Святейший кровопийца. Том 1

Глава 1

Святейший кровопийца. Том 1

— Великий Инквизитор Лорн, бич вампиров и оборотней, палач ведьм и колдунов, гроза нежити и нечисти, наконец-то, ты попал в расставленную ловушку. Сегодня ты сдохнешь, а мои дети перестанут дрожать от страха, обретя долгожданную свободу, — слушая злорадный женский голос, чуть не рассмеялся, несмотря на своё незавидное положение.

— Это как посмотреть, — хмыкнул в ответ, — Смерти я не боюсь, потому что слишком долго топчу эту землю. Давно мечтал уйти на покой, а что до твоих порождений, то я выпестовал себе достойную замену. Не знаю, кто встанет во главе ордена, да это и не важно. Главное — мои братья не посрамят великое дело охоты на монстров. Можешь не верить, но вскоре тебе придётся убегать, поджав хвост, а то могут и подпалить. Когда запахнет жареным, не говори, что я не предупреждал,

Ну а что, подумаешь, пафосная речь…

Перед смертью можно, к тому же — всегда хотел нахамить Богине, тем более — той, которая решила отправить меня на тот свет.

У нас с Кассией довольно сложные отношения. Какое-то время мы даже сотрудничали, объединившись против общего врага. Жаль, что потом пришлось разойтись в разные стороны, но это и не удивительно, учитывая мою профессию.

Если бы в последние годы эта зазнавшаяся стерва не решила поработить весь мир, не пришлось бы вмешиваться и выкашивать нечисть.

Раньше Инквизиция уничтожала только зарвавшихся тварей, тех — кто перешёл черту и нарушил законы, выведенные кровью на теле Вселенной, но, когда Кассия попутала берега, ничего не осталось, как вмешаться и вступить на тропу войны.

Мы выиграли, очистив мир от гнуси, которой Богиня его заполонила, только вот я кое-что упустил и угодил прямиком в лапы этой хищной бестии.

— Прощай, Лорн. Я буду о тебе вспоминать, — Богиня демонстративно вытерла скатившуюся по щеке слезу.

Я бы поверил, если бы не знал её так хорошо. Актриса ещё та — пробы негде ставить.

— Долгие проводы — лишние слёзы. Давай уже, делай чего хотела.

Сейчас я был полностью беззащитен. Западня, в которую попал, держала крепко. Охранный контур лопнул почти сразу, как только меня утащило в божественные слои мироздания.

Кассия победно улыбнулась и одним движением запустила руку в мою грудь, чтобы в следующую секунду вырвать горячее сердце.

— А-ха-ха-ха-ха! — женский смех был последним, что отпечаталось в моем угасающем сознании.

Отправляясь в небытие, мысленно усмехнулся, потому как Богиня просчиталась. Я заранее предвидел подобный исход событий, и был к нему полностью готов, обеспечив подушку безопасности.

Ну, как подушку?

Скорее — постелил соломки, чтобы было мягче падать.

Ритуал я подготовил заранее. Единственное, чего опасался, превратиться в нежить, которую сам же и уничтожал.

— Уу-уу, — простонал тихо, чувствуя, как раскалывается голова, — Это сколько же я вчера выпил?

Наверняка, после уничтожения очередного гнезда слетевших с катушек вампиров или логова взбесившихся оборотней, устроили с друзьями попойку, но тогда я точно не проснулся бы на шёлковых простынях, а очнулся в замке Ордена Инквизиции, в своём кабинете, на неудобном диване, в крайнем случае — в верхней комнате трактира в компании любвеобильной Тессы.

Сейчас же я находился в совершенно незнакомом месте. Несмотря на головокружение и летающих мошек перед глазами, приподнялся на локтях и обвёл взглядом окружающее пространство.

Первое, что бросилось в глаза — это роскошь, ошеломляющая и немного сбивающая с толку.

Я никогда не нуждался в деньгах, но предпочитал их тратить на хорошую выпивку, женщин и благотворительность.

Иногда, знаете ли, очень приятно осушить бокал столетнего виски, или же посмотреть в сияющие глаза довольной любовницы, вдевающей в уши серьги с изумрудами и рубинами, но, пожалуй, самым запоминающим было и будет — улыбка маленького ребёнка, получившего из моих рук обычную игрушку и пару конфет.

Я создавал приюты для беспризорников по всему миру. Старался хоть как-то облегчить их жизнь. Некоторых взял к себе в ученики и вырастил из них великих воинов. Сам же…

Самому мне много было не нужно. Не позволяла кочевая жизнь. Постоянные мотания по всему миру в поисках свихнувшихся тварей не давали возможности осесть на одном месте и насладиться богатством и роскошью, которые я мог себе позволить.

Несмотря на то — что у меня имелось несколько собственных особняков, куча замков и даже парочка дворцов, разбросанных по разным государствам, ни в одном из них я не задерживался больше чем на пару дней, ибо на полноценный отдых не хватало времени.

Там, куда обычно от меня бежала зарвавшаяся нечисть, не имелось дорогих отелей, комфортабельных гостиниц и торговых центров. В тех местах даже душ иногда негде было принять, а туалет, чаще всего, находился на улице, за первым попавшимся кустом.

Именно поэтому, я сейчас так удивился, ибо последнее что помнил…

Голову резко сжало, словно тисками, а затем, в неё хлынул поток воспоминаний.

— Дрянь! Лживая, хитрая, коварная дрянь! — прошипел я, представляя, как собственными руками сверну шею Богине, которая всё-таки подготовила мне ловушку и убила, точнее — попыталась убить, ибо я оказался изворотливей этой гадины и предугадал подобный исход событий.

— Так, ну и где я в итоге оказался?

Пришлось очень сильно напрячься, чтобы не вырубиться от слабости и боли.

Нахмурился.

Моё новое вместилище оказалось довольно немощным, по сравнению с предыдущим.

Хотя, стоит ли удивляться?

Ведь попасть я мог только в тело того, кто умирал, причём не по собственной воле, а был убит, либо погиб при какой-нибудь нелепой случайности.

Сейчас я лежал на огромной кровати с балдахином из тёмно-зелёного, вышитого золотом шелка. Пододеяльник оказался из тончайшего белого льна, простыни — из того же, но с изысканным кружевом по краям. На прикроватной тумбочке из полированного красного дерева стояла хрустальная ваза с увядающими розами, опавшие лепестки которой лежали на вычурном серебряном подносе. Воздух был пропитан тонким ароматом старой древесины, лаванды и чего-то ещё, сладковатого и неуловимого. Пол оказался застелен ковром с высоким ворсом зелёного цвета, а стены обшиты панелями из тёмного дерева и украшены витиеватой резьбой. На одной из них висело большое зеркало в позолоченной раме, отражающее лишь фрагмент комнаты. Мягкий свет не позволял рассмотреть всё как следует, но и того, что я успел увидеть, хватило с лихвой.

Первым делом

Значит, ритуал прошёл вполне успешно.

Интересно в какую часть мира меня занесло?

Вот Кассия удивится, когда узнает, что весь её план полетел псу под хвост. Правда придётся подождать, прежде чем я смогу увидеть её вытянутое от изумления лицо. Сначала нужно встать на ноги и обрести прежнюю силу, и уж тогда…

А пока, я бы не отказался посмотреть на себя в зеркало.

Попытался приподняться и сразу ощутил резкую боль в затылке, но упорно встал на ноги и сделал два шага вперёд. Чуть не упал. Хорошо, что идти было недалеко. Уперся рукой в стену и вскинул голову, рассматривая свое отражение на зеркальной глади.

— Ну что же, довольно неплохо, — сделал я вывод из увиденного.

У меня оказались аристократические черты лица с высокими скулами и аккуратным подбородком, светлая кожа без единого изъяна. Хотя вру, круги под глазами казались огромными, да и бледность зашкаливала, но это могло быть результатом смертельной травмы предыдущего носителя этого тела. Неизвестно сколько времени он находился в «отключке», прежде чем я занял его вместилище. Глаза — яркие, очень яркие, изумрудного оттенка, сверкали умом и уверенностью, а если присмотреться внимательнее — то можно было разглядеть весёлые искорки самоиронии и ехидства.

Ну а как иначе? Ведь они выражали мои собственные эмоции.

Говорят: глаза — зеркало души, и я полностью с этим согласен.

Аккуратно подстриженные брови, прямой нос, тонкие губы, сложенные в язвительную усмешку — немного бледные и потрескавшиеся, но это не беда, скоро пройдёт.

Густые, волнистые, цвета воронова крыла волосы оказались в беспорядке. Поднял дрожащую руку и провел ото лба к основанию черепа, тут же ощутив огромную шишку. Поморщился от боли, но затем снова улыбнулся.

Я жив, я обманул саму смерть! Я снова молод и полон надежд.

Удивительно так остро ощущать бурлящие внутри эмоции. С годами они затухают, теряют краски, а потом… потом исчезает вкус к жизни, остается только ничего не значащая серость.

Именно поэтому я позволил загнать себя в ловушку. Я потерял смысл своего существования. Погоня, охота, убийства и ни капли покоя: ни семьи, ни детей, ни чувств, ни привязанностей, потому что последнее — слабость, непозволительная роскошь для Великого Инквизитора, огромный риск и ахиллесова пята.

Зато теперь, мне никто не помешает начать новую жизнь, где можно позволить себе нечто совершенно иное, отличимое от всего, что было раньше.

Пожалуй, при следующей встрече, лет эдак через триста, скажу Кассии спасибо. Уверен, мы с ней ещё встретимся, а вот друзьями или врагами, покажет время.

Только хотел сделать шаг обратно, как меня повело в сторону, боль в висках начала пульсировать, отдавая в челюсть и затылок. Казалось, что внутри головы забился неистовый молот, каждый удар которого сопровождался яркими вспышками перед глазами. Прислонился лбом к холодной, гладкой поверхности зеркала, пытаясь хоть как-то приглушить неприятные ощущения. С трудом сглотнул, чувствуя, как пересохшее горло скрипит, будто старая, ржавая дверь.

В памяти начали всплывать обрывки снов: хаотичные, пугающие образы, перемешанные с реальностью. Смутные тени, шёпот незнакомых голосов, бесконечные коридоры, из которых не было выхода.

Всё это накладывалось на призрачную боль, пронизывающую насквозь и оставляющую ощущение пустоты где-то глубоко внутри, там — где под ребрами рваными толчками билось сердце.

— Стоп, стоп, стоп. Спокойно, Лорн. Не суетись. Похоже начали возвращаться воспоминания бывшего владельца тела.

Сделал глубокий вздох и пошатнулся.

Нужно добраться до кровати, благо до неё было всего лишь несколько шагов. С трудом преодолел расстояние и упал на остывшие простыни.

Руки и ноги дрожали. Обливаясь холодным потом, я попытался сосредоточиться и упорядочить поступающие в мозг видения, но память казалась разорванной, обрывки событий смешались в непонятный узор. Единственное, что я отчетливо увидел — это яркая вспышка света и оглушительный крик, после которого наступила темнота… жуткая, давящая, наполненная только пульсирующей болью.

Бешено стучащее сердце начало останавливать свой бег.

Тук-Тук-Тук… Тук… Тук… Тук…

А затем… абсолютное безмолвие и полная, беспросветная темнота.

Я — то приходил в сознание, то — опять проваливался в чёрную бездну.

Когда в очередной раз открыл глаза, понял, что окончательно проснулся.

Быстро огляделся на предмет неожиданных посетителей и облегчённо выдохнул. Нужно было придумать стратегию поведения с домашними. Пока я находился в бессознательном состоянии, память бывшего владельца тела частично восстановилась. Теперь я знал практически всё о себе и об окружающем меня мире, за исключением последних нескольких дней предшествующих смерти Александра Бестужева.

Однако, знания эти оказались довольно шокирующими. Я очутился в совершенно другом Мире. По сравнению с моим прошлым Миром, магия здесь находилась практически на самом зачаточном уровне, а вот наука шагнула немного вперёд.

Ритуалы и заклинания напоминали скорее примитивные техники, а не могущественные чары, способные изменить реальность.

Тех — кто здесь обладал хоть какими-то способностями, я назвал бы магами на минималках, а не могущественными одарёнными. Стало смешно. В моем Мире они годились разве что в ученики настоящим чародеям, ни больше — ни меньше.

Ах да, проживал я сейчас в Российской Империи и являлся младшим сыном потомственного аристократа Алексея Петровича Бестужева, который служил канцлером при дворе императора Николая Павловича Романова.

А ещё, был сплошным разочарованием для своего родителя, который надеялся, что я, точнее, бывший владелец этого тела, пойдет по его стопам.

Увы и ах, ничего подобного не случилось. Юный бунтарь решил всё сделать по-своему и в итоге поплатился жизнью. Знать бы ещё как именно это произошло?

Хотя, не всё ли равно.

Глава 2

Пока обдумывал сложившуюся ситуацию и копался в воспоминаниях Александра, в коридоре послышались голоса, а через пару минут дверь отворилась и в комнату вошёл импозантный мужчина с проседью в волосах, жестким взглядом чуть прищуренных тёмных глаз: тяжелым, давящим и не терпящим пререканий, который тут же устремил в мою сторону.

— Очнулся, — кивнул он, — Жаль. Я надеялся, что этого не случится.

Хмыкнул, приподнимаясь на локтях и подтягиваясь к изголовью, ощущая тянущее чувство глубоко в животе.

— А вот и хвалёная отцовская любовь, — произнес, не скрывая сарказма.

Глава рода Бестужевых поморщился.

— Не ехидствуй, — поджав губы, резко бросил мужчина и сделал шаг по направлению ко мне.

Только сейчас заметил, что в руке у канцлера Российской Империи

Нахмурился.

Неужели граф был способен без сомнений прирезать собственного сына?

Насколько же он должен его ненавидеть, чтобы…

Подобрался, готовый в любой момент отразить атаку, и твердо посмотрел в прищуренные глаза канцлера.

— Прости, Саша, так нужно, — произнес Бестужев, но я успел уловить, как его голос на мгновение дрогнул.

— Почему?

Мне хотелось понять, что такого натворил бывший владелец этого тела, раз родной отец решил оборвать его жизнь.

— Не помнишь? Может, так даже лучше.

Алексей Петрович без раздумий бросился вперёд. Сталь сверкнула в полутьме комнаты.

В моей груди зародилась первобытная ярость, из горла само собой вырвалось рычание, очень мало походящее на человеческое, а ещё… Ещё я ощутил зверский голод.

Отмахнулся от странного ощущения. Сейчас не до этого, потом буду разбираться, что со мной происходит. Пока же нужно уйти из-под удара.

Умирать я сегодня не планировал. Не для того готовил ритуал воскрешения, чтобы в первые же дни после пробуждения, меня закололи как свинью на бойне.

Знания и навыки, наработанные в течении прошлой жизни, никуда не делись, поэтому я ушел в сторону перекатом, правда при этом свалился с кровати и хорошо приложился локтем об пол.

Тело подвело. Оно ещё не успело полностью восстановиться.

Слаб. Как же я слаб, аж злость берёт, но ничего. Даже в таком состоянии я способен на многое.

Глава рода Бестужевых взревел как раненый медведь, увидев, что первый удар не достиг цели, и вновь поднял меч.

Судя по замаху, он собирался снести мне голову.

Решил действовать на опережение. Резко подался вперёд и выбросил ноги, сконцентрировав в них всю силу, чтобы в следующую секунду ударить по коленям «отца».

Он не упал, но отшатнулся, а я вновь сделал перекат, избежав смертельной участи.

Вскочил на ноги. Ну как вскочил?

Скорее поднялся, опираясь о стену. Мы застыли напротив друг друга. Отец и сын — смертельные враги.

В взгляде Алексея Бестужева я отчётливо разглядел боль и отчаяние. Он не хотел убивать Александра, но и отступать не собирался.

У меня подобных душевных терзаний не было, так как этого человека я сегодня увидел впервые.

В ушах резко зашумело, слух притупился, зрение затуманилось, а затем снова вернулось, став более чётким, острым. Звуки тоже вернулись. Я слышал глубокое дыхание «отца». Слышал, как бьётся его пульс, как неровно и быстро стучит сердце, как кровь стремительно бежит по венам.

Непроизвольно сглотнул слюну, а в следующее мгновение ощутил, как разум застилает кровавая пелена.

Я испытал голод. Нет — не так. На меня навалился сильнейший ГОЛОД!

Казалось, если сейчас не поем, то точно сдохну. Все инстинкты кричали, что со мной происходит что-то странное, неправильное.

Я глядел на стоящего передо мной человека и понимал, вот оно — моё избавление. Спасение от нестерпимого голода и жуткой жажды.

Осталось только насытиться и всё пройдет. Недомогание исчезнет, тело станет быстрым, сильным и ловким.

Усмехнулся, видя, как на лице Алексея Бестужева промелькнула тень страха.

Правильно, чем больший ужас испытывает жертва, тем вкуснее.

Я смотрел на «отца», как гурман смотрит на жареного лангуста в кисло-сладком соусе. Мой личный бочонок с выдержанным вином, так и хочется поскорее отведать.

Верхние челюсти резко заныли, а затем, язык наткнулся на что-то длинное и колючее.

Рука взлетела вверх, тут же нащупав острые клыки.

Именно этот момент выбрал глава рода, чтобы броситься в атаку. В этот раз я не стал уворачиваться и тоже рванул на противника. Почему-то отчётливо знал, что даже если граф Бестужев проткнёт меня мечом, ничего критичного не случится, главное — не потерять голову, в буквальном смысле.

Я действовал не разумом, инстинктами. Меня вела за собой непреодолимая сила, заставляя тело изгибаться так, как я не мог даже помыслить. Скорость увеличилась в разы. Я смотрел на противника и понимал, что по сравнению со мной, он двигался очень медленно: как муха, увязшая в киселе.

Канцлер тоже это осознавал. На лице Алексея Бестужева отчаяние смешалось с ещё большей решимостью, он собирался пойти до конца: убить меня или сдохнуть.

Я оскалился, а в следующую секунду поднырнул ему под руку и оказался сзади, тут же выбивая меч и одновременно с этим впиваясь клыками в беззащитную шею. Краем сознания засек, что как только мои зубы вонзились в мягкую плоть, из них по каналам потёк яд. Хотя, скорее не яд, а вещество, вызывающее у жертвы временный паралич.

«Отец» перестал дергаться, мгновенно затихнув и начав заваливаться на бок.

Не в состоянии выпустить из рук столь вожделенную добычу, опустился на пол вместе с недвижимой тушкой графа Бестужева.

В рот хлынула сладкая кровь, ударяя по рецепторам и вызывая довольное мычание.

Именно оно отрезвило мой разум.

Химера тебя задери! Что происходит?

Усилием воли взял под контроль собственное тело, с трудом вытаскивая клыки из теплой плоти.

— Шши-шии, — раздалось шипение, и я с удивлением понял, что оно вырвалось из моей глотки.

Как такое могло произойти? Что за подстава?

С досадой стукнул кулаком по ладони и втянул клыки обратно. Потрогал языком. Обычные зубы, и не скажешь, что секунду назад я выглядел как клыкастик.

— Тьфу! — сплюнул от досады.

Это же надо было так опростоволоситься. Всё-таки попал в нежить. В кровососа. Сплошная непруха.

Скрипнул челюстями, понимая, что уже ничего не исправить.

И что теперь делать? Убиться об стену?

Ну уж нет!

Раз мне досталось тело упыря, буду как-то с этим справляться. Придётся вплотную заняться самоконтролем и гасить голод. Впрочем, совсем без крови тоже не обойтись, но я обязательно что-нибудь придумаю.

А сейчас нужно что-то решать с графом. Вот он, лежит, глазами хлопает, значит, паралич уже отступает. Скоро начнёт двигаться.

Поднялся на ноги, и подхватив тело «отца», усадил на стул.

Теперь мне стало понятно, почему он решил меня убить. Сын превратился в монстра, в неконтролируемого вампира, который представлял угрозу для всей семьи, да какое семьи — для всего рода Бестужевых и не только.

Однако, сейчас в теле Александра находил я — Великой Инквизитор Лорн, которому подавить сущность вампира, раз плюнуть. Ну-у, может не раз… и не два, но я точно сумею задавить жажду крови и не позволю ей затмить свой разум.

Судя по тому, что я помнил, бывший владелец этого тела не был кровососом, а значит, его обратили совсем недавно и этого обращения парень не пережил. В итоге, я занял его место и

— Поговорим, — посмотрел на графа Бестужева, — тот моргнул, давая понять, что согласен на разговор, — Я понимаю, почему ты так поступил и не в обиде. Сам на твоём месте сделал бы тоже самое.

Прознай Инквизиция, что младший сын канцлера Российской Империи стал нежитью, а род его прикрывал, всех на костёр бы отправили, в назидание другим.

Да — в этом Мире тоже имелась Инквизиция, впрочем, неудивительно. Если есть твари — то будет и орден, который этих тварей уничтожает.

— Мм-мм, — промычал граф, речь начала к нему потихоньку возвращаться, — Ты… устоял… Не выпил до дна. Я не верил… что справишься.

Алексей Петрович говорил с паузами, паралич ещё не до конца прошёл, но с каждым словом его голос крепчал.

— Честно, — склонил голову на бок, — Было сложно удержаться.

— Зачем ты вообще влез во всё это? — продолжил он, — Я ведь предупреждал. Говорил, оставь свои игры в детектива, но нет… Тебя не переубедишь, хоть кол на голове теши. Упрямец, — речь графа с каждым словом становилась всё лучше и скоро полностью вернулась в норму.

— Есть в кого, — хмыкнул в ответ.

Вот только родительских нотаций мне не хватало. Я ему не восемнадцатилетний пацан, которого нужно учить жизни. Хотя, в глазах «отца» я именно таким и был.

— Всё-таки хорошо, что я тебя не убил, — сглотнув слюну, произнёс Бестужев.

— Силёнок бы не хватило.

Граф невесело усмехнулся.

— Ты же понимаешь, что как прежде уже не будет?

— Да.

— Я не смогу оставить тебя в роду.

Пожал плечами.

Я и сам не собирался оставаться. Обязанности перед родом только бы меня сдерживали, сковывали по рукам и ногам. Зато теперь не придётся оглядываться назад и ждать, когда враг нанесёт удар по близким людям. Именно поэтому у меня в прошлой жизни не было ни семьи, ни детей.

Как сложится в этой — неизвестно, во всяком случае, пока я предпочитал оставаться один, тем более, с моей новой особенностью, которую придётся научиться контролировать.

Если уж я стал нежитью, нужно поставить это отклонение от нормы себе на службу.

Был у меня когда-то давно знакомый вампир, мы даже вместе какое-то время охотились на обозревших тварей, правда через три сотни лет он всё-таки слетел с катушек, впав в кровавое безумие, и мне пришлось его упокоить, но ведь и продержался Кэлвин довольно долго.

А так как упрямства мне не занимать, то и я продержусь. Воля у меня железная. Запру жажду на замок, сожму в кулаке. Быстро утихнет.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался у графа.

Я мог просто встать и отправиться на все четыре стороны, пускай Бестужев вычёркивает меня из родовой книги, но решил не спешить и выслушать Алексея Петровича.

Уходить, не прощаясь, дурной тон. К тому же, вряд ли Бестужев выгонит меня на улицу с голой задницей. Было видно, что сына он всё-таки любит.

Граф попытался подняться со стула, но пошатнулся и тяжело опустился обратно.

— Посиди ещё немного, скоро отпустит.

Бестужев покачал головой и недовольно поджал губы.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он у меня.

— Если смотреть на ситуацию в целом, относительно неплохо.

Поначалу проскочила мысль, что лучше бы, вообще, не разговаривать с графом, вдруг он поймёт, что я не тот — за кого себя выдаю, но потом передумал. Все странности можно списать на превращение в вампира, ведь для того, чтобы это случилось, человек должен умереть, а после смерти… Всё становится по-другому.

— Жажда больше не мучает?

— Нет, — помотал головой и только сейчас сообразил, что на губах до сих пор остались капли крови.

Сразу захотелось слизать их языком, но я пересилил себя и оттёр рукавом.

Пододвинул второй стул поближе и сел напротив Бестужева.

— Так что ты предлагаешь? — повторил свой вопрос.

Граф некоторое время подумал, оценивающе глядя на меня.

— Саша, ты уверен, что сможешь держать вампирскую сущность в узде? Хотя, о чём это я говорю? Ты же только что обратился. Вряд ли у тебя получится.

— Но сейчас ведь получилось.

— Это и удивительно, но дальше будет сложнее. Сегодня свою роль сыграло несколько факторов и самый главный из них — наше родство. Твои человеческие чувства ещё не успели притупиться, именно они помогли ослабить голод, не дав тебе довести начатое до конца.

Сказал бы я…

Интересно, когда и кого останавливали семейные узы? За всю мою долгую прошлую жизнь я встречал только четверых, кто удержался от соблазна и не растерзал близких после перерождения.

Обычно тот, кто обращал в вампира, сразу забирал птенца с собой в гнездо, но обстоятельства бывали разными.

Ещё бы вспомнить, что случилось с Александром в последний день жизни.

Ладно, отложим этот вопрос на потом. Сейчас есть дела поважнее.

— И что, попытаешься снова меня убить? — посмотрел прямо в глаза «отца».

— Нет, по крайней мере, до тех пор, пока ты кого-нибудь не выпьешь досуха.

— И как ты об этом узнаешь, если решил изгнать меня из рода?

— Поверь мне, узнаю. Мы поступим вот как… Сегодня вечером ты покинешь родовой особняк, до этого времени из комнаты ни ногой, — грозно посмотрел на меня Бестужев, — Ни с кем из семьи не контактируй. Не хватало, чтобы кто-то узнал, что ты стал нежитью или ещё хуже, пострадал по твоей милости.

— Без проблем, — кивнул согласно, прекрасно понимая опасения графа, — Что дальше?

— А дальше… — «отец» на секунду замялся, — Александра Бестужева не станет. Мой сын умрет в своей постели после тяжёлой травмы головы. Я всё организую. Никто из родственников не должен об этом знать: ни мать, ни братья, ни сёстры, так будет лучше.

Жестоко по отношению к близким, но оправдано.

Граф некоторое время молчал, ожидая моей реакции, но так и не дождавшись, продолжил:

— Я выправлю тебе новые документы. С моей должностью это сделать — раз плюнуть. Уедешь подальше из столицы, а там… Всё будет зависеть только от тебя.

Подобный расклад мне понравился.

— Согласен.

— Но смотри, если я узнаю, что ты примкнул к кровососам, лично найду и уничтожу.

— Принимается.

Я понимал, что это было самое разумное решение.

— Тогда я оставлю тебя. Можешь начинать собираться. Вечером

Когда за графом закрылась дверь, практически сразу рухнул на кровать. Схватка с «отцом» вымотала меня до предела. Несмотря на заряд бодрости, полученный от употребления крови, тело не было готово к подобным свершениям, перестройка организма ещё не завершилась полностью, вызывая слабость и лёгкий тремор.

В голове крутилось множество мыслей. Превращение в вампира всё перевернуло с ног на голову. Планы, полетели коту под хвост, но я не унывал.

Неважно, что в этом Мире вампиры считались врагами человечества, как, впрочем, оборотни и другие отличные от людей расы. Прорвусь, не в первой. Кстати, в призраков здесь, вообще, не верили. Если это нельзя потрогать, значит оно нематериально, а следовательно — не существует.

Глупо, конечно, но вполне объяснимо.

Возвращаясь к вампирам. Кровососы жили в тени, маскируясь среди обычных людей, и частенько нападали на одиноких путников или удалённые от городов слабо охраняемые поместья. После таких нападений обычно не выживал никто.

Сдавил виски, пытаясь вспомнить, как именно произошло обращение Александра. Смутные образы наполнили голову, но ничего существенно мне так и не удалось узнать.

— А это может обернуться проблемой, — пробормотал себе под нос, прекрасно осознавая, что тот — кто сделал из меня кровососа, рано или поздно вернётся, чтобы подчинить меня своей воле.

Не знаю как здесь, но в моем мире у вампиров существовала чёткая иерархия. Новообращенные просто не могли противиться воле старших, покорно исполняя их приказы, словно послушные марионетки.

Зло усмехнулся. Накоси-выкуси. Если этот ублюдок решит, что я легкая добыча, обломает клыки, точнее — это я ему их обломаю, как он моё перерождение, но это всё потом, сейчас нужно решать первостепенные задачи.

Если «отец» не обманул и действительно поможет скрыться и начать жизнь заново, а не приведёт с собой представителей инквизиции, будет замечательно, но червячок сомнения грыз изнутри.

Всё-таки граф являлся известной фигурой и знатно рисковал, ввязавшись в авантюру.

В способностях Алексея Бестужева я не сомневался, но как говаривала одна моя знакомая ведьма: — «И на старуху бывает проруха», именно поэтому я не стал долго отлёживаться в постели, а решил последовать совету «отца» и начать готовиться к его приходу. Поняв, что состояние организма более-менее выровнялось, поднялся и в размеренном темпе начал переодеваться, негоже столько времени щеголять в одних труселях.

Память Александра уступчиво подсказала, где находились необходимые вещи.

Открыв шкаф осмотрел его содержимое. А парень-то был педантом. Каждая вещь на своем месте. Всё разложено ровными, аккуратными стопочками. Хотя, в этом скорее заслуга горничной, а не самого Бестужева.

У меня никогда такого порядка не наблюдалось. Я не был неряхой, но и не любил следовать правилам, чего бы они ни касались.

Правила и ограничения — это скучно и неудобно. Всегда должна быть широта для манёвра.

Из воспоминаний бывшего владельца тела следовало, что он являлся перфекционистом, даже приём пищи у него был в строго отведённое время, и только в последние несколько дней парень отступил от своих принципов.

Впрочем, я не удивлён. Александр Бестужев влюбился по уши, а его зазноба внезапно пропала. Испарилась, словно дым на ветру, вот он и отправился на её поиски, забыв про сон и еду.

Девица оказалась не из благородных, поэтому Алексей Петрович, узнав об увлечении сына, посчитал это блажью и запретил ему подходить к возлюбленной ближе, чем на пушечный выстрел, но парень оказался упрям и проигнорировал указания отца, за что и поплатился.

Александр погиб, а я занял его место. Узнать бы ещё как это произошло, но я обязательно всё выясню, но чуть позже…

Перебрав практически все вещи, нашёл несколько добротных костюмов для верховой езды, пару отличных сапог, утеплённый плащ и перчатки.

Жаль, что походной одежды не было. Впрочем, зачем она столичному аристократу?

Ничего, в скором времени разживусь всем необходимым.

Судя по виду за окном, снег уже полностью сошёл, но погода оставляла желать лучшего. Противный дождь не прекращал моросить, а густой туман практически скрывал подступы к дому, но только не от моего вампирского взгляда.

Оказывается, от превращения в кровососа могут быть свои преимущества. В прошлой жизни пришлось бы активировать кошачье зрение, сейчас всё получилось само собой.

Кроме одежды взял ещё много разных мелочей, которые могли пригодиться в путешествии. В столице я оставаться не собирался, а вот куда двинуть стопы, будет видно после разговора с «отцом».

В нижнем ящике комода нашлось портмоне, в котором обнаружилась нехилая сумма денег. Её я тоже прихватил с собой. Почему бы и нет?

Они принадлежали Александру Бестужеву, а значит — мне.

Пока собирался, постоянно прислушивался к звукам в коридоре, но, как ни странно, ничего не услышал.

Никто не приближался к моей двери и это казалось странным. Братья и сёстры бывшего владельца тела должны были его навещать, не говоря уже о матери.

Наверняка граф под каким-нибудь страшным предлогом запретил им появляться в моей комнате.

Впрочем, так даже лучше.

Время пролетело достаточно быстро. Не успел я опомниться, как наступили сумерки. Именно тогда я услышал отдалённые шаги. Чуткий слух уловил, что по коридору двигались двое. Причём, двигали как-то странно, крадучись, и в довесок, несли что-то тяжёлое.

Нет — я не мог видеть сквозь стены, просто понял это по их поступи и тяжёлому дыханию.

Глава 3

Канцлер Российской Империи Алексей Петрович Бестужев, вышел из комнаты сына, и быстро зашагав в сторону восточного коридора старинного особняка, достал амулет связи, работающий на энергокристаллах.

— Слава, быстро ко мне, — передал он координаты своего местонахождения главе гвардии, которого давно посвятил в дела рода и мог доверить выполнение любых поручений, в том числе не совсем законных.

Вячеслав Олегович Митяев по кличке Цербер, был обязан Бестужеву всем, чего достиг в своей жизни, впрочем, и самой жизнью, он тоже был обязан канцлеру.

Преданность этого человека не стояла под сомнением. Вячеслав скорее бы надел на шею камень и бросился в Неву, чем предал своего господина.

Не прошло и пяти минут, как глава гвардии оказался на месте.

— Алексей Петрович, звали?

— Глупый вопрос, Слава. Конечно звал, — резко бросил Бестужев, — пошли, — махнул он рукой.

Оказавшись в нужном месте, Бестужев внимательно оглянулся по сторонам, и поняв, что они находятся совершенно одни, шагнул в неприметную нишу, нащупал рукой ничем не отличимый от остальных участок стены и споро нажал.

Кирпич тут же ушёл вглубь, открывая небольшую нишу, внутри которой располагался совсем крохотный рычаг — замок

Алексей Петрович повернул ручку, открывая лестницу, ведущую в мрачное подземелье.

Только оказавшись внутри и начав спускаться вниз, граф начал разговор.

— У меня для тебя особое задание, Слава, которое я не могу доверить никому другому.

— Понял, что нужно делать?

— А нужно, Слава, убить моего сына.

Глаза главы гвардии распахнулись в недоумении и легком шоке, но он не стал спорить или что-то спрашивать, просто согласно кивнул.

— Сделаю. Которого из них?

— Александра.

Бестужев знал, что Митяев очень хорошо относился к парню, даже сам тренировал Сашку время от времени. Он видел, как всё внутри главы гвардии рода протестует против подобного действия, но не мог не сказать этих слов.

Слишком многое было поставлено на карту.

Канцлер должен был в очередной раз убедиться в верности Вячеслава.

— Как и когда нужно будет совершить убийство? — скрипнув зубами, выдавил из себя мужчина.

— Хм-м, — устало усмехнулся граф, — Всё-таки я в тебе не ошибся. Расслабься, Цербер, никого убивать не придётся. Мне нужно чтобы ты достал труп какого-нибудь бедолаги, желательно из простолюдинов, которого не стали бы искать, и загримировал под Александра.

— Задача непростая, но выполнимая, — потерев подбородок, ответил глава гвардии, — Труп я найду, а вот с гримом придётся повозиться.

Бестужев на это лишь отмахнулся.

— С этим проблем не будет. Запоминай адрес, — Алексей Петрович продиктовал название улицы и номер дома, — Очень талантливый малец. Сашку он не знает, так что много рассказать никому не сможет, да и вообще, он не из болтливых. Понимает, что, если пойдёт слух, я ему не только язык вырву, но и… Короче, управься до семи часов вечера, — Бестужев вынул из кармана небольшой медальон, где хранился портрет сына и достав его, протянул капитану гвардии, — Отдашь гримёру.

— Я могу идти?

— Иди, — бросил Бестужев, открывая проход, ведущий в один из пустынных закоулков приусадебного парка, — Буду ждать тебя здесь же в назначенное время. Не подведи.

Митяев кивнул и быстро растворился в тени деревьев.

За эту часть плана Бестужев не переживал. Вячеслав справится, как и всегда. Он мужик умный, к тому же неплохой маг. Сумеет незаметно пронести тело через всё поместье, выполнив его указания на высшем уровне.

Вячеслав не задавал лишних вопросов, просто выполнял то — что приказывал граф. Идеальный исполнитель, верный и преданный.

Когда десять лет назад канцлер спас его от смертного приговора, можно сказать, вытащив голову Митяева из петли, хотел поставить парня на службу России и отправить во внутреннюю разведку, но потом передумал. Роду Бестужевых Вячеслав был нужнее.

Преступника Алексей Петрович никогда бы не приблизил к себе, но Митяев оказался ни в чём не виноват. Его просто подставили, свалив на бедолагу вину и обвинив в участии в заговоре.

Канцлер чуял, что от того дела несло дерьмом за версту и приказал своим людям рыть носом землю, и ведь те нарыли, да ещё столько, что многие аристократические дома потеряли свою власть, а то и вовсе были низложены.

После того нашумевшего случая у канцлера Российской Империи стало ещё больше врагов. Многие хотели уничтожить его род, но обломали зубы.

А беда пришла откуда не ждали. Свою семью граф любил и был готов за неё рвать противников на части. Сейчас он не сомневался, что ситуация с Александром возникла не на пустом месте. Наверняка, постарался кто-то из врагов рода.

Ещё девица эта… Ведь чувствовал, что с ней что-то не так, но нет, решил, что просто обычная охотница за деньгами. Попыталась бы раззявить рот на слишком большой кусок пирога, вмиг пресёк, опомниться не успела. Жениться на этой Анне он Сашке бы не позволил, а в остальном — дело молодое. Алексей сам помнил себя в этом возрасте, правда, в отличие от сына, голову никогда из-за женщин не терял.

В последние несколько дней проверенные люди шерстили столицу и её окраины в поисках гадины, но пока безуспешно.

Бестужев тряхнул головой, избавляясь от мрачных мыслей. Не время рефлексировать, нужно приводить план в исполнение и чем быстрее — тем лучше.

Шаги приближались, и я, достав небольшой кинжал, спрятался за дверью, намереваясь при случае атаковать первым.

Если это окажется кто-то из семьи, то как-нибудь отбрешусь, не впервой. В любом случае, можно свалить своё неадекватное поведение на стресс и последствия после болезни.

Втянул носом воздух, почувствовав знакомый запах «отца» и постороннего мужчины, а ещё, моё обострённое обоняние уловило легкий приторно-сладковатый запах мертвечины.

Не будь я вампиром, точно не смог бы его почувствовать.

Немного расслабился, но бдительности не потерял. Неизвестно что за человека притащил с собой граф. Может, это воин Инквизиции. Я не боялся встретиться с представителями этой организации, но некоторые опасения всё же имелись. В моём мире один хорошо подготовленный Инквизитор мог уничтожить десяток кровососов и при этом не вспотеть. Как обстояло дело здесь, я не имел ни малейшего понятия. Воспоминания Александра умалчивали сию информацию. Сдаётся мне, он даже не пытался интересоваться подобными вопросами, а зря.

Когда «отец» с незнакомцем вошли в комнату, я убрал кинжал и усмехнулся. Человека, находящегося рядом с ним узнал сразу. Вячеслав Митяев — глава гвардии рода, которого бывший владелец этого тела уважал и побаивался одновременно. Цепной пёс канцлера, как его называли за глаза.

— Чего стоишь за дверью? Решил, что пришли по твою душу? — проворчал граф, сваливая тело на пустую кровать.

— Было такое дело, — усмехнулся в ответ, подойдя ближе и рассматривая труп, одетый в эксклюзивный костюм и похожий на меня как две капли воды. Отличия, конечно имелись, но очень незначительные.

Сначала подумал, что это наложенная иллюзия, а потом вспомнил, что настолько продвинутой магией в этом мире не обладали.

— Грим? — присвистнул от удивления, — Отличная работа.

— Добрый день, Александр Алексеевич, — опомнился Митяев, укрывая тело одеялом, — Рад, что вы поправились.

— Я тоже рад, — кивнул капитану гвардии.

— Готов? — посмотрел на меня «отец».

— Готов, — ответил уверенно.

— Хорошо. Вот, держи, — Бестужев протянул мне пачку документов, — Здесь удостоверение личности и купчая на поместье в Саянске, а также право на собственность небольшого завода по производству алхимического оборудования. Счёт в банке я для тебя открыл.

— А…

— Даже не думай отказываться.

— И не собирался.

— Кстати, отныне твое имя Александр Алексеевич Саянов. Барон Саянов, —

— А бывший владелец не будет против? Или он уже…

— Уже, — подтвердил мои мысли Бестужев, — Ну всё, хватит попусту терять время, а то твоя мать мне уже закатила истерику, что не пускаю к любимому сыну.

— И что ты ей сказал?

— Что у тебя заразная и очень опасная магическая хворь, но даже несмотря на это Мария рвётся к тебе в комнату.

— Как будешь выкручиваться? Она ведь мать. Другие могут не заметить различий, но она… — указал на труп, лежащий на кровати.

— Близко не подпущу, зараза как-никак, а если получится, то и вовсе в закрытом гробу хоронить будем. Всё, уходим. Выведу вас из особняка, а уж дальше тебе Слава поможет выбраться из поместья.

— Да я и сам могу, — хмыкнул в ответ.

— Угу, конечно. С твоими способностями и подготовкой, только в посудной лавке столы ломать.

— Эй, не забывай, что я теперь…

— Александр, это не обсуждается, — повысил голос канцлер, — Да и вообще, Митяев поедет с тобой.

— Нет, — бросил категорично.

Глава рода сурово посмотрел на меня.

— Саша…

— Я сказал, нет. Справлюсь один. Вячеслав нужен роду, поэтому не дури, «отец».

— Может ты и прав, — задумчиво произнёс граф.

Бестужеву не хотелось оставлять сына без присмотра, одновременно с этим он понимал, что найти замену Вячеславу будет непросто, а может и вовсе невозможно. Одно дело — глава родовой гвардии, с этим проблем не возникнет, а вот с поиском того, кому можно доверить решение самых щекотливых дел рода — совершенно другое.

Видя сомнения «отца», решил закрепить успех.

— Всё со мной будет в порядке. К тому же, вдвоём мы можем вызвать больше подозрений.

— А один, значит, не вызовешь?

— Ну-у, — протянул я, — Шансов, что меня узнают, намного меньше. Хорошо, что я очень редко появлялся на ваших аристократических тусовках.

— Приёмах, — машинально поправил Бестужев.

— Не суть важно.

Если мои братья всегда присутствовали на подобных мероприятиях и умели вести непринуждённые разговоры на политические и светские темы, а сёстры посветить лицом перед предполагаемыми женихами, то Александр считал такие вечера скучными и неинтересными, предпочитая проводить время в компании книг и учебников.

— Резон в твоих словах есть, сын. Ладно, Вячеслав останется здесь, — неохотно согласился «отец», — но всё равно, с твоим лицом придётся поработать. Заедешь к одному человеку.

— Не стоит. Сейчас я сам на себя не похож, а потом… потом меня и вовсе никто не сможет сопоставить с Александром Бестужевым.

— И всё же, тебе придётся поехать к гримёру…

— Нет, — перебил отца, зная, что даже не смотря на превращение в вампира, родная магия из прошлого мира осталась при мне, и я запросто мог наложить на себя иллюзию.

Договорить мы не успели, амулет связи на его груди нагрелся и замерцал ярким голубым светом.

— Слушаю. Да, понял. Задержите её любым способом. Не пропускать. Тьфу, — раздосадовано проворчал граф, — Твоей матери неймётся. Ещё немного и она порвёт охрану голыми руками и ворвётся сюда.

Пришлось в срочном порядке уходить.

Я поднял сумку, которую совсем недавно нашёл в самом дальнем углу шкафа, скрытую двумя кожаными чемоданами и заранее сложил внутрь найденные вещи. Быстро опустил в одно из отделений отданные отцом документы и закинул её на плечо.

— Погоди, на-ка вот, ещё кое-что возьми, — поморщившись произнёс «отец» и протянул мне походную флягу.

— Это то, что я думаю?

— Да.

— Спасибо.

Я действительно был благодарен Бестужеву. Не представляю, где бы в ближайшие дни стал доставать кровь.

Не подстерегать же ночью заплутавших прохожих?

А питаться мне сейчас надо чаще, чем обычно. Новообращённым вампирам требуется намного больше юшки. Если обычно кровососу достаточно раз в три дня принять около пятисот граммов крови, то «птенцам» необходимо как минимум около литра.

Я уже чувствовал, как голод начал поднимать свою голову, но усилием воли старался его заглушить, того, что сегодня днём я взял от отца, оказалось крайне мало.

Выводили меня из особняка потайным ходом. Правда не успели мы в него шагнуть, как всё пошло не по плану.

Из того крыла дома, где находилась моя комната послышался истошный крик:

— Нет! Сыночек!

Видимо «мать» всё же прорвалась сквозь охрану, и не смотря на запреты мужа, ворвалась в апартаменты, принадлежащие Александру.

— Да чтоб тебя… Неугомонная женщина! — взорвался граф, не так он хотел сообщить жене о потере ребёнка, — Слава, выводи Александра. Сын, — «отец» перевёл взгляд на меня, — Постарайся не напортачить и прожить жизнь так, чтобы мне не было за тебя стыдно. Скорее всего, мы больше никогда не увидимся, так что… прощай.

Мне даже показалось, что я заметил в уголке глаза канцлера скупую мужскую слезу.

Бестужев протянул мне руку, и я пожал её в ответ.

Чуть не ляпнул, что рад был познакомиться, но вовремя прикусил язык и вместо этого произнёс:

— Благодарю, отец. Присмотри там… за матерью и сёстрами.

Настоящий Александр сказал бы ещё что-нибудь, потому как семью он любил и искренне переживал о каждом её члене, но для меня и этого оказалось достаточно.

Канцлер Российской Империи бросил на меня полный печали взгляд, и развернувшись, целенаправленно пошагал в ту сторону, откуда доносились причитания его жены.

Мы же с Вячеславом нырнули в открытую в стене брешь.

Вот ведь, Митяев даже не удивился существованию потайного хода, наверняка не раз им пользовался, а Александр, судя по воспоминаниям, ничего о нём не знал.

С другой стороны, мне-то что до этого? Я им пользоваться больше не собираюсь, да и возвращаться в городское поместье Бестужевых не планирую.

— Ваше Сиятельство, подойдите ближе и возьмите меня за руку, — произнёс Митяев, как только мы выбрались из затхлого подземелья.

Я косо на него посмотрел и на всякий случай сделал пару шагов назад.

Вот ещё, буду я всяких мужиков за руки хватать.

— Извини, Вячеслав, но ты не в моём вкусе. У тебя сисек нет, да и вообще, на женщину ты не тянешь.

Митяев побагровел то ли от возмущения, то ли от злости.

— Мне нужно скрыть нас от посторонних глаз, иначе не получится выбраться. Для этого нужен физический контакт, иначе моя способность не сработает.

Усмехнулся.

Слабак. Да я сейчас запросто

Сделай я так и у Вячеслава появилось бы множество вопросов, не говоря уже о том, что он в срочном порядке доложил бы о происходящем графу Бестужеву, а мне лишнее внимание ни к чему.

Подобное не объяснишь превращением в вампира. Дар не берётся из ниоткуда. К тому же, Александр не владел иллюзиями, он был слабеньким магом воздуха, в наличии у которого имелось всего около десятка заклинаний.

Конечно, можно попытаться использовать способности кровососов, но я пока не был готов к их применению, тут нужны упорные тренировки, чтобы отточить навыки до совершенства. Да и не знал я, рассказал канцлер Вячеславу о том, что произошло с его сыном или ограничился обычным приказом, поэтому сделал так, как велел капитан, и положил ладонь ему на плечо.

— Так сойдёт?

— Вполне.

Сначала подумал, что пойдём прямо к воротам, но Митяев повёл меня в совершенно противоположном направлении.

Вообще, я мог и не прятаться, а просто накинуть на голову капюшон. Вряд ли кто-то решил бы проверить мою личность в присутствии главы гвардии рода, но лишняя предосторожность не помешает.

Навстречу нам промаршировали несколько гвардейцев, о чём-то негромко посмеиваясь пробежала пара молодых служанок, да местный садовник прокатил тележку, набитую доверху землёй.

Взгляд сам собой скользнул в сторону тренировочного полигона, где сейчас проводились спарринги среди гвардейцев. Я даже сбился с шага, на мгновение застопорившись, но вовремя спохватился, понимая, что сейчас не время и не место глазеть на тренировки.

По специфическому запаху прелой соломы, пота и конского дерьма, быстро догадался, куда именно вёл меня Митяев.

Конюшня.

А вот это уже хорошо. Не придётся передвигаться по городу пешком.

Внутри, к счастью, никого не оказалось, и я сразу же направился к Красотке — трехгодовалой кобыле, принадлежащей лично Александру, но на полпути остановился.

Нельзя её брать и при этом не вызвать подозрений, но заглянув в глаза лошади, отчётливо понял — без неё не уйду. Пусть Бестужев объясняет пропажу кобылы как хочет.

— Действительно, красотка, — пробормотал себе под нос и протянул руку.

Только я это сделал, как кобыла шарахнулась в сторону, встала на дыбы и ударила копытами по перегородке стойла.

— Ваше Сиятельство, осторожнее, — предостерёг Вячеслав, но я только отмахнулся, пытаясь понять, почему животное так отреагировало и чуть не хлопнул себя по лбу от досады.

От меня за версту несло хищником. Красотка почуяла во мне вампира, поэтому и повела себя неадекватно.

Ладно, не проблема. Хорошо, что это произошло сейчас, а не где-нибудь в другом месте, полном людьми, тогда бы точно не удалось отвертеться.

Все знали, что домашняя живность боялась кровососов до одури, но вампиры умели скрывать свой запах и ауру, во всяком случае, в моём прошлом Мире.

Для меня это тоже не являлось проблемой, поэтому, когда в следующий раз протянул руку к лошади, та вела себя уже более спокойно, хотя всё ещё мотала головой и косила на меня подозрительным взглядом.

— Тише, тише, девочка, всё хорошо, — прошептал ласково и попытался положить ладонь на мокрый нос кобылы.

Красотка с опаской ткнулась раз… другой… а затем довольно фыркнула, узнавая.

Открыл створку, намереваясь вывести кобылу, и с удивлением увидел, что она уже осёдлана.

— Ого!

— Я как чувствовал, что вы не уйдёте без Красотки, — послышался за спиной голос Митяева, — Вот и подготовил заранее. Не беспокойтесь, господин сам разберётся, если кто-то начнёт задавать вопросы и выяснять куда делать кобыла.

Глава 4

Для себя глава родовой гвардии взял коня гнедой масти и ловко вскочил в седло. Я последовал его примеру.

— Пожалуйста, Ваше сиятельство, натяните поглубже капюшон, на таком расстоянии я не смогу вас прикрыть.

— Непременно и, Вячеслав, хватит уже называть меня сиятельством. Больше я не принадлежу к роду Бестужевых. Даже документы на руках имеются.

— Это вы зря, Александр Алексеевич. Неважно, что будут думать другие, я и ваш отец знаем правду, а значит, вы навсегда останетесь Бестужевым, а бумаги, это так… выйденного яйца не стоят.

— Не соглашусь, но да ладно, переубеждать не стану, — ударил по бокам коня пятками, пуская лошадь в галоп.

Митяев сделал тоже самое и поравнялся со мной.

Мы быстро выехали на главную аллею. Встреченные нами гвардейцы отскакивали в сторону, стараясь как можно скорее уйти с дороги своего капитана, торопящегося по важным делам.

Один из них попытался окрикнуть главу гвардии, но Вячеслав даже не обернулся.

Я же пониже склонил голову, одной рукой придерживая завязки, чтобы капюшон, дракон его раздери, не слетел в самый неподходящий момент.

Мы пролетели по поместью, как ураган.

— Открывай ворота! — прокричал Митяев издалека, и два молодых парня, стоявших на страже, моментально подорвались с места, чтобы исполнить приказ своего командира.

Не останавливаясь ни на секунду, мы минули ворота и выскочили на уличную мостовую, продолжая двигаться в неизвестном мне направлении.

Только когда пересекли пару кварталов, сбавили шаг.

— Александр Алексеевич, господин решил, что я остаюсь при нём, поэтому дальше не смогу вас сопровождать.

— Отлично, а то я, грешным делом подумал, что ты всё-таки потащишься следом, — усмехнулся в ответ.

— Так торопитесь от меня избавиться, Ваше сиятельст… простите, Ваше благородие? Вы же теперь барон.

— Барон, — кивнул согласно.

— Тогда желаю удачи. Вы уж постарайтесь не сгинуть.

— Не дождёшься. Поверь, ты ещё услышишь об Александре Саянове.

— Надеюсь, только хорошее, — скупо улыбнулся Митяев.

— Не сомневайся.

Капитан уже развернул лошадь, намереваясь возвращаться обратно, как резко затормозил.

— Чуть не забыл! — окликнул меня он, — Ваш отец просил купить билет на поезд. Вот, возьмите. Отправление через час. Ещё тут инструкции, как добраться до вашего нового поместья. Счастливого пути.

Билет я взял, но следовать инструкциям не собирался, во всяком случае, в ближайшее время.

У меня были другие планы, а именно: я намеревался выяснить, как погиб бывший владелец этого тела, куда подевалась девица, в которую он был влюблён, и как она связана с моим превращением в вампира.

Уверен, что укусивший меня кровосос рано или поздно объявится на пороге моего нового дома. Эти ублюдки чувствуют своих птенцов. Ему не составит труда найти меня даже в Саянске.

А ещё, я на сто процентов был уверен,

Алексей Петрович отнёсся ко мне хорошо, хоть и не знал, что в этом теле уже давно не его родной сын, но это неважно. За добро я привык платить добром. Да и Александру я был обязан за возможность прожить новую жизнь, а долги нужно отдавать. Ну и самое главное, эти ублюдки знатно мне подгадили, превратив в вампира, а это уже личное.

Подобное я никогда и никому не спускал с рук.

Вот разберусь со всем, тогда и можно будет со спокойной совестью уехать в Саянск.

Как только Митяев скрылся из вида, быстро накинул на себя небольшую иллюзию. Борщить не стал. Так… добавил немного морщинок вокруг глаз, чуть изменил линию рта и утяжелил подбородок, а если учесть, что Александр сильно похудел за время «болезни», то узнать его, то есть меня, теперь было практически невозможно. На такое преобразование требовались сущие крохи энергии. Я замкнул контуры заклинания и улыбнулся. Теперь можно ни о чем не беспокоиться, маскировка не слетит, даже если я окажусь без сознания. Просто нужно будет подпитывать контуры раз в неделю.

Пора было отправляться на поиски жилья. Сначала хотел заселиться в гостиницу, но потом передумал. Лучше снять квартиру в доходном доме.

На Адмиралтейскую решил не ездить. Уж лучше там — где попроще, на Александро-Невском. Я не привередливый.

Жилплощадь удалось снять без труда. Правда сначала мне пытались всучить пятикомнатную квартиру, потом трёх, и когда я уже начал терять терпение и чуть ли не рычать вслух, как медведь, разбуженный в период спячки, предложили однушку.

Не то — чтобы я экономил, но… Проверить состояние счёта пока не успел, да и неизвестно в каком виде находилось поместье в Саянске. Хорошо, если в сносном, а если разваливается на части, как старый рваный башмак, то на его восстановление потребуются немаленькие финансы.

«Отец» всё оформлял в спешке, да и не всегда в документах отражается реальная картина происходящего. В этом я убедился ещё в прошлой жизни, поэтому деньги стоит поберечь, ещё пригодятся.

Квартира оказалась на третьем этаже старого дома с высокими потолками и окнами, выходящими во двор.

Открыл дверь, и меня встретил запах свежей краски, смешанный с нотками старого дерева. Внутри было довольно светло. Вечернее солнце пробивалось сквозь занавески, которые явно не меняли с тех пор, как построили дом. Комната была небольшая, но уютная. В углу стоял старый диван, который, кажется, помнил не одно поколение арендаторов. Бросил на него взгляд и решил, что он вполне сгодится для того, чтобы провести здесь несколько ночей. На кухне, отделенной от комнаты лишь аркой, притулилась небольшая плита. Накопитель для её разогрева был наполовину полон. Ещё раз огляделся вокруг. Взгляд зацепился за маленький стол, окруженный стульями, которые тоже видели лучшие времена, но меня это не смущало. Я всегда умел находить плюсы в любом месте. В ванной комнате стены были выложены старой плиткой, но вода текла исправно, а это главное.

Вполне себе нормальное жильё, — сделал я вывод.

Рассиживаться не стал, чем ближе время подбиралось к ночи, тем бодрее я себя чувствовал. Вампиры — ночные создания, пик их активности приходится именно это время суток. Спать я не планировал, а значит, пора начать действовать, чем быстрее во всём разберусь, тем быстрее покину столицу.

Я всё же смог вычленить несколько основных воспоминаний, предшествующих смерти, а точнее, обращению Александра в вампира, поэтому уже знал, куда направить свои стопы в поисках истины, но сначала нужно было обезопасить своё жилище, так как таскать с собой сумку с вещами и документами я не собирался.

Пускай мой магический источник, сейчас был в десять раз меньше, чем в прошлой жизни, сделать примитивные, но при этом очень действенные ловушки для незваных гостей не составляло труда.

Конечно, вряд ли кто-то решит меня обокрасть, но я привык всё предусматривать наперёд. Иногда один неверный шаг, одна оплошность могли привести к плачевному финалу.

Я начал с того, что ещё раз обошёл квартиру, осматривая каждую деталь. В первую очередь, решил начать с входной двери и установил на неё простую, но эффективную вязь, нарисовав символы, которые в прошлой жизни использовал для защиты от нежелательных гостей. Пришлось порезать палец, ибо чертить нужно было кровью.

Сначала сомневался, что получится, потому что моё превращение в кровососа могло на корню уничтожить эффективность подобного заклинания, но как оказалось, напрасно. Всё получилось как нельзя лучше.

Простенькие на вид руны, заключенные в круг, создавали невидимый барьер, который мог остановить любого, кто попытается войти без разрешения. Рисунок не был большим, всего лишь сантиметров сорок в диаметре, но я сконцентрировал силу, уплотнил и направил энергию точно в центральную руну, а от неё распределил по остальным.

Кропотливая работа, должен сказать, но годы практики сделали своё дело. Даже в новом теле создать данное заклинание у меня получилось без труда.

Опытного мага, конечно, надолго не остановит, а вот обычному воришке не позволит зайти.

Далее подвесил на потолке ловушку для одарённых «гостей», и спустив вниз связующие нити, опутал ими всю прихожую. Если кто-то всё же перешагнёт порог, тотчас увязнет в невидимой, но крепкой паутине. Осталось только активировать ловушку перед самым уходом, и хоть рунную магию я не особо любил, пользовался ей регулярно.

Следующим шагом стала кухня. Я знал, что многие злоумышленники часто проникали в квартиры через окна, особенно в летнее время, когда их открывали для проветривания, а значит, нужно было обезопасить и этот «вход».

Быстро создал энергетическую сетку, которая активировалась только если на неё воздействовали физически, то есть, при любом контакте с живым существом. Не завидую я тому, кто в неё попадётся. Надеюсь, местные кошаки будут обходить моё окно стороной. Жалко, если в сети увязнет животина.

После этого перешёл к комнате. Здесь мне нужно было проявить больше изобретательности. Сначала проделал те же манипуляции с окном, а затем, решил использовать старую магическую технику, которую нередко применял в прошлой жизни.

Нарисовал на полу сложный узор из геометрических фигур, напитал его энергией, создавая эффект защитного поля, которое могло временно парализовать злоумышленника, заставляя того замереть на месте на определённое время. От паутины, которую я повесил в прихожей, данная защита отличалась тем, что высасывала из своей жертвы ману до тех пор, пока пойманный в ловушку не терял сознание. Я специально поставил ограничение, чтобы никого не убить. Не потому — что такой

Затем занялся освещением, создавая иллюзию присутствия. Включил две лампы, работающие на энергокристаллах. Свет ударил по глазам, вызывая резь и слезоотделение. Проморгался, с запозданием поняв, что до сих пор бродил по квартире в полутьме. Впрочем, мне это ни капли не мешало.

Переставил светильники на другое место, добавил чуть силы и усмехнулся, глядя на полученный эффект. По комнате замелькали две тени. Они — то появлялись, то исчезали, но, если смотреть со стороны улицы и пристально не вглядываться, можно было принять их за реальных людей.

Это должно было отпугнуть тех, кто решит забраться сюда в моё отсутствие.

Последнее, что сделал — это проверил шкафчики на кухне и очень обрадовался, отыскав там небольшой бумажный пакет, наполовину набитый солью. Она была жёсткая, слипшаяся в комок, но это не имело значения. Я высыпал её на стол и растолок кулаком, а затем, отправился посыпать солью порог квартиры и подоконники.

Соль усиливала защиту и служила дополнительным оберегом от нечисти. Может, я перестраховался, но лучше перебдеть, чем недобдеть.

Наконец, я завершил установку ловушек и сел на диван, удовлетворённый своей работой.

Знал, что, несмотря на уменьшенный магический источник, всё ещё обладаю достаточной силой, чтобы защитить себя и своё пространство от любого, кто попытается нарушить мой покой.

Хотя, покой мне только снится.

Усталость от проделанной работы накатила довольно быстро, что стало неприятной неожиданностью, дело тут, скорее всего, даже не в том, что я потратил кучу энергии на заклинания. Мне просто необходимо было подкрепиться и как можно скорее.

Достал переданную отцом флягу и быстро открутив пробку, сделал несколько больших глотков.

Зажмурил глаза от удовольствия, чувствуя, как кровь прокатилась по горлу и упала в желудок, сразу же вызывая тепло и заряд бодрости.

— Вот — это другое дело, — произнёс довольно.

Конечно, не то — что пить из непосредственного источника, но тоже неплохо.

Теперь можно было отправляться в путь.

Активировав ловушку в прихожей, вышел из квартиры и сбежав по лестнице, отправился на поиски таверны «Чёрный кот».

Почему именно туда?

А потому что это было последнее, что мне удалось выудить из воспоминаний Александра.

Именно там он искал свою пропавшую возлюбленную.

Самое занимательно оказалось то — что это заведение находилось в неблагоприятном районе города, на самом отшибе, где обитали маргинальные личности, нищие побирушки и всякая шваль. Днём — это был обычный бедный квартал, ничем не отличимый от других, где проживали простолюдины низкого достатка, а ночью превращался в обитель воров и убийц и разбойников.

Бестужев был полным идиотом, раз сунулся туда в одиночку.

Впрочем, я тоже иду туда один, но я — это я и в этом огромная разница.

Я прекрасно знал, что смогу выйти обратно невредимым, чего бы это ни стоило, даже если придётся пролить огромное количество крови своих врагов.

Закутавшись в тёмный плащ и накинув на голову капюшон, я шагал по узким улочкам города, где свет фонарей едва пробивался сквозь густые тени.

Красотку брать не стал, оставив в конюшне арендодателя. За ней там присмотрят. Сейчас, в темноте ночи, мне было проще передвигаться на своих двоих. Благодаря вампирским способностям я мог бежать, нисколько не уступая галопу лошади.

Естественно, передвигался я не у всех на виду, а активировал невидимость. Простенькое заклинание. Жаль только, что оно действовало только на тех, кто был ниже меня по уровню.

С другой стороны, я уже сейчас превосходил по развитию дара большинство магов этого мира. Вряд ли мне на пути попадётся магистр или грандмастер.

Когда достиг нужного квартала, сбавил скорость и убрал невидимость. Не прошло пяти минут, как я почувствовал позади себя чужое присутствие. Не близко, метров за тридцать.

Кто-то упорно двигался следом. Не просто шёл по своим делам, а пытался меня догнать. Это уже становилось интересным.

Ну, раз так хочет, я могу и подождать.

К слову, преследователь был не один, а несколько.

Резко остановился и развернулся к угрозе лицом.

Долго ждать не пришлось. Буквально через несколько секунд из тени выступили три фигуры.

— Стой! — раздался хриплый голос одного из них.

— Да я вроде и так стою, — ответил насмешливо, склонив голову на бок и внимательно рассматривая незнакомцев.

А незнакомцами оказались только двое мужчин, третья девушка была мне, а точнее прежнему Александру, прекрасно знакома.

Занятно, все трое оказались кровососами, но именно от одного из них, седовласого мужчины лет сорока на вид, исходила нешуточная угроза. Я чувствовал, как от его леденящего душу взгляда серых глаз, становилось не по себе, а ещё ощущал связующую нас нить.

Это был он — тот ублюдок, что обратил меня в вампира.

Серьёзный противник, но так даже интереснее.

Впрочем, голос первой подала девица.

— Ну, здравствуй, Александр, — промурлыкала она, склонив голову на бок.

Не смотря на то — что её голос звучал обволакивающе мягко, я не обольщался, взгляд вампирши даже не скрывал холодной насмешки.

— И тебе не хворать, дорогая, — усмехнулся в ответ, — Прости, после превращения что-то в голове помутилось. Напомни своё имя.

— Даже так? — девушка вскинула брови, явно не поверив, — Меня зовут…

— Нет-нет-нет, — шутливо погрозил пальцем, — Настоящее имя, а не то, каким ты представлялась раньше.

— Может и назову, если мы сумеем договориться, ну а если нет… — девица сделала многозначительную паузу, — Моё имя будет тебе без надобности.

— Даже так? Не много на себя берешь, деточка? Насколько я вижу, ты здесь не главная, да и вообще, плевать мне на то, как тебя зовут. Хотя, ты мне нравилась, даже больше… Ума не приложу, чем меня зацепила? Хотя, трахаешься ты, конечно, отменно, но я тут кое-что понял… потаскухи меня не интересуют.

— Шш-шшш! — злобное шипение вырвалось из горла вампирши.

Она дёрнулась вперёд, намереваясь вцепиться мне в горло, но была остановлена седовласым.

— А ну, прекрати, Кристина!

Девушка вмиг остановилась, напрягшись, словно натянутая струна и отступила на шаг назад, сверля меня убийственным взглядом.

Хороша чертовка, дракон её побери!

Намного лучше, чем в воспоминаниях Александра. Я даже на миг залюбовался острыми скулами, нежной бледной кожей и роскошной гривой черных как сама ночь волос.

Да она же использует на мне свои чары.

Мотнул головой, сбрасывая наваждение и переключая внимание на седого, который с интересом рассматривал меня, словно букашку, определяя, раздавить сразу или же дать помучиться.

— Знаешь, я не ожидал, что ты сам придёшь к нам в руки. Думал, придётся за тобой гоняться, — наконец подал голос вампир.

Пожал плечами, на секунду мазнув взглядом по третьему представителю кровососов — патлатому блондину, тощему как спица, и вновь вернул взгляд на седовласого.

— Ну, раз мы оба здесь, то стоит прояснить некоторые моменты. Например, кто вам меня заказал?

— Хе-х, — не удержался от смешка вампир, — А ты догадливый.

— А-то, не просто же так я вам понадобился. Могли и кого попроще обратить. Да и зачем столько сложностей с соблазнением? Подловили бы в подворотне и все дела.

— Да, вот только ты по подворотням не ходил до недавнего времени, да и вообще, всё время с охраной передвигался по городу, и ты прав, нам очень хорошо заплатили за твоё обращение.

— Кто?

— Тц-ц, — цокнул языком кровосос, — Не имеет значения. Твой отец хитро всё провернул. О смерти одного из сыновей великого канцлера уже судачит весь Петербург, так что враги твоего рода больше не смогут воспользоваться ситуацией. А ты… насколько я знаю, больше не Бестужев, поэтому присоединишься к нашему гнезду. Мне нужны новые птенцы, желательно аристократы, а не жалкие плебеи, у которых желания не распространяются дальше, чем добыть себе пропитание. Сраная Инквизиция, чтобы ей пусто было! Эти ублюдки уничтожили всех моих детей, кроме Кристины и Виктора, — седой указал на девушку и парня, стоящих по бокам от него, — Ты уже сейчас показываешь выдающийся результат. Я очень удивлён, что тебя не накрыло кровавое безумие.

— Вот такой я уникум, — хмыкнул в ответ.

— Удачно всё обернулось, — потёр руки седовласый, — Получил награду от нанимателя, в добавок приобрел нового члена гнезда.

У кровососа не было ни единого сомнения, что я к ним присоединюсь.

Один, без поддержки рода, к тому же новообращённый, я должен был казаться беспомощным. Может быть, со стороны я и производил подобное впечатление, но на самом деле всё было с точностью до наоборот.

— А если откажусь? — решил поинтересоваться.

Правда спросил я это не из-за любопытства, потому что уже знал, какой будет ответ, просто тянул время.

Глава 5

Раньше мне не понадобилось бы столько времени на построение банальных ловушек, но теперь приходилось выкручиваться, ибо сразу троих кровососов я бы не потянул. Окажись седовласый один — другое дело, а тут придётся отвлекаться на Кристину и патлатого.

— Ты умрешь, — просто ответил вампир и посмотрел так насмешливо, словно я сморозил глупость, задав подобный вопрос.

— И всё же, попробую настоять на своём. У меня, знаешь ли, немного другие планы и присоединяться к вам нет никакого желания.

Седовласый криво усмехнулся, а я сразу почувствовал, как он начал давить на меня своей волей. Связь между мной и моим создателем ещё не успела полностью закрепиться, но даже такого влияния хватило, чтобы я сцепил зубы.

Сдаваться так просто не собирался. Этому уроду придётся знатно потрудиться, чтобы подчинить моё сознание, да и не выйдет у него ничего, и не таких обламывал.

Именно в этот момент послышались пьяные голоса, а затем, из подворотни показалась разношерстная компания человек из десяти, которые, увидев нас, разухабисто заулыбались.

— Ой, гляди, вот повезло — так повезло! И кто это забрёл к нам в переулок? — оскалился щербатым ртом главарь шайки, наголо бритый, накаченный детина под два метра ростом, показывая всем на обозрение свои гнилушки.

Остальные довольно загомонили, поддерживая своего предводителя. Было видно, что ребята не первый раз промышляют разбоем.

Сейчас эти наивные бандиты решили легко поживиться, впрочем, неудивительно, если смотреть со стороны.

Я выглядел как болезненный подросток, патлатый был тощ и угловат с виду, про Кристину я вообще молчу. Молодая симпатичная девчонка — лакомый кусочек для уличных головорезов.

Пожалуй, только седовласый вызывал опасение, но эти идиоты наверняка думали, что вдесятером с легкостью с ним справятся, и это была их большая ошибка.

— Эй, краля, — крикнул один из парней и поманил девушку пальцем, — Иди к нам, не обидим, только позабавимся малехо.

Дружный хохот прокатился по переулку.

Вампир, не отрываясь от попытки продавить мою волю, сделал небрежный жест рукой, и патлатый с Кристиной довольно кивнули, развернувшись в сторону бандитов.

— Повеселимся, — усмехнулась девушка, и две тени смазались в пространстве, чтобы в следующую секунду оказаться рядом с местными головорезами.

В одночасье охотники превратились в дичь.

Главарь не успел ничего понять, как руки вампирши обхватили его за плечи, а зубы рванули сонную артерию. Кристина мгновенно ослабила хватку, выпустив тело из импровизированных объятий, позволив ему упасть на грязную мостовую, а сама рванула к следующей жертве.

— Вампиры! Бежи-и-им! — с запозданием понял один из душегубов и рванул прочь, правда далеко ему уйти не удалось.

Бедолага смог сделать всего лишь несколько шагов, прежде чем Кристина вспорола ему горло.

Патлатый тоже не отставал, уже положив троих, а дальше началась самая настоящая бойня. По моим подсчётам не прошло и минуты, а шайка головорезов была уже мертва.

— Вот теперь попируем, — довольно оскалился Виктор и склонился над одной из жертв, вгрызаясь в мягкую плоть.

Даже несмотря на то — что я был сосредоточен на сопротивлении седовласому, сумел услышать тошнотворные чавкающие звуки, которые издавал кровосос.

Он вёл себя как дикое животное, полностью потеряв всё человеческое, что ещё в нём оставалось.

Фу-уу, ну и мерзость!

Заметил, как седовласый поморщился, не скрывая пренебрежения.

К слову, Кристина, вела себя более цивилизованно, но до вампиров-аристократов моего прошлого мира ей было далеко. Они бы никогда не опустились до того, чтобы питаться в подворотне как дикие звери. Нет — такие особи тоже встречались, но их быстро уничтожали себе же подобные.

Отслеживание происходящего никак не повлияло на мою способность сопротивляться ментальному влиянию.

На лице седовласого выступило недоумение. Он не мог понять, почему я всё ещё не сдался и как послушный щенок не присел около его ног.

Чувствовал, как пот заливает глаза, как ходят желваки на скулах, скрипят от напряжения зубы, но продолжал упираться.

Никогда Великий Инквизитор Лорн не станет чей-то марионеткой.

Меня не сломили полчища тварей, не сумели подмять под себя Боги, и, если я сейчас

Было сложно, очень сложно, но я выдюжил, как и всегда. Тот якорь, та связь, что соединяла обычно юного вампира и его создателя, натянулась до предела, а потом лопнула как мыльный пузырь. Покачнулся, сбрасывая с себя остатки ментальных пут и твердо посмотрел в глаза кровососу, который вытаращился на меня в полном шоке, не понимая, как такое могло произойти.

Досталось седоволосому не слабо. Разрыв связи ударил мощным откатом по его нервам, но вампир выдержал.

Впрочем, я не удивлён, нужно что-то посильнее, чтобы свалить ублюдка с ног. Лучше всего кол в сердце или голову с плеч. К сожалению, осины у меня с собой не было, а значит, оставался только второй вариант.

В это время глаза вампира налились кровью, из горла вырвалось шипение, клыки вытянулись во всю длину. Ногти на пальцах заострились, удлинившись сантиметров на пять как минимум, представляя из себя смертоносные лезвия. Крылья носа расширились, а черты лица заострились. Седовласый готовился атаковать.

По происходящей трансформации я сумел оценить степень риска и тут же начал действовать, применив ускорение свойственное своей новой сущности и в придачу накладывая заклинание разгона, едва сумев избежать смертельных когтей противника.

— Агрр-х! — прорычал кровосос, резко разворачиваясь и не понимая, почему его атака прошла мимо.

— Мазила, — ухмыльнулся я, дразня ублюдка и пытаясь разозлить, но седовласый не повёлся, перестав торопиться, он стал медленно приближаться, внимательно отслеживая каждое моё движение.

— Тебе всё равно не уйти отсюда живым, Бестужев. Ты сделал неправильный выбор, а ведь мог добиться величия, если бы последовал за мной.

— Хм-м, дай-ка подумать, я и так его добьюсь, но без твоего участия.

Я медленно отступал, не сводя взгляда с кровососа, который на мои слова глумливо усмехнулся.

Послышался треск ткани, а затем за спиной ублюдка взметнулись вверх два кожистых крыла.

Седовласый не видел во мне сильного противника, своими действиями пытаясь меня запугать: мол смотри какой я крутой, круче варёного яйца, а ты всего лишь личинка червя, которая должна не то — что не открывать рот, когда не просят, а ползать на коленях, выпрашивая милостыню.

Ага, не дождёшься!

Очередной резкий рывок и кровосос взмыл в воздух, расправив крылья. Его могучая фигура буквально нависла надо мной. Вампир зло усмехнулся и ринулся вперёд, но в самый последний момент сделал вираж, уходя в сторону, и усмехнулся.

Ублюдок играл со мной как кот с мышью, вот только он пока не знал, что роли могут поменяться в любую секунду.

Что же, пора преподать урок самовлюблённому индюку.

Потянулся к источнику, чтобы зачерпнуть немного энергии, а затем вскинул руку, выпустив заряд молнии, который ударил прямо в середину крыла кровососа, оставляя там хорошую такую дырку диаметром около двадцати сантиметров с опалёнными по бокам краями.

— Аууу-ааа! — огласил округу крик боли, и вампир приземлился на землю, чуть не завалившись на бок.

Злость вперемешку с недоверием окрасила заострённые черты лица кровососа.

Он перестал играть.

Теперь седовласый был в бешеной ярости, и эта ярость оказалась направленной на меня.

Кристина и патлатый, услышав вопль своего «хозяина», мгновенно забыли о трапезе и кинулись на помощь господину, как послушные собачки.

— Не сметь! Он мой! — взревел седовласый и наконец-то перестал сдерживаться.

— Ну, что же, посмотрим кто кого, — пробормотал себе под нос, активируя очередное заклинание.

В воздухе вспыхнули искры, а вокруг меня закружились потоки энергии. Седовласый, не ожидая такого поворота, на мгновение замер, но это было всего лишь мгновение. В его глазах сверкнула неутолимая ярость, и он бросился вперед, словно смерч, оставляя за собой шлейф тьмы.

Кристина, с патлатым не остались в стороне, нарушив приказ хозяина, и тоже решив ввязаться в драку. Отлично, мне это было только на руку.

Патлатый, обошел меня с фланга, пытаясь поймать в ловушку. Приходилось действовать очень быстро, отбиваясь от атак сразу трёх вампиров. Заклинания требовали сильной концентрации, что безумно злило.

В прошлой жизни, я бы за пару секунд размазал эту троицу по земле, сейчас же приходилось как-то выкручиваться, но я не был бы Великим Инквизитором Лорном, если бы не предусмотрел подобный расклад событий.

О том, как уничтожить вампира я знал не понаслышке. В прошлой жизни мочил их пачками. Не всех, только тех — кто преступил закон. Это здесь все кровососы вне закона и подлежат уничтожению, и я собирался это изменить.

Постоянно прятаться и опасаться за свою жизнь не по мне, так что придётся потрудиться и легализовать кровососов, но это перспективы на будущее.

Сейчас же, я уворачивался от атак трех противников и пока делал это очень удачно.

Так, какое заклинание применить следующим? О-о, точно! Пусть вампиры, кроме новообращенных, не боялись света, он всё равно причинял им очень сильный дискомфорт и при большой концентрации мог вызвать ожоги. Жаль, что сейчас у меня не хватит сил на заклинание очищающего света, но и обычный вполне сойдет, главное, чтобы был ярким.

Кстати, чеснок на кровососов не действовал, а вот освящённый крест, святая вода и серебро могли остановить или даже убить клыкастых при определённом стечении обстоятельств. Осиновый кол в сердце и голова с плеч самые надёжные способы истребления вампиров, но тут надо очень постараться, чтобы добиться желаемого, ведь кровососы очень сильны и быстры. Скорее они расправятся со своими врагами, прежде чем те успеют к ним подобраться.

Ничего кроме первого варианта мне сейчас было недоступно, поэтому сформировал в ладони световую волну и направил её в сторону седовласого. Яркая вспышка взорвалась между нами ослепляя противников. Я же своевременно прикрыл глаза и навесил на них вуаль тьмы, чтобы не потерять зрение.

По ушам ударил пронзительный крик.

Вот чего не ожидал, так это того, что Кристина упадёт на колени, закрывая лицо руками, на которых кожа начала стремительно чернеть, обугливаясь практически до костей.

Патлатому повезло намного меньше. Этот урод был обращён сравнительно недавно, поэтому на некоторое время выбыл из игры, катаясь по земле и громко завывая. Его длинные волосы практически сгорели, открывая широкие проплешины, лицо изменилось до неузнаваемости, а глаза лопнули, представляя моему взору пустые глазницы.

Всё это я зафиксировал буквально за пару секунд.

В отличии от этих двоих, седовласый практически не пострадал. Опалённые брови и мелкие ожоги не в счёт, но даже это дало мне небольшую передышку, а самое главное, исключило из уравнения Кристину и Виктора, давая простор для манёвра, но кровосос

Около его рук очень быстро начало собираться тёмное облако, которое чёрным вихрем стремительно понеслось в мою сторону. Вот тут уже офигел я, ведь всем было известно, вампиры не владели магией.

Только когда чёрный торнадо поравнялся со мной, понял, что именно это такое. Нет — не стандартная человеческая магия, а обычный гнус.

Вампиры, кроме летучих мышей, могли управлять всеми кровососущими насекомыми, вот и седовласый применил этот трюк, но я вовремя выставил воздушный щит, не позволяя тварям добраться до моего тела.

Обойдутся без моей кровушки.

Единственное, световая вспышка и щит забрали у меня прорву энергией, и ловушки, которые я заранее приготовил и всё это время подпитывал, задребезжали, готовые схлопнуться в любой момент.

Ну уж нет! Я всё равно вывезу.

Пришлось сильнее потянуть энергию из источника.

Естественно, всё это время седовласый не стоял в стороне, а непрерывно атаковал. Мне только и оставалось, что ускользать от его когтей и зубов. О своей атаке я вообще молчу, не до неё, да и не одолеть мне пока кровососа в прямом бою, тут нужна хитрость. Всё это время, я, практически незаметно, отступал в сторону, туда — где поставил свои невидимые капканы.

Можно было установить их ближе, но я опасался, что седовласый что-то заподозрит, ведь вампиры хоть и не могли применять магию, умели чувствовать сигнатуру сформированных заклинаний, находящихся в непосредственной близости.

Это сейчас, в пылу схватки, кровосос ничего не замечал, бросаясь на меня снова и снова, зверея от понимания, что добыча каждый раз ускользает прочь.

Оставалось совсем чуть-чуть до того, как противник увяз бы в ловушке, как муха в киселе, но именно этот момент выбрала Кристина, чтобы вновь броситься на меня. Я успел увернуться в последний момент, и её когти прошили воздух буквально в сантиметре от моего виска.

В этот же момент заметил, как патлатый обходит с другой стороны. Виктор ещё полностью не восстановился, но был готов покарать своего обидчика во чтобы-то ни стало, и это при том, что седовласый всё ещё продолжал атаковать.

Я знал, что скоро наступит решающий момент и собрал остатки энергии для финального заклинания. Если нейтрализовать главного противника, в остальными двумя справлюсь без труда.

Острый серп быстро соткался из воздуха и понёсся в сторону седовласого с сумасшедшей скоростью. На поддержание его формы уходили практически последние крохи моей энергии.

— Ха-х, — недобро усмехнулся кровосос, пропуская смертельную угрозу мимо себя, чуть уклонившись в сторону и сделав несколько шагов вправо, — Мальчик, и этим ты хотел меня убить? Слабо, очень слабо.

Я ничего не ответил, ведь мой расчёт оказался верен, осталось совсем немного, последний импульс и противник будет обезврежен.

Я не стал формировать заклинание, так как на него уже не хватило бы сил, просто бросил в седовласого поток сырой маны, которая ударила того в грудь. Реального вреда она кровососу причинить не могла, а вот заставить сделать последний решающий шаг назад…

— Есть! — воскликнул я, радуясь победе, тут же уходя от слаженной атаки Кристины и патлатого.

— Гррр-рр! Убью! Уничтожу, развею по ветру! — донеслись до меня угрозы пойманного в ловушку кровососа, который застыл на месте, не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой.

Видя, что их господин пленён, Виктор с Кристиной мало того, что не прекратили свои атаки на меня, они, наоборот, удвоили силы. Стали бросаться ещё яростней и отчаянней.

Заклинания против вампиров я больше применить не мог. Оставшиеся крохи энергии уходили на поддержание капкана для седовласого. Попробуй я что-нибудь создать, и ловушка деактивируется, выпустив кровососа на волю, а этого я никак допустить не мог, поэтому пришлось действовать по старинке.

Выхватил из-за пояса меч, который раньше принадлежал Александру и ускорился, теперь уже действуя чисто на вампирских инстинктах и не полагаясь на магию.

Ближе всех оказался патлатый, к нему я и рванул со всех ног. Траектория движения была продумана до мелочей, я чувствовал, как сзади для финального удара приближается Кристина, но не обратил на девушку никакого внимания.

Она наверняка ликовала, видя мою незащищённую спину, предвкушая победу и похвалу от своего «хозяина».

— Раз, два, три, — начал я мысленный отсчёт.

— Аа-ааа! — раздался отчаянный вопль.

Я даже не обернулся, прекрасно зная, что Кристина попала во вторую заготовленную мной ловушку.

Третью развеял на ходу, отчётливо понимая, что просто не потяну.

Несмотря на то — что вампиром я стал совсем недавно, рефлексы не подкачали, двигался я не в пример быстрее и ловчее, чем Виктор. Хотя, тут также сказались мои тренировки из прошлой жизни. Мысленная память никуда не делась, передавая импульсы новому телу.

Не стань я вампиром, не перестройся мой организм на новый лад, такие нагрузки было бы не потянуть. Сейчас же, я по всем фронтам обыгрывал патлатого.

Он ничего не мог мне противопоставить. Резкий рывок, разворот, и клинок, описав дугу, резко рассек шейные позвонки кровососа.

Виктор ещё какое-то время стоял на ногах, не понимая, что происходит. Так он и умер, с застывшим выражением недоумения на лице.

Голова медленно поехала в сторону, а затем полетела вниз, с гулким стуком упав на землю, и покатилась прочь.

Я стоял тяжело дыша. Грудная клетка ходила ходуном, руки тряслись от напряжения, но это не помешало мне улыбнуться от уха до уха.

Я победил в очередной раз. Пусть было тяжело, но я справился и так будет всегда.

Глава 6

Я медленно переводил дыхание, стараясь сосредоточиться на пленённом кровососе. Каждый шаг был продуман до мелочей. Я обошёл Кристину, которая изрыгала проклятия, пытаясь вырваться из моей ловушки. Её глаза горели ненавистью, но я знал, что сейчас она не в силах мне помешать.

Седовласый вампир, который находился в центре моего внимания, перестал дергаться. Он, казалось, осознал бесполезность своих усилий, и его тело стало неподвижным, как камень. На лице кровососа не дрогнул ни один мускул. Его холодные, проницательные глаза следили за каждым моим движением, и в них читалось спокойствие, словно это не он находился сейчас в плену, а я попал в его ловушку.

Я был готов к любому повороту событий, даже к тому, что этот гад просто притворяется и может в любой момент оказаться на свободе.

Скверно, если такое случится, потому что второй раунд нашего противостояния мне не выдержать. Слишком вымотался, слишком устал, но это не значило, что я не буду сражаться до самого конца.

Вампир выглядел паршиво. Все-таки

Ещё немного и мне не хватит сил на поддержание двух ловушек одновременно.

— Ты выглядишь неважно, — мой голос был спокоен, но в нем звучала сталь.

Я подошел ближе, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Кровосос лишь презрительно усмехнулся, обнажив острые клыки.

— Ты думаешь, что можешь запугать меня, смертный? — прошипел вампир, — Твоя ловушка — ничто…

— Нет, всего лишь хочу получить ответы на вопросы, — я выдержал небольшую паузу, — Ты собирался навредить роду Бестужевых, поэтому мне нужно знать, кто тебя послал.

Кровосос рассмеялся.

— Думаешь, я раскрою тебе своих заказчиков? Ты слишком наивен, мальчишка.

— Все рано или поздно начинают говорить.

— Да, но у тебя нет времени меня допрашивать. В переулок в любой момент могут зайти обычные люди. Будешь их убивать, чтобы не мешали? Тогда, ты не лучше меня.

Покачал головой, признавая правоту седовласого.

— Ты — всего лишь пешка в руках нанимателей, так зачем молчать? Может, пришло время раскрыть свои карты? Кто нанял тебя, чтобы превратить меня в вампира?

Высокомерие медленно сменялось раздражением в глазах вампира.

Пусть ублюдок не двигался, но я чувствовал, как бурлила вокруг вампира сила, даже не смотря на то — что собственноручно оборвал связывающий нас поводок. Пришлось добавить ещё немного энергии в структуру заклинания, чтобы удержать седовласого на месте.

Голова сразу закружилась, а перед глазами заплясали чёрные круги.

СКровосос почувствовал изменения. Ещё бы, ведь мои путы сжали его ещё сильнее.

— Бестужев, — прошипел седовласый, — Ты думаешь, что магическая ловушка способна удержать того, кто столетиями жил вне правил смертных?

Пожал плечами.

— Всё бывает в первый раз. Может тебе и удавалось справляться с магами, но не со мной.

— Хм-м, — вампир склонил голову на бок, — Ты особенный. Жаль, что не захотел примкнуть ко мне. Сущность вампира и сила мага в одном теле. Невероятно, но это тебе не поможет, увы, — театрально вздохнул седовласый, а я понял, что он тянет время.

Держать ловушку становилось всё сложнее.

Видимо придётся покончить с ним, так и не получив ответов. В крайнем случае, у меня останется Кристина. Правда я не был уверен, что девушка знала имена и мотивы нанимателей, в отличии от седовласого.

Демонстративно достал меч и провел по середине лезвия ладонью.

— Ну, раз ты не хочешь говорить, то от тебя нет никакого толка. Прощай.

Резко взмахнул клинком.

— Стой! Погоди! — панический крик разнёсся на весь переулок.

Меч замер в сантиметре от горла кровососа. С реакцией у меня всегда было всё прекрасно и это тело не подвело, хотя я опасался, что могу не успеть остановить руку в самый последний момент.

Молча усмехнулся.

Седовласый повёл себя так, как я и предполагал.

— Будешь говорить?

— Да. Я отвечу на твои вопросы, но ты должен пообещать, что отпустишь меня живым. С этой, — он кинул взгляд на Кристину, — можешь делать что хочешь, а мне…

Договорить я ему не дал.

— Не тебе ставить условия, кровосос.

— Хорошо, — как-то уж слишком покладисто ответил вампир, — Меня наняла тёмная сила, которая не терпит твой род. Ведь вы — единственные оставшиеся в живых хранители древних знаний, которые они стремятся получить любой ценой.

Древние знания? Какие ещё нахрен древние знания?

Александр ни о чём подобном никогда не слышал. Да и вообще, какая к призрачной бабушке тёмная сила? Что за бред.

— Значит, это не из-за личной мести или внешней политики?

У канцлера врагов много. Я бы в первую очередь подумал, что в попытке уничтожить род Бестужевых виноват кто-то из представителей соседних держав. Впрочем, одно другому не мешает.

— Ну и кто стоит за этой «темной силой»? — иронично произнес я, — Что, вообще, за абстрактные понятия? Мне нужны конкретные имена и фамилии.

— Что до имён… — седовласый на мгновение замолчал, стараясь даже в такой момент сохранить интригу, — графиня Наталья Вячеславовна Нечаева, заклятая подруга твоего отца. Она желает получить власть над всеми знаниями и артефактами, которыми владеет ваш род.

— Ага, всё-таки я был не прав, тут наверняка замешано что-то личное.

Почему-то думал, что заказчиком окажется кто-то другой, но что удивляться. Во все времена женщины были намного коварнее и изощрённее в своей мести, а если к этому примешивалась алчность и жажда власти, то и подавно.

— Именно так, — продолжил седовласый, — Графиня всегда была искусной интриганкой, но после смерти своего мужа решила, что пришла её пора. Её замысел прост: завладеть древними знаниями, чтобы использовать их силу для собственного возвышения.

Вот ведь… ещё бы понимать о каких знаниях талдычит этот кровосос.

Наверняка старшие в роду в курсе, а я, видимо, не дорос до того, чтобы прикоснуться к тайне, а уж теперь, после того как я стал вампиром, мне точно никто ничего не расскажет.

Внутри шевельнулось любопытство, но я быстро загнал его на задворки сознания. Не моё это дело. Я больше не Бестужев. Не стоит лезть в то — что меня не касается.

— Что ж, спасибо за познавательную беседу.

— Я сказал всё, что ты хотел услышать, теперь деактивируй ловушку, — седовласый надменно вздёрнул подбородок и посмотрел на меня таким взглядом, словно был уверен, я немедленно ему подчинюсь.

Только вот я не был наивным дураком и не собирался оставлять врага в живых, а то — что седовласый мой враг, было ясно с самого начала.

Освободи я его, и кровосос вновь попытается меня убить. Даже если не получится сегодня, он не оставит своих попыток, ибо их вид всегда доводил начатое до конца, если, конечно, не подыхал в процессе выполнения задания. Вот такой вот вампирский кодекс.

Зачем мне плодить врагов за спиной?

Правильно, не зачем, но не успел я занести меч, как почувствовал, что ловушка начала трещать по швам.

Кровосос, ощутив, что долгожданная свобода близко, дёрнулся изо всех сил и всё-таки прорвался, тут же уходя в сторону от удара.

Проскрежетал зубами от раздражения. Надо было сразу валить гада. Убегать седовласый не спешил, он понял, что я израсходовал практически все силы, поэтому быстро атаковал.

Не успел я осознать, как вампир

Глаза ублюдка сверкнули беспощадным блеском, он почувствовал запах своей победы.

Только вот я не собирался так легко сдаваться. Пускай мой источник был практически пуст, но сила, ловкость, чутьё на опасность и опыт, никуда не делись.

В этот момент я вспомнил о своих братьях, которые погибли в борьбе с такими же тварями. Их лица полные боли и не угасающей веры в деяния ордена, всплыли в памяти, и это придало мне дополнительных сил.

Помниться Рахт, мой закадычный друг и воспитанник, с вывернутыми кишками сумел одолеть троих оборотней. Так неужели я, Великий Инквизитор Лорн, поду от атаки кровососа?

Сжал зубы, и собрав последние остатки энергии, бросил меч в сторону вампира, направляя движение полёта.

Ну да, это не метательное оружие, но какая разница. Я умел метать всё, что не приколочено и делать это довольно метко.

В последнюю секунду седовласый умудрился отклониться, всего на миллиметр, но этого хватило, чтобы лезвие пронеслось в сантиметре от его шеи, а жаль.

Будь удар точным, я бы уже сумел закончить поединок.

— Ну, вот и всё, — надменно выдал вампир, — Пришло время умирать. Эх, заставил ты меня сегодня поволноваться, пощекотал нервы. Давно я не испытывал подобных ощущений и больше не хочу. Придётся тебе ответить за свою наглость, щенок.

В это время я почувствовал, как вторая ловушка, сдерживающая Кристину, лопнула, выпуская девушку на свободу.

Очень плохо. С двумя кровососами мне не совладать, однако вампирша вместо того, чтобы напасть, бочком двинулась к выходу из переулка, а поняв, что на неё не обращают внимания, дала дёру.

Седовласого перекосило, словно от зубной боли. Ещё бы, его «птенец» ослушался приказа и сбежал с места боя.

Он мог бы натянуть поводок, но не стал, видимо не собираясь распылять силу, полностью сосредоточившись на нашем противостоянии.

Кровосос не торопился, медленно приближаясь, полностью уверенный, что теперь справится со мной без проблем.

Я же понимал, что, если не убью его сейчас, седовласый не оставит мне шансов.

Собравшись с силами, бросился вперёд используя всю ловкость на которую был способен, прыгнул вбок, пытаясь обойти гада, так как заметил свой меч, лежащий на земле. Вампир кинулся наперерез, не собираясь позволять мне завладеть оружием.

Я успел схватить рукоять, и вскочил на ноги, резко развернувшись, но, враг уже был за спиной. В этот момент я почувствовал, как дыхание седовласого обожгло кожу на моей шее.

Многие считают, что вампиры не могут дышать, это ошибочное мнение, ещё как могут, за исключением того, что в отличии от людей, им достаточно нескольких вздохов в минуту.

Сердцебиение у кровососов тоже присутствует, но, опять же, очень редкое и поверхностное.

Только благодаря движению воздуха, выпущенного из лёгких вампира, мне удалось избежать смерти.

Уходя от клыков вампира, я не рассчитал силу и оступился, полетев на землю, но успел вовремя сгруппироваться и откатиться назад.

— Именем Святой Инквизиции! — прогремело над головой, и в переулок ворвались трое мужчин в чёрных мантиях, с выгравированными на груди эмблемами ордена.

Помнится, в моём Мире один знакомый очень сильно удивлялся. Вот вроде бы, светлый орден, а одеяния тёмные. Как так?

Ну, я ему популярно объяснил.

Попробуй выслеживать тварей по нескольку дней подряд, просидев в засаде, ползая по катакомбам, подвалам, лесам, оврагам, а потом ещё и вступая в смертельный бой.

Посмотрел бы я на бравых инквизиторов, облачённых в белые одежды. Да они через пару часов уже стали бы серо-красными от грязи, крови, слизи, кишок и прочей гадости.

Инквизиторы, обозначив своё присутствие, мгновенно рассредоточились, беря нас с седовласым в круг.

Первый из них, высокий и мускулистый, держал в руках массивный крест, который, казалось, светился в темноте. Он шагнул вперед, уверенно направляя его в нашу сторону.

Второй, более худощавый, но не менее грозный, вытащил из-за пояса острое серебряное лезвие, которое сверкало, как звезда на ночном небе.

Третий просто шёл вперёд, сжимая в ладони осиновый кол.

Кровосос, реагируя на угрозу, ощерился и зашипел.

Видя, что я не выказываю никаких признаков вампиризма, один из инквизиторов, видимо старший в этой тройке, мотнул головой, указывая мне отойти в сторону.

Да пожалуйста. Целее буду. Пускай сами разбираются с этим уродом.

Вампир замер, его глаза вспыхнули красным светом.

— Не подходите, святоши, а то будет хуже, — седовласый отступил на пару шагов назад.

Именно сейчас весь его невозмутимый фасад дал трещину. На лице отчётливо проступили эмоции страха и неуверенности.

Конечно, драться с новоиспечённым птенцом, пусть и владеющим магией, и выступить против трёх подготовленных бойцов инквизиции, большая разница.

Вампир, осознав, что его планы разрушены, издал пронзительный крик, который эхом разнесся по переулку.

Он бросился в сторону, но инквизиторы были быстрее. Первый, с крестом, произнес заклинание, и воздух наполнился ослепительным светом, заставив вассала тьмы замереть на месте

Второй, воспользовавшись моментом, метнул серебряный нож, который точно попал в плечо вампира, но до победы было ещё далеко.

Я молча наблюдал за битвой, оценивая работу инквизиторов, которые действовали с невероятной слаженностью.

Вампир, ослабев от удара, попытался увернуться, но его движения были уже не так быстры, как прежде. Первый инквизитор, воспользовавшись замешательством, быстро сократил расстояние, и подняв крест, припечатал им седовласого по лбу. Кровосос взмахнул руками, пытаясь распороть грудную клетку противника или хоть как-то навредить представителю ордена, но его когти прошили лишь воздух, не задев инквизитора.

— Не плохая защита, — пробормотал себе под нос, удивившись.

Наверняка артефакт, видимо что-то из «святого» арсенала.

Вампир закричал от ярости и боли. В это же время подоспел третий инквизитор, и недолго думая, всадил осиновый кол в сердце седовласого.

— Оправляйся во тьму, демоново отродье.

В туже секунду, кровосос вспыхнул как зажженный факел и пеплом осел на землю.

Эх, наивные, видели бы они демонов в живую, не сравнивали бы вампиров с этими отрыжками бездны. Повезло, что в этом Мире подобных тварей не существует. Хотя, если Александр о них не знал, это не значит…

Додумать мысль мне не дал громкий окрик инквизитора.

— Эй, парень, не двигайся и меч брось на землю!

— А как я это сделаю, если вы сами сказали не двигаться? — усмехнулся в ответ.

— Тоже мне, умник, нашёлся.

Взгляд инквизитора стал ещё более суровым. Я заметил, как его рука медленно потянулась к клинку, висящему на поясе,

Иметь у себя во врагах Инквизицию не было абсолютно никакого желания, наоборот, в отношении этого ордена у меня имелись определённые планы, я даже усмехнулся, понимая какую наглость планирую сотворить.

Не сейчас, конечно, но чуть позже.

Пока же, сделал так, как велел инквизитор.

— Пойдешь с нами, — выдал он, а его братья по ордену встали по обе стороны от меня.

— Это что, конвой? Что я вам сделал? По какому праву?

— Ты был замечен в компании кровососа. Какие ещё объяснения тебе нужны, — снизошёл до ответа инквизитор.

— А ничего, что я с ним дрался?

— Это не имеет значение.

— А что имеет?

— Много чего… — туманно бросил инквизитор и зашагал вперёд, больше не обращая на меня внимания, а я же пытался понять: повезло мне, или наоборот, встреча с местными представителями ордена несла в себе крупные неприятности.

С другой стороны, чего сейчас рассуждать?

Из любой ситуации можно получить выгоду, а уж я очень сильно постараюсь, чтобы поездка в «гости» к инквизиторам сложилась для меня как можно удачнее.

Я даже не думал, что мне так быстро подвернётся удобный случай для того, чтобы начать исполнение своего плана.

Главное, не спалиться и не выдать себя, бросив тень на Великого канцлера. Теперь я всего лишь провинциальный барон Саянов из далёкой глубинки, а не сын графа Бестужева.

Глава 7

Когда торопился добраться до таверны, особо не разглядывал местный колорит, а сейчас решил восполнить это упущение. Вид, конечно, оставлял желать лучшего.

Узкие улочки, вымощенные неровными камнями, обшарпанные и покосившиеся дома, грязные, а кое-где заколоченные окна, казались закрытыми от мира, словно жители прятались от ночных кошмаров, что, в принципе неудивительно. Этот район имел дурную славу. Селиться здесь было небезопасно, местные каждый день рисковали своей жизнью, боясь быть заколотыми бандитами, которые считали эти улицы города собственностью.

Служители законопорядка старались сюда не соваться, отдав этот район местным головорезам. До простолюдинов, которые тут жили, никому не было дела. Конечно, если погибал забредший сюда «по случайности» аристократ, окольничий надзиратель посылал отряд городовых, которые в большинстве случаев просто толкались на месте происшествия, создавая впечатление бурной деятельности, а вот родовые дружины погибших аристократов знали своё дело. Граф Воронцов десять лет назад, по воспоминаниям Александра, делал полную зачистку этого района, вырезав практически всё население под корень.

Жестоко и необоснованно, ведь он так и не нашёл конкретного убийцу, зато погубил кучу невинных людей.

Встряхнул головой, выныривая из мыслей, и поморщился, увидев на тротуаре, покрытом слоем грязи и мусора, две завернутые в лохмотья фигуры. Бродяги сидели на корточках, шепча что-то друг другу, и следили за нами настороженными взглядами, готовые в любой момент дать стрекача.

Запах сырости и гнили смешивался с ароматом недалеко горящего мусора, создавая удушливую атмосферу. Ночная тишина нарушалась только громким звуком наших шагов, редкими скрипом дверей, доносящимся из-за угла, или шорохом крысы, перебегающей дорогу в поисках пищи.

Когда перешли на другую улицу, сразу ощутил резкий контраст, даже дышать стало легче. Это тоже был небогатый район, но здесь всё было по-другому. Более чистые окна, ухоженные дома, исчез удушливый запах нечистот, позволив мне сделать глубокий, удовлетворённый вздох, который для моего улучшенного вампирского нюха стал сущей благодатью.

— Чего встал, шевелись, — недружелюбно бросил один из сопровождающих и подтолкнул в спину, указывая на карету на двери которой был вырезан герб Святой Инквизиции.

На козлах сидел кучер: молодой, веснушчатый мальчишка лет шестнадцати, наверняка послушник.

На лице парня блуждала радостная, открытая улыбка, а глаза сияли лукавством и подростковой наивностью, но я не обманывался на его счёт.

Этот мальчик уже сейчас был способен на многое, если, конечно, братья ордена гоняли своих учеников так же, как это было в моём Мире.

Как только меня затолкали в карету, послушник взмахнул кнутом, и лошади бодро порысили вперёд.

Инквизиторы оказались неразговорчивыми, но мне не хотелось молчать, наоборот, я собирался вытянуть побольше информации об их ордене.

Я внимательно смотрел на их лица, пытаясь уловить хоть какую-то эмоцию, но безуспешно.

Вот ведь, чурбаны бесчувственные.

— Ребята, а можно вопрос? — спросил я, и не дожидаясь разрешения, произнёс, — Как вы оказались на месте моей драки с вампиром?

— Это не имеет значения.

— Да что вы заладили одно и тоже.

— Парень, ты, вообще, должен быть благодарен за спасение собственной шкуры, а не задавать лишние вопросы. Не окажись мы рядом, уже давно стал бы кормом для кровососа или сам превратился в нежить и тогда, я бы с удовольствием отсёк тебе голову, — с превосходством произнёс самый старший из инквизиторов.

Его голос прозвучал как раскат грома, а взгляд оказался полон презрения.

Почувствовал, как внутри начала закипать злость, но, с другой стороны, я понимал, что в чём-то он прав. Я был обязан им жизнью, а долги привык отдавать, но это потом. Сначала нужно понять, что именно им от меня понадобилось.

Для начала решил немного «подёргать за усы» их главного.

— А чего это тебе так хочется отправить меня на тот свет? Или не только меня? — судя по блеску в глазах, я попал в самую точку, — Похоже, ты не любишь не только нежить и прочих с ними, но и обычных людей.

— Эй, парень, не нарывайся, Семён не терпит борзых.

Заметил, как губы этого самого Семёна скривились в недоброй усмешке.

— Ты не понимаешь, мальчишка, — процедил он сквозь зубы и кивком головы указал на своих братьев, — Мы не просто охотники на нежить. Мы — последний оплот человечества в этом мире, полном тьмы и зла. Каждый день мы рискуем своими жизнями, чтобы защищать таких как ты от ужасов, что скрываются в ночи.

Хмыкнул.

Как же пафосно, но в то же время верно. Если с этого инквизитора сбить спесь, то наверняка выйдет вполне неплохой человек. Однако, его слова заставили меня нахмуриться.

Ведь в моём прошлом мире я был свидетелем того, как начала возрождаться тьма, как кучи нежити и нечисти решили завоевать мир, уничтожив всё человечество. Хорошо, что у них ничего не получилось. План Кассии полетел демону под хвост.

Неужели и здесь происходит что-то подобное? Вся расслабленность слетела с меня в один миг.

— Ты благородный, это видно по твоему лицу, так зачем полез в тот гадюшник, где мы

Вот теперь стало понятно негативное отношение инквизитора ко мне. Он считал меня изнеженным аристо, боявшимся испачкаться в крови, который решает свои проблемы чужими руками, не гнушаясь никакой подлости.

Похоже, я нарвался на принципиального, прямого мужика, для которого честь не пустой звук.

— Ни то — ни другое. Если мне понадобится с кем-то разобраться, я сделаю это самостоятельно, без каких-либо посредников.

— Угу, точно также, как ты разобрался с Кровососом? — в голосе инквизитора вновь послышалась едкая усмешка.

— Так их же… — начал я и осекся, чуть не взболтнув лишнего, но инквизитор тут же ухватился за мою оговорку.

— Их?

Чуть не застонал от досады, это же надо было так опростоволоситься. Ну, ничего, всегда можно сказать полуправду.

Только открыл рот, намереваясь ответить, как карета резко затормозила.

— Приехали! — крикнул послушник, и спрыгнув на землю, открыл дверцу.

— Василий, Павел, проводите господина…

— Саянова, — подсказал я, — Александра Алексеевича.

— Проводите господина Саянова в мой кабинет, а я скоро подойду.

Первым делом полюбовался на здание Инквизиции, точнее — это было даже не здание, а целый замок, и он производил впечатление, нисколько не уступая моему убежищу в прошлом Мире.

Величественная и мрачная постройка, выполненная в готическом стиле, то — что нужно для ордена, борющегося с тварями.

Её высокие, заостренные шпили и массивные колонны создавали атмосферу строгости и внушительности. Стены здания были украшены резьбой, изображающей сцены из священных текстов и символику веры, а также герб ордена, который гордо возвышается над входом.

Неплохо, очень неплохо.

Коридоры внутри здания оказались широкими, с высокими потолками, поддерживаемыми массивными каменными опорами. Полы были выложены тёмным камнем, который придавал помещению холодный и суровый вид.

Ага, похоже меня веди в административную часть здания, хорошо хоть не в подвалы, которые тут наверняка имелись и были заполнены до отказа. Инквизиция не церемонилась с теми, кого считала пособниками вампиров, оборотней и прочей нечисти.

А ведь где-то тут должны находиться комнаты для проживания братьев ордена. Конечно, не все готовы постоянно ночевать вне дома, но уверен, что и такие найдутся.

— Заходи, — произнес один из сопровождающих, открыв массивную дубовую дверь, которая с глухим звуком закрылась за моей спиной, отрезая от внешнего мира.

Оба инквизитора зашли следом и встали у стены, перегораживая дорогу к выходу.

Усмехнулся.

Ну, и куда я тут побегу?

Понятно, что сейчас ночь и в здании не так много бодрствующих братьев. Многие спят, а некоторое отправлены на задание, как та тройка, что привела меня сюда, но даже оставшихся хватит, чтобы спеленать меня как младенца, тем более, после схватки с кровососами, мой магический источник оказался практически пуст.

— Хотя… — пробормотал себе под нос, прислушиваясь к ощущениям, — А это занятно.

Энергия начала очень быстро накапливаться. В прошлой жизни при таком уровне развития мне потребовалось бы в три раза больше времени на восстановление.

Интересно, с чем это связано?

Впрочем, тут к гадалке не ходи, и так всё ясно, сказывались вампирские способности и усиленная регенерация, которая перекинулась на энергетические каналы, делая их более эластичными, тем самым повышая энергопроводимость.

Пока хозяин кабинета отсутствовал, решил осмотреть его владения, ибо мои конвоиры ничего не запрещали.

Внутри помещение было обставлено с изысканным вкусом, но в то же время, с явным намеком на торжественность и строгость.

Стены оказались покрыты тёмным деревом, на которых висели картины с изображениями известных инквизиторов прошлых веков. Их суровые лица, запечатленные на холсте, словно следили за каждым моим движением. В углу комнаты стоял большой письменный стол, усеянный пергаментами, чернильницами и старинными книгами.

На самом краю лежала толстая тетрадь в кожаном переплёте, обложка которой была украшена золотым тиснением. Я инстинктивно подошел ближе и раскрыл её на середине. В глаза бросились страницы, которые оказались заполнены мелким, убористым почерком.

— Господин Саянов, отойдите от стола, — строго проговорил инквизитор, и я послушался.

Наверняка ничего интересного в этих записях не было, кроме законспектированных допросов бедолаг, попавших в застенки инквизиции.

У левой стены находился большой камин, в котором весело потрескивали дрова, создавая теплый свет и уютную атмосферу, контрастирующую с суровым окружением. На полках вдоль стен стояло множество различных артефактов, правда все они были разряжены или неисправны, уж это мой намётанный глаз определил с ходу. Да и не стали бы инквизиторы оставлять на виду такие сокровища, окажись они без повреждений и до верху залиты энергией.

Дверь скрипнула, и я резко обернулся. Семён уверенным шагом вошёл в кабинет.

— Свободны, — бросил он братьям, и те практически бесшумно вышли в коридор, — Понравилось? — указал он на полки.

— Впечатляет, вот если бы только они были рабочими.

— Как понял?

— У меня много талантов, — пожал плечами.

— Ладно, хватит лясы точить, садись, — указал инквизитор на жесткий, неудобный стул.

Поморщился, потому как кроме кресла самого инквизитора, сесть больше было не на что.

Опустившись на стул, сразу почувствовал пронизывающий холод металла, а его острые углы впились в бёдра, вызывая дискомфорт.

— Это что, пыточный инструмент? — хмыкнул, глядя в глаза инквизитору.

— А то ж, — не остался он в долгу.

В стенах своего ордена Семён преобразился, став более человечным. Вместо злой насмешки и превосходства, на лице инквизитора промелькнуло заинтересованное выражение, но прежде, чем я успел ещё о чём-то подумать, в меня ударил очищающий свет.

Очень хорошее заклинание в борьбе с вампирами, которое не причиняло обычным людям никакого вреда. Жутко энергозатратное, но действенное. Обычно его применяли как последний шанс, ибо после активации, маг не мог восстановиться без поглощения энергетических кристаллов.

— Да чтоб тебя в инферно засосало! — выругался молча, чувствуя, как по венам бежит раскалённый огонь, выжигая и иссушая тело.

Боль была адской. Казалось, что каждый орган внутри меня разрывает на части. В глазах тотчас потемнело, в ушах с каждой секундой нарастал звон, мышцы начало сводить судорогой, а я сидел и улыбался самой безмятежной улыбкой, на которую был способен, несмотря на то — что в глубине сознания билась, пытаясь вырваться на свободу, жажда убийства.

Энергетический резерв, восстановившийся меньше чем на четверть, вновь пошёл в ноль. Главное было не показать инквизитору, что заклинание действительно меня зацепило, и если бы не магический источник, который я вновь выжал практически досуха, от меня остался бы лишь пепел.

Когда

— Ну и что это было? — поинтересовался насмешливо, радуясь тому, что мой голос не дрожит.

— Очищающий свет, — спокойно произнес Семён, и открыв ящик стола, достал небольшой кристалл, тут же сжимая его в кулаке и впитывая в себя.

К слову, восстанавливать энергию подобным способом без вредного воздействия на энергосистему можно было не чаще, чем раз в две недели. Некоторые глупцы, не взирая на последствия, злоупотребляли использованием энергетических кристаллов, в итоге, становясь магическими инвалидами.

— Я знаю, как называется это заклинание. Меня больше интересует, какого болотного жмыха вы его применили на мне?

— Надо же было выяснить, нежить ты или нет.

— А вас не убедило то — что произошло в переулке?

— Нисколько. Видите ли, Ваше благородие, целенаправленно мы на вас никак не воздействовали, поэтому, сказать наверняка невозможно. К тому же, у вас, Александр Алексеевич, мог быть артефакт защиты.

— Но я же применял магию.

— Во-первых, мы этого не видели. Во-вторых, использование магии ничего не доказывает. У вас, опять же, мог иметься артефакт направленного действия.

— Ну так обыскали бы и дело с концом.

— Да вы запросто могли его в том же переулке сбросить или проглотить, чтобы мы не нашли.

— Ну, про проглотить вы загнули. Это уж слишком. После такого и помереть недолго.

— Поверьте мне, для кровососов нет ничего невозможного. Эти твари очень хитрые и живучие.

— Логично, но всё же, не люблю, когда в меня швыряют заклинания, чтобы проверить какие-то нелепые предположения.

— Извиняться не стану, — буркнул инквизитор недовольно, — Вам это заклинание не принесло никакого вреда, так что обойдётесь.

Ага, знал бы он, как меня до сих пор корёжит, всадил бы в сердце осиновый кол.

— В задницу дракона ваши извинения. Хотя бы представьтесь для начала и соизвольте, наконец, объяснить, по какому праву меня задержали, — ярость так и прорывалась в каждом моём слове.

— Старший инквизитор Семён Владимирович Проскурин, и да — вы ошиблись, людей я люблю, а вот дураков терпеть не могу, а вы, юноша, клинический дурак, раз потащились в подобный район, да ещё на ночь глядя. Хотел бы я узнать, что вы там делали в столь позднее время, но сейчас меня интересует другое. Вы сказали… — инквизитор сделал демонстративную паузу, — их. Кого их, вы имели ввиду?

Вот ведь, запомнил, а я надеялся, что проскочит. Ну ладно, придётся выкручиваться.

— Тогда мне остаётся только одно, утолить ваше любопытство и ответить на оба вопроса.

— Даже так…

— Угу, — кивнул в ответ, — Дело в том, что совсем недавно я познакомился с очень красивой девушкой. Она с первого взгляда покорила моё сердце, — я старался говорить эмоционально, но при этом не переигрывать, — А потом, просто исчезла. Мне пришло письмо, что её похитили, и если я хочу увидеть свою любимую живой, то должен прийти в условленное место. Как вы понимаете, прийти один и в определённый час.

— Что произошло дальше?

— А дальше… — я театрально вздохнул, изображая скорбь, — Моя милая Кристина оказалась вампиром и пришла на встречу не одна, а с тем седовласым, которого вы убили.

— Вам расставили обычную ловушку, только вот я не понимаю, зачем такие сложности?

— Не знаю, — пожал плечами, — Единственное, что могу предположить, меня хотели обратить. Этот вампир что-то бубнил о том, что его птенцы уничтожены и ему нужно возрождать своё гнездо.

— Всё равно не понимаю, — проворчал Семён Владимирович, — они могли обратить любого.

Глава 8

— Думайте, Александр Алексеевич, думайте. Где вы могли перейти кровососам дорогу?

— Понятия не имею. Этот седой говорил, что им нужны птенцы из благородных, а не обычная шваль. Может, поэтому? Больше никаких вариантов у меня нет, кстати, а с чего вы вдруг стали таким любезным? Помнится в дороге тыкали и называли мальчишкой.

— Ну-у, так в дороге и на поле боя — это одно, там не до экивоков, да и, честно говоря, я считал, что ты нежить, а такими у меня разговор короткий.

— Хм-м, понятно.

— Стоп, — устало потёр виски инквизитор, — А с вампиршей-то что стало?

— Не поверите, удрала. Пока мы с седовласым дрались, свалила в туман, только пятки засверкали.

— Ослушалась своего хозяина?

— Ага, сам удивился.

— Что же, Саянов, основное мы выяснили, но есть кое-какие нестыковки, — И кстати, — перескочил с темы на тему Проскурин, — Где вы проживаете?

— Эээ-э, — на миг застопорился я, решая, говорить Семену о поместье в Саянске или просто назвать адрес арендованной квартиры, в итоге, выбрал второй вариант, добавив напоследок: — Я и так уверен, что вы уже всё обо мне выяснили, не просто же отлучались перед тем, как начать допрос.

— Помилуйте, какой допрос, мы с вами культурно беседуем, если бы это был допрос, бы бы сейчас не сидели напротив меня, а находились в подвалах инквизиции, — Но вы правы, я прояснил некоторые моменты, и вот что меня насторожило… Неделю назад вы получили завещание на владение поместьем в городе Саянске…

— Так и есть, — с трудом скрыл удивление, значит, Великий Канцлер оформил наследство задним числом.

Честно говоря, внимательно читать документы, принесённые «отцом», не было времени, поэтому об этом факте я узнал только сейчас, из уст Проскурина.

— И что же вам не понравилось?

— А-то, что до этого времени никто о вас никогда не слышал.

— Помилуйте, я обычный, ничем непримечательный парень из побочной ветви Саяновых. Родители погибли три года назад во Владивостоке, — назвал я первый пришедший на ум город, — А вы что, обо всех жителях Империи знаете: кто где проживает и чем занимается? Если так, то вы наверно, сам Господь Бог? — подколол я инквизитора, но Проскурин не обратил на это внимания, резко перебив.

— Каким образом погибли ваши родители?

— Вампиры разорвали, — произнёс мрачно, сжимая зубы, и обхватил себя руками, задрожав всем телом.

Даже играть не пришлось, потому как состоянии ухудшалось с каждой минутой. Мне бы сейчас отлежаться, помедитировать, очистить организм от воздействия заклинания, а не беседовать с инквизитором.

— Соболезную, — в голосе Семёна Владимировича не было сочувствия, всего лишь

— Ни в каком. Сначала пытался отыскать кровососов, уничтоживших мою семью, но безрезультатно. Ночевал на улицах, прибился к шайке беспризорников, а потом понял, что опускаюсь на самое дно. Не хотелось быть прирезанным ночью в какой-нибудь подворотне. Родители бы не хотели мне такой судьбы, поэтому поехал в Саянск, думал податься в дружину барона Саянова, а там… Оказалось, что я последний из рода, — надеюсь, мой рассказ выглядел убедительным.

Судя по лицу Проскурина так и было.

— Ну а в столицу-то вы зачем потащились?

— Так документы на наследство надобно в канцелярии Его Императорского Величества подтверждать.

— И как, подтвердили?

— Да, но вы об этом и сами знаете. Может, уже хватит задавать глупые вопросы?

— Я сам решу какие вопросы и когда задавать, — мрачно изрек инквизитор и посмотрел на меня исподлобья, буравя тяжёлым взглядом.

Я тоже уставился в ответ, не уступая в этом молчаливом поединке. Кто бы знал, сколько сил мне на это потребовалось. Хотелось закрыть глаза прямо здесь, сидя на неудобном стуле, и провалиться в глубокий, спасительный сон, а ещё лучше, вылакать пинту свежей человеческой крови.

Я чувствовал, как стучит сердце сидящего напротив меня человека, как бежит по венам алая кровь, как бьётся на шее жилка в такт пульсу.

Сглотнул набежавшую слюну, чувствуя, как удлиняются клыки, и глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Вроде помогло.

— Где вы познакомились с вампиршей?

— В придорожном трактире.

— Когда?

— Шесть дней назад, — пришлось сочинять на ходу.

— Вы добирались до Санкт-Петербурга не на поезде?

— Нет. Своим ходом, точнее — на Красотке.

— На ком?

— На моей кобыле, доставшейся в наследство.

— Дальше.

Я уже порядком устал отвечать на вопросы инквизитора, но понимал, что просто обязан это сделать. Нужно было снять с себя подозрения, чтобы добиться цели, которую я поставил перед собой, тем более, всё так удачно сложилось.

— Дальше… мы провели вместе две незабываемые ночи, а потом она исчезла. В дверь подпихнули записку, где говорилось о том, куда я должен прийти, если хочу, чтобы девчонка осталась жива.

— И вы так легко поверили в этот бред?

— Нет, конечно. Я же не полный идиот, сразу смекнул что дело нечисто, но мне было любопытно, чем всё закончится. К тому же, что с меня взять? Ни денег, ни связей.

— Вот именно. Как я и говорил, слишком много нестыковок и непонятностей. Если бы вас хотели просто превратить в вампира, то не было никакого смысла заманивать в тот переулок. Девица вполне могла покусать вас в период страсти и не один раз.

М-да, про данный факт я как-то не подумал. Может, потому — что сам не спал с вампиршей, а может — был слишком напряжен и пытался сделать всё возможное, чтобы не потерять сознание. Голова гудела и отказывалась нормально соображать, но я держался и ничем не показывал Проскурину, насколько мне сейчас хреново.

— Могла, — не стал отрицать очевидное.

— Когда вы встретились в переулке, она что-то говорила?

— Нет, — покачал головой, сразу почувствовав дикое головокружение и тошноту.

Пора было заканчивать с разговором.

— Вообще ничего? — дотошный инквизитор никак не хотел останавливаться.

— Говорю же, ничего. Семён Владимирович, может мы продолжим позже. Я, честно говоря, жутко вымотался сегодня.

— Что же, идите. Не буду вас больше задерживать, но из города никуда!

Я поднялся с места, ощущая, как задрожали ноги.

— У меня будет просьба, — для убедительности немного помялся на месте, изображая нерешительность.

— Какая?

— Хочу вступить в ваши ряды.

— О как, — практически без удивления произнес Проскурин, — Что-то такое я и предполагал. Даже ждал от вас подобной просьбы.

— Почему?

— Ваши родители погибли по вине вампиров. Неудивительно, что вы хотите вступить в организацию, которая борется с этими исчадиями ада, но прежде, чем принять окончательное решение, подумайте, готовы ли вы к такой ответственности. Это вам не весёлые приключения. Вы не добьетесь славы или поклонения, не станете героем. Многие, наоборот, будут вас проклинать. Наша работа пот, кровь и боль.

— Мне нечего думать, я готов.

— Готов он. Мы не берем кого попало, чтобы стать братом Святой Инквизиции нужно пройти специальный экзамен.

— Без проблем. Когда и где он будет проходить?

Инквизитор поморщился, словно я наступил ему на больной мозоль.

— Тебе повезло. Послезавтра в двенадцать ноль-ноль, здесь, на полигоне. Я выпишу тебе пропуск, но не обольщайся, попасть в наши ряды будет очень трудно.

— Уж как-нибудь справлюсь.

Семён Владимирович достал из ящика стола клочок бумаги и что-то на нём начеркал.

— Держи. Всё, свободен. Василий! — крикнул Проскурин, и дверь тут же распахнулась, являя моему взору молодого инквизитора, который был с Семёном в одной команде, — Проводи до выхода.

Как только за Александром Саяновым закрылась дверь, Проскурин откинулся на спинку кресла и устало вздохнул.

— Яков, можешь выходить.

В ту же секунду одно из отделений шкафа отъехало в сторону, и в кабинет вошел неприметный мужчина лет сорока. Серого цвета волосы и невыразительные черты лица резко констатировали с его глазами, в которых скрывался недюжинный ум, хитрость и звериный азарт.

— Что скажешь?

— Занятный экземпляр. Большая часть из того, что он сказал, откровенная ложь.

— Уверен?

— Как пить дать. Парень говорил складно, но в его рассказе слишком много белых пятен, да и логика хромает на правую ногу.

— Может, тогда я зря ему пропуск на экзамен дал? Надо было сразу на прокрустово ложе или на дыбе вздернуть. Быстро бы правду рассказал.

— Не торопись с пытками. Это моя привилегия, — хмыкнул Яков Затейников, старший дознаватель столичного отделения Святой Инквизиции, — Это мы всегда успеем, а то — что в ряды наши согласился взять, правильно сделал. Здесь мы как раз сумеем приглядеть за пацаном. С нежитью он точно не якшается, просто не хочет рассказывать о себе. Может, не тот — за кого себя выдает, а может, ещё что… Зря, конечно, отпустил, надо было у нас оставить. Какая ему разница где спать, в доходном доме или в комнате для послушников?

— А вот здесь ты не прав, Яков. Если у Саянова рыльце в пушку, то ни сегодня — так завтра он чем-нибудь себя выдаст. Я дал Ваське

— Умно. Ладно, пойду я, — кивнул Затейников и зевнул, — Тяжелый сегодня день выдался. Притомился я что-то, пришлось десять человек допросить, одного оборотня и пару кровососов.

— Не хило, — хмыкнул Проскурин, — Иди Яша, иди, а мне ещё поработать нужно.

Старший инквизитор посмотрел вслед дознавателю, на мгновение представив, как тот проводил допросы, и скривился от отвращения.

Вот уж у кого фамилия говорила сама за себя. Яков был тем ещё затейником и изобретателем, такие пытки придумывал, что после них расскажешь даже о том, чего не знаешь.

Когда меня выведи за ограду ордена Святой Инквизиции, чуть пошатнулся, но сразу же выпрямился и зашагал по тротуару, ничем не показывая, насколько же мне сейчас плохо. Стиснул зубы и ускорил шаг, желая поскорее добраться до стоящего на другой стороне улицы извозчика.

— Куда едем, Ваше Благородие? — поинтересовался у меня усатый мужик и хитро сверкнул глазами.

— На Александро-Невский, — назвал ему адрес.

— Пять рубликов, — не моргнув глазом, ответил этот прощелыга.

Будь я в нормальном состоянии, обязательно осадил бы зарвавшегося извозчика, но сейчас просто махнул рукой, и порывшись в кармане, кинул мужику монету.

— Поехали, — бросил негромко, забираясь в карету.

— Не изволь беспокоиться, барин, доставлю с ветерком.

Едва оказался внутри, как сразу завалился на скамью, скрючиваясь в три погибели и чуть ли не завывая от боли.

Потерпеть, ещё немного потерпеть и станет легче.

Легче не стало, только хуже, потому как трясло в карете нещадно, извозчик гнал так, словно за нами неслась стая оборотней.

Сейчас бы на охоту. Испить кровушки, да побольше, но нельзя. Слишком сильно меня приложил очищающим светом Проскурин, настолько, что я ощущал, как кожа под одеждой начала ссыхаться, превращаясь в подобие пергаментной бумаги, ногти стали крошиться, а под глазами набухли чёрные вены. Хорошо хоть изменения произошли не в кабинете старшего инквизитора, а уже по дороге домой.

В таком состоянии добраться до одного из неблагоприятных районов будет проблематично, я, скорее всего, накинусь на первого встречного и иссушу его до дна, потому как остановиться не сумею, только не после воздействия демонова заклинания.

К тому же, я отчётливо ощущал за собой слежку. Василий не вернулся обратно за стены ордена, а последовал за мной. Даже не смотря на то — что мои инстинкты притупились, я знал, что инквизитор следовал за мной в соседней карете, двигаясь следом.

Ничего, дома ещё осталась кровь, которой хватит чтобы восстановиться, но не утолить голод полностью. Главное сейчас, держать себя в руках, а уж потом я подумаю, как быть дальше. Хотя, чего думать, и так всё ясно…

Из кареты вышел уверенной походкой, даже по лестнице поднялся ни разу не остановившись, и только когда оказался в квартире, упал на пол, матерясь сквозь зубы, и ползком добрался до комнаты, где в сумке лежала фляга, подаренная «отцом».

Глоток, ещё один глоток, потом ещё… Я пил жадно, но аккуратно, чтобы не пролить ни капли. Когда юшка закончилась, отбросил флягу в сторону, всё так же лежа на полу, и уставился в потолок, ожидая, когда полегчает.

Пока лежал, успел проверить ловушки. Никаких энергетических волнений, а значит, никто даже не пытался влезть ко мне в квартиру, что не могло не радовать.

Ощутил, как вены начали принимать эластичную форму, как стала исцеляться кожа, да и весь организм возвращаться в норму. Невероятное облегчение почувствовать себя снова цельным и полным сил. Ну… может не совсем, потому как голод никуда не ушёл, свербя в сознании и просясь наружу. Желудок сжимался от нехватки крови, а кожные покровы хоть и пришли в норму, но выглядели бледнее обычного.

С кряхтением поднялся и покачал головой. Вот и почему я не додумался съездить в лавку и закупиться кровяной колбасой и сырым мясом.

Это конечно не человеческая юшка, но для подпитки вполне сгодится.

Придётся всё равно отправляться на охоту, во всяком случае, в теперешнем состоянии я способен держать свой голод в узде и не опуститься до убийства невинных людей.

Вопрос стоял в том, как незаметно проскочить мимо инквизитора. Уверен, что сейчас он стоял во дворе дома, спрятавшись в тени деревьев, да ещё и под воздействием какого-нибудь скрывающего артефакта.

Способности вампира использовать нельзя, только не вблизи инквизитора.

Попробовать заклинание невидимости?

Не знаю, сработает ли? Инквизиторы народ непростой. Да и полезных «безделушек» у них куча. Может заметить.

Значит, выход один, через окно, которое выходит на противоположную сторону улицы.

Не думаю, что меня стерегут с двух сторон, не настолько я важная птица.

Сказано — сделано.

Я подошёл к окну и отодвинул занавески, вглядываясь во тьму ночи.

Отлично.

Улица оказалась полностью пустынной, ни одного человека, именно то — что нужно.

Решил перестраховаться и применить все доступные мне методы сокрытия. Накинув на себя невидимость, я словно растворился в воздухе.

Прыгать не вариант. Я плохо знаю возможности своего тела, но сдается мне, ничем хорошим такой прыжок для меня не закончится.

Цепляться когтями за выступы и спускаться по стене глупо. От когтей останутся следы и тогда меня будет вычислить проще-простого, поэтому глубоко вздохнул и приготовился, стянув с себя рубашку и обмотав её вокруг пояса. Пустую флягу тоже прихватил, понадобится.

Что же, всё когда-то бывает впервые. Крыльев у меня ещё не было, теперь будут.

Криво усмехнулся.

— Ну, давайте, появляйтесь. Да вырастайте вы уже!

Сколько не пыжился, ничего не происходило. Видимо, я что-то делал не так.

Эх, жаль, что сейчас мой уровень мага был слишком низок для того, чтобы левитировать.

Снова прислушался к себе, внутренним взором пробегая по всему организму. Ага, вот они небольшие темные скопления энергетических узлов в районе лопаток. Значит, мало одного желания, нужно как-то их активировать.

Ну, что же, попробуем. Стоило только направить точечный импульс в направлении узлов, как меня прошила сильнейшая боль. Кожу словно разорвали на части вместе с мясом, но как только боль началась, так быстро и пропала.

Я покачнулся, теряя координацию, и чуть не навернулся на бок.

Огромные, кожистые крылья распахнулись у меня за спиной.

Осторожно сложил их вместе, а затем вновь расправил, привыкая к ощущениям, а потом встал на подоконник, и распахнув ставни, повернул голову, рассматривая свои новые конечности.

Покрытые чёрной чешуей, они блестели в лунном свете, завораживая своей красотой. Жаль, что кроме меня этого никто не видел.

— Красиво,

Сделал глубокий вдох, как перед прыжком в воду, наполняя легкие холодным ночным воздухом, и с легкостью оттолкнулся от края подоконника.

— Аа-ааа! — проорал мысленно.

Оказывается, три этажа — это очень мало, чтобы научиться летать.

Крылья никак не хотели слушаться, натянувшись как канаты, готовые в любой момент порваться.

Я так и представил, как жители столицы завтра будут обсуждать мою гибель, читая утренние газеты.

«САМОУБИЙСТВО ВАМПИРА. КРОВОСОС ВЫБРОСИЛСЯ ИЗ ОКНА. В ЧЁМ ПРИЧИНА? НЕРАЗДЕЛЁННАЯ ЛЮБОВЬ ИЛИ МУКИ СОВЕСТИ?»

Глава 9

Выровняться удалось практически у самой земли. Крылья натянулись как канаты, готовые в любой момент порваться от тяжести, но остановили моё падение. Ещё барахтаясь в воздухе, я сумел создать подушку безопасности, поэтому, даже грохнувшись о мостовую, насмерть бы не разбился, только переломал кости. Хорошо, что подстраховался, это позволило мне приземлиться довольно мягко.

Развеял заклинание, смягчающее падение, и осторожно ступил на землю.

— Фух, получилось.

Быстро огляделся по сторонам, и поняв, что поблизости ни души, резво побежал в нужном направлении, не снимая невидимость. Лишь, оказавшись вне благоприятной зоны проживания, скинул маскировку, одел рубашку и неспешно двинулся по улице, озираясь вокруг, усиленно делая вид, что заплутал.

Для местных бандитов я должен был оказаться лёгкой добычей. Обычный молодой аристократ, не имеющий при себе никакого оружия — легкая мишень.

У меня даже меча с собой не оказалось, инквизиторы экспроприировали, да так и не вернули.

Ну и плевать на него! На меч, то есть. Не моё оружие. Совсем не моё.

Как только появится время, нужно будет зайти в оружейную лавку и приобрести себе секиру. Вот — это я понимаю оружие. Им очень удобно отсекать головы у нежити, не то, что мечом, но это все после.

Сейчас мне никакие подручные средства, чтобы разобраться с бандитами, были не нужны.

Когти и зубы, вот моё оружие на сегодняшний день, точнее — ночь.

Кстати, о бандитах. Я уже приметил четверых, которые подкрадывались ко мне с двух сторон. Срисовал я их ещё пять минут назад, но делал вид, что не замечаю. Ждал, когда подойдут поближе.

Только когда четвёрка ночных татей оказалась совсем близко, остановился, и склонив голову, принялся рассматривать тех, кому нынче не повезло.

Видно, что не совсем отребье. Не нищие бродяги, ищущие себе пропитание, а матёрые безжалостные головорезы, готовые удавить за звонкую монету даже женщину и ребёнка. Я чувствовал запах тлена и смерти, которыми они смердели, как помойные крысы отбросами.

Ненавижу таких мерзавцев. Давил и буду давить, вернее — опустошать, но… не до конца.

Потому как если выпью жертву полностью, запросто могу потерять человеческий облик. Не в буквальном смысле, конечно, впрочем, после нескольких убийств подобным способом, человеческого во мне останется очень мало, а этого допускать было никак нельзя.

Ещё раз окинул ублюдков взглядом.

Вполне себе сколоченный отряд. Судя по тому, как грамотно они обходили меня полукругом, работали эти парни вместе не первый раз, но увы, это им не поможет.

Четвёрке бандитов очень далеко до любого из вампиров, а я их в прошлой жизни рвал на ленточки целыми пачками, да и в этой уже отметился. Всё же Виктор был не самым слабым из них.

— Эй, захожий-прохожий, — скаламбурил бородатый мужик, подбрасывая в воздух нож и тут же его ловя, видимо, таким образом решил показать свою удаль и запугать жертву, — Заблудился?

— Можно и так сказать.

— Так мы проводим тебя на выход, ежели ты заплатишь за то — что имел наглость ступить на нашу территорию.

На лицах шайки головорезов расползлись глумливые ухмылки. Понятно, что никто в живых меня оставлять не собирался. Свидетели никому не нужны. Я запомнил их лица и мог запросто натравить на ублюдков гвардию рода, если бы такая у меня имелась. Сейчас бандиты играли на дурачка, решив немного посмеяться над молодым аристократом.

Ну, я тоже не против поучаствовать в представлении, мне не жалко.

— А может, это вы заплатите мне, чтобы уйти отсюда живыми и в меру здоровыми? — усмехнулся, склонив голову на бок, с любопытством рассматривая обалдевшие рожи бандитов.

— А ты я смотрю борзый, — прорычал главарь шайки.

— Есть такое. Ты бы ножом не играл, а то порежешься, — не смог не съязвить в ответ.

— А-ха-ха, да я этим ножом, ещё когда ты пешком под стол ходил, скальпы снимал и вырезал сердца.

— А сердца-то тебе зачем? — вот тут я действительно напрягся, потому как в моём мире подобным занимались только чернокнижники.

Те ещё мрази, которым не писан человеческий закон. Эти ублюдки были способны на такое, что даже у меня, повидавшего виды инквизитора, волосы на голове вставали дыбом.

Неужели в этом мире имелся подобный культ?

Если да, то уничтожение его членов станет для меня наипервейшей задачей. Вампиры, оборотни и прочая нечисть подождут до лучших времён, тем более, я не собираюсь их вырезать под корень. Я не сумасшедший убийца, уничтожающий всех подряд. От моей руки будут гибнуть только преступившие человеческий закон твари. Не тот закон, что писан правителями, а тот — что был выжжен в моей душе самой вселенной.

Теперь я уже по-другому взглянул на бородача и его подельников, но сколько не всматривался, не мог разглядеть той силы, которой обладали чернокнижники.

— И что ты делал с сердцами? — повторил я свой вопрос, не особо надеясь на ответ, но бандит оказался на удивление разговорчивым.

— Я их пожира-а-ал, — зловеще протянул он, надеясь тем самым меня запугать.

Бородач с интересом следил за моей реакцией, но не получив нужного эффекта, скривился.

— Вкусно? — спросил, не скрывая насмешки, хотя внутри меня бурлила дикая ярость.

— Очень. Твое сердце я тоже вырежу и с удовольствием съем. Ведь это принесёт мне невероятную силу. Уверен, в этот раз всё получится.

— Ага, а в прошлые, значит, не получалось? Какой же ты неудачник, — поддел ублюдка, мысленно мечтая разорвать его на куски.

Ведь был уверен, в своих экспериментах этот мерзавец загубил немало жизней, причем жизней молодых здоровых парней и девчонок, а может, даже детей. Старики на роль жертв в подобном ритуале не подходили.

— Грр-р, — проревел головорез, — Заткнись, или я…

— Вырвешь мне сердце, — бросил глумливо, — Ну, попробуй.

— Взять его парни! — прозвучала команда, и трое бандитов ринулись на меня.

Мгновенно отпрянул назад, увернувшись от

Один из головорезов, пытаясь схватить меня за воротник, споткнулся о полусгнивший ящик, который я пнул ему под ноги, и кубарем полетел на землю, но тут же вскочил, формируя заклинание.

Значит маг, — подумал я отстранёно.

Второй, выхватил из-за пояса меч, но замахнулся слишком резко. Я, ловко уклонившись, перехватил оружие, быстро переместившись вперёд, и впечатал кулак в незащищённое горло бандита. Послышался надсадный хрип, за затем, едва слышное бульканье.

— Кхе-кхе, — закашлялся головорез, разбрызгивая во все стороны, льющуюся из горла кровь, — Кхе-кхе-кхе.

Этот нежилец, кажется, я сломал ему кадык.

Запах юшки ударил по рецепторам. Я зарычал от желания тут же насытить свой желудок, но силой воли обуздал жажду.

Не сейчас. Позже, я ещё успею нажраться до отвала.

Вместо этого, резко развернулся, и взмахнув мечом, тут же присел, пропуская над головой огненное торнадо, созданное магом.

— Да убейте вы его наконец! — взревел главарь, но в битву вступать пока не собирался.

Я же отпрыгнул в сторону от бросившегося на меня бандита, который лишился своего меча, и сейчас орудовал ножом.

Мне стало смешно, насколько нелепыми выглядели оставшиеся два головореза. Даже без применения вампирского ускорения, в моём восприятии они двигались как ленивые бегемоты.

Видя, что просто так меня не достать, бандит решил применить другую тактику и отправил нож в полёт, целясь мне в голову. Резко поднырнул вниз, а в следующую секунду оказался напротив неудачника, и взмахнув у него же отобранным мечом, проткнул грудную клетку противника, мгновенно почувствовав, как позади взревел воздушный смерч.

Маг постарался, только как-то уж долго он выжидал, чтобы повторить атаку.

А нет, не выжидал. У бандита оказался низкий уровень владения магией, и он просто очень долго формировал заклинание, вкладывая в него все свои силы и надеясь на один единственный точный удар.

Я даже не стал уклоняться. Огненное торнадо, которое я до этого пропустил, попало в мусорные баки, и сейчас они нещадно чадили, заполняя переулок едким чёрным дымом, я уж молчу про запах, от которого мой вампирский нюх чуть ли не бился в истерике.

Поэтому, я просто распрямился во весь рост, останавливая воздушный смерч одним движением руки.

Ну, смерч — это я, конечно, преувеличил, скорее — маленький смерчик размером примерно метра полтора, но для обычного человека, не владеющего способностями, или же слабого мага, он мог оказаться смертельным.

Смерч закрутился на месте, а я злобно ухмыльнулся и отправил его обратно к своему создателю.

Пусть попробует справиться. Хотя, мой противник практически полностью опустошил свой резерв, а значит, остановить своё же собственное заклинание будет не в силах.

Бородач, видя, что его команда не справилась, наконец-то решил вступить в бой.

Этот гад оказался достаточно сильным магом по меркам этого Мира. Удивительно, что он предпочёл преступную деятельность, мог бы добиться больших высот. Пойди он служить какому-нибудь роду и запросто дорос бы до капитана гвардии, но бородач предпочёл грабить и убивать прохожих.

Сейчас я был с ним практически на одном уровне, но опыт моей прежней жизни давал колоссальное преимущество, правда я не собирался его использовать, решив попробовать потренировать вампирские способности. Надо же когда-то начинать их обкатывать.

Я просто размазался в тени, применив ускорение и пропуская все заклинания мимо себя.

Раздался оглушительный взрыв и полстены ближайшего одноэтажного дома просто рухнула на землю. Хорошо, что он был не жилой. Я заранее выяснил этот факт, и только когда не обнаружил внутри стоящей за моей спиной хибары ни одного сердцебиения, позволил заклинаниям ударить по перегородке.

В ту же секунду я оказался за спиной бородача. Ублюдок даже не успел понять, куда делся его противник, а я уже вонзал клыки в его незащищённую шею.

Несколько секунд и мой яд растекся по телу бандита, который начал оседать на землю. Паралич заработал на всю катушку, а я сделал долгожданный глоток крови, и закашлявшись отпрянул, сплёвывая юшку на землю.

— Какая отменная гадость!

Недаром мой друг — кровосос из прошлой жизни, говорил, что кровь чернокнижников противна даже вампирам, настолько они пропитаны гнилью.

Теперь я сам в этом убедился.

Всё-таки бородач оказался причастным к проклятому культу. Пускай воздействие на его организм было слишком слабым, и мерзавец пока полностью не изменился, оставаясь человеком внешне, но внутри уже был самой настоящей тварью.

Так, в первую очередь необходимо подкрепиться, а потом уже всё остальное. Как говорится: работа-работой, а обед по расписанию.

Прислушался, пытаясь уловить чужое присутствие. Ничего, полнейшая тишина. Это — хорошо, это — то, что мне нужно.

Люди здесь не любопытные. В подобных районах любопытство смертельный порок.

— Ты отдохни пока, не балуй, — хмыкнул, глядя на лежащего неподвижно бородача, в распахнутых глазах которого читался откровенный ужас.

Ещё бы, он думал, что правильно выбрал жертву, обычного с виду паренька, который в одно мгновение превратился в жуткого вампира.

Я подошел к погибшему магу, и присев на корточки, облизнулся, потому как знал, что кровь магов для вампиров деликатес, а я всегда был гурманом.

Уподобляться животным не собирался, поэтому достал из кармана брюк «отцовскую» флягу, которую по инерции положил в карман. Как она только не выпала, когда я летел из окна?

Взял руку бандита и вспорол вены на запястье, подставив горлышко. Алая кровь потекла внутрь, ещё не успев загустеть.

Фляга, отданная мне Бестужевым, оказалось непростой, я это сразу почувствовал. На ней было наложено несколько заклинаний, сплетённых в одно, какие именно разбираться сейчас было некогда, главное, что она сохраняла кровь свежей, не позволяя ей портиться.

Наконец-то, можно перекусить. Я, не спеша, и очень аккуратно отпил из фляги, чувствуя, как по горлу прокатывается спасительная жидкость, снимая усталость и наполняя невиданной до этого силой.

Много пить не стал, не хватало ещё схватить побочку от перенасыщения. Надо знать норму, тогда всё будет в порядке.

Снова подставил флягу и заполнил её до краёв, убирая обратно в карман.

Вот теперь пришла пора заняться бородачом.

Огляделся вокруг, ища укромное место.

Ага, полуразрушенный дом, как раз сойдёт, удачно стена рухнула, открывая проход.

Только хотел ухватить главу бандитской шайки за шкварник, как он ловко перекатился на бок и вскочил на ноги, чуть покачиваясь, а затем, кинулся прочь.

Ничего себе!

Это же надо как быстро мерзавец справился с параличом. Надо будет иметь в виду, что организм чернокнижников намного быстрее, чем у обычных людей, перерабатывает яд вампиров.

Пришлось догонять ублюдка, благо это не составило никакого труда.

—

Внутри царила полная разруха.

Стены, когда-то окрашенные в яркие цвета, теперь обветшали и облупились, открывая голые участки серого бетона. С потолка свисали обломки штукатурки, готовые в любой момент упасть на голову.

Я медленно медленно двигался по комнате, стараясь не наступить на острые осколки стекла, разбросанные по полу, а вот о безопасности бандита, которого тащил, ухватив за шиворот, даже не думал. Пускай хоть всю задницу нашпигует осколками, плевать, главное, чтобы смог говорить.

В углу стояла старая, скрипучая деревянная мебель, покрытая толстым слоем пыли. Пара стульев, казалось, вот-вот развалятся от старости, а стол, прислонённый к стене и обитый тряпками, вообще, имел три ноги. Как только не рухнул?

В воздухе витал затхлый запах, смешивавшийся с ароматом дерьма и плесени.

Заметил, что на стенах остались следы от старых фотографий, которые когда-то украшали этот дом, но теперь лишь оставили легкие отпечатки на обветшалом фоне.

Окна были заколочены, и лишь небольшие щели пропускали тусклый свет, который падал на пол, создавая причудливые тени.

Ну что же, отличное место для допроса.

Пора примерить на себя шкуру дознавателя.

Я взял стул, стряхнул с него пыль, и убедившись, что он точно не развалится подо мной, уселся, задумчиво глядя на бессознательного бородача.

Пришлось немного подождать, пока чернокнижник придёт в себя. Для верности применил заклинание обездвижения. Кусать ублюдка заново не было никакого желания.

Одно дело вонзить клыки в лебединую шейку милой прелестницы и совсем другое — потного вонючего мужика. Я на такое не подписывался, но чего не сделаешь ради утоления голода. Как говориться: захочешь жрать, и не так раскорячишься.

— Ум-мм, — простонал пленённый мной головорез и разлепил глаза, скуля от боли, — Какого? — он дернулся, пытаясь освободиться, но мои путы держали крепко.

— Ну что, поговорим?

— Прочь от меня! Оставь в покое! Сгинь, нечисть! — заверещал головорез, даже не попытавшись использовать ни одно заклинание.

Правильно, всё равно бы не сработало, уж я об этом позаботился.

— Молчать! — прорычал грозно, давя на ублюдка силой, и он тут же заткнулся.

Слабак. Как только такого в культ взяли? Обмельчали чернокнижники, право слово. Это хорошо, меньше мороки.

Я, конечно, не рассчитывал, что все члены чёрной общины слабосилки, наверняка среди них найдутся те — с кем придётся повозиться, но я был уверен, что справлюсь. Подобную гнусь нужно выжигать калёным железом с лица мироздания.

— Сейчас я задам тебе несколько вопросов, а ты ответишь, — произнёс мрачно.

— Ничего я тебе не скажу, упырь.

— А вот это ты зря. Я всё равно узнаю правду. Ты ведь в курсе, что вампирам нельзя солгать, если они того захотят?

Было два способа выяснить то — что мне нужно: ментальное воздействие, к которому у вампиров имелись неплохие задатки и слюна, развязывающая язык и работающая не хуже сыворотки правды.

Друзья, жмите на сердце! Не жалейте лайков, чем их больше, тем быстрее и чаще пишется прода. Каждые пятьсот лайков автор клятвенно обещает выкладывать бонусную главу.

Глава 10

Первый вариант пролетал как фанера над Парижем, потому как я пока что, можно сказать, новообращённый вампир и не все способности раскрылись на полную, некоторые, вообще, находились в спящем режиме. Да и без обучения, работать с менталкой опасался. В прошлой жизни этим направлением магии я не владел, но зато прекрасно видел, что происходило с теми, кто без подготовки пытался подчинить себе другое разумное существо. Короче, ничем хорошим это не заканчивалось, чаще всего, сам неопытный менталист превращался в пускающего слюни идиота, так что оставалась только слюна.

Поднялся со стула и сделал два шага в направлении сжавшегося от страха чернокнижника.

Тьфу, как же он жалок.

Склонился над ублюдком и дернул за руку, закатав рукав. Подхватил с пола осколок стекла и саданул чуть ниже локтя, тут же сплёвывая на рану и смотря, как слюна впитывается в кровь.

Отлично, должно подействовать, может не так долго, как на обычных людях, но мне должно хватить времени, чтобы получить ответы на интересующие вопросы.

Так, а это что такое?

Я наклонился ещё ниже, и рванул ворот рубахи в сторону, всматриваясь в татуировку, выгравированную на левой ключице.

Даже, скорее, не татуировку, а самое настоящее клеймо, на котором была изображена кирка и лопата.

— О как! А ты у нас оказывается каторжник, и похоже, беглый.

— Давай, рассказывай, как докатился до такой жизни, — произнес я, возвращаясь назад и усаживаясь на стул.

Везёт мне сегодня на жесткую и неудобную мебель. Сначала в кабинете у Проскурина, а теперь здесь, так и задницу отсидеть можно, да геморрой заработать.

Чернокнижник злобно зыркнул глазами из-под темных, широких бровей.

— Ничего я тебе не скажу.

Хм-м, неужели не работает? Обидно. На пытки время не остаётся, скоро начнёт светать, а мне ещё возвращаться в квартиру.

Стоп. Погодите-ка. Я же спросил пространно, а что, если задавать чёткие, конкретные вопросы?

— Как тебя зовут?

— Глеб Афанасьевич Мышкин.

Ничего себе! — мыслено воскликнул я, ведь княжеский род Мышкиных входил в тридцатку самых влиятельных родов Империи и был приближен к Его Величеству, Николаю Павловичу Романову.

— Какое отношение ты имеешь к знаменитому роду Мышкиных?

— Самое прямое, — выдавил из себя чернокнижник, пытаясь сопротивляться чужому влиянию.

— Я повторяю, — продолжил с нажимом, — Какое отношение ты имеешь к роду Мышкиных?

— Я сын Афанасия Григорьевича Мышкина, двоюродного брата главы рода. Узаконенный бастард (принятый в род).

Хм-м, что-то такое я и предполагал.

— Как ты оказался на каторге и за что?

— Меня уличили в использовании запрещённой магии.

Странно, обычно подобной ересью занималась инквизиция, которая не страдала излишней сентиментальностью и которой было плевать на чины и звания. Этот орден не подчинялся императору напрямую, скорее, у Святой Инквизиции с правителем Российской Империи существовало взаимовыгодное сотрудничество. Правительство не вмешивалось в дела ордена, а орден, при определённых обстоятельствах, встал на сторону государя. Был один прецендент в истории, когда братья инквизиторы пришли на помощь гвардейцам императора и подавили кровавый бунт, устроенный семью великими родами, от которых к нашему времени остались лишь одни воспоминания. Их просто стёрли с лица земли.

Несмотря на официальные невмешательства в дела друг друга, я бы абсолютно уверен, что инквизиция по-тихому сотрудничала с государевой службой.

За использование запрещённой магии одно наказание — смертная казнь, а Глеба просто сослали на каторгу. К бабке не ходи, постарались могущественные родственники, но всё же уточнить стоило.

Одно дело воевать с культом чернокнижников, которые действуют сами по себе, и совершенно другое, враждовать с влиятельными родами, например, с теми же Мышкиными.

Нет — я от своей цели никогда бы не отступился, просто пришлось действовать бы более осторожно и продуманно, да и силенок подкопить маленько не помешало.

Нисколько не сомневался, что среди чернокнижников имелись аристократы, но очень надеялся, что эта гниль пролезла не настолько высоко, чтобы находиться среди приближённых к императору.

— Глава рода знает о твоем преступлении?

— Да.

Скверно.

— Он сам или кто-то из твоей родни являются членами культа?

— Нет, во всяком случае, я таких не знаю.

Уже легче.

— Как тебе удалось избежать смертного приговора?

— Князь не захотел выносить сор из избы. Казнь была бы общенародной. Чернокнижников казнят на публику, чтобы другим неповадно было.

— Удавили бы по-тихому и концы в воду.

— Отец постарался. Уговорил брата, чтобы тот замолвил за меня словечко.

— Занятно, член княжеского рода каторжник. Это разве не бросает тень на всё ваше семейство?

— Бросает, но я больше не Мышкин, назвался так по привычке. Меня изгнали и лишили фамилии, вычеркнули из родовой книги. Теперь я обычный простолюдин Глеб Бесфамильный. Уж лучше бы смерть.

— Ага, ты мне поплачь ещё тут, горемыка. И что за причину придумал князь, чтобы отказаться от узаконенного бастарда?

— А разве это важно, вампир?

— Не особо, наверняка выдумал какую-нибудь ерунду, например отказ жениться на выгодной роду невесте.

— В яблочко, — зло расхохотался Глеб, — Мне кстати прочили в жёны княжну Богатырёву младшую. Дяде пришлось пойти на конфликт, отказавшись от подписания уже обговорённого брачного контракта.

М-да, не знаю, помогли родичи Глебу, или наоборот, подложил свинью. Каторга — это вам не курорт на Средиземном море, там не каждый выжить сможет, а вот страданий и боли получит с лихвой.

Я бы на месте князя придушил такого племянника собственными руками. Во-первых — гуманнее. Во-вторых — чтобы наверняка знать, что такая падаль больше не будет топтать землю и не продолжит вершить свои гнусные дела.

— Можно сказать, тебе повезло. Ты остался жив, вот только не внял голосу разума. Ничему тебя жить не научила, Глеб Бесфамильный.

— Грр-рр, — зарычал чернокнижник, — Повезло? Повезло быть выкинутым на обочину жизни? Или может быть мне повезло оказаться на рудниках? Ты не представляешь, кровосос, что это такое…

— Ошибаешься, очень даже хорошо представляю, — изрёк мрачно.

В прошлой жизни я целых два месяца провел на каторге в горах Эрбу, по собственному желанию. Всё было организованно таким образом, чтобы никто из надзирателей, кроме управляющего, даже не догадался, что я не обычный преступник, а инквизитор под прикрытием, соответственно, и отношение ко мне было точно такое же, как ко всякой швали.

Пришлось пройти через ад, чтобы ничем себя не выдать. Моей задачей было отыскать вендиго, который затесался среди обитателей рудника. Хитрый попался, зараза… осторожный. Я уже почти отчаялся, понимая, что придётся сворачивать операцию, но в последний момент этот ублюдок спалился. Как же я был счастлив скинуть личину каторжника, не передать словами.

— Тебе был дан второй шанс, но ты его просрал, вновь вернувшись к старому и связав свою жизнь с культом чернокнижников. Убийц и садистов ждёт только одно — смерть.

— Ха-ха-ха, — хрипло рассмеялся Глеб, — И кто тут мне говорит об убийствах? Кровосос? Уверен, на твоих руках крови намного больше. Да — я вырезал сердца ещё у живых людей, я пожирал их плоть, но ты делал тоже самое, так что не стоит корчить из себя не весть что, словно тебе не плевать на род человеческий. Люди для вас как скот, который можно доить, когда захочешь, поэтому не нужно учить меня жизни, лицемер.

На это я ничего не ответил. Вот ещё, была бы нужда что-то доказывать этому ублюдку. Пусть думает, как хочет. Сейчас. важнее другое: имена членов культа, которые я собирался выбить из Глеба.

— Назови известные фамилии тех, кто занимается запрещённой магией и причисляет себя к чернокнижникам.

— А вот хрен тебе, — оскалился головорез.

Ага, значит слюна прекратила своё действие, а раз так, придётся повторить процедуру.

За время разговора Глеб перестал испытывать передо мной страх, видимо решив, что раз уж я выразил желание побеседовать, то точно не убью, во всяком случае, сразу. К тому же, он считал меня таким же монстром, каким являлся сам, а монстр всегда может договориться с другим монстром.

Как только слюна начала действовать, повторил вопрос, и тут чернокнижник запел как соловей, жаль только, знал он очень мало, будучи рядовым членом культа, которого не пускали даже на собрания.

Выяснилось, что таким как он, общаться друг с другом было запрещено. Кто нарушал это правило, отправлялся кормить червей, правда сначала, лишался сердца на ритуальном алтаре, которое практически сразу отправлялось в желудок одного из чернокнижников. Правда подобной привилегии обычно удостаивались только старейшины культа и их приближенные, остальным доставались одни обещания. По сути говоря, рядовые члены чёрной общины использовались для грязной работы: похищения, убийства и жертвоприношения. Кому-то же нужно было резать беззащитных людей, попавших им в сети, а вот сила доставалась лишь избранным.

— Но ты сам сказал, что ел сердца, — спросил с недоумением, потому как слова Мышкина расходились с делом. Не так уж и много в нём оказалось пресловутой гнили.

— Угу, — не стал отпираться Глеб, довольно оскалившись, — Если тебе чего-то не позволяют, возьми это сам.

— Твою же драконову задницу! — громко выругался, не сдерживая эмоций, — Ты что, просто вылавливал на улице людей, резал их и жрал сердца, не взирая на то — что сила приходит только через ритуал?

— Да-а, так я и делал, — в глазах чернокнижника появился лихорадочный блеск, — Старейшины в конец обнаглели, решив всё забрать себе, только я на такое не подписывался. Не для того я полгода прозябал на каторге, чтобы влачить жалкое существование. Я сам сделаю себя великим, покорю весь мир, поставлю на колени всё человечество… — брызжа слюной выкрикнул Глеб, — Если для этого понадобится сожрать сердца половины подданных Империи, так тому и

— Оо-о, а вот это уже клиника, — пробормотал я себе под нос, — Похоже, бывший бастард Мышкиных слетел с катушек.

По итогу разговора у меня оказались всего две фамилии: Орлинский и Матисов — это всё, что смог рассказать Глеб, но даже это имело значение. Теперь у меня была ниточка, за которую можно потянуть, чтобы распутать весь клубок. Конечно, это дело не быстрое, спешка нужна только при ловле блох, к тому же, послезавтра у меня экзамен на поступление в орден Инквизиторов, ну а там… как карта ляжет, но я приложу все усилия, чтобы искоренить чернокнижников в этом Мире, даже если для этого мне понадобиться вся жизнь, а по пути, буду уничтожать зарвавшихся тварей.

— Эй, вампир, отпусти меня. Клянусь, я никому не расскажу о нашей встрече, даже могу стать тебе полезным. Я много чего умею, у меня имеются связи в теневой сфере. Если потребуется достать кровь, без проблем… литр, два, да хоть десять. Захочешь полакомиться из живого источника, только скажи… хоть каждый день стану снабжать тебя девственницами, говорят, что для кровососов их кровь как амброзия.

— Хм-м, не пробовал.

— Ну вот и устранишь это упущение, — распалялся чернокнижник, уверовав в свою безнаказанность, — Вместе мы сумеем достичь вершин власти. Ты станешь моей правой рукой. Тебе будет поклоняться как Богу, любой сочтёт за честь стать десертом на твоём столе.

— Самому-то не тошно? — проворчал я, не надеясь на ответ.

Резком движением поднялся со стула, и сделав два шага вперёд, схватил голову Глеба руками, чтобы в следующею секунду свернуть шею поехавшему ублюдку.

Он даже не понял, как умер, настолько быстро всё произошло. Конечно, можно было бы растянуть его смерть, заставить мучиться, как он заставлял страдать своих жертв, но я не получил бы от этого никакого удовольствия. Чужая боль не приносила мне радости, даже если эта боль доставалась самым ничтожным и мерзким людям в мире.

Быстрый исход, быстрое завершение, а там… Боги рассудят, даже не смотря на то — что я не очень-то верил в их справедливость.

Вот теперь точно пора возвращаться. Через час начнёт светать, а мне ещё нужно успеть как-то забраться обратно в квартиру.

Сжигать тела не стал, слишком долго. Люди не вампиры, мгновенно в прах не превратятся. Расследовать убийство бандитов никто не станет, поэтому можно не переживать о последствиях. К тому же, я очень надеялся, что после того, как члены культа узнают о гибели одного из своих, сразу всполошатся, а мне только это и нужно. Не самому же бегать и искать их по всей столице, пускай приходят, а уж я встречу ублюдков со всем «радушием».

Добрался до доходного дома довольно быстро. Пришлось опять накинуть невидимость. Выглянул из-за угла, решив проверить, остался ли Василий на своём посту.

Ага, где же ему ещё быть?

Бдит инквизитор, хоть и зевает во весь рот, правда я этого не видел, но отчётливо чувствовал. Всё-таки вампирские способности — это нечто уникальное.

Обошёл дом с другой стороны. На всякий случай оглянулся, хоть и знал, что меня вряд ли кто-то увидит. На такое способен разве что гранд-мастер или инквизитор, имеющий при себе специальный артефакт обнаружения нежити.

Посмотрел вверх и нахмурился. Спуститься-то я спустился, точнее — свергся. А как теперь взлететь?

Крылья распахнуть получилось сразу, а вот подняться в воздух не вышло.

Я даже подпрыгнул на месте несколько раз, но всё без толку. Усиленно махать крыльями опасался. Я хоть и невидим, но каждый взмах сопровождался завихрениями ветра. Заметь кто из магов подобную картину, сразу бы смекнул, что дело нечисто.

Пришлось искать другой выход. Через парадную даже соваться не стал. Инквизитор честно нес свою службу.

Окна первого этажа находились довольно низко, и в одном из них я приметил женский силуэт.

Может рискнуть? Сказано-сделано.

Отошел немного в сторону, и сняв невидимость, осмотрел себя с ног до головы.

То — что надо. Брызги крови придавали особый колорит моей фигуре, проступающей среди утреннего тумана. Пришлось отрастить коготь и нанести себе несколько неглубоких ран.

Пригладил растрепавшиеся от ветра волосы и оглядел себя с ног до головы.

Типичный аристократ, подвергшийся нападению бандитов. Если сделать жалобное лицо, то мой план может сработать.

Я уверенно шагнул вперёд, подняв руку и постучав по стеклу.

Заметил, как женщина вздрогнула и резко обернулась на звук, несколько раз недоверчиво моргнула, протёрла глаза, а затем вновь уставилась на меня.

— Откройте, — прошептал одними губами, и сделав знак рукой, указывал на щеколду, состроив жалостливое лицо.

Женщина сомневалась недолго. Пара секунд, и она распахнула форточку.

— Что вам нужно молодой человек?

Голос прозвучал громко, поэтому я приложил палец к губам.

— Тц-ц, тише, пожалуйста. Не могли бы спасти меня от преследователей?

Женщина вздернула вверх соболиные брови.

А она красива, заметил машинально. На вид лет двадцать пять, не больше. Тонкая талия, утончённые черты лица, аккуратный носик и лукавый взгляд карих глаз — делали хозяйку квартиры очень сексуальной. А уж короткий халатик, открывающий ноги чуть выше колен и глубокое декольте, в котором виднелись упругие холмики груди, создавали настолько аппетитный образ, что хотелось съесть здесь и сейчас.

Я мгновенно почувствовал, как напряглись чресла, но быстро сумел подавить вспыхнувшее желание при виде шикарного женского тела.

Не скрою, это было тяжело. Молодой организм никак не хотел успокаиваться, требуя немедленного удовлетворения, но не будь я Великим Инквизитором Лорном, если бы не справился с реакциями собственного тела.

— Каких преследователей? Что с вами стряслось, молодой человек?

— Это долго объяснять. Я ваш сосед с третьего этажа. Прошу вас, просто впустите меня. Клянусь честью, что не причиню вам зла. Я просто выйду на лестничную клетку и поднимусь к себе.

— Хм-м, — окинула меня задумчивым взглядом женщина, а затем лукаво подмигнула, — Я впущу вас, но только с одним условием.

Глава 11

Графиня Анна Степановна Ильинская оказалась весьма рискованной женщиной, чему я был только рад. Не пусти она меня к себе, пришлось бы придумывать другой способ добраться до квартиры.

Правда домой мне сразу попасть не удалось. Условие оказалось довольно интересным, тем более, я не мог ответить отказом моей спасительнице.

Выяснилось, что Анна овдовела чуть больше трёх месяцев назад. Скорбеть по умершему мужу женщина не собиралась, так как жила в браке без любви.

— Представляешь, Сашенька, — проворковала она, обрабатывая мне раны, —

— Вы очень обворожительная женщина. Ваш муж действительно был глупым человеком, раз не ценил такую красоту.

Анна довольно улыбнулась. Ей были приятным мои слова. Я же в это время пытался замедлить вампирскую регенерацию и не дать ранам зарасти. Стоило немного сбросить контроль, как мышцы и кожа начинали стягиваться, пытаясь устранить повреждения.

— Вот, Сашенька, я промыла ваши порезы, теперь осталось только исцелить. К сожалению, целебной магией я не владею, но у меня есть артефакт… Сейчас принесу. Ты посиди тут, голубчик, я мигом.

— С места не сойду, — заверил я её.

Женщина метнулась в другую комнату, чтобы почти сразу вернуться.

— Вот! Держи, — довольно воскликнула графиня

— Вы просто чудо, Анна. Что бы я без вас делал?

— Ночевал бы на улице. Утоли моё любопытство, расскажи, кто подстерегает тебя во дворе и не даёт пройти домой? Ты сказал бандиты, но я думаю, что это не так.

Вот тут я немного завис.

— С чего вы так решили? — спросил осторожно.

Может Анна что-то видела через окно или слышала?

В предрассветной тишине любые звуки очень хорошо слышны. Да нет, бред, я был очень осторожен.

— Ну-у, — протянула Ильинская, и ухватив меня за руку, повела в сторону комнаты, — по одному твоему виду можно сделать соответствующие выводы.

— А что с моим видом не так? — спросил удивлённо и тут же хлопнул себя по лбу, — Ах, да, точно.

Я щеголял с голым торсом и рубашкой, небрежно повязанной на поясе.

— Вот именно, — со смешком произнесла графиня, — Раннее утро, молодой красивый полураздетый юноша убегает от преследователей. Причина может быть только одна… Любовь. Как это прекрасно, — Анна мечтательно закатила глаза. Надеюсь девушка, с которой вы провели ночь осталась довольна?

— Кхм-кхм, — закашлялся я, прочищая горло, — Да, непременно.

— Я рада за неё. Вот видишь, я угадала правильно. Наверняка, твоя возлюбленная не обычная простолюдинка, а дочь какого-нибудь барона или… — Ильинская задумчиво постучала длинным указательным пальцем по подбородку, — Жена графа, а может быть и князя.

— А… — начал я, но был перебит.

— Подожди, не говори, дай угадаю. Скорее всего, второе. Ты наставил рога какому-то знатному аристократу, и он застукал вас на месте преступления…

Я сидел и диву давался. Вот это история. Даже я не мог бы сочинить ничего подобного. Да ей надо дамские романы писать, отбоя от читательниц не было бы.

Впрочем, живое воображение хозяйки квартиры оказалось мне только на руку. Не пришлось самому ничего выдумывать. Оставалось кивать головой и сочувственно вздыхать, мол так всё и было.

— Как тебе удалось сбежать?

— Выпрыгнул из окна, — пожал плечами.

— О-оо, теперь понятно, откуда у тебя такие раны.

Да ну, не может эта женщина быть такой наивной. Характер повреждений совершенно другой, такие травмы от падения из окна не получают. Я хоть и считал Анну болтушкой, но точно не дурой. Что-то тут было не так. Слишком восторженно говорила женщина, слишком наигранно.

— Бедный влюблённый мальчик, но… — женщина погрозила мне пальцем, — Впредь будет наука. Это ведь обманутый муж пустил по твоему следу гвардейцев? Я права?

— Да, вы совершенно правы. Трое побежали за мной, пришлось долго петлять по улицам, а затем, вступить в драку.

— И вы победили? Конечно, победили, раз оказались здесь, — ответила на свой же вопрос Анна, — А те, кто караулит вас у парадной? Откуда они выяснили, где вы проживаете?

— Я был знаком с мужем своей возлюбленной, и он знал, где я остановился в столице, — пришлось подыграть женщине.

— Вот значит как. Могу кое-что посоветовать на будущее.

— Что же?

— Не связывайтесь с замужними дамами. Это может принести уйму проблем. Лучше обратите внимание на одиноких, голодных до любви вдов.

— На себя намекаете?

— Не намекаю, Сашенька, а говорю прямым текстом. Ты не представляешь, как я истосковалась по ласке.

— Пожалуй, я воспользуюсь вашим советом, — усмехнувшись, поднялся с места и сделал пару шагов по направлении к женщине, притягивая в объятия.

Утро было полным пламенной страсти, причём, пламенной, в буквальном смысле.

Ильинская оказалась магом огня с проблемой концентрации, и, если бы не щиты, которые я выставил, мне пришлось бы восстанавливаться как минимум пару суток.

Анна сразу предупредила о своей особенности, даже предлагала использовать пару артефактов, чтобы ослабить действие огня, но я отказался, решив, что моя защита выдержит, и она выдержала, но даже так я получил парочку небольших ожогов, которые почти сразу же исчезли, благодаря моей регенерации.

Хорошо, что её стихия не ветер, а то пришлось бы заниматься сексом внутри торнадо, а это, я уверен, очень неудобно.

Кстати, теперь понятно, почему муж не хотел с ней спать. Слишком велик риск. Мало кто решится на ночь любви, которая может стать для него погребальным костром.

Несмотря на такой, в сущности, небольшой недостаток. Для меня небольшой… Ильинская оказалась огненной любовницей во всех смыслах этого слова.

Короче, утро задалось.

В последний раз страстно поцеловал Анну, натянул на себя одежду, и подхватив со стула «отцовскую» флягу, направился к выходу.

Хорошо, что Анна не спросила, что в ней и не попросила попробовать. Думаю, Ильинская очень бы удивилась такому выбору напитка.

Женщина лишь махнула рукой на прощанье и улыбнулась сытой улыбкой кошки, нажравшейся сметаны.

— До встречи, Сашенька, — полетел мне вдогонку её томный голос.

Как только за Александром закрылась дверь, Ильинская поднялась с постели и потянулась. Что ни говори, а такого секса у неё уже очень давно не случалось, а может и вовсе не было. Молодой любовник оказался на удивление опытным, прекрасно чувствуя, к какой точке тела нужно прикоснуться, чтобы заставить её кричать от удовольствия, но самое главное, было не это. Он сумел справиться с её огнем.

У Анны всегда были проблемы с контролем магии, чем сильнее она испытывала эмоции, тем слабее становился контроль. Конечно, маги огня, да и другие одарённый без

Графиня выдвинула ящик стола, и достав оттуда переговорный амулет, быстро ввела необходимые символы.

— Слушаю, — разнесся по комнате усталый мужской голос.

— Это Ильинская. Контакт установлен. Объект сам приплыл ко мне в руки.

— Удалось что-то выяснить?

— Ничего, разве что он скрывает свой реальный уровень магии, — Анна невольно расплылась в улыбке, вспомнив, каким ненасытным оказался утренний любовник.

— А чего ты такая довольная?

— Да так… Это к делу не относится.

— Следи за ним по возможности и, если заметишь что-то странное, сразу же докладывай.

— Непременно.

Анна отключила связь и упала обратно на кровать. Как бы ей не хотелось обманывать Александра, но работа есть работа.

Женщина была уверена, что ей не удалось обвести Саянова вокруг пальца. Он сразу её раскусил и подыграл.

Зачем парень это сделал — непонятно, но Анна была благодарна, что он продолжил театр абсурда, который она начала, ведь в итоге, они оба получили удовольствие.

Ну а остальное… С остальным можно разобраться позже.

Когда поднимался к себе в квартиру, время показывало одиннадцать часов двадцать минут.

Зевнув во всю ширь, открыл дверь и шагнул в прихожую, намереваясь сразу же отправиться спать, но не тут-то было.

Противный звон, ударивший по ушам, сообщил мне, что сработала ловушка, установленная с внешней стороны окна на кухне.

— Та-ак, и кто у нас тут? — проворчал себе под нос, — Вот те раз. Как ты так умудрилась, подруга?

В моих силках билась маленькая летучая мышь.

— М-да, видимо подобное к подобному притягивается, — покачал головой, открывая раму и развеивая заклинание.

Изнеможенная мышь упала на подставленную ладонь и тихонько пискнула.

Мало того, что зверушка вымоталась, пытаясь вырваться из западни, в которую угодила, так ещё и дневной свет лишил ей последних остатков сил.

— И что мне с тобой делать?

Летучую мышь было жалко. Я мог бы её оставить на козырьке окна. Выживет — хорошо, нет — значит так тому и быть. Мог бы добить, чтобы не мучилась, но решил поступить по-другому.

Провел диагностику повреждений и порадовался, что ни одна косточка у зверушки не была сломана.

Отлично. Значит просто очень сильное истощение, а это поправимо.

Задёрнул шторы, чтобы создать полумрак, но этого оказалось недостаточно. День находился в самом разгаре, а весеннее солнце светило настолько ярко, что даже у меня слезились глаза.

Решение пришло мгновенно.

Открыл дверку шкафа и положил летучую мышь на среднюю полку.

— Погоди, маленькая, сейчас.

Быстро сбегал на кухню и принёс блюдце. Достал «отцовскую» флягу, и отвинтив крышку, налил в него немного крови.

— Угощайся, подруга.

Мышь ткнулась мордочкой в красную жидкость, попробовала один раз… другой, а затем, принялась неистово лакать кровь.

Когда блюдце опустело, мне даже показалось, что она рыгнула. Человеческим слухом нельзя было уловить подобный звук, а вот вампирским — вполне возможно.

Полежав ещё немного, мышь взмахнула крыльями, и перелетев в другое отделение шкафа, вцепилась лапками в край деревянной вешалки, повиснув вниз головой.

Её маленькие красные глазки с осторожным вниманием посмотрели на меня, а потом закрылись.

— Отдыхай, малышка, набирайся сил, ночью выпущу тебя на волю, — проворчал я и последовал примеру летучей мыши.

Нет, головой вниз свешиваться не стал, просто лег в кровать и проспал остаток дня и всю ночь.

Проснулся на следующее утро и выругался, понимая, что через три часа нужно быть в ордене Инквизиции, а до этого успеть решить несколько неотложных дел.

В шкафу послышалось шуршание.

Твою же лягушачью печёнку! Зверушку-то я так и не выпустил.

— Ну как ты там? — заглянул в шкаф, — Понимаю, что сейчас день, но мне пора уходить, поэтому давай-ка ты, лети на чердак, там обживайся.

Протянул руку, чтобы взять летучую мышь, но та зашипела, оскалив зубы, а затем, быстро обернулась крыльями, образовав кокон.

— Не хочешь, значит? Ну, как знаешь. Оставлю форточку открытой, решишь уйти — найдёшь выход.

Проверил охранные заклинания, чтобы не было сбоев, убрав защиту с окна, ловушек и без неё хватит, и переодевшись, первым делом отправился завтракать.

Многие говорят, что вампирам не нужна обычная человеческая еда — лжут, ещё как нужна.

Одной крови для поддержания нашей жизнедеятельности недостаточно.

Те — кто называет вампиров нежитью, в корне не правы. Мы НЕмёртвые, а значит — живые… почти… наполовину.

Можем испытывать те же эмоции, что и обычные люди, просто с годами они стираются, блекнут, становятся ненужным балластом. Даже обычные маги, прожившие триста лет сталкиваются с такой проблемой, что уж говорить о кровососах, которые могут жить вечно.

Правда я не знал ни одного вампира, разменявшего больше тысячи лет. Многих уничтожили мы — инквизиторы, я в том числе, а другие, те — кто жил по понятиям чести и не превратился в безумных убийц, уходили сами, поняв, что потеряли смысл своего существования.

Выйдя во двор, огляделся, прислушиваясь. Василия нигде не было, видимо ушел отдыхать, но чуть левее от того мета, где я ощущал его присутствие в прошлый раз, почувствовал чужое сердцебиение.

Стук сердца прекрасно отпечатался в моих ушах, но самого человека видно не было.

Ага, сменщик пожаловал. Ну ладно, пускай следит, мне не жалко. Перешёл дорогу, и не оглядываясь, направился к стоящему неподалёку трактиру, откуда доносились приятные ароматы жареного мяса, печёной картошки и солёных огурцов.

Пускай было довольно ранее утро, народу внутри оказалось порядочно, но свободные столы ещё были. Подавальщики шныряли туда-сюда, разнося на подносах завтраки. За стойкой заказов стоял крупный, лысый детина, который, несмотря на свои размеры, двигал очень ловко и уверенно. Чувствовался в нем опыт бывалого трактирщика.

Судя по лицам, посетители оказались в основном благородного происхождения. Понятно, что не князья и не графы, те, больше по ресторанам ходят, а вот для баронов и безземельных аристократов самое то.

Стоило сесть за стол и поднять руку, как ко мне подскочил щупленький мальчишка в белой, отглаженной униформе и такого же цвета колпаке.

— Что желаете, господин?

Мясо средней прожарки, колбаски с кровью и жареную картошку с грибами.

Ждать пришлось недолго. Уже через двадцать минут, я с аппетитом закидывал в рот нежнейшее мясо, которое таяло во рту. Как только с ним было закончено, приступил к картошке с грибами, и напоследок, оставил самое вкусное — колбаски с кровью.

Объедение. Я бы с удовольствием съел ещё одну такую же порцию, но время бежало слишком быстро, если задержусь дольше, то точно не успею сделать всё, что запланировал.

Следующим пунктом моего назначения оказалась оружейная лавка. Правда сначала я посетил конюшни, где на данный момент обитала Красотка.

Завидев меня, лошадь пару раз стукнула копытом и отвернула морду в сторону, не собираясь позволять её оседлать, и это не потому, что она почувствовала во мне вампира, запах я скрыл, просто скотина обиделась, что я оставил её одну в незнакомом месте и не приходил навещать пару дней.

С характером зараза.

Правда мне быстро удалось её подкупить. По воспоминаниям Александра, Красотка жутко любила красные яблоки, вот этим знанием я и воспользовался.

Схрумкав угощение, лошадь скосила на меня правый глаз и в нетерпении начала перебирать копытами.

До назначенного места мы добрались очень быстро. Я раньше не был в этой лавке, зато слышал, что она славилась своей популярностью среди аристократов.

За прилавком стоял седой старик с длинными волосами, собранными в хвост, который посмотрел на меня оценивающим взглядом и отвернулся. Не производил я впечатление опытного бойца, скорее, разряженного аристократа, но что поделать, если у Александра, не было другой одежды. Это досадное недоразумение я тоже собирался сегодня исправить.

Торопиться не стал, внимательно рассматривая оружие, развешенное на стенах.

Действительно, качественные вещи, правда и стоимость соответствующая.

Мой взгляд зацепился за меч, который лежал отдельно от остальных. Ничем не примечательный с виду, он чуть ли не искрился от накопленной в ней силы. Поистине великолепное оружие.

Старик, заметив мой интерес, прищурился.

— Вряд ли вам подойдёт это оружие, молодой человек. Обратите внимание на что-нибудь другое, например, вот на этот клинок, — хозяин лавки вышел из-за прилавка и снял со стены меч, рукоятка которого была инкрустирована драгоценными камнями.

Почувствовал зараза, что у клиента имеются деньги и решил развести?

Нахмурился. Если это так, то мне точно нечего здесь делать.

Глава 12

Оружие, которое предложил мне старик, оказалось неплохим, но больше подходило для спаррингов и тренировок. Реального боя, тем более с нежитью, оно бы не выдержало.

— Нет, спасибо. Это мне не подходит, — я ещё раз огляделся, — Вон тот меч, очень даже ничего, но и его я бы не взял.

На мои слова мастер фыркнул.

— Тоже мне, знаток оружия, — проворчал он себе под нос, — Корчат из себя бывалых воинов, а на деле… Эх, измельчали нынче аристократы, вот раньше…

— Не знаю, как вас зовут, уважаемый…

— Демид Скуратов.

— Кхе-кхе, — поперхнулся я, уже по-новому взглянув на хозяина лавки.

Младший сын бывшего главы рода Скуратовых, уехавший из Российской Империи в двадцать с небольшим лет и вернувшийся, когда ему стукнуло пятьдесят. Где он жил всё это время, никто не знает. Говорят, большую часть времени Демид провёл то ли в Китае, то ли в Японии, обучаясь боевому искусству.

Один из величайших мастеров боевого искусства нашего времени, отошедший от дел.

Я даже подумать не мог, что такой человек живет в нескольких кварталах от меня и владеет оружейной лавкой. Вот это настоящая удача.

— Ваше сиятельство…

— Оставьте, мне не нужны ваши восторженные речи. Уже знаю, чем всё закончится. Обучать я вас не стану.

— Я, вообще-то, не это хотел сказать.

— Да? — произнёс старик, но в его голосе не было ни капли заинтересованности, а вот меня распирало любопытство.

Нет, я не собирался узнавать о его жизни, даже не планировал становиться учеником Скуратова, мне это было не нужно, а вот проверить, насколько этот человек силён в бою, был очень даже не против.

— Ага, хочу предложить спарринг, и если я произведу на вас впечатление, то вы покажете мне самое лучшее оружие, которое имеется в магазине и сделайте скидку в тридцать процентов.

— А-ха-ха, — рассмеялся старик, — Спарринг, со мной? А у тебя все-таки есть яйца. Ну или слишком сильное самомнение.

— Так что, вы согласны? Обещаю, в виду вашего пожилого возраста, буду бить не слишком сильно.

— Ещё и остёр на язык. Смертельное сочетание. Скажи спасибо, что я сегодня добрый, и ты действительно меня насмешил, поэтому убивать не стану, но урок преподам, только потом не беги к папе жаловаться, что я надавал его сынку по нежной аристократической попке.

— Это что у вас за извращённые фантазии? Моя, как вы выразились аристократическая попка, может принять удары только от женской руки, и то в период роковой страсти.

— Ну, шути-шути, пока можешь, — пригрозил мне Скуратов, но я видел, как в его глазах зажглось предвкушение схватки.

Он не считал меня сильным противником, но в этом и заключалась ошибка Демида. Мой опыт прошлой жизни был намного больше, чем его. Правда побеждать я не собирался, незачем показывать всё, на что способен, а вот произвести впечатление, тем самым заработав уважение и солидную скидку, это я запросто.

— Пошли на задний двор, если ещё не передумал, — произнес Скуратов и махнул рукой, направляясь к неприметной двери в дальнем углу магазина.

Походка Демида мгновенно изменилась. Сейчас назвать его стариком у меня не повернулся бы язык. Это был воин, причём очень опасный воин, но я знал, что не уступаю ему ни в чём, может, даже превосхожу.

— Стоп. Стоп. Стоп. Вы не ответили на мой вопрос.

— Какой вопрос? — хитро прищурился Скуратов.

— О тридцати процентной скидке.

— Парень, ты веришь в то — что можешь меня чем-то удивить? А-ха-ха, но да ладно. Пусть будет по-твоему. Если хоть немного сумеешь впечатлить, то я покажу тебе настоящее оружие.

Пристально посмотрел на Демида.

— И… — не собирался я упускать выгоду.

— И сделаю скидку в тридцать процентов.

— Вот это дело, — обрадованно потёр ладони.

— Ты слишком уверен в себе, мальчик. Сегодня твои ожидания разрушаться как карточный домик, и поверь моему опыту, это будет очень неприятно.

— Посмотрим, — ухмыльнулся

Посмотрел на тот меч, который мне понравился, но решил, что это будет перебор. Я пришёл не убивать, а покупать и договариваться, а вот клинок, что лежал в стороне от остальных, требовал крови.

Я чувствовал его жажду убийства, он чуть ли не вопил, что хочет разить врагов и вкушать эманации смерти.

Такие клинки в моём прошлом Мире назывались Разящими. Отличное оружие, но только в руках тех, кто мог их подчинить своей воле, иначе они были очень опасны даже для своих владельцев. Что такой клинок делал на витрине лавки Скуратова, я мог только догадаться.

Скорее всего Демид являлся читающим оружие. Люди, имеющие очень редкий и уникальный дар. Я таких за всю свою долгую жизнь встречал всего семерых, но и сам являлся одним из них.

Хорошо, что эти способности перенеслись со мной в новую жизнь.

— Я возьму тот — что вы мне посоветовали, — произнес под пристальным взглядом старика.

— Правильный выбор, — одобрил Демид, тоже подойдя к стене, и сняв практически аналогичный меч, плавной походкой пошагал вперёд, указывая дорогу.

Небольшой двор, находящийся за оружейной лавкой, был окружён высоким забором, на котором я сразу заметил охранные знаки. Хорошая защита, ни один вор не сумеет такую пройти. Меньшего от Скуратова я и не ожидал.

В центре находилась небольшая арена, на которую мы направились.

— Так, слушай сюда, — произнёс Демид, просверлив меня тяжёлым взглядом, — Если есть артефакты, доставай. Никаких подручных средств использовать не станем.

Вывернул карманы, показывая, что у меня ничего нет.

— Тогда и вы тоже.

— Не доверяешь? — прищурился старик, но последовал моему примеру, — Бой без применения магии, чисто физика.

— Согласен.

— Начнём, — Скуратов крутанул в руке меч и вышел на середину арены.

Демид, был готов к бою. Несмотря на его возраст, противником он являлся сильным. Думаю, мало кто мог ему противостоять в Российской Империи Даже удивительно, что такого бойца оставили в покое и дали спокойно доживать свой век. Очень уж сомнительно всё это. Скорее всего, оружейный магазин всего лишь прикрытие для чего-то большего, но это не моё дело. Влезать в чужие тайны я не собирался. Своих хватает.

Знал, что придётся изрядно потрудиться, чтобы этот бой выглядел достоверным, поэтому сосредоточился, отбросив все посторонние мысли, вместо этого прокручивая в голове тактики, которые могли бы помочь впечатлить мастера боевых искусств и одновременно не раскрыть себя.

Демид не стал мешкать или раздумывать, он сразу бросился в бой, намереваясь сразить меня с первых же ударов.

Не на того нарвался, так просто меня не взять.

Ловко увернулся от его атаки, которая могла для мня плохо закончиться и ответил быстрым боковым ударом в живот.

Демид лишь усмехнулся и, сгруппировавшись, выставил меч. Сталь лязгнула о сталь.

— Неплохо. А ты лучше, чем я думал в начале, — весело оскалился старик.

— То ли ещё будет.

С каждым движением я чувствовал, как нарастают напряжение и азарт. Мы оба сдерживали свою силу, не показывая на что способны. Если Скуратов просто-напросто не хотел случайно меня ранить, будучи уверенным, что сможет сделать это с легкостью, то я старался скрыть свои умения и навыки, но как же хотелось поработать на полную мощь… или хотя бы в её половину.

Я отступил на несколько шагов назад, а затем, собравшись, бросился вперёд, делая акцент на скорость. Демид, заметив мой манёвр, тоже ускорился. Нет — я не применял вампирские способности, это было бы нечестно. Именно поэтому не успел нанести решающий удар, Скуратов тотчас выставил блок и отпрыгнул в сторону.

В его взгляде было удивление, а в моём досада. Ведь без возможностей кровососа, это тело не было ещё готово к таким нагрузкам. До моего прежнего уровня нужно было расти и расти.

Однако, во взгляде Скуратова я заметил заинтересованность. Уже кое-что.

Мы снова сошлись в схватке, и каждый удар становился всё более изощрённым. Я чувствовал, как устаю, но не собирался сдаваться или идти на хитрость. Всё должно было происходить честно, иначе я сам перестану себя уважать. Это не бой насмерть, а всего лишь дружеский поединок. Правда цена в нём, моё новое оружие, поэтому я должен сделать всё, чтобы Демид расщедрился и выполнил свои условия сделки, а для этого необходимо если не победить, то хотя бы не дать себя задеть.

А что, неплохая тактика.

Придётся попотеть, но думаю, должен справиться. Если бы можно было применять магию, другое дело, тут бы я обошел Демида на раз плюнуть, но мы договорились не использовать способности, а значит, я оставалось только выдюжить на чисто волевых. Ну что же, тем интереснее.

Мы кружились уже минут пять друг напротив друга. Кто-то скажет, что это мало, не соглашусь. При нашей скорости — это, наоборот, слишком затяжной бой. Мышцы начали сводить судорогой, кости болели так, словно их жгли раскалённым металлом, но я не сдавался, не собираясь позволять Демиду нанести мне даже царапину. Атаковал очень редко, больше уворачиваясь от ударов или же стараясь их блокировать. Похоже, после такого боя мне придётся применить лечебный артефакт, иначе я не смогу показать себя на экзамене в ордене Инквизиторов. Уверен, они придумают для новичков что-то изощрённое.

Скуратов был хорош. Очень хорош для этого Мира. Спарринг с ним доставлял мне истинное удовольствие, но пора было заканчивать это представление.

Я видел, что лоб старика покрылся испариной, а движения замедлились. Демид начал уставать. Кто-то другой этого бы не заметил, но даже в таком состоянии, мне было бы сложно его победить. Как говорится: нашла коса на камень.

Я мог бы остановить бой, но не стал. Скуратов умный мужик, который сразу бы дотумкал, что я увидел его слабость, поэтому, всё-таки решил подставиться. Думаю, я уже достаточно доказал упрямому старику.

Не знаю, что было бы, продолжи мы поединок, может, я сдулся бы первым, проверять не хотелось, да и время опять же поджимало. Если застряну здесь, то точно не успею завершить одно очень важное дело, которое я должен закончить до того, как явиться в орден Инквизиторов.

Новый рывок, а затем секундное замедление, которого оказалось достаточно, чтобы Скуратов обозначил смертельный удар.

— Поединок окончен, — проворчал старик, утирая со лба пот.

Я же, судорожно хватая ртом воздух и спотыкаясь, потопал к ближайшей лавке и практически упал на неё. Всё-таки переоценил себя. Бой дался мне тяжелее,

Демид приковылял следом, опустившись рядом со мной.

На пару минут повисло молчание, мы оба пытались прийти в себя.

— Кто тебя учил, парень, и где? — сипло прохрипел Скуратов.

— Если скажу: то — там, то — здесь, не поверите?

— Не-а.

— И правильно сделаете. Простите, но я не могу разглашать подробности.

— Клятва?

Пожал плечами, не подтверждая и не опровергая подозрения.

— Что ж, не стану отрицать, удивил ты меня. Честно говоря, на подобное развитие событий даже не рассчитывал.

Довольно улыбнулся, чувствуя, как от напряжения болит каждая мышца тела, но регенерация вампира уже начала действовать, устраняя последствия боя.

— Так что, покажешь оружие и дашь скидку?

— Видимо придётся, — по-старчески прохрипел Демид, словно разваливался на части, но я ни на грамм не поверил его притворству, — Ладно, пойдём, посмотришь на кое-что интересное, и ведь не обманул. Действительно показал… пару метательных ножей, меч и секиру.

Меня чуть жаба не задушила. Хотелось всё и сразу. Качество этого оружия во много раз превышало то — что находилось на витрине, даже лежащий в отдалении меч не дотягивал до того, что мне предложил Демид.

Эх, жаль, что придётся ограничится только одним, но я уже знал, что выберу.

Как только мой взгляд упал на секиру, сразу понял: вот оно, моё оружие, которое не подведёт и будет служить верой и правдой.

В моём прежнем Мире некоторые мечи были живыми, если так можно выразиться. Они имели свой разум, потому как во многих из них были заточены души высших демонов. Если удавалось покорить такое оружие, то оно служило своему владельцу верой и правдой всю жизнь.

Здесь же, о существовании демонов даже не знали, но тот, кто создал секиру, был настоящим мастером. Ничего подобного я не ожидал встретить, отправляясь в лавку Демида Скуратова.

Если в мече, лежащем на витрине, я отдаленно чувствовал только жажду убийства и ни капли разума, то секира бурлила эмоциями и эти эмоции не были звериными. В них хоть и преобладали агрессия, жажда крови, нетерпение и лютая ненависть, но они не были безумными, словно душа, которая была заключена в оружии, пыталась сдерживать свои порывы.

Отлично, если усмирить заточенную в секире душу низшего существа, более верного товарища в бою не сыскать.

Демид хитро прищурился.

— Что, понравилась?

— Да, — не стал скрывать своего восхищения.

— Ну, попробуй, возьми. Коли удержишь в руках, продам по минимальной цене, — ехидно произнёс Скуратов, в глазах которого плясали хитрые черти.

Походу, даже минималка на данный момент будет для меня неподъемной. Такое оружие, по определению, не может дёшево стоить, но старик обещал рассрочку, а значит, я в любом случае, расплачусь. Денег достать не проблема. Поступлю в орден Инквизиторов и заработаю. У них за голову каждой убитой твари неплохой гонорар полагается.

Ещё раз посмотрел на секиру, и протянув руку, ухватился за древко, сразу ощутив, как от пальцев до самого предплечья прострелило адской болью.

— Тсс-с, — зашипел себе под нос, сцепив зубы, — Не на того напала, непокорная зараза.

Сжал ладонь сильнее. Секира завибрировала в руке, стремясь вырваться, но я держал крепко, не собираясь отпускать.

— Смирись, — подал мысленный импульс, — Служи мне и обещаю, ты получишь много крови моих врагов.

На мгновение сопротивление прекратилось, словно дух, заточенный в оружии, понял, что я ему сказал, но через секунду возобновилось вновь.

— А ну, успокойся! Иначе навсегда останешься на голодном пайке. Никаких драк, разрубленной плоти и отсечённых голов. Скукота. Хочешь удовлетворить жажду мести, покорись. Стань продолжением моей руки, моей карающей дланью, если нет, будешь ещё полвека пылиться в чулане у Демида или откуда он там тебя притащил.

Уж не знаю, понял ли дух, заточенный в секире мои слова, но перестал буянить, а потом, и вовсе прекратил сопротивляться.

— Вот, так-то лучше.

Нужно было видеть глаза Скуратова. В них отражалось полное непонимание вперемешку с восхищением.

— Как? Как тебе это удалось? Даже у меня не получалось приручить это строптивое оружие.

— А я его не приручал, — не стал кривить душой, — просто показал перспективы. До полного приручения очень долго. Секира ещё не один раз проявит свой характер, только вот в итоге, ей всё равно придётся сдаться.

— Невероятно, — покачал головой Демид, — Что же, забирай. Надеюсь, ты сумеешь с ней сладить.

— Непременно, — ухмыльнулся в ответ.

— А знаешь, я отдам тебе секиру просто так. Подарю. Хочешь?

— Хм-м, и что ты потребуешь взамен такого подарка? — спросил я, прекрасно понимая, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

— Сущие пустяки. Ты умелый воин. Напомни сколько тебе лет?

— Девятнадцать.

— Не уверен, что встречал кого-то с такими способностями в твоём возрасте. Дело в том, что я курирую школу боевых искусств, где учатся отпрыски знатных семей. Хочу, чтобы ты преподал им несколько уроков. Пусть видят, к чему нужно стремиться. Ну… и не откажи мне ещё в одном спарринге.

— Последнее без проблем, а вот про школу нужно подумать.

— Подумай, и приходи за секирой, когда надумаешь.

— Ээ-э, нет. Мы так не договаривались.

— Ну-у, тогда решай сейчас.

Задумался. Для меня не составило бы труда, преподать пару уроков местным аристократам, но оно мне надо? С другой стороны, школа, которую курирует Скуратов, наверняка элитная, и в ней учатся детки графов и князей. Хотелось бы посмотреть, на что способна местная молодёжь, оценить уровень отпрысков, принадлежащих к семьям, находящимся на вершине власти.

— И сколько таких занятий я должен провести?

— Дюжину.

— Так тому и быть. По рукам.

— Хорошая сделка, если учесть, что я отчаялся продать эту вредную секиру. Уже лет двадцать лежит, и никто с ней сладить не может. Владей, — кивнул Скуратов на оружие, которое я так и продолжал сжимать в ладони.

Глава 13

Демид сам предложил мне лечебный амулет, конечно, пришлось за него заплатить, но это того стоило.

Несколько минут и я снова как огурчик. От усталости не осталось следа. Мышцы не тянуло, поясница перестала болеть, слабость исчезла, словно её не было. Отлично, вот теперь можно отправляться в орден Святой Инквизиции, но сначала заскочить в связную лавку.

Переговорный амулет Александра я оставил в поместье Бестужевых, а мне сейчас позарез нужно было связаться с одним конкретным человеком.

Я

Амулет удалось приобрести без проблем, поэтому запрыгнул на Красотку и сразу же ввёл комбинацию рун, которую узнал из воспоминаний Александра.

— Слушаю, — отозвались на той стороне.

— Вячеслав Олегович, у меня есть для вас важная информация, — амулет искажал мой голос, поэтому Митяев не понял, с кем разговаривает.

— Кто вы?

— Это не важно. Просто знайте, что за всеми неприятностями, которые преследуют род Бестужевых, стоит Наталья Вячеславовна Нечаева.

— Кто вы? Откуда вы знаете…

— Я все сказал. До свидания.

— Погодите… — выкрикнул в амулет Митяев, но я оборвал связь.

Не нужно капитану гвардии рода Бестужевых знать, что я не выполнил данное «отцу» обещание и до сих пор находился в столице.

Вот теперь можно было вздохнуть со спокойной совестью. Вячеслав обязательно передаст эти сведения главе рода, а уж дальше им самим решать, как поступить. Я, конечно, по мере сил помогу, если, конечно, канцлеру понадобится моя помощь, но сдаётся мне, Алексей Петрович справится сам и выведет эту хитрую дрянь на чистую воду.

Пока понаблюдаю издалека, а там видно будет.

К ордену Святой Инквизиции я подъехал за десять минут до начала экзамена.

— Куда прешь, парень? — дорогу мне преградили дежурившие на воротах стражи.

— На экзамен.

— Пропуск.

— Держите, — пошарив в карманах, вытащил клочок бумаги, выданной мне Проскуриным.

— Проезжай, точнее — проходи. Сявка! — на громогласный крик инквизитора, выбежал мальчишка лет четырнадцати и сразу же схватил лошадь под уздцы.

Строптивая кобыла поначалу упёрлась, не желая никуда идти с незнакомым человеком, но пацан что-то прошептал, погладил Красотку по носу, и та послушно побрела следом.

Похоже у парня был дар ладить с животными.

— Не беспокойся, Сявка отведёт лошадь в конюшню. Если выживешь на экзамене, заберёшь. Нет, значит кобыла останется ордену, — усмехнулся страж.

— И что, настолько жёсткий нынче отбор в инквизиторы?

Оба стража посмотрели на меня как на идиота.

— А ты даже не выяснил, как именно будет проходить экзамен?

— Нет. Это не имеет значения, потому что сегодня я, в любом случае, вступлю в ваши ряды.

— Самоуверенный и наглый. Мне такие нравятся. Удачи.

— Благодарю.

— И ещё один совет. Если пройдёшь испытание, постарайся не попасть в ученики к Проскурину.

— А что так?

— Мужик — зверь. Он таких как ты на завтрак ест.

Скептически скривился. Ну да, с первого взгляда Семён Владимирович действительно производил подобное впечатление, но я уже понял, что это всего лишь маска. Проскурин был вполне себе нормальным мужиком, если бы не стремился уничтожать всю нежить без разбора, но над этим я поработаю. Убедить инквизитора, что отличные от людей создания тоже имеет право на существование будет сложно, но я и не таких перевоспитывал. Мы ещё посмотрим кто чьим учеником станет.

— А я всё-таки рискну, — хмыкнул в ответ, — Так куда мне идти?

— Обогнешь главное здание и сразу увидишь полигон. Не промахнёшься.

Поблагодарив стражей, направился в указанном направлении.

Подходя к полигону, заметил, как группа кандидатов уже готовилась к испытаниям.

Их лица были напряжены, а глаза горели решимостью. Я понимал, что каждый из них был способен на всё ради шанса стать инквизитором. Экзаменаторов ещё не было, а значит, можно было осмотреться.

В центре стояли деревянные мишени, а рядом с ними на небольшом уступке лежали мечи, арбалеты и даже два магических посоха. Качество так себе, но для нас другого бы и не выделили. Впрочем, все участники сегодняшнего действа имели своё оружие.

Охочих вступить в ряды ордена Инквизиторов оказалось семеро. Четыре парня и две девушки. Сейчас они разминались на полигоне, решив показать свою удаль, вдруг кто из экзаменаторов увидит их до начала экзамена и оценит по достоинству.

Парни с легкостью метали ножи в мишень, а девчонки решили продемонстрировать мастерство боя на мечах, сражаясь с воображаемым противником, тем самым показав свою ловкость и силу.

Громкий гудок оторвал меня от наблюдения за ребятами. Повернул голову в направлении звука и увидел, что в нашу сторону направляется высокий человек в распахнутой черной мантии, полы которой развевались на ветру.

Его лицо было скрыто капюшоном, но я чувствовал тяжёлый взгляд, который оценивающе и беспристрастно пробежался по каждому претенденту, вынося своё мнение.

Позади него шли ещё два инквизитора: одного из которых я узнал. Проскурин Семён Владимирович собственной персоны, ну а второй оказалась женщина с собранными в хвост светлыми волосами, плотно сомкнутыми губами и резкими чертами лица.

Было видно, что ей не хочется здесь находиться. Непростая и очень опасная особа.

Ребята, завидев экзаменаторов, как по команде прекратили тренироваться и замерли на месте, уставившись во все глаза на инквизиторов.

Высокий человек в чёрной мантии сделал знак рукой, и двое его сопровождающих остановились, сложив руки за спиной. Глава столичного ордена Инквизиторов, а это был именно он, медленно приблизился к группе кандидатов.

— Стадо баранов, — скривился инквизитор, глядя на нас, — Выстроиться в строй! Быстро! Так-то лучше. Добро пожаловать в Орден, — его голос прозвучал словно эхо в пустом зале, — Рассусоливать не буду. Пришло время показать на что вы способны, не только ваши умения, но и волевые качества. Сегодня решиться ваша судьба, кто-то станет нашим братом, а кто-то уйдёт ни с чем, если, конечно, останется в живых.

Стоящий справа от меня парень побледнел и что-то пробормотал себе под нос. Он явно не ожидал, что экзамен будет настолько сложным, и теперь наверняка задумывался, не зря ли он сюда пришёл.

Уверен, парнишка начитался книжек и наслушался рассказов о приключениях инквизиторов, славе и почестях, а о той грязи, боли и смерти, что их постоянно окружают, не подумал.

— Что значит, останется в живых? — наконец-то решил спросить он.

Глава ордена столичного отделения Инквизиторов смерил парня недовольным взглядом.

— Я вроде ясно выразился, если тебе что-то непонятно или не устраивает, можешь выметаться, никто тебя держать не станет.

— Как вы смеете так со мной разговаривать? — парень мгновенно потерял свою бледность, покраснев от раздражения, — Да вы знаете кто мой отец? Я княжич Островский! Извинитесь немедленно.

Остальные ребята зацикали, пытаясь заставить идиота замолчать. Шутка ли, так разговаривать с главным инквизитором.

— Островский, значит. Очень

— Никак нет, — раздался нестройный хор голосов.

Я промолчал, просто оставшись стоять на месте.

— Семён Владимирович, начнёшь испытания? — повернулся к старшему инквизитору Куваев.

Проскурин кивнул, шагнув вперёд. Его взгляд скользнул по каждому участнику, остановившись на мгновение на мне, а затем переключился на одну из девушек.

— Вы, — обратился он к ней, — Покажите нам искусство боя без оружия. С оружием я уже насмотрелся.

Усмехнулся. Семён Владимирович специально не назвал претендентку на вступление в орден инквизиторов по имени. Уверен, он был осведомлен о каждом, пришедшем на испытание, и сейчас специально показывал, что ребята ничего не стоят в его глазах, по крайней мере, пока не докажут обратное.

Девушка, к которой обратился Проскурин, не проявила ни тени сомнения. Она развернулась, продемонстрировав безупречную осанку, и начала двигаться по кругу, словно танцуя, показывая мгновенные переходы между защитными и атакующими позициями. Тем временем женщина-инквизитор подошла к одному из молодых людей.

— Ты, парень, — её голос прозвучал как сталь, того и гляди, разрежет напополам, — Расскажи о своем видении роли Инквизитора.

Молодой человек глубоко вздохнул и начал говорить, глядя прямо в глаза незнакомке:

— Инквизитор — это страж веры и справедливости. Мы защищаем человечество от тьмы и ереси, даже если приходится идти против собственных страхов и предрассудков. Готовность служить выше личного блага — вот моё кредо, — как по учебнику отбарабанил он, но блондинка, кажется, оказалась удовлетворена ответом.

Её губы тронула едва заметная улыбка, когда она отступила назад. Глава ордена Инквизиторов наблюдал за происходящим с непроницаемым лицом, но его руки, лежащие на эфесе меча, говорили о напряжении и внимании.

— Неплохо, — в это же время произнёс Проскурин, наблюдая за девушкой, продолжающей своё изящное, но смертоносное представление. Её движения были точны и экономичны, каждый шаг, каждая смена позы казались частью тщательно продуманной программы.

— В том-то и дело, что неплохо, — прокомментировала блондинка, — но чего-то не хватает, — Где огонь души? Где тот страх, который заставляет сердце биться чаще? Где импровизация? Движения выверенные и точные, но в реальном бою их не хватит, чтобы победить противника.

Девушка замерла, её глаза встретились с холодным взглядом женщины-инквизитора.

Вдохнув полной грудью, экзаменуемая внезапно бросилась к ней, используя неожиданный набор финтов и уклонений. Атака оказалась молниеносной, но стоило ей оказаться в досягаемости светловолосой женщины-инквизитора, как девчонка уже летела спиной назад.

Одного быстрого, скользящего движения хватило, чтобы девушка шлёпнулась на песок и проехала по нему пару метров.

Не знаю, поняли ли другие ребята, что произошло, смогли ли рассмотреть момент удара, я сумел и должен сказать, остался впечатлён силой и скорость блондинки. Она отразила атаку даже не напрягаясь и не сходя со своего места.

Это, конечно, не уровень Демида Скуратова, но тоже очень неплохо.

— За попытку — плюс, смелости тебе не занимать, а вот за выполнение — минус. Если сумеешь пройти отбор, разберём ошибки, — нахмурив брови, произнесла блондинка.

Проскурин с Надеждой Морозовой, как позже выяснилось, так звали женщину-инквизитора, обходили нас по очереди, задавали каверзные вопросы и требовали показать своё мастерство.

Когда очередь дошла до меня, Семён Владимирович усмехнулся.

— Ну, Саянов, раз уж ты притащил с собой секиру, будь добр, покажи что ты умеешь ей владеть.

— Химера тебя задери! — выругался молча, я ведь так и стоял, не выпуская оружие из рук.

Главное, чтобы строптивая оружие не отказалась повиноваться.

Встал в стойку и сделал несколько пробных замахов.

Сосредоточился, представляя перед собой настоящего противника и пошёл в атаку. Первый удар был наполнен силой и точностью, рассекая невидимого врага надвое. Затем, последовал второй, более сложный манёвр — вращение вокруг своей оси, при котором оружие описало широкий полукруг и сделало показательное движение, результатом которого могла быть только отрубленная голова.

Потом пошёл перекат, уход в сторону, прыжок вперёд и скользящие удары секиры. Оружие не подвело. хоть и недовольно гудело в моих руках. Не нравилось ему работать на публику. Когда я остановился, Проскурин одобрительно кивнул.

— Сойдёт.

— Что значит, сойдёт? — моему возмущению не было предела.

Я, конечно, действовал не в полную силу, даже не в её половину, но всё равно был уверен, что показал достойный результат.

В дело тут же вступила женщина-инквизитор.

— Предположим, противник превосходит тебя числом? Что ты будешь делать?

— В бою важен каждый момент. Нужно использовать все подручные средства, создавать ловушки и действовать неожиданно. Силу можно победить хитростью. Даже если противников много, нужно сделать так, чтобы они нанесли урон друг другу, тем самым облегчить мне задачу.

— А если твоими противниками будут не люди, а скажем, оборотни? Представь такую ситуацию, ты на открытой местности, и тебя окружают четверо волков… Какими будут твои действия?

— В такой ситуации я бы прежде всего выбрал позицию, обеспечивающую преимущество: например, возвышенность или место с ограниченным пространством для маневра противника. Попытаюсь ввести их в заблуждение, используя звуки или отраженные огни, создавая иллюзию большего числа противников. Главное — сохранять спокойствие и не впадать в панику. Умение мыслить стратегически и быстро адаптироваться к изменяющимся условиям может стать решающим фактором в этой битве. Я стал бы чередовать удары оружием с заклинаниями и бить по уязвимым точкам, таким, как глаза и лапы. Если подрезать сухожилия, то тварь станет не опасней домашней болонки. Вообще, нужно смотреть по ситуации.

— И ты не стал бы применять артефакт скрыта? — глядя мне в глаза, спросила Морозова.

— Зачем? Не вижу в этом смысла. Оборотни, в любом случае, учуют свою цель, с их-то звериным обонянием.

— Верно, — усмехнулась блондинка, перейдя к следующему экзаменуемому.

Что это за фарс?

Я в недоумении смотрел на происходящее. Сначала говорят о смертельном испытании, а потом устраивают какой-то цирк, а мы видимо в роли клоунов. Нелепо.

Стоило об этом подумать, как раздался резкий хлопок.

— Достаточно, — разнесся усиленный заклинанием голос главного инквизитора, — Первый этап экзамена вы выдержали. Впрочем, неудивительно, только совсем слабаки не смогли бы справиться с поставленной перед вами задачей.

— А

— Непременно, и начнётся он прямо сейчас. Посмотрите друг на друга, — мы все переглянулись, — С этой минуты вы непримиримые враги. Вам предстоит бой насмерть. Каждый сам за себя. Кто останется в живых, тот займет место среди братьев инквизиторов. Остальным, увы, это будет уже неинтересно.

Такого не ожидал даже я. Слишком жёстко. Не люблю бессмысленные смерти.

На лицах ребят читалось недоумение вперемешку со страхом. Идя на экзамен для вступления в орден Инквизиторов, никто из них не предполагал, что сегодняшний день, может стать последним. Я видел, как темноволосый парень немногим старше меня сжал кулаки, как стоящим за ним шатен стиснул зубы, ещё один — светловолосый бугай, опустил голову, а затем, а затем резко выдохнул.

— Я ухожу. Нахрен такие испытания. Я шел сюда не для того, чтобы убивать людей, а чтобы сражаться с нежитью.

Он бросил гневный взгляд на Куваева и быстро зашагал прочь с полигона.

Темноволосая девушка, боевой «танец» которой мы все видели, последовала за ним.

Шатен качнулся с пятки на носок.

— Прав Илюха, в гробу я видел такие экзамены. Не за этим мы сюда приходили.

Осталось трое. Не считая меня. Честно говоря, хотелось плюнуть на всё и отправиться следом, но я не мог. Мне нужен был орден, и я не собирался менять планы из-за какого-то тупого испытания.

Случайно засёк брошенный на меня взгляд Проскурина и увидел в нём разочарование.

Старший инквизитор хотел, чтобы я покинул полигон и отказался от соревнования.

Ну уж нет!

Я выйду победителем, но драться буду по своим правилам. Если я успел правильно оценить ситуацию, то испытание прошли как раз те трое — кто отказался от смертельной схватки. Остальные, априори, проиграли, вот только я не привык сдаваться.

Задача передо мной стояла сложная, но вполне выполнимая. Всего-то нужно было не позволить никому убить друг друга и одновременно с этим расправиться с соперниками, не причиняя смертельного вреда.

Ага, легче лёгкого.

Инквизитор, наблюдая за нами, явно наслаждался происходящим.

— Время пошло, — произнес он, в очередной раз хлопнув в ладони.

Глава 14

Как только Николай Васильевич Куваев дал отмашку к началу боя, я сразу почувствовал энергетические колебания. На площадку, где мы стояли, опустился защитный купол.

Бросил взгляд на своих противников: двух парней и одну девушку, которым я должен был помешать убить друг друга.

Судя по их лицам, каждый был настроен решительно и готов на всё, чтобы выжить и победить.

Самым опасным казался черноволосый парень, но и второго противника тоже не стоило сбрасывать со счетов, да и девушка, хоть и выглядела хрупкой на вид, могла преподнести немало сюрпризов.

Первым в бой рванул княжич Островский. Своей первой целью он выбрал девчонку, видимо посчитав её лёгкой мишенью, но ошибся.

Девушка оказалась готова к нападению. Стоило противнику приблизиться, как его в грудь ударил воздушный кулак. Парень отлетел на несколько метров и шлёпнулся на задницу, но тут же вскочил на ноги, потому что противница решила закрепить успех и сейчас метала в него воздушные стрелы одну за другой.

В это же время черноволосый бросился на меня, формируя в руке огненный шар.

Хм-м, неплохо, очень неплохо, но слишком мало, чтобы меня победить. Огненный всполох просвистел мимо моей головы, и ударившись в защитный барьер, с шипением погас, а мой соперник уже метнул нож. Пришлось применить слабое заклинание разгона, чтобы уйти из-под удара.

Противник на этом не остановился, решив вступить в ближний бой. Секира запела в руке, требуя крови.

Вот зараза. Не в этот раз.

Моё новое оружие не было создано для тренировочных боёв, его можно было использовать только в смертельной схватке, поэтому, недолго думая, я откинул секиру в сторону, а сам поднырнул под мечом противника. Лезвие с шумом разрезало воздух, пройдя в нескольких миллиметрах над моей головой, но я не переживал, зная, что успею увернуться. Я двигался даже не в полную силу, стараясь продемонстрировать как можно меньше своих способностей.

Черноволосый не успел даже понять, как я оказался за его спиной, чтобы в следующую секунду произвести оглушающий удар.

Мой противник кулем рухнул на землю, а я резко повернулся к сражающейся парочке. Островский проигрывал девчонке по всем фронтам. Он уже с трудом держался на ногах, водяной щит, удерживающий заклинания, которые посылала в его сторону девушка, был порван в нескольких местах. Да и сил его поддерживать у парня практически не осталось.

— Ты пока полежи тут, — бросил черноволосому, хотя тот и не мог меня услышать, а потом выкрикнул громче, — Эй, ты, оставь его в покое и сразись со мной.

Нападать исподтишка не стал, это подло и некрасиво. Окажись я в реальном бою с монстрами, нежитью или ненавистными врагами, там бы у меня колебаний не возникло. В смертельных схватках правила не действуют, а здесь можно поиграть в благородство.

К тому же, ну какие эти ребята для меня противники?

Смех, да и только.

Девица резко повернулась ко мне.

Красивая, но по лицу видно, что стерва.

Девушка оскалилась не хуже вампира. В глазах её загорелись алые всполохи.

Какого?

Она что, не человек? Да быть того не может.

Пока я рассматривал противницу, она времени зря не теряла, тут же запулив в меня десяток воздушных стрел. Я тоже использовал эту же стихию, выставив барьер, в котором растворились заклинания. брошенные девушкой.

А сил у красотки оказалось немало. Сражаясь с парнем, который сейчас сидел на песке и скулил от боли, она ни капли не устала. Даже не вспотела, зараза.

Поняв, что просто так меня не взять, противница разозлилась. Гримаса ярости исказила аристократические черты лица.

— Да сдохни ты уже! — прорычала она, швыряя в меня воздушный диск, который запросто мог нашинковать меня в капусту. Ну, или рассечь пополам, что немногим лучше.

Пришлось рыбкой нырять на землю и делать перекат.

Поняв, что атака опять прошла мимо, девчонка начала творить что-то уж совсем непонятное.

Я сначала не сообразил в чём дело, просто почувствовал, как стало жечь руки. Потом жар перекинулся на остальные части тела, кровь в венах начала вскипать.

Какого болотного жмыха тут происходит?

Ещё раз взглянул на девушку, понимая, что именно она виновата в том, что мне резко стало плохо.

Покачнулся, пытаясь устоять на ногах, но не сумел, рухнув на колени.

Вот тебе и слабая противница.

Вампир во

Девушка в это время медленно приближалась ко мне, на её бледном лице мелькнула хищная улыбка победительницы. Она целенаправленно шла убивать. Такая не пощадит, для неё главное победа, и неважно, какой ценой она будет достигнута, даже если эта цена — жизни других людей.

Ненавижу подобных мразей.

А ведь я только сейчас понял, что именно сделала моя противница, и почему в её глазах мелькали алые всполохи.

Двуталант: магия воздуха и крови. Редкое сочетание и очень убойное. Если уметь правильно оперировать такими способностями, то можно взлететь очень высоко. Уверен, подобные маги здесь ценятся на вес золота.

Окажись на моём месте обычный человек, эффект оказался бы немного другим: более слабым и безболезненным, но я вампир и сейчас заклинание умиляющейся гадины меня убивало.

Нужно было срочно заканчивать бой, что я и сделал. Сосредоточится было сложно. Боль скручивала в узел каждую мышцу, пронизывала кости, словно к ним приложили раскалённый металл, но я привык терпеть.

Не впервой, прорвёмся.

— Слабак, — презрительно скривила губы противница, усиливая воздействие на кровь, а в следующую секунду завалилась на спину и затряслась всем телом, а затем, потеряла сознание.

Небольшая молния, выпущенная мной, сделала своё дело. Самым сложным оказалось рассчитать её мощность, потому как убивать стерву я не собирался, лишь нейтрализовать на время.

Как только девушка упала, уперся ладонями в землю и зарычал, сбрасывая напряжение. Действие заклинания тут же прекратилось, боль начала ослабевать, жжение практически исчезло, а вот дрожь всё не проходила. Пришлось потратить несколько секунд на то — чтобы прийти в себя.

Сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, уже собираясь подняться, как услышал позади себя шорох. Чувство опасности взвыло белугой, и я резко обернулся, готовый принять удар, но его не последовало.

Потрёпанный заклинаниями стервы Островский решил воспользоваться подвернувшейся возможностью и прикончить меня, пока я был слаб и беспомощен. На самом деле даже в таком состоянии я сумел бы с ним справиться, не прилагая особых усилий, но драться мне не пришлось.

Этот идиот собирался убить меня моей же секирой и сейчас орал благим матом, тряся руками.

А вот нечего было хватать чужое оружие. Поделом ублюдку. Я ему, можно сказать, жизнь спас, а он решил напасть со спины, неблагодарная сволочь.

Несмотря на слабость поднялся на ноги, и сократив расстояние, отправил парня в нокаут, подобрал секиру и только потом повернулся к экзаменаторам.

— Я думаю, испытание можно считать законченным, господин Главный Инквизитор?

— Почему ты их не убил? Я ведь озвучил условия поединка и в них чётко было сказано: бой до смерти, — Куваев пристально посмотрел на меня, ожидая ответа.

— Ну, — пожал плечами, — Мне не понравились ваши условия, и я решил их изменить.

— Дерзкий. А если я прикажу тебе их добить?

— Не стану.

— Противиться приказам Главного Инквизитора верх наглости, — резко бросила Надежда Морозова.

— Сомневаюсь, что господин Куваев отдаст подобный приказ.

Николай Васильевич негромко усмехнулся и демонстративно щёлкнул пальцами, снимая защитный купол и переглянулся с Проскуриным.

— Не люблю я таких борзых, от них слишком много проблем, но другим у нас и не выжить. Это твой протеже, Семён, вот сам им и занимайся.

— Но…

— Никаких но, у тебя как раз недокомплект в команде, вот и возьмёшь к себе, натаскаешь.

В это время зашевелились мои противники, приходя в себя.

Встал в пол-оборота, так, чтобы не оказаться к ним спиной, а то хрен знает, что взбредёт в голову этой троице.

От таких можно ожидать чего угодно.

— Итак, — громко произнёс Куваев, — Победителем испытания становится Александр Саянов, добро пожаловать в орден братьев Святой Инквизиции, юный послушник.

— Благодарю, — склонил голову в ответ.

Николай Васильевич ещё раз окинул всех нас взглядом, и развернувшись, зашагал прочь. За ним последовала женщина-инквизитор.

— Александр, пойдём со мной, — бросил Проскурин, — А вы трое, что встали? Шевелитесь.

У входа на полигон стояли несколько молодых инквизиторов, которые издалека наблюдали за нашим состязанием.

— Павел, — обратился Семён Владимирович к одному из них, — Проводи эту парочку до выхода, чтобы духу их здесь больше не было.

Девушка раздражённо фыркнула, делая шаг вперёд и демонстративно задевая меня плечом.

— Это ты виноват. Всё из-за тебя, — прорычала она, окатив меня гневным взглядом.

— И в чём же я виноват, — ответил насмешливо, — Может в том, что победил?

— Ты не победил, — рассерженно прошипела девушка, — Ты даже не смог никого убить. Кишка тонка оказалась. Как ты будешь сражаться с нежитью, такой добренький. Их тоже пожалеешь? А вот они тебя нет, быстро голову откусят.

Эта идиотка так и не поняла, что, убив нас, она не стала бы победителем и не вошла в ряды послушников Святой Инквизиции, а наоборот, проиграла.

Не стал ничего отвечать, отвернулся и зашагал вслед за Проскуриным.

Глава 15

Проскурин больше не сказал ни слова. Он шёл, погрузившись в свои мысли, и я не стал его отвлекать. Вопросы у меня имелись, но их можно было задать позже. Хотя…

— Семён Владимирович, а куда, собственно, мы идём?

— В первые две недели, прошедшие отбор проживают на территории ордена, поэтому, веду показывать тебе твою комнату, — выпал из задумчивости Проскурин.

— Так объяснили бы куда идти, сам дошёл.

— Много вас таких умников было. Искать потом задолбаешься. Тут у нас такие катакомбы, что иногда бывалые инквизиторы плутают.

Ничего не ответил, подумав, что Семён Владимирович решил просто меня проконтролировать, но по мере того, как мы углублялись внутрь замка, действительно понял, отправься я искать комнату один, с трудом бы добрался до назначенной цели.

Хорошо поработали строители, да и не только они. В стенах замка была заложена довольно мощная магия, которая искажала пространство.

Не знаю, кто именно накладывал подобные чары, но я бы с удовольствием побеседовал с этим умником. Только вот сдаётся мне, что заклинания, вплетённые в стены замка, находятся тут с момента его основания, а это…

Хрен знает когда было. Вряд ли тот человек до сих пор жив, а жаль.

Ещё раз внимательно присмотрелся. Занятно.

Даже мне пришлось бы долго разбираться в хитросплетениях структур, плотно переплетённых друг с другом, но я бы не

Хотя, разве я когда спрашивал у кого-то разрешения?

А ведь я практически на сто процентов уверен, что идущий впереди Проскурин не видит раскинутую сеть магических сигнатур. Интересно, а Куваев в состоянии её рассмотреть?

Думаю, что нет.

— Завтра тренировка в восемь утра. Один никуда не ходи, всё равно заблудишься.

С этим бы я поспорил, потому как незаметно от Старшего Инквизитора, оставлял на раскинутой по всему замку сети свои метки. Это не требовало большого труда и высоких энергозатрат, только сноровки, собранности и длительной практики, а она у меня, поверьте, была, да ещё какая, но я, естественно, не стал ничего говорить по этому поводу Проскурину.

— Через пару часов за вами придут. Кстати, комнаты рассчитаны на двух человек, так что придётся потесниться… и постарайся не конфликтовать с соседом.

— Что? Почему я должен с кем-то конфликтовать?

— Да потому что, характер у тебя, Саянов, паршивый.

— У вас обо мне сложилось превратное впечатление. Я, вообще, белый и пушистый, просто душка.

— Ну да… ну да… Ладно, я предупредил и это… Давай-ка зайдем в оружейную, оставишь там свою секиру. Нечего таскаться по замку с оружием.

Я сразу напрягся.

— Нет.

Семён Владимирович резко обернулся.

— Опять перечишь.

— Просто не хочу, чтобы кто-то из братьев инквизиторов пострадал, — бросил в ответ и провёл ладонью по лезвию секиры, — Она у меня с характером.

— Видел, что не простая, а с сюрпризом.

— Вот-вот, не удержится кто-нибудь, попробует взять, может и без руки остаться.

— Ладно, хрен с тобой, пусть остаётся, но с собой не таскай, спрячь в комнате. Я для тебя и так исключение сделал. Послушникам в первый месяц запрещено ношение боевого оружия на территории ордена.

— А чего так? Неужели мы представляем угрозу?

— Ага, друг для друга. Был у нас случай лет двадцать назад. Два молокососа что-то не поделили между собой и устроили свару. Одного нашли в выпущенными кишками, а второго без ноги. Вообще, между братьями смертельные схватки запрещены, если случился конфликт, полигон рядом. Тренировочные поединки никто не отменял, мутузьте там друг друга сколько хотите, главное, не убейте.

— Понял, спасибо за разъяснение.

Правильный подход, если инквизиторы начнут убивать и калечить друг друга, некому будет охотиться на нежить.

В итоге, за разговорами мы добрались до шестого этажа.

— Семён Владимирович, вы сказали, что за нами придут через два часа.

— Угу.

— И куда нас потащат, если тренировка завтра?

— Вот и узнаешь в своё время.

— Не люблю находиться в неведении.

— А я не люблю, когда меня донимают не по делу, — поморщился Проскурин.

— Мы же теперь в одной команде. Вы, вроде как, мой куратор, значит, обязаны ввести в курс дела.

— Ничего я тебе не обязан, — рявкнул Старший Инквизитор, — Свалился на мою голову. Всё, пришли. Вот твоя комната. На сегодня мои обязанности няньки окончены. Всего доброго, Саянов, — прорычал Проскурин, и оставив меня стоять напротив закрытой двери, направился прочь.

— Ну и ладно, не больно и хотелось.

Для приличия постучал, а потом распахнул дверь, прекрасно зная, что она не заперта изнутри, так как это было запрещено правилами.

Немного опасался, что попаду в спартанского вида келью, но всё оказалось намного лучше. Повезло, послушников здесь всё-таки не держали в чёрном теле.

Комната оказалась небольшой, но уютной. Стены были окрашены в тёплый коричневый цвет, а единственное окно с решёткой свободно пропускало солнечный свет. На столе, покрытом темной скатертью, лежали две стопки книг.

Поморщился.

Опять сидеть за партой и изучать писания, трактаты о борьбе с нежитью и прочие премудрости?

Не любил я теорию, хоть и хорошо в ней разбирался, прекрасно понимая, что без неё никуда.

По бокам комнаты располагались две деревянные кровати, в изголовьях которых стояли небольшие тумбы.

На одной из кроватей развалился белобрысый бугай, который первым покинул испытания, отказавшись сражаться насмерть.

— Здорово, — поприветствовал я его.

— О, победитель явился, — бросил он злобно, даже не посмотрев в мою сторону.

— Тебя что-то не устраивает?

Парень принял сидячее положение и уставился на меня. В глазах блондина читалось неприкрытое презрение, словно он увидел перед собой ядовитого тарантула, которого необходимо срочно раздавить.

— Я не собираюсь жить в комнате с убийцей.

— Все мы убийцы в той или иной степени, — ответил флегматично, пожав плечами, — Но, если ты имеешь в виду испытание, которое проходило сегодня, то могу тебя уверить, все остались живы.

— Да ну? — не поверил мне здоровяк.

— Хочешь — верь, хочешь — нет, твоё право, мне без разницы.

— Но как ты тогда победил? Ты же, победил?

— Да просто вырубил этих идиотов и всё.

— Один, всех троих?

— Угу.

— Расскажешь? — поинтересовался бугай, уже полностью прекратив сердиться и метать в меня взгляды-молнии.

Отходчивый, это хорошо. С таким проще иметь дело.

— Расскажу, но давай не сегодня, — пробормотал в ответ, убирая секиру под кровать.

Ладонь обожгло, а по руке пробежала дрожь неудовольствия. Своенравная секира не хотела, чтобы её прятали.

Блондин жадно смотрел за моими действиями.

— Крутое оружие, — выдал он наконец.

— Ага, ты только его не трогай. Моя секира дама строптивая, может так прилететь, что мало не покажется.

— Понял, не дурак. С привязкой значит?

— Да, — не стал поправлять парня.

Привязки как раз никакой не было. Просто я сумел договориться с секирой, и не факт, что она станет меня слушаться дальше.

Хотя, куда она денется?

Пусть только попробует выкинуть какое-нибудь коленце. Расплавлю нафиг.

— Меня, кстати, Илья зовут… Малинин.

— Александр Саянов, — представился в ответ и протянул руку.

Рукопожатие оказалось крепким. Даже чересчур. Будь я обычным человеком, испытал бы пару неприятных мгновений.

Блондин внимательно следил за моим лицом, видимо надеясь, что поморщусь или хоть как-то выкажу негативные эмоции, но я всё также стоял с расслабленной полуулыбкой, глядя в глаза здоровяка.

— Ну что, я прошёл проверку?

— Угу, — буркнул Илья, — Извини.

— Забудь.

В животе резко заурчало, напоминая, что я не ел с самого утра. Кровь — кровью, но и обычная пища мне тоже необходима.

— Слушай, а нас тут кормить вообще собираются?

— Должны. На обед мы уже не успели,

Значит придётся подождать.

Я плюхнулся на кровать и растянулся во весь рост, прикрыв глаза, и собираясь немного подремать. Несмотря на то — что выглядел я вполне энергичным и полным сил, спать хотелось неимоверно, а всё эта треклятая вампирская сущность виновата. Как ни крути, я теперь ночное создание, благо мой магический источник нивелирует процессы в организме и позволяет бодрствовать в любое время суток.

Правда долго не пролежал, только начал погружаться в сон, как из дремоты меня выдернул громкий голос Ильи:

— Саня, ты так и собираешься валяться?

— А что ещё делать? — поинтересовался, не открывая глаз.

— Как что? Учить устав ордена, а ещё клятву, которую у нас будут принимать сегодня после ужина.

— Твою же пещерную каракатицу!

Вот ведь, Проскурин, хитрый жук, мог бы и предупредить. Специально проверяет на прочность?

Пришлось нехотя подниматься.

— Я ещё тоже ничего не смотрел, — указал блондин на стопку книг, поверх которых лежали две толстые брошюры.

Потянулся, понимая, что сон мне в ближайшее время не светит.

— А ты откуда узнал про клятву?

— Братья инквизиторы подсказали. Я как только вышел с полигона, меня тут же двое остановили и заявили, что я прошёл испытание. Представляешь, сначала даже не поверил.

— И зря, на экзамене Куваев проверял что каждый из нас представляет. Ты правильно тогда сказал, мы должны истреблять монстров, искоренять ересь, а не убивать друг друга. Хотя, некоторые люди иногда хуже нежити.

— Вот тут я с тобой полностью согласен.

До самого вечера мы с Ильёй штудировали брошюру и оторвались только тогда, когда дверь отворилась, и в комнату заглянул брат инквизитор.

— На ужин, — буркнул он, и мы тут же вскочили с места, потому что жрать хотелось зверски.

Опять пришлось идти длинными витиеватыми коридорами.

Столовая располагалась на первом этаже, но мой вампирский нюх задолго до этого почувствовал запах жареной картошки, лука, мяса, тушёных овощей и жгучих приправ. Едва удержался, чтобы не рвануть вперёд нашего провожатого.

Столовая оказалась большой, светлой и просторной.

Обвел взглядом помещение. Сейчас здесь находилось не так уж много инквизиторов, примерно человек пятьдесят. На нас практически никто не обратил внимания. Только единицы повернули головы и снисходительно улыбнулись, мол, новички, что с них взять.

Как только шагнули на порог, наш провожатый словно испарился.

Мы с Ильёй переглянулись, и пожав плечами, споро направились к стойке раздачи.

Разносолов здесь не было, хоть и кормили инквизиторов, как на убой. Сытная, калорийная пища, то — что нужно для воина.

— О, смотри, Саня, вон там Серёга, — указал он за дальний столик, где сидел шатен на пару с девушкой брюнеткой, которые сегодня покинули полигон вслед за Ильёй, — Пойдем к ним.

Я не имел ничего против.

Глава 16

На раздаче стояла высокая женщина лет тридцати с рельефной мускулатурой и сосредоточенным выражением лица. Создавалось ощущение, словно она не еду подавала, а готовилась к серьёзной схватке с множеством противников.

Помнится, у меня в замке, кухней заведовала Эльмира: полная, пышногрудая, низкосра… низкорослая представительница гномьего племени, но тучность фигуры ни в коем разе не мешала ей гонять своих подчинённых в хвост и в гриву, и прекрасно справляться со своими обязанностями.

При этом, доброжелательная улыбка всегда блуждала на её пухлых губах, даже если она распекала работников. Видел однажды, жуткое зрелище скажу я вам. Думаю, любая нежить, увидев Эльмиру в гневе, бежала бы как можно дальше, сверкая пятками, но готовила женщина, пальчики оближешь, а к братьям инквизиторам пылала чистой дружеской любовью. Никто и никогда не уходил из столовой моего замка голодным. А ведь это надо постараться. накормить более тысячи проголодавшихся инквизиторов.

Сейчас же, я с опаской глядел на повариху, слишком уж злобным был её взгляд, того и гляди огреет черпаком по голове, но обошлось. Она всего лишь наплюхала нам в тарелки пюрехи с гуляшом, выдала по порции тушёных овощей и по паре ломтей хлеба.

— Ягодный отвар вон в том чане, — указала она на стоящий в углу стол, на котором возвышался большой бак.

За край пузатого «монстра» была подвешена поварёшка, а рядом выстроились в ряд пустые стаканы.

Не успели мы отойти, как взгляд работницы столовой переместился нам за спину.

— Можно двойную порцию, — раздалось нерешительно, — Ну, чего встали, двигайтесь, парни.

Высокий, широкоплечий инквизитор видимо тоже проголодался и стремился побыстрее получить свой ужин, подгоняя нас отойти от стойки раздачи.

— Давай сначала отнесём всё за стол, а потом вернёмся за отваром.

Согласно кивнул.

Подхватив большие тарелки, ибо порции тут были действительно огромными, мы поспешили убраться из-под грозного взора поварихи… или подавальщицы, хрен пойми, но сдаётся мне, сегодня нас кормила сама повелительница кухни.

— Привет Сергей, рад тебя видеть, — радостно произнёс Илья, едва мы дошли к столу, — Можно присоединиться?

— Садитесь, — буркнул шатен и одарил меня острым, как лезвие бритвы взглядом.

Посмотрел на девушку, которая в ответ просто пожала плечами.

— Знакомьтесь, это Александр Саянов, — указал на меня Малинин, — А это Сергей Воронов и Елизавета Калинина.

— Рад знакомству, — кинул ребятам и опустился на свободный стул.

— Александр, — девушка, отложив вилку, поджала губы и упёрла в меня пристальный взгляд, — Расскажи, как тебе удалось оказаться среди послушников? Ведь настоящей задачей на экзамене было не уничтожить противников, а наоборот, показать, что мы не бездумные убийцы, гонящиеся за славой.

— Так он никого не убил, — опередив меня, выпалил Илья.

— Малинин, тебя где учили манерам, в хлеву? Некультурно встревать в чужой разговор, — осадила парня Елизавета.

— Да я чего… Я ничего…

Теперь уже и шатен посмотрел на меня с интересом.

— Ребята, а давайте я потом расскажу. Есть хочу жутко. Голодный как болотный жмых.

— А жмых это кто? — с любопытством поинтересовалась девушка.

— Да есть одна тварюшка, — ответил расплывчато.

Жмыхом в моём Мире называли полужабу-полупаука. Огромный монстр переросток под два метра в высоту с телом лягухи, шестью глазами и восемью парой лап: быстрый, злобный и жутко прожорливый.

Вот и я, наверное, со стороны сейчас походил на него, не внешним видом, а зверским аппетитом, который пытался утолить, быстро поглощая лежавшую передо мной снедь.

Когда тарелки опустели, поднял голову и с удивлением заметил, что все трое смотрят

— М-да, Александр, такое чувство, что ты не ел целую неделю.

Пожал плечами.

— Просто у меня хороший аппетит.

Едва справились с ужином, как в столовую зашел наш сопровождающий и остановился в дверях, выразительно глядя в нашу сторону.

— Пора, — в нетерпении поднялся из-за стола шатен, — сейчас начнётся самое интересное.

— Что именно?

— Как что? Посвящение в послушники! — не скрывая эмоций ответил парень.

— Я думал, мы и так ими стали, но если для этого необходимо принести клятву, то…

— Да нет же! Необходимо пройти специальный ритуал. Мне брат по секрету рассказывал.

— А кто твой брат?

— Инквизитор, — гордо произнёс Сергей и тут же помрачнел, — Был.

Понятно, гибель братьев ордена частое явление.

Нас опять вели по длинным петляющим коридорам, пока мы не оказались в небольшом практически пустом зале, в центре которого возвышалась длинная, практически достигающая потолка, треугольная, светящаяся стела с выгравированными по всей её поверхности рунами, от которой шла такая мощь, что я споткнулся на полушаге.

Я знал, что это такое, точнее — догадывался. Именно в этой штуковине была заключена магия, которая обволакивала замок сверху донизу. От её центра, тянулось мужество невидимых нитей, которые вплетались в каменные стены здания, опутывая их словно паутина.

Я уже встречал нечто подобное в прошлом Мире. Мой друг эмир Тхалар имел точно такую же в своём дворце, сделав его практически неприступным для врагов.

Почему практически?

Потому что в любой защите есть уязвимые места, только найти их может не каждый, да практически никто, кроме меня.

Рядом со стелой стояла всё та же троица экзаменаторов: глава столичного ордена Инквизиции Куваев Николай Васильевич, его правая рука Проскурин Семён Владимирович и женщина-инквизитор Морозова Надежда Мстиславовна.

Ан нет, чуть в стороне присутствовал ещё один представитель ордена: невысокий, невзрачный человек, походивший на серую, неприметную мышь.

На такого посмотришь, отвернёшься и через минуту забудешь, как он выглядел.

Моё чутьё сразу же забило тревогу. Опасный тип и непредсказуемый: хитрый, коварный, способный при случае принести немало проблем тому, кто встанет на его пути.

В нём не было той силы, которая исходила от главы ордена Инквизиции, но один взгляд этого человека дал мне понять, что с ним лучше не связываться, и уж ни в коем случае не переходить дорогу этому типу.

Таких людей нужно держать в друзьях и не допускать, чтобы они перебрались в категорию врагов.

Дверь вновь открылась, и в зал вошли ещё четверо. На вид такие же послушники, как и мы. Значит, была ещё одна группа, которая проходила испытания в другое время, нежели мы.

— Яков Сигизмундович, можете начинать, — негромко произнес Куваев, и вперёд вышел невзрачный инквизитор.

— Доброго вечера, юные послушники, — вкрадчиво проговорил он и мне сразу не понравился его голос.

— Доброго, — нестройно ответили мы.

— Сегодня вам оказана великая честь вступиться в ряды братьев нашего ордена. Надеюсь, вы понимаете всю ответственность, которую налагает на вас миссия, выполняемая Святой Инквизицией. Вы забудете про сон, про еду, про семью. Вашей женой… — Яков посмотрел на единственную среди нас девушку и добавил, — или мужем станет работа. Вашей задачей будет искоренять ересь, нечисть и нежить, выжигать их калёным железом с лица нашего Мира. Вы должны быть готовы к самым жестоким испытаниям, к борьбе не только с внешними врагами, но и с собственными страхами и сомнениями. Ересь может скрываться в самых неожиданных местах, даже среди тех, кто на первый взгляд кажется добродетельным. Вы обязаны быть бдительными, как ястребы, готовыми к атаке в любой момент. Ваша жизнь теперь станет полна опасностей и трудностей, но знайте, что вы не одни. У вас есть братья по оружию, и вместе мы сможем преодолеть любые преграды. Помните, что ваши действия будут иметь последствия. Каждый ваш шаг может повлиять на судьбы сотен, а может даже тысяч жителей Империи. Мы не просто охотники на нежить, мы защитники света в этом мрачном мире…

Яков Сигизмундович распинался ещё очень долго. Он не фонтанировал эмоциями, наоборот, его слова словно обволакивали нас с ног до головы, пробирались в мозг, заставляя глубже проникнуться идеями Инквизиции.

Он словно давал установку, даже я на мгновение поддался его влиянию, а потом резко встряхнулся, словно сбрасывая со своих плеч невидимую пыль.

— Тьфу, да он же менталист. Слабый по моим меркам, но даже так, сумел зацепить меня, пусть и самым краешком, что уж говорить об остальных ребятах.

Мои братья в прошлом Мире наверняка смеялись бы до упаду, узнав, что Великий Инквизитор Лорн поддался обыкновенному внушению.

А здесь, оказывается, всем новобранцам знатно прочищают мозги, закрепляя мотивацию и веру в непогрешимость Святой Инквизиции.

Сделал вид, что тоже слушаю с отрытым ртом. Нечего выделяться из общей массы.

— А сейчас, наступает самый важный момент. Каждый из вас принесёт священную клятву. Я хочу, чтобы вы осознали, что произносимые слова — это не просто обязательство, — продолжил Яков, его голос стал глубже и тише, — Это момент, когда граница между вашим прошлым и будущим станет непреодолимой. Каждый раз, когда вы будете держать меч в руках, когда будете сталкиваться с тьмой, вспоминайте, что эта клятва — источник вашей силы.

Тьфу. Ну зачем столько пафоса. Вот любят же некоторые инквизиторы пустить пыль в глаза, у меня раньше тоже имелось несколько таких человек. Хлебом не корми, дай повыпендриваться перед другими и показать свою значимость, но у стоящего напротив типа были совсем другие причины вести себя подобным образом: чем больше он говорил, тем больше закреплялось ментальное внушение в непогрешимость Святой Инквизиции.

— Начнём с тебя, — указал Яков на незнакомого мне парня, высокого, с непослушной копной рыжих, кудрявых волос.

Послушник смело шагнул вперёд и без единого сомнения начал произносить слова клятвы.

Как только он закончил, Яков указал ему подойти к стеле и положить ладонь на небольшую выемку, расположенную примерно на уровне груди.

Присмотрелся, таких углублений на каменной плите было несколько.

Парень сделал так, как ему велели. Я уже настроился на спецэффекты: сияние света, разноцветные искры, облачный нимб над головой или же, наоборот, кару небесную, но ничего не произошло. Неизвестно, какие настройки были заложены в изначальную защитную сеть.

Интересно, что всё это значит? Хотя, я примерно предполагал, что должно было произойти.

Пока разглядывал стелу, настала и моя очередь.

Шагнув вперёд, начал зачитывать выученные заранее строки:

Поначалу немного напрягся, опасаясь, что меня прямо здесь поразит молния, но ничего не произошло. Я говорил с жаром и искренностью, но мысленно интерпретировал слова клятвы совершенно по-другому, ибо под тьмой и мраком я понимал совершенно иное, нежели инквизиторы этого Мира. Нежить и нечисть не всегда была равнозначна злу, которое подлежало уничтожению, а ересь не всегда оказывалась тем, чем являлась на самом деле.

Пришла моя очередь приложить ладонь к стеле.

Я не сомневался ни секунды, но был готов ко всему. Даже к тому, что защита замка распознает во мне нежить, а значит, придётся как-то выбираться отсюда, что довольно проблематично, если учитывать полный замок инквизиторов. Тут никакие силы не помогут, служители ордена просто сотрут меня в порошок.

Кожу на мгновение защипало, но на этом всё закончилось.

— Уф-ф, — выдохнул мысленно.

Я рисковал и очень сильно, но что такое жизнь без риска?

Правильно, скукота.

Хорошо, что мои опасения оказались беспочвенными. Стоило коснуться стелы, как перед глазами появилась карта замка. Нет — не так. Я увидел свою комнату, затем — коридоры ведущие на первый этаж в столовую, а потом — путь до тренировочного зала и оружейной. На этом картинка заканчивалась, и я знал, что теперь точно не заблужусь, добираясь до назначенного места. Это был допуск, но какой-то ограниченный. Попытался мысленно пробиться сквозь стены и расширить охватываемую территорию, бесполезно.

Хотя, чего я ожидал? Послушникам никто не даст свободно разгуливать по замку и совать свой любопытный нос во все щели.

Кинул взгляд на другие выемки, которые сто процентов открывали больше возможностей, но воспользоваться ими мог не каждый. Уверен, что для их открытия необходим магический ключ-активатор, и что-то я сомневаюсь, что к самой верхней ступени имеет доступ даже глава столичного ордена Святой Инквизиции.

На этом ритуал посвящения в послушники закончился. Нас быстро вывели из зала, у двери которого стоял всё тот же сопровождающий, а рядом с ним находился ещё один.

— За мной, — сказали они одновременно, и наша процессия разделилась.

Ясно, значит у нас две сформированные группы по четыре человека, и, если вспомнить, как я обучал своих новичков, с завтрашнего дня мы станем соперниками. Не удивлюсь, если вскоре появится ещё несколько таких же команд. У каждой группы будет свой куратор…

Вот теперь я понял, почему Проскурин ходил такой смурной после того, как Куваев приказал ему стать моим наставником, да потому — что кроме меня, ему в нагрузку шли ещё три послушника.

Провожатый довел нас до одного из коридоров, а потом просто махнул рукой.

— Дальше сами.

— Какой-то он немногословный, — усмехнулся Илья.

— Есть такое.

— Куда дальше? — завертел головой парень.

— Туда, — уверенно показал налево, — Ты разве не получил знания о расположение некоторых коридоров и помещений?

— Получил, но… — Малинин почесал затылок, — просто непривычно всё это. Не сразу сообразил, где именно мы сейчас находимся.

— Привыкай и учись быстро ориентироваться. Это поможет сохранить жизнь в критических условиях.

Тихо переговариваясь, мы не спеша добрались до своей комнаты. Я хоть и отвечал на вопросы Ильи, но не забывал одновременно с этим разгадывать защитную вязь. Если смотреть пристально, то можно было заметить, что её нити отличаются по цвету. Хотелось бы понять, какая из них за что отвечает.

Прикладывая ладонь к выемке на стеле, мы прошли инициацию: свой-чужой.

Сейчас, в этих коридорах, мы были своими, можно сказать хозяевами, правда, с ограниченными возможностями, а вот выйти за их пределы не могли, точнее — могли, но, защита восприняла бы нас как чужаков, вновь искривляя пространство и не позволяя добраться до нужной точки и ладно бы только это. Уверен, в магические нити было вплетено немало смертельных ловушек. Самое безобидное, что могло случиться с нарушителями границ, это внезапное появление на нижних этажах здания в одной из пыточных, ну… или в камере, где был заточен кто-нибудь из нежити, но я всё равно, при случае, собирался исследовать эту магическую сеть.

Конечно, это случится не сегодня и не завтра, но обязательно в скором времени. Очень уж мне хотелось посмотреть, какие секреты скрывает столичный замок Ордена Инквизиторов.

— Слушай, Илья, а ты ведь аристократ? — развалившись на кровати, поинтересовался я.

— Это так принципиально? — сразу же напрягся Малинин.

— Да нет, просто спрашиваю.

— Наполовину, — нехотя ответил парень, — Я бастард.

— А Сергея с Елизаветой откуда знаешь?

— Сергей мой брат по отцу, законный младший сын барона Воронова. Как ни странно, но с ним у нас сложишь хорошие отношения, и в отличие от остальных братьев, он никогда меня не презирал и всегда относился с уважением. Может, потому — что не может претендовать на титул и наследство. Без него претендентов хватает. У нас с ним было всего два пути: податься в гвардию какого-нибудь графского или княжеского рода или поступить на службу Святой Инквизиции.

— И вы выбрали второе.

— Ага.

Глава 17

— А Лиза?

— С ней уже здесь познакомился на полигоне, пока ждали экзаменационную комиссию.

— Извини, если не к месту, а ваш брат, тот, который был инквизитором…

— А-а, Григорий. Он тоже бастард. Жаль его, хороший мужик был. Правда я с ним практически не контактировал. Это Сергей за Гришкой хвостиком бегал. Григория отец приблизил к себе, сделал главой родовой дружины.

— А как он тогда в инквизиции оказался?

— Не поделили они что-то. Гришка взбрыкнул, гордый был… — Илья тяжело вздохнул, — Ладно, хватит на сегодня грустных историй. Давай спать.

Малинин перевернулся на бок и почти мгновенно засопел.

Я же уснуть не мог.

В голове крутились разные мысли, и главной из них была: как мне

Ну не крысами же питаться, в самом-то деле?

Опускаться до подобного я не собирался.

Фу-у, гадость.

Ладно, придётся решать проблемы по мере их поступления, но отпроситься в город хоть раз у Проскурина придётся. У меня вещи в доходном доме, а оплатил я только несколько дней проживания. Не вернусь вовремя и их отправятся на свалку, а там: документы, деньги, какая-никакая одежда и самое главное — фляга с кровью.

Заснул я только около двух часов ночи, а разбудили нас в шесть. В комнату заглянул всё тот же инквизитор, который провожал нас до столовой.

— Подъем! — гаркнул он во всю мощь своих лёгких.

Илюха подскочил на кровати и закрутил головой.

Я же лениво приоткрыл глаза и зевнул.

— Ну, и зачем было так орать?

Инквизитор проигнорировал мою реплику.

— Быстро одеваемся и за мной.

Никаких пояснений, просто чёткий приказ.

Не стал задавать вопросы, всё равно этот надутый хмырь на них не ответит.

Споро оделись и вышли в коридор, где нас уже дожидались Елизавета с Сергеем, и под приглядом инквизитора отправились в неизвестном направлении.

Точкой нашего небольшого путешествия оказался оружейный склад, правда в секцию, где лежало само оружие, нас не пустили.

Инквизитор указал на сваленные в углу комнаты доспехи.

— Выбирайте. У вас двадцать минут, чтобы подобрать себе по размеру. После этого отправитесь на полигон, — глаза мужчины сверкнули злорадным предвкушением, — Ох и погоняет вас Зверь. К вечеру не сможете ни рукой, ни ногой пошевелить.

— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся в ответ и быстрым шагом направился к груде доспехов, сваленных в беспорядке.

Ребята последовали моему примеру.

Да уж, найти что-то стоящее здесь было практически невозможно, но нам в этих доспехах не на смертельный бой выходить, а всего лишь пережить тренировку, которая, судя по словам нашего сопровождающего, будет жаркой.

Мне уже не терпелось приступить к обучению. Хотелось собственными глазами увидеть, как в этом Мире подготавливают инквизиторов.

Пришлось потрудиться, чтобы в этой «горе мусора» найти что-то более-менее подходящее.

Я не привык к тяжёлым доспехам, моя броня должна быть лёгкой и не сковывать движения, чтобы я сумел свободно маневрировать в бою.

Пришлось перебрать кучу тяжёлых металлических пластин, которые, хоть и обещали хорошую защиту, оказались для меня слишком громоздкими.

Я уже отчаялся найти хоть что-то стоящее, когда мой взгляд упал на кожаные доспехи, которые лежали в самой середине кучи.

Потертые в некоторых местах, но вполне годные для дальнейшего ношения, они выглядели практично и качественно. Именно то — что я искал.

Кожа была мягкой, но прочной, с аккуратными швами и ремнями, которые позволяли легко подогнать доспех под практически любую фигуру.

Я осторожно поднял их, рассматривая более детально, и заметил, что на ткани вышиты несколько пар рун.

Ага, значит они, в добавок ко всему, укреплены магией. Отлично.

Пусть энергетический фон был слабым, а магические свойства не столь сильными как хотелось, но доспехи всё же могли выдержать несколько магических атак, в добавок ко всему, улучшали ловкость их владельца. Идеальный баланс между защитой и мобильностью.

Больше не раздумывая ни секунды, облачился, чувствуя, как они облегают моё тело, не сковывая движений.

Сергей с Елизаветой тоже выбрали лёгкую амуницию. Оно и понятно, хрупкая девушка в тяжёлых латах выглядела бы глупо. Да она в них, скорее всего, не смогла бы даже нормально передвигаться.

Один Илья поначалу схватил металлический нагрудник, но был остановлен братом.

— Брось. Ты видел хоть одного инквизитора в тяжёлой броне?

— Эм-м, — замялся здоровяк, — Нет, но…

— Вот и не майся дурью. Бери только то — что позволит тебе свободно маневрировать.

Через двадцать минут мы были готовы к выходу.

Немногословный сопровождающий довел нас до первого этажа.

— Сначала в столовую, а затем на полигон. Дорогу сами найдёте, — и подумав всё-таки добавил, — На малый полигон номер четыре, и постарайтесь не заблудиться. Опоздаете к назначенному времени… пеняйте на себя, — ехидно произнес инквизитор и как ни в чём не бывало, отправился восвояси.

Вот сволочь, а ведь он сначала не собирался назвать номер полигона, но почему-то передумал.

Позавтракали мы быстро, боясь опоздать на тренировку и сразу рванули на улицу.

— Здорово. Вы представляете, нас будет тренировать сам Зверь! — воодушевлённо воскликнул Сергей.

— Зверь, я так понимаю, позывной Проскурина?

— Да, — подтвердил Воронов.

— И чему ты радуешься? — проворчал Илья, — Он же с нас три шкуры спустит.

— Тяжело в учении, легко в бою, — назидательно произнёс Сергей, — Пусть мы лучше попотеем на тренировках, зато в схватке с нежитью выйдем победителями.

— Я тоже рада, что нас будет учить Зверь. Он самый лучший, хоть и лютует сильно. Говорят, пару лет назад Семён Владимирович один зачистил целое гнездо вампиров.

— Ага, было дело, — подтвердил Воронов, — Мне брат рассказывал, у Проскурина с кровососами личные счёты.

А вот это осложняет дело. Для воплощения того, что я задумал, мне необходимы соратники и не просто абы-какие, а из инквизиторов. Конечно, за исполнение своих планов я возьмусь не сегодня и не завтра, все мои проекты рассчитаны на долгосрочную перспективу, но это не меняет того, что я хотел бы видеть Проскурина в своих рядах.

Упомянутый инквизитор ожидал нас на малом тренировочном полигоне.

Он сначала посмотрел на нашу четвёрку, а затем, достав из кармана часы на толстой серебряной цепочке, глянул на время.

— Вы опоздали, а следовательно, десять кругов вокруг полигона, и никаких заклинаний, увижу, если кто-то пользуется магией, пожалеете. Что уставились, как бараны на новые ворота? Пошли-пошли! — скомандовал инквизитор, и мы рванули вперёд.

Поначалу бежали бодро, но с каждым кругом усталость незаметно наваливалась. Пришлось немного сбавить темп.

Для меня пробежать подобное расстояние оказалось сущей ерундой. Усиленное вампирскими способностями тело практически не знало усталости, поэтому, чтобы не выделяться из команды, пришлось прикинуться слабаком, показывая, что для меня длительный забег тоже даётся с трудом.

Впереди всех нёсся Сергей, за ним пристроилась Елизавета, затем — Илья, а я занял место в арьергарде.

Мой вампирский слух прекрасно улавливал каждый тяжёлый вздох, издаваемый ребятами. Я слышал, как колотились их сердца: словно молот, бухающий

Я сглотнул слюну, чувствуя, как начали удлиняться клыки, и ведь питался чуть больше суток назад, а уже почувствовал голод. Не хорошо. Пришлось усилием воли подавить начинающую поднимать голову жажду крови. Быстрее бы уже организм адаптировался к изменениям, после этого, так много юшки будет не нужно.

Скосил глаза влево. Проскурин неотступно следовал за нами, двигаясь почти параллельно мне.

Кремень мужик. Судя по его внешнему виду, Старший Инквизитор ни капли не устал.

Весеннее солнце палило нещадно, но мы продолжали бежать, стараясь не отставать друг от друга.

На седьмом круге я почувствовал запах пота, который струйками стекал по спинам ребят, оставляя солёные дорожки на коже.

Пришлось незаметно качнуть энергию из источника, чтобы на висках и лбу выступили несколько капель влаги, иначе внимательный Проскурин мог заметить несоответствие. Пробежать несколько километров и не вспотеть — нонсенс, на подобное обычный человек не способен.

Вскоре мы вышли на десятый круг, ещё немного и финиш.

— Ну наконец-то, ползёте как беременные черепахи! Если так будете двигаться в настоящем бою, вмиг лишитесь жизни. Саянов, а ты какого чёрта плелся в хвосте? — вызверился Семён Владимирович, — Уверен, ты способен на большее, раз сумел выжить в столкновении с кровососом и продержаться до нашего прихода.

Ребята сразу посмотрели на меня. В их глазах загорелось нешуточное любопытство. Чую, как только закончится тренировка, меня закидают вопросами.

— Каждый из нас должен был пробежать десять кругов, а не прийти первым, да и временный норматив вы нам не устанавливали.

— О, а это идея. Завтра побежите на время.

— Саня-я-я, — простонал Малинин, — Ну кто тебя за язык тянул?

— Разговорчики! — рявкнул на парня Семён Владимирович, — Ты в орден зачем пришел? Чтобы дурака валять, а потом сдохнуть на первом же боевом задании?

— Нет, конечно.

— Ну так не ной. Будете нудеть или халтурить, отправлю туалеты драить. Всё ясно?

— Так точно! — выкрикнул Илюха, а мы просто кивнули.

Проскурин поморщился.

— А сейчас сто отжиманий. Живей-живей. Тренировка только начинается.

После команды Проскурина мы дружно опустились на землю.

Руки предательски дрожали практически у всех, но никто не смел остановиться, намереваясь выполнить заданный норматив.

Не вышло, Елизавета сдалась на семьдесят восьмом. Мы же с ребятами терпели до конца, точнее — терпели только они, а я делал вид, что отжимаюсь из последних сил.

Затем были приседания и упражнения на растяжку.

— Ну вот, разминка закончилась, а теперь начнётся самое интересное, — резюмировал Проскурин.

Старший Инквизитор активировал неизвестное мне заклинание и посередине полигона появилась материальная иллюзия в виде полосы препятствий.

Удобно и практично. Не нужно чинить пострадавший инвентарь, в случае поломки, достаточно просто подправить заклинание.

Хотя, иллюзия, скорее всего, работала в автономном режиме, и сама латала полученные прорехи, подпитываясь энергией от защиты замка, потому как я сумел различить едва видимые нити, тянущиеся в западной стене здания.

А неплохо тут всё устроено.

— Сейчас вы попробуете пройти полосу препятствий. Почему я говорю попробуете? Да потому — что никто из вас не сумеет добраться до конца. В этот раз вы можете использовать любые подручные средства, магию, холодное оружие, да всё — что угодно… и не просто можете, но обязаны это сделать, так что разбирайте.

Словно из-под земли перед нами возник полупрозрачный стол, на котором лежали иллюзорные мечи, ножи, секиры, катаны…

Я сразу же ухватил секиру. На мою она походила меньше всего, но тоже была не плоха. А если учесть, что это овеществлённая иллюзия, то и подавно. Пару ножей также захватил.

Лиза выбрала катану и пару сюрикенов. Как я недавно узнал, дядя девушки какое-то время служил послом в Японии и брал с собой лишившуюся в раннем возрасте родителей племянницу в страну восходящего солнца. Именно там и появилась у Елизаветы любовь ко всему восточному.

Илья с Сергеем ограничились обычными мечами.

— Малинин — ты идёшь первым, за тобой Саянов, потом Калинина и Воронов, — прогремел над полигоном голос Проскурина.

Как только Семён Владимирович дал отмашку, Илья сорвался с места.

Через пару минут после того, как стартовал Малинин, настала моя очередь.

— Ну, поехали, — пробормотал себе под нос, — посмотрим на что я сейчас способен.

Если поначалу ничего примечательно в полосе препятствий не было: обычные брёвна, по которым нужно пробежать и не потерять равновесие, глубокие ямы, заполненные непонятной, вонючей жижей и высокие стены, которые необходимо преодолеть… то потом стало немного сложнее.

Первое препятствие я преодолел с легкостью. Подпрыгнул, ухватился за край бревна и подтянулся вверх на высоту примерно двух с половиной метров, а затем, побежал по узкому брусу.

С ямой оказалось ещё проще. Всего лишь обратился к источнику, и зачерпнув энергии, сформировал под ногами ледяную корку.

Достигающие в высоту примерно метров десять иллюзорные стены преодолеть тоже было не сложно. Главное, не растеряться и вовремя заметить небольшие углубления в кирпичной кладке, за которые вполне можно зацепиться. Будь у меня вампирские когти, я бы перебрался на другую сторону намного быстрее. Хотя, плевать на когти, я бы просто перелетел преграду. Ну-у, в теории, потому как с полётами у меня пока полный швах.

А вот дальше немного застопорился, потому что передо мной материализовалось огромное вертящееся колесо, через которое нужно было перебраться на ту сторону и не быть перемолотым в фарш.

Понятно, что реального вреда оно бы не причинило, но сам факт…

Только после прохождения дистанции я узнал, что Илюха слетел именно на этом препятствии.

На мгновение замер, решая, как лучше поступить.

Раскрыть один из своих секретов?

В принципе, о нём в любом случае станет известно в ближайшем будущем, так почему бы и нет. Сейчас Проскурин знает, что я владею молниями и заклинаниями стихии воздуха, что же, придётся присовокупить к ним ещё и землю.

Зачерпнул энергии и создал одно из самых простых, но действенных заклинаний.

В это же мгновение земля под колесом затряслась, и ввысь взмыли две каменные пики, подпирая вращающийся механизм с двух сторон. Циркуляция лопастей замедлилось, а затем, колесо прекратило свой бег. Я без проблем нырнул в отверстие и продолжил путь по полосе препятствий.

Оказалось, что выскочил я сразу на зыбучие пески, из которых поднимались и опускались небольшие каменные платформы, и чтобы не оказаться затянутым под землю, необходимо было перепрыгивать с одной на другую, но этим дело не

Я мгновенно активировал воздушный щит, отразив первый мощный прыжок волка. Звенящая энергия защитного барьера рассеялась от его мощного удара, оставив лишь лёгкое дрожание песка под ногами.

Оглушённый волк, метнулся в сторону, и начал обходить меня по дуге.

Умная иллюзия.

Самое интересное, что он-то как раз не проваливался в зыбучие пески, шагая по ним, как по твёрдой почве.

— Ну, давай, тварь, иди сюда, — поманил я монстра, но тот не спешил нападать, выжидая удобный момент для атаки, и он настал в тот момент, когда обе платформы под ногами начало засасывать вглубь, а мне только и оставалось, что перепрыгнуть на другие, которые как раз появились впереди на расстоянии примерно около двух метров.

С неподвижной точки, без разбега, перескочить на такое расстояние без использования магии было нереально.

Если бы я мог применить вампирские способности, иллюзорный волк был бы уже мёртв, а я миновал зону зыбучих песков, но в итоге, пришлось прыгать, применив воздушный толчок.

Кстати, я пробовал создать сцепку песка с целью сделать его неподвижным и плотным, но не преуспел. Видимо в программе, заложенной на прохождение полосы препятствий, подобный вариант был предусмотрен.

Оборотень выбрал момент, когда я находился в прыжке. Он с громким рыком кинулся вперёд, намереваясь вцепиться в моё горло, но я — был бы не я, если бы не справился.

Один точный взмах секиры и обезглавленный волчара упал на песок, а я в это время приземлился на твёрдую поверхность.

Глава 18

Ещё несколько преград и штук двадцать иллюзорных противников, по моим меркам довольно слабых, и полоса препятствий была закончена.

Когда дошел до конца, победоносно посмотрел на Проскурина.

Эх, надо было предложить Старшему Инквизитору сделать ставку. Уж очень он казался уверенным в том, что никто не дойдёт до финиша. Правда, Семён Владимирович вряд ли бы согласился на подобное предложение.

Нужно было видеть лицо Проскурина, когда он посмотрел на меня. В глазах инквизитора отражалось полнейшее недоумение, но Проскурин быстро взял себя в руки.

— Неплохо, очень неплохо, — проворчал он, — Но надо лучше.

К слову, никто из ребят, так и не справился с этим испытанием.

— Как тебе удалось? — тихо спросил Илья.

Пожал плечами.

— Всего лишь ловкость, сноровка и немного мастерства.

Семён Владимирович посмотрел на время.

— Так, можете идти на обед, отдых полтора часа. В половину второго чтобы были на полигоне, как штык.

— Ребята, вы идите, я догоню.

— А чего, не натренировался ещё? — хохотнул Малинин.

— Мне с Проскурин нужно кое о чём поговорить.

— Илюха, не приставай к человеку, пошли, — осадил брата Сергей.

Естественно, инквизитор прекрасно слышал наш разговор.

— Ну, чего тебе, Саянов?

— Тут такое дело, мне бы в город смотаться. Отпустите?

— Не положено.

— Семён Владимирович, вообще-то, это ваш недосмотр.

— Какой ещё недосмотр? — нахмурился Проскурин.

— Все ребята прибыли на экзамен со своими вещами. Они знали, что, если пройдут отбор, останутся на территории ордена, а меня никто об этом не предупреждал.

— И что? Доспехи вам выдали. На днях оформитесь по всем правилам и получите одеяние послушника.

— Это, конечно, всё хорошо, но простите за прямоту, у меня даже запасных трусов нет.

— Кхм-кхм, — подавился воздухом Старший Инквизитор.

— Да и, вообще, я квартиру в доходном доме снимаю. Заплатил только за пару дней. Если не вернусь вовремя, мои вещи просто вышвырнут на помойку.

Семён Владимирович задумался, его лоб покрылся морщинами, а в глазах промелькнуло недовольство. Он всегда считал, что правила должны соблюдаться, и не любил, когда кто-то пытался их обойти. Однако, иногда эти правила можно было нарушить.

Я заметил сомнение на лице Проскурина и решил додавить.

— Да и как мне здесь оформляться, если у меня удостоверение личности на квартире, а ещё бумаги на наследство, заверенные в канцелярии Его Величества.

— На кой-ляд ты их там оставил?

— Не посчитал нужным постоянно таскать с собой. В городе неспокойно. Встреча с вампирами тому подтверждение, а потерять или случайно уничтожить документы очень уж не хотелось.

— Ладно, чёрт с тобой, отпущу, но только чтобы одна нога там — другая тут.

— Благодарю, Семён Владимирович.

— Дмитрий, — чуть повысив голос, позвал Проскурин проходившего мимо инквизитора, — проводи юношу до выхода. Скажи, что я распорядился выпустить его в город.

— Топай за мной, — Дмитрий оказался не особо рад что его припахали сопровождать послушника, но махнул рукой и споро зашагал вперёд. Я поспешил следом.

— Подождите, мне бы ещё на конюшню, лошадь забрать.

Инквизитор что-то буркнул себе под нос и сменил направление.

Стоило красотке меня увидеть, как раздалось громкое ржание.

— Привет девочка, прости, лакомства сегодня нет. В следующий раз угощу.

Кобыла недовольно фыркнула, по послушно вышла из стойла.

За территорию ордена меня выпустили без проблем. Вскочил в седло и сразу пустил лошадь в галоп.

Нужно было действительно поторопиться.

До назначенного места добрался довольно быстро, взлетел по лестнице и открыл дверь, мгновенно поняв, что ко мне заявились нежданные гости.

Почти все ловушки были обезврежены, но та — что находилась в комнате, сработала на славу.

Ну-с, посмотрим, кто у нас такой смелый выискался.

На полу, полностью обездвиженный, лежал мальчишка лет семнадцати на вид. Единственное, что он мог сделать, это хлопать глазами и тихо материться.

— Оп-па, вот это улов! — воскликнул я, от чего пленник вздрогнул всем телом и тут же застонал, вытаращив на меня испуганные глаза, которые тотчас окрасились багровым цветом.

— Шш-шшш, — прошипел он, раскрыв рот и продемонстрировав острые как бритва клыки.

Вампир, молодой, но уже полностью сформировавшийся, не птенец.

Какого хрена ему понадобилось в моей квартире?

Лицо парня исказилось от ненависти.

— А ну, спокойнее, угомонись! — рявкнул я, видя, что пацан начал усиленно дёргаться, пытаясь разорвать невидимые путы.

Его взгляд был устремлён на моё правое плечо.

Скосил глаза. Ах, вот оно в чём дело.

Именно в этом месте на кожаных доспехах, которые я так и не удосужился снять, сверкала эмблема ордена Святой Инквизиции.

Пленник увидел во мне смертельного врага и не собирался сдаваться без боя.

Вампира он во мне не почуял, скорее всего потому — что

Стало ещё интереснее.

Пришлось продемонстрировать свою сущность.

— Шшш-шш, — зашипел в ответ, оскалившись.

Только после этого парень начал приходить в себя и перестал дергаться.

— Ты кто? — едва слышно прошептал он.

— У меня встречный вопрос. Это, между прочим, не я забрался к тебе в квартиру, — хмыкнул в ответ, не спеша освобождать пленника, — поэтому вопросы тут задаю я. Давай-ка, поведай мне, откуда ты такой взялся? С какой целью вломился ко мне домой?

— Эм-м, — паренёк на мгновение растерялся.

— Кто тебя послал? — произнёс угрожающе, склоняясь над обездвиженным пленником.

— Никто не посылал.

— Да неужто? И ты сам просто так, по случайности, решил влезть ко мне в квартиру? Именно ко мне, а не куда-то ещё.

— Я не хотел, — совсем уж по-детски выдавил из себя пойманный вампир.

Скептически хмыкнул.

— Да ну?

— Я правда, не хотел. Меня Соня привела.

— Какая ещё Соня? — нахмурился в ответ, сканируя взглядом помещение комнаты и пытаясь понять, где могла спрятаться названная особа.

— Там, — указал парень на шкаф, и я, быстро преодолев расстояние, широко распахнул дверцу, но кроме висящей вниз головой летучей мыши, никого не обнаружил.

— Привет, малышка. Что же ты не улетела?

Естественно, зверушка ничего мне не ответила, лишь сверкнула своими красными глазами-бусинами.

— И… — повернулся к пленнику, — Где твоя Соня?

— Вот она, — указал он на летучую мышь.

— Хм-м, допустим, я тебе поверю, в моем голосе звучал скептицизм.

— Я не вру. Это моя мышка. Соня ручная. Подобрал её около года назад. Она умирала, а я сумел вылечить, — словоохотливо ответил вампир.

— Всё равно не понимаю, зачем нужно было лезть в чужую квартиру?

— Больше некуда. Несколько дней назад инквизиторы добрались до нашего гнезда, — парень сглотнул слюну, было видно, что ему больно говорить о произошедшем.

— Дальше, — подтолкнул я пленника к разговору.

— Нас было всего пятеро. Я, мать с отцом, сестра и дедушка.

— Стоп-стоп-стоп, ты сейчас говоришь о кровососах, как об обычной семье. Понимаю, что своего создателя многие называют отцом, но мать…

— Ты можешь меня освободить?

Подумал пару секунд. Почему бы и нет. По силе я точно превосхожу этого мальчишку, так что, если попробует что-нибудь учудить, быстро поставлю на место или просто оторву голову.

Деактивировал ловушку.

— Ну, чего разлёгся? Вставай.

Парень с кряхтением поднялся. Видимо тело сильно затекло от лежания в неудобной позе. Размял руки, подрыгал ногами и только потом вновь посмотрел на меня.

— Спасибо, — пробормотал он.

— Садись, — указал на стоящий рядом с диваном стул. Сам же прислонился к стене, чтобы успеть среагировать, если парень решит дать дёру.

Кровосос стушевался под моим пристальным взглядом.

Эх, совсем мальчишка, хоть и младше моего нынешнего тела примерно на пару лет.

— Я слушаю. Ты так и не договорил.

Слова полились изо рта кровососа как из фонтана.

— Прошлым летом на нашу деревню напал мор. Люди начали умирать, а целители… Они не приехали. Барон Старобогатов решил, что лучше потеряет две дюжины крестьян, чем станет платить лекарю. Мы все заболели: я, мама, папа, сестра… и умерли бы, не приди дед к нам на помощь.

Я уже понял, чем закончилась эта история.

— Угу, добрый дедушка вампир, в гостях у вас устроил пир. Ушлый кровосос попался.

— Не надо так. Дед был хорошим. Он ни разу после своего обращения не убил ни одного человека и нам запрещал, следил, чтобы не делали глупостей, но мы бы и так не стали.

— Погоди, так он действительно был твоим родным дедом, а не пришлым кровососом?

— Ага, его обратили лет двадцать назад, но он нас не забывал, каждый год навещал и подарки всегда привозил, игрушки разные, вкусности, а потом, когда когда мы находились на пороге смерти, дал новую жизнь и забрал к себе в столицу. У него тут дом небольшой на торговой улице… был. Мы там и поселились. Никого не трогали, а эти уроды… они как-то узнали и пришли… Мамку с сестрой почти сразу убили, а меня дед собой прикрыл, а затем, сказал бежать, ну я и побежал. Дед остался удерживать инквизиторов, чтобы я успел скрыться. Если бы не он, точно не выжил. Ненавижу орденцов, ублюдки сраные! — прорычал юный вампир.

— Знакомая история.

Как я уже понял, такое в этом Мире случалось сплошь и рядом, и я собирался это изменить. Конечно, не сразу. На то — чтобы вампиров, оборотней и прочие другие расы не рассматривали как вселенское зло, потребуются годы.

— А дальше-то что? — поинтересовался у кровососа, не потому что было любопытно, просто я должен был понимать, что из себя представлял, сидящий напротив меня парень.

— Некоторое время провёл на улице, а потом решил, что поищу пустующую квартиру, куда можно забраться и спокойно отдохнуть. Отдохнул, — криво усмехнулся паренёк, — Я ведь Соню отправил на разведку. Она у меня умная, ни за что бы не привела туда, где опасно.

— Ну, мы с твоей мышью, можно сказать, нашли общий язык, вот она и подумала, что здесь вы окажетесь под защитой.

— Хороша защита, пять часов провалялся без движения. А почему на тебе доспехи инквизитора? — не удержался от вопроса парень.

После того, как я его освободил, страх прошёл, сменившись любопытством.

— Может, потому что я послушник ордена.

— Не ври, — парень поднялся с места и на всякий случай сделал несколько шагов назад.

Его верхняя губа задралась, обнажая клыки, а когти на руках удлинились. Он собирался защищаться, если я вдруг решу неожиданно напасть.

— А зачем мне врать? — пожал плечами, не сходя с места и не провоцируя кровососа.

— Но ты же вампир. Как это возможно?

— Ну-ууу, немного хитрости, немного ловкости…

— А зачем тебе это? Добровольно соваться в логово врага попросту безрассудно.

— Риск есть всегда и везде, но я не просто так вступил в орден, у меня на это свои мотивы.

— А какие именно, не расскажешь?

— Пока нет.

— Пока? — ухватился за оговорку кровосос.

Усмехнулся, проигнорировав вопрос, пристально вглядываясь в глаза парня, размышляя, а правильное ли я принял решение.

Впрочем, с чего-то нужно было начинать. Мальчишка потерял семью,

Нет — обращать я никого не собирался, хватит и тех, кто прячется по норам, боясь высунуть нос, и при этом ограничивает себя во всём, сохранив в себе человеческие качества и сострадание, следует законам чести, не давая вампирской сущности взять вверх.

— Чего вскочил? Садись обратно, в ногах правды нет. Я не стану тебя прогонять. Можешь оставаться в этой квартире. Мне в ближайшие две недели она не понадобится.

Глаза парня вспыхнули надеждой.

— Спасибо.

— Не благодари. У меня будут условия.

— Какие?

— Во-первых — ты должен придерживаться тех же правил, которые установил перед твоей семьёй дед. Не вздумай поддаться жажде крови. Если узнаю, а я, поверь, узнаю, что ты кого-то выпил до дна, убью. Не смей причинять вреда мирным людям.

— Я бы никогда, — затряс головой парень, — Я не осрамлю память дедушки.

— Отлично. Что ещё? Ах да, не разводи в квартире свинарник. Не води сюда девиц. Вообще, никого не води.

— Я бы даже о таком не помыслил.

— Вот и молодец. Постарайся привлекать к себе как можно меньше внимания.

— Угу, я всё сделаю, только не прогоняйте.

Мд-а, наивный деревенский парень, простой, как три копейки, доверчивый не в меру. Как он жив-то остался, ума не приложу?

Я поднялся, достал припрятанную флягу, и сделав несколько глотков, протянул парню.

— Угощайся.

— Не-е, не надо. Я сыт.

— Когда успел накормиться?

— Так ночью на улицах швали много. Один ублюдок в тёмном переулке девчонку прижал, под подол полез, я и помог бедняжке.

— Она видела тебя? Поняла, что ты вампир.

— Не думаю, я ведь сначала этого урода окликнул. Он обернулся. Девчонка в это время сумела вырваться и тут же бросилась наутёк, только пятки засверкали. Ты не подумай, я этого дядьку не убил, просто ввел в транс и выпустил немного крови, только чтобы жажда сильно не мучила, а потом, прислонил к стене и оставил отдыхать. Он когда в себя придёт, даже не вспомнит, что произошло.

— Хорошо, если так.

— Не сомневайся, меня дед прекрасно обучил.

— Верю, — я чувствовал, что в словах парня не было ни капли лжи.

Глава 19

— Тебя, кстати, как зовут? — поинтересовался у парня.

— Иван Колдобин.

— Ну, а я Александр Саянов, будем знакомы, — протянул руку, и тот неуверенно её пожал, — Ладно, хотелось бы с тобой подольше поговорить, но некогда.

Потряс флягу, проверяя количество содержащейся в ней крови, и поморщился.

Мало.

Ванька заметил моё недовольство.

— Александр, если хочешь, то есть… хотите, я могу…

— Оставь, меня вполне устраивает неформальное общение. Так, что ты хотел сказать?

— Я могу быстро достать юшку. Хотите принесу? Немного, как раз хватит чтобы заполнить вашу флягу доверху.

— И куда ты пойдёшь? Резать в подворотню прохожих?

— Я что, похож на бандита? — обиженно засопел парень.

— Нет. Ты похож на вампира.

— И ничего не похож, ну… может совсем чуть-чуть.

Подумал, кровь мне была нужна позарез, но терять пару часов на её добычу не хотелось. Надо было ещё заплатить за проживание, и наконец-то, приобрести себе нормальную одежду, а не те вычурные костюмы, которые я забрал из особняка Бестужевых.

— Сколько это займёт времени? И где именно ты собираешься брать кровь?

— Около часа. Не больше. У деда было несколько проверенных слуг, их всех убили кроме Тани — это наша горничная. У девчонки был выходной. Она хорошая, поможет. Даст своей крови… добровольно.

— А чего же ты сразу к ней не пошел проситься на постой, а в место этого полез в чужую квартиру?

— Побоялся, вдруг её тоже инквизиторы нашли и за пособничество вампирам забрали к себе в застенки или убили, — Иван поёжился, — А на меня около её дома устроили засаду.

— А сейчас значит не боишься?

— Боюсь, — не стал он скрывать очевидное, потому как знал, что я прекрасно чувствовал его страх.

— Ты вот о чём подумай, — произнёс назидательно, — Из всех ваших слуг, именно этой девушки не оказалось с вами в момент нападения, именно она избежала гибели по «чистой случайности». Может это неспроста?

— Что? Алекандр, ты хочешь сказать, что Таня предательница? Что это она нас сдала Инквизиции?

— Всё возможно.

— Не-е-ет, — отрицательно замотал головой Колдобин и даже зажмурился, не захотев верить в мои слова.

— Я не утверждаю, просто предупреждаю, что такая возможность существует. Может быть — это ошибочное мнение…

— Ошибочное, Таня не могла. Вот увидишь, я докажу.

— Ваня, мне ничего не нужно доказывать, не твой дед, не твой отец, по сути, посторонний человек, то есть вампир, — поправил сам себя и поморщился.

Непривычно, но придётся смириться с реальным положением вещей.

— Ты мне помог. Не прогнал в трудную минуту. Я рискну. Если погибну, то — так тому и быть. Я верю, что Таня ни при чём. Она… Я… — Иван на секунду замялся, смешно переступая с ноги на ногу, — Мы любим друг друга.

Еда удержался и чуть не хлопнул себя по лбу. Ну до чего же наивный. Сначала хотел отговорить парня идти, но потом передумал. Я ему не нянька. У Колдобина должна быть своя голова на плечах. Раз решил — пускай делает, а там уж как карта ляжет.

— Ладно ступай, но смотри, про меня и эту квартиру, ни слова. Узнаю, что проболтался, сам тебя убью.

Отпустив парня, быстро спустился на первый этаж и нашёл консьержа, который связался с управляющим, и когда тот появился примерно через двадцать минут, заплатил за месяц вперёд. Нутром чуял, что это жилище мне ещё пригодится.

А дальше, быстрым шагом отправился в одёжную лавку. По идее, хорошо бы сшить на заказ, но пока обойдусь готовым. Далеко не поехал. Как только увидел деревянную вывеску с надписью «Одёжная лавка Шилова», сразу же свернул туда.

Колокольчик над дверью щёлкнул, и я вошёл в просторное помещение.

Внутри лавки царила атмосфера уюта и тепла. Стены были покрыты бежевой краской, а пол устлан ковром с ярким узором, который, казалось, поглощал звуки шагов. По обе стороны от меня располагались стеллажи, заставленные тканями самых разных оттенков и текстур: мягкий лен, блестящий сатин, плотный хлопок,

Посетителей кроме меня не было, и я порадовался, что не нужно стоять в очереди.

За прилавком стоял человек средних лет с аккуратной бородкой и очками на переносице.

Его добродушная улыбка и внимательный взгляд внушали доверие.

— Здравствуйте! Чем могу помочь? — спросил он, отложив в сторону иголку и нитки, с которыми только что работал.

Огляделся ещё раз и нахмурился.

— Добрый День. А готовой одежды у вас нет?

— Юноша, а вы видите здесь готовые костюмы?

— Нет.

— Вот именно. Если желаете, Катерина сделает все замеры и через неделю вы получите свой заказ.

— Простите, но меня это не устраивает. Времени в обрез, да и не смогу я подойти в ближайшее время.

Только тут взгляд мужчины упал на моё плечо, где была вышита эмблема Святой Инквизиции.

— А, теперь понял. Послушник?

— Угу.

— Вот что, молодой человек, я постараюсь вам помочь, но это будет зависеть от того, что именно вы ищите.

— Две пары брюк из плотной ткани, которые легко стираются и не порвутся при первом же трении о землю, рубашки тёмного цвета, не маркие, пара кожаных жилетов, один утеплённый плащ, но без меха, второй — легкий, на жаркую погоду, обязательно с капюшоном… — начал перечислять я.

— В принципе, нет ничего невозможного. Я посмотрю, что у нас осталось в закромах, если вы не против приобрести то — от чего отказались другие заказчики.

— Без проблем. Главное, чтобы одежда оказалась по размеру, была удобна и соответствовала тем требованиям, которые я назвал.

— Тогда подождите несколько минут. Екатерина, предложи клиенту чай с плюшками.

Тут же из-за ширмы показалась миловидная блондинка лет двадцати.

— Господин, желаете…

— Спасибо, но я не голоден, — сразу отклонил предложение девушки, но увидев огорчённую мордашку, смягчился, — Ну, может быть только чаю.

Чай оказался вкусным, с мятой и лимоном. Я с наслаждением потягивал напиток, когда вернулся продавец, точнее — не совсем продавец, а хозяин лавки Шилов Андрей Борисович.

— Вот, посмотрите, всё — что нашёл. Две пары брюк из плотной, водоотталкивающей ткани, устойчивой к механическим повреждениям. Брал тут… один барон для охоты, но воспользоваться не успел.

— Почему?

— Так его кабан на бивни насадил. Не повезло бедолаге.

— Да уж, не повезло, — согласился с Шиловым.

— Дальше, — продолжил хозяин лавки, — Что касается рубашек, предлагаю взять эти. Они изготовлены из натурального хлопка. Это позволит ткани дышать, но в то же время, она будет легко стираться и сохранять форму.

— Отлично, — кивнул соглашаясь.

— Теперь о жилетах. Вот, смотрите сами, могу предложить три на выбор.

Я наклонился, рассматривая одежду и понял, что не зря зашёл в эту лавку.

Жилеты были выполнены из высококачественной натуральной кожи, что обеспечивало не только их долговечность, но и красивый внешний вид.

К тому же, они оказались оснащены несколькими карманами, куда можно было распихать всякую мелочь. Кроме того, имели специальные крепления для ножей, а также несколько петель и ремешков, которые можно было использовать как держатели для зелий.

Я хоть последними и не пользовался, но в любом случае, пригодится.

— Возьму все три, если подойдут по размеру, — решил я, не задумываясь.

— А вот и плащи, — довольно произнёс Шилов, так как нашёл того, кому можно продать залежавшийся на полке, не нужный никому товар, — Первый — утеплённый из специального изолирующего материала, который не добавит лишнего объёма, но будет очень эффективным в холодную погоду. Второй — лёгкий, с капюшоном, для жарких дней из дышащей ткани.

— Да, это именно то, что мне нужно, — подтвердил я, направляясь в примерочную.

Пока я мерил одежду, послышался звон колокольчика. В лавку Шилова пожаловал ещё один клиент.

— Андрей Борисович, — высунул я голову из-за ширмы, — Всё подошло. Это можете упаковать, а в этом, — указал на себя, — Я, пожалуй, пойду.

Не удержался, одел новый жилет, а кожаную броню свернул и запихнул в сумку.

На жилете не была установлена магическая защита, но это мелочи, ведь я не собирался сейчас ни с кем драться. При случае, сам нанесу защитные руны и сделаю из него непрошибаемую броню.

В прошлой жизни я неплохо разбирался в артефакторике, а уж укреплять одежду умел на раз-два.

У меня в ордене любой инквизитор мог сделать из говна конфетку. Даже из задрипанной, полу рваной рубахи смастерить защитный покров ни для кого не было проблемой.

— Отлично, молодой человек, — долетел до меня голос хозяина лавки, — Как будете расплачиваться?

— Наличными, — ответил я, благо деньги ещё оставались.

Зашедший в лавку посетитель смерил меня презрительным взглядом.

— Подождешь, пока я оформлю свой заказ, — бросил среднего роста мужчина с небольшими аккуратными усиками и надменным взглядом серых, холодных глаз.

Этот тип мне сразу не понравился. Было в нём что-то отталкивающе-неприятное.

— В честь чего? Я пришёл раньше вас, следовательно и уйду раньше.

— Ну так уходи, — раздраженно выдал посетитель, и больше не обращая на меня внимания, переключился на хозяина лавки, — Уважаемый, мне нужен костюм для повседневного ношения. Пусть ваша девочка снимет с меня мерки, но сначала покажите ткани.

— Одну минуту, Ваше благородие, — на лице Шилова не дрогнул ни один мускул, — Сначала я закончу с предыдущим клиентом.

— Я что, неясно выразился? — повысил голос барон и начал наливаться краской, — Сейчас же! Ты посмел мне отказать и не позволил приехать своей девке в усадьбу для снятия мерок, — он пальцем указал на сжавшуюся в углу Екатерину, — Поэтому я не намерен ждать. Живо показывай ткани, а потом, твоя помощница обслужит меня по полной программе.

Шилов на мгновение побледнел, а я начал закипать. Ненавижу подобных хамов и мерзавцев.

Правильно Андрей Борисович сделал, что не отпустил девушку к барону в особняк. Этот гад, зуб даю, заставил бы её не только мерки снимать, но и кое-что другое.

Хозяин мастерской оказался простолюдином. Впрочем, я понял это с самого начала, но даже не смотря на своё происхождение, он не собирался сдаваться и уступать ублюдку.

— Я прошу вас удалиться из моей лавки, — вежливо, но строго произнёс Шилов.

— Ах ты… мразь! — рассвирепел посетитель, и перегнувшись через прилавок, ухватил мастера за грудки, сильно встряхнул, — Да я тебя сейчас…

— Папа! —

— Осадите лошадей, Ваше Благородие, — я мрачно посмотрел на посетителя.

— Пошёл вон! — рявкнул он в ответ не поворачиваясь в мою сторону, — А-то шкуру спущу.

— Последний раз повторяю, отпустите мастера Шилова или очень об этом пожалеете.

Драться не хотелось, но видимо придётся. Подобные уроды не понимают слов, только силу.

Барон меня проигнорировал.

— Хотя, плевать на костюм, — продолжая трясти Андрея Борисовича и при этом масляным взглядом скользить по фигуре девушки, произнёс посетитель, — Не больно-то он мне и нужен, а вот твоя девка…

— Катя, иди в подсобку, — сдавленно выдохнул хозяин лавки, — Я разберусь.

— Ну всё, моё терпение лопнуло, — процедил угрюмо, и шагнув вперёд, вдарил ублюдку по почкам, правда не применяя усиление. Так, слегонца, но обычному человеку и подобного удара было бы достаточно, чтобы завыть от боли.

Думал, барон сразу же согнётся пополам, но он только тихо охнул, а потом, повернулся ко мне, яростно сверкая глазами.

— Как ты посмел, холоп! Да я тебя… — брызгая слюной, завопил посетитель.

Поморщился. Не люблю пустые угрозы.

— Не уважаемый, а давайте выйдем из лавки и поговорим по-мужски.

— А-ха-ха-ха, ты что, предлагаешь мне дуэль, простолюдин? Эй, охрана! Вы где там запропастились.! А ну, живо ко мне.

Дверь мгновенно хлопнула в помещение ворвались два амбала. Видимо дежурили снаружи.

— Пожалуйста, не нужно, — постарался успокоить барона хозяин лавки, — Я сейчас же займусь вашим заказом. Господин… — Шилов посмотрел в мою сторону, — Не знаю, как вас зовут, но вы ведь подождёте?

Я, может, и подождал бы, если бы меня попросили вовремя и вежливым тоном, и не Андрей Борисович, а хамоватый барон, но после того, что он тут устроил, об этом не могло быть и речи.

Единственное, что мне сейчас хотелось, так это выбить из урода всё дерьмо.

К тому же, барон совершенно не слушал, что ему говорят. Мужчина уже закусил удила, и останавливаться не собирался.

Он хотел проучить меня, а потом перекинуть свой гнев на хозяина лавки и его дочь. Если первый отделался бы парой синяков и раскуроченным прилавком, то девушку ждала незавидная участь. Ублюдок ясно дал понять, каких услуг он ждет от дочери Шилова.

Одним словом — тварь, которая считает себя выше других.

— Ты хоть понимаешь, с кем связался? — орал он, гневно сверкая глазами, — Я барон Матисов! Ещё никто не смел со мной так разговаривать. Взять его! — указал он своим «ручным псам» на меня, — Не убивать, просто вырубить. Этого урод пожалеет, что вообще открыл свой грязный язык. Шавка безродная.

М-да, как только не называли Великого Инквизитора Лорна, но шавкой… никогда.

Усмехнулся.

Знал бы он, кто перед ним находится, уже обделался бы от страха.

Так, стоп!

Матисов? Эта тварь назвалась бароном Матисовым?

То-то мне его фамилия показалась знакомой.

Мысленно потёр ладони. На ловца и зверь бежит. Ах ты ж долбаный чернокнижник.

Злобно оскалился, естественно, не выпуская наружу клыки.

Один из бугаёв двинулся вперёд, второй остался на месте, видимо решив, что его напарник справится. Я не стал ждать, пока противник нанесёт удар, а действовал на опережение.

Жалеть никого не собирался, но и убивать тоже. Не стоило устраивать кровавую бойню в одёжной лавке.

Быстрый рывок влево, разворот, захват и громкий крик противника, потому что я обеспечил ему вывих плечевого сустава, а затем, удар под коленную чашечку, да такой сильный, что послышался хруст кости.

Однозначно перелом, да ещё и со смещением. Всё — этот не боец.

Второй охранник Матисова, увидев, что его напарник повержен, мгновенно кинулся в бой. Для кого-то его движения показались бы быстрыми, но для меня, противник двигался со скоростью гусеницы, обожравшейся до отвала. Я не стал уклоняться, а просто вскинул ногу, метя в грудь амбала.

Каким бы сильным этот человек не был, против меня он выстоять не смог.

Всё же кости вампира и кости человека — это совершенно разные вещи. Для него удар моей ноги по грудине, это как удар кувалдой по тонкой цементной стяжке.

— Уф, — вылетел возглас изо рта противника, и он повалился на пол.

Похоже я переломал ему рёбра.

Наёмник попытался встать, но не сумел и закашлялся.

Эх, перестарался. Кажется, одно из рёбер задело лёгкое. Как бы не помер.

— Ах ты, щенок! — взревел барон, и в это же время звякнул колокольчик, а в лавку вошел импозантный мужчина под руку симпатичной женщиной в бирюзовой шляпке.

Увидев открывшуюся перед ними картину, они застыли на месте.

— Господа, позвольте узнать, что здесь происходит? Если вы собрались устроить драку, делайте это на улице.

— Гр-рр, — взревел Матисов, — Не лезьте не в своё дело.

Охранники стонали на полу, только что прибывшие посетители недоумённо хлопали глазами, а барон чуть ли не лопался от ярости, ведь ему не нужны были лишние свидетели. Именно этим я и решил воспользоваться.

— Господин Матисов, за оскорбление нанесённое вами и подлое нападение, я — барон Александр Саянов, вызываю вас на дуэль.

— А-ха-ха, мальчишка! Барон, значит. Хорошо, просто замечательно. Да я выпущу тебе кишки!

— Это мы ещё посмотрим.

— Ваше Благородие, не нужно, — чуть ли не взмолился Шилов, — Спасибо, что заступились за меня и мою дочь, но ваша жизнь не стоит…

— Я сам решу, чего стоит моя жизнь, и я не собираюсь спускать этому ничтожеству подобное поведение. За свои слова и действия нужно отвечать. Видимо, в детстве, господина Матисова этому не научили. К тому же, кто сказал, что я сегодня умру? Это не входит в мои планы. Вы принимаете вызов, Ваше Благородие, — произнес я с издёвкой.

— Да, — процедил Матисов, — Тебе, конец, парень.

Эх, жаль, что моя секира осталась в замке инквизиции, она бы мне сейчас точно пригодилась.

— Извините, — обратился я к недавно зашедшему в лавку мужчине, — Вы не могли бы одолжить мне ваше оружие. Своё я, к сожалению, забыл… дома.

— Эм-м, без проблем. Только, вы ведь не собираетесь устраивать поединок прямо тут.

— Естественно нет, я не хочу, чтобы замечательная лавка мастера Шилова превратилась в руины. Выйдем на улицу.

— Ваше благородие, смею вам подсказать, что дуэльная площадка находится примерно в пятистах метрах отсюда.

— Отлично, — поблагодарил незнакомца, — Вы

Глава 20

— Подождите! — воскликнула женщина в бирюзовой шляпке, — А как же раненые? Позвольте им помочь. Я целитель.

Посмотрел на корчившихся на полу охранников барона Матисова.

Один точно жить будет, от сломанной ноги ещё никто не умирал, а вот второй… не факт. Бугай уже начал харкать кровью. Если ему не помочь в течении десяти-пятнадцати минут, то, пожалуй, точно отбросит коньки.

Пожал плечами.

— Ну, помогайте, раз так хочется.

Женщина сразу же бросилась к пострадавшим, и я заметил, как из её ладоней полилась лечебная магия.

— Я не собираюсь ждать, пока эти никчёмные ублюдки смогут встать на ноги! — вызверился Матисов, — Вы уволены, бестолочи! Никакого от вас толка. Не смогли завалить какого-то мальчишку. Ни копейки от меня не получите.

Мужики на его слова злобно зыркнули глазами, а тот, которому я сломал ногу и вывихнул плечо, сплюнул на пол.

— Да пошёл ты, барон…

Ага, я был прав, обыкновенные наёмники, жизнь которых в глазах Матисова ничего не стоит.

Колокольчик над дверью опять звякнул, и в помещение ворвался высокий подтянутый мужчина, который быстро оценил обстановку и нахмурился, готовый в любой момент вступить в бой.

— Мастер Шилов, нужна моя помощь?

— Нет, Павлуша, уже нет.

Ну вот и охранник одежной лавки пожаловал. Где он, спрашивается, шлялся, когда была нужна его помощь?

— Саянов, долго ты ещё будешь тут стоять или уже передумал со мной драться? — в нетерпении прорычал барон Матисов.

— Иду.

— Я с вами, — произнес мужчина, сопровождающий женщину-целителя, — Граф Юрий Викентьевич Ильинский к вашим услугам.

— Барон Александр Саянов.

Матисов даже не думал представляться, но всем, если честно, было на него плевать.

— Павел, присмотри за Катенькой, я тоже пойду, — мастер Шилов вышел из-за прилавка, — Всё же в большей степени этот инцидент произошёл из-за меня.

— Дорогая, — обратился граф к своей спутнице, — Ты скоро?

— Ещё несколько минут. Я не могу бросить своих пациентов.

— Жду вас у дуэльной площадки. Если не придёте, я вас, Саянов, из-под земли достану и сотру в порошок, прорычал барон и хлопнув дверью, вылетел на улицу.

— До чего же надменный тип, — хмыкнул граф.

— И очень неприятный, — проворчал мастер Шилов.

Когда жизни наёмников оказались в безопасности, и они с кряхтением поднялись с пола, я напрягся.

Вдруг решат отомстить за то — что я их отмутузил, и вновь нападут. От таких как они, можно ожидать всё — что угодно, но парни лишь мрачно глянули на меня исподлобья, а затем усмехнулись.

— Спасибо, что не убил, — пробасил один из них.

— Да, спасибо, Ваше Благородие. Вы ведь и правда могли отправить нас на тот свет.

— Мог, — не стал скрывать очевидное.

— Вы уж нас извините, работа такая.

— Забыли, — махнул рукой и первым вышел из лавки.

За мной последовал граф Ильинский со своей спутницей, за ними мастер Шилов и исцелённые охранники барона Матисова… бывшие охранники, ибо тот ясно дал понять, что больше в их услугах не нуждается.

— Стойте, подождите! — послышался позади женский голос.

Обернулся.

Миловидная блондинка выскочила на крыльцо. За ней выбежал Павел, пытаясь остановить девушку.

— Екатерина Андреевна, куда же вы! Немедленно вернитесь обратно!

Мастер Шилов подал какой-то знак своему охраннику. Тот кивнул и в один миг подскочил к его дочери, подхватил на руки, и закинув на плечо брыкающуюся девушку, скрылся в лавке.

К дуэльной площадке мы подошли большой компанией, но не смотря на это, я успел вырваться вперёд и незаметно для остальных достал амулет связи, выводя на нём несколько рун.

Вчера вечером мы с Ильёй обменялись контактами, просто… на всякий случай. Не думал, что мне так скоро понадобится связаться со здоровяком.

Малинин не отвечал.

Тьфу, он же сейчас на тренировке. Обидно.

Я хотел, чтобы инквизиторы, а лучше сам Проскурин со своей командой, прибыли к месту дуэли. Планировал предоставить ему культиста на блюдечке с золотой каемочкой. Один я пока не потяну борьбу с этой сектой «сердеедов». Наверняка, Святая Инквизиция не мало о них знала и вела постоянную борьбу с еретиками, коими они и являлись.

Жаль, придётся действовать в одиночку и постараться не убить ублюдка в поединке. Эта тварь нужна мне живой. Приволоку его инквизиторам, получу плюсик в карму, подниму свою репутацию среди братьев ордена, а заодно, не получу звездюлей от Семёна Михайловича за то — что так долго отсутствовал.

Матисов был уже на месте, нетерпеливо постукивая носком ботинка по земле.

В его глазах плескалось раздражение, предвкушение победы и желание разорвать меня на части.

Этот ублюдок меня недооценивал, я же не питал иллюзий, что победить противника получится легко. Барон был чернокнижником, а эти твари очень сильны и живучи. Придётся постараться, чтобы его одолеть.

Я, вообще, не понимал, зачем этот тип ходил везде с охранниками, разве что только для вида и большей солидности.

Прежде чем ступить на арену, задумался.

А не переодеться ли мне обратно в броню Инквизиции?

Конечно, неизвестно, как поведёт себя Матисов, поняв, что я принадлежу к ордену, но, если вдруг вздумает сбежать, поймать я его всегда успею.

Пустись ублюдок в бега, было бы просто превосходно. Я сумел бы за ним проследить, и вероятнее всего, выявить ещё несколько членов мерзопакостного культа, поэтому быстро скинул жилет, и достав из суки броню, натянул на себя.

Надо было видеть лицо Матисова. На мгновение оно перекосилось от изумления, в глазах барона вспыхнули искры страха, но быстро пропали, уступив место всепоглощающей ненависти.

— Так-так-так, — произнёс он глумливо, — брат Инквизитор.

— Кому-то может и брат, а кому-то вроде тебя — враг, проклятый чернокнижник.

— Чернокнижник? А-ха-ха, что ты несёшь, барон? Какой ещё чернокнижник?

В голосе барона прозвучало искреннее недоумение.

Вот тут уже опешил я.

Неужели Мышкин соврал? Вот сволочь.

Хотя, может в этом мире подобные ублюдки называют себя по-другому?

Но ведь Глеб тогда действительно понял, что я имел в виду его культ, я ясно дал понять, что знаю, как именно они добывают силу, гонясь за бессмертием и властью. Наверняка, просто не стал меня поправлять и говорить истинное название их организации?

Вот сейчас и проверим, прав я или не прав.

Хорошо, что других претендентов на

Матисов последовал моему примеру, и предвкушающее улыбнувшись, приготовился к бою.

Стоило нам оказаться посередине площадки, как сверху опустился защитный купол, сияющий мягким светом, который ограждал зрителей от заклинаний, выпущенных участниками дуэлей.

Матисов, стоящий напротив, был опытным магом, его уверенность и готовность к бою лишь подогревали мою решимость.

Я взял меч в обе руки, его холодное лезвие отразило свет купола, создавая искры, которые начали танцевать в воздухе.

Интересный эффект, но полюбоваться мне им не удалось.

Противник не стал доставать оружие, решив сразу ударить магией на полную силу и поразить меня одним ударом.

Обломись, урод! Я таких как ты ел на завтрак, правда в прошлой жизни. Сейчас же, придётся немного попотеть.

Жаль, что нельзя использовать вампирские способности. Сделай я это, и вместе с Матисовым окажусь в подвалах инквизиции, и ведь никто не посмотрит на то — что я не являюсь беспощадным убийцей, а хочу всего лишь сделать этот мир капельку лучше. Мои мотивы и стремления нахрен никому не сдались. Если ты кровосос, значит, не имеешь право на существование, поэтому придётся обходиться стандартными способами борьбы.

Эх, старя, добрая магия!

Посмотрим, смогу ли я в своём теперешнем состоянии справиться с чернокнижником.

С такими мыслями я принял заклинание Матисова на щит. Щит прогнулся, истончился на половину, но выдержал.

Стоп!

А почему я начал сомневаться в своей победе?

Ах ты ж, демоново отродье!

Использовать ментальную магию?

Как же подло, но от чернокнижника я другого и не ожидал, просто удивился, что Матисов оказался на такое способен.

Собравшись с мыслями, сосредоточился, скидывая чужое влияние и зло усмехнулся.

— Тебе не победить, барон. Уже очень скоро ты окажешься в руках инквизиции, — уклоняясь от огненных лезвий, прокричал я, пытаясь вывести противника из равновесия, — Ведь я знаю, к какому культу ты принадлежишь. Вы ублюдки проводите кровавые ритуалы, поедаете людские сердца и думаете, что вам это сойдёт с рук, но вы ошибаетесь. Теперь за вашу мерзкую секту возьмусь я, и клянусь жизнью, не успокоюсь, пока не изведу вас всех до последнего.

— Гр-р! — взревел Матисов, швыряя в меня огненную волну, да такую огромную, что у меня не оказалось возможности увернуться, потому как она занимала всё пространство от одной стены защитного купола до второй.

Сука, действительно силён.

Будь на моём месте кто-то другой, точно бы не выстоял. Не жалея, зачерпнул из источника энергии и сформировал новый щит, состоявший из трёх плотных воздушных слоёв.

Огонь врезался в него словно громадный отбойник, но не сумел прорвать преграду и растекся по куполу, который медленно — но верно, поглотил заклинание, не позволяя ему выбраться за пределы дуэльной площадки.

— Как так? Почему ты не сдох? — завопил Матисов, но я не стал ему отвечать, хотя на языке и вертелось несколько заковыристых фраз, вместо этого сам пошёл в атаку.

Первое — чем ударил, были мои любимые молнии, но ублюдок с ними справился практически играючи, только волосы на голове встали дыбом, как иглы у дикобраза.

Не стал медлить, и тут же под ногами Матисова выросли бетонные пики высотой примерно в полметра.

Не знаю, как противник угадал направление моей атаки, но в самую последнюю минуту сумел уклониться от острых каменных вершин, но удача оказалась на моей стороне. Ноги Матисова неудачно заплелись, и он полетел на спину, а я сразу же решил закрепить успех.

Ещё одна молния, воздушный вихрь и каменная пика, выпущенные одно за другим, сделали своё дело. Правда и барон сумел достать меня огненным шаром, но броня выдержала, не позволила сжечь мою тушку заживо, вот только бедро опалило со страшной силой.

— Агрх! — прорычал я, понимая, что сейчас придётся тратить последние крохи энергии на сдерживание регенерации, потому как я не смогу объяснить, почему мои раны затягиваются с такой бешеной скоростью, но сначала…

Сначала нужно полностью нейтрализовать Матисова.

Сейчас он лежал на спине, и как таракан пытался перевернуться на брюхо, но пики, прошившие правую руку в районе плеча и голень левой ноги, не давали сдвинуться с места, но мерзавец был ещё в сознании, поэтому, я кинул в противника слабенькое заклинание оглушения. Пускай отдохнёт перед тем, как предстанет перед очами мастера-дознавателя.

Глава 21

Я спустился с дуэльной площадки, волоча за собой бессознательного чернокнижника и размышляя, как поступить дальше.

Время поджимало: мне нужно было вернуться домой забрать вещи, флягу с оставшейся кровью, выяснить вернулся ли Иван и, конечно, забрать Красотку. Только вот и с Матисовым нужно было что-то делать.

Раз уж я его не убил, придётся самому тащить ублюдка инквизиторам.

Кроме нашей компании у дуэльной площадки собралось немало народа. Ну что поделать, если люди любят кровавые зрелища. Не могут пройти мимо, нужно обязательно остановиться и понаблюдать за поединком.

Только выпустил из рук бессознательного барона, оставив отдыхать на земле, как сбоку послышался громкий, недовольный голос.

— Вы поступаете бесчестно! Если выиграли, это не значит, что вам всё позволено. Ведите себя достойно. Не унижайте противника, который не в состоянии ответить.

— Это вы мне? — повернулся я и с удивлением посмотрев на крикуна.

Высокий тощий парень с гербом рода на лацкане пиджака, явно сшитого на заказ, надменно вскинул голову, уставившись на меня немигающим взглядом выпученных, как у жабы, практически бесцветных глаз.

— А ты ещё кто такой? — проворчал недовольно.

— Барон Тишкин. Немедленно приведите вашего противника в чувство! Подобное поведение недостойно аристократа!

Тьфу, вот же, поборник за справедливость выискался.

— Не лезьте не в своё дело, барон.

— Я не собираюсь смотреть на подобное бесчинство, — парень сделал шаг вперёд, намереваясь помочь Матисову, — Пропустите, я лекарь.

— Даже не подумаю.

Бывшие охранники чернокнижника, выступили вперёд.

— Ваше Благородие, просим вас не вмешиваться, — сделав лицо кирпичом, произнес один из бугаёв.

Ага, видимо очень уж сильно достал наёмников бывший наниматель, раз они встали на мою сторону. Могли, вообще, прикинуться ветошью и свалить на все четыре стороны, но нет — остались.

Шилов молчал, наблюдая за происходящим, по лицу мастера не было понятно, какие эмоции он испытывал, а вот граф Ильинский со

Ну да, дуэль — это одно, а то — что происходит после, совершенно другое.

Тяжело вздохнул и тут же заметил, как Матисов, валяющийся у моих ног, начал шевелиться, приходя в сознание.

Да хренушки!

Недолго думая, бросил в него заклинание.

— Лежать, падла, — прорычал гневно, за что получил несколько укоризненных взглядов.

— Барон Тишкин прав, не по-людски это. Зачем вы его вновь оглушили?

— Что бы не сбежал. Просто поверьте, Юрий Викентьевич, этот тип смертельно опасен. Если он придёт в себя, может натворить очень много бед, потому как загнанная в угол крыса, кусает без разбора.

Жабоглаз, как я про себя обозвал барона Тишкина, сжал кулаки и не смотря на то — что я сказал, попробовал обойти по дуге и подобраться к моему поверженному врагу.

Хорошо хоть спутница графа не пыталась прийти на помощь Матисову. Хотя — нет, пыталась, просто Ильинский прервал порыв целительницы и ухватив за руку, прижал к себе.

— Куда? Стоять, барон, — рявкнул я на Тишкина.

Парень от моего окрика подпрыгнул, но не угомонился.

— Я сейчас позову городовых!

— Да пожалуйста. Только они тебя за это по голове не погладят. Разуй глаза, барон! — ткнул я в герб на предплечье, — Этот человек пленник Святой Инквизиции, и я могу делать с ним всё, что пожелаю.

Тишкин захлопал глазами, подошёл практически вплотную ко мне и склонил голову, всматриваясь в вышитый рисунок.

— Эй, ты чего? — отпрыгнул в сторону.

— П-прошу прощения, что сразу не рас-спознал, — заикаясь пробормотал он, — У м-меня проблемы с-со зрением. Не увидел…

— Забыли. Так, господа и дамы, — повысил я голос, — Именем Святой Инквизиции, прошу вас всех разойтись.

Стоило прозвучать этой фразе, как зрители начали быстро рассасываться. Через пару минут у дуэльной площадки не осталось посторонних, кроме нашей компании и барона Тишкина.

А этот-то что тут забыл?

— Ваше Благородие, я что, неясно выразился? — напустив в голос строгости, произнес резко.

— Никак нет! — отчеканил тот по-военному, — М-могу, я чем-то помочь?

Проигнорировал вопрос, понадеялся, что парень поймет всё правильно и уберётся прочь, вместо этого произнёс, не особо надеясь на положительный ответ:

— Есть у кого усиленная заклинаниями верёвка, которой можно связать этого гада?

Мастер Шилов, наёмник и граф со своей спутницей покачали головами.

— Плохо, — резюмировал я.

— У меня есть, — выдал жабоглаз, — Если надо, то принесу.

— Тащи.

Барон быстро метнулся в сторону, где около газона стояла его лошадь и отцепив седельную сумку, рванул обратно.

Шустёр, только странный какой-то. А может он не просто так здесь оказался? Тоже чернокнижник? Пытается втереться в доверие?

Да ну, бред. Эти ублюдки, не настолько отбитые на голову, чтобы играть в игры со Святой Инквизицией.

— Александр, а вы можете объяснить нам, что, вообще, происходит и в чём, кроме неподобающего поведения, виноват барон Матисов?

Задумался на пару мгновений. В принципе, клятв молчания с меня никто не требовал, так почему бы и не рассказать правду. Чем больше народа будет знать о культе чернокнижников, тем лучше.

— Этот урод принадлежит к одной секте, где силу получают во время ритуала. А знаете какого?

— Нет, — покачали головами мои слушатели.

— Кладут жертву на алтарь, обычно молодых парней или девчонок, иногда даже детей и вырезают сердца, а потом их съедают. Конкретно у этого ублюдка руки по локоть в крови.

— Вы уверены, Александр, — побледнев спросила спутница Ильинского.

— Абсолютно.

— Мразь, — процедил граф, — Надо было прикончить его на дуэли.

— Нет. Мне да и Инквизиции необходимы ответы на некоторые вопросы, так что тварь нужна нам живой. И знаете, мастер, — повернулся я к Шилову, — Хорошо, что вы не отпустили дочь в особняк барона, — Сделай вы так, и вряд ли её ещё когда-нибудь увидели. Давайте барон свою верёвку и кто-нибудь, помогите уже связать мерзавца.

Помощников у меня оказалось много, поэтому спеленали мы Матисова за считанные секунды.

— Надо, наверное, вызвать сюда ваших братьев?

— Нет, — ответил уверенно, — Я сам доставлю пленника в орден, — Только… мне нужно сбегать домой, взять кое-какие вещи, а это займёт некоторое время.

Можно было действительно вызвать команду инквизиторов, но я хотел лично доставить Матисова в орден и передать с рук на руки Проскурину, чтобы сразу напроситься присутствовать на допросе. Если ублюдка сдаст кто-то другой, меня к нему не подпустят даже на пушечный выстрел.

И да, я мог бы не вызывать чернокнижника на поединок, просто напасть по дороге к дуэльной площадке, но это было слишком рискованно. Я не знал, насколько силён противник и не хотел, чтобы в ходе нашего противостояния пострадали невинные люди, но судя по его способностям, барон тоже оказался мелкой сошкой, которому перепадали крохи «с барского плеча», правда это не делало ублюдка менее опасным.

— Если кто-то присмотрит за Матисовым, пока я отсутствую, буду благодарен.

— Без проблем, — кивнул один из бугаёв, — Только надо бы куда-то убраться с улицы, чтобы не привлекать лишнее внимание.

— Вот тут вы правы.

— Могу предложить свою лавку, — неуверенно произнёс мастер Шилов, — только… что, если господину Матисову удастся освободиться, а там Катенька. Вдруг он нападёт.

В это время у Ильинского подал сигнал амулет связи. Граф нахмурился и черканув руну принятия, ответил на вызов.

— Да, я слушаю. Понял, скоро буду, — закончив общение, Ильинский посмотрел на нас, — Прошу прощения, господа, но мне срочно нужно удалиться. Я бы и рад помочь, но дела рода не требуют отлагательств. Дорогая, — обратился он к своей спутнице, — Нам нужно поспешить.

Целительница кивнула, и граф, взяв женщину под руку, быстро отправился в сторону дороги, где почти сразу поймал проезжающий мимо экипаж.

Скверно. Я мог бы оставить наёмников охранять Матисова, но опасался, что парни могут не справиться. Они неплохие воины, но не маги.

Жабоглаз заметил мою неуверенность. Внимательный, зараза.

— Если боитесь, что он может вырваться и кому-то навредить, могу подстраховать, — перестал заикаться барон Тишкин, вернув себе уверенность.

— Хорошо, пусть будет так. Тогда давайте вернёмся в лавку, если мастер Шилов не против?

Андрей Борисович кивнул, хотя наверняка уже пожалел о своём предложении.

— Ох-ох, — простонал он, — Надеюсь всё это хорошо закончится.

В

Впрочем, не зря. От чернокнижников можно ожидать чего угодно. Этот гад при должном умении мог бы и с зачарованной верёвкой справиться, ну а дальше… Дальше попытался бы уничтожить всех свидетелей.

Мне не хотелось оставлять гада на практически незнакомых людях, подвергая их опасности, но и тащить Матисова с собой до квартиры я не мог.

— Мастер Шилов, если переживаете за дочку, просто отправьте её на время погулять под присмотром охранника.

— Да, точно, — оживился хозяин лавки, — так и сделаю.

Два здоровяка под моим чутким контролем, подхватили бессознательного барона под руки и поволокли по улице.

Если сильно не присматриваться, то со стороны казалось, что охрана помогает своему не в меру выпившему господину добраться до дома.

Мы же с мастером Шиловым и бароном Тишкиным пошли чуть позади. Я был наготове, а то очень уж быстро в первый раз Матисов пришёл в себя после моего заклинания.

Когда оказались у лавки, повернулся к Жабоглазу и мрачно посмотрел тому в глаза.

— Если что-то случится, и ты попробуешь освободить пленника или попытаешься помочь ему сбежать, я тебя найду и убью, и поверь мне, твоя смерть будет долгой и мучительной.

Парень побледнел, но упрямо сжал губы и ещё больше выкатил глаза.

— Я не подведу.

— Очень на это надеюсь.

Заходить в лавку не стал, сразу отправившись на сьёмную квартиру, и как только оказался за углом ближайшего дома, огляделся по сторонам, и не увидев поблизости прохожих, накинул на себя невидимость, а затем, резко ускорился.

Быстро пронесся по улице, и оказавшись на месте, снял заклинание, степенно входя в парадную.

Поднялся по лестнице и не теряя бдительности, осторожно отпер ключом дверь, сразу ощутив присутствие Ивана.

Вампир взволнованно высунулся из комнаты.

— Я уже начал беспокоиться, что ты не придёшь, — облегчённо выдохнул кровосос.

— Как всё прошло? — поинтересовался без предисловий.

Если Иван вернулся, значит, раздобыл кровь, но мне всё равно было интересно, каким образом он это сделал.

Дала ли Татьяна юшку добровольно или же пришлось искать где-то в другом месте.

Это не было любопытством, просто я хотел знать, к чему готовиться, если парня поймают.

— Нормально, — довольно выдохнул юный вампир, — Ты бы видел, как Таня обрадовалась моему приходу. Она уже думала, что меня убили, как всех остальных.

— Откуда она узнала об убийстве твоей семьи?

— Так пришла на следующий день на работу, а там…

— И её не забрали инквизиторы? Уверен, они должны были оставить кого-то, чтобы следить за твоим домом.

— Не знаю, может ей просто повезло.

— Ага, как же. Слабо в это верится. Надеюсь, за тобой не следили?

— Уверен, что нет. К тому же, я попетлял по улицам. Если и был хвост, который не заметил, то он точно отвалился.

— Хорошо бы так, — произнёс задумчиво, — Ладно, давай сюда, — протянул руку, и Иван достал из-за пазухи флягу: не ту — что была у меня, другую, полностью наполненную кровью.

Открыл, понюхал и остался доволен. Быстро перелил в свою емкость, и завинтив крышку, забросил в сумку.

Эх, надеюсь, прокатит. Я же теперь послушник, не станут же меня досматривать при входе на территорию ордена?

Да и не до того всем будет, когда я приволоку туда чернокнижника.

— К девчонке своей не ходи ближайшие дни. Что бы ни случилось, ты меня не знаешь и… адрес этой своей Татьяны дай. Попробую проверить её по своим каналам.

— Может не надо?

— Надо, Ваня, надо. Всё, пока.

Времени на более длительные разговоры не было, поэтому, я почти сразу вылетел из квартиры, и добежав до конюшни, вскочил в седло, пустив Красотку в галоп, отправляясь обратно к одёжной лавке.

Глава 22

Успел как раз вовремя. Опоздай я на несколько минут и было бы поздно. Матисов пришёл в себя и сейчас матерясь, как последний плебей, пытался справиться с держащими его путами.

Самое поганое заключалось в том, что верёвки не мешали ему магичить.

Хорошо, что пока никто не пострадал… Ну, смертельно не пострадал.

Мастер Шилов спрятался за стойкой, стараясь не высовывать даже носа. Хозяин одежной лавки поступил правильно, ведь всё равно ничем не мог помочь, так как не являлся одарённым.

Оба наёмника выглядели не очень. За сегодняшний день им не повезло второй раз. Сначала я навалял парням как следует, а теперь и бывший наниматель устроил огненную сиесту.

Ситуация накалялась с каждой секундой. Матисов с взъерошенными волосами и иссечённым лицом, выглядел как дикий зверь, готовый на всё ради свободы. Его глаза горели ненавистью, а изо рта срывались проклятия. Каждый раз, когда он пытался вырваться из пут, верёвки лишь крепче вжимались в его кожу, но ублюдок не оставлял попыток освободиться.

На руках и лицах здоровяков красовались глубокие ожоги. От бровей и волос не осталось следа, костюмы наполовину истлели, но мужики, рискуя своими жизнями, пытались задержать ублюдка, который встал на ноги и прыжками пытался добраться до двери.

Почему прыжками?

Да потому, что спелёнатым практически с ног до головы много не побегаешь.

Барон Тишкин стоял чуть в стороне, чтобы не попасть под раздачу и пытался применить самые простые атакующие заклинания, чтобы не дать гаду смыться, при этом держал защиту от огня. Не сделай он этого, и одежная лавка мастера Шилова выгорела бы дотла.

Заклинания барона, хоть и были простыми, требовали концентрации, и он не мог позволить себе отвлечься.

Я сразу заметил, что на лице Жабоглаза выступил пот, руки тряслись, а кожа стала ещё бледнее, чем раньше, но он не сдавался, проговаривая заклинания вслух, видимо на ментальную активацию не осталось сил.

Каждое произнесённое слово требовало от парня усилий, а его защита от огня уже начинала ослабевать, но барон не отступал, так как знал, что если не остановит Матисова, последствия могут быть катастрофическими.

— Держитесь, ребята! — крикнул он, стараясь подбодрить наёмников, но в его голосе звучала неуверенность, которая не могла не передаться остальным.

В этот момент Матисов, словно почувствовав, что его время на исходе, резко развернулся в сторону прячущегося за стойкой мастера Шилова и собрал всю оставшуюся энергию, готовясь к последней сокрушительной атаке.

Наёмники, почувствовав ещё более сильную угрозу, рванули вперёд, намереваясь сбить Матисова с ног, но у них ничего не

Кулак, летящий в голову чернокнижника, остановился в паре миллиметров от виска, погрузившись во вспыхнувший жарким огнём покров.

— А-ааа! — заголосил детина, отпрыгивая в сторону и тряся обожженной рукой, пытаясь сбить с себя пламя.

А вот это уже хреново.

В пылу схватки меня никто не заметил, в том числе и Матисов, что оказалось, как нельзя кстати. Неожиданность — это всегда преимущество.

Ублюдок понимал, что справится с обычными людьми даже будучи связанным, а Тишкина не принимал в расчёт и не опасался, потому как барон все свои силы бросил на защиту и больше не мог атаковать.

Пришлось срочно брать всё в свои руки.

Зачерпнул ману из источника, и не жалея сил, выпустил воздушный таран — заклинание, которое не требовало большой концентрации, но жрало уйму энергии.

— Бумс! — прогремело на всё помещение, уверен даже на улице было слышно.

Поморщился.

Не рассчитал. Вместо обычного тарана, созданного из концентрированной маны, у меня получился целый таранище.

Да что тебя, как же так? Ведь я планировал оглушить только Матисова.

Волна магической энергии прокатилась по лавке, сбивая с ног всех, кто находился внутри.

Конечно, чернокнижнику всё равно прилетело больше других, но и наёмникам с бароном Тишкиным неплохо досталось. Все четверо, как кегли разлетелись по сторонам.

Пожалуй, повезло только мастеру Шилову, который так и не вылез из-под прилавка. Правда самому прилавку не позавидуешь, его смяло воздушной волной, и сейчас он грудой бесполезных досок валялся на полу, погребя под собой Андрея Борисовича.

Матисов пролетел над разрушенным прилавком и громким хлопком впечатался в стену.

— Ум-мм, — простонал он, пытаясь подняться.

Покров с чернокнижника спал, магичить он тоже прекратил, но, на всякий случай, я подскочил к мерзавцу и хорошенько так тюкнул того в висок, а затем, добавил заклинанием, чтобы уж наверняка.

— Не могу больше держать! — воскликнул Жабоглаз, рухнув на колени, а я выругал, едва успев поставить свою защиту, не позволяя огню, бушующему то там, то здесь перекинуться на людей и стены, где располагались полки с тканями.

Пришлось попотеть, создавая множество вакуумных сфер вокруг очагов пожара, полностью выжигая в них кислород.

Тишкин, все ещё стоя на коленях, с трудом поднял голову. Его лицо было бледным, но глаза сияли торжеством.

— Я справился, — пробормотал барон и нервно засмеялся.

Я же в это время полностью погасил пламя.

— Да, ты справился, — подошёл к парню и похлопал того по спине, подавая руку, — Давай, поднимайся.

Не ожидал от него такой самоотверженности. Поначалу мне, вообще, показалось, что Жабоглаз обычный напыщенный индюк, который может только указывать, что-то требовать и пытаться возвыситься за счёт других.

Был неправ, признаю. Теперь даже как-то стыдно, что я дал барону такое прозвище, но ведь похож, зараза…

Главное, не произносить этого вслух.

Тишкин принял мою руку и с трудом поднялся.

Да уж, парень превзошёл сам себя, если учесть, что его основная направленность — целительство, то он сегодня совершил подвиг.

— Ох, — долетел до моих ушей тяжёлый вздох, и из-под раскуроченного прилавка вылез мастер Шилов, скорбным взором обводя помещение.

На мгновение почувствовал себя виноватым. Ведь это была моя идея вернуть Матисова в одежную лавку.

Впрочем, ничего непоправимого не случилось. Благодаря Жабоглазу практически все ткани оказались нетронуты огнём. Лишь сами полки по краям немного обуглились, пострадал паркет, да на одной из стен огонь пробил защиту и слизал обои. Ну и прилавок… М-да…

— Мастер Шилов, вы не переживайте, я оплачу ущерб, — решил подбодрить Андрея Борисовича.

— Ваше Благородие, не нужно. Не удобно как-то.

— Даже не спорьте, это не обсуждается.

— Я тоже войду в долю, — вклинился в наш разговор Тишкин, отряхнув стул от пепла, и с облегчением на него опустился, — Если бы сумел удержать заклинание, никакого пожара бы не было.

— Ну, мы это… — произнес один из наёмников, разводя руками, сидя прямо на полу и потирая огромную шишку на затылке, — и хотели бы помочь, но сами на мели.

— Мастер Шилов, подсчитайте убытки и свяжитесь со мной и бароном… — Жабоглаз посмотрел на меня.

— Саяновым, — подсказал ему.

— Ага, Саяновым.

Андрей Борисович посопротивлялся для вида, но потом согласился.

— Как же хорошо, что Катеньки тут не было. Ладно, пойду табличку повешу, что мы закрыты.

Барон Тишкин неторопливо поднялся и направился лечить наёмников.

— Кстати, барон, вас как зовут? — поинтересовался я.

— Мирослав Мирославович, — ответил он, не отрываясь от своего дела.

— Александр Алексеевич, приятно познакомиться.

— Взаимно

Пока мы разговаривали и утрясали насущные вопросы, я внимательно следил за лежащим у дальней стены Матисовым, отслеживая его дыхание и сердцебиение. Если ублюдок начнет приходить в себя, я буду готов применить новое заклинание.

Не успели договорить, как в лавку вернулась Екатерина в сопровождении Павла.

— Ой, папа, что здесь произошло? — воскликнула девушка, — Ты в порядке? — она подбежала к отцу и начала его осматривать с ног до головы, тихо причитая.

Жабоглаз оторвался от лечения бывших охранников Матисова, во все глаза уставившись на девушку, и чуть ли не пуская слюни. В его выпученных до невозможности глазах отражалось неподдельное обожание.

Кажется, кто-то крупно попал.

Впрочем, это не моё дело. Пора уже отсюда уходить, а то и так задержался сверх нормы.

Подошёл к Матисову, наклонился, и ухватив ублюдка за шкварник, поволок на выход.

Затем быстро перекинул тушу бессознательного чернокнижника поперёк кобылы и вскочил в седло.

Стоило подъехать к территории ордена, как меня остановили Инквизиторы. Хорошо, что караул не поменялся и на воротах стояли всё те же ребята, что выпускали меня в город.

— Эй, послушник, а ты часом не обнаглел? Что это за полудохлая тушка у тебя на лошади?

— Да вот, еретика поймал, — пожал плечами.

— Ага, как же… еретика. Наверняка своего дружка решил протащить на территорию ордена. Думаешь, я не знаю все ваши уловки. Были уже прецеденты, только ничем хорошим это не заканчивалось. Посторонним здесь не место, так что заканчивайте этот спектакль.

— Какой нафиг спектакль? Парни, вы что не видите, что он связан?

— И что?

Стукнул себя ладонью по лбу, понимая, что пропускать меня с пленником никто не собирается.

Инквизиторы вроде умные ребята, но сегодня явно тупят.

— Тогда сбегайте за Проскуриным… пожалуйста, — добавил в конце, начиная закипать, а заодно почувствовав, как сердце Матисова ускорило свой

— Ага, как же. Я что, похож на посыльного? — донеслось до меня сквозь вату, потому что всё своё внимание я сосредоточил на пленнике.

Ублюдок опять начал приходить в себя.

Не принадлежи Матисов к культу чернокнижников, уже давно бы сдох от такого количества заклинаний и ударов, которые ему нанесли сегодня.

Пришлось положить ладонь на загривок гада и послать в тело небольшой энергетический импульс. Надолго не хватит, но немного времени выиграть даст.

— Тогда свяжитесь с Семёном Михайловичем по амулету. У вас же есть такая возможность?

— Да даже если бы и была, я что идиот, беспокоить Зверя. Нет, брат, даже не рассчитывай нас подставить. Думаешь, самый умный.

Вот ведь, балбесы.

— Просто сделайте, как я прошу.

— Да достал ты уже. Ничего мы делать не станем. Буди своего дружка и открывай сумку, досмотр провести надобно.

— Это ещё зачем?

— Затем, что ты мог прихватить с собой запрещённые артефакты. Может, решил устроить взрыв в Самом Сердце Святой Инквизиции.

— М-да, — протянул я, чуть ли не крутя пальцем у виска.

Паранойя в самом разгаре. Хотя, они правы. Если пускать на территорию всех без разбора, это будет уже проходной двор, а не великий орден, борющийся с нежитью.

Только вот, была одна небольшая проблема. Под ворохом документов и одежды лежала моя фляга с кровью.

Я надеялся избежать проверки, но не прокатило. Пришлось расстегнуть молнию и предоставить к осмотру вещи. Стал бы артачиться, вызвал ещё больше подозрений.

Инквизиторы быстро перебрали одежду, а вот документы не тронули. Правильно, попробовали бы сунуть нос в мои бумаги, получили по морде.

— Так, а это что? Алкоголь?

— Нет, а ну отдай, — прорычал я, но дежурный инквизитор даже не подумал этого сделать, ухватившись за пробку и начиная её откручивать.

— Сейчас посмотрим…

— Это фляга моего отца. Память. Внутри обычный настой из трав, так что убери от неё свои грабли, а не то…

— Что у вас тут происходит? — послышался позади меня холодный женский голос, который я мгновенно узнал.

Глава 23

Обернулся.

Позади находилась женщина-инквизитор которая принимала у нас экзамен, кажется Надежда Морозова.

— Да вот привез чернокнижника. Хотел передать с рук на руки Семёну Михайловичу, но меня не пропускают.

Светловолосая красавица быстро оценила внешний вид пленника, хмыкнула и махнула рукой.

— Ну, пойдём, провожу тебя до кабинета Проскурина. Самой интересно, кого ты сюда приволок.

— Отлично. Большое спасибо, — обрадовался я.

Блондинка быстро пошагала в перёд, а я так и остался стоять.

— Что ещё? — резко развернулась женщина-инквизитор и прожгла меня ледяным взглядом серых глаз.

— Пусть они отдадут мои вещи.

— Да забирай, — подтолкнул сумку носком сапога один из стражей, не решая противоречить Морозовой.

— И флягу, — добавил я, радуясь, что инквизитор не успел её открыть, — Памятная.

— Верните, — бросила Надежда.

— Но… а если там алкоголь? По уставу…

Светловолосая так глянула на дежуривших у ворот парней, что они невольно сжались.

Я же, полностью довольный, забрал флягу, проверил, плотно ли завинчена крышка и бросил обратно в сумку, заводя лошадь с пленником на территорию ордена.

Правда вскоре пришлось взвалить Матисова на плечо, потому что Красотку дальше не пропустили. Молодой послушник перехватил уздцы и повел кобылу в сторону конюшни.

— Ух, тяжёлый, зараза, — я даже присел от натуги, делая вид, что с трудом справляюсь со своей ношей. Главное не перестараться.

На самом деле вес барона был для меня сродни пушинке. Да я троих таких мог поднять без проблем и пронести не меньше нескольких километров, даже не запыхавшись, вот только знать об этом не должен был никто.

— Почему ты назвал его чернокнижником? — не оборачиваясь, спросила Надежда.

— Потому что он принадлежит культу чернокнижников.

— Не знаю такого культа? Может ты его сам выдумал? А может, решил избавиться от личного врага нашими руками?

— Никак нет. Просто я не знаю, как называется секта, к которой принадлежит этот мерзавец. Вот и назвал первое, что пришло в голову.

— С чего ты решил, что он культист и мерзавец?

— А как ещё можно назвать того, кто режет людей на алтарях и пожирает их сердца.

Морозова резко остановилась и развернулась в мою сторону.

— Что ты сказал, повтори?

Ну, я и повторил.

— Да что б меня! Где ты откопал этого ублюдка? Откуда, вообще, знаешь об этом культе? — во взгляде Надежды проскользнуло крайнее недоверие.

— Вот придём к Проскурину и всё расскажу.

— Тогда шевели булкам, послушник, — рявкнула женщина-инквизитор, и ускорив шаг, направилась ко входу в замок.

— Погодите, а разве Семён Михайлович сейчас не на тренировочной площадке? Насколько я знаю, он в это время должен тренировать нашу группу.

— Ха-х, ты что думаешь, Старшему Инквизитору больше нечем заняться, как гонять молодых недотёп? Посмотрел он на ваши навыки и умения, теперь составит программу обучения и передаст кому-нибудь другому и скорее всего, мне. А ведь всё из-за тебя, — раздражённо прорычала Надежда, — Возись теперь с вами.

— Почему из-за меня-то?

— А ты не слышал приказ главы ордена?

— Слышал. Да не расстраивайтесь вы так: ребята умные, схватывают всё на лету. Быстро научатся…

— Они умные, а ты значит, балбес? — поддела меня Морозова.

— Почему это?

— Так ты о себе даже не упомянул, словно вовсе не состоишь команде.

Ну да, я смотрел на ребят со стороны своего прошлого опыта, и они казались мне пусть и перспективными, но желторотыми юнцами. Я же, познавший всю суровость жизни, прошедший множество смертельных битв, повидавший такое, что местным инквизиторам не снилось даже в самых страшных снах, ощущал себя не новичком, а как минимум столетним дедом, на которого повесили бремя ответственности.

Потому что, если нас пятерых отправят на реальное задание, а это рано или поздно случится, отвечать за ребят придётся мне, хотя бы перед самим собой.

Я прекрасно понимал Морозову и Проскурина. От того, как они обучат новичков, будут зависеть их жизни. Судя по статистике, с которой я успел ознакомиться, на первых выездах гибло примерно сорок процентов новичков.

За разговором не заметил, как мы добрались до кабинета Старшего Инквизитора.

Морозова резко постучала, и не дожидаясь ответа, распахнула дверь.

Проскурин сидел за столом и разгребал бумаги. Он поднял

— А, явился не запылился. Я уж думал, не воротишься. Хотел за тобой Следопыта отправлять.

— Да тут кое-что произошло. Вот, — скинул бессознательное тело барона Матисова на пол, — подарок вам принёс.

Пришлось рассказывать, правда не всё: кое-что упустил, кое-что подукрасил, но и этого хватило за глаза — за уши, чтобы ошарашить находящихся в кабинете инквизиторов.

— Значит, приставал к девушке, неуважительно вел себя по отношению к хозяину одежной лавки и нахамил лично тебе?

— Ага, — кивнул подтверждая.

— В итоге, ты вызвал этого человека на дуэль?

— Всё правильно.

— Как ты сказал, его зовут?

— Барон Матисов.

— Значит, по твоим словам, Барон Матисов заявил во время поединка, что сожрёт твоё сердце?

— Так и было. Он ещё про алтарь и жертвоприношения что-то говорил.

— Интересный ты экземпляр, Саянов. Очень интересный, — проворчала Морозова, — То — с Высшим вампиром дерёшься, то — культиста ловишь, и при этом у тебя всё так легко получается, словно играючи.

— Вот уж не надо. Ничего и не легко. С тем вампирюгой знаете, как страшно было. Ну а сегодня, просто повезло.

— Везучий ты наш, — начал Проскурин вкрадчиво, — А почему ты решил, что Матисов именно культист, а не просто решил тебя запугать во время дуэли, сбить с толку, чтобы ты потерял концентрацию.

Семён Михайлович нехорошо прищурился.

— Так… — только отрыл рот, как Старший Инквизитор меня перебил.

— И только попробуй где-нибудь соврать! Раз ты пришёл к подобному выводу, значит, раньше уже сталкивался с этими ублюдками.

— Сталкивался один раз. Случайно, — выдохнул я и принялся самозабвенно вешать лапшу на уши Проскурину с Морозовой, — По дороге в столицу на меня напали двое странных типов. Это произошло ещё до встречи с Кристиной. Скрутили, привезли на какую-то поляну и хотели вырезать сердце. Они даже не скрывали, что собираются со мной делать, уже посчитав живым трупом, поэтому и говорили при мне достаточно откровенно.

Про столкновение в безлюдном переулке с местной гопотой под предводительством Глеба Мышкина решил умолчать. Не нужно никому знать о том, я слишком часто шляюсь по подворотням, тем более — с какой целью это делаю.

— Что именно говорили? Имена, явки, базы дислокации? — сразу принял охотничью стойку Семён Михайлович.

— Эм-м, понятия не имею, я тогда не особо вслушивался в их речь. Знаете, когда тебе хотят пустить кровь, как свинье на бойне, как-то не до того, но всё же пару фамилий я запомнил. Среди них как раз был Матисов.

— А второй? — напряжённо произнес Проскурин.

— Орлинский.

— Уверен?

— Да.

— Хм-м, Орлинский. Знать бы ещё который. Неужели глава рода? Да ну, не может Пётр продаться этим тварям, — пробормотал мой куратор, задумавшись, — Ладно, разберёмся. А ты почему этого ублюдка сюда потащил? Не мог вызвать отряд инквизиторов, чтобы его забрали? Вдруг бы этот гад пришёл в себя.

— И что?

— Да прибил бы тебя как нефиг делать и смылся. Ты, Саянов, даже не представляешь с кем связался. Эти мрази очень сильные, выносливые и живучие.

Не представляю? Да я знаю об этих уродах намного больше, чем весь ваш орден вместе взятый. Насмотрелся в прошлой жизни на бесчинства культистов.

— Матисов, судя по поединку, до настоящей силы ещё не добрался. Мне абсолютно ничего не угрожало. Пусть бы только попробовал сбежать, — я злобно оскалился, но тут же стёр с лица улыбку, заметив настороженные взгляды инквизиторов, — К тому же, хотел лично доставить вам барона и попросить разрешения присутствовать на допросе, — ответил честно, не собираясь скрывать свои намерения.

— Зачем тебе это, Саянов?

— Ненавижу подобных ублюдков, — произнёс я, ни капли не покривив душой, — Они хотели меня убить, а такое не прощается.

— А почему ты Матисова назвал чернокнижником, я так и не поняла? — вновь задала свой вопрос Морозова, переводя тему разговора немного в другое русло, за что я ей был очень благодарен.

Куратор явно хотел задать ещё миллион вопросов, на которые я предпочёл бы не отвечать.

— Я не знаю, как эти твари себя именуют. Показалось, что это название как-нельзя лучше подходит для их секты.

— Хм-м, оригинально, но в корне неверно. Они называют себя культом Лилового сердца.

— Тьфу! Про сердце понятно, по почему лилового?

— А хрен их знает, — резко бросил Проскурин, и видя, что пленник, лежащий на полу, зашевелился, от всей души саданул тому носком сапога по печени.

Матисов застонал, а Старший Инквизитор швырнул в барона какое-то заклинание. Я не успел рассмотреть его структуру, так как немного отвлёкся, засмотревшись на Морозову.

От женщины веяло силой и опасностью.

Хороша, зараза, так и хочется посмотреть на неё в деле… то есть посмотреть, как она расправляется с врагами, а не в том смысле… Впрочем и в том тоже, только вот мне, по определённым причинам, ничего не светит с такой женщиной.

Молча усмехнулся, чем-то Морозова напоминала Кайлу, мою боевую подругу из прошлой жизни. Внешне ледышка, способная одним взглядом заморозить кого угодно, а внутри неистово бушующий огонь.

— Уф-ф, — выдохнул я, вырываясь из воспоминаний.

В это время в кабинет Проскурина зашли два инквизитора, и подхватив Матисова под руки, вздёрнули вверх и потащили в неизвестном направлении.

— А допрос?

— Позже, — отмахнулся от вопроса Семён Михайлович.

— Так я могу на нём присутствовать? — не успокоился я, попытавшись продавить Старшего Инквизитора.

— Нет, — рявкнул он, — Не дорос ещё.

Досадно. Я что зря пёр сюда этого ублюдка? Нет уж, так просто я не сдамся.

— Семён Михайлович, я уверен, что моё присутствие на допросе может принести положительные плоды.

— А-ха-ха, насмешил, но плоды там точно будут, да ещё какие. Матисов таких плодов в штаны наложит, мало не покажется. К тому же, допрос буду проводить не я, а мастер-дознаватель Затейников. У Якова и не такие соловьём разливались. А тебе пока о методах наших пыток знать рано. Подрастёшь, наберёшься опыта, заслужишь доверие, тогда и посмотрим.

Я понял, что настаивать нет смысла.

— Хорошо, но вы мне скажите, что удастся выяснить?

— Зачем?

— Хочу принимать участие в уничтожение чернокниж… представителей культа Лилового сердца, — поправил я сам себя.

Проскурин задумался.

— Хорошо, но больше никакой самодеятельности.

— Договорились.

Амулет связи на груди Проскурина замерцал, и тот сразу начертал руну принятия, одновременно с этим повесив полог отчуждения. Не хотел видимо, что бы кто-то слышал его разговор, который продлился от силы пару минут.

— Со мной связался Молот, — пояснил он, — Надежда, собирай команду, небольшой инструктаж и будем выдвигаться.

— Отлично. Надоело уже сидеть на месте. Ещё пара дней, и я бы повесилась от скуки.

— А Молот это кто? — решил уточнить я.

— Николай Васильевич Куваев.

— Может, я тогда пойду? — потихоньку отодвигаясь в сторону двери, поинтересовался у Семёна Михайловича.

— А ну, стоять! — рявкнул Проскурин, — Ты отправишься с нами. Погляжу на тебя в боевой обстановке.

— Так я вроде как послушник, мне не положено.

— Из всех правил есть исключения. Ты же слышал, что Куваев лично поручил мне твоё обучение.

— Не только моё, но и…

— Остальных просто в нагрузку добавили. Никто из них ни разу не был в реальном бою с нежитью, а ты уже схлестнулся с вампиром, да и с еретиками дело имел. Чуешь, разницу?

— Чую.

— То-то и оно.

Морозова в это время связалась по амулету связи с остальными членами группы.

— А я думал Вас всего трое. Вы и Павел с Василием.

— В полноценной команде должно быть пять человек. Просто у Нади в тот момент наклёвывалось другое задание, а что до последнего… — Проскурин тяжело вздохнул, — Ты теперь займешь его место.

По мрачному виду инквизиторов было видно, что дальше эту тему развивать не стоит, и так понятно, что случилось с членом их группы.

Глава 24

Не прошло и пяти минут, как в кабинет влетели Павел с Василием и уставились на меня, как два барана на новые ворота.

— Он теперь в нашей группе, — пояснила Морозова.

Восторга от этой новости женщина не испытывала, впрочем, как и пришедшие инквизиторы.

В их понимании я являлся балластом, за которым придётся постоянно приглядывать, но ничего, я вас ещё удивлю.

— Так, сейчас знакомимся, потом я ввожу вас всех в курс дела и по коням, — громыхнул Проскурин.

— Александр, — представился я первым, хоть и понимал, что все и так знают моё имя.

— Василий, позывной Следопыт.

— Павел, позывной Бивень.

— Валькирия, — поджав губы, выдавила из себя Морозова.

— Ну а я Зверь, — добавил Проскурин, — На задании обращаемся друг к другу только по позывным.

— Понял. Только вот у меня нет позывного, — Хотя, — в голову закралась шальная мысль, — Можете называть меня Вампир.

— Почему? — удивились все, кроме, пожалуй, Семёна Михайловича.

Старший инквизитор мгновенно смекнул, что стало причиной такого оригинального выбора.

— Так вы поначалу подозревали, что я не человек вовсе, а обычная нежить. Зверь в меня даже очищающим светом шандарахнул.

— Да ну? — удивились Павел с Василием, которые об этом не знали, а вот Морозова, похоже, была в курсе нашей интересной беседы с Проскуриным несколько дней назад.

— Вампир — так вампир, на первый раз пойдёт, а там посмотрим, может, что другое прилипнет, — подытожил Старший Инквизитор.

— Куда направляемся Зверь? — поинтересовался Бивень.

— И почему именно мы? — это уже проворчал Следопыт, — У нас так-то заслуженный выходной сегодня.

— Ты в инквизиторы для чего подался? Чтобы на кровати лежать и плевать в потолок? Монстров ты шёл бить, нежить уничтожать, еретиков давить как гнид поганых. Вот и не ной.

— Так у него сегодня свидание накрылось, — хохотнул Павел, — К боярской дочке месяц клинья подбивал, всё никак уломать не мог…

— Да заткнись ты, придурок, — толкнул друга в бок Василий, — Ещё слово и я тебе в морду дам.

— Ха-ха, ну попробуй, если свою челюсть не жалко. В прошлый раз тебе её целители целых полтора часа восстанавливали.

— Прекратили балаган, — прорычал Зверь и парни сразу же замолчали, чуть ли не вытянувшись по струнке, — Короче все опытные группы на выезде. Сами знаете, сейчас в пригородах неспокойно. Каждую весну прямо обострение какое-то: то — вампиры, то — оборотни бесчинствуют, то — нечисть из лесов прёт. Задание не из лёгких. Некромант будь он неладен поработал. На Крестовоздвиженском или как его ещё называют Ямском кладбище мертвяки повставали.

— Оп-па, давно в столице подобная шваль не шалила, — вскинула брови Надежда, — Обычно некрокроты по окраинам Империи шкерятся, в большие города стараются не соваться, знают, что инквизиторы их быстро прищучат. Это кто у нас такой борзый?

— Видать бессмертным себя считает, — усмехнулся Василий.

— Или новичок, который ни бельмеса не понимает и не осознаёт риски, плевать хотевший на свою безопасность, или же сильный, опытный некромант, которому нужно что-то, что находится конкретно на этом кладбище, а поднятые мертвецы, всего лишь уловка, чтобы отвлечь нас от его главной цели, — проворчал Проскурин.

— А может так случиться, что некромант не один, а несколько? — поинтересовался я.

— Бывает, но крайне редко. Алексан… Тьфу, Вампир, будь осторожен, смотри в оба и держись позади. Мы, конечно, прикроем, но сам понимаешь, можем и не успеть, — предупредил меня Зверь.

— Постараюсь не лезть на рожон, — ответил Проскурину и тут же добавил, подпустив в голос ехидных нот, — Но это уж как получится.

— Уу-у, — простонали все инквизиторы разом и недовольно посмотрели на меня, — Проблемный.

На сборы нам Семён Михайлович дал буквально десять минут. Впрочем, все и так были практически полностью экипированы. Оставалось только взять оружие.

Опрометью бросился в комнату. Нужно было отнести сумку с вещами и прихватить спрятанную под кроватью секиру.

— Оо-о, Саня! Долго же ты, — воскликнул Илюха, поднимаясь с кровати, стоило мне влететь в комнату, — Где был? Проскурин нам так и не ответил, когда мы спрашивали.

— Потом, всё потом. Некогда, — отмахнулся от парня.

— Да погоди ты! Куда опять торопишься?

— Зверь взял меня в свою группу. Сейчас поедем на кладбище мертвяков успокаивать.

— Круто! Повезло тебе, — с завистью в голосе произнёс Малинин, — С чего такие плюшки? Колись, когда успел выслужиться перед Старшим Инквизитором.

— Не было такого. Просто в отличии от всех вас, у меня имеется

— Удачи! Смотри там, не подохни. Вечером не отвертишься, всё расскажешь, — прилетело в спину.

Пока спускался по лестнице, перепрыгивая через ступени, ощутил, как радостно завибрировала в моей руке секира. Она словно почувствовала, что скоро предстоит бой, и предвкушала обилие крови, которое прольётся на её острое лезвие.

А дальше… мы вывели лошадей из конюшни, и быстро вскочив в сёдла, помчались в неизвестном направлении.

Где находилось Крестовоздвиженское кладбище я понятия не имел, так же, как и бывший хозяин этого тела.

Как выяснилось позже, погост этот находился в Ямской слободе, недалеко от обводного канала. У входа на кладбище стояла небольшая каменная церковь.

Людей здесь практически не было. Пара мужиков, видимо работников кладбища, бежали ко выходу, закинув лопаты на плечи, и голосили от испуга, остальные, скорее всего, уже были сожраны мертвяками.

Мы влетели в ворота на полном ходу.

— Лошадей оставляем здесь! Дальше пешком! Бивень, Следопыт — направо. Валькирия, Вампир — налево. Я напрямки. Работаем братья Инквизиторы.

— Понял, Зверь! — откликнулся Бивень, спрыгивая на землю и беря в руки притороченный к седлу боевой топор.

Следопыт, скользнул следом и уже мчался вдоль ограды.

Валькирия взмахнула мечом и обернулась ко мне, явно недовольная тем, что присматривать за новичком выпало ей.

— Держи, — протянула мне Надежда двухлитровую бутыль, — Это святая вода. Неплохое подспорье в борьбе с восставшими мертвецами.

— Спасибо, — поблагодарил Морозову.

Ага, главное самому не облиться. Вряд ли я сумею объяснить появившиеся на коже ожоги.

Кстати, вся группа, кроме меня, была одета в черные мантии. На шее у каждого висел крест. Один щелчок и он оказывался в руке инквизитора.

Хорошо, что мне не предложили взять такой же.

Видимо послушникам не положено, а может, просто забыли в суматохе.

К следующему выезду нужно обязательно закупиться парой усиленных заклинаниями перчаток, иначе может случиться незапланированный конфуз, цена которому моя собственная жизнь.

— За мной! — махнула рукой женщина, и не оборачиваясь, направилась вперёд, — Чёртов туман ни зги не видно.

— Это же Петербург, что ты хотела?

— Не умничай, мальчик, лучше смотри в оба.

Я и смотрел, но пока никаких мертвяков заметить не мог.

А туман действительно странный. Когда мы выезжали с территории ордена день был ясным, даже солнышко светило, пригревая весенним теплом. Да что говорить, у входа на кладбище серой хмари тоже не наблюдалось, и только когда мы перешагнули его границу, туманная дымка начала уплотняться и почти мгновенно закрыла нам весь обзор. Не спроста это. Ох, не спроста. Наверняка проделки некроманта и бояться нужно не мертвяков, а именно этого гада, если он, конечно, ещё тут.

Нет, мертвецов тоже стоит опасаться, но сами по себе, они практически безвредны. Покусать, конечно, могут, да и сожрать запросто, но без управления некромантом становятся вялыми и медленными, а вот если тот, кто их поднял здесь и дергает за ниточки, то тогда следует оставаться предельно бдительными, иначе можно сложить голову.

Кстати, некроманты в этом мире вне закона, а зря. Пусть среди них большинство те ещё мрази, но есть и вполне адекватные, которые могли бы работать на благо Империи. Помнится, в прошлой жизни у меня был инквизитор-дознаватель Мёрт. Хороший парень, хоть и через чур мрачный, а уж какой полезный, словами не передать. Допросы мёртвым устраивал такие, что те все свои тайны выбалтывали.

Вообще, люди идя на кладбище, в большинстве своём чувствуют спокойствие и умиротворение. Ну или скорбь, если кого-то хоронят, но точно не страх, тем более на городских, освещённых погостах, рядом с которыми стоят работающие церкви.

А зря, ведь некроманты, при должном подходе и соответствующих знаниях, умеют снимать благодать и осквернять землю.

Присел, подхватил несколько песчинок и растер между пальцами, поднося их лицу и принюхиваясь.

Точно, некромант… и довольно сильный. Плохо, очень плохо, здесь не два или три поднятых трупа, даже не дюжина, а как минимум половина кладбища мертвяков, которые сейчас бродят по округе.

Очень надеюсь, что они не выберутся за ограду и не отправятся в город. Вылавливай их потом по одному.

— Справа, — донёсся до меня голос Валькирии, и я сразу же повернулся в нужную сторону, готовый атаковать, но кроме лёгкого шуршания веток, ничего не услышал и не увидел.

— Это просто ворона, — указал на едва виднеющийся силуэт птицы, сидящей на деревянном кресте, — но будь осторожна. Мертвяков тут до хрена и больше.

— С чего взял? — угрюмо произнесла Валькирия.

— Чувствую.

— Хе-х, чувствительный ты наш, — не поверила в мои слова Надежда, — Надеюсь, штаны не обоссал от страха?

— Не дождёшься, — хмыкнул в ответ.

— Что-то мне с трудом верится, что ты с вампиром сражался. Наверняка только столкнулся с кровососом, как наши ребята появились, — решила поддеть меня Морозова.

— Думай, как знаешь и смотри, как бы мне тебя сегодня спасать не пришлось.

— Тоже мне, рыцарь в потёртых доспехах, — язвительно бросила Надежда.

— Валькирия, тихо. — предупредил я, замирая на месте.

В это же время, сидящая на кресте ворона, шумно взмахнув крыльями, взлетела в небо.

— Кар-кар-кар! — раздался с высоты полёта её истеричный голос, а среди могил, в туманной дымке, задрожали едва различимые тени.

— А вот и гости пожаловали, — проворчал я, взмахнув секирой.

Шатающиеся тела издавали глухие звуки, с каждым новым шагом приближаясь всё ближе.

— Ха-ах, — зловеще улыбнулась Морозова, — пора показать этим гниющим головешкам, кто здесь главный. Я иду вперед, будь готов прикрыть меня в случае чего.

— Прикрою, — бросил в ответ, но отсиживаться за спиной женщины не собирался.

Надежда тут же бросилась в сторону мертвецов, и я последовал за ней, вставая плечом к плечу.

— Я что сказала! — рыкнул Валькирия.

— Не брюзжи, как старая бабка, — хмыкнул в ответ и сделал замах, снося голову ближайшего зомбака.

Надежда резко вскинула руку, и холодный воздух закрутился вокруг её пальцев, образуя ледяные лезвия, которые обрушились на мертвеца, пронзая его тело и замораживая на месте.

Удар меча и тело мертвяка развалилось на мелкие части.

— Неплохо.

Сквозь туманное марево невозможно было понять, сколько у нас противников. С первого взгляда казалось, что около десятка, но был уверен — не меньше сотни.

Надежда бросилась вперёд, пробивая себе путь сквозь мычащую толпу, крутясь как юла и

— Да чтоб тебя! — выругался себе под нос.

Вроде опытный инквизитор, а на кой-то пёс полезла напролом? Да они же её толпой завалят.

Уже хотел кинуться на помощь, но вовремя остановился. Воздух вокруг Валькирии уплотнился, потяжелел. Во все стороны повеяло нестерпимым холодом, а затем, вокруг неё образовалось множество ледяных дисков, которые с невероятной скоростью врезались в мертвецов, расчленяя их тела напополам.

— В сторону! — рявкнула Морозова, и я быстро скрылся за ближайшим памятником.

— Эй, могла бы и заранее предупредить.

— Так я и предупредила.

— Ага, за секунду до атаки.

— Развивай ловкость интуицию, — усмехнулась Валькирия.

— Но, вообще, это было мощно, — не стал скрывать своего восхищения.

С линии атаки ледяной красавицы, я мог уйти в любое время, просто надо было отыгрывать неопытного новичка, что я и сделал.

— Учись, послушник, — усмехнулась Надежда, — Осталось только окончательно их упокоить.

Ну да, располовиненные зомби всё ещё шевелились и пытались подползти к Валькирии, но она ловко отшвыривала их носком сапога.

Я радость Надежды не разделял, потому как чувствовал, что ещё не всё закончено и был прав.

— Берегись! — только и успел крикнуть, прежде чем рвануть вперёд, использовав ускорение на максимум, ибо из тумана выходила очередная толпа мертвецов.

Глава 25

Секира резала воздух, оставляя за собой следы на серых, изможденных телах мертвецов.

— Проклятые некроманты, — шипела рядом Валькирия, отскакивая от огромного зомби и замораживая его ноги до колен, — Чтоб ему пусто было!

Мы стояли спина к спине, круша нежить, но эти твари всё никак не хотели заканчиваться.

— Откуда они лезут? У меня такое чувство, что мертвецов здесь больше, чем могил на кладбище, и это ведь только на нашем участке. Что тогда происходит нам, где находятся Следопыт с Бивнем и Зверем? — проворчал себе под нос, плеснув освящённой водой в рожу очередного зомбака.

Лицо мертвеца задымилось, разъедая сохранившуюся кожу, болтающуюся ошмётками на полусгнивших костях. Он замедлился, а шедший позади зомби врезались в него, остановился и озадаченно закрутил головой, не понимая, что происходит.

Всё-таки они слишком тупые.

— Меньше болтай, больше работай, — рыкнула Морозова, сокрушая очередного мертвеца.

Вокруг нас с глухим стуком падали замороженные, разрубленные на куски тела. Я уже было подумал, что скоро мы уничтожим это «стадо баранов».

Всё изменилось в одно мгновенье. Медлительные и неповоротливые мертвецы резко замерли на месте. Их впалые глазницы впихнули едким зелёным светом, мне даже показалось, что они оскалились в предвкушении, а затем, начали разбегаться в разные стороны.

В туманной дымке: то там — то здесь, мелькали силуэты их тел. Движения нежити стали быстрыми и расчётливыми.

— Да чтоб тебя! — выругался сквозь зубы.

Некромант взял своё войско под контроль. Придётся удвоить усилия, чтобы выйти победителями из этой свары.

Бездумное нападение закончилось, теперь мертвяки действовали целенаправленно, беря нас с Валькирией в круг.

Надежда создала ледяной вихрь, но бой уже длился довольно давно, и заклинание вышло не в полную силу.

Пятерых зомби он размолотил в крошево, но остальные ещё больше озлобились и ринулись в атаку.

— Твари! — зло прорычала Валькирия, её меч рубил мертвяков как заведённый.

Я слышал тяжелое дыхание женщины и понимал, что долго Морозова не продержится. Женщина была сильна, но сила рано или поздно заканчивается у всех.

Пришло моё время показать свои способности.

Зачерпнул как можно больше энергии из источника и начал формировать сразу несколько заклинаний стихии воздуха и земли.

С моей ладони сорвалось десяток длинных воздушных лезвий, которые стремительно понеслись к своим целям. Единственное, туман заслонял видимость, поэтому, не все они достигли заданной цели, но и так, несколько зомби лишились своих голов. В это же время в радиусе десяти метров вспучилась земля, и длинные, острые пики выстрелили вверх, насаживая на себя мертвяков, как бабочек на иголку.

При этом, я рубил нежить секирой, которая вибрировала в моих руках, довольная схваткой, но сквозь это довольство просачивалось разочарование.

Секира жаждали крови, которой в мертвяках не было.

— Ничего, девочка, очень скоро я накормлю тебя до отвала, — усмехнулся про себя.

— Неплохо сработано, Вампир, — глядя на мои действия, выдала Валькирия, смахивая со лба пот.

— Не расслабляйся, — рявкнул на Морозову, которая на пару секунд отвлеклась, переводя дыхание.

Именно в это время под ногами Валькирии вспучилась земля, и из неё, словно чёрт из табакерки, выскочил скелет, у которого в ладони был зажат короткий кинжал.

Надежда не успела среагировать, отвлеклась на атаку наступающих на нас зомби и пропустила удар, точнее — пропустила бы, если бы я не успел вовремя отрубить костяную кисть.

— Валькирия, смотри под ноги! — крикнул напарнице, видя, что мертвяки продолжают наступать.

Их ряды не иссякали, и каждый новый зомби был готов к атаке.

Ладно, не хотите по-хорошему, будет по-плохому. Собрав всю свою волю, я решил использовать новую комбинацию заклинаний.

Эх, жаль нельзя прибегнуть к огненной стихии. Не хотел я пока открывать инквизиторам свои секреты, а значит, придётся обходиться тем, что есть.

Я начал создавать воздушные шары, вплетая в них молнию. Убойное сочетание. Энергии на их формирование тратилось значительно меньше, чем на те же воздушные лезвия, а пользы приносило в разы больше.

Обычной молнией бить не стал. В тумане ничего не стоит промахнуться по противнику, половина уйдёт в молоко, а вот воздушный шар с запечатанной в ней молнией, пущенный в толпу мертвяков, взорвавшись, оторвет как минимум пару голов за раз, а то и больше.

Мелочиться не стал, сформировал сразу несколько штук и отправил в полёт.

Мои «бомбы» активировались в воздухе, и обрушились на нежить, оставляя за собой следы яркого белого цвета.

Взрывы разносили головы зомби на мелкие части, разбрасывая во все стороны куски прогнившего мяса и костные осколки.

Я швырял заклинания немного дальше, чтобы случайно не зацепить нас с Валькирией, поэтому — те мертвецы, что находились поблизости, продолжали нас атаковать.

Не раздумывая ни секунды, вновь взмахнул секирой, перехватив удар костлявой руки, который мог сбить меня с ног.

Хрен тебе, ходячий кусок мяса!

Не для того я переродился в другом Мире, чтобы меня схарчила какая-то сраная нежить. Меня — Великого Инквизитора Лорна.

Кажется, мои усилия не прошли даром. Поднятых мертвецов становилось всё меньше и меньше.

— Давай, Валькирия, поднажмём! — крикнул я, и женщина ответила

Мы начали действовать синхронно.

Я создавал воздушные шары с молнией, чтобы работать на дальней дистанции, а она сражалась с ближайшими зомби, используя магию льда и мастерство боя.

Над кладбищем резко громыхнуло, заставляя меня присесть от неожиданности.

Валькирия же не сдвинулась с места, но я успел заметить на её лице злорадную ухмылку.

— Вам, конец, уроды! — прорычала Морозова, и я был с ней полностью согласен, потому что в ход пошла тяжёлая артиллерия.

Только вот как бы и мне в ходе этой атаки, в которую пошёл Проскурин, не откинуть копыта.

Силён Зверь, особенно по меркам этого Мира. Интересно было бы посмотреть, на что способен Молот. Может, не такие уж слабаки местные маги.

По всему периметру кладбища пронеслась слепящая вспышка света.

— Сцука, как же больно! Терпеть Лорн, терпеть, ты и не такую боль испытывал. В тот раз выжил и в этот выживешь, — проговаривал я про себя, выставляя невидимый барьер и тратя остатки энергии, которые у меня были на то, чтобы не сгореть в очищающем огне.

Тело крутило, выворачивало на изнанку, казалось, что с меня живьём сдирают кожу, плавят мозги, дробят кости.

Проскурин не пожалел сил, вложив в заклинание всё, что у него было.

Надеюсь, что сам не сдох от полного истощения и имел при себе зелье восстановления.

Поспешил Зверь, очень поспешил.

Мы бы и так справились. Ещё пара минут и пришли бы на помощь, потому что почти всех мертвяков на своём участке кладбища положили.

Нам ещё с некромантом драться, а я сейчас не боец, как бы самому кони не двинуть. Да и Семён Михайлович после такого финта вряд ли сможет самостоятельно подняться.

Когда вспышка света исчезла, стало чуть полегче, но всё равно дерьмово. Я там же, где стоял, плюхнулся задницей на грязную землю, тяжело выпуская воздух сквозь сжатые зубы.

— Живой, послушник? — склонилась надо мной Валькирия, хлопнув по плечу, и я не смог сдержать стона. — Эй, Вампир, что случилось? Ты ранен?

— Нет. Перенапрягся. Всю энергию слил. Полное опустошение, — даже врать не пришлось, — Есть зелье восстановления, а лучше, кристалл маны?

— Какой же придурок! Нельзя полностью выкладываться, так и умереть недолго, — вспылила Морозова, но почти сразу взяла себя в руки, — Держи, — отцепила Надежда от пояса небольшой пузырёк с темно-фиолетовой жидкостью.

Как только не разбился в бою?

Открыл, и сразу почувствовал знакомый запах.

— Спасибо, — опрокинул в себя зелье, даже не поморщившись. хотя на вкус это та ещё гадость, и сразу почувствовал, как энергия побежала по венам.

Жаль, что не кристалл маны, но во всяком случае, не даст подохнуть раньше времени, да и подлатает тело, не позволив ему начать чернеть и рассыпаться у всех на глазах.

— Встать сможешь? — протянула руку Валькирия, и я тут же уцепился за неё, пытаясь подняться.

Получилось, хоть и с трудом.

Встряхнулся, понимая, что несмотря на дикую ломоту во всём теле и желание провалиться в небытие, я не могу себе этого позволить. Битва ещё не закончилась.

Некромант не был повержен, и этот ублюдок точно знал, что самый сильный противник после применения очищающего света, оказался ослаблен. Если он решит атаковать, то именно сейчас.

Была слабая надежда, что поднявший мертвецов маг, сбежит, но я в это не верил, потому что на его месте поступил бы с точностью до наоборот.

Как же отвратительно ощущать себя слабым и не способным стереть с лица земли какого-то вшивого некромантишку. Раньше хватило бы щелчка пальцев, и этот гад оказался уничтожен, а сейчас…

Покачал головой, чувствуя себя бесполезным

— Вампир, посиди тут, — Морозова указала на раскуроченный памятник, — Мне нужно к ребятам, там сейчас будет жарко.

Я и сам понимал, что в данный момент представляю для Валькирии обузу.

— Иди, — махнул рукой, и шатаясь, присел на могильную плиту, глядя в спину удаляющейся женщины.

Эх, сейчас бы хлебнуть кровушки, но чего нет — того нет. Да я бы даже согласился осушить крысу, чтобы прибавилось хоть немного сил, но ни одного грызуна поблизости не было.

— Стоп, а это ещё что такое?

Подавляя дикую боль, прислушался к странному гудению, которое с каждой секундой приближалось всё ближе и ближе.

— Твою же хитиновую броню саблезубого кролика!

Я попытался подскочить, но ноги подогнулись, не позволяя убраться с пути эманаций смерти.

Только этого не хватало. Они же раздавит меня как нефиг делать. Некротическая энергия, высвобожденная из трупов, почему-то не отправилась к своему хозяину, а как локомотив мчалась в мою сторону.

— Только этого не хватало.

Идти я не мог, поэтому упал за землю и попытался ползти, но как только сдвинулся с места, секира, которую я так и не выпускал из рук, недовольно задрожала в моей ладони, словно пыталась что-то донести до моего сознания.

— Что? — рявкнул я, но ответа естественно не получил.

Энергия смерти подобралась совсем близко, и я приготовился к тому, что моя новая жизнь закончится здесь и сейчас. Погибнуть так глупо и бездарно, это надо уметь…

— Да хрен вам всем! — прорычал что есть силы, и применив вампирские способности, ломанулся вперёд, правда далеко убежать не удалось.

Энергия смерти настигла внезапно, но не смогла до меня дотянуться. Она словно уплотнилась, сузилась в один мощный, но толстый поток и плавно потекла к секире, которая довольно чавкнула.

Это что предсмертные глюки, или действительно моё оружие начало довольно урчать, поглощая некротические эманации?

Друзья, жмите на сердце! Не жалейте лайков, чем их больше, тем быстрее и чаще пишется прода. Каждые пятьсот лайков автор клятвенно обещает выкладывать бонусную главу.

Глава 26

Я сильно удивился, потому как не думал, что приобретённая в лавке Демидова секира способна на нечто подобное. Ошибся, ведь в моём оружии оказался заточен не примитивный дух, а кто-то намного могущественнее.

Не думал, что в этом Мире есть мастера, умеющие создавать живые артефакты, а секира оказалась именно артефактом, который мог поглощать любую энергию и преобразовывать её под себя. Редкие способности, практически уникальные.

Более того, я почувствовал, как от древка секиры очищенная энергия начала поступать мне в руку, распространяясь по всему телу, словно живительный глоток влаги.

Нет — не глоток, казалось, что я окунулся с головой в лечебный бассейн. Все повреждения, которые нанес мне очищающий свет, мгновенно исчезли, источник наполнился до краев,

Даже вампирский голод притупился, уйдя куда-то на задворки сознания, а дальше… наступила боль, но по сравнению с тем, что я испытывал от заклинания Проскурина, она казалась сущей ерундой.

Минута, может немного больше, и она исчезла без следа, оставляя в теле только необычайную лёгкость.

Я прекрасно понимал, что именно сейчас произошло, испытывыя внутри чувство ликования.

— Спасибо, подруга, — произнёс от всего сердца, ощутив ответную вибрацию, — Мы с тобой ещё поговорим, но позже. Сейчас нужно помочь остальным, а то что-то долго они там с некромантом возятся.

Одним ловким движением вскочил на ноги и оскалился.

Отлично!

Благодаря секире и её действиям, источник расширился, а каналы растянулись примерно на полсантиметра.

Я стал сильнее, что не могло не радовать.

Ускорился, побежав туда, откуда доносились звуки боя.

Направляясь на зачистку кладбища, Старший Инквизитор Проскурин даже подумать не мог, с чем им придётся столкнуться.

Молот просто сообщил, что на Крестовоздвиженском кладбище шалит некромант.

Давненько эта братия не появлялась в столице. Очередной глупец, который решил выделиться и рискнуть применить своё богомерзкое искусство под носом Святой Инквизиции.

Именно поэтому Проскурин отправился на зачистку погоста только своей группой, да ещё и взял нового послушника, ведь все матёрые некроты были наперечёт и уж точно не лезли напролом, пытаясь помахать красной тряпкой перед лицом инквизиторов.

Подумаешь, десяток мертвецов. Работы на несколько минут. Зато, Саянов получит колоссальный опыт. Посмотрим, на что он сгодится в реальной боевой обстановке.

Именно так рассуждал Семён Михайлович, въезжая в ворота кладбища и разделяя группу по разным направлениям.

Только когда он столкнулся с реальной проблемой, понял, какую глупость совершил. Поначалу его даже не смутил наведённый туман, а стоило бы.

Понадеялся на свои силы и силы соратников, теперь придётся расплачиваться кровью.

Проскурин был уверен, что сегодня не досчитается кого-то из команды. От таких мыслей противно засосало под ложечкой, но старший инквизитор задвинул на задний план упаднические мысли и ринулся в бой.

Где-то там, в тумане, точно также сражались с нежитью Бивень со Следопытам и Валькирия с Вампиром.

Семён очень надеялся, что им хватит сил продержаться до его прихода.

Не нужно было раздеть группу, но что уж теперь поделаешь.

Мертвяки всё лезли и лезли. Проскурин неустанно орудовал мечом, кроша зомби одного за другим, но они почему-то не заканчивались.

Как так-то? Откуда их здесь столько взялось?

Хотя, лет десять назад была вспышка огнёвки, которая унесла жизни многих людей, особенно простолюдинов, у которых не было денег на целителей. Именно в западной части Крестовоздвиженского кладбища хоронили умерших от этой скверной болезни. Да просто рыли братские могилы и скидывали туда трупы.

Сжигать было нельзя, зараза распространялась с дымом и пеплом быстрее, чем инквизиторы успевали её нейтрализовать.

Это была наведённая болезнь, которую распространил один ублюдок некромант, решивший заявить о себе всей Империи. Не сказать, чтобы очень сильный, но хитрый и расчётливый.

Именно Проскурин тогда поймал этого гада, чуть не погиб, но сумел спеленать. Правда, мерзавец каким-то невероятным образом, умудрился освободиться и сбежать. Семён так и не смог довезти некрота до ордена Святой Инквизиции. Даже потрёпанному, находящемуся на грани сил некроманту, удалась обвести его: опытного бойца и мага, вокруг пальца.

Проскурин жалел, что не убил ублюдка сразу, а решил притащить на допрос, но да ладно, это всё дела прошлые. Не стоит сейчас забивать голову воспоминаниями.

Старший инквизитор методично уничтожал мертвяков, словно делал свою привычную работу. Впрочем, так и было, за исключением того, что зомбаки не думали заканчиваться.

Одно заклинание, второе, третье…

Где-то в стороне, там, куда он отправил Бивня со Следопытом раздался едва слышный болезненный вскрик.

— Ах вы твари! — волна гнева окатила Проскурина с ног до головы, — Не хотите по-хорошему? Тогда получайте по полной.

Он, не жалея сил, зачерпнул энергии из источника, оставляя небольшой запас на самом дне, и выпустил заклинание очищающего света.

— Сдохните ублюдки, — просипел старший инквизитор, чувствуя, как закружилась голова, а по телу разлилась невыносимая слабость. Ноги задрожали, готовые подкоситься в любой момент, но Семён стиснул зубы и устоял.

Не первый раз ему приходилось опустошать источник практически полностью, и ещё не один раз придётся сделать это снова.

Нащупав на поясе прикрепленный пузырёк с зельем восстановления, он мгновенно закинул его содержимое в рот.

Стало немного легче, но всё равно до полного восстановления, оставалось как до вершины самой высокой горы в Мире.

Кристалла маны с собой не было, да и не стоило его принимать так часто. Проскурин уже дважды превысил лимит за последние две недели. Сначала на одном из заданий, а потом при проверке Саянова. Именно поэтому старший инквизитор не взял с собой накопитель, да и честно сказать, не думал, что сегодняшний выезд обернётся такой «засадой».

Во-всяком случае, он справился, хоть и понимал, что противостояние ещё не закончено. Тот, кто поднял огромное количество мертвецов, был где-то рядом. Стоило им развеяться, как по всему кладбищу разлилась некротическая энергия. Обращенные в прах зомби не могли высвободить столько скверны, да там и высвобождать было нечего. Очищающий свет — на то он и очищающий, чтобы после его применения не осталось и следа некротической мерзости.

Тогда откуда?

Проскурин напрягся, понимая, что, скорее всего, он сейчас встретится с некромантом лицом к лицу, потому что кроме него, никто больше не мог выпустить эту гадость на волю.

Семён не стал активировать заклинания на уничтожение витающей в воздухе мерзости, направляя всю оставшуюся силу на один единственный удар.

Если не получится, значит, он погибнет. От судьбы не уйдёшь, но никто не говорил, что нельзя бороться до самого конца.

Сквозь туманную дымку начал проступать темный силуэт.

Человеческая фигура постепенно обрела четкие очертания, и Проскурин заскрежетал зубами.

Он узнал этого некрота, того самого, с которым схлестнулся десять лет назад и того, кто сумел от него сбежать.

Высокий, с иссиня черными волосами, он выглядел так, словно только что не потратил кучу энергии на поднятие мертвецов. Глаза ублюдка светились ярким зеленым светом, а вокруг него витала аура такой силы, что инквизитор поперхнулся.

Раньше этот гад не был настолько силён. Сейчас Семён мог сравнить его разве что с гранд-мастером.

Хреново. Будь Проскурин в полной силе, мог бы ещё потягаться с подобным противником, но с теми крохами, что остались в запасе, победить некроманта не представлялось возможным.

Семён собрал все свои силы и сосредоточился. Он чувствовал, как сердце колотится в груди, а

Некрот, заметив его напряжение, усмехнулся, и эта усмешка была полна презрения.

— Давно не виделись, старший инквизитор, а я так этого ждал, — усмехнулся некромант, а затем, его глаза полыхнули злобой, — Ты сорвал мне весь план по захвату империи, пленил меня, ослабил. Ненавижу тебя и весь ваш орден. Жаль, что ты не увидишь его падения, потому что я уничтожу всех членов ордена и начну именно с тебя.

Проскурин не спешил бить, слушая противника и пытаясь выжать из источника всю энергию до последней капли.

— Не выйдет. Инквизиторы сотрут тебя с лица земли. Ты один, а один в поле не воин.

— Кто сказал, что я один? — хмыкнул некрот, — У меня много последователей, да и спешить я не собираюсь. Действовать в открытую будет только глупец. К слову, ты здесь оказался не просто так, это я заманил тебя в ловушку. Вычислил, когда все ваши слаженные группы окажутся на заданиях, некоторые саботировал сам, чтобы выманить инквизиторов из норы. Дело оставалось за малым, чтобы на кладбище отправили тебя и твою команду. Было бы обидно, явись сюда кто-то из новичков. Пришло моё время поквитаться, старший инквизитор, — глумливо выдал тёмный маг, готовясь атаковать, но Проскурин его опередил, выстреливая мощным огненным потоком в сторону противника.

Некроманты горят хорошо, проверено на практике.

Некрот выставил щит, останавливая волну пламени, направленную против него.

— Вот и всё, Сёма, отбегался, — проскочила в голове Проскурина мысль, когда тени, подчиняющиеся воле тёмного мага, ринулись вперёд, как стая голодных волков.

Старший инквизитор приготовился принять смерть, но сгусток чистой энергии разорвал тьму, освещая вокруг него пространство.

— Держись, Зверь! — услышал он голос Валькирии и немного взбодрился.

— Мы здесь, командир! — это уже пробасил Бивень, оказавшийся за спиной некрота, и взмахнул боевым топором, обрушивая его на голову противника, но прыткий некромант резко сместился в сторону, и развернувшись, кинул в Бивня заклинание тлена.

Попал точно в грудь, но усиленная магией броня выдержала, поглотив удар, тут же рассыпаясь в прах.

Понимая, что член их команды остался полностью без защиты, Проскурин бросился в ближний бой.

— Зверь, назад! — крикнула Валькирия, боясь попасть заклинанием по командиру, — Эх! — с досадой выдохнула Надежда и попыталась обойти некроманта со спины.

Бивень тоже не стол в стороне, посылая в противника земляные шары и каменные колья, но тот окружил себя непроницаемым куполом и казался практически неуязвимым.

Заклинания сталкивались с его защитой и рассеивались в пространстве, но всё же, некрот начал потихоньку отступать.

Проскурин обрадовался, видя, что даже без применения магии, он сумел связать противника боем, да так, что у того не осталось времени магичить.

Вот только радость его была недолгой.

Выпущенная некромантом энергия, словно таран ударила старшего инквизитора прямо в грудь, ломая кости и откидывая назад на несколько метров.

— А-гррр, — прорычал он, упав на землю, сильно приложившись спиной о мраморный памятник.

Хорошо хоть не головой, иначе бы точно не выжил.

Последнее, что успел увидеть Семён, прежде чем отключиться, это как Бивень, харкая кровью, опустился на колени, а Валькирия пропустила сотканную из тьмы стрелу, которая прошила плечо женщины, заставив её громко вскрикнуть.

Уж теряя сознание Проскурину показалось, что из туманной дымки соткался ещё один силуэт. Силуэт его послушника, на лице которого блуждала кровожадная улыбка, а в глазах мелькала сама смерть.

Глава 27

Появился я как раз вовремя. Опоздай, ходя бы на пару секунд, и команда инквизиторов оказалась мертва.

Краем глаза заметил, что Проскурин лишился сознания, Бивень тоже отключился, лишь Валькирия ещё не потеряла связь с реальностью.

— Беги! — попыталась она крикнуть, но стрела тьмы начала разъедать плоть, просачиваясь всё глубже, и Морозова тоже отрубилась.

Бежать, да ни за что!

Теперь, видя, что мои спутники нейтрализованы и не могут ничего увидеть, я не боялся действовать в полную силу.

А что до некроманта…

Его я в живых оставлять не собирался.

И да — я услышал достаточно, чтобы мне захотелось собственноручно свернуть ублюдку шею.

— Ты ещё кто такой? — удивился маг смерти, а затем, внимательно рассмотрел выгравированный на предплечье знак послушника, — Зря ты явился сюда, мальчик, права была эта девка, нужно было бежать без оглядки или оставаться в той норе, откуда ты выполз.

— Извини, я не прячусь по норам, — усмехнулся в ответ, — А ещё… — сделал небольшую паузу, — тебе не повезло, тёмное отродье.

— Это ещё почему? — некромант веселился, глядя на меня как на букашку, которая решила его развлечь.

— Потому что, ты сегодня сдохнешь.

— А-ха-ха, — рассмеялся некрот, но его смех мгновенно прекратился, так как с десяток длинных каменных пик выскочило из земли прямо под его ногами.

Жаль, что мерзавец оказался настолько быстрым и сообразительным. Он ушел из-под моей атаки, но теперь смотрел на меня уже по-другому, без прежней издёвки, правда до сих пор в его объятых зелёным пламенем глазах, сквозило превосходство.

Я не стал ждать, собираясь развить свой успех, и снова атаковал.

Обидно, что заклинания света теперь были мне не подвластны, но и без них я должен был справиться с ублюдком. Магический дар, укрепившийся и возросший несколько минут назад, вкупе с вампирскими способностями — убойная вещь. Если применять их чередуя друг с другом, то можно завалить даже гранда.

К тому же, на моей стороне опыт прошлых лет, поэтому, тут без шансов. Некроманту придётся сдохнуть. Зря он сунулся на это кладбище и перешёл мне дорогу.

Воздушные серпы сорвались с пальцев и полетели в сторону противника.

Маг смерти выставил теневой заслон, и они увязли в его защите, но я не переживал, понимая, что нужно просто выгадать удобный момент, а затем, нанести решающий удар. Главное, не подставиться самому.

Что же, свидетелей нет, а значит, можно «начинать танцы».

Взмах руки и огненный смерч рванул вперёд, выжигая теневую завесу, которой окружил себя некрот.

Он явно не ожидал от меня такой прыти, поэтому отшатнулся и нахмурился, осознавая, что противник ему достался не из простых. Я и так уже засветил три стихии. Пришла пора ударить молниями.

Зачерпнул энергии из пополнившегося источника и вдарил как следует. Шесть молний сверкнули над головой некроманта, но опять не достигли цели. Маг смерти весь покрылся темной энергетической бронёй.

— Ты думаешь, что сможешь одолеть меня, щенок? — оскалился

Ну ещё бы, ведь я спутал ему все карты.

Не стал отвечать на глупый вопрос. Зачем разговаривать с будущим трупом и терять драгоценное время.

Вместо этого создал множество мелких огненных мух и запустил в противника. Пускай убойного эффекта они достичь не могли, но вот попортить энергетическую броню, создавая в ней небольшие прорехи, вполне были способны.

— Тсссс-сс, — раздалось шипение, и я обрадовался, что всё получилось.

Маг смерти оскалился, думая, что я начал выдыхаться и теперь могу использовать только слабые заклинания. Некрот ударил в меня вечным прахом. Противное заклинание масштабного действия, уничтожающее всё живое на своём пути. Только вот и я не новичок, который не знает, как бороться с подобной гадостью.

Огненный шторм, сорвавшийся с моих пальцев и вмиг разросшийся на пару метров, накрыл облако праха, сжигая его дотла.

— Гр-рр, — разозлился некромант, начиная закидывать меня стрелами тьмы.

Та ещё отвратительная мерзость. Именно поэтому я спешил разделаться с ублюдком. Если жизни Бивня и Зверя ничего не угрожало, судя по их пусть и тихому, но ровному сердцебиению, то вот Валькирии срочно нужна была помощь.

Пришлось использовать четвёртую стихию. Собрав воду из окружающего пространства, резко потянул на себя, создавая водный экран, который принял на себя заклинание некроманта. Стрелы тьмы зашипели, поглощенные водной субстанцией и растворились, не достигнув моего тела.

— Как ты это сделал? Кто ты, вообще, такой? — завопил темный маг, теряя терпение и выдержку, наконец-то поняв, что противник ему достался не из слабых, — Ты всего лишь послушник и должен был уже давно выдохнуться? Ничего, ещё немного и твой источник опустеет, тогда я прикончу тебя, мальчишка, а затем, подниму и сделаю своим вечным слугой.

— Ага, тешь себя этими иллюзиями, — бросил в ответ, вновь атакуя.

Маг смерти рассчитывал на то — что я скоро сдамся, но не знал одного очень важного факта, я — так же как и он, черпал выпущенную некротическую энергию, постоянно подпитываясь. Спасибо секире, которая делала её пригодной для усвоения.

Всё время, пока мы обменивались заклинаниями, я пытался провернуть задуманное, только у меня долго ничего не получалось, и лишь когда я почувствовал отклик, растянул губы в зловещей улыбке, сделав то — что противник от меня уж точно не ожидал.

Ведь огненные мухи были первым этапом атаки, теперь же, я призвал весь кровососущий гнус, который находился на территории кладбища, подчинил его и направил на некроманта. Тучи комаров, мошек, мух, клещей, даже откуда-то взявшихся шершней, помчались в сторону мага смерти, окружая его со всех сторон, остервенело кинувшись на свою жертву.

Мелкие прорехи в защите идеально подходили для того, чтобы проскочить внутрь и добраться до вожделенного тела.

Я дал кровососущим тварям посыл, отправил импульс, указал путь, и они радостно подчинились, налетев на некроманта и чуть не сбив его с ног.

— А-аааа! — завопил он, замахав руками, и пытаясь создать новый барьер, только вот насекомые сбивали концентрацию, поэтому заклинания выходили корявые и некачественные.

Я же стоял и ждал, глядя на то — как «мошкара» полностью облепила мага смерти, образуя своеобразный кокон.

Пожалуй, такое я видел впервые. Некромант, сожранный гнусом, что может быть забавнее.

Жаль, что мои надежды не сбылись. Некрот всё-таки сумел сосредоточиться, и от него во все стороны начала расползаться тьма, уничтожая мелких кровососов.

Когда заклинание развеялось, я ухмыльнулся. Маг смерти выглядел потрёпанным, даже больше, он представлял собой обглоданный кусок мяса. Насекомые разодрали его одежду в клочья, открывая окровавленную плоть.

А неплохо они справились с заданием.

Жаль, что погибли. Хотя, лучше сказать, пали смертью храбрых.

Ничего мои маленькие друзья, вы будете отомщены.

Я не разобрал слов, которые некрот прорычал в бешенстве и бросился на меня, замахиваясь мечом. Видимо ему надоело швыряться заклинаниями, и ублюдок решил продавить меня физикой.

Секира оживилась и загудела в предвкушении.

Что же, сойтись в ближнем бою было великой ошибкой некроманта… смертельной. Ведь он дрался не просто с магически одарённым человеком, но ещё и с вампиром.

Не стал сдерживаться, не видя в этом необходимого. Все органы чувств обострились до предела, я знал, куда и когда ударит противник, своевременно выставляя защиту, даже не напрягаясь.

Ладно, хватит, пора заканчивать этот бой.

Мы с некромантом двигались очень быстро, применив заклинание ускорения, но я не стал на этом останавливаться и присовокупил к нему естественную скорость вампира, успев заметить выражение глубокого изумления на лице мага смерти.

В одно мгновение я исчез из поля его видимости и оказался за спиной. Секира со свистом распорола воздух…

— Рра-ах!

Некромант успел повернуться, но избежать удара не смог. Лезвие секиры вспороло ему горло, и заливая грудь кровью, он упал на землю, корчась в предсмертных муках.

Правда это я так подумал, но ошибся.

У ублюдка оказалась очень хорошая регенерация, потому что вскрытые вены начали мгновенно срастаться, ткань зарубцевалась за считанные секунды, но мне этих секунд хватило, что добить некрота.

Он уже начал подниматься, когда следующий удар секиры снес темному отродью голову.

— Уф-ф, — выдохнул я, чувствуя, как от перенапряжения трясутся руки.

— Чавк-чавк-чавк, — раздалось у меня в голове довольное чавканье.

Секира напитывалась кровью, а я упал на колени рядом с трупом неркоманта, чувствуя, что вряд ли смогу подняться в ближайшие несколько минут. Как бы я не храбрился, но этот бой дался мне с трудом, даже не смотря на подпитку, посылаемую живым оружием.

Ладно, сейчас станет полегче. Быстро оглянулся по сторонам, выискивая глазами инквизиторов.

Ага, пока в отключке и это хорошо, потому что мне необходимо срочно подкрепиться.

Пара-тройка глотков, этого хватит. Я и так питаюсь меньше положенной нормы, но это не страшно. Можно считать, что я на диете, к тому же, источник компенсирует малое количество поглощаемой крови.

Что я могу сказать, кровь у некромантов такая же, как у обычных магов, не хуже и не лучше, но даже не смотря на подпитку, чувствовал я себя отвратительно. Тело Александра Бестужева не было готово к подобным нагрузкам, поэтому, сейчас отвечало ломотой в суставах и дикой головной болью.

Плевать, перетерплю.

Поднявшись, на пошатывающих ногах двинулся в сторону Валькирии, ведь именно ей в первую очередь нужна была помощь, и только опустился на колени перед Надеждой, как сбоку послышался стон.

— Уу-умм, — выдал Проскурин, приходя в себя и с разбегу кидая в меня слабеньким огненным заклинанием, — Отойди от неё мразь!

— Совсем сдурел, Зверь? — рявкнул я, на секунду повернувшись, и снова принялся осматривать раны Валькирии.

Скверно, очень скверно. Тьма разъела кости руки и ключицы, перекинулась на внутренние органы и уже начала подбираться к сердцу.

Организм пытался бороться с отравой, источник всё это время автоматически работал на полную мощность, посылая энергию в повреждённые участки и пытаясь их залатать, но потерпел неудачу.

Я даже не мог взяться за лечение Морозовой, потому что отрава проникла слишком глубоко. Для того, чтобы начать убирать эту дрянь, необходимо было заполнить её источник хотя бы на четверть.

У меня не имелось с собой зелья восстановления. Кстати, когда вернёмся, надо будет спросить у Проскурина, почему меня не экипировали как следует.

— Что тут? — послышался голос Зверя, который несмотря на сломанные кости, сумел подползти ближе.

— Плохо дело, — не стал скрывать очевидное.

— Твою же налево! — выругался старший инквизитор, — Как так-то, Валькирия? — Семён Михайлович прикрыл глаза, — Как мне теперь твоему отцу в глаза смотреть?

Похоже, Зверь уже похоронил Морозову.

— Зелье восстановления есть? — поинтересовался я, но не услышал ответа, — Проскурин, жмых тебя задери! Зелье восстановления есть? — повторил свой вопрос.

— Нет, истратил, да и не помогло бы оно. Стрелы тьмы относятся к заклинаниям разложения. Их так просто не остановить, даже целители высшего ранга не всегда способны справиться с этой заразой. Если только в первые несколько минут, а тут… Сколько уже времени прошло? Судя по почерневшей коже, период, когда можно повернуть заклинание вспять и нейтрализовать последствия, уже пройден.

Смешно. До чего же слабые здесь маги. Они или растеряли, или не знали основу основ магии. Ладно, придётся опять засветиться, но тут уж ничего не поделаешь. Человеческая жизнь для меня всегда была в приоритете, и сейчас ничего не изменилось, не смотря на то — что сам я, в общепринятом смысле этого слова, человеком уже не являлся.

— Ну вот и где его достать?

Я положил руки на грудь Валькирии и попытался поделиться своей энергией, но без толку. Источник Надежды почему-то её отторгал. Причины понять не смог, поэтому чертыхнулся от раздражения.

— Хр-р-р, тьфу, — послышалось позади, и мы со Зверем синхронно развернулись.

— Зелье… у меня… есть, — прохрипел лежащий чуть в стороне Бивень, который тоже пришёл в себя.

— Отлично! — подскочил я к Павлу, — Давай сюда.

— На поясе, достань сам… не могу.

Григорьеву досталось сильно, но я с уверенностью мог сказать, что жить он будет.

— Лежи, боец, скоро вернёмся домой и тебя подлатают, — произнёс по привычке и только сейчас понял, что разговариваю не как послушник, а как привык ранее, в прошлой жизни.

Ну да и наплевать.

Быстро вернулся к Валькирии, и приподняв ей голову, чтобы не захлебнулась, начал вливать зелье восстановления.

— Вампир, хватит, — запротестовал Проскурин, — Лучше бы Бивню оставил. Парень едва живой, можем не довезти. Как бы не хотелось мне этого говорить, но Надежду не спасти.

— Заткнись, — прорычал я, — Сегодня никто не умрёт. Я не позволю.

Как только последняя капля исчезла между губ женщины, приготовился к самому сложному процессу.

В моём прошлом мире каждый инквизитор знал, как бороться с этой гадостью, умел вывести из себя подобную гнусь, и конечно, исцелить товарищей.

Умения у меня были, главное, чтобы хватило сил.

— Что бы ни случилось, меня не трогать, сеанс лечения не прерывать. Отвлечёте, и она умрет, — предупредил я старшего инквизитора, — Ну что, поехали.

— Что ты собираешься…

— Не мешай! Зубы демонов тебе в глотку! — рявкнул я и отвернулся.

Приложил руки к груди Валькирии, и потянувшись к источнику, зачерпнул немного энергии. Здесь нужна была точность, а не её количество. Во-первых — мне придётся во всей этой черноте найти зерно тьмы, которое распространяло заразу. Только после его уничтожения, можно было подойти к нейтрализации последствий заклинания, а уже после заняться лечением органов и костей.

Я словно наяву увидел внутренности Валькирии, пробежался по каналам маны, осмотрел каждый кусок плоти, мысленно перебрал каждую косточку и… нашёл её там, где меньше всего ожидал увидеть.

Прямо около солнечного сплетения, рядом с источником силы. Эта мерзость вцепилась в него словно клещ и уже начала распространять заразу во внутрь.

— Ах ты ж! Вот это я вовремя, — пробормотал себе под нос.

Ещё минуты две и Валькирия оказалась бы магическим калекой, полностью лишившись возможностью оперировать энергией.

Пришлось ускориться.

И всё-таки я запарился, пытаясь уничтожить некротическую бяку, но справился, а потом начал очистительный процесс, нейтрализуя гниль и обращая процессы вспять.

Будь у Надежды обычные переломы или глубокие раны, вылечить её я бы не сумел. Всё-же не целитель и никогда им не был, а вот всё — что связано с воздействием заклинаний, вполне мог поправить.

— Фу-х, — выдохнул напряженно и откинулся назад, упираясь рукой в землю, — Жить будет.

— Как? — ошалело прохрипел Бивень, держась за горло и продолжая сплёвывать изо рта кровь.

Пашка сумел подползти к нам и теперь восторженно переводил взгляд с меня на мирно посапывающую Морозову и обратно.

— Кое-что умею. Кстати, могу и тебя подлатать, — усмехнулся, глядя в выпученные от удивления глаза Павла, — но сражу предупреждаю, после этого придётся тащить меня на руках, ибо идти самостоятельно уже не смогу.

— Не надо. Потерплю до возвращения в орден, не помру. Не помру же?

— Однозначно нет.

— Вот и отлично.

— Кхм-кхм, — деликатно кашлянул Проскурин, и я обернулся в его сторону, — Я не буду сейчас спрашивать, где ты этому научился, но догадываюсь.

Я с подозрением посмотрел на старшего инквизитора.

Интересно, о чём это он догадывается?

— Зверь, Бивень, — обратился к членам группы, — Очень бы не хотелось, что бы кто-то узнал о моих способностях, — решил наглеть до конца, тем более, что эти ребята были обязаны мне жизнью, вот пусть и помалкивают об увиденном.

Ещё бы обставить всё так, что некроманта убил не я, а кто-то из них, вообще, получилась бы сказка.

Стоило об этом подумать, как Зверь посмотрел в сторону поверженного мага смерти.

— Это ведь ты его?

— Я, — кивнул соглашаясь, ибо скрывать это смысла не было.

— Угу, — кивнул своим мыслям Проскурин, а затем, озабоченно нахмурился, —

Глава 28

Я сразу же перевёл взгляд на Бивня, ведь именно с ним в паре был Следопыт.

— Ох, — выдохнул инквизитор, и пояснил для меня, — Он ведь больше тактик и разведчик, чем боец, а ещё лекарь. Само собой, драться умеет, как и все мы, но… Я его как мог старался прикрыть, не повезло. Уже в самом конце, перед тем как Зверь шарахнул очищающим светом, Следопыта мертвяк знатно покусал. Вгрызся падла так сильно, что отрубленную голову пришлось отдирать вместе с плотью, но это полбеды, зомби этот ядовитым оказался, после укуса плоть у Васьки чернеть начала и волдырями покрываться. Он почти мгновенно вырубился, так что я его к оградке прислонил, залил в глотку зелье восстановления и к вам на помощь побежал. Я сейчас… Я… — Павел попытался подняться, собираясь отправиться за Следопытом, но ноги инквизитора подогнулись, и он вновь упал на землю.

— Сиди спокойно, — положил руку на плечо Павла, — Не дёргайся.

Следопыт нашёлся на противоположной стороне кладбища. Идти за ним пришлось мне.

Проскурин в это время связывался по амулету связи с главой ордена и запрашивал помощь, потому что своим ходим добраться обратно мы бы не сумели.

— Уф-ф, живой, — выдохнул облегчённо, увидев Фролова.

Правда парень был без сознания и находился в критическом состоянии, но, если подмога прибудет вовремя, вытащат однозначно.

Я, к сожалению, в данной ситуации помочь мог только одним: замедлить действие яда и не дать ему проникнуть в кровь пострадавшего инквизитора.

Это всё, на что хватило моих сил, да ещё взвалить бедолагу себе на спину и потащить к остальным.

Хорошо, что сегодня на это кладбище отправили группу Зверя. Уверен, она одна из сильнейших. Окажись здесь кто-то послабее, уже бы погибли, а мертвяки вышли на улицы города и напали на беззащитное население.

Молот как чувствовал, что предстоит серьёзная заруба, может, кое о чём даже знал или догадывался, но точно не рассчитывал, что восстанет целое кладбище мертвецов, поэтому отправил только одну команду.

А ещё ребятам повезло, что взяли меня с собой. Очень повезло.

Прежде чем прискакала подмога, я попросил Зверя и Бивня приуменьшить мой вклад в победу над некромантом. Вообще, было бы здорово, скажи инквизиторы, что я не при делах и ублюдка шлёпнул кто-то из них, но, к сожалению, это невозможно. Результат работы секиры на лицо, точнее на отрубленную голову. Остальные не дураки, сразу поймут каким оружием был сражён маг смерти, а мою секиру, кроме меня, в руки взять никто не может, так что тут без вариантов.

Сошлись на том, что Зверь с Бивнем будут всем говорить, что подготовили почву для решающей атаки, отвлекая внимание противника на себя и хорошенько его потрепали. Мне же оставалось только нанести последний точный удар из слепой зоны, но даже при таком раскладе, я привлекал слишком много внимания.

Эх, не рассчитывал я так скоро получить известность, а она будет, по крайне мере, в кругах инквизиторов.

Главное, чтобы информация не пошла дальше. Слишком мало времени прошло с тех пор, как я покинул столичную усадьбу Бестужевых, и путь постоянно подправлял черты лица, поддерживая незначительную иллюзию, могли найтись те — кто мог опознать во мне сына канцлера Российской Империи, а это, в свою очередь, привело бы к ряду огромных проблем. Не только для меня, но и для всей России.

— Но почему ты не хочешь, чтобы остальные узнали правду? — негодовал Бивень, — Ведь в смерти некроманта только твоя заслуга.

— Это не так, — не согласился я с Павлом, присаживаясь рядом на землю, — Семён Михайлович очень хорошо вымотал гада, да и ты приложил к этому руку, поэтому, не преувеличивай мои заслуги.

Григорьев нахмурился, засопел, опять закашлявшись кровью, но не унимался.

— Всё равно не согласен.

— Бивень, угомонись, — прохрипел Проскурин, — Мы обязаны Вампиру жизнью, так будь благодарен и выполни его просьбу.

— Спасибо, — кивнул Зверю, — и про способности мои тоже, пожалуйста, ни слова.

— Хорошо, — проворчал Семён Михайлович, — но Александр, ты же понимаешь, что одному человеку я всё равно должен буду рассказать, как обстояли дела на самом деле.

— Угу, — поморщился недовольно, но согласился с Проскуриным, что скрывать что-то от главного инквизитора не стоит.

— Не переживай, дальше его кабинета информация не уйдёт. Я уже догадался, какую тайну ты хранишь и поверь, разглашать её не собираюсь.

— Кха-кха-кха, — закашлялся я, вытаращив глаза на Зверя, и напряженно сжал древко секиры, но Проскурин отвернулся, глядя на застонавшего Следопыта и не заметил моей нервозности.

В это же время вдалеке послышались голоса и топот ног.

Подмога прибыла.

Два целителя первыми кинулись в нашу сторону. Дядька примерно лет пятидесяти и молодая темноволосая девушка не стали терять время даром, сразу приступив к лечению. Почему-то своей первой целью целительница выбрала меня, и быстро опустившись на колени, попыталась стянуть кожаный доспех.

— Эй, красавица, я, конечно, видный парень, но не при всех же.

Девушка озадаченно нахмурилась, но потом стукнула меня ладошкой по плечу.

— Ой, прости, тебе наверно больно.

— Да не особо. Помоги лучше другим.

— Но у тебя кровь.

— Это не моя, а некроманта.

— То есть, ран нет?

— Нет, — помотал головой.

— Совсем? — не поверила она мне, бросив взгляд на полуживых членов группы, — Как так-то?

Пожал плечами.

— Бывает.

Девчонка тут же подскочила и переметнулась к Бивню, положив парню на грудь руки, и я заметил, как от них начало распространяться белое сияние.

Способная, хоть ещё и послушница.

Пожилой лекарь работал быстро. Подлатал Проскурина, убедился, что его жизни ничего не угрожает и перешёл к Следопыту.

— Ах-ах-ах, вот ведь угораздило, — покачал он головой, — но ничего, пара дней и встанет на ноги, а через неделю можно будет приступать к тренировкам. Повезло парню. Яд не попал кровь, ещё бы немного и поминай, как звали.

Он чутка поколдовал над Павлом, а затем, переместился к Надежде.

— Юлия, ты чего там застряла? Я сказал, убираем только критические повреждения, чтобы без проблем довезти до лазарета, ничего лишнего делать не нужно. У тебя источник ещё слишком слабый, перетрудишься, я тебя как в прошлый раз на себе не потащу и парням скажу, чтобы не трогали. Останешься на кладбище лежать среди мертвяков,

— Ну-у, Борис Геннадьевич… я же как лучше хочу.

— Хочет она… Делай как сказано, а то больше не возьму на вызовы, будешь сидеть в ордене безвылазно. Хм-м, очень интересно, — пропыхтел лекарь, осматривая Валькирию, — Остаточные эманации от стрел тьмы. Повезло Морозовой, что вскользь прошли. Да вы все просто везунчики. Надо же, судя по количеству трупов и состоянию кладбища, здесь состоялось целое побоище, а вы живы и вроде как относительно здоровы.

— С бы поспорил с последним утверждением, — не согласился Бивень.

— Хе-х, руки, ноги целы, голова на плечах, что тебе ещё нужно? — усмехнулся целитель и повернулся к своим сопровождающим, — Парни, грузите их на носилки и тащите в фургон.

— Отвалите, я сам, — сжимая зубы, Проскурин поднялся на ноги, — Ещё не хватало, что бы меня кто-то на себе волок.

Два инквизитора, которые кинулись на помощь Зверю, резко отступили назад.

Целитель покачал головой и поджал губы.

— Вечно ты так, Михалыч. Себя не бережёшь. Сможешь хоть доковылять?

— Смогу, Мне вон… наш послушник поможет, — указал Проскурин в мою сторону, и я подставил плечо командиру группы.

Бивень тоже пошёл своими ногами. Юлия постаралась на славу. Конечно, ему по возвращении придётся провести около суток в лазарете, но думаю, он сопротивляться не будет.

— Тело некрота заберите, — бросил через плечо Зверь, и мы отправились к выходу с кладбища.

Когда въезжали на территорию ордена, старший инквизитор повернулся ко мне, и окинув задумчивым взглядом, произнёс:

— Завтра с утра зайди в мой кабинет.

— Хорошо, — кивнул в ответ, не став задавать вопросов, хоть и очень хотелось.

Теперь придётся весь вечер и всю ночи провести в напряжении, гадая, о чем со мной собирался поговорить Проскурин.

Да и вообще, что он такого обо мне понял? То — что я сын канцера или же то — что я являюсь вампиром?

И первое, и второе ничего хорошего не сулило, но так как Семён Михайлович не стал озвучивать свои доводы при всех, давало надежду на удачный исход событий.

С такими мыслями я ввалился к себе в комнату. Тело ныло от перегрузки, каналы горели, хотелось упасть на кровать и провалиться в сон. Нет, сначала принять ванну, потому что выглядел я сейчас грязным, как чёрт.

— С первым боевым выездом! — стоило перешагнуть порог, как меня на мгновение оглушил громкий крик, сменившийся тишиной.

Малинин, Воронов и Калинина застыли с разинутыми ртами, глядя на меня как на привидение.

— Саша, ты ранен? — воскликнула Елизавета, подбежав ко мне, и протянула руку, но дотронуться так и не решилась.

— Саянов, ты почему не в лазарете? — нахмурился Сергей.

— Ничего, я его сейчас быстро туда дотащу, — на полном серьёзе выдал Илюха и двинулся в мою сторону.

Этот дотащит, можно не сомневаться, но я вовремя поднырнул под рукой Малинина и быстро оказался на другой половине комнаты.

— Не нужно никуда меня тащить. Это не моя кровь. Я не ранен, помирать не собираюсь и чувствую себя превосходно, за исключением того — что устал, как собака. Ну, ещё бы не отказался сходить в душ.

— Да. Конечно. Хорошо, — раздалось с трёх сторон.

— Только давай быстрее! Учти, мы никуда не уйдём, пока не получим ответы на свои вопросы, — крикнула мне в спину Елизавета.

Пришлось поторопиться, чем быстрее утолю любопытство ребят, тем быстрее лягу спать. Я мог бы послать Калинину и Воронова в места не столь отдалённые, отправив по своим комнатам, но от Малинина-то всё равно не удастся избавиться. К тому же, я обещал, что расскажу, а свои обещания нужно выполнять, ни смотря ни на что, поэтому, быстро приняв душ, переоделся и вышел к ожидающим меня послушникам.

Порадовало то — что Илюха с Серёгой натаскали к из столовой еды, а так как я пропустил ужин, жареная картошка с лучком, отбивные из телятины, рагу со свининой, солёные огурчики и пол литровая тара с морсом, пришлись как нельзя кстати.

Думаю, спустись я в столовую, меня бы накормили, но зачем, если стол в комнате ломился от продуктов. Как только смогли столько утащить?

Сомневаюсь, что местная повариха или кто там она такая на самом деле… Ну та, которая стояла на раздаче и с подозрением смотрела на всех инквизиторов и грозила половником, словно мы собирались обнести её кухню подчистую, добровольно выдала послушникам столько еды.

Спрашивать, как ребятам удалось такое провернуть, не стал. Организм требовал подзарядки, и я, не теряя времени, приступил к ужину.

— Уф-ф, спасибо, наелся, — протянул довольно.

Если честно, слопал бы ещё столько, а может и больше, но пришлось оставить друзьям, ибо они с такой завистью смотрели, как я уминаю то — одно, то — другое, что стало немного стыдно.

— Обжора, — усмехнулась Елизавета и аккуратно подцепила вилкой рагу.

Когда все подкрепились, три пары глаз с любопытством уставились на меня.

Пришлось рассказывать, как я случайно столкнулся в переулке с вампиром, как встретил первый раз Проскурина с его командой, а затем, поведал о сегодняшних приключениях.

Естественно, многое умолчал, кое-что подретушировал, где-то приврал, так… для пользы дела, но ребята остались довольны.

Разговор плавно перешёл на другие темы и я с удивлением осознал, что очень давно не проводил время таким образом: расслабившись, в кругу друзей, когда не нужно было куда-то спешить, хвататься за оружие, зная, что в любой момент из-за угла может выскочить монстр, не бояться удара в спину.

Обычный день, обычных вчерашних подростков, только недавно вступивших во взрослую жизнь, полных надежд на будущее, не лишённых амбиций и с открытым любопытством смотрящих на мир.

Разошлись ближе к полуночи. Несмотря на усталость, спать не хотелось. Илюха, как только лёг, мгновенно захрапел, а я принялся гонять по каналам ману, продолжая делать догадки, зачем именно Проскурин хотел меня видеть, потом плюнул на это дело.

Бесполезно. Так зачем париться? Завтра узнаю.

Глава 29

На следующее утро, я встал рано. Не выспался от слова совсем, поэтому был зол как сто вампиров вместе взятых. Нервы натянулись как струна, в ожидании разговора с Проскуриным. Я не боялся последствий, просто просчитывал варианты, как, в случае чего, унести ноги с территории Инквизиции и при этом никого не убить. Если по осторожности прихлопну пару-тройку братьев, стану врагом номер один для

Они не успокоятся, пока не перевернут всю Империю вверх дном, чтобы найти наглого вампира, посмевшего осквернить своими присутствием святая святых.

Илюху ждать не стал, быстро собрался и отправился в столовую.

Ничто не может испортить мне завтрак, — думал я, пока не столкнулся всё с той же суровой тёткой с половником в руках, которая почему-то решила, что исходящий неземным ароматом и истекающий соком стейк, не предназначен для послушников, да и вообще, не годится для завтрака.

— Это ещё почему? — поинтересовался, с трудом сдерживая раздражение.

Отвечать повариха не стала, просто шлёпнула на тарелку омлет с куском отварной колбасы, а во вторую миску навалила до верха перловой каши с тушёнкой и выдала два ломтя хлеба с маслом.

Так-то неплохо, даже очень хорошо. Уверен, вкусно и сытно, но мне хотелось стейка, а эта вредная баба не позволяла его получить.

Не будь я в таком отвратительном настроении, наверняка, не стал бы настаивать.

В прошлой жизни порой приходилось питаться чем попало, а иногда и голодать по несколько дней.

— Давай, топай, малахольный, не задерживай очередь.

— И не подумаю. Стейк мне дайте.

— А вот шиш тебе! — рявкнула хозяйка черпаков и сковородок, а затем, замахнулась половником, правда по мне не попала, потому что я ловко увернулся, иначе получил бы от поварихи по лбу.

Позади зашептались инквизиторы.

— Во даёт, смелый.

— Видимо бессмертным себя считает, раз связался с Петровной.

Я с недоумением смотрел на женщину, которая, казалось, наслаждалась своим маленьким триумфом. Её лицо было искажено гримасой, а глаза сверкали, как у хищника, готового к атаке.

Вокруг нас собралась небольшая толпа инквизиторов, которые уже начали делать ставки в моём противостоянии с работницей кухни.

Почувствовал, как нарастает напряжение, и это лишь подстегнуло меня получить желаемое.

— Так, женщина, убери свою поварёшку от греха подальше, — произнёс с раздражением, — Я не намерен уходить без стейка.

На мои слова прозвучал язвительный смешок, будто я сказал что-то нелепое.

— Не уйдёшь значит, тогда я сама тебя отсюда вынесу. А вы чего уставились? — рявкнула она на окружающих, — А ну, разошлись, а то голодом останетесь.

— Злыдня, — прошептал себе под нос, но повариха услышала.

— Что-о? — завопила она и одним резким движением перепрыгнула через стойку раздачи, оказавшись напротив меня.

Кажется, я дернул дракона за хвост, но да ладно, сама напросилась.

Не успел ничего предпринять, как злобная фурия кинулась в атаку, орудуя половником не хуже меча. У меня оружия при себе не было. Никак не думал, что во время завтрака работница кухни решит поколотить меня поварёшкой. Все, кто в это время находился в столовой, наслаждались разворачивающимся на их глазах зрелищем.

Пришлось вытащить из кастрюли с наваристым бульоном черпак и вступить в бой.

Сдаваться я наглой бестии не собирался, слишком уж возмутительно она себя вела. Пора поставить злючку на место.

Поговори она со мной вежливо, объясни, что стейки предназначались для высшего руководства, потому что, скорее всего, так и было, я отошел бы в сторону, но кухарка начала хамить, что я просто на дух не выношу.

Теперь вот дерусь на половниках… но вообще, весело. Даже спасибо сказать хочется противнице за то — что отвлекла от тяжёлых дум.

В воздухе пахло не только аппетитным жареным мясом, но и духом настоящей кулинарной дуэли. Мы кружили друг вокруг друга, словно два цирковых артиста на арене.

— Ну, держись, послушник! — гаркнула она, замахнувшись, словно хотела сбить меня с ног мощным ударом по голове, но я увернулся, правда едва не угодил в бак с печёной картошкой.

— Эй, не увлекайся, мы же не в цирке! — парировал я, пытаясь провести серию быстрых ударов, но её ловкость оказалась не менее впечатляющей.

Повариха споро уклонялась от атак, умудряясь каждый раз зыркать на меня взглядом хищницы, загоняющей добычу в угол.

Зрители, сидевшие за столами, забыли про завтрак. Кто-то аплодировал, кто-то комментировал каждое наше движение.

— Получи, любитель стейков! — воскликнула Петровна, но очередной её удар закончился тем, что черпак пролетал мимо моего уха, оставляя лёгкий шлейф ветра.

В ответ я попытался контратаковать, но моя атака была встречена защитным блоком её половника, который издал звонкое эхо, заставив всех присутствующих замереть на секунду.

Мы с азартом сражались друг с другом. Моя противница разрумянилась от схватки, белый колпак слетел с головы, волосы выбились из причёски, падая на лицо.

Хороша, зараза, только стерва.

Если в первый раз я дал поварихе лет тридцать с небольшим из-за её роста и мощной, рельефной мускулатуры, то сейчас понял, что она намного моложе.

Именно в этот момент дверь столовой с грохотом распахнулась и по всему помещению раздался громкий голос Проскурина.

— Какого падшего демона здесь происходит?

Я мгновенно остановился и развернулся в сторону старшего инквизитора, чем воспользовалась моя противница и всё-таки треснула меня по голове поварёшкой.

— Да чтоб тебя виверна покусала за аппетитную задницу! — брякнул я, заставив находящихся в столовой инквизиторов, грохнуть от смеха.

— Мужлан! — выдала владычица кухни и потопала на раздачу.

— Василина, чего буянишь? — усмехнувшись, подошёл к нам Семён Михайлович.

— Совсем послушники обнаглели, — пожаловалась та, — Стейк ему подавай, видите ли, — А ничего, что я его готовила специально для вас и вашей команды. Вы же вчера практически целую армию мертвецов остановили, едва живыми выбрались. Порадовать хотела, а тут этот нахал заявился… Ух, я ему! Пусть ест то — что дают, а то вообще на голодном пайке оставлю.

Пока Василина пыталась выговориться, я внимательно наблюдал за девушкой и ухмылялся.

— Ну, всё-всё, успокойся, ретивая ты наша, — Проскурин опустил ладонь на плечо девушки, и она сразу замолчала, хлопая глазами и расплываясь в улыбке, — Только вот именно этот послушник вчера был с нами на задании, и именно он… Кхм-м, кхм-м… — закашлялся старший инквизитор, поняв, что чуть не сболтнул лишнего, — Проявил себя как настоящий боец, на которого можно положиться.

Глаза женщины округлились от удивления.

— Как это…

— Да вот так, — пожал плечами, — Эх, Васили-Василина, а ведь ты собиралась лишить меня законного стейка. Ай-яй-яй, — погрозил ей указательным пальцем, но быстро его спрятал, побоявшись, что повариха его сломает.

В итоге, полностью довольный, я заграбастал свой стейк и отправился за стол утолять голод, который ещё сильнее разыгрался после битвы половниками.

Проскурин тоже

— Саянов, иди к нам, — махнула рукой Надежда, но я отрицательно покачал головой, когда заметил, что в столовую входит Илья, а за ним Сергей с Елизаветой.

— Эй, Саня, — возмущенно произнес Малинин, плюхаясь на стул и опуская поднос на столешницу, — А почему у нас нет стейка?

— По тому — что его сперва нужно отбить у нашего кухонного цербера, — кивнул в сторону Василины, — А вообще, вы пропустили всё самое интересное…

Завтрак прошел в спокойной обстановке, перемежающейся подколами ребят о том, что я везде найду приключений на свою задницу.

Покидать столовую не торопился, и только после ухода старшего инквизитора, выждал минут пять, а затем, отправился следом.

Волнение начало возвращаться, но я быстро загнал его на задворки сознания.

Тук, тук, тук, — постучал в закрытую дверь, ожидая разрешения войти.

Семён Михайлович сидел в своём кресле, о чём-то задумавшись, на меня он не обратил никакого внимания, поэтому, прошел мимо стола, и обогнув неудобный стул, уселся на маленький диванчик.

Тишина начала угнетать.

— Семён Михайлович, — начал говорить первым, — Вы хотели что-то обсудить?

— Да… Да… Хотел, — Проскурин поднялся с места и начал мерить шагами кабинет, — Скажи, зачем ты пошёл в Инквизицию? Зачем тебе это нужно?

— Как зачем? — искреннее удивился я, — Чтобы уничтожать зарвавшихся тварей, чёртовых еретиков, поддавшихся кровавому безумию вампиров, да тех же мертвяков упокаивать, делая наш мир чуточку лучше.

— А если серьёзно?

— Так я и говорю серьёзно, — повысил немного голос, — Что вы от меня хотите? Я вас не понимаю, Семён Михайлович.

— Вот и я тебя не понимаю. Зачем тебе сдался наш орден? Зачем подменять себе личину? Решил заняться шпионажем?

— Э-ээ, Зверь, — перешёл я на позывной Проскурина, — А ты часом головой не стукался? С башни замка не падал?

— Язвишь? А я вот не знаю, что с тобой делать? То ли выгнать взашей, то ли, наоборот, поощрить.

— Да в чём проблема-то? — не выдержал я.

— Я ведь видел, как ты лечил Валькирию.

— И что? — до сих пор не понял я.

— Хе-х, — усмехнулся старший инквизитор, — До последнего держишься. Хочешь, чтобы я сам озвучил?

— Да уж пожалуйста, — проворчал в ответ.

— Та энергия, которой ты оперируешь и твой дар способный уничтожать магическую заразу, выжигать гниль из организма… У нас в Империи только один род способен на подобное.

Вот тут-то до меня и дошло. Я чуть не ударился головой об стену от осознания, в какую ловушку загнал сам себя. Как я мог об этом не подумать?

Почему-то решил, что опытные целители вполне могут работать с магическими потоками, выправляя их и сращивая, а уж нейтрализовать воздействие заклинаний, вообще, казалось мне обыденным. Не поверил воспоминаниям Александра, что только один род в Российской Империи славился подобным даром.

Теперь попробуй доказать, что ты не верблюд. Не выйдет. Проскурин уже закусил удила. Чтобы я ему ни говорил, как бы не разубеждал в обратном, не поверит.

А может, и не надо разубеждать. Пообещал же он мне не распространяться об увиденном.

Интересно, Бивень пришёл к тем же выводам, что и Семён Михайлович?

— Зверь, я могу поклясться, что не замышляю ничего против Святой Инквизиции и что не собирался и не собираюсь шпионить.

— То есть, ты не отрицаешь, что принадлежишь к правящему роду Российской Империи?

Ну вот, слова озвучены.

Пожал плечами.

— А если буду отрицать, вы поверите?

— Нет, конечно. Извини, но ты засветился по полной.

Меня начал пробирать нервный смех. Я пытался скрыть от всех, что являюсь «погибшим» сыном Великого канцлера, а меня приравняли…

Раз уж доказывать обратное бесполезно, придётся оборачивать ситуацию в свою пользу.

Уф, надеюсь до Романовых не дойдёт, что у них появился неизвестный родич.

— Я просто не понимаю, почему ты стал бароном Саяновым. Это ведь не спроста? Вся та история, которую ты мне рассказал при первой встрече, сплошная ложь. Документы на Саянова Александра Алексеевича ты получил две недели назад. Я вчера поднял все связи в канцелярии и узнал, что их тебе выписал сам Бестужев. Это подтверждает мою теорию. Хотя, какую нахрен теорию? Тут всё предельно ясно.

Эх, теперь если даже с пеной у рта буду орать, что никакого отношения к династии Романовых не имею, не поверит.

— Да, я Стал Саяновым совсем недавно, — не стал отрицать очевидное, поточу что не видел больше в этом смысла, но и говорить, кто такой на самом деле, не собирался.

— Могу я узнать причину? — поинтересовался Проскурин, — Я знаю наперечёт всех представителей правящего рода, а так же в курсе, что Романовы не разбазаривают свою кровь направо и налево, даже если у кого-то из них появляются бастарды, они стараются держать их рядом с собой, тем более, с твоим уникальным даром. Таких сразу принимают в род.

— Извините, Семён Михайлович, не могу вам ответить. Тайна рода, — и ведь не соврал, действительно тайна, вот только не рода Романовых, а рода Бестужевых, — Однако, могу поклясться чем угодно, что смена моего имени никак не связана со Святой Инквизицией. Я, вообще, не планирую надолго оставаться в столице. Через месяц-два попрошу перевод в Саянск. Отправлюсь в своё новое поместье.

— Зачем тебе это? Ладно-ладно, не спрашиваю, — хмыкнул Проскурин, — Меньше знаешь, крепче спишь, но решение о том, останешься ты в ордене или нет, принимать буду не я.

— Куваев?

— Да, — подтвердил мои слова Семён Михайлович, — Сам понимаешь, ситуация спорная. Мы не лезем в дела правящей династии, они не вмешиваются в работу ордена Святой Инквизиции.

— Хорошо. Да будет так. Единственное, я хочу принимать непосредственное участие в расследовании, поимке и уничтожении культа чернокнижников, то есть… культа Лилового сердца.

Конец первого тома

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.

Еще у нас есть:

1. Почта[email protected]— получите зеркало или отправьте в теме письма название книги, автора, серию или ссылку, чтобы

2. Telegram-бот, для которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на«Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Святейший кровопийца. Том 1