брахидейруса, вырвав из тела морской рептилии внушительный кусок плоти. Мгновенно впав от боли в боевое безумие, плиозавр извернулся и попытался схватить врага зубами, напоминавшими кривые малайские кинжалы. Однако те со скрежетом соскользнули по жесткому корпусу плакодермы, оставив на панцире рыбы-чудовища лишь глубокие белые царапины.

Один из зубов рептилии с треском сломался и канул на дно резервуара. Такие штуки чистильщики огромного аквариума по окончании турнирного дня подбирали и продавали коллекционерам. Точнее, вначале сломанные в бою зубы, кости и плавники скупали по дешевке оптовики, а в частные коллекции эти артефакты попадали уже пройдя через третьи-четвертые руки, и на этом этапе их стоимость уже могла достигать десятков тысяч новых рублей или юаней. Кому-то сегодня повезло…

Сдвинулся в сторону бархатный занавес, перегораживавший один из входов, и в зал неторопливо вошел коренастый мужчина под сорок, одетый в черные джинсы и кожаную безрукавку. Он остановился в проходе, сузившимися глазами наблюдая развернувшуюся в прозрачном резервуаре яростную схватку двух монстров, потом все так же неспешно зашагал к одной из трибун.

Звали его Федор Матвеев. Местным деловым людям он также был известен как Эль Капитано. Когда-то он действительно был капитаном российской армии, боевым пловцом, командиром подразделения морского спецназа.

После Атлантического инцидента командование в числе первых перебросило его в разрушенные стихией Штаты. Здесь, в боевой обстановке, у него имелись великолепные возможности для карьерного роста, и к настоящему моменту ему уже полагалось бы стать как минимум подполковником. Как минимум.

Да вот не срослось.

Двое китайцев с неприметной внешностью, сидевшие в секретной комнате над залом с аквариумом, сразу зафиксировали появление Эль Капитано. Четыре десятка экранов на стене перед ними демонстрировали самые потаенные уголки «Цезарь Палас», в том числе и вход в «Колизей», охраняемый двумя автоматчиками.

– Объект Семь в зоне наблюдения, – негромко доложил один из китайцев в гарнитуру хендс фри. – Точка Два.

– Принял, Точка Два, – удовлетворенно промурлыкало в наушнике. – Так я и думал. При любом контакте с Объектом Зеро докладывать немедленно.

– Слушаюсь, Точка Зеро. – Китаец покосился на начальника службы безопасности «Цезарь Палас», который отчаянно потел и маялся, сидя в углу на вращающемся стульчике.

Огромный латиноамериканец давно был осведомителем китайской разведки, которая с его помощью приглядывала за нелегальным тотализатором в «Колизее». Однако сегодня представители спецслужб мало того что без приглашения вторглись в его святая святых, так еще и бесцеремонно получили доступ к нескольким мониторам, на которых происходило то, чем начальник службы безопасности делиться со спецслужбами совершенно не собирался – скажем, выемка денег из игровых автоматов без согласования с руководством казино.

– Не дрожите так, Хосе, – дружелюбно обратился к нему второй разведчик. По-испански он говорил безо всякого акцента. – Уверяю, нас не интересуют ваши мелкие мошенничества. Потерпите, через пару часов мы уже вас покинем. – Он снова с безразличным видом развернулся к экранам.

Дальнейшая судьба Хосе абсолютно его не интересовала, хотя китаец был абсолютно уверен, что вскоре она приведет его либо за решетку, либо в цистерну с одной из морских тварей. Скорее второе.

Тем временем Эль Капитано нашел себе свободное место на гостевой трибуне и, продемонстрировав контрамарку стюарду с кобурой на боку, опустился на скамью. Он не был фанатом морских боев и едва ли стал бы добровольно тратить чертову уйму денег на билет. Насмотрелся на кровожадную биотехнику атлантов в открытом море.Но сегодня ему полагался бесплатный вход как номинальному тренеру одного из комбатантов, участвующих в сражениях.

На противоположной трибуне Матвеев нашел взглядом Бьерни Магнуссона, владельца своего сегодняшнего противника, и приветливо помахал ему кончиками пальцев. Лысый и бородатый исландец с нацистской татуировкой на затылке оскалился и резко провел ребром ладони себе по горлу. Рефлекс нормальный.

В потемневшем от черной крови резервуаре два смертельных врага продолжали неистовую схватку, и два огромных плазменных экрана по обе стороны аквариума в увеличенном формате демонстрировали все ее

Плиозавр стремительно атаковал плакодерму, вращаясь вокруг нее с ловкостью морского котика, атакующего ламантина. Панцирная рыба свирепо и тяжко огрызалась, пытаясь впиться в плоть брахидейруса, но после первого успеха никак не могла нанести противнику заметных повреждений. Огромные зеленые цифры в углу каждого экрана демонстрировали соотношение ставок: рептилия котировалась выше в пропорции 3:8,5.

Матвеев покачал головой. Панцирные рыбы атлантов редко попадали в резервуар «Колизея», поэтому местные завсегдатаи не были способны правильно оценить мощь и опасность этого бойца. На предварительной видеозаписи из транспортной цистерны, демонстрировавшейся на экранах перед боем, она выглядела зловещей, но вместе с тем слишком тупой и неуклюжей, поэтому желающих ставить на нее было немного.

Искушенным игрокам на тотализаторе водных боев не приходило в голову задуматься над тем, почему, собственно, плакодермы так редко участвуют в боях. Почему звероловам так редко удается добыть их живыми. Почему бесстрашные звероловы предпочитают вообще не связываться с этими коварными тварями.

Пока казалось, что черная рыба не способна всерьез противостоять стремительной хищной рептилии. Плиозавр понемногу терял кровь, однако плакодерма, похоже, выдыхалась быстрее. Она повисла в центре резервуара, крутя плавниками, и огрызалась короткими раздраженными бросками, словно мурена. Большинство зрителей готово было бы поклясться, что от нескончаемого вращения соперника у тупой рыбины уже закружилась голова – если у рыб вообще может кружиться голова.

Брахидейрус уже снес плакодерме часть брюшного плавника и оставил в районе хвоста солидный кровавый укус с клочьями белесого мяса, торчащими из раны – в последний момент рыба яростно дернулась и выскользнула из мертвой хватки противника, не позволив ему вырвать из своего тела внушительный кусок. Пасть плакодермы свирепо раскрывалась, словно она возмущенно хватала ртом воду.

Цифры на экранах по ходу схватки то и дело менялись, соотношение ставок достигло 2,75:13. Решив, что схватка близится к концу и дальше выжидать не имеет смысла, Матвеев сделал довольно аккуратную по местным масштабам ставку: десять тысяч юаней на панцирную рыбу.

Букмекер, окошечко кассы которого выходило прямо на трибуну, сохранил на лице бесстрастное выражение, хотя Эль Капитано прекрасно понимал, что именно этот пакистанец думает о его выборе.

Ну и ладушки. Надменный азиат никогда не терял отделение опытных боевых пловцов, вышедших против одной-единственной плакодермы. Та, правда, была побольше этой, метров двенадцать, и ею в открытом море напрямую управляли атланты. Однако Федор не сомневался, что и в автономном режиме эта машина для убийства способна за себя постоять.

Подгребая четырьмя огромными ластами, плиозавр вновь прянул в сторону панцирной рыбины, в очередной разпытаясь оказаться у нее за спиной и впиться вто место, которое у других животных называется шеей. Казалось, что он играет и забавляется, уже окончательно поверив в собственную легкую победу. Брахидейрус вновь начал описывать крутую петлю вокруг скользкого рыбьего тела. Огромные черные челюсти в очередной раз клацнули впустую, и рептилия дернула гибким хвостом, уводя его из-под удара.

И в этот момент случилось то, чего Матвеев уже давно ожидал.

Всякий раз, как плиозавр начинал всем телом обтекать плакодерму, словно веселый усатый дракон из анимированной социальной рекламы китайской администрации Лас-Вегаса, та пугливо поджимала спинной плавник, опасаясь, что хищная рептилия повредит его у основания, выворотив своим весом, или порвет тонкую перепонку. В конце концов брахидейрус совсем перестал его опасаться, и, как выяснилось, совершенно напрасно.

Потому что на этот раз плакодерма не только не убрала плавник, а напротив, максимально растопырила его, неожиданно став похожей на огромного чудовищного ерша. Острые края плавника вонзились в тело плиозавра, и морская рептилия, по инерции завершая спиральное круговое движение, в четырех местах широко распорола себе брюхо острыми плавниковыми перьями, словно наткнувшийся на айсберг «Титаник».

От огромного количества хлынувшей крови вода в резервуаре сразу помутнела настолько, что сквозь нее стало невозможно что-либо разобрать. Ясно было лишь, что плиозавр, волоча за собой вывалившиеся клубки внутренностей, в панике метнулся на глубину, и панцирная рыба, сложив спинной плавник, со спокойным достоинством последовала за ним.

С оглушительным воем заработали очистные фильтры, однако быстро справиться с густой кровью и плавающими в ней кусками мяса и кишок они не могли. В мутной глубине аквариума угадывалось какое-то суматошное движение, было очевидно, что там происходит финальная часть трагедии, но разглядеть что-либо в деталях не представлялось возможным.

Когда вода вновь стала достаточно прозрачной, зрители сумели наконец разглядеть, что туша плиозавра неподвижно лежит на дне резервуара, а свирепая плакодерма парит над ним, неистово раздирая труп противника в клочья. Раскатисто прозвучал гонг, обозначая окончание схватки.

Эль Капитано пожал плечами и пошел получать выигрыш.

Следующий бой был его, но торопиться не имело смысла: пока обезумевшую панцирную рыбу сумеют загнать обратно в цистерну, пока аквалангисты выволокут из резервуара труп дурака плиозавра, пока фильтры окончательно очистят воду, пройдет достаточно времени, чтобы не только сделать ставки, но и успеть выпить шампанского на подиуме перед аквариумом. Разумеется, шампанское в этом зале стоило бешеных бабок, но сегодня Матвеев на него уже заработал.

А во втором бою намеревался заработать примерно на полцентнера черной икры. Опять же по ценам зала «Колизей», конечно.

Глава 2

Эль Капитано

Фото следующей пары комбатантов уже появились на экранах: они крутились там в трехмерном изображении, позволяя игрокам оценить мускулатуру и прочие достоинства поединщиков. Долгожданный бой, уникальная схватка, украшение сегодняшнего вечера.

Впервые на арене: человек против ихтиандра! Рукопашная, что особенно ценно для знатоков, готовых отдать любые деньги за билет на такое экзотическое зрелище. В роли человека выступает женщина, что добавляет происходящему освежающей пикантности.

Крепкую негритянку с короткой стрижкой, высокомерной ухмылкой и грубоватым, но привлекательным лицом Эль Капитано прекрасно знал. Только абсолютно отмороженная стерва вроде Банданы могла решиться на такой безумный поединок. Все в этом зале понимали, что один на один человек с чудовищным атлантом справиться не способен.

Тем более когда в роли человека выступает женщина.

Второй соперник Федору тоже был хорошо знаком. Точнее, конкретно эту тварь Эль Капитано видел впервые в жизни, но с ее кошмарными собратьями-близнецами сталкивался в открытом море неоднократно.

Многие профаны ошибочно полагали, что именно так и выглядят загадочные атланты, разрушившие Новый свет. Однако Матвеев был в курсе, что уродливые ихтиандры – лишь еще одна генетически сконструированная боевая машина атлантов наподобие плиозавра или плакодермы, идеальный штурмовик, способный сражаться как голыми руками, так и любым трофейным человеческим оружием.

Омерзительная пародия на человека, зеленая, двуногая, с чешуей и дряблой кожей, ихтиандр был создан по чертежам и трафаретам среднего землянина, чтобы этот искусственный

Ученые полагали, что при создании ихтиандров атланты использовали захваченных живьем людей, искажая их тела и сознание направленными мутациями. Насильственное изменение уже сформировавшегося человеческого организма зачастую приводило к серьезному генетическому браку: получившихся в результате уродливых полулюдей-полуихтиандров, которых инопланетяне тоже не брезговали использовать в боевых вылазках, называли утопленниками.

Внешне отдаленно напоминавшие человека, двуногие амфибии с перепонками на руках и ногах были способны к прямохождению и могли до нескольких суток жить на суше, отвоевывая для своих глубоководных хозяев очередной кусок американских соленых болот. Хуже того, некоторое время они способны были жить даже в пресной воде, чего не мог практически никто из морских тварей. Поэтому в какой-то момент речное судоходство на Западном побережье Америки тоже оказалось под угрозой.

У капитана Матвеева с ихтиандрами были свои счеты – ничуть не меньшие, чем с панцирными рыбами. Вообще-то официально их называли «аквамены», но русские боевые пловцы, талисманом которых был старый фильм «Человек-амфибия», сразу окрестили этих тварей ихтиандрами.

Китайцы называли их «каппа» – возможно, в мифологии Поднебесной тоже был подходящий персонаж-водяной, но азиатские партнеры решили, что больше всего двуногие земноводные штурмовики смахивают на японского водяного каппу, зеленого проказника с клювом, вежливого и дружелюбного, но способного быть страшным в гневе. Что касается американцев, то они легко приняли общепринятый термин «аквамены» – кажется, было у них что-то подобное в комиксах, какое-то Чудовище из Черной лагуны, выглядевшее почти так же.

Несмотря на то, что внешне ихтиандры не казались серьезными бойцами, они уничтожили немало пловцов капитана Матвеева – именно за счет того, что умели пользоваться автоматами и гарпунными ружьями. Острые когти, широкие лягушачьи пасти, усеянные мелкими острыми зубами, и могучие жилистые лапы делали их также весьма опасными рукопашниками. Надо быть Банданой, чтобы решиться на единоборство с ихтиандром.

И, хотя аквамены попадали в резервуар «Колизея» еще реже панцирных рыб, об их опасности местная публика все же была наслышана. Поединок представлялся всем очевидно неравным, но страшно любопытным.

В связи с этим Матвеев, получив выигранные на плакодерме деньги, отделил от них шесть тысяч юаней и поставил на ихтиандра. Он, конечно, был тренером Банданы, но вполне отдавал себе отчет в том, что делает. Зачем зря валять дурака, если можно неплохо нажиться?

Эль Капитано не скрывался от взглядов зрителей и камер букмекеров, делая ставки, и это стремительно отразилось на цифрах, мерцавших на мониторах. На женщину в поединке с монстром и так ставили в соотношении 1,5:7, но после того, как ее тренер еще до начала схватки неосторожно поставил на монстра и это было замечено, разрыв увеличился еще больше. Наставник, не верящий в успех своего подопечного – весьма прискорбный диагноз, и такой инсайдерской информацией, конечно, грех не воспользоваться.

Матвеева это нисколько не смутило. Он вернулся на свое место и принялся невозмутимо разглядывать арену боев – гигантский аквариум, вода в котором стараниями натужно гудевших фильтров постепенно очищалась.

В воде снова плескались нагие девушки, только теперь их было не больше полудюжины, и среди них не обнаружилось ни одной из тех, что в панике сбежали от плиозавра полчаса назад. Видимо, сегодня шокированных смертью подруги стриптизерш невозможно было загнать обратно в резервуар даже под самой страшной угрозой – лишения дневного заработка.

Однако в запасе всегда имелись другие дешевые девчонки, не присутствовавшие при том кровавом зрелище и в связи с этим уверенные, что снаряд два раза в одну воронку не попадает и сегодня проблемы обойдут их стороной. По крайней мере, им очень хотелось на это надеяться.

Эль Капитано нисколько не удивился бы, увидев, что Бандану выпустили на арену так же, как и остальных участников боев – через трубу, выходящую в нижнюю часть резервуара. Однако нет, организаторы тайного тотализатора решили выжать из этого события максимум зрелищности. Женщина-гладиатор была спущена на тросе из-под купола зала. Отстегнув страховочную лонжу, она решительно зашагала по металлическим мосткам над водой к взревевшим от восторга зрителям.

На мониторах вновь появилось крупное изображение первого бойца, теперь уже в прямом эфире. Молодая негритянка была обнажена по пояс и босиком, ее торс с вызывающе торчащими изюминками сосков блестел от обильно втертого в кожу оливкового масла. На ногах у нее были прорезиненные штаны от гидрокостюма, на руках – кожаные перчатки без пальцев с рифлеными ладонями; на поясе висел подводный нож российских боевых пловцов «Игла» с лезвием из титанового сплава. Под мышкой Бандана несла укороченные ласты, при помощи которых удобнее маневрировать в ближнем бою.

Добравшись до края резервуара, девушка подняла ласты вверх, приветствуя публику. Зрители азартно завопили. В победу человека над акваменом мало кто верил, тем более если это баба, однако данное обстоятельство не мешало толстосумам с восхищением приветствовать бесстрашную гладиаторшу, решившую немного развлечь их собственной смертью.

Сев на мостки, Бандана быстро натянула ласты, опустила со лба на глаза подводные очки и с метровой высоты соскользнула в воду. Она тут же вынырнула, развернулась, продемонстрировав аудитории испещренную старыми шрамами спину и, подрабатывая ластами, повисла у прозрачной стенки резервуара.

Ее двоякодышащий противник все же прибыл на арену традиционным путем. Едва загрохотала в глубине тяжелая металлическая решетка, негритянка молниеносно выдернула из ножен смертоносную «Иглу» и нырнула навстречу врагу, пытаясь использовать фактор неожиданности.

Ошеломить ихтиандра оказалось не так просто. Он виртуозно уклонился от лобовой атаки, скользнул по дну, развернулся и, поскольку бежать было некуда, замер в толще воды, пытаясь оценить степень угрозы.

Шоколадная девушка устремилась к нему, словно взбесившаяся торпеда, выставив перед собой «Иглу». У аквамена оружия не имелось, но это была единственная фора, которую получила Бандана. Острые зубы и когти на жилистых перепончатых лапах, а также способность несколько часов обходиться без воздуха более чем компенсировали морскому страшилищу отсутствие клинка.

Ихтиандр выбросил вперед растопыренную лапу, пытаясь схватить негритянку за руку с ножом. Та сумела вывернуться и сделать несколько быстрых выпадов, целя острием «Иглы» в морду штурмовику атлантов, однако тоже не достигла успеха. Из руки женщины-гладиатора, рассеченной когтями морской твари, начала вытекать, лениво разворачиваясь под водой крошечными мутными клубами, темная кровь.

Зрители взвыли. Такого ажиотажа этот зал сегодня еще не слышал.

Соединив пальцы крышей домика, Эль Капитано бесстрастно наблюдал за схваткой по одному из огромных мониторов. Цифры в углу монитора демонстрировали новое соотношение ставок: 1,75:15 против человека.

В отличие от соперника, Бандане требовался

Так и не сумев поразить аквамена ножом, негритянка всплыла на поверхность, тяжело дыша и отдуваясь. Монстр тут же последовал за ней, однако Бандана была начеку и сразу заметила поднимающееся со дна большое темное пятно. В бурлящем водовороте поединщики снова ушли на дно, причем в этот раз двуногая амфибия сумела распороть противнице кожу на боку, и в воде вспухли новые мутные облачка крови.

Рев в зале превысил все возможные пределы. Матвеев задумчиво достал из нагрудного кармана короткую доминиканскую сигару-торпедо, содрал с нее целлофан, помял в пальцах, сунул в рот. Похлопал себя по карманам.

Однако, незадача! Забыл сигарные спички в номере. Наклонился к сидевшему впереди арабу, который уже давно окуривал его ароматным дымом бразильской сигариллы:

– Эй, амиго! Позволь прикурить!..

Полуобернувшись, впередисидящий указал себе на ухо: ни черта не слышу! Эль Капитано качнул сигарой, зажатой между двух пальцев. Араб сунул ему пижонистое «Зиппо».

Бензиновое пламя, конечно, заметно испортит тонкий вкус сигарного табака мадуро, но выбирать не приходилось. Матвеев старательно прикурил, вращая сигару так, чтобы пламя охватило весь ее торец, вернул зажигалку и с наслаждением выпустил в пространство густой ароматный дым.

К Федору тут же подгреб стюард и попытался что-то сообщить – видимо, важную информацию о том, что в зале курить запрещено. Однако курили и впереди Матвеева, и сзади, и сбоку в нескольких местах. Так что сдаваться он не собирался и тем же жестом, что и араб, указал на собственное ухо. Стюард бурчал еще полминуты, однако его действительно не было слышно за ревом толпы, поэтому вскоре он исчез.

Да, было время, и не так давно, когда курить в общественных помещениях в Штатах строжайше запрещалось. Однако Атлантические события многое перевернули с ног на голову, особенно после того, как Лас-Вегас стал мафиозной вотчиной и в него стеклись авантюристы со всего света, в том числе из крепко курящих Азии, Латинской Америки и России. Теперь заставлять кого-либо в этом зале не курить, тем более во время нелегальных морских боев насмерть, было просто смешно.

Стюард быстро вернулся, поставил перед Матвеевым толстостенную сигарную пепельницу и снова исчез. Ах, вот в чем дело! Матвееву просто некуда было стряхивать обильный пепел, и стюард опасался, что он прожжет обивку сиденья или ковровое покрытие.

Ну, что ж, Эль Капитано был серьезным человеком и не собирался заниматься мелким мальчишеским вандализмом. Он покорно обстучал сигару о край пепельницы, отделив малиново-серый диск прогоревшего табака.

Пока он отвлекался на араба, сигару и стюарда, противники в резервуаре успели сойтись в клинче еще пару раз. Бандане наконец удалось достать аквамена ножом и неглубоко рассечь ему бедро, а также повредить перепонку на ноге.

Тем не менее аквамен тоже в очередной раз глубоко оцарапал соперника. Если негритянка будет терять кровь с такой скоростью, силы у нее быстро иссякнут.

Тем не менее Матвеев ухватил краем глаза и отметил про себя, что девушка всплыла второй раз, чтобы глотнуть воздуха. Это было важно. Такие штуки Эль Капитано пропускать не собирался.

Тренер ихтиандра Бьерни Магнуссон бесновался на трибуне вместе со всеми. Федор не хотел даже знать, каких усилий и денег стоило ему добыть неповрежденный экземпляр морского штурмовика. Однако был уверен, что скандинав вложил в эту авантюру последнее.

Сейчас Магнуссону позарез требовались деньги, очень много денег, чтобы расплатиться с Папашей Паком за ту партию кокаина, которую люди Бьерни бездарно слили солдатам китайской военной администрации во время массовой облавы три недели назад. Поэтому он тут же охотно ухватился за предложенный Матвеевым эффектный бой: человек против ихтиандра.

Если бы Бандана не решилась расправиться с подопечным Магнуссона при помощи одного только боевого подводного ножа, Бьерни пришлось бы выставлять аквамена против более серьезного противника вроде плиозавра, плакодермы или другого аквамена, а лишний риск был сейчас исландцу совсем ни к чему.

Ихтиандр практически не показывался на поверхности, а негритянке приходилось периодически всплывать, чтобы провентилировать легкие. Тут было слабое место человека; опытный противник непременно этим воспользовался бы.

И аквамен в конце концов воспользовался. Когда очередная серия взаимных выпадов ни к чему не привела, Бандана вновь попыталась ненадолго покинуть место схватки, однако монстр не позволил ей это сделать, ухватив за лодыжку.

Женщина в панике забилась на глубине двух метров, судорожно задергала ногой, пытаясь сбросить лапу морской твари, но аквамен держал ее крепко, пристально глядя на противника из-под воды огромными выкаченными глазами.

Начиная испытывать жестокие муки удушья, Бандана рванулась из стороны в сторону, потом внезапно резко переломилась в поясе и, согнувшись пополам, попыталась от души полоснуть лезвием боевого ножа по выпученным глазам глубоководного монстра. Тот молниеносно прянул в сторону, и девушка наконец вырвалась из его мертвой хватки, пробкой вылетев на поверхность. Острые когти противника распороли гидрокостюм в клочья, оставив на лодыжке негритянки три длинные кровавые дорожки.

Ставки на человека понемногу опустились до совсем уже запредельно малых величин.

Теперь Бандана стала максимально осторожна и в клинч с противником старалась не входить, чтобы иметь возможность вынырнуть в любую секунду. Однако агрессия аквамена, поначалу ошеломленного новой обстановкой и напором противника, постепенно росла по мере того, как он убеждался, что человек по большому счету мало что может ему противопоставить.

Теперь он сам непрерывно и яростно атаковал, а несчастной Бандане оставалось только неуклюже и беспорядочно отмахиваться ножом. Становилось очевидно, что долго девушка не продержится.

Дождавшись, когда негритянка всплывет в шестой раз, Матвеев поднялся со своего места и, солидно попыхивая сигарой, направился к окошечку букмекера. В принципе, в более цивилизованных местах всякие ставки в тотализатор прекращаются с началом матча, боя или заезда, однако в современном мафиозном Лас-Вегасе плевать хотели на глупые условности прежнего мира.

Курить сигары Федора приучила Пакита, подруга родом с Кубы. Девушка и сама дымила как паровоз. Правда, она категорически отказывалась признавать настоящим сигарным табаком любой кроме кубинского кларо или колорадо, в соответствии с многовековой традицией элитных торседоров своей родины. Матвеев же быстро распробовал зрелый черный табак мадуро, характерный для Доминиканы и Никарагуа.

Впрочем, табачные плантации по всему Карибскому региону оказались катастрофически разрушены Атлантическим инцидентом, так что сигары любых разновидностей стали коллекционной редкостью и стоили теперь на вес золота, а знатоки массово переходили на бразильские и индийские сигариллы. Однако в Лас-Вегасе можно было достать

Эль Капитано он стал, кстати, тоже с легкой руки Пакиты. Кличка приросла мгновенно. До этого он был Хунхуз, «красная борода» в переводе с китайского. Рыжим Матвеев не был, просто так в Китае когда-то называли разбойников.

Бороды он тоже не носил с тех пор, как познакомился с кубинской девчонкой. Пакита утверждала, что щетина колется и мешает целоваться. «С щетиной ты как кердо – боров», – говорила она.

Эль Капитано не хотел быть как кердо.

Разумеется, сигары Матвеев курил далеко не каждый день, а только после сытного ужина в ресторане или по другим особенным случаям. Но сейчас случай определенно был особенным.

Несмотря на свою внешнюю невозмутимость, Эль Капитано немного тревожился. Их план выглядел эффектным, но дерзким, и если бы Матвеев отправился в резервуар сам вместо черной девчонки, ему было бы гораздо спокойнее. Но нет, нельзя; тогда Магнуссон и его коллеги сразу заподозрят неладное. Несмотря на возраст, в котором чемпионы уже уходят из большого спорта, Эль Капитано все еще считался матерым морским командо, и по справедливости.

Добравшись до кассы, Эль Капитано проставился на Бандану ва-банк – выгреб все деньги, которые у него были с собой, включая остаток выигранных на плакодерме. Столь солидная сумма не могла пройти незамеченной для тотализаторного калькулятора, и рейтинг негритянки очень неохотно пополз вверх. Что ж, даже если какие-нибудь рисковые маньяки последуют примеру Эль Капитано и еще уронят пропорцию, его выигрыш в случае победы девки все равно окажется весьма солидным.

Направившись на свое место, Матвеев поймал пронзительный, полный ненависти взгляд Магнуссона с противоположной трибуны. Что называется, обнаружив в постели жены другого мужчину, обманутый муж наконец смутно заподозрил неладное.

Изобразив на лице самую доброжелательную улыбку, на которую только был способен, Эль Капитано вежливо приподнял в адрес оппонента несуществующую шляпу.

Шестой раз. Такой был уговор: Бандана валяет дурака, изображает умирающего лебедя и старательно сбивает ставки до тех пор, пока не вынырнет в шестой раз. После этого девка принимается за ихтиандра по-взрослому, примерно как в том рейде, когда она, совершая погружение с аквалангом в открытом море, ухитрилась отстать от ведущего с одним ножом, после чего нос к носу столкнулась с двумя акваменами.

Вооруженный гарпунным ружьем Эль Капитано все-таки вернулся к месту схватки, ибо негоже бросать труп ведомого на съедение морским тварям. Однако вместо мертвой объеденной Банданы неожиданно получил живую взбудораженную Бандану и два трупа морских тварей, безвольно покачивавшихся на волнах.

Федор опасался, что усиленная кровопотеря резко ограничит подвижность его подопечной в резервуаре зала «Колизей». Однако увеличенное изображение на мониторах демонстрировало опытному глазу, что раны негритянки, выглядящие чудовищными, на самом деле просто глубокие царапины. Матвеева всерьез беспокоил лишь один укус аквамена, когда морская тварь едва не пропорола Бандане бицепс клыками.

Когда Эль Капитано вернулся на свое место, сделав последние ставки, ситуация в аквариуме уже разительно поменялась. Девушка внезапно словно обрела второе дыхание и стремительно атаковала ихтиандра то слева, то справа, не позволяя чудовищу сделать ответный выпад. Подводный нож уже дважды рассек аквамену предплечье и скулу, а теперь Бандана сосредоточенно пыталась достать врага прямым в корпус.

Морская тварь явно не ожидала такой прыти от издыхающего соперника и малость подрастерялась. Трибуны бесновались, словно на финале Лиги Чемпионов.

Аквамен наконец заработал туше в бок, прямо под левую руку, и в воду резервуара хлынула, растекаясь клубами, темная с прозеленью кровь рептилии. Рассвирепев от боли, штурмовик атлантов с удвоенной энергией заработал конечностями, пытаясь достать противника кривыми когтями, но переставшая играть в смертельные поддавки Бандана больше не собиралась давать ему ни единого шанса.

Она крутилась вокруг аквамена, внезапно ставшего неповоротливым и неуклюжим, – по крайней мере, зрителям казалось, что аквамен стал неповоротливым и неуклюжим, потому что Бандана превратилась в настоящий вихрь, и противник не успевал парировать ее броски. «Порхать как бабочка и жалить как пчела», – вспомнился Матвееву девиз одного из легендарных американских боксеров прошлого века.

Несколько раз сердце Эль Капитано все-таки замирало на мгновение, когда девчонка слишком рискованно подныривала под острые когти и растопыренные плавники монстра. Не то чтобы Матвеев был как-то особо расположен к этой мужеподобной чике, с которой ему регулярно наставляла рога Пакита. Однако у них была слаженная команда, и искать нового боевого пловца, если этот по собственной глупости выйдет из строя, категорически не хотелось.

Магнуссон уже осознал, что произошло, и если бы кто-нибудь догадался сейчас скопировать его злобную физиономию и потом продавать ее в виде масок на Хэллоуин, то несомненно озолотился бы. Ну, по крайней мере, озолотился бы в том, старом мире. Кому он сейчас нужен, этот Хэллоуин с его масками? На Восточном побережье нынче непрекращающийся Хэллоуин круглый год…

Бандана окончательно расправилась с ихтиандром после десятого выныривания. Растянула незамутненное удовольствие, так сказать. Позволила зрителям подольше насладиться зрелищем.

Впрочем, учитывая, что абсолютное большинство ставок в этом зале было сделано против нее, едва ли финал схватки доставил аудитории подлинное наслаждение. В нескольких местах продырявленный ножом аквамен медленно погружался на дно с перерезанным горлом, теряя кровь и кишки из распоротого живота. Раскатистый гонг обозначил завершение боя.

Уцепившись за ступеньку-перекладину, Бандана подтянулась и села на мостки над резервуаром. Сняв ласты, она помахала ими публике, откликнувшейся озадаченным гулом, и, прихрамывая, неторопливо удалилась, скрывшись за железной дверью в дальнем конце мостков.

Да, сегодня у завсегдатаев морских боев вышел черный день: сначала плакодерма победила фаворита плиозавра, а потом сучка Бандана завалила грозного морского штурмовика. Многие наверняка потеряли кучу денег.

Оставив окурок сигары умирать в пепельнице, Матвеев встал и неторопливо направился к выходу из зала.

Глава 3

Иван Доу

Почему именно я? Люди часто задаются этим вопросом – и делают это, как правило, когда попадают в неприятности, серьезные или не очень.

«Господи, почему все это происходит со мной?» –­ думают они.

Примерно так думал Иван Доу, представительной наружности молодой человек лет двадцати пяти, подвизавшийся на ниве легальной, полулегальной, а чаще всего абсолютно нелегальной торговли оружием.

Тот факт, что в настоящий момент не он сидит примотанный скотчем к офисному стулу и залитый кровью с головы до ног, как взятый в плен грабитель, торговца оружием нисколько не утешал. Нет, не утешал. Слабое утешение.

Время испытать эти неповторимые ощущения у него, Ивана Доу, еще было. Все еще только начиналось. И на таком

Приступу меланхолии изрядно способствовала окружающая обстановка. Просторный склад с посеченными пулями штабелями ящиков был погружен в полумрак, лишь моргала неровным светом одинокая трубка люминесцентной лампы, случайно уцелевшая в разразившейся здесь бойне. Под ногами хрустело мелкое стеклянное крошево. Совсем недавно тут было адски весело.

Хорошо, что Иван в этом веселье не участвовал. Он представил, во что превратятся после короткой прогулки по всему этому разгромленному великолепию подошвы его кожаных ботинок ручной работы, и шумно вздохнул.

Зря, как немедленно выяснилось.

– Друг мой! – тут же обратил на него внимание Марк Вилье, который задумчиво обозревал пейзаж после битвы. Переступил через лужу крови, натекшую вокруг мертвого охранника, и недобро улыбнулся. – Твои моральные терзания ведь не вернут пропажи, я правильно понимаю?

Доу издал приглушенное и скорбное мычание, но быстро справился с собой.

– Я верну аванс, – несчастным голосом произнес он, предпочитая неизбежные финансовые потери выяснению отношений с представителем всемогущего синдиката.

Марк Вилье, худощавый господин средних лет в неброском сером костюме и столь же неброской внешности, торговца оружием откровенно пугал. Рассредоточившиеся по складу крепкие парни с автоматами ловили каждое движение босса и были готовы не просто выполнить любой его приказ, но по возможности даже упредить его.

А приказ действительно мог оказаться любым. Марк Вилье представлял организацию, которая не привыкла стеснять себя в выборе средств. Закапывать растерзанные трупы им было не впервой.

– Этого недостаточно, – строго покачал головой гангстер. – Совершенно недостаточно, друг мой. Ты гарантировал поставку устройства для безопасного трафика через Мексиканский залив. Под твое слово мы закупили товар и зафрахтовали судно. Каждый день простоя обходится нам в кругленькую сумму. Понимаешь?

– Ну... – протянул Иван Доу и обвел дрожащей рукой разгромленный склад: – Полагаю, случившееся ведь попадает под понятие форс-мажора?

– Нет, – коротко ответил Вилье скучным голосом.

Торговец оружием ненадолго задумался, потом саркастически предположил подрагивающим голосом:

– И что теперь – разберете меня на органы?..

Стоявший у входной двери чернокожий громила вопросительно глянул на босса, – не пора ли, действительно, – но высокопоставленный гангстер лишь тяжело качнул головой, не став просить подручного осадить наглеца.

– На органы, Джон, – безразлично проговорил он, – продать тебя никогда не поздно. Задумайся над этим. Просто отыщи пропажу – так будет лучше для всех. Даю сутки и ни часом больше. Время пошло.

Иван горестно поморщился. Он не любил, когда его называли Джоном. Джон Доу – на полицейском сленге это обозначение безымянного трупа в морге. А люди его профессии слишком часто заканчивают карьеру подобным печальным образом, чтобы дразнить судьбу, представляясь так. К тому же после Атлантического инцидента и введения в Америку русского миротворческого контингента «Иван Доу» звучало гораздо солиднее и представительнее.

Торговец оружием в очередной раз вздохнул и обреченно произнес:

– Шансы уложиться в этот срок у меня весьма невелики.

– Мы ведь не бросим тебя на произвол судьбы, о нет, – уверил его Марк. – Но для тебя же лучше будет исправить все самому. Как будто ничего и не было никогда. Это понятно?

Иван кивнул. Намек прозрачней некуда. Просто лишние сутки, за которые Иван кровь из носу выполнит первоначальный заказ, а гангстеры сделают вид, что никакой заминки и не происходило. Разумно.

– Кристиан! – повысил он голос. – Ты что-нибудь нашел? Сможем опознать нападавших?..

Из будки менеджера опасливо выглянул неприметный светловолосый мужчина лет сорока в синем рабочем комбинезоне – его помощник Кристиан Липке, пройдоха со стажем. Покачал головой:

– Записи камер уничтожены, увы. – Техник окинул внимательным взглядом вооруженных автоматами гангстеров и на всякий случай счел нужным уточнить: – Восстановить записи невозможно за отсутствием жесткого диска, который они прихватили с собой…

– Чисто сработано, – с ухмылкой сказал стоявший неподалеку лысый чернокожий парень и потер приплюснутый нос.

Иван обернулся и язвительно заметил:

– Вот уж не думал, что оно умеет говорить!

Луис Тонго – бритый наголо громила, огромный и угольно-черный, – поправил ремни перетянувшей белоснежную сорочку оперативной кобуры и сдержанно осклабился, но взгляд его остался холодным и злым. Торговец оружием в своем пошитом на заказ костюме, с ухоженными руками и дорогим маникюром, никогда не нравился ямайцу, а после сегодняшней накладки его и вовсе хотелось придушить на месте.

Но ничего, у него еще будет хороший повод и разрешение от босса. Проблемы – это плохо, решать проблемы обыкновенно поручали именно Луису.

Иван никакого внимания на недобрый взгляд не обратил. Попросил техника:

– Крис, подожди в машине. – А сам повернулся к Вилье: – Марк, так значит, у меня сутки?

– Сутки, – печально подтвердил гангстер. – Не больше. Скоро грянут трубы. Но пока не спеши особо, мы еще здесь не закончили.

Действительно, не закончили. Один из налетчиков на склад схлопотал при нападении пулю в живот, и подельники, прихватив оборудование, бросили своего приятеля, сочтя мертвым. А он, к их несчастью, был жив.

Пока еще.

Иван взглянул на примотанного к стулу мексиканца и вновь досадливо поморщился. Потом достал из кармана носовой платок, через него ухватил худощавого паренька за окровавленный подбородок и вздернул пленному голову.

– Никогда его раньше не видел, – решил он несколько мгновений спустя.

– Тогда избавься от него, – потребовал Марк.

Иван растерялся:

– А… а разве вы не собираетесь его допросить?..

– А похоже, что мы можем это сделать?! – вспылил наконец гангстер. Видимо, потеря оборудования и для него стала серьезным ударом; нервишки не казенные. – Или ты предлагаешь отвезти его в больницу и подлечить?.. Наши работодатели выяснят судьбу прибора другими путями, он по-любому не сможет не засветиться. А этот тип подохнет как раз к тому моменту, как мы соберемся его допросить. Ну же, давай! Избавься от него ко всем чертям!

– Почему именно я? – хладнокровно поинтересовался Иван.

– Он убил твоих людей и поставил в неловкое положение тебя самого! Разве этого недостаточно?! – взорвался Вилье. – Сделай это уже, м-мать!..

Иван Доу облизнул губы и натянул тонкие кожаные перчатки, потом усмехнулся:

– Вот прямо так, значит, да?

– Тебя по-прежнемучто-то смущает, Джон? – поинтересовался представитель Синдиката.

– Свидетели, – сокрушенно вздохнул торговец оружием. – Убийство – это до сих пор убийство, даже при китайской администрации. Не хочу оказаться на крючке у военных властей из-за чьего-то слишком длинного

Марк Вилье задумчиво посмотрел на торговца оружием, но все же махнул рукой, отсылая своих людей на улицу. Трое парней с автоматами скрылись за дверью, внутри с Доу и Вилье остался только лысый чернокожий Луис Тонго. Для контроля, надо понимать. Но Тонго всегда был нем как могила.

– Это неправильно же… – пробормотал Иван.

– Ты допустил небрежность, тебе ее и исправлять. – Марк был непоколебим.

– Я не могу! – взмолился Доу.

– Можешь, – заверил Вилье. – У тебя в кобуре пистолет. Просто достань его и спусти курок. Или же я решу, что ты замешан в этом деле сильнее, чем хочешь показать.

Иван вытащил из-под пиджака разукрашенный сложной гравировкой «Кольт» девятнадцать-одиннадцать, продемонстрировал его на ладони и поинтересовался:

– Марк, ты хотя бы представляешь, сколько он стоит, чтобы мочить из него какого-то говнюка?! Золото двадцать четыре карата, ручная работа…

– Понты дешевые, – усмехнулся Луис Тонго, у которого под мышкой был точно такой же девятьсот одиннадцатый, только без всякого золота.

– Ты заставляешь нас ждать! – нахмурился Вилье, начиная терять терпение.

Иван покачал головой, безнадежно махнул рукой, молча убрал в кобуру драгоценный пистолет, который эти тупицы даже не в состоянии оценить, и направился к выходу.

Дорогу ему немедленно загородил чернокожий гангстер.

– Тебе не разрешали уйти! – угрожающе прорычал Луис Тонго.

– Я вообще-то и не собирался, – скучным голосом отозвался Иван Доу.

Гангстеры не успели не только как-то отреагировать на его молниеносное движение, но даже зафиксировать его. Наверное, с такой скоростью и происходили легендарные дуэли между ковбоями, мастерами точной стрельбы, воспетые Серджо Леоне.

Неожиданно стремительно Иван единым взмахом руки распахнул со щелчком наплечную кобуру громилы, который неосторожно повернулся к нему левым боком, и на беззвучный счет «два», практически слившийся со счетом «один», выдернул из нее «кольт». Тонго успел лишь беспомощно дернуться, когда большой палец Доу привычным движением за долю секунды оттянул спицу курка.

Однако торговец оружием отнюдь не планировал причинять гангстеру вред: Иван молниеносно развернулся, вскинул чужой пистолет в спортивной стойке и с десяти метров аккуратно всадил пулю в лоб примотанного к стулу мексиканца.

Голова пленного мотнулась назад, на пол брызнула кровь. Иван пару мгновений издали пристально изучал результат своих действий, потом рукоятью вперед вернул оружие Луису.

Тот, уже взведенный, как пружина, ошарашенно вырвал пистолет из чужих рук и выжидающе посмотрел на босса, ожидая команды «фас». По его голому черному черепу мучительно потекла предательски взблеснувшая капля пота.

Но Вилье лишь удрученно покачал головой:

– Джон, прошу тебя: впредь избавь нас от своих дурацких перформансов!

– Не хотелось для такого грязного дела пачкать мой крутой пистолет, – криво усмехнулся Иван Доу. – Тем более что на нем полно моих пальчиков, которые после обнаружения трупа сразу станут криминальными. А этого хотелось бы избежать.

Тонго на криминальные пальчики явно было плевать, поэтому возвращенныйпистолет он нервно убрал в кобуру. А поскольку перед выстрелом Доу натянул перчатки, свои пальчики он не оставил и на чужом пистолете.

Доу козырнул двумя пальцами и вновь направился на выход. Но прежде, чем успел распахнуть дверь, представитель синдиката вдруг негромко, словно для самого себя, произнес:

– И нет, Джон, ни черта не на органы.

– Что, прости? – обернулся удивленный торговец оружием.

– Мы давно не разбираем должников, как ты изволил выразиться, на органы. – Вилье снова был сама безмятежность. – Теперь мы продаем их в «Цезарь Палас». Это гораздо эффективнее: по крайней мере, остальные видят, что их ждет в случае хронического неплатежа. – Он оценивающе прищурился: – Из тебя, Джон, получится отличный гладиатор. Ты принесешь немало денег, прежде чем тебя сожрут. Возможно, даже успеешь прославиться на новом поприще. На пару боев тебя точно хватит. А возможно, и нет… Неважно. Но в любом случае пожалеть о своей оплошности ты успеешь наверняка.

Стать звездой подпольного тотализатора в жизненные планы Ивана не входило. С обреченным видом он в последний раз уточнил:

– Значит, сутки?

– Сутки, – снова подтвердил гангстер, глубокомысленно разглядывая погром в помещении склада, оставленный нападавшими, а также его ребятами, которые пытались разобраться в произошедшем. – Пригласи сюда мою охрану, будь добр.

Доу сосредоточенно кивнул и вышел вон.

Эль Капитано

Перейдя из «Колизея» в главное здание «Цезарь Палас» по крытой пешеходной эстакаде, Эль Капитано обогнул застывшего посреди вестибюля у выхода огромного Давида работы Микеланджело (или, возможно, это была просто хорошая копия, в искусстве Федор разбирался, мягко выражаясь, так себе) и двинулся к легендарному бару «Морской конек».

За стойкой сидела эффектная девушка-латина. Поглядывая на висевший над ее головой плазменный монитор, на котором транслировали футбольный матч, она лениво потягивала через соломинку «текилу санрайз» и слушала mp3-проигрыватель через крошечные наушники.

В наушниках играли «VajaConDios», на мониторе – питерский «Зенит» и московское «Динамо». После начала Атлантических событий американские лиги футбола, хоккея и бейсбола прекратили свое существование, а чемпионаты многих европейских стран серьезно пострадали, так что топовые игроки из Африки и Латинской Америки выстроились в очередь в российскую и китайскую премьер-лиги, превратив их в футбольные зрелища номер один и номер два соответственно.

Эль Капитано слышал от старожилов, что когда-то телеэкранов в помещении не было – бар предназначался исключительно для понтовой релаксации богачей. В принципе, тут и без того имелось на что посмотреть: обстановка была шикарной до вычурности, везде виднелись ажурные барельефы и античные скульптуры, а посреди зала располагался огромный аквариум – не такой большой, конечно, как в «Колизее», ибо населен был другими обитателями моря, поменьше и не столь опасными.

Однако новая реальность и здесь внесла свои коррективы. Спортивные состязания интересовали местных джентльменов удачи куда больше релаксации, поэтому пафосному «Морскому коньку» пришлось удовлетворять дешевые запросы новой клиентуры, чтобы не прогореть.

Матвеев опустился рядом со смуглянкой – та покосилась на него с явным неудовольствием, – заказал себе пива. Посмотрел на футболистов, мечущихся по зеленому газону.

– Девушка, – вкрадчиво проговорил он, – что вы скажете насчет того, чтобы бурно и технично удовлетворить богатого и солидного мужчину?

– Мой парень как раз такой, как вы описали, – холодно отозвалась девушка, вытаскивая из ушей горошины наушников, в которых едва слышно плескались латиноамериканские ритмы. – Богатый, солидный и техничный. Мало того, он еще и чертовски вспыльчивый. И если вы будете делать мне непристойные предложения в публичном месте, мистер, он вспорет вам брюхо навахой и заставит сожрать

– А если я предложу вам, к примеру, тридцать тысяч за ночь? – уточнил Эль Капитано. – Это примерно в двести раз больше, чем предложат другие клиенты. Такая сумма поможет вам перебороть ложную стыдливость?

– Американских долларов? – скептически наморщила лобик латина.

– Ну, что вы! Разве я позволил бы себе предложить даме доллары?! – оскорбился Федор. – Юаней, разумеется!

– О, мой кабальеро! – застонала смуглянка в порыве внезапно нахлынувших чувств. – Где у вас тут постель?!

– Вечером, – строго охладил ее пыл Матвеев. – Но, конечно, это королевское представление все же стоило видеть. Зря ты не пошла со мной в зал. Одного человека я имел право провести с собой бесплатно.

– Я все равно не смогла бы спокойно на это смотреть, – призналась девушка. – Она сильно пострадала?

– Всплыла кверху брюхом, – равнодушно поведал Капитано, принимая у бармена свой бокал с пивом. – Кровь фонтаном, кишки по всему аквариуму… – Он удивленно посмотрел на трагически замершую собеседницу. – А с чего это вдруг тебя так сильно волнует состояние морской твари?

– Марикон! Я про Бандану спрашиваю!

– Ну, пару царапин заработала, конечно, как и договаривались, – невозмутимо отозвался Федор. – Ей не привыкать. Без этого мы не смогли бы как следует обвалить ставки.

– Бедная чикита… – вздохнула латина.

– Ты ее все еще любишь? – живо заинтересовался Матвеев.

– Уважаю, – проворчала девушка. – Безмерно. Как и тебя.

– А кого ты больше любишь: ее или меня? – продолжал допытываться Федор.

– Тебя я просто терплю. – Она бросила оценивающий взгляд на Эль Капитано, вольготно, по-мужицки раскинувшегося за стойкой, расставив ноги, и уточнила: – С большим трудом.

– Что же тебя заставляет? – поинтересовался Капитано.

– Сама теряюсь в догадках. Может быть, то, что ты умеешь подбирать для нашей команды нажористые заказы?

– Это умеют многие команданте, особенно корейцы. Если за это ложиться под каждого из них…

– Да, но у них обычно смертность личного состава под пятьдесят процентов. А мы с тобой уже третий год работаем, и за это время потеряли только Чарли. Да и тот сам был виноват…

– Может, это оттого, что у других команданте больше личного состава? – предположил Матвеев. – По теории вероятностей, у них оттого и процент потерь выше.

– Может. – Девушка потянула из бокала свою «текилу санрайз», по мере потягивания последовательно пронзив соломинкой все три слоя коктейля. – Значит, на мою долю приходится тридцать кусков?.. Славно, конечно. Но я же ни черта не сделала в этот раз. Просто сидела тут в баре…

– У нас все поровну, Пакиточка. Забыла первое правило команды? Все заработанное честноделим в равных долях. Иначе неизбежно начинаются всякие непонятки и взаимные обидки.

– Это нечестно. Бандана рисковала больше всех.

– Бандана выполняла общий план. Она, кстати, полностью получит всепризовые деньги за схватку, я на них не претендую и тебе не предлагаю. Но, кроме этого, я сделал рискованную ставку из общего фонда, и теперь каждый получит с этого свою долю выигрыша. Бандана, кстати, тоже, все по-честному.

– Кажется, я вспомнила еще одну причину, кроме размеров мужского достоинства, по которой терплю тебя, локо фуриозо Капитано. С великим, надо сказать, трудом, но терплю.

– Я патологически справедливый и умопомрачительно щедрый, совершенно верно.

– Расскажи это китайцам, которых ты вечно водишь за нос.

– Мне нечего рассказывать китайцам. Все мои сказки они знают наизусть.

– Тогда расскажи им то, что плел когда-то русской администрации. Когда тебя приняли под руки в Сиэтле.

– Ну ты и мымра! – поразился Матвеев. – Я же велел тебе навсегда забыть о том дурацком случае! Как в такой маленькой головке может умещаться столько змеиного яда?!

– Эй, русский медведь! Я тебя ни хрена не понимаю. Говори по-английски, по-испански или хотя бы по-китайски. Вот то, что ты сейчас изблевал, вот это вот «мрым» – это ведь наверняка что-нибудь вроде «пута мадре»?

– Примерно. – Морской волк попытался оценить русское ругательство с международной точки зрения, но потерпел поражение и затряс головой. – Очень примерно, – решил он наконец.

– Ну, так и говори человеческим языком: пута мадре! – рассердилась латиноамериканка. – Нечего придумывать всякие рмы… мрме…

– Это ты человеческого языка не знаешь, пута мадре. Щебечешь на варварских диалектах латыни и путунхуа, ни в одном толком не разбираясь. А вот древние славянские группы индоевропейской языковой семьи… – Он сокрушенно пожал плечами, не сумев придумать достойного продолжения. – Короче, немедленно поцелуй меня, мухэр.

– А ты разве заслужил, омбре?! – очень удивилась девушка.

– Надеюсь, это риторический вопрос? – угрожающе осведомился Федор.

– Да нет, вполне конкретный.

– Да я озолотил сегодня нашу команду! – взвился Матвеев.

– Ну, хорошо, хорошо. – Пакита приподняла с барного стула свою очаровательную попку и зафиксировала на его скуле аккуратный поцелуй. – Достаточно?

– Да нет же!.. – В неистовстве Эль Капитано бывал страшен. – Что это еще за полумеры?!

– Конечно, я охотно сниму всю одежду и доставлю тебе удовольствие прямо в этом зале, – признала Пакита. – Вот только доставит ли тебе радость такая публичность, комми?

– Один поцелуй, мухэр! – прорычал Матвеев. – А потом уже раздевайся куда хочешь и доставляй что хочешь кому хочешь!

– Ты разбрасываешься своим счастьем, Эль Капитано, – резонно заметила Пакита.

Тем не менее она все-таки запечатлела на губах Федора глубокий французский поцелуй с язычком, и Федор одобрительно зафырчал, словно включенный чайник.

– Русский медведь, – удовлетворенно констатировала кубинка. – Ты классный. Ненавижу тебя.

– Я тебя тоже ненавижу, радость моя…

Огромная и волосатая смуглая лапа внезапно легла сзади на его плечо. Матвеев неодобрительно покосился на лапу.

– Эль Капитано? – хрипло раздалось у него над ухом.

– Это зависит от того, кто спрашивает, – сдержанно ответил Федор, не сводя многозначительного взгляда с лапы.

Пакита ощетинилась, подалась вперед, сузила глаза, едва не оскалилась, в любую секунду готовая броситься на незнакомца.

– Папаша Пак хочет поговорить с тобой, Эль Капитано.

Громила оказался непонятливым и руки не убрал, поэтому Матвеев негромко проговорил:

– Ты что, марикон?

На мгновение пальцы на его бицепсе напряглись, затем рука разжалась и исчезла из поля зрения.

– Так лучше? – насмешливо поинтересовались сзади.

–

Метис моргнул. В принципе, русское сокращение БОРЗ (без определенного рода занятий) для деклассированных элементов в китайской зоне оккупации в ходу не было. Однако правильные люди знали его и реагировали на него правильно.

Российская администрация на территориях севернее сороковой параллели, в отличие от китайцев, вела с местными преступниками ожесточенную войну, так что на юге эти упрямые головорезы, отважно противостоящие диким и страшным русским, выглядели чуть ли не супергероями. Термин «борз» в Лас-Вегасе расценивался примерно как словосочетание «русская мафия» в прежней Америке: нечто суровое, жестокое, предельно опасное и абсолютно безбашенное.

– Передай Паку, что за призовыми деньгами я зайду позже, – проговорил Матвеев, не дождавшись ответа. – Совершенно внезапно. И за своим выигрышем к его букмекеру – тоже. Сегодня я не захватил с собой свой верный инкассаторский броневичок.

– Папаша хочет говорить с тобой не по поводу боев. У него к тебе небольшой частный разговор по другому вопросу.

– Частные разговоры – мое любимое занятие! – умилился Эль Капитано. – Я найду твоего босса где обычно? Сопровождающие мне особо не нужны, сам доберусь, спасибо.

– Где обычно, – отозвался громила. – Но я все-таки провожу тебя, борз. Все равно иду в ту сторону.

– Нас, чико, – поправил Матвеев. – Ты проводишь не меня, а нас, потому что чикита идет с нами.

– Чикита останется здесь, - отрезал орангутанг Трехо. - Папаша Пак желает говорить с тобой с глазу на глаз.

– Она мое доверенное лицо. Все, что Пак скажет мне, я тут же перескажу ей, едва выйду от него. Твой босс либо беседует с нами двоими, либо отправляется к черту – играть в свои детские секреты.

– Пак хочет говорить с тобой, а не с двоими. – Метис был пуленепробиваем, как и его знаменитый двойник.

– Де чико, ты не особо умен, – вздохнул Матвеев. – Впрочем, при твоей профессии это и не требуется. Давай спросим босса, готов ли он говорить с нами обоими. Уверен, мне он не откажет.

Несколько секунд громила переваривал услышанное, потом нехотя дернул головой:

– Пошли. Если что, я постерегу твою телку в коридоре.

– Постережешь свою бабушку, – осадил Матвеев. – А эта телка в рукопашной один на один сломает тебе руку в трех местах быстрее, чем я успею сказать «С добрым утром, чико». Сам тренировал.

– Вот это мне и не нравится, – хладнокровно парировал метис. – Я отвечаю за безопасность босса.

– Давай все-таки сначала спросим у самого босса. Вдруг он готов рискнуть?

Метис завис на несколько секунд. Потом обреченно проговорил:

– Пошли, борзы.

Войдя в лифт, громила вставил ключ в скважину под кнопочной панелью и, прикрыв панель корпусом, в определенной последовательности быстро нажал на ней несколько кнопок.

Двери схлопнулись, и зеркальная кабина без промежуточных остановок стремительно вознесла их на верхний этаж Башни Августа, в охраняемый кучей народу пентхаус, который нынешний владелец «Цезарь Палас» Пак Хо Сан отвел себе под рабочий кабинет и личные апартаменты.

Глава 4

Иван Доу

Кристиан Липке ждал торговца оружием за рулем черного, полностью затонированного джипа «гранд чероки». Иван уселся на пассажирское сиденье и трагически скомандовал:

– На Галапагосские острова, и как можно скорее!

Техник завел двигатель, и автомобиль медленно покатил меж однотипных складов. Луч восходящего солнца резанул по глазам, мужчины, не сговариваясь, опустили солнцезащитные козырьки и, так же не сговариваясь, переглянулись.

– Все настолько плохо? – спросил Липке.

– Нет, все совсем не так плохо, как ты думаешь, – меланхолично возразил Иван. – Все гораздо хуже. Как тебе перспектива очутиться в набитом тварями аквариуме с одним только трезубцем? Освежает?

Крис рассмеялся.

– Боюсь, все закончится не столь романтично, – сообщил он, закуривая. Как уже было сказано, здоровый образ жизни утонул вместе с прежним миром, и теперь уже никого не парило, куришь ты или нет. А после ужасов и лишений Атлантического инцидента в Америке курили даже младенцы. – Тебе расплескают череп пулей и закопают в пустыне. А меня рядышком.

Иван Доу с интересом взглянул на помощника и уточнил:

– Это твои радужные предположения или ты уже навел справки?

– Вилье приказал своему доберману избавиться от нас этим вечером, – безмятежно проговорил техник. – Если к этому времени наш прогресс будет равен нулю. Пустыня, одинокая могила, огромная луна, тоскующий койот… – Он покосился на отстраненно жующего сигарету Ивана. – Два тоскующих койота.

– Ты успел поставить жучок? – догадался наконец Доу.

– Ну, ты же именно за это платишь мне деньги, – напомнил Липке.

Торговец оружием откинулся на сиденье и с чувством выругался по-русски:

– Вот суки драные! – Затем продолжил по-английски: – Эта сволочь обещала мне сутки!

– Эти ребята никогда не играют по правилам, – пожал плечами Кристиан.

Иван обреченно кивнул. Верно, не играют. Но не играть по правилам умеют и другие. Почему-то это каждый раз невероятно поражает гангстеров, вызывая у них почти детскую обиду.

Торговец оружием нервно оглянулся, но подозрительный джип к этому времени уже выбрался на оживленную трассу, и хвост, если даже это и был он, затерялся в плотном потоке машин. Хотя Иван готов был держать пари, что ему не показалось.

– Что делать? – спросил Кристиан. – Срочно брать билеты на Аляску?

– Достанут и там, – вздохнул Доу. – К тому же, как по мне, на Аляске слишком холодно. А камеры в полицейских участках так и вовсе ужасны.

– Доводилось побывать? – понимающе покивал Липке.

– Не без этого, – подтвердил Иван, мельком подумав, как причудливо иной раз извиваются линии судьбы. Из-за проблем с законом он некогда застрял на севере и встретил Атлантический инцидент в холодной камере за тысячи миль от Мексиканского залива, а его законопослушных маму и отчима накрыло цунами, смывшее

Торговец оружием еще раз выругался, на сей раз беззвучно, и попросил помощника:

– Отвези меня в центр. И оставайся на связи.

– Хорошо, – кивнул Липке, останавливаясь на перекрестке.

С внедорожником поравнялась патрульная машина временной администрации. Китайцы в бронежилетах и с автоматами высокомерно уставились на тонированный джип, но задерживать не стали, слишком жарко, чтобы попусту возиться на улице без кондиционера, – и, понемногу набирая скорость, двинулись дальше. Мало ли их тут крутится, зажиточных беженцев из пострадавших районов.

Иван выставил им вслед средний палец. Аккуратно, чтобы не увидели. Чертовы азиатские шовинисты, отрываются теперь за все годы, когда китайцев тут за людей не держали – или именно так, по крайней мере, показали им по народному телевидению.

Хотя Доу, конечно, предпочитал иметь дело с ними, нежели с русскими собратьями, оккупировавшими северную часть Америки.Говорят, те коммунистические расисты выпивают разом по бутылке водки, а еще бросают сторонников демократии в тюрьмы, потому что обожают всякое рабство, и там травят их аполлонием, или как бишь это у них называется…

Кристиан повернул на соседнюю улицу и покатил к центру Лас-Вегаса – самого беспокойного города в мире. А если кто-то возьмется утверждать обратное, приезжайте и убедитесь сами.

Мелькали за окнами автомобиля высотки отелей, то и дело попадались на глаза кафе и рестораны, сияли разноцветными огнями многочисленные казино – слава Всевышнему, Западное побережье Сухих Штатов, задыхавшееся от недостатка пресной воды и самого необходимого, не испытывало проблем хотя бы с электроэнергией, ибо исполинская Дамба Гувера не была повреждена губительным катаклизмом и по-прежнему исправно функционировала.

Когда в реке стремительно поднялась пришедшая с востока морская вода, инженеры Дамбы на полную открыли водосброс, иначе плотину просто смело бы таким бешеным напором. И тем полностью решили проблему. Нет, если бы Дамбу строили в XXI веке, с его фантастическими распилами и потрясающей экономией, ее не спасло бы уже ничего. Однако ее возводили в годы Великой Депрессии сто лет назад, поэтому Дамба не только была жива, но еще и исправно функционировала.

Иван Доу поглядывал по сторонам без всякого интереса и вскоре попросил остановиться перед главным входом торговой галереи.

Но занимали его вовсе не покупки – конгломерат дорогих магазинов и бутиков он миновал без остановок, покинул его через одну из боковых дверей и поспешил прочь по глухому переулку. Вдали взвыли пронзительные, как и все аналогичное в Америке, полицейские сирены – этот звук был в современном Вегасе столь привычным, как в Нью-Йорке семидесятых, что без него местные уже не могли заснуть.

Имелись и более надежные способы избавиться от возможной слежки, но на них уже не оставалось времени. Часы неумолимо тикали, и так же неумолимо приближался дедлайн, а в данном случае выражение «смертельная черта» не было преувеличением ни в малейшей степени. Оборудование следовало вернуть мафии во что бы то ни стало.

Дыра в затылке, яма в пустыне, огромная луна над всем этим и тоскующий койот где-то неподалеку – нет, это вовсе не то будущее, к какому стремился Иван.

Уже шагая по тротуару вдоль шумной дороги, торговец оружием достал из кармана предоплаченный телефон и вызвал единственный забитый в его память номер. Никто не ответил. Никто, впрочем, и не должен был ответить, важен был сам факт звонка.

Повернув на углу, Иван распахнул стеклянную дверь бистро, и остуженный кондиционером воздух окутал его холодным облаком. Торговец оружием уселся за свободный стол у окна, машинально заказал кофе и пару пончиков. Недавние нервные события полностью отбили аппетит, и для того, чтобы подать сигнал, он мог бы просто попросить стакан воды, но не хотел давать официантке повод запомнить себя. У него сейчас и без того хватало проблем.

Когда принесли заказ, Иван на миг оторвался от экрана смартфона, кивнул сонной девушке и вновь принялся просматривать новостные сайты. Время шло, в бистро никто больше не заходил, и понемногу это начинало действовать на нервы. Торговец оружием вовсе не был уверен, что известие о налете на склад уже не достигло заинтересованных лиц и его не списали в утиль.

У черных вестей быстрые крылья, или как-то так. Как правильно звучит это выражение, Иван не знал, хоть и считал себя стопроцентным американцем. Все же английский язык не был для него родным, и потому зачастую в словарном запасе торговца оружием возникали лакуны – незначительные, но досадные.

Убрав смартфон в карман, Иван с отвращением отодвинул от себя чашку остывшего кофе и совсем уже собрался подняться из-за стола, когда входная дверь наконец распахнулась, и в заведение вошел лысоватый мужчина средних лет в поношенном сером костюме. Его сорочка казалась несвежей, брюки требовали глажки, и все же нечто неуловимое не позволяло сходу причислить их владельца к разряду нерях. Скорее уж приходило на ум, что он малость не от мира сего, как те рассеянные гениальные ученые.

Неприметный лысоватый господин по фамилии Майлд числился в штате САБР, Североамериканского бюро расследований, спешно сформированного после Атлантического инцидента из уцелевших сотрудников ФБР и BATF – бюро по контролю за алкоголем, табаком и огнестрельным оружием. Русские и китайцы оспаривали управление организацией друг у друга с переменным успехом, и это обеспечивало ей достаточную степень автономии. А где автономия – там и разные темные делишки и секретные операции, превзошедшие эти самые темные делишки по части негативного влияния на карму всех причастных к ним людей.

Мир рушится быстро, люди гниют годами. Мысль эта напомнила Доу предсказание из китайских печений, он поморщился и мотнул головой.

Спецагент Майлд уселся напротив, придвинул к себе блюдце, макнул пончик Ивана в его же остывший кофе. Задумчиво откусил.

– Отличная выпечка! – заметил он, прожевав.

– Не могу сказать того же о сегодняшней ночи, – поморщился Иван.

– Только не говори, что все сорвалось, – насторожился пришедший.

– Сорвалось?! – мгновенно вышел из себя торговец оружием. – Если под словом «сорвалось» ты подразумеваешь мою скорую мучительную кончину, то да – пожалуй, все сорвалось!

– Какого черта, Иван? – нахмурился спецагент. – Прибор работает как часы! Я лично следил за его обкаткой. Как ты мог все запороть при таком раскладе?! Как, скажи на милость? Ты хоть понимаешь, чем я рисковал, снимая его с нашего катера береговой охраны?!

– Его украли, – трудным голосом сказал Доу, выцарапывая сигарету из пачки.

– Украли?! –

– Именно. Вломились на склад и перебили охрану. Вилье в ярости.

– Кто?! Какой еще, мать его…

– Синдикат, – с печальным вздохом ответил Иван.

– Даже так?.. – Майлд нервно хмыкнул и бросил надкусанный пончик на блюдце. – Что ж, Джон, наше сотрудничество было взаимовыгодным, спасибо. Жаль, не смогу принести на твою могилку цветов. Но ты ведь не мог не догадываться, что рано или поздно все именно этим и закончится?

– Ты как-то не выглядишь расстроенным, – отметил Доу, в свою очередь настораживаясь.

«Антиатлант», армейский прибор для отпугивания морских тварей, стоил серьезных денег, которых им еще не заплатили. Майлд имел обыкновение убивать и за меньшее, но сейчас он лишь пожал плечами и поднялся из-за стола.

– Так или иначе, свое я получу, – бросил спецагент на прощание, но Ивана такое завершение беседы не устраивало.

– Стой! – потребовал он. – У нас еще есть шанс все исправить!

– У тебя, ты хотел сказать? – безо всякого интереса спросил Майлд. Тем же тоном он мог бы поинтересоваться, какую погоду обещают на завтра.

– У меня, да! – Разъяренному Ивану сейчас было не до фехтования смыслами. – Но понадобится твоя помощь!..

Майлд с сомнением посмотрел на торговца оружием, вздохнул и вернулся за столик.

– Ну, говори, – велел он. – Если это принесет деньги. Иначе заткнись.

Иван достал из кармана пластиковый пакет с грязным носовым платком.

– Здесь кровь одного из нападавших. Пробей по базе ДНК.

– Это не так просто… – задумался Майлд.

– Не так просто – это мне будет спрятаться от синдиката! – огрызнулся Доу. – Отправь кровь на анализ, большего не прошу!

На лбу плешивого агента залегла глубокая морщина. Он оценил прозвучавшую в голосе собеседника угрозу и фыркнул:

– Рискнешь пойти против картеля?

– У меня вообще есть выбор?

Спецагент Майлд покачал головой. Сунул пакет с платком в карман, пообещал мимоходом:

– Позвоню, – и зашагал на выход.

Иван Доу откинулся на спинку скамьи и пристально посмотрел вслед партнеру. Вопреки ожиданиям, тот не стал устраивать скандала, он вообще повел себя насквозь неправильно, и эта неправильность наводила на нехорошие раздумья. Она пахла пылью неглубокой ямы, наспех выкопанной посреди раскаленной солнцем пустыни. И одиноким койотом.

Иван кинул на стол мятую пятерку и отошел к зеркалу. Полюбовался безукоризненным отражением, поправил расстегнутый ворот сорочки, растянул губы в белозубой улыбке преуспевающего предпринимателя.

Получился оскал раненого животного. Но сдаваться он не собирался при любом раскладе.

Эль Капитано

Полтора часа спустя Матвеев и Пакита в глубокой задумчивости вернулись в бар «Морской конек». За стойкой на том же самом месте, где раньше сидела кубинка, теперь расположилась негритянка Бандана – уже одетая в топик змеиной кожи, юбку выше колен, крокодиловые сапоги и миниатюрную кожаную курточку с короткими рукавами.

Пакита с визгом бросилась ей на шею. Эль Капитано опустился рядом, испытующе посмотрел на негритянку, задержал внимательный взгляд на свежих шрамах на ее ногах и оголенном бицепсе – уже зашитых и залитых антисептиком.

– Куда вы провалились? – недовольно поинтересовалась Бандана. – Я со скуки выпила уже полбутылки эрготоу! Почему на мобилу не отвечаем?! Я думала, вас там уже давно закопали со всеми деньгами…

– Как самочувствие, чика? – спросил Матвеев, игнорируя ее бодрые вопросы. – Я правильно понял в зале, что ты так и не позволила аквамену цапнуть себя по-настоящему?..

– Один раз позволила, – нехотя призналась девушка, понимая, что скрывать правду от командира бессмысленно, и машинально погладила изуродованный свежим шрамом бицепс. – Прости, тренер. Нелепо подставилась. Ступила! Но сразу после боя меня отлично подлатали за счет заведения. Там такие классные медсестрички – м-м-м! Тебе точно понравились бы…

Пакита шлепнула ее по больному плечу – вроде бы ласково, но негритянка зашипела от боли.

– Дура, – хладнокровно подтвердил Эль Капитано. – Пута мадре. Если жертвовать каждому ублюдку кусок собственного мяса, оно быстро закончится. Я тебя мало гоняю, гуапа? Сегодня, так и быть, отдых, восстановление, сауна и любовь, заслужила, но завтра ты у меня умрешь в бассейне, малдита идиота!..

– Ладно, – проговорила Бандана, потирая пострадавшую конечность. – Придержи коней, ковбой. Призовые забрали?

– Нет, конечно! – возмутился Матвеев. – Ну, что ты как маленькая? Магнуссон непременно захочет отомстить по горячим следам и перехватить бабки. Да и других желающих поживиться призовыми деньгами в Лас-Вегасе достаточно. Мы придем за ними к Папаше Паку в другой день, совершенно внезапно. Свалимся как снег на голову, когда никто из местных бандидос не будет готов, а потом мгновенно растворимся с баблом в предрассветной туманной дымке.

– Где ж вы тогда шатались столько времени? Небось занимались глупостями в мужском туалете?..

– Незапланированно побеседовали с Папашей Паком. Он сделал мне довольно интересное предложение, от которого невозможно отказаться. – Эль Капитано достал из нагрудного кармана драгоценную кубинскую сигару, презентованную понимающим Папашей, помял было в пальцах, потом снова спрятал. – Вас, девчонки, это тоже касается самым непосредственным образом, Пакита уже в курсе. Короче, поехали домой, мухэр, обрисую ситуацию по дороге. Тут слишком много любопытных ушей. Допивай свои оставшиеся полбутылки, и стартуем. С эрготоу могу помочь, но тогда за руль придется посадить Пакиту, а это чревато.

– Не утруждай себя, папочка. Я заберу свои полбутылки с собой.

– Ты снова будешь делать лазерный пилинг? – поинтересовался Матвеев, уже когда они направлялись в гараж. – Чтобы сгладить шрамы и дальше очаровывать девчонок своим сногсшибательным внешним видом? Я ведь тебе сразу сказал: зритель дурак, ему вполне достаточно кровавых царапин, чтобы в панике обвалить ставки. Если для твоих шрамов понадобится лазер, мы не будем снова оплачивать его из общих денег. У нас нынче сомнительные времена. Да и тебе рекомендую отложить выигрыш на уютный домик на Алтае вместо того, чтобы расходовать его на пустяки. Туда атланты точно не доберутся.

– Не нужен мне лазер, – надулась негритянка. – Шрамы украшают мужчину. Я ведь мужикий мужик, или как там говорят у вас в Сибири.

– Ну, для меня ты все равно всегда будешь бабой, – утешил Федор. – Может, оно и к лучшему. Это позволяет мне закрывать глаза на

Бандана издала тонкий потешный звук, который, видимо, должен был продемонстрировать, что именно она думает о Матвееве в целом и о его закрытых глазах в частности, но так ничего и не сказала. Публично грубить тренеру и главарю клана все-таки очень, очень не рекомендуется.

Они спустились в подземный гараж и направились к своей машине, стоявшей как раз под наклеенным на стене плакатом социальной рекламы оккупационных войск: добродушный бурый мишка и суровая панда, оба мультяшно антропоморфные и в армейском камуфляже, с двух сторон поддерживают под мятые крылья ошалевшего и насквозь промокшего американского орла с ногой в гипсе. Под плакатом имелась надпись на английском, испанском, арабском, русском и китайском: «ОКЕАН ДЛЯ ДРУЗЕЙ – НЕ РАССТОЯНИЕ!»

Заметив девушек в сопровождении Эль Капитано, от стены отделился здоровенный цыганистый бугай, который двинулся им навстречу. В руке у него была велосипедная цепь, с одной стороны обмотанная изолентой. Бугай радушно осклабился, заметив, что все смотрят на него.

Из-за припаркованного минивэна с двух сторон вышли еще двое – с бейсбольными битами.

Эль Капитано чуть приотстал и оглянулся, чтобы посмотреть, как захлопываются створки капкана. Позади было четверо. Правильная стратегия: те, что подходят спереди, с длинномерными орудиями труда, лишь отвлекают внимание огрызающихся жертв. Бить всерьез станут сзади.

Лобная кость, как известно, настоящая каска, а вот затылочная слаба, подвижна и состоит из как попало скрепленных между собой деталей. Хорошим ударом по затылку человека можно убить – а вот сделать то же самое ударом по лбу сложновато.

Стало быть, сзади никого подпускать нельзя. Все как обычно.

– Бандана, ми корасон, как себя чувствуешь? – вполголоса поинтересовался Матвеев, на ходу наскоро разминая запястья. – Голова от кровопотери не кружится?

– Все в порядке, босс. – Девушка подняла руку, и в ней блеснула «Игла». – Готова прямо сейчас распотрошить еще пару-другую ихтиандров.

– Значит, работаем! – Федор выпустил из-под полы безрукавки автомобильную монтировку. Обычное дело для Вегаса: все автомобилисты так носят. Особенно те, кому есть что защищать. – Спина к спине, девчонки, под огнестрел не лезем, строго держим свои сектора. Пакита, детка, береги суставы пальцев, они у тебя проблемные. Команда, слушай мой приказ: до смерти никого не мочить! Папаша Пак не нанимался за нами бесплатно трупы утилизировать, это хороших денег стоит. Погнали!..

Глава 5

Иван Доу

Эти ребята не были родственниками, но их компанию иначе как «братья О'Райли» не называл никто и никогда. Ну, в самом деле: если трое ирландцев вечно держатся вместе, двое из них рыжие как морковь, и двоим же из троих довелось появиться на свет под этой славной фамилией, то какое еще прозвище могло к ним прилипнуть? Вот именно.

И никого давно уже не удивлял тот факт, что одного из братьев звали Эйрин, Эйрин О'Райли. Другими словами, что он был женщиной. А если кто и удивлялся, то молча. Кому нужны неприятности на пустом месте?

Ведь именно на неприятностях «братья» и специализировались. Решали проблемы одних, создавали их другим. Не в силу какой-то особенной живости характера или предрасположенности к асоциальному поведению, а строго за наличный расчет.

Проще говоря, Эйрин, Патрик и Кевин были наемниками. И весьма неплохими, следует заметить.

Штаб-квартирой им служил бар «Клевер» – небольшое заведение без вывески, с дверью, выкрашенной зеленой краской. Хватало зеленого и внутри, особенно в сочетании с белым и оранжевым. Завсегдатаи любили выпивать в окружении цветов национального флага смытой ко всем чертям в морскую пучину страны.

Верхний свет в баре был выключен, лишь мерцали лампы в дальнем от входа углу, откуда то и дело доносились костяной стук и отзвуки ударов потише. Патрик О'Райли и Кевин Ши играли в бильярд. Патрик пил «Джеймсон», Кевин отдавал предпочтение «Гиннессу»; пиво, понятное дело, выигрывало у виски с заметным отрывом.

Крепкие парни лет двадцати пяти были невысокими и коренастыми, отчаянно рыжими и зеленоглазыми. Да и в остальном походили друг на друга, словно близкие родственники: жизнь обтесала их на один манер, как волны обкатывают гальку на морском берегу. Сбитые костяшки, свернутые носы, уверенные движения опытных бойцов…

Вот только Патрик мог быть дублером Чарли Чаплина в образе, и его тонкие усы, которые хозяин то отращивал, то, потеряв терпение, сбривал, только усиливали сходство. То есть курчавый Патрик в принципе не был особо похож на Чарли, просто при взгляде на обоих ощущение возникало абсолютно одинаковое: нечто копошащееся и деловитое, но совершенно не приспособленное к реальной жизни.

И это при том, что Чарли Чаплин, в общем-то, был смешным чудаком, а действительно опасный Патрик О'Райли был не дурак и выпить как следует, и за чужой женой ухлестнуть, чаще всего успешно, и случайного свидетеля пришить безжалостно, и всячески нагрешить каким-нибудь другим доступным способом.

Кевин же имел прямые волосы и совершенно прямую душу. Возвращаясь к резервуару в «Цезарь Паласе», Патрик по натуре скорее напоминал беспечного резвящегося плиозавра; что касается Кевина Ши, то он однозначно был панцирной рыбой плакодермой – невзрачной, конкретной, нерассуждающей и мгновенно свирепеющей, что делало его победителем во многих дурацких единоборствах. Или тех, что только сперва выглядели дурацкими, а заканчивались смертельным исходом.

Эйрин была слеплена из другого теста. Стройная и подтянутая, словно свитая из стальной проволоки плеть, со столь холодным взглядом серых глаз, что никому и в голову не приходило даже в шутку поинтересоваться натуральным цветом ее обесцвеченных волос, стянутых на затылке в короткую косицу. Может, тоже рыжие, кто ж его знает…

Не знал никто, что характерно.

Девушка протирала стойку бара. Когда зазвонил телефон, трубку взяла именно она. Молча выслушала сообщение и крикнула «братьям»:

– Хорош там! А ну-ка, убили шум!

– Как это?! – озадачился Кевин. – Мы только начали! Чем тебе бильярд-то помешал?

– Во-первых, у меня от вашего стука разболелась голова…

Патрик дружелюбно ухмыльнулся:

– Будь ты моей женой, это был бы чертовски сильный аргумент, но...

– Еще раз удачно пошутишь, получишь по зубам, – невозмутимо пообещала Эйрин. – Во-вторых, звонил Иван, у него срочное дело.

– Джон Доу прорезался?! – обрадовался Кевин и потер руки. – Чую, будет весело… И денежно, – присовокупил он, поразмышляв.

– Лишь бы не как в прошлый раз, – поморщился Патрик.

– Тебя

– Рассрочка, – пояснил его коллега. – Меня категорически не устраивает рассрочка на наши услуги. Это все, что не устраивает меня в общении с Иваном. Рассрочка, вот что.

– На этот раз будет полная предоплата, – утешила Эйрин.

– Похоже, дело намечается жаркое… – оценил Кевин. В реальности деньги интересовали его куда больше, нежели веселье.

Девушка кивнула:

– Он упомянул контрагентов на букву «к».

– Его кинул картель?! – неприятно поразился Патрик. Связываться с мексиканцами ему не хотелось – по той простой причине, что такие мероприятия обычно себя не окупали.

– Ивану придется серьезно раскошелиться, – согласился с напарником Кевин.

– Именно так и будет, – заверила Эйрин.

Иван Доу прибегал к услугам наемников всякий раз, когда его взаимоотношения с контрагентами заходили в тупик, и считался постоянным клиентом, но на этот раз о скидках и рассрочках не могло идти и речи. Предоплата, наличный расчет, двойной тариф, и точка.

Слишком высок был у наемников Ивана риск засветиться и окончить жизнь с залитыми в бетон ногами на дне Мексиканского залива. Ну, или тоскующий койот в пустыне, что едва ли предпочтительнее.

– Если он платит вперед, мы в деле! – заявил мистер О’Райли и опрокинул в себя очередную рюмку виски.

– Хватит уже жрать! – возмутилась Эйрин. – Нам еще работать сегодня!

– Сильно его припекло, – задумчиво проговорил Кевин Ши.

– Иначе он бы и не обратился, – пожал плечами Патрик и направился в заднюю комнату. – Пойду проверю снаряжение.

Бутылку он как бы невзначай прихватил с собой.

Иван Доу приехал в бар после пяти. Как обычно, в дорогом костюме, гладко выбритый и просто излучающий уверенность в себе сукин сын, но Эйрин знала его слишком хорошо, чтобы не заметить в глазах торговца оружием странной растерянности.

Следом прошмыгнул неприметный тип лет сорока в синем рабочем комбинезоне – Кристиан Липке, водитель, охранник и мастер на все руки. Он дружелюбно кивнул – не обращайте на меня внимания типа, – и устроился за столом с ноутбуком.

Иван радостно улыбнулся:

– Просто замечательно, что ты стоишь за стойкой, Эйрин, – дружелюбно произнес он, – иначе я бы не удержался и шлепнул тебя пониже спины!

– Просто замечательно, что я стою за стойкой, Иван, – охотноотозвалась девушка, – это уберегло кое-кого из нас от совершенно ненужных телесных повреждений.

– Согласен, не хотелось бы из-за такого пустяка лишиться денежного клиента, – лениво заметил Кевин. – Да и труп закапывать – та еще морока. – Он перевел взгляд на Кристиана и добавил: – Два. Два трупа.

– Два тоскующих койота. И огромная луна. Даже две, – пожал плечами Доу, совершенно не обидевшись, и выложил на стойку пухлый газетный сверток: – Это аванс.

– Че?! – нахмурился наемник. – Эй, я думал, речь шла о полной предоплате!

– Успокойся, – попросила Эйрин. – Остальное получим, когда появится ясность с заказом.

Кевин с недовольным видом поморщился, встал за кран и принялся наполнять бокал «Гиннессом».

– А когда она появится, эта ясность? – спросил он наконец, поняв, что продолжения от заказчика не последует.

– Если не появится до конца дня, то не появится вовсе, – сообщил торговец оружием. – И тогда мне конец.

– Но аванс же невозвратный? – на всякий случай немедля уточнил Ши.

Иван Доу закатил глаза и вздохнул:

– Приятно осознавать, что тебя окружают столь отзывчивые люди!

Кевин хохотнул и благоговейно «срезал» излишки мелкой плотной пены. Но прежде, чем успел приложиться к пиву, торговец оружием ловко отобрал у него бокал и отставил в сторону.

– Хватит жрать! – потребовал он. – Вам работать вечером!

– Может, мне еще «Боже, храни королеву» спеть?! – разозлился ирландец. – Или «Правь, Британия, морями»?!

Иван только покачал головой и повторил:

– Хватит жрать.

– Да это же просто кружка пива! – возмутился Ши.

– Хватит, Кевин, – попросила Эйрин, закончив пересчет толстой пачки юаней из газетного свертка.

Наемник недобро глянул на нанимателя:

– А еще говорят, что ирландцы и русские похожи! Что и те, и другие много пьют!

– Выпьем после работы, – пообещал Доу. – Много. Обещаю.

– Черт, Иван, тебе меня не понять! – взорвался Кевин. – Мою родину смыло на хрен в море, а твоя на паях с Китаем попилила Штаты и закусила Канадой!..

Доу почувствовал, что начинает закипать, и усилием воли заставил себя успокоиться. У него даже почти получилось.

– Я в Майами с десяти лет, – негромко заявил он. – Вот моя родина. Там жила моя семья. А где находилась во время Атлантического инцидента твоя семья, Кевин? На Западном побережье, так?..

– Вы еще подеритесь, мальчики, – скучающим тоном произнесла Эйрин, нисколько не впечатленная перепалкой. – Кевин, позови-ка лучше Патрика.

– Двое на одного?! – нервно усмехнулся Иван. – Бесчестные ублюдки!

Ирландец в ответ молча выставил в пространство средний палец и отправился за напарником.

– На этот раз ты влип серьезно? – понимающе поинтересовалась девушка.

Доу отпил пива из отвоеванного бокала и нехотя произнес:

– Серьезней некуда.

– Такое случается, когда начинаешь работать с картелями, – кивнула Эйрин.

– С синдикатом, – покачал головой Иван. – Мексиканцы всего-навсего перехватили мою поставку синдикату.

– И ты остался крайним? – сообразила девушка.

– Надо же ведь кому-то в таком случае остаться крайним, – пожал плечами Доу. – Вот я и.

Вернулся Кевин, перетащил от ближайшего стола стул, уселся на него, выставив спинкой вперед, как истинный мастер допроса. Патрик появился минуту спустя и сразу сунулся в бар, но Эйрин шикнула на него, велев на сегодня вообще забыть о выпивке.

– Только не говорите, что пьете с самого утра, – вздохнул Иван, обратив внимание на подозрительный блеск в глазах наемников.

– Мы не пьем с самого утра. Мы пили утром, – поправил его Патрик и сразу перешел в наступление: – Ты ведь не счел необходимым заранее предупредить нас о своих планах на сегодня!

Доу махнул рукой, отхлебнул пива и поведал:

– Люди из картеля

– Что за штуку? – спросил Кевин.

– Один электронный блок.

– И что он делает? – настырно продолжил допрос Патрик.

Торговец оружием вновь закатил глаза и обреченно вздохнул.

– Блок позарез нужен синдикату, и это главное, – ответил он. – Прочее факультативно.

– Что ты предлагаешь? – спросила Эйрин. – Мы ведь не можем просто хватать людей из картеля на улице и выпытывать у них, куда они дели твою игрушку.

– Мы и не будем, – возразил Иван. – При налете на склад один латино невзначай поймал пулю. Как только установят его личность, мой человек в полиции даст об этом знать. Пройдемся строевым шагом по связям ублюдка.

– Целая войсковая операция намечается, – многозначительно заметил Патрик. – Это наверняка обойдется недешево.

– А еще он требовал от меня спеть «Боже, храни королеву», – наябедничал Кевин.

– Удваиваем цену! – ужаснулся его напарник.

– Мальчики, не шумите, – попросила Эйрин. – Голова болит. Условия контракта мы еще обсудим…

В этот момент в кармане Ивана зажужжал предоплаченный телефон. Торговец оружием выставил перед собой указательный палец, призывая всех к молчанию, поднес трубку к уху и произнес:

– Слушаю.

– Это не картель! – послышался захлебывающийся от эмоций голос спецагента Майлда. – Джонни, мать твою, это был не картель!..

– Не понял! – опешил торговец оружием.

- ДНК этого типа нет в системе, но частично образец совпал с кодом главы байк-клуба «Ацтеки» Алехандро Руиса! Убитый – его брат или кузен! Джон, «Ацтеки» не работают с картелями!

– Это же хорошо?.. – побормотал сбитый с толку Доу.

– Хорошо?! – прорычал спецагент. – Верни блок! Верни блок, или я сам разберу тебя на запчасти! Понял, ублюдок?!

Иван Доу сунул замолчавший телефон в карман и в несколько сосредоточенных глотков допил «Гиннесс». Не обращая внимания на озадаченные взгляды наемников, приблизился к насторожившемуся помощнику и с трудом проговорил:

– Байк-клуб «Ацтеки». Нарой на них, что сможешь.

Кристиан Липке кивнул и немедля принялся шерстить закрытые базы данных, коды доступа к которым заполучил благодаря небескорыстному содействию спецагента Майлда.

– Планы внезапно поменялись? – осведомилась Эйрин, когда торговец оружием вернулся к стойке бара.

– Цель не картель, а байк-клуб «Ацтеки», – ответил тот.

Патрик только пожал печами.

– Ну, это особой роли не играет, – сказал он, но в голосе его прозвучало откровенное облегчение.

– Брось! – нахмурился Иван. – Разница есть, и принципиальная.

– Стрелять придется в любом случае, – резонно заметил Кевин.

– Я не собираюсь сбивать цену, – пожал плечами Доу, хотя именно это он только что и намеревался проделать. – Просто не надо выкручивать мне руки. Стандартные расценки плюс премия за срочность – это разумно, не так ли?

– Двойная премия! – отрезала Эйрин. – И так будет всякий раз, пока ты не научишься предупреждать нас заранее! Мы даже не знаем, где придется работать.

Кристиан Липке предложил:

– Могу устроить виртуальный тур.

Наемники переглянулись. Кевин кивнул:

– Давай.

Помощник торговца оружием перенес свой ноутбук на стойку бара, открыл карту и указал на одну из отметок:

– Гараж «Ацтеков» на самой окраине. Кругом только склады и мастерские, никаких гражданских с заходом солнца. – Он приблизил изображение нужного здания и продолжил инструктаж: – К гаражу примыкает двухэтажное здание офиса с отдельным входом. Подъехать туда можно с двух сторон, но с крыши трехэтажного здания через два дома простреливаются обе дороги.

– Возьмешь это на себя? – спросил Иван помощника, который во время службы в армии был марксманом – не полноценным снайпером, а стрелком поддержки, призванным увеличить дальность огневого поражения отделения до семисот-восьмисот метров.

– Дистанция подходящая, – кивнул Липке и переключился из режима карты в виртуальный тур. – Снимки сделала полиция в прошлом году перед очередной облавой, с тех пор что-то могло измениться, – сообщил он, демонстрируя сначала одну улицу с обшарпанными воротами гаражей, а затем и соседнюю. Потом показал непосредственно ангар с пристроенным к нему двухэтажным офисом.

– Сколько там может быть людей? – озабоченно спросил Патрик некоторое время спустя.

– По данным предыдущих облав, от трех до семи человек, – сообщил Крис Липке. – Всего в банде от двенадцати до пятнадцати активных членов, но трое из них отбывают наказание, еще один недавно разбился на мотоцикле, и одного подстрелили на складе у Доу.

– Нашел гада? – встрепенулся Иван.

– Да, смотри, – и техник вывел на экран фотографию молодого мексиканца. – Хуан Руис, кузен Алехандро. Не привлекался, поэтому в полицейской базе данных его нет. Я отыскал снимок в архиве оперативной разработки.

Торговец оружием присмотрелся к изображению и кивнул:

– Похож.

– Итак, в самом плохом раскладе нам придется иметь дело с десятком бойцов, – подытожил Патрик. – Планировка помещений известна?

– План старый, ничего более свежего найти не удалось, – сообщил Крис, и фотография сменилась схемой первого этажа. – Могу сделать 3D–модель.

– Да и так все понятно, – заявил Кевин. – Но втроем мы там завязнем. Надо заходить через офис и через гараж одновременно.

Эйрин оценивающе взглянула на торговца оружием:

– Иван, ты в деле?

Доу поморщился и посмотрел на помощника. Липке сокрушенно кивнул: ничего не поделаешь, народу маловато.

– Хорошо, – с обреченным вздохом согласился Иван. – Как предполагаете действовать?

– Мы возьмем на себя офис, – с жаром пояснил Кевин. – На вас гараж. Радиочастоты и мобильную связь подавим сами, Крис отрубит электричество и телефон. Дальше будет контролировать улицу и слушать полицейскую волну. Ты, Иван, главное, не суйся вперед и прикрывай Эйрин.

– Да уж вперед не полезу, будьте уверены, – заверил Доу и на всякий случай предупредил: – Алехандро надо взять живым.

– Нереально, – сразу отрезал Патрик. – Возьмем кого получится.

– Крис, покажи нам этого персонажа, – все же попросил торговец оружием.

Помощник вновь переключился на полицейскую базу данных.

– Да все эти латиносы на одно лицо! – отмахнулся Патрик, поднимаясь со

– Куда это вы собрались? – насторожилась Эйрин.

– Осмотримся на месте, – пояснил ее однофамилец. – А ты пока внимательно распотроши бумажник нашего нанимателя.

Мужики-ирландцы отправились на выход. Иван Доу откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки:

– С учетом изменившихся обстоятельств, думаю, я заплатил вам достаточно, – ледяным тоном проронил он.

Девушка ядовито улыбнулась:

– О, ты даже не представляешь, как сильно заблуждаешься!

Кристиан Липке флегматично закрыл ноутбук и предупредил:

– Присмотрю за местом. Если получится, возьму под видеонаблюдение, а как стемнеет, запущу дрон…

– Ладно, иди, – с кислой миной отпустил его торговец оружием и едва удержался от обреченного вздоха.

Переговоры впереди намечались не из легких.

Глава 6

Эль Капитано

Эль Капитано позволил противникам нанести удар первыми.

Точнее, позволил попытаться нанести удар. Но не оттого, что сейчас была их очередь бить, или от какого другого избытка благородства.

То есть как раз этого говна, именуемого благородством, у Матвеева было хоть отбавляй – что называется, зачерпывай щедро обеими пригоршнями и размазывай по ближайшей стенке. Но нет, не из-за этого.

А оттого, что если противник вооружен чем-то вроде бейсбольной биты, то честное слово, из прагматических соображений лучше дать ему как следует размахнуться – и тогда можно молниеносно уклониться, а потом на противоходе поразить его в корпус, на мгновение размаха оставшийся без защиты. Проверено.

Семь человек на отмороженную команду Эль Капитано – ну, что за глупости, честное слово. Тут для гарантии надо собирать минимум полтора десятка бойцов с огнестрелом. Огнестрел лучше иметь всем собравшимся.

Если нападающие ссут китайских оккупационных войск, которые обычно не разбираются, кто здесь прав, а кто виноват, и с порога кладут всех, – огнестрел жизненно необходим: проще будет уходить от преследователей огородами, отстреливаясь. Если такового нет, то вы, нападающие, сами себе злобные бакланы. Тут все сказано; конец истории. Имеющий ум сочтет число Зверя.

С другой стороны, у Магнуссона маловато денег, чтобы нанимать против Матвеева полтора десятка бойцов с огнестрелом. Рылом не вышел.

Эль Капитано задумчиво изучал нападавших. Нет, огнестрела ни у кого из них, похоже, не было. Во всяком случае, такого, какой они готовы были бы немедленно пустить в ход. Дабы, значит, не привлекать внимание китайцев канонадой. Ну, тогда дело значительно упрощается.

Масса тела в рукопашной схватке при прочих равных имеет серьезное преимущество. Поэтому Пакита едва ли имела бы шансы против вооруженного цепью или битой противника, если бы не знала досконально болевые точки на теле человека, ударами в которые можно опрокинуть даже голиафа. Матвеев был в курсе, лично тренировал.

Что касается Банданы, то за нее Эль Капитано был совершенно спокоен. Девушка довольно женственного сложения на вид, хоть и медведица-буч, она тем не менее имела внушительную мышечную массу, и всякого, кто желал поиграть с ней в армреслинг, ожидал весьма неприятный сюрприз.

Да и, в общем-то, если эту чику навсегда уложат, то и хрен бы с ней. Вот Пакиту было бы жалко. Но Матвеев в любом случае не собирался разбрасываться опытным личным составом.

Противники сошлись в полной тишине. Девчонки Эль Капитано берегли дыхание, потому что неясно было, сколько при таком численном перевесе противоположной стороны продлится схватка. Враги тоже хранили сосредоточенное молчание, и это сразу насторожило Матвеева.

Шпана, которую обычно нанимают для таких целей, молчать не умеет в принципе: насмотревшись дурных гонконгских боевиков, гопота свято уверена, что зычные гортанные вопли действуют на оппонента самым деморализующим образом. Хотя практика показывает иное: такие вопли демонстрируют лишь, что драться придется с дилетантом.

Однако парни с битами надвигались зловеще и молча, и это, кроме всего прочего, могло означать следующее: они настроены очень серьезно и явились не менее чем убивать. Так что заинтересовавшийся Федор еще раз окинул их быстрым взглядом.

Впрочем, кроме интригующего молчания, ничто в их внешности не указывало на то, что они серьезные люди и пришли по души Матвеева и его девок.

Команда Эль Капитано прошла через строй противника как горячий десертный нож сквозь масло, совершив по дороге несколько простейших маневров уклонения, и все ее участники разом развернулись на сто восемьдесят градусов. Это было синхронно и красиво, как в балете. В толще воды, как они привыкли, это смотрелось бы еще эффектнее.

После триумфального прохода команды Эль Капитано все противники, собиравшиеся ее отвлекать, остались у нее под ногами. Устоял только цыганистый – он коротко и недоуменно оглянулся через плечо на беспрепятственно миновавших его девчонок, затем начал неудержимо крениться и завалился на левый бок, безуспешно пытаясь зажать ладонями длинный и глубокий, обильно кровоточащий разрез, оставленный в районе печени ножом российского диверсионного спецназа «Игла».

Теперь те, кто планировал нападать сзади, оказались спереди, прямо по курсу команды Эль Капитано. Это несколько дезориентировало противника, но он сумел быстро собраться и перестроиться.

Нет, по большому счету не были они по-настоящему серьезными людьми, заключил Матвеев. Просто главарь у них не любил громких криков. Главарь или наниматель – и во втором случае Федор вполне мог идентифицировать его как подводного тренера. Ибо ни боевые пловцы, ни морские твари в пылу битвы громких звуков не издают – по крайней мере, таких, какие смог бы четко уловить несовершенный слуховой аппарат человека.

Гораздо лучше подготовленными, чем первая партия, они, безусловно, были. Не мастерами, конечно, встречались Матвееву в его карьере наемники значительно более высокого класса. Но достаточно подготовленными. Сам Федор, если бы случилось, тактически строил бы операцию точно так же: назад поставил бы серьезных людей, ибо стоят дороже, а отвлекать противника нанял бы клоунов из ближайшей подворотни. В целях разумной экономии, так сказать.

В стихийно образовавшейся потасовке каждой из девчонок досталось по противнику, а Федору пришлось сдерживать двоих. Опять же не от избытка благородства и рыцарства пришлось – чего бы, к примеру, не дать Бандане размяться. А потому лишь, что маскулинно ориентированные бандиты опрометчиво решили, что на бабу и одного человека вполне хватит, а массивного мужика надо валить вдвоем.

Тут они, конечно, малость промахнулись: не насчет мужика – здесь как раз все правильно сделали, двоих, пожалуй, даже было маловато, – а насчет баб.

Хотя беспрепятственный проход команды Эль Капитано через строй противника, следует признать, озадачил атакующих. И тут ребятам, будь они реально деловыми людьми, было бы впору глубоко задуматься над тем, почему их незадачливые

Но перед ними по-прежнему невинно хлопали глазками две слабые бабы, и еще флегматично сохранял хладнокровие один массивный мужик, которого вполне можно было задавить количеством, поэтому у пацанов не возникло даже мысли о том, что происходит нечто неправильное. Вошедшие в азарт нападавшие были похожи сейчас на панцирных плакодерм: хватай и рви, после разберемся!

Вот только поверженные плиозавры уже валялись у них под ногами, и через их распростертые тела приходилось переступать.

Первым опрокинулся противник Банданы. Она расправлялась с агрессивными людьми так же, как с акваменами: быстро, решительно и беззвучно. Может быть, этот чико полагал, что нож из рук черной телки будет очень легко выбить или вывернуть. Увы, это оказалось сложнее, чем ему представлялось.

Он определенно был столь же неумен, как и тот тип, что пригласил Капитано на беседу к Папаше Паку. Нож, на который нацеливался противник, словно по волшебству исчезал из руки негритянки и тут же появлялся в другой – парень даже не успевал зафиксировать размазавшееся в воздухе молниеносное движение.

Пару раз продемонстрировав врагу этот фокусный прием, Бандана все же нашла брешь в его защите и мгновенно полоснула лезвием его грудь. А когда он пытался защититься и на мгновение оголил тылы – тут же ткнула острием ножа в образовавшуюся дыру. Вскрыв оборону соперника еще раз, на противоходе накрест глубоко перечеркнула его грудь в обратном направлении, заставив истекающего кровью наемника сразу потерять всякий интерес к продолжению схватки.

Лишившись спарринг-партнера, Бандана мигом взяла на себя одного из той пары, что наседали на Эль Капитано. Впрочем, Федор и сам неплохо их сдерживал, – по крайней мере, левая рука у одного из бандидос была здорово повреждена монтировкой Матвеева, – но если Бандана желает размяться, то, как уже было сказано, почему бы и нет, собственно.

Что касается Пакиты, то у нее все было хорошо, и бросивший взгляд исподлобья Матвеев решил пока не встревать. Разъяренной бабе лучше не лезть под руку, даже если это ненаглядная Пакита. А то, что разъяренная подруга превращается в дикую кошку, Эль Капитано усвоил уже давно. Пока она не выбила себе ни одного сустава; значит, пускай развлекается.

Оставшийся в одиночестве противник Федора быстро сдулся, несмотря на бейсбольную биту, и вскоре после того, как девчонки успокоили прочих, присоединился ко всем остальным. То есть он охотно удрал бы, и Матвеев, работай он с мужиками, позволил бы ему это сделать, чтобы не подвергать контингент лишней нагрузке. Но закусившие удила стервозные бабы взяли бедолагу в клещи и не позволяли ему дернуться в сторону, пока он неотправился на пол. Делать рубанько, как ласково называл это состояние бывший тренер Федора по рукопашному бою.

Расправившись с противниками, Матвеев быстро окинул внимательным взглядом ближние металлические лесенки, пандусы и припаркованные большегрузы – те места, короче говоря, которые выбрал бы в качестве наблюдательных пунктов он сам. То, что заказчик внимательно наблюдает за ходом экзекуции, не вызывало ни малейшего сомнения.

– Магнуссон! – яростно взревел Эль Капитано. – Выходи немедленно, паскуда такая!

Монтировку он на всякий случай держал у сердца – не потому, что опасался, будто искомый Магнуссон выпрыгнет из-за угла, а потому лишь, что такой скудный бронежилет предпочтительнее, чем никакого. Федор все же подозревал наличие огнестрела, хоть это и было маловероятно: за обнаруженный при облаве пистолет китайцы карают немедленно и очень жестоко. Но от исландца, второй раз за сегодняшний день потерявшего все, можно было ожидать чего угодно.

Очевидно было, что на них напали вовсе не тупые охотники за призовыми деньгами, а команда делового человека, который, прекрасно понимая, что денег у девок с собой нет, все же для чего-то озаботился тем, чтобы переломать им ноги. А заодно и Матвееву как тренеру.

– Последний шанс восстановить справедливость, Магнуссон! – гаркнул Федор. – Тебе конец, денег на новую команду у тебя нет, и ты жив-здоров только до тех пор, пока мы с девками не начали прочесывать стоянку! Но в этой жизни все должно быть честно, и чтобы продемонстрировать это, я дарю тебе еще один шанс. Если сумеешь завалить меня в честном поединке, черт с тобой, иди на все четыре стороны. Иначе – за нечестную игру придется отвечать. Ну? Выходишь, сукин сын, или нам начинать?! Время пошло!

Пакита со значением покивала: до чего крутой мне достался парень, не могу просто.

– Магнуссон!.. – снова разинул было пасть Матвеев, но Бандана тронула его за плечо:

– Омбре.

Федор кинул испепеляющий взгляд в том направлении, куда она смотрела, и обнаружил исландца, который медленно выпрямлялся во весь свой двухслишнимметровый рост. Прямо скажем, укрытие у него было так себе: он сидел на корточках, скорчившись в три погибели за пыльным и грязным бетонным пандусом.

То есть да, от возможного огнестрела это, конечно, было укрытие что надо.

Во всем остальном же – какой-то печальный зашквар.

Иван Доу

Темно-синий фургон «Шевроле» подъехал к гаражу «Ацтеков» в полной темноте – с выключенными фарами и без габаритных огней. За рулем сидел Кевин Ши, остальные разместились в салоне.

Иван Доу поправил ремни бронежилета с надписью «S.W.A.T.» и нервно побарабанил пальцами по лежавшему на коленях ремингтону 870-й модели с коротким стволом. Ему было откровенно не по себе. Он привык продавать оружие, а не использовать его по назначению, и собирался придерживаться такой позиции и впредь. Хотя бы просто потому, что это было менее рискованно и приносило несравненно больше денег.

Братья О'Райли, напротив, пребывали в приподнятом настроении. Казалось, они весьма воодушевлены грядущей потасовкой. В такой обстановке они чувствовали себя как рыбы в воде.

Правда, Эйрин и Патрик за всю дорогу не обмолвились и словом. Какая кошка между ними пробежала, Иван не знал, но подозревал, что дело в выпивке. Алкоголем от ирландцев так и разило, однако ни перенести операцию, ни найти новых исполнителей торговец оружием уже просто не успевал.

Марк Вилье позвонил за день трижды, и как он при очередном звонке отреагирует на отключенный от сети смартфон, Ивану не хотелось даже думать. Синдикат не привык к неуважению, всякое проявление неуважения неминуемо заканчивались пыльной ямой посреди пустыни и тоскующим койотом под гигантской луной.

«Вижу вас», – прохрипела вдруг рация на разгрузке Эйрин.

– Доложи обстановку, – потребовала девушка.

«Внутри минимум четыре объекта. Цель на месте», – сообщил Кристиан Липке, занявший позицию с

– Действуй по сигналу, – напомнила ирландка. – Конец связи.

Патрик распахнул боковую дверцу и первым выскочил на дорогу. Забавно было наблюдать, как кудрявый рыжеволосый Чарли Чаплин возглавляет штурмовую группу. Иван и Эйрин выскользнули за ним, прижались к стене гаража, замерли в тени.

– Ждите нас, – предупредил Кевин Ши, и наемники бросились в обход здания ко второму входу, придерживая болтавшиеся на ремнях универсальные пистолеты-пулеметы «Хеклер-и-Кох» сорок пятого калибра.

Иван подтянул ремень шлема и опустил на лицо бронестекло. Эйрин последовала его примеру, потом передернула затвор автоматического карабина M4 и молча указала на дверь рядом с ржавыми воротами. Доу кивнул.

То, что замок придется сбивать именно ему, обладателю дробовика, он понимал и сам.

Совсем как в старые добрые времена, крутилась почему-то в голове фраза на русском, и это раздражало и сбивало с толку. На русском он начинал думать, лишь когда ситуация выходила из-под контроля. Совсем как в старые добрые времена...

Нервы у торговца оружием были напряжены до предела, поэтому, когда Эйрин внезапно ухватила его между ног, он чуть не вскрикнул от неожиданности. Чудом сдержался.

– Ты слишком напряжен, – заявила девушка и слегка стиснула пальцы. – Не лезь вперед. Наделаешь глупостей – пожалеешь.

Иван сглотнул, так что судорожно дернулся кадык:

– Не наделаю, не надейся

Эйрин отстранилась от него и направилась к двери.

– И это все? – пробурчал Доу, последовав за ней.

Ирландка не ответила.

Тремя тоновыми сигналами пропищала вдруг рация. Девушка опустилась на одно колено, просунула под дверь гибкий щуп с видеокамерой на конце, и на мониторе возникло изображение гаража с разобранными автомобилями.

– Никого нет, – сообщила она, под тихое жужжание электроприводов направляя камеру из стороны в сторону.

Два тоновых сигнала – и сразу где-то неподалеку хлопнул негромкий взрыв: это Кристиан Липке обесточил здание, дистанционно подорвав заранее заложенный заряд. Со стороны офиса грохнул выстрел. Иван, не дожидаясь команды, приставил пламегаситель дробовика к замку и утопил спуск.

Рявкнул «ремингтон», полетели щепки. Дверь резко распахнулась, и Эйрин сразу закинула в гараж светошумовую гранату. С другой стороны здания донеслись выстрелы, а потом оглушительно хлопнуло в заставленном разобранными автомобилями ангаре, и стало уже не до пустяков.

– Полиция! – крикнула Эйрин, врываясь в темное помещение. Луч подствольного фонаря метнулся по стенам, Иван бросился следом, и в тот же миг из коридора выскочил покрытый татуировками мексиканец.

– На пол! – рявкнул Доу.

Ослепленный ярким светом парень юркнул за ближайший автомобиль, высунул руку с пистолетом и открыл беспорядочную стрельбу.

Иван присел, инстинктивно уходя из зоны обстрела, а вот Эйрин не колебалась ни мгновенья и прошила парой очередей укрывший бандита кабриолет.

Автомобиль – хорошее укрытие от винтовочного огня лишь в кино. Стрельба сразу оборвалась, а мексиканец во весь рост распластался за машиной. Стукнул по бетону вылетевший из руки пистолет, по бетонному полу лениво потекла кровь.

– Держи дверь! – велела ирландка напарнику, поменяла магазин карабина и двинулась в обход машин. Иван высветил пустой дверной проем и замер, не понимая, следовать за девушкой или оставаться на месте. Но переспрашивать не рискнул.

– Готов! – сообщила она пару секунд спустя.

Доу бросился к напарнице, но дверь контролировать не перестал, и потому, когда молодой мексиканец, заскочив в ангар, прикрыл глаза ладонью и слепо повел зажатым в другой руке «узи», Иван успел утопить спусковой крючок первым. «Ремингтон» сильно толкнул прикладом в плечо, заряд картечи сбил парня с ног.

Эйрин без колебаний добила его одиночным выстрелом, и тут же грохот дробовика донесся с той стороны, где атаковали двое других наемников. Следом донеслась пальба, которая быстро прекратилась.

Вновь ожила рация:

«Кевин ранен! – крикнул Патрик. – Нужна помощь!..»

Девушка выругалась и рванула в коридор. Иван передернул помпу и бросился следом.

Послышался звон разбитого стекла, и снова захрипела рация, другим голосом:

«Один уходит!» – сообщил Кристиан Липке.

– Останови его! – потребовал Доу, вламываясь в комнатушку, насквозь пропахшую тяжелым ароматом марихуаны, с парой продырявленных диванов и огромным дымящимся телевизором. На пороге валялся изрешеченный пулями мексиканец.

Эйрин перепрыгнула через тело и метнулась на улицу, где Патрик возился с раненым напарником. Иван свернул в боковой коридор, луч фонаря прыгнул по стене, высветил перевернутый стол и распахнутое окно.

Доу выругался, выпрыгнул в глухой переулок и, коротко оглядевшись, рванул вдогонку за беглецом. Налетел на перегородившую проход сетку, перевалился на другую сторону и, подхватив болтавшийся на ремне «ремингтон», запросил Липке:

– Где он?!

«На улице», – коротко ответил Крис.

– Живым! – рявкнул торговец оружием и бросился дальше.

Липке ничего не ответил.

Зависший над домами октокоптер подсвечивал мексиканца инфракрасным фонарем, и тот был прекрасно виден в ночной прицел. Кристиан задержал дыхание и плавно потянул спуск. Винтовка SR-25 дернулась, интегрированный глушитель погасил вспышку и уменьшил шум выстрела до невнятного хлопка, а бандит покатился по земле с простреленным бедром.

Иван выскочил из проулка, когда латино уже перевернулся на живот и пытался дотянуться до обреза.

– Полиция! – заорал Доу, наитием узнав в подранке Алехандро Руиса. – Замри!..

Но терять мексиканцу было нечего, и он решительным движением потянул к себе дробовик. Иван замер со вскинутым «ремингтоном», не решаясь выстрелить и оборвать единственную ниточку к похищенному прибору.

– Брось, я сказал! – крикнул он.

Алехандро стиснул зубы и вскинул оружие.

В тот же миг хлопнул негромкий выстрел; мексиканец дернулся всем телом и завалился на асфальт. Почти сразу бандит приподнялся и вновь потянулся за вылетевшим из руки оружием, но сорвавшийся с места Доу резким ударом приклада в череп отправил его в забытье.

Вот так!

Глава 7

Иван Доу

К тому времени, как черный «гранд чероки» заехал во двор ветеринарной клиники «Лэсси», Иван Доу уже избавился от шлема, бронежилета и полицейской униформы и сидел у распахнутой боковой двери фургона; «ремингтон» лежал на соседнем кресле.

Кристиан Липке выбрался из машины, подошел к «шевроле» и покачал головой:

– Ничего.

– Гадство! – выругался торговец оружием и обернулся к спеленутому по рукам и ногам мексиканцу, валявшемуся на полу. Через наложенные на раны повязки сочилась кровь, но жизни ранения не угрожали. Да и в любом случае отпускать бандита живым никто не собирался.

Тик-так, утекало время. Тик-так…

– Подчистил там за вами все, – сообщил Кристиан, заглядывая в фургон. – Хвостов не осталось.

Иван кивнул и посмотрел на смартфон, который так и вертел в руках, не решаясь включить.

– Какого черта там вообще произошло? – спросил он. – Нас ждали?

– Хочешь посмотреть? – пожал плечами Липке. – Я сделал запись.

– Установил камеры?

– Как обычно.

Техник вытащил из джипа ноутбук, раскрыл его и запустил запись с камеры наблюдения. Перемотал до нужного момента, и на экране появились две темных фигуры с надписями «S.W.A.T.» на бронежилетах. Ирландцы приблизились к входной двери, один достал фляжку, хлебнул и протянул напарнику. Тот откинул бронестекло шлема, и в тот же миг взорвалось изнутри дверное полотно.

– Выстрел из дробовика, – прокомментировал Липке. – Либо заметили на подходе, либо насторожились, когда выключился свет, а потом – услышали выстрелы в гараже. Скорее второе.

Иван сосредоточенно кивнул, продолжая наблюдать за развитием событий. Кевин рухнул на спину, Патрик метнулся в сторону, но угодивший в бронежилет заряд дроби сбил его с ног. Оружия ирландец не выпустил; выскочивший на улицу мексиканец сразу поймал грудью несколько пуль и, нелепо споткнувшись, рухнул на порог, а перечеркнувшая дверной проем длинная очередь заставила отступить вглубь помещения остальных.

– Вот дерьмо, – пробормотал Доу, когда помощник остановил воспроизведение видеофайла. – Если бы не фляжка…

Кристиан закатил глаза. Спросил, кивнув на мексиканца:

– Не допрашивали еще?

– У тебя все с собой?

– Да.

Иван решил не дожидаться возвращения наемников и махнул рукой:

– Приступай.

Эйрин и Патрик покинули ветеринарную клинику только через полчаса. Друг на друга они старались не смотреть.

– Что с Кевином? – спросил Иван Доу, отрываясь от ноутбука.

– Жить будет, – мрачно ответила ирландка и заглянула в фургон. – Этот что-нибудь сказал?

– Все сказал, – похвастался торговец оружием.

– Удивительно!

– Химия, – пожал плечами Иван и повторил вопрос: – Так что с Кевином?

– Поврежден левый глаз, лицо посекло дробью и щепками, – злобно глянул на него Патрик. – Но тебе-то какая разница?

– Успокойся! – одернула напарника Эйрин. – С Кевином все в порядке, утром его перевезут в надежную клинику, – добавила она уже для Ивана.

Кристиан Липке оторвался вдруг от ноутбука и сообщил:

– Отследил его! Он в казино «Феникс».

– Кого – его? – удивилась ирландка.

– Мануэль Браво, адвокат, – сообщил Иван. – Это он нанял «ацтеков».

Рыжий наемник размеренно спросил:

– С нас уже достаточно, нет?

– Послушай, – вздохнул Доу, – я не виноват в том, что Кевина подстрелили…

– Ты мог бы предупредить заранее! Мы бы тогда могли нормально подготовиться!..

– Какого черта! – повысил голос Иван. – Вы в деле или нет?

Эйрин переглянулась с напарником и уверенно заявила:

– Мы в деле. Кто такой этот Мануэль Браво?

Кристиан Липке развернул к ним экран ноутбука и выдал краткое резюме:

– Адвокат, как-то связан с наемниками. Телефон, по которому связывался с ним Алехандро, сейчас зарегистрирован в сети казино «Феникс».

Патрик взглянул на часы, поморщился и забрался за руль.

– Поехали! – поторопил он остальных.

– А наш гость? – спросил Иван.

Ирландец беззвучно выругался и коротко бросил:

– Избавимся от него после.

Мануэль Браво, невысокий мексиканец средних лет, спустился на подземную парковку казино «Феникс» уже за полночь. Выйдя из лифта, он достал из кармана ключи от машины и направился к новенькому кабриолету «Грейт волл» модели «ультра спорт», когда позади него возникли две темных фигуры. Патрик накинул на голову адвокату мешок, Эйрин ткнула электрошокером, а потом они забросили бесчувственную жертву в фургон и покатили к выезду со стоянки.

Кристиан Липке с надвинутым на лицо козырьком бейсболки поднял выроненные адвокатом ключи, забрался в спортивный автомобиль и поехал следом.

Когда преуспевающий адвокат очнулся на заброшенном складе рядом с окровавленным главарем «Ацтеков» и его вырвало, Иван Доу подумал, что и сам при подобных обстоятельствах не сохранил бы присутствия духа. Но сказал без всякого намека на жалость:

– При вашем образе жизни вам давно пора обзавестись телохранителем, а лучше двумя. Вам известно, кто я, мистер Браво?

Адвокат окинул быстрым и неожиданно внимательным взглядом наемников и через силу улыбнулся:

– Полагаю, нет смысла говорить, что произошло недоразумение?

Иван указал на ирландку:

– Пару часов назад эта милая девушка едва не лишилась близкого друга, поэтому не советую испытывать ее терпение.

Мануэль облизнул пересохшие губы и спросил:

– Чего вы от меня хотите, мистер Доу?

– Если вы знаете, кто я, то знаете, чего я хочу.

– Ничем не могу помочь, – криво улыбнулся адвокат. – Был заказ на ваше имущество, сейчас его уже нет в городе.

– Досадно. – Иван поднялся с корточек и достал из наплечной кобуры золоченый пистолет. – И я бы даже сказал, чрезвычайно прискорбно…

Вид броского до безвкусия оружия сработал, как он и предполагал: наотмашь. Собственно, для того хозяин его и украшал чрезмерно – для простоты общения с конфидентами.

Мануэль закрылся скованными стальными браслетами руками и взмолился:

– Не стреляйте!

– Почему же нет? – несказанно удивился Иван, демонстративно взводя курок.

– Я знаю, зачем понадобился «Антиатлант», эта информация стоит гораздо дороже самого блока! Послушайте, мой клиент снарядил экспедицию в Нью-Йорк!..

– Бред, – печально констатировал торговец оружием.

После Атлантического инцидента Нью-Йорк фактически превратился в остров, погруженный неглубоко в море и отрезанный от континента многокилометровой полосой водного пространства, соленых болот и топей. Никто в здравом уме не решился бы там орудовать: слишком много в полузатопленном Нью-Йорке осталось американских драгоценностей и стратегических секретов, чтобы новые гегемоны оставили его на разграбление местным бандам.

Риск наткнуться на морских тварей зашкаливал за все разумные пределы, к тому же объединенные русско-китайские силы во избежание мародерства объявили

Совсем другой вопрос, что и у коалиционных сил до разграбления города руки в основном пока еще не доходили, слишком много было других проблем. Ну, что ж, пусть секреты пока полежат затопленными, не испортятся. Те, что могли, уже все равно давно и безнадежно разрушены во время первого удара стихии. Если же все равно испортятся со временем, то что же это за секреты и драгоценности такие?!

Но! Затопленные территории… Блок для отпугивания тварей… Выходила довольно складная версия.

– О, черт! – проговорил Доу, сложив одно с другим. – Ладно, – произнес он, убрав пистолет в кобуру. – Кто этот чудак, снарядивший экспедицию, и где его найти? Захотелось, знаешь, поболтать с ним о пустяках.

– Он отправился вместе с командой.

Патрик усмехнулся и покачал головой:

– Сдается мне, кого-то здесь серьезно дурят…

– Стойте! – взмолился Мануэль. – Я подслушал их разговоры, я знаю цель поездки! У меня есть записи! Они в телефоне!..

– Никому нельзя верить, – хмыкнул торговец оружием, отыскал среди вещей адвоката телефон и вынес его помощнику.

Действовал он будто во сне и особо даже не удивился, когда Кристиан Липке воспроизвел запись подслушанного разговора.

Нью-Йорк, Дональд Маттесон, обрушенная Башня Трампа, Трамп-тауэр, с частным хранилищем. Старинные монеты, предметы искусства, бриллианты в затопленном погребке...

– Скажи, что это бред, – категорически попросил торговец оружием.

Техник забил имя в поиск и вслух прочитал:

– Дональд Маттесон – известный предприниматель, коллекционер и меценат. Владелец компании по торговле бриллиантами. Проживал в Нью-Йорке, спонсировал ряд научных изысканий, в основном по морской тематике… так, ну, это неинтересно… Считается пропавшим без вести во время Атлантического инцидента, когда город накрыло цунами.

– Что с его коллекцией?

– Пишут, оценивалась в двести миллионов долларов по старым ценам.

– А что с бриллиантами?

– Об этом ничего достоверно неизвестно, – сообщил Липке. – Но Башня Трампа правда обрушилась.

– Маловато для достоверности. – Иван присмотрелся к спутниковому фотоснимку Манхэттена и вернулся к адвокату. – Откуда взялись бриллианты? – спросил он с порога.

Мануэль облизнул пересохшие губы и сказал:

– По информации нанимателя, за несколько дней до катастрофы Маттесон распорядился перевезти бриллианты из банка в личное хранилище. Видно, чувствовал что-то, собирался драпать. Здание обрушилось, проникнуть внутрь можно через затопленную канализацию. Камешки до сих пор в хранилище! Завалы там еще не разбирали…

Иван снова вышел к помощнику и включил смартфон.

– Мистер Джон Доу! – обрадовался Марк Вилье. – А мы уже думали, что потеряли вас!

– Я выяснил, куда делся прибор…

Представитель синдиката злобно перебил его:

– А нам стало известно, что один из охранников вашего склада погасил своему букмекеру крупный долг! Восемь тысяч юаней наличкой. Интригующее совпадение, не правда ли?

Иван Доу закатил глаза и едва подавил обреченный вздох. Люди никогда не поумнеют. До скончания веков охранники будут верить обещаниям подельников, что те просто свяжут их, наставят синяков и большене причинят никого вреда. Безмозглые идиоты!

– Я выяснил, куда делся блок, – с нажимом повторил торговец оружием.

– Но не вернули его? – вяло отреагировал Марк.

– Вас это заинтересует, господин Вилье. Просто выслушайте меня…

Господин Вилье не просто его выслушал. Вскоре он приехал на склад и пожелал остаться с адвокатом наедине. Массивный лысый негр Луис Тонго встал в дверях и скрестил на груди жилистые руки.

Патрик как бы невзначай расстегнул толстовку и выглянул во двор, где у машины курил водитель гангстера. Эйрин приблизилась к торговцу оружием и негромко спросила:

– Что происходит, Иван?

– Надеюсь, все будет хорошо, – вздохнул Доу, и тут же за дверью грохнули два выстрела.

Марк Вилье вышел со склада, оглядел собравшихся и спокойно произнес:

– Итак, значит, блока вы не вернули…

Иван уныло кивнул.

– У вас еще есть шанс это сделать, – произнес вдруг представитель синдиката. – Как насчет поездки в Нью-Йорк?

Доу снова кивнул. Пыльная яма посреди пустыни пугала его несравненно больше гипотетической опасности сгинуть в пасти морских тварей или наткнуться на патруль миротворцев в закрытой зоне Нью-Йорк.

– Вот и отлично, – Вилье ободряюще похлопал торговца оружием по плечу.

– Тридцать процентов, – тут же заявил практичный Иван, привыкший ковать железо, не отходя от кассы.

– Тридцать процентов от двухсот миллионов – это крайне много, – представитель синдиката враз растерял всю свою улыбчивость.

– Смею заверить, семьдесят процентов от двухсот миллионов – это гораздо больше, чем все потери из-за накладки с блоком. – Иван закусил удила и сдвигаться со своей позиции не желал категорически.

– Ты не в том положении, чтобы торговаться, – заметил Вилье. – Двадцать и восемьдесят – более разумное соотношение. Хотя и этого много, на мой взгляд. Потому что в Нью-Йорке у тебя будут еще несколько помощников вроде аквалангистов и другие накладные расходы, которые оплатим мы – чтобы ты ради экономии не набрал с собой всякого дерьма. – Он саркастически скривился. - Нас весьма интересуют бриллианты. Не знаю, в каком состоянии находится антиквариат, а с камнями точно ничего не случилось.

– Хорошо.

– Но блок тоже придется вернуть, – заявил Марк Вилье и направился к выходу. – И не забудьте избавиться от трупов.

Доу с шумом перевел дух. Кристиан Липке вытащил спрятанный под стол «глок» и с невозмутимым видом убрал его в кобуру. Очутиться в пыльной яме посреди пустыни ему хотелось ничуть не больше, чем нанимателю.

– Позволь поинтересоваться, – ядовито произнесла Эйрин, – куда ты нас только что втравил?

– Вы откажетесь от куша в… – Иван замялся,мысленнопереводя допотопные доллары в юани, озвучил круглую сумму и уточнил: – Действительно откажетесь?

Патрик поморщился и признал:

– Мне это совсем не нравится, но я в деле.

– Тогда избавься от трупов, – потребовал Доу.

– Я подстрахую, – вызвался помочь Крис и кинул торговцу оружием ключи от джипа. – Завтра заберу.

Иван и Эйрин покинули заброшенный склад и уселись в машину.

– Так и живешь над баром? – спросил Доу.

–

– Завтра ты пожалеешь об этом и превратишь мою жизнь в кошмар, - понимающе кивнул торговец оружием.

– Так и будет, – подтвердила Эйрин. – Это тебя что, остановит?

– Нет, – усмехнулся Иван, – ведь ты превратишь мою жизнь в кошмар в любом случае.

И черный джип плавно тронулся с места.

Влад Рогов

Влад Рогов был неправильным русским. Он пил не водку, а джин, сильно разбавленный тоником. Кондиционер номера в придорожном мотеле натужно гудел, но с уличной жарой не справлялся, было душно.

На экране телевизора беззвучно сменяли друг друга ролики, на которых гигантская волна накатывала на побережье, сметая все на своем пути. Изображение получалось рваным, большинство записей резко прерывались, и это означало, что гигантская волна стала последним, что операторы сняли в своей жизни.

Это были документальные свидетельства Атлантического инцидента.

Высокий, спортивного сложения русский лежал на кровати, молча смотрел на экран и время от времени прикладывался к стакану с джином. Когда зазвонил телефон, Влад с неохотой ответил, но тут же встрепенулся и переспросил:

– Нью-Йорк?! Что, серьезно?.. Ага, отлично! Клюнуло! Хорошо, сейчас приеду.

Он выключил телевизор, почистил зубы, затянул длинные светлые волосы в косицу, немного поколебался и ограничился длинными шортами и просторной футболкой, которая прикрыла поясную кобуру с компактным и плоским «ругером». Испещренные шрамами предплечья остались открыты, но своих боевых отметин Влад никогда не стеснялся. Он влез в сланцы, надел темные очки и, задержав дыхание, шагнул из номера на солнцепек.

На улице было жарко. Жарко, душно и пыльно.

Лас-Вегас. Город, обязанный своему рождению одному лишь пороку. Царство азарта посреди раскаленной пустыни, после Атлантических событий Лас-Вегас по-прежнему процветал, в то время как Восточное побережье Соединенных Штатов превратилось в соленое болото, а великое американское государство практически прекратило существовать.

Жажда азарта никуда не делась, а удаленность от водоемов манила людей безопасностью. Морские курорты разорялись, а посреди пустыни Мохаве царил вечный праздник. Только теперь свет неоновых вывесок притягивал не только любителей азартных игр, но и наемников.

Лас Вегас был полезен, но Влад Рогов его не выносил. Дайвера манило море.

И сегодня ему наконец улыбнулась удача.

Влад спустился на первый этаж, пересек парковку и отпер дверцу своей малолитражки. Из салона пахнуло зноем и раскаленным пластиком, пришлось немного подождать, пока остынут сиденье и руль. Включать кондиционер Влад не стал, в этом не было никакого смысла, только опустил все боковые стекла, и выехал на дорогу.

Влад никогда не бывал в прежнем Лас-Вегасе и не знал, насколько изменился город после катастрофы, постигшей остальную Америку. Но подозревал, что не слишком сильно. Суть осталась прежней, разве что на улицах прибавилось китайцев и баннеров с иероглифами. Да и с приходом русских все наверняка осталось бы по-прежнему, исключая иероглифы. Деньги любят тишину, а русские ценили деньги ничуть не меньше китайцев.

Именно в царство денег Влад Рогов сейчас и направлялся. Но ехал он в «Остров сокровищ» не играть в блэк-джек, не забрасывать монеты в «одноруких бандитов» и даже не делать ставки на подпольных боях – он ехал работать. Точнее, о работе договариваться.

Когда пыльная малолитражка свернула на парковку казино, работник отеля отвернулся. Рогов усмехнулся, оставил машину на свободном месте и, ничуть не смущаясь своего расхристанного вида, направился в фойе, где его уже дожидался агент.

– Влад, где тебя черти носят?! – засуетился невысокий и смуглый грек, за небольшую комиссию искавший для русского наемника денежные контракты. – Прошлую работу упустил, эту тоже потерять хочешь?! Идем живее!

– Не суетись, Спирос, – улыбнулся Влад. – Откуда в Вегасе взяться другим хорошим аквалангистам?

– В Вегасе есть все! – отрезал агент. – Хороший или плохой – неважно. Важно, что пунктуальный! И что у тебя за вид вообще? Что за вид?!

Рогов покачал головой и, не обращая внимания на показную роскошь – все эти люстры, статуи, лепные потолки и узоры мраморных полов, – зашагал вслед за греком, который чуть ли не вприпрыжку побежал к ресторану.

– Опаздываем! – нервно обернулся Спирос. – Шевелись!

Но в отдельном кабинете, где должна была пройти встреча, их встретил лишь бритый наголо чернокожий громила.

– Луис, где мистер Вилье? – поинтересовался грек.

– Сейчас подойдет.

Спирос переглянулся с аквалангистом, безмолвно пеняя ему за опоздание, и опустился в кресло. Влад уселся рядом, закинул ногу на ногу и с видом крайней беспечности принялся покачивать сланцем.

Средних лет худощавый мужчина в светлом костюме распахнул дверь десять минут спустя. В последние дни у него было слишком много тяжких забот, чтобы успевать вовремя на все деловые встречи.

– Мистер Вилье! – немедленно вскочил на ноги Спирос. – Это человек, о котором я говорил! Прекрасный аквалангист, просто прекрасный! Лучшего не найти!

– Русский? – испытующе спросил потенциальный наниматель, откидываясь на удобном сиденье. – И что, действительно хороший дайвер?

– Десять лет прожил в Таиланде, – спокойно ответил Влад. – Работал дайвером-инструктором.

– В холодных водах погружаться доводилось?

– Не так часто, как хотелось бы, но – да.

– Сталкивался с тварями?

– Приходилось, – подтвердил Влад, демонстрируя шрамы на предплечьях. – Под водой постоять за себя могу.

– Клаустрофобия? – спросил вдруг помолчавший несколько секунд Вилье.

– Нет, нет! – замахал руками Спирос. – Никакой клаустрофобии!

– Никакой, – рассеянно подтвердил Влад.

– Работать придется в затопленных коммуникациях, – сообщил наниматель. – Сможете провести новичков?

Рогов задумался, потом кивнул:

– Смогу, но желательно не больше двух. Иначе слишком сложно контролировать группу.

– Больше и не понадобится.

– Тогда нет проблем.

– Проблема есть, – хищноулыбнулся мистер Вилье. – Работать придется в Нью-Йорке.

– Закрытая территория, – скучным голосом произнес Влад, словно читая рекламный проспект. – Зона совместного патрулирования русского и китайского миротворческих контингентов.

– И?.. – поощрил гангстер, когда пауза затянулась.

Спирос пихнул аквалангиста коленом и решительно заявил:

– Это подразумевает соответствующую доплату за риск, только и всего.

– Сорок тысяч юаней аванс, еще столько же по выполнении контракта, – объявил наниматель.

Грек спал с лица.

– Мистер Вилье, первоначально речь шла о доле в итоговом результате...

– Обстоятельства изменились.

Влад

– О чем, собственно, речь? Что требуется поднять со дна?

Наниматель покачал головой:

– Не имеет значения. Но ничего габаритного точно не будет. – И поставил вопрос ребром: – Вы согласны или нет?

– Согласны! – поспешно заявил Спирос, вновь пихнув наемника. – Разумеется, мы согласны, мистер Вилье! Подпишем контракт?

Владу оставалось лишь скорчить рожу, которую при желании можно было принять за выражение согласия.

Глава 8

Эль Капитано

Великан-исландец был одет в ветровку, несмотря на жару: ясное дело, в машине с кондиционером прохладно. На его лице вновь запечатлелось мучительное хэллоуиновское страдание. Но деваться ему действительно было некуда.

– Иди сюда, – ласково предложил Эль Капитано. – Потолкуем малость как мужчина с мужчиной.

– Один на один, – глухо предупредил Магнуссон. Голос его отчаянно ломался от избытка адреналина, ураганно выбрасываемого в кровь. – Сучек отзови своих.

– Ты будешь проигрывать до тех пор, пока не научишься вежливости по отношению к дамам, – сокрушенно заметил Матвеев, стаскивая кожаную безрукавку. Под ней обнаружилась эффектная мускулатура и шесть кубиков мраморного пресса; Пакита не отводила взгляда от обнаженного торса своего омбре, как кролик от удава, да и Бандана бросила на него пару заинтересованных взглядов. – В конце концов, не тебе рассуждать о честном бое, козлина – после того, как ты натравил на нас своих псов. Ну, что, на ножах через платок, как большие?

– Врукопашную, – нехотя отозвался исландец, разминая запястья. Ветровку он так и не снял, не желая конкурировать с Эль Капитано в мощи торса. Рассчитывать в поединке ему приходилось только на великанский рост, длину конечностей и внушительную мышечную массу.

– Если ты думаешь, что так безопаснее, чем с ножом, то я тебя разочарую, – покачал головой Матвеев. – Я тебя и голыми руками порву. В нескольких местах порву, чико.

– Посмотрим. – Дурной адреналин все-таки делал свое дело, и Магнуссон перед неизбежной схваткой становился все более дерзким. – Значит, если я тебя завалю, вы меня отпускаете?

– Обещаю, – заявил Федор. – Клятвенно. Землю в доказательство есть не буду, негигиенично. Но, в отличие от некоторых, Эль Капитано братков не обманывает. Все будет так, как я сказал…

Договорить он не успел, потому что внимательно наблюдавший за ним Магнуссон внезапно атаковал прямо с места, намереваясь повергнуть Федора ударом лысой головы в солнечное сплетение. Однако исландцу лишь показалось, что Матвеев отвлекся: легким движением Федор ушел с траектории противника, и тот едва не вписался в массивный бетонный столб.

– Это называется боевое айкидо, – ровным голосом пояснял Эль Капитано, раз за разом убирая голову из-под яростных ударов соперника. Пока он не пропустил ни одного. – Разновидность айки-дзюдзюцу. Или, если угодно мистеру европейцу, айки-джитсу. Умение гибкой ветви не ломаться под выпавшим снегом, искусство уклонения и блока. Сила соперника и вектор его движений используются против него самого…

Магнуссон дышал тяжело и яростно.

- А вот ты, похоже, практикуешь муай-тай древней системы пахуют, - ровно продолжал его противник. - Ну, ты не русский, тебе это слово не смешно. Тоже неплохо, хотя я бы рекомендовал тхэквондо. Злобная штука, один из самых травмоопасных видов среди боевых искусств, по числу повреждений на сотню поединков уступает только боям без правил. Относительно простая система боя, но вместе с тем ужасно эффективная…

И он обрушил на противника лавину ударов руками и ногами, подкрепляя свои слова. Пару из них скандинав сумел блокировать, люто отбив себе при этом кости предплечий, пару сумел пропустить мимо себя – а вот остальные достигли цели.

Первую полудюжину Магнуссон смог удержать и даже пытался после этого продолжить бой, но потом все-таки сломался от невыносимой боли и рухнул на колени. Он уже плохо понимал, где находится и что с ним происходит, но Федор тем не менее добавил пару звонких оплеух лично от себя – для науки.

– Прежде, чем нанимать шпанят размахивать битами, тебе следовало навести подробные справки – кто такой Эль Капитано, чем знаменит, что у него за команда, – внушительно произнес Матвеев. – То, что у него в команде две бабы, обманывало слишком многих. Не надо быть как многие. Надо учиться на чужих ошибках, а не на своих – это еще один очень важный закон Эль Капитано.

Федор задумчиво посмотрел на противника, а потом неожиданно нанес резкий удар сбоку по локтю противника. Тихо звякнула увесистая железяка, выпавшая из рукава лысого исландца.

Догадка Матвеева блестяще подтвердилась, поэтому следующий удар оказался добивающим, точно в середину татуировки «волчий крюк» на бритом черепе, и Магнуссон во весь рост растянулся на бетонном полу.

– Бесплатный урок, – поведал Федор, присаживаясь на корточки над поверженным противником. – Когда ты готовишься к рукопашному бою, курточку лучше снимать. Чтобы не запарился в процессе и чтобы ни за что не зацепиться. Если ты этого не делаешь, у умного противника сразу возникает закономерный вопрос: почему? Что такое важное ты прячешь под верхней одеждой, чего никак нельзя показать сопернику? Может быть, огнестрел? Или автомобильную монтировку?..

Печально вздохнув, он выпрямился. Принялся отряхивать испачканную в поединке штанину. Поняв, что на этом схватка окончена, девушки приблизились к своему тренеру. Пакита протянула ему безрукавку.

– Значит так, де чико, – продолжал разглагольствовать Эль Капитано, неторопливо одеваясь. – Мне наплевать, что ты потратил на этих лосей свои последние деньги, и теперь у тебя единственная дорога – в резервуар «Цезарь Палас». Это исключительно твои проблемы. Мои же проблемы вот какие: если вдруг я еще раз встречу тебя на своей дороге, то больше не пощажу. Понял?! Ляжешь прямо рядом со своими гавриками. Только они после соответствующего лечения будут жить долго и счастливо, если не наделают новых глупостей. А вот один труп Папаше Паку все же придется утилизировать. Но, думаю, с Папашей мы договоримся – тварей в резервуаре надо чем-то кормить между выступлениями…

Окровавленный Магнуссон с трудом нашел бессмысленным расфокусированным взором строгий взгляд Матвеева и снова уронил лысую голову на бетон стоянки.

– Теперь домой, – негромко скомандовал Федор своему почтительно внимавшему воинскому контингенту. – Будем считать, что вечерняя разминка выполнена. Значит, сегодня только релаксация и интимные глупости. И непременный расслабляющий массаж.

– Я тебе такой массаж сделаю, каро, закачаешься! – промурлыкала Пакита.

– И мне! – немедленно встряла Бандана, забираясь в машину. – И мне массаж!

Эль Капитано сел за руль, и они бодро выкатили из гаража на остатках адреналина, оставив Магнуссона на четвереньках ошалело мотать головой.

* * *

Той же ночью, далеко за полночь, Бандана и Пакита отдыхали в комнате Банданы, лениво дымили и переговаривались о чем-то своём.

Дверь приоткрылась — и в проёме показался Эль Капитано. Он выглядел безмятежно-довольным и, как водится, прямиком направился к кровати.

— Тук-тук, — усмехнулся он, плотнее захлопывая за собой дверь и устраиваясь прямо между девушками. Бандана от неожиданности едва отодвинулась, чтобы не столкнуться с ним. — Не помешаю? — уточнил он с видом человека, уверенного в собственном шарме. Притянув к себе Пакиту, он добавил: — Разрешите присоединиться к вашему вечернему клубу?

Ответа он не дождался, зато Пакита быстро перехватила инициативу, и между ними завязалась оживлённая возня — скорее игривая, чем серьёзная.

— Не желаешь, чтобы я помог тебе развлечь эту чику, мухэр? — прищурился Фёдор.

— Иди к чёрту, каброн, — устало, но без злости откликнулась Бандана. В голосе чувствовалась теплая насмешка, и прозвучало это скорее как мягкое «каброшка». — Я сама отлично справляюсь.

Некоторое время в комнате царило хаотичное веселье — как бывает среди людей, знающих друг друга слишком хорошо. Бандана то вмешивалась, то отходила в сторону, наблюдая с ленивым интересом. В конце концов Фёдор не выдержал и отмахнулся:

— Всё, уговорила, пута мадре! Лазерный пилинг за счёт команды! Только не показывай мне больше эти шрамы, ради бога!

— Договорились, — хмыкнула Бандана, откинувшись на подушку. — Моё участие можно считать завершённым. Но если очень попросишь, омбре, я и тебе потом что-нибудь устрою.

— Уж лучше пощады! — выдохнул Эль Капитано.

— Да я шучу, дурной ты мой, — сказала Бандана с ухмылкой. — Добровольно связываться с мужиком? Нет уж, увольте.

Фёдор лишь тяжело вздохнул. Похоже, ему придётся когда-нибудь кого-то из них всё-таки призвать к порядку — хотя бы ради дисциплины на корабле.

— Слушай, чикита! — сказал он, уже успокоившись. — А как тебя на самом деле зовут? Всё «Бандана» да «Бандана»...

— Мартина, — ответила она. — Бронсон. Ты ведь уже спрашивал.

— Давно было, Мартина, — примирительно улыбнулся Фёдор. — Я уж и забыл.

Хотя, конечно, ничего он не забыл. При прошлой встрече девушка представилась по-другому — Марта Брэнсон.

Наверное, это одно и то же. И всё же у Эль Капитано оставалось ощущение, что не всё так просто.

Но какая разница? У каждого есть причины, чтобы хранить свои тайны.

Иван Доу

Черный «гранд чероки» стоял на самом солнцепеке с закрытыми окнами и включенным на полную мощность кондиционером. Кристиан Липке с превеликим удовольствием переставил бы машину в тень, вот только именно на этом месте находилась ближайшая к штаб-квартире САБР «мертвая зона» камер уличного наблюдения.

Иван Доу до упора отодвинул пассажирское сиденье и дремал, но когда помощник отложил бинокль, приподнялся на одном локте, зевнул и спросил:

– Появился?

– Нет, – покачал головой Крис и спросил: – Как думаешь, в какой момент они решат от нас избавиться?

Торговец оружием рассмеялся:

– С какой стати?

– Двадцать процентов от двухсот миллионов – это немало.

– Пф-ф! – только и махнул рукой Иван. – Ты же знаешь этих умников из синдиката! Сорок миллионов легко усохнут до двадцати.

– Каким образом? – полюбопытствовал Липке, вновь поднеся бинокль к глазам.

– Во-первых, организация экспедиции обойдется в кругленькую сумму, а расходы мы с ними делим пополам. Плюс антиквариат и произведения искусства – это не наличка, скупщики возьмут их с хорошим дисконтом. Больше двадцати миллионов нам не светит. Даже с учетом бриллиантов.

Крис усмехнулся:

– Двадцать миллионов – тоже немаленькая сумма…

– Не по меркам синдиката, – уверенно заявил Доу.

– Убивают и за меньшее, – остался при своем мнении Липке. – Быть может, нам стоит принять… так сказать… меры?

– Предлагаешь кинуть синдикат? – удивился Иван. – Серьезно?!

– Двести миллионов, пусть даже сто миллионов – это очень хорошая сумма. Выйдем из бизнеса, уедем в Европу. Купим домик в Альпах, почему нет? Два домика…

– Покойникам деньги ни к чему, – отрезал торговец оружием. – Скорее мы купим две гигантские луны над двумя тоскующими койотами.

– Нью-Йорк далеко, никто не узнает, что там случилось…

Иван Доу пристально посмотрел на помощника и потребовал:

– Все, закрыли тему.

Липке неопределенно хмыкнул, взглянул на часы и спросил:

– Ты уверен, что он появится? Мы так опоздаем в аэропорт.

– Он появится, – уверенно заявил Иван. – Не опоздаем.

Липке только пожал плечами.

Минут через десять он вновь оторвался от бинокля и объявил:

– Идет!

– Действуем как договорились, – напомнил Иван, нацепил на нос темные очки и выбрался из прохладного салона в жару раскаленной улицы. Перешел через проезжую часть и с лучезарной улыбкой зашагал навстречу Майлду.

Спецагент при виде торговца оружием замедлил шаг, нервно огляделся и расстегнул пиджак.

– Какого черта ты здесь забыл? – прошипел он.

– Вы не подскажете, как пройти на Стрип? – спокойно поинтересовался Доу.

– Что?!

– Если меня вдруг станут проверять на детекторе лжи, я совершенно искренне отвечу, что просто спросил дорогу, – отозвался Иван. – А знаешь, почему меня могут подвергнуть допросу на полиграфе?

Спецагент взглянул на черный джип, из приоткрытого окна которого высовывался блестевший на солнце металлом цилиндр, и оскалился:

– Хочешь застрелить меня, Джон? А ты подумал о последствиях? Тебе это с рук не сойдет!

– Я просто хотел спросить дорогу, – с невозмутимым видом ответил торговец оружием, поправляя очки. Полюбовался на перекошенную злобной гримасой физиономию партнера, потом неторопливо спросил: – Что не так с блоком?

– О чем ты? – изобразил недоумение спецагент.

– Сначала ты и глазом не повел из-за его похищения, а ведь потерял на этом кучу денег, – пояснил Доу. – Но как только стало известно, что блок увели обычные бандиты, тебя будто подменили. Ты взбесился, и мне хочется знать, почему. Какую игру ты затеял?

– Какую еще, к черту, игру?! – вспыхнул Майлд, нервно оглядываясь по сторонам.

– Как часто стреляют в твоих коллег? – вдруг осведомился Иван.

Спецагент бросил мгновенный взгляд на джип, затем оценил расстояние, отделявшее его от собеседника, и нахмурился:

– Не понимаю, о чем

– Что не так с блоком? – повторил Иван свой вопрос. – У меня нет времени на игры, мне придется вернуть его синдикату, но если с прибором что-то не так…

– Да все с ним нормально! – прошипел Майлд, по щекам и лбу которого катились крупные капли пота. И торговец оружием почему-то был уверен, что дело тут вовсе не в жаре.

– Блок побывал в чужих руках, поэтому теперь его разберут по винтикам, – предупредил он. – Если найдут какой-то подвох, меня разберут на части вслед за ним. А потом тебя…

– Да ничего им не найти!..

– Что именно им не найти?! – немедленно сделал стойку Иван.

– Слушай, Джон, перестань!

– Ты обратил внимание, что здесь нет камер наблюдения? – спокойно поинтересовался Доу. – Думаешь, это просто совпадение?

– Джон, не дури…

– Еще не поздно все исправить, – Иван подался вперед. – Но я должен точно знать, в чем подвох. Иначе… – Он многозначительно замолчал.

Майлд еще раз взглянул на джип и наконец сознался:

– Блок отправляет на спутник сигнал с координатами.

– Где прибор сейчас? – тут же задал напрашивающийся вопрос Доу.

– Понятия не имею! Сигнал начнет приходить только после активации прибора, а этого еще не сделали!

Иван кивнул и вытянул вперед руку раскрытой ладонью вверх.

– Что такое? – удивился спецагент.

– Ты знаешь, что, – поморщился торговец оружием. – Мне придется подчищать за тобой дерьмо, так что не создавай лишних сложностей, очень тебя прошу.

Майлд обреченно вздохнул, вытащил из кармана приемник спутниковых сигналов и вложил в ладонь Доу. Торговец оружием сунул прибор в карман пиджака и, не сказав больше ни слова, зашагал через дорогу.

Когда он распахнул дверцу и уселся на пассажирское место, Кристиан убрал из приоткрытого окна направленный микрофон, поднял стекло и без промедления тронулся с места.

– Не объявят нас в розыск? – осведомился Липке, которого всего колотило от напряжения.

– На всякий случай скинь запись в «облако», – безразлично велел Иван, глядя в окошко.

– Так уже…

Липке загнал джип на паркинг международного аэропорта Маккарран с опозданием в четверть часа, но на месте сбора к этому времени маячила лишь рыжая шевелюра Патрика О’Райли. Кристиан отправился оплачивать стоянку; Иван вытащил из багажника рюкзак и подошел к ирландцу.

– Где Эйрин? – спросил он наемника.

– Пошла припудрить носик, – ответил Патрик и сходу заявил: – Нужны еще деньги!

– В смысле? – удивился Доу.

– Ты хоть представляешь, во сколько обходится лечение Кевина? А сколько уйдет на пластические операции?!

– Подожди, Патрик, стоп, стоп, – торговец оружием выставил перед собой руку. – Я выплатил вам всю оговоренную сумму. И еще накинул сверху. Фактически я отдал все, что у меня было…

– Этого мало! – категорически заявил мистер О’Райли.

– Разве я не обеспечил тебя денежной работой? – удивился Иван.

– Деньги нужны сейчас! – был ответ.

– У меня одна мелочь осталась! – Доу достал бумажник и потряс его, звеня монетами. – Попробуй получить аванс с Вилье…

– Я хочу получить деньги с тебя! – резко бросил О’Райли. – Если бы ты дал нам нормально подготовиться…

– Так это я во всем виноват?! – изумился Доу.

– А кто же еще? – Наглого ирландца было не сдвинуть с раз и навсегда выбранной линии поведения.

– А может, тебе просто не стоило предлагать Кевину выпить?! – не сдержался торговец оружием. – Если бы он не откинул щиток, то не пострадал бы так сильно!

– Да что ты… – Патрик вдруг осекся и уставился за спину торговцу оружием.

За разговором они не заметили, как появилась Эйрин.

– Это правда, Патрик? – прищурилась ирландка. – Ты дал Кевину свою драную фляжку?..

– Все не так!.. – испуганно ощетинился мужчина-О’Райли.

– Ты дал ему фляжку, когда его подстрелили, чертов обсосок?!

Торговец оружием поспешно подхватил брошенный на пол рюкзак и переместился двумя десятками метров правее. Оказаться крайним в ирландских разборках хотелось ему меньше всего.

Глава 9

Влад Рогов, Иван Доу

Когда Влад Рогов выбрался из такси у паркинга первого терминала, разговор среди его будущих спутников шел на откровенно повышенных тонах. Ругались двое ирландцев: симпатичная девица с обесцвеченными волосами и рыжий как морковь кудрявый крепыш с трагическим выражением лица. За ссорой безмолвно наблюдали пижон лет тридцати в светлом костюме и худой невзрачный мужичок, невесть с чего вырядившийся в синий рабочий комбинезон.

Сделав вид, будто собирается позвонить, Влад украдкой заснял всех присутствующих, зашел в базу и запустил программу распознавания лиц. Вскоре он уже знал, с кем именно свела его судьба, и знание это заставило его озадаченно почесать в затылке, поскольку доступные куски головоломки в единую картинку категорически не складывались.

Влад Рогов просто не понимал, что именно могло объединить пару вольных стрелков, торговца оружием средней руки и всемогущий синдикат.

В этот момент девица выхватила у рыжего ирландца фляжку и изо всех сил швырнула ее в стену, оставив на той мокрую полосу. Прежде, чем парень успел хоть как-то отреагировать, на паркинг въехал микроавтобус. Чернокожий лысый громила, охранник мистера Вилье, распахнул боковую дверцу и велел всем лезть внутрь.

Влад подхватил выставленную на тротуар сумку и поспешил к автомобилю.

– Приветствую! – широко улыбнулся он, последним забираясь в салон.

– Ты еще кто такой, черт тебя дери? – мрачно вопросил ирландец.

– Это наш аквалангист Влад Рогов, – подсказал Луис Тонго, захлопнул дверь и скомандовал водителю: – Поехали!

– Еще один русский! – простонал рыжий, нацепил на лицо темные очки и откинулся в кресле, до предела опустив его спинку. – Слишком много русских!..

Влад демонстративно выгнул бровь, но ирландец никак свое замечание не прокомментировал, а чернокожий гангстер не особо дружелюбно буркнул:

– Садись давай.

Микроавтобус выкатился с паркинга, обогнул пассажирский терминал, перед входом в который замер БТР китайского миротворческого корпуса, и выехал прямиком на летное поле. Там автомобиль остановился рядом с остроносым бизнес-джетом, Луис Тонго вновь распахнул дверцу и скомандовал:

– На выход!

– Полетим со всеми удобствами? – не сдержал удивления Иван Доу.

– Не беспокойся, мы выставим тебе счет, – ухмыльнулся гангстер.

– А снаряжение? – спросил Влад Рогов.

– Получишь

В просторном салоне самолета их уже дожидался чернокожий парень, высокий и не слишком плечистый, похожий скорее не на бойца, а на баскетболиста с волосами, заплетенными в совершенно неуставные дреды.

Луис Тонго представил его:

– Кертис Палм, наш медик, – и плюхнулся в одно из кресел. – Заодно он прекрасно обращается с отмычками и мини-ганом.

Медик снял с ушей солидные на вид наушники, поприветствовал наемников небрежным кивком и вернул наушники на место.

– Это всё? – спросил пилот. – Больше никого не ждем?

– Никого, – подтвердил Луис Тонго.

Летчик задраил люк и ушел в кабину.

– Летишь с нами? – удивился Иван Доу.

– Лечу, – с обезоруживающей зловещей улыбкой подтвердил Луис. – Имеешь чего против?

– Мне-то что? – пожал плечами торговец оружием и уселся рядом с помощником.

Когда самолет закончил набор высоты и перестало закладывать уши, Луис Тонго поднялся из кресла и двинулся по салону с пластиковым пакетом в руках:

– Сдаем телефоны, господа, на месте они вам не понадобятся!

Крис Липке выключил свой смартфон, кинул его в пакет и похлопал по планшету.

– Отдам в конце полета, – заявил он.

Чернокожий гангстер кивнул и отправился дальше. Влад Рогов сдал телефон последним и спросил:

– Как насчет инструктажа?

– Инструктажа? – хмыкнул громила. – Будет тебе инструктаж. Работать придется в Нью-Йорке, в одном из частных хранилищ. Подобраться к нему можно только под водой, груз компактный. Конец инструктажа. Что-то еще?

Аквалангист поправил забранные в косицу волосы и покачал головой:

– Да в общем-то все, – и уточнил: – Летим напрямик?

– Хорошая шутка, – пробурчал Луис, но не стал напоминать, что воздушное пространство вокруг города закрыто для полетов, а нарушителей сбивают без предупреждения.

– Да, куда летим? – неожиданно поддержал русского Патрик О’Райли. – Что за секретность?

Чернокожий громила глянул на рыжего наемника с нескрываемым раздражением, но все же ответил:

– Через пять с половиной часов приземлимся в аэропорту Уилкс-Барре. Наслаждайтесь полетом.

Иван заглянул было через плечо помощника, который нацепил наушники и уставился на экран планшета, но в кресло напротив уселся аквалангист.

– Привет, – протянул он руку. – Влад.

– Джон, – неожиданно даже для самого себя холодно представился торговец оружием и с некоторой мстительностью добавил: – Джон Доу.

– А я слышал, ты русский, – удивился Рогов.

– Одно другому не мешает, – заметил Иван и отвел взгляд от шрамов на предплечьях аквалангиста. Лазерный пилинг ему не помешал бы, вот что.

– Думаю, русским надо держаться поближе друг к другу, – осторожно произнес Влад.

– Без обид, – поморщился Доу, – но я предпочитаю держаться поближе к самому себе.

О том, что разговоры о чувстве локтя обычно заканчиваются попытками залезть к нему в карман, торговец оружием говорить не стал, но Влад Рогов и так оставил попытки завязать разговор и пересел к ирландке. Перекинулся с девушкой парой слов и почти сразу перебрался в хвост самолета к ее рыжему напарнику.

– Пытаешься найти друзей? – спросил его Патрик, понимающе, но без всякого сочувствия. – Пустое дело в такой компании.

Аквалангист кивнул и достал из рюкзака кружку и бутылку воды.

– Лучше заранее знать, чего от кого ждать, – пояснил он свои блуждания по салону.

– Я бы тебе и так сказал, – усмехнулся ирландец, – и совершенно бесплатно. Не поворачивайся ни к кому из них спиной.

– А к тебе? – заинтересовался Рогов.

– Вот тем более, – пробурчал мистер О’Райли.

– За это надо выпить! – непонятно чему обрадовался Влад и наполнил кружку водой.

Патрик с недоумением проследил за тем, как русский засыпает в жидкость какой-то бесцветный порошок, и потянул воздух носом, уловив знакомый запах.

– Да ладно! Джин-тоник?! – обалдел наемник. – Безалкогольный джин-тоник – это перебор даже для русского!

Влад протянул кружку собеседнику.

– Почему же безалкогольный? – вкрадчиво проговорил он.

Патрик осторожно пригубил напиток и удивленно хмыкнул:

– Святая химия!

– Наука не стоит на месте, – подтвердил Рогов и достал из рюкзака еще один пакетик с растворимым коктейлем. – Лично я терпеть не могу пить в одиночестве. А ты?

– Следующие пять часов можешь на меня рассчитывать! – благоговейно отозвался рыжий, затем покосился на Эйрин и понизил голос: – Насыпай!

Иван Доу, Влад Рогов

После посадки бизнес-джета в сумерках в аэропорту Уилкс-Барре наемников без всяких проверок и прочих формальностей погрузили в два гражданских «хаммера» и повезли в Блэксли – городок на границе затопленных территорий.

Влад развернулся к развалившемуся на заднем сиденье ирландцу, но Патрик О’Райли оказался к разговорам не расположен. Он помалкивал, усиленно жуя мятную жвачку. Впрочем, это не помешало напарнице уловить исходящий от него алкогольный дух.

– Ты когда успел нажраться? – прошипела она.

Влад Рогов примирительно ухмыльнулся:

– Да это же просто капелька джин-тоника!

Ирландка обожгла его недобрым взглядом, а Луис Тонго меланхолично предупредил:

– Объявляю сухой закон. Первое нарушение обойдется в четверть причитающегося вознаграждения. Второе в половину. Третьего предупреждения не будет.

Патрик не выдержал и вспылил:

– Какого черта ты раскомандовался?!

Гангстер глянул на него в зеркало заднего вида и недобро осклабился:

– Потому что я тут главный.

– Разве не Иван? – прищурилась Эйрин. – Нам платит он.

– Нет, – коротко ответил Луис. – Ему платим мы.

Их доставили в руины перенесшей Атлантический инцидент военной базы. Массивное сооружение щерилось огневыми точками; на собранных из серых железобетонных плит вышках помимо мощных прожекторов стояли крупнокалиберные пулеметы и автоматические гранатометы. Вдоль обочин тянулся высокий земляной вал с густыми витками колючей проволоки поверху, под мостом темнели приземистые силуэты двух танков.

– Приехали, – объявил Луис Тонго.

– Куда именно? – спросил Влад Рогов, распахивая дверь.

– Заказник «Ферн Ридж Бог», если тебе это о чем-то говорит, – усмехнулся чернокожий гангстер.

Эйрин принюхалась и сообщила:

– Пахнет болотом.

– До затопленных территорий около полумили, – поведал Луис.

– Где наше оружие? – спросил рыжий ирландец, нервно озираясь по сторонам.

–

Влад Рогов вгляделся в сумерки и присвистнул:

– Ну, надо же!

На погрузчик был установлен катер на воздушной подушке с двумя турбинами позади пассажирской кабины и объемной резиновой юбкой. Рабочие собирались сгрузить лодку на землю, а сидевшие на броне миротворцы делали вид, будто ничего необычного не происходит.

От второго «хаммера» подошел Иван Доу. Он озадаченно огляделся и уточнил:

– Мы отправляемся в Нью-Йорк вот на этом?..

– Оптимальный вариант, как меня уверили, – заявил Луис Тонго.

Наемники кисло переглянулись. Идея пересечь затопленные территории посредством судна на воздушной подушке энтузиазма у них не вызвала.

- Мы ведь опережаем наших конкурентов, да? – вполголоса поинтересовался Иван у Луиса.

- Не уверен, - хмыкнул тот. – Теперь все будет зависеть только от нас. Но мы взяли хороший темп. Пошли разбирать оружие! – позвал всех Луис и зашагал к темноволосому курчавому парню в рабочем комбинезоне, караулившему выставленные прямо на обочину деревянные ящики. Парень был крепким и плечистым, с оружием обращался уверенно и, как отметил Иван Доу, с гангстером поздоровался за руку.

Этого человека торговец оружием видел впервые, зато прекрасно знал двух стоявших поодаль ямайцев – мощного сложения чернокожих громил с автоматами. Блэк и Браун, костоломы на подхвате у синдиката.

Первым на раздачу подошел Кристиан Липке. В дополнение к своей винтовке SR-25 и привычному «глоку» он получил боекомплект, шлем, разгрузку и бронежилет со спасательными надувными вставками. Остальным достались китайские автоматы NAR-10 под разрывные патроны 7.62х51 и реплики от «Норинко», кольта девятнадцать-одиннадцать сорок пятого калибра. Да еще Луис Тонго вооружился автоматическим гранатометом LG-6 с барабанным магазином на пятнадцать сорокамиллиметровых гранат. В руках громилы массивное оружие размерами совершенно не поражало.

Гангстер забрал запасные магазины и упаковки осколочно-фугасных зарядов и начал рассовывать их по карманам рюкзака и подсумкам. Влад Рогов проследил за ним заинтересованным взглядом и пошел получать снаряжение сам. Помимо стандартного набора ему выдали непривычного вида автомат со странно широким магазином. Еще три таких же остались лежать в ящике.

– Иван, видел когда-нибудь такое вот? – Аквалангист повернулся к торговцу оружием и продемонстрировал патрон с гильзой обычного размера и тонкой пулей дюймов шесть длиной.

– Для подводной стрельбы, – определил Доу. – Китайский?

– QBS-06, – подтвердил Рогов. – Доводилось сталкиваться?

– Первый раз вижу, – соврал Иван, не став уточнять, что именно он и продал партию этих автоматов синдикату.

Сам Доу вместо NAR-10 взял китайский же автоматический дробовик двенадцатого калибра с коллиматорным прицелом, барабанный магазин к нему на двадцать патронов и пять штук десятизарядных. Боекомплект весил едва ли многим меньше зарядов к гранатомету Тонго, и торговец с обреченным вздохом принялся набивать магазины и втыкать пластиковые гильзы в гнезда бандольеры.

– Двенадцатый калибр? – фыркнул Рогов. – Серьезно?

Иван покосился на него, но все же снизошел до объяснений:

– Я не собираюсь воевать с миротворцами, а против тварей на короткой дистанции дробовик куда эффективней. – Он вытащил один из патронов и продемонстрировал его на ладони аквалангисту. – FRAG-12, осколочно-фугасный. Дорогой, сволочь, но контора платит.

Влад только покачал головой. Этот разговор велся по-русски, и у Ивана возникло неприятное чувство, будто аквалангист проверяет его в чем-то непонятном. Да ну на фиг, чепуха какая.

Рабочие спустили катер с транспортной платформы, забрались на него и установили на вертлюгу в задней части единый пулемет М249. У врезанной в крышу со стороны носа кольцевой турели они провозились несравненно дольше: там смонтировали трехствольный крупнокалиберный пулемет GAU-19.

– Серьезный подход к делу, – пробормотал Влад, когда между пулеметными установками на крыше закрепили немалых размеров БПЛА с пятью несущими винтами.

Сразу после этого бронетранспортер пропустил вперед автомобили и пристроился в конец колонны. Наемники и экипаж судна на воздушной подушке остались на дороге одни.

– Подходим на инструктаж! – созвал всех Луис Тонго и представил экипаж: – Энрике, наш капитан, Оскар – пулеметчик, Лора – оператор сонара и беспилотника.

Сходство между невысоким пузатым дядькой, молодым крепышом в рабочем комбинезоне и черноволосой девушкой обнаруживалось невооруженным взглядом. Похоже, у них тут был семейный подряд.

Капитан оглядел наемников, указал на кабину катера, в бронированные стенки которой были врезаны бойницы из пуленепробиваемого стекла, и заявил:

– Ола, амигос! Предупреждать сразу: кто палить в воду, сразу вылетать за борт! Мьерда! Бойницы для гранадас. Кидать строго по командас! Энтендер? И вообще стараться ничего без командас не делать! – Он обвел строгим взглядом экипаж и продолжил: – Вам интересно, почему не стрелять. Отвечать! Высокоимпульсные пули, попадать в воду, разрушаться почти сразу. Вреда тварям не причинять, но случайный рикошет наделать много бед, де косас малас. Ясно?

– А двенадцатый калибр? – приподнял ружье Иван.

– Быстро терять силу, поражать цель на метр – полтора максимо. Проще кидать гранадас. Но! Повторять! Ничего не делать без командас! Наш катер фиабле, запас ход четыреста миль, раза в два больше, чем нам надо. Поэтому единственно, что может быть проблема – это бестолковость пасажерос.

– А твари? – спросила Эйрин.

– Твари могут наделать очень много малас, – хмыкнул Энрике. – Муй малас. Хуже всего заболоченный участок, это около пятнадцати миль. Там у тварей ходидо…

– Размножение, – безразлично подсказал Оскар.

– Размножение, – согласился на цензурный английский вариант Энрике, – и потому они атаковать всех подряд. На чистая вода и в город их меньше.

– Каковы шансы наткнуться на военных? – уточнил Рогов.

– Мало. Поко-поко, – неохотно ответил капитан и зашагал к катеру. – Бьенвенидос! Добро пожаловать на борт, трипуласьон!

Внутри оказалось достаточно просторно, а кресла стояли не как в пассажирском транспорте, а развернутыми к бойницам. Капитанское место с обычным автомобильным рулем было оборудовано в носовой части, там же располагалось навигационное оборудование и экран выключенного пока сонара.

У бортов, в проходах и даже под сиденьями, громоздились гранатные ящики, короба с лентами для крупнокалиберного пулемета, пластиковые контейнеры с глубинными бомбами и даже емкости с напалмом. А в одном из боксов Иван Доу, к немалому своему удивлению, опознал упаковку самого настоящего «стингера». После этого вид пары российских

Влад Рогов кинул свои вещи на сиденье и отправился проверять подводное оборудование. Он еще возился с баллонами, когда вновь заговорил капитан:

– И самое главное: не паниковать! Катер буэно защищен и преодолевать волны до шести футов высотой. Крейсерская скорость пятьдесят миль в час, большинство тварей нас просто не догнать. И это не считая электрических разрядников и бронированного стекла…

Раздался шум моторов, катер вздрогнул и приподнялся с баллонов.

– Кон диос! – выдохнул капитан, и судно, медленно набирая ход, соскользнуло с дороги на заболоченную обочину.

Глава 10

Эль Капитано

Старый военный катер бывшей береговой охраны США аккуратно скользил в густом предутреннем тумане. Китайский водометный движитель, установленный на нем уже после начала Атлантических событий вместо обычного мотора с винтом, работал почти бесшумно, нарушая тишину лишь едва уловимым гудением и слабым плеском.

Безусловно, для местных контрабандистов, у которых был арендован катер, водомет являлся жизненно необходимой штукой. Он не только работал гораздо тише винтового двигателя, что уже само по себе было важно в запретной зоне. Но с его помощью еще можно было преодолевать плотные участки водной растительности и даже узкие полоски суши, что рано или поздно непременно привело бы к повреждению традиционного корабельного винта.

Стоя у штормового леера, ограничивавшего верхнюю палубу с крупнокалиберным станковым пулеметом, Эль Капитано Федор Матвеев задумчиво пожевывал тлеющую сигару – подарок от Папаши Пака – и, прищурившись, пытался разглядеть в темноте открывающуюся перед ним панораму одного из величайших городов Земли, не так давно по историческим меркам провалившегося в морскую пучину.

Если бы в Нью-Йорке, как в каком-нибудь курортном карибском или средиземноморском городке, было запрещено строительство выше второго этажа, едва ли Матвееву удалось бы разглядеть в волнах хоть что-нибудь. Однако величественным небоскребам, хоть и потрепанным сейсмическими ударами, было наплевать и на десяток метров, на которые погрузилась в океан их тектоническая плита, и на плотный туман. Исполинскими сюрреалистическими рифами они темнели на горизонте, вырастая прямо из мутной холодной воды. Справа по курсу, задрав вверх руку подобно останкам огромных портовых кранов на другом берегу Ист-ривер, темным пятном мрака маячила вдали Статуя Свободы.

Эль Капитано поежился. В Нью-Йорке в это время года определенно было гораздо свежее, чем в южном Лас-Вегасе. Тем более в Нью-Йорке, полностью залитом водой. Туманы осенью и зимой и так были здесь обычным явлением, а теперь белесая мгла над стылой акваторией вообще стала неотъемлемой частью пейзажа местной запретной зоны, как в XIX веке в Лондоне.

Матвеев, правда, читал вроде бы, что знаменитые лондонские туманы были просто угольной дымкой, ибо в то время все в Англии топили углем, и сотни тысяч печей создавали в тогдашней столице мира настоящий смог. Когда с угля местные жители перешли на мазут и газ, знаменитые туманы в столице Британии быстро развеялись.

А вот в полузатопленном Нью-Йорке туманы теперь обосновались надолго.

Честно говоря, когда после победы Банданы над ихтиандром Федор с Пакитой отправились на разговор к Папаше Паку, Эль Капитано даже представить себе не мог, чем эта встреча закончится. Полагал, речь пойдет о рискованных играх с Папашиным тотализатором или с его бывшим дилером Бьерни Магнусоном.

Возможно, всплыли какие-то серьезные проценты по старым долгам. Не исключено, что Паку понадобились опытные боевые пловцы для разовой акции или он решил уговорить Эль Капитано продать ему Бандану для регулярных гладиаторских выступлений в «Колизее».

В общем, Федор настолько не придал значения этому вызову на разговор к крупному мафиозному боссу, что из гусарского озорства даже поволок с собой на встречу Пакиту, чего ни за что не сделал бы, если бы заранее знал, о чем пойдет речь. Ему вдруг показалось страшно забавным представить их друг другу: «Пакита, познакомься, это Пак. Пак, знакомься, это Пакита». Шутка на редкость, ага.

Ну, представил, чего ж. Пак даже нехотя приподнял верхнюю губу, продемонстрировав, что оценил шутку. А потом, угостив гостей редкостными в наше непростое время кубинскими сигарами, приступил непосредственно к предложению, от которого невозможно отказаться.

Честно говоря, дослушав до конца, Матвеев предпочел бы взять продолжительную паузу, желательно на несколько дней, чтобы все как следует обдумать, тщательно все взвесить – и на всякий случай отказаться. Потому что уже первой вводной Папаши Пака «закрытая зона Нью-Йорк» было достаточно, чтобы не связываться с этим дурно пахнущим делом.

Но потом последовала еще одна вводная, с процентовкой итогового гонорара и суммой аванса, и Эль Капитано с тревогой отметил, как Пакита сразу же закусила нижнюю губку от лютой жадности.

Нет, конечно, он истребовал у Папаши свои законные сутки на обдумывание заманчивого предложения, однако, выходя от Пака и глядя на мечтательную мордашку подруги, уже понимал, что ответит согласием, иначе его жизнь на ближайшие полгода превратится в ад. Пакита еще не преминет сообщить обо всем Бандане, и девки начнут пилить его с двух сторон в две пилы. Точнее, в одну двуручную: пока одна отдыхает, вторая тащит свою рукоять пилы на себя, и зазубренное полотно с треском вгрызается в кость.

Впрочем, даже четыре девки с двумя двуручными пилами крест-накрест не смогли бы сдвинуть с места такого носорога, как Эль Капитано, если бы он твердо уперся всеми четырьмя копытами – подобные случаи уже бывали. Однако главная проблема состояла в том, что Матвеев заколебался сам. Риск, разумеется, зашкаливал, но предложенная сумма вознаграждения вполне ему соответствовала и заставляла ноздри матерого боевого пловца трепетать от нежного аромата крутого навара.

В конце концов, приходилось его команде когда-то браться и за более безрассудные миссии, которые стоили меньших денег, когда они еще не наработали солидный профессиональный авторитет. А на нынешнем этапе им троим как раз не помешал бы скромный, но уютный домик в Крыму или, к примеру, под Ханчжоу. Приключения приключениями, но дожить в Лас-Вегасе до старости могли позволить себе толькооченьсолидные люди вроде Пака, которые имели под своим началом целые армии головорезов и могли быть уверены хотя бы на пятьдесят процентов, что их пенсионные накопления надежно защищены от огромного количества желающих наложить на них лапу.

В общем, тот день Матвеев с девчонками завершили тем, что глубокомысленно искалечили глупых бандидос, которые сдуру решили поживиться призовыми деньгами и напали на них в подземном гараже отеля «Цезарь Палас». Ну, не то чтобы искалечили, конечно, просто надолго вывели из строя:

После вышеописанная команда, слегка размявшись в драке, отправилась домой, но по дороге неизбежно зависла в другом баре, поскольку новую миссию требовалось обсудить со всех сторон, и ни в коем случае не на трезвую голову, чтобы ненароком не обнаружить в предложении Папаши Пака пугающих подводных камней. В итоге сесть за руль все-таки пришлось Паките, наименее пьяной из присутствовавших, что в очередной раз закончилось поцарапанной дверцей и разбитым подфарником, а дома – грандиозной семейной разборкой, плавно перешедшей в развлечение на троих.

Однако на следующий день все трое были трезвы как стеклышко и явились к Паку на инструктаж без опоздания.

В этот раз действовать предполагалось не автономно, а в большой общей группе. Пестрая кучка наемников вольготно расположилась в покоях Папаша Пака, и ни один из этих наглых типов Матвееву не понравился – как обычно, впрочем. Ему никогда не нравились другие наемники, кроме Пакиты и Банданы.

Во-первых, они пожирали его кислород. Во-вторых, они регулярно оттяпывали себе лучшие заказы, а всякий юань в кармане конкурента Эль Капитано воспринимал как личное оскорбление.

Наконец, перед миссией они всегда вели себя как отвязные супергерои, чтобы произвести впечатление на заказчика, однако полагаться на кого-либо из этих крутых перцев во время миссии было очень плохой идеей: каждый думал только о собственной шкуре и своих деньгах. Не так уж редко кому-нибудь из них в ходе операции взбредало в голову искусственно сократить число союзников, претендующих на долю в гонораре. Собственно, Матвеев был настолько уверен в своих девчонках именно потому, что в их группе боевых пловцов не все базировалось на деньгах.

Тем не менее Эль Капитано вполне понимал, конечно, что втроем с девками им не провернуть такой масштабной и сложной махинации: спуститься с аквалангами в затопленный этаж нью-йоркской башни, забрать товар и под носом у международных патрулей благополучно слинять. Тут нужен был целый отряд, обеспечивающий ныряльщикам транспортировку и безопасность во время погружения. И, хотя Матвеев предпочел бы формировать его сам, у заказчика не было времени на такие глупости. Поэтому пришлось полагаться на тех уродов, которых предложил Пак.

В первую очередь это, конечно, были люди самого Пака. Такого следовало ожидать: кореец был тертым калачом, и в команде ему требовались проверенные глаза и уши, чтобы ни один камушек из товара невзначай не ушел на сторону.

Чего Эль Капитано не ожидал, так это того, что одним из соглядатаев окажется тот самый здоровенный сухощавый метис-Трехо с бычьей шеей и перепутанной шевелюрой, который хватал его за руки в баре «Морской конек». Звали метиса Тремоло, что бы это ни означало – имя, фамилию или кличку.

У Папаши Пака было много шестерок, но этот, похоже, считался среди них бригадиром, раз ему оказали такое крутое доверие. Папаша даже не стал придумывать для него какую-то особую легенду и представлять его незаменимым специалистом в каком-либо супернужном для команды деле – просто отрезал: «Этот идет с вами».

Матвеев пожал плечами, но ничего не сказал. Идет так идет. Может, он крутой мастер вышивать крестиком.

Вторым был скромный молчаливый кореец, который едва ли получил бы место в Папашиной гвардии из-за своего мелкого роста и субтильного телосложения. Однако вся штука состояла в том, что его тоже звали Пак. Пак Вон Хе, если быть точным. Если верить Папаше – прекрасный специалист по сейфам и охранным системам.

Это, конечно, еще ничего не означало; перефразируя одного классика, в Корее иметь фамилию Пак – все равно что не иметь никакой. Однако Матвеев почти не сомневался, что этот парень, являясь, скорее всего, родственником Папаши, будет в их группе его вторым незакрывающимся глазом.

Основной заказчик, для которого Пак-главный снаряжал экспедицию, похоже, тоже желал иметь в команде соглядатая. Впрочем, ему следовало понимать, конечно, что его человека при случае утопят не задумываясь, списав все на атлантов или международные патрули. Поэтому, скорее всего, легенда долговязого ботана в стильных очках была чистой правдой: его представили как доверенного секретаря покойного миллиардера, который в мирное время имел доступ к сейфу босса и теперь мог привести команду наемников именно туда, где этот самый сейф находится.

Звали ботана Говард Хадсон, и он со всей очевидностью претендовал на звание самого тяжелого якоря на шее Эль Капитано из всей нынешней команды. Впрочем, сам мистер Хадсон утверждал, что в лучшие годы занимался любительским подводным плаванием, и даже козырнул слэнговыми дайверскими терминами «блэкаут» и «баблмейкер», исхитрившись упихнуть их в одну фразу.

Федор нехотя поверил ему, хотя очки все же велел заменить на линзы. Мистер доверенный секретарь спорить не стал. Невозможно спорить с очевидным фактом, что очки с маской для подводного плавания практически несовместимы.

Второй балласт в команде звали Каста. Имя и фамилию коротко стриженая девчонка с голубыми волосами называть не стала, хотя определенно была русской или по крайней мере с территории бывшего СССР, ибо в общении с Эль Капитано мигом перешла с ломаного английского на родной язык, заставив Пакиту и Бандану молча окрыситься. Хуже того, судя по проскальзывающим характерным словечкам, Каста была уроженкой Санкт-Петербурга. Эта горячая штучка, до Атлантических событий отсидевшая три года в американской тюрьме за хакерство, должна была на месте взломать электронные системы безопасности, буде таковые найдутся.

Ценная пассажирка, конечно, и по-своему привлекательная внешне, но в жизни не державшая в руках ничего тяжелее компьютерной мыши и не погружавшаяся глубже ванной. Этот балласт неизбежно следовало опекать и лелеять, тем более что у девушки имелась еще одна важная задача номер один: управлять ею же самой взломанным блоком «Антиатлант».

Армейская разработка специального устройства для отпугивания морских тварей была совсем новой, еще не пошедшей в серию. Когда-то при помощи таких низкочастотных звуковых генераторов пытались разгонять несанкционированные демонстрации.

С демонстрациями что-то не заладилось – кажется, генераторы оказались слишком опасны для человеческой психики. Однако после Атлантического инцидента заботиться о чужой психике оказалось не с руки, и ученые вновь обратились к старой конструкции, обнаружив, что боевые твари обмениваются с атлантами и друг с другом упорядоченными низкочастотными сигналами.

Строго говоря, «Антиатлант» должен был не отпугивать чудовищ, а дезориентировать их, лишать связи с командованием и точного наведения на цель. В те времена, когда Матвеев служил в российской армии, таких штук еще не делали, поэтому он не был особо уверен в их эффективности. Он вообще никогда не был

Однако Папаша Пак сочился оптимизмом на этот счет и даже, по слухам, с большим риском выкрал специально для этой операции контрабандный прибор у одной из конкурирующих группировок, что в очередной раз заставило Эль Капитано серьезно задуматься о масштабе ставок в затеянной Папашей игре. Но идея воспользоваться хреновиной, которая не подпустит морских тварей к катеру его команды на расстояние прицельной автоматной стрельбы, все же не могла ему не понравиться как командиру этой самой команды.

Еще двое были сегодня на катере людьми в общем-то случайными. Через своих партнеров с Восточного побережья старина Пак нанял один из катеров рисковых контрабандистов, регулярно шнырявших по акватории Нью-Йорка в поисках поживы. Экипаж катера состоял из двух человек: капитана Фреда Бишопа, типичного морского волка, белоснежно седого и морщинистого шкипера с неизменной трубкой в углу рта. И первого помощника Мюрича Макфарлейна, долговязого и сурового парня, который по совместительству выполнял кучу других обязанностей – судового механика, штурмана, радиста, матроса, стрелка, кока, суперкарго и пес его знает кого еще.

В закрытой зоне следовало смотреть в оба, поэтому за штурвалом сейчас стоял сам шкипер.

Короче, в случае прямого боестолкновения, с морскими тварями или с международными патрулями, твердо рассчитывать Матвееву следовало только на себя самого, на своих девок и, пожалуй, на здоровяка Тремоло. Все члены команды были, конечно, вооружены до зубов, но смогут ли в критической ситуации эффективно воспользоваться своим оружием – это большой вопрос.

Пройдоха Пак Вон Хе в присутствии Федора высадил в тире своего дядюшки, или кто он там ему, почти два магазина патронов, измочалив «яблочко» мишени практически в лохмотья. Но в данном случае речь шла не о меткости, а о моральной способности пустить в ход огнестрел против живого противника. Матвеева терзали серьезные сомнения на этот счет, особенно в отношении Касты и мистера Хадсона.

Негромко тарахтя и булькая, катер с командой Эль Капитано понемногу продвигался к цели. Когда над головой лениво проплыл Бруклинский мост, шкипер решительно направил судно вглубь Манхэттена, по бывшей улице Бауэри, в одночасье ставшей каналом, в сторону Маленькой Италии.

Соленые болота возле Нью-Джерси плотно контролировались миротворцами, да и катер без воздушной подушки едва ли сумел бы их преодолеть, поэтому капитан Бишоп с самого начала миссии забрался мористее, собираясь проникнуть на территорию бывшего Нью-Йорка через бывшую Нью-Йоркскую бухту, которая ныне представляла собой единое целое с поглотившим город гигантским океаническим заливом.

С одной стороны, это был довольно рискованный трюк, потому что выходить в открытое море после начала Атлантических событий мог позволить себе только очень смелый или совершенно безрассудный экипаж.

С другой стороны, в этом маневре имелись свои плюсы, потому что военные тоже не горели особым желанием кропотливо патрулировать смертельно опасные воды, над которыми атланты порой сбивали даже реактивные самолеты. Армии хватало постоянных прорывов противника в глубь суши, которые морские твари осуществляли из бывшей Нью-Йоркской бухты с пугающей регулярностью и которые военным приходилось останавливать при помощи дальнобойной артиллерии и реактивных систем залпового огня. Так что при проникновении со стороны затопленного Лонг-Айленда для контрабандистов было меньше риска нарваться на боевые армейские корабли.

Бывшую Нью-Йоркскую бухту перекрывали несколько рядов минных заграждений, но они, по уверению капитана Бишопа, были рассчитаны на массивных глубоководных существ, а не на легкие водометные катера, поэтому притапливались военными на якорях в паре метров от поверхности. Поскольку целью морских мин в бухте были живые организмы, все они оборудовались контактными взрывателями, так что можно было не опасаться, что адские машины отреагируют на магнитные поля катера, звук двигателя или перепад давления в водной толще при стремительном движении.

Расходовать мощные боеприпасы на мелких мародеров и контрабандистов международная коалиция не считала жизненно необходимым. А вот крупное судно с соответствующей осадкой, решившее загрузить в трюм пару контейнеров золота из затопленных подвалов хранилищ на Уолл-стрит, безнаказанно пройти через минные заграждения не сумело бы.

Эль Капитано швырнул окурок сигары за борт, тот коротко пшикнул, упав в холодную воду, и закачался на волнах. Сунув руки в карманы, командир боевых пловцов молча наблюдал, как мимо проплывают огромные мрачные тени полуразрушенных небоскребов с выбитыми стеклами и почерневшими от сырости стенами. Вдали вздымались характерные, много раз виденные в кино силуэты каменных титанов – Эмпайр-стейт-билдинг, Крайслер-билдинг, здание Бэнк оф Америка…

Перегнувшись через борт, Матвеев с трудом разглядел в темноте под собой, под слоем мутной воды, крыши автомобилей, когда-то брошенных на затопленной улице. Зрелище было нереальным, сюрреалистическим – но за годы, проведенные в разрушенных Штатах, он уже привык к таким картинам.

Глава 11

Иван Доу, Влад Рогов

Тряски практически не ощущалось, лишь слегка вибрировал корпус да гудели турбины. Лодка легко перекатывалась через неровности, но поваленные деревья и торчавшие из высокой травы бетонные обломки капитан предпочитал огибать. Открытой воды пока не было, только изредка катер пересекал узенькие ручьи и протоки местной речушки, а в основном несся через высокие заросли камыша, легко подминая их под себя.

Понемногу воды прибавилось, она заблестела между проплешинами травы. Здесь в болото впадало множество пресных ручьев и речушек, топь была не слишком соленой, и все же наемники нервно ежились, всматриваясь в сгустившуюся темноту.

Неожиданно послышался посторонний гул, и со стороны Уилкс-Барре появился армейский вертолет. Мощный прожектор скользнул по катеру и ушел в сторону.

– Береговая охрана, – успокоил пассажиров капитан Энрике. – Высматривают тварей, мы им не интересны. Это открытая территория.

Вскоре судно полетело над чистой гладью воды, лишь изредка пересекая густо поросшие тростником и травой возвышенности, но капитан по-прежнему не рисковал увеличивать скорость из-за опасения пропороть резиновую юбку воздушной подушки сучьями поваленных деревьев, железными обломками и прутьями арматуры, торчавшими тут и там.

Окончательно стемнело, и стало видно желтоватое зарево на севере. Время от времени в той стороне сверкали непонятные вспышки, и всякий раз после этого с небольшим запозданием докатывался рокот далеких взрывов.

– Строят дамбу, – пояснил Оскар наемникам. – Пытаются отсечь тварей от города. Если это получится, вот тогда-то за его затопленные подвалы и хранилища и возьмутся по-взрослому.

Толстый капитан Энрике включил прожекторы – не обычные, а инфракрасной подсветки, – и принялся следить за дорогой через прибор ночного видения. Иван Доу тоже нацепил электронные очки, но смотреть особо было не на что: катер к этому времени окончательно выбрался из заболоченных зарослей и помчался по водной глади.

–

Впрочем, шансов первыми обнаружить инопланетных тварей у наемников было немного: Лора уже включила сонар и внимательно всматривалась в мерцание монитора.

– Скажите, а насколько хорошо гранаты глушат тварей? – впервые нарушил молчание отрекомендованный медиком (который прекрасно обращается с отмычками и мини-ганом) чернокожий парень с дредами — Кертис Палм.

Ответил пулеметчик:

– Нормально глушат, – сообщил Оскар, – не хуже отравляющих веществ.

– А насколько эффективны отравляющие вещества? – тут же поинтересовалсяПалм.

– Действуют, но не на всех, – подсказал Влад Рогов, внимательно разглядывая маркировки составленных к борту контейнеров и емкостей.

Неразговорчивый Оскар кивнул:

– Именно.

Иван отвернулся от бойницы и указал на контейнеры с горючей смесью:

– А не опасно столько напалма с собой возить?

– Опасно, – терпеливо отозвался пулеметчик. – Но если припрет, только напалм тварей в воде и удержит.

Влад Рогов кивнул и в свою очередь спросил:

– Оскар, а почему более мощный пулемет установлен спереди?

– Если придется убегать, воспользуемся бомбами с регулируемым уровнем погружения и дистанционным подрывом, – ответил Оскар и вдруг рассмеялся: – Продолжаем вечер вопросов и ответов! Кого что еще беспокоит?

Но вопросы уже закончились.

Катер летел над водной гладью со скоростью легкового автомобиля, капитан заранее огибал торчавшие из воды препятствия, обычно – поваленные деревья и крыши. Вскоре по левому борту потянулся лесистый остров с поросшими камышом берегами, и Энрике изменил курс, уходя в сторону.

– Напрямик через город не ехать, обогнуть, – оповестил он наемников. – Крюк небольшой, зато голова целый.

– Вы в Нью-Йорк уже ходили? – поинтересовался Влад Рогов.

– Доводилось, – подтвердил капитан. – Фрекуенте.

– И как там?

– Жутко, – нехотя ответил Энрике.

– Так опасно? – удивился Иван.

– Нет, так жутко, – покачал головой капитан. – Небоскребы из воды торчать, будто ляпидас. Надгробия. Или зубы гнилые. Какие-то обрушиться, какие-то уцелеть. Теперь без окон. Строить на совесть в начале прошлый век, а большинство современные города на побережье просто утонуть…

– Но тварей в Нью-Йорке немного? – уточнил Иван Доу, припомнив прежние слова капитана.

– Ун поко, – подтвердил Энрике. – Больше надо опасаться миротворцев. У них с мародерами вроде нас разговор короткий – за малейшее сопротивление стрелять на месте. Так что в миротворцев лучше не целиться. Вообще.

Луис Тонго немедленно отреагировал:

– Уговор у нас с вами был совсем другой!

– Я прекрасно помнить, какой у нас был уговор! – резко бросил Энрике. – Я всего лишь призывать к благоразумию. Если увидеть кого-то – не обязательно сразу открывать стрельба. Город большой, миротворцы мало, если оторваться, им нас не найти.

– К слову об «открывать стрельба», – Иван Доу повернулся к гангстеру. – Как поступим с конкурентами, для которых у нас стырили приборчик? Договариваемся с ними или гасим без разговоров?

– Действовать будем по обстоятельствам, – отрезал чернокожий громила.

– То есть как минимум предложим сдаться? – прищурился торговец оружием.

– Как минимум не стреляем без приказа, – заявил Луис Тонго. – Скорее всего они представляют уважаемых людей, а начинать войну с уважаемыми людьми не в наших интересах.

Ирландцы переглянулись, и Эйрин повысила голос, не скрывая возмущения:

– И мы просто позволим им уйти?!

– Мы не собираемся начинать войну, но должны окупить вложения в экспедицию, – пояснил чернокожий гангстер. – Поэтому если не сумеем опередить конкурентов, должны убедить их… скажем так, вступить с нами в переговоры и достойным образом компенсировать издержки, вызванные кражей блока.

– Какого еще блока? – удивился Влад Рогов. – И что за конкуренты?

Иван досадливо отмахнулся от аквалангиста и предположил:

– Компенсация в размере пятидесяти процентов от найденного ими будет сочтена достойной?

– Повторяю: действуем по обстоятельствам, – нахмурился негр.

– От пятидесяти до ста, – улыбнулась Эйрин. – Вполне неплохо.

– Как говорят у меня на родине, – поморщился Влад, – не стоит делить шкуру неубитого медведя.

– Медведь-то давно сдох, – отмахнулся Доу.

– Ты понимаешь, смысл высказывания немного не в этом...

– Множественные объекты по левому борту! – выкрикнула вдруг Лора. – Дистанция сто ярдов!

– Всем держаться! – скомандовал капитан и вывернул руль, уводя катер в сторону. – Вамос!..

Эль Капитано

Федор Матвеев никогда не был в Америке до Атлантических событий. Однако прекрасно помнил, как они развивались. Во времена масс-медиа необязательно находиться в эпицентре происходящего, чтобы знать все, что необходимо: в Интернете и телевизоре всегда найдется достаточно пищи для аналитического ума.

Как известно, все началось с того, что какая-то японская обсерватория обнаружила в Солнечной системе новый крупный астрономический объект. Или южнокорейская, не суть важно. Главное, что своего палача проморгали американцы – со всей своей вычислительной мощью и телескопом «Хаббл».

Почему-то большинство обывателей свято уверены, что пространство вокруг Земли тщательно мониторится. Что зоркие обсерватории и чуткие спутники внимательно отслеживают любой космический мусор, попадающий в пределы орбиты Плутона, и немедленно информируют ученых и мировых лидеров о любом подозрительном куске камня, способном пересечься с орбитой Земли.

Но на самом деле в обозримом космическом пространстве куда больше мертвых зон и слепых пятен, чем подробно изучаемых областей. Поэтому до сих пор новые кометы зачастую открывают одиночки, которыеот нечего делать шарят портативными телескопами по ночному небу, а не солидные научные коллективы.

Огромный астероид размером примерно с Мадагаскар, прибывший в Солнечную систему из глубокого космоса, был обнаружен уже на орбите Юпитера. Большинство прорвавшихся в систему блуждающих комет и астероидов, попадая в гравитационное поле этого газового гиганта, оказываются захвачены им и погибают, врезавшись в его поверхность.

Однако Мадагаскар оказался крепким орешком, потому что внезапно резко изменил траекторию движения и, решительно избежав смертельных объятий Юпитера, направился к Марсу.

Японцы (или корейцы?) зафиксировали этот маневр, однако их сообщение о такой гравитационной аномалии осталось незамеченным научным сообществом. Но потом из безвольного дрейфа в безвоздушном пространстве загадочный объект, похожий на вареную картофелину, быстро набрал мощное ускорение.

Японцы (или корейцы) обнародовали эту сенсацию, и теперь за необычными перемещениями странного астероида наблюдала уже не одна сотня ученых в разных странах. А поисковая фраза «объект Эпиорнис», как тут же окрестили пришельца, стала самой популярной в Интернет-браузерах.

Объект двигался быстро и достиг красной планеты несколько недель спустя. Он вышел на орбиту вокруг Марса и сделал полтора

К этому моменту даже самые убежденные скептики были вынуждены признать, что астероид Эпиорнис явно кем-то управляется, и нас, вероятно, ожидает тот самый Контакт с большой буквы К, которого человечество жаждало с тех пор, как на Марсе были обнаружены несуществующие каналы.

Однако текущий Контакт имел больше сходства с сюжетами фильмов «День независимости» и «Район № 9», чем с сентиментальными «Инопланетянином» и «Близкими контактами третьего рода» Спилберга. Гигантская глыба чужого корабля вышла на околоземную орбиту и дамокловым мечом нависла над беззащитными континентами.

Человечество разными способами пыталось выйти на связь с чужаками, но объект Эпиорнис хранил зловещее молчание. Ядерные, воздушные и военно-космические силы планеты были приведены в боевую готовность.

Между тем управляемый астероид неторопливо полз по орбите над Арктикой, и жители Северного полушария могли отчетливо разглядеть его невооруженным глазом даже днем.

Трудно сказать, почему сорвалась массированная ядерная атака на объект Эпиорнис, когда тот внезапно провалился вниз, добравшись до западной части Атлантического океана. Возможно, виной всему стало традиционное недоверие между враждебными ядерными державами.

Россия, Индия и Китай меньше всего желали, чтобы Штаты потом обвинили их в атомной бомбардировке над американской территорией. Великобритания, Франция и Израиль дожидались команды из Вашингтона, тоже не желая лезть в пекло поперед батьки.

А американский президент тянул до последнего, прекрасно понимая, что гигантские раскаленные куски инопланетного корабля, воздушная ударная волна и радиоактивные осадки обрушатся на беззащитные крупные города Восточного побережья.

Возможно, власти США просто выжидали, изо всех сил надеясь, что удар по поверхности планеты чужие нанесут уже после того, как минуют территорию Штатов. Никто до самого последнего момента не мог поверить, что пришельцы поведут себя как самоубийцы и не просто пойдут на посадку, а на полной скорости рухнут в океан восточнее Чесапикского залива. В любом случае, у американских властей было совсем немного времени на принятиестратегическихрешений.

Пара судорожно выпущенных американцами боеголовок все-таки взорвалась, одарив Восточное побережье ожидаемыми ударной волной и радиоактивными осадками. Кажется, они даже повредили корпус Эпиорниса. Впрочем, разрушить объект размером с Мадагаскар сложновато даже при помощи ядерного оружия.

Управляемый астероид рухнул в океан, развалившись от страшного удара на множество кусков и вызвав многометровую волну цунами, серьезно потрепавшую Восточное побережье США, Северную Африку, Мексику, Карибский регион и Средиземноморскую Европу. Ну, может быть, журналисты в погоне за сенсацией несколько преувеличили размеры Эпиорниса и он был всего лишь с Исландию, ибо результаты его падения оказались далеко не столь катастрофичны, как обычно изображают в голливудском кино, а число жертв не превысило нескольких десятков тысяч человек, и те в основном в Африке и Латинской Америке.

На этом завершилось то, что вошло в мировую историю как Атлантический инцидент, и начались вызванные им Атлантические события – куда более ужасные и кровавые…

Эль Капитано вздрогнул от неожиданности, услышав, как что-то звучно проскребло по днищу катера. Перевел вопросительный взгляд на капитана Бишопа, невозмутимо крутившего штурвал в застекленной рубке: атланты?

– Мина, – хладнокровно прокомментировал шкипер, попыхивая трубкой. – Подвсплыла, гнида. Брачок в якорной системе.

– Так она же могла взорваться! – недоверчиво отозвалась с кормы Каста, нервно тиская потными ладонями цевье помпового дробовика.

– Не взорвалась же, – безразлично заметил Бишоп.

Матвеев отвернулся. Капитан Бишоп нравился ему своим холодным фатализмом. Но работать он все же предпочел бы с более осторожными людьми. Да и оружие давать человеку вроде Касты определенно не стоило.

К слову, об оружии: помимо пистолетов, помповых дробовиков двенадцатого калибра и автоматов Калашникова сотой серии, папаша Пак расщедрился на три АДС – российских же двухсредных автоматов. Созданное в компоновке «булл-пап» оружие, знакомое Федору по службе в армии, позволяло стрелять и под водой, и на суше – требовалось лишь зарядить его соответствующими патронами.

Эти игрушки Матвеев решил придержать для себя, Пакиты и Банданы. Небольшая страховка на случай, если кто-то из подельников поддастся жадности и решит избавиться от них после подъема бриллиантов, решив, что автоматы для подводной стрельбы неэффективны на поверхности. В этом случае подонка будет ждать довольно неприятный сюрприз.

Итак, возвращаясь к Атлантическим событиям. Поначалу человечество решило, что гигантский транспортный корабль чужих потерпел ужасную катастрофу над океаном и сгинул в его глубинах.

Однако когда экипажи торговых судов стали встречать в районе падения Эпиорниса огромных морских чудовищ, ученые предположили, что самоубийственные маневры управляемого астероида были обычной тактикой инопланетных колонистов-атлантов.

Атланты – так назвали пришельцев из-за их приводнения в Атлантическом океане. Причем в первый раз этот термин был употреблен безвестным пользователем на каком-то Интернет-сайте, затем широко распространился по Сети и стал сетевым мемом. Затем его подхватили телеведущие и в конце концов приняли в научных кругах.

Согласно некоторым выдвинутым гипотезам, биологическая цивилизация атлантов зародилась на неизвестной планете, покрытой водой или другой жидкостью со сходными физическими свойствами. По аналогии с именем астероида эту гипотетическую планету из неопознанной звездной системы стали называть Эпиорнис.

На пике своего развития цивилизация атлантов, судя по всему, открыла способ путешествовать меж звезд. Никаких следов разрушенного корабля в океане обнаружить не удалось, и это позволило ученым предположить, что космическая экспансия пришельцев осуществляется на гигантских кремнийорганических живых существах, способных преодолевать безвоздушное пространство.

Внутри этих биологических астероидов с каменной шкурой атланты – или их мозги, или информация об их личностях, записанные для компактности на какие-то бионосители, – судя по всему, могут преодолевать сотни световых лет в поисках подходящей для колонизации планеты. После шоковой высадки в море корпус живого корабля распадается на куски, и из его активной органики атланты, далеко продвинувшиеся в генной инженерии, формируют новые тела для себя и своих чудовищных бойцов.

Местная биомасса тоже использовалась пришельцами по максимуму. Крупных морских хищников вроде кашалотов и акул атланты неизвестным способом брали под ментальный контроль и использовали в качестве оружия и транспорта. А из огромных косяков рыбы, кальмаров, креветок, моллюсков, водорослей, планктона конструировали огромных существ с немыслимыми свойствами, биологические подводные города, титанические плантации примитивных подводных полуживотных-полурастений наподобие актиний и другие странные живые сооружения, не поддающиеся человеческому разумению.

Судя по всему, инопланетяне виртуозно умели расшифровывать генетический код любого биологического вида, считывая и реконструируя даже те мертвые и неиспользуемые генетические комбинации, которые достались живому существу в процессе эволюции от его доисторических предков. Иначе трудно вообразить, откуда на вооружении атлантов могли взяться давно вымершие существа, обитавшие в океанах Земли миллионы лет назад, идеальные машины для убийства – плезиозавры, мозазавры, исполинские акулы мегалодоны, панцирные

Возможно, даже на этом этапе еще оставалась возможность договориться. Две абсолютно чуждые друг другу цивилизации вполне могли бы мирно уживаться на одной планете, ибо люди практически не освоили глубины океана, в которые стремились атланты, а сами атланты совершенно не интересовались сушей.

Похоже, поначалу пришельцы даже не поняли, что на Земле существует разумная жизнь – либо не придали этому особого значения. Поэтому начавшиеся столкновения с человеческой расой определенно стали для них неожиданностью…

Матвеев вскинул голову, вновь вырванный из воспоминаний – на этот раз гулом далекого взрыва. Над акваторией в районе Трайбеки поднялся высокий столб воды, который словно бы нехотя подломился и рухнул обратно в залив. Несколько секунд спустя из глубины в конце перпендикулярной улицы поднялось огромноепродолговатое тело, которое безвольно заколыхалось на волнах.

– Атлант? – все-таки озвучил свою догадку Федор.

Капитан Бишоп вынул трубку изо рта и рассудительно проговорил:

– Подводные лодки и боевые пловцы здесь не встречаются. Стало быть, атлант. Ты же видишь, эта мина взорвалась, в отличие от нашей.

– То есть через минные заграждения они все-таки прорваться не могут? – с надеждой поинтересовалась Каста.

– Могут, – пожал плечами Бишоп. Он совершенно не заботился о том, чтобы успокаивать пассажиров. Впрочем, возможно, специально держал их в тонусе, чтобы не расслаблялись. – Эта мина теперь выбыла, и заменят ее в лучшем случае через час. Так что в образовавшуюся дыру уже наверняка скользнула пара тварей, которые ошивались неподалеку. Иногда они вообще специально работают как камикадзе: одна бросается на мину, а остальные – в расчищенный проход… – Видимо, капитан все же почувствовал, что перегнул палку, потому что после паузы добавил: – Но я наблюдаю за сонаром, не беспокойтесь.

– Не беспокойтесь… – с тоской передразнила хакерша, понемногу отползая от борта. На катере контрабандистов посреди акватории, под поверхностью которой блуждали гигантские хищные существа, ей, уроженке Питера, было очень неуютно.

Собственно, гигантские лиоплевродоны и жуткие панцирные рыбы атлантами не были, так их называли только для простоты и краткости. Морские твари были лишь генетически сконструированным оружием пришельцев.

Самих атлантов никто никогда не видел – они обитали в глубине океана и практически не появлялись на поверхности, ни разу за все время не выйдя на контакт с людьми. Своими армиями они командовали дистанционно, при помощи мысленных команд.

Не исключено, что некоторых высших инопланетян военные все же убили во время морских сражений. Но поскольку их, вероятно, было сложно отличить от их же искусственных штурмовиков, имевших огромное количество форм и обличий, особой уверенности в этом не имелось.

Надо признать, что первыми после Атлантического инцидента атаковали люди. Американцы, которые всегда были большими детьми, разъяренные масштабными разрушениями, жаждали реванша. Они восприняли беспардонные действия пришельцев, повлекшие массу жертв, как новое Одиннадцатое сентября.

Инцидент сплотил нацию, и в район Чесапикского залива перебросили авианесущий флот. Ядерное оружие задействовать уже не стали, ибо палить из пушки по воробьям было поздно, но при помощи высокоточного оружия и крылатых ракет Штаты сумели уничтожить немало неповоротливых морских исполинов, беззащитных против воздушных атак.

Вся планета увлеченно следила за этой захватывающей бойней. Хитом продаж в «Стиме» стала компьютерная игра «Холокост атлантов», быстро переделанная предприимчивыми разработчиками из какой-то примитивной дешевой морской стрелялки.

Футболки с гигантским Ктулху, залезшим на Эмпайр Стейт билдинг и на манер Кинг-Конга отмахивающимся от атакующих его вертолетов армии США, разлетались как горячие пирожки. В Голливуде был оперативно запущен очередной сиквел «Тихоокеанского рубежа».

А потом, несколько недель спустя, атланты каким-то образом воздействовали на тектонические разломы в Срединно-Атлантическом подводном хребте, и из-за чудовищного сотрясения земной коры на Восточное побережье ринулась волна цунами высотой в три сотни метров.

То есть каким образом они это сделали, понемногу стало понятно. Когда на побережье были замечены новые виды гигантских морских животных, способных генерировать мощнейшие ультразвуковые колебания. И на расстоянии воздействовать на горные породы и твердые предметы, превращая их в труху и песок. А также дистанционно скручивать аиваносцы и нефтяные платформы, словно мокрые половые тряпки.

Атланты быстро обучались, и их преимущество перед людьми заключалось в том, что новое генетически сконструированное оружие не требовало десятилетий на разработку и внедрение в производство, а также умопомрачительного финансирования.

Порой у Матвеева мелькала предательская мысль, будто инопланетяне действительно достигли столь высокой ступени цивилизационного развития, пусть и не технологического, что с высоты своего величия просто могли случайно не заметить интеллекта примитивной по их меркам человеческой расы.

А потом началась жестокая война на истребление, и устанавливать мирный контакт с оказавшимся разумным местным населением стало поздно.

Глава 12

Иван Доу, Влад Рогов

Ивана вдавило в кресло, когда судно резко поменяло курс и понеслось прочь от тянувшейся сбоку полоски полузатопленной земли. Ходовые турбины заработали на полную мощность.

– Что это было? – спросил Луис Тонго капитана, стоило тому с облегчением перевести дух и начать понемногу сбрасывать скорость.

– На мелководье твари собираться в косяки. Видимо, для ходидо… размножения. Не знаю. В любом случае они атаковать все, что движется. Повезло, что нас не заметить. – Энрике направил катер в обход небольшого островка.

Внезапно мутная вода по правому борту катера взбурлила, словно на дне заработал мощный грязевой вулкан.

- Смотреть справа! – отчаянно выкрикнул капитан.

В центре огромного пятна грязи, поднявшегося со дна, внезапно вынырнуло острое рыло какой-то гигантской твари, поразительно похожей на вымершего миллионы лет назад чудовищного морского хищника мозазавра. Бурля, грязная вода потоками скатывалась с ее заостренной морды, устремившейся в темное небо. Массовой публике эта гадина была широко известна по голливудскому блокбастеру «Мир Юрского периода», так что на катере не ошибся никто.

Потрясенные увиденным наемники молча наблюдали, как внушительная морда твари на несколько метров поднялась над водой, а потом рухнула обратно, вызвав высокий столб брызг. Присутствие совсем рядом исполинского древнего чудовища заставило людей потерянно замереть на месте.

Несколько мгновений было непонятно, куда оно подевалась. Разразившуюся тишину нарушал только плеск воды за бортом, расходившейся широкими кругами после того, как в нее погрузилась древняя тварь.

А затем катер сотряс удар неимоверной силы. Бронированное стекло выдержало, но катер сильно накренило на один борт, и наемников разом выкинуло из кресел. Удержались на сиденьях лишь Энрике и Лора, пристегнутые ремнями.

Капитан прибавил газу, круто заложив штурвал. Судно начало разворот по широкой дуге, и тут же на экране сонара засветились движущиеся точки: одна, вторая, третья…

А внушительное световое

Оскар метнулся к бойнице, швырнул наружу гранату и быстро опустил бронестекло. Катер рванул вперед, за ним высоко взлетел в воздух фонтан грязи и воды. Пулеметчик выбросил за борт еще две гранаты, но причинили ли они подводным тварям хоть какой-то вред или рванули впустую, сказать было невозможно.

Капитан погнал судно прочь от мелководья. Он намеревался просто набрать скорость и оторваться от преследователей, но наперерез, судя по экрану сонара, уже спешили новые светящиеся точки.

Вновь яростно взметнулось в воздух мощное тело морской твари, совсем немного разминулось с одной из турбин катера и, подняв фонтан брызг, рухнуло обратно в болото. Капитан бросил стремительный взгляд на экран сонара и вдруг начал сбрасывать скорость.

– Бомбы с красной маркировкой! – заорал он, разворачивая лодку на месте. – Активировать, и за борт! Не бояться, на боевой взвод они встать только в воде!

Иван первым выхватил из пластикового короба увесистый металлический цилиндр, отогнул с торца прозрачную пластиковую крышечку и, утопив кнопку, швырнул взрывное устройство в бойницу. Остальные справились с секундным запозданием, и тогда Лора подала напряжение на свисавшую в воду электрическую проводку. Ходовые турбины загудели с удвоенной силой, катер помчался прочь.

– Трес, дос, уно, – отсчитал Энрике и дал команду помощнице: – Давай!

Девушка передвинула один из тумблеров, и вода за кормой выплеснулась к небу грязными фонтанами. Подкинуло пару огромных панцирных рыбин, они мелькнули в воздухе, рухнули обратно в воду, окунулись и безжизненными тушами закачались на волнах.

Мозазавр больше не появлялся. Иван Доу с облегчением перевел дух, а когда сидевший по соседству аквалангист выставил перед собой ладонь, пересилил себя и хлопнул его по руке. Русский торговцу оружием не нравился, но в подобных обстоятельствах откровенное проявление чувств было бы непозволительной роскошью. Никогда не стоит забывать о такой непредсказуемой вещи, как дружеский огонь…

Но расслабились они рано.

– Двое на хвосте! – объявила вдруг Лора.

– Вамос! – пробурчал капитан, и сразу катер тряхнул мощный звонкийудар. Лодка перестала набирать скорость, словно теперь работала лишь одна из турбин.

Или так оно и было?

– Мьерда! – выругался капитан, когда замигала красная лампочка на приборной панели, и попытался выжать все возможное из рабочей турбины, но катер двигался теперь уже не так ходко, как раньше. – По моей команде бросаем бомбы! Левый-правый, левый-правый! Поняли? Олсе! – скомандовал он и почти без паузы добавил: – Досе! Тресе!..

Иван Доу оказался четвертым – «каторсе»: он отправил в бойницу активированную бомбу и обернулся в ожидании скорых взрывов. Но взрывов не последовало.

– Лора? – забеспокоился он.

– Сейчас! – отозвалась девушка, пристально всматриваясь в экран сонара. – Сейчас, сейчас… – пробормотала она, выждала еще пару секунд и только потом подорвала бомбы.

За лодкой в шахматном порядке взметнулись грязные фонтаны воды вперемешку с илом и водорослями, разошлись по болоту круги, расползлись грязные пятна. Катер беспрепятственно помчался прочь.

– Уйти? – спросил Энрике, вытирая с лица пот.

– Ушли, – подтвердила Лора. – Что с ходовой?

– Что-то блокировать правую турбину, нужна остановка.

- Никакой чертовой остановки! – нахмурился Луис Тонго.

- Тогда есть шанс остаться посреди акватория, - флегматично рассудил капитан. - На радость патрулям и морским тварям.

- Черт! - психанул негр. - Надолго это?

– Понятия не иметь, – пожал плечами капитан. – Ремкомплект есть, самое большее пару часов провозиться. Карахо!

– Без ремонта никак не обойтись? – поинтересовался гангстер.

Энрике мотнул головой.

– На половине тяги в город опасно. И скорость меньше, и маневренности никак. А заклинить второй винт – там мы и остаться.

– Что это было вообще? – спросил Влад Рогов.

– А вот мы и узнать…

- У нас нет времени, - веско проронил массивный негр. – Вообще. Не исключено, что наши конкуренты выдвинулись раньше нас. Поэтому нам нужно убедиться на месте, что они еще не добрались до цели. И если нет, чинить катер можно в то время, как мы будем погружаться за товаром.

- Слишком рисковать, - обреченно вздохнул капитан Энрике.

- А у нас вся миссия такая – слишком рисковать! – рявкнул Тонга. – Банкуем, дядя! Сколько бабла ты получил за этот рейс?! По-моему, это достаточная мотивация, чтобы слишком рисковать! Нет?!

Пулеметчик Оскар возился возле замолчавшей турбины, что-то с треском выдирал из нее, выламывая страховочные прутья. Наконец, подошел к рубке с толстой полуметровой рыбиной в руках – жесткой и шершавой на вид, с острой мордой и колючими плавниками.

- Мы называем их трампа, - пояснила Лора. – Эти твари выпрыгивают из воды на борт катера. Хорошо, что эта воткнулась в турбину, а не в кого-то из экипажа – убивают наповал.

Иван Доу отметил мысленно, что именно в Трамп-тауэр они и движутся. Бывший президент США создал своей непредсказуемостью немало прозвищ и мемов.

- Ничего хорошего, - проворчал капитан Энрике. – Так бы рыбка выпустить кишки одному. А теперь можем накрыться все.

Эль Капитано

Грандиозное цунами, какого мир не видывал со времен библейского потопа, обрушилось на Америку и со скоростью болида «Формулы-1» двинулось вглубь континента, оставляя после себя разрушения исполинского масштаба.

Вашингтон, Филадельфия, Майами, Бостон, Портленд перестали существовать. Нью-Йорк превратился в озеро с торчащими из воды башнями уцелевших небоскребов. Теряя мощность и высоту, исполинская волна-убийца прокатилась по центральным штатам и вдребезги разбилась о Скалистые горы.

В других направлениях цунами разрушило Западную Европу, превратило в жидкую грязь Мексику и впервые за тысячелетия обводнило Сахару. К счастью, избежала страшного прямого удара густонаселенная Азия, однако побережья Китая, Японии, Австралии и Индонезии все же оказались истерзаны мощными океаническим афтершоками.

Несколько дней спустя, когда пришло время собирать камни, застывшее в ужасе от произошедшего человечество начало осознавать, что привычная геополитическая картина мира изменилась раз и навсегда. В грандиозной прелюдии к последовавшим Атлантическим событиям погибли и пропали без вести 150 миллионов человек, более полумиллиарда лишились крова и средств к существованию, что стало величайшей трагедией за всю историю существования рода человеческого.

Экономика государств Атлантического региона была разрушена до основания. От совокупной армии стран НАТО уцелела едва ли десятая часть. Большая часть территории Северной Америки и Европы представляла теперь безбрежные соленые болота, сожравшие все источники пресной воды, леса и сельскохозяйственные земли. Многие населенные пункты и транспортные артерии, автомобильные и железнодорожные, оказались уничтожены.

Фактически

И, словно произошедших кошмаров оказалось недостаточно, из глубин Атлантического океана на полузатопленные территории бывших Соединенных Штатов обрушились полчища агрессивных морских тварей.

Наконец атланты поняли, что на суше обитают многочисленные и злобные зверьки, которые способны причинить новым хозяевам планеты недопустимый ущерб. Молниеносно сконструировав новые виды хищных рептилий, способных дышать атмосферным воздухом, в том числе двуногих амфибий, умеющих пользоваться трофейным стрелковым оружием, пришельцы направили их на удержание земель, очищенных всесокрушающим валом искусственного цунами от бывших королей природы.

В отсутствие внезапно рухнувших геополитических гегемонов на первый план на мировой арене вышли страны БРИКС. Впрочем, Бразилия и ЮАР сами оказались довольно серьезно разрушены катаклизмом, и им хватало своих забот. Так же как и Индии, не обладавшей достаточно мощным военным флотом, и другим потенциально могучим, но лежавшим возле моря игрокам вроде Аргентины, Турции, Саудовской Аравии, Египта, Ирана и Пакистана.

Европа оказалась под протекторатом России, стремительно выдвинувшей на ее территорию войска для «предотвращения гуманитарного кризиса и бандитского безвластия». Обескровленным стихией Японии, Австралии и Индонезии оказал помощь Китай, также как бы невзначай, для поддержания порядка, разместивший на их территории свои военные базы.

Проблемами агонизирующей Северной Америки тоже пришлось заниматься Китаю и России. Бросать останки некогда великого государства на произвол судьбы было никак нельзя: требовалось взять под контроль действующие и разрушенные ядерные объекты, сохранившиеся крупные стратегические сооружения вроде Дамбы Гувера, ракетные стратегические шахты, армейские склады, секретные военные производства, чтобы они не попали под удар международных террористов или в руки сомнительным государственным режимам.

Безусловно, новых мировых гегемонов не в последнюю очередь привлекала также соблазнительная идея надолго подмять под себя бывшего опасного конкурента, и на фоне широкомасштабной гуманитарной интервенции – не втоптать его в грязь, конечно, порождая у американцев мощные реваншистские настроения, но ненавязчиво, аккуратно сделать все возможное, чтобы военный и пассионарный потенциал Штатов не восстановился как можно дольше, вновь превратив их в могучего игрока на глобальной арене. Примерно так сама Америка поступила с Германией и Японией после Второй мировой войны.

Территории США, Канады и Мексики были поделены по сороковой параллели: север отходил под юрисдикцию российской оккупационной администрации, юг – китайской. Нью-Йорк и Вашингтон в силу чрезвычайной стратегической важности тех предметов и сведений, которые могли быть обнаружены в руинах этих двух бывших столиц мира, политической и экономической, решено было контролировать совместными усилиями Китая и России при участии других стран БРИКС. Новые союзники не слишком доверяли друг другу, как всегда и было, впрочем, во времена мировых войн.

Обе иностранные администрации, пытаясь завоевать доверие местных жителей, периодически осуществляли шумные гуманитарные программы и активно сопротивлялись слову «оккупационная», но местные между собой все равно не называли их иначе. Для американцев, воспитанных на абсолютном величии своей нации, которая при небольшом участии Британии победила Гитлера, первой триумфально высадилась на Луне и вроде бы вообще первой полетела в космос, множество раз выиграла мировое первенство по хоккею, решительно сокрушила медвежий коммунистический СССР и избавила мир от ужаса бен Ладена, наличие на своей территории войск двух главных в XXI веке противников США было оглушительной пощечиной и неимоверным унижением.

Жители Штатов не сомневались, что русские и китайцы, казалось бы, восстанавливая экономику бывшего смертельного конкурента и защищая его от общего внешнего врага, на самом деле больше никогда не дадут Америке поднять голову. Ибо сама Америка при случае поступала точно так же.

Командир подразделения боевых пловцов капитан Федор Матвеев был переброшен на разрушенное Восточное побережье в составе первой волны российского ограниченного контингента, введенного на территорию США. Тогда все было в новинку, и бойцам Федора приходилось нарабатывать навыки войны с океаническим противником собственной кровью. Большой кровью.

Подводные диверсанты Матвеева всегда находились на самых горячих участках фронта. Именно им, скрытно подведшим тактические ядерные заряды на позиции противника, удалось вывести из строя звено гигантских мегалодонов, едва не утопивших дистанционными виброударами флагманский крейсер «Адмирал Нахимов».

Разумеется, у настоящих мегалодонов никогда не было специальных органов для генерации мощных низкочастотных колебаний, способных поражать врага на расстоянии.Однако глубочайшие познания в генной инженерии позволяли атлантам не только воспроизводить давно вымерших животных, но и серьезно модернизировать их, придавая их организмам совершенно невероятные свойства.

Капитан Матвеев никогда не прятался за спинами своих ребят и лично вел их в бой, но учиться военному делу настоящим образом всегда предпочитал на чужих ошибках, и оттого был жив до сих пор. Впрочем, учитывая, что градус конфронтации на фронтах борьбы с атлантами все время повышался, не исключено, что рано или поздно командиру подразделения пришлось бы все-таки упокоиться в глубине Атлантического океана рядом с большинством своих бойцов.

Однако случился Норфолк, в результате чего Матвеев, видимо, на некоторое неопределенное время сохранил жизнь, хотя потерял все остальное – честь русского офицера, Родину, уважение сослуживцев и перспективную военную карьеру.

В Норфолке его подразделение в числе прочих обеспечивало безопасность при эвакуации главной атлантической военно-морской базы США. В силу стратегической важности операции ее контролировали представители всех стран БРИКС – и все равно информация с нескольких серверов с уникальной технической документацией ушла на сторону, в конечном итоге попав в руки арабов.

Жадная крыса, готовая продавать государственные секреты потенциальным врагам, явно сидела в штабе российского контингента. И она же, прикрывая свою задницу, когда утечка вскрылась, сделала все, чтобы свалить свою вину на другого. Капитан Матвеев, непосредственно занимавшийся погрузкой и транспортировкой серверов, подошел для этого идеально.

Поначалу военные дознаватели допросили его в качестве свидетеля. Однако Федор уже тогда почуял запах горелого. После допроса его отпустили, но Матвеев ничуть не сомневался, что, при соответствующем угле зрения на произошедшее, в следующий раз он уже может занять место основного подозреваемого.

Его догадки блестяще подтвердились на следующий день, когда один из особистов, хороший друг Федора, абсолютно не веривший, что Матвеев способен на такое позорное преступление, по секрету шепнул ему, что в особом отделе решается вопрос о его задержании. Неизвестная крыса из штаба сфальсифицировала целую кучу доказательств его вины, и теперь единственным способом не сгнить в гарнизонной тюрьме было немедленное бегство.

Федор никуда бежать не собирался. Он хотел доказать в военном суде, что ни в чем не виноват. Однако дружественный особист уверил его,

Эль Капитано не мог сказать, почему он все-таки решился на побег. Видимо, сработало упоминание Ульмана – знаменитого козла отпущения, которого не спасли даже два суда присяжных, признавших его невиновность, и которому в итоге пришлось скрываться от правосудия при помощи боевых друзей, чтобы не оказаться перемолотым жерновами равнодушной судебной машины.

Капитан Матвеев испугался не ответственности и тюрьмы – он испугался того, что не сможет ничего противопоставить тяжкому обвинению, того, что навсегда станет для бывших сослуживцев предателем и врагом. Глубокой ночью он вошел в воды Чесапикского залива и вдоль берега поплыл на юг, изо всех сил надеясь вернуться и доказать свою невиновность в более благоприятной ситуации.

Сейчас, по прошествии времени, вспоминая странную настойчивость своего приятеля-особиста, Матвеев с высоты прожитых лет догадывался, конечно, что все это могло быть неспроста. Не исключено, что крысу, подставившую Федора, следовало искать не в штабе, а гораздо ближе.

Капитана Матвеева надо было непременно сплавить подальше, чтобы в ходе разбирательства случайно не всплыли какие-нибудь обстоятельства, свидетельствующие о его полной невиновности. Сам факт его бегства выглядел практически признанием собственной вины – что и требовалось крысе.

А тогда он плыл несколько суток подряд, счастливо избежав столкновения с патрулями и хищными морскими тварями. Он едва не утонул, когда на вторую ночь его унесло далеко в море. Изредка он выбирался на болотистый берег, подолгу отлеживался в грязи, пытаясь отдышаться и болезненно щурясь от въевшейся в лицо морской соли, поедал сырых крабов, копошившихся в зоне прибоя, а потом снова входил в океан.

Затем он долго брел через соленые болота, совершенно потеряв ориентацию. Запасенная пресная вода подошла к концу, и он в буквальном смысле умирал от жажды, когда наконец пересек демаркационную линию и оказался на территории, контролируемой Китаем.

Здесь ему с его корявым английским удалось сойти за беженца, потерявшего память от шока после катастрофы, и китайская администрация отправила его в лагерь для перемещенных лиц на Западное побережье.Где он от полной безнадеги, безденежья и безработицы прибился к местным бандитам,которые чрезвычайно заинтересовались его навыками боевого аквалангиста.

Какое-то время Матвеев, к тому времени уже ставший Хунхузом, таскал для них из затопленных городов всякие ценные грузы и сейфы, внимательно приглядываясь к их методам работы и тщательно наматывая на ус полученный бесценный опыт. А потом сбежал в Лас-Вегас, ставший к тому времени центром американского криминала.

Там, уже под боевой кличкой Эль Капитано, он сформировал собственную команду для особых операций, костяк которой составили Пакита и Бандана, по гроб жизни благодарные ему за спасение.

Первую он технично выдернул из лап грязных бандидос в каком-то из притонов бывшей игровой столицы, когда они уже совсем собрались было посмотреть, какого цвета у нее внутренности. А вторую, во время одной из миссий, не менее технично – из Мексиканского залива, практически из пасти у дейнозуха, огромного морского аллигатора. На настоящий момент команда Эль Капитано состояла только из них троих, но деловая репутация в Лас-Вегасе у нее уже была неплохая…

– Сонар! – подал голос первый помощник Мюрич Макфарлейн.

– Вижу, вижу… – недовольно откликнулся Бишоп, стиснув зубами черенок трубки. – По местам стоять!

– Атлант прорвался? – мрачно осведомился Тремоло.

– Или давно сидел в бухте, – пожал плечами капитан. – Военные не вычищают ластоногих, которые проникают сюда, просто сбрасывают с вертолетов новые взведенные мины взамен сработавших, чтобы восстановить заградительный периметр. Охота потом затаившемуся в бухте плезиозавру выйти на берег в Джерси – его там встретят из дальнобойной артиллерии. Охота обратно в море – вот тебе новая мина в проделанном проходе. А в бухте они угрожают только контрабандистам и охотникам за приключениями. Нас международному командованию не жалко…

– Быстро идет, – заметил Мюрич. – С крейсерской скоростью. Прямо настигает.

– Вижу! – отрезал капитан Бишоп. – Ты еще здесь?! Пошел за пулемет, мазафака! Мистер Тремоло, готов к бою?

– Всегда, – откликнулся метис, одной ногой опершись о цистерну на корме, наполненную напалмовой смесью. После команды шкипера ему достаточно будет нескольких движений, чтобы обрушить за борт полыхающий поток. Как и всякий биологический объект, штурмовики атлантов панически боялись огня.

– Каста! – в свою очередь скомандовал Матвеев. – Прибор!

Перепуганная девушка-хакер уже откинула крышку ноутбука и торопливо колотила по клавиатуре, не дожидаясь приказа командира.

– Есть прибор! – пискнула она.

Внезапно где-то в паре улиц от них раздался оглушительный грохот и мощный плеск, словно из воды далеко выпрыгнуло, а потом рухнуло обратно огромное тело кита. Прошло четверть минуты напряженного ожидания, во время которого некоторые наемники, кажется, уловили рев двухтурбинного мотора — одна турбина, кажется, молчала. Потом оттуда донеслись три гранатных разрыва, а потом начали раздаваться последовательные взрывы глубинных бомб.

- Патруль? – настороженно спросил сразу сделавший стойку мистер Хадсон.

- Какой еще, в господа бога душу мать, патруль?! – рявкнул капитан Бишоп. – Патрули гранатами не разбрасываются, у них другие огневые средства! Какой-то контрабандист вроде нас… Всем смотреть по сторонам внимательно – у нас сейчас по горло серьезных проблем и без патрулей!

Глава 13

Иван Доу, Влад Рогов

Катер, на котором находился торговец оружием, продолжал двигаться параллельно полузатопленному Нью-Йорку. В какой-то момент капитан Энрике переложил руль, и экспедиция двинулась вглубь города по одной из стрит.

- Бодрит поездка, а? – усмехнулся Влад Рогов, сидевший возле палубной надстройки.

Иван выразительно посмотрел на аквалангиста, но ничего не сказал. А сказать было что: пятнадцать минут, проведенные на ржавой бочке среди ветхих развалин в ожидании внезапного нападения морских тварей показались торговцу оружием целой вечностью. Так и свихнуться недолго.

Но ничего этого говорить Иван, конечно, не стал. Замечания вроде роговских бросают как раз для того, чтобы дать собеседнику выговориться, а идти на поводу у собеседника торговец оружием не собирался. Как минимум пока. Аквалангист ему не нравился, а если точнее – вызывал непонятную обеспокоенность. Не было понятно, чего он добивается. А то, что он чего-то добивается, было очевидно.

Места на катере было немного, однако наемники ухитрились разбрестись по всей палубе. Впрочем, Ивану это оказалось только на руку: посторонние глаза ему сейчас были ни

Нырнув под прикрытие палубной надстройки, торговец оружием на ходу достал из кармана прибор-навигатор и попробовал обновить информацию, но координаты блока «Антиатлант» в системе пока все еще не отобразились. Не активировали его должным образом или еще не подошло время сеанса связи, Доу не знал.

Ладно. Ни к чему ломать голову по этому поводу: других забот хватает.

Впрочем, нервничал не он один. Когда он добрался до расположения ирландских наемников, Патрик вскочил на ноги и взмолился:

– Иван, смени меня, наконец, прошу как брата! А не то эта баба скоро мне весь мозг выклюет!

– Да не вопрос, – усмехнулся Иван, устраиваясь у стены надстройки рядом с наемницей.

Эйрин немедленно вскинулась и вонзила в переносицу напарнику прищуренный взгляд:

– Не вздумай там жрать без меня, понял, животное?!

– Слышь! – взорвался Патрик. – Ты мне кто – мамочка?! Хватит уже!

– Выпьешь – сама пристрелю, даже негритоса просить не стану!

– Эйрин! – страдальчески сморщился рыжий. – Остынь уже, достаточно! Мы с Кевином всегда делали по глотку перед делом. Это традиция! На удачу!

– Как-то в результате Кевину не слишком повезло! – скривилась девушка.

Ирландец замысловато выругался и отправился на корму.

Иван покачал головой:

– Возможно, Кевину-то как раз и повезло. Он на суше, в больнице, за ним приглядывают, кормят и поят. А мы тут?..

– С чего вдруг такое похоронное настроение? – заинтересованно повернулась к нему Эйрин.

– Не привык, наверное, болтаться по волнам, – скованно пожал плечами торговец оружием. — Враждебная глубина под ногами… Мутит.

Ему и в самом деле было не по себе. Густой дух разогретой за долгий летний день топи смешивался с соленым запахом моря, и в то же время над водой было зябко и промозгло. Стрекотали на островках непонятные ночные насекомые, время от времени из темноты доносился далекий зловещий плеск воды. Никто не услышит их и не увидит, пока не станет слишком поздно. Так, по крайней мере, казалось Ивану.

– Почему ты не сказал о фляжке? – спросила вдруг Эйрин.

Иван вытянул ноги и положил на колени дробовик.

– Ну? – потребовала ирландка, когда молчание затянулось.

– Как наниматель, – холодно проговорил Иван, – я не обязан перед тобой отчитываться.

– Как наниматель? Вот как ты заговорил, скотина?!

Торговец оружием закатил глаза.

– Давай лучше сменим тему, красавица, – предложил он. – Что ты думаешь о нашем аквалангисте?

Эйрин отпила воды из пластиковой бутылки и задумалась.

– Суровый красавчик и производит впечатление профессионала, – решила она наконец.

– С ним что-то не так, – отрезал Доу.

– Иван! – рассмеялась девушка. – Ты просто привык быть единственным русским в компании. Ох, эта загадочная русская душа! Ах, я такой весь из себя таинственный!..

Иван покачал головой.

– Таинственный я не из-за национальности, - он безразлично пожал плечами. - Просто работа отпечаток накладывает.

– Так что ты имеешь против Влада?

– Ничего особенного, – честно сознался он. — Ничего...

– Думаешь, он работает на русскую разведку? – догадалась наконец ирландка. – Присмотреть за ним?

– Если он работает на русскую разведку, то присматривать уже поздно, – кисло заметил Доу. – Нас тогда уже давно и плотно ведут.

– Ты фаталист, Иван?

– Реалист, – вяло возразил торговец оружием.

Внезапно он заерзал и начал подниматься на ноги.

- Что? – безразлично спросила Эйрин.

- Ничего, - отозвался Доу. – Внезапно приспичило по-маленькому. Не знаешь, где у них тут гальюн?

- Спроси у капитана, - посоветовала девушка. – Или у кого-нибудь из его боевой семейки. А вообще писай прямо с кормы, все свои.

- Скучал по твоему дивному остроумию, милая, - заметил Иван, направляясь на палубу.

Только ни в рубку, ни к пулемету он не пошел, а двинулся прямо к своему помощнику Липке. Тот медитировал на полу, опершись спиной о борт. Иван присел рядом с ним на корточки.

- Есть сигнал, - проговорил он, понизив голос почти до шепота и едва шевеля губами.

- Блок? – так же тихо отозвался Кристиан, даже не повернув головы.

- Ну. Он здесь, в Нью-Йорке. И его только что задействовали.

- Никто не слышал писка?

- Нет.

Иван Доу не стал объяснять технику, что отключил аудио на своем поисковом приемнике и выставил виброзвонок, дрожание которого и почувствовал только что в кармане брюк. Слишком много слов. Кто-нибудь может услышать обрывок диалога и заинтересоваться. А это совсем не нужно.

- Тихо! – вдруг донеслось от пулемета. – Слушайте!

Среди разом обрушившегося на катер молчания из темноты и тумана впереди донеслось тонкое тенькание винтов. Неподалеку двигался боевой вертолет.

Торговец оружием не собирался обманывать себя, будто им удалось укрыться от вертолета в темноте. У патруля наверняка были тепловизоры и инфракрасные датчики. И значит, их экспедиция завершилась, практически не начавшись. Черт. Черт.

Если бы их команду взяли на подступах к Нью-Йорку, еще был бы шанс отмазаться. Но внутри закрытой зоны злой умысел очевиден. Полгода в кутузке минимум.

Внезапно в нескольких улицах впереди гулко взлаял станковый пулемет. Судя по разом изменившемуся звуку винтов, вертолет немедленно качнулся в сторону и устремился к новому источнику шума, который показался военным более перспективным.

Через минуту из тумана впереди донеслось усиленное динамиками: «Внимание на катере! Немедленно заглушить двигатель и лечь в дрейф! Иначе открываем огонь на поражение!»

А еще несколько ударов сердца спустя там раздался грохот авиационных пушек.

- Ко всем чертям отсюда! – прошипел Тонго на мостике.

- На одна турбина? – отозвался капитан Энрике. – Нас расстрелять!

- Ко всем чертям, я сказал!

То ли Луис показал капитану пистолет, то ли тот сам вспомнил про обещанное бабло, но катер внезапно изменил направление и двинулся к центру Нью-Йорка.

Эль Капитано

Воздетый на металлический шесте высоко над рубкой катера шестиугольный экран-антенна едва уловимо завибрировал. Бишоп озабоченно сдвинул брови: «Антиатлант» пожирал солидную часть энергии движка. Об этом капитан, разумеется, был осведомлен с самого начала, но все равно испытал короткий укол паники, когда катер, преследуемый гигантским плезиозавром, начал постепенно терять ход.

– По бортам смотреть! – рявкнул Бишоп, досадуя на собственный испуг. До ближайших небоскребов оставалось еще около километра, так что в бою скорее всего придется маневрировать на открытой воде, где у морского чудовища будет преимущество. – Не проморгайте ублюдка!..

И, словно для того, чтобы

Сначала из водных бурунов на поверхности неподалеку от катера появилась угловатая голова, похожая на башню небольшого танка. Она стала подниматься над водой на мощной шее, словно на гигантском домкрате, не переставая двигаться параллельным с катером курсом, и вскоре ее полускрытые прозрачными веками глаза бесстрастно наблюдали за удирающим катером уже с высоты двухэтажного дома.

Это был матерый эласмозавр, крупная ластоногая рептилия, одна из самых впечатляющих среди длинношеих плезиозавров, похожая на монстра из японского фильма «Легенда о динозавре». Скорее всего, именно встречи с последними выжившими особями из рода эласмозавров породили среди моряков древности легенды о морских змеях.

На его бесстрастной морде лежала печать абсолютной уверенности в том, что через пару минут он без труда догонит и перевернет эту странную тарахтящую посудину, потревожившую его покой. Безупречный инстинкт убийцы, заложенный в эласмозавра природой и усиленный генной инженерией атлантов, вынуждал его яростно атаковать любое творение рук человеческих.

– Какой большой!.. – испуганно-восхищенно выдохнула Пакита, обеими руками впившись в леер и не сводя широко раскрытых глаз с чудовища. В отличие от Банданы, ей еще не доводилось сражаться в открытом море против океанических тварей, хотя она, конечно, видела их в аквариумах звероловов.

– Огонь! – заорал капитан, выкручивая штурвал. – Огонь, мазафака!

– Каста! – скомандовал в свою очередь Эль Капитано. – Давай, девочка!

Шестиугольная антенна уже вибрировала вполне ощутимо, порой даже размазываясь в пространстве от интенсивной мелкой дрожи. Повинуясь командам хакерши, сервомотор провернул мачту, на которой крепилась антенна, и чуть выгнутый экран уставился прямо на гигантскую рептилию. Было между ними что-то общее – огромная угловатая голова на многометровой шее и высокий шест с установленным на нем блоком «Антиатлант».

Получив мощный низкочастотный сигнал непонятной природы, плезиозавр озадаченно сбавил ход. Их курсы с катером начали заметно расходиться, а потом он и вовсе описал бессмысленную дугу, впустую потеряв время. Густой туман начал понемногу скрадывать в отдалении его очертания.

– Работает Папашина штуковина! – радостно крикнул искусный стрелок Пак.

Похоже, как и было обещано, после воздействия военного генератора эласмозавр потерял к преследуемому катеру всякий интерес, судорожно пытаясь сообразить, что за странный невнятный приказ пытаются транслировать ему хозяева-атланты.

– Отстает, – бесстрастно констатировал мистер Хадсон, бывший секретарь миллиардера Маттесона.

Разумеется, он тоже был на взводе, однако у него предельное возбуждение, видимо, выражалось полным ступором.

Внезапно загрохотал станковый пулемет, за которым скорчился первый помощник Макфарлейн. Дорожка фонтанчиков от попаданий пуль побежала по воде в направлении морского гиганта и вонзилась в его тело, разбрасывая далеко в стороны окровавленные куски плоти. Словно очнувшись, эласмозавр описал небольшую петлю и снова направился следом за катером.

– Отставить! – взвыл Матвеев. – Отставить огонь!..

– Капитан Бишоп распорядился! – отчаянно закричал Макфарлейн, на всякий случай все же прекратив стрельбу.

– К черту капитана Бишопа! Я отвечаю за огневой контакт! – прорычал Федор, мысленно проклиная все на свете. Нет ничего хуже двоевластия в боевой группе.

– Слушай командира, Мюрич, – нехотя проворчал Бишоп. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Теодор.

Метис Тремоло, едва не отправивший за борт груз напалма, замер на корме, ожидая подтверждения приказа от Эль Капитано. Федор покосился на него, но отдал команду синевласой хакерше Касте:

– Продолжай пудрить червяку мозги, детка. У тебя получается.

Собственно, работать «Антиатлант» до сих пор не переставал, просто нужно было непрерывно доворачивать антенну следом за перемещающимся эласмозавром, чтобы тот не вываливался из поля действия прибора. Этим Каста и занялась, после чего исполинская морская рептилия снова принялась растерянно крутиться на месте. Новая разработка яйцеголовых ученых прекрасно работала.

– Успеем уйти в следующую стрит, – хладнокровно прокомментировал капитан Бишоп. – Ему достаточно места для маневра только на авеню и в парках. На стрит ему будет сложновато, слишком большой… – Он внезапно вскинул голову, прислушиваясь к новому рокочущему, похожему на тихий клекот звуку, понемногу выделившемуся из окружающего пространства. – А вот это плохо!

– Морской патруль? – озабоченно поинтересовался Эль Капитано.

– Хуже. – Не отрывая рук от штурвала, Бишоп сосредоточенно выпустил в пространство облако ароматного дыма. – Гораздо хуже. Воздушный.

Матвеев уже и сам сообразил, что неоднократно слышал этот звук на военной базе.

Боевой вертолет, убийца танков и малоразмерных катеров контрабандистов.

Темное продолговатое пятно, негромко рокоча, выделилось из тумана и пристроилось следом за стремительно плывущим эласмозавром. Некоторое время два рукотворных корабля, морской и воздушный, двигались с одинаковой скоростью, а между ними, старательно вытягивая шею, рассекал воду живой крейсер атлантов.

А затем из тумана донеслись щелчки орудийных шарниров, после чего по ушам ударил оглушительный грохот заработавших вертолетных пушек.

Даже с такого расстояния через белесую дымку было видно, как крупнокалиберные пули вырывают из головы гигантской рептилии внушительные куски черепа и плоти. Продвижение эласмозавра замедлилось, вытянутая шея начала медленно погружаться в воду.

Через несколько мгновений от головы морской твари осталось лишь кровавое месиво с осколками кости. Могучая шея внезапно подломилась и плашмя упала в воду бухты, подняв тучу брызг. Вертолет прошел над неподвижным телом, на всякий случай еще несколько раз крест-накрест прошив его цепочками пулеметных попаданий.

– Внимание на катере! – раздался громоподобный голос патрульного, пропущенный через усилитель. – Немедленно заглушить двигатель и лечь в дрейф! Иначе открываем огонь на поражение!

Невзирая на то, что могущественная американская империя прекратила свое существование, английский все еще оставался языком межнационального общения – так греческий еще долго использовался в эллинистическом мире после крушения державы Александра Македонского, а искаженная примитивная латынь помогала объясняться представителям европейских народов многие годы после краха Римской империи.

Несмотря на недвусмысленные пощелкивания вертолетных орудий, снова доворачивавшихся в гнездах на нужный угол, капитан Бишоп двигателя не заглушил и в дрейф не лег. Напротив, заложил крутой вираж, так что всех наемников, расположившихся на палубе, швырнуло к левому борту, и нырнул в узкий венецианский канал, который когда-то являлся одной из манхэттенских стрит.

– Бишоп, не дури! – рявкнул Эль Капитано, прекрасно знавший, что такое модифицированный «Аллигатор» армии Российской Федерации, оборудованный тридцатимиллиметровыми автоматическими пушками и столь свирепыми штуками, как бронебойные ПТУР «Вихрь». Впрочем, на примере несчастного эласмозавра это уже было наглядно продемонстрировано и всем остальным присутствующим. – Вырубай тарахтелку на хрен, приплыли!

– Если бы я вырубал тарахтелку на каждый чих русских, – рассудительно заметил капитан, яростно вращая штурвал и не выпуская из стиснутых зубов трубки, – последние четыре года я

Матвеев ничего не успел ответить, потому что вместо него капитану Бишопу ответили автоматические вертолетные пушки.

Дорожка пулеметных попаданий пробежала по палубе, с треском вонзаясь в металл. Зазвенело лопнувшее стекло рубки, едко потянуло сильно разогретой краской. Пакита, сидевшая на палубе в обнимку с автоматом Калашникова, едва успела стремительно сгруппироваться и откатиться в сторону, прежде чем крупнокалиберные пули разорвали пространство прямо у нее над ухом.

– Бишоп!!! – яростно взревел Эль Капитано. – Глуши к черту!..

Капитан Бишоп ничего глушить не собирался, он даже не соизволил ответить. Подстреленный патрульным вертолетом катер удирал перпендикулярно бывшей Пятой авеню. Со звонким щелчком треснул пробитый пулей щит-антенна «Антиатланта», оглушительно взвыл рикошет, отразившийся от какой-то металлической поверхности, и стена здания на ближней стороне улицы-канала брызнула кирпичной крошкой, которая обожгла Матвееву лицо – он успел лишь прикрыть глаза.

Вместо того, чтобы благоразумно сбросить скорость и лечь в дрейф, как было приказано, капитан Бишоп понемногу выкручивал штурвал, уводя катер вправо, в сторону нависших над улицей небоскребов. Матвеев тут же метнулся к рубке, намереваясь выволочь упрямого контрабандиста за шиворот.

– Твою мать, Бишоп!.. – слова застряли у Эль Капитано в глотке, потому что он увидел ярко-алые брызги артериальной крови, украсившие расколотое стекло рубки.

Капитан Бишоп привалился лбом к стеклу, и от его головы струился на пол кровавый ручеек. Вместо затылка у старого морского волка теперь была каша – примерно как у эласмозавра полуминутой раньше. Скорее всего, вертолет вел предупредительный огонь, но в таком тумане недолго было и промахнуться – вернее, попасть точно в цель, даже не желая этого.

Впрочем, с мародерами, контрабандистами и прочими шакалами российские военные не церемонились еще во времена службы капитана Матвеева. Так что огонь запросто мог быть и прицельным.

Огромные окна небоскреба стремительно приближались. Они были монолитными, располагались параллельно направлению удара страшной волны цунами, некогда разрушившей город, и не пострадали во время Атлантических событий.

Матерясь по-русски, Матвеев скинул труп Бишопа с пульта управления и ухватился за штурвал, но уйти от столкновения не успел. С оглушительным грохотом катер врезался в стеклянную стену, превратив ее в шрапнель из осколков, обрушившуюся на палубу.

Едва успевших прикрыть головы от стеклянного дождя наемников швырнуло вперед. Бандана, не удержавшись на ногах, кувыркнулась через борт и рухнула в воду. Пакиту тоже перебросило через борт, однако она перед столкновением с небоскребом успела намертво вцепиться обеими руками в леер и теперь повисла на нем, колотя пятками по железному боку катера.

Матвеев, которого в момент удара откинуло в сторону, все-таки добрался до пульта, вырубил наконец ходовую машину и выкрутил штурвал, так что во внутреннюю стену помещения катер врезался уже боком, сразу потеряв ход.

Этаж был залит водой на достаточную глубину, чтобы катер не скреб днищем по полу, но в результате потолок навис над головами пассажиров так низко, что они в панике распластались по палубе. Крышу относительно высокой рубки с грохотом снесло несущей потолочной балкой верхнего этажа, когда крошечное суденышко нырнуло внутрь небоскреба – Эль Капитано едва успел убрать голову, чтобы ее тоже не смахнуло гигантским железобетонным клинком.

Сокрушив одну внутреннюю стену, катер некоторое время по инерции двигался правым бортом вперед, пока не уперся во вторую. Что-то жалобно трещало и лопалось у него внутри, из шпигата потянуло густым дымом – автоматическая вертолетная пушка пробила борт катера насквозь, и в машинном отделении, похоже, начался пожар. Бросив наконец носовой пулемет, первый помощник Мюрич Макфарлейн стрелой кинулся туда.

По иронии судьбы, полузатопленный этаж небоскреба, куда вломился неуправляемый катер, оказался неплохим убежищем. Возле окон метнулась по воде взад-вперед продолговатая тень – вертолет на бреющем полете прошел над улицей раз и другой, высматривая потерявшуюся дичь, однако ничего не обнаружил: похоже, бетонные стены и мощное тонированное стекло второго сохранившегося окна хорошо экранировали беглеца.

Убедившись, что катер окончательно остановился, Матвеев бросился к леерам и за предплечье вытянул Пакиту на палубу.

– Бандана за бортом! – прохрипела девушка.

– Вижу, вижу… – сосредоточенно пробормотал Эль Капитано, с неудовольствием ощущая, как палуба под ногами начинает неуловимо крениться. – Ничего, не растает. Кажется, нам сейчас придется присоединиться к ней…

Из люка в надстройке вынырнула мокрая и чумазая от копоти голова Мюрича Макфарлейна – первого помощника покойного капитана Бишопа и, по совместительству, судового механика.

– Ну, что там?! – рявкнул Матвеев.

– Вода прибывает! – доложил Макфарлейн. – Корпус пробит, машина всмятку. Проводка искрит, горючее хлещет…

Перегнувшись через борт, Эль Капитано с досадой разглядел три огромные дыры в корпусе катера. Пулеметная очередь, перечеркнувшая рубку и убившая капитана Бишопа, зацепила борт и вырвала из него целые куски обшивки. Судя по всему, имелись пробоины и ниже ватерлинии, потому что палуба под ногами продолжала медленно, но неудержимо крениться.

– Откачать можно? – поинтересовался Федор.

– Я не волшебник, – пожал плечами Мюрич.

Матвееву немедленно захотелось со всей дури врезать ему по зубам, желательно с вертушки ногой, потому что именно так мог бы ответить покойный капитан Бишоп. Если Макфарлейн перенял у бывшего босса не только манеру общения, но и другие отрицательные черты, ему лучше сразу утопиться вместе с катером, чем продолжать бесить командира подразделения.

– Отряд, слушай мою команду! – повысил голос Матвеев. – Покинуть судно!

Строго говоря, после смерти капитана главным на борту становился первый помощник. Однако Федору было накласть на такую субординацию. Он руководил операцией, и та уже практически сорвалась из-за того, что наемный капитан не вовремя вздумал взбрыкнуть. Разумеется, делиться полномочиями еще и с угрюмым кельтом, надеясь, что тот окажется более рассудительным, чем его бывший босс, Матвеев не собирался.

Глава 14

Иван Доу, Влад Рогов

Эль Капитано

Наемникам, рисковым ребятам, которые на самом делеоченьне любят лишнего риска и всегда весьма трепетно относятся к собственной шкуре, не пришлось повторять дважды.

Эль Капитано еще не успел договорить, а Тремоло и кореец уже начали пинками выпихивать за борт тугие рулоны спасательных плотов. Ударившись о воду, плоты тут же разворачивались, автоматически наполняясь углекислым газом из портативных баллонов.

Несколько мгновений – и на воде заколыхались три оранжевых резиновых прямоугольника. Бандана подплыла к ближайшему, ухватилась за скрипучий борт и, тяжко подтянувшись, перевалилась внутрь.

– Оружие не забываем! – с досадой рявкнул Матвеев. Все в этой миссии сразу пошло не так, спасибо бравому капитану Бишопу. Но

Он нырнул в грузовой отсек, уже частично залитый водой, и начал выбрасывать наружу акваланги и гидрокостюмы. Пакита наверху принимала их и кидала в направлении дрейфующих плотов. Хорошо тупица Хадсон сообразил ей помочь, а там и кореец подключился.

Матвеев, словно настоящий капитан корабля, покинул его последним. Правый борт к тому времени опустился настолько, что Эль Капитано просто шагнул с него в ближайший плот, словно капитан Джек Воробей в начале первых «Пиратов Карибского моря».

Сидевшая на плоту мокрая Бандана уже содрала с себя всю одежду, включая крошечные трусики, и старательно отжимала ее, чтобы не заработать переохлаждение организма: температура воздуха едва ли превышала десяток градусов по Цельсию – затопление Америки сильно повлияло и на глобальное движение масс тропического воздуха, и на Гольфстрим. Спустившийся в тот же плот Хадсон из деликатности старательно отводил взгляд; метис Тремоло с соседнего плота, напротив, внимательно и придирчиво изучал соблазнительные стати негритяночки, крайне заинтересованный происходящим.

– А когда сядет на брюхо, можно будет откачать воду? – безнадежно спросил Эль Капитано у Макфарлейна. Всё, всё пошло прахом из-за упрямства коммодора Бишопа. Ему-то хорошо, мерзавцу – уже скопытился и больше ни о чем не сожалеет. А вот судьба его пассажиров теперь повисла на волоске. С патрулем еще можно было бы договориться, а вот с морскими тварями – получится едва ли. Самое обидное, что на борту гибнущего катера приходилось оставить наиболее эффективное против атлантов оружие – крупнокалиберный станковый пулемет и цистерну напалма. – Глубина до пола не больше пары метров, сядет на брюхо, если не провалится через перекрытия под собственной тяжестью. Сможем потом законопатить дыры в корыте и поднять его?

– Сильно сомневаюсь, – отозвался Мюрич. – Если погрузится палуба, откачивать будет бесполезно. Не поднимем никакими средствами. Но сначала нас все равно ждет фейерверк.

– Ясно, – хладнокровно констатировал Матвеев. – Значит, проехали.

Некоторое время Эль Капитано мучительно размышлял, не попытаться ли еще спасти блок «Антиатлант»: эта штука уже прекрасно себя зарекомендовала, и без нее определенно придется туго. Он несколько мгновений пристально смотрел на вывороченную железобетонной балкой здания из палубы стальную мачту, на которую был вознесен прибор, но в конце концов сдался.

Даже если резиновый плот выдержит тяжесть блока, для нормальной работы «Антиатланта» потребуется море энергии, которую не смогут дать слабые лодочные моторы. И высокий шест, на который необходимо водрузить прибор для максимальной дистанции воздействия. Да и сам щит антенны был расколот прямым попаданием крупнокалиберной пули, и теперь не имелось никакой гарантии, что его удастся оживить.

В общем, не срослось. Ну, ладно. Об утраченных возможностях долго переживают только неудачники.

Горючее взорвалось, когда они на плотах свернули за угол. Взрывной волной вышибло еще одну внутреннюю офисную стену из гипсокартона. Гигантский язык горячего воздуха ласково огладил потерпевших крушение по головам.

Впрочем, если бы не стена, последствия взрыва могли бы быть для них куда плачевнее. Все-таки прибывающая вода не успела залить искрящую проводку, а жаль – тогда бы у них еще оставался призрачный шанс реанимировать катер. Теперь же стало ясно, что он утрачен навсегда.

Использовать лодочные моторы в полузатопленном помещении было сложно – на поверхности воды плавала разбухшая офисная мебель, поэтому маневрировать на большой скорости так, чтобы не повредить плоты, оказалось бы трудновато, и наемники предпочли грести вручную. Слава богу, в воде не было полуразложившихся трупов: штурмовики атлантов пожирали любую органику, до которой могли дотянуться, либо собирали ее для переработки в биомассу, из которой затем формировались новые штурмовики.

Оглушенные, ошарашенные, деморализованные, наемники сплылись в кучу на трех плотах посреди какого-то обширного помещения, видимо, офисного опенспейса или конференц-зала, увешанного влажными бурыми водорослями. Так же, как и в других помещениях, на стенах здесь висели логотипы с названием компании, состоявшим из нескольких слов, определяющим среди которых было «фармасьютикл».

– Господа недоноски! – открыл импровизированное собрание Эль Капитано. – Поздравляю: катеру хана, и с комфортом нам теперь отсюда не выбраться. У нас есть два варианта: немедленно двинуть на моторках к границе закрытой зоны Нью-Йорк – либо сначала выполнить миссию и только потом отправиться на выход. Никакого оружия, кроме стрелкового, у нас не осталось, поэтому в обоих случаях мы предельно уязвимы и для патрулей, и для морских чудовищ. – Он сделал паузу, чтобы до команды дошла вся серьезность ситуации. – Однако хочу напомнить, что наша цель – всего в паре километров на север. Возвращаться немедленно и без товара будет немногим безопаснее, чем возвращаться через несколько часов с товаром. Да и в любом случае прорываться через охранный периметр днем слишком рискованно, придется где-то отсиживаться до темноты. Что решаем, команда? Поиграем в демократию?

– Миссию надо успешно завершать, – поднял руку молодой Пак. – Глупо было бы благополучно пережить смертельную опасность, чтобы тут же сдать назад.

– Если мы вернемся без товара, Папаша меня убьет, – заявил Тремоло. – Такой прокол с моей стороны не предусмотрен. Так что какая разница, здесь погибать или в Вегасе.

– Ты знаешь, Капитано, что ответим мы с чикитой, – сказала Бандана. – Ты босс, тебе и решать. Но лично от себя все же скажу, что возвращаться без денег смысла, по-моему, нет никакого.

– Я с вами нырять за товаром не нанимался, с уродами! – отрезал Мюрич Макфарлейн. – Я уже потерял катер и капитана. И хорошую работу. Я хочу домой. Денег за то, что я буду рисковать с вами головой, мне все равно сверх положенного не предложат.

– Это мой последний шанс, – просто ответил Хадсон. – Другого такого у меня уже не будет. У меня нет другой информации, за которую мне могут отвалить кучу бабла. Я за продолжение миссии.

– Аналогично, – отрезала Каста. – Я в этом рейсе такого страху натерпелась, что больше меня сюда ни за какие бабки не выманишь. И что же теперь, получается, я бесплатно рисковала?! Я хочу свои проценты!

– Большинством голосов, – резюмировал Эль Капитано. – Мастер Мюрич, мы можем выделить тебе плот, и плыви обратно сам. Но искренне не рекомендую. Во-первых, в случае непредвиденного шухера тебя некому будет прикрывать. Во-вторых, поскольку ты так и не доставил нас

– Ну, черт с вами, – обреченно проговорил Макфарлейн, видимо, прикинув в уме перспективы возвращаться в одиночку или ждать на крыше небоскреба команду, которая еще может за ним и не вернуться. – Мертвого уболтаешь, босс. Но плоты же, мать его. Спасательные плоты в закрытой зоне Нью-Йорк. Лодочные моторы!.. Без тяжелого вооружения. Без напалма. Без сонара. Без коптеров…

– Я прихватила пару квадрокоптеров для разведки, – угрюмо проронила Каста. – Они небольшие…

– Отлично! Значит, то же самое, но с коптерами! – всплеснул руками Мюрич. – С коптерами, мать их дери! Теперь живем! Да нас перевернет первая же панцирная рыба, которая проплывет мимо и толкнет нас боком, с коптерами мы будем или без коптеров!..

– Варианты? – холодно осведомился Эль Капитано. – Нам все равно придется как-то возвращаться без катера. Связью пользоваться мы не можем, чтобы не засекли военные. Да и если нам повезло бы связаться с нашими, очень сомневаюсь, что нам на помощь вышлют спасательную экспедицию.Выбираться придется самостоятельно. - Он сделал многозначительную паузу. - Но можно сделать крюк к северу и по успешном возвращении получить хорошее бабло. А можно просто вернуться и продолжать сосать лапу в Вегасе…

– Ну, ладно, ладно! Сказал же: я в доле! – огрызнулся Мюрич Макфарлейн.

– Единогласно. Значит, работаем. – Матвеев пригнулся, пытаясь разглядеть в полузатопленное окно патрульный вертолет. – Сможем потом возвратиться тем же маршрутом, что и пришли сюда?

– Я бы не рисковал, – отозвался Мюрич, понемногу приходя в себя. – В открытом море на плотах нас реально растерзают в считанные минуты. Опять же минные заграждения. Не дай бог опятьнапоремся на подвсплывшую мину: на катере нам бы просто вышибло борт, а на плотах нас всех взрывом в клочья порвет. Как минимум посечет осколками. Так что тем же маршрутом не стоит. Надо идти в Нью-Джерси, высаживаться на берег, а оттуда уже прорываться на большую землю пешком – через болота и колючую проволоку…

– Тут нас и повяжут военные, – качнул головой метис Тремоло. – Тепленькими.

– Зато, может быть, останемся в живых, – пожал плечами Макфарлейн. – Тоже еще не факт, конечно…

– Ясно. – Федор снова попытался выглянуть наружу. Клекот вертолетного винта за стеной не умолкал. – Интересно, ему что, недостаточно того, что мы тут громко взорвались? Он непременно хочет увидеть наши трупы? Настырный какой!

– Внутрь он, конечно, не полезет, – мрачно сказал кореец. – Если только…

Его слова заглушила длинная пулеметная очередь. В соседнем помещении с печальным звоном обрушился в воду каскад осколков, видимо, от еще одного чудом сохранившегося окна. По поверхности воды в направлении наемников резво побежала через распахнутые двери конференц-зала дорожка из высоких фонтанчиков пулевых попаданий.

– Мать!.. – заорал Эль Капитано, не слыша самого себя в чудовищном грохоте автоматической пушки, и принялся отталкиваться коротким веслом от стены, стремясь увести свой плот из зоны поражения.

Крупнокалиберные пули ударяли в потолок и стены, вырывая из них солидные клочья. Осыпанные древесной трухой наемники принялись усердно грести к центру опенспейса. Судя по всему, стрелок с вертолета не видел их внутри помещения и поливал здание свинцом просто для острастки, иначе сумел бы расстрелять все три плота за несколько секунд как уток на охоте.

– Он не уйдет, пока не выковыряет нас отсюда! – прокричала Бандана, и Федор скорее прочитал по губам ее слова, чем услышал в страшном грохоте.

«Можем попытаться уйти под водой! – беззвучно проартикулировал Матвеев, подкрепив свое предложение красноречивым жестом ладони – словно проплыла рыба, бодро работая хвостом. – В аквалангах!»

– Аквалангов на всех не хватит! – гаркнула негритянка. – И плоты придется тогда бросить! Без плотов далеко не уйдем!..

Внезапно обрушившаяся тишина ударила по ушам не менее звонко, чем пулеметный огонь. Тяжело дыша, наемники молча смотрели друг на друга, опасаясь, что сейчас в помещение влетит ракета класса «воздух-земля».

«Он уходит», – шевельнула губами Пакита.

Судя по звукам снаружи, вертолет заложил крутой вираж и начал удаляться в сторону Нью-Джерси.

– Небось, нашел себе новую жертву, – проговорил Тремоло, тряся головой, чтобы избавиться от противного звона в ушах.

– Или еще классный вариант, – безжалостно дополнил Макфарлейн. – Внезапно начался прорыв атлантических штурмовиков, и военные собирают все силы, чтобы его остановить.

– А мы, соответственно, сейчас как раз торчим между океаном и Джерси?! – уточнил Хадсон. – То есть в самой опасной зоне, между атлантами и военными?..

– Да твою ж мать! – взревел Матвеев. – Так, народ, слушай мою команду! Срочно валим отсюда к чертовой матери, пока нам не поджарили задницу!..

Возвращаться через то окно, в районе которого случилась стычка с вертолетом миротворческих сил, желающих не нашлось. Поэтому все три плота по диагонали пересекли внутренние помещения здания и оказались у окон напротив, ведущих на соседнюю стрит. Каста собиралась выстрелить в окно из дробовика, но Тремоло молча отобрал у нее оружие, видимо, опасаясь, что от отдачи малышка перекувыркнется через голову, и сам хладнокровно высадил стеклянную стену.

Выбравшись обратно на Пятую авеню, наемники запустили моторы и, чутко прислушиваясь к окружающему пространству, направились в сторону Центрального парка.

Теперь они крались у самых стен, чтобы в случае чего снова попытаться нырнуть под прикрытие железобетонных конструкций. Некогда это была одна из богатейших торговых улиц мира; сейчас о ее былом величии остались лишь воспоминания, хотя фактурные руины с потемневшей от влаги пестрой рекламой, там и сям торчавшие из воды, демонстрировали, что некогда здесь кипела жизнь.

Бандана искоса поглядывала в окна третьих и

Особенно впечатлил ее тогда гигантский Утюг, Флэтайрон-билдинг – странное здание, построенное на узком клине свободной территории между Пятой авеню и косо врезавшимся в нее Бродвеем. При определенных ракурсах казалось, что Утюг состоит из одной-единственной величественной стены, вознесшейся над улицей.

С замиранием сердца негритянка ожидала увидеть его вновь – но увы, удар водной стихии во время Атлантических событий пришелся как раз в широкую стену Флэтайрона, и здание, не выдержав чудовищной динамической нагрузки, опрокинулось навзничь, вывороченное из фундамента.

Воткнув в уши горошины наушников, хакерша Каста пыталась прослушивать служебные армейские каналы. Встретившись взглядом с Матвеевым с соседнего плота, пожала плечами и развела руками: ничего. Не слышно ни о каком прорыве.

– Похоже, наш приятель все-таки поверил, что ухлопал нас в небоскребе, – рассудил Эль Капитано. – А потом обстрелял здание уже просто для очистки совести…

Они миновали еще пару кварталов, когда вдали внезапно снова возник тонкий клекот вертолетных винтов «Аллигатора». Нет, патруль не поверил, что с катером нарушителей удалось расправиться так легко – одной пулеметной очередью. А может быть, во второй раз его привлек грохот дробовика Тремоло.

Самое паршивое, что в густом тумане, среди высоких каменных стен, в которых теперь при отсутствии обычных городских шумов подолгу гуляло эхо от каждого случайного звука, определить местоположение вертолета было практически невозможно. Зловещий клекот доносился из каждой стрит.

– Разделились! – сквозь зубы скомандовал Федор. – Направление на парк держим, пытаемся оторваться!..

Моторные спасательные плоты тут же рассыпались веером. Судно, ведомое Эль Капитано, с пассажирами Банданой и Хадсоном, продолжило двигаться по Пятой авеню, прижимаясь к стенам. Плот под командованием бравого первого помощника Мюрича Макфарлейна, с экипажем из корейца и Пакиты, резко свернул на соседнюю улицу, и тут же пропал из виду портативный катер с Тремоло и Кастой. Теперь все три суденышка крались параллельными курсами в квартале-двух друг от друга, потеряв коллег из виду в сгущающемся тумане.

Эль Капитано пристально вглядывался вперед, пытаясь разглядеть какое-либо шевеление в белесой дымке. Без сонаров и локаторов было плохо, совсем плохо. Подозрительный клекот в неопознанном направлении не умолкал, хотя понемногу становился громче, и Матвеев уже начал подозревать, что к вертолету он не имеет никакого отношения. А вот что производит этот странный шум, какой-то водопад или огромное живое существо, следовало выяснить как можно скорее, чтобы потом не получилось неприятного сюрприза.

Сюрприз все-таки случился, хотя и не тот, которого опасался Матвеев, но все равно достаточно неприятный. Огромное темное пятно внезапно камнем упало с небес, перекрыв Пятую авеню, и стало ясно, что это все-таки вертолет.

Патруль явно не поверил в доблестную гибель контрабандистов в небоскребе и, не имея возможности выковырнуть их оттуда, просто продолжил патрулирование высоко над улицами, высматривая беглецов, откуда эхо и разносило шум вертолетных винтов по всему Мидтауну. Рано или поздно нарушители запретной зоны должны были покинуть свое убежище – и наконец они это сделали.

Эль Капитано так круто заложил правый вираж, что спасательный плот едва не опрокинулся, а Бандана и секретарь миллиардера Хадсон чудом не посыпались в воду. Суденышко круто свернуло за угол, и Матвееву оставалось уповать только на то, что «Аллигатору» маневрировать на узкой улице будет так же непросто, как и массивному эласмозавру. Спасательный плот действительно успел пролететь почти целый квартал, когда в конце улицы снова отчетливо послышался хищный клекот.

На следующем перекрестке Федор едва не столкнулся с Тремоло. Надеясь, что вертолет потеряет их в густом тумане, если все время менять направление, Эль Капитано снова ушел в бесчеловечно крутой вираж, на мгновение поставив плот на один борт. АТремоло ни черта не понял, что происходит, потому что вместо того, чтобы тут же уйти в сторону, пристроился плоту Матвеева в хвост.

Эль Капитано заскрежетал зубами, но орать что-либо метису смысла не имело: холодный ветер все равно разорвал бы его слова в клочья и унес их в залив.

Глава 15

Иван Доу, Влад Рогов

На катере Ивана Доу, уходившем к центру Манхэттена, наемники напряженно вслушивались в то, что происходило у них за спиной, где патрульный вертолет обстрелял другой катер. Иван теперь мог присягнуть на Библии, что похищенный блок – у этих ребят. И это означало, что у них та же цель, что и у команды Тонго.

Пора делить шкуру неубитого медведя и максимально сокращать число посторонних претендентов на сокровища.

Торговец оружием в задумчивости провел расческой по своим идеальным волосам. Гангстер-негр наверняка уже сообразил, что случайные контрабандисты по закрытой зоне Нью-Йорк не рассекают. Они на всякий случай вообще стараются к ней не приближаться. А значит, катер, который сейчас в нескольких стрит отсюда мочат с вертолета военные – конкуренты.

Все же Иван на всякий случай сходил к капитанской рубке, где Луис Тонго с пистолетом в руке наблюдал за капитаном Энрике, который угрюмо крутил штурвал. Огромный негр вопросительно поднял взгляд на подошедшего Ивана.

- Послушай, Луис, - озабоченно сказал тот, - а что ты думаешь насчет вот тех ребят…

Издалека донесся сокрушительный удар и ужасающий грохот обрушившегося стекла, заставив Доу замолчать на полуслове.

- Думаю, да, - безмятежно проговорил Тонго. – Только больше они нас не побеспокоят. Военные сделали за нас нашу работу.

- Теперь военные искать нас, - недовольно сказал Энрике.

- Нью-Йорк большой, - уверенно произнес Луис. – Сейчас мы растворимся в городе, а если нас будут преследовать – сумеем спрятаться. Не кисни, папаша!

– Полжизни отдал бы за глоток джин-тоника, – с тоской протянул в стороне от них Влад Рогов после продолжительного молчания. – От напряжения в глотке пересохло.

– Думал, русские предпочитают водку, – усмехнулся ирландец Патрик и сунул в рот сигарету, но вспомнил о судьбе напарника, выплюнул ее на палубу и опустил на лицо бронестекло.

– Русские? – переспросил аквалангист. – Русские бывают разные, приятель...

Его прервал донесшийся издали взрыв.

- Все, окончательная хана ребятам, - громко произнес Тонго с таким удовольствием, словнотолько что лично расстрелял из пулемета катер конкурентов. – Вот теперь уже точно хана.

Эль Капитано

Следующая стрит была пошире предыдущих, поэтому Матвеев даже

Промчавшись мимо этой широкой улицы, Эль Капитано возблагодарил судьбу и всех армейских богов, каких только знал, потому что его плот внезапно проскочил прямо под носом у здоровенного катера на воздушной подушке, направлявшегося к острову Рузвельта. Не факт, конечно, что им повстречался патруль оккупационных сил, но врезаться в это чудовище на полном ходу в любом случае было бы плохой идей. А если бы чудовище врезалось в Матвеева, спасательный плот точно перевернулся бы.

Тремоло с синеволосой пассажиркой тоже успел чудом проскользнуть мимо, прежде чем нос чужого катера высунулся на Мэдисон.

Учитывая, что катер на воздушной подушке вряд ли был военным, складывалась довольно забавная комбинация, которой грех было не воспользоваться. На следующем перекрестке Федор все-таки свернул за угол, оставляя чужую команду один на один с воздушным патрулем. По крайней мере, ему очень хотелось надеяться, что он оставил их один на один.

Пока два спасательных суденышка одно за другим летели по водной глади очередной стрит, словно привязанные, Эль Капитано чутко прислушивался и удовлетворенно хмыкнул, услышав раскатившиеся через квартал оглушительные очереди вертолетных пушек. Ну, вот пусть другие мародеры, с катера на воздушной подушке, и разбираются с патрулем, если есть время и желание.

Впрочем, про наличие того и другого спрашивать у них никто не будет, конечно. Приплыл в закрытую зону – помни, что тут каждый за себя и международный миротворческий патруль против всех.

Добравшись до очередного поворота, контрабандистские спасательные плоты снова вылетели на простор Пятой авеню. Слева обнаружился плот под управлением побледневшего от переживаний Мюрича Макфарлейна. Теперь все три экипажа параллельными курсами двигались на север, молясь своим бандитским богам, чтобы вертолету некоторое время было не до них – а вертолету, судя по доносившейся массированной канонаде, реально было не до них. Кажется, миротворцы наткнулись на достойного противника.

Иван Доу, Влад Рогов

Некоторое время судно двигалось по инерции, пока капитан и Луис напряженно вслушивались в происходящее. Внезапно по ушам ударил рев лодочных моторов - один, второй, третий. И тут же вернулся зловещий клекот вертолетных винтов.

- Малый вперед, папаша! - скомандовал гангстер-негр. - Боюсь, в ближайшие полчаса прятаться будет плохой идеей.

Двигатель заработал, катер с ускорением двинулся вперед по следующей стрит, когда капитан вдруг выругался, судно на воздушной подушке бросило в сторону, и наемники едва удержались в креслах. Прямо перед носом катера промчались две надувных резиновых лодки – или плота? – с погружными моторами. В спасательных лодках сидели вооруженные огнестрелом люди самого бандитского вида - Иван успел выхватить взглядом только крепыша в черной кожаной безрукавке, миловидную негритянку в крошечных трусиках и какую-то миниатюрную синеволосую бабу. Судя по всему, часть конкурентов с расстрелянного вертолетом судна все же успела спастись.

Несколько мгновений Доу все же надеялся, что их катер таранит мощным носом один из плотов, но потерпевшим бедствие чудом удалось избежать столкновения. Они исчезли в перпендикулярной стрит, так что Иван даже не успел крепко выругаться.

- Вперед, вперед! - заорал Тонго.

Пропустив перед носом катера чужие спасательные плоты, капитан Энрике забеспокоился.

- Привести патруль! - заявил он. - Они привести патруль! Надо ложиться в дрейф!

- Я тебя сейчас в такой дрейф положу, что уже не встанешь, - пообещал Луис Тонго. - Вперед, старина! Нас ждут сокровища!

- Покойникам сокровища ни к чему, - уныло отозвался капитан, вращая штурвал.

Клекот вертолета стремительно приближался, но Луис, казалось, не обращает на него никакого внимания.

- Вперед, вперед! - упорно повторял он.

И вертолет, естественно, вынырнул из туманной мглы впереди, по ходу движения.

Наемники посыпались на палубу, и очень вовремя. Потому что патруль больше никого не предупреждал, а сразу интенсивно открыл огонь. На поражение, надо полагать.

Судя по всему, и катер Ивана, и их конкурентов он принял за единую команду. В общем-то, совершенно справедливо: Иван, оказавшись на его месте, тоже так решил бы. Не бывает таких удивительных совпадений — чтобы две конкурирующие группы случайно оказались практически на одном пятачке запретной зоны. Значит, это две группы лазутчиков, действующих по общему плану.

В отличие от конкурентов, джентльмены удачи на катере Ивана Доу принялись яростно обороняться. Ну, идиоты же, подумал Иван, закатывая глаза.

Кто-то с другой стороны катера обстрелял вертолет из автоматической винтовки. Повредить летающую крепость из стрелкового оружия было невозможно, а вот взбесить летчиков - запросто.

Так и получилось. Сокрушительный огонь вертолетных пушек-«вулканов» стал непрерывным. Оставшиеся на мостике Тонго и Энрике кинулись под прикрытие стенок рубки, хотя сразу было понятно, конечно, что тем самым они просто перестают мозолить глаза воздушным стрелкам. А если стрелки зафиксируют цель, то тонкие стенки уже не спасут парочку наемников от чудовищного потока пулеметного свинца.

Отчаянно взревел за пулеметом и опрокинулся навзничь Оскар, которому, похоже, раздробило ногу из вертолетной пушки.

- Медика! — пронзительно крикнула Лора.

Решив, что терять им уже нечего, кто-то с катера поприветствовал вертолет из какой-то серьезной бронебойной штуковины. Раздался оглушительный грохот, в сторону плеснуло жидким огнем. Вертолет развернуло на месте, и тот недоуменно завис.

- Кто?! - яростно заревел Луис Тонго. - Отставить немедленно! Какая собака...

Вертолет висел в воздухе, настолько оторопев, что даже прекратил пулеметный огонь.

- Сейчас он ударит ракетой, - флегматично проговорил один из пассажиров катера.

Однако бить ракетой вертолет не стал. Вместо этого он вдруг начал удаляться от места боестолкновения - в сторону и вверх.

- Живо!!! - взревел Тонго. - Оперативно ищем укрытие!

- Он же улетел, - откликнулся кто-то из наемников.

- Почему мне всю жизнь приходится работать с тупицами?! - рявкнул негр. — Вы что, не видели, что него нет ракет на подвеске? Ребята расслабились на непыльной службе, на которой не нужны ракеты! Но сейчас он вызовет по радио подкрепление с ракетами, и нам хана!

Капитан Энрике, который уже понял всю серьезность сложившейся ситуации, деловито выбрался из своего жалкого укрытия и кинулся к штурвалу, направив потерявшее было управление судно дальше по улице.

Бледный от напряжения Кертис Палм оттеснил девушку от раненого, присел рядом и принялся вспарывать окровавленный комбинезон.

- Ничего суперстрашного, - прокомментировал он, обследовав ранение. — Пуля в него не попала. Если бы попала, мы бы уже знали. Ногу разорвало бы в клочья, и в наших условиях мы уже ничем не смогли бы помочь.

- Так что с ним?! — вырвалось у Лоры.

– Дышит, – успокоил девушку Кертис. – Активно. Ранения средней степени тяжести. Единственное, что могу сказать – ему необходим полный покой.

- Нормально со мной всё, - подтвердил Оскар.

– Дерьмо! – рявкнул Луис Тонго. – Покой – это последнее, что мы можем себе позволить!

- Ничего не поделаешь, - пожал плечами Палм, - я вколол ему болеутоляющее.

Ньюарк особого впечатления на наемников не произвел. Впрочем, в такой ситуации на них не произвели бы впечатления и романтичные виды Москвы-реки. Еще толком не рассвело, катер мчался поводе, и высотные здания маячили где-то на периферии.

Но когда затопленными железнодорожными путями они рванули по краю Манхэттена, стремясь уйти подальше от места встречи с вертолетом, картина изменилась радикально. Развалины придвинулись, солнце высветило черные провалы оконных проемов, обрушенные стены обнажали внутренние помещения, превратив дома в подобие препарированных мертвецов. Глубина местами не превышала полутора метров, тут и там из воды выглядывали ржавые крыши затопленных грузовых автомобилей.

– Дальше только хуже, – предупредил капитан Энрике. - И мы идти на одна турбина. Нужно ремонт.

– Вот когда найдем укрытие, там и сделаем ремонт, - огрызнулся Тонго.

Понемногу сгустился и полностью затянул улицы непроницаемо белый туман. Какое-то время капитан вел лодку практически вслепую, а потом навстречу катеру вдруг выдвинулся мост, точнее, торчащая из воды каменная балюстрада.

– Что за ерунда? – удивился Иван.

– Да это же вокзал Гранд Централ! – сообразил Луис Тонго. – Вернее, то, что от него осталось. – Он щелкнул пальцами и потребовал у капитана: – Посмотри как следует, было бы круто попасть внутрь. Вокзал огромный, нас там еще попробуй найди с улицы.

Тот кивнул и направил судно к широкому фасаду массивного здания, на покалеченном портике которого белели обломки статуй. С огромными арочными окнами удар цунами обошелся столь же бережно – они зияли пустыми проемами: катаклизм просто выдавил их. В один из таких проемов судно и протиснулось. Тихонько разошлись внутри невысокие волны – весь первый этаж оказался затоплен, сухо было лишь на втором, который находился выше уровня воды. Боковые окна, как и витражи фасада, не перенесли натиска стихии, а вот стены и крыша уцелели, и в качестве укрытия разгромленный вокзал годился ничуть не хуже любого другого здания.

– Глуши машину! – распорядился чернокожий гангстер. – Надо оценить повреждения.

Катер мягко пришвартовался к ограждению второго этажа. Приникнув к бойницам, наемники напряженно осматривали окружающее, но в полуразрушенном вокзале царили тишина и спокойствие, а водная гладь понемногу успокоилась и превратилась в зеркало.

– Ладно, - заявил Тонго. — Будем надеяться, что здесь еще никто не поселился.

Он подхватил автомат и первым выскочил из лодки на второй этаж затопленного вокзала. Вслед за ним на сушу выбрался Влад Рогов. Эйрин покидать катер не стала и заняла с автоматом позицию у рубки. Ее напарник и вовсе забрался за пулеметную установку: пусть кругом и царило спокойствие, все могло измениться в один момент.

Капитан Энрике проговорил что-то по-испански.

– Хорошо, – отозвалась Лора, с сомнением глядя на иссеченную осколками аппаратуру. Видимо, отец велел ей проверить приборы, чтобы понять масштаб повреждений.

– Проще выкинуть, – пробурчал Оскар и протянул руку гангстеру, а когда тот подстраховал его, скрипнул зубами от боли и выпрыгнул из катера на второй этаж затопленного вокзала.

Иван Доу прикинул на глазок размеры давшего им приют строения и проговорил:

– Если нас здесь и найдут, то только случайно.

Его помощник перешел к одному из выбитых окон и покачал головой:

– Туман сгущается.

– Отойди от окна! – потребовал Влад Рогов. – На вертолетах наверняка установлены тепловизоры!

Липке вернулся вглубь помещения и буркнул:

– Здесь нас искать не станут.

– Могут случайно наткнуться, – нахмурился Луис Тонго.

- А мы долго собираемся тут торчать? — тут же напрягся Иван.

- У нас раненый и еще наполовину поломанный катер, - напомнил Тонго.

- А еще вражеская команда, которая нас опережает, - бесстрастно сказал торговец оружием.

- На спасательных плотах, - уточнил негр. — Без нас им из города не выбраться.

- Это смотря насколько велик у них уровень безумия и отваги. — Иван Доу помолчал. — Так что мы планируем делать, чтобы они не воспользовались своим уровнем безумия и не попытались сбежать, пока мы тут прячемся и пытаемся починиться?

- По-моему, все очевидно, - Луис пожал плечами. - Надо отправить к Башне Трампа наблюдателей, чтобы приглядывали за нашими коллегами. Например, если тем взбредет в голову погружаться в хранилище за нашими ценностями. Не помешает в любом случае, даже если они здесь по другой причине, на наш груз не претендуют и у Башни Трампа вообще не появятся. На всякий случай. Связь будем держать по рации.

– Идея не лишена смысла, – задумчиво кивнул Иван Доу.

В числе прочего загруженного в катер оборудования имелись две надувные лодки – десятиместная и поменьше, рассчитанная на четверых, обе с погружными водометными двигателями, которые если и не могли считаться совсем бесшумными, то были весьма к этому близки.

– Когда нужно плыть? – сразу спросил аквалангист.

– Тебе – никогда, – отрезал Луис Тонго. – Ты слишком ценен для нас.

– Тогда кто поплывет? – задал напрашивающийся вопрос Иван. – Или сам возьмешься?

– Нет, – покачал головой гангстер, не собираясь по доброй воле идти на риск. – Здесь нужно командование. Как насчет Криса и Патрика?

Теперь скептически поморщился торговец оружием.

– Не имеет смысла разбивать сработанные пары, – заявил он.

– Предлагаешь отправить ирландцев? — спросил Луис, не замечая, как за его спиной, сделав ужасные глаза, возмущенно раскрыла рот Эйрин.

– Нет, лучше этим займемся мы с Крисом, - заявил Доу и мило улыбнулся оторопело закрывшей рот ирландке.

– С чего бы это? – сразу насторожился чернокожий громила, заподозрив подвох. – Откуда вдруг такая самоотверженность?

– Расслабься, – снисходительно улыбнулся Иван. – Никто никуда не бежит. Без аквалангиста нам в хранилище не попасть, да и болота на моторке не пересечь. Тут нами кто-нибудь и закусит.

Луис уставился на

– Хорошо, так и сделаем. Отправляйтесь.

– Крис! – обернулся торговец оружием к помощнику. – Готовь лодку!

Липке только вздохнул и позвал ирландца:

– Патрик, пошли, поможешь. О чем задумался?

– Часы сперли, – ирландец флегматично указал на центр зала, где торчал пустой постамент.

– Часы?

– Вокзальные часы с опаловыми циферблатами, – пояснил рыжий наемник. – Миллионов пятнадцать по нынешним ценам на антиквариат, если не больше.

– Досадно, - признал Иван.

– Наверняка миротворцы вывезли, – заметил Липке, доставая пачку сигарет, и обвел взглядом зеленый потолок. – Лепнины нигде нет, значит, спасали культурные ценности. Обычные мародеры не стали бы заниматься такой ерундой.

– Если миротворцы, значит, им здесь больше делать нечего, – усмехнулся Иван. – Так?

– Так, – кивнул Патрик и запрокинул голову, разглядывая едва заметные в темноте звезды и знаки Зодиака на потолке вокзала. Несмотря на царившую кругом разруху, Гранд Централ до сих пор поражал своим размахом.

– Не расслабляйтесь! – предупредил наемников аквалангист Влад Рогов. – Неизвестно, кто скрывается внизу!

– Здесь? – удивился Патрик О'Райли. – Внутри вокзала?

– Ты забываешь о двух подземных уровнях, сейчас затопленных. Одному только богу известно, какие твари могли завестись в метро…

Рыжий наемник пожал плечами и демонстративно швырнул окурок в воду.

– Ерунда! – фыркнул он.

– Ерунда, – подтвердил Кристиан Липке, но сигарету в воду кидать не стал, а растер ее по полу подошвой ботинка. Мало ли, действительно, кто в воде может на это отреагировать. И как…

А вот Луис Тонго отнесся к предупреждению аквалангиста всерьез.

– Оружие держите под рукой! – потребовал чернокожий громила.

Вдвоем Патрик и Кристиан вытащили из катера тюк с малой лодкой, а Иван оставил свой дробовик и вооружился запасным автоматом. Он начал рассовывать по кармашкам разгрузки магазины с боекомплектом, когда к нему подошла Эйрин.

– Иван, можно тебя на пару слов? – спросила она.

– Отойдем, – согласился торговец оружием.

Влад Рогов посмотрел им вслед и нахмурился. Происходящее ему совсем не нравилось, о чем он гангстеру и заявил.

– Мне это тоже не нравится, – пожал плечами Луис Тонго, – но потеря ребят не будет критична для реализации плана.

– План уже отправился псу под хвост! – психанул аквалангист.

– Случайность. – Негр был непробиваем.

– Случайность?! – взвился Влад. – Ты действительно полагаешь, что мы пересеклись с теми лодками по чистой случайности? В затопленном городе, где на сотни миль вокруг только миротворцы?! Серьезно?

– Ты меня в чем-то обвиняешь? – нахмурился чернокожий громила, расправляя плечи. – Не много на себя берешь, белый, а?

– Я просто не понимаю, что происходит. Это напрягает… – Влад пошел на попятную и снова взглянул на торговца оружием, который уединился с ирландкой в дальнем углу: они стояли полуобнявшись и мило ворковали. – Личные отношения… – поморщился аквалангист.

– Вредят делу, – согласился гангстер, без особого, впрочем, осуждения. По здравом размышлении он решил, что стремление торговца оружием по каким-то причинам рискнуть головой ему только на руку. Особого подспорья в предстоящем деле от Джона Доу ожидать не приходилось, а вот экономия в случае его гибели могла выйти изрядной.

Тем временем Иван Доу и Эйрин О’Райли стояли друг напротив друга, держась за руки, и нежно улыбались друг другу. Издали даже могло показаться, что совершенно искренне.

– Иван, какого черта ты затеял? – мило поинтересовалась девушка, старательно не упуская улыбки – для возможных наблюдателей.

– А что такое? – удивился торговец оружием, старательно улыбаясь.

– Ты вызвался добровольцем! – обвиняюще произнесла Эйрин. В сочетании с благостной улыбкой это выглядело жутковато для собеседника. – И обставил все так, что пошел на такой шаг из-за меня. А мы оба знаем, что это не так!

– Почему это? Ты считаешь меня таким бесчувственным?

– Иван, ты любишь только деньги, себя и еще деньги. И еще себя. И даже не знаю, что больше! – заявила в ответ ирландка. – Вы с Крисом определенно что-то затеяли. Он всегда смотрит на людей словно через оптический прицел. Но последнее время такой взгляд появился и у тебя.

– Брось! – рассмеялся торговец оружием.

Но девушка и слушать ничего не стала.

– Попробуешь кинуть нас, оторву яйца! Ты понял?

Иван вздохнул.

– У меня и в мыслях не было кидать тебя и Патрика…

– А остальных?

– И остальных!

– И я должна тебе верить?

– Все, что делается, Эйрин, – подался Иван к ирландке, – направлено исключительно на то, чтобы синдикат не зажал нашу долю. У меня с ними сейчас сложные отношения, как тебе известно.

Девушка кивнула, но не преминула напомнить:

– Если ты решишь вдруг начать свою игру…

– Я заранее поставлю тебя в известность об этом, – уверил ее торговец оружием. – А пока присмотри в наше отсутствие за нашими загорелыми друзьями.

– Крис заразил тебя своей паранойей?

– Есть нехилая вероятность, что тот милый парнишка с косичками на голове – дублирующий аквалангист. Просто имей это в виду.

– Я не собираюсь ссориться с синдикатом.

– Надеюсь, и не придется.

– И не уверена, что приму твою сторону, – мстительно добавила Эйрин. – Хоть ты со мной и спал. Но в нашем случае это не имеет ровно никакого значения.

Иван покачал головой:

– Не припомню, чтобы ты хоть раз принимала чью-то сторону, кроме собственной.

– Давай просто поднимем драгоценности и отправимся домой.

– Идеальный вариант, – улыбнулся торговец оружием, отстранился от девушки и направился к помощнику. Пусть разговор и прошел не лучшим образом, но он не сомневался, что зерна сомнений упали на благодатную почву. А большего пока и не требовалось.

Резиновую лодку к этому времени уже разложили и накачали.

– Только займите точку наблюдения так, чтобы миротворцы не заметили, - распорядился Луис Тонго. - Держитесь подальше от окон.

– Разберемся, – спокойно кивнул Иван.

А вот Влад Рогов заметно нервничал.

– Не нравится мне это, –

Луис Тонго бесстрастно похлопал себя по камуфляжной куртке.

– Мы специально заказали форму с эффектом рассеивания теплового излучения, – пояснил он аквалангисту. – Шлем с опушенным бронестеклом закрывает голову и лицо. Риск обнаружения есть, но он совсем не так велик, как можно подумать. Я бы лучше беспокоился о подводных тварях.

– Ну, если так… – поморщился Влад и дальше отстаивать свою точку зрения не стал.

Моторка с Иваном и Кристианом стартовала и Луис Тонго задумчиво смотрел ей вслед, когда внезапно запищал сигнал тревоги сонара. Капитан Энрике, который уже заканчивал снимать поврежденную лопасть, выругался и приказал помощнице:

– Лора, поднимать аппарат!

– Чем грузить? – деловито поинтересовалась девушка.

– Напалмом, – решил капитан. – Атлантов надо отпугнуть. У меня еще возни полчаса, не меньше.

Глава 16

Эль Капитано

Стряхнув с хвоста чертов «Аллигатор» русских, увязший в перестрелке с чужим катером на воздушной подушке, команда Эль Капитано на трех моторных плотах старательно петляла по прилегающим улицам, чтобы сбить со следа возможного преследователя. Оставалось надеяться, что патруль не сумел взять правильного направления: в окрестностях имелась масса интересных локаций, к которым могла двигаться команда мародеров. По мнению военных, едва ли она могла направляться в сторону Централ-парка — огромного и пустынного пятна мутной воды на севере города.

Покрутившись среди комплекса зданий Рокфеллер-центра и проплыв над затопленным атриумом Музея современного искусства, наемники все-таки выбрались к Трамп-тауэр – цели экспедиции.

Трудно было поверить, что такая массивная и ребристая ступенчатая пирамида, выстроенная с учетом вероятных на Восточном побережье сейсмических толчков, могла быть разрушена ударом морской волны, пусть даже гигантской. Подавляющее большинство манхэттенских небоскребов не только устояли во время Атлантических событий, но даже, как совсем недавно убедился Эль Капитано, сумели сохранить часть стекол.

Самое удивительное, что после удара стихии на Башне Трампа сохранились отдельные грушевые деревья, по замыслу архитектора высаженные на ступенях пирамиды после завершения строительства. Однако факт был налицо: как и говорил Папаша Пак, верхняя часть небоскреба была словно криво отбита гигантским молотом. Возможно, в верхнюю часть Трамп-тауэр врезался массивный сухогруз, танкер или крупный военный корабль, унесенный волной цунами с рейда Нью-йоркской бухты. В этом случае, конечно, уже никакая сейсмоустойчивость не могла спасти здание.

– Ты уверен, что апартаменты твоего бывшего босса не пострадали? – хмуро спросил Матвеев у Хадсона. – Смотри, тут же полздания своротило напрочь!

– Ну, не полздания, не надо преувеличивать, – бодро откликнулся мистер секретарь. – Максимум полтора десятка этажей. Оно и само-то по себе не было высоким, как небоскреб. На месте апартаменты босса, не беспокойся… – Он озабоченно задрал голову, на всякий случай считая сохранившиеся этажи.

Огромные каменные завалы вокруг Трамп-тауэр, торчавшие из воды подобно рифам, не давали в него проникнуть. Они высились у стен как неприступные скалы необитаемого острова. Если в Башню Трампа и врезался сухогруз, то определенно не один, а добрый десяток, причем с разных сторон одновременно. Или как минимум пара авианосцев.

В принципе, удобнее всего было бы высадиться на разрушенные этажи с вертолета, но Матвеев прекрасно понимал, что воздушное судно, в отличие от малозаметного водного, не имеет совсем никаких шансов безнаказанно добраться до центра закрытой зоны Нью-Йорк. В воздухе нарушителя собьют сразу. Путешествие к Трамп-тауэр на вертолете или гидросамолете стало бы совершенно неоправданным риском без малейшей надежды на успех.

– Такое ощущение, что верхние этажи тупо подрывали мощными направленными зарядами, – проворчал Федор. – Причем во все стороны сразу, чтобы завалить любые возможные подходы к зданию.

– Не исключено, – легко согласился секретарь Хадсон. – Всякие люди тут жили, включая нескольких миллиардеров. Могли и обезопасить милые сердцу безделушки в своих апартаментах после Атлантического инцидента, причем самыми радикальными способами. Тогда всем казалось, что проблемы скоро закончатся, Нью-Йорк вот-вот просохнет и вещи из Башни Трампа можно будет забрать. Но сначала следовало сделать так, чтобы их не забрали другие…

– Никогда не понимал удовольствия – будучи миллиардером, жить в одном из самых поганых городов мира… – Шотландец Мюрич Макфарлейн сплюнул.

– У нашего старика были вполне комфортабельные апартаменты, – снисходительно пояснил Хадсон. – Если перемещаться по центральным улицам на машине с кондиционером и шофером из дома прямо в офис, в рестораны и на бродвейские шоу, не спускаясь в крысиное метро и не появляясь в бедных кварталах, вполне можно было жить и в Нью-Йорке. Мы ведь не предполагаем, я надеюсь, что миллиардеры и звезды стали бы жить в Квинсе, Гарлеме или, к примеру, Джамейке? Нью-Йорк – большой город и в основной массе был удивительной помойкой, но местами – реальным парадизом на земле. Бейонсе, Роберт де Ниро и Джанет Джексон, к примеру, когда-то очень неплохо устроились в этом самом здании.

– Ладно. В любом случае, полностью ребята свои богатства обезопасить не смогли, – заметил Матвеев, с грехом пополам высадившись на наклонную бетонную плиту возле самой стены, качнувшуюся у него под ногами, и озабоченно заглянул через узкую трещину между плитой и пустым оконным проемом в полузатопленный обширный зал с эскалаторами на первом этаже. Покачал головой. – Шкуродер! Одно неосторожное движение, и ты засыпан бетонными обломками. Но попытаемся просочиться. Выгружаем оборудование, плоты втаскиваем на плиту. Каждый берет по стволу, желательно такого крупного калибра, чтобы его при всем желании невозможно было засунуть в задницу, а лучше по два, и шагаем наверх. В апартаменты миллиардера, за ключами. Лифты ведь оживить невозможно, я правильно понял? – Эль Капитано посмотрел на Хадсона.

– Невозможно, – согласился тот. – Да даже если бы и было возможно, я на лифте не поехал бы. Слишком велик риск застрять в нем навсегда. Ремонтную бригаду уже не вызовешь. – Секретарь миллиардера внимательно посмотрел на Матвеева. – А зачем нам наверху столько народу, да еще и с оружием? Карабкаться придется долго.

– Видишь ли, – снисходительно пояснил Федор, – морские черепахи, крокодилы и другие хищные амфибии предпочитают откладывать яйца на суше или на мелководье. Так что полузатопленное здание посреди залива для них – отличный инкубатор.

Хадсон побледнел и сразу перестал умничать.

– Вот, – удовлетворенно произнес Эль Капитано. – Итак, мистер Хадсон прокладывает дорогу. А мы все следим, чтобы по дороге его нечаянно не сожрали. Всем понятно?

– Был бы у нас катер – ты остался бы его сторожить, – рассудительно заметил Матвеев. – Но катера у нас больше нет. Домой хочешь, а дома денег? Пошел наверх, ублюдок!

Повинуясь командам Матвеева, наемники быстро выгрузили оборудование, спасенное из сгоревшего катера, и принялись пропихивать его через «шкуродер» внутрь здания. Затем полезли в здание сами. Первой пошла Бандана как опытный истребитель морских тварей, которых запросто можно было обнаружить внутри. Эль Капитано пошел бы сам, но ему нужно было проследить за тем, чтобы снаружи не осталось никаких следов, которые мог бы обнаружить случайный патруль – если бы наемников застукали внутри здания, сбежать они уже не смогли бы. Метис Тремоло и кореец Пак быстро растянули маскировочную сетку и двумя кусками укрыли все три плота, а третьим – шкуродер в стене, через который предварительно пролезли внутрь. Теперь единственный вход в здание невозможно было обнаружить не только с воздуха, но и с воды – если не подплывать совсем вплотную.

Внутри было непроглядно сумеречно и сыро. Холл с эскалаторами не ушел под воду целиком, но мутная вода и бетонные глыбы снаружи заслонили большую часть поверхности окон, почти не пропуская внутрь и без того скудный дневной свет, а искусственное освещение, разумеется, давно не работало за отсутствием электричества. Через узкую трещину между стеной и обрушившимися блоками стенной облицовки наемники сумели спуститься на верхнюю часть одного из неподвижных эскалаторов, торчавшую над водой.

Эль Капитано поднял голову и тут же подобрался, натолкнувшись взглядом на напрягшуюся фигуру Банданы, которая стояла спиной к нему, сжимая в руках автомат Калашникова сто четвертой модели.

– Сглазил, – с досадой проговорила она, снимая оружие с предохранителя.

Эскалатор на дальнем конце холла кишмя кишел тварями, похожими на морских панцирных крокодилов. Там и тут виднелись кладки сероватых яиц, напоминавших страусовые. Завидев людей, твари атлантов начали одна за другой плюхаться в воду и устремляться к замершим у стены наемникам, словно торпеды.

– Бить наверняка, – вполголоса распорядился Матвеев, – патроны беречь. Других нам взять будет неоткуда.

С двух сторон отрывисто захлопали автоматы Касты и Мюрича.

– Отставить! – рыкнул Матвеев. – Сказал же!.. Не стрелять, пока не полезут на сушу!

Мало того, что в воде пули быстро теряли убойную силу, потому что их скорость гасилась в плотной среде, так еще и вести огонь приходилось по неудобным целям, напоминавшим распластавшегося на земле человека. Не зря бывалые люди предпочитают быстренько залечь, заслышав внезапную стрельбу – в такой позиции риск схлопотать пулю минимален.

Над поручнями эскалатора внезапно показалась зеленая голова с огромными выпученными глазами – уродливая пародия на человеческую. Желтые кошачьи зрачки сузились, оценивая обстановку. Затем на поручень легла когтистая кисть руки с перепонками между пальцев, а рядом – ствол «Кольт коммандо» CAR-15.

– Ихтиандр! – гаркнул Эль Капитано и выстрелил в направлении крокодильего эскалатора, но двуногий монстр успел убрать голову за бортик, и пуля лишь выщербила пластик из ступеньки. – А вот этих бьем сразу! Не даем высунуться!..

Аквамен все же сумел высунуться и едва не прострелил грудь Касте, пока наемники пытались переварить два противоположных приказа командира – стрелять и не стрелять по штурмовикам атлантов одновременно. Однако люди в любом случае были лучшими стрелками, нежели ихтиандры, начавшие осваивать огнестрельное оружие всего несколько лет назад. Перепончатые лапы и зеленая голова разлетелись вдребезги от множественных пулевых попаданий, «коммандо» упал в воду и камнем ушел на дно.

Привлеченные шумом, в конце зала показались еще два аквамена. У одного был винчестер, у другого – ручной пулемет. Едва ли они охраняли местную крокодилью ферму – просто случились рядом. Где одна атлантическая тварь, там всегда где-то рядом и другая. Наемники кинулись в разные стороны, когда длинная и кривая пулеметная очередь разорвала ступени эскалатора у них под ногами.

Эль Капитано залег на бетонном карнизе над эскалатором и открыл огонь по противнику короткими расчетливыми очередями. Огненная строчка по диагонали перечеркнула живот твари с пулеметом, и та мигом выбыла из стрелкового состязания. Высунувшись по пояс из своего укрытия, ихтиандр с помповым винчестером тоже попытался соревноваться с Матвеевым в точности и скорости стрельбы, но за мгновение до выстрела его достала Бандана, которая с ловкостью обезьянки вскарабкалась на балюстраду у эскалатора и с громоподобным грохотом бабахнула из дробовика. Последний аквамен лишился головы, а вот Эль Капитано свою, напротив, сохранил.

Тем временем самые энергичные крокодилообразные рептилии уже достигли торчавших из воды ступеней эскалатора, на котором укрепились наемники, и полезли наверх. Ребята Матвеева наконец включили мозги и встретили наседавших тварей дружным залпом из всех стволов. Как и предсказывал командир, стрельба в упор оказалась гораздо эффективнее одиночного огня по площадям. Во-первых, нижняя часть головы и брюхо атакующих тварей, старательно карабкавшихся на ступеньки, не были защищены панцирем… ну и, собственно, этого оказалось вполне достаточно, чтобы не искать никакого «во-вторых». Крокодилья плоть разлеталась кровавыми брызгами, и вскоре в акватории первого этажа Башни Трампа не осталось ни одной живой твари, кроме людей. По воде лениво расползалось огромное кровавое пятно.

В противостоянии со свинцовым дождем биологические боевые машины атлантов неизменно проигрывали. Но когда этой агрессивной биомассы было слишком много, а так случалось очень часто, людей не спасал никакой свинцовый дождь. Эль Капитано пару раз был свидетелем такой самоубийственной банзай-атаки, в результате которой штурмовики атлантов, буквально закидав противника собственными трупами, сносили к черту оборонительные ряды людей. Основная проблема тут состояла в том, что атланты никогда не испытывали особой нехватки в живой силе, которой они затапливали чужие огневые точки. Биологическое оружие не стоило им ничего, оно росло само по себе, и росло быстро, поэтому сколько боевых тварей погибло во время атаки, инопланетян не волновало: они всегда могли за бесценок наплодить новые полчища послушных монстров.

Оскалившись, секретарь Хадсон принялся поливать пулями кладки эффектно лопающихся крокодильих яиц, и делал это до тех пор, пока Матвеев не велел ему прекратить истерику.

– Ладно, – хрипло произнес Эль Капитано, когда последняя морская тварь в холле Трамп-тауэр всплыла кверху брюхом. – Теперь все делаем очень быстро. Если даже нашу канонаду не услышал какой-нибудь патруль, то сюда все равно уже движутся собратья этих акваменов.

Бандана угрюмо кивнула. Подразделения

– Команда аквалангистов остается здесь, – распорядился Федор. – Готовьтесь к погружению, готовьте оборудование. Если нагрянут морские гости, попытайтесь их остановить. Не получится – отступайте наверх, по лестницам они ползают плохо. Если заглянет на огонек миротворческий патруль, сдавайтесь ко всем чертям, не изображайте капитана Бишопа. Папаша Пак вас потом вытащит, скорее всего. Только нас не палите, и плоты тоже. В оба смотреть! Остальные с мистером Хадсоном – наверх за ключами…

«Остальными», кроме него самого и мистера Хадсона, оказались метис Тремоло, Мюрич Макфарлейн и голубовласая хакерша Каста.

Подъем вышел утомительным. Нижние этажи Трамп-тауэр занимали отсыревшие офисы, несколько кафе, ресторан и отель, в помещениях которых могли скрываться водные чудовища. Выше пошли богатые апартаменты.

Эль Капитано опасался, что солидную дверь на пожарной лестнице, ведшую на элитные уровни, придется взрывать, и даже припас пару зарядов, однако та оказалась распахнута настежь, да еще и заклинена. Видимо, в тот момент, когда вал исполинского цунами уже вошел в Нью-йоркскую бухту, отсюда в панике бежали люди. Не факт, что сами миллиардеры и звезды, но в их апартаментах наверняка было полно обслуживающего персонала. Возможно, одним из этих беглецов был и мистер Хадсон. Хотя нет, едва ли кто-то из тех, кто пешком убежал из Трамп-тауэр, сумел пережить удар волны цунами гигантской высоты. Миллиардер Маттесон, босс Хадсона, не сумел вот, хотя навернякаубегал в машине представительского класса с личным шофером.

В любом случае путь в покои бывшего босса Хадсона был открыт, и наемники Папаши Пака спокойно проникли внутрь.

Брошенные апартаменты Маттесона будоражили воображение, однако Матвеев не сказал бы, что они так уж фантастичны, как ему представлялось в Лас-Вегасе. Скажем так: апартамены миллиардера не превосходили потенциальный домик Эль Капитано в Крыму (или под Ханчжоу) во столько же раз, во сколько банковский счет миллиардера превосходил банковский счет Эль Капитано. Матвеев вполне понимал, конечно, что на каком-то этапе фантазия супербогатого человека, выстраивающего себе комфортную жизнь, неизбежно заканчивается – даже если не упрется в какие-нибудь золотые унитазы или бассейны с прозрачным полом на балконе пентхауза.

Бассейнов у миллиардера Маттесона не было. Да, имелась ванна-джакузи такого размера, что ее можно было перепутать с небольшим прудиком, но и только. Да, гигантская столовая сообщалась с кухней через широкую барную стойку – но у себя в домике Матвеев для простоты сделал бы все примерно так же. Да, потолки оказались весьма высокими, да, было много воздуха и свободного пространства, да, на стенах висели картины, даже издали источавшие аромат подлинности – но вот, в общем-то, и все. Современная промышленность создала множество дешевых отделочных материалов, на первый взгляд не отличающихся от благородных, а уникальные изыски дорогого дизайна обычно оставляли Федора равнодушным. Возможно, ковровое покрытие в спальне стоило неимоверных денег, но Матвеев не мог различить этого на глазок и, соответственно, совершенно не комплексовал по этому поводу.

Из окна, вероятно, открывался в свое время волшебный вид на Центральный парк и окрестности, но теперь там было огромное озеро – и, хоть этот пейзаж тоже представлялся довольно впечатляющим, Эль Капитано ни за что не заплатил бы за него бешеные деньги, как бывшие здешние обитатели.

Он помнил, что когда-то, еще в прежней жизни, вид на Центральный парк из окна квартиры при прочих равных условиях добавлял к стоимости недвижимости лишние сотни тысяч и даже миллионы долларов – тогда, когда доллар еще чего-то стоил. Чтобы легче было понять современному человеку: вид на Центральный парк стоил лишних сотен тысяч и даже миллионов юаней. Смешно звучит, конечно, в то время как шикарный двухэтажный особняк на берегу Байкала с видом на девственную сибирскую природу стоит всего три миллиона новых рублей, Матвеев уже приценивался (их с Пакитой комната наверху, комната Банданы внизу). Теперь элитная недвижимость в затопленном Нью-Йорке не стоила ничего вообще, хоть с видом, хоть без вида.

– Вот тут и обитали небожители, – благоговейно произнес Хадсон, шлепая по липкой зеленой грязи, в которую превратилось ковровое покрытие.

– Мне насрать, – лениво отозвался Эль Капитано, уже понявший, что элитным апартаментам поразить его воображение сегодня не удастся. – Где ключ от ячейки?

– Сейчас. – Хадсон бережно провел ладонью за одной из картин, висевших в холле, перепачкав руку плесенью. – Подлинный Веласкес, между прочим…

– Мне насрать, – снова констатировал Матвеев, пристально наблюдая за Хадсоном. – Слишком большой, серьезно поврежден сыростью, малотранспортабелен, продать будет сложно. Не интересует.

– А это Дега. Тоже подлинный. А еще где-то должна быть коллекция китайского фарфора и редких монет. Очень ценная…

Эль Капитано не выдержал:

– Ближе к делу! – прорычал он. – Сначала бриллианты, бонусами займемся, если останется время!

Секретарь миллиардера провел рукой за другой картиной и торжествующе воскликнул:

– Ага! Вот ключ.

Он протянул искомое Матвееву. Тот недоверчиво посмотрел на его ладонь: ключ от ячейки хранилища, содержавшей сокровище, мало чем отличался от ключа замка в питерской холостяцкой квартире Эль Капитано. Маленький, серебристый и плоский. Ну, может, сломать его было не так просто; определенно, другой металл.

– Ячейка сто пятьдесят четыре, – произнес Хадсон. – Помните? Затопленное хранилище на подземных уровнях Башни Трампа.

– Я помню, – отозвался Федор. – Теперь все вниз.

Когда Матвеев вышел на лестницу, Тремоло беззвучной тенью оказался рядом.

– Капитано, – едва слышно произнес метис, чтобы не услышала Каста, которая уже начала спускаться, – присматривай за корейцем. Я его не знаю, он не наш. Не в курсе, кто его навязал Папаше и за каким чертом, но Папаша явно обеспокоен. Велел глаз с него не спускать. Короче, присмотри во время погружения за корейцем, пока я буду наверху. Не давай ему совать нос в камешки, понял?

– Обычная процедура, – пожал плечами Матвеев. – Я не первый раз работаю. Расслабься.

– Нет, не обычная. – Тремоло взъерошил свои короткие волосы. – В общем, слушай меня, Капитано. Тебя в Вегасе выпасала китайская разведка. Плотно

– Да ты у нас знатный аналитик! – удивленно приподнял бровь Эль Капитано.

– А Папаша не приближает к себе дебилоидов, – безмятежно пояснил Тремоло. – Даже в уличные боевики не берет. Элитный боец Пака должен уметь мыслить быстро, здраво и нестандартно. Многих сбивает с толку, что я слишком большой и слишком похож на Дэнни Трехо, – а значит, такой же тупорылый дуболом. Но по правде сказать, Трехо тоже далеко не идиот. Перекинулся я тут с ним парой ласковых, он нынче пашет бригадиром у Тоси Кудзы, хоть и старенький уже, держит своих ребят в кулаке – говорят, до начала актерской карьеры у него был обширный опыт по ограблению магазинов, во всех тюрьмах Техаса успел посидеть по молодости лет…

– А скажи-ка мне, аналитик, почему же вы с Папашей ничего мне не сказали насчет того, что меня выпасает китайская разведка? – безразлично спросил Федор.

– Потому! – отрезал метис.

– А все-таки? – поощрил Матвеев.

– Это что-нибудь изменило бы?

– Лучше бы я знал об этом заранее.

– Тогда бы ты не поехал в Нью-Йорк.

– Нет, пожалуй.

– Это был бы совсем не деловой разговор.

– Понимаю. – Эль Капитано посмотрел вниз. – Где Хадсон? Уже спускается? Я его за твоими разговорами упустил из виду.

– Да вроде бы… – Тремоло похлопал себя по подсумку. – Вот черт! Фонарик забыл, когда ванную осматривали. Положил на полку под зеркалом… Я мигом!

– Если ты решил забрать подлинного Веласкеса, то забудь, – заявил Матвеев, начав спускаться. – Когда ты вырежешь его из рамы и свернешь в трубку, красочный слой растрескается и станет осыпаться. Мы с ребятами в Орландо уже пытались брать картины – ноль толку.

– Я не мародер, – криво ухмыльнулся метис и значительно повысил голос: – У меня в этой миссии только одна цель – та, которую поставил босс. По мелочам я палиться не собираюсь.

– Тогда забирай свой фонарик и живо вниз, – Эль Капитано тоже повысил голос. – Когда мы с девками будем под водой, надо, чтобы кто-нибудь наверху страховал нас от прорыва тварей.

– О’кей, командир.

В дверях появился вспугнутый их зычными голосами секретарь Хадсон. Зыркнул недобро на стоявшую на лестнице парочку, неторопливо зашагал вниз. Тремоло задумчиво посмотрел ему вслед, потом сунул два пальца в узкий карман на плече и хлопнул себя по лбу:

– Карамба, вот он! Я просто запихнул фонарик не в тот карман. Не надо возвращаться. Можно идти!

Матвеев пристально посмотрел на Тремоло, понимая, что фонарик не при чем – метис просто не хочет оставлять Хадсона без присмотра в апартаментах его босса. Любопытно, любопытно.

Спустившись в холл здания, где дожидалась команда аквалангистов, Эль Капитано, не смущаясь окружения, быстро разделся догола и начал натягивать прорезиненный гидрокостюм. Все остальные, кого ожидала работа, уже были в костюмах; дожидались только его.

В затопленное хранилище Трамп-тауэр, в котором босс Хадсона хранил бриллианты, должны были идти Матвеев со своими девчонками и взломщик сейфов кореец Пак. Помощь Пака была необходима: во-первых, непонятно, как обстояли дела с дверями в само хранилище, а во-вторых, ячейки скорее всего открывались двумя ключами одновременно – хозяйским и хранившимся у охранника. Такая система не позволяла злоумышленнику воспользоваться украденным или потерянным ключом от ячейки. У Матвеева имелся только один ключ – работу второго придется делать взломщику.

Хадсон под воду не пошел, это было договорено еще в Лас-Вегасе: внизу он все равно был без надобности, ибо заранее выложил все, чем мог быть полезен. Секретарь, метис Тремоло, Мюрич Макфарлейн и хакерша Каста остались наверху – охранять этаж от нежелательных гостей с перепонками.

Глава 17

Иван Доу, Влад Рогов

Туман окутывал Ивана и Кристиана, опустивших стекла шлемов, со всех сторон, через него приходилось прорываться, словно через липкую паутину. Эта паутина укутывала весь город, бесконечные ряды разрушенных зданий с пустыми окнами, груды обломков и выцветшие рекламные щиты.

А еще – тишина. В мертвом гордое царило полное безмолвие, лишь гудел водометный двигатель, расплескивая воду. Но долго тишина не продлилась.

– Что ты затеял? – спросил наконец Крис. – С чего ты решил сорваться с места, с риском попасть на зуб морским тварям? Это же все не просто так?

– Не просто, – подтвердил Иван и достал полученный от нечистого на руку агента САБР навигатор.

– Появился сигнал? – догадался Крис.

– Именно.

Помощник сосредоточенно спросил:

– И что это меняет?

Торговец оружием вздохнул.

– Многое. Сигнал появился, но довольно быстро пропал. Что интересно – пропал он за несколько минут до того, как мы наткнулись на те моторные лодки.

– Вот как? – прищурился Липке. – Полагаешь, миротворцы прижали наших конкурентов?

– Полагаю.

– И вряд ли ребята отправились в Нью-Йорк на надувных лодках, верно?

– Именно.

- Значит, блок у них на катере… - Кристиан помолчал. – Иван, даже если миротворцы пустили на дно их катер, нам-то что с того? Ты ведь не собираешься нырять за блоком?

Торговец оружием заржал. В тумане тихо плеснуло, и он тут же осекся. На этих территориях шуметь не стоило в любом случае.

– Нет, не собираюсь. Пока не собираюсь. Но добраться до большой земли на моторных лодках крайне затруднительно. Если наши конкуренты действительно лишились основного средства передвижения, у нас появляется неплохой козырь на переговорах. Вода здесь стоит неглубоко, затонувший катер мы сразу заметим.

– Не будет никаких переговоров, – хмыкнул Кристиан. – Либо мы, либо они. Это же касается синдиката.

– Ты так уверен, что Луису

– Возможно, не сейчас. После возвращения.

– Ерунда.

– Один раз ему уже приказали вывезти нас в пустыню, – напомнил Липке. – Что изменилось с тех пор? Блок мы не вернули! Так, может, не стоит идти на убой? Давай выйдем из игры! Если сорвем куш, вполне сможем перебраться в Европу. Альпы не затоплены. Свежий горный воздух, фондю, лыжи. Чем не жизнь, а?

– Не жизнь, – спокойно ответил торговец оружием. – Для меня это не жизнь. Мне нравится моя работа. Я знаю всех, все знают меня. Меня уважают. Гнить в каком-нибудь захолустье, дожидаясь визита посланника синдиката? Крис, это не для меня!

– Адреналиновый наркоман!

– И потом: как отнесутся к этому остальные?

– Эйрин прислушается к тебе. Патрик прислушается к ней. Остальные… – Липке пожал плечами. – От остальных придется избавиться.

– Так дела не делаются.

– Лучше сыграть в ящик, плывя по течению? Синдикату мы не нужны.

– Посмотрим, – вздохнул Иван Доу, протирая бронестекло.

Мелкая морось оседала на одежде, встречный ветер налетал неуютной прохладой. Туман откровенно действовал на нервы. Он хорош, когда скрывает твое убежище, а когда ты плывешь через него на утлой лодочке, то в голову невольно закрадывается вопрос: а не скрывается ли в этой молочной белизне кто-то еще? Быть может, совсем рядом скользит страшный монстр, а ты и не узнаешь об этом, пока не станет слишком поздно…

Торговец оружием нервно поежился, откинул щиток и поднес к глазам окуляры тепловизора. Никого и ничего. Но расслабляться не стоило: скользящих под водной гладью холоднокровных тварей в тепловизор не разглядеть.

– Ты уверен, что нам стоит соваться в Башню, а не перехватить конкурентов с товаром? – вкрадчиво нарушил молчание Кристиан Липке некоторое время спустя.

– Уверен, – отрезал Иван Доу.

– Как скажешь, – вздохнул в ответ помощник. – Только время заря потратим, так я тебе скажу.

– Видно будет.

Удар стихии не оставил Башне Трампа ни единого шанса. Под натиском мощной волны небоскреб обломился и торчал теперь жалким огрызком прежнего величия. Пятьдесят восемь этажей стекла и стали превратились в двадцать этажей искривленных балок и растрескавшихся плит перекрытий. Соседнее здание и вовсе снесло подчистую, оно рухнуло, полностью завалив улицу между высотками, и теперь вокруг Башни громоздилась непроходимая груда обломков. Подобраться к ней вплотную и тем более попасть внутрь представлялось на первый взгляд делом совершенно нереальным, даже при наличии альпинистского снаряжения.

Кристиан Липке выключил двигатель, и потерявшая ход лодка закачалась посреди улицы, на удалении от торчавшей из воды арматуры.

– Что скажешь? – спросил он, когда торговец оружием внимательно оглядел в тепловизор соседние дома.

– Чисто, – ответил Иван и достал рацию. – Мы на месте, ищем пункт наблюдения.

Не став дожидаться ответа, он оборвал связь и осмотрелся по сторонам, оценивая масштабы разразившейся катастрофы. По уму стоило привлечь сразу несколько команд, одной контролировать оставшуюся от Башни гору обломков было не под силу.

– Не все так плохо, – не разделил сомнения торговца оружием Кристиан. – Кто бы ни собрался внутрь, они будут искать лучшую точку входа, а значит, сделают полный круг. Мы их заметим.

– Логично, – кивнул Иван, решив оборудовать наблюдательный пункт в угловом здании на другой стороне перекрестка. – А теперь поедем-ка проверим место на Пятой авеню, где включали «Антиатлант»…

- Риск, - сказал Кристиан.

- Бабло, - пожал плечами Доу.

Липке вздохнул, завел двигатель и развернул лодку.

Вскоре они обнаружили по левую руку высотное здание, как-то вдруг проявившееся из затянувшего улицу тумана. Все стекла в нем на уровне воды были целыми, кроме одного, высаженного целиком.

– Сбавь ход! – велел Иван. – Не так далеко метка сигнала. Похоже, здесь у наших приятелей случилась та самая легендарная стычка с патрулем, и они решили укрыться в небоскребе, протаранив окно. Рисковые ребята!

Кристиан выключил двигатель, и лодка почти бесшумно заскользила по спокойной воде. Иван Доу осмотрел непроглядную белую пелену тумана в тепловизор и не заметил ничего подозрительного. Потом принюхался и спросил:

– Гарью пахнет?

– Не чувствую, – отозвался Липке.

Торговец оружием перегнулся через борт, обнаружил на поверхности воды радужное масляное пятно, вытекающее из разбитого окна, и вновь сверился с навигатором.

– Приплыли, – негромко проговорил он, разглядев полностью выгоревший нижний этаж небоскреба. Насчет причин возгорания сомнений у него не осталось ни малейших – стена здания вся была в пулеметных отметинах. Кажется, тут недавно случилась небольшая война.

– Мы ведь не полезем туда? – с тревогой спросил Кристиан.

– Почему? – удивился Иван.

– Потому что внутри уже гробанулось целое судно! – вполголоса гаркнул Липке, стараясь не потревожить воплем возможных подводных жителей.

– Я должен знать, что случилось с «Антиатлантом», – отрезал Доу. – Может быть, его удастся эвакуировать. Ну, пошел – малый вперед!

Под ворчание Липке лодка аккуратно вползла в пустой оконный проем. Иван сразу узнал знакомую антенну – она торчала из воды, вознесенная над затонувшей палубой на металлической мачте.

– Удача! – обрадовался он. – Кажется, они просто бросили прибор на затонувшем катере. Теперь остается только… Ах ты ж, черт!

Обнаружив, что антенна драгоценного прибора расколота крупнокалиберной пулей, а основной блок и вовсе находится под водой в рубке затонувшего катера, Доу сразу понял, что попытка поднять и реанимировать замкнувшее устройство станет пустой тратой времени: восстановлению оно не подлежало.

– Ясное дело, – буркнул Крис Липке. – Исправный «Антиатлант» они бы тут не оставили.

– Черт с ним! – рявкнул торговец оружием. – Значит, они заплатят нам за него камешками! Давай выводи нашу посудину отсюда! У меня от этой вони голова болит...

Когда они выбрались наружу, Липке задумчиво произнес:

– Стало быть, транспорта у них больше нет…

– Похоже на то, – отозвался Доу. – И это наш козырь. Как-то им придется отсюда выбираться.

– Скорее, джокер, – поправил Крис. – Совершенно непонятно, что из этого получится…

Помощник хотел добавить еще что-то, когда под стеной небоскреба внезапно резко качнулась спокойная до того гладь воды.

Липке рывком до упора выкрутил ручку газа, лодка прыгнула вперед, и стремительно поднявшаяся с глубины кистеперая рыбина пятиметровой длины совсем немного промахнулась встопорщившимся гребнем мимо резинового борта. Нелепо взмахнув руками, Иван завалился на днище, но сразу перевернулся на живот, выхватил из ящика гранату и через плечо бросил ее в воду.

Фонтан

– Гони! – крикнул он, цепляясь за страховочную ручку.

Липке взял самую малость правее того места, где упала граната. Взрыв вспенился прямо за моторкой, ее сильно рвануло из стороны в сторону, но Крис сумел удержать управление и погнал лодку на Колумбус-серкл, рассчитывая при необходимости укрыться внутри одного из выходивших на площадь огромных зданий. Впрочем, не пришлось – оглушенная кистеперая тварь всплыла за кормой брюхом кверху.

– Давай обратно к Башне! – распорядился торговец оружием, вытаскивая из ящика очередную гранату.

Кристиан зло глянул в ответ, но претензий насчет опасности водного путешествия предъявлять не стал и уже знакомой дорогой погнал лодку к Трамп-тауэр. Там немного покрутился, выискивая заезд во двор приглянувшегося Ивану здания на другой стороне перекрестка, высадил Доу в одно из окон, сам привязал лодку и забрался следом.

В помещениях сильно пахло плесенью и сыростью. Если со стороны здание казалось просто заброшенным, то изнутри оно выглядело абсолютно мертвым и полуразложившимся. Именно такая мысль проскользнула у Ивана, когда он прошелся по дому, выискивая комнату с лучшим обзором. Будь его воля, он бы поднялся на крышу и расположился на свежем воздухе, но рисковать лишний раз привлечь внимание патруля не стоило, и в итоге торговец оружием встал с тепловизором у одного из выходящих на перекресток окон. Крис уселся на поваленный шкаф и распечатал сухой паек.

– Будешь? – спросил он, разламывая галету пополам.

– Давай, – согласился Доу, но только протянул руку, как захрипевшая рация выплюнула:

– Иван, мать вашу, вы там где вообще?!

А на заднем плане – частые хлопки выстрелов.

Эль Капитано

Пак оказался вполне неплох в погружении с аквалангом. Идти с ним в разведку Эль Капитано, пожалуй, не рискнул бы, а вот против дейнозуха вышел бы в команде запросто, особенно с такой огневой мощью. На самом деле давно стоило подыскать для команды замену покойному Чарли, однако Матвеев очень сомневался, что родственник богатого мафиозо Папаши Пака готов с радостью влиться в их тесный коллектив боевых дайверов. Впрочем, Тремоло утверждал, что никакой он не родственник, а китайский разведчик, но принимать на веру все слова метиса определенно не стоило. Их следовало делить на десять, и то как минимум.

На запястье у Пака-младшего, прихваченный пластиковым ремешком, гордо поблескивал в свете фонариков ключ от ячейки 154, обнаруженный Хадсоном в кабинете его босса за драгоценной картиной.

Пользуясь указаниями Говарда Хадсона, доверенного секретаря мистера миллиардера, они вчетвером спустились в воду прямо по парадной лестнице. Нижние уровни были затоплены водой, поэтому без аквалангов здесь было никак не обойтись.

В шикарных подвальных коридорах, в которых когда-то днем и ночью горел свет, теперь царил непроглядный пещерный мрак. Поэтому у каждого дайвера был с собой налобный подводный фонарик. В мутной глубине, выхватываемые из тьмы световыми лучами, стильные интерьеры выглядели зловеще, словно в доме с привидениями.

Да и после многих месяцев, проведенных под водой, коридор уже не выглядел шикарным. Вода — слишком агрессивная и биологически активная жидкость. Роскошная ковровая дорожка вздулась, набухла и покрылась какой-то белесой колышущейся дрянью вроде бесцветных водорослей. Стены, покрытые золоченой краской, почернели — на воздухе они и не подумали бы вступать в реакцию с окружающей средой, а вот под водой стремительно окислились. Белоснежный потолок тоже потемнел.

Коридор был затоплен до самого верха, поэтому дайверы пробирались по нему без труда. Эль Капитано двигался первым, как наиболее опытный подводный пловец из команды. В случае неожиданного столкновения с боевиком атлантов он был готов отреагировать молниеносно. Айтишник Пак мог запаниковать под водой из-за клаустрофобии, да и с девчонками могло случиться всякое. Ведомые прикрывали Матвееву спину, внимательно следя, чтобы из темного простенка не вынырнула внезапно какая-нибудь подводная пакость.

В принципе, морским тварям нечего было делать на нижних затопленных уровнях Башни Трампа. Но откуда-то же они появились на первом сухом этаже?

Техническая лестница, вся в черно-зеленой мути, нырнула вниз, и Эль Капитано, хватаясь руками за покрытые слизью перила, устремился туда. Когда-то в подвал для удобства жильцов ходил лифт, но после грандиозного катаклизма воспользоваться им, как и лифтом на верхние этажи, никто не рискнул бы. Тем более что электричества в залитом водой помещении уже давно не было.

Матвеев опасался, что вход в хранилище придется взрывать. Однако ситуация тут была такая же, как и наверху: все двери оказались распахнуты настежь, а то и подперты диванами. Видимо, когда цунами придвинулось к Нью-Йорку, населявшие Башню миллионеры бросились в хранилище, спасать свои нажитые кровавыми мозолями сокровища. Выйти удалось не всем.

Распахнутые двери определенно указывали на суматошность сборов. В обычных обстоятельствах в хранилище могли быть только один хозяин ячейки и один охранник, за ними дверь закрывалась на банковский электронный замок. Раз этого сделано не было, значит, времени на индивидуальное обслуживание у пришедших не было совсем.

Тела, которые оставались здесь, вымыло волной цунами — либо их просто сожрали заплывавшие сюда морские твари. И в связи с этим нужно было держаться настороже. Конечно, дайверам здорово повезло, что двери не пришлось взламывать, но это означало, что в открытые помещения мог вплыть и затаиться любой хищник. И тут уже приходилось ожидать нападения в любой момент и с любой стороны.

Эль Капиитано раздал сопровождающим автоматы для подводной стрельбы, себе же оставил дробовик. В отличие от открытого моря, в замкнутом пространстве банковского хранилища тот мог быть вполне эффективным против морских тварей — по крайней мере, тварей такого размера, которые могли поместиться в хранилище. Крупного ракоскорпиона или трилобита дробовик просто разорвал бы в клочья. Панцирную рыбу или ихтиозавра он, скорее всего, только разозлил бы, но Матвеев сильно сомневался, что в хранилище поместятся ихтиозавр или панцирная рыба.

Перед подъемом наверх автомат у Пака вполне можно будет забрать назад. Чтобы, как уже было сказано, произвести неизгладимое впечатление на противников, уверенных, что на воздухе оружие для подводной стрельбы неэффективно. А сейчас дробовик для идущего впереди был оружием идеальным.

Эль Капитано вплыл в помещение перед хранилищем. Когда-то здесь были расставлены удобные диваны, на столиках стояли тяжелые сигарные пепельницы, за стеклами старомодных буковых шкафов, которые даже с виду казались увесистыми и солидными, была выставлена

Дождавшись, когда его команда подплывет к хранилищу, Эль Капитано на всякий случай поднял руку, чтобы никто не вздумал соваться в пекло поперед батьки, и неторопливо двинулся внутрь, сторожко поглядывая по сторонам. Чертов налобный фонарик давал слишком мало света, здесь нужен был как минимум прожектор, чтобы подробно осветить все закоулки затопленного помещения. Матвеву приходилось вертеть головой во все стороны, чтобы разглядеть подозрительные места, которые выхватывались из темноты узкой полосой света.

От нервного напряжения Бандана, совсем позабыв о категорическом приказе, сунулась за ним, и Пакита с Паком машинально последовали за ней. Эль Капитано резко развернулся на месте, собираясь осечь их строгим жестом — действительно, если случится что-то непредвиденное, в команде вполне достаточно будет одного покойника.

Однако не успел.

Стремительное движение на периферии зрения он ухватил краем глаза, и дробовик в его руках тут же глухо рявкнул, оставив в районе оружейного ствола серию подводных трассов, окруженных пузырьками воздуха, а в облицовке противоположной стены - целое созвездие неровных отверстий.

На мгновение поток свинца сбил нападавшего с толку, однако в основном прошел мимо. Подводные столкновения с тварями атлантов в первую очередь тренировали периферийное зрение и скорость реакции. Модифицированные, а то и просто сконструированные атлантами морские убийцы были слишком быстры и слишком смертоносны, и всякий, кого их появление не тренировало в скорости, неизбежно оказывался мертв. Простая линейная зависимость.

Это был ночной кошмар ордовикских морей — хищный кальмар из семейства ортоконов, скорее всего, ортоцерас. Чудовищные выпученные глаза размером с суповую тарелку на передней части морды над извивающимися щупальцами, были сурово сдвинуты и придавали жуткому древнему кальмару сердитое выражение, хотя было понятно, конечно, что в ордовикском периоде пугать такой мордой еще было некого, у всех были похожие. Так воспринимало внешность твари современное человеческое подсознание.

А под извивающимися щупальцами, насколько помнил Эль Капитано, у монстра было нечто совсем неприятное — гигантский хитиновый клюв, которым он запросто разгрызал панцири трилобитов. Растерзать в клочья человека подводному чудовищу было на пару движений клюва.

Камероцерас, конечно, был гораздо крупнее и опаснее настоящего ортоцераса, однако генная инженерия атлантов делала жутких монстров из самых безобидных обитателей моря. Кроме того, длинная прямая раковина, в которой древние хищные кальмары прятали тело, была страшно неудобна, она мешала маневрировать, поэтому ортоконы в основном были неторопливыми обитателями глубин, скорее не гнушающимися живой плоти падальщиками и морскими собирателями, чем грозными хищниками.

Однако атлантам не были нужны неповоротливые глубоководные твари, им нужны были мобильные агрессивные солдаты. Поэтому генетически модифицированные ортоконы отличались огромной скоростью и маневренностью. Для подвижности их внушительные раковины загибались теперь на середине наподобие знака вопроса — по крайней мере, так они меньше цеплялись за стены и предметы в замкнутых пространствах. А габариты ортоцераса у атлантов запросто могли достигать габаритов камероцераса. В этом смертоносном конструкторе не было ничего невозможного.

Запасной патрон, напоминавший размерами и силуэтом небольшую бутылку колы, Эль Капитано с самого начала сжимал в левой руке, поэтому перезарядить дробовик он сумел молниеносно, как приучила смертельно опасная подводная служба. Однако второго выстрела не потребовалось.

Угрожающе вздыбив щупальца, возбужденный морской монстр размером с теленка, увернувшись от заряда из дробовика, по инерции вылетел в распахнутую дверь, и Пакита машинально рванула ее на себя, чтобы отсечь опасного противника. Тяжелая металлическая дверь, похожая на люк подводной лодки, подалась очень легко для стального предмета, который провел около года под водой. И прежде, чем ортокон успел развернуться для новой атаки, люк захлопнулся, и сквозь толщу воды донеслись восемь звонких щелчков, практически слившихся в один — вышедшие из пазов засовы надежно расклинили и зафиксировали дверь.

И тут же снаружи донесся глухой и сокрушительный удар — свирепый ортоцерас пытался вернуться в хранилище. Но сделать этого, разумеется, не сумел: толстая банковская дверь надежно оберегала дайверов от щупалец разъяренного чудовища.

Хотя Эль Капитано, конечно, предпочел бы, чтобы у чудовища получилось. И оно сумело вернуться.

Потому что иначе выходило, что они вчетвером наглухо замурованы под водой в основании Трамп-тауэр.

Глава 18

Иван Доу, Влад Рогов

Еще на последнем незатопленном этаже Башни Трампа, перед погружением, Эль Капитано вполголоса предупредил сопровождающих:

- Идем в пекло. Сейчас прибудут карательные силы, которые собираются наказать нас за разгром крокодилов и акваменов. Но другого варианта нет. Либо мы быстро достаем со дна груз, либо драться с морскими тварями придется прямо в хранилище, под водой.

- Справимся, - уверенно заявил кореец Пак. Кажется, слово «страх» вообще отсутствовало в его лексиконе. — Достанем. Быстро.

Девок перспектива сражаться с тварями в подвалах Трамп-тауэр определенно не обрадовала. Но выхода у них действительно не было. Иначе все было зря — вся эта рискованная затея.

Тем более что девки у Эль Капитано были боевые.

Матвеевне стал озвучивать очевидного: что в район событий, кроме морских тварей, могут прибыть патрули союзных войск на боевых катерах. В любом случае извлекать сокровища из хранилища следовало как можно скорее. В темпе вальса, что называется.

Насчет тварей он был абсолютно прав. Имеющие ментальную связь между собой, боевики атлантов двигались в их направлении, чтобы разобраться в причине гибели большого количества собратьев.

Вот только двигались они с севера, со стороны затопленной Уолл-стрит. И между ними и командой Эль Капитано неизбежно оказалась группа Луиса Тонго, прятавшаяся в полузатопленном вокзале Гранд Централ. Группа, в которой находились Иван Доу, Влад Рогов и ирландские наемники О’Рейли — Патрик и Эйрин.

Закончить ремонт капитан Энрике не успел — Лора зафиксировала на сонаре появление гостей:

- Твари по правому борту! Стремительно приближаются! Черт, как много!

- Грузить напалмом! — распорядился капитан.

Девушка оперативно начала вщелкивать в ячейки беспилотного пентакоптера на крыше рубки контейнеры с напалмом, и после загрузки он тут же взвился в воздух.

- Всем смотреть по местам! — раскатился над акваторией рык военного командира Тонго. — Тварей мочить из всех стволов!

В отличие от показаний сонара, на поверхности появление монстров не отразилось никак. Гладь воды по-прежнему была безмятежна, не показывая того, что в ее глубине движутся могучие силы. А увидеть то, что происходит в мутной темной глубине, в полумраке бывшего вокзала было совершенно нереально.

Мощное сотрясение выбило палубу из-под ног наемников. Патрик даже неуклюже покатился к борту, но сумел зацепиться за леер, растопырив руки и ноги.

- Он прямо под катером! — выкрикнула Лора. — Очень большой! Держитесь!

- Кто там может быть?! — заорал Тонго. — Мы не в открытом море!

-Значит, кто-то проскользнул под днище! Кто-то огромный и плоский!

Штурмовики атлантов скользили у самой поверхности, и теперь их можно было разглядеть. Это были палеофисы — доисторические морские змеи. Учитывая, что позвонки у них были приплюснуты, тела подводных чудовищ казались узкими пулеметными лентами, словно у сколопендр, и плавали они, изгибаясь всем телом. Поэтому было нетрудно вообразить, что гигантский подводный монстр, толкнувший катер, тоже относится к их семейству, только оказался гораздо крупнее — допустим, палеофис колоссеус или гигантофис. Эль Капитано приходилось схватываться с такими исполинами размером метров в 12 - 15, и самыми страшными противниками они для него не были. Однако наемники Тонго опыта борьбы с гигантскими морскими змеями не имели, и на них такая тварь могла произвести самое сокрушительное впечатление.

На поверхности начали один за другим возникать лысые черепа акваменов, и наемники разом врезали по ним из автоматов, несколько раз даже попали — брызнули фонтанчики мутной крови и осколки кости. Но в следующую секунду уцелевшие ихтиандры ответили залпом прямо из-под воды.

- Гарпунные ружья! — с изумлением воскликнул врач Кертис Палм, перед носом которого вонзился в стенку рубки и завибрировал, как камертон, металлический штырь.

Как минимум несколько подводных боевиков были вооружены человеческим оружием, и было совершенно непонятно, откуда они его здесь взяли. Не у патрулей же отобрали, в самом деле?

Впрочем, все могло объясняться гораздо проще и паскуднее. Какие-то твари в человеческом обличье просто продали партию гарпунных ружей другим тварям — морским. За крупный глубоководный жемчуг, за золото, поднятое атлантами с затонувших кораблей, за уникальные кораллы, которые можно продать с солидным барышом. Как справедливо замечал Ульянов-Ленин, за хорошую цену бизнесмен готов продать веревку, на которой его повесят. В общем, классно оснащены в Нью-Йорке оказались не только человеческие патрули.

Перед вражеским залпом наемники успели залечь или укрыться за надстройками палубы. Но двоих шквал железных трезубцев все-таки зацепил: Эйрин с размаху приложило метательным снарядом в грудь, так что она едва не перевернулась через голову, а капитану Энрике прибило руку к переборке. С рычанием он вырвал из предплечья металлический штырь, и на доски палубы начала лениво капать багровая кровь.

-Твою-то мать! — в отчаянии заорал Патрик, бросаясь к подруге.

Беспилотник наконец набрал высоту. Ориентируясь на показания камер, Лора подвела его к огневым позициям акваменов, и пентакоптер распахнул крышку контейнера с напалмом. Вниз хлынула огненная струя, движение летательного аппарата и ветер разметали ее в стороны, водную поверхность прочертила смертоносная полоса. Темнота расцвела ослепительно-белыми языками жгучего пламени.

Аквамены тут же передумали всплывать. Водная стихия не была помехой тлеющему напалму, погасить который практически невозможно, поэтому тяжелые сгустки загущенного бензина проваливались в глубину, и если на их пути что-то встречалось, то тем хуже было для встретившегося — куски напалма прилипали к чему угодно и продолжали гореть, в случае столкновения с живой плотью прожигая мясо до кости. Поэтому морские твари, прекрасно знакомые с действием это коварного оружия, бросились врассыпную.

Показаться же на поверхности, пропустив мимо себя пылающий поток напалма, им не позволяло то, что на поверхности бушевал огненный смерч смытых с напалма легких фракций бензина. Они были легче воды и без труда держались на самом верху, как жиринки в супе. И, как положено составной части напалма, продолжали гореть даже под водой, не говоря уже о том, что огромными пузырями выворачивались на поверхность, озаряя окрестности ярким огненным сиянием.

Впрочем, напалм накрыл лишь малую часть вражеских стрелков, и девушка направила беспилотник на второй заход. Вновь пролился с неба огненный дождь, не давая ихтиандрам даже высунуться.

Пентакоптер начал делать новый разворот, и тогда, на мгновение поймав его в неподвижности, несколько трассеров, выметнувшихся из-под воды, пробили ему контейнеры с горючей жидкостью. В небе расцвела пламенная вспышка, горящие обломки беспилотника и пылающие капли напалма с ускорением рухнули в воду, распугав еще одну команду акваменов.

- Следующая порция напалма отправлять за борт вручную! — истерично крикнул Энрике. На избытке адреналина в организме после сквозного ранения руки, на которое в горячке боя он даже не обратил особого внимания,его голос начал ломаться. — Наверх никто не выпускать!

Патрик озабоченно рванул скорчившуюся у борта Эйрин за плечо:

- Какие дела, подруга?!

Та только отмахнулась:

- Чепуха! Ударило в бронежилет. Правда, кинетическая сила офигенная — думала, от удара все кишки изо рта выпрыгнут. Бронежилет пробило насквозь, даже царапнуло меня острием. Но на излете, я в порядке, не беспокойся. Чуть сильнее — и продырявило бы меня к черту...

К счастью, ни одна железяка не попала в резиновую юбку воздушной подушки. Возможно, в этом случае метательный снаряд просто отскочил бы, но проверять это наемникам не хотелось. Потому что если бы он воткнулся и пробил резину, люди остались бы без транспорта, что в залитом водой Нью-Йорке означало верную смерть.

Заработал станковый пулемет — Оскар вопреки словам капитана Энрике, что стрелять в воду безыдейно, чтопули быстро разрушаются и теряют убойную силу в густой среде, лупил во тьме по какому-то объекту, поднимавшемусяс уровня пола. Точно, там ведь еще оставался тот великан, который сотряс катер. И быстро увеличивающееся темное пятно свидетельствовало о том, что он стремительно всплывает.

Морской хищник с плеском поднял над поверхностью воды гигантское рыло. Судя по всему, он был подслеповат, потому что здорово промахнулся мимо катера. Большинство морских тварей не полагались на зрение, предпочитая запах крови раненых животных, и даже генные модификации атлантов были неизбежно основаны на природных прототипах, у которых имелись другие приоритеты, нежели атака катеров на воздушной подушке.

Судя по внешнему виду, это действительно был близкий родственник палеофисов, скорее всего, какая-то огромная разновидность птеросфена — доисторическая или вообще никогда раньше не существовавшая: 12 метров сконцентрированной хищной агрессии и смертельной угрозы. Пулемет Оскара начал работать практически без перерыва, извергая в морду гигантской морской змеи одну свинцовую очередь за другой. Свирепый птеросфен только мотал головой, пытаясь избавиться от странных металлических ос, которые беспощадно жалили его рыло.

Трудно было понять, как он вообще оказался здесь — то ли

При взгляде на доисторических чудовищных тварей моря у человека возникало только две ассоциации. Либо монстры казались рассвирепевшими до предела, либо флегматично хладнокровными: их совершенно не интересовал итог грядущей схватки, потому что он уже предрешен заранее. Птеросфен относился ко второй категории: бессмысленно выпученные глаза и равнодушная морда без каких-либо эмоций.

На самом деле все боевики атлантов всегда были равнодушно спокойными: хищник не сражается, он добывает себе пищу. Но порой перепуганному человеку искренне казалось, что монстры его ненавидят. Взбешенный вид чудовищам придавали совершенно случайные сочетания осей глаз, пасти и ноздрей, которые кажутся подсознанию свирепыми и угрожающими.

Чепуха. Оружию, хоть механическому, хоть биологическому, ни к чему ненавидеть цель, это даже мешает. Глаза вынырнувшего из мутной воды змея совершенно ничего не выражали. Но от этого они не становились менее пугающими. Потому что под этими глазами щерилась в жутком оскале чудовищная пасть с похожими на кривые кинжалы зубами.

Еще несколько мгновений морской змей мотал головой, пытаясь разогнать невидимых пулеметных ос. А потом, неожиданно четко зафиксировав источник угрозы, стремительно ударил головой в направлении пулемета.

Длинное змееобразное тело позволили ему, не вылезая из воды, одним движением стремительно сокрушить головой станковый пулемет и впиться кошмарными зубами в бок стрелка. Оскар протяжно зашипел — оглушительно кричать от боли и ужаса ему уже не позволяли легкие, стиснутые невероятно мощной хваткой змея, которая превышала давление гидравлического пресса. Один небрежный изгиб гигантского вытянутого тела, и птеросфен погрузился в воду вместе с отчаянно бьющимся парнем в зубах.

Луис Тонго сделал молниеносный бросок и сзади ухватил Лору на самом краю борта, обвив ее руками поперек живота:

- Не сегодня, родная! Ты ему уже ничем не поможешь!

Секундой спустя ошалевшая девушка уже и сама сообразила, что в кишащей тварями воде можно обрести только дикую смерть. Луис понимал, что сейчас ее страшно искушает бочка, на которую он только что опирался ногой. Однако ясно было, что если обрушить на голову морскому змею поток напалма, это лишь прикончит Оскара на полминуты быстрее, чем если не делать ничего — и прикончит не мгновенно, а в невероятных и диких огненных мучениях, которые не идут ни в какое сравнение со страшной смертью в пасти морского хищника.

Поэтому, рыдая от отчаяния, вместо напалма она обрушила на погружающуюся морскую змею серию автоматных очередей. Хотя если уж хищную тварь не смог остановить пулеметный огонь, то уж тем более ей вряд ли мог серьезно повредить огонь автоматный.

- Они вывели из строя два наших крупных оборонительных объекта — пулемет и беспилотник, - бесстрастно прокомментировал аквалангист Влад Рогов, выцеливая следующего аквамена. — Это значит, что сейчас они атакуют. Они не тупые звери, у них инстинкт комбатантов…

И твари атаковали.

Палеофисы использовали друг друга как трамплины: один подныривал под другого и резко выталкивал его головой под хвост, а второй, вытянувшись, как струна, взмывал над поверхностью воды и всем телом обрушивался на катер. Отчаянно ругаясь в голос, наемники палили по ним влет из автоматов и дробовиков, сбивая непрошенных гостей потоками свинца.

Однако вскоре выяснилось, что морские змеи выполнили прекрасную операцию прикрытия. Пока им удавалось отвлекать внимание людей, на борт катера, пользуясь свисавшими канатами и шторм-леерами, начали сноровисто, по-обезьяньи, вскарабкиваться аквамены. Наемников пока спасало лишь то, что боевики атлантов были непривычны к стрельбе из человеческого огнестрельного оружия и, оказавшись на уровне палубы, стреляли довольно неуклюже, поэтому они один за другим сыпались с борта, в то время как у людей потерь пока не было. Однако и Тонго, и Рогов пару раз уже были близки к тому, чтобы поймать от акваменов пулю или гарпунный трезубец.

Но было ясно, что долго так продолжаться не будет. Боевиков у атлантов слишком много, и кроме того, биологическая цивилизация потерь вообще особо не считает. Отдельные особи не важны, важна лишь безопасность гнезда. А гнездом у этих тварей был даже не ударный отряд целиком, а скрывающиеся в глубине океана хозяева-атланты.

Наемники пытались вышвыривать небольших палеофисов, ползающих по палубе, ногами за борт, но хищные змеи вцеплялись зубами в сапоги, повисая на них, как елочные гирлянды. Ихтиандров людям пока удавалось одного за другим сбивать с борта катера короткими очередями, но на место одного упавшего наверх вскарабкивались двое других. Было совершенно понятно, что это сражение экипаж катера уже проиграл.

Шумы за пределами Гранд Централа полностью тонули в грохоте боя, поэтому рев мотора наемники расслышали, только когда его обладатель был уже совсем рядом. Моторная лодка влетела в вокзал, и два человека в лодке тут же открыли автоматный огонь по гирляндам акваменов, карабкающихся на катер. Такого боевики атлантов не ожидали и начали неуклюже плюхаться в воду, причем в момент падения многие уже были мертвы.

Палеофисы немедленно хлынули к резиновой моторной лодке, чтобы разорвать ее зубами, и двое в лодке принялись остервенело палить по ним длинным очередями. Воспользовавшись тем, что противник очистил борт, Луис Тонго решительно катнул ногой в его сторону бочку с напалмом, которая вывалилась с палубы. Напалм воспламенился уже в полете и начал стремительно вытекать из бочки, погрузившейся в воду, пылая под водой зловещим мутным огнем и выворачиваясь на поверхность.

Палеофисы кинулись в разные стороны, а несколько, поймавшие на себя липкую пылающую массу, завертелись на одном месте как бешеные, безуспешно пытаясь ее стряхнуть.

- Энрике, уводи катер! — гаркнул Тонго. — Сейчас мы тут поджаримся на хрен!

Ответом ему было молчание. Оторопело покосившись на капитана, Луис обнаружил, что тот навзничь лежит на палубе лицом вниз. В пылу битвы никто не заметил, что Энрике выключился. Видимо, именно поэтому он и не отрегировал на страшную смерть сына. Потому что к тому времени уже находился без сознания.

Для Лоры это уже было слишком. Она только что лишилась брата, и в том же бою потерять отца — для нее это оказалось чересчур. Лора бросилась к капитану, упала рядом с ним на колени, приподняла его голову…

- Назад! — заорал Влад Рогов. — Лора, назад! В укрытие!

Морских змей горящий напалм разогнал. А вот аквамены, отплыв подальше, к окну вокзала, изредка показывались в волнах, наблюдая за катером. Поэтому один из них, зафиксировав новую цель, без раздумий выстрелил из гарпунного ружья. Бронежилета на

Джон Доу и Кристиан Липке, сидевшие в прибывшей моторной лодке, начали поспешно подгребать к катеру. Патрик швырнул им веревочный трап, и они, пригибаясь, вскарабкались на борт.

- Что с капитаном? — прошипел Тонго.

Кертис Палм ползком подобрался к распростертому Энрике и доложил:

- Биологическое заражение! Вся рука в месте ранения синяя. Гарпун, который в него попал, весь в какой-то зеленой гадости…

- Сможешь реанимировать?

- Вроде дышит… - оценил Палм. — Но сколько его придется чистить от заразы, понятия не имею.

Черный руководитель экспедиции длинно и замысловато выругался.

- Отсюда надо выбираться! — заявил он. — Иначе они пойдут на следующий штурм. Кто-нибудь способен управляться с таким катером?

- Я умею, - сказал аквалангист Влад Рогов. — Пробовал в Таиланде.

- Тогда увози нас отсюда к черту!

Рогов встал за штурвал.

- А где Эйрин? — вдруг спросил Иван.

Патрик с размаху ударил себя пятерней по лбу и бросился на корму, где сидела Эйрин, прислонившись к кормовым надстройкам.

- Как ты, солнышко? — озабоченно спросил он, приземлившись рядом.

Двигатель катера заработал, судно приподнялось на воздушной подушке и направилось к окну.

- Хреново… - пробормотала Эйрин. — Они чем-то вымазали гарпуны, да?..

Глаза у нее внезапно закатились, и она без чувств откинулась на спину.

- Палм! — заорал рыжеволосый Патрик. — Живо сюда! У нас еще раненый!

Катер вынырнул из здания и сделал полуразворот на месте. С такой громадиной, да еще и движущейся, небольшие морские змеи-палеофисы справиться не могли. Тут нужен был гигант-птеросфен, но он куда-то исчез — может быть, его все-таки серьезно повредили пулеметным огнем, и он отправился отлеживаться. В общем-то, аквамены против катера тоже были бессильны: один пытался перебраться на резиновую юбку катера, но тот просто переехал его, оставив за кормой — хотелось бы надеяться, что с раздробленным черепом, в волнах видно не было.

- Куда направляемся? — поинтересовался Влад Рогов. За штурвалом, пусть даже и напоминавшим автомобильный руль, он выглядел настоящим морским волком, не хватало только повязки через глаз и попугая на плече.

- К башне Трампа, - решил Тонго. — Ремонт мы не закончили, но придется обходиться одной турбиной.

- Конкуренты нас услышат, - засомневался аквалангист.

- Тормози за пару кварталов до места. На Колумбус-серкл — знаешь?

- Знаю.

- Там в одном из зданий по периметру оставим катер, раненых и наблюдателя, присматривать, чтобы конкуренты не улизнули. Сами дальше поплывем на резиновой лодке без мотора.

Иван Доу озабоченно сдвинул брови. После грандиозной битвы в Гранд Централ их осталось совсем мало для таких выкрутас. Но выбора реально уже не было.

Катер рванул вперед и быстро оставили тихоходных боевиков атлантов за спиной.

Глава 19

Эль Капитано

Команда Эль Капитано и Пак-младший безнадежно застряли на затопленном нижнем уровне Башни Трампа, отсеченные от выхода захлопнувшейся банковской дверью хранилища и свирепым морским чудовищем-ортоконом, поджидающим снаружи.

На всякий случай Капитано подергал запорный штурвал люка, но быстро понял, что дверь фиксирована не просто механически. Как и положено серьезному банковскому хранилищу, это имело собственный автономный энергоисточник, не зависящий от внешней сети. И за время, минувшее с Атлантических событий, выйти из строя под водой он не успел. И теперь чертовски надежно удерживал люк в закрытом состоянии.

Увлеченный камешками Пак попытался протиснуться мимо Матвеева к ячейкам, но тот ухватил его за плечо и строго указал на дверь. Распотрошить заначку господина миллиардера можно успеть всегда. А вот если немедленно не открыть дверь, воздух в баллонах рано или поздно закончится, и тогда уже заниматься заначкой окажется некому.

Пак нехотя подчинился. В общем-то, это было понятно сразу, в том числе и ему, просто корейцу не терпелось заняться бриллиантами. Небось, только об этом и думал. Но капитан Матвеев никогда не приступал к операции, если не была максимально обеспечена безопасность. Океан не прощает ошибок и пренебрежения, здесь погибло слишком много людей, чтобы работать, как пацаны из уличной банды — наскоком и нахрапом.

Отстегнув притороченную к левому бедру водонепроницаемую клавиатуру и скрученный в рулон гибкий монитор, Пак при помощи нескольких специальных щупов присоединил их к механизму двери и погрузился в изучение устройства замка. К счастью, изнутри сделать это было возможно — взломать же люк снаружи не представлялось возможным вообще, он закрывался заподлицо с внешней металлической стеной хранилища.

Конечно, оставался шанс подорвать дверь взрывчаткой, которую несла в своем контейнере Пакита. Но во-первых, Эль Капитано не был уверен, что ее мощности для этого хватит. Это хранилище предназначалось для миллиардеров, и паранойя архитекторов вполне могла превратить его в совершенно неприступную крепость даже изнутри. А во-вторых, в небольшом замкнутом помещении их так шарахнет, что будет очень хорошо, если дело закончится только контузиями и разорванными барабанными перепонками. Ударная волна в плотной среде распространяется куда сокрушительнее, чем на воздухе, тут не поможет, даже если укрыться от взрыва за металлическим берьером. Использование взрывчатки внутри хранилища, скорее всего, мгновенно прикончит всех, кто здесь сейчас находится.

Эль Капитано озабоченно посмотрел на наручный хронометр. Паниковать пока рано, но время определенно работает не на них.

Он поднял взгляд, натолкнулся на внимательный взгляд Пакиты из-под маски акваланга и сокрушенно покачал головой. Девушка виновато развела руками: так получилось, командир.

Паниковать под водой он отучил девчонок в первую очередь. Напортачила так тяжко, что поставила под вопрос жизнь всей группы — получишь потом, когда все закончится, серьезный разбор полетов. Выяснять отношения на месте — прекрасный способ не дать команде выкарабкаться вообще. В сложившихся обстоятельствах все истерики и взаимные обвинения нужно свернуть в трубку и засунуть себе куда-нибудь поглубже. Во внутренний карман, например. Разобраться в том, кто виноват, можно и позже, на берегу. Сейчас куда важнее понять, что делать.

Матвеев осторожно, чтобы не потревожить сосредоточенно колдующего над клавиатурой Пака, приблизил голову к двери. И тут же услышал, как с той стороны донесся негромкий шорох. Хищный кальмар снаружи неторопливо ощупывал запертую дверь щупальцами.

Ортоцерас был здесь, никуда уплывать отсюда он не собирался. Он не для того устроил себе здесь логово, чтобы теперь искать новое. Эль Капитано подозревал, что сюда, в железные стены хранилища, с трудом проникали ментальные команды хозяев. Возможно, вышедшая из строя боевая единица атлантов именно поэтому выбрала себе такое убежище —

Но и без всяких хозяев потревоженный аквалангистами в своем логове хищник был предельно опасен. И сбрасывать его со счетов было никак нельзя. Если Пак откроет банковскую дверь… Эль Капитано поморщился: нет, что за черт?!Когдаон откроет банковскую дверь, с чудовищным кальмаром придется разбираться.

Минуты шли, а кореец продолжал сосредоточенно ковыряться с дверью. Капитан Матвеев снова посмотрел на часы, хотя это и было абсолютно бессмысленно. Движение определенно было нервическим, а нервничать под водой никак нельзя. Что-нибудь изменил тот факт, что он узнал, сколько времени прошло с прошлого раза, как он бросил взгляд на часы? Либо Пак справится, и тогда это маловажно, либо не справится, и тогда это совсем не важно.

Хорошо хоть девки затаились, пытаясь не мешать корейцу. Почти так же, как нервы под водой, Эль Капитано ненавидел, когда кому-то под водой мешали работать. Особенно тому, от кого зависит жизнь всех.

Усилием воли он подавил желание снова взглянуть на хронометр. Ничего, когда воздуха станет не хватать, он почувствует. До этого момента знать о том, сколько им всем осталось, совершенно ни к чему. Зачем совершенно лишняя информация, которая не поможет ничего изменить? Это абсолютно не нужно и...

В затопленном хранилище глухо, но отчетливо грохнули под водой восемь суперпрочных штырей, разблокируя злополучную дверь. Матвеев посмотрел на Пака, и тот поднял руку, соединив колечком указательный и большой пальцы.

К изумлению Капитано, кореец потратил не так уж много времени на то, чтобы отпереть вход. Не зря их в прошлом мире считали башковитой нацией.

Отлично.

Пак вытащил из замка щупы, свернул гибкий монитор, прихватил с собой клавиатуру и ушел вглубь хранилища, на поиски ячейки 154. Эль Капитано жестом велел Паките отойти следом. Бандана привычно заняла позицию сбоку от двери с «Иглой» в руке: штурмовой диверсионный нож был ей гораздо привычнее, чем огнестрельное оружие, а старшего надо было подстраховать.

Не сводя жерла дробовика с двери, Матвеев легонько потянул ее на себя. Ортоцераса за ней, кажется, не было — наверное, отплыл в сторону. Если он ушел далеко, плохи дела: придется на обратном пути внимательно контролировать все ухоронки, где эта тварь может притаиться. В заполненном водой подвале без света у нее уйма мест, где можно спрятаться. С налобным дайверским фонариком, дающим слишком узкую освещенную полосу, это превратится в серьезную проблему…

Ш-ш-ш-шах! Используя принцип реактивной струи, с неимоверной силой выбрасывая из тела заглоченную морскую воду, кальмары способны перемещаться с невероятной быстротой. Эль Капитано держал под прицелом среднюю часть двери, краем глаза приглядывая за верхней ее половиной, но совершенно не ожидал, что ортоцерас стремительно проскользнет в хранилище у самого пола.

Дробовик в руках Матвеева оглушительно рявкнул, так что в ушах отдалось мучительной болью контузии, но за мгновение до этого чудовищная морская тварь врезалась стрелку в ноги, и от сотрясения весь заряд шрапнели ушел в противоположный угол, оставив на вделанных в стену металлических дверцах банковских ячеек безобразные царапины и вмятины.

Мгновение — и смертельно опасный комбатант атлантов прорвался в хранилище. На мгновение в луче налобного фонарика вспыхнули искаженные ужасом глаза Пакиты и вскинувший голову кореец Пак. В открытом море у Эль Капитано в ближайшую пару секунд на руках оказалось бы два трупа.

Похоже, хищный ортоцерас и сам не ожидал, что у него все выйдет так успешно, и потратил еще долю мгновения на выбор цели. Конечно, если бы им управляли атланты, такой паузы не возникло бы. Но он явно работал в автономном режиме, и более того — теперь уже можно было точно определить, что он действительно не вполне исправен. Разумеется, едва ли так можно сказать о живом существе, но о биологическом механизме — запросто. Свою программу по уничтожению людей, прошитую на уровне первой сигнальной системы, он выполнял с некоторым запаздыванием, для каждого действия словно обращаясь с запросом к внушительной базе данных.

Однако даже в таком виде он представлял для людей смертельную опасность. Эль Капитано мгновенно вщелкнул в дробовик новый патрон, но на линии огня теперь находилась оторопевшая Пакита. Ортоцераса он, конечно, разнесет в клочья, но после выстрела прошедшие через тело и раковину хищника кусочки металла пронзят фигуру кубинки и превратят девушку в решето.

Капитан Матвеев не спускал сузившегося взгляда с противника, но понимал, что ситуация патовая. Спусковой крючок под его пальцем чуть подался, однако боевой пловец отчетливо осознавал, что выстрелить не сможет — по крайней мере, пока тварь не бросится. Черт. Черт.

Ситуацию сломала Бандана, которая молнией проскользнула внутрь хранилища следом за чудовищем и одним стремительным взмахом ножа отхватила ортоцерасу щупальце. Разумеется, она метила в глаза, но соревноваться в скорости с боевой машиной атлантов непросто: ортокон мгновенно втянул их под защиту своей раковины.

Хищник сразу развернулся на месте и атаковал новый угрожающий объект. Однако Эль Капитано не зевал и, едва линия огня сместилась достаточно, чтобы не зацепить Пакиту, тут же выстрелил, разметав раковину с заключенным в ней телом хищника по дверцам банковских ячеек, расположенных через проход.

Передняя часть чудовищного кальмара с щупальцами, выпученными глазами и чудовищным клювом, способным разгрызать черепаший панцирь, плавно опустилась на пол, конвульсивно содрогаясь в агонии. Не сводя глаз с умирающего противника, Капитано на ощупь отстегнул с бедра еще один патрон для дробовика и не глядя вщелкнул его в патронник.

Однако Бандана не дала ему выстрелить еще раз, и наверное, это было правильно, потому что им уже было достаточно чудовищных динамических ударов по барабанным перепонкам. Негритянка коршуном спикировала на изуродованные остатки ортоцераса и сосредоточенно принялась увечить врага ножом. Трюк был рискованным — огромный жуткий клюв твари продолжал распахиваться и смыкаться с невероятной мощью, и пару раз Бандане едва удалось отдернуть руку, чтобы не оставить свою кисть в страшных челюстях чудовища. Впрочем, черная девушка привыкла рисковать, и Эль Капитано, пожалуй, признал бы, что она адреналиновая наркоманка.

Оставив подопечную разбираться с поверженным противником, Капитано отправился посмотреть, как дела у Пака. Кореец сосредоточенно трудился над ячейкой мистера Маттесона, вставив в скважину имеющийся ключ и перебором кодов пытаясь сделать так, чтобы система восприняла его щуп как второй ключ от охранника. Дело определенно было непростым, однако после того, как корейчик уверенно разобрался с внешней дверью хранилища, Эль Капитано был почти уверен, что открыть ячейку не составит ему особого труда.

Он посмотрел на хронометр — теперь уже спокойно, уверенный в том, что в случае неудачи сумеет вывести команду

Иван Доу

Тем временем на катере Луиса Тонго медик оставил капитана и прибежал на крик Патрика. Осмотрел бледную кожу Эйрин, оттянул веко и вынес вердикт:

– Тоже биологическое поражение. Не такое интенсивное, но...

– Так сделай же что-нибудь, черт тебя дери! – взвыл ирландец. – Откачай ее!

– Я понятия не имею, какой яд был применен! – предупредил медик, делая один укол за другим. – Откуда мне знать, какое лекарство использовать? Надо делать анализ крови, но здесь нет нужной аппаратуры. Поставить диагноз реально только на большой земле!

– Без вариантов, – твердо заявил чернокожий гангстер. – Мы не станем возвращаться с пустыми руками из-за девчонки.

– Какого черта, черномазый?! – взревел Патрик.

– Без обид, – хладнокровно произнес громила. – Ни ради девчонки, ни ради меня, ни ради кого бы то ни было еще. Или ты хочешь подписать себе смертный приговор?

Ирландцы, конечно, были жуткими расистами. Иван Доу отчетливо помнил тот момент, когда выпивал в Бостоне в ирландском пабе, и вдруг в помещении настала странная звенящая тишина. Оказалось, что в паб забрела черная девушка, которая заказала себе пива. Нет-нет, никаких расистских штучек, никакого шипения и плевков в спину, никакого фальшивого восторженного присвистывания и щипков украдкой. Белые ирландцы и их боевые подруги просто молчали, потрясенные таким вторжением черной девушки в святая святых англосаксов. Допив пиво, она вышмыгнула на улицу, ибо дальше пребывать здесь ей было очень некомфортно. И только после того, как за ней закрылась дверь, в помещении понемногу возобновился гул голосов.

– Дьявол! – бессильно ругался Патрик. — Дьявол же!.. Эй, ты что делаешь?! — заорал он на медика.

– Вколол антигистаминное и универсальный антидот, – поведал Кертис и достал очередной шприц. – Попытаюсь нейтрализовать и вывести из организма токсины, но полной гарантии дать не могу.

– Сколько у нее осталось времени? – холодно спросил Иван Доу.

– Час, два часа, день… Откуда мне знать?! – вспылил медик.

– Но чем раньше мы доставим ее в больницу, тем лучше, так?

– Доу! – взревел черный гангстер. – Ты что, вообще не слышал меня?!

- Слышал, - заявил торговец оружием. — Просто предлагаю поскорее заняться делом, чтобы не тянуть зря.

- Им мы и занимаемся, - пробурчал Тонго.

Лицо девушки понемногу порозовело, но в сознание она не пришла, кожа осталась сухой и холодной, а губы приобрели синий оттенок. Патрик и Кристиан оттащили ирландку на палубу и уложили рядом с капитаном. Медик сделал тому дополнительный укол обезболивающего, но Энрике так и продолжил метаться в бреду. Полученные им ранения оказались серьезней, чем казалось сначала.

Вскоре впереди показалась Коламбус-серкл — внушительная площадь, залитая водой, которую ограничивали гигантские небоскребы. Отсюда полуразрушенная Башня Трампа была как на ладони.

- Глуши мотор, - распорядился начальник экспедиции. - Катер останется здесь, и кто-то должен присматривать за ним и ранеными. И этим кем-то будешь не ты, – указал он на ирландца Патрика, – и не ты! – предупредил громила торговца оружием Ивана Доу. – Это не обсуждается. Нельзя смешивать дело с личными чувствами. Не хочу вернуться и не обнаружить катера на месте.

Помощник Доу Кристиан Липке пожал плечами:

– Так понимаю, остаться придется мне?

– Именно! – подтвердил Луис.

– А чего же не Кертису? – Иван указал на медика. — Он бы и за ранеными присмотрел...

– Потому что если тебе оттяпает ногу какая-нибудь морская тварь, лучше будет, чтобы кровь тебе останавливал профессиональный врач, а не мы с аквалангистом, – терпеливо пояснил Луис Тонго. — Есть какие-нибудь возражения? — повернулся он к Липке.

– Нет, все верно, – ответил тот, подняв руки ладонями вперед. – Так будет лучше. Я ведь бывший марксман, так что в случае чего смогу еще и поддержать вас отсюда огнем.

- Чудесно, - без всяких эмоций оценил Тонго и скомандовал специально для Влада Рогова за штурвалом: - Прячем катер в каком-нибудь здании на Коламбус-серкл. Дальше выдвигаемся на резиновой лодке. Кристиан остается приглядывать за ранеными и катером.

- Я оставлю ему шприцы и медикаменты, - сказал Кертис Палм. — Ничего сложного. В общем-то, им уже не надо больше ничего колоть, я уже все сделал. Просто на всякий случай.

Cилуэт Башни Трампа, точнее, оставшегося от нее огрызка, был едва различим в тумане. Судя по громоздящимся вокруг нее обломкам, наемникам Тонго предстояло отыскать вход внутрь, которым воспользовалась другая команда. И сделать это максимально бесшумно.

Ну, или чтобы совсем без палева — проникнуть через канализацию.

Луис Тонго подошел к распростертому на палубе трупу Лоры, убитой из гарпунного ружья. На всякий случай попытался перевернуть тело, чтобы убедиться, что девушка не дышит, но торчащий из середины ее груди железный штырь гарпуна не дал этого сделать. Впрочем, сомнений уже и так не оставалось: реанимировать ее не удастся.

Негр подтащил мертвую девушку к краю палубы и деловито перевалил за борт, как поступил бы с любым габаритным мусором. Лора с всплеском рухнула в воду, и тяжелый гарпун, застрявший в грудине, увлек ее на затопленный тротуар, которого не было видно в мутной воде.

Иван Доу молча наблюдал за «похоронами» девушки. Эйрин была права, когда говорила, что он любит деньги, себя и еще деньги. И еще себя. Но то, как равнодушно Тонго избавился от трупа Лоры, Ивана расстроило. Эйрин ему действительно нравилась, и ее труп негр сбросит с катера точно так же — равнодушно и не задумываясь.

Но, кажется, действительно пришла пора с ней попрощаться.

Луис распрямился, встретил тоскливый взгляд торговца оружием и поинтересовался:

– Джон, ты чего-то хотел?

– Что ты можешь рассказать о конкурентах? – напрямик спросил Доу.

Гангстер хмыкнул:

– С чего ты вообще решил, что я знаю о них больше, чем рассказал?

Торговец оружием покачал головой.

– Мне прекрасно известно, как ведет дела синдикат. Договариваться с ворами? Черт, да такого никогда не бывало!

– Громкость убавь! – велел Луис. Вздохнул и сдался: – Хорошо. Есть подозрение, что в деле замешан Пак Хон Сан.

– Папаша Пак? – удивился Доу. – Владелец «Цезарь Палас»?

– Он самый, – подтвердил чернокожий гангстер. – Доподлинно это неизвестно, но некие странные телодвижения с его стороны были. У нас есть свои источники.

– И открыто ссориться с ним вы не хотите… – догадался Иван.

–

– Так мы гасим их или нет?! – поставил вопрос ребром Доу.

Луис Тонго посмотрел на собеседника как на неразумного ребенка.

– А сам как думаешь? – Он понизил голос: – Если сможем спрятать концы в воду, то гасим непременно. Если от свидетелей избавиться не получится, если их страхуют, то пробуем договориться. Но сам как думаешь, согласятся они поделиться добычей?

– Нет, – без колебаний ответил Иван.

– Вот ты и ответил на свой вопрос, – ухмыльнулся гангстер. – А решать, как поступим с конкурентами, буду я. Я, понял? В зависимости от ситуации.

– Как скажешь, – не стал оспаривать приказ торговец оружием.

В том, что все завершится кровавой разборкой, он нисколько не сомневался, но особо по этому поводу не переживал. В конце концов, у них было неплохое преимущество: они знали о конкурентах, а те о преследователях – нет. Беспокоило Ивана совсем другое...

Когда Иван Доу вернулся на свое место, помощник подался к нему и спросил:

– Ну, что?

– Полная неопределенность, – вздохнул Иван, не став делиться своими подозрениями, что в случае столкновения с людьми папаши Пака от наемников впоследствии попросту избавятся. Пока это были его подозрения, и только.

Глава 20

Иван Доу, Влад Рогов

Далеко не всем небоскребам удалось пережить цунами, многие высотные здания оказались обрушены, какие-то полностью, большинство – частично, и теперь Нью-Йорк тянулся по противоположному берегу частоколом поломанных зубов. Раньше здания казались неровной стеной, теперь на глаза то и дело попадались прорехи обрушившихся высоток.

– Куда дальше? – спросил Влад Рогов.

Луис Тонго взглянул на наручные часы и задумчиво потер переносицу. Если конкурентам хватит ума выставить где-нибудь неподалеку наблюдателей, один-единственный выстрел из гранатомета поставит на плане преследователей большой и жирный крест. И хорошо если только на плане, а не на жизнях.

– Я могу подсказать с маршрутом, – заметил Рогов.

– Можешь, – кивнул Луис и уточнил: – Но лучше не надо.

Влад фыркнул и стиснул штурвал, а чернокожий громила произнес:

– На следующем перекрестке уйдешь на параллельную улицу и остановишься где-нибудь, не выбираясь на Пятую авеню. Проезжая часть там узкая, со стороны нас видно не будет.

– А дальше что? – не выдержал аквалангист.

– Дальше спрячем катер, надуем лодки и отправимся на место, – пояснил Луис, который не собирался рисковать транспортным средством в случайной перестрелке. Одно дело – лишиться резиновых лодок и совсем другое – застрять в затопленном городе всерьез и надолго.

Хотя надолго – это вряд ли. Сожрут.

Гангстер глянул на мутную воду, плескавшуюся меж домами, и пожал плечами. Пустыни нравились ему гораздо больше смертельно опасных акваторий. И как он резонно полагал, всем остальным тоже. По крайней мере, пока нет нужды копать себе неглубокую могилу под огромной луной, неподалеку от тоскующего койота. Но там под ногами хотя бы твердая земля, а не предательская бездна воды.

Но только катер начал, понемногу набирая скорость, двигаться по затопленной улице, как впереди показался завал. Два небоскреба сложились навстречу друг другу и высоченной кучей строительного мусора полностью перегородили проезжую часть. Пришлось поворачивать на перекрестке.

– Чисто Венеция! – рассмеялся Патрик, разглядывая полузатопленные здания. Шутку никто не поддержал; тогда рыжий ирландец достал из кармана пустую пачку сигарет, страдальчески сморщился и уронил ее на палубу. – Надо срочно покурить! – заявил он.

– Потерпишь, – буркнул Тонго, которому, как и остальным, в мертвом городе было не по себе. Так и казалось, что вот-вот одно из уцелевших зданий мягко и беззвучно обрушится, погребая под собой катер.

Тут и там маячили небоскребы со снесенными гигантской волной макушками, без стеклянных панелей они казались останками с содранной кожей, но наемники понемногу обвыклись и перестали обращать на них внимание. Жутко, конечно, плыть по затопленной улице мертвого города меж полуразрушенных высоток, но такова уж человеческая природа – вскоре на место страху и неуверенности пришел азарт.

Неважно, насколько хорошо здесь было раньше и как погано сейчас; важно, как хорошо станет, когда они получат свою долю. Вот тогда никакой воды, совсем никакой воды на сотни миль вокруг, разве что капелька содовой – разбавить виски.

И все же на сердце у Ивана было неуютно. Особенности загадочной русской души? Должно быть, так. Он мчался прямиком к богатству, а перед глазами стояла пыльная яма посреди пустыни Мохаве и освещающая ее гигантская луна. И это нисколько не радовало, своим предчувствиям торговец оружием привык доверять.

Предчувствия подсказывали, что эта узенькая улочка вряд ли приведет их к чему-то хорошему, поэтому пока все пялились в бойницы, Иван занялся проверкой снаряжения. Магазины к автоматическому дробовику были давно набиты, и он достал из кобуры свой кольт.

– Зачем вся эта мишура? – спросил Влад Рогов, сразу уловив блеск со своего капитанского мостика. – Позолота на пистолете, золотые часы… Запонки и заколка для галстука тоже золотые?

– Точно, – подтвердил Иван.

– И на кой ляд? Ты же вроде не сутенер?

Доу вытащил магазин и оттянул затвор, проверяя, не попали ли внутрь грязь и вода, пока они воевали с боевиками атлантов в Гранд-Сентрал.

– Если ты ходишь по грязной дороге, ты не можешь не выпачкать ног, – ответил он известной цитатой, но в глазах собеседника отразилось недоумение. Рогов этой песни не знал. – С кем поведешься, от того и наберешься, – пояснил свое высказывание торговец оружием. – Мимикрия. Камуфляж. Защитная окраска.

– Помогает вписаться в компанию? –догадался Рогов. – Только в какую?

– Люди ждут от торговца оружием чего-то такого, так зачем их разочаровывать? – пожал плечами Иван, помолчал и добавил: – Да и смотрится неплохо…

Влад Рогов рассмеялся, поправляя стянутые в косицу волосы.

– А может, у кого остались сигареты? – жалобно спросил Патрик О’Райли. – Хоть покурю!

Кристиан Липке достал из кармана упаковку никотиновой жевательной резинки и кинул ее ирландцу:

– Держи!

Рыжий наемник забросил в рот пластинку, пожевал и покачал головой:

– Чертов эрзац!

– Зато помогает, – улыбнулся Крис и кинул жевательную резинку аквалангисту. – Угощайся!

– Не курю, – покачал тот головой, но жвачку возвращать не стал, спрятал на всякий случай в нагрудный карман. Про запас. Жизнь наемника приучает не разбрасываться ресурсами.

К башне Трампа остатки наемников Тонго выдвинулись на десятиместной надувной лодке, прихватив с собой все четыре

Когда, поплутав по кварталу, лодка вывернула на улицу и, понемногу теряя ход, выплыла на перекресток, Иван Доу поднял взгляд и заметил в одном из окон Кристиана Липке. И хоть туман стоял вдоль по улице непроглядной пеленой, интегрированный с тепловизором прицел позволял марксману при необходимости простреливать и перекресток, и значительную часть соседних улиц.

Не сдержавшись, Иван мотнул головой в сторону здания: проверь раненых. Почему-то ему было небезразлично самочувствие Эйрин. Кристиан козырнул и исчез.

В лодке царило молчание. Иван Доу положил дробовик на колени и принялся набивать магазины патронами с картечью. Рыжий ирландец время от времени подруливал двигателем и напряженно поглядывал на часы. Убегающее время выводило его из себя. Шансы спасти Эйрин таяли с каждой потраченной минутой, но возвращение с пустыми руками и вовсе ставило на ее излечении большой жирный крест – все отложенные на черный день средства были потрачены на Кевина.

Остальные нервничали ничуть не меньше, хотя и по совсем иной причине. Всех беспокоило возможное появление миротворцев. Погром в Гранд-Сентрал вышел знатный, да и утром они наследили сверх всякой меры. Поиски наглецов, причастных к обстрелу вертолета, армейцы вот так запросто не бросят.

Нервы у наемников были натянуты до предела, и когда раздался хрип рации, вздрогнул не только сидевший к ней ближе других ирландец, но и все остальные.

– Умерли! – внезапно послышался из переговорного устройства оторопевший голос Кристиана Липке. – Они умерли!

– Кто? – тупо спросил Патрик. – О чем ты говоришь?

– Эйрин и капитан! – сообщил помощник торговца оружием. – Оба мертвы!

– Какого черта?! – зарычал наемник, бросил тангенту и вскочил на ноги, качнув своим весом лодку.

Навстречу ему поднялся гангстер.

– Остынь! – потребовал он.

– С дороги! – рявкнул Патрик и, сверкнув глазами, уставился на медика. – Что ты вколол им? Что ты им вколол, сволочь?!

– Антидот... – попытался оправдываться Кертис, но наемник ему не поверил.

– Очень удобная смерть! – оскалился ирландец. – Чрезвычайно удобная!

– Успокойся! Мы во всем разберемся! – попробовал урезонить его Луис Тонго.

Патрик в ярости толкнул чернокожего громилу, тот едва не упал, ему даже пришлось отступить, дабы удержать равновесие. А когда он выпрямился, в его руке невесть откуда возник пистолет. Все произошло так быстро, что рыжий наемник не успел ничего предпринять, он просто стоял и хлопал глазами от удивления.

– Замри! – приказал Луис, нацелив на него ствол. – А теперь медленно... Медленно, я сказал! Расстегни кобуру…

Голова гангстера вдруг мотнулась, борт шлюпки оросили кровавые брызги, и тело безжизненным кулем повалилось за борт. В следующий миг от соседнего дома долетел хлопок выстрела, и сразу взвился с места медик. Он начал вскидывать автомат, и Доу без колебаний утопил спусковой крючок лежавшего на коленях дробовика. Направленный на чернокожего парня ствол плюнул огнем, массивная болванка осколочно-фугасного боеприпаса угодила в бронежилет и хоть и не взорвалась, но одной только силой удара отбила медику внутренности. Кертис кувыркнулся в воду и моментально пошел ко дну под тяжестью навьюченного на него снаряжения.

– Вот черт! – гаркнул Патрик О’Райли.

Вновь ожила рация:

– У вас все в порядке? – поинтересовался Кристиан Липке. — Сдается мне, черномазый пытался вас пришить.

Торговец оружием перебрался к передатчику, поднял тангенту и ответил:

– Да, были определенные проблемы, пока ты не вмешался. Отличный выстрел.

- Я же, мать мою, почти снайпер.

- Короче, спускайся. Мы возвращаемся за тобой. У нас теперь серьезный недостаток людей.

– Сейчас буду, – откликнулся его помощник и прервал связь.

– Дьявол! – не выдержал ирландец. – Дьявол! Дьявол!.. Ну вот какого черта?!

Иван Доу пристально смотрел на воду — не всплывет ли, избавившись от снаряжения, Кертис Палм. Но нет, кажется, медика они утопили с гарантией.

– Никто не узнает, что тут произошло, – глухо проговорил Иван. Немного подумал и поправился: – Никто не должен узнать, что тут произошло.

С этим утверждением Патрик спорить не стал, лишь указал на Рогова, который сидел на корме, настороженно переводя взгляд с Ивана на Патрика:

– А как быть с Владом? Он хороший парень, но…

– Он хороший парень, – вздохнул торговец оружием, – и к тому же единственный из нас разбирается в подводных погружениях. Он нам нужен.

Рыжий наемник несколько мгновений размышлял, но все-таки кивнул:

– Нужен. – И опустил автомат.

Эль Капитано

Едва облачившиеся в акваланги пловцы из команды Эль Капитано в сопровождении хакера-взломщика Пака прямо из полузатопленного холла ушли на глубину, в холле воцарилась тишина. Разговаривать оставшимся наверху наемникам было не о чем – все трое были абсолютно разными малознакомыми людьми, не имевшими практически никаких точек пересечения.

Послонявшись с автоматом Калашникова наперевес вдоль дальней стены, под которой некогда были обширные кладки крокодильих яиц, а теперь остались только расколотая скорлупа и лужи мутной зеленой слизи, Хадсон снова направился к технической лестнице.

– Куда тебя понесло вдруг? – безразлично осведомился громила-индеец Тремоло, продолжая бездумно глядеть на едва заметно колышущуюся воду посреди зала.

– Живот прихватило, – пояснил секретарь.

– Гадь тут, – разрешил метис. – Все свои.

– Я не животное, – отрезал Хадсон. – Господи, как скрутило-то! Что за хрень я сожралв самолете?! Кажется, застряну надолго… – Он посмотрел на уходящую ввысь лестницу. – Поднимусь-ка лучше на пару-другую этажей, чтобы не устраивать вам тут газовую камеру…

– Охота тебе таскать свое дерьмо вверх-вниз, – неодобрительно заметил Тремоло, не сводя взгляда поверхности воды. – Ноги небось не казенные…

Хадсон начал неторопливо подниматься, однако, скрывшись из глаз оставшихся за лестничным пролетом наемников, бросился наверх со всех ног, перепрыгивая через три ступеньки. Пара-другая этажей уже давно осталась далеко позади, однако он продолжал лететь вперед, побагровев от натуги, и остановился, чтобы отдышаться, только на уровне, на котором они сегодня уже побывали. Задыхаясь, широким шагом миновал лобби апартаментов миллиардера, пересек гостиную и толкнул неприметную дверь в крошечную комнатку, плотно заставленную серверными шкафами. Приставив автомат к стене, чтобы не мешался, нырнул внутрь.

На стене висел простенький пульт с большими кнопками, ничем не отличавшийся от банального пульта для кран-балки или другого простейшего механического оборудования. Хадсон

Бывший секретарь на мгновение озадачился, но ничуть не расстроился и принялся потрошить электронные шкафы, выдергивая из них жесткие диски. Потом вытащил из-за пазухи небольшой нетбук и принялся с помощью переходника и шлейфа поочередно подключать диски к нему, запускать поисковую программу и с раздражением отбрасывать ненужный носитель данных в сторону, словно пустую жестянку.

– Да! – яростно шепнул Хадсон, резко согнув руку в локте, когда наконец отыскал необходимый, и принялся торопливо колотить по клавишам. На монитор вывалились шрифтовые панели программы Bat.Тогда секретарь воткнул в свободный разъем нетбука флэш-карту и начал скачивать данные, наблюдая за бегущими по монитору строчками расширенными от возбуждения глазами.

Негромкий щелчок пистолетного предохранителя над ухом заставил его мгновенно прийти в себя.

– А что это ты качаешь, приятель? – ласково поинтересовался метис Тремоло, который неслышно поднялся наверх вслед за Хадсоном. – Порнуху небось?

– Снимки моей дочки, – с надрывом произнес застигнутый врасплох Хадсон, едва совладав с голосом. – Это все, что у меня осталось от нее после Атлантических событий…

– Какая трагедия, – холодно посочувствовал Тремоло, держа за цевье автомат Хадсона, так неосторожно оставленный у двери. – Похожа на тебя? Дашь посмотреть?..

Повисла тяжелая пауза, прерываемая лишь едва слышным покрякиванием нетбука.

– Мне бы не хотелось, – проронил наконец Хадсон.

– Не сомневаюсь, – флегматично отозвался Тремоло. – Мне бы на твоем месте тоже не хотелось бы. Хорошо, что я не на твоем месте, верно?

– Сдохни!.. – обреченно выдохнул Хадсон.

– Непременно, – невозмутимо согласился метис. – Этого никто пока не избежал. Еще каких-нибудь пятьдесят лет – и непременно. А теперь я на всякий случай повторю свой вопрос. – Забросив чужой автомат за спину, он оттянул затворную раму пистолета, и та с лязгом встала на место, дослав патрон в патронник. – Что ты качаешь, ублюдок?

Хадсон угрюмо молчал.

– Хорошо, – покладисто согласился Тремоло. – Давай я сам отвечу. – Одним движением сбросив руки секретаря с клавиатуры, он развернул нетбук монитором к себе. – Да, примерно так я и думал. Ты ведь в курсе, что мистер Маттесон финансировал исследования по управлению поведением морских животных, верно? Для Пентагона в том числе. Очень перспективное направление военной мысли. Дельфины, которые транспортируют мину прямо под брюхо вражеского крейсера или калечат вражеских пловцов-диверсантов лезвиями штыков, укрепленных на шлемах. Кашалоты, которые способны нырнуть на пару километров и нанести маркер высокоточного торпедного наведения на подводную лодку, скрывающуюся на глубине, просто потершись о ее обшивку. Осьминоги, которые доставляют прячущимся под водой боевым пловцам оружие и снаряжение. Сейчас это, конечно, никому уже не нужно, потому что властелинами океана являются атланты. Но если научиться перехватывать управление морскими тварями атлантов, – принципы зоопсихологии-то и методы дрессировки примерно одинаковы, – можно много чего наворотить…

Метис в упор посмотрел на Хадсона. Тот угрюмо молчал.

– Скажем, можно начать воевать с инопланетянами на равных и потеснить их по всем фронтам, – продолжал Тремоло. – Побить их, так сказать, их же оружием. Это заманчиво, но особых денег не сулит. Можно, наоборот, продолжать направлять ярость морских тварей против людей – только теперь твари будут слушаться не атлантов, а тебя, и это можно будет неплохо монетизировать. За такие технологии заплатят куда больше, чем за чемоданчик с бриллиантами, если он вообще существует. Помнишь ведь наш блок по отпугиванию моских тварей, а? Тоже сконструирован в результате аналогичных исследований. В сумме с этими исследованиями — джекпот. Хорошо, что Маттесон не успел передать результаты исследований военным. Ты ведь на самом деле за этой информацией сюда ехал, а не за бриллиантами, верно?

Хадсон молчал.

– Нет, думаю все же, бриллианты существуют, – продолжил размышлять вслух Тремоло. – Они действительно там, в подвале, в хранилище. Ты собирался кинуть их нам, как кость, чтобы отвлечь внимание от главного – от куда более ценного приза. Полагаю, у тебя здесь подробные отчеты об исследованиях? Вон, смотри, даже с фотографиями и графиками! Если бы мне с самого начала не было велено боссом внимательно присматривать за тобой, у тебя все могло бы получиться. Но не судьба. Скачивание завершено? Отлично! Давай-ка сюда флешку.

– Вам придется иметь дело с моим заказчиком, – мертвым голосом проговорил Хадсон. – А этого могущественного человека вам бы лучше не выводить из себя. Если он выйдет из себя, он одним щелчком пальцев уничтожит весь ваш мафиозный клан…

– А давай я скажу тебе еще одну важную вещь, – перебил его Тремоло. – Нет у тебя никакого могущественного заказчика, приятель, вот что. Точнее, заказчик – это ты сам и есть. Прикинул, обладателем какой драгоценной информации можешь стать, после того как твой босс откинул копыта, и быстренько вышел на деловых людей в Вегасе, чтобы помогли тебе организовать эту рискованную экспедицию. Естественно, морочил им голову, чтобы тебя невзначай не смахнули с шахматной доски за ненадобностью, сыграл простого посредника. Наскреб где-то неплохих денег, чтобы оплатить предварительные расходы. Кредит взял у китайцев, что ли?..

Он сделал паузу, видимо, ожидая, что собеседник ответит. Хадсон молчал.

– Тебе сразу ясно было, что бриллианты у тебя могут мягко отобрать по результатам миссии, – продолжал метис, не дождавшись ответа, – так что особо рассчитывать на этот крупный кусок не следовало при любом раскладе. А так – вроде бы чепуха, пара десятков файлов: улучил минутку, пока все отвлеклись, скачал быстренько, сунул в карман, никто и не заметил. И никто даже не догадался, что эта пара десятков файлов на самом деле стоит значительно дороже, чем пара десятков бриллиантов в сейфе у миллиардера, ради которых вроде бы вся миссия и организована. Отличная операция прикрытия, ман! На бриллианты ты, небось, даже претендовать не стал бы, по дороге обратно в Вегас просто потерялся бы где-нибудь на пересадке с флэшкой в кармане, и ищи-свищи тебя, голубь. А то и еще круче: все бриллианты от имени заказчика пожертвовал бы Папаше Паку за то, чтобы тот по своим каналам помог подыскать солидного покупателя на файлы с исследованиями поведения морских животных…

Хадсон потерянно молчал.

– Я ведь сразу все понял, когда ты начал «искать» ключ. Ну, какой идиот, ради всего святого, прячет ключ от банковской ячейки в собственной квартире, да еще и в очевидном для любого грамотного вора месте – за картинами?! Причем вор начал бы,

Хадсон молчал.

– Короче, давай сюда флешку, и никто не пострадает. – Тремоло ткнул его стволом пистолета в висок.

Секретарь миллиардера молча вытащил флеш-карту из USB-порта, не глядя протянул метису. Тот бережно спрятал ее в нагрудный карман. Хадсон потянул было к себе свой нетбук, но Тремоло, предупреждающе поцокав языком, одним движением смахнул портативный компьютер на пол и ударил по нему каблуком. Корпус нетбука хрустнул, через широкие трещины в корпусе показались раздавленные внутренности хрупкой машинки.

– Это останется здесь, – дружелюбно пояснил метис, роясь в карманах. – Зачем нам дублирующие данные? Чтобы сюда забрался еще кто-нибудь и скачал их еще раз, уронив стоимость уже имеющейся информации?.. Ага, вот он! – Тремоло наконец извлек из кармана диверсионный термитный пиропатрон. – Как чувствовал, что пригодится. – Он поднял обломки нетбука, открыл ближайший серверный шкаф и кинул их туда, сложил следом все выдернутые секретарем жесткие диски, активировал пиропатрон, швырнул его внутрь и поспешно захлопнул дверцу.

Внутри шкафа с коротким ревом взметнулось адское пламя, которое тут же угасло, оставив после себя за треснувшим от жара стеклом однородную спекшуюся массу, дышащую зноем.

– Так будет гораздо надежнее, – сказал Тремоло. – Согласен?

– Согласен, – раздался за его спиной спокойный мужской голос. – Все правильно сделал. А теперь давай сюда флешку.

Глава 21

Иван Доу, Влад Рогов

Расстрелянный крокодил недвусмысленно свидетельствовал о том, что конкуренты успели проникнуть в башню первыми, но Влад Рогов панике поддаваться не стал и, когда следом протиснулся ирландец, придержал его за плечо и приложил к губам указательный палец. Рыжий наемник заметил мертвого монстра, молча кивнул и сдвинулся в сторону, освобождая место для коллег, которые тащили короб с оружием.

– Твою мать! – хрипло выдохнул Иван Доу при виде дохлой рептилии. – Опоздали!

– Тише! – шепнул Рогов. – Они наверняка еще здесь!

– Думаешь?

– А ты бы стал покидать укрытие средь бела дня? – хмыкнул Влад. – Пошли!

Наемники поднялись из воды, без лишней спешки избавились от неопреновых костюмов и разобрали оружие. В Башню Трампа они проникли через канализацию.

– Главное – не шуметь, – вновь предупредил остальных Рогов. – Они могли разделиться, можем оказаться меж двух огней. Не стреляйте раньше времени! Надо накрыть всех ублюдков разом. Ясно?

– Ясно, – буркнул мрачный как ночь Патрик О'Райли, вытащил из короба NAR-10 и дослал патрон. – Давайте, чтобы потом железом не лязгать! – призвал он остальных последовать своему примеру.

Рогов передернул затвор китайского автомата и первым двинулся вверх по лестнице, но сразу замер и показал жестами: вижу двоих.

Так же молча Липке уточнил: что делают?

– Пасут затопленный вестибюль, в нашу сторону не смотрят, - едва слышно ответил аквалангист.

«Где остальные?» – поинтересовался Иван Доу.

«Больше никого не видно. Возможно, спустились в хранилище».

«Все скопом?»

«Ну, мы же не знаем, сколько их было».

«Ладно, выдвигаемся. Только не стреляйте раньше времени! А лучше вообще не стреляйте, заложники нам пригодятся».

Он упер приклад автомата в плечо и, высоко поднимая ноги, чтобы случайно не споткнуться и не нашуметь, двинулся по коридору к поручням эскалаторов. Там пристально следила за мутной водой странная парочка: хрупкая на вид девчонка с голубыми волосами и внушительных размеров парень. Они были вооружены весьма популярными выше сороковой параллели автоматами Калашникова сотой серии и, хоть не казались крутыми головорезами, могли бы доставить немало проблем, если бы не забывали оглядываться и смотреть по сторонам.

Влад Рогов бесшумно ступал по затянутому плесенью полу, остальные в меру своих способностей старались ему подражать. На ходу аквалангист кивнул в сторону лестницы, уходившей на верхние этажи, – туда двинулся Липке. Торговец оружием не стал дожидаться отдельного распоряжения и по собственной инициативе взял на прицел лифтовой холл.

Тогда Влад остановился и тихонько позвал:

– Пс-с-ст!

Крепыш начал было оборачиваться, но Рогов сразу потребовал:

– Замри!

– Один звук, и вы покойники! – предупредил Патрик О’Райли, и парень медленно поднял руки с автоматом над головой.

– Не стреляйте! – взмолился он. – Я вообще не при делах! Я просто моряк!..

– Заткнись! – прервал его причитания Рогов. – На колени! Оба! Автоматы на пол, руки за голову, пальцы сцепить!

Когда странная парочка выполнила это распоряжение, успевший проверить лифтовой холл Иван Доу забрал у пленников оружие и рюкзаки, обшарил карманы и отошел в сторону. Вид мутной воды, на поверхности которой плавали тела мертвых тварей, вызывал у него неприкрытую тревогу.

– Где остальные? – первым делом спросил Влад Рогов.

– А кто вам нужен? – дерзко поинтересовалась синеволосая девчонка. – Не очень-то вы похожи на миротворцев!

– Где остальные?! – с нажимом повторил вопрос аквалангист. – Говорите, или начну резать пальцы!

– Внизу! – испуганно выдохнул парень. – Они спустились в затопленное хранилище!..

Русский аквалангист осмотрел разложенное на ступенях снаряжение и кивнул. Судя по всему, пленник не врал.

Но вот Кристиан Липке так не считал.

– Иван! – окликнул он шефа и указал на затянувшую пол плесень, посреди которой явственно выделялись отпечатки ботинок. – Семеро ушли наверх, но только пятеро спустились.

– Нет, скорее двое потом решили подняться снова, – поправил Доу помощника, изучив следы, и развернулся к пленникам. – Зачем? Решили обчистить апартаменты?

– Еще раз соврете, свяжу и сброшу в воду! – угрожающе произнес Влад Рогов.

– Если не хотите слышать правду, расскажите сначала, что именно хотите услышать, а мы вам потом перескажем, – язвительно произнесла девчонка.

– Захлопнись! – приказал ирландец и повернулся к Владу: – Если те и другие вернутся одновременно, мы окажемся между двух огней.

Как-то незаметно в отсутствие покойного Луиса Тонго аквалангист Влад Рогов стал командиром его отряда наемников, и Доу с изумлением ощутил, что и он сам, и его помощник охотно подчиняются русскому. Служил он, что ли? И, судя по всему, не ниже, чем в офицерском чине.

– Есть шансы, – признал Рогов и спросил у пленника: – Сколько человек ушли под воду?

– Четверо.

Кристиан Липке выглянул на лестницу и предложил:

– Мы можем заняться засранцами, а вы караульте пловцов.

– Хорошо, – кивнул Влад, – но поторопитесь.

Торговец оружием и его помощник начали подниматься; затянувшая ступени плесень липла к подошвам и мерзко чавкала, но она же помогала выследить противника.

– Высоковато они гадить забрались, – обеспокоено произнес Липке, выходя на нужный этаж. – И они уже были здесь раньше – смотри, сколько следов. Кто-то кому-то в этой группе парит мозги…

– Не без этого, – согласился Доу.

Они без лишней спешки двинулись по коридору и вскоре вышли к распахнутой настежь двери апартаментов. Откуда-то из комнат доносились обрывки разговора на повышенных тонах.

– Коллекцию делят, – решил Кристиан.

Иван приложил палец к губам и двинулся на звук голосов, даже не взглянув на покоробленные от влаги подлинники картин знаменитых мастеров, развешанные по стенам. При необходимости он умел расставлять приоритеты.

Голоса доносились из приоткрытой двери в дальнем конце гостиной. Вламываться туда с оружием наперевес Доу не стал, решив прихватить конкурентов на выходе, и чем дольше он вслушивался в перебранку, тем явственней понимал, что причиной разногласий стала вовсе не коллекция антиквариата.

– Ты слышал это? – беззвучно выдохнул Липке, замерший рядом. – Нет, Иван, ты это слышал?!

Доу отмахнулся, и в тот же миг внутри серверной раздался негромкий хлопок. Сильно запахло горелым пластиком, потянуло дымом, и Кристиан Липке без промедления распахнул дверь.

– Так будет гораздо надежнее, – произнес стоявший к ним спиной здоровенный метис с бычьей шеей, придвигаясь к долговязому хлюпику. – Согласен?

– Согласен, – спокойно подтвердил Липке, взяв его на мушку. – Все правильно сделал. А теперь давай сюда флешку.

Хлюпик разинул рот от удивления, а вот метис оказался слеплен из другого теста; он никак не отреагировал на требование, лишь едва заметно повернул голову, скосив глаза на конкурентов, чтобы оценить степень угрозы.

– Папаша Пак очень расстроится, – заметил громила после паузы. – Слышь, покойник?..

– Флешку! – сурово повторил Липке.

Подручный Пак Хон Сана оскалился, но на неприятности под дулом автомата нарываться не стал и кинул флеш-накопитель под ноги Липке. Пластиковый корпус флешки c пижонской золотой монограммой на боку поскакал по полу, вымазавшись в плесени, и Кристиан не удержался от недовольной гримасы.

– Скотина, – проговорил он, однако поднять флешку не побрезговал.

Тремоло резко развернулся, готовый сцепиться с отвлекшимся на мгновение Липке, но дуло автоматического дробовика двенадцатого калибра, которое Иван Доу сунул ему в рожу, начисто отбило у него всякое желание геройствовать. Он чуть наклонился и разжал пальцы, роняя выхваченный было пистолет.

– Умный мальчик, – усмехнулся Иван Доу. – А теперь автоматы…

Когда метис выполнил это распоряжение, торговец оружием обратил внимание на заварившего всю эту кашу хлыща.

– Теперь ты! – потребовал он.

Секретарь покойного миллионера двумя пальцами вытянул из поясной кобуры компактный револьвер тридцать восьмого калибра, положил на пол и без лишнего напоминания отодвинул его ногой в сторону.

– Руки за голову и медленно, очень медленно двигайтесь на выход, – скомандовал Иван.

Кристиан отошел, прикрывая шефа, но Доу полагаться на волю случая не пожелал и поспешно попятился сам, не сводя при этом дуло дробовика с массивного метиса, который вызывал у него нешуточное беспокойство. Указательный палец так и чесался утопить спусковой крючок, но торопить события не стоило.

– Мы можем договориться ко взаимной выгоде, – миролюбиво предложил подручный Папаши Пака, выйдя в просторную гостиную. – Никто не останется внакладе…

– Позже, – отрезал Иван и велел помощнику: – Присмотри за ними. Если дернутся – стреляй.

– Слушаюсь, босс, – ухмыльнулся Липке, а Доу отправился на поиски трофеев. Он, конечно, умел правильно расставлять приоритеты, но и своего упускать не собирался.

Стоило торговцу оружием скрыться в соседнем помещении, бывший секретарь миллиардера облизнул пересохшие губы и заговорил:

– Послушайте, эти материалы слишком важны, их ценность для человечества невозможно выразить в денежном эквиваленте…

– Замолкни, – безразлично сказал Кристиан.

– Я к тому, – заторопился хлыщ, – что извлечь из них выгоду можно, лишь обладая нужными связями! Имена тех, кто готов заплатить за них, у меня в голове. Это даже не миллиарды, приятель, это абсолютная власть! Билет в высшую лигу!..

– Продолжай, – бесстрастно произнес Липке после недолгих колебаний.

– Чем больше людей знает об этих материалах, тем выше риск остаться ни с чем! Избавься от остальных, и мы с тобой…

– Ах ты, сволочь! – не сдержался метис Тремоло.

– Заткнись, – потребовал помощник торговца оружием.

В соседней комнате раздался звон бьющегося стекла, а потом на пороге появился изрядно раздосадованный Иван Доу.

– Вот дерьмо! – выругался он. – Это не коллекция, а какое-то недоразумение! Крис, хозяин был ценителем живописи, можешь себе это представить?! Тут кругом одни клятые картины! И они все в долбанной плесени и расползлись от влажности!..

Хлыщ снова заговорил:

– Основную ценность коллекции представляют бриллианты. Они сейчас как раз в затопленном хранилище …

Похоже, он уже окончательно сделал ставку на новую команду. Впрочем, если Тремоло был прав и он действительно с самого начала собирался отдать бриллианты, то по большому счету для него с появлением новых персонажей мало что поменялось в общем раскладе.

– Совсем ничего? – уточнил Липке у Ивана, игнорируя хлыща.

– Есть всякая шикарная мелочь, но этого даже близко не хватит, чтобы откупиться от синдиката!

– Бриллианты… – Хлыщ игнорироваться не желал, но Доу не дал ему договорить:

– Да. Вся надежда на бриллианты. Мы не

Метис рискнул оглянуться и предложил:

– Парни, если мы договоримся, Папаша Пак прикроет вас от синдиката…

Иван Доу только фыркнул в ответ:

– Бетоном он нас прикроет!

– …и возьмет в долю, – упорно гнул свое здоровяк.

– Может, просто грохнуть его? – спросил Липке, с нехорошим интересом разглядывая бритый затылок метиса. – Утомил.

– Вы совершаете большую…

– Заткнись и шагай, – приказал торговец оружием. – Расцепишь пальцы – схлопочешь пулю в спину. И тебя, хитрожопый, это тоже касается.

Когда странная процессия спустилась в вестибюль, русский с ирландцем по-прежнему удерживали пленников на прицеле, при этом бросая настороженные взгляды на мутную воду.

– Вы, двое! Становитесь рядом! – распорядился Иван Доу и спросил у аквалангиста: – Не слишком долго нет этих?..

– Понятия не имею, – пожал плечами Влад Рогов. – Возможно, у них внизу полно работы. Как все прошло?

– Как по маслу, – спокойно ответил торговец оружием, не став упоминать о флешке.

– Вы поднимались в апартаменты? – уточнил рыжий ирландец. – Что с коллекцией?

– Там одни картины! – ответил торговец оружием, машинально похлопав себя по карману, где лежал бумажник. – Можно даже не подниматься…

– Серьезно? – нахмурился Патрик, разворачиваясь к собеседнику. – Ты же говорил…

Закончить фразу он не успел – Иван вскинул дробовик на уровень его груди. Сердце ирландца провалилось в район желудка, но прежде чем он успел хоть что-то предпринять, за спиной послышался незнакомый голос, мужской и грубоватый:

– Думаю, всем лучше стоять там, где они сейчас стоят, и воздержаться от резких движений.

– Золотые слова, – криво улыбнулся Иван Доу, по виску которого скатилась крупная капля пота, и О’Райли с облегчением сообразил, что Доу целится не в него.

Эль Капитано, Иван Доу, Влад Рогов

Спускавшиеся за бриллиантами аквалангисты из команды конкурентов вернулись другой дорогой. Они появились из лифтового холла, и потому четверку пловцов в гидрокостюмах, среди которых были две бабы, взяли на прицел лишь торговец оружием и его помощник. В ответ на них смотрели три ствола – у узкоглазого аквалангиста руки были заняты внушительным металлическим чемоданом-сейфом. Расклад все равно был дерьмовый, с какой стороны ни погляди.

Повезло ребятам Доу в одном: приземистый крепыш средних лет с седоватой щетиной матерого кабана, субтильного вида кореец и две фигуристых девицы, негритянка и латиноамериканка, не ожидали наткнуться на чужаков, поэтому к перестрелке готовы не были, и тут запросто могла выйти ничья. Без потерь у противника не обойдется однозначно. К тому же руки у корейца заняты кейсом, а Патрик и Влад могли в один миг срезать поставленных на колени заложников и включиться в игру.

Пат.

Ивану сразу пришел в голову финал тарантиновских «Бешеных псов», когда ситуация, хоть и предельно дерьмовая, находилась под контролем до тех пор, пока все держали друг друга на мушке. Едва был спущен первый курок – история мигом пошла вразнос.

Сделав несколько глубоких вздохов, Иван Доу произнес вовсе не то, чего от него ожидали:

– Разве вы не должны были всплыть вот тут?

Крепыш безмятежно отозвался:

– Срезали путь через шахту лифта. Удачно получилось, правда?

– Не то слово, – злобно пробурчал Кристиан Липке. – Ну, и с кем имеем честь?

– Зовите меня Эль Капитано. Этого достаточно.

Прозвище это торговцу оружием ничего особенного не сказало, лишь вспомнилось предупреждение одного из клиентов о каком-то борзом русском наемнике с испанским погоняловом. Но, быть может, речь шла о ком-то другом?..

Слишком много русских.

Иван тяжело вздохнул и осторожно произнес:

– Так вот, Эль Капитано, проблема в том, что у вас наши бриллианты...

– Тут такое дело, – злобно ухмыльнулся поверх автомата Эль Капитано. – Я тебя расстрою, наверное, но это наши бриллианты.

Сгустившееся напряжение стало ощущаться почти физически, и Доу, на которого смотрел как минимум один ствол, вновь ощутил леденящий холодок между лопаток.

– А как вы собираетесь добираться до большой земли? Вплавь? – Он облизнул губы, чувствуя, как все сильнее дрожат под тяжестью оружия руки. – Ваш катер, или что там за хрень у вас была, сгорел на Пятой авеню…

– Разберемся, – хладнокровно пообещал Матвеев.

– А как же! – хрипло выдохнул Липке. – Прямо сейчас вот и разберемся!..

– Подождите! – крикнул вдруг метис. – Эль Капитано, надо договариваться! Мы тут перебьем друг друга ко всем чертям!

– Самое время договариваться, когда стоишь на коленях, а к затылку приставлен ствол, – хмыкнул Федор.

– Дело не во мне! Ставки резко возросли! – рявкнул Тремоло и мотнул головой в сторону бывшего секретаря миллиардера, стоявшего на коленях рядом с ним. – Этот хорек нанял нас не из-за бриллиантов и антиквариата, а чтобы заполучить материалы научных исследований! А это уже совсем другая игра!

– Захлопни пасть! – с угрозой потребовал Липке.

– Нет! – вскинулся вдруг Влад Рогов. – Продолжай!

Слова метиса его чрезвычайно заинтересовали, и по мере того как Тремоло торопливо вводил всех в курс дела, аквалангист поглядывал на торговца оружием все более недобро.

Первым не выдержал Патрик О`Райли.

– Иван, все так? – потребовал он ответа.

– Типа того, – беспечно ответил Доу, не отводя взгляда от конкурентов. Соленый пот заливал глаза, нестерпимо хотелось вытереть лицо или просто тряхнуть головой, но цена подобной беспечности неминуемо оказалась бы слишком высокой. Конкуренты седили за ним ничуть не менее пристально.

– И ты ничего нам об этом не сказал?! – возмутился ирландец. – Кинуть решил?!

– Патрик, дружище, – улыбнулся торговец оружием, – реши я от вас что-то утаить, эти двое получили бы по пуле еще наверху. Просто у нас нет ничего, кроме их слов. Сначала надо во всем разобраться…

– Это чистая правда! – немедленно встрял секретарь покойного миллиардера. – Эти исследования стоят целое состояние! Если мы договоримся, то каждый из нас станет юаневым миллионером! Я знаю людей, готовых…

– Папаша Пак скупиться не станет! – перебил его метис. – Никто из нас не знает мифических заказчиков этого секретаришки – я вообще думаю, что он работает один на свой страх и риск, и его солидные люди, якобы готовые дорого купить материалы научных исследований, такие же призрачные, как и его заказчик А вот Папашу Пака наверняка знает каждый из вас. У нас есть бриллианты, информация и транспорт. Если мы договоримся и выберемся

– Проблема в том, – поморщился Иван Доу, – что бриллианты нужны нам, и делить их на всех мы не станем. Конец дискуссии. Какие-то научные файлы – ребята, это звучит несерьезно. Их нельзя измерить в каратах. Нашему нанимателю нужны камни, и он не из тех, кто вместо реальных камней возьмет цифры и таблицы.

– Совершенно не проблема! – заявил вдруг молчавший все это время кореец. Он опустил металлический кейс на пол и поставил на него ногу, готовый толчком ступни отправить его на середину комнаты. – По-моему, размен честный. Забирайте! Но с вас тогда в залог флешка!

– Какого черта ты творишь?! – прошипела Бандана. – Ты не можешь решать за всех!

– Я обязан отчитываться перед Папашей Паком, а не перед тобой! – отрезал кореец. — Свое вы получите в любом случае, и процент с этих файлов выйдет куда больше, чем с камушков! - И потребовал у противоположной стороны: – Давайте сюда флешку!

– Крис! Отдай им эту хрень, – распорядился торговец оружием. – Патрик, проверь кейс. Может быть, они пудрят нам мозги.

Липке вытащил из нагрудного кармана флеш-накопитель, но его остановил Влад Рогов.

– Нет! – заявил вдруг аквалангист. – Это не равноценный обмен!

– Уймись, Влад, – потребовал Иван Доу. – Лучше синица в руке, верно? Как говорим в таких случаях мы, русские…

Но Рогов отрезал, переведя ствол на Липке:

– Крис, стой на месте, я сказал!

– Да что с тобой такое, – бессильно проговорил Доу.

Липке раздраженно выругался, не зная, как поступить. Готовое плюнуть смертью дуло калибра 7.62 неотрывно следило за ним, и сомневаться в серьезности намерений русского аквалангиста не приходилось. Никто не станет блефовать в такой ситуации.

Но прежде чем дискуссия возобновилась, раздался громкий плеск, звякнул металл, и через комнату покатилось рубчатое яйцо осколочной гранаты.

Глава 22

Эль Капитано, Иван Доу, Влад Рогов

Первым на опасность среагировал кореец. Ловким пинком, будто заправский футболист, он отправил начиненную взрывчаткой болванку обратно в воду. Но после того, как подводный взрыв взметнул в воздух фонтан грязной воды, в комнату из-под воды полетели новые гранаты.

Подкрепление к расстрелянным командой Эль Капитано ихтиандрам все-таки прибыло.

Позабыв о выяснении отношений, наемники бросились в лифтовой холл, чтобы укрыться за его стенами. В отличие от тренированного Тремоло, замешкавшийся при вскакивании с колен Говард Хадсон отстал от остальных и успел только появиться в дверном проеме, как в вестибюле прогремели новые взрывы. Секретаря миллиардера со страшной силой швырнуло вперед, шальной осколок угодил ему в спину и через легкое прошел навылет, брызнула кровь. Хадсон рухнул на пол и попытался ползти, но высунувшиеся из воды аквамены достали его трассирующими.

Занявшие вестибюль ихтиандры открыли шквальный огонь вслед удирающим наемникам, и никому даже в голову не пришло попытаться оттащить бедолагу вглубь помещения. Какое-то время он еще вяло подергивался, потом затих в растекающейся луже крови.

– Как у вас с патронами? – озабоченно спросил Эль Капитано, прижавшись к стене и не рискуя высунуться в дверной проем. Неожиданное нападение пусть и ненадолго, но превратило былых соперников в вынужденных союзников, поэтому укрывшийся рядом с ним Патрик О’Райли честно признал:

– Мало. Надолго не хватит.

– Надо прорываться отсюда! – крикнул Влад Рогов, но хотя всем было понятно, что прорываться надо, идти на верную смерть никто не собирался.

– Можно подняться по лесенке в лифтовой шахте! – предложил Иван Доу. – Там должны быть лесенки! Черт, я сотни раз видел такое в кино!..

Эль Капитано парой выстрелов снял рискнувшего высунуться на открытое пространство ихтиандра и велел латиноамериканке, залегшей ближе к лифту:

– Пакита, проверь!

Девица проворно перекатилась к лифтовой шахте, заглянула внутрь и крикнула:

– Лестница есть, только придется вскрывать двери наверху!

Кристиан Липке в два кувырка перебрался к ней и потребовал:

– Не мешай!

Пакита слегка посторонилась, позволяя помощнику торговца оружием заглянуть в лифт, но менять позицию не стала и даже подсадила грубияна, помогая дотянуться до лестницы, хотя он особо в этом и не нуждался. Крис взобрался этажом выше и принялся возиться там, пытаясь раздвинуть дверцы шахты. Много времени у него это не заняло, и вскоре он выбрался на верхний этаж. Быстро проверил лифтовый холл, свесил голову вниз и крикнул:

– Чисто!

– Вперед! – скомандовал Эль Капитано. – Занимаем оборону наверху!

Капитан Матвеев, Влад Рогов, кореец и метис остались сдерживать противника, остальные наемники бросились к лифту. У распахнутых дверей немедленно началась толкотня, и сразу пронзительно завизжала Каста. Вынырнувший из воды ихтиандр ухватил синеволосую девчонку за лодыжку и неминуемо утянул бы вниз, не успей Доу всадить ему в голову заряд картечи, расплескавший мозги твари по стенам.

Каста стремительно взлетела вверх по лестнице, а вода под ней вдруг запузырилась, и над поверхностью начал клубиться явственно различимый голубой дымок. Запахло миндалем и чем-то еще, несравненно более отвратительным.

– Отрава! – предупредил остальных Иван Доу, карабкаясь наверх.

Непонятный газ быстро растекался по помещению, но, к счастью, оказался тяжелее воздуха и стелился по полу. Впрочем, все равно заслезились глаза и запершило в горле.

Влад Рогов закашлялся и рванул вдогонку за остальными. Эль Капитано выругался и воткнул в автомат последний магазин.

– Отступаем! – крикнул он метису Тремоло и корейцу Паку, которые, стоя по разные стороны двери, стреляли, не давая ихтиандрам приблизиться.

Для того, чтобы вести прицельный огонь по акваменам, Паку, который вновь забрал чемоданчик с бриллиантами, пришлось перед стрельбой поставить тот на пол, и теперь его одним движением подхватила пробегавшая мимо Бандана.

Матвеев с оружием контролировал выходы в рекреацию и медленно отступал задом к лифту, и потому не заметил, как попятившийся Тремоло воровато оглянулся, а потом, поняв, что они с корейцем оказались в лифтовом холле одни, дважды в упор выстрелил Паку Вон Хе в спину. Тот яростно вскрикнул, заваливаясь. Федор обернулся, но метис, отшвырнув разряженный автомат, уже что есть сил бежал через холл к лифтовой шахте.

Эль Капитано решил, что в корейца попал высунувшийся аквамен. А вот оглянувшийся перед прыжком в шахту лифта Влад Рогов лицезрел расправу собственными глазами.

Разборки в чужой команде его не касались, он даже оценил изящество, с каким метис избавился от претендента на долю в добыче. И все же задержался на лесенке, не став пока выбираться на этаж. Со стороны потенциального

Тремоло только начал карабкаться следом, когда Рогов резким ударом каблука сначала в лицо, а потом и по судорожно вцепившимся в поручень пальцам отправил метиса в недолгий полет. Тот даже изумленно вскрикнуть не успел, сразу с головой уйдя под воду. Та моментально окрасилась красным, словно внизу были установлены шнеки мясорубки.

Тремоло все же вынырнул и даже ухватился за перекладину лесенки. Лицо у него было иссечено и изрезано, словно он действительно попал внизу в гигантскую мясорубку. Хрипло выдохнув, он начал подтягиваться, – аквалангист даже поднял автомат, чтобы докончить начатое, – но сильный рывок из глубины сдернул метиса обратно. Лишь мелькнула напоследок над поверхностью сжавшаяся в кулак смуглая рука.

Влад Рогов спокойно выбрался на этаж, перекинул за спину болтавшийся на ремне NAR-10 и стал дожидаться Эль Капитано, но тот не появлялся. Ядовитая дымка внизу клубилась все сильнее, она понемногу заполоняла нижний этаж, обрекая всех оставшихся там на верную гибель, а Матвеева все еще не было.

– Где он?! – яростно подскочила к аквалангисту негритянка.

– Кто? – вздрогнул Влад от неожиданности. – Метис?..

– Эль Капитано!

– Внизу.

– Сорвался?! – опешила Бандана, разглядев плавающие в бурой воде ошметки плоти.

– Нет, упал метис, – пояснил аквалангист. – Надышался газом и спикировал…

Вдали, где-то в затянутой ядовитой дымкой глубине колодца, отчетливо тукнул одиночный выстрел. Кто-то из людей еще отстреливался от морских тварей – или аквамен пробовал трофейное оружие.

– Дерьмо! – взвизгнула негритянка и, отодвинув Рогова в сторону и набрав в легкие побольше воздуха, приготовилась соскользнуть на лесенку, но в синей пелене ядовитого тумана внизу мелькнул внезапно силуэт человека.

Вырвавшись из отравляющего облака, Федор Матвеев скинул маску и алюминиевый баллон воздушной смеси для подводного плавания и, отчаянно кашляя, взобрался наверх.

– Ну, наконец-то! – Негритянка с облегчением перевела дух.

Влад Рогов только покривился, втайне сожалея об упущенной возможности избавиться от еще одного неудобного персонажа, а то и двух, но что-либо предпринимать в этой ситуации уже было поздно. Вокруг стало слишком много свидетелей.

Негритянка потащила своего компаньона прочь, что-то торопливо шепча ему на ухо – Рогов расслышал только первые слова: «Пакита, проныра!..». Влад, насколько смог, задвинул дверцы лифтовой шахты и бросился следом. Отравленный туман быстро поднимался, и это грозило самыми серьезными неприятностями.

Чудом выбравшиеся из смертельной ловушки наемники расположились на втором этаже,в одном из магазинов торговой галереи Трамп-тауэр. Несмотря на всю серьезность положения, сейчас их больше волновало не возможное нападение морских тварей, а поведение конкурентов. Друг на друга они смотрели волками.

Влад всеобщие опасения всецело разделял, но заговорил о другом.

– Ядовитый газ прибывает, – напомнил он о главной опасности. – Надо уходить наверх. Этаж-два, выше эта тяжелая дрянь не поднимется.

– Погоди! – остановил его Эль Капитано, выслушав, как латиноамериканка что-то прошептала ему на ухо. – Как поступим с тварями? Они нас теперь в покое не оставят, а патронов почти нету! Нам не продержаться и получаса.

– И что нам делать, по-твоему? – спросил Иван Доу.

– Прорываться! – ответил Матвеев. – Или можете оставаться, а мы пока поищем ваш замечательный катер на воздушной подушке. Где вы его оставили, кстати? Надеюсь, где-то поблизости?

– Пошел на хрен! – в запале Иван послал собеседника по-русски, заставив того удивленно вскинуть брови.

– Надо уходить! – поддержал конкурента Кристиан Липке. – Бриллианты у нас, делать здесь больше нечего. И чем быстрее мы свалим, тем лучше!

– Это слишком рискованно! – уперся Рогов. — По дороге нас могут перестрелять из гарпунных ружей! И это облако газа, который они выпустили. Не знаю, что это за дрянь, но пахнет синильной кислотой, а такое никому не прибавит здоровья. Не факт, что нам удастся добраться до первого этажа. Если нас свяжут боем и мы застрянем на лестнице, там мы все и останемся, когда надышимся отравляющим веществом. Надо пересидеть наверху и дождаться, пока газ рассосется.

– Чтобы нас отсюда китайский патруль снял? — понимающе качнул головой Эль Капитано. — Не, так себе перспективка. С другой стороны, оставайся! – предложил он. — Делить добытое нам будет проще. - И вдруг совсем невпопад, другим тоном, спросил: – У тебя жвачка есть, кстати?

– Серьезно? Тебя сейчас волнует свежеть дыхания?! – опешил Влад.

– Да он просто издевается! – поддержал аквалангиста торговец оружием. – Слушай, может, хватит уже корчить из себя мачо?!

– Мне нужна жвачка, – скучным голосом произнес Матвеев. – В зубах какая-то хрень застряла, отвлекает от главного. Не могу сосредоточиться. Это проблема?

– Да подавись! – Рогов выудил из кармана завалявшуюся там пластинку никотиновой жевательной резинки, которой угостил его Липке, и запустил ею в наемника.

– Благодарю, – спокойно ответил Федор, подобрал жвачку, раскрыл ее, сунул в пасть и принялся отдавать распоряжения: – Итак, все желающие прорываются к нашим спасательным плотам. Они у нас замаскированы снаружи. Если спустимся по дальней лестнице, окажемся почти на месте. Только старайтесь особо не дышать этой дрянью.

– Места хватит всем? – уточнил Иван Доу.

– У нас три плота. На каждом уместится по три-четыре человека, если ужаться, то и больше. Но у нас уже есть потери, – напомнил Матвеев. – Нас девять человек. Всё! Сначала мы с девчатами, дальше как хотите. Вперед!

Наемники нырнули в один из боковых коридоров в надежде сбить врага с толку, и отчасти им это удалось: на ихтиандров, вышедших наперерез противникам, они наткнулись лишь у самой лестницы вниз. Выбравшихся на этаж штурмовиков атлантов на ходу искатели сокровищ расстреляли из нескольких стволов. Перескочив через распростертые на полу тела человекообразных рептилий, Федор Матвеев с подругами бросились к лестничному пролету, но снизу внезапно прогремела автоматная очередь, выщербив из стены фонтанчики щебня и песка. Наемники прижались к стенам, и торговец оружием неожиданно для самого себя оказался в авангарде колонны.

Мешкать Иван не стал. Стоило только смолкнуть выстрелам, он сунулся на лестничную площадку и всадил заряд картечи в ихтиандра, яростно дергавшего заклинивший затвор автомата. Брызнула в разные стороны бурая кровь, ноги монстра подломились, и он сполз на пол. Торговец заменил опустевший магазин на последний остававшийся в разгрузке – с осколочно-фугасными зарядами FRAG-12, – и посторонился, вновь пропуская вперед команду Матвеева.

Ядовитый туман к этому времени

– Прикрывайте! – крикнул Эль Капитано, первым протискиваясь через замаскированный «шкуродер» на улицу.

Иван Доу подтолкнул Патрика, заставляя его лезть впереди остальных, а сам развернулся и прижался к стене. Неожиданно в туманной пелене торговцу оружием почудилось смазанное движение, а потом из ядовитой дымки вынырнула морда гигантского крокодила, туша которого перекрыла едва ли не весь коридор.

Первые же два попадания из дробовика снесли половину кошмарной морды, тварь забилась в агонии, хлеща по стенам жилистым хвостом и разбрызгивая нечистую кровь, и тогда через ее голову в коридор полезли ихтиандры, приехавшие на крокодиле как на огромном водном мотоцикле. Грохнул один выстрел, другой, с визгом срикошетила от стены пуля, и Доу немедленно открыл ответный огонь. И хоть стрелял он практически вслепую, разрывные боеприпасы собрали среди акваменов обильную кровавую жатву, разлетевшись во все стороны смертоносной шрапнелью.

– Иван! – Липке дернул его за рукав. – Уходим!

Доу бросил разряженный дробовик и вслед за помощником выбрался наружу. К этому времени все три спасательных плота уже столкнули на воду; Матвеев с подругами на первом даже успел отплыть от здания, а второй, с синеволосой девчонкой, Патриком О’Райли и первым помощником Мюричем Макфарлейном, только набирал скорость. Влад Рогов возился с двигателем третьего.

– Быстрее! – поторопил он торговца оружием.

Тот спрыгнул вниз, следом сиганул его помощник; каким-то чудом они удержались на плоту, не рухнув в воду. Аквалангист тут же врубил двигатель, и неповоротливое суденышко вырвалось на оперативный простор.

Нагонять другие плоты Рогов не стал. Он заложил крутой вираж, прямым курсом направляясь к дому, во дворе которого их дожидалось судно на воздушной подушке. Рыжий наемник, внимательно наблюдавший за ними, приказал рулевому Макфарлейну повторить этот маневр, и успевший набрать приличную скорость моторизованный плот Патрика очень скоро нагнал их и даже вырвался вперед.

- Не спеши! — по-русски крикнул Иван Доу. – А то…

В этот момент плот Патрика наскочил на притопленную лодку, которую команда Доу бросила, когда уходила под воду, чтобы проникнуть в Трамп-тауэр через канализационный коллектор. Плот подбросило, он перевернулся, и люди с него посыпались в воду.

- А то успеешь, - машинально-оторопело закончил свою фразу Доу.

И тогда с глубины взмыли затаившиеся там тени.

Синеволосая Каста попыталась закричать, но хватанула воды широко раскрытым ртом и издала лишь тонкий булькающий взвизг, моментально оборвавшийся, когда поднявшийся со дна трехметровый ракоскорпион вонзил ей в грудь страшные зазубренные клешни, покрытые длинными хитиновыми шипами, и потащил ее вниз. Сначала сквозь мутную воду было видно, как хакерша яростно бьется, безуспешно пытаясь вырваться и всплыть, но чем глубже она погружалась, тем больше размывались очертания ее тела и тем больше она напоминала неясный дергающийся силуэт в адском театре теней.

Макфарлейн тоже не продержался на поверхности и трех ударов сердца – его со всех сторон облепили твари поменьше, напоминавшие зубастых угрей. Видимо, маленькие демоны сразу перервали ему какие-то важные сухожилия, потому что бывший первый помощник капитана Бишопа камнем пошел ко дну, не попытавшись даже шевельнуть ногами и оставляя за собой две широкие дымчатые полосы крови из поврежденных бедренных вен. Угри сопровождали его в глубину, продолжая рвать неподвижное тело.

Патрик сидел на носу плота, поэтому при столкновении его швырнуло на несколько метров по ходу движения, и Доу тут же распластался на своем плоту в лихорадочной попытке дотянуться до ирландца и выудить его из воды. Липке вцепился в ремень босса и потащил обратно, а в следующий миг ладони торговца оружием и наемника столкнулись с такой силой, что занемели пальцы. Какую-то долю мгновения казалось, будто случится чудо и Патрик уцепится за руку Ивана, но потом плот унесся дальше, оставив оглушенного О’Рейли в тумане.

– Разворачивай! – крикнул Иван Доу, но Влад Рогов сделал вид, будто ничего не услышал.

Второй раз приказа возвращаться не последовало. У всякого благородного порыва есть свои пределы, а торговец оружием вовсе не был святым и уже сделал больше, чем мог.

Оглянувшись, он не увидел Патрика на месте столкновения лодок. Его просто мгновенно утянули под воду, но кто это был и какого размера, у Ивана не было никакого желания выяснять.

– Черт с тобой, – хрипло выдохнул Доу, – гони к катеру. Дождемся их там.

Всё, забыли. Рыжеволосый наемник Патрик О’Рейли никогда не был Ивану другом, просто ситуативным союзником. Секунду спустя Иван Доу уже вычеркнул его из своей жизни. Так же, как недавно вычеркнул из своей жизни Эйрин О’Рейли. Так же, как перед этим вычеркнул Кевина Ши.

– А стоит ли? – спросил Кристиан Липке, когда плотик подкинуло на высокой волне. – Дожидаться? Флешка у нас. Можем продать ее, раз она такая ценная…

– Я ничего не понимаю в научных исследованиях, – ответил торговец оружием, – зато кое-что понимаю в людях. Вернемся без камушков, и громилы синдиката скормят нас живьем морским тварям, без всяких гладиаторских боев. Им только дай повод…

– Так зачем тогда возвращаться?!

– Не тебе решать, – жестко отрезал Иван Доу. – Черт, надо было попытаться отобрать кейс у черной девки!..

– Надо было, – хмыкнул аквалангист Влад Рогов, направляя плот к показавшемуся из тумана угловому зданию на перекрестке. Потерявшее ход плавательное средство мягко толкнулось в стену, и наемники через выбитые окна поспешно забрались внутрь. – Некогда было. Очень нервная ситуация сложилась.

– Зато адреналин.

– Да уж, адреналина море вышло, разве что по подбородку не стекает…

В тот же миг из тумана вынырнул второй плот с Эль Капитано и девчонками, которые ориентировались в тумане на звук мотора плота Доу. Он проскочил мимо, скрылся за углом, и сразу смолк негромкий гул его двигателя.

– На катер, быстро! – первым выскочил из комнаты Кристиан Липке.

Влад Рогов бросился следом. В том, что Матвеев со своими девками не станет дожидаться их, завладев судном на воздушной подушке, ни у кого сомнений не было.

Иван Доу рванул вдогонку за напарниками, поскользнулся на липкой плесени и едва не упал, а когда восстановил равновесие, с улицы донесся непонятный шум. Торговец оружием метнулся обратно к окну, выглянул наружу и

Из тумана вынырнул катер миротворцев, судя по расцветке и флагу – китайский. Луч мощного прожектора скользнул по стене и остановился, наткнувшись на брошенный спасательный плотик.

Распластавшись по стене, Иван приставными шажками пополз к двери и выскочил в коридор. До высадки десанта еще оставалось время вывести судно на воздушной подушке со двора, но пару минут спустя с другой стороны дома послышались пулеметные очереди.

Когда торговец оружием догнал коллег, в окне из-за их спин ему удалось разглядеть, как сильно накренившийся катер с простреленными плавательными баллонами медленно уходит под воду. Над поверженным судном висел вертолет российских миротворцев, и из жерл его пушек-вулканов поднимался легкий дым.

– Сейчас здесь будет русский сторожевой катер! – прошипел Липке. – Надо срочно убираться отсюда!

– Там уже катер. Китайский, – сообщил Иван Доу и уже без всякой спешки поднялся в комнату, где они ранее устроили наблюдательный пункт. Там он взял приставленную к стене винтовку помощника и рассовал по кармашкам разгрузки запасные магазины.

Потом осторожно присел у тела Эйрин О’Райли. Наверное, хотел попрощаться. Но через мгновение выпрямился с каменным лицом и зашагал вниз.

У него внезапно появились серьезные вопросы к Кристиану Липке.

Глава 23

Эль Капитано, Влад Рогов

Эль Капитано с подругами появился, когда катер окончательно затонул и над поверхностью остался лишь ствольный блок крупнокалиберного пулемета. Матвеев передал алюминиевый кейс Паките и попросил девиц подождать в соседней комнате.

– Ничего личного, – хищно ухмыльнулся он, – простые меры предосторожности. Заодно за окнами присмотрят. Кстати, а ваш-то третий где?

– Контролирует окна с другой стороны, – поморщился Кристиан Липке. – Нас ухватили за яйца! Русские утопили катер и сейчас пожалуют собирать спасшихся. Китайцы и вовсе уже здесь, Иван видел их судно на той стороне. И еще вопрос, предложат нам сдаться или похоронят прямо тут…

– Предложат, – уверенно заявил Влад Рогов. – Могу ручаться.

– Предложат, – согласился Матвеев. – Вопрос только, кому сдаваться. Лично я голосую за русских.

– Не думаю, что у нас есть выбор, – покачал головой аквалангист. – Китайцы уже здесь, рыщут под окнами. И они не будут ждать.

– У меня есть связи в российской администрации, – поведал Эль Капитано. – Русские не станут предъявлять нам обвинений. Надо просто продержаться до их подхода.

Влад Рогов только покачал головой:

– Ты собрался воевать с китайцами? Проще договориться!

– А ты что скажешь? – обратился Матвеев к помощнику торговца оружием. – Хочешь угодить на урановый рудник? У китайских миротворцев это запросто.

Липке от таких слов откровенно перекосило. Аквалангист заметил это и уверено заявил:

– С помощью материалов Маттесона мы легко купим себе свободу.

– В самом деле? – усмехнулся Матвеев. – У меня есть надежные люди в русском миротворческом корпусе. Я там служил. Может, даже получится оставить себе часть бриллиантов.

Рогов рассмеялся.

– У тебя хорошая фантазия!

Федор уловил в голосе собеседника угрожающие нотки и слегка сдвинулся в сторону помощника торговца оружием.

– Я предлагаю дело, – сказал он Кристиану. – Что предлагает твой друг?

– Предлагаю сдаться китайцам без стрельбы и прочих глупостей, – прямо высказался Влад. – Уголовного преследования не будет, это я тоже гарантирую. И более надежно, чем Эль Капитано.

– Ты гарантируешь? – прищурился Матвеев. – Каким же образом?

– Я работаю на китайскую разведку, – сообщил Рогов, столь спокойно, словно признался в насморке. – Наши знают, что я здесь, и не позволят русским приблизиться. Материалы научных исследований в обмен на свободу – неплохой для вас размен, на мой взгляд.

– Так это ты сдал нас китайцам?! – разозлился Липке. – И вызвал сюда их катер?! Вот сволочь!

– Материалы в обмен на свободу. – Влад был непоколебим. – И никто не пострадает. Убьете меня – пойдете на корм морским тварям. Давай сюда флешку.

Помощник торговца оружием поморщился и спросил:

– А бриллианты?

– Будут конфискованы, – отрезал Рогов. – Я не обещал чудес. Только свободу.

– Подождем Ивана Доу, – решил Липке. – И предлагаю как следует подумать насчет бриллиантов. Эти карты памяти – они так часто выходят из строя…

Он сунул руку в нагрудный карман и нахмурился, но прежде чем успел вымолвить хоть слово, Федор Матвеев молниеносным неуловимым движением приблизился к нему и одной рукой нежно обхватил за талию, а другой – приставил к горлу нож боевых пловцов. Все произошло столь стремительно, что китайский агент на миг даже растерялся.

– Не дергайся! – потребовал Эль Капитано и, пятясь, потянул заложника за собой в заднюю комнату, где укрылись его подруги.

Влад Рогов с превеликим удовольствием пристрелил бы их обоих, но в дверном проеме нарисовалась вооруженная автоматом негритянка. Отступающие мужчины перекрыли ей линию стрельбы, и эта мимолетная заминка дала аквалангисту шанс незаметно укрыться в простенке.

Внезапно с противоположной стороны, из-за спины Рогова, грохнули два выстрела подряд. Пули угодили Липке в грудь и в живот, чудом не попав в Матвеева. Влад мигом высунулся и уже поймал в прицел Эль Капитано, который лишился заложника, в прицел. Но тот яростно пихнул захрипевшего Кристиана навстречу Рогову и, воспользовавшись коротким замешательством разведчика, выскочил из комнаты. В полумраке коридора над его плечом полыхнули дульные вспышки, и Владу пришлось спрятаться обратно. К счастью, стена оказалась капитальной, и его не зацепило.

Иван Доу, который только что подстрелил собственного помощника, хладнокровно перенес огонь на Бандану, но та, стоило Матвееву проскочить мимо нее, мгновенно ушла в тень и скрылась за поворотом коридора.

Влад выглянул из простенка и сообщил:

– Они свалили.

Пригибаясь, Доу нырнул в комнату, ухватил помощника за ногу и оттащил от двери. Нисколько не интересуясь самочувствием приятеля, он нашарил в его нагрудном кармане флеш-накопитель и развернулся к китайскому агенту.

Тот не сводил с Ивана настороженного взгляда. Настороженного взгляда и дульного среза автомата.

– Предложение об амнистии все еще в силе? – с невозмутимым видом поинтересовался Доу.

– Да, – коротко ответил Рогов.

Иван кинул ему пропахшую никотиновой жвачкой флешку в броском черном корпусе с золотой монограммой, поднялся на ноги и вытащил из кобуры кольт. Прежде чем Влад, угрожающе вздернувший автомат, успел вымолвить хоть слово, торговец оружием добил своего помощника выстрелом в голову и сунул пистолет обратно в кобуру.

– Тогда я только что попросил политического убежища, – прокомментировал Иван

Рогов хмыкнул, но промолчал.

Насторожено заглядывая во встречавшиеся на пути дверные проемы, они пробежали дом насквозь и вернулись в комнату, через окно которой забрались внутрь. Там Рогов посигналил фонариком патрульному катеру, и вскоре оттуда отплыла спущенная на воду моторная лодка. Действовали китайцы, нисколько не опасаясь морских тварей; судя по обширным ярко-синим пятнам на воде и неприятному запаху, они тоже применили какие-то отравляющие вещества, чтобы не давать монстрам высунуться. Какие именно, Иван не знал и потому приложил все усилия, чтобы не сорваться в воду, выбираясь из окна.

Волновался он напрасно: в лодке его сразу уложили на дно, а потом аккуратно подняли на борт катера, обчистили карманы и спустили в трюм.

Влад Рогов за ним не последовал. Он поспешил в капитанскую рубку и потребовал от капитана, уже поставленного в известность о его полномочиях:

– Цзяньчжан! Высаживайте десант! Цель – алюминиевый кейс, пленные – по обстоятельствам!

– Слушаюсь, чжунсяо.

Капитан-цзяньчжан без промедления отдал распоряжения, и на воду спустили еще две надувные лодки. Но едва они отплыли от катера, из здания прогремели несколько одиночных выстрелов. Наемники Эль Капитано не собирались сдаваться без боя. Пули вздыбили воду вдали от катера, и все же капитан приказал открыть огонь на подавление.

Рявкнули зенитные орудия катера, стены здания брызнули обломками бетона, и тут же с соседней улицы на перекресток вывернул военный катер русского миротворческого корпуса.

– Прекратить огонь! – по-английски проревел громкоговоритель на преградившем путь лодкам катере. – Вы препятствуете спасательным работам миротворческих сил Российской Федерации!

Китайский капитан обернулся за дальнейшими распоряжениями к Рогову.

– Нас ставили в известность о возможной активности русских в этом квадрате, – предупредил китаец.

Влад достал из кармана вычурный флеш-накопитель, задумчиво посмотрел на него и досадливо махнул рукой.

– Отбой! – скомандовал разведчик. – Пускай русские забирают своих ублюдков. Боюсь, Эль Капитано сильно переоценивает дружелюбие соотечественников. Все они пьянь и мразь, которая обычно сажает задержанного на бутылку. Одно слово – русня!..

Перестрелка с русскими из-за банальных бриллиантов выходила не только за рамки его полномочий, но и за границы здравого смысла. К тому же всегда оставалась возможность добиться возвращения хотя бы части драгоценных камней по дипломатическим каналам.

Надувные лодки начали поднимать на борт, а Влад спустился в трюм к взятому под стражу торговцу оружием.

– Почему? – холодно спросил он.

– Почему что? – безжизненно отозвался Иван.

– Почему ты застрелил своего человека? – нетерпеливо уточнил Рогов. За время жизни в Китае он уже привык, что окружающие понимают его с пары иероглифов, как бы цветисто он ни выражал свою мысль. Кроме того, его мутило от одной мысли о том, с какой же омерзительной гадиной приходится общаться.

Иван Доу откинулся на лавке, посмотрел в сторону и вздохнул.

– Я не слишком сведущ в медицине, но мертвецов повидал изрядно. Отравленного от задушенного как-нибудь отличу.

– Так он что, убил их?! – изумился Рогов. – Ирландку и капитана? На кой черт ему это сдалось?

– Хотел выйти из игры. Думал, сумеет забрать камни и спрятаться от синдиката, пока они будут резать меня на куски, – спокойно ответил Иван. – Все уши об этом прожужжал – сбежим да сбежим. Полагал, что Эйрин сможет меня удержать, и убил ее. И Энрике до кучи — иначе не смог бы присоединиться к нам после смерти Тонго. Синдикат начал бы резать меня, когда поймал бы, Крис был моим наемным работником и синдикату в принципе был без надобности. Постоянно ныл, что неплохо было бы кинуть гангстеров и удрать с камушками…

– И ты решил отомстить за ирландку?

– В том числе, наверное… – отстраненно пожал плечами Доу. – Я с ней спал. Это ничего не значит, конечно, просто ненавижу, когда другой мальчик ломает мои игрушки. – Он сплюнул. – У Криса была мечта: дом в горах, спокойная жизнь, лыжи. А когда начинают убивать ради мечты, уже не останавливаются. – Иван жалобно оскалился. – Никто не останавливается. Рано или поздно он избавился бы и от меня тоже. Не было никакой необходимости душить Эйрин. Он мог просто соврать о ее смерти. Мог, но не стал. Впрочем, если бы он оставил ее тут живой, в беспомощном состоянии, ей все равно пришел бы конец. Так что он с самого начала обрек ее в любом случае. – Доу помолчал, потом добавил: – Хотя знаешь… дело не только в этом. Не стоит нарушать правила игры, только и всего. Я больше не готов был ему доверять.

– У тебя есть правила? – удивился Влад.

Русский американец выдержал пристальный взгляд русского китайца.

– Есть. У всех должна быть грань, которую нельзя переступать. У меня есть правила, и у меня есть работа. Без правил и работы я никто. Иначе просто незачем жить. На стену полезу, сопьюсь или застрелюсь. Не хочу. – Торговец оружием тяжело вздохнул и спросил: – А ты? Как тебя-то угораздило продаться китайцам, русский черт?

– Пять поколений моих предков жили в Китае. Белоэмигранты. Русская краснозадая мразь, сделавшая мою семью беженцами с родной земли, всегда была для меня вомного раз ненавистнее азиатов, – холодно ответил Влад и направился на выход.

Иван его остановил:

– Так что насчет правового иммунитета?

– Ты его получишь. – Рогов насупился, вновь перейдя на китайский телеграфный стиль. — Словоофицера.

– А мои вещи?

Влад Рогов отдал распоряжение одному из стороживших арестанта матросов, и тот принес пластиковый пакет с изъятыми у Ивана вещами.

– Эй, здесь не все! – возмутился Доу, заглянув внутрь.

– Те дорогие безделушки, которыми ты набил карманы в апартаментах Маттесона, конфискованы и поступят в казну Народного Китая, – уведомил торговца оружием Влад Рогов и покинул трюм.

В сегодняшней реально опасной миссии люди уничтожили, пожалуй, не меньше своих сородичей, чем морские твари. И это совершенно не нравилось Владу Рогову, заставляя его чувствовать себя обманутым, причем совершенно непонятным образом.

В его отсутствие Иван Доу без спешки рассовал по карманам свои вещи, потом взял бумажник и осторожно оттянул пальцем отделение для мелочи, где среди банальных никелевых юаней затесалось несколько монет из коллекции покойного Маттесона.

Никто из китайцев заглянуть сюда, разумеется, не догадался. А если и заглянул, то не придал увиденному значения.

А зря. Серебряный доллар тысяча восемьсот четвертого года, несколько золотых дублонов, редкий пятицентовик с головой статуи Свободы – пусть

Бросать торговлю оружием Иван не собирался. Он нисколько не лукавил, говоря, что живет исключительно работой…

Влад Рогов, Эль Капитано

Два патрульных катера, китайский и российский, замерли друг напротив друга посреди залитого водой Нью-Йорка.

Влад Рогов выбрался на палубу, встал возле станкового пулемета. Прищурившись, посмотрел на бывших противников, которые стояли на другой палубе в двух десятках метров от него: увидев соотечественников Эль Капитано, они тут же сдались им вместе с бриллиантами. Китайский разведчик не испытывал к ним ненависти, хотя мог погибнуть по их милости. Но теперь охота закончена, и закончена в его пользу. Можно расслабиться и проявить великодушие, даже простить им уведенные из-под носа камешки: размен отличный. Опытный разведчик не имеет права поддаваться эмоциям. Да и не в камешках суть, в конце концов.

Противники, если судить по безмятежным лицам, тоже не держали на него зла. Игра есть игра, бессмысленно закатывать истерики, обдернувшись на мизере. Камешков им тоже не видать как своих ушей, теперь бриллианты – собственность Российской Федерации, которая уже не выпустит их из своих шипастых клешней. Эль Капитано и его криминальный гарем хорошо держали болезненный удар по самолюбию, и Рогов, распираемый честью пяти поколений белых офицеров в роду, не смог удержаться от того, чтобы не вскинуть два пальца к верхней брови, салютуя достойным соперникам.

Эль Капитано салютовать в ответ не стал. И, видимо, не потому, что смертельно обиделся. Ну да, Влад неоднократно слышал русскую поговорку «К пустой голове руку не прикладывают». Оскорбительно звучащая военная присказка означала всего лишь, что без головного убора честь в советской, а позднее российской армии отдавать не принято, и этой присказке даже всерьез учили в китайской разведшколе – безусловно, было бы чудовищно нелепо проколоться во время ответственного задания на подобной чепухе.

Когда русский катер завел двигатель и начал уходить в направлении Нью-Джерси, Матвеев все-таки поприветствовал коллегу-аквалангиста, но по-другому: поднял над головой двумя пальцами какую-то мелкую вещицу и приветливо помахал ею в направлении китайского разведчика.

Пробившийся через сплошные тучи одинокий солнечный луч блеснул на ее металлическом корпусе, и похолодевший Рогов понял, что это флешка.

– Цзяньчжан, – сквозь зубы процедил он. – Найдите мне ноутбук. Живо! Да шевелите же задницей!..

Китайскому капитану явно не понравилось столь бесцеремонное обращение, да еще в присутствии его непосредственных подчиненных. Однако дисциплина и почтение к вышестоящему офицеру была впитана им с молоком матери. Ноутбук нашелся молниеносно; Влад дрожащими руками вытащил флеш-карту с бесценными научными материалами из нагрудного кармана и вставил ее в USB-разъем.

На флешке вместо презентаций и доков обнаружилось множество звуковых файлов. Рогов несколько мгновений тупо разглядывал их, не понимая, что происходит, а потом ткнул курсором в первый, и над акваторией разнеслась бодрая латиноамериканская гитарная музыка.

Это была композиция «Nah neh nah» группы «Vaya Con Dios».

Будучи по происхождению русским, Влад не мог не оценить, с каким дивным лингвистическим сарказмом судьба назвала эту песню.

Он вырвал флешку из гнезда и одним движением разломил ее пополам по шву. Это удалось ему безо всякого труда: как выяснилось, та уже была один раз вскрыта, а потом слеплена снова жеваной никотиновой резинкой. Той самой, которую Рогов не так давно лично дал Эль Капитано по его просьбе.

– Разверните катер! – истошно закричал Влад. – Цзяньчжан! Преследуйте русских! У них материалы чрезвычайной государственной важности!..

Капитан китайского патруля молча смотрел на него, не двигаясь с места.

– Простите, чжунсяо, – проронил он наконец, – вы хотите, чтобы мы атаковали русских?

– Дзиба! – в сердцах выматерился Рогов. – Ванбадань! Да, нам надо немедленно атаковать русских и забрать материалы!

– Это будет вооруженный конфликт, чжунсяо, – рассудительно качнул головой капитан-цзяньчжан. – У нас нет полномочий развязывать военные конфликты с союзниками без санкции командования.

– У вас есть предписание всячески способствовать офицерам разведки Генштаба!..

– Если угодно сяньшэну, я немедленно свяжусь по этому поводу с нашим штабом в Калифорнии.

– Нет времени! – огрызнулся Влад. – Цзяньчжан, полнотой власти, дарованной мне Народным Китаем, я отстраняю вас от командования катером и занимаю ваше место на мостике! – Тяжело дыша, Рогов обвел диким взглядом притихших матросов. – Патруль, слушай мою команду…

– Сожалею, чжунсяо, – перебил его цзяньчжан, – но на боевом корабле, который находится в открытом море, за всё отвечает капитан-цзяньчжан. У вас и вашего ведомства нет полномочий отстранить меня до тех пор, пока мы не вернемся в порт, иначе это мятеж, который я буду подавлять с использованием имеющегося огнестрельного оружия. – Цзяньчжан аккуратно строил фразы так, словно объяснял очевидное несмышленышу или непонятливому европейскому лаоваю. – Я готов отстаивать свою позицию перед военным трибуналом. Русские вооружены лучше нас, и у них где-то неподалеку боевой вертолет. Это будет самоубийственная атака. Прошу вас, возьмите себя в руки. Иначе мы спровоцируем кровавый конфликт с союзником ценой наших жизней и безо всякой надежды на победу.

– Ванбадань, – устало пробормотал Рогов, из которого словно разом выпустили воздух. Проклятый Капитано его все-таки переиграл. Русские, разумеется, обыщут его, но укрыть от них флешку для него будет гораздо проще, чем чемодан с бриллиантами. Но ничего, китайская разведка непременно возьмет эту сволочь за жабры в Нью-Джерси или в Лас-Вегасе, когда чертов громила попытается сбыть информацию серьезным игрокам… А вдруг тот успеет скопировать или уничтожить драгоценные данные?.. – Дзиба пигуфака… Хотя бы не теряйте их из виду!

– Слушаюсь, чжунсяо, – невозмутимо откликнулся цзяньчжан. – Однако когда русские заметят, что мы их преследуем, нам придется как-то объяснить свои действия.

– Так не преследуйте ни хрена! Просто не теряйте их из виду! – снова взорвался Влад. – Чтобы никто ничего не смог незаметно передать или выкинуть с борта! Если у русских возникнут вопросы, скажете, что движетесь собственным курсом, установленным командованием!

– Слушаюсь, чжунсяо, – повторил цзяньчжан. И после паузы, отвернувшись, едва слышно процедил сквозь зубы: – Лаовай, цао ни ма!

Чжунсяо Рогов все-таки расслышал поразительное хамство капитана, но реагировать у него уже не было сил.

Глава 24. Эпилог

Эль Капитано

Эль Капитано Федор Матвеев в это время стоял на корме русского катера, приобняв за плечи обеих своих девчонок, и вдохновенно пояснял:

– Вот и все. Ловкость рук, и никакого

– Обычная процедура, – отмахнулась Пакита. – Когда подсаживаешь человека на лесенку в лифтовую шахту, он обычно так увлечен тем, как бы половчее ухватиться и подтянуться, что теряет всякую осторожность. Особенно когда мужика-омбре подсаживает нежной ручкой под пенис грудастая и полнопопая молодая чика – это дополнительно путает ему мысли. В такие моменты у этого петушка почку можно незаметно вынуть, не то что часы или бумажник.

– Гуапа, ну признайся уже, – попросил Матвеев. – Те бандиты в баре Лас-Вегаса, у которых я тебя тогда отбил, когда мы познакомились, – они ведь не изнасиловать тебя пытались, правда же? Они поймали тебя за руку, когда ты у них что-то стащила, и хотели проучить?

– Та страница моей жизни давно закрыта, Капитано, – с достоинством заметила девушка. – Эста антигуа карретера. Но только не говори в связи с этим, что мои старые навыки не спасли нам сегодня задницу.

– Спасли, спасли, – согласился Федор. – Ту эрмосо куло. Иначе Папаша Пак непременно нам ее прищемил бы.

– И какой у нас теперь будет алгоритм? – Бандана на всякий случай понизила голос. – Мы отдадим ему флешку взамен бриллиантов или попытаемся продать ее сами, раз уж она стоит дороже камешков?..

Эль Капитано задумчиво молчал, глядя на буруны за кормой катера. Тогда, в здании Трамп-тауэр, когда во время атаки ихтиандров все ненадолго потеряли его из виду, он задержался, вернувшись к смертельно раненому корейцу, распростертому на лестнице. Два сквозных пулевых ранения в спину в районе печени и легкого – сразу было ясно: не жилец. Даже если попытаться его транспортировать, сдохнет через пару часов, обнулив все усилия команды. Тут как на Эвересте: покойников не эвакуируем, чтобы не угробить всех остальных. Ничего не поделаешь, приятель, ты знал, куда едешь и на что подписываешься.

Матвеев поднял автомат.

– Эй! – подал голос полутруп. Он смотрел на Федора через сеточку ресниц. Ему явно было нестерпимо больно, но он изо всех сил, на грани обморока, держал себя руках. – Со мной всё?

– Всё, – подтвердил Эль Капитано, направляя ствол ему в голову. – Ступай с миром, боец.

– Погоди… Не стреляй… – Каждое слово давалось умирающему с большим трудом. – Есть важное. Я разведчик…

– Я в курсе, – мягко сказал Матвеев. – Я знаю, что вы, китайцы, пасли меня еще с Вегаса. Не трать зря силы, отдыхай.

– Нет, – сказал Пак. – Китайцы. Нет. Наоборот. Я не кореец, я удмурт. Меня зовут Ёрги Чорыгов. Майор ГРУ. Только не китайского… – Псевдокореец тяжко закашлялся, и на его губах выступила кровавая пена. Зато, казалось, говорить ему после этого стало легче. – Военная разведка Российской Федерации. Слушай меня, Эль Капитано… капитан Матвеев. Хадсон скачал с сервера миллиардера Маттесона очень важную информацию. Именно в ней была истинная цель миссии, а не в брюликах. И пасли мы его, а не тебя, как китайцы. Китайцы вообще ничего не знали, но догадывались по оперативным данным, что вокруг Папаши Пака началась какая-то важная движуха, поэтому они упали на хвост ему и всем, кого он мог нанять. Наши сделали меня Паком, чтобы вы все думали, будто я родственник Папаше, и никто из вас ко мне не цеплялся… – Он снова закашлялся, пустив из угла рта кровавую струйку. – Мало времени на детали. Короче, информация с флешки. Тот, кто ее получит, может научиться на расстоянии управлять морскими тварями. Это прорыв, Матвеев. Это победа над атлантами и в дальнейшем – господство над миром…

Эль Капитано задумчиво смотрел на него. За спиной раздавалось ядовитое шипение, и Федор, коротко оглянувшись через плечо, увидел, как выпущенный ихтиандрами газ медленно, густыми слоями поднимается по колодцу полузатопленного эскалатора, подбираясь к ним с удмуртом.

– Эта инфа ни в коем случае не должна попасть в руки китайцев, – продолжал тот, не замечая смертоносной пелены. Впрочем, в его состоянии уже было все равно. – Теперь на мировой арене на вершине пирамиды остались только мы с ними. Они нам пока союзники, но тем более ни к чему терять надежных союзников, укрепляя их настолько, чтобы они отважились сыграть собственную игру. Флешка должна попасть к нашим и только к нашим. Как угодно. Любой ценой. Смотри, у меня тут передатчик… – Майор Чорыгов мучительно двинул левой рукой в сторону внутреннего кармана. – Забери. При активизации автоматически вызывает российский патруль и устанавливает для него пеленг. Это для экстренных случаев. Штучка портативная и долго давать мощный сигнал не сможет, но пятнадцать минут я тебе гарантирую, а больше и не надо. Наши в курсе и активно рыщут по периметру закрытой зоны, дожидаясь сигнала. Активируешь, когда флешка будет у тебя, и тут же примчится кавалерия. Если при встрече возникнут какие-то осложнения или подозрения, скажешь командиру патруля, что действуешь по распоряжению Черного Лебедя ноль четыре двести семь е. Запомнил?

– Черный Лебедь, е, – послушно повторил Эль Капитано.

– Ноль четыре двести семь. Не забудь. Это может быть важно.

– Так точно.

– Но сначала нужно вернуть флешку. Родине позарез нужна твоя помощь… – Чорыгов обессилено откинул голову назад.

– Когда мне в свое время нужна была помощь, Родина на меня насрала, – негромко сказал Федор. – Тогда, в Норфолке, когда меня обвинили в передаче потенциальному противнику данных с серверов американской базы…

– Если ты доставишь командованию флешку, думаю, у тебя будет отличный шанс очистить свое имя.

Ядовитый туман уже почти достиг площадки, на которой лежал раненый разведчик, и Матвеев снова поднял ствол.

– Прощай, майор, – сказал он. – Я сообщу твоим, что ты погиб с честью.

– Я думаю, они сумеют выяснить, как я погиб. Но спасибо. Правда спасибо. Прощай, капитан…

Труп удмурта в течение часа наверняка окажется сожран морскими тварями, и все же Федор не сумел заставить себя выстрелить ему в лоб, разнося голову вдребезги, а аккуратно прострелил сердце.

Когда Матвеев взобрался по лесенке бетонного колодца лифтовой шахты наверх, Пакита шепнула ему на ухо, что вытащила флешку у Липке из кармана, когда подсаживала того наверх. Задача

В этот момент Липке наверняка схватит его за руку, но это тоже входило в планы Матвеева. Ведь тогда Кристиан окажется абсолютно уверен, что Эль Капитано пытался вытащить у него флешку. Убедившись, что у вора ничего не вышло и флешка по-прежнему в кармане, Липке даже не станет ее проверять. И совершенно напрасно. Матвеев был хорошо знаком с методикой искусного отвлечения внимания, используемой иллюзионистами и мошенниками – жизнь в Вегасе научила.

Однако завершить акцию прикрытия Эль Капитано так и не успел. Когда Рогов признался, что он китайский разведчик, а Липке, сунув руку в карман, с изумлением обнаружил пропажу флешки, Матвееву не осталось ничего другого, кроме как импровизировать, пока помощник Доу не успел поделиться с остальными своим открытием. Именно поэтому он взял Кристиана в заложники, отчетливо понимая, что его блеф работает ровно до тех пор, пока горло Липке холодит лезвие ножа.

Кто-то из противников подстрелил Липке, и его пришлось бросить, но это уже не имело значения. Рогов клюнул на приманку, и Федору с девчонками удалось скрыться – Влад полагал, что драгоценная флешка осталась в кармане у Кристиана, и в общем-то так оно и выглядело, потому что Матвеев, волоча заложника за собой, одной рукой ухитрился незаметно всунуть ему в карман фальшивую флеш-карту. Конкуренты больше не были нужны китайскому разведчику, жаждущему заполучить драгоценные данные, и он не стал их преследовать.

Теперь, на палубе русского патрульного катера, навсегда увозившего его с девчонками из закрытой зоны Нью-Йорк, бывший капитан Матвеев точно знал, что победил китайца русского происхождения не только ради себя и своих девок, но и ради Родины, которую он когда-то проклял, но о которой на самом деле так часто думал последние годы.

– Нет, чикита, – проговорил Эль Капитано, очнувшись от воспоминаний. – Эти данные мы продавать не будем. – Он повернулся к кубинке. – А скажи-ка мне, палома: что ты думаешь о России?

– Это где снег круглый год по пояс и черная икра столовыми ложками? – Пакита пожала плечами. – Я о ней не думаю.

– Совершенно напрасно. Теперь это твоя новая Родина. Тебе понравится в домике на берегу Байкала, обещаю. Там вода такая чистая и прозрачная, что лед зимой можно вставлять в окна вместо стекла. – Он покосился на Бандану. – Тебе, полагаю, тоже понравится, чика пеналь. Хотя лично ты, конечно, можешь валить на все четыре стороны, остаться в Америке и так далее. Но я бы не стал этого делать – у расстроенного Папаши Пака длинные руки.

– А в России он нас, типа, не достанет? – уточнила Бандана.

– В России, типа, не достанет. Я передам эти данные русской разведке – в обмен на гарантии безопасности и домик на берегу Байкала.

– Побрекито локо Капитано! – переполошилась Пакита.

– Все, не спорить! – повысил голос Матвеев. – Это слишком опасная информация, в которой заинтересованы слишком серьезные люди. Боюсь, если мы попытаемся ее продать, долго нам не прожить. Мы слишком много знаем. Хадсон был идиот, что влез в это дело, – либо у него реально был могучий заказчик, способный его прикрыть. Но не думаю насчет заказчика, скорее простоидиот. Наш единственный шанс выжить – это сдать флешку какой-нибудь могучей спецслужбе, потому что эта информация слишком жжет руки, как бомба с зажженным фитилем. Предпочитаю родную Российскую Федерацию – тем более что мы и так уже у нее в лапах вместе с бриллиантами.

– Предлагаешь расслабиться и получать удовольствие? – криво усмехнулась Пакита.

– Да мы фактически и так уже это делаем. – Матвеев снова приобнял ее за плечи. – Уверен, из тебя выйдет отличная русская хозяюшка.

– Я не умею доить медведей.

– Я тоже. Значит, купим электрический доильник. Только медведи – это как-то слишком брутально даже для нас с тобой. Доить будем волков, их в Сибири много.

– Ты серьезно или прикалываешься?!

– Конечно, серьезно! Думаешь, почему мы, русские, такие суровые и крутые? Потому что вскормлены волчьим молоком.

– Марикон!..

По палубе вдруг забегали вооруженные солдаты. Далеко впереди, в конце улицы, раздался отчаянный булькающий полувой-полувсхлип, и над поверхностью воды начала подниматься огромная бугристая голова монстра, поросшая водорослям и ракушками. Величиной эта тварь была примерно вдвое больше того эласмозавра, который преследовал судно наемников в начале экспедиции. Однако российский патрульный катер, фактически боевой корабль в миниатюре, был вооружен куда солиднее катерка капитана Бишопа, и Матвеев совершенно не сомневался в исходе сражения.

Больше его уже ничто не могло обеспокоить – ни атаки морских тварей, ни подвсплывшие мины, ни китайские патрули, ни низкочастотные удары атлантов, ни возможные цунами.

Он возвращался домой.