Некромантия - не моё

Пролог

Некромантия - не моё

Пролог

Всё исчезло. Буквально. Я словно находилась в… вакууме. Оглушающая тишина. Притом я собственного тела не ощущала. Вообще! Хотя… даже при прыжке с парашютом ты чувствуешь сопротивление воздуха. А тут… пустота и… безмолвие. И так долго…

Странно, что сознание сохранилось. И… я могу думать. Ну вот… а говорили: «Я мыслю, значит, существую». Врали! Как можно существовать, если нет тела? Могу ли я к примеру, слышать? Чем?

Только я удивилась и почему-то разозлилась от осмысления подобного… появились… звуки. Они словно кружили вокруг, то приближаясь, то удаляясь. Крики… вопли… плач. И смех… Смех почему-то был детский и звучал особенно жутко и инфернально.

Затем постепенно проявились тени. Чуть светлее, чем всепоглощающая мгла вокруг. Они проносились мимо и, кажется, издавали те самые звуки. Они то появлялись, то исчезали, как и сопровождавшие их звуки. Уж лучше бы прежнее безмолвие, чем начавшаяся какофония.

А меня стало словно вытягивать в сторону каждой проносящейся субстанции. Буквально на разрыв. Но что-то удерживало, не давая влиться в общее движение. Я не вынесла и заорала сама, но… почему-то не услышала собственного голоса.

Затем последовал удар! Сильный. Приложилась всем, чем могла. Я почувствовала каждую косточку и мышцу. Стало очень тихо. И адски больно! Думаю, в тот момент я просто отключилась.

Очнулась вновь в непроглядной темноте. Но сейчас я определённо ощущала себя. Вернее, дискомфорт в районе мочевого пузыря с позывами его облегчить. Но, если меня так приложило, несчастную тушку должно скрючивать от боли. Ан нет. Словно и не происходило ничего.

Затем появилось осознание… что я… лежу. И дело не только в вестибулярном аппарате. Под спиной я чётко ощущала что-то твёрдое. Медленно и осторожно сжала пальцы на обеих руках. С удивлением обнаружила, что, кажется, в левой у меня бумажный стаканчик. Потрясла им и услышала небольшое бульканье. Свободной правой рукой пощупала под собой. Простыня. А под ней… дерево? А где матрас? Что за спартанские условия? Интересно, далеко ли до края… кровати?

Протянула пустую руку вбок, одновременно попытавшись сесть. Чёрт! Ладонь почти тут же упёрлась в стенку, а я с размаху стукнулась обо что-то лбом.

Сердце предательски забилось у самого горла… я же аккуратно ощупала преграду над собой… выше… ниже... дальше вбок…

Не может быть! Я что, лежу в гробу? Прекрасно, Женя. Просто прекрасно! Допрыгалась. Хотя…

Попыталась медленно, урывками вдохнуть. Удалось. Странно, значит, не мертва. Трупы не дышат. Да и пахло тут… фиалками… и чем-то… горелым. Что за?.. Юрка у меня получит, шутник!

Рядом послышался тихий голос:

– Извините, вы тут надолго?

– А-а-а-а!!! – заорала я и… окуталась ярко-голубым пламенем.

Сразу стало светло. Что вообще происходит?! Я буквально… горела. Но всё, что ощущала, – это странное покалывание по всему телу и необычное шевеление в животе, словно газики бурлили.

Рядом с моей головой на подушке лежал… череп. Гладкий, будто отполированный. С зачем-то нарисованными бровями. Изогнув одну, он… выразительно смотрел на меня… пустыми глазницами и словно… ухмылялся. В остальном гроб был абсолютно пустым. Не считая меня.

Прекратив орать и уткнувшись спиной в боковую стенку, начала постепенно успокаиваться. Правда, сердце всё ещё билось где-то в районе гортани. Лепестки голубого пламени стали медленно уменьшаться, унося с собой и свет.

– Так вы некромантка… – тихо произнёс… череп? – Будьте поосторожнее с силой, пожалуйста… И только не нужно снова кричать, – услышала я, едва лишь сделала глубокий выдох, действительно собираясь заорать вновь… и мне улыбнулись… отсутствующими губами.

В ответ я только часто дышала, словно загнанный зверёк, и таращилась на… собеседника.

– Если вы сконцентрируетесь только на руке, то так будет удобнее, – заявил череп.

Интересно, как он умудряется говорить. У него же нет ни голосовых связок, ни рта…

– Магия, – вновь услышала я и осознала простую вещь: голос раздавался прямо у меня в голове.

– Вы читаете мои мысли? – переспросила я, а череп мимикой возмутился моей тупости.

– Так вы надолго тут? Если да, то мне придётся переселяться. Не люблю соседей, знаете ли, – заявил мой новоявленный согробник.

Глава 1

Заходить в подъезд совершенно не хотелось. И дело было даже не в том, что я жутко устала на работе. Это-то как раз привычно. А вот подработка, устроенная Юркой, коллегой с шилом в одном месте, напрягала. Даже обещанные большие деньги не стимулировали.

Блин! Не нужно было брать предоплату. Ну выплатила бы я остаток кредита чуть медленнее. Ничего бы не случилось. А теперь… отказаться не получится. Хочешь не хочешь, а идти придётся. Просто в первый момент заказ мне показался такой легкотнёй… вот я и растрынькала все деньги.

Всего лишь нужно было оцифровать старую библиотеку, доставшуюся клиенту в наследство от двоюродного деда. Заказчик собирался выслать по несколько первых страниц перекупщикам. Вдруг что-то раритетное имеется. Не таскать же туда-сюда сами книги.

Ну а Юрка дополнительно попросил сделать полный скан того, что покажется очень старым или необычным. Наверняка попробует сбыть файлы на сетевых ресурсах. Он мог бы, конечно, и сам всем этим заняться… Но, во-первых, новая пассия ревновала его даже к столбу, и любые задержки сопровождались истериками, а вести неадекватного человека в чужую квартиру – так себе идея. А если что-то порвёт ему назло? Кто платить будет? Во-вторых, именно я – художник-реставратор и имею опыт работы с дряхлыми бумагами, так что точно ничего не испорчу. Правда, давно уже перешла на цифровой формат работы. Многие старые фотографии, к примеру, после ретуши легче заново распечатать, чем восстановить. А вот менеджеру по продажам тут точно делать нечего.

Мне выдали ключ и попросили не затягивать. Всё равно, кроме книг и полуразвалившейся мебели, в квартире больше ничего не осталось. Можно было, конечно, взять накопившиеся отгулы и сидеть тут сутками, пока не закончу. Но смысл так напрягаться? Вот я и приходила в эту «библиотеку» после работы, сканировала допоздна и, переночевав на диване, отправлялась в офис.

В первый вечер всё было нормально, и я даже спала спокойно. А вот на второй день… начались странности. Вначале мне показалось, что глючит телефон и при выключенном экране прокручивается какой-то ролик. Проверила. Нет, с этой стороны было всё нормально. Затем грешила на громкий телевизор соседей. Так что

Сейчас же я брела с пакетом из маркета с готовым ужином для микроволновки и большим стаканом холодного латте с двойным молоком. Но идти в это место мне не хотелось. Вообще.

Раздался писк мобильного, и я дёрнулась. Плюнув, вытащила телефон из сумочки и ответила:

– Чего тебе? – вот и приснопамятный коллега.

– Ну что, Жекуль? Не видел тебя сегодня… что-то интересное нашла?

– Заноза, отстань! Если бы что-то было, я бы тебе уже написала, – произнесла устало.

– Просто забыл сказать… клиент уточнил, что в нижнем ящике письменного стола лежат разрозненные бумаги. То ли были одной книгой, то ли отдельные листы… В общем, отсканируй их полностью. Вдруг что-то стоящее.

– Но все ящики стола заперты, – нахмурилась я, так как точно проверяла.

– Ключ в пасти льва. Там нужно зверю на уши нажать одновременно.

– Хорошо… – выдохнула я устало. – Проверю.

– Давай, Жек… поторопись! Долго возишься! Заказчик недоволен.

Мне хотелось выругаться в ответ, но гад положил трубку, так что я просто зло выдохнула и, вернув телефон в сумочку, переложила пакет в другую руку. Хорошо, стакан с крышечкой и не разлился. Вечером без кофеина голова переставала соображать.

Прикрыв глаза, выдохнула пару раз и направилась к подъезду. Все звуки – это бред и скопившаяся усталость. Учитывая, с каким контингентом я сталкиваюсь на работе… мне просто нужно отдохнуть. Всё! Решила! Получу остаток денег – и полечу на море.

Квартира встретила тишиной и… пылью. Хозяин после вхождения в наследство не удосужился нанять уборщицу. Я же тут даже не разувалась. Лишь слегка потоптавшись на сухой тряпке, прямо в обуви прошла на кухню по старому дубовому паркету. Сначала ужин!

Разогрев ризотто с мясом, поела, уткнувшись в телефон. Смешные рилсы отвлекали от зловещей тишины. Помыла единственную ложку, что использовала, и, сложив контейнер в принесённый пакетик, повесила на ручку входной двери. Утром выброшу, по дороге на работу.

Завтра придётся забежать домой, переодеться. Хоть я и принимала ежедневно душ в этом доме, одежду уже стоит сменить. Ну что ж… Приступим!

Прислушиваясь, раздаются ли снова голоса, подошла к массивному столу, стоящему почти по центру комнаты, что представляла из себя помесь кабинета с библиотекой. На нём как раз я и устроила импровизированную мастерскую, разложив свой ноут, спецлампы и сканирующий блок. Благодаря высоко поднятой камере тот спокойно оцифровывал даже крупные фолианты и не повреждал при этом корешок. Просто чудо современной мысли и искусственных технологий.

Сбоку, на дальней части стола, лежал лев. Вернее… бронзовая фигура царя зверей, примерно сантиметров тридцать в длину. Он был очень тяжёлым, так что я не смогла его снять, когда обустраивалась, а просто аккуратно передвинула, стараясь не поцарапать столешницу. Благо под ним имелась бархатная подкладка. Если не знать, что уши двигаются, и тем более лишь одновременно, то их никак нельзя было заподозрить в использовании вместо замыкающего механизма. Всё выглядело монолитно.

После щелчка нижняя челюсть льва сместилась вперёд, и я аккуратно вытащила длинный, но тонкий ключ. Странно, но при своей толщине он оказался очень плотным и тяжёлым. Присев в кресло, аккуратно провернула ключ в замке и выдвинула ящик. В этот момент что-то хлопнуло.

Чёрт! Ну кто же так бумаги хранит?! Убить за такое мало! С десяток старинных пергаментов валялось кое-как. Частично разрушившиеся, на некоторых я даже заметила следы плесени.

Безостановочно матерясь, я аккуратно вынимала содержимое ящика и бережно перекладывала на стол. Строго говоря, прежде чем что-то с ними делать, их следует деликатно очистить и законсервировать, дабы избежать дальнейшего разрушения. Но… это не архивные документы, а частная коллекция. Правда, непонятно, почему так безалаберно хранилась, вся же остальная библиотека в идеальном порядке. Даже классифицирована и рассортирована.

Постаравшись взять себя в руки, села и принялась разглядывать столь странный «улов». Больше всего притягивал к себе верхний лист, весь мятый и покрытый символами, напоминающими смесь латиницы и шумерской клинописи с любовными записками сумасшедшего.

Аккуратно подняла и переложила под сканер. Чёрт! Поцарапалась!.. Блин! Обо что?..

Засунув палец в рот, поморщилась. Только чего-то подхватить не хватало. Срочно промыть! Вернувшись из ванной, схватила свой латте и нервно отпила. Нужно было сразу перчатки надеть.

Приглядевшись к пергаменту, недовольно выдохнула. Не пойдёт, на увеличенном фото будет всё видно. Сдула слой пыли. Тот взвился в воздух и немедленно заставил меня чихнуть. Чёрт!

Страница выглядела жёлтой и явно хрупкой, но текст... Он стал светиться. Бледно-синие символы вспыхивали и гасли, как дыхание светлячков.

– Хм, отлично. Старинные документы с элементами подсветки. Ещё бы аудиогид – и был бы полный набор, – пробормотала я и потянулась за телефоном, чтобы сделать видео.

Вдруг мне кажется. После голосов я уже ни в чём не уверена. Но… тот мигнул… и погас. Чертыхнувшись, я отложила его и присела ближе с кофе в руке, чтобы разобрать строки.

Часть текста, кажется, была на латинском. Или на том языке, что очень хотел быть латинским, но им не являлся. Слова сливались, буквы изгибались, и где-то на границе восприятия раздалось: «…sanguis transitus… porta veritatis…»

Это что? Подсказки? Я почувствовала, как что-то сжалось в груди. Пробил озноб. Сердце застучало, как на экзамене, где ты поняла, что учила не тот билет.

– Ладно, давай, гаджет. Покажи, что ты умеешь… – и я прочла вслух фразу целиком, как до этого расслышала: – Sanguis transitus porta veritatis.

В комнате стало ощутимо холодно. Стёкла покрылись инеем. Изо рта пошёл пар. Свет замерцал. Кофе в руке вспенился, словно в нём завелись гейзеры. Воздух завибрировал. Бумаги, что до этого спокойно лежали, поднялись и закружились в странном танце.

– Доигралась, Женя, – прошептала я, ошалело наблюдая за происходящим, сжавшись в кресле. – Эй! Я вообще тут ни при чём! – зачем-то прокричала вихрю. – Не надо мне ваших трансцендентных спецэффектов!

Когда все мои вещи и даже тяжеленный лев включились в этот «танец», я принялась потихоньку отодвигать кресло подальше от стола, стараясь выйти из зоны этого странного явления.

– Только бы получилось спокойно уйти! – зашептала я, пробираясь спиной к выходу.

И тут всё исчезло.

Глава 2

Голубые лепестки стали истончаться, и только подумав, что останусь в темноте с говорящим черепом, я вновь вспыхнула.

– Вас что, не учили работать с вашим даром?

– Вы о чём? – спросила, разглядывая свою пылающую ладонь.

– Просто сконцентрируйтесь, произнеся про себя формулу, и пламя будет сосредоточено только на ваших пальцах. Из какой глуши вы переместились?

– Кстати говоря… а где я? – спросила, оторвав взгляд от руки. – Далеко отсюда до трассы?

– Это Аштарис. А ваш городок Трасса, видимо, в вольных герцогствах. Я о таком и не слышал.

– Э-э-э-э… – это всё, что я смогла произнести.

– Мэррита… хоть вы и обладаете силой некро, долго находиться под землёй вам всё-таки не стоит, – заботливо добавил череп.

– Меня зовут Женя, – зачем-то представилась я.

– Мэррита Жэнйа, – повторил он, – я ощущаю, как из вас утекает сила. Либо выбирайтесь отсюда, либо окукливайтесь.

– А как я выйду? Над нами минимум метр земли, – ответила недоумённо.

– Фунта два, не более. Призовите своих умертвий… или зомби. Чем вы уже повелеваете?

– Ничем… – произнесла растерянно, словно оправдываясь.

– О, Тьма изначальная… – простонал череп, нахмурив брови. – И как таких неучей стали выпускать? Лучше бы уж запечатали силу.

В этот момент я почувствовала, как гроб начал шевелиться, покачиваясь из стороны в сторону. Минут через пять, что прошли в полной тишине, крышка потихоньку съехала вбок, а надо мной открылось яркое звёздное небо. Я такого никогда и не видела в своей жизни.

Миллиарды светящихся точек переливались на иссиня-чёрном небосклоне. И я бы даже восхитилась увиденным, если бы не три луны, выстроившиеся над макушками ближайших деревьев. Одна из них имела немного красноватый оттенок.

– Где мы? – ошарашенно спросила я, даже и не думая вставать из гроба.

– Я же уже ответил вам, мэррита Жэнйа, мы в Аштарисе, – нетерпеливо заметил собеседник.

– А какая планета? Это ведь явно не Земля… – пробормотала, не отрывая взгляд от лун.

– Из земли я вас достал, раз сами не смогли… – недовольно заметил череп, – а мир наш зовётся Эйранор. Вы точно учились, мэррита? Задаёте странные вопросы.

– Боюсь, то, что я учила, тут мало мне пригодится, – произнесла я с горечью. – Кажется, меня забросило к вам из другого мира.

– Почему вы так уверены, мэррита? – с сомнением спросил собеседник.

– У нас точно нет трёх лун… да и магии нет. Вообще… – подчеркнула обречённо.

– Кхм, кхм… – видимо, череп думал, что мне ответить. – Тогда… Добро пожаловать в Аштарис, мэррита Жэнйа, – выдал он в конце концов.

– И как мне теперь попасть домой? – вопросила, не надеясь, впрочем, на ответ.

– И главное… боюсь, здесь почти любой захочет вас убить.

– Это почему? – я с удивлением повернулась к своему соседу.

– Ну… некромантов здесь немного недолюбливают. По объективным причинам.

– А что по поводу «вернуться домой»? – напомнила про более животрепещущий вопрос.

– У нас есть, конечно, блуждающие разрывы, но куда именно вы попадёте, никто не гарантирует. Оттуда ничего, кроме монстров, обычно не появляется.

– Очешуеть!.. – произнесла я и села. – Ну, Аштарис, привет. Приятно познакомиться.

Просидев несколько минут в тишине, вспомнила про свой кофе и сделала глоток. Б-р-р-р. Молоко с привкусом мазута. Гадость!

– Вам стоит пойти в деревню. Вы не выживете в лесу одна, мэррита. Правда, о своей силе не стоит распространяться. Наймитесь к кому-нибудь. Скоро сбор урожая, дополнительные руки всем нужны будут.

Я потихоньку встала, скрипя как несмазанное колесо. Пару раз присела и подвигала телом. Резко напомнил о себе мочевой пузырь, но делать свои дела под взором черепа почему-то было неловко. Так что я сосредоточилась и спросила:

– А в какую сторону идти-то? Может, тут где город рядом?

– В город вам в таком виде нельзя, мэррита Жэнйа, – произнёс череп, немного покачиваясь.

– А что не так-то? – спросила, разглядывая модные рваные джинсы и хлопковый свитшот.

– Вас примут за побирушку. Встречаться же со стражей вам совсем не стоит, пока не научитесь контролировать свою силу. А ближайшая деревня от вас налево, через небольшой лесок.

– М-да… – я повернулась в нужную сторону.

«Небольшой лесок» был мрачен и состоял из исполинских деревьев. Порою скрюченных, местами голых, словно обгоревших. И тот явно простирался не менее чем на пару километров. От одного только взгляда на него бросало в дрожь.

– У меня аллергия на хорроры, – заявила я, вернув взгляд на согробника.

– Да, кстати… вам это пригодится, – заявил он и вдруг подпрыгнул, завис на уровне моего лица, а из его глаз полился зелёный туман.

– Что это? – отскочила я подальше, чуть не навернувшись на холмике.

– Мы с вами общаемся мыслесловом. Но с другими вы так не можете. И раз вы из другого мира, то, боюсь, никого не поймёте. Соберите эту эссенцию и вдохните.

– Какая же это эссенция? На смог похоже… – пробормотала я, с опаской приближаясь к черепу.

Но всё-таки, поборов страх и брезгливость, подставила руки и приблизила лицо. В словах этого хоть и первого встречного… черепа… был смысл. И пока ничего плохого от него я не увидела. Наоборот, он позаботился вытащить меня на воздух, иначе бы я скоро там задохнулась.

– Чем я могу отблагодарить вас? – спросила через пару минут, когда череп закончил выделять туман и медленно опустился обратно в гроб.

– Меня зовут Фэликас, – почему-то сейчас представился мне он.

Я недоумённо хлопала ресницами, пытаясь понять, что он хочет этим сказать.

– И этого достаточно, – заявил тот. – Идите… надеюсь, к рассвету доберётесь. Вас сопроводят, так что не бойтесь. Просто смотрите под ноги.

Кивнув, я аккуратно спустилась с пригорка. Ничто не напоминало, что тут может быть захоронение. Просто небольшая поляна. А вокруг запах прелости и сырой земли. Обернулась, чтобы ещё раз попрощаться, но сзади было пусто. Ни гроба, ни раскопанного грунта, только колосящаяся от небольшого ветерка травка. Словно и не было ничего. Выбрав ближайшие кусты, я наконец освободилась от лишней жидкости и, зачем-то сжимая в руке стакан с уже несъедобным латте, глядя под ноги, поплелась в лес. Как ни странно, но этот внушающий ужас бор я прошла спокойно. И хоть вокруг что-то шипело, кряхтело и ухало, но мне было необычайно комфортно и благостно.

К деревне действительно вышла с рассветом. Люди уже занимались своими делами.

Я аккуратно открыла немного поскрипывающую калитку и заглянула во двор.

– Тут есть кто? Хозяева… – негромко позвала, оглядываясь вокруг.

Стояла тишина. Из раскрытой двери дома не доносилось ни звука. Я подошла ближе и крикнула в проём. Но ничего не произошло. Заходить внутрь я побоялась. Раз тут есть магия, то мало ли что может стоять на охранке. Не держат же они открытыми двери от широты душевной.

Услышала за домом шум. Обойдя его, нашла на заднем дворе большой сарай с соломенной крышей, как у всех. Видимо, черепица тут дорогая. Именно из его открытых окон и раздавались те звуки. Открыла дверь и вошла, одновременно здороваясь. Зря. Стоявший в нескольких метрах от меня полноватый мужчина как раз размахнулся и со всей силы опустил находящийся в правой руке топор на придерживаемую другой рукой курицу. Кровавые ошмётки полетели во все стороны.

Я вздрогнула и чертыхнулась от неожиданности. Мужчина оставил топор в чурбаке и разогнулся. По безголовой же курице пробежала дрожь. Она протянула крылья и, приблизив к себе отрубленную голову, прижала ту к шее и медленно поднялась, пытаясь покинуть сарай.

– Ведьма… – прошептал ошарашенный мужчина, а затем заорал что есть силы: – Ведьма!!!

Так началась моя жизнь в другом мире. В гробу. Со знакомства с черепом, который умнее и заботливее, чем все мои бывшие. С магией, о которой я не просила. И со странным чувством в груди. Нет, не страх… адреналин, забористый, как чистый спирт.

Глава 3

Что интересно, нападать на меня мужик не стал, наоборот, прижавшись спиной к стене, он бочком-бочком придвинулся к окну и сиганул в него со всей прытью. Как только пролез так быстро? Благо выбивать там было нечего, просто ничем не забранная дыра.

М-да… нехорошо получилось. Я-то рассчитывала совсем на другое. Прикрыв глаза, прислонилась к стене. Спать хотелось со страшной силой. А ещё кушать. В ответ на подобные мысли утробно заурчал живот, а оживлённая мною курица нервно дёрнулась и спряталась.

– Чего трясёшься то? Тебя бы и так съели, – недовольно проворчала я, отвернувшись.

Было слышно, как снаружи разрастаются крики.

Какое-то время я просто стояла, размышляя над произошедшим, но решила, что стоит побыстрее покинуть сие негостеприимное место. И хоть они меня явно боятся… но ведь и подпалить сарай могут.

Огляделась вокруг: вдруг удастся разжиться хоть каким-нибудь оружием для защиты. Печально констатировала полное фиаско. Нет… железок-то там было много, и разных. Одних вил штук пять разных форм и размеров. Но пользоваться ими я не умела, да и зачем они мне в лесу? А вот ножичков никаких не нашла. Может, топор? Через пару минут натужных попыток вытащить тот из кровавого чурбака бросила это дело. Явно не по моим куцым силам.

Беспрепятственно покинув помещение, я вышла во двор, а затем и на улицу. По периметру села уже собралась толпа. Они не нападали, но преследовали меня на достаточном отдалении, словно чего-то выжидали, поглядывая на выход из деревни.

Медленно, стараясь контролировать, чтобы никто резко не зашёл за спину, я двинулась на выход. И когда до околицы осталось буквально два дома, из-за поворота на лошадях вылетели двое мужчин. Вывалившись из сёдел, они преградили мне путь.

– Стой на месте, ведьма! – громко заявил один из них и вытащил из кармана какой-то предмет, отдалённо похожий на наручники.

При виде него что-то во мне всколыхнулось невероятной яростью. В груди заклокотало. Захотелось разрушить всё вокруг. И покарать этих жалких людишек, что не дали мне и шанса. Я ведь спокойный и добрый человек. Мухи не обижу…

От раздирающей боли раскинула руки, и по мне побежал уже знакомый голубой огонь. Земля немного задрожала. Послышался шорох и скрежещущие звуки. То тут, то там медленно вспухали холмики, из которых выбирались всевозможные животные разной степени разложения.

Народец прыснул во все стороны, подальше от эпицентра событий, а прискакавшие мужчины напряглись. Второй из них начал впопыхах ощупывать свои карманы в длинном плаще с нашивками, смотря на меня с нарастающим беспокойством.

– Лучше покорись! – кричал первый, явно бывший у них за главного, и сделал шаг вперёд.

Я же в офигевании наблюдала, как ко мне со всех сторон шли, ползли и катились всевозможные останки. Притом я даже не понимала, как вдруг всех их оживила. Своих заступников. Да, да… я отчётливо ощущала исходящее от них желание защитить. Меня…

– Штефар! – закричала какая-то женщина и, повернувшись, я заметила, как одна из селянок, удерживаемая другими, пыталась кинуться в нашу сторону.

Она тянула ладони… к лесу. А оттуда появился местами обглоданный товарищ весьма непрезентабельного цвета.

М-да. И что, он голыми руками тут воевать собрался?

Зомби после этой моей мысли внезапно споткнулся, остановился и, оглядевшись вокруг, вырвал с корнем небольшое близлежащее дерево. Помахав туда-сюда, взял его наперевес, словно дубину, и вновь мрачно попёр в нашу сторону.

Отвлекшись на него, не заметила, как второй из приехавших наконец закончил рыться в карманах своего плаща и бросил что-то в меня. Я резко обернулась, когда краем глаза заметила летящий предмет. Но не успела среагировать.

К моему удивлению, это был не нож или какое-то другое оружие. Лишь небольшой камушек в верёвочной оплётке. Он стукнулся об меня и упал рядом. Не поняла… он меня местными украшениями закидывать будет? Не похоже, что их у него много, это еле нашёл.

Но в груди неожиданно всё сжалось. По спине пробежал холодок ужаса. А от лежащего рядом камушка завибрировал воздух. Мне показалось, что мир вдруг взорвался. Накатила ужасная слабость. Словно вынули все кости. Я ещё стояла какое-то время только на силе воли, но потом медленно опустилась, больше не имея сил сопротивляться. Глаза сами закрылись. Кажется, падать в обморок уже входит в неприятную привычку.

Придя в себя, я не торопилась открывать глаза. Подозреваю, ничего хорошего там не увижу. Вокруг пахло соломой и немного навозом. Я вновь лежала, но, судя по ощущениям, руки мне всё-таки сковали. Плюс ко всему на сердце ощущалась какая-то тяжесть. Давило и не хватало воздуха. Но ветерок, треплющий мои волосы, намекал на то, что мы всё-таки на улице. Шум в голове немного

Рядом со мной спорили. Грубый мужской голос настаивал на компенсации. Юношеский… возмущался. А тот, кто требовал у меня покорности, предлагал обратиться в Совет.

– Тогда я отправлю рапорт лорду Ардалю. Он как раз сейчас с проверкой в Башне. Думаю, лорд способен решить ваш вопрос, – раздражённо произнёс старший из прибывших всадников.

– Ну зачем же сразу беспокоить лорда-протектора… – грубый голос вдруг стал сочиться патокой. – Думаю, с Башней стражей мы сможем всё решить и потом, после его отъезда. Наоборот, мы так вам благодарны… что сразу бросились к нам на помощь…

Послышался скрип колёс и плач. И они всё приближались. Это заставило замолчать спорщиков.

– Как он оказался в лесу, без погребения и освящения? – теперь уже недовольно спросил представитель Башни.

– Не знаю. Просто пропал пару месяцев назад, – ответил грубый и тяжело выдохнул. – Сплетня была, будто нашёл себе бабу помоложе в городе и сбёг. Вот и не искали.

Видимо, телега в этот момент проезжала мимо, так как я вдруг чётко ощутила присутствие чего-то родного. А затем услышала… нет, не голос… мысли.

– Его убили из-за денег, – произнесла я и, открыв глаза, села.

Стоявшие рядом резко отпрянули, а полноватый мужичок, которого я встретила в том злосчастном сарае, даже упал навзничь. Огляделась. Меня, оказывается, уложили в телегу, и даже соломы под низ не поскупились добавить.

– Боитесь? – хмыкнув, показала им всё ещё скованные наручниками руки.

– Вот ещё! – возмущённо процедил, видимо, местный представитель стражи или охраны.

Он был явно младшим в двойке, но пыжился, стараясь не показать, что испугался.

– С чего ты взяла, ведьма? – нахмурившись, спросил более спокойный. – Что виною деньги…

– Он мне сам поведал, – ответила, пожав плечами.

От этого движения тело пронзили миллионы игл. Пришлось немного поднапрячь разные мышцы, чтобы убрать боль. Правильнее было бы размяться, но со скованными руками, да под грозными взглядами… лучше не стоит. А то вновь какой-нибудь фигнёй запустят в меня. Пугливые…

– Этого не может быть! – уверенно заявил старший из двойки.

– Почему же? – возмутилась, хлопая глазами.

– Ведьмы не владеют подобными навыками! – отчеканил молодой мужчина.

– Его зовут Штефар, жену – Зарита. Недавно узнал, что она беременна третьим ребёнком, и решил подзаработать. Взял денег в долг и поехал в город, рассчитывая купить живность на развод. Там, в дороге, его и убили.

Когда мы начали разговор, телега остановилась позади, и идущие по бокам мужчина и ревущая женщина стали прислушиваться. Когда же я рассказала о видах на покупку, Зарита заплакала и запричитала, подтверждая мои слова.

– Да может, ты его сама и убила! – возмутился наглый мужичок, посматривая на меня с вызовом.

Вот же гад! Недаром от него даже мёртвая курица сбежать хотела.

Оба представителя стражи переглянулись. Старший кивнул и подошёл к своей лошади, привязанной позади телеги, на которой я находилась. Порывшись в сумке, достал странный агрегат, похожий на компас. Хорошо хоть не камень. Снова в обморок как-то не хочется.

Потыкав в него несколько раз, провёл вокруг моей головы, а также вдоль тела и сказал:

– Странно, но эта ведьма ещё никого в своей жизни не убила. Хотя на ней и имеются остаточные эманации сильнейших некрозаклятий.

– Конечно! – хохотнула я. – Некромантия – это не моё! Я милейшей души человек!

– В Башне разберутся! – нервно процедил старший двойки и вскочил в седло.

Глава 4

Пока второй молодой человек взбирался на лошадь (хм… у первого явно больше опыта в этом деле), пока ждали возничего, что пошёл отлить (а то кто телегой править будет, с моим преступным телом?..) наглый мужичок появился вновь.

– Мэрриты стражники! Стойте! – Тот нёсся с криками, размахивая руками. – Там это… – заявил он, согнувшись пополам, восстанавливая дыхание и показывая пальцем на свой дом в центре села.

Не став тратить время на выяснение, оба стражника поскакали в том направлении. Плюнув, мужчина разогнулся и, придерживая рукой печень, бодро засеменил за ними. Неужто и курицу решил сдать? Хотя… я бы на его месте есть такую поостереглась.

Через почти десять минут представители Башни возвратились неспешным шагом. Лошадиным. Ага… значит, часть времени убили на то, чтобы младший взгромоздился на своего коня. А на почти вытянутой руке старшего в какой-то переливающейся, видимо, магической сфере находился мой кофейный стаканчик.

– Это твоё? – спросил он, поглядывая на меня с недоверием.

– Да, – призналась чистосердечно.

– И что это? – поинтересовался он, нахмурившись.

– Латте, – ответила, пожав плечами, и принялась взбивать солому, чтобы было удобнее в дороге.

Стражники переглянулись. Они явно не поняли мой ответ.

– Для чего он предназначен? Зачем ты его там спрятала? Ты планировала туда вернуться или зелье активируется и без присутствия ведьмы? – застрочил вопросами старший, будто пулемёт.

Хмыкнув, я улеглась в телегу, закрыла глаза и даже откинула назад руки, принимая позу поудобнее. Пусть мучаются догадками.

Не знаю почему, но меня захлестнуло странное чувство пофигизма. Словно это не у меня проблемы, а я кино смотрю. Даже какая-то бравада появилась.

Через полчаса размышлений над этим под покачивание телеги мне пришла мысль, что в этом могут быть повинны наручники. Приподняла их на уровень глаз и принялась разглядывать.

Они были не железные, а словно из какого-то камня. Серого с розовыми прожилками. Довольно прикольные, если бы не вызывали в груди отголоски ярости и тяжесть на сердце. Немного добавить стразиков, перьев… и любая цаца с руками оторвёт.

– А вдруг она сможет от них избавиться? – неожиданно подал голос младший.

– Их даже архимагистры не могли снять, Брант, – немного нервно заявил старший.

Я повернулась к едущему слева младшему стражнику и страстно улыбнулась.

– Любите сковывать подружку перед ночью любви? – спросила я томным голосом, облизывая губы и слегка натянув свитшот на груди.

Брант подавился воздухом и закашлял. С ужасом он переводил взгляд с меня на своего начальника и пытался что-то сказать, но лишь чуть не подавился.

– Отстань от него, ведьма! – со вздохом произнёс старший, не отрывая взгляд от сферы.

Он то убирал её в седельную сумку, то доставал и крутил в руках, пытаясь рассмотреть получше.

Я честно пыталась заснуть, правда, чувство голода не давало. И хоть в глаза словно песка насыпали… болевые ощущения в желудке не позволяли провалиться в царство Морфея.

Наконец, не выдержав, я развернулась к старшему и спросила:

– У вас есть что-то съестное? – Постаралась придать себе самый безобидный вид. – Я очень голодна.

Мужчина долго моргал, словно не веря в подобную возможность. Затем повернулся к своему подчинённому и произнёс только одно слово: «Дай». Тот какое-то время смотрел на него обиженно, и только после твёрдого «Брант!» полез копаться в свою сумку и извлёк оттуда тряпичный узелок. Затем, помедитировав над содержимым, кинул в меня одним пирожком.

Не став привередничать, села и, понюхав предложенное (мало ли, вдруг тухлятиной травить будет) осторожно откусила. Хм… вполне приличный пирожок с капустой. Слегка перебор с перцем, на мой взгляд, но смысл привередничать? Так что, угомонив желудок, я уснула.

Проснулась от рывка и осознала себя висящей на высоте двух метров над землёй, а вокруг…

В поле рядом с грунтовкой, по которой мы передвигались (скорее не дорога, а так, колея), в воздухе светилась… щель. Словно пространство разорвали как материю и раздвинули немного. И от неё веяло чем-то жутким и потусторонним. По коже прошли мурашки, и все волоски поднялись, наэлектризовавшись. Но самое гадкое, меня туда тянуло. Не в том смысле, что мне хотелось вприпрыжку бежать к, как понимаю, пространственному разрыву (да-да… я вполне начитанная особа), а физически. Словно что-то пытается втянуть меня внутрь. И это бы произошло, если бы Брант не держал меня за ногу одной рукой, а второй не обжимался с деревом.

Старший в этот момент что-то монотонно напевал, раскидывая вокруг камешки в разные стороны. Прям как сеятель, госзаймы в лице Папанова.

– Остановись, ведьма! – заорал Брант, подняв ко мне голову, и ещё сильнее впился пальцами в щиколотку.

– Ты дебил? – спросила, проморгавшись. – Я ничего не делаю! – И хотела развести руки, но наручники не позволили.

В этот момент старший стражник закончил швырять камни и что-то резко выкрикнул, забросив последний в сторону разрыва. Я не увидела, но ощутила волну, что понеслась вперёд. Разбросанные камни одновременно вспыхнули, сплетясь в странную фигуру, и щель, сверкнув напоследок, исчезла, оставив после себя запах тухлого болота и небольшие бегающие молнии, как во время грозы.

Я, естественно, тут же свалилась сверху на Бранта. Делая вид, что собираюсь встать, попихала его локтями и коленками. Достал, обвинитель хренов. Старший стражник всё испортил, резко приподняв меня и поставив на ноги.

– Ведьма не может магичить в наручниках, Брант, – хрипло произнёс мужчина.

Видимо, произошедшее отняло у него немало сил, так как он немного пошатывался.

– Мэррит Кан! – бросился к нему младший, но тот лишь остановил его ладонью.

– Собери лиены, Брант, со мной всё в порядке. – И опёрся о стоящее рядом дерево.

– Знаешь, что любопытно, ведьма… – тихо произнёс он, наблюдая за подчинённым, – кто-то страстно желает, чтобы ты не доехала до Башни. Ничего не хочешь мне рассказать?

– А смысл? – произнесла устало, пытаясь немного размять запястья, что было очень трудно в наручниках. – Ты всё равно не поверишь.

Мужчина посмотрел на меня, приподняв бровь.

– А ты странная, – заявил он, став пристально меня разглядывать. – Одета побирушкой, а ведёшь себя и говоришь, словно аристократка.

Я сдула выбившуюся из хвостика прядь и с усмешкой посмотрела на него.

– Аристократка может выглядеть побирушкой… но как ни одень отребье… как аристократка, никогда вести себя не будет.

Кан хмыкнул и, немного навалившись на меня, схватил за предплечье, таким образом контролируя пленницу, и медленно поплёлся к телеге. Из-под неё как раз вылез наш трусливый кучер и старательно оглядывал транспортное средство на наличие возможных повреждений.

Я уже немного выспалась и теперь в дороге просто лежала, смотря в небо, приводя свои мысли в порядок. И честно говоря, такое моё состояние немного напрягало. Я в другом мире, владею непонятной магией (притом совершенно ничего в этом не соображаю), со мной обращаются как с преступницей, да ещё кто-то в разлом утащить хочет, хотя Фэликас предостерегал от прогулок в подобные места. У меня же ни паники, ни страха (ну, кроме момента с наручниками, но там скорее злость была), а только какой-то азарт и предвкушение. Да чтоб тебя!

Покачивание сделало своё дело, я медленно проваливалась в дрёму. И регулярно открывала глаза, ведь стражники время от времени переговаривались. Я неожиданно дёрнулась и села, всматриваясь в появившиеся строения. Видимо, город приближался. Но не это меня подстегнуло.

– Можешь даже не стараться, ведьма! – рассмеялся Брант, поглядывая за поддержкой на начальника. – Это земля, освящённая именем Светлейшего, так что слуг из местных тебе не видать!

Заметила вдали высокое каменное строение со шпилем. Правда, что было сверху, непонятно: далеко, да и темнеет потихоньку. А вокруг довольно большое пространство, огороженное забором.

Кладбище… Понятно…, и я медленно опустилась в телегу. Но не возможные «слуги» внезапно меня заинтересовали. Отнюдь. Я вдруг услышала множество шепотков, доносящихся оттуда, как тогда, в квартире. И это неожиданно меня напугало.

Глава 5

Сознание почему-то возвращалось урывками, будто я пару дней не спала и вот теперь навёрстываю. Я застонала и попыталась пошевелиться. Всё тело ныло, особенно виски.

– Осторожно, лорд, – донёсся до меня голос Кана, – она приходит в себя!

– Ага… – прохрипела в ответ, открывая глаза, – и очень об этом жалею.

Надо мной склонился мужчина в длинном чёрно-серебристом плаще, накинутом на тёмно-фиолетовый камзол. Лицо немного бледное, с заострёнными скулами, кажется, пару дней не брился. Но от этого отвлекали глаза цвета полированной стали. Каштановые волосы до плеч были немного взлохмачены, но он выглядел так, будто сошёл со страниц глянцевого журнала, перед этим проведя полдня у визажиста. Если бы не усталость во взгляде, что портила впечатление.

Чуть сбоку от его лица в воздухе завис небольшой светящийся шар. Благодаря ему комнатка, куда меня заселили (тесная клетушка, если начистоту), была хорошо освещена. Да и мне удалось так хорошо рассмотреть новое действующее лицо.

– Думаю, это действие лигаров… – задумчиво произнёс лорд, разглядывая

– Каких лигров? – ошарашенно переспросила я. – Меня что, волшебным тиграм скармливали?

– Это наручники, что сковывают вашу магию, – ответил повелитель тестостерона, но мне сие совершенно не понравилось.

Мужчина задумался и спросил у Кана через пару минут:

– В Башне же должно быть помещение, наполненное силой Светлого Творца и не пропитанное лиеном… сможете перевести её туда?

– Но лорд… – возмутился стражник. – Там нет решёток!

– Так поставьте! – припечатал мужчина и вышел.

Кан какое-то время с недовольством смотрел на меня, затем тяжело вздохнул и тоже удалился.

Я же вновь закрыла глаза и постаралась поудобнее устроиться на куцем продавленном матрасе. Хорошо хоть тот не вонял. Насколько я успела рассмотреть его при «вселении», чехол был достаточно чистым (во всяком случае, странных пятен не заметила) и даже отдалённо пах травами. Скорее всего, был набит свежескошенным сеном.

Лежало это чудо гостеприимства на деревянных нарах, что стояли у узкого оконца, забранного решёткой. Вот и все удобства. Ах, да! Ещё имелся горшок в углу. Пустой. Но с душком.

Из-за дикой головной боли я так и не поняла, сколько прошло времени, когда за мной пришли. Эти мужчины были мне незнакомы, смотрели с осторожностью и держали наготове камушки в оплётке, что мне ещё в деревне не пришлись по вкусу.

Шли недолго. Коридор, три лестничных пролёта с заворотом и снова коридор. Идущий впереди стражник остановился перед длинной решёткой, что пересекала всё довольно большое помещение, и открыл дверцу. Сам он заходить не стал, лишь приглашающе махнул головой.

Тяжело выдохнув, я вошла под заинтересованным взглядом лорда, что сидел за небольшим столом. Он так пристально наблюдал, что я остановилась, перешагнув порог, и вопросительно обернулась вокруг. Хмыкнув, мужчина указал мне ладонью на табурет напротив себя и опустил взгляд в лежащие перед ним бумаги.

Когда через пару минут я вновь потянулась пальцами к вискам, он наконец обратил на меня внимание и, вытянув вперёд руку со светящимся предметом, приложил её к моим оковам. Пресловутые лигары с глухим щелчком распались и соскользнули в мужскую ладонь.

– Спасибо! – глухо произнесла я, тяжело выдохнув.

Реально, такое чувство, что мне стало легче дышать. Словно убрали давивший на тело груз. Да и мигрень, сжимавшая голову, постепенно отступала.

– Надеюсь, вы меня не разочаруете, мэррита, – произнёс лорд, даже не глядя на меня.

Он всё ещё что-то упорно выискивал в документах, так что я позволила себе немного осмотреться. Хм… ну что сказать, не «Хилтон», конечно… но получше той конуры, что была до этого. Начнём с того, что эта раз в пять просторнее. Плюс ко всему, «уголок задумчивости» был отделён небольшой ширмой, что прибавило радости. Нары не отличались от предыдущих, а вот сверху более пышного тюфяка лежало сероватого цвета покрывало. Видимо, местный тюремный люкс.

– Итак… – изрёк наконец мужчина, оторвавшись от чтения. – Кто вы?

– Евгения Сангусовская, – представилась я, вызвав у собеседника обильное моргание.

– Хм… – лорд недоверчиво уставился на меня. – Вы претендуете на родство с домом Сангус?

– Не знаю такого дома, – пожала я плечами. – Я у вас недавно.

– А откуда вы? – заинтересованно постучал он чем-то, похожим на карандаш. – Давно я не встречал обладателей силы некро без печати.

– Вы всё равно не поверите… – устало пробормотала я, безразлично уставившись в зарешеченное окно.

– Ну почему же… – улыбнулся лорд и махнул рукой, предлагая излагать.

– Дело в том… что я, по-видимому, из другого мира… перенеслась к вам совершенно случайно… будь неладен этот манускрипт…

– Ах… вот как… – с улыбкой ответил мужчина, – а говорите как уроженка Аштариса.

– Да… – махнула я рукой, – это Фэликас помог…

– Кто?! – резко привстал лорд и приблизился, уперевшись в стол.

– Череп… – быстро забормотала я. – Я при переносе попала к нему в гроб. Он вытащил меня и отправил в деревню.

– Отпустил? Фэликас? В деревню? – недоумённо хмурил брови мужчина. – Чепуха какая-то!

– А что нужно было? С ним в гробу жить? – устало спросила я. – Он не любит соседей…

– Ну да… он всегда был нелюдим… И вы научились языку?.. – предложил он мне продолжить.

– Вдохнула какую-то гадость, что полилась из его глаз, – ответила, пожав плечами.

– А что за ритуал вы использовали для прорыва в наш мир? – резиново улыбаясь, вопросил лорд через какое-то время, обдумав услышанное.

Вздохнув, как могла детально описала сам манускрипт и произошедшее при его активации.

– Странно, что вы не назвали мне слова, – с усмешкой заявил красавец.

– По правде говоря, я их не помню, – заявила с самым честным видом.

Хмыкнув, мужчина что-то стал старательно записывать, изредка косясь на меня.

– Теперь понимаю, почему вы не реагируете на силу Светлого Творца и почему у вас аура, не запятнанная убийствами. Нонсенс для ведьмы.

– Я вам больше скажу, – усмехнулась нервно, – я даже не знала, что обладаю какой-либо силой, пока не попала в ваш грёбаный мир.

– Так вы необученный некромант? – недовольно спросил мужчина.

– Не-а… – ответила с усмешкой. – В нашем мире нет магии!

Теперь уже лорд отвернулся к окну и какое-то время нервно постукивал карандашиком по столу.

– В отчёте написано, что вы слышите голоса почивших, – вернулся он к обсуждению, почёркав что-то на лежащим перед ним документе.

– А что в этом странного? – захлопав ресницами, переспросила я. – Разве некроманты, по своей сути, не для этого работают? В смысле… они ведь должны общаться с духами, вызывать их или там… отправлять на перерождение… – судорожно пыталась я вспомнить всё, что когда-либо читала в фэнтези на эту тему. – Ведь зомби и упыри не главное…

– И кто вам такое сказал? Фэликас? – язвительно уточнил мужчина.

– Нет… – ответила удивлённо. – Просто… я так думаю…

Лорд рассматривал меня довольно долго. Я даже чувствовала, как ко мне, видимо, применяется какая-то магия, так как волоски на коже вздыбились, а дыхание перехватило.

– Вы хорошо держитесь, – наконец заявило это чудовище, и напряжение спало. – Надеюсь, так же хорошо вы будете вести себя перед Советом.

– Каким Советом? – уточнила я отрешённо.

– В Аштарисе не может быть неучтённых некромантов, – улыбнулся мужчина во все свои тридцать два (а

– А если они захотят от меня избавиться? – поинтересовалась, находясь на грани депрессии.

Мне вдруг вспомнились слова Фэликаса о том, что все будут хотеть меня убить.

– Если только от вас будут проблемы… – задумчиво пробормотал лорд. – Не думаю… сильная аура… и даже незапятнанная… иномирная сущность в человеческом обличье… очень интересно…

– А мне обязательно сидеть в тюрьме? Я ведь ничего не сделала… – спросила устало.

– Вам пока лучше остаться в Башне. Здесь вы в безопасности, – изрёк он, выпрямляясь. – Условно.

– Условно? – переспросила я. – Звучит не очень обнадеживающе.

Глава 6

Ночь в новой камере прошла спокойно. Для меня. Охранники же с камушками наперевес прохаживались мимо примерно каждые полчаса.

Меня боятся… Не скажу, что эта мысль доставляла удовольствие, но грела душу.

А вот упоением для тела было то, что исчезла тяжесть и выровнялось дыхание. Вы не представляете, какое это облегчение – спокойно дышать полной грудью.

После ухода лорда вернулся Кан – проверить крепость решётки. Странно посматривал на меня, крутя круги вокруг своего лица. Воздух будто реагировал на эти движения и слегка подёргивался переливающейся волной. Я наблюдала сие явление улыбаясь и пыталась поймать его рукой. Стражник же заторможенно наблюдал за происходящим.

Следующие пару раз Кан (со всё теми же камушками в руках) наблюдал, как мне передавали еду. Просто сквозь просветы решёток. Открыть дверцу так никто и не решился.

И только наутро меня в сопровождении десятка охранников вывели из камеры, надев наручники, и, проведя на несколько этажей вверх, ввели в просторный зал. В центре находилось небольшое огороженное пространство, в которое и завели, усадив на табурет.

Ждать пришлось довольно долго. Неожиданно по периметру на уровне двух метров от пола стали появляться пузыри. Они переливались разноцветным блеском, словно мыльные. На восьмом в помещение вошёл лорд, через те же двери, что ввели и меня, и остановился в сторонке.

Когда же пузырей стало двенадцать, они загорелись ровным белым светом. И на их поверхности начали проявляться лица. Все в основном довольно почтенного возраста. Преимущественно мужчины. Двоих я отнесла к женскому полу, хоть и выглядели они немного стрёмно. Слишком уж кисло и недовольно при вполне красивых чертах, что портило впечатление.

– Совет Аштарис в сборе… – услышала я голос, что лился с потолка. – Мы слушаем вас, лорд Ардаль. В чём причина собрания?

– У нас иномирное вторжение, – сообщил лорд, выдвинувшись вперёд.

– Странно… – произнёс кто-то другой. – Неужели вы забыли, как нужно действовать при появлении монстров на территории королевства?

Я крутила головой, чтобы понять, какая из присутствующих «голов» говорит в этот момент.

– Нет, – хмыкнул красавец, – я не забыл… просто хочу поинтересоваться… вы хотите, чтобы я собственноручно сжёг сидящую здесь милую мэрриту?

Поднялся шум: это совет стал переговариваться между собой.

– Ты хочешь сказать, Ардаль, – заявила голова в центре, – что из разрыва вышла сия дева?

– Нет, лорд Баршон, не из разрыва.

– Зачем ты морочишь нам голову, протектор? – спросила одна из женщин. – Неужто Башни в этом году недополучили что-то из казны? – И рассмеялась.

– Нет, мэррита Гра, всё было доставлено вовремя.

– Так к чему эти сказки? – вновь задал вопрос лорд Баршон.

Лорд Ардаль выдохнул и вкратце рассказал историю моего появления в этом мире и захвата меня стражниками Башни. На имя Фэликас Совет отреагировал весьма бурной руганью. Хм… интересно, кем он был при жизни, что и после остался пугалом для всего королевства.

– Ты хочешь сказать, что она обладает даром некро? – поинтересовалась мэррита Гра.

– Снимите с неё лигары, – повелел Ардаль и охранники весьма неохотно приложили к моим браслетам светящийся камушек.

Я с наслаждением выдохнула и растёрла запястья. Жуткие оковы. Прикопала бы изобретателя.

Глаза всех голов из пузырей были уставлены на меня. Через пару минут раздались смешки.

– Что за розыгрыш, Ардаль? – недовольно проворчал Баршон.

Лорд хмыкнул и запустил в меня небольшим шариком огня. Красного. Несмотря на размеры, на меня дыхнуло нестерпимым жаром. За ограждение выйти не получилось, оно ощущалось навроде силовой стены. Охрана бросилась врассыпную, а я заорала, зажмурила глаза и прикрылась руками. Всё-таки этот гад решил меня сжечь, хоть и не на костре. С его файерболом и дровишки не нужны.

Почувствовала знакомое бурление в животе. Хм… жара не было. Боли тоже. Зато я сама горела привычным ровным голубым пламенем. Словно огромная свеча. Оглядевшись, заметила, что огонь лорда стекает по силовому ограждению на каменный пол и затухает.

Услышала, как лорд Баршон произнёс странную тарабарщину. Из нескольких камней в углах брызнули лучи, что, соприкоснувшись со мной, растаяли.

– На ней нет печати! – взревел Баршон и пошёл красными пятнами.

– Об этом я и говорю, – с улыбкой произнёс лорд Ардаль.

Участники Совета загомонили. Все разом. Из-за их крика я почти ничего не понимала.

– Кроме того, – вновь заговорил Ардаль, и все затихли, – дева претендует на родство с домом Сангус, что может вызвать вопросы.

– Убить! – рявкнула вторая женщина, с ненавистью глядя на меня.

В этот момент вновь поднялся гвалт, но Ардаль подошёл к моему ограждению, что-то прошептал и потыкал снизу ногой, а я словно оглохла. Я видела, с каким жаром головы что-то выкрикивают. Но стоявший рядом со мной мужчина оставался спокойным и даже иногда чему-то улыбался. Затем поднял голову и начал говорить. Я не слышала, о чём, но Совет постепенно успокаивался. Они стали смотреть на меня менее агрессивно. Некоторые даже заинтересованно.

Наконец Баршон произнёс какую-то длинную речь, и шары по одному стали бледнеть и схлопываться, достигнув прозрачности.

Уставший красавец рядом потёр ладонями лицо и, повернувшись ко мне, разблокировал сферу.

– Моё имя – Каэль из рода Ардаль. Я член младшего совета Аштарис и лорд-протектор. И теперь вы – моя ответственность.

Я нахмурилась, без объяснений всё это выглядело как-то странно.

– Это звучит, как «я усыновил сумасшедшую», а не как «я спас прекрасную даму в беде», – произнесла, пристально его разглядывая и стараясь заметить подвох.

– Поверьте, мэррита, вы исключительно проблемная особь, учитывая ваш дар.

– Благодарю. Но от меня как-то это мало зависело. Будь моя воля, ноги моей никогда бы не было в вашем злосчастном мирке.

– Но

– Да… – кивнула я, – но к вам я не собиралась! Просто любопытство… сгубило кошку…

В этот момент к нам подошёл один из стражей со шкатулкой в руке. Из прорези крышки там что-то постоянно вспыхивало, словно внутри взрывались огоньки. Когда всё прекратилось, мужчина открыл ящичек и развернул лежащий там пергамент. Затем зло выдохнул, прошептав: «Вирзова старуха», бросил документ обратно в шкатулку и закрыл её. После достал из кармана прозрачный стеклянный шар (как он там поместился?) и, что-то тихо произнеся, ткнул пальцем. Шар стал заливаться молочно-белым цветом. Каэль приложил его к губам и стал шептать. Лицо его при этом оставалось холодным и надменным, а вот голос… был похож на шипение змеи. Меня аж передёрнуло, а волоски на теле встопорщились.

Шкатулка ещё раз засветилась, и, достав документ, мужчина наконец улыбнулся. Взглянул на меня, как-то тяжко выдохнул, а затем, повернувшись ко мне спиной, направился на выход из залы.

– А объяснить, что это тут было?! – бросила я ему вдогонку и медленно поплелась следом. – Я ничего не понимаю! Раз вы за меня ответственны, то будьте добры объясниться!

Мужчина остановился, опершись о косяк, и сложил руки на груди.

– Я очень устал, мэррита. Отдохну и потом… в дороге вам всё расскажу, – произнёс он уныло.

– В дороге?.. Мы куда-то едем? – почему из него нужно клещами вытаскивать информацию?

Лорд Ардаль обречённо посмотрел вдаль поверх моей головы. Я обернулась. Кроме каменной стены, там ничего интересного не было. Так что вернула требовательный взгляд на мужчину.

– Вы – необученный маг с высоким потенциалом некродара, мэррита. Обычно такую направленность определяют в детстве. Если родители не могут сами контролировать дитя, то его забирают в спецприют, под надзор. По достижении пятнадцати лет следует направление в академию, при удачном окончании которой некромант поступает на службу государству, получив печать. Она частично сдерживает дар и не даёт ему выйти из-под контроля.

– И, как понимаю, также может убить носителя в случае необходимости… – уточнила я.

– Да… – не стал скрывать горькую правду лорд.

– А если я не хочу печать? – спросила, хмурясь. – Я никому не собираюсь причинять вреда.

– Все некросы, не прошедшие ритуал, подлежат сожжению. Так как, достигнув определённого уровня, сходят с ума и начинают убивать, выкашивая поселения друг за другом. Парочка последних опустошающих войн тому примером. Так что без вариантов!

Глава 7

Оказалось, всё не так плохо, как я ожидала. Убивать меня сейчас никто не будет. Это как тратить весьма ценный ресурс, даже не попробовав его использовать. Правда, увы… накладывать печать на не обученного управлять своим даром мага нельзя. Так что меня ждёт учёба в местном образовательном учреждении. Естественно, в данный момент меня никто туда не отправит, не подготовив. Да и конец учебного года…

Ведь остальные приходят либо после домашнего обучения, либо после приюта. И это касается не только чтения и письма (и если говорила и понимала я местный язык отлично, то вот с письменным оказалась полная засада). Плюс все будущие студенты умели мало-мальски обращаться с собственным даром. Как минимум его контролировать. А многие так и магичили помаленьку. Но я в этом отношении была полным профаном.

Так что лорд Каэль Ардаль, член младшего совета Аштарис и лорд-протектор (чтоб у него резина полопалась, зараза такая) рано утром, не дав мне даже позавтракать, усадил в карету и, запрыгнув на соседнее сиденье, повёз в свой родовой замок… обучать.

Мне это казалось очень странным. Читать-писать я в состоянии была бы и в Башне научиться, благо даже младшие офицеры тут оказались выпускниками различных академий. Могли бы репетиторством заняться… хоть бы и по приказу. Притом не думаю, что это займёт у меня много времени, даже если придётся вспомнить деньки молодые… и заниматься сутками напролёт. Всё-таки за плечами уже имеется высшее образование, не деревенская дурочка.

Но нет… уважаемый лорд-протектор беспокоился за сохранность Башни (всё-таки некромантов тут опасаются… как у нас – налоговую, то есть видели бы их там же), так что решил сам обучать меня… основам тёмных сил. Что странно… обладал он совершенно другим направлением дара.

Так что я мучилась, прикидывая варианты. Ну уж точно не от красоты моей неземной… вернее, не эйранорской он покой потерял. Так-то я на бомжа сейчас больше смахивала.

В дороге мужчина почти постоянно молчал. Как в самом начале, обложился различными бумагами, время от времени вынимая их из огромного кофра, что поставили у его ног подчинённые. Так и сидел всё время, уперев взор в документы.

В середине дня мы наконец остановились у придорожной таверны. Туалет и еда! Ура!!!

Даже на мой придирчивый взгляд тут было вполне прилично. Чистый пол и столы, не пахло помоями или тухлятиной. Уличный сортир, правда, воздух не озонировал, но нельзя же, чтобы во всём было хорошо… На мою просьбу помыть руки перед едой лорд хоть и приподнял бровь, но потребовал принести большую миску с чистой водой и полотенце.

Подавальщица при этом смотрела на меня весьма выразительно. Ну да… выглядела я не очень. А что вы хотите, сначала гроб, потом ночная прогулка по лесу, затем вообще казематы. Волосы я кое-как в туалете расчесала пальцами и заплела в подобие косы, а вот всё остальное… Приходилось себя постоянно сдерживать и не принюхиваться. А тут ещё и санитарных условий никаких.

Потерев руки в воде, я состроила (как мне казалось) милую мордашку и попросила мыло. Обслуживающая нас женщина аж задыхаться стала от этих слов. Но Ардаль отрезал:

– Подайте мэррите мыло! И смените воду.

Да, пока я их усиленно тёрла, та аж посерела.

Лорд какое-то время напряжённо меня разглядывал и, покачав головой, отвернулся.

– Что? Не есть же грязными руками. Это негигиенично! – возмутилась я гневно.

– Когда приедем… нужно будет купить вам что-нибудь из одежды… – задумчиво проговорил мужчина, а я осеклась и еле слышно поблагодарила.

Воду после меня убрали, а стол протёрли от случайных капель. Подали нам запечённую птицу с различными овощами. Ардаль отрезал кусок и, положив на себе на тарелку, приступил к еде. Я же сидела растерянно. Своего ножа у меня не было, а на столе лежали лишь ложка и двузубая вилка.

М-да… ну ладно… не живали вы в общаге… тогда тоже постоянно хотелось есть.

Приподнявшись, я

– К-хм… – прокашлялся мужчина. – Вы могли просто попросить, мэррита Ежения…

– Евгения… – поправила я его сердито. – Только ежей мне в жизни ещё не хватало.

Мужчина отобрал у меня ложку и положил рядом с тарелкой. Сам же вернул птицу на место, придерживая за ту же вилку. Затем аккуратно нарезал несколько кусочков и положил мне.

– Благодарю, – буркнула я и вернула себе столовый прибор.

Есть одной вилкой было неудобно. Пачкать только что отмытые пальцы совершенно не хотелось. Так что я пыхтела и удерживала еду на тарелке при помощи то ложки, то кусочков хлеба.

Один из сопровождающих подошёл к лорду и что-то шепнул ему на ухо. Тот хмуро кивнул.

– Возьмите, мэррита, – произнёс мужчина, обращаясь уже ко мне, и протянул небольшой ножик на вытянутой ладони.

Я расплылась в счастливой улыбке и рассыпалась в благодарностях, что он аж покраснел.

Есть теперь стало заметно удобнее. Правда, лорд подозрительно поглядывал, словно проверяя, не нападу ли я на него, обзаведясь таким грозным оружием.

Затем снова в путь. И что странно, сейчас меня не клонило в сон. Хотя карета и была подправлена магически, мотало нас по колдобинам изрядно. Лучше бы дорогу нормальную сделали, колдуны хреновы. Еда в желудке держалась на честном слове.

Но ближе к вечеру мотать перестало, и я выглянула в окно. Там простирались предместья с пасторальным видом. Вскоре остановились и шагом пересекли купол, а затем проехали ворота.

– Нужно выйти для проверки, – заявил лорд и первым выпрыгнул из кареты.

– Даже вам? – удивилась я, последовав за ним.

Как помню, в нашем мире аристократы не любили, чтобы их досматривали. А тут ещё и маг не из последних. Странно.

– Да, – ответил Ардаль, хмыкнув. – Только Их Величества освобождены от подобного.

Я подняла голову и ахнула… передо мной возвышался город: башни с высокими шпилями, ажурные мосты (недалеко протекала речушка), факелы и магические купола. Всё как в приличном тёмном фэнтези. Мне пришлось выдохнуть пару раз, чтобы не заорать от восторга.

– Добро пожаловать в Вар-Халтор, – с усмешкой произнёс лорд, заметив моё состояние.

Нас сразу же окружили три фигуры в длинных мантиях – местная стража. Думаю, даже магическая. Они неглубоко поклонились лорду и попросили меня протянуть запястья. Просканировав обе руки, ничего не нашли и напряглись. Но Ардаль вынул из кармана свиток, что я до этого видела в шкатулке, и вручил одному из стражей.

Тот прочитал, хмыкнув, проверил камнем на кольце подписи и, вернув на меня заинтересованный, но довольно хмурый взгляд, произнёс:

– Значит, под наблюдением и особо опасна…

– Я бы предпочла «очаровательна, но склонна к катастрофам», – заметила в ответ и постаралась обаятельно улыбнуться, хлопая ресницами. – Это звучит романтичнее.

– У нас с романтикой туго, – буркнул он, не впечатлившись. – Особенно с вашей формой магии.

Я мысленно взвыла и уже была готова ответить тирадой о том, что меня даже не спросили, хочу ли я вообще иметь эту самую магию, как лорд напыщенно произнёс:

– Не беспокойтесь, лейтенант, я за ней присмотрю.

Стражи козырнули, приложив руку к сердцу, а затем сделав знак круга над головой. И мы смогли вернуться в карету, которую к тому времени тоже обыскали, водя вокруг светящимся камнем.

Вар-Халтор оказался не таким, как я ожидала. Но, высунув голову из окна, я старалась всё внимательно рассмотреть. Да, было слегка мрачновато. Да, башни и шпили вздымались к небу, словно хотели проткнуть облака. Но в остальном… город выглядел удивительно обжитым. Магические факелы освещали улицы мягким жёлтым светом, по мостовым бродили люди в приличной одежде. Некоторые с посохами, даже женщины. У кого-то увидела в руках вполне достойный чемодан. Плюс… животные, и я говорю не о лошадях. Обычные собаки и кошки. Последних было подозрительно много. И одна даже посмотрела на меня с явным неодобрением.

– Это город магов? – спросила я, вернувшись на сиденье, но продолжая смотреть в окно.

– Да, но некромантов здесь почти нет.

– Я заметила, что они у вас не в почёте… – произнесла раздражённо.

– Когда вы ознакомитесь с нашей историей, перестанете осуждать, – вздохнул он, отвернувшись.

Остаток пути до места, в котором мне предстояло провести время до поступления в академию, мы провели молча. Я дулась и больше не смотрела в окно, а лорд деловито просматривал бумаги чихать хотев на обиды всяких иномирных женщин.

Глава 8

Поместье Ардаля стояло на высоком холме, почти на противоположной стороне города, и напоминало сказочный готический замок, где каждое окно выглядело словно красочный портал в другое измерение. Пока мы подъезжали, я не отрывала от него взгляд, находя всё новые моменты для восхищения – начиная от высоченных шпилей, заканчивая статуями в открывшейся части сада.

Как только карета остановилась, двери дома распахнулись, и к нам вышел высокий подтянутый мужчина неопределённого возраста. Ему могло быть как сорок, так и шестьдесят. От лба назад шла широкая залысина, а волосы на висках припорошены сединой.

– Приветствую вас дома, мой лорд, – произнёс он, сложившись почти пополам, но затем вытянулся в струнку, словно лом проглотил.

– Добрый вечер, Герхорд, – ответил Каэль, вылезая из кареты.

Лорд огляделся, но почему-то руки мне не подал. Я запыхтела и стала пытаться выбраться самостоятельно. Вместо ручки рядом с дверью была приделана кожаная петля, так что, вцепившись в неё, я постаралась «выплыть» наружу как можно грациознее.

Скорее всего, в глазах Герхорда я была похожа на беременную каракатицу, но он молчал, наблюдая за мной. Ни единый мускул не дрогнул на лице. Лишь зрачки ещё больше расширились. Каэль уже успел насмотреться ещё у таверны, так что не обращал внимания.

– Всё ли сделано по моему распоряжению? – спросил лорд Ардаль.

– Да, хозяин. Комната для мэрриты готова, – ответил… скорее всего, дворецкий, а может, и управляющий… мне его так и не представили.

Мужчина усердно смотрел в лицо лорда, стараясь не скашивать на меня взгляд.

– Проводи и устрой, – бросил ему Каэль и быстрым шагом скрылся в доме.

Герхорд какое-то время рассматривал меня, стараясь не кривиться. Видимо, не мог понять, как ко

– Прошу вас… мэррита, – наконец изрёк он и сделал приглашающий жест рукой.

Ну что сказать… внутри этот небольшой готический дворец был столь же впечатляющ, как и снаружи. Ажурные нервюрные[1] крестовые своды начинались уже в фойе. Несколько опорных колонн были украшены тонким растительным узором. И мне даже ненадолго показалось, что каменные листья немного движутся. Но скорее всего, привиделось от усталости.

Воспользоваться центральной лестницей мне почему-то не предложили, а повели влево. Впрочем, даже боковая товарка была красиво декорирована и украсила бы собой любой дворец.

Меня привели на третий этаж, открыв дверь первой же комнаты. Она оказалась уютной, несмотря на мрачные ковры, тяжеловесную мебель и старинное зеркало, по которому время от времени проходила рябь, словно оно вздыхало.

– Добро пожаловать в ваше временное пристанище, – сообщил Герхард, указывая на аккуратную обстановку. – Постарайтесь не разрушить ничего. Особенно мебель. Хоть её и заговаривала ещё бабушка хозяина, но, учитывая ваш дар… Надеюсь, тут не поселятся неупокоенные духи…

– Уже поздно, – буркнула я. – Кровать кашлянула, когда я вошла.

Герхард аж вздрогнул и скосился на названный предмет мебели.

– Шучу… – выдавила я, хлопнув напыщенного мужчину по плечу. – А ванна тут есть?

Дворецкий (буду считать, что всё-таки он был им) тяжело вздохнул и подошёл к аккуратной двери, что была красиво облицована под стиль боковой стены и, если не приглядываться, почти с ней сливалась. За ней обнаружилось искомое помещение.

Внутри оборудование было почти похоже на привычное мне. Медная ванна вполне соответствовала своему предназначению. Как и резной деревянный стул… с дыркой посередине.

Герхард показал, как действует местная водяная система. Смесь механики и магии, чтобы даже не владеющий оной субъект мог вполне успешно пользоваться.

Но больше всего меня поразили стеклянные баночки с пробковыми крышками. Мужчина по одной прикасался пальцем, рассказывая, что делает указанная субстанция. М-м-м… да меня ждёт настоящее спа!

В принципе, после этого я пропала минимум на час. А может, и больше. Во всяком случае, лежала я в ванне не менее получаса и только грубой силой заставила себя подняться и мыть голову.

В санузле тоже находилось зеркало. Не столь впечатляющее, как в комнате, но зато хотя бы не рябило. Значит, без магии. Закутавшись в пушистый халат, я разглядывала отмытую себя и размышляла, получится ли спать в нём, или лучше голышом устроиться под одеялом.

Там отражалась вполне приятная женщина слегка за тридцать. Правда, все говорили, что я на столько не выгляжу. Но я-то свой возраст знаю. Да и фигурка стандартная, без выдающихся верхних и нижних форм. Не цепляющая…

А вот волосы были моей гордостью. Они тёмной густой волной разливались по плечам, спускаясь ниже лопаток. На что я без зазрения совести тратила заработанное, так это на разные маски, сыворотки и гели. И оно того стоило! Но!!! Здесь я всего лишь вымыла волосы (которые, честно говоря, уже стали походить на грязную паклю) приятно пахнущей субстанцией, и они стали переливаться, словно подсвеченные.

Вернувшись в комнату, обнаружила на кровати длинное тёмно-зелёное нечто… что на поверку оказалось закрытой донельзя ночнушкой. К-хм… хорошо, что я застирала свои вещи и развесила на бортике ванны. Надеюсь, к утру подсохнет.

Перед сном, когда я уже немного просушила волосы и разместилась в кровати, в комнату без стука зашёл Ардаль. Он выглядел усталым.

– Совет решил дать тебе шанс. Под моим надзором. Это значит, ты не можешь покидать поместье. И не должна использовать магию во вред, а постараться взять её под контроль.

– Да я её и так использовать не умею. Разве что постоянно загораюсь от испуга.

Он протянул мне небольшой медальон из тёмного камня с серебряными прожилками.

– Это амулет подавления. Он будет держать твою силу под контролем, пока мы не разберёмся с твоим обучением и не проверим возможности.

Я вздохнула, разглядывая висящий на цепочке камень.

– Мне будет так же плохо, как в оковах? – спросила, поёжившись.

– Нет, это совершенно другой камень. Лигары подавляли твой магический источник. Этот же забирает излишки, не давая им накопиться для использования в сложных схемах.

– Что-то типа аккумулятора? – уточнила увлечённо.

На удивлённый взгляд Каэля пришлось разъяснять ему принцип работы данного агрегата.

– Можно сказать, что это накопитель… – задумчиво произнёс мужчина и пассом руки окончательно высушил мои волосы, внимательно их разглядывая. – В него можно заложить разные задания, даже мелкие магические заклинания.

– Жаль, что кофе он не делает… – произнесла я со вздохом.

– Не делает… но, если ты будешь вести себя хорошо, я помогу тебе создать «койфей», – и улыбнулся… впервые за всё время, что я его знаю, хотя… это и не так долго, честно говоря.

– Кстати… я не то чтобы жалуюсь… но поесть бы хотелось… – заявила я под звучную руладу желудка, что уже давно напоминал о себе.

Мужчина хмыкнул и кивнул. Он уже почти вышел, когда я бросила ему вслед:

– Эй, Ардаль… Спасибо. За то, что не отдал меня... Совету… они ведь хотели всё-таки меня убить… я правильно понимаю?..

Он кивнул:

– Пока ты не начала уничтожать город – я на твоей стороне.

– Обнадёживает… – прошептала я в закрывающуюся дверь.

Через несколько минут дверь открылась. Под недобрым взглядом Герхорда в комнату просочился паренёк лет пятнадцати с небольшим подносом, накрытым высокой крышкой. Он поставил его на столик у окна и, стараясь не смотреть в сторону кровати, скрылся из виду.

Когда дверь окончательно закрылась, я вылезла из-под одеяла (смущать слуг не хотелось) и уселась в глубокое кресло. Сняв крышку, испустила вздох разочарования. На подносе стояла кружка со странно пахнущим напитком и небольшая тарелка с несколькими микроскопическими тарталетками и бутербродами на один укус. Жмоты!!! Хотелось запустить подносом вслед дворецкому, но мысль, что лишусь даже этого, останавливала.

– Ну что, Женя... Добро пожаловать в новую жизнь. С некромантией… и без кофе…

Показалось, что зеркало в углу грустно вздохнуло.

– Присоединяюсь, – пробормотала, не придав этому значения.

Немного утолив голод, я легла и неожиданно быстро погрузилась в сон.

[1] Нервю́ра (фр. – жилка, ребро) – выступающее относительно стены ребро готического каркасного крестового свода.

Глава 9

Разбудил меня еле слышный скрип двери и лёгкие шаги. Кто-то пробрался в ванную и принялся там шебуршать. Я аккуратно соскользнула с кровати, подвязала длинную ночнушку повыше, чуть

Горничная (а судя по внешнему виду, это была именно она), крепко сбитая женщина средних лет, собирала в корзинку мою ещё влажную одежду и разглядывала её (эх… жаль, не использовала вчера вечером Ардаля вместо сушилки для вещей, с волосами он быстро и ловко управился). При моём эффектном появлении та вскрикнула и, схватившись за сердце, медленно сползла по стеночке, закатив глаза. Корзина при этом выпала из её ослабевших рук, и трусы с лифчиком распластались по полу.

– Чёрт! – воскликнула я и, поставив канделябр на небольшой столик в углу, кинулась на помощь.

На тряску горничная не реагировала, выволочь её из ванной ввиду различия в телосложении и весе я не смогла, хлестать по щекам… постеснялась. Звать на помощь лорда?.. К-хм… не успела заехать в его дом, как сразу труп организовался. Так что пришлось воспользоваться водой как крайним вариантом, предварительно убрав из «зоны обстрела» своё бельё.

– Мэррита?!.. – пробормотала женщина, открыв глаза.

– Ты кто и чего крадёшься словно вор? – спросила, присев рядом на корточки, и чтобы не смущать, прикрыла голые ноги.

– Я Аллин… приставлена к вам в помощь… мэррита… – шептала горничная, с ужасом пялясь на мою макушку.

Я потрогала голову рукой, но, ничего не найдя, поднялась и повернулась к зеркалу.

– Да чтоб тебя! – воскликнула в сердцах.

Мои волосы стояли дыбом и «танцевали» в ярких языках голубого пламени. Приминание руками не помогло… так что я прикрыла глаза и постаралась успокоиться. Потом вспомнила про медальон и, схватившись за него, принялась размеренно дышать. Через минуту дыхательной гимнастики медленно приоткрыла глаз. Отлично! Пламя исчезло, волосы на месте.

– Зачем ты кралась и испугала меня? – повернулась я к женщине, решив начать с обвинений.

– Хотела убрать тут до того, как вы проснётесь, мэррита… – пробормотала та.

– Не делай так больше, – упрямо заявила я и, протянув руку, помогла горничной встать.

Та поднялась, быстро закивала и, прижимаясь к стене спиной, поспешила покинуть помещение.

Уже рассвело, страшно хотелось есть, да и стоит начать учёбу, пока из этого дворца не попросили… так что я вынуждена была сама застелить кровать и разложить одежду для просушки в комнате, приоткрыв окно. В ванной она будет долго сохнуть, там окон не имелось.

Пришлось облачиться в банный халат на голое тело. Двигаться в ночнушке было совершенно неудобно. И отправиться разыскивать Герхорда. Во-первых, желудок уже сводило (что странно, никогда так не страдала от голода на Земле), во-вторых, нужно что-то решить с одеждой. Хоть Ардаль и обещал мне прикупить платьишек, но, когда это ещё случится? Мужчины на свои обещания страдают избирательной памятью…

Дворецкий, естественно, нашёлся на кухне. Дорогу туда я отыскала исключительно по запаху. И даже не плутала. Благо дверь в служебную часть была открыта.

– К-хм… к-хм… – громко покашляла я, привлекая внимание.

И добилась своего. Все служащие кухни обернулись, скрестив взгляды на разрезе моего халата. Кто-то даже уронил медный сотейник, который со звонким стуком покатился к стене.

– Мэррита!!! – с негодующим возгласом ко мне бросился Герхорд и с разбега попытался выпихнуть из помещения. – Вы не одеты! Где Аллин?

Своим телом он постарался прикрыть меня от любопытных глаз, пока не закрыл дверь на кухню.

– Что вы здесь делаете, мэррита, да ещё в таком виде?! – продолжал голосить мужчина и аккуратно вывел меня в холл.

– В чём дело, Герхорд? Что за шум? – в фойе вышел Ардаль с документами в руках.

Он что, никогда с ними не расстаётся, что ли? Даже спит с кофром в обнимку?

– Хочу есть! – заявила, повернувшись к лорду. Он какое-то время ошарашенно моргал, рассматривая мои оголившиеся ноги, так что я добавила: – И надеть мне нечего!

– Герхорд?! – с трудом перевёл взгляд с меня на дворецкого Каэль.

– Модистка прибудет к десяти часам, господин, – склонился в поклоне мужчина.

Лорд Ардаль кивнул, медленно развернулся и, прижимая к себе бумаги, скрылся за дверью.

– Вернитесь к себе в комнату, мэррита… – развернув меня за плечи и подталкивая в нужном направлении, раздражённо зашептал дворецкий. – Сейчас вам доставят завтрак!

– Надеюсь, он будет более обильным, чем ужин? – не сопротивляясь, но повернув голову, поинтересовалась я, препровождённая таким образом к боковой лестнице.

– Идите! – глухо выдохнул Герхорд и скрылся в служебной части дома.

Я вернулась в комнату и ошалело уставилась на происходящее в ней. Простыня проветривалась перед широко раскрытым окном, трепыхаясь, словно парус, подушки взбивались, небольшой смерч скользил по полу, вбирая в себя всю скопившуюся пыль.

– Хм… зачем ему тогда нужны слуги, если он может делать так? – удивлённо пробормотала я, рассматривая творящуюся магию.

– Вы чем-то недовольны, мэррита? – произнёс соткавшийся посредине комнаты призрак.

– Ты кто? – спросила, сев от неожиданности в кресло.

– Не знаю… – заметила призрачная девушка и огляделась. – Я недавно осознала себя… и занялась привычным мне делом… – с этими словами она с надеждой посмотрела на меня.

М-да… видимо, утром в момент испуга я случайно её пробудила.

– Если ты закончила…, то можешь отдохнуть… спасибо… – прохрипела, иногда косясь на дверь и молясь, чтобы никто сейчас не зашёл.

Простыня вернулась на место, как и подушки, и покрывало аккуратно застелилось сверху. Я почувствовала себя на съёмках «Мойдодыра»… закрыла глаза и потрясла головой. Пыльный смерчик вылетел в окно, а влажная одежда на моих глазах разгладилась и отпарилась. Я бы даже сказала призраку спасибо, но эта… эта… «умная эктоплазма»… заштопала модные разрывы на джинсах. И в некоторых местах даже наложила заплатки. Закономерный фейспалм прервал готовый вырваться мат. Одежда медленно опустилась на кровать, и призрак, поклонившись, исчез.

Именно в этот момент дверь приоткрылась, и в комнату заглянула голова вчерашнего подростка. Печально вздохнув (видимо, благодаря слухам ожидал увидеть здесь голую меня), он вошёл и поставил на столик поднос. Накрытый. Но хотя бы визуально большего размера, чем вчерашний. Поклонившись, мальчишка медленно покинул комнату, старательно её рассматривая.

На завтрак я получила что-то, похожее на молочную кашу, злосчастные мини-канапе и местный травяной напиток. В нескольких пиалочках кусочками лежали фрукты, на вид они были мне незнакомы, но оказались довольно сладкими на вкус.

Переодевшись в выстиранную одежду, я с удовольствием съела всё.

Я стояла у окна с чашкой напитка в руках, наблюдая за садом, когда в дверь громко постучали. Не дождавшись разрешения, её открыли, и в комнату ворвалась весьма привлекательная особа, рассыпаясь в приветствиях. Я было подумала, что она моя ровесница… но кожа на руках говорила о более солидном возрасте, что стало ясно, когда дама подошла ближе.

Парочка крупных мужчин вслед за ней втащила огромный чемодан в человеческий рост и установила вертикально в центре комнаты. Дама легко открыла дверцу, несмотря на предполагаемый вес. Затем что-то дёрнула – и оттуда выкатилась длиннющая вешалка. На ней висели наряды на любой вкус – от чёрненького балахона «я скромная деревенская ведьма» до ярко-алого «я только что воскресла и иду мстить». Женщина снимала то одно, то другое платье, держала на вытянутой руке, словно представляя меня в нём, и что-то откладывала, а что-то возвращала на вешалку. Затем мастерски за пару минут облачила в тёмно-синий наряд.

Когда она закончила, подведя меня к зеркалу, я выдохнула... Почти... Корсет в этом платье был явно создан кем-то, кто ненавидел дыхание, но выглядела я в нём великолепно. Появилась грудь!

– А можно что-то посвободнее? И попроще? Для учёбы и занятий? – поинтересовалась сипло.

После долгих споров и уговоров мне разрешили выбрать самой. Простое пепельно-серое платье с серебристой вышивкой смотрелось респектабельно и удобно. Во всяком случае, не стесняло дыхание. Да и двигаться в нём было комфортно.

– Где декольте? – возмутился появившийся призрак служанки. – Госпожа, у платья должно быть декольте! Как же без него? Ведь нужно демонстрировать свою гордость!

Глава 10

Призрак с модисткой какое-то время рассматривали друг друга. Призрак – недовольно, модистка – слегка ошалело. Затем обе повернулись ко мне и произнесли одновременно.

– Мэррита – ведьма? – уточнила женщина.

– Без декольте никак, госпожа! – утверждала эктоплазма.

Затем они снова уставились друг на друга, теперь уже обе хмурили брови.

– Я декольте не люблю. Мне там нечего демонстрировать, – я со вздохом взглянула на свою «двоечку». – И да… я обладаю даром некро. Вас не предупредили? Это что-то меняет?

Дама расплылась в широкой улыбке и, фыркнув в сторону призрака, чуть ли не рыбкой нырнула в чемодан. Через пару минут она разогнулась с целым ворохом одежды. Мне продемонстрировали парочку тёмных накидок разной степени длины, несколько чёрных блуз очень консервативного фасона в паре с юбками всевозможных форм и рейтузы черничного оттенка. Последние я буквально выхватила из рук модистки, не веря своему счастью.

А вот представленное мне нижнее бельё никак не впечатляло, так что пришлось демонстрировать собственное, которое недавно с меня снимали и заинтересованно разглядывали. Я честно призналась, что платить мне нечем, но я бы очень хотела иметь что-то похожее на смену.

Меня уверили, что лорд Ардаль в средствах не стеснён и заранее распорядился обеспечить меня всем необходимым. Так что новое бельё мне доставят через несколько дней. И насколько известно мадам Даню (так она представилась), вечером должен прибыть сапожник с вариантами обуви, что подгонят сразу на мой размер.

Я со вздохом взглянула на свои ноги. Многострадальные балетки ещё держались, но могли лишить меня своей «поддержки» в любую минуту.

В этот момент мадам Даню достала из своего чемодана огромный кожаный пояс, больше похожий на корсет, настолько он был широк. Это оказался весьма специфический аксессуар со множеством внутренних кармашков. По словам модистки, настоящий ведьминский прибамбас.

Одетая в выбранный мадам наряд, с причёской, которую мне соорудила призрачная камеристка (учитывая объём её знаний и умений, она явно не была простой служанкой), я преобразилась. Из зеркала теперь на меня смотрела изящная аристократка. И мне вновь показалось, что отражение пошло рябью и послышался вздох.

Первым моим новым образом был сражён Герхорд. Чопорный зануда вошёл в комнату, едва удостоив себя негромким стуком. Окинув взглядом комнату, он остолбенело уставился на меня… затем прокашлялся и, обозначив поклон, спросил:

– Лорд Ардаль отбыл по делам… мэррита будет обедать в столовой или у себя?

– У себя… и… я надеюсь, мы можем предложить уважаемой мадам Даню разделить со мной трапезу? – приторно улыбаясь, поинтересовалась у дворецкого.

Модистка зарделась, начала отнекиваться. Я же не сводила вопросительного взгляда с мужчины.

– Конечно… – наконец снизошёл до ответа Герхорд и стремительно вышел.

За обедом мы приятно болтали. Я же получила небольшой урок по местному этикету и основным правилам поведения. Они мало чем отличались от земных середины девятнадцатого века. Правда, были и свои подводные камни в виде определённых магических традиций.

Эктоплазма бесцеремонно грела уши, но блюла некоторые нормы, так что её едва было видно.

Увы… долго уделять мне время мадам Даню не могла. Имелись клиенты, у которых она должна была ещё сегодня появиться. Расстались мы в весьма дружеских чувствах.

Посетив санузел, я какое-то время посвятила изучению своей комнаты, но вскоре мне наскучило. Пришлось вновь искать Герхорда и просить о возможности либо осмотреть дом, либо выйти на прогулку. Увы… в библиотеке мне пока делать было совершенно нечего, а то могла бы с пользой провести время.

– Вы не можете покидать пределы усадьбы, – надменно напомнил дворецкий, открывая мне дверь. – Изгородь зачарована. Если вы попробуете сбежать, то получите ощутимый магический удар. Да и лорд будет весьма недоволен.

Меня распирало от желания рассказать ему всё, что я думаю о его хозяине… но сдержалась.

Выйдя на свежий воздух, я с удовольствием вдохнула, пытаясь распознать ароматы. Я уже видела что-то наподобие роз, когда мы подъезжали, но сейчас вокруг ощущались и другие запахи.

Перед фронтальной частью дома имелся аккуратный сад с кустами, клумбами и статуями. Но я заметила узкую дорожку, что огибала здание и вела в более тенистую заднюю часть усадьбы.

И вот, попав туда, я ахнула. Здесь был разбит великолепный парк с прудом и несколькими беседками, обвитыми чем-то вроде плюща. Он перекидывался на стоящие рядом деревья и образовывал дополнительный навес.

Место казалось по-настоящему сказочным. Высокие арочные окна беседок вообще придавали какой-то эльфийский колорит, как его обычно показывали в фильмах.

К небольшому пруду спускалась каменная лестница. И повсюду… буквально повсюду цвели цветы. Разных форм и размеров. Вот откуда доносился этот манящий аромат.

Когда-то за этим местом постоянно ухаживали. Но видимо, сейчас руки у садовника доходили только до близлежащей к дому

Запах цветов кружил голову. Выбрав небольшой свободный пятачок, я села на траву и закрыла глаза. Пришло умиротворение. Меня больше не мучил постоянно зудящий в голове вопрос: «Как вернуться домой?». Не тревожило прошлое и не страшило будущее. Наступило странное состояние покоя и расслабленности. Отринув всякие задние мысли, я легла на землю, широко раскинув руки.

Не знаю, сколько я так лежала, пока не услышала странный шум. Такое чувство, что кто-то ломился сквозь изгородь. Я приподнялась на локтях и уставилась на кусты. Герхорд не предупреждал ни о каких животных, так что, скорее всего, мне нечего бояться. Плюс я ощущала странное спокойствие, будто знала, что мне не причинят вреда.

Наконец листья под напором раздвинулись, и на меня уставились два чёрных минуса в янтарной окантовке. Я аж икнула от неожиданности. Куст зашевелился, и оттуда появилась голова… с рогами. И она мекнула!

– Только этого не хватало, – со вздохом прошептала я, медленно поднимаясь.

Не знаю, есть ли у лорда скотный двор, но уж точно подобная животинка не должна бесхозно расхаживать по саду. А учитывая наличие рогов и наверняка вредный норов, мне стоит ретироваться первой. Этот странный диссонанс между опасением и умиротворением бил по мозгу.

Мне показалось… или эта тварюга усмехнулась, когда я поднялась и постаралась задом, не отводя взгляд, выйти на дорожку. Недолго думая, я развернулась и дала дёру, стараясь не споткнуться на цветах. Притом в голове постоянно билась мысль, что я делаю это зря и мне нужно остановиться. Какие глупости только не приходят на адреналине…

Свернув не туда, я очутилась у края пруда. Еле успела остановиться. И вдруг почувствовала, как что-то шерстяное ткнулось мне в ладонь. От неожиданности вскрикнула и завалилась. Через мгновение я очутилась в пруду.

Благо в этом месте было неглубоко. Когда поднялась, воды было мне всего лишь по пояс. Правда, я полностью потеряла «товарный вид» и не знала, сможет ли даже моя призрачная помощница привести теперь это платье в порядок. Так как тиной и грязью я была облеплена в огромном количестве. Да и обувь, кажется, сейчас «отдаст концы».

Вредная коза стояла на берегу, тряся бородой, и смотрела на меня осуждающе. Мне почему-то чудилась в её взгляде обида. Словно должна была обниматься с нею, а не бежать.

Сердито выдохнув, я почему-то вновь засветилась и вот так вот, голубым пламенем, вышла на берег. Прошла мимо рогатой гадины и направилась в сторону дома, не обращая на эту сволочь никакого внимания. Перед поворотом к центральной аллее остановилась и, вытащив наружу медальон, несколько минут медитировала, закрыв глаза. Затем уже спокойно, с высоко поднятой головой направилась в дом.

Как назло, именно в этот момент на подъездную дорожку въехала карета, из открывшейся двери которой выпрыгнул лорд Ардаль и ошарашенно уставился на меня.

– Да вот… жарко… решила поплавать, – заявила я, гордо подняв голову.

– В пруду? – часто моргая, уточнил Каэль.

– Ну да… – кивнула я и повернулась к входной двери, оставляя лорда за спиной.

– Интересный выбор фамильяра. Обычно некроманты предпочитают ворон или кошек. Я как раз собирался сводить вас в видовой вольер через пару дней.

– Какой ещё фамильяр? – удивилась я, повернувшись обратно.

– Вот этот… козёл… – указал ладонью лорд на стоящее в нескольких шагах животное.

– Да с чего вы взяли?.. – расхохоталась я, переводя взгляд с коз…ла… на лорда и обратно.

Глава 11

– Вы надо мной потешаетесь? – уточнила я у Каэля, сощурив глаза. – Эта га… этот гад столкнул меня в пруд! Как он может быть моим фамильяром?

– Но я вижу вашу связь… – пожал плечами мужчина. – Притом добровольную…

– Не было ничего такого! – воскликнула я и уставилась на… козла, сощурив глаза.

Когда это мы успели какие-то там «связи» организовать? Когда он меня боднул?

– Ничего я тебя не бодал! – услышала я весьма недовольный голос. – Ты сама упала!

И я села… на ступеньки перед входом, уставившись на эту скотину лупающими глазами.

– Я шёл к тебе… познакомиться… а ты почему-то сбежала. Ведь при единении нужен телесный контакт. Я постарался быть первым, когда ты открылась! У тебя такая красивая аура…

– М-да… – протянул лорд, разглядывая… моего фамильяра. – Я скажу, чтобы ему отвели место на конюшне… надеюсь, от него не будет проблем… и запаха…

Козёл взглянул на Каэля недобро и весьма осуждающе мекнул.

– А вам, Евжения, следует привести себя в порядок. Надеюсь, мадам Даню подобрала не одно платье?.. – поинтересовался он у появившегося за моей спиной Герхорда.

– Сначала мне надо отмыться… – задумчиво произнесла я, не расслышав ответа дворецкого.

– Постарайтесь не затягивать. Нам нужно будет сегодня посетить приём у баронессы Лаэрии. Туда прибудет Его Величество. Он желает с вами познакомиться. Вы первая на нашем веку особь, появившаяся из-за кромки миров.

– Мне кажется… или мною уже пытаются манипулировать? – поинтересовалась недовольно, пытаясь отковырять с платья уже начинающую подсыхать грязь.

Лорд в ответ лишь хмыкнул и, не ответив, скрылся в доме. Я же продолжила сидеть на ступеньках, пока не услышала покашливания Герхорда.

В ванной комнате меня ждала наполненная горячей водой лохань. При появлении призрачной камеристки я даже не вздрогнула. Она лучше меня разбиралась в местной косметике, так что несколько разных баночек поплыли ко мне одновременно. Что-то вылилось мне на голову, а что-то – прямиком в ванну, от чего в воздухе поплыл приятный аромат.

Я повернула голову на протяжный выдох и увидела, как Аллин бочком выбирается из комнаты, не отрывая взгляд от призрака, что вдохновенно мыла мои волосы, что-то напевая.

Как бы мне ни хотелось, банные процедуры продлились недолго. Волосы мне немного подсушили и собрали в невысокую бабетту, чтобы было удобнее одеваться.

В небольшой гардеробной уместились все мои наряды. Поразмыслив, выбрала чёрное платье с тонкой серебристой вышивкой. Призрачная помощница (нужно будет дать ей имя) уговорила использовать корсет и даже не сильно его утянула. Так что носить его стало… почти удобно.

Я сидела на пуфике, пока камеристка трудилась над моей причёской, и рассматривала свои босые ступни. Мои размышления о том, удобно ли ехать к целой баронессе босиком, прервал стук в дверь, и в сопровождении Герхорда в комнате появился упитанный мужчина в весьма экстравагантном костюме. Не знаю как местным, но

Как бы то ни было, пока сапожник колдовал над моими ступнями, голову постепенно сжимал стальной обруч боли. То ли давление, то ли нервы… нашли время! Аж хотелось кричать…

Но в этот момент из угла от тени гардины вышел… козёл! А на голове у него стоял стакан.

– Выпей… – услышала я, а гадкое животное едва не вылило жидкость прямо на меня.

– Что это? – поинтересовалась, аккуратно снимая стакан с «доставщика». – И как ты тут оказался? Лорд ведь запретил… – И я обернулась в сторону двери, а та была закрыта.

– Мне не нужна дверь, если моему человеку требуется срочная помощь, – хмыкнул козёл.

– И как ты прошёл? Через окно? Но тут же третий этаж! – усомнилась я.

– Через тени… – удивлённо ответило животное, с сомнением посмотрев на меня. – Ты же некромантка, – заявил он как маленькой. – А я твой фамильяр…

– И-и-и?.. – протянула, всё-таки отпив из стакана.

Там оказался довольно терпкий напиток, правда, голову прямо сразу начало отпускать.

– Ты некромантка… я твой фамильяр… тени теперь для меня свободны…

– Ну… ты прямо… Князь Тьмы… – со смехом подначила я козла.

– Спасибо за имя, хозяйка! – Животное с достоинством опустило голову, слегка припав на переднюю ногу.

– В смысле? – опешила я. – Теперь придётся всегда так называть? Может, я думала тебя Веней назвать… или Кузьмой. Что за кличка для козла – Князь Тьмы? Не слишком ли пафосно? Шерсть не облезет? Рога не обломаются от помпезности?

– Нет… меня всё устраивает… – ответил он на полном серьёзе и кивнул.

– Бред какой-то… – помотала я головой и взглянула на сапожника, что с интересом за нами наблюдал. – Вы закончили, любезнейший? – спросила я раздражённо.

Я стояла в фойе и ожидала лорда. По словам Герхорда, тот был готов, но решил провести время за документами, пока я одевалась. И вот дверь открылась… В тёмной одежде и белом шейном платке, с перчатками и тростью, Каэль выглядел на редкость аристократично. Даже ухмылка у него была какая-то… породистая.

– Ты готова?! – спросил он, оглядев меня с ног до головы и удовлетворённо кивнув.

– Готова… к чему, собственно? – уточнила, пытаясь не думать о том, что каблуки не были моей любимой обувью и о том, как я буду себя в них чувствовать на булыжной мостовой.

– Приём у баронессы Лаэрии. Его Величество… светская болтовня… жуткие закуски. Всё как женщины любят.

– Я не люблю ни одно из этих слов, – скривилась, опираясь на подставленный локоть.

– Тогда тебе будет особенно весело, – усмехнулся мужчина, выводя меня на улицу.

Карета, ожидающая нас перед входом, напоминала реквизит для театральной сцены. Большая, блестящая, внутри же всё было обито тёмным бархатом. Даже окна затянуты занавесями с тяжёлыми серебристыми подхватами. В общем… дороХо… боХато…

Дом баронессы показался мне раза в два больше, чем у Каэля. Он был украшен исключительно в оттенках траура. А ломать каблуки по брусчатке не пришлось. Карета подъехала прямо к лестнице, увитой чёрными цветами. Её же я преодолела, вися на локте лорда.

– У вас тут все так наряжаются? – спросила, разглядывая довольно тяжёлые тёмные платья.

– Это скромно… В моде нынче барочная умеренность, – ответил Ардаль, с кем-то раскланиваясь и кивая встречным через одного.

Баронесса Лаэрия встречала гостей посреди зала с улыбкой, которую можно было бы нацарапать на надгробии. Так она была рада всех видеть.

– Милая девочка, – промурлыкала она, оглядывая меня. – Вы та самая человеческая особь из разрыва? Ардаль, она умеет говорить или вы завели себе питомца?

– Скорее, боевую козу с дефицитом концентрации, – сухо отозвался он, положив руку на моё запястье, и кожу чем-то обожгло, зато голубой огонь так и не вырвался наружу.

Я же пыхтела как паровоз, но старательно сдерживалась, чтобы не нахамить в ответ.

– Очаровательно. Прошу, развлекайтесь, а мне нужно уделить внимание другим гостям, – заявила баронесса, мило улыбаясь и отворачиваясь от нас.

Каэль поспешил увести меня подальше от хозяйки и направился к столу в соседней комнате. Тот был длинный, из чёрного дерева, с десятком канделябров на нём и множеством… странностей. Все салфетки были… чёрными. Рукояти всех столовых приборов выполнены в виде… кости (я очень надеюсь, что декоративной). Главное блюдо в центре выглядело подозрительно шевелящимся.

Вскоре большинство тоже решило перекусить. Я молчала, ела то, что мне положил Ардаль, заверив, что сто процентов съедобно, и улыбалась, ловя взгляды: кто-то удивлялся моему присутствию, кто-то явно подозревал подвох. Баронесса между тем затевала разговоры о границах магических анклавов и будущем распределении ритуальных монополий.

– А вы, дитя, умеете уже что-то полезное? – неожиданно спросила она у меня.

– Ну… я могу случайно возгореться... Или призвать дух бывшего владельца этого особняка...

Наступила тишина. Потом кто-то зааплодировал. Баронесса рассмеялась:

– Очаровательно. У вас есть чувство юмора. Это редкость в некромантах, – заявила она.

– Или это нервный срыв, – добавила я, чувствуя, как Каэль сжимает мою руку.

– В нашем кругу одно не мешает другому, – усмехнулся кто-то из гостей.

Глава 12

На третью перемену блюд Ардаль не уследил, и мне на тарелку официант положил что-то странное и склизкое. Рядом разместили «цветок», собранный из кусочков розового мяса. Оно оказалось довольно безвкусным, а слизь я попыталась незаметно спрятать в салфетку. Выяснилось, что это важная часть блюда, отвечает за «призыв вкуса». Именно так утверждал слуга, холодным голосом объяснивший, что «угощение требует объединённого приёма». Мне пришлось покорно, под внимательными взглядами соседей, погрузить кусочек «цветочка» в слизь... и съесть.

К-хм… теперь он приобрёл довольно экстравагантный вкус. И долгое послевкусие…

Разговоры за столом не утихали. Сплетни, слухи, завуалированные угрозы. Ардаль периодически бросал короткие реплики, иногда колкие, иногда пугающе точные. Но всегда с совершенно каменным выражением лица. Его внимательно слушали.

– Кто он вообще такой? – спросила я шёпотом одну из дам в шёлковом одеянии

– Вы не знаете? Разве вы не с ним? – удивлённо поинтересовалась она, но, увидев мой заинтересованный взгляд, продолжила. – Это же лорд Ардаль. Лучший Протектор Аштариса. И самый жестокий из них. Слухи ходят, что он держит принудительные договоры с большинством семейств. А многие их дочери чуть ли не ежедневно пишут ему любовные письма.

– Романтик… – хмыкнула я, вспомнив охапку постоянно сопровождающих его бумаг.

– Или коллекционер. Тут граница тонка… – с ухмылкой прошептала дама.

Ужин близился к завершению, я теперь благоразумно отказывалась от любых блюд, так что Ардаль увёл меня на балкон. Там под красноватым светом трёх лун он заявил:

– Ты пока справляешься... не без катастроф… но, надеюсь, что выдержки хватит.

– Я чувствую себя музейной редкостью, – ответила раздражённо.

– И произвела впечатление. Некоторые начали интересоваться твоими силами. Это хорошо… и опасно.

– А что ты? Защитишь меня своим сарказмом? Или есть что потяжелее?

– Сарказмом и… кое-кем посильнее. Его Величество прибыл и ждёт.

Он подал мне руку. Я посмотрела на него, на город, что расстилался перед нами, на звёзды над ним – и вдруг почувствовала, что что-то происходит. Совсем рядом. Меня аж передёрнуло.

– Ладно. Обещаю. Дома я скажу Герхорду подать тебе что-нибудь жареное и не слизкое.

Я не приняла шутки и уставилась в сад. Там нарастал какой-то шум. Послышались крики и топот. Затем на освещённое место возле одной из беседок выбежал… козёл. Он перемахнул через куст, что изображал собой оградку клумбы, и притаился. Следом из темноты появилась небольшая свора довольно крупных собак. Кажется, штук пять. Она пронеслась мимо. Затем пробежали несколько человек. Животное повернуло голову и посмотрело прямо на меня.

– Надеюсь, это не твой фамильяр… – холодно поинтересовался лорд.

– Боюсь, что он… – ответила, наблюдая, как свора спешит обратно, тщательно всё обнюхивая.

– Он устроил гонки и прятки с придворными псами? – продолжал осведомляться Ардаль.

– Ну не революцию же он замышляет… – ответила с надеждой.

В этот момент дверь на балкон открылась, и мужчина в золотистой ливрее что-то прошептал Каэлю на ухо. Тот кивнул и потянул меня внутрь. Судя по шуму ломаемых кустов, собаки нашли «лёжку» козла, но не его самого, так как вместо звуков драки я почувствовала азарт от игры.

Нас ожидали в небольшом зале с высокими окнами, открытыми нараспашку. Цветовое убранство соответствовало общему декору, правда, тут оно разбавлялось кроваво-красными аксессуарами. По центру в кресле с высокой спинкой восседал мужчина лет пятидесяти с глазами, как ледяные иглы. У стены на небольшом диванчике расположилась женщина в синем платье, напоминающая сову, слишком юная для сопровождения, слишком надменная… с пламенеющими глазами. Несколько типов, каждый из которых вызывал стойкое желание лечь под стол и прикинуться ветошью, рассредоточились в разных углах комнаты. Не сомневаюсь, что они контролировали каждое моё движение.

– Вы утверждаете, что не знали, что манускрипт является артефактом прорыва?! – заявил мужчина ледяным голосом, даже не удосужившись поздороваться.

– А вы всегда храните древнее зло в ящике стола между другими документами? – спросила я раздражённо.

Вечер и так был совершенно испорчен, а тут ещё наезды ни за что.

– Вы говорите с Его Величеством, – зачем-то уточнил Ардаль.

– Это было понятно по хамоватости и нежеланию предложить даме даже присесть, – ответила я, с вызовом глядя на монарха.

– Почему ритуал сработал на вас? – спросил король мягче, видимо, не желая дальше развивать неудобную тему.

Всем и так было ясно, что никакого трепета перед его величеством я не испытываю.

– Может, у меня хорошая дикция? – этот разговор мне всё больше и больше не нравился.

– Кто вас послал? Вы не похожи на иномирную сущность, да и говорите на аште без акцента, – монарх нахмурился, его подобное поведение явно бесило.

– У вас есть список претендентов? – спросила, приподняв одну бровь, а Каэль с силой сжал моё предплечье.

– На ней след сильнейшей магии, – вставила женщина в синем. – Иной магии... очень древней. Так что, скорее всего, она не врёт.

– Это объясняет всё… и ничего, – заключил Ардаль. – Как я и говорил: она останется под моей ответственностью. Я ограничу её магический канал до минимума. Если проявится нестабильность – сообщу. Но пока не вижу никаких поводов для беспокойства.

В этот момент в дверь тихонько постучали. Один из мужчин, контролирующих помещение, подошёл к входу и открыл её. Послышался шорох. Затем к королю приблизился человек в ливрее и что-то эмоционально зашептал.

Монарх выгнул бровь, с интересом взглянул на меня и хмыкнул. Прибывший достал из кармана мутный шар, и тот засветился матовым светом. Король уставился на него, что-то разглядывая. Затем перевёл взгляд на меня и пошевелил губами.

– Лучше бы ты привёл козла, – буркнул монарх. – У него, по крайней мере, глаза честные.

Затем махнул рукой, показывая, что аудиенция закончена. Сам же вернулся к изучению сферы, иногда похмыкивая.

Мы вышли под внимательными взглядами телохранителей. Хм… получается, наш монарх не самый крутой маг королевства… раз ему нужна охрана… Интересно…

До самой кареты Ардаль не проронил ни слова. Он так и довёл меня до неё, вцепившись в предплечье. Надеюсь, синяков не останется.

– Я уповал на то, что ты постараешься быть… сдержаннее, – заявил он, когда мы немного отъехали и шум «вечеринки» перестал заглушать всё вокруг.

– Это у меня врождённое, – улыбнулась я «невинно».

– Конечно. А козёл-фамильяр – это продукт рационального выбора, – раздражённо заметил он, глядя на меня с плохо скрываемым негодованием.

Князь Тьмы, кстати, появился из угла прямо в движущейся карете, улёгся у моих ног и засопел.

– Нужно было проявить к монарху как минимум видимость уважения! – процедил лорд, хмуро разглядывая виновника переполоха.

– А разве я не достойна хотя бы видимости приличий? – спросила улыбнувшись.

Я-то сегодня в обед уже наслушалась лекции о «правильном» поведении. И правитель нарушил из них огромное количество.

Каэль тяжело вздохнул и отвернулся. Видимо, в окне было что-то более интересное.

Вернувшись домой, я вновь полезла принимать ванну. Кажется, она – единственное в этом мире, что не раздражает меня и приносит умиротворение. Тут же появился призрак и принялся рассказывать обо всё, что происходило в доме, пока нас не было. Оказалось, это та ещё сплетница. Её интересовало всё, и каждый из живых вызывал воодушевление.

Вкушала пищу я в компании козла (лорд, видимо, обиделся), который оказался весьма разборчивым в еде: предпочитал поджаренный хлеб, пил воду только из серебряной миски, явно презирая фарфор. А может, просто опасался его разбить? Кто знает…

– Сразу видно, что ты магическое животное и у тебя есть свой стиль, – заметила я, усмехнувшись, когда он наконец улёгся у моих ног.

Козёл одобрительно фыркнул и прикрыл глаза.

Глава 13

Долго нежиться в постели с утра мне не дали. Аллин разбудила рано… пыталась выволочь из комнаты козла за рога. Видимо, мои вечерние нравоучения о подобающем поведении не прошли даром. Князюшка не бодался, не мекал, просто с поразительным упорством, при такой разнице в массе, не давал себя вывести.

– Объясни этому лорду… что я – фамильяр, – заявил он, повернувшись, заметив, что я проснулась и села на кровати.

– Думаю, он прекрасно это осознаёт… – уточнила, открывая двери гардеробной.

Постоянно ходить в чёрном по традиции некромантов не хотелось, но в связи с модой более яркие цвета были представлены слабо. Подозревая, что сегодня со мной всё-таки начнут заниматься, предпочла простое тёмно-лавандовое платье, что можно было носить без корсета.

– Почему же не даёт быть рядом с тобой, а пытается запихнуть в стойло?

– Не в стойло, а в конюшню… – уточнила я, а выбранное одеяние выскользнуло из рук и спланировало на кровать, аккуратно разглаживаясь.

– Разве есть разница? – животное воспользовалось замешательством служанки при виде призрака и резко высвободилось из захвата. – Я – Князь Тьмы!

– Но ты же… козёл… – уточнила я с непонимающим видом. – Тебе нужны… условия…

– Я – фамильяр, – гордо заявил он. – Защитник и оберег, и должен быть рядом!

– Выйди, пожалуйста, я переоденусь… защитник, блин… а кто с собаками играл?

– Зачем выходить? – удивлённо переспросил он и вновь был пойман служанкой, что оперативно среагировала на мои слова. – Я часть тебя!

– Ты – козёл! – выдохнула я. – А значит, мужского пола… – решила уточнить, почувствовав волну обиды. – Переодеваться при тебе неприлично!

– Ах… если смотреть с этой стороны… – отметил Князюшка и позволил себя вывести.

Марго (именно так я решила назвать призрачную помощницу) знала своё дело отлично, так что буквально через четверть часа я спускалась в столовую на завтрак. Что интересно, лорд Ардаль был уже там… читал свои любимые документы… а может, любовные письма… как утверждала та дама.

Завтракали мы молча. Снова каша, но другая. Вновь различные фрукты и малюсенькие канапе. Интересно… они нормальные бутерброды сделать не в состоянии? Правда, рядом с лордом стояла тарелка с нарезкой, похожей на мясо, и он довольно бодро её поедал, игнорируя мой взгляд. И не подавился, зараза этакая!

Закончив есть, я какое-то время смотрела в сад, ожидая, будут ли у меня сегодня занятия… и не ошиблась. В кабинет, как и думала, мы не отправились. Нас ждала библиотека.

Огромная… уставленная стеллажами по периметру. Но видимо, места не хватило, и все стены до самого потолка были покрыты полками. Благо имелось несколько перекатных лестниц для облегчения доступа. Правда… маги наверняка и телекинезом владеют. Хотя… как тогда быть тем, кто ещё не научился… как я?

То тут, то там стояли мягкие удобные кресла, в которых можно было утонуть. Рядом располагались небольшие столики для удобства. Но мы направились к письменному столу почти у самой стены. Здесь уже высилась небольшая стопочка книг, вероятно для меня.

Ну что ж… начнём грызть гранит науки… с основ. Увы... Легко мне не было. Хотя полученные на Земле знания немного облегчили восприятие и понимание.

Алфавит… То, что я, разглядывая чёртов пергамент, приняла за клинопись, сейчас, при более детальном изучении, мне показалось больше похожим на смесь акадского языка[1] и деванагари[2]. Верхняя черта последнего при этом обзавелась небольшой концевой или начальной стрелкой. Что привело в сильнейшее изумление. Естественно, это был не наш «классический» деванагари, что используется до сих пор во многих странах, но он отчаянно походил на него.

Около полусотни букв. После первого же урока голова пухла и обещала взорваться от полученной информации. Мне, привыкшей к другому алфавиту, тяжело было перестраиваться. Кроме того, всё портило то, что я понимала и воспринимала язык как «русский».

То есть не «слышала» другие звуки и слова. И не пыталась их осознанно произнести. Они уже были в моём сознании, но ассоциировались совершенно с другими буквами.

К концу первого дня обучения я чувствовала себя так, будто по мне проехался каток. А Феликаса я постоянно поминала недобрым словом. В кровать я завалилась, даже не посмотрев на ужин. Меня конкретно тошнило и хотелось обложиться льдом.

Ночью, несмотря на все ухищрения Герхорда, фамильяр пробрался в мою комнату и, положив голову на кровать, с тоской наблюдал за мучениями.

– Может, принесёшь какой-нибудь отвар, как вчера? – спросила с надеждой.

– Увы… – жалобно проблеял он и тяжело выдохнул: – Спи, я рядом.

Через пару дней моего мучительного битья головой о гранит знаний, когда я уже плакала от отчаяния, а у Каэля дёргался глаз, как ни странно, Князюшка нашёл выход из положения.

– Тебе нужно пойти со мной, – заявил козёл, когда я, словно выброшенная на берег морская звезда, распласталась на кровати.

– Куда? – спросила, не открывая глаз.

Голова болела так, что даже свет причинял мучения, потому освещение давали только луны.

– Встань! – потребовал фамильяр.

Не знаю, почему я послушалась. Стоять с открытыми глазами было неприятно, и я их закрыла.

– Так даже лучше, – заявил этот злостный издеватель. – Держись за мой рог и медленно иди.

Хмыкнув, сделала первый шаг, затем ещё. Сбоку я ощущала тепло козлиного тела и даже немного на него опиралась. Затем снова шаг, повинуясь его движению вперёд. Снова и снова.

Мы шли… странно, но мне становилось легче. Боль отступала. Приходило облегчение.

Затем появилась мысль… как я могу так долго идти по прямой, учитывая размеры комнаты? Осознав это, я рывком распахнула глаза. Твою ж… резко остановившись, попыталась осознать, где я. Всё пространство вокруг находилось будто в серой пелене. Сквозь неё неясными чертами проступали предметы. Словно в мареве.

Взглянула на своего проводника и едва не заорала. Козёл увеличился

Неожиданно сбоку прошёл Герхорд. Но… полупрозрачный. Будто призрак. Что за?..

– Мы в Тенях, – услышала я голос фамильяра, что смотрел на меня с волнением. – Не бойся.

– Что происходит? – прошептала еле слышно.

– Не говори… думай! – потребовал Князь Тьмы. – Так будет легче.

– Зачем ты меня сюда привёл? – Общаться мыслями было непривычно.

– Тебе станет легче, – заявил козёл, а я нервно выдохнула.

Фамильяр сделал новый шаг, увлекая меня за собой. С открытыми глазами идти стало тяжелее. Теперь я передвигалась словно в желе. Ощущая сопротивление.

Мы были всё в том же доме. Но теперь стены не являлись преградой, как и предметы интерьера. Они были едва различимыми. Я всё проходила насквозь. Правда, останавливалась, когда на пути появлялись люди. Двигаться сквозь них совершенно не хотелось.

Через какое-то время пространство вокруг стало становиться всё гуще и гуще. Показалось, что я застряла в киселе и не могу вырваться.

– Закрой глаза, – потребовал фамильяр.

После резкого толчка ощущения исчезли, а я обнаружила себя в незнакомой комнате. Здесь было очень красиво. В отличие от моей, тут мебель была не столь тяжеловесной, а более изящной и утончённой. Скорее всего, это место принадлежало женщине… элегантные вещички на камине, несколько безделушек на столе…

На красивом, обитом цветастым бархатом кресле сидела… кукла. С фарфоровой головой и руками. Шелковистые волосы когда-то были яркими, но теперь потускнели и покрылись пылью.

Я взяла её в руки и поднесла к окну, чтобы лучше рассмотреть. Великолепная работа!

– Что вы тут делаете, Евжения? – раздалось за моей спиной, и я чуть не выронила куклу. – Как вы сюда попали? Как открыли дверь? Кто вас пустил? Герхорд!

При каждом вопросе-окрике я вздрагивала, прикрыв глаза. Как не загорелась от испуга, не знаю. Наверное, медальон действовал. Но неожиданно кукла в моей руке дёрнулась, моргнула глазами и запела. Нежным детским голосом. Я вновь чуть не выронила её.

----

[1] Аккадский язык, или ассиро-вавилонский язык – один из древнейших семитских клинописных языков Древней Месопотамии.

[2] Деванагари – буквально «божественное (письмо)» – разновидность индийской письменности, происходящей от древнеиндийской «брахми». Используется с VII века. Является четвёртой по популярности системой письменности в мире. Употребляется для записи более чем 120 языков.

Глава 14

Странное наваждение длилось недолго. Ардаль подошёл ко мне, нависнув, словно скала. В свете лун я могла прекрасно рассмотреть, что лицо его было перекошено холодной яростью.

– Простите, – прошептала, стараясь не дрожать, и протянула ему замолчавшую куклу. – Я не знала, что её нельзя трогать.

– Как вы сюда попали? Как открыли дверь? – еле сдерживая себя, процедил Каэль.

– У меня болела голова… мне казалось, я умираю… – пролепетала я.

– И вы пришли сюда искать спасения? Странный выбор, – ядовито прервал меня лорд.

– Фамильяр сказал… – старалась я донести до него мысль.

– Ну конечно… снова этот… козёл… – мужчина прикрыл глаза, пытаясь успокоиться.

– Князь завёл меня в Тени… – На этих словах Ардаль распахнул глаза и уставился на меня в упор. – Мне там действительно стало легче. Боль отпустила. И когда мы уже возвращались… именно тут я выпала в реальность.

Мужчина повернул голову в одну и другую сторону, видимо, разыскивая фамильяра, но Князюшка благоразумно испарился.

– Этот… этот… козёл… завёл вас в Тени… хотя вы не умеете себя контролировать… и даже на минимальном уровне не владеете Силой?!... – еле сдерживаясь, процедил лорд.

– Ну да… – посмотрела на него с непониманием. – Ведь мне помогло!

– Уйдите в свою комнату, Евжения… – закрыв глаза, произнёс Каэль. – Теперь я понимаю, что именно вас объединило с фамильяром… вы оба полоумные.

Я чуть не задохнулась от обиды. Пару секунд открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная на берег, пытаясь протолкнуть в себя воздух. Когда же почувствовала, что могу сейчас расплакаться, разозлилась. Как не вспыхнула, не понимаю.

Впихнула куклу в руку Ардаля и, резко развернувшись, выбежала в коридор. Быстро передвигаться в ночнушке было неудобно, так что я задрала её выше колен и понеслась к себе. Промчалась мимо впавшего в ступор Герхорда и со всей силы плюхнулась на кровать.

– Надеюсь, ты не будешь реветь? – спросил Князь, появившись из тени у стены.

– Реветь? – я задыхалась от злости… а может, от бега. – Видеть его не желаю.

– Мы в его доме… – напомнил козёл.

– Мне заблокировать дверь, мэррита? – спросила Марго, слегка проявившись в реальности.

– А ты можешь? – с удивлением уставилась я на неё.

Призрак улыбнулся или даже можно сказать, оскалился – и дверь на несколько мгновений вспыхнула голубым пламенем.

– Спи, Женя… – выдохнул Князь, укладываясь рядом с кроватью. – Теперь ты можешь спокойно выспаться без мучений.

Я ничего не ответила, но глаза сами собой стали слипаться.

Утро началось с того, что я проснулась от запаха мокрой шерсти и ощущения, будто на меня кто-то дышит. Это оказался Князь с чашкой между рогами.

– Ты купался в пруду? – спросила, садясь и затягиваясь терпким травяным настоем. – Надеюсь, не натаскал грязи в комнату. Герхорд весь мозг выест за такое.

– Нет… в твоей ванной.

На этот ответ я чуть не подавилась глотком. Закашляла и поставила чашку на любезно пододвинутый Марго столик.

– Зачем? – изумлённо уставилась я на фамильяра.

– Чтобы этот лорд не говорил, что я плохо пахну! – обиженно заявил козёл.

М-да… вскочила с кровати и поспешила в санузел. Я предполагала, там полный разгром. Но… к удивлению, нашла идеально чистое помещение.

– Мэррита?! С вами всё в порядке? – услышала я крик за дверью и барабанный стук.

Это Аллин по своему обыкновению пришла в мою комнату.

– Марго, разблокируй дверь. Она сейчас побежит жаловаться Герхорду, а для лорда Ардаля твоя магия не является препятствием. Не стоит нарываться. Надеюсь, мы здесь ненадолго.

Дверь резко распахнулась, и служанка влетела в комнату. Она еле успела затормозить недалеко от вставшего передо мной и выставившего вперёд рога Князюшки.

Фамильяр после этого исчез в Тени, а я принялась одеваться, стараясь не обращать внимания на Аллин, что с интересом

На завтраке Каэль был совершенно спокоен. И молчалив. Он даже на приветствие ответил лишь кивком. До момента, как мы оба отправились в библиотеку, лорд не проронил ни слова.

И вот там выяснилось странная вещь. Теперь буквы алфавита не вызывали головной боли. Я спокойно осознавала их звучание. Произносила осмысленно, не путая с русскими. Словно сознание расслоилось и каждое воспринимало нужную информацию. Я всё так же понимала и говорила, но теперь отлично слышала произносимое, не заменяя подсознательно.

От понимания подобного хотелось прыгать и радостно кричать. Чтение наконец сдвинулось с мёртвой точки. Как и правописание. Благо тут использовали что-то вроде карандаша, но выделанного с особым искусством. Скорее всего, такие только у аристократов. Не думаю, что простые люди тратились бы на дорогие в отделке писчие принадлежности.

До самого вечера лорд Ардаль смотрел на меня с каким-то напряжённым подозрением. Но за ужином похвалил (видимость обеда мы провели прямо в библиотеке за учёбой).

Вечером перед сном чмокнула Князюшку в лоб, несмотря на то что я ещё не привыкла к наличию козла по соседству.

Я с каждым днём обучения радовалась всё больше, понимая, что долго не задержусь в доме этого надменного лорда. А вот лицо Каэля, наоборот, становилось всё смурнее и смурнее.

Через несколько дней, когда мы приступили к изучению написания цифр и перешли к основам теории магии, лорд решил основательно прерваться на обед, отправившись в столовую.

Пока нам накрывали на стол, он какое-то время ходил из угла в угол, а затем резко подошёл ко мне и спросил с недовольным выражением лица.

– Зачем вы это делаете?

– Что именно? – опешила я и посмотрела на него, удивлённо распахнув глаза.

– Каждую ночь заставляете её петь! Зачем вы издеваетесь надо мной? Я был в своём праве!

– Вы о чём вообще? – от недоумения я начала часто моргать.

– Кукла! Она начинает петь каждую ночь! И не нужно говорить, что вы не понимаете, о чём я веду речь! Вы что-то сделали с ней в ту ночь!

Какое-то время рассматривала мужчину с самым серьёзным выражением лица и сказала:

– Я клянусь, что никак не влияю на вашу куклу. Да… – остановила его, видя, что он пытается меня перебить, – она была у меня в руках в ту ночь… и, кажется… – я немного задумалась, – действительно запела. Я тогда испугалась вашего внезапного появления. И скорее всего, загорелась бы, но медальон сработал. Хотя… может, кукла вместо него впитала в себя часть моей силы…

Каэль долго рассматривал меня, и вроде раздражение немного его отпускало.

– Я пока ничего не знаю о своих возможностях… но обещаю… как только в академии изучу этот вопрос, то верну всё как было.

– В академии… – Лорда аж передёрнуло.

– Понимаю… ждать долго… но что я могу сделать сейчас?

Ардаль раздражённо прошёлся по комнате, стараясь не смотреть на меня.

– Может, пока убрать её в кладовую? – предложила, пытаясь поймать его взгляд. – Чтобы вы не слышали её пение? А потом вернём на место…

Каэль остановился у окна, смотрел какое-то время куда-то вдаль. Хотя… может, и сад рассматривал. Кто знает. Тяжко выдохнул и повернулся.

– Я вечером уеду, – заявил он. – Меня не будет насколько дней. Надеюсь, кто-то в ковене поможет разобраться с этим вопросом. Вы уже вполне сносно читаете. Пока я буду отсутствовать, займитесь историей Эйранора. Библиотека в вашем распоряжении.

Я только согласно кивнула. А что я могла ещё сделать?

Интересно, что это за кукла, что так много для него значит. Ведь он бросает всё, чтобы вернуть ту в нормальное состояние... Навряд ли Герхорд проявит сознательность и удовлетворит мою любознательность в этом вопросе.

После обеда я вернулась к чтению в одиночестве. Затем лорд появился в дорожном костюме и завалил меня кучей книг. Он что, реально думает, что я успею всё это осилить?

На прощание мне поставили только одно требование… «не пользоваться магией!». Хм… как будто я умею это делать!

Глава 15

Я честно старалась не пользоваться магией. В основном потому, что не понимала, как она вообще работает. Но Сила всё равно ощущалась – как напряжение перед грозой, как лёгкий зуд в пальцах, как шёпот на границе слуха.

Странно, но я стала акцентировать на этом внимание именно с отъездом лорда. А также зеркало… Его рябь постоянно приковывала взгляд, и глухой вздох слышался теперь регулярно.

Честно выполняя порученное, я от рассвета до поздней ночи проводила время в библиотеке, штудируя историю. И там… честно говоря, некроманты порезвились на славу. Я вообще удивлена, что от них тут же не избавляются при рождении. Последние несколько кровавых мировых конфликтов развязали именно они. Да и участившиеся разрывы – вроде вина одного из них. Но, что естественно, именно некроманты могли быстрее и легче уничтожать появляющихся оттуда тварей. Не сильно напрягаясь. Потому их и терпят… отсюда и вынужденный тотальный контроль.

Так и читала… Герхорд хоть и старался вынести мозг, но примирился с тем, что я и ела теперь в библиотеке. Он был в ужасе от того, что я могу случайно запачкать раритетные издания. Мне самой было стрёмно. Работать таким образом не привыкла (некоторые книги были чуть ли не музейными редкостями, особенно хроники), прямо кошки на душе скреблись… но… терять столько времени, чтобы меня правильно обслужили, я не хотела. Чем быстрее я покину сие негостеприимное место, тем лучше. А Каэль ещё в самом начале уточнил, что всё в библиотеке зачаровано от повреждения и грязи. Так что… почему бы и нет? Время… э-э-э-э… ценно!

Вечером третьего дня заточения, во время подготовки ко сну, я не выдержала:

– Всё. Мне нужен воздух… и отдых. Желательно без проклятий и призраков…

Марго выразительно взглянула на меня и пошла небольшой рябью.

– Я имею в виду новых! – срочно добавила, во избежание, так сказать.

Князь рассматривал меня какое-то время… я стояла перед зеркалом в комплекте местного нижнего белья вместо пижамы, расчёсывая волосы, потом взглянул на дверь, а после решительно боднул её. Дверь не выдержала напора козьей логики и открылась.

Вскоре я кралась по коридорам поместья, как персонаж дешёвой RPG: в чёрной ведьмовской накидке поверх пижамы, с амулетом на шее, магической лампой в руке и козлом за спиной. Спустившись по боковой лестнице, я воспользовалась проходом для слуг

В это время суток тот был… мрачным. От трёх лун света было достаточно, но цветы почему-то казались чёрными. В деревьях что-то ухало, да и кусты будто постоянно шептались друг с другом.

А мне всё нравилось! Повеяло таким знакомым леском, что рос рядом с Феликасом. Сразу легче задышалось. И меня тянуло… к заброшенной части сада, куда даже дорожек не было проложено.

И я полезла, разгребая кусты. Князь за спиной придавал уверенности и безбашенности.

Я выбралась на небольшую поляну. Вернее, на несколько взаимосвязанных лужаек. Здесь цветов почти не наблюдалось, только небольшие кустики, скорее служившие разделителями. И в дальнем углу неожиданно обнаружился старый, почти разрушившийся колодец. Я наткнулась на него, едва не провалившись в тёмное нутро.

– Ну, конечно. Почему бы и не быть заброшенному колодцу в саду сильного мага? Интересно, кого сюда обычно бросают? Нерадивых сотрудников Башни?

Я стала аккуратно обходить его, стараясь не оступиться. Тут под ногой что-то щёлкнуло. Вокруг еле заметно засветились некоторые из разбросанных камушков. Неужели ритуальный круг? Пригляделась. Я такой недавно видела в одной из книг. Едва различимый, но вполне настоящий.

Постаралась медленно отойти, но под ногами раз за разом вспыхивали символы. Я застыла.

– Я… я просто гуляю! Я не магичу! Это прогулка! – зачем-то произнесла, подняв руки.

Поздно. Из колодца медленно застелился туман, заполняя пространство, а затем появился дух. Седовласый, в очках, с крайне раздражённым выражением лица. Он долго рассматривал меня, даже приподнял очки, всматриваясь.

– Кто снова домогается моего архива?! – вопросил он скрипучим голосом и оглянулся вокруг.

– Я ничего не хочу! Это была… случайность! Я всего лишь споткнулась!

– А ты кто вообще такая?! – дух метнул в меня пылающий взгляд. – Ходят и ходят… прошлого раза недостаточно было?

– Вы… библиотекарь? – нервно поинтересовалась я, пытаясь сориентироваться.

– Архимаг. Призрачного уровня. И мне нужно обратно! Срочно! Где моя настойка?! – Призрак стал искать что-то в своих складках и отвернулся.

Князюшка схватил меня зубами за штанину и потихоньку потянул, пытаясь вывести из круга призыва. Но неудачно, дух резко обернулся:

– Ещё и коза. Ну отлично. Осталось только, чтобы ты была некромантом-любителем.

– Эм… технически…

Призрак прикрыл лицо полупрозрачной ладонью, точно как я обычно, и заговорил на незнакомом, скорее всего, древнем языке, видимо, проклиная всё человечество, современные образовательные стандарты и магические ритуалы без подписей. Выговорившись, пригляделся к вспыхнувшим символам на земле. Долго их рассматривал, шепча про себя, и неожиданно заявил:

– Ладно. Смотри сюда, девочка в белье… с проблемами… и козой. Я – Гратур. И если ты уже меня разбудила – придётся слушать. – Он показал на символы. – Это круг обучения. Некромантический базовый. Ты его активировала. Значит, он открылся. Следовательно, теперь ты – ученик.

– Я? Но я…

– Неважно. Ты должна пройти хотя бы начальный цикл. Иначе твоя сила будет вытекать, как настой из треснутого чайника. С последствиями. Для всех.

– Вы угрожаете? – опешила я от его слов.

– Я констатирую. Кстати, поздравляю: с завтрашнего дня у тебя уроки.

– Но почему? – возмутилась я подобным самоуправством.

– Ты не спишь по ночам, меня пробудила… значит, будешь зубрить. Всё справедливо!

– Что за бред… – недовольно прошептали за моей спиной. – Я – Князь Тьмы! Козёл и фамильяр!

– Вот и погуляли, – произнесла я со вздохом. – Кажется, у меня теперь, кроме чтения, будут ещё и внеклассные занятия.

– Отлично, – негодующе заявил Князь. – Просто отлично. Что следующее, пение на кладбище?

Дух оживлённо встрял:

– Если хочешь, я могу организовать… фамильяр… – и потёр призрачные руки.

Я устало села на обломок какого-то камня. Погуляла, называется…

– Мне нужен отпуск. И кофе. Причём в обратном порядке. Всё бы отдала за кофе…

Гратур кивнул:

– Магия – это, конечно, хорошо. Но с настоем всё идёт куда быстрее. Или с настойкой… Завтра в шесть вечера. Принеси бумагу. И не зови больше козла, он мне не понравился.

С этими словами призрак растаял. Князюшка же фыркнул и посмотрел на меня:

– Всё-таки ты – ходячая катастрофа, Женя. Но… с потенциалом…

– Кто бы говорил… – со вздохом парировала я. – И что мне не сиделось в доме?..

Теперь желание гулять и наслаждаться свежим воздухом улетучилось. Я шла обратно совершенно разбитая. Были ли свидетели моего возвращения – не знаю. Да и неинтересно. Меня заботили неожиданно свалившиеся на голову занятия.

– И чего ты беспокоишься-то? – слегка боднул меня в бок по дороге козёл. – Радоваться надо! Учить тебя будет не какой-то стихийный маг… хоть и из высших… а самый настоящий некромант! Правда, призрачный…

– Ты же помнишь, – погладила фамильяра по голове, – лорд Ардаль перед отъездом требовал не пользоваться магией.

– И что?! Он запрещал самостоятельное обучение, где ты могла бы действительно натворить дел. А тут что?..

– Что?

– Тут ты будешь под присмотром самого Гратура! – уважительно заявил он.

– И кто он такой? Ты же знаешь… мне это имя ни о чём не говорит.

– О-о-о!!! В далёком прошлом Гратур был долгое время главой ковена некромантов. Говорят, даже мог строить порталы в другие миры… Ходили такие слухи…

– Что? Что ты сказал? – от такой информации я чуть не споткнулась.

– Порталы в другие миры… а что?

– Да так… скорее бы завтра… и вечер… очень учиться захотелось!

Глава 16

Ночная прогулка не прошла бесследно. Утром я еле продрала глаза. Долго пыталась привести себя в более-менее вменяемое состояние в ванной. И – о ужас! – пришла на завтрак в столовую.

Герхорд минут пять сверлил меня взглядом, но, не добившись ничего, ретировался. Видимо, пошёл пытать Аллин о причинах моего состояния.

В библиотеке я клевала носом и даже, кажется, похрапывала, умостившись с ногами в глубоком и комфортабельном кресле с книжкой в руках. Книга, кстати, была незнакомой и написанной на архаичной версии ашты. Что, скорее всего, меня и усыпило.

– Ай! – отдёрнула я руку от книги. – Это что за фигня?

– Тест на совместимость. Поздравляю, ты подходишь...

Это был Гратур. Он проявился в небольшом зеркале над камином, что находился почти напротив. В нём чаще всего вечерами горело магическое пламя. И никогда – живое.

– Подхожу для чего? – спросила, пытаясь

– Обучения. Помнишь... Ты – подопечная. Я – учитель, и твоя задача – не уничтожить себя раньше времени.

– А позже можно? – спросила раздражённо, сон как рукой сняло.

– Лучше вообще никогда... – и призрак улыбнулся. – Снова попробуй открыть книгу.

Я попробовала… аккуратно. Обложка открылась, страница перелистнулась, и на ней проступили магические схемы.

– Это тема сегодняшнего урока, – сообщил дух. – А пока запомни: ни слова о некромантии перед прислугой. Они нервные… и вооружённые… как минимум некоторые из них.

– Приятно осознавать… что меня хорошо охраняют…

Я с тоской взглянула в окно. До ночи было ещё далеко, а мне предстояло начать изучение магии, хоть я и обещала лорду Ардалю не делать этого.

Теория, изложенная в книге, была написана немного суховатым, но довольно понятным языком. Хотя… мне ещё было тяжело осознать вообще существование магии как таковой.

– Это… это правда теперь моя жизнь… – прошептала я через несколько часов, наконец поднявшись из кресла.

Нужно было немного подвигаться… а то мышцы совсем задеревенели.

– До конца учебного курса так точно, – буркнул Князь, появившись из тени. – А там попробуем куда-нибудь пристроиться…

В этот момент книга вновь укусила и раскрылась на новой странице, а я вновь упала в кресло.

– Великолепно! – вскрикнула я. – Я даже не в «Гарри Поттере». Я в учебной версии «Проклятий и колдовства для начинающих»… с особо буйным характером.

Фамильяр подошёл, уселся рядом и положил голову мне на колени.

– Ну хоть кто-то в этом мире меня поддерживает, – хмыкнула, почесав его между рогами.

Зеркало над камином обидчиво замолкло.

После обеда я решила не терять больше крови и вернулась к географии Эйранора. Мне ещё предстояло начать изучение великих поэтов прошлого. Не знаю для чего… может, у них на рифму лучше магичить получалось?

– Гратур… Гратур… не может быть, чтобы он не написал ни одной книги… – устав от географии, я встала и бродила вдоль стеллажей, читая имена авторов на корешках. – Эх… жаль, тут библиотекаря нет… – вздохнула я печально.

– Почему нет? – раздалось у меня за спиной, и я чуть не заорала.

– Вы кто? – спросила, развернувшись, у очередного призрака.

– Я тут когда-то работал… – печально сообщила мне очередная эктоплазма.

Чёрт! Чёрт… чёрт… Каэль меня прибьёт по приезде, обнаружив у себя в замке кучу призраков.

После ужина я сразу направилась в сад под удивлённым взглядом Герхорда. В руках у меня было несколько книг и парочка листов бумаги. Я делала вид, что пытаюсь разнообразить процесс обучения, и демонстративно отправилась к беседке.

Что удивительно, как только я зашла, стены этого павильончика покрылись бледно-голубыми рунами. В проходах задрожало марево, кроме одного. Через него я и вышла.

На полянке перед колодцем меня ждал Гратур. Рядом с ним высились несколько камней.

В руках призрак держал тонкую палочку с острым кончиком и размахивал ею.

– Садись, пиши! – без предисловий приступил он к уроку, а я пристроилась на одном из камней, использовав как стол тот, что побольше. – Ты уже знаешь про Потоки… Но Сила сама по себе хаотична. Чтобы её направить, нужны формы. Формы создаём мы – знаками, кругами, линиями. Каждая черта, каждая кривизна – это как слово в предложении. Измени наклон – и заклинание либо не сработает, либо вывернется наружу.

Он провёл палочкой в воздухе, и тонкая серебристая линия легла ровно, будто излучая свет.

– Магический круг – это каркас. Знаки внутри – механизм. Поток входит в круг по линиям, закручивается, проходит через символы и выходит уже в нужной тебе форме.

Я привстала, пытаясь разглядеть, как линии соединяются в узор.

– Но ведь Поток… он же движется внутри меня, – задумчиво произнесла я.

– Верно, – кивнул Гратур. – Круг нужен, чтобы удержать его, пока ты даёшь ему команду. Ты – источник. Но без опоры Поток рванёт туда, где легче. Он непослушен, как ручей в половодье.

Он черкнул ещё несколько знаков, соединяя их в цепочку.

– Это узел контроля. Каждый символ закрепляет твой приказ. Пропусти один – и заклинание начнёт жить своей жизнью.

Я взяла карандаш и разгладила чистый лист, мои пальцы чуть дрожали.

– И мне нужно… скопировать это?

– Нет. Ты должна понять. Знак – это не просто рисунок. Это якорь для Потока. Когда ты его чертишь, ты как бы прошиваешь ткань мира, чтобы Поток не ускользнул.

Я сделала первый штрих, потом второй. В груди что-то потянуло, словно дыхание синхронизировалось с движением руки. По графитовой линии пробежала едва заметная тень.

– Ощути, – тихо сказал призрак. – Это он. Ты удержала его.

Я замерла, удивлённо глядя на свой узор. Линии словно чуть мерцали, будто под кожей у мира на миг проступили жилы.

– Но если… – я нахмурилась, – если отпустить контроль?

Гратур усмехнулся уголками губ.

– Тогда ты узнаешь, как быстро может сгореть дотла это поместье.

Учитель легонько коснулся моей руки, направляя её движение, и мы вместе вывели замыкающий круг. Внутри узора разлилось мягкое тепло, смешанное с тихим, глубоким гулом.

– Запомни, – сказал он, – магия не сила и не игрушка. Это разговор. Если будешь командовать – она озлобится. Если будешь слушать – откроется.

Я кивнула, глядя на завершённый круг, и в первый раз почувствовала, что магия – это не чужая пугающая тьма, а что-то, чего можно коснуться и понять.

– А те камни… что использовали стражи Башни?.. – спросила, задумавшись. – На них, получается, были выведены уже готовые узоры различных заклинаний?!

– Всё верно… – согласно кивнул призрак. – Одни могут влить в круг силу огня, другие воздуха… ты – некросилу… Но для активации достаточно лишь ключа сырой магии. Да и удобно это, не нужно в тяжёлый момент сосредоточенно вырисовывать силой знаки. Достаточно подобрать заклинания… активировать их в нужной последовательности, и даже слабак сможет ошарашить тебя мощным заклятьем.

– А кто для них создаёт эти камни?

– Ох… под руководством ковенов работает очень много опытных магов… – грустно ответил Гратур и постепенно растаял. Видимо, сегодняшний урок закончился.

Перед сном я нашла время зайти в библиотеку, надеясь, что дух-библиотекарь куда-нибудь отлучился. Прокралась вдоль полок, выискивая книги по базовой магии. К моему удивлению, одна из них сама соскользнула с полки и мягко упала в руки.

«Введение в

– Ну, хоть кто-то тут обладает чувством юмора, – пробормотала, раскрывая её.

Устроившись у окна, листала страницы и незаметно увлеклась. Стиль автора был язвительным, но удивительно понятным. Особенно понравилась глава «Как не оживить свою бывшую случайно: руководство в 3 пунктах». Захватывающее чтиво! Только теперь, довольная собой, я почувствовала первый настоящий интерес к учёбе.

Глава 17

Лорд появился через два дня, утром. Два дня, наполненных увлекательным изучением магии. Я даже позорно забросила историю и географию Эйранора. Надеюсь, экзаменаторы, впечатлившись моими успехами в магии, сделают мне поблажку в этих предметах, с учётом моей иномирности.

Каэль же был удивительно деловит и хмур. Даже не расспрашивал о прочитанном. И что странно… ни слова о кукле, будто и не из-за неё он отлучался на такой долгий период.

– Евжения, – через полчаса обратился ко мне лорд, что всё это время торчал в библиотеке и, видимо, устал наблюдать, как я показательно штудирую книгу. – Мы сегодня приглашены на бал. Формальный. И ты обязана прибыть. Совет хочет тебя видеть… лично…

– Что? Зачем? – удивилась я такому повороту событий.

– Политика. Интриги. Демонстрация магического прогресса. Надень что-нибудь подобающее. И не бери с собой козла. Совет не имеет такого чувства юмора, как Его Величество.

Князь фыркнул, не выходя из тени, а я тяжело вздохнула.

– Интересно… хоть раз в жизни можно было бы пригласить меня на бал просто так, без «демонстрации прогресса», – спросила чисто риторически.

– В этом мире? – отозвался Ардаль. – Ты ещё многого не знаешь о наших манерах.

Я приподняла бровь. Неужто мадам Даню дала мне не исчерпывающую информацию?

– Тогда я надену самое чёрное и скромное платье, какое смогу найти.

– Превосходно. Тогда ты впишешься в наше аристократическое общество лучше, чем я ожидал.

Я посмотрела на небольшой листок, который только что появился на раскрытой странице моей книги: где Гратур дал описание будущей лекции по теневым структурам и список нужной литературы… на фамильяра, что еле проступал в тенях и обиженно пялился на меня… и на зеркало над камином, что порою тоже меня смущало звуками, а также служило доступом в дом для Гратура.

– Ну что ж, – выдохнула я. – Кто сказал, что быть некромантом – скучно?

Марго с поразительным вдохновением включилась в квест «подготовь Жеку к балу». И даже условие, что платье должно быть простым и чёрным, ничуть её не остудило. Даже наоборот. Когда я увидела себя в зеркале, то не могла понять, что хуже: допрос в мрачной камере или необходимость идти на приём в наряде, в котором даже дышать опасно. У меня вдруг откуда-то появилась грудь… и она грозила вывалиться из огромного декольте. Всё как нравится одной вредной эктоплазме.

– Выглядите… неожиданно, – протянул Каэль, появляясь в дверях без стука.

– Это вы про платье или про то, что я ещё жива и могу дышать? – прищурилась я.

– Про то и другое, – он позволил себе едва заметную улыбку. – Совет решил, что вы должны быть представлены как «почётная некрогостья из другого мира».

– А я думаю, что они ещё в Башне решили, что я им не нравлюсь, – буркнула я.

– Поэтому вы и наденете это, – он кивнул на тёмно-фиолетовое закрытое, почти чёрное платье с серебристой вышивкой, что выплыло из-за его спины. – Цвет некромантов.

Через пару часов я уже стояла перед высокими створками зала, нервно теребя подол. Сквозь приоткрытые двери доносилась музыка, смех и звон бокалов. Хм… оказывается, тут всё-таки могут веселиться… В отличие от баронессы.

– Держитесь рядом, – негромко сказал Каэль, предлагая локоть.

– Чтобы не сбежала? – спросила с нервным смешком.

– Чтобы вы не упали в обморок от количества высокомерных взглядов. И не загорелись невзначай… всё как вы любите.

Двери перед нами неожиданно открылись. Внутри всё сияло: хрустальные люстры, длинные ряды свечей, зеркала, отражающие толпу в дорогих одеждах. Большинство членов Совета сидело на возвышении – девять фигур в мантиях разных цветов, каждая со своей эмблемой.

– Леди Евжения, – объявил распорядитель. – Гостья из иного мира. В сопровождении лорда Каэля из рода Ардаль.

Все головы повернулись. Я поймала на себе десятки взглядов – любопытных, оценивающих и… парочку явно враждебных. Улыбнулась, хотя хотелось спрятаться за ближайшую колону.

Пришлось проследовать прямо, к ожидающим нас членам Совета.

– Приветствую вас, – сказала, едва поклонившись. – В моём мире при встрече принято жать руки, но, боюсь, здесь это может посчитаться покушением... – попыталась я схохмить.

В зале пробежал лёгкий смешок, хотя парочка советников выглядела так, будто бы мне лучше было промолчать.

– Леди Евжения, – заговорил мужчина в алой мантии, кажется, лорд Баршон, – мы хотим услышать от вас правду. Как вы сюда попали?

– Если бы я знала, сэкономила бы нам всем кучу времени и вам – этот допрос, – невозмутимо ответила я. – Не могу добавить ничего нового к тому, что уже сообщила.

– Вы говорите дерзко, – заметила женщина в изумрудной мантии, глаза которой сверкали холодно. – Это не всегда мудро.

– Простите, у нас дома так борются с паникой, – пожала я плечами.

Несколько советников переглянулись. Один, в синей мантии, слегка наклонился вперёд:

– Вы утверждаете, что не владеете магией. И всё же сумели выжить, оказавшись в нашем мире без защиты. В магическом мире. Как?

– Честно? – я чуть наклонила голову. – Сарказм и удача. Много удачи. Одну из которой зовут Феликас. Если бы не он… я бы даже не знаю, выжила бы… А в остальном… даже если тебя проглотили… то у тебя есть два выхода. И сдаваться – последнее дело. Лучше встретить проблемы нахрапом… и подготовленной дубинкой по голове.

Каэль стоял чуть в стороне, наблюдая. Он видел, что я стараюсь держать, но и не перейти границу. В глазах нескольких членов Совета мелькнуло что-то вроде… понимания...

Вдруг почувствовала, как по мне побежали сотни маленьких иголочек. Я чуть не вскрикнула, но лорд Ардаль посмотрел строго и еле заметно покачал головой. Выдохнув, постаралась расслабиться. Кажется, меня сканируют. Не поверили тому, что было сделано на расстоянии?

– Возможно, вы и правда заслуживаете, чтобы мы присмотрелись

– Понимаю, – кивнула я. – У нас в мире тоже не доверяют незнакомцам, упавшим с неба.

Музыка снова зазвучала, и напряжение членов Совета чуть спало. Ардаль поклонился, намекнув и мне это сделать, и осторожно отвёл в сторону.

– Вы танцуете? – спросил он, незаметно оглядываясь.

– Если не считать, что в последний раз я вальсировала в школе, наступив партнёру на ногу так, что он хромал неделю… то да, правда, я не знаю ваших танцев… – Я уже была на грани того, чтобы свалиться в истерику от всего происходящего.

И зачем нужен был этот разговор? Либо я чего-то не понимаю… либо… мало информации…

– Прекрасно. – Каэль схватил меня за руку и увёл на середину зала.

Его рука на талии была тёплой и уверенной, движения в танце – чёткими, но плавными. Сначала я пыталась считать шаги и оглядывалась на соседние пары, но быстро сдалась и просто следовала за ним. Лорд двигался легко, порою просто отрывая меня от пола в нужном направлении.

– Вы сегодня слишком тихи, – заметил он в более спокойный момент.

– Боюсь сказать что-то лишнее и оказаться в подземелье… – Меня, кажется, уже несло.

– Не переживайте, – он слегка наклонился к моему уху. – Если что, я составлю вам компанию.

Я чуть не сбилась с ритма. Сердце отчего-то забилось сильнее, а мир вокруг будто потускнел, оставив только нас двоих и музыку.

– Признаться, – сказала тихо, – я ожидала, что вы будете вести себя как строгий тюремщик.

– А я ожидал, что вы будете опасной преступницей. Видимо, мы оба разочарованы.

Танец замедлился, и он задержал мою руку чуть дольше, чем было нужно. Взгляды встретились, и что-то мелькнуло в его глазах – не просто интерес, но и… что-то опасное.

– Пойдёмте. – Каэль вернул себе нейтральное выражение. – Вам стоит перекусить.

Музыка вдруг смолкла, и аплодисменты прокатились по залу. Я чуть перевела дух, но тут почувствовала чей-то пристальный взгляд.

– Кажется, надвигается буря, – тихо сказал Ардаль, глядя куда-то за моё плечо.

Обернулась. К нам шла высокая красивая женщина с идеальной осанкой, в алом платье, которое словно нарочно кричало: «Смотрите на меня!» Её волосы, уложенные в замысловатую причёску, переливались золотистыми прядями, а губы были изогнуты в улыбке, не доходящей до глаз.

– Лорд Ардаль, – произнесла она с мягкой, но ядовитой интонацией, – какая… неожиданная компания.

Глава 18

– Леди Селин, – Каэль кивнул, и его голос стал на тон холоднее. – Позвольте представить – леди Евжения, гостья Совета.

Селин окинула меня оценивающим взглядом сверху вниз, задержавшись на платье. Было взвешено всё – от прически… до отсутствия каких-либо украшений.

– Ах, вы та самая… иностранка, о которой столько говорят? Какая смелость – появиться здесь в таком… простом наряде… и в таком цвете…

Я чуть улыбнулась. Адреналин ветерком пробежался по моим венам. Боже… во всех мирах одно и то же… женские разборки…

– В моём мире, – произнесла я с нажимом, – мы привыкли к удобству в одежде, а не к платьям, в которых нельзя даже дышать, или тем, – оценивающе окинула взглядом её декольте, – что ничего не прикрывают... Но вы, должно быть, чемпионка в этом искусстве.

Несколько гостей рядом едва сдержали смешок, а Селин прищурилась.

– Надеюсь, вы понимаете, что здесь всё совсем иначе, чем в вашем… как вы сказали? Земном мире? Здесь нужно знать своё место.

– Удобно, что у меня его пока нет, – парировала я, – значит, могу выбрать любое.

Ардаль с трудом сдержал улыбку. Селин же чуть побледнела, но быстро вернула надменное выражение. А я задумалась о том, откуда она знает название моего мира. Я не хожу с транспарантом с надписью: «Я – землянка». И всё же…

– Не все новички выживают при Совете, – произнесла Селин медленно. – Некоторые… слишком хрупкие для этого мира. Тем более… носящие такие цвета.

Чем её мой цвет не устраивает-то?

– Знаете, а у нас есть поговорка: «Не стоит недооценивать девушку, у которой в сумке спрятан кирпич», – заявила, уставившись на неё с вызовом.

– Я надеюсь, это была метафора, – вставил Каэль, чуть склонившись ко мне.

– Вполне возможно, – невинно ответила я, рассматривая свой ридикюль.

Селин фыркнула и, бросив на Ардаля долгий, притязательный взгляд, удалилась, оставив за собой шлейф дорогого парфюма и лёгкий запах пороха – в переносном смысле.

– Это было… впечатляюще, – сказал лорд, когда мы остались наедине.

– Что именно? Что не загорелась или что не вцепилась ей в волосы? – спросила раздражённо.

– Что вы сделали это словами. – Он позволил себе тихий смешок. – Хотя… если бы вы всё же вцепились, я, пожалуй, не стал бы вмешиваться.

Я почувствовала, что сердце снова бьётся быстрее, но уже не от адреналина.

Музыка заиграла вновь, и Каэль, словно ничего не случилось, предложил мне руку:

– Ещё один танец? Или вы предпочитаете охоту на хищниц?

Я усмехнулась, вложив свою ладонь в его. Он что… со мной заигрывает?

– А кто сказал, что это было не одно и то же? – уточнила с усмешкой.

В этот раз я двигалась более уверенно. Но некоторые оговорки лорда и странные взгляды немного напрягали, и я старалась дистанцироваться.

По завершении мы подошли к боковому столу с напитками. Едва я взяла бокал, как к нам приблизился мужчина лет пятидесяти, сухой, словно высушенный на солнце. Одет он был с присущей местным аристократам вычурностью вкупе с позывами на «простоту». Но взгляд привлекал огромный кулон с серебряной цепью на шее. Можно было бы принять его за старого повесу… если бы не внимательные глаза.

– Лорд Ардаль, леди… Ежения, если не ошибаюсь? – голос у него был мягкий, но в нём сквозило что-то змеиное.

– Евгения, – привычно поправила я, чуть склонив голову.

– Я – советник Мавир, – представился он. – У нас принято предупреждать новых гостей… заранее. Вижу, вы уже встретились с леди Селин.

– Случайно пересеклись, да, – ответила, сделав глоток вина.

– Селин… – он чуть усмехнулся уголком губ. – Она умеет быть очаровательной, когда ей нужно… но,

Пока он говорил, я заметила в толпе знакомое алое платье. Селин стояла у колонны, ведя непринуждённую беседу с двумя советниками. И вдруг её взгляд метнулся к нам – холодный, оценивающий. Мгновение – и она перевела глаза на Мавира. Тот едва заметно кивнул. Заметила это только потому, что тоже перевела взгляд.

«Ага. Так вы у нас в одной лодке», – подумала, не меняя выражения лица.

– И это вы называете предупреждением? – подняла я бровь.

– Предупреждением, – подтвердил Мавир, чуть наклонившись ближе, – что такие перепалки, какими бы остроумными они вам ни казались, иногда имеют… последствия.

Каэль подался вперёд, его взгляд стал опасно холодным:

– Советник Мавир, я надеюсь, это не звучит как угроза моей подопечной.

– Конечно нет, – советник сделал шаг назад и продолжил всё тем же ровным тоном. – Лишь дружеский совет. Иногда проще обойти бурю, чем бросаться в неё с голыми руками.

– Иногда буря сама находит даже тех, кто слишком хорошо прячется, – спокойно ответила я, и на этот раз Мавир посмотрел на меня с явным интересом.

Он разглядывал меня какое-то время, прежде чем удалиться. Не знаю, что увидел, но поклонился с улыбкой.

Мы с Каэлем проводили его взглядом и заметили, что он идёт прямо к Селин. Они обменялись парой тихих слов – и та улыбнулась так, будто только что получила хороший подарок.

– Мне кажется, ты только что завела себе нового поклонника, – тихо заметил Ардаль.

– Или врага, – поправила я. – Хотя, может быть, это одно и то же.

Музыка в зале стихала, уступая место приглушённому гулу разговоров. Люди оборачивались на нас с интересом и явно обсуждали. Каэль, заметив, что я слегка устала от внимания гостей, предложил тихо:

– Пойдём, покажу тебе сад. Там можно дышать свободнее.

Я кивнула, и мы вышли через боковую дверь. Прохладный вечерний воздух сразу смыл жар танцев и чужих взглядов. В саду, подсвеченном магическими фонарями, цветы казались нереально яркими, а тени – чуть более глубокими, чем должно. Что удивительно, но три имеющиеся луны никак не влияли на это. Хотя, казалось бы, ночь в таком случае должна была быть более светлой.

– Красиво, – тихо сказала я, вдыхая аромат, похожий на жасмин. – И спокойнее...

– В своём саду я отдыхаю от… обязательств, – ответил Каэль, потянув меня вперёд.

Мы прошли по каменной дорожке, и лишь спустя несколько шагов он вдруг сказал:

– Я должен рассказать тебе кое-что о Селин.

Я бросила на него удивлённый взгляд: что это вдруг он решился на откровенность?

– Слушаю, – ответила чуть хрипло.

– Когда-то… – он чуть помедлил, – у меня был не очень хороший момент в жизни… трудный…, и она… стала моей… спутницей. Не женой, не невестой… но довольно близким человеком. – Каэль задумчиво смотрел на звёзды. – Мне она казалась другой… или Селин показывала только то, что я хотел видеть? – Лорд тяжело выдохнул. – Это было давно, и я не горжусь тем, как закончилась та история… но мне помогли прозреть некоторые обстоятельства… которых я бы не хотел касаться.

– Понятно, – кивнула я, но внутри укололо что-то неприятное.

– Она не простила, – продолжил он. – И я боюсь, что теперь решит выместить злость на тебе.

– Ну, по крайней мере, – хмыкнула, шагнув ближе, – я в хорошей компании.

Мы оба улыбнулись, и в этой улыбке было что-то… тёплое. Молчание между нами из неловкого стало спокойным.

Вдруг что-то блеснуло в глубине аллеи. Ардаль нахмурился:

– Подожди здесь, – сказал он и двинулся вперёд.

Но я, разумеется, не осталась. Мы прошли немного дальше и увидели, что на скамье у фонтана сидит мужчина… вернее, сидел. Его глаза были открыты, но взгляд пуст. Голова безжизненно склонилась набок, а изо рта тянулась ниточка крови.

– Бог ты мой… – выдохнула я, делая шаг назад. – Он… мёртв?

Каэль осторожно коснулся шеи, потом произнёс, покачав головой:

– Совсем недавно, ещё тёплый.

Я вдруг почувствовала, как в груди поднимается холодная волна. Словно что-то внутри меня само потянулось вперёд. И… я услышала голос…

Глава 19

Мужчина, которого мы только что нашли, дёрнулся. Его глаза наполнились бледным светом, и изо рта вырвался хриплый, чужой голос:

– …Я… не хотел… – дыхание рвалось, слова выходили с усилием, будто он говорил сквозь воду. – Сказали… молчи…

Я инстинктивно шагнула вперёд, словно меня что-то тянуло:

– Кто сказал? – тут же включился в дело лорд-протектор.

Глаза мертвеца дёрнулись, он будто пытался сосредоточиться на его лице:

– Вуаль… чёрная… холод… – Тело стало заваливаться, так что Ардалю пришлось его удерживать.

– Что за «вуаль»? – Каэль нахмурился и немного потряс его.

– Она… смеялась… – хрип сорвался на кашель, потом голос мертвеца стал едва слышным: –Лорд… следующий…

– Что? Кто? – Я почувствовала, как сжалось сердце.

– …Поздно… – Тело обмякло, и свет в глазах погас.

Вечерний сад снова наполнился только тихим плеском фонтана и шелестом листвы. Ардаль медленно выпрямился, уложив тело на скамейку, взгляд его был мрачным:

– Похоже, у нас не просто мёртвый гость.

Я обняла себя дрожащими руками и отступила на шаг. Мне стало холодно.

– Он сказал… «лорд… следующий»…

– Именно, – ответил Каэль, – и у меня есть очень много вопросов… И первый… что за лорд?

Ардаль, быстро проверив, нет ли свидетелей, наклонился к телу, обыскал и резко поднялся.

– Никому ни слова, Евжения… – твёрдо произнёс он.

– Но… – возмутилась я.

– Ни слова, – повторил мужчина жёстко, встретившись со мной взглядом. – Паника сейчас сыграет на руку только врагу. Неизвестному врагу… М-да… жаль вы ещё не владеете силой…

Мы вернулись в зал боковым коридором, избегая людных проходов. С приглушённым смехом и музыкой, доносившимися из приёмного зала, всё казалось странно нормальным, как будто в саду мы не находили труп и не разговаривали с мёртвым.

– И кому мы можем доверять? – тихо спросила я, когда остановились у колонны, из-за которой было видно танцующих.

Ардаль бросил быстрый взгляд в сторону Совета. Лорд Баршон разговаривал с советником Мавиром, а рядом с ними стояли ещё трое, серьёзных и надменных.

–

– А Селин? – спросила я, невольно нахмурившись, заметив красное платье.

Слово «вуаль» лично мне как-то намекало на то, что замешана женщина.

– Ей – меньше всего, – ответил он холодно. – Она знает слишком много и никогда не стеснялась использовать это.

Музыка сменилась, и по залу пронёсся смех. Для гостей всё оставалось праздником. Только мы двое знали, что в саду остался безжизненный человек, а в его последних словах прозвучала угроза.

– Значит, – подытожила я, сдерживая дрожь, – мы играем в чужую игру.

– Да, – кивнул Каэль, – но теперь мы хотя бы знаем, что в ней есть ставки.

Вечер больше не казался увлекательным. Улыбки ощущались фальшивыми, а смех – притворным. Меня даже начал бить озноб от всего происходящего.

– Мы можем уехать, – сообщил лорд, заметив моё состояние. – Сейчас это вполне позволительно. С Советом ты пообщалась, а ужин, я думаю, есть тут не захочешь.

Представила, что нас могут спокойно отравить, и меня передёрнуло.

Добирались обратно в полной тишине. Под стук колёс каждый думал о своём.

– Мне нужно отлучиться, – заявил Каэль, когда мы доехали и Герхорд (вот уж не ожидала) помог мне вылезти из кареты. – Я усилю охрану поместья. А вы ложитесь спать, Евжения, нужно ускорить ваше обучение.

– Но… – возмутилась было я, ведь голод не тётка.

– Утром поговорим. Сейчас не до вас! – оборвал меня лорд.

Дверь кареты захлопнулась, и она понеслась по кругу на выезд.

– Герхорд! – остановила я криком почти скрывшегося в доме мужчину. – Велите подать ужин.

Дворецкий обернулся с возмущённым выражением лица, но сдержанно кивнул.

Марго аккуратно помогала мне переодеться. Эти их платья без прислуги снять, да и надеть было нереально. Немного раздражающим фоном шла непрекращающаяся болтовня призрака. Камеристка в посмертии оказалась весьма болтлива. Пока меня не было, она слонялась по поместью и наблюдала за всеми. Потом же с азартом сплетничала обо всём, что видела. Незаменимый шпион.

Пока я обмывалась, служка принёс ужин. Как и в первый раз, довольно скромный. Но, что удивительно, на подносе лежала записка: «Через десять минут в саду. Не опаздывать. – Г.»

– Великолепно, – пробормотала я, натягивая плащ поверх пижамы. – Ни ужина, ни сна. Только проклятия и некромантия.

Сад встретил меня той же жутковатой атмосферой. Гратур уже ждал, вися над колодцем в виде полупрозрачного торса с чайником в руке.

– Опоздала на три минуты. В реальном бою ты бы уже была мертва. Или, что хуже, позорно не прошла зачёт.

– Вы серьёзно хотите провести урок снова ночью?

– Пока не выучишь базовые теневые структуры, время обучения не имеет значения.

Урок заключался в том, чтобы начертить на земле магический контур (правильно защищённый и стабилизированный) и попытаться призвать нечто простое. Очень простое. Теоретически безопасное.

Я нарисовала. Голод мучил желудок и мешал сосредоточиться.

– И теперь… говорим слова. Только без импровизации! – предупредил Гратур.

Я пробормотала формулу призыва, что мы недавно прошли. Что-то хлопнуло. Земля затряслась. И из круга вылез… полуистлевший зомби. В фартуке.

– …М-м-м, – произнёс он. – Ужин будет через пятнадцать минут, госпожа.

– Что?.. – я чуть не рухнула на землю. – Я что, вызвала… повара?

– Видимо… и, видимо, достаточно воспитанного, – буркнул Гратур, наблюдая, как нежить бодрой поступью направляется к дому, заметив заднюю дверь для слуг.

– Я даже не думала о еде!

– Магия – отражение подсознания. Видимо, ты всё-таки хочешь кушать.

– Хочу! Но не в сопровождении разлагающегося шеф-повара!

– Неблагодарная. Между прочим, он раньше работал при королевском дворе, видишь знак?

Зомби-шеф остановился в этот момент, развернулся к нам и поклонился. Затем поправил фартук, на котором блеснул бронзовый шеврон, и слегка прихрамывая поспешил к двери.

Гратур закатил глаза:

– Сегодняшний вывод: магия требует сосредоточенности. Особенно твоя. А теперь упражнения. Пять кругов, двадцать повторений.

– Я что, на проклятом фитнесе? – возмутилась на грани истерики.

– Ближе к физкультуре с элементами некромантии. Укрепляет волю и чувство реальности.

Упражнения заняли ещё два часа. Я вымоталась, испачкалась и один раз подожгла куст (он, к счастью, оказался огнестойким). Зато к концу занятия смогла вызвать маленькое светящееся нечто, которое танцевало в воздухе под музыку, напоминающую шансон.

– Может, на сегодня достаточно? – спросила, едва держась на ногах.

– Ну хоть что-то, – кивнул Гратур. – Завтра – основа общения с тенями. Надень что-нибудь чёрное. И желательно поверх нательного белья.

Когда я вернулась в дом, меня уже ждал тот самый зомби-повар, любезно поставивший передо мной тарелку с пышным омлетом и несколько оладушек. Большой бокал с горячим травяным настоем завершал картину. Хотя нет… под стаканом имелась записка: «Ваш ужин, госпожа».

– Ну, хоть кто-то здесь знает, что такое сервис, – произнесла я, со стоном впиваясь в оладушек.

Из теней тихо появился Князь и боднул меня в плечо, требуя свою долю. Затем улегся рядом.

Я ела и думала о том, как нелепо всё это: непонятный, никому не нужный допрос на балу, бывшая лорда с наездами и знаниями обо мне, будто меня ей показали… да советники с угрозами. И апофеозом – мертвец в саду. Что за странная интрига разворачивается… Этот нелепый пазл никак не хотел складываться во что-то понятное.

Глава 20

Перед сном решила освежиться (отправив Князя в конюшню, чтобы не злить лорда). Странно, что Марго не появилась на звук воды. Наверное, снова шпионит за слугами. Главное, чтобы не попалась на глаза Каэлю. Думаю, у него в арсенале припасено немало опасного для духов. Ведь прошло столько времени, и он должен, по идее, уже вернуться.

Перед тем как лечь, подошла к зеркалу, чтобы расчесать волосы, что после местной косметики стали ещё гуще. Перед душем я их собрала, так что теперь они были спутанными.

Я едва узнавала себя. Где была та, что сидела в городском офисе с чашкой кофе и мыслями о кредитах… или недописанном отчёте? Видимо, осталась там, в другой жизни.

– Магия, – пробормотала я, – определённо стоит того, чтобы научиться ей пользоваться... – И провела расчёской по волосам, что стали ещё пушистее.

В этот момент зеркало передо мной сверкнуло. В нём промелькнуло лицо, совсем не похожее на Гратура. И оно мне улыбнулось.

Я замерла.

– Ладно, – выдохнула, – это было либо предупреждение, либо приглашение, либо я сошла с ума. Отлично. Просто идеально.

В этот момент в комнату просочилась Марго.

– Лорд Ардаль вернулся и пьёт горячее молоко и сухари. Герхорд сказал: для сна и для почек.

– Зеркало… – начала я, всё ещё не сводя с того взгляд.

– А что зеркало? – подлетела к нему эктоплазма и внимательно уставилась. – Подумаешь, если из него кто-то пялится. Это у нас обычное дело. Главное – не разговаривать с ними в ответ.

– С кем «с ними»? – Мне кажется… или все вокруг немного не в своём уме?

– Ну, с кем бы вы там ни разговаривали. – Марго пожала плечами. – Обычно с зеркалами вступают в контакт либо особо опытные маги, либо те, кому скучно жить.

Я вернулась к столу, взяла чашку и, не отпуская из поля зрения отражение, сделала глоток. Холодный настой немного освежил.

– Спать пора, – сказала я себе. – Завтра, может, всё это покажется просто… сном.

Но, ложась в кровать, я чувствовала, как под кожей ползёт холодок ожидания. Меня уже втянули в игру, правила которой не знаю. И выходить из неё, похоже, никто не собирался.

Ночь уже давно опустилась на поместье, как мантия на плечи старого мага, – тяжело, с достоинством и намёком на неприятности. Я ворочалась в постели. Меня не покидало странное чувство, будто в комнате кто-то есть. Или что-то.

Поднявшийся ветер стучал в полураскрытое окно, тени от деревьев плясали по стенам в обрамлении развивающейся занавеси, но зеркало на стене оставалось тёмным. Лицо женщины, что появилось ранее, больше не показывалось. Я уже почти решила, что это был сон… или послевкусие странных происшествий на балу.

Но стоило мне перевернуться набок и закрыть глаза, как скрипнул пол. Я замерла.

Скрип повторился – медленно, осторожно, будто кто-то, стараясь не потревожить, входил в комнату. Я тихо скользнула рукой к подсвечнику на тумбочке и, сжав его, потянула к себе. Затем зажгла маленькую искру, которую вычитала в книге, на камушке с символами.

Свет поднялся от столика и завис над головой, выхватив из темноты фигуру. Высокий силуэт в тёмном плаще с капюшоном стоял в изножье кровати.

– Не бойся, – прошептал он. – Я не враг.

– Отлично. Тогда не стоило приходить ночью в чужую спальню в образе злодея второго плана, – язвительно сказала я, сжимая подсвечник крепче трясущимися руками.

Фигура сняла капюшон. Это был мужчина примерно возраста Ардаля, но с совсем другой аурой. Которую… вот чёрт… я вдруг начала видеть. В нём чувствовалась сила – не такая, как у властных магов Совета, а… древняя, почти первобытная. Глаза у него были как чёрные провалы, с янтарными искрами.

– Ты – Евгения, из иного мира…

Ух ты… единственный экземпляр здесь, кто правильно произнёс моё имя.

– Очевидно, – хмыкнула я. – Вы ещё скажите, что я – некромантка.

Он не улыбнулся.

– Ты открыла своим появлением проход. И теперь… за тобой наблюдают.

– Кто наблюдает? – Я медленно поднялась, одной рукой всё ещё удерживая канделябр, а второй натягивая на себя халат.

– Те, кто ждут Возвращения. Твои силы не просто редкость. Ты – метка. Ключ. Пробуждение уже началось.

– Звучит, как вступление к апокалипсису. Очень мило. Ты кто вообще?

Он посмотрел мне прямо в глаза:

– Я был Хранителем Матери. Теперь беглец. И, если ты не научишься контролировать свою силу, Пролом откроется и… поглотит тебя.

Я было открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент зеркало на стене озарилось светом. В нём вспыхнули символы – незнакомые, древние. Видела такие в одной из старых книг в библиотеке Ардаля. Гость повернулся к нему и резко поднял руку. Свет погас.

– Они уже пытаются войти. Я удержу их, пока могу. Ты должна найти Книгу Первоистоков. Она хранится в старой башне Хаоса, за пределами города. Там ответы.

– А почему ты сам её не возьмёшь? – усомнилась я.

– Потому что я мёртв… – И он исчез, растворившись в воздухе, как дым.

Подсвечник выскользнул из моих рук, громко стукнув по полу. А я уставилась в пустое пространство, где мужчина только что стоял.

– Ну, конечно. Призрачный визит. Просто типичный вторник.

Дверь резко распахнулась, грохнув об стену, и вбежал фамильяр. Всё ещё козёл, но с глазами, пылающими магическим светом. В воздухе перед ним крутилась метла, будто сама искала, кого бы огреть по голове. На внешней же стороне двери были явственно заметны следы от рогов.

– Я чувствовал тёмную магию! Где они? Кого бить? – донёсся до меня его голос.

Не голос – скорее, телепатическое меканье в голове с субтитрами.

– Если не возражаешь, начнём с моей нервной системы.

Метла зависла, не найдя цели, и осторожно опустилась на пол.

– Знакомый запах… У него были янтарные глаза? – снова прозвучало у меня в голове.

– Да. Ты знаешь его?

– Только по сказаниям. Его звали Раланс. Когда-то он был магом, стражем, а потом его изгнали. Считали, что он умер.

– В каком смысле «считали»? – удивилась я.

– В этом мире никто не умирает окончательно, деточка. Особенно те, кто знает цену жизни.

Я провела рукой по лбу, проверяя температуру. Или у меня уже мигрени начались?

– Он сказал, что я – ключ. Что я открыла проход... – пробормотала, сев на кровать.

– Вероятно, так и есть. Переход между мирами – это всегда… удар по ткани реальности. Обычно рвётся там, где тонко. А ты рванула на всю ширину. Вот и порвалась завеса.

Я взглянула на Князя. Я никогда до этого не задумывалась о том, кто он такой на самом деле. Кем был до встречи со мной. Судя по разным оговоркам и большим знаниям… явно не пасся на лужку, как простое животное.

Хотя… что я вообще знаю о том, как фамильяры появляются… или ими становятся.

Козёл (а глаза его уже потухли) смотрел на меня тепло и участливо. Вон, прибежал сразу, как только что-то почувствовал. Даже пытался дверь выбить, чтобы забраться в комнату.

– А почему

– Что-то теперь блокирует Тени в доме. Скорее всего, твой лорд постарался.

Я взглянула на зеркало. Оно снова молчало, будто ничего и не было.

– Мне нужно в башню Хаоса, – протянула задумчиво.

– Это место проклято, – отозвался Князь. — Туда не ходят даже крысы. Но я помогу тебе добраться. Завтра поговори с Ардалем. Считаю, ему стоит обо всём рассказать.

– Думаешь, он согласится?

– Думаю, он уже знает. Уж больно тихо он себя ведёт сейчас. Как кот перед прыжком.

Я легла, но сна не было. Только яркие рваные образы: мёртвый мужчина, лицо в зеркале, тени… и Раланс, исчезающий в воздухе, как дым костра. Утро будет долгим.

Глава 21

Утро выдалось таким же, как и ночь: поздним, мутным, тревожным и не слишком бодрым для вымотанной меня. Я сидела в библиотеке с ногами в глубоком кресле, обхватив кружку с горячим настоем, больше похожим на отвар тёмной ведьмы. Его принёс мой зомби вместе с завтраком, объяснив запиской, что «это» должно взбодрить... Хм… ну, вполне возможно… скорее всего, параллельно вызывая рвоту, а заодно и понос.

Странно, как он умудряется готовить и не всполошить всю кухню. Хотя… зомби ещё вчера обзавёлся кожаными перчатками, а сегодня с утра уже рассекал в новеньком костюме для слуг. Не удивлюсь, если он даже помыться ухитрился, так как пах лавандой. И это поразительно. Да и вообще… некроповар выглядел по сравнению со мной более живым и подвижным. Может, настоя напился? И я с сомнением проинспектировала кружку перед попыткой очередного глотка.

Фамильяр был рядом. Развалился у камина, периодически жуя что-то хрустящее, – я предпочитала не спрашивать, что именно и где он это добыл. Пах он тоже… приятно. Ну так вновь воспользовался моей ванной и косметикой.

– И долго ты будешь молчать? – поинтересовался Князь, не поворачиваясь ко мне. – Или всё ещё надеешься, что это был сон?

– Он был слишком разговорчив для сна, – пробормотала я. – Раланс... Хранитель... Мёртвый... Башня Хаоса... Книга Первоистоков... Хм-м, звучит, как начало плохого романа. Только у меня, похоже… нет выбора.

Я вздохнула и провела пальцем по ободку кружки. Пальцы дрожали... не от страха – скорее, от ожидания. От предчувствия, что в эту игру я уже втянулась, причём не на правах зрителя. И чем дальше – тем больше казалось, что всё это не случайность.

– Я ведь правда могла что-то пробудить? Этим переходом? – спросила вполголоса.

– Ты не просто пробудила. Ты, можно сказать, устроила фейерверк, – отозвался Князь, чавкая. – Такой хлопок по завесе между мирами… м-м, слышно было даже в подземельях. И тут и там.

– Прекрасно… – Я так и не смогла отпить настой, лишь прикоснулась губами. – Надеюсь, я хотя бы выглядела красиво?.. – мрачно отозвалась, разглядывая варево.

В этот момент дверь распахнулась – не с грохотом, но с той самой манерной неторопливостью, которая предвещает нечто официальное. Ардаль вошёл в комнату, как вошёл бы в зал суда: взгляд – холодная сталь, походка – как у кота на охоте.

– Доброе утро… – совершенно не по-доброму поздоровалась я.

– Доброе, – ответил он, садясь в кресло напротив. – Немного аристократической болтовни вначале... или ты предпочитаешь сразу перейти к сути?

– Подозреваю, что вы и так всё знаете, – ответила, недовольно. – Он приходил. Ночью. Раланс.

На миг в глазах Ардаля мелькнуло что-то, но он быстро взял себя в руки.

– Он мёртв… – как-то неуверенно парировал лорд.

– Это его не остановило, – пожала я плечами. – Он сказал, что я – ключ. Что открыла дверь. Что за мной наблюдают…

Каэль молчал. Его пальцы легко постукивали по деревянной поверхности подлокотника – точно в такт моему сердцебиению.

– И ты, конечно, хочешь отправиться в Башню Хаоса, – наконец произнёс он.

– Мне нужны ответы. Книга… я не хочу… – я запнулась, – быть пешкой.

– Ты уже ею стала, – мягко сказал Ардаль. – Все мы – фигуры. Вопрос лишь в том, кто сидит за доской.

– Глубоко… – хмыкнул Князь. – Почти философски. Вот только, если Женя – фигура, то какая? Я делаю ставку на ферзя. Или чёрную королеву…

– Поможете мне? – Я проигнорировала реплику фамильяра и впилась взглядом в лорда.

Ардаль встал, подошёл к окну и долго смотрел на то, как по веткам деревьев скачут вороны – чёрные, как чернила. Потом медленно повернулся:

– Помогу. Но на условиях… – выдохнул он будто с неохотой.

– Конечно… и без этого никак? – прервал его козёл и тряхнул бородой.

– Я хочу, чтобы ты дала обещание... Не магическое... Просто слово…

– Какое? – заинтересованно спросила я, отставляя кружку.

– Что, добравшись до книги, ты позволишь мне быть рядом. И… что бы ты ни узнала, какую бы силу ни получила – ты не станешь использовать её против этого мира… или против меня.

– А если… она сама… меня использует? – невольно вырвалось у меня.

– Тогда, – он пожал плечами, – нам обоим придётся погибнуть красиво.

Я вгляделась в его лицо. Хищное. Умное. И почему-то тревожное. Он играл в какую-то свою игру, и ставки там явно были выше, чем он озвучивал.

– Ладно... Договорились… – произнесла я с сомнением.

– Я отправлюсь с тобой… и козёл тоже, – добавил он с едва заметным раздражением.

– Спасибо, что уточнил, – рыкнул Князь. – А то я уже думал, что остаюсь тут, жарить пирожки.

– Кстати, а у тебя есть хоть какие-то способности к бою? – усомнился Ардаль.

– Я – магический артефакт на четырёх ногах, милок. И, кроме рогов… у меня есть метла… которая может снести голову. Проверено на дворцовых псах, между прочим.

– Надеюсь, они живы? – встревоженно поинтересовался лорд.

– Да… – недовольно произнёс фамильяр. – Я сдерживался…

Они переглянулись – и впервые за всё время между ними пробежал едва уловимый импульс. Не доверие, нет. Но что-то близкое. Начало чего-то большего, чем просто нужда сотрудничества.

– Выдвигаемся завтра утром. Возьмём всё, что нужно. Оружие, книги и… – он посмотрел на Князя. – Козла…

– А я возьму метлу и колючее настроение. Этого хватит, – ответил тот с ухмылкой.

Оставшись наедине

Вечером, после дня, посвящённого подготовке и планированию, я сидела на подоконнике в своей комнате. Тут было тихо, только свечи потрескивали, и от этого тишина казалась ещё гуще.

– Ты выглядишь как курица перед отправлением в суп, – сухой голос раздался прямо у меня за плечом.

В зеркале клубами собиралась сероватая дымка, и через мгновение из неё сложился силуэт Гратура. Его полупрозрачное лицо ухмыльнулось.

– Спасибо за поддержку, учитель, – пробурчала я. – Очень ободряюще.

– Я реалист, девчонка, – отрезал дух. – Башня Хаоса – не прогулка в саду. Но ты ещё жива, и это уже кое-что. Значит, можем попробовать вложить в твою пустую голову пару полезных мыслей.

Я фыркнула, но пересела в кресло, внимательно ожидая продолжения.

Гратур махнул рукой, и на полу проступил слабый след круга, начерченного из тумана.

– Слушай внимательно. Ты знаешь, что Потоки как реки. Но в Хаосе эти реки текут вспять, пересекаются и могут утащить тебя, если не будешь держать баланс. Первое правило – никогда не опирайся на один источник силы. Используй несколько линий. Подстраховывай себя.

– Но я едва удерживаю один, – возразила нервно.

– Тем более! – рявкнул Гратур. – Ты слишком доверяешь собственному телу. А тело – хлипкая штука. Привяжи заклинание круга к земле… хоть к ближайшему камню. Пусть часть силы идёт туда. Тогда, если ты дрогнешь, поток не разорвёт тебя. Попробуй. Вытяни энергию и закрепи её в узле. – Он ткнул пальцем в дымный знак.

Я вздохнула и, сомкнув пальцы, потянулась к Потоку. Он отзывался неохотно, как всегда, словно проверяя, стоит ли вообще мне подчиняться. Но как только я начертила линию в воздухе, прикрепив к основе, знак вспыхнул, и тонкая серебристая нить вплелась в круг.

– Вот! – обрадовалась я.

– Не радуйся раньше времени, – буркнул дух. – Теперь удержи.

Поток дёрнулся, словно пытался вырваться, но я усилила контроль, вцепилась в него внутренне и через мгновение почувствовала, как линия стабилизировалась.

– Чувствуешь? – спросил Гратур тише. – Это и есть твой первый настоящий шаг. Ты не загнала Поток, ты уговорила его остаться. В Башне тебе придётся уговаривать куда более упрямых тварей.

– Звучит… вдохновляюще… – я устало улыбнулась.

– Звучит как предупреждение, – поправил он. – Но у тебя есть голова на плечах… иногда… Не забывай: сила любит порядок. Даже в Хаосе. Помни об этом, девочка… – И он исчез, оставив после себя лёгкий запах сырой земли и ощущение, будто в комнате стало чуть холоднее.

Глава 22

На рассвете следующего дня небо было окрашено в тревожные оттенки розового и серого – как будто сам воздух сомневался, стоит ли благословлять начинание нашей троицы.

Я стояла у входа в дом, натягивая кожаные перчатки, которые Марго нашла в чьём-то сундуке. Слишком велики, потрёпаны, но лучше, чем голые руки. Да и в остальном была одета как нужно… в немаркую длинную серую юбку (под ней, конечно, имелись некромантские рейтузы) и подходящую кофту. Сверху прикрылась длинным плащом… а вдруг дождь? Ну и хорошие сапоги.

– Это не полноценная защита, но хоть что-то, – пробормотала я, рассматривая перчатки.

Князь выскочил из дома с торбами через себя. Да, именно так: у козла были торбы, аккуратно подвешенные на хитроумном ремне. В одной, как потом выяснилось, лежала провизия, в другой – странные травы и камни, третья тихо позвякивала флаконами.

– Всё собрал. Даже запасные носки, – заявил он гордо.

– У тебя... есть носки? – ошарашенно спросила я.

– Не для себя. Для тебя, если вдруг в болотах ноги промочишь.

Ардаль появился последним. На нём был тёмный плащ с высоким воротником, под которым скрывалась кольчуга. Так же под ним проглядывались небольшая рапира и жезл на поясе – в общем, выглядел он как человек, готовый к войне... или как актёр театра.

– Смотритесь... колоритно, – хмыкнул он, оглядев спутников. – Особенно ты, – кивнул Князю.

– Уж извините, что не на каблуках, милорд, – ехидно отрезал козёл.

Ко входу подъехала неприметная карета весьма потрёпанного вида. Эту уж точно не заподозришь, что в ней целый лорд. Особенно после того, как видела его другую «повозку».

Все наши вещи загрузили сзади и привязали. Только фамильяр отказывался оставлять свою ношу и залез внутрь прямо со своим грузом. Там он еле поместился, выпихнув нас с Ардалем по углам.

– Маршрут к Башне Хаоса не самый прямой, – сказал Каэль, когда мы тронулись. – Придётся сначала добраться до города у Стеклянного перевала. Там есть нужные люди, и, если повезёт, один из них сможет нас провести.

– А если не повезёт? – уточнила я.

– Тогда придётся убеждать, что мы не несём с собой конец света. Хотя… – Он бросил на меня взгляд. – Это будет сложно. А брать сейчас целый отряд и раскрывать нашу поездку мне бы не хотелось. Для всех окружающих мы дома… заняты твоим обучением.

– Приятно, что ты так во мне уверен, – проворчала, отворачиваясь к окну.

Городок, где мы остановились, был небольшой, но шумный: на площади торговали рыбой, воздух пах навозом и хлебом, а у колодца толпились бабы с корзинами.

Как только мы остановились, лорд тут же исчез в неизвестном направлении, отправившись отыскивать своего проводника, и оставил меня «вместе с козлом, но без глупостей».

Нам с фамильяром быстро наскучило сидеть в трактире, так что мы решили прогуляться.

– Ну и городок, – бурчала я себе под нос. – Магия есть, а улицы как после дождя в деревне.

Князь боднул меня в бок, требуя булочку с прилавка, мимо которого мы шли. Говорить на людях он не стал, из предосторожности. Но выражался очень изобретательно.

– Тебе бы только жрать, – фыркнула я, но всё же купила козлу крендель.

Бесцельно побродив по улочкам, мы вскоре прошли небольшой городок насквозь и у самой реки наткнулись на невзрачное каменное здание с вывеской в виде мыльного пузыря.

– Прачечная… – пробормотала я. – Вот куда тянет современную девушку в фэнтези-мире.

Скрипучая дверь, запах щёлока и кипящей воды. Внутри слышался плеск и глухие голоса.

Князь тут же стал исследовать внутренние помещения, вызывая нервозность и недовольство персонала. Огромные чаны… кипящая вода… И даже внутри на верёвках качались десятки простыней, словно призраки. В общем-то, ничего интересного. Скучно…

Задумчиво проведя пальцем по краю одного из корыт, машинально начертила пару рун. Мне нравилось тренироваться на воде – символы красиво светились и сразу исчезали. Но на этот раз свет не исчез, а завернулся в полноценный круг... и тут же Сила потянулась куда-то в сторону ближайшего холма за городом.

– Э-э… стоп, мы так не договаривались, – пробормотала я, выбегая наружу.

Ответ пришёл парой минут позже: с кладбищенской стороны в город потянулась странная процессия. Сначала я решила, что это похоронная, но, приглядевшись, поняла: нет – десяток женщин в серых платьях с дырявыми корытами в руках и с порванными косынками на головах шли неестественно ровным шагом. Лица у них были бледные, глаза – пустые.

– Ох ты ж, мыло вам в глотку… – зашипела я, пытаясь вытащить учебник из кармана плаща.

За это время зомби-прачки уверенно вошли в прачечную и занялись делом. Одна шлёпнула на стол ещё сырое бельё из ближайшей лохани, другая кинулась к чанам, третья схватила щётку и начала яростно тереть пол, будто вечность ждала этого момента.

– Чистота… вечна… – прохрипела одна из прачек, пока живые её товарки покидали помещение.

– Бельё… должно… быть… белым… – подтянула вторая, держа в руках кипящее ведро.

Это странное происшествие привлекло нездоровое внимание, и горожане стали собираться. Кто-то взобрался на бочку, кто-то прятался за дверью. Больше всего народу набилось в окнах. Князь, хрустя кренделем, смотрел на это действо с философским спокойствием. И тут начались курьёзы: одна из покойных прачек схватила за шиворот пузатого лавочника, что неосторожно показался во входном проёме, и с криком «СТИРАТЬ!» сунула его в бочку. Тот вылетел обратно мокрым и пенящимся, но абсолютно чистым. Увидев это, наблюдающие стали с воплями разбегаться.

Другая решила, что бельё на улице недостаточно белое, и, выйдя для проверки за дверь, сорвала штаны с уважаемого старосты, что припозднился и пытался выяснить, что тут случилось. Мужчина кричал, подпрыгивал, но тщетно – штаны уже плавали в чане.

Третья с маниакальной настойчивостью стала ловить фамильяра, тот, видимо, решил, что ему мои зомби не страшны, и не прятался… но эта вознамерилась намылить ему бока. Козёл вопил, как в забое, бодался и лягался всем, чем мог.

– Отлично, Женя, – процедила я, судорожно листая книгу. – Первый зомби-бунт, и где? В прачечной! Мамочка гордилась бы…

Зомби-прачки тем временем пытались «отстирать» всех встречных. Одна догнала торговца рыбой и с силой втирала ему в лицо мокрое полотенце. Другая схватила грязного мальчишку за штанину и тащила его к корыту.

– Прекратите! – орала я, пытаясь перекричать общий бедлам, параллельно штудируя учебник и стараясь вычленить нужную мне информацию. – Вы же… мёртвые! Вам работать не положено!

Зомби-прачки никак не реагировали. Они мрачно и усердно продолжали стирать, полоскать, тереть, скрипеть щётками так, что у меня волосы вставали дыбом.

Тут наконец книга открылась на нужной странице: «Нежить». На земле я быстро вывела руну «завершения» и переплела её с символами «упокоения». Магия вспыхнула.

Зомби синхронно подняли головы, глянули на меня своими пустыми глазами… и вдруг как-то смиренно поклонились, выронив всё, что держали в руках. А потом развернулись и такой же процессией, как раньше, потянулись обратно на кладбище. Правда, парочка всё же уносила с собой доски для стирки и большие куски мыла.

Толпа горожан осталась в прострации. Фамильяр был весь в пене, но смотрел гордо, будто участвовал в битве века. Я же тяжело выдохнула и, поправив волосы, прохрипела:

– Э… простите, – выдавила с кривой улыбкой. – Немного… переборщила с магией. Бывает.

Кто-то осенил себя кругом Светлого Творца. Кто-то шепнул: «Некромантка…»

Хотелось провалиться сквозь землю, но тут козёл боднул меня в спину, рядом появились живые работницы прачечной, и я торжественно подняла подбородок:

– Всё под контролем! Можете спокойно стирать дальше. Чистота гарантирована.

Тишину прорезал детский голосок:

– Тётя некромантка, а можно и мою рубашку так выстирать, чтоб грязь больше не приставала?

Толпа разразилась нервным смехом.

Когда я вернулась в трактир, лорд уже ждал за столом. Он смерил меня прищуренным взглядом, задержавшись на клочьях мыла на юбке.

– Надеюсь, ты просто гуляла? – произнёс Ардаль с подозрением.

– Абсолютно, – невозмутимо ответила я, садясь рядом. – Узнала много нового… о белье. Ну… и скажем так, помогла прачечной. Теперь у них коллектив работает как часы. – Я изобразила невинную улыбку.

Князь громко блеял, изображая хохот… и даже не подавился, доедая новый крендель.

Глава 23

Переночевали мы в этой же таверне. Слава Светлому Творцу, тут не было клопов и всяких других гадостей, которые я ожидала найти, учитывая странное полусредневековье этого мира. Хотя я бы назвала его местным ренессансом.

С утра явился обещанный лордом проводник. Высокий и довольно худощавый мужчина. Но далеко не хлипкий. Жилистый. Думаю, он даже будет посильнее и выносливее многих бугаёв с накаченными мышцами и кубиками.

Карету и остальное сопровождение пришлось оставить в этом «милом» городке, дожидаться нашего возвращения. Сидор – так звали проводника – наотрез отказался брать ещё и их.

Я с ужасом представила, что мне придётся переть на себе всё то, что я собрала в дорогу. Но меня «успокоили»: часть пути мы пройдём на лошадях. А вот в конце… да… только пешочком.

Выехали сразу после завтрака. (Бедная моя попа) Немного полями, по укатанной колее, а затем завернули в лес по еле различимой просеке. По пути нам повстречались следы когтей на деревьях, поросшие мхом камни, у которых Князь каждый раз фыркал: «Старые метки, древняя магия. М-да. Никто даже не потрудился подновить руны. Безвкусица.».

Ближе к вечеру на лес опустилась тревожная дымка. Тени двигались быстрее, чем должно быть, а среди деревьев иногда мерцали огоньки. Я же почувствовала, как воздух становится плотным, как в грозу. И даже иногда слышался шёпот духов. Видимо, действие отбитой пятой точки.

– Что это? – спросила я, когда перед нами вспыхнула фиолетовая спираль и исчезла.

– Призрачные обманки. Они кормятся страхом, – коротко сказал Ардаль. – Не смотри на них, не разговаривай. Если услышишь своё имя – молчи.

– Что будет, если я отвечу? – Вот зачем было

– Тогда нас останется только трое, – вмешался Князь. – А ты будешь без души. И это, поверь, неудобно. Даже ботинки давят.

Мы свернули с основной тропы и набрели на полусгнивший мост через узкий овраг. С первого взгляда небезопасный, но других путей не было.

– Отсюда по одному, оставив лошадей в лощине, – сказал Сидор, проверяя настил.

Он пошёл первым. Затем пустили меня с сумкой за плечами. Доски под ногами потрескивали, одна из них сломалась, и я чуть не сорвалась, но вовремя вцепилась в верёвочный поручень. Сердце колотилось как бешеное. Неожиданно поняла, что вокруг тела пульсирует невидимый кокон, нити которого ведут к Ардалю. П-ф-ф… он всё-таки меня подстраховывал.

– Весело начинается, – пробормотала я, когда оказалась на другой стороне.

Следом шёл Князь – грациозно, как балерина. Козёл обернулся к Ардалю и с вызовом крикнул:

– Догоняй! Что ползёшь там?

Когда и лорд благополучно пересёк мост, впереди вдруг раздался крик. Не человеческий, не звериный – что-то среднее, пронзительное и рваное. Из тумана вынырнуло существо, напоминающее гигантского ястреба, но с человеческим лицом.

– Гарпия, – тихо сказал Каэль. – Держитесь за мной.

Существо атаковало. Я замерла, но инстинктивно подняла руку, и из моей ладони вырвалась ярко-голубая вспышка, одновременно с огненным шаром лорда. Гарпия, вскрикнув, отшатнулась, в воздухе запахло палёным пером.

– Неплохо, – хмыкнул Ардаль. – Прогресс.

– Я не знаю, как это сделала! – произнесла нервно, задыхаясь от чувств.

– Твой страх активирует силу. Но ты можешь научиться управлять ею и без паники. В теории.

Больше гарпия не нападала. Она улетела, издавая визг, и растворилась в тумане. Князь фыркнул:

– Дивные тут птички. Не хватает только совы с лицом твоей тёщи…

Ночь мы провели под перевёрнутым деревом, в укрытии, устроенном Сидором. Огонь был защищён чарами – невидимый, но тёплый. Воздух дрожал, будто сам лес шептался между собой.

– Первое правило путешествий по этому миру, – сказал он, разжигая огонь. – Не доверяй глазам. Второе – не верь ушам. А третье…

– Всегда имей при себе козла, – закончил Князь, копошась в своих торбах.

И мы рассмеялись. Впервые за день – легко, почти по-настоящему. Как будто в этой безумной экспедиции всё же есть место человеческому. Или, по крайней мере, козьему.

После скромного ужина проводник заснул, укутавшись в плащ. Князь хрустел сухарями, а огонь бросал золотые отблески на наши с лордом лица.

Я всё никак не могла заставить себя отключиться от реальности и заснуть (и дело вовсе не в попе), так что полулежала, уперевшись спиной в ствол, делая вид, что очень сосредоточенно черчу прутиком рунический круг на земле, украдкой косясь на лорда. Князь спал. Ардаль лежал, уставившись в небо, и был слишком молчаливым и спокойным, а это немного пугало.

– Я тут подумал, – вдруг произнёс он, – случайно оживить кладбище за городом не так-то просто. Нужно и силу вложить, и руны удачно расположить. Ты не знаешь, кто мог это устроить?

Я едва не свалилась прямиком в центр костра.

– Эм… нет, конечно! – ответила слишком поспешно. – Мы вообще весь день только… эм… гуляли… почти всё время на базаре.

– Интересно, – задумчиво сказал лорд. – Потому что местные жители утверждают, будто некая темноволосая девушка с козлом пришла в прачечную – и через полчаса оттуда выползли мёртвые прачки. Очень достоверное совпадение.

– Это слухи и клевета! – возразила я. – Может, у них там местный фестиваль прачек-зомби!

Лорд скептически приподнял бровь.

– Фестиваль, говоришь? Вижу, у тебя талант… к выдумкам не меньше, чем к некромантии.

Князь громко «мэээкнул» во сне и боднул котелок так, что тот звякнул. Лорд усмехнулся:

– Кажется, козёл подтверждает…

Я закусила губу и уставилась в огонь. Потом буркнула:

– Ну и ладно. По крайней мере, у всех теперь бельё идеально чистое. Даже у старосты, между прочим.

– Да, – кивнул лорд. – Он был особенно благодарен, когда вернул себе… штаны.

Я не выдержала и прыснула, прикрыв лицо руками. Смех вышел нервным, но заразительным. Лорд впервые за день рассмеялся вслух – низко и тепло.

– Знаешь, Евжения, – сказал он уже мягче, – если ты так продолжишь, этот мир запомнит тебя не как «чужестранку-некромантку», а как «женщину, которая подняла на ноги всю прачечную гильдию Стеклянного перевала».

– Ну хоть будут вспоминать с уважением, – фыркнула я. – Бельё – это святое!

Мы ещё долго сидели у костра, а где-то вдалеке на ночном ветру, казалось, разносился еле слышный скрип щёток и бульканье мыльной воды. Князь, развалившись у моих ног, довольно похрапывал, изредка подёргивая ножками – будто во сне снова бодал кого-то за право не мыться. Хотя дома делал это с удовольствием.

Всё-таки решила прилечь и откинулась на спину, глядя в звёздное небо. Воздух был свежим, пах дымом и мятой травой. Я прикрыла глаза, и вдруг… почувствовала странное. Словно тонкая плёнка сорвалась с восприятия. Когда снова взглянула на лорда, вокруг него светился мягкий серебристый ореол, дрожащий, как туман над рекой. Князь – наоборот – переливался зелёным, почти как весенний лист. Даже спящий проводник в углу имел тусклый янтарный отблеск, неровный, словно пламя свечи.

Замерла, не веря глазам. Неужели я вновь вижу ауры… первый раз снова после визита Реланса. Думала, что это только от присутствия сильного духа.

– Что случилось? – Ардаль приподнялся и опёрся на локоть. – Ты стала рвано дышать.

– Я вижу свет вокруг живых существ… – ответила иносказательно, ведь не должна знать такого.

– Значит, твоя сила растёт быстрее, чем я думал, – произнёс лорд задумчиво. – Это ауры. Они отражают сущность и состояние людей. Когда научишься читать их оттенки, ты поймёшь гораздо больше о людях, чем они готовы сказать словами. Но часто правда, что скрыта в ауре, может ранить сильнее клинка.

Осторожно вытянула руку, словно хотела коснуться сияния. Оно дрогнуло, чуть потянулось к пальцам. В груди вспыхнуло лёгкое тепло, и я вдруг осознала: сила, которую раньше чувствовала лишь как тяжесть или холод, теперь стала… живой.

Глубоко вздохнула, прижимая руки к груди. Князь вдруг громко чихнул, и его зелёный ореол вспыхнул ярче, брызнув искрами – я не удержалась и рассмеялась.

– Вот только как мне теперь жить с зелёным козлом-лампочкой?

Лорд тоже усмехнулся, но в его взгляде промелькнуло уважение.

Глава 24

Утро принесло туман и лёгкий моросящий дождь. Дорога уходила вверх, к перевалу. Земля становилась каменистой, воздух – прозрачным.

– До наблюдателей не более трёх часов хода, – сказал Сидор. – Но будьте готовы: они не любят чужаков.

– А кто в этом мире их любит? – буркнула я раздражённо.

Князь при этом мерзко захихикал.

– А тебя я, например, терплю исключительно потому, что ты умеешь делать неплохой настой из трав, от которого у меня перестаёт болеть голова, – заявила я козлу.

Какое-то время мы шли в полной тишине. Мир вокруг медленно менялся. Лес расступался, уступая место скалам и невысокой траве, что шуршала при каждом шаге. И на горизонте, затянутом туманом, впервые показалась башня. Не Хаоса – пока лишь сигнальная. Но её форма, угловатая, как вырезанная из ночи, уже предвещала, что дальше будет куда интереснее.

– Добро пожаловать в дикое сердце этого мира, – произнёс Ардаль. – Здесь даже тени умеют разговаривать.

– Я надеюсь, они не будут звать меня по имени? – поинтересовалась на всякий случай.

– Будут. Но ты ведь запомнила правила?

– Конечно, – кивнула я. – Всегда иметь при себе козла.

– Вот и умница, – хмыкнул Князь. – Теперь пошли. До веселья осталось совсем чуть-чуть.

Башня возникла перед нами внезапно, как будто мир решил: достаточно блужданий, пора действовать. Каменная, с плоской крышей и остроконечными бойницами, она стояла на склоне утёса, окружённая редкими соснами и густым туманом. Из-под нижней двери сочился дым – еле уловимый, но с лёгким запахом лаванды и ромашки.

– Это тревожный сигнал? – тихо поинтересовалась я, поднимаясь по каменной тропе.

– Нет. Это чай, – буркнул Ардаль. – Они тут всё усложняют, даже завтрак.

– Угу, тогда, надеюсь, обед у них не в виде привидений с подносами, – пробормотала я, задыхаясь от долгой дороги.

У поворота стояли двое дозорных. Один держал в руках арбалет, другой – зачарованный жезл, на кончике которого поблёскивал камень в виде глаза, усыпанный письменами. Лица закрыты, броня плотная, с налётом магии. Эти люди не привыкли шутить.

– Кто идёт? – прозвучало строго.

– Каэль из рода Ардаль. Я член Младшего совета Западного округа Аштарис и лорд-протектор. Вот пропускной амулет. – И он протянул сверкающий кристалл.

Страж взял артефакт и приложил к глазу. Кристалл мигнул зелёным, затем тускло-синим.

– Ты здесь по делу? – недовольно поинтересовался второй.

– Веду ученицу. Под моей ответственностью.

Я шагнула вперёд. Один из стражников тут же прицелился в меня жезлом.

– Стой! Ты некромант, но я не ощущаю магической метки.

– Спокойно, – произнёс Ардаль. – Вот документ, подписанный Советом…

– Я не опасна, – вмешалась, стараясь говорить ровно. – Просто... немного новенькая в этом мире.

– Вот именно этого мы и боимся, – сухо отрезал дозорный.

– А я боюсь козлов с торбами и сарказмом, но, видите ли, живу, – вставил Князь и одарил дозорных хмурым взглядом.

Изучив свиток, те всё-таки провели нас внутрь. Башня оказалась больше, чем виделась снаружи. На первом этаже – зал ожидания, заваленный дровами и сушёными травами. На втором – алхимическая лаборатория, где из котлов шёл дым всех цветов радуги. На третьем – служебные помещения, а выше – главный наблюдательный пункт. Там нас уже ждали.

– Лорд Шинтор, – представил мужчину Каэль.

Старик с густыми бровями и глазами, как у филина, стоял у окна и внимательно смотрел на нас.

– Ты привёл к нам деву с меткой Тьмы, Ардаль, – начал он без приветствий. – Как я должен это расценивать?

– Как вынужденную меру. Она не опасна, – выдохнул Каэль, садясь на лавку у стены.

– Так говорит каждый, кто носит яд в кармане. А потом удивляется, что его отравили.

– Если она останется без контроля, её найдут другие. Менее… дипломатичные силы.

– Или слуги матери-Тьмы...

При этих словах я почувствовала, как во мне сжалось что-то ледяное.

– Послушайте, – сказала, делая шаг вперёд. – Я не просила ничего из этого. Просто очутилась в этом мире и вдруг узнала, что у меня есть какие-то силы, которые даже не умею использовать. Я не враг. Просто хочу понять, что происходит… и как вернуться домой!

– В ней говорит страх, – прищурился Шинтор. – Но это правда…

Он подошёл ближе, вытащил из-за пояса плетёный шнурок с серым камнем, полностью испещрённый мелкими рунами.

– Сканирую. Не двигаться… – заявил он безапелляционно.

Ощутила, как по коже пробежал холод. Камень зажёгся фиолетовым, потом тёмно-синим. Шинтор побледнел.

– Некромантская структура нестабильна. Присутствует след древнего плетения. Полагаю, кто-то привязал к ней незавершённый активный ритуал, что испускает мощный поток Силы.

Я машинально коснулась амулета, не хотелось бы вновь загореться.

– Скорее всего, кто-то дал ей проход в этот мир... и, возможно, ждёт её появления.

– Значит, мы официально стали опасными. – Князь шмыгнул носом. – Поздравляю. Где тут чай?

– Разместите их в гостевых покоях, – заявил Шинтор появившемуся мужчине в сером плаще. – Я вызову старшего мага наблюдателей. До рассвета никуда.

Когда остались одни, Ардаль подошёл ко мне.

– Прости. Это было необходимо. Лучше сканирование здесь, чем в Цитадели, на котором бы настояли. А там бы тебя уже точно не подпустили к книге.

– Понимаю. Но если я действительно «призвана»... кто это сделал?

– Вот это, Евжения, и есть самый важный вопрос…

Гостевые покои оказались скромными и вырезанными в скале, но тёплыми. Вообще, выяснилось, что кроме самой башни тут существует множество скрытых от постороннего взгляда помещений, именно в толще горы. Даже небольшие замаскированные оконца имеются. Очень удобно, однако.

Ещё один молодой человек в сером принёс поднос с простым ужином: тушёное мясо, хлеб, немного зелени и странный синий кисель, на который Князь фыркнул:

– Это напиток или попытка отравления в желеобразной форме?

– Это чай из лунного корня, – ответил парень. – Очень полезен для снятия напряжения.

– Напряжение у меня от вас. Налей лучше настойки, если есть, – проворчал козёл.

Еле сдержала улыбку. Всё происходящее было одновременно жутким и каким-то нереально абсурдным. Словно я играла в настольную игру, где все забыли правила, но спорят за каждый ход.

Позже, лёжа на узкой кровати, не могла заснуть. В комнате было тихо, только за стеной кто-то постукивал – как будто бросал кости. Что-то потянуло, и

– Ты кто? – Я сжала амулет, стараясь не сорваться на визг.

Тень шевельнулась. И голос – не звуком, а в голове – прошептал:

– Я... твой путь. Не бойся. Они ошибаются.

– Кто ты? Почему я здесь? – Сердце стало биться в груди пойманной птицей.

– Потому что так должно быть. Всё началось не с тебя… но закончится тобой.

Зеркало потускнело. Тень исчезла. А я села на кровать, сжав руки.

Через несколько минут дверь скрипнула, и в комнату просунулась голова Князя.

– Ты не спишь? Я слышал, как ты разговариваешь сама с собой. Или с зеркалом. Или с демоном. Если с демоном – попроси у него рецепт их нормального супа.

– Просто... думаю.

– Думаешь ночью? Странный у тебя режим. Вот я, например, думаю только по четвергам и при полных лунах.

– Сегодня вторник, – хмыкнула я.

– Вот и хорошо. Значит, не мешай себе. Спи давай.

Фамильяр исчез так же внезапно, как появился. А я долго лежала в темноте, пока, наконец, не уснула. За небольшим окном всё ещё светился фиолетовый дым от костров дозорных. Но в воздухе уже чувствовалось что-то иное. Грядущая буря. И возможно, первый ответ.

Глава 25

Проснулась до рассвета. В комнате царила тишина, нарушаемая только равномерным дыханием спящего Князя. Козёл устроился на кресле, как на троне, вытянув копыта и накрывшись пледом. У меня же в голове роились обрывки сна – полутени, шёпот, фигура в капюшоне, зовущая по имени. Я знала, что это не просто сны. Что-то или кто-то пытался выйти со мной на контакт.

А за окном медленно бледнело небо. Повинуясь наитию, я оделась и на цыпочках вышла из комнаты, направившись вглубь горы. Мои ноги словно сами знали путь. И вскоре оказалась у круглой двери, украшенной рунами, в самой дальней части, вырубленной с севера в скале.

– Ты рано, – раздался голос за спиной.

Я вздрогнула. Позади стоял Ардаль, слегка помятый, но бодрый. В руках он держал чашку с дымящимся настоем.

– Не спалось, – призналась со вздохом. – Чувствую… будто меня зовут…

– Так и есть, – он кивнул на дверь. – Испытание. Местные маги уже приготовили зал. Если ты хочешь хоть немного разобраться в своих силах – это первый шаг. Так иногда определяют направление силы. Только учти: это не экзамен. Это разговор с самой собой. Они хотят удостовериться, что тебя можно пропустить дальше. И ты… не опасна для окружающих.

Кивнула, глубоко вдохнула и шагнула внутрь. Дверь со скрипом закрылась за спиной.

Зал был пустым. Свет исходил сверху, от невидимого источника, и еле-еле освещал пространство. Пол из тёмного камня отражал всё вокруг, словно зеркало, и не давал образовываться темноте снизу.

Вдруг передо мной появилась... я сама. Точнее – мой облик, но с более холодными глазами и лёгкой полуулыбкой, в которой читалась насмешка.

– Ну здравствуй, – сказала… копия. – Приятно наконец-то встретиться.

– Кто ты? – спросила я, пытаясь успокоить сердце, что было готово выпрыгнуть наружу.

– Ты. Вернее… та часть, которую ты боишься. Сила, которую ты подавляешь. Твоя Тень… твоя обратная сторона. Без меня ты не цельна. Без меня ты – чужая в этом мире.

Сглотнула. Почувствовала, как дрожат руки, но не от страха. От понимания подобной правды.

– Я не хочу быть чудовищем… – заявила, стараясь придать голосу твёрдость.

– А кто сказал, что ты должна? Некромантия – это не зло. Это знание… сила… способ не быть пешкой. Но только если ты примешь себя. Полностью!..

Тень протянула руку и призывно улыбнулась. Моё сердце стучало так громко, что, мне казалось, эхо отражается от стен. Я неуверенно шагнула вперёд и... коснулась её.

В тот момент что-то изменилось. Мир закрутился, и я увидела воспоминания, не свои, чужие: женщину в тёмно-фиолетовых одеждах, смеющуюся над вспыхнувшими голубыми огнями; молодого мага, сплетающего заклинание из тени и света; огромную птицу, вырастающую из праха.

Упала, тяжело дыша. Тень исчезла. Но внутри меня остался её отголосок.

Когда я вышла из зала, Ардаль ждал с другой чашкой настоя и протянул её мне.

– Ну? – спросил он, старательно меня разглядывая.

– Это... сложно. Но я поняла: не смогу спрятаться от себя. Вернее… от своей силы.

– Это уже больше, чем большинство магов осознаёт в первые годы, – кивнул лорд.

Вечером нас вызвал Шинтор. На этот раз не в кабинет, а в один из наблюдательных залов. Там на круглом столе мерцала большая, казалось бы, трёхмерная объёмная карта, на которой один из секторов был затянут густой чёрной пеленой.

– Башня Хаоса неожиданно пробудилась, – сказал он. – Несколько магов-охранников смогли успешно покинуть её пределы. – Мужчина бросил недовольный взгляд на меня. – И кажется, в ней активировался ритуал поиска. Что она ищет... или кого? – Тут Шинтор повернулся к Ардалю и твёрдо произнёс: – Мы не можем вас здесь больше держать. Завтра с утра покиньте башню.

– Вы нас выгоняете? – вскинулся Князь, появившийся из-за двери с видом обиженного короля.

– Мы предоставим проводника. К западу от нас есть деревня. Там живёт отставной некромант. Что удивительно, сохранивший к своему возрасту не только жизнь, но и разум. Он проведёт вас. Больше ничем не можем помочь.

Посмотрела на карту. Тень внутри меня шевельнулась.

– Я готова. Лучше идти, чем ждать, пока беда сама найдёт нас.

– А если там кто-то поджидает? – мрачно уточнил Князь.

– Тогда заранее пожелаем им удачи, – отрезала я, наполняясь странной решимостью.

Путь на запад оказался не таким простым, как обещала карта. Стартовали мы с рассветом, с противоположной стороны скалы, пройдя её насквозь через лабиринт проходов. И теперь двигались вдоль старого тракта, кое-где заросшего бурьяном и мхом. Лошадь шла бодро, но, казалось, косилась на козла, как и кучер: уж слишком фамильяр вольготно устроился на телеге, словно хозяин жизни, накрывшись пледом и щёлкая морковкой.

– Вот скажи мне, – ворчал Князь, – почему мы должны ехать в этой… телеге, а ты – верхом?

– Потому что я умею держаться в седле, – невозмутимо ответил Ардаль, что следовал позади.

– А Евгения?

– Она ещё учится. – Лорд бросил взгляд на

– Я, вообще-то, могу! – возмутилась, цепляясь в борт телеги, когда её снова тряхнуло. – Но, учитывая предыдущую поездку, от которой я ещё не отошла (задница отбита), то после пары миль меня нужно будет нести на руках... А тебе не стоило набивать свои торбы – и не повредил бы копыто.

Фамильяр фыркнул и недовольно пробормотал:

– Ладушки… тогда и я выбираю комфорт. Великие некроманты должны себя беречь.

Закатила глаза, но внутри всё равно согрелась, странным образом его упрямство придавало сил.

Деревня встретила запахом хлеба, дымом из труб и взглядом насторожённых жителей. Люди знали: мы гости непростые. Впрочем, здесь не скрывали, что маги и некроманты – явление нередкое.

Лорд сразу направился к старосте разузнать о проводнике, а мы с Князем остались у колодца.

– Скука смертная, – протянул фамильяр. – Может, здесь хоть найдётся приличный рынок? Я бы пирожков купил.

– Ты их уже не меньше десятка слопал, – возмутилась, разглядывая поселение. – У тебя что, чёрная дыра в желудке?

– Некромантка, – Князь многозначительно покосился, – ты ли это говоришь? У тебя своя дыра в голове, где место мозгам.

Я хотела вспылить, но в этот момент мимо прошла группа детей. Они остановились, разглядывая козла с тем почтением, как будто перед ними явилось чудо. Одна девочка несмело протянула красное яблоко.

– Можно его угостить? – нерешительно осведомилась она.

– Лучше не надо, – начала я, но Князь уже схватил яблоко и торжественно зажевал, громко хрустя.

– Благодарю, дитя. Пусть твои дни будут сладки, как этот плод, – заявил он после.

Дети с визгом убежали, а я схватилась за голову.

– Великолепно. Теперь они решат, что ты – дух деревенского урожая.

– А почему бы и нет? – Фамильяр довольно облизнулся.

Лорд вернулся не один. С ним шёл высокий худощавый старик в сером плаще, с длинными седыми волосами, собранными в хвост, и глазами цвета старого янтаря.

– Вот и мы, – сказал Ардаль. – Знакомьтесь: мастер Дарахон.

Старик смерил меня долгим взглядом, и я ощутила, как будто душу вывернули наизнанку.

– Хм, – протянул некромант. – Ты странная. Не местная. Но с тенями уже знакома.

– Я… учусь, – ответила, покраснев и с опаской взглянув на Каэля.

Дарахон хрипло рассмеялся.

– Учишься, значит. Ну что ж. Пожалуй, дорогу к башне Хаоса я тебе покажу. Но предупреждаю: не всё тебе понравится. Там темнота живая… Она смотрит, слушает. А если дрогнешь – поглотит.

– А если я не дрогну? – спросила упрямо.

– Тогда, может быть, у тебя получится и войти, и выйти. А может, и нет, – философски пожал плечами старик.

– А про меня вы что скажете, мудрейший? – шагнул вперёд Князь.

Дарахон посмотрел на козла так пристально, что даже Ардаль слегка нахмурился.

– Ты… слишком много говоришь.

– Да ну! – возмутился фамильяр. – Вот это новость!

На следующий день мы покинули деревню и пешком двинулись к западным холмам. Дорога вела через лес, и чем дальше, тем гуще становились тени.

Глава 26

Лес с этой стороны скалы выглядел немного по-другому. Темнее, гуще и зловещее. Так что я старалась отвлечься. Но не считая шаги, как фамильяр, а разглядывая встречных людей и животных. И всё чаще ловила себя на том, что, прищурившись, вижу ауры не только случайных путников, но и животных. У оленей они были золотистые, у воронов – чёрные с серебристыми искрами. А однажды заметила, как между деревьями мелькнула фигура без ауры. Совсем пустая. Она, видимо, какое-то время наблюдала за нами, но, заметив моё внимание, исчезла.

– Там кто-то был! – крикнула я.

– Это всего лишь тени, – успокоил меня Дарахон. – Они проверяют тебя. Чем сильнее твоя воля, тем ярче твоя аура для них.

– Великолепно, – пробурчала недовольно. – Теперь я как маяк для всякой нечисти.

– Маяк? – фыркнул Князь. – Скорее костёр. Я вот уже жду, когда сбегутся все тени округи и начнут просить у тебя автограф.

Лорд бросил на козла строгий взгляд, но губы дрогнули – видно было, что он с трудом сдерживает улыбку. Ардаль в последнее время вообще больше молчал.

Ближе к вечеру мы забрались на холм. На горизонте виднелась тёмная громада – башня Хаоса. Она словно росла из земли, изломанная, покрытая рунами и мрачными символами. Вокруг неё местами клубился дым или туман, и даже издали чувствовалось, что воздух там тяжелее.

Я невольно сжала руку лорда. Он посмотрел на меня серьёзно, но мягко. Дарахон кашлянул, будто скрывая смешок, и заявил:

– Что ж. Завтра мы войдём в её пределы. А сегодня отдохните. Ночь перед башней всегда долгая.

Глядела на далёкую мрачную громаду и чувствовала, как в груди странно сочетаются ужас и возбуждение. Всё, что было до этого, лишь подготовка. Настоящее испытание ждёт впереди.

Утро встретило тревожной тишиной. Даже птицы, что обычно перекликались на рассвете, замолкли. Воздух был густой, словно его налили в сосуд и забыли взболтать. Но вскоре башня Хаоса уже возвышалась перед нами, будто зуб тёмного великана, вросший в землю.

– Ну и домик, – протянул Князь, щурясь. – Прямо видно, что архитекторы работали с душой. С тёмной, больной душой.

– Это не дом, – поправил его Дарахон, – это рана мира. И каждый, кто ступает внутрь, рискует остаться частью этой раны.

Подойдя ближе, мы заметили, что здание словно дышит. А на разбросанных вокруг камнях вспыхивали и угасали начертательные знаки, переплетаясь в узоры. Некоторые символы напоминали руну смерти, другие – круги подчинения. Я замедлила шаг и, не удержавшись, коснулась рукой одного из камней. Тот был горячим, будто внутри текла расплавленная лава.

– Осторожнее, – резко сказал Дарахон. – Башня видит тебя. Чем больше ты проявляешь интерес, тем сильнее она притягивает.

– Потрясающе, – пробормотала я. – Как будто я нахожусь рядом с ожившим вулканом.

– Симпатичное местечко, – буркнул Князь, переступая копытцами по камням у подножия. – Чувствую, здесь нам всем и конец. Предлагаю сразу развернуться.

– Мы только пришли, – заявил Ардаль, всматриваясь в чёрный проход.

Вход в башню был не дверью, а зияющей трещиной в стене. Из неё веяло сыростью и чем-то прелым, будто запахом старых библиотек, где книги

– Здесь каждый увидит своё, – предупредил Дарахон. – Башня подсовывает иллюзии, вытягивает страхи и желания. Смотрите под ноги и не верьте глазам.

Сглотнула. Хотелось казаться смелой, но пальцы сами собой сжались на подоле платья.

– Пока верни мне накопитель, внутри тебе понадобится вся твоя Сила. – Лорд положил мне одну руку на плечо, а вторую протянул вперёд, ожидая свой камень, который я со вздохом в неё вложила. – И не бойся. Ты не одна.

Эти слова согрели, и я решительно шагнула вперёд.

Внутри было темно. Воздух плотный, влажный, словно сама тьма стала осязаемой. Ардаль зажёг несколько небольших огоньков над нами, чтобы видеть, куда идти. Каменные стены стали вдруг искажаться, и на них проявились вытянутые в беззвучных криках лица.

– Не нравится мне это, – пробормотала я, и шёпот эхом отозвался десятком чужих голосов сразу.

Мы сделали несколько шагов, и пространство вдруг ожило. Из пола, словно из жидкого камня, поднялись фигуры – человекоподобные, но с пустыми глазницами и вытянутыми пальцами. Тени, сотканные волей самой башни.

– Сразу видно, что хозяева тут понимают толк в гостеприимстве, – фыркнул Князь каким-то радостным голосом, будто и не боялся вовсе.

А твари пошли на нас. Медленно, но неумолимо.

Я замерла, сердце билось в горле. Вдруг словно услышала шёпот Гратура – отголосок уроков, что он давал недавно: «Знаки – это Сила. Сила – это власть. Не бойся чертить. Бойся остановиться».

Собравшись, я вытянула руку и дрожащим пальцем нарисовала в воздухе защитный круг. Символы вспыхнули. В следующий миг тень, прыгнувшая на меня, ударилась о невидимую стену и рассыпалась искрами. Меня затрясло, я тяжело дышала, но не отступила.

– Неплохо, – отозвался Ардаль, и его голос звучал спокойно, как будто мы были на уроке, а не в смертельной схватке. – Но попробуй не только обороняться.

Тени сомкнулись плотнее. Их становилось больше, и круги на стенах пульсировали в такт беззвучным шагам. Сделала глубокий вдох. Внутри что-то щёлкнуло – новая сила, свежая, дикая. Я начертила другой знак, резкий, ломаный. Передо мной вспыхнуло голубое пламя. И, не успев осознать, что делаю, метнула его в ближайшую фигуру. Та загорелась, вопя беззвучным криком, рухнула на пол. Запахло гарью.

– Вот это я понимаю, – хмыкнул Князь. – У нас новая пиромантка!

Я же, сама ошеломлённая, чуть не обожгла собственные пальцы. Сила клокотала изнутри, как будто жидкий огонь. Но это сработало. Фигуры на миг замедлились.

Однако башня не собиралась отпускать добычу. Из стены вылезла тварь куда больше прежних – уже не иллюзорная. Её глаза горели красным, когти сверкали сталью. Она шагнула прямо на нас, и даже пол дрогнул.

Я отпрянула и вдруг ощутила, как воздух рядом зазвенел. Дарахон двинулся вперёд. Он поднял руку, и на мгновение его силуэт будто распался на тьму и свет. Словно внутри него скрывалось что-то иное, могущественное. Его голос был низким, резким, и от слов трескались плиты пола:

– Назад! – прогудел некромант.

Тварь завыла, и тьма отступила от его движения. Мужчина ударил ладонью о ладонь – и её тело разлетелось, будто из стекла.

Я смотрела широко раскрытыми глазами. В груди боролись страх и восторг. Некромантия всегда была сильным даром, но сейчас я поняла: эта сила скрывает куда большее.

– Вы… – начала было я, но он оборвал взглядом:

– Потом.

Башня снова стихла. Но воздух оставался вязким, и каждый шаг давался тяжело.

Заметила: стены будто шепчут. В них мелькали образы: вот Дарахон с короной на голове, раздающий приказы; вот Ардаль, стоящий над телами врагов, весь в крови; вот сама я – с горящими глазами и армией мёртвых позади.

Я вцепилась в себя руками. Башня пыталась нас рассорить.

– Не смотри, – тихо сказал Ардаль. – Это только начало.

Мы двинулись дальше, и я поймала себя на том, что ощущаю каждый шаг, каждую вибрацию здания. Магия в отсутствие кулона отзывалась всё сильнее. Но и сама башня теперь познавала меня. Будто изучая. И где-то в глубине послышался первый настоящий смех.

Не иллюзорный.

Когда мы вышли к лестнице на следующий этаж, я почти не чувствовала ног. Но знала: назад пути нет и теперь придётся пройти до конца – или остаться в её стенах навсегда.

Второй уровень башни оказался куда тише первого. Ни теней, ни стонов – лишь длинный тёмный коридор, уходящий вдаль. Но именно эта тишина давила сильнее, чем вопли иллюзий.

Я шла, прижимая руки к груди. Каждая тень стены казалась чем-то знакомым. И вдруг одна из них вытянулась – и повернулась лицом.

– Мама?.. – в ужасе отпрянув, прошептала я.

Передо мной стояла женщина – такая, какой я запомнила её в последний день. Уставшая, бледная, с дрожащими пальцами, которыми она пыталась застегнуть пальто. От осознания увиденного в моей груди что-то оборвалось.

Глава 27

– Ты меня оставила… – слова сами сорвались с губ, хотя я и не хотела их произносить. – Ты… ты обещала, что всё будет хорошо.

Женщина протянула ко мне руку и прикоснулась к щекам. Но пальцы были холодными, мёртвыми. И в глазах не было тепла, лишь пустота.

Башня подсовывала мне самое страшное: боль от потери единственного родного человека.

– Станешь винить меня всю жизнь? – голос прозвучал хрипло, чуждо. – Ты всегда будешь одна, Женя. Даже если начнёшь поднимать мёртвых, даже если соберёшь целые армии… живых ты не удержишь своей волей.

Я пошатнулась, а в груди стало расти чувство вины – застарелое, которое так прилежно пряталось столько лет. И вдруг рядом послышался смешок.

– Вот это спектакль, – проблеял Князь. – Драматичный, конечно. Но слушай, девочка, если ты сейчас поддашься – так и останешься плакать в этом коридоре до конца времён.

Я обернулась. Козёл стоял рядом: как всегда, уверенный, с наглой мордой.

– Ты же хотела стать сильной… Хотела перестать быть жертвой… Найти ответы на все вопросы… – Фамильяр мотнул рогами. – Так докажи. Мёртвых можно призвать, живых можно спасти. Но сначала надо защитить тебя от самой себя.

Слёзы застилали глаза, но я выпрямилась.

– Не позволю… я не позволю тебе остановить меня! – выкрикнула, и пальцы сами стали чертить знаки в воздухе.

Символы вспыхнули, образ матери задрожал, как отражение в воде. Я вложила в руны всё – и боль, и

– Я не забуду тебя, мама. Но я не дам вине управлять мной.

Фигура рассыпалась пеплом. Тишина сдавила уши, а коридор словно сам вздохнул, освобождая проход.

Лорд Ардаль, стоявший чуть поодаль и молча наблюдавший, шагнул ко мне. Его глаза были мягче обычного, а тьма в них не такая холодная.

– Ты это преодолела, – сказал он тихо. – Башня кормится нашими слабостями. Ты выдержала удар, с которым многие не справляются.

Тяжело сглотнула и почувствовала, как внутри что-то изменилось: как будто магия стала глубже, корни её теперь тянулись не только к смерти, но и к самой сути жизни.

– Я… жива, – прошептала и впервые сказала это не как факт, а как вызов.

Дальше путь вёл в зал. Огромный, круглой формы, со стенами, усыпанными знаками. В центре – тёмный постамент, а на нём – книга.

Она сияла мягким светом, будто внутри неё тлел огонь, готовый вспыхнуть. Переплёт был чёрным, но на нём переливались серебряные линии, складывающиеся в меняющийся узор.

– Вот она… – голос Ардаля дрогнул. – Книга Первоистоков. Самое древнее и могущественное, что создала некромантия в этом мире.

Странно, что больше ничто не охраняло её. Неужели всего два уровня – и мы добрались?

Я пошла ближе, хотя все остальные остались стоять у двери. Сердце билось часто-часто. Казалось, книга тянет к себе, зовёт.

– Хм. С виду старая книжонка. А вдруг там рецепты пирогов? – Князь недоверчиво фыркнул.

Улыбнулась сквозь напряжение. Но стоило протянуть руку – книга сама раскрылась. Страницы зашуршали, и знаки на них вспыхнули голубым и синим пламенем.

И тут я услышала шёпот – не страшный, а бесконечно древний, как шелест ветра в кронах векового леса. «Мы ждали тебя…» – и почувствовала, как к моим пальцам тянется новая сила. Знаки в книге откликались на моё присутствие ярким свечением, складываясь в странные узоры.

– Она принимает тебя, – тихо произнёс Дарахон. – Это… редкость.

– И что это значит? – дрожащим голосом спросила я.

Он посмотрел на меня пристально и серьёзно:

– Это значит, что ты становишься частью её. А она – частью тебя. Но помни: сила Первоистоков может как дать знания, так и отнять жизнь. У тебя должна быть достойная цель для того, чтобы прикоснуться к ней.

Как только я приложила ладонь к книге, пространство дрогнуло. Зал исчез, стены растворились, а я оказалась в бездонной мгле. Но эта темнота не была страшной, она дышала мягко, как ночное небо, и если приглядеться, то обнаружишь, что в её глубине светились миллионы крошечных искр, словно звёзды.

Через какое-то время из мрака выступила фигура женщины. Высокая, величественная, с длинными волосами, в которых мерцали те самые звёзды. Её глаза были глубокими и чёрными, совершенно без белков, но в них горело тепло, как в очаге.

– Ты пришла, дитя, – её голос звучал одновременно в ушах и в сердце. – Я ждала.

Я не знала, то ли упасть на колени, то ли бежать прочь.

– Кто ты?.. – только и смогла прошептать, не отводя взгляда.

– Я – Мать Тьмы… начало и конец… дыхание этого мира… – фигура приблизилась, и её шаги не издавали ни звука. – Люди зовут меня богиней смерти. Но это лишь половина истины.

Почувствовала, как сердце бьётся всё быстрее с каждым её словом.

– Сила некромантии – это смерть. И я вроде имею дар некро… Хотя это и не моё…

Лёгкая улыбка коснулась губ божества.

– Нет, девочка. Смерть лишь врата. Ты та, кто может открывать их. Но за вратами всегда стоит жизнь. Твоя сила – не отнимать, а возвращать, не разрушать, а продолжать круговорот. Ты хранительница перехода.

– Жизнь… через смерть?.. – удивлённо переспросила, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладонь до крови.

– Да, – мягко кивнула богиня. – Ты всегда видела в себе Тьму, а потому боялась её. Но Тьма – не зло. Это почва, в которой растёт зерно. Это ночь, в которой рождается утро. Некромантия – не проклятье. Это дар.

Слёзы сами выступили у меня на глазах.

– Я всё это время… ненавидела себя. Считала чудовищем, – произнесла всхлипывая.

– А теперь ты должна принять себя. – Богиня коснулась моего лба кончиками пальцев. – И тогда ты увидишь истину.

Мгновение – и я вдруг разглядела нити, протянувшиеся вокруг. Они связывали звёзды, переплетались, сходились и расходились. Жизнь и смерть, рождение и уход, радость и горе – всё оказалось единым узором. И я – часть этого узора.

– Запомни, – сказала Мать Тьмы, – каждый раз, когда ты используешь Силу, ты не разрушаешь круг, а замыкаешь его. Но твой путь – не в армии костей. Твой путь – в понимании.

Тьма вокруг засветилась ярче, и фигура богини стала таять.

– Иди. Ты нашла Первоисток. Ты нашла себя. Теперь ты готова.

– Готова к чему? – переспросила раздражённо. – Подожди!.. – бросилась я к полупрозрачной дымке. – А как я попала сюда и как мне вернуться домой? В свой мир!

– Ключ открывает врата… но лишь добровольно… – ответила богиня и исчезла.

Я моргнула – и снова оказалась в зале Башни. Книга Первоистоков всё ещё пульсировала под моей рукой, но теперь её сияние было мягче, живее и постепенно затухало.

Ардаль смотрел на меня пристально, с ожиданием.

– Что ты видела? – спросил он насторожённо, пока я убирала руку с книги.

– Мать Тьмы... – я выдохнула и улыбнулась, а книга аккуратно закрылась.

– Не может быть! – нахмурился лорд и сжал кулак, на который неожиданно сверху положил ладонь старый некромант и покачал головой.

– Ты общалась с богиней, девочка? – переспросил Дарахон.

– Да и она сказала… что моя сила – это не смерть, а жизнь.

Лорд удивлённо замер, впервые потеряв свою непоколебимую холодность. Даже Князь, обычно язвительный, промычал что-то уважительное и не схохмил.

– А что по поводу ритуала? – напомнил Ардаль, спрятав руки за спину. – Ты узнала, кто призвал тебя в наш мир? Кто стоит за всем этим?

– Э-э-э… нет, – ответила, пожимая плечами.

Вдруг Башня немного дрогнула, разлом выхода появился в стене сразу на этом уровне, впуская свет и свежий воздух. Вроде бы даже не такой тяжёлый, как казалось вначале.

Испытание было пройдено.

Глава 28

Возвращение в город у Стеклянного перевала оказалось… шумным.

Стоило только подойти к первым домам, как на нас уставились сразу десятки глаз. Кто-то, показывая пальцем, шептал соседу, а двое мальчишек тут же бросились прочь, громко крича:

– Она вернулась! Та самая ведьма с прачками!

Я поёжилась и поправила плащ.

– Ты уверен, что нам нужно было сюда возвращаться? – пробормотала, оглядываясь на лорда.

– Уверен, – невозмутимо ответил Ардаль. – Без кареты мы не доберёмся до столицы. Да и лошадей оставлять тут совершенно не хочется. Не говоря уже о слугах. Найти толковых, а главное – верных людей довольно проблематично.

– После того, что я тут натворила, – уточнила мрачно, – с удовольствием пошла бы и пешком.

– Ты оживила трупы, – напомнил Князь. – Для некромантки это звучит как: «я сварила суп» для поварихи. Так что не драматизируй.

Но стоило углубиться в город, как на нас посыпались колкие взгляды и странные комментарии. У дверей прачечной женщина осенила себя знаком Светлого Творца и поспешно закрыла ставни, а один из лавочников стал громко предлагать «чистые простыни, без ведьмовского проклятья».

Я покраснела, но промолчала.

Карета действительно ждала на прежнем месте у трактира и даже оказалась слегка припорошённой пылью. Казалось, весь город обходил её стороной, боясь приближаться к «ведьминому транспорту». Хорошо хоть лошадей забрали в стойло люди лорда. Боюсь представить, что было бы, останься они без присмотра.

– Отлично, – сказал Ардаль, проверив наше транспортное средство. – Собираемся и едем.

Не тут-то было… Князь, естественно, настоял на обеде. Как же ехать не подкрепившись. И, когда козёл сыто икнул, Каэль облегчённо направился в карету.

Но облегчение оказалось преждевременным.

Через пару часов, стоило выехать на столичный тракт, воздух вокруг потяжелел. Лошади заржали и встали на дыбы. Мы все повалились друг на друга. Лорд первым пришёл в себя и резко открыл дверь, выбравшись на дорогу. Мы с Князем последовали за ним.

Тут из тумана, которого ещё минуту назад не было, шагнуло множество фигур в чёрных плащах. Лица скрывали капюшоны, движения были резкими и слаженными.

– Слуги Хаоса, – прошептал Ардаль с ненавистью, а в его руке зажёгся магический огонь.

Не успела даже и слова сказать, как одна из фигур метнула в меня что-то, похожее на сеть из чёрного огня. Я дёрнулась, выставив руку вперёд, чтобы выписать символы, но магия оплела меня быстрее, стянула – и в следующий миг реальность сменилась.

Я висела в пустоте. Ни земли, ни неба. Только вязкий мрак. И в этом мраке – глаза.

Огромные, как луна, и такие глубокие, что казалось: стоит шагнуть – и утонешь навсегда.

– Наконец-то, – раздался голос.

Он звучал в голове, но отдавался эхом даже в костях.

– Ты пришла ко мне сама.

– Я… не приходила, – сжала кулаки, хотя тело дрожало. – Меня затянули!

– Какая разница? – смех раскатился, словно треск горящих деревьев. – Ты моя. Ты несёшь мою силу, даже если ещё этого не поняла. Смотри.

И тьма вокруг шевельнулась. Я увидела картины: города, поглощённые чёрной волной; магов, теряющих себя во мраке; лорда Ардаля, сражающегося до последнего вздоха – и падающего.

– Нет! – крикнула в ужасе. – Это ложь!

– Это грядущее, – прошипел голос. – Но я могу подарить тебе достойное будущее. Я – Хаос. Прими меня, и миры падут к твоим ногам.

– Я… – слова застряли в горле.

И вдруг сквозь мрак прорвалось знакомое звонкое «Ме-е-е!» и запах… валерьянки?

Постаралась раскрыть глаза и осознать себя. Мир снова вернулся.

Слуги Хаоса держали меня в кольце. Ардаль яростно отражал удары, но их было слишком много. Двое из помощников лорда уже лежали на земле, но один, видимо, успевший среагировать на опасность, кидался камушками с заклинаниями. Правда, безрезультатно.

А прямо посреди дороги стоял козёл. В зубах он держал свою здоровенную торбу – ту самую, в которой постоянно звенели колбы с зельями, склянки и подозрительные бутылочки, что «случайно» их дополнили после посещения Башни.

– Князь, нет! – попыталась крикнуть я.

Поздно. Фамильяр с радостным меканьем метнул торбу в приспешников Хаоса.

Но тут же я! Не-е-е-ет!

Раздался взрыв. С десяток склянок разлетелось, поливая врагов то дымом, то кислотой, то каким-то радужным туманом, отчего двое нападавших начали хохотать и танцевать вместо того, чтобы драться. Я аж присела от испуга.

Один, поскользнувшись на разлитом зелье, врезался в товарища – и оба полетели в канаву. Другой, окатившись ядовито-зелёной жижей, с воплем убежал в лес, при этом его плащ загорелся сам собой.

Одна я почему-то не получила никаких увечий от произошедшего и, воспользовавшись суматохой, рванулась из цепких рук.

– Быстро к карете! – скомандовал Ардаль, хватая за предплечье и запихивая меня туда.

Влез следом, контролируя происходящее вокруг.

Оставшийся в сознании помощник лорда уже сидел на облучке и отчаянно дёргал поводья. Козёл, гордо вскинув голову, запрыгнул следом за нами. В этот момент карета сорвалась с места, оставив за собой крики и облака радужного дыма.

Я дрожа прижалась к сиденью. Перед глазами ещё стояли те жуткие глаза и голос, шепчущий: «Ты моя…» Но рядом был Ардаль. Его рука сжала мою ладонь – крепко, твёрдо, уверенно.

– Уже всё хорошо, – сказал он тихо.

И только козёл довольно икнул, явно вдохнув по пути что-то из разбившихся склянок.

– А как же ваши люди? – спросила, боясь посмотреть в окно и вновь увидеть Хаос.

Пришлось всё-таки остановиться в следующем мелком городке, чтобы привести себя в порядок.

Лорд куда-то ушёл, как поняла, дабы связаться со своей службой, чтобы они забрали оставшиеся на дороге тела. Как оказалось, он не брал с собой шар для связи, в надежде что никто не узнает, где мы, и не сможет помешать. Но… видимо, это не помогло.

В дальнейшем дорога в столицу оказалась на удивление тихой. Словно сам мир решил дать нам передышку перед новым витком событий. Но покой был обманчив: лорд Ардаль сидел напротив хмурый и задумчивый, перебирая в руках сургучную печать на свитке с нашедшим его в дороге посланием.

– От Совета, – коротко пояснил он, уловив мой вопросительный взгляд. – Срочно велят явиться в протекторат.

Я, научившаяся за последние недели различать оттенки его мрачного тона, поняла: дело серьёзное.

Столица встретила шумом, блеском вывесок, запахом выпечки и цветов, а также привычным уличным балаганом. Казалось, никто здесь и не

Но едва карета остановилась у величественного здания протектората, сердце снова неприятно сжалось. Каменное чудовище с колоннами, узорами-рунами на фасаде и высоким шпилем казалось больше храмом, чем административным зданием.

– Жди здесь, – бросил Ардаль, когда помог вылезти из кареты и проводил в небольшой холл. – Не ходи никуда.

Князь при этом, торжественно выбравшийся самостоятельно из слегка помятого средства передвижения, гордо потёрся рогами о каменный столб при входе и демонстративно зевнул, старательно переступая копытами, чтобы успеть за почти бежавшим в здание лордом.

Я осталась в приёмном зале – просторном, с мозаичным полом, расписанными стенами и тяжёлым запахом благовоний. Мне предложили присесть в довольно тяжеловесное и неудобное кресло и, как полагается уважаемой «ученице лорда-протектора», тут же принесли изящный поднос с чайным сервизом, установив тот на небольшой стоящий рядом столик.

Чашка оказалась фарфоровой, с узором из переплетающихся змей. И почему-то это показалось мне дурным знаком.

Я осторожно отпила и почувствовала, как горло словно на миг сжало невидимым ошейником. Жар ударил в виски. Воздух задрожал, и всё поплыло перед глазами.

Глава 29

Всё вокруг покрылось маревом и задрожало, как в пустыне в момент удушающего зноя. На краю сознания мелькнули тени – слабые, тянущиеся к ко мне, но почему-то рассыпающиеся в прах.

– Что за… – пробормотала я, сильнее сжимая чашку.

И в этот момент в коридоре, ведущем вбок, с грохотом распахнулась ближайшая дверь. Вбежал козёл, прорвавшийся неизвестно откуда (возможно, из кухни, судя по запаху пирожков). Он подскочил к столу, ткнулся носом в чайник и заявил своё осуждение громогласным «бе-е-е».

Я вдруг поняла: моё тело, скорее всего, частично впитало странный привкус и запах зелий, разлетевшихся на дороге, где фамильяр устроил грандиозное представление слугам Хаоса. Какая-то часть этой алхимической смеси осела во мне самой. И теперь мешала принятому с чаем проклятию взять верх, буквально выдавливая его из меня.

– Ну вот, – усмехнулась, чуть отдышавшись, и погладила Князя по загривку. – Опять ты меня спас, хоть и косвенно.

Но мысль, что кто-то в самом сердце столицы решился подать мне отравленный напиток, никак не отпускала. Да что там «решился»! Знал о времени нашего прибытия и месте. И чем дольше Ардаль не возвращался, тем тяжелее становилось ожидание.

Я сидела всё с той же фарфоровой чашкой в руках, думая: «Ну ведь не привиделось же! Что-то точно было. Но вдруг я ошибаюсь? Может, это просто сильный и непривычный мне настой?»

В этот момент мимо прошёл один из клерков – худой, вечно торопящийся молодой человек с лохматыми волосами и раздражённым видом. Он бросил на меня взгляд сверху вниз, явно не понимая, что делает в протекторате простая девушка в дорожном платье.

– Долго вы тут сидеть намереваетесь? – недовольно буркнул он, подхватывая стопку бумаг.

Я же улыбнулась так сладко, что бедняга сразу насторожился.

– Простите, вы, наверное, так устали, спасая мир… и ведь никакой благодарности… ни от кого… Может, немного чая? – произнесла с самым невинным видом.

Клерк хотел отказаться, но Князь громко произнёс «бе-е-е» и внезапно боднул его в бок. Тот от неожиданности свалился на стул, выпустив бумаги, и ошарашенно уставился на козла. Затем как в прострации принял чашку из моих рук и, бормоча проклятья, отпил.

Прошла секунда. Другая. И вдруг лицо его вытянулось, глаза закатились, молодой человек вскочил, схватился за горло и зашипел:

– Что за… тьма!

Он пошатнулся, едва не опрокинув столик. Из его рта пошёл туман, похожий на серый дым, а появившаяся тень за спиной вдруг словно ожила, вытянулась, потянулась к потолку.

Резко махнула рукой – и в ту же секунду знаки, которые я так усердно учила, сами собой сложились в узор. Тень хрипло завыла и рассеялась, словно кто-то оборвал её нить.

Клерк рухнул на соседний стул, бледный, как бумага, и сипло выдавил:

– Я… я больше не пью чай!..

Князь, торжественно фыркнув, опрокинул стол с остатками напитка на пол, поверх бумаг.

Я же сидела, стараясь скрыть дрожь. Теперь это точно… чай был непростым, и его поднесли неслучайно. Меня здесь ждали! Не травят же тут всех посетителей подряд.

В этот момент дверь в холл открылась и вошёл Ардаль в сопровождении нескольких человек. Он сразу заметил побледневшего клерка и перевёрнутый столик с раскинутыми документами.

– Я пропустил что-то интересное? – сухо спросил он.

– Ничего особенного, – ответила, стараясь дышать ровно и не скатиться в истерику. – Просто чай оказался… слишком крепким.

Лорд скользнул по мне взглядом, но промолчал. Только Князь слегка боднул его в колено, будто намекая: «Не задавай лишних вопросов при посторонних».

Ардаль медленно подошёл ближе, поднял с пола опрокинутую чашку, осторожно понюхал остатки напитка и даже испарил немного своей магией. Его глаза сузились.

– Проклятие. Яд тени, – сказал он тихо, почти безэмоционально, но я заметила, как побелели его пальцы на чашке. – Древний состав. Давно запрещён.

– Ну хоть вкус был приятный, – попыталась пошутить, но голос прозвучал тоньше, чем хотелось бы, и я слегка закашлялась.

Лорд вскинул тяжёлый взгляд с примесью чего-то, похожего на ужас.

– Ты выпила? – хрипло осведомился он.

– Немного, – кивнула осторожно, горло ещё слегка побаливало, – но вот, жива.

Ардаль с сомнением осмотрел меня с ног до головы.

– Более того, я спасла вашего клерка, когда он решил тоже угоститься напитком.

Молодой человек, до сих пор дрожащий, судорожно закивал, бормоча:

– Она… да… она отогнала тьму… я видел своими глазами…

Лорд молчал пару мгновений, потом резко велел:

– Вон отсюда!

Двое мужчин, пришедших с Ардалем, подхватили клерка под мышки и, выпихнув со стула, потащили в дальний коридор, оставляя на полу след из раскинутых бумаг.

В холе повисла тишина, нарушаемая лишь довольным Князем, устроившимся прямо на диванчике у стены и хрустящим чем-то, благополучно уворованным.

– Почему на тебя не подействовало? – наконец глухо поинтересовался Ардаль.

Задумалась. В памяти всплыла та самая сцена на дороге, когда фамильяр кинул во врагов торбу с колбами и зельями. Большинство из них разбилось прямо рядом со мной, и я вдохнула облако странных паров, отчего потом несколько часов чувствовала себя так, будто выпила литр кофе и ещё литр шампанского. Думаю, только поэтому и не устроила истерику прямо в карете.

– Кажется… – произнесла медленно, – это последствия тех зелий, что швырнул

Ардаль нахмурился.

– Значит, кто-то уже знает о твоём общении с книгой. И хочет избавиться...

– Прямо в управлении? – в изумлении подняла бровь. – В сердце столицы?

– Именно здесь, – резко ответил он. – Совет кишит змеями, которые ждут момента укусить. Но теперь они перешли к действиям.

Он подошёл к дивану, опустился на корточки перед Князем и, что удивило, посмотрел на козла так серьёзно, словно перед ним был не рогатый зверь, а старый генерал.

– Береги её. Даже если придётся снова пожертвовать всем.

Фамильяр посмотрел на него снисходительно, фыркнул и боднул в плечо, словно говоря: «Я и так этим занимаюсь, умник».

Я же замерла, всматриваясь в лорда. Его слова, его тон, его глаза – всё это врезалось в сердце, и оно забилось быстрее. Уже не знала, чего сейчас больше: страха от того, что враги уже рядом, или тепла от того, что этот суровый, но нереально красивый мужчина явно готов защищать меня любой ценой.

Внезапно дверь распахнулась, и в холл влетел запыхавшийся вестовой с лицом, белым как пергамент.

– Милорд! – он почти рухнул на колено. – Его… его доставили.

Я нахмурилась. Ардаль поднялся, глаза его потемнели.

– Где? – только и спросил он.

– Здесь, в лаборатории протектората. Всё по инструкции. Тело… не тронуто.

Почувствовала, как холодок пробежал по спине. Кажется, я понимаю, о ком он говорит. Бьюсь об заклад, речь идёт о том самом трупе, найденном в саду после бала.

Так и оказалось. Сев рядом, лорд поведал о том, что его как раз и вызвали из-за этого дела. Никто из призванных некромантов не согласился подчинить тело, заявляя, что только тот маг, что первым поднял его, способен вновь призвать душу для беседы. Вот такой сюрприз.

– Он хранится всё это время, – произнёс Ардаль. – Для допроса нужен «первый» некромант. Но… – он поднял на меня взгляд, и в его глазах мелькнула искра. – Возможно, у нас есть кто получше. И я сказал Совету, что сильная иномирная ведьма способна побороть привязку.

Подошёл один из служителей в сером и положил на столик передо мной несколько потрёпанных книг. Пыль взметнулась, когда он удалялся, и я машинально чихнула.

– Это учебники, – пояснил лорд. – Не уверен, что ты сможешь сделать всё без необходимого опыта и знаний. Ты всё время действуешь под властью страха или неожиданности. Но… попробуй. Я помогу найти нужные схемы и символы, а тебе нужно будет лишь правильно всё повторить.

Сглотнула, с ужасом уставившись на Ардаля.

Глава 30

Подвал встретил плесенью и запахом сырости. Влага… Много влаги. Прямо на стенах. М-да… маги повсюду, а такую гадость вывести у себя не могут. Скорее всего, из-за этого же развешанные по периметру лампы чадили тусклым светом, отбрасывая длинные тени.

Следом за нами с лордом вошли его помощники, занесли сюда все доставленные книги и тихо удалились, прикрыв дверь. Ардаль прислонился к стене и спешно перелистывал страницы, оставляя закладки в нужных местах. Я же пыталась аккуратно осмотреться.

Полностью каменное помещение было разделено на две сильно неравные части. В маленькой было достаточно тесно. Там находились открытые шкафы со всякой всячиной, небольшой столик, заваленный документами, и несколько табуреток.

В центре второй, просторной и пустой, стояла базальтовая плита, испещрённая символами, словно ритуальный алтарь. Там на грязноватой тряпке, имитирующей простыню, лежало тело мужчины, застывшее, как восковая кукла, но ещё не показавшее следов разложения.

Я сглотнула. Пальцы дрожали, когда открывала первую переданную мне лордом книгу. На выделенных страницах были начертательные схемы – круги, линии, символы. Если не вглядываться, то похоже на паутину обезумевшего арахнида. Но… чем дольше я смотрела, тем отчётливее понимала, как их использовать.

«Это почти похоже на то, чему учил Гратур…» – мелькнула мысль, которую я чуть не озвучила. Но тут же оборвала себя. Никто не должен знать.

Выдохнув пару раз, стала рисовать мелом прямо на каменном полу вокруг алтаря. Руки двигались удивительно уверенно, хотя не понимала, как я осознаю, куда поставить знак или как соединить линии. Полученные от духа знания просто сами всплывали в голове.

– Ты делаешь это… слишком легко, – хмуро заметил Ардаль, стоя за спиной, и я даже споткнулась.

– Может, у меня талант, – буркнула, стараясь скрыть дрожь и поправляя нарушенный рисунок.

Когда круг замкнулся, поднялась и долго рассматривала знаки, сверяясь с учебником. Затем прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. И только полностью успокоившись, произнесла слова заклинания, держа формулу перед собой. Голос чуть дрогнул, но каменный подвал вдруг ожил. Воздух задрожал, тело на плите дёрнулось. Глаза мертвеца открылись, и в них вспыхнул мутный голубоватый свет.

– Ты… вновь… пришла... – прохрипел он.

Я отшатнулась, но Ардаль положил ладонь на плечо и подвинул вперёд.

– Вопросы… Сосредоточься, – хрипло зашептал он в самое ухо.

Я кивнула, схватив листок с подготовленными протектором вопросами.

– Кто убил тебя? – твёрдо произнесла я, смотря на зомби.

– Тьма… тьма накрыла меня, – выдавил мертвец.

Я побледнела и почувствовала холод, струящийся от его слов.

– За что тебя убили? – прочла второй вопрос.

– Я не следовал указаниям… – прохрипел труп еле слышно.

– Чего же она хотела от тебя? – повторила то, что прошептал мне лорд.

– Книгу… кровь… силу. – От подобных слов я хрипло выдохнула, но в холоде подвала воздух вырвался облаком пара. – Но этого не было у меня… она ошиблась…

Тело дёрнулось, и линии круга засветились. Мёртвый захрипел.

– Подожди! – резко сказал Ардаль и взмахом руки разорвал одну из линий.

Свет погас, тело обмякло. Подвал снова погрузился в тишину.

Вытерла пот со лба, чувствуя, как меня всю трясёт. Но в груди было странное чувство – не ужаса, нет. Силы! Мне удалось! Я подняла тело не эмоциями и случайностью, а целенаправленно.

Ардаль смотрел на меня напряжённо. Слишком пристально.

– Ты не могла бы так легко понять эти знаки без подготовки, – медленно произнёс он. – Кто тебя учит, Евжения? Ты появилась в нашем мире точно без этих знаний.

Я замерла. Слова застряли на языке. Ведь если он узнает о Гратуре, всё изменится. А я ещё не готова к академии, так что застыла, не зная, что ответить. Тишина подвала была почти осязаемой – казалось, что даже

– Кто тебя учит? – повторил он уже мягче, но от этого вопрос не стал менее опасным.

Я уже открыла рот, чтобы признаться… и тут раздалось громкое «ме-е-е-е!»

Мы оба вздрогнули. В проём двери протиснулся Князь, гордо подняв морду. За спиной у него волочилась небольшая корзина с чем-то стеклянным, позвякивающим на каждом шаге.

– Как ты сюда попал? – удивился Ардаль.

– Наверное, просто дверь закрыть забыли, – невинно пожала я плечами, радуясь вмешательству.

Князь с независимым видом подошёл поближе, потянул носом и, фыркнув, деловито попёрся прямо в центр разорванного круга. Мел под копытами жалобно заскрипел, а козья морда потянулась к трупу так, будто он собирался провести собственный допрос.

– Ме-е-е, – заявил козёл, и, к моему удивлению, труп вдруг дёрнулся и приоткрыл глаз, как будто решил ответить ему.

Я хрипло рассмеялась, прикрывая рот ладонью.

– Ну вот, кажется, у него получается даже лучше, чем у меня.

Ардаль выдохнул сквозь зубы, но уголки его губ дрогнули.

– Твоё домашнее животное только что нарушило все протоколы работы с умертвием.

– Он не домашнее животное, – серьёзно заявила я. – Он мой… э-э… напарник.

Князь гордо вскинул голову и ещё раз боднул труп, отчего тот рухнул с плиты на пол.

– Великолепно, – простонал Ардаль, проводя рукой по лицу. – Некромантка, её козёл и учебники. Протекторат ещё никогда не видел такого трио.

Засмеялась уже в полный голос, облегчённо, хотя сердце всё ещё стучало слишком быстро. Напряжение момента словно немного растворилось. Но где-то на дне души я чувствовала: Ардаль не забыл свой вопрос. Он просто отложил его.

Упавшее тело ещё дёрнулось, и мутные глаза заморгали в полумраке. Князь довольно фыркнул и устроился рядом, будто решил сторожить.

– Подними его снова, – сказал Ардаль негромко. – Пока он не рассыпался.

Глубоко вдохнула и вытерла ладонью пот со лба. Затем восстановила круг и начертила пальцами упрощённый символ. Магия откликнулась послушно, словно ждала команды. Труп поднял голову, и из его рта сорвался сиплый шёпот:

– Хо… ро… шо…

Вздрогнула, но не позволила себе отшатнуться.

– Кто тебя убил? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

Мёртвый моргнул, будто вспоминая. Его зубы клацнули, и слова вырвались обрывками:

– Чёрная… маска… чужак… тёмный огонь…

– Маска? – переспросил Ардаль нахмурившись. – Как выглядел?

– Тень… Ха… ха… хаос… – Последнее слово вытянулось в жутковатое эхо, и труп безвольно повалился обратно на каменный пол.

Я сжала кулаки.

– Это он… про слуг Хаоса? Это же они пытались меня утащить.

Ардаль долго молчал, глядя на безжизненное тело, а потом тихо сказал:

– Если они уже проникли в столицу и устраняют свидетелей, значит, мы имеем дело не с одиночным нападением. Это сеть.

Князь, словно подтверждая серьёзность момента, громко мекнул и ткнул носом пустую корзину, из которой раньше торчали склянки.

Я невольно хихикнула, но быстро посерьёзнела.

– Значит, мы… что? Должны искать этих «масок»?

– Мы должны понять, кому они служат, – ответил Ардаль. Его взгляд задержался на мне. – И почему они так хотят именно тебя.

Я почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

– Ну… наверное, я просто слишком симпатичная, – заявила, вспоминая слова Хаоса о его силе во мне и страстном желании меня видеть.

– Это объяснение я и запишу в официальный отчёт, – сухо заметил лорд, но уголки губ дрогнули.

Князь снова протянул своё длинное «ме-е-е», и подвал эхом прокатил его голос. Может, шутка или смешок, но скорее весьма заметный холодок тревоги.

– Очень информативно, – мрачно ответил Ардаль, проходя по подвалу взад-вперёд.

Глава 31

– Чёрная маска… Это слишком похоже на слухи, которые ходят о тайном культе.

– То есть его и правда убили слуги Хаоса? – Я с трудом разжала пальцы. – Но зачем им это?

Ардаль остановился и посмотрел на меня.

– В столице давно шепчутся про некий кружок «скрытых». Слухи приписывают им и подкуп чиновников, и убийства, и жертвоприношения. Но доказательств не было.

– Теперь они есть. Вон лежат… – И я махнула рукой в сторону тела.

– Недостаточно, – мрачно ответил Ардаль. – Один мертвец, поднятый твоими руками, не убедит Совет. Тут нужно что-то потяжеловеснее.

Я хотела возразить, но в этот момент мёртвый вдруг дёрнулся, и из его груди сорвался хрип:

– Они ищут… ключ…

– Кто они? Что за «ключ»? – моё сердце ухнуло.

На этом тело окончательно обмякло и рассыпалось в прах, будто невидимая сила решила уничтожить последнюю улику.

Князь, который всё это время жевал угол тряпки, что использовали, чтобы накрыть базальт, с возмущённым «ме-е-е» отпрыгнул в сторону. Прах попал ему в нос, и козёл громко чихнул.

Прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться в неподходящий момент.

– Кажется, даже мёртвые не выдерживают моего обаяния, – пробормотала, смотря на лорда.

Ардаль резко вскинул взгляд, но заметил мою улыбку и тяжело вздохнул.

– Ты слишком легко к этому относишься, – заявил он со вздохом.

– А что мне делать? Плакать и кричать «я хочу домой»? – вспыхнула от его слов. – Уже поздно. К тому же… – я осеклась, вспомнив ощущение, когда рисуемый знак лёг так чётко и безошибочно. – Кажется, у меня получается.

– Слишком хорошо получается. – Ардаль шагнул ближе.

– Это плохо? – спросила с вызовом.

– Это подозрительно, – сухо ответил он. – Такое чувство, будто тебя кто-то учит в обход меня.

Я похолодела. Сразу вспомнились предупреждения Гратура. Но вслух заявила:

– Может, я просто талантливая.

– Возможно, – заявил лорд с сомнением. – Но Совет задаст этот вопрос в первую очередь.

Князь вдруг громко мекнул, словно пытался вставить слово. Я перевела на него взгляд и тихо хмыкнула:

– Вот, пожалуйста. Мой учитель. Каждый день лекции: «ме-е-е» и «надо вовремя жрать».

Козёл важно вскинул голову, будто соглашалась с такой постановкой вопроса.

Напряжение на мгновение спало. Но только на мгновение. Ардаль снова нахмурился.

– «Она – ключ». Если это о тебе, то опасность растёт быстрее, чем мы успеваем её осознать.

– Тогда, может, стоит меня не оставлять одну? – тихо спросила, заливаясь румянцем.

В его взгляде мелькнуло что-то странное, но он быстро отвернулся.

– Возможно… это вполне разумное решение, –

– Как будто у меня там бесхозное кладбище и лаборатория под рукой, – буркнула я.

Князь снова протянул длинное «ме-е-е», словно соглашаясь: да, «лаборатория» у нас весьма мобильная и глянул на корзину, вновь набитую бутылочками.

Усмехнулась, но внутри скребло: «Ключ». Кто и зачем видит меня таковой? И если Ардаль уже что-то подозревает… то, как долго удастся скрывать Гратура?

Вечером, когда я вернулась в свои покои после долгого дня, усталость только маскировала напряжение. Голова гудела от множества мыслей: разговор в протекторате, странные взгляды Лорда, его подозрение, что меня кто-то обучает. Но заснуть всё равно не могла.

– Ты слишком неспокойна, – раздался тихий, хрипловатый голос Гратура. Его призрачный облик проступил в зеркале, будто в портале.

Я подняла взгляд, и на душе отлегло: даже будучи духом, Гратур оставался опорой.

– Я… должна тебе кое-что рассказать, – чуть сжала пальцы на покрывале. – В башне Хаоса… я встретила Матерь Тьмы.

На лице Гратура впервые промелькнуло выражение, близкое к потрясению. Он на миг даже умолк, будто подбирая слова, затем медленно произнёс:

– Ты встретилась не просто с духом или отражением… Ты прикоснулась к Тьме Изначальной. К источнику, что старше самих богов.

– Она сказала, что моя сила – это не смерть, а жизнь, – тихо добавила я. – Но, Гратур… я боюсь.

Призрак склонил голову, и в его взгляде сквозило серьёзное напряжение.

– Бояться естественно. Но запомни: такие знания – это дар и проклятие одновременно. Ты должна быть осторожной. Никто не должен узнать об этом видении.

Я кивнула и, немного поколебавшись, поделилась ещё одним:

– Лорд начал что-то подозревать. Сегодня, когда я подняла труп в протекторате… он смотрел на меня так, будто всё понял. Будто знает, что меня кто-то учит.

– Хм. – Гратур скрестил руки, выражение его стало мрачным. – Значит, придётся быть хитрее. Мы изменим методику. Я буду являться тебе реже, и ты должна делать вид, будто всё постигаешь медленно. Обычные ошибки, неуверенность – притворяйся. Пусть думает, что учит он сам.

Улыбнулась уголком губ – горько, но с оттенком решимости.

– Значит, будем играть в эту игру.

– И запомни, – добавил Гратур, его голос зазвучал твёрже. – Ты теперь носишь в себе частицу Тьмы Изначальной. Это сила, которую многие захотели бы вырвать у тебя вместе с душой. Если он, Совет или кто-то другой заподозрят – ты станешь целью.

Прикрыла глаза, ощущая, как слова учителя ложатся тяжестью на сердце. Но вместе с этим приходило и новое чувство: решимость.

– Я никому не позволю решать мою судьбу, – тихо произнесла, прикрыв глаза. – Главное – поступить в академию и получить разрешение на работу.

Князь, мирно устроившийся у камина, вдруг всхрапнул и повернулся боком. Гратур хмыкнул:

– Вот у кого спокойный сон. Нам бы его безмятежность.

Тихо рассмеялась, и на мгновение напряжение ушло. Учитель растаял в зеркале. Когда же, наконец, сомкнула глаза, вырубилась сразу – слишком глубоко для простого сна…

Я стояла посреди бездонной пустоты. Ни земли, ни неба – только медленно колышущаяся тьма, напоминающая море без берегов. Из этого мрака проступила знакомая фигура – величественная, окутанная вуалью ночи. Лицо Матери Тьмы невозможно было разглядеть, но её взгляд чувствовался каждой клеточкой.

– Ты снова пришла, дитя?! – голос богини был похож на шелест ветра и удар грома одновременно. – Как же легко ты пробилась в мои чертоги.

– Скажи правду! – Я сжала кулаки, а голос дрогнул, и в нём звучало отчаяние. – Как мне вернуться домой? В мой мир? К моей прежней жизни?

Матерь Тьмы не ответила сразу. Она протянула руку, и вокруг вспыхнули символы – круги, линии, древние руны, вырастающие из самой тьмы. Они складывались в узоры, живые, переливающиеся, словно дыхание вселенной, и крутились вокруг нас.

– Ключ даст переход, – наконец произнесла она. – Он и замок, и дверь.

– Но… что это значит? – Я шагнула вперёд, отчаянно всматриваясь в узоры. – Я не понимаю! Где мне найти этот ключ и как он выглядит? Не могу же я сама им быть! Я – человек!

– Мост – это всего лишь доски и камень, пока по нему не пройдут. Ты ищешь дорогу домой, но дверь не открывается снаружи. Она открывается изнутри.

Почувствовала, как вокруг моего тела тьма загустела, впитывая и глуша узоры, словно хотела коснуться кожи. В этих волнах видела мерцающие отражения: земные улицы, метро, светящиеся экраны телефонов, лица, что давно потеряла. Всё было рядом – и бесконечно далеко.

– Значит, я могу? – прошептала неверующе. – Вернуться?

– Можешь, – отозвалась богиня, и её голос потемнел, стал зловещим и нежным одновременно. – Но всякая возможность требует платы. Не спеши решать, чем пожертвуешь.

Вытянула руку, пытаясь ухватить одно из видений – знакомый силуэт, чей голос всё ещё помнила. Но он растворился как дым.

– Подожди! – крикнула я. – Скажи, какая плата? Что я должна сделать?!

Матерь Тьмы молчала. Лишь её силуэт растворялся в пустоте, и вместе с ним угасали руны. Последними исчезли слова, вырезанные светом во тьме: «Ты уже идёшь. Остальное зависит от тебя».

Глава 32

Несколько последующих недель пролетели как в тумане. Я постоянно училась. Ежедневно днём с Каэлем, буквально штудируя старинные учебники по некромантии, которые лорд откуда-то притаскивал. Некоторые были написаны ещё древним языком, так что Ардалю приходилось сначала подготавливать для меня дословный перевод, а уже потом пытаться пройти со мной выбранную тему. Учитывая, что сам лорд-протектор владел силой огня, учителем по некромагии он был тем ещё.

Естественно, мы сразу застопорились и стали со скрипом продираться через знания. И если бы не почти еженощные занятия с Гратуром, ничего бы у нас не вышло. Ходить к колодцу мне больше не удавалось, но начерченные мною воском символы на задней стороне зеркал работали без проблем.

В библиотеку учитель больше не лез, слишком большой риск неожиданно быть застуканным лордом или слугами, а вот в моей комнате появлялся регулярно, используя зеркало как портал. И вот уже с ним мы разбирали всё пройденное заново.

Многие «современные» нормативы вызывали у него недовольство и презрение. Особенно методы преподавания одного лорда с большим самомнением.

Как бы то ни было, мы двигались, и я всё больше и больше совершенствовалась, стараясь не показывать Каэлю весь свой уровень, потому днём почти не снимала кулон, и только ночью с Гратуром работала в полную силу.

Мне даже стали приносить «работу на дом» к вящему неудовольствию Герхорда. Пришлось для этого выделить часть подвала, немного потеснив дубовые бочки с напитками. Лицо дворецкого в этот момент нужно было видеть. Мог бы – прикопал меня в садочке.

В очередной выходной, что устроил мне лорд, так как ему нужно было куда-то отлучиться по своим делам, я шла по коридору, ища Князя, который снова сбежал из стойла и, по словам Герхорда, уворовал целую корзину яблок. Видимо, распробовал сей фрукт ещё в той деревне.

Но, проходя мимо кабинета лорда, я замерла: дверь была приоткрыта и оттуда донёсся чужой голос – холодный и властный.

– Лорд Ардаль, вы слишком медлите. Девчонка становится сильнее с каждым днём. Она уже подчиняет мёртвых так, будто родилась с этим даром. Это опасно.

Прижалась к стене, сердце ударилось о рёбра. Речь шла явно обо мне.

– Я держу её под контролем, – резко отозвался лорд. В его голосе слышалась тень раздражения, но и нотка оправдания. – Она доверяет мне. Всё идёт по плану. Совету не о чём волноваться!

Советник хмыкнул, в его тоне прозвучала едкая насмешка:

– Доверяет… пока. Но вы слишком много времени тратите на разговоры, учёбу и глупые наставления. Она не игрушка, а сосуд. И сосуд должен быть разбит в нужный момент.

Затаив дыхание за дверью, я почувствовала, как в груди что-то оборвалось. Каждое слово впивалось в душу, будто раскалённое лезвие.

– Вы забываетесь, – голос лорда стал ниже, опаснее. – Это я решаю, когда наступит момент. Так что не позволю вам диктовать, что мне делать и когда! – Его ответ прозвучал довольно гневно.

– А если этот момент настанет слишком поздно? – в словах мужчины послышался яд. – Совет единогласно считает: её нужно использовать, пока она не вошла в полную силу! – Этот человек явно не сомневался в своём праве указывать.

В кабинете повисла пауза. Потом – глухой удар по столу.

– Она под моей защитой, – резко произнёс Ардаль.

Я едва не закричала, но стиснула зубы.

– Вы забываетесь. – Советник повысил голос. – Сначала именно вы настаивали, что она должна стать жертвой ритуала, дабы удержать Хаос от прорыва. Это было вашей идеей! Но вы тянете, кормите её надеждами об академии, обучаете её. Вы рискуете всем!

Внутри у меня всё похолодело. «Жертва ритуала?!» Слова резанули как нож.

Почувствовала, как мир вокруг сжался. Сердце, которое доверилось мерзкому лорду, съёжилось в комок боли. Все его мягкие слова, его дружеская улыбка, дни и ночи совместных разговоров – всё оказалось обманом, лишь подготовкой к собственному кровавому ритуалу.

– Я пересмотрел свои расчёты, – глухо произнёс Ардаль. – В её силе есть нечто… иное. Уничтожить её – значит разрушить возможный баланс.

– Или дать Хаосу шанс завладеть ею окончательно, – отчеканил советник. – Девчонка ещё может перейти на его сторону. Вы это знаете. Если Тьма окончательно признает её своей, то она станет сильнее группы архимагов. Вы готовы смотреть, как ваша «гостья» перейдёт к Хаосу? И если это произойдёт – кровь невинных жертв будет на ваших руках. Вы забыли историю, мой друг?

– Я сказал: что контролирую её, – отрезал лорд. Но в его голосе мелькнула едва уловимая тень сомнения, которую я услышала слишком ясно.

Советник усмехнулся:

– Или, может, вы сами начали путаться в том, кто она: жертва или женщина? Не забывайте, ваши чувства здесь ничего не значат. Мы оба знаем, что она – всего лишь сосуд с нужной силой и кровью дома Сангус. И чтобы покончить с разломами, сосуд придётся сломать.

Тишина, повисшая после этих слов, была тяжелее любого удара. Показалось, что я больше не дышу. Мир рухнул: разговоры, доверие, его тёплые взгляды – всё это оказалось лишь ловкой подготовкой к моей смерти.

Зазвучали приближающиеся шаги. Я метнулась за ближайшую колонну, едва успев скрыться. Дверь с тихим скрипом раскрылась, и мужчины вышли в коридор. Чужой плащ мелькнул рядом, запах сухих трав и пепла ударил в нос – и исчез.

Я осталась одна, с гулом в голове и ледяной тяжестью в груди.

Жертва ритуала!

Ритуала, который изначально придумал и готовил сам лорд Ардаль!

Слишком сильная! Слишком опасная! Нужная кровь!

А где-то в глубине сознания, на самой границе разума, тихо зашевелился Гратур, с которым мы научились связываться ментально.

– Ну вот, дитя, – прошипел дух. – Теперь ты знаешь правду.

– Ты знал?! – смогла еле выдавить из себя.

– Да. Но видел, как он колеблется. Так что… зачем причинять тебе лишнюю боль?

Сжала кулаки, ощущая гнев и боль от предательства, но также и рост силы внутри себя. И понимала: отныне я не буду жертвой. Но стану хозяйкой собственной судьбы – пусть даже против воли того, кто когда-то обещал защиту.

Теперь я медленно брела по коридору в свою комнату, а сердце продолжало терзаться от услышанного разговора. Вновь и вновь прокручивались слова о том, что лорд Ардаль когда-то планировал сделать со мной. Они, словно эхо, отражались в пустеющей душе.

Но на лице постаралась не выдать ни тени эмоций, чтобы не дрогнул ни один мускул. Внешне оставалась той же тихой собранной девушкой, что всегда умела слушать и улыбаться.

Внутри же всё кипело. Предательство жгло, как раскалённый металл. Всё, что казалось заботой, общением и дружбой, оказалось лишь подготовкой к ритуалу. Доверие было разрушено.

«Но злиться сейчас – значит показать слабость», – думала я. Если он узнает, что я слышала… значит, сразу перейдёт к действиям.

Так что медленно шагала дальше, делая вид, что всё ещё ищу Князя, хотя ум был занят совсем другими вещами. План формировался сам собой: нужно держаться спокойно, не показывать, что знаю правду, и готовиться к побегу.

В памяти всплыл Гратур: его тихий, но твёрдый голос, когда он объяснял, что сила приходит не только через изучение заклинаний, но и через контроль над собой.

– Время пришло, – прошептала я. – Подготовка закончена. Необходимо найти путь для побега и воспользоваться подходящим моментом.

Князь, бодро мекнул, вырулив из-за поворота, подошёл и потёрся о

– Спасибо, что ты здесь, – прошептала еле слышно. – Вместе мы справимся.

Вновь вспомнила слова советника и тихо сжала кулаки: в этом доме, в этом мире меня больше никто не защитит. Только я сама, Гратур и Князь.

И пока мир вокруг оставался достаточно спокойным, в моей голове уже зарождался план: побег из столицы, подготовка к самостоятельной магической игре и поиск пути к силе, которой никто не сможет распоряжаться без моего ведома.

Глава 33

Несколько дней понадобилось нам, чтобы окончательно определиться с планом побега.

Естественно, без своего учителя никуда уходить не собиралась. Я ещё не настолько хорошо владею магией, чтобы бросать вызов Совету в одиночестве. Правда, тут выяснилось одно небольшое «но». Гратур был привязан к треклятому колодцу. Как оказалось… у лорда когда-то была жена… которая тоже обладала силой некро (то-то он так подкован в этом вопросе). Именно для неё и провели магистры вызов и привязку духа древнего некроманта. Это не мне так случайно повезло.

И вот… в день икс… ночь опустилась на поместье лорда тяжёлым, вязким покрывалом. В окнах постепенно гасли свечи, тени вытягивались по углам. Всё выглядело спокойно, но внутри у меня бурлило – слишком много я знала теперь о намерениях лорда. А оставаться рядом с ним означало шаг за шагом идти к собственной гибели. Да и сдерживать себя становилось всё труднее. Ибо он по-прежнему мило улыбался, демонстрировал безмерную поддержку и внимание.

Теперь же стала замечать небольшие невербальные посылы, на которые раньше не обращала внимания, воспринимая как что-то разумеющееся. Он иногда придерживал мою руку дольше, чем нужно, заглядывая в глаза. Старался «нечаянно» прикоснуться.

Видимо, прежде я была под сильным его обаянием. К чему кривить душой. Лорд – невероятно красивый мужчина. Просто разбились розовые очки. Я его интересую только как подходящая жертва ритуала с нужной силой и кровью.

Когда же почти всё поместье уснуло, мне пришлось пробираться в сад через лестницу для слуг. Благо за это время я хорошо изучила и дом, и прилегающую территорию. И теперь сидела на камне перед колодцем, держа на коленях книгу с упражнениями по некромантии. Сбоку от меня колыхался туман – Гратур проявился лишь частично.

– Смотри, – тихо произнёс дух. – Тебе нужно осторожно вписать вот эти символы дополнительно в круг, что ослабит мою привязку.

– А если ошибусь? – шёпотом спросила, сжимая пальцы. – Ты ведь можешь рассеяться…

– Ошибись – и я буду злым облаком, бродящим по окрестностям, – усмехнулся Гратур. – Но, если честно, я в тебе уверен больше, чем в большинстве живых. Хотя… разрывать такие узы не то же самое, что распутывать клубок пряжи. Это будет больно. И для меня, и для тебя.

– Потерпишь? – Я подняла подбородок, вглядываясь в духа. – Ты мой учитель. А учителей бросать нельзя.

Гратур издал характерный скрипучий смешок.

– Когда-то я бы поспорил, но сейчас польщён. Ладно, девчонка, давай попробуем.

Снятие привязки прошло напряжённо. Сначала мне пришлось расчистить всё вокруг до чистой земли. Затем ползала на корточках, выводя мелом ритуальный круг. Символы складывались в переплетение: знак отвязки, руна потока, петля жизни. Постаралась вложить в перепроверенный узор строго дозированный уровень силы и вдруг ощутила, как в грудь ударил жар.

– Ай, к демонам! – Гратур зашипел, сжав зубы. – Мягче, мягче! Это же не пеньковая верёвка, а часть моей сущности!

Прикусила губу, но не остановилась. Ладони дрожали, нить привязки вспыхнула ярче и наконец с треском оборвалась. Гратур вдохнул – насколько это вообще может сделать дух – и выпрямился. Его силуэт стал плотнее, ярче.

– Свободен, – пробормотал он, ощупывая себя, как человек, который впервые за годы снова почувствовал тело. – Спасибо, девчонка.

Улыбнулась, но сердце сжалось. Время поджимало. Мы должны уйти этой ночью.

Пришлось вернуться в комнату, где Князь собирал наши вещи с помощью Марго. Её забирать с собой я не планировала. Да ей и самой нравилось в поместье. Где ещё будет такая возможность насыщаться эмоциями от живых, удачливо не попадаясь им на глаза. Мы же с Гратуром выбирали, что я заберу из книг или манускриптов, что так любезно подобрал для меня лорд.

Где-то у двери шуршал козёл, деловито укладывая в торбы всё, что считал полезным. Гремели какие-то склянки, звенели ложки, падали яблоки.

– Надо бы ограничить его порывы, – устало вздохнула я.

– Наоборот, – фыркнул Гратур. – Пусть тащит всё подряд. Он удивительно прозорлив и удачлив.

Проблемой стал Герхорд, когда мы приступили ко второй части плана. Этот жилистый сухарь словно чуял подвох и почему-то бродил по коридорам, появляясь в самых неподходящих местах.

В тот момент, когда мы с Гратуром тихо пробирались к кабинету лорда, за спиной раздалось:

– Мэррита, вы что здесь…

Договорить он не успел. Моя рука сжалась в знак, и воздух в коридоре уплотнился. Из тьмы вырвались цепи, оплели дворецкого, стянули руки и ноги. Рот его затянула полупрозрачная вуаль, сотканная из тумана.

Мужчина выкатил глаза и злобно мычал сквозь кляп.

– М-ф-ф! М-м-м-ф-ф!

– Тише, – шикнула я. – Это временно! Скоро всё развеется.

– Надо было так с ним ещё пару месяцев назад поступить, – заметил Гратур. – Он ведь вечно следит за всеми.

Герхорд сердито дёрнулся, в этот момент козёл бодро подскочил и… боднул его пониже поясницы. Мужчина упал так шумно, что я боялась, он перебудит весь дом. При этом бедняга закатил глаза.

– Отлично, теперь он нам не помешает, – ухмыльнулся дух.

Кабинет лорда пах воском, пергаментом и какими-то травами. На письменном столе ровными стопками лежали книги. В углу – массивный сейф, оплетённый магическими знаками.

– О, замечательно, – вздохнула я. – Буду ломать защиту – и вся столица увидит фейерверк.

– Не сломай, а обойди, – подсказал Гратур. – Нарисуй руну «слепоты» поверх центрального знака. А вот здесь, – дух ткнул пальцем в сложное переплетение символов, – добавь «отторжение».

Я наклонилась, пальцем выводя нужную руну. Круг задрожал. И тут Князь, бродивший по кабинету, с размаху бросил пузырёк из своей торбы. Тот упал прямо на знак и взорвался дымком с запахом тухлых яблок. Магия вспыхнула, замерла – и исчезла.

– Это… сработало? – прошептала изумлённо.

– Потрясающе, – хмыкнул Гратур. – Я учил тебя месяцами, а козёл

Оглядываясь на дверь и ежесекундно ожидая, что в кабинет ворвётся разъярённый Каэль, я медленно открыла сейф. Хм-м-м, серебро, золото, какие-то свитки, документы и мой стаканчик с кофе, с которым я прибыла в этот мир. Он всё так же покоился в магическом пузыре. М-да-а… и зачем он лорду?

Я сгребла деньги: постаралась взять самые мелкие монеты из имеющихся, их было не так много. Пришлось забрать и более крупные. Не знаю местные цены, но, надеюсь, на первое время нам хватит. Ещё взяла небольшой серебряный амулет, на котором мерцал знак защиты. Теперь нужно было выбраться. Главная преграда – магический барьер, что лорд устанавливает каждый вечер.

Мы вновь вышли в сад. Тут пришлось снять с себя подготовленные сумки и опуститься на колени. Чтобы не оставлять следов, пальцем выводила линии прямо по земле: «искажение», «прорыв», «отражение». Лоб покрылся потом, когда круги пересеклись. В воздухе проявился и зашипел барьер.

– Ну же… ещё чуть-чуть…

В этот момент козёл достал из своей торбы какой-то пузырёк и швырнул его в сияющую стену. Барьер вспыхнул фиолетовым и, будто сам испугавшись, разошёлся, оставив дыру.

– Я… я даже не знаю, что сказать, – выдохнула, ошарашенно наблюдая за происходящим.

– Скажи спасибо козлу, – сухо заметил Гратур. – Похоже, он у нас – боевой маг.

Побег оказался хаотичным. Я споткнулась о ведро, козёл умудрился поддеть рогом лопату и опрокинуть её, громыхнув на пол-улицы. Гратур, парящий над нами, ворчал:

– Тише! Это побег, а не сельский ярмарочный концерт!

Но, несмотря на шум и суету, мы вырвались на тёмные улочки города. За нашими спинами на миг вспыхнули охранные огни поместья, но путь был уже открыт.

Я остановилась только тогда, когда дыхание сбилось, а ноги дрожали. Князь радостно фыркнул, торбы на его боках весело гремели.

– Ну что ж, – тихо сказала я, глядя на Гратура. – Кажется, мы это сделали.

– Да, девочка, – серьёзно ответил дух. – Но помни, теперь ты – беглянка. Теперь ты – цель.

Кивнула, понимая: впереди будет только труднее. Но впервые за всё время почувствовала, что сама выбираю свою дорогу.

Глава 34

Мы брели по ночным улочкам города. Каменные мостовые блестели от сырости, фонари чадили тусклым светом, редкие прохожие косились на меня с Князем. Гратур сильно уменьшился в размере и спрятался в моих волосах, чтобы не привлекать внимание.

– Выбраться из города ночью – не вариант. Будем слишком выделяться. Нужно где-то переночевать, – заявила шёпотом. – В сарае? В подвале? Может, в таверне? Деньги-то сейчас есть, но так слишком быстро выйдут на наш след.

– В таверне? – фыркнул Гратур. – С козлом? Ты представляешь лицо трактирщика?

Словно в подтверждение его слов Князь радостно рванул вперёд и врезался прямо в дверь ближайшей харчевни. Та распахнулась, и на улицу вывалился сонный повар с половником в руке.

– Кто там ещё шляется?! – рявкнул он. – Что за скотина?!

– Это не скотина, это… мой фамильяр, – поспешно сказала я, прикрывая лицо капюшоном. – Очень редкий… магический… козёл.

– Магический? – подозрительно протянул повар, но тут Князь громко мекнул, и из его торбы с грохотом выпал подсвечник, прихваченный из поместья.

– Вот видите! – вмешался Гратур, которого, к счастью, не было видно живым. – Козёл порой материализует предметы из воздуха!

– Ночью? Подсвечники?! – Повар вытаращил глаза.

– Ага, – кивнула, улыбаясь так натянуто, что заболели щёки. – Очень… полезное заклинание. Особенно во тьме.

Повар замялся, но махнул рукой.

– Тьфу! Маги… идите куда хотите, только чтоб следа вашего здесь не было!

Дверь захлопнулась, оставив нас в темноте.

– Великолепно, – прошипела еле слышно и сползла на мостовую от волнения. – Мы едва не попались из-за твоей жадности!

Князь гордо фыркнул и, будто назло, достал из торбы ещё какой-то предмет. На этот раз это оказался серебряный бокал.

– Нет, ну правда, – сухо заметил Гратур. – Он – натуральный ходячий контрабандист.

Я закрыла лицо руками и застонала. Но в глубине души впервые за долгие дни почувствовала не только страх, но и смех, пробивающийся сквозь него.

– Ладно, – сказала, поднимаясь. – Идём искать ночлег. Но Князь молчит и ведёт себя тихо.

Козёл ответил протяжным «ме-е-е», которое прозвучало как: «Ага, конечно».

Шли долго, пока город окончательно не погрузился в ночную тишину. Под фонарями остались лишь бродячие кошки да редкие патрули.

– Нужно найти место, где нас никто не будет искать, – устало пробормотала, постоянно оглядываясь. – Но и не слишком подозрительное.

– Согласен, – отозвался Гратур. – Слишком подозрительным обычно бывает подвал мясника или таверна с названием «Весёлый гробовщик».

– Это ты сейчас пошутил? Мне и одной таверны хватило…

– Нет, я реально знаю такую таверну. Там кости в меню были весьма подозрительные.

Я закатила глаза и уже хотела ответить, когда козёл бодро свернул в тёмный и грязный переулок и уверенно подошёл к полуразвалившейся часовне. Судя по отсутствию знака Пресветлого, она вряд ли сейчас активно использовалась.

– Отлично, – прошептала еле слышно. – Он теперь у нас вожак.

Дверь часовни поддалась с трудом, но внутри оказалось сухо и относительно чисто. Пыльные скамьи, паутина и каменный пол – но лучше, чем улица.

Опустилась на скамью и впервые позволила себе выдохнуть. Сердце всё ещё колотилось от мыслей о том, что лорд предал, что советники хотят моей смерти… и что теперь мы втроём с козлом и духом – против целого мира.

– Ты молодец, – неожиданно мягко сказал Гратур. – Ты справилась. Ты вытащила меня, ты сбежала, и ты ещё жива. Это уже больше, чем я надеялся.

– Но мне всё равно страшно. – Слабо улыбнулась и опустила голову. – Я ведь даже не знаю, куда дальше идти… Да и нужно как-то незаметно выйти из города.

– Это нормально, – ответил дух. – Страшно – значит, живёшь.

В этот момент козёл заскрипел дверью и шумно завозился у алтаря.

– Только не говори, что ты решил пожертвовать что-то! – зашипела я, пытаясь не кричать.

Козёл радостно выложил на камень огромную булку хлеба, явно не из наших запасов.

– Где ты это взял?! – охнула возмущённо.

Козёл гордо фыркнул и уселся жевать прямо на полу.

– Великолепно, – простонал Гратур. – Мы в бегах,

Я не выдержала и засмеялась. Смех вышел нервный, с надрывом, но именно он помог сбросить тень отчаяния, нависшую над нами.

– Ладно, – сказала, отрывая себе кусок. – Сегодня спим здесь. Завтра будем думать, что делать.

– А если нас найдут? – осторожно спросил Гратур.

Я прожевала и упрямо ответила:

– Тогда я подниму всех с ближайшего кладбища и устрою им весёлую ночь.

Гратур тихо рассмеялся, и я впервые заметила, что даже в его смехе стало меньше горечи и больше… веры в меня.

Козёл громко заржал, как будто подтверждая: «Ага, устроим».

Утро встретило серым небом и запахом хлеба с ближайшей лавки (вот, видимо, где порезвился Князь ночью). Но вместо спокойствия оно добавило тревоги: дух принёс слухи о патрулях, кружащих по округе, и искать выход из города стало слишком опасно.

– Нам нужно затеряться, – сказала я, вглядываясь в толпу на рыночной площади. – Чтобы никто и подумать не мог, что мы беглецы.

– Тебя видели в поместье лорда, – мрачно напомнил Гратур. – Любой осведомитель может узнать тебя.

– Поэтому нужно не прятаться, а… сыграть кого-то другого.

Словно в ответ на мои слова по площади протянулись звуки барабанов. Люди начали стекаться к ярким повозкам, украшенным флажками. На деревянных помостах плясали акробаты, жонглёры жонглировали горящими факелами, а перед толпой выкрикивал зазывала:

– Добро пожаловать в великое бродячее представление «Чёрный феникс»! Магия, чудеса, тайные искусства! Мы покажем вам то, чего не видел ни один смертный!

– Кажется, судьба сама подсказывает, – пробормотала я и переглянулась с Гратуром.

Пришлось немного повозиться и, прежде всего, чуть изменить мою внешность. Волосы я коротко обрезала и с помощью какой-то склянки из торбы Князя перекрасила в радикально чёрный.

Мы вошли за сцену, когда представление закончилось. Хозяин цирка – усатый пухлый мужчина в бархатном жилете – подозрительно прищурился.

– Зрители сюда не ходят.

– Я не зритель, – сказала смело и натянула рукав так, чтобы показать сложный узор, нарисованный Гратуром при помощи туши и немного приправленный магией. Он выглядел, как тёмное клеймо. – Я ведьма, у которой кончился контракт с Советом… ищу более весёлое место.

Гратур, разумеется, только хмыкнул, но хозяин цирка настороженно склонил голову.

– Ведьма с клеймом, говоришь?.. Что умеешь?

Щёлкнула пальцами – и воздух в палатке тут же задрожал. Маленький вихрь тьмы поднял шляпу с крючка и водрузил её на голову хозяина. Тот побледнел, потом засмеялся.

– Берём! Народ обожает ведьм. Особенно если у тебя нет проблем с клеймом. Сыграешь загадочную тёмную, что потеряла возлюбленного и убита горем!

– Замечательно, – пробормотала я, натянуто улыбаясь.

Только одно омрачало успех: козёл. Тот топтался у шатра и позвякивал торбами.

– Это… – хозяин ткнул пальцем. – Это ваше?

– Эм… да… домашнее животное, – ляпнула, улыбнувшись.

– Слишком большой для сцены. Народ засмеёт. И слишком умный взгляд у него, словно налоговый мытарь смотрит. Нет, зверю сюда нельзя.

Я нахмурилась. Но Князь, словно всё понимая, фыркнул, отошёл к ближайшему сараю и, к изумлению хозяина цирка, исчез там в куче соломы.

– Всё хорошо, – прошептал Гратур. – Он ушёл в тени и позже догонит нас за городом.

Глава 35

Этим же вечером я впервые вышла на арену. Толпа гудела, барабаны били ритм, хозяин заливался соловьём, расписывая, какие невиданные чудеса сейчас увидит публика. Естественно, рассказывали не только обо мне. Но я ещё не познакомилась со всей труппой, да и воспринимали меня насторожённо. Что и понятно, некромантов в Аштарисе вообще не любили. Потому я стояла в уголке одна, наблюдая за происходящим.

Чтобы не узнали, мне пришлось стать «ведьмой с клеймом». Ну… как я это видела. Разжившись зеркалом у Антуэна, хозяина цирка, я нарисовала чёрные узоры по всем открытым участкам кожи. Особенно досталось лицу: тёмные тени на веки, подводка, краска для ресниц (тут существует довольно приличный выбор косметики, нашла его в торбе Князя, что вдруг оказалась рядом со мной) – в общем… в макияж вложила всё, что знала из своего мира. Даже использовала уголь из костра и слепила фальшивую родинку. Обрезанные волосы пришлось начесать так, что они равномерно стояли дыбом.

Когда перед выступлением вышла из маленького шатра, отданного мне под гримёрку и жильё, Гратур ошарашенно пробормотал:

– Клянусь черепом дракона, я бы прошёл мимо и не узнал.

– Я ведьма, – произнесла гордо, поправив платье, утянутое корсетом так, что грудь едва не вываливалась. – Ужасаю и вдохновляю.

– Больше пугаешь такой размалёванностью, – буркнул Гратур, но смирился.

Дабы не смущать коллег, пришлось прикрыться длинным плащом с капюшоном и в таком виде ждать своего выхода.

– Перед вами сильнейшая ведьма Эйранора! – выкрикнул Антуэн. – Свободная, но клеймённая! Та, что шепчется с духами и тянет силу из мрака!

Я медленно прошла в центр арены, подняла руки, позволяя плащу стечь с моих плеч и исчезнуть, не прикасаясь к полу. Затем развернула кисти наружу, чтобы все видели клеймо, что переливалось сейчас всеми цветами радуги (спасибо Гратуру). Незаметно активировала готовые плетения, мелко нарисованные на запястьях, и чёрный туман неторопливо заструился вокруг, формируя несколько женских силуэтов вокруг меня, что полупрозрачно колыхались, словно на ветру. Люди ахнули, кто-то стал осенять себя знаками Пресветлого, а кто-то, наоборот, вспоминать Матерь Тьмы. Но никто… никто не убежал. Наоборот, все уставились на меня в предвкушении.

– О, это было сильно! – кричал Антуэн, хлопая в ладоши, когда я закончила номер, где не сделала ничего опасного или трудного – одна лишь иллюзия – и воротилась за кулисы. – Да ты нам множество золотых монет принесёшь, девочка! – Он потирал руки.

Толпа визжала от восторга, провожая меня. Я в ответ улыбнулась краем губ: впервые за долгое время оказалась в центре внимания – и не как жертва или ошибка, а как ведьма, которой восхищались и рукоплескали.

Но внутри сердце всё равно колотилось: я точно знала, что этот цирк – временный вариант. Может, всего лишь на несколько дней… Ведь когда мы покинем город… Князь наверняка нас найдёт. И начнётся настоящее путешествие. Правда, «куда», я пока не знала.

Вторая ночь прошла с большим удобством. Во всяком случае, у меня была подушка и одеяло.

Теперь же я тряслась в сторону выезда из города в закрытой повозке, «отдыхая

– Ты дышишь так, будто собираешься пробежать марафон, – хмыкнул Гратур, устроившийся в углу. Его дух мерцал слабым голубым светом, и он выглядел куда спокойнее, чем я сама. – Расслабься. Пока ты в образе «благопристойной клеймённой», они тебя не узнают.

Я зарылась глубже в душное, пахнущее травой от моли укрытие из старых костюмов. В гардеробной части повозки было тесно и неудобно, но это было лучше, чем быть пойманной.

– Легко тебе говорить, – пробормотала устало, – тебя-то нельзя использовать в ритуале.

– Неправда. В колодце – можно, – ухмыльнулся дух.

Я бы и засмеялась, если бы сердце не билось так громко.

Ворота мы пересекли спокойно. Не знаю почему, видимо, выезжать из города не возбранялось. Лишь въезд жёстко контролировался магами.

Только когда ночь уже окончательно завладела небом, а караван расположился на стоянку, тьма внутри повозки дрогнула. Между кучей различной одежды разверзлась чёрная тень, и оттуда… вышел козёл. Совершенно невозмутимый, с парой новых торб и довольным видом.

– Ме-е-е, – сказал он, будто поприветствовав нас.

– Ты с ума сошёл?! – чуть не закричала я, вцепившись в шерсть животного. – Почему так поздно… где ты был… я чуть с ума не сошла! Мы ждали тебя раньше!

– Ну что ты хотела? – лениво заметил Гратур. – Наверняка большую часть дороги шёл через тени, чтобы его не заметили. Фамильяры умнее половины людей.

Князь, казалось, согласился: гордо фыркнул и полез в торбы, вывалив на меня связку склянок и парочку неизвестных банок.

– О, неси, неси, – простонала я, – ещё бы арбузы прихватил, чтоб точно не заметили!

Цирк оказался не просто прикрытием, а настоящим глотком свободы. Труппа гастролировала по городкам и деревушкам, и никто не задавал лишних вопросов, пока зрелище было захватывающим.

Первые представления прошли на удивление удачно. Публика обожала трюки с тенями, которые я показывала, используя минимум своей магии. Но в первом же городе случился казус.

Причиной, как всегда, стал Князь. Он забрёл на кладбище за пустырём, на котором разместился цирк, и по старой привычке боднул одну из надгробных плит. Тени дрогнули, и трое мёртвых псов, похороненных тут давным-давно, вылезли из земли и побежали за ним.

– Отлично, – простонала я, когда на репетиции козёл гордо вышел на арену… в сопровождении скелетированных животных. И от них никак не получилось избавиться. Псы вернулись в самый разгар представления и стали ластиться у моих ног.

Публика, впрочем, была в восторге. «Вот это ведьма! – кричали они, аплодируя. – Так клеймённая же! Она повелевает нежитью!»

Перед Антуэном пришлось сделать вид, что так и задумано.

Теперь каждый вечер у меня были «три верных пса из загробного мира», которые выполняли команды весьма синхронно, спасибо хоть не выли на луны.

Но самым полезным оказалось другое.

Днём, когда цирк отдыхал или мы были в дороге, я училась у Гратура. Тот с удовольствием разъяснял новые темы, раскачивал мою силу, тренировал удерживать всё расширяющийся поток. Даже стал придумывать вместе со мной новые представления.

Нежить же – та самая, что все считали частью представления, – неожиданно стала моими личными «воришками».

В одном из городов их привлекла магия в древнем фолианте, оставшимся ненадолго без присмотра хозяина. Не зная, как поглотить её, они притащили книгу мне. Хм… Гратур весьма благосклонно оценил подобный дар, так что пришлось поделиться с ними чутком своей силы.

Теперь в каждом городе они отправлялись по букинистическим лавкам или частным библиотекам. Псы иногда возвращались с потрёпанными учебниками по магии, различными свитками, а иногда даже с картами и записями.

– Прекрасно, – говорил Гратур, – воровство в образовательных целях я всячески одобряю.

Козёл смотрел на них с выражением полного умиления. Скорее всего, они были его детищами, потому и не подчинились мне, когда я пыталась их упокоить.

В эти дни я впервые за долгое время чувствовала себя живой. Нет… мне всё ещё было страшно – Совет наверняка ищет, да и лорд, несомненно, уже открыл облаву. Но каждый вечер, когда толпа аплодировала моему «ведьминскому шоу», всё больше ощущала вкус свободы.

И в этом было что-то по-настоящему живое.

В повозке под шум дороги я часто думала о Матери Тьмы и о том, что та сказала: «Ключ даст переход. Он и замок, и дверь». Слова были туманны и непонятны, но внутри всё сильнее зрело ощущение: я иду к чему-то важному.

Пусть моё лицо скрыто под гримом, пусть рядом только дух и упрямый козёл, но именно сейчас, в этой нелепой труппе, я начинала становиться сильнее.

Глава 36

Возле следующего крупного города нашему бродячему цирку выделили место для выступления за пределами крепостной стены – просторную поляну на окраине. Магистрат объяснил: «Здесь удобно, толпа уместится, и никому мешать не будете. Да и проблем меньше создадите».

Но стоило мне ступить на землю, выйдя из повозки, как под ногами шевельнулся холодок. Словно босиком встала на ледяную глыбу.

– Поле, где кровь лилась рекой, – заметил Гратур, обводя местность задумчивым взглядом. – Здесь погибло по полвойска с обеих сторон. И угадай, кого закопали прямо под местом твоего будущего выступления?

Гулко сглотнула, но виду не подала. Я ведь не выполняю призыв во время шоу. Всё будет хорошо. Надеюсь, во всяком случае.

Вечером же, когда факелы осветили арену, публика теснилась даже в проходе. Я вышла в своём уже привычном образе ведьмы: лицо под густым гримом, тёмный плащ развевается, грудь вот-вот вывалится из платья, а псы гордо вышагивают следом. Начала привычное уже представление: грандиозное появление теней, порхающие силуэты, эпичные метаморфозы… публика заворожённо ахала. Но в какой-то момент земля под ногами дрогнула.

Сначала это было почти комично: одна из костлявых рук вырвалась прямо из-под ног зомби-пса, который высоко подпрыгнул. Толпа решила, что это часть номера, и разразилась аплодисментами.

– О нет, – прошептала в ужасе, – Что происходит?.. Гратур!..

– Само поле ликует, – довольно хмыкнул учитель по мыслесвязи. – Давай, не упусти шанс!

В следующее мгновение из земли поднялось не меньше сотни костяных зомби: рыцари в

Князь, как всегда, решил добавить своё: боднул одного из скелетов, и тот, спотыкаясь, упал обратно в образовавшуюся яму, зацепив двоих товарищей. Толпа взорвалась смехом.

– Продолжай! – рявкнул Гратур. – Сделай из этого хореографию!

Махнула руками, речитативом произнося нужные заклинания, и мёртвые солдаты синхронно вытянулись в шеренгу. Несколько начали маршировать, отбивая шаг костями. Другие размахивали щитами, словно цирковыми тарелками. Один умудрился прокрутиться на месте, как балерина.

– А теперь финал! – выкрикнула я в истерике, накинув побольше Тьмы.

Воины подняли копья и образовали арку. Козёл гордо вышагивал под ней, как прима-балерина. Под конец я щёлкнула пальцами – и все скелеты разом рассыпались, уходя обратно в землю с грохотом и клубами пыли и дыма.

Мгновение тишины. А потом толпа взорвалась рёвом восторга.

– ВЕДЬМА! – скандировали они. – ВЕДЬМА! ЕЩЁ!

Тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. Я едва держала контроль последние минуты, но внутри… внутри ощущала восторг от собственной силы.

– Ну что, – сказал Гратур с довольным видом, – теперь ты официально «любимая некромантка публики».

Козёл громким «ме-е-е» подтвердил его слова, и публика приняла это за часть шоу.

Толпа ещё долго не расходилась, выкрикивая: «Ведьма! Ведьма!» – и кидая в сторону выхода монеты, цветы и даже какой-то пирог. Князь, естественно, тут же его стащил.

Переодевшись и смыв тяжёлый грим, сидела на бочке, уставившись в землю. Руки дрожали.

– Я ведь… я ведь не звала их… – шептала еле слышно. – Они сами полезли. Там их тысячи.

Гратур, как всегда, выглядел почти довольным.

– Разумеется. Поле боя – это всегда сладкий пир для Тьмы. Они слышат тебя, как колокол в тумане. Но тебе удалось их не только поднять, а заставить танцевать! Это было искусство.

– Искусство? – посмотрела на него так, будто он сошёл с ума. – Я едва не устроила массовую истерию! Зачем нам ненужное внимание?!

К этому моменту из своих гримёрок стали появляться и другие циркачи. Шут с размалёванным лицом восторженно размахивал руками.

– Дорогуша, это было шикарно! Никогда не видел, чтобы мёртвые маршировали так стройно! Тебя нужно записывать последним номером программы, как гвоздь вечера!

Жонглёр добавил, балансируя тремя шарами в руке:

– А этот скелет, который крутился волчком, – браво! Ты его специально натренировала?

– Да я его еле удержала, чтоб он мне в лицо копьём не зарядил! – огрызнулась, но «коллеги», похоже, услышали только «да».

– Вот это мастерство! – восхищённо хором выдохнули они.

Тем временем козёл деловито рылся в сумках с реквизитом и вытащил барабан. Встал на задние копыта и бодро забарабанил, как будто играл на бис. Теперь и коллеги взорвались аплодисментами.

– Всё, конец. – Я закрыла лицо руками. – Теперь даже спать спокойно не смогу – вдруг ночью кости опять полезут.

– Зато у тебя теперь алиби, – хмыкнул Гратур. – Все уверены, что это цирковой номер.

Он наклонился ближе и почти шёпотом добавил:

– Но запомни: ты почувствовала силу. И эта сила тоже тебя почувствовала.

Я вздрогнула, но промолчала. В шуме оваций вдруг послышался глухой шёпот земли, будто невидимые солдаты всё ещё ждали приказа.

Наутро цирковой лагерь заполонили люди. Не стража, нет: глава магистрата явился собственной персоной – пузатый господин в красном камзоле, с суровым видом и толстой папкой под мышкой. За ним семенили два писаря и дюжина солдат.

– Мы тут по распоряжению городской управы! – важно объявил он, глядя на артистов, собравшихся в кучу. – Вчера во время представления произошло… м-м… массовое нарушение естественного порядка! Земля вскрылась, из-под неё полезли… эти… ну, сами знаете что.

Жонглёр тут же вытянулся и заулыбался:

– Это был фокус… иллюзия, уважаемый! Всё под контролем. Репетиция, отточенная годами!

– Фокус? – чиновник насупился. – Значит, вот так, по щелчку пальцев, мёртвые солдаты маршируют, а женщины на трибунах падают в обморок?

Шут театрально упал на колени, хлопнув себя по груди.

– Господин, ну это же цирк! Люди любят, когда им страшно!

Все взгляды незаметно скользнули ко мне. Я стояла чуть в стороне, лицо густо измазано белилами, тени на глазах почти скрывали взгляд. Постаралась выдавить из себя нервную улыбку:

– Дорогой бургомистр, это… иллюзия. Тень, дым, зеркала. Вы же видели – ничего не осталось.

И правда, в конце представления все кости ушли обратно в землю, будто их никогда и не было.

Но чиновник всё же прищурился:

– Иллюзия, говорите? Странная иллюзия. Наши маги утверждают, что почувствовали всплеск некротической энергии. Мы вынуждены были сообщить стражам Башни.

Циркачи переглянулись. Кто-то икнул. В этот момент козёл, будто нарочно, выскочил из-за палатки с огромной торбой на спине. Он шлёпнул её к ногам бургомистра, крышка приоткрылась, и наружу выкатилась челюсть – самая настоящая, костяная.

Толпа ахнула. Мужчина побледнел.

Я рванулась вперёд, схватила челюсть и засмеялась так звонко, что у самой внутри всё похолодело:

– Ха-ха! Видите? Реквизит! Обычный театральный реквизит. Из воска и дерева. Хотите потрогать?

Сунула челюсть прямо в руки чиновнику. Тот дрожа постучал зубами о зубы – и, к счастью, они не заскрипели, а тихо «тукнули», как деревянные.

– Хм… – бургомистр внимательно рассмотрел мою метку на руке и отступил. – В таком случае… предупреждаю: в следующий раз, если подобные «фокусы» повторятся, цирк будет изгнан из города. А вас, мэррита, – он ткнул пухлым пальцем в меня, – лично доставим в Башню для допроса.

– Конечно, господин бургомистр. – Я сладко улыбнулась, хотя руки дрожали.

Когда чиновники ушли, циркачи разом вздохнули с облегчением. Шут хлопнул меня по плечу:

– Ну, ведьма, ты не только мёртвых танцующими делаешь, но и живых чиновников!

Князь в ответ громко мекнул, явно гордясь собой.

Я же почувствовала: земля под моими ногами всё ещё хранит зов. И если в этот раз удалось отбрехаться, то в следующий…

Глава 37

Следующее представление прошло под бдительным надзором. На первых рядах сидели люди в чёрных плащах, с холодными глазами, на груди у каждого красовался серебряный знак Башни. Их взгляды – острее любых кинжалов. Я всей кожей ощущала магическое давление, сама же арена словно

Во время своего выхода подняла руки, демонстрируя метку и вызывая привычный рой искр и дымовых завес. Под куполом шатра вспыхнули фиолетовые огни. А из-под земли вновь, как назло, стали подниматься скелеты. Правда, сначала пошли лошади… и тут козёл, гордо вбежавший в центр, ухватил в зубы один из черепов и с размаху метнул его в публику.

Толпа ахнула. Один из стражей Башни встал, но Князь с видом великого артиста поднялся на задние ноги и проблеял: «Иллюзия» – так артистично, что даже суровые маги хмыкнули. Я же отчаянно махала руками, закидывая арену камнями «упокоения», а заодно окутывая её дымом, и вещала, добавляя гулкое эхо:

– Иллюзия, дамы и господа! Всего лишь иллюзия!

Стражи переглянулись и кивнули. Казалось, они поверили.

На следующую ночь мне пришлось в полной темноте проползать на коленях всю арену, вычерчивая ножом знаки упокоения и очищения. А затем аккуратно рассыпать поверх свежее сено.

Но с этого дня цирк уже не был прежним. Теперь на каждом представлении стояли маги, проверяли декорации, ощупывали реквизит, а публика хмурилась: «Да что за скука? Никакой тайны, всё – иллюзия». Люди перестали верить в чудо.

Зрителей становилось всё меньше и меньше… пока однажды вечером полупустой шатёр не огласили аплодисменты лишь десятка детей и пары пьяниц. Труппа ворчала. Денег не было.

Только Князь развлекался по полной. То утащит у акробата сапог… один, то сожрёт половину занавеса, то, в самый кульминационный момент чьего-то выступления начнёт бегать кругами и бодать декорации.

Артисты ругались, но именно эта нелепица спасала от подозрений: стражи Башни махали руками – да какие тут великие некроманты? Просто бродячие шуты с дурным козлом.

Когда цирк свернул лагерь и покинул город, жители вздохнули с облегчением. Стражи Башни проводили нас до самых выселков, убедившись, что больше мы не вернёмся.

Я же в ночь отъезда не смогла уснуть. Тихо плакала под одеялом. Все эти маскировки, фокусы, постоянный страх разоблачения… Сколько ещё? Зачем? Я не хотела становиться частью чужого цирка. Но ещё больше – частью кровавого ритуала… Я хотела туда, где не нужно каждое утро просыпаться и бояться, что тебя выследят. Хотела домой! На Землю!

Гратур, всегда невозмутимый, завис рядом и положил прозрачную ледяную руку на моё плечо.

– Ты слишком многого ждёшь от этого мира, особенно того, что терзает твоё сердце, – сказал он низким голосом. – Дорога между мирами существует… но… путь закрыт для живых.

Я всхлипнула, уставилась на него с надеждой и страхом:

– Ты знаешь, как мне выбраться отсюда?

Он кивнул.

– Разлом. Врата, через которые течёт сама ткань миров. Я проходил через них ещё при жизни. И каждый раз договаривался с силой, что старше всего сущего. Тьмой Изначальной.

– Договаривался?.. – Мой голос дрогнул.

– Ты должна понять: такие сделки не заключаются словами. И о них не рассказывают...

Когда все заснули, мы выбрались за пределы вставшего на ночь лагеря. Я не боялась. Три зомби-пса у кого хочешь отобьют желание интересоваться мною.

Учитель чётко вёл меня в какое-то только ему известное место неподалёку.

Гратур остановился рядом с треснувшими камнями, его тень сливалась с ночным мраком. Когда я спросила его про Тьму и разломы, он долго молчал, словно решая, можно ли мне это знать. И всё же решил показать наглядно… А придя сюда, на место давно разрушенного храма, от которого остались одни камни, заговорил глухо, сдержанно, будто отдавал дань давней клятве.

– Этот мир, Евжения, не всегда назывался Эйранором. Когда-то он был просто куском мрака среди сети иных тёмных миров… как и множество других. Но появилась Она – Мать Тьмы. Соткала пространство, наполняя пустоту дыханием, и вылепила первых людей... магов. Мэрритов… Не для поклонения, не ради жертвы – для жизни.

Он поднял руку, указывая на узор трещин, неожиданно засветившихся фиолетовым.

– Но Тьма не едина. Хаос – тоже дитя мрака. Его не было видно, пока он не почувствовал вкус силы поклонения. Он пришёл сюда под видом друга, под видом того, кто дарует свободу… и начал рвать мир на части. Его жертвоприношения утопили Эйранор в крови. Он сводил с ума последователей, осушал реки, обращал горы в прах.

Голос Гратура стал тише.

– Мать не могла больше собственноручно губить любимые создания, защищая их от Хаоса. Каждое её движение спасало тысячи и убивало тысячи. И тогда она сделала тяжёлый выбор, за который мы до сих пор расплачиваемся. Она отдала Эйранор во власть Пресветлого. Тот очистил его от мрака, но богиня закрыла врата, отрезая наш мир от древа иных миров. А Хаос остался здесь, заперт, как зверь в клетке.

– То есть… – вздрогнула я. – Он никуда не может уйти?

– Не может, – кивнул Гратур. – Но не значит, что не пытается… Он создаёт разломы, стараясь выбраться. Правда, может достать только до тёмной связки миров, населённой лишь чудовищами, у которых нет интеллекта. Если он уйдёт туда, то окажется запертым уже в нижних мирах. А как там наполняться силой без поклонения? Здесь же он старается коснуться тех, кто ищет власти и не понимает, кого на самом деле впускает в сердце.

Учитель пристально посмотрел на меня.

– Проходы между мирами теперь возможны только через Тьму Изначальную. Её сила неподвластна Пресветлому, и Хаос её не сломил. Она держит ключи от всех дорог. Но каждый, кто дерзает попросить её об этом, должен заплатить – иногда самой жизнью, иногда чем-то дороже.

Я вслушивалась в каждое слово, и холод пробежал по коже.

– Значит, если я хочу вернуться домой… я должна договориться с Матерью Тьмы? Но… она сама… да и Раланс называли меня ключом!

Гратур слегка улыбнулся уголками губ, и гримаса эта была мрачной.

– Где ты видела ключ, который самовольно может покинуть дверь?

Князь в этот момент чихнул так громко, что мы оба вздрогнули. Даже нервно рассмеялась, но сердце билось слишком быстро. Я закрыла лицо руками. Договариваться с той, кого даже Гратур боится и называет изначальной божественной силой… Но сердце стучало слишком отчаянно, и мысль о Земле жгла сильнее страха.

– Если это единственный способ, – прошептала еле слышно, – значит, я должна попробовать. Ты знаешь, как найти существующий разлом? Где-то есть указания на систематику их появлений? Может, в легендах? В каких-то книгах? Не наугад же будем тыкаться? Кто знает, где Хаос

Гратур задумчиво коснулся подбородка.

– Не обязательно идти в активный. Закрывшийся тоже долго хранит основу мрака. А сами разломы оставляют следы. Их чувствует земля. Старые хроники описывают их как места, где «почва стонет». Камни трескаются, воздух тяжелеет, иногда там слышен гул.

– Прямо как рекламный проспект для туристов Камчатки, – мрачно пробормотала, смотря в небо.

Следующим вечером, когда артисты собрались у костра на стоянке, я рассказала истории о легендах и попросила других поведать о странных местах, в которых они побывали. Циркачи любили такие байки: кто-то упомянул скалы, где ночью слышатся голоса; кто-то вспомнил болотистую низину, где огни сами вспыхивают над водой; а старый дрессировщик уверял, что неподалёку от следующего города есть древнее капище, на котором никто не решается ночевать.

– Там будто стонет земля, – сказал он, понизив голос. – Ни зверь ни птица туда не ходят. Даже собаки воют, если близко подвести. Притом всё повторяется время от времени.

Мы с Гратуром переглянулись. Это было слишком похоже на то, что мы искали.

На следующий день цирк повернул в ту сторону. Дорога шла среди низких скал, и чем ближе мы подъезжали к указанному месту, тем сильнее я ощущала давящую тяжесть в груди. Будто сам воздух сгущался. Фамильяр фыркал и всё время косил глазами на горы.

– Чувствуешь? – тихо спросила учителя.

– Чувствую, – ответил Гратур. – То что нужно. Место разлома где-то рядом.

Глава 38

Ночью, когда все уснули на очередной стоянке, не доезжая до города, я решилась на вылазку. Пробралась к похожим древним камням, слегка освещённым лунами (Гратур просветил о наличии таковых поблизости). Пока шла, земля под ногами едва заметно вибрировала, в тишине слышался гул – низкий, похожий на далёкое сердцебиение. С моим появлением он стал мощнее, словно заработала огромная турбина. Остатки храма, покрытые трещинами, слабо засветились фиолетовым. По ним будто шли узоры, пульсируя в такт.

Князь, конечно, увязался за мной, гремя торбами. Последнее время он старался не оставлять меня одну. Даже спал рядом, положив рогатую голову мне на колени.

Гратур неожиданно возник рядом, когда я остановилась в центре остова когда-то великого храма. Полупрозрачная фигура слегка колебалась на фоне лунного света.

– Разлом давно затих, хотя остатки ещё хранят эманации мрака. Но тут уже неопасно. Нужно лишь обратиться к Тьме Изначальной.

Я сглотнула.

– И… как именно это сделать?

– Она откликается на силу. Или на жертву. Но какую именно – решать тебе.

Князь боднул меня в колено, едва не сбив с ног. Я же хмыкнула сквозь страх:

– Жертвовать фамильяра не вариант.

– Слава теням, – пробормотал Гратур. – Надеюсь, Тьма не начала поглощать твой разум, чтобы ты вдруг пошла на такое.

Встала перед самыми яркими камнями… глубоко вдохнула.

– Матерь Тьмы… – зашептала я еле слышно. – Если ты и вправду слышишь… если можешь открыть дорогу к моему миру – скажи! Надеюсь, я смогу осилить цену.

Сначала ничего не происходило, но потом воздух неожиданно дрогнул. Из трещин выплеснулся холодный туман, и прямо в сознании раздался голос – бескрайний, женский и пугающе древний:

– Ты и есть ключ… Но двери открываются не тем, кто хочет сбежать… а тем, кто готов пройти наперекор себе.

Я вздрогнула… смысл ускользал от моего понимания, но сердце бешено заколотилось.

Козёл снова боднул, будто возвращая к реальности.

– Она ответила? – Гратур смотрел пристально.

– Да, – кивнула, губы дрожали. – Но я ничего не поняла…

Ночь постепенно отступала от развалин древнего храма, где когда-то возносили молитвы Тьме Изначальной, заполняя предрассветными сумерками. Я стояла посреди обрушившихся колонн, каменные глыбы местами поросли мхом, и даже высокая трава покрывала основную часть пространства. Словно сам мир отвернулся от этого места.

Слёзы текли по моим щекам. Благо, пока мы в дороге, я не наносила грим, и капли, спадающие на грудь, не грозили испортить и так скудный гардероб.

Вдруг предрассветную тишину разорвал знакомый голос:

– Зачем ты пришла сюда, Евжения? Зачем играешь с силами, которых не понимаешь?

Я резко обернулась. На краю развалин стоял лорд Ардаль. Почему-то в одиночестве. Его силуэт был чёток, глаза сверкали как сталь.

– Подозревал, что найду тебя именно здесь. – Его голос был холоден и чужд. – Хотя, честно говоря, ты удивила меня направлением. Неужели решила примкнуть к Хаосу? Ты зашла слишком далеко, Евжения... Я не могу позволить тебе выпустить Его на свободу!

Холодный пот проступил на моих висках. Не сомневаюсь – он пришёл за мной. Как же… Жертва сбежала, оставив ритуал без нужной крови…

Интересно… он осознаёт, насколько сильной я стала? Может, получится договориться?

– Лорд, – голос предательски дрогнул. – Я…

Но он шагнул ближе, и паника накрыла меня с головой.

Не давая себе отчёта в происходящем, я вскрикнула руки, и мир взорвался.

Сначала – едва заметное эхо, будто шёпот из могил, прокатилось по округе. Потом земля содрогнулась так, что я едва устояла на ногах, и почва с хрустом разверзлась вокруг храма. Повсюду поднимались кости, обрывки тел и даже цельные скелеты в ржавых доспехах. Древние рыцари, солдаты, даже храмовые женщины и животные – всё, что было погребено в округе, вставало в ряды. Сотни. Может быть, тысячи.

Храм сотрясался, впивая мою силу и пробуждая армию нежити.

– Что ты натворила… – голос Ардаля сорвался, и в нём теперь слышался не холод, а ярость.

Но было поздно. Мёртвое войско окружало развалины и, повинуясь моему паническому приказу, обрушилось на лорда в попытке защитить свою создательницу.

Силуэт Каэля мерцал в буре заклинаний. Его руки чертили в воздухе огненные печати, каждая вспышка сжигала сразу десятки мертвецов, но из глубин уже вылезали всё новые и новые. Вокруг всё скрежетало, словно сама земля вопила.

– Бежим! – крикнул Князь и схватил меня за подол.

Поддавшись этому порыву, я бросилась к лесу, из которого мы пришли.

– Евжения!!! – Мужской крик прорезал грохот. – Послушай! Не верь Хаосу! Тебе нужно остановиться! Я могу помочь! Ты же сама говорила, что армия нежити не выход! Вспомни! Я не враг тебе! Остановись!!

Обернулась, на миг остановившись. Лицо Каэля светилось в лучах входящего солнца, волосы растрёпаны. В глазах – не растерянность, не мольба. Уверенность в своих словах.

– Лжёшь! – выкрикнула я, и голос сорвался в хрип. – Всё было

Лорд хотел шагнуть ко мне, но я вскрикнула от испуга, и хлынувшая лавина костей и полуистлевших тел смела его, заглушив слова. Он всё ещё пытался кричать сквозь бойню, но его слова тонули в хоре скрежета и хрипа мёртвого воинства.

Сжала кулаки, развернулась и бросилась к лагерю, пока огонь и магия пожирали поднятое мною войско. Последнее, что я видела, – как лорд, окружённый кругом света, всё ещё бьётся один против сотен, а в его глазах нет ярости… только отчаяние.

Земля тряслась от ударов магии, а я бежала сквозь лес, не разбирая дороги. Только бы уйти. Только бы выжить. Не хочу быть жертвой! Я должна выжить!

Князь всё время был рядом, постоянно оглядываясь и контролируя наши тылы.

Когда ноги почти отказали, уже спотыкалась, достигла лагеря. Пытаясь выровнять дыхание, схватилась за бок и заставила себя идти дальше, опираясь на предметы вокруг.

В шатрах царила тишина – артисты ещё не проснулись. Сюда почти не долетал грохот сражения. Никто не заметил моего исчезновения.

Ворвалась в палатку, где спали акробаты, и растормошила ближайшего:

– Вставайте! Быстро! Мы должны уходить!

– Ч-что?.. – Сонный голос был полон недоумения.

– За лесом вспышки, грохот, я сама видела! Кто-то сражается, и, если это слуги Хаоса, мы все пропали. – Я сделала вид, будто только что проснулась от шума. – Мы должны бежать!

Козёл боднул бочонок с водой, тот загремел и расплескался.

– Вот! Даже он чувствует беду! – выкрикнула я, пытаясь растолкать остальных.

В лагере поднялась паника. Кто-то на бегу пытался натянуть сапоги, кто-то хватал разобранные вещи. Артисты носились, сталкиваясь друг с другом. Один из жонглёров умудрился уронить целый сундук шаров, и они покатились по траве, как безумные огненные глаза.

– Быстрее! – кричала я, помогая завязывать ремни на повозках. – Если мы останемся – нас сметёт!

Пару минут спустя весь цирковой лагерь, сбившийся в кучу, уже сворачивал шатры. Лошади ржали, кто-то ругался, кто-то плакал. Все торопились убраться подальше от вспышек в лесу. Я села в повозку, сердце всё ещё бешено колотилось. Вдалеке небо полыхало уже видимыми огненными разрядами. Там оставался лорд. Там оставалось тающее войско, которое я вызвала своим страхом.

Вцепившись в край повозки, старалась выглядеть испуганной, но не безучастной. В душе же пульсировало одно: я выжила. Но какова будет цена?

Козёл в этот момент запрыгнул рядом и боднул торбу с зельями так, что она перевернулась прямо на голову силачу. Тот взвыл, перепачканный в зелёной жижице, и все на миг замерли.

– Это знак! – выкрикнула я с серьёзным видом. – Нам нужно быстрее уехать!

Цирк, взвинченный моими словами, сорвался с места, мчась прочь от приближающегося грохота.

Глава 39

Ближе к полудню мы достигли маленького поселения у тракта. Уставшие, но живые. Хозяин цирка, бледный и злой, первым делом направился к местным стражам и хриплым голосом вывалил всё, что видел:

– В лесу… в лесу, у развалин храма, Хаос прорывается! Там вспышки, грохот, тени! Мы видели! И только чудом спаслись!

Стражники переглянулись. Видимо, они не слишком рвались мериться силами со слугами Хаоса. Но должность обязывала, да и жители постепенно собирались вокруг, привлечённые не столько тем, что кто-то говорит со стражниками, сколько самим видом нашего циркового табора.

– Из Башни магов вызывать будем, – наконец пробурчал один из стражей, зевая. – Пусть проверят, раз вы утверждаете.

Антуэн аж задыхаться стал от подобных слов. Он имел дело не только с высокопоставленными особами, но и с довольно криминальными элементами и всегда занимал, по его мнению, выигрышную позицию при общении. Так что мнения о себе был довольно высокого… и вдруг такое пренебрежение. Да ещё и после ужаса, которого циркачи натерпелись.

Так что с его стороны последовали крики и угрозы, если стражники не поторопятся.

И действительно, уже через час, пока труппа закупалась продуктами у местного торговца, в поселение прибыли мрачные маги-стражи из ближайшей Башни. Они неторопливо двинулись к лесу, даже не удостоив циркачей долгим взглядом.

Я, стоя за спинами акробатов, кусала губы до крови. Каждое их движение казалось смертным приговором: сейчас схватят… сейчас крикнут, что нашли беглянку, и заберут…

Но никто не спросил у меня ни имени, ни кто такая. Ни одного намёка, что лорд успел их предупредить. И через несколько часов уже весь караван катился подальше от тьмы леса.

Я сидела в повозке, дрожа от облегчения и страха одновременно. В груди ещё гулко отдавалось: почему он не предупредил обо мне? Зачем промолчал?.. Почему не сдал Совету? Не окружил?

Колёса грохотали по тракту, и каждый поворот дороги отдалял нас от столицы, от башен, лорда и его холодного взгляда.

Но от страха внутри меня ничто не отдаляло. Так что я просто сидела в повозке, спрятавшись под грудами старых костюмов и реквизита, и прислушивалась к каждому скрипу, будто ожидала, что из-за ближайшего холма вынырнут стражи Башни с лордом во главе.

Но никто не преследовал.

На третий день труппа свернула к югу, и воздух стал мягче, теплее. Лес редел, сменяясь лугами и полями, усеянными желтизной колосьев. Цирк двигался караваном: телеги, клетки, звери, музыканты – целая кочевая семья. Люди потихоньку оживали после пережитого ужаса, снова спорили, шутили, делились приготовленной перед дорогой едой.

Я же старалась быть тенью. Выходила только тогда, когда была нужна: помочь накормить зверей или с дежурством по приготовлению еды. Но ночью, когда все засыпали, мы поднимали полог повозки и шептались с Гратуром. Он продолжал учить меня всё более древним связкам символов, которые даже не нужно было чертить: достаточно представить и силой воплотить в реальности. Без кулона-ограничителя я теперь могла почти мгновенно переливать возросшую силу в линии, строя объёмные плетения. Целые связки конструкций.

Иногда всё это было слишком громко, и Князь, который теперь часто уходил в тени, проверяя периметр, появлялся рядом и мекал укоризненно, будто строгий наставник.

Через неделю мы добрались до портового города. Огромные каменные стены возвышались над гаванью, где качались мачты и кричали чайки. Город кипел жизнью: что-то всё время разгружалось или вывозилось под истошные матюки приказчиков, мелкие торговцы сновали вокруг, а зычные зазывалы рядом нахваливали товар. Даже дети гоняли мяч прямо под копытами лошадей, увеличивая общую чехарду. Ну а почти в

Цирк разбил лагерь на окраине, недалеко от въезда в город. В первый же вечер набилась толпа. Люди устремились к огромному шатру, в котором обещали чудеса.

Я дрожала за кулисами, когда Антуэн объявил мой выход. Хотя всё было как и раньше: слишком густые тени, слишком яркие губы, почти вся кожа спрятана под пудрой, а поверх нарисованы переплетающиеся узоры. Словно чужая женщина.

Вышла на арену под свет факелов, и меня встретил гул аплодисментов. За спиной из теней выплыли зомби-псы, теперь – верные спутники. Они двигались синхронно, как будто чувствовали музыку, и зрители ахнули.

Это было странное, дикое ощущение: в обычной жизни – беглянка, жертва, некромантка без будущего. А на арене – ведьма-звезда. Люди ждали и аплодировали мне.

Два дня подряд был аншлаг. Все говорили только о «ведьме с клеймом и её мрачных чудесах». Гратур был доволен и даже порой светился. Князь гордо бродил между шатров, как будто именно он управлял всей труппой.

В первый раз за долгое время было тихо. Никаких древних захоронений, проклятых мест, никаких случайных восстаний мёртвых. Даже учитель заметил:

– Удивительно… Словно этот город под защитой силы Пресветлого. Слишком всё гладко. – И нахмурился, что с ним случалось редко.

Я лишь радовалась этой передышке и позволила себе впервые за долгое время спокойно улыбнуться.

Но всё оборвалось на третий день. В самый разгар выступления, когда псы танцевали в круге голубого дыма, я заметила его.

Лорда.

Он сидел среди зрителей, красивый и властный, с таким же безупречно холодным лицом, как всегда. Глаза его сияли, отражая пламя факелов.

«Нам надо поговорить, – прочла по его губам. И затем: – Все выходы из города перекрыты». – С саркастической улыбкой.

Холод пронзил позвоночник. Мир внутри меня рухнул, но я продолжала двигаться, продолжала вести номер, как будто ничего не случилось. Люди хлопали, смеялись, восхищались, а у меня дрожали пальцы, и сердце теперь билось так, будто пыталось выскочить наружу.

Отдала последний приказ псам, и представление завершилось. Зрители вскочили, аплодируя. Толпа ревела, но я почти ничего не слышала. Перед глазами стояло лишь лицо Ардаля.

– Ты побледнела, – сухо заметил Гратур, когда я вернулась за кулисы. – Кто-то из мёртвых?

– Хуже, – прошептала еле слышно. – Лорд здесь.

Козёл громко чихнул и опрокинул корзину с реквизитом, как будто подтверждая мои слова.

– Ха, вот и развлечение, – протянул Гратур. – Я предполагал: рано или поздно он нас найдёт. Вопрос был только, где это случится и успеем ли мы сбежать.

Я закрыла лицо руками.

– Он сказал, что хочет поговорить… и… что все пути для бегства перекрыты. Я не могу поднять войско нечисти прямо в городе… Там безвинные люди… дети… Я не стану монстром!..

– И правильно, – неожиданно мягко отозвался дух. – Но прятаться вечно не выйдет. Значит, надо разговаривать… если он так хочет…

– Ты с ума сошёл?! Он планирует принести меня в жертву! – воскликнула возмущённо.

– Нет. Ты пойдёшь к нему. А я… и этот парнокопытный… – Гратур бросил на козла выразительный взгляд. – Мы вместе с псами будем рядом. Если он попробует взять тебя силой –рванём занавес реальности и уйдём тенями.

В задумчивости закусила губу. Я понимала: от встречи не отвертишься.

Через несколько минут, когда дневное представление должно было вот-вот подойти к концу, тихо подошла к юркому мальчишке, сыну дрессировщика.

– Можешь оказать мне услугу? – И, дождавшись его кивка, протянула свёрнутый листок пергамента. – Передай высокому красивому господину в сером плаще в девятом ряду. Скажи: «от ведьмы». Только осторожно.

Мальчишка засмеялся:

– А это что, любовная записка?

– Это секрет. – И я прижала палец к губам.

Мальчишка кивнул, а я смотрела ему вслед, чувствуя, как холодеют руки. И лишь когда тот унёсся в толпу, руки дрогнули.

На бумаге было всего одно предложение: «Буду ждать у края лагеря после заката».

Сегодня решалась моя судьба.

Глава 40

Ночь окутала стоянку мягким пологом. Циркачи отдыхали после выступления: кто-то пил у костра, кто-то уже спал в шатрах. Все были довольны, особенно Антуэн, что сверкал, как золотые, которые сам недавно подсчитывал при свете свечи. Но даже в его повозке уже было темно. Лишь редкие шаги полуночников, направляющихся облегчиться, нарушали сонную тишину.

Я стояла у самой границы лагеря, куда костры уже не доставали. Кусты по краю отбрасывали длинные тени от лунного отсвета, а за ними начинался небольшой пустой луг, ведущий к лесу. Я то и дело поправляла накидку, чувствуя, как холодный ком страха давит на грудь изнутри.

Гратур был рядом, но невидим. Неизвестно, как Ардаль может отреагировать, узрев на свободе духа, за привязку которого отвалил немало денег. Правда, голос учителя звучал в голове ясно:

– Помни. Ты не обязана ему доверять. Но и показывать ненависть нельзя. Слушай. Смотри. Дай ему говорить больше, чем скажешь сама.

Рядом, будто нарочно громко, фыркнул Князь, который почему-то решил лечь прямо в траву. Его торбы с пузырьками и склянками звякали при каждом вздохе.

– Хоть кто-то готов в случае чего устроить фейерверк, – заявила я нервным шёпотом.

Способность фамильяра к применению различных зелий больше не вызывала недоверия.

В этот момент тьма впереди дрогнула. И из кустов шагнул он.

Лорд был таким же, каким я запомнила его в саду… и в страшных залах Башни: высокий, хищно-спокойный, будто высеченный из камня. В плаще, с поднятым капюшоном, но это не скрывало сияния его глаз. Он оставался всё таким же… убийственно красивым.

– Ты пришла, – произнёс Ардаль негромко.

– Ты не оставил мне выбора, – ответила ровно, но пальцы невольно сжались в кулак.

Между нами пролегла пауза. Только ночь и дыхание ветра. Каэль сделал шаг ближе, и я ощутила, как внутри всё задрожало, смешав злость, обиду и то, что я никак не могла изгнать, – ту самую искру, что вспыхнула в танце тогда, на балу.

– Ты изменилась, – произнёс лорд. – Я вижу это даже отсюда. И сила твоя стала иной… Ты сама понимаешь, что творишь?

Усмехнулась. Горько:

– Я учусь выживать. А что, по-твоему, я должна была делать? Ждать в твоём доме, пока ты… – Я прикусила язык. – Пока Совет решит мою судьбу?

Он резко поднял взгляд.

– Так понимаю, ты слышала…

– Достаточно, – прошептала еле слышно.

– Евжения… – Каэль выдохнул моё имя так, словно пробовал его на вкус. – Всё немного не так... Хотя… признаюсь… когда ты попала в Эйранор, именно я предложил Совету простое решение: твоей кровью заблокировать любую возможность прорыва ткани реальности. Отнять у Хаоса даже шанс на подобное. Ты – последняя из великого рода некромантов, что путешествовали по сети миров. Насколько я знаю… кто-то из твоих предков заплатил жизнью за возможность спрятать потомство за пределами «тёмной системы».

Я почувствовала, как в груди всё сжалось. Сердце будто провалилось куда-то в темноту.

– Ну конечно… последнюю из рода нужно непременно отправить на убой…

– Тогда я не знал, что ты ещё и ключ, – резко сказал он. – Но потом… потом была книга Первоистоков… а затем мы начали допрашивать тех, кого ты сама помогала нам ловить. Слуги Хаоса говорили одно и то же: они ищут тебя, но и… опасаются. Твоё существование – угроза.

– Угроза кому? – нахмурилась я. – Хаосу?

– Да, – мужчина посмотрел на меня, и в глазах было что-то жёсткое, тяжёлое. – Ты – ключ. Но именно потому через тебя можно выманить Хаоса. Заставить его показаться. А затем выбросить обратно в мрак нижних миров и запереть все пути. Навсегда.

Он сделал ещё шаг, будто боялся, что я сбегу.

– Пойми: ты не жертва. Ты – единственный шанс окончательно остановить его.

Я молчала. Внутри всё кипело: слова лорда звучали и как признание, и как оправдание, и как очередная ловушка.

– Так значит, – произнесла медленно, – сначала ты хотел пустить мне кровь... Теперь хочешь использовать как приманку.

– Не использовать, – он качнул головой. – С твоей силой мы сможем сделать то, чего никто не мог веками…

– Красиво говоришь. – Я резко усмехнулась, но в этой усмешке не было радости. – Только почему я всё время – инструмент? Почему никогда – человек со своей волей?

На миг его лицо дрогнуло. Взгляд стал мягче.

– Для меня ты… не просто человек… – Он замолчал, будто сам себе запретил сказать больше. – Просто поверь: всё не так, как кажется.

Тень внутри злобно шевельнулась, и я почувствовала, как Гратур тихо заговорил в голове:

«Видишь? Он снова говорит половину правды. Не доверяй. Но слушай внимательно: в его словах всё равно спрятаны ответы».

Я подняла голову и холодно посмотрела на лорда.

– Хорошо. Я услышала. Но верить? – Сделала шаг назад. – Это совсем другое.

Темнота сгущалась вокруг, и казалось, что даже костры цирка вдалеке не могут разогнать тьму между нами.

– Ты должна понять, – начал Ардаль, его голос был низким и глухим. – Ты думаешь, что я хотел лишь использовать тебя… Но это не так. Я хотел… хочу спасти этот мир.

– Удобное оправдание. – Я сжала руки в кулаки.

– Ты не осознаёшь, – резко ответил он и шагнул ещё ближе. – Каждый год во имя Хаоса гибнут тысячи. Не только те, кто называет себя некромантами. Простой люд. Целые деревни исчезают. Я видел земли, на которых не осталось ни одного живого человека, только обугленные камни и следы когтей. Я видел детей, превращённых в сосуды для тварей, выпущенных из разломов. – Его голос дрогнул. – Ты не представляешь, что значит смотреть в глаза матери, которая теряет ребёнка на твоих глазах, и знать, что ты ничем не можешь помочь. Особенно если… – осёкся лорд.

Я невольно побледнела, но не проронила ни слова, а Князь раздражённо встал между нами.

– Хаос ломает разум, – продолжал Ардаль. – Даже сильные некроманты сходят с ума от его шёпота. Каждый год мы теряем лучших. Мы теряем надежду. И скоро… некроманты исчезнут вовсе. А вместе с ними – и защита этого мира.

Он сделал паузу и посмотрел так пристально, что мне стало трудно дышать.

– Единственный способ остановить это – выбросить Хаос из Эйранора. Навсегда. – Его голос стал твёрдым как камень. – Но для этого нужен ключ. Сильный, способный не сломаться. Тот, что он сам ищет. Тот, к кому тянутся его щупальца. Ты.

– Так вот почему ты «учил» меня, а не послал сразу на смерть? – Мой голос был холоден и сух.

– Да, – не отвёл он взгляда. – Я надеялся, что смогу сделать тебя сильнее. Достаточно сильной, чтобы ты пережила ритуал. Чтобы ты не просто открыла путь, но и выдержала его натиск, удержала Хаос, пока мы закроем двери за ним.

– Пережила? – В моём голосе прорезалась горькая усмешка. – То есть предполагается, что я могу всего этого не пережить... Банальная жертва, только теперь красиво завёрнутая в слова «сильная» и «достойный ключ».

– Нет! – резко ответил он и почти сорвался на крик: – Не жертва!.. Надежда! Ты должна понять: без тебя этот мир падёт. Ты – не вещь, не орудие. Ты – последняя возможность.

Я молчала. Слова лорда, страшные картины, что он описывал, царапали изнутри. Чувствовала их правду, но и то, как эта правда оборачивалась петлёй на моей шее.

«– Видишь, девочка?» – тихо прошептал в голове Гратур. «Он говорит правду. Но правда эта не для тебя, а для него. Для его плана. Для его войны».

Я сделала шаг назад, а фамильяр остался стоять, не давая мужчине приблизиться.

Лорд попытался протянуть руку, но я резко отстранилась.

– Не трогай меня!

Он замер. И впервые на его лице мелькнула настоящая боль.

– Я люблю тебя… – прошептал он с остервенелым надрывом.

– Ты признаёшься в любви после того, как рассказал, что пытался принести меня в жертву? – охнула, пытаясь продышаться от нахлынувшей истерики. – Милейший, ты просто ходячее пособие по токсичным отношениям. – И я отступила ещё дальше.

– Если ты уйдёшь… всё может погибнуть, – сказал он почти шёпотом.

– Может быть, – ответила с холодной решимостью, – этот мир заслуживает всего этого.

Я сделала ещё шаг назад, собираясь уйти, а Каэль потянулся ко мне, и вдруг… всё вокруг остановилось.

Звуки стихли. Ветер замер. Лорд застыл с протянутой рукой, как вырезанный из камня. Замер козёл с поднятой ногой… А меня в этот миг коснулась Тьма. Не страшная, не холодная –

– Дитя… – голос прозвучал внутри, словно пробираясь в самые сокровенные закоулки души. И вместе с ним хлынул поток чужой боли, такой древней, что, казалось, она прожгла само небо.

И я увидела… поля сражений, заваленные мёртвыми. Деревни, стёртые с лица земли. Некромантов, что постепенно сходили с ума от шёпота Хаоса и сами становились теми чудовищами, что начинали уничтожать окружающих.

Услышала крики детей, растворившиеся в бездне. Бессилие. Вечную жертвенность.

Но сквозь это – другое. Сильнее боли.

Надежда…

– Я создала этот мир ради жизни, а не смерти. Я не могу сама вмешаться сейчас. Но ты… ты – связующая. Не вещь… Живой ключ... Та, в которой объединилась кровь нескольких великих родов. Ты можешь стать выбором. Моим выбором. И выбором этого мира.

Я задохнулась. Слёзы выступили сами собой, и я закрыла лицо ладонями.

– Что… что ты со мной делаешь?.. Зачем?.. – прохрипела в пустоту.

Но голос уже смолк. Лишь ощущение тихой нежности осталось в сердце.

Подняла глаза, и мир ожил вновь. Лорд стоял передо мной, по-прежнему протянув руку. Он ничего не заметил.

«Ну, конечно, – подумала с горечью. – И даже Тьме Изначальной от меня нужно одно – пожертвовать собой ради спасения мира. Где справедливость?»

– Ты не понимаешь, – сказал мужчина с горечью. – Я пытаюсь спасти всех. И тебя тоже.

Смотрела на него – и впервые ощутила разницу между его словами и прикосновением Тьмы. Лорд видел во мне возможность, Матерь – выбор.

– Нет, – ответила тихо. – Ты хочешь спасти мир. А это должен быть мой выбор...

Я развернулась и пошла прочь. Князь последовал за мной, а зомби-псы вынырнули из тьмы.

– Евжения! – крикнул лорд мне вслед. – Ты не сможешь бежать вечно! Совет не отступит!

Но я уже знала: от Матери Тьмы вообще не убежишь.

Сделала ещё шаг и замерла. Тьма Изначальная всё ещё отзвуком ощущалась в груди – не приказывая, а веря в меня.

Я обернулась к лорду. Его лицо было усталым и каким-то серым.

– Хорошо, – тихо сказала я. – Я приму участие в твоём ритуале.

Он выдохнул с радостью, будто огромный груз упал с его плеч.

– Ты поймёшь, – заговорил он быстро, – это единственный путь. Я помогу тебе подготовиться, дам всё, что нужно. Вместе мы сможем…

– Но, – перебила его. Мой голос был холоден и твёрд как сталь. – Только на моих условиях.

Лорд нахмурился.

– На твоих?

– Да. Я не ключ, которым можно просто повернуть замок. Если я соглашусь – то я выбираю, как и когда. И я хочу, чтобы ты запомнил это.

Мгновение он молчал, затем медленно кивнул.

– Хорошо. Условия будут твоими. Главное – чтобы мир был спасён.

Я слабо улыбнулась и отвернулась, скрывая слёзы. Он не понял, что моё согласие было не капитуляцией, а вызовом.

И в этот момент услышала шёпот Матери Тьмы в глубине сердца: «Вот так… Ты – выбор».

Уходя, понимала: да, я приму участие в ритуале. Но исход решит не лорд и даже не Совет. А я сама.

Глава 41

На следующий день после представления, когда последние зрители ушли, я собралась. Несколько узлов с вещами, стопка книг, добытых «псами Тьмы», да неизменный козёл, увешанный торбами и косившийся на меня с таким видом, будто вот-вот устроит сцену ревности.

– Ты правда уходишь? – Голос хозяина цирка дрогнул. Щёки его блестели от слёз. Он вцепился в меня обеими руками, словно в дочь. – Девочка, без тебя труппа осиротеет.

Коллеги сгрудились вокруг. У кого-то дрожали губы, кто-то откровенно хмурился, а кое-кто и вовсе смотрел с ненавистью прямо на лорда, что стоял чуть в стороне, посматривая на коней, что были привязаны недалеко.

– Она не уходит сама, – бросил акробат. – Он забирает её.

– Продал он душу… – прошипела гадалка. – А ты, милая, подумай. Останься. Тут твой дом.

Сжала руки, чтобы не дрожали. Сказать хотелось многое: что это не мой дом, что здесь я лишь пряталась. Что впереди – отчаяние, страх и ритуал. Но не имела права говорить подобное.

– Спасибо вам, – произнесла печально. – Но теперь… мне нужно двигаться дальше.

Шагнула к лорду. Тот кивнул и направился к лошадям, не глядя на труппу. Козёл заупрямился, встал поперёк дороги, словно пытаясь задержать момент, но я подтолкнула его. Гратур – невидимый для остальных – тенью скользил рядом.

– Если передумаешь – возвращайся! – раздался за спиной всхлип Антуэна. – Мы примем тебя!

Я стиснула зубы, но не оглянулась.

Приморский городок остался позади, дорога петляла меж полей и перелесков. Копыта лошади отпечатывали глухой ритм, отбивая заодно и мой несчастный зад. Лорд молчал, будто утонул в собственных мыслях. Гратур, наоборот, тихо пробурчал в голове:

– Ну вот, теперь ты окончательно впуталась в их игры. Башня стражей – не цирковой шатёр. Там тебя не будут встречать смехом и хлопками зрители. Там будут смотреть, как на оружие.

Я промолчала. И так знала это. Зато Князь боднул в стопу, будто напоминая: я тут, не бойся.

– Башня близко? – спросила, озираясь, у Каэля.

– Меньше суток пути. Стражи знают о нашем прибытии. – Мужчина ответил не сразу. И замолчал, а мне почудилось, будто он хотел добавить что-то ещё, но передумал.

Миновали несколько деревень. Люди смотрели настороженно. Рядом с лордом я, в плаще и с гербом на груди, чувствовала себя иначе, чем когда мы путешествовали в начале лета. Теперь почему-то всё ощущалось по-другому.

Вечером остановились у дороги, чтобы переночевать. Князь, как обычно, уронил торбу с бутылями, и те зазвенели. Одна вскрылась, и из неё повалил зелёный дым. Лорд скривился.

– Твой… козёл, – процедил он. – Это источник бед.

– Он – мой фамильяр… моя семья… – ответила твёрдо, гладя животное по рогам.

Князь фыркнул, соглашаясь. А Гратур тихо засмеялся:

– Вот видишь, дитя, ты не одна. У тебя есть козёл-контрабандист с торбами и древний дух на привязи. Чем не команда для спасения мира?

И я улыбнулась сквозь слёзы.

Лорд перед сном довольно долго что-то с кем-то обсуждал по маг-шару. И выражение его лица мне не нравилось. Правда, вернувшись к костру, Ардаль натянуто улыбнулся.

На рассвете мы выехали, и вскоре показалась тёмная громада Башни. Суровая,

– Вот мы и прибыли, – со вздохом произнёс лорд. – Здесь мы отдохнём и подготовимся.

И я поняла: путь назад окончательно закрыт.

Ворота Башни распахнулись с тяжёлым скрипом. Изнутри пахнуло холодом камня и чем-то ещё – смесью масла, железа и старых чар, будто сама магия пропитала эти стены. На пороге встретил отряд в одинаковых тёмно-серых плащах с серебряным шевроном. Лица у стражей были суровые, без тени любопытства. Лишь капитан шагнул вперёд, поклонившись Каэлю.

– Лорд Ардаль, – произнёс он сухо. – Нас уведомили о вашем прибытии. Эта девушка… – Он бросил на меня взгляд, быстрый, но цепкий.

– Она со мной… – спокойно ответил лорд.

Капитан нахмурился, но возражать не стал. Лишь глянул на козла и процедил:

– Животное тоже?

– А он со мной в комплекте, – резко произнесла я, прежде чем лорд успел ответить.

По ряду стражей пробежал едва заметный смешок. Но капитан лишь махнул рукой:

– Ваши дела – ваша ответственность.

Внутри Башня напоминала улей. Узкие коридоры, арки, лестницы, уходящие вверх и вниз. Вдоль стен – светильники с зачарованным пламенем, которое не коптило и не грело.

Комендант, к которому нас провели, оказался подтянутым мужчиной лет пятидесяти, с проседью в волосах и глазами человека, который слишком много повидал в жизни. Ардаль представил нас, а затем принялся объяснять, что нам нужно найти. Какие камни следует подготовить и какое количество магов должно сопровождать в поездке. Как поняла, лорд в том лесочке на своей шкуре убедился в моей силе и больше тратить времени на «обучение» не собирался.

В зале наблюдений, куда провёл нас уже комендант, мы подошли к огромной магической карте Аштариса. Она вращалась в воздухе, линии силовых потоков мерцали, как полупрозрачные реки света, а в разных местах горели тёмные точки.

– Это зоны возможных ближайших разрывов, – объяснил он. – Большинство мы держим под контролем, но вот здесь… – Мужчина ткнул пальцем, и на карте вспыхнул фиолетовый контур. –Структура ткани мира уже колеблется. Через сутки, может, раньше, откроется разлом.

Я подошла ближе. Тьма внутри дрогнула, словно узнала это место.

– Вы уверены, что это будет малый одиночный прорыв? – спросила я, глядя на коменданта.

– Нет, – помедлив, тот продолжил: – Но это наиболее подходящий вариант.

Через несколько часов отряд выдвинулся. Комендант, несколько магов Башни, вооружённые зачарованными оружием и камнями стражи, я, лорд и, разумеется, Князь с набитыми торбами – «на всякий случай».

– Ты даже не представляешь, что из таких дыр может вылезти. В мои времена целые армии тварей приходили из-за завесы… – ворчал в моём сознании Гратур.

– Успокоил, – пробормотала еле слышно, поправляя плащ.

Разрыв оказался в овраге, скрытом между скал. Земля трещала, воздух дрожал, будто реальность издавала скрип. В центре зияла трещина, по краям которой вспыхивали молнии.

– Назад! – неожиданно скомандовал комендант. – Сейчас она раскроется!

Но было поздно. Разрыв полыхнул, и из него выползло нечто. Силуэт, тянущийся вверх, словно дым. Земля под ногами задрожала. А за ним потекли толпы. Монстры, полупрозрачные тени, твари из костей и грязи. Армия непонятной нежити.

– Это не должно было случиться так быстро! – вскрикнул комендант.

Маги выстроились в круг, вспыхнули защитные руны. Лорд Каэль шагнул вперёд, поднимая клинок, который полыхнул огнём. Я застыла, сердце колотилось. Тьма внутри подталкивала вперёд.

– Я… я чувствую их… – прошептала заворожённо.

– Так используй это! – глухо отозвался Гратур. – Ты сможешь управлять. Не всеми, но частью.

Я подняла руки, начертила в воздухе круг. Символы, которые учил Гратур, вспыхнули бирюзой. Несколько монстров остановились и повернули головы. Их пустые глазницы наполнились светом.

– Повинуйтесь! – приказала я, и отряд из десятка тел повернулся против своих собратьев.

Маги из Башни ахнули, но не отвлеклись. Их заклинания били молниями, сжигая ряды нежити. Козёл же, не теряя ни секунды, метнул из торбы банку с чем-то зелёным. Та взорвалась прямо в пасти у огромного костяного волка. Тот чихнул, а затем с грохотом разлетелся на части.

Я подняла глаза и вдруг поняла: мне точно не дадут уйти. Из разлома вылезло антропоморфное чудовище, будто собранное из обугленных костей и расплавленного металла, и взглянуло на меня.

– Отходим! – закричал комендант, но поздно: тварь шагнула вперёд, и каждый её шаг превращал землю в пепел.

Я чувствовала, как все мёртвые души в округе завыли одновременно. Ударная волна смела сразу троих стражей. Каэль удержался, но его отшвырнуло к скале. Я осталась одна перед ним.

– Ко мне! – крикнула, и несколько монстров заслонили меня собой.

Чудовище одним движением развеяло тех в пыль. Я начертила в воздухе круг, вложив всю силу, что оставалась. Огромный знак замкнулся и ударил по твари, будто голубая молния. Та пошатнулась, но не рухнула. Напротив – издала гулкий смешок, будто признала достойным врагом.

И в следующее мгновение она ударила когтем. Острый, словно клинок, тот пробил бок, прорезав плоть. Боль пронзила, дыхание перехватило. Успела лишь вскрикнуть и упала, зажимая рану рукой.

Глава 42

Мир поплыл. Отметила, как Каэль бросился в мою сторону, крича: «Евжения!»

Видела, как козёл, визжа, метнул целую связку склянок прямо в морду чудовищу. Зелёные и красные вспышки разорвались, ослепив монстра.

Уловила, как учитель вырос передо мной, накрывая пространство, словно шатёр.

– Живи! – донёсся голос Гратура в голове, и дух стал проступать в реальности, вливая в меня собственную силу. – Не смей умирать, моя девочка! Не смей!!!

Теперь он не покрывал меня полностью, а лишь едва проступал над животом, словно сконцентрировавшись в своих ладонях.

Я, захлёбываясь болью, начертила знак, который мы не так давно учили. Что-то из древней, полузабытой магии… прямо кровью, текущей из раны. Символ вспыхнул и врезался в монстра. Чудовище завыло и пошатнулось. Такое чувство, что в месте попадания стали проступать светящиеся знаки, разрушая тело монстра, и оно отступило к разлому. Лорд в этот момент послал огненный клинок в его грудь, а маги закончили печать, закрыв зияющую трещину разрыва.

Чудовище исчезло, но земля ещё долго дрожала.

Я лежала на земле, белая как полотно. Рана кровоточила, но кровь не была обычной – в ней мерцали искры тьмы.

В этот момент я ясно видела перед глазами книгу Первоистоков. Вернее, огромное количество нитей, связывающих меня

Каэль опустился рядом, прижимая ткань к моему боку. Его руки дрожали.

– Ты просто безумная… – прошептал он, пытаясь выровнять дыхание.

Князь топтался рядом и, перебирая склянки, вытаскивал некоторые из них. Лорд по одному открывал и, слушая едкие комментарии фамильяра, капал нужное количество капель на прикрытую рану. Закончив с зельями, козёл не остановился в выражении своего негодования… упрекая всех, что никто не прикрыл меня во время боя. Я же слабо улыбнулась сквозь слёзы.

Когда я задышала спокойнее, Каэль наконец обратил внимание на Гратура. Перестав подпитывать меня силой, тот полностью проявился, зависнув сбоку. Лорд удивлённо рассматривал его, видимо, не ожидая встретить здесь, но промолчал.

Из-за того, что любую другую магию сейчас ко мне было применять нельзя, те из стражей, что не получили серьёзных ранений, сделали подобие носилок, погрузили на них меня и потащили обратно. Боль от тряски была настолько сильной, что я отключилась.

Пришла в себя уже глубокой ночью. Разместили раненых в огромном центральном зале, видимо, не решаясь нести дальше. В высоких сводчатых коридорах, что выходили в холл с разных сторон, было тихо: маги, измотанные сражением у разлома, спали или дремали тут же, недалеко, и только редкие шаги стражей раздавались в глубине переходов.

Светильники горели вполнакала, отбрасывая на стены тени, похожие на колышущиеся крылья.

Башня продолжала жить своей жизнью. Сколько уже на своём веку она видела… думаю, наш поход ещё можно считать удачным. А скольких в своё время не дождались из-за разломов?

Я лежала на нескольких приставленных друг к дружке скамейках, на которые был наброшен мех странного животного. Хоть шкура и выглядела тонкой, но жёсткости не чувствовалось.

Рана на боку немного дёргала, но уже не кровоточила. Когда приоткрыла её, то увидела, что из глубины сочится странный тёмный свет – медленно переплетавшиеся, светящиеся нити Тьмы, будто сама Матерь добавила свою силу в плоть, восстанавливая её.

Каэль сидел рядом, откинув голову на стену. Глаза, обычно холодные и властные, теперь не отрывались от моего лица. Да и выражение его физиономии не получалось разобрать. И радость, и злость, и отчаяние…

– Дура… – тихо выдохнул он, проводя рукой по виску. – Ты же могла погибнуть.

Я чуть не задохнулась от негодования:

– Вообще-то, ты, кажется, так и планировал… принести меня в жертву…

Он опустил голову, долго сидел, не зная, что сказать. Лорд, привыкший отдавать приказы, судить и решать за других, впервые чувствовал беспомощность.

– Я… не должен был так. Я всё время думал о мире. О войне. О Хаосе… Ты для меня была возможностью изменить мир к лучшему. Исполнением моих мечтаний!

Голос дрогнул. Он сжал кулаки, будто боялся собственного признания.

– Но, когда я увидел, как эта тварь проткнула тебя… я понял. Ты… – Каэль замолчал, не находя слов, и только выдохнул: – Ты – моя погибель. Зачем ты только появилась тут…

Тьма на моей коже слабо мерцала, словно отзывалась на его слова, а Ардаль откинулся назад и закрыл глаза рукой.

– Если ты умрёшь, я… я не смогу. Ни ритуал… ни этот мир… Всё к Тьме…

Князь, устроившийся у моих ног, вскинул голову и тихо мекнул. Даже Гратур, зависший в тени, не проронил ни слова – впервые уважительно молчал.

К утру я почувствовала облегчение – боль утихала, дыхание становилось ровнее. Лорд всё ещё сидел рядом, но Гратур, зависший в углу комнаты, выглядел недовольным. Он подлетел вплотную и заговорщически шепнул, когда Каэль на минуту отвёл взгляд:

– Послушай, девчонка… я не уверен, что справлюсь.

– В смысле? – прошептала еле слышно.

– В смысле, что моя память… как решето. Я помню вкус вина трёхсотлетней выдержки, помню, как одна баронесса сбросила с меня покрывало, – ухмыльнулся дух, – но, демоны побери, не могу толком вспомнить, по каким знакам выбирал правильный разлом.

– В смысле? – переспросила нервно.

– Я покрутился возле карты… проверил показатели… Не мог понять, почему не остановил тебя вчера, перед тем как вы ушли… И осознал. Я не помню, как выбирал нужный разлом…

– И что теперь? – я нахмурилась.

Постаралась присесть, но, скривившись от боли, вновь легла.

Гратур понизил голос до едва различимого шёпота:

– Нужно достать Феликса.

– Кого? – усиленно заморгала я. – Того самого?

– Ага… черепушку, – с довольной улыбкой пояснил он. – Старый приятель. Великий некромант. При жизни гулял по мирам туда-сюда, словно на базар ходил. Уверен, что он помнит точные критерии. У него же другая форма посмертия…

Я с трудом приподнялась на локтях, несмотря на слабость и боль.

– Ты предлагаешь… пойти к черепу и… поговорить с ним? Через пол-Аштариса?

– Ну, если точнее, то позвать. У тебя же прочная связь с Тьмой Изначальной. Она его выдернет из его логова. – Гратур подмигнул. – Он брюзга, конечно, и вечно жалуется на «плохое обслуживание», но в этих делах мастер.

Каэль, заметив наше перешёптывание, нахмурился:

– Что он тебе предлагает? Как он вообще очутился тут? И куда делась привязка?

Я колебалась, но всё же ответила:

– Череп. Он… может знать, какой разлом правильный.

Лорд приподнял бровь.

– Череп. Тот самый?

– Ну да… Фэликас…

– Костяшка с характером, – уже громче уточнил Гратур. – Очень неприятный тип, но без него мы можем бродить по разломам до скончания веков. А это, как я понимаю, никому не нужно. Да и не известно, что вылезет из разлома в следующий раз, уловив ауру Женечки.

Каэль медленно провёл рукой по лицу, глубоко вздохнул и буркнул:

– Я – лорд-протектор, член Совета... И я всерьёз обсуждаю помощь отверженного ведьмака, превращённого в череп? Прекрасно!

– Привыкай, – ухмыльнулся Гратур. – С некромантами иначе никак.

Я сидела в круге, выведенном меловыми рунами на каменном полу. Лорд стоял рядом, с явным недовольством наблюдая за процессом, а Гратур нервно подгонял: «Скорее, не отвлекайся!»

Сделала глубокий вдох, коснулась ладонью символа Тьмы и прошептала заклинание. Воздух в круге задрожал, словно внутри натянули тонкую мембрану, и из мрака стала проступать прозрачная форма. Сперва казалось, что это просто тень, но через мгновение кость проявилась, блеснула глазами-пустотами, удивлённо поднятыми бровями, и послышался издевательский голос:

– Ах, вот и вы! Ну наконец-то! Я уж думал, вы меня позовёте только тогда, когда кто-нибудь окончательно сглупит и сгорит в разломе.

Глава 43

– Фэликас… – выдохнул Гратур, и в его голосе было что-то вроде уважения, смешанного с раздражением. – Рад видеть твою наглую физиономию.

– Радость должна быть взаимной, – отозвался череп, и ухмылка, казалось, проступила на зубах. – Но, глядя на компанию, которую ты собрал… – Он перевёл пустые глазницы на меня и Каэля. – …Я сомневаюсь в твоём интеллекте.

– Прекрасно, – сухо заметил лорд, сжав руки. – Даже мёртвые теперь смеют меня оскорблять.

– Даже мёртвые? – фыркнул череп. – Милый мой, именно мёртвые и знают всё, чего живым не понять. Но ты держись, я тебе симпатизировать не обязан.

С трудом сдержала смешок, но быстро собралась:

– Фэликас, нам нужно твоё знание. Как найти правильный разлом для перемещения…

«Который ведёт в мой мир» – добавила я мысленно.

Череп прищурился пустыми глазницами.

– Печально. Совсем девчонка, а на плечах уже целые миры... и бремя ключа… – Он обернулся к Гратуру: – А ты куда смотрел, старый хрыч, что позволил ей встрять в такую историю?

– Хватит зубоскалить, – огрызнулся дух. – Ты мог оставить её рядом с собой, но не стал… вытолкнув одну в этот мир. Так что говори, что знаешь.

Фэликас театрально вздохнул, будто ему мешали наслаждаться вечным покоем.

– Ладно. Вообще-то, критерии выбора разлома просты. Нужно искать место, где Тьма и Свет переплетаются в равной мере. Где воздух звенит как струна, а земля будто живая под ногами. Где до прорыва ещё несколько дней… или как минимум неделя после. Неправильный выбор – и вы окажетесь не в разломе, где возможны перемещения, а в нижних мирах или ещё хуже, когда эти самые миры прут на вас всем, что находится рядом.

Череп оскалился и повернулся вокруг своей оси.

– Хотя… какая Евжении разница? Она же ключ… как я понимаю…

– Ты мог бы объяснять яснее? – раздражённо бросил Каэль.

– Я нежить, а не учитель младших классов, – усмехнулся Фэликас. – Но извольте… Стабильный разлом ключ может закрыть одним волевым усилием.

– То есть… – вклинилась я в разговор. – Если бы пожелала, когда из разлома полезла вся та нечисть, то я могла его просто закрыть, а не подвергаться опасности?

– Конечно!.. – оскалился череп. – В этом и смысл ключа.

– Получается, если я приближусь к любому разлому, то смогу закрыть его…

– Да… – поддакнул Фэликас.

– А закрыть сразу все разломы? – уточнила задумчиво.

– Нет… – рассмеялся костяшка. – Ты же не божественная сущность.

Я даже сплюнула от расстройства.

– Но, если сможешь призвать через ритуал Хаос в стабильный разлом и умудришься выпихнуть его обманом в нижний мир и закрыть там, некому будет создавать тут новые разрывы реальности.

– Едва ли у меня достанет сил потягаться с Хаосом… – произнесла неуверенно.

– Думаю… тебе кое-кто сможет в этом помочь.

Лорд тут же подтвердил, что он, да и все маги Башни примут участие в ритуале, но, кажется, черепушка говорила о Тьме Изначальной…

Вечер в Башне был тихим. Мы долго обсуждали сам ритуал, возможные осложнения и количество магов, необходимых для участия. Лорд даже предлагал задействовать в этом предприятии Совет, но я была против. Слишком много там было тех, кто продался Хаосу. Так что, как на небе проявились луны, Ардаль ушёл к себе.

Я же сидела на подоконнике, глядя на огни небольшого городка недалеко от башни, с раскрытой книгой на коленях. Гратур появился рядом – усталый, словно даже дух мог изнемогать.

– Я планирую использовать разлом для того, чтобы покинуть этот мир и вернуться в свой, – произнесла сухо.

– Ты обманешь лорда и уйдёшь к себе, бросив Эйранор на расправу Хаосу? – уточнил учитель.

– Нет… – ответила, подумав. – Это будет неправильно… да и бесчестно.

– Приятно слышать, – произнёс дух.

– Я приму участие в ритуале. А после завершения попрошу у Матери Тьмы вернуть меня обратно. Я чужая в этом мире… Да и некромантия не моё!

– Девочка моя… – хрипло произнёс Гратур, – есть кое-что, что я должен тебе сказать…

Нахмурившись, я закрыла книгу и, повернулась к духу.

– Ты опять будешь меня пугать своими тайнами? – спросила, помрачнев.

– На этот раз не пугать, а объяснять, – он опустил голову. – Я… твой прапрадед.

Я застыла. В голове будто кто-то ударил в гонг.

– Ч-что?.. – выдохнула еле слышно.

– Я – Гратур из рода Эртель, – продолжил дух. – Когда-то жил, как и все некроманты, со своим домом, семьёй, учениками. Но судьба уготовила мне большее. Я понял, что Хаос точит наш мир изнутри. Я пытался бороться… хотел остановить эти бесконечные войны… готовил ковен некромантов к сражению… чтобы те не попадали под влияние ужаса… старался выжечь корни этой скверны… и проиграл.

Он поднял глаза, и они сверкнули чем-то тёплым, почти человеческим:

– Хотя… при жизни я нашёл одного последователя из рода Сангус... Фэликаса...

Череп на полке скрипнул зубами и произнёс возмущённо:

– И вот сейчас меня приплёл…

– Замолчи, – отрезал Гратур. – Он был великим некромантом, куда сильнее меня. И именно он узнал пророчество: что в нашем объединившемся роду родится девочка, способная уничтожить Хаос. Но тот тоже это узнал.

Я прижала ладонь к груди, чувствуя, как сердце бешено колотится.

– Твоя мать… она была беременна, когда Хаос пришёл за ней, – голос Гратура дрогнул. – Фэликас, твой дед, открыл разлом, использовав все знания и силы, чтобы вывести её в твой мир и спрятать. А за это… его обратили в череп. Вечное существование без тела, без покоя.

– Я-то думал, что мои потомки посообразительнее… – буркнул Фэликас, но его голос на этот раз был хриплым, усталым, как будто под ним скрывалась боль. – Ириэн никогда бы не позволила ритуалу затащить себя в портал. Неужели она не учила тебя? Она была сильной некроманткой.

От разлившейся в груди боли хотелось кричать. Всё внутри заявляло: это не может быть правдой. Но что-то в крови отзывалось на каждое слово Гратура.

– Значит… я… из вашего рода? Из этого мира?

– Ты – дитя двух миров, – мягко сказал Гратур. – Зачата была тут… но выросла там, наполнившись иными силами. Потому, скорее всего, и стала ключом.

Я молчала дрожа, пока слёзы не защипали глаза.

– Но почему…

– Думаю, Ириэн берегла тебя от этих потрясений… да и, как я знаю, Фэликас увёл дочь в мир, лишённый магии, – тихо сказал Гратур. – Вряд ли бы ты поверила в подобную сказку. Но теперь ты должна знать, кто ты. И кто находится рядом.

Череп, чуть наклонившись на полке, хмыкнул:

– Ну, внучка. Поздравляю. У тебя семья – один дух и один кусок кости. Набор мечты.

Я не выдержала и сквозь слёзы рассмеялась.

– Если окажется, что ещё и Князь был когда-то моим родственником, то я точно в каком-то дешёвом индийском сериале…

Гратур усмехнулся, хотя его лицо оставалось полупрозрачным.

– Скажем так… в прошлой жизни твой Князь был могущественным магом. Алхимиком и артефактором. И, как бы это сказать… построил целую подпольную империю по продаже зелий.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.

– Ты хочешь сказать… что мой фамильяр – это какой-то… мафиози с рогами?

Гратур кивнул, явно наслаждаясь моим шоком.

– О, не какой-то. Один из самых талантливых магов-алхимиков своего времени. Его боялись и уважали. Его товарами пользовались и знать, и простолюдины. Но, как видишь, судьба любит иронию: теперь он грызёт занавески и таскает склянки в мешке.

– Я… в компании своего прапрадеда, черепа-дедушки и… козла-алхимика. Прекрасно!

В этот момент Князь фыркнул и с гордым видом сбросил с кровати набитую под завязку торбу.

– Видишь? – подытожил Гратур. – Привычки не меняются даже после перерождения.

Глава 44

Путь до с особенной тщательностью выбранного разлома занял почти три дня. Мы и выдвинулись только после того, как его активность спала и тот вот-вот должен был закрыться самостоятельно.

Сейчас наш отряд чем-то напоминал цирковой табор. Скорее всего, количеством взятых телег. И тут без вариантов: башенные маги везли с собой тяжёлые кристаллы для стабилизации, готовые к активации свитки заклинаний и ритуальные цепи. Про количество булыжников, просто мерцающих от введённых в стазис активных заклинаний, и говорить не стоит. Как только днище не проломили?

Лорд ехал рядом. Молча. Только изредка бросал на меня быстрые взгляды, будто проверял, не передумаю ли и не свинчу ли куда подальше.

Я же размышляла… желание уйти на Землю было слишком сильным. В душе оно боролось с мыслью, что здесь имеется родня. Не совсем живая, конечно… но всё же лучше, чем никакой.

А если… попросить Тьму Изначальную отправить нас туда всех вместе? Правда… не уверена, что они там выживут. И если за Гратура я не так сильно волновалась, всё-таки духи у нас не были редкостью… то вот дед… его существование в нашем мире вызывало сомнение.

Князь шагал рядом, изредка фыркал и цокал копытами по камням, а череп Фэликаса стоял на нём привязанный, словно мрачный талисман.

Разлом вновь ждал нас в ущелье: тёмная щель в воздухе, из которой тянуло холодом, словно та была открыта прямо в ледяную бездну. Пространство вокруг вибрировало, трава пожухла, а скалы были испещрены чёрными трещинами.

– Вполне подходяще, – тихо произнёс Фэликас, и маги принялись устанавливать кристаллы.

Подошла ближе. Разлом словно сам льнул ко мне – и не так грубо, как прежде, когда меня аж втягивало… а принимал. Протянула руку, и серые языки бездны мгновенно обвили пальцы.

– Не торопись, – глухо произнёс Ардаль. – Мы сейчас всё подготовим. Не спеши.

Маги Башни, облачённые в длинные мантии с серебряными знаками, склонившись над землёй, чертили руны, подпитывая их изначально собственной силой. Возле каждого знака располагался плоский камень. Получившийся круг постепенно наполнялся мерцающей силой. Но его не замыкали. Закончив с предварительной подготовкой, возле каждого булыжника остановилось по магу. Они склонились в общем поклоне.

В этот момент лорд подошёл ко мне. В его руке был серебряный кинжал с кристаллом в рукояти.

– Теперь нужна твоя добровольная кровь, – произнёс он тихо, избегая моего взгляда. – Она свяжет тебя с разломом. И… если не закончишь задуманное, сделает его клеткой для Хаоса.

– Знаю, – ответила, тяжело выдохнув, и сама протянула ладонь.

Остриё коснулось кожи, и мне показалось, что кинжал достал до самой души. Но в реальности появилась только тонкая, почти изящная царапина – и алая капля упала на центр символа, перед которым я стояла. Земля будто вздохнула, круг из символов вспыхнул холодным синим светом, а разлом зашевелился, словно сам почувствовал зов.

Маги подхватили капающую кровь, притягивая каждый к себе понемногу. Смешивали её с чернилами и золой в узорчатых чашах и наносили знаки на камни. Одни руны засияли красным, следующие – голубым, другие – чёрным, и от них пошёл гул, будто отзывались на мою жертву.

Я почувствовала, как сила вытекает вместе с кровью. Гратур находился рядом, сдерживая беспокойство, и только шепнул:

– Не вздумай показывать им страх. И не забывай: ты ключ. Тут твои правила.

Я едва заметно кивнула. Князь, стоящий неподалёку, тревожно заблеял, словно был против того, что сейчас делают с хозяйкой.

Когда круг замкнулся, маги в унисон произнесли заклинание. Лорд взял меня за руку, залечил порез и повёл в центр. Разлом раскрылся перед нами, пульсируя, как сердце, и оттуда веяло холодом чужих миров.

– Войди, – сказал он, остановившись перед разрывом. – Стань тем, ради чего ты сюда пришла.

И… я шагнула в зияющий мрак. Всё тело окутала тьма, волосы взметнулись в вихре, кожа засияла странным серебристым светом. И вдруг… словно внутри меня начали открываться двери – сотни, тысячи дверей в разные миры. Я чувствовала пути, как струны, натянутые над бездной.

– Не подведи меня... – шёпот Матери Тьмы прозвучал в голове. – Ты стала тем, чем должна.

Фоном заметила, что лорд воздел руки и прочитал формулу призыва.

В разломе всё зашевелилось. Тьма сгустилась, собираясь в единую плоть. И тогда явился Хаос.

Он не имел формы, но имел всё сразу: глаза, пасти, когти, кости, бесконечные щупальца, из которых рождались новые твари. В его голосе звучали тысячи голосов сразу.

– Ты позвала меня, дитя Тьмы, – прошептали ветра. – Ты всё-таки решилась примкнуть ко мне. Это хорошо… и ты даже открыла двери. Отлично!

– Всё для тебя, мой повелитель, – прохрипела, старательно удерживая сознание.

Я понимала, что Хаос использует меня как проход, так что раскрыла внутри себя путь в нижний мир, в вечную яму, где даже боги сходили с

Услышала, как маги закричали, направляя ритуал, лорд шагнул вперёд, удерживая портал. Всё складывалось так, как я хотела.

Но… темнота вдруг сгустилась вокруг, и я оказалась в пустоте. Ни магов, ни лорда, никого – только я и чудовище, чей смех был громче раскатов грома.

– Ключ, – шептали тысячи глоток. – Ты не останешься без награды. Я возьму тебя с собой. Через что буду иметь постоянный доступ в миры, и ничто больше не удержит меня. Нигде…

Когти, сделанные из мрака и костей, прошли сквозь моё тело, но не убили, а жадно впивались в душу. Я вскрикнула. Почувствовала, как мысли перестают принадлежать мне, как Хаос пытается вытянуть моё «я» и заменить собой.

«Спокойно… – шепнула в сознании Матерь Тьмы. – Помни: ключ открывает и закрывает».

Я схватилась за эту мысль и позволила Хаосу проникнуть глубже, показала ему ещё больше дверей, больше миров, больше искушений. Я улыбнулась, хотя кровь текла изо рта… и из глаз...

– Хочешь силы? Возьми. Хочешь свободы? Пожалуйста. Но ты же знаешь, что настоящее царство сможешь построить только там, где ты будешь единственным божеством.

И я распахнула дверь в Нижние миры шире, чем все остальные. Из глубин дохнуло таким холодом, что даже Хаос содрогнулся. Там не было жертв. Там не было душ. Только пустота.

– Там твой трон, – произнесла торжественно. – Именно там ты сможешь стать единственным.

Чудовище замерло. Тысячи глаз вспыхнули жадностью. Оно задумалось. Оно шагнуло.

И в тот миг, когда Хаос частично погрузился в Нижний мир, я попыталась захлопнуть остальные двери. Все разом. Я послала в них всю свою волю, всю боль и всю силу Тьмы, что жила во мне.

Хаос завыл, когда дверь и в Нижний мир принялась закрываться. Но в последний миг он рванулся назад, вцепившись в меня когтями мрака. Его сила тянула в бездну, холод глодал кости, дыхание срывалось – и я поняла: он не уйдёт один.

– Ты со мной, ключ, – проревели тысячи голосов в унисон. – Без тебя двери не подчинятся!

Я вцепилась руками в цепь, что неожиданно проявилась передо мной, пытаясь удержаться. Мрак тянул вниз, в вечное небытие. Я уже видела перед собой этот мёртвый мир, бездну, где не будет ни боли, ни радости, только пустота.

И тут раздалось:

– Ме-е-е-е!

В разлом, шмякнувшись, как мешок с костями, ввалился козёл. На спине у него болтались торбы, и в панике он ухватил зубами ремни, вытряхнув всё содержимое разом.

Флаконы, склянки, пробирки – всё разлетелось, разбилось друг об друга и растворилось в воздухе. Алое пламя, зелёный туман, фиолетовые искры – сотни алхимических реакций смешались, создавая беспорядочный вихрь.

Хаос завопил. Его щупальце, державшее меня, вспыхнуло пламенем, как сухая ветка. Зелья алхимика работали странно: одни жгли, другие действовали как кислота, третьи вообще озарили пространство фейерверком. Всё это в сумме подействовало весьма неожиданно.

– Что ты натворил?! – прорычал Хаос, теряя хватку, пытаясь потушить собственные части.

Козёл важно встряхнул бородой и снова мекнул. Я же, почувствовав поддержку Матери, ударила всей проявившейся Тьмой в разрыв, и, пока Хаос был дезориентирован вспышками алхимии, вытолкнула его в Нижние миры и захлопнула дверь.

Тишина обрушилась внезапно. Я рухнула на камни, чувствуя, как тело дрожит от усталости. Козёл гордо уселся рядом, делая вид, что именно он всё это время и спасал мир.

– Ты… идиотский герой, – слабо рассмеялась и потеряла сознание, всхлипнув от боли.

Глава 45

Отрубилась так резко, словно сама вечность разверзлась и поглотила меня в сияющем мраке. Сознание уплыло, и всё вокруг стало чернильно-чёрным, пронизанным мерцающими трещинами.

Больше не ощущала тела. Только пульс – но не собственного сердца, а… множества... Каждое биение отзывалось где-то далеко: в холодных мирах изо льда, в пламенных океанах, в лесах, где дышали чуждые существа. Сначала это было страшно – будто меня разорвали на миллионы частиц и разбросали по вселенной. Но потом пришло понимание: я не потерялась. Я – часть этих дорог, этих жил, этой системы переходов. Я – ключ.

Мириады миров тянулись ко мне, каждый манил своим светом. И вместе с этим я чувствовала: Хаос рядом. Тонкие нити обрубленных щупалец ещё пытались уцепиться и утащить к хозяину. И именно в тот миг, когда они почти уплотнились, в сознании разлился голос.

– Рада, что ты выстояла, дитя моё. – Звук, густой и бескрайний, как сама ночь, заполонил всё вокруг. – Ты не разочаровала меня…

Я повернулась в нитях Хаоса, но они мгновенно развеялись, и тьма собралась в образ женщины. Лицо её было неуловимо прекрасным и менялось каждое мгновение, становясь то строгим, то мягким, то вовсе безликим. Волосы развевались, переплетаясь с мраком, что обволакивал пространство.

Матерь Тьмы.

– Я даже не поняла… почему он согласился? – прошептала еле слышно. – Даже ребёнок не повёлся бы на мои уговоры.

– Всё просто, дитя… Когда ты предложила Хаосу трон Нижнего Мира, это, конечно, его только развеселило, – мягко произнесла богиня. – Но я вложила в его сердце зерно безумия, сдобрив океаном безрассудства… и оно проросло. Он поверил твоей хитрости лишь потому, что я усилила твои слова. Без этого он бы просто попытался впитать тебя, присвоив ключ.

Я стиснула губы. В груди защемило – то ли облегчение, то ли горечь.

– И если бы такое случилось… ты бы уничтожила меня… Я права? Я всего лишь пешка?

– После слияния с книгой и твоего ранения, вылеченного мной... ты… в большинстве своём… часть меня. – Голос Матери стал глубже, почти торжественным. – Если бы тебя собрались поглотить … ты бы просто воссоединилась со мной. Но ты оказалась умным существом и хорошим ключом. Без твоего участия я не смогла бы вмешаться. Мы победили вместе.

Слова богини отзывались в каждой клеточке разума. Я видела, как образы множества миров переплетаются, вспыхивают и угасают, будто бесконечные звёзды. И в каждом из них чувствовалась боль Матери – миллионы погибших жизней, запертых судеб, несбывшихся надежд.

– Я чувствую… всё это, – прошептала, с трудом сдерживая слёзы. – Всю твою боль. Всю жертву.

– И надежду, – добавила богиня. – Потому что в тебе есть то, чего нет у меня: человеческое сердце. Оно способно сочувствовать.

Тьма обняла меня

– Ты справилась, дитя моё. – Голос Матери Тьмы звучал везде и нигде, в самой крови и в самой душе. – Хочешь ли ты награды? Скажи – и я исполню твою мечту.

Я подняла взгляд. Мириады миров продолжали мерцать перед внутренним взором, но в груди жгло одно желание. Стиснула кулаки так, что ногти впились в ладони.

– Верни меня домой. На Землю. В мой мир. Я устала. Я больше не могу. Я хочу обратно, где всё понятно и просто. Где не нужно прятаться и спасать вселенную.

На миг повисла тишина. Затем тьма сгустилась и пространство разверзлось. Перед моими глазами вспыхнула картина: не абстрактный поток миров, а конкретный – родной. Увидела знакомые улицы, дома, прохожих с чашками кофе и мобильниками в руках. Мир, где никто не знал ни о некромантии, ни о Хаосе, ни о тёмных богах.

Но видение резко дрогнуло и растворилось. На его месте возник другой образ.

Каэль стоял у разлома, словно изнывал от боли. Его руки дрожали, кровь стекала с ладоней, оставляя следы на камнях ритуального круга. Перед ним в так и не закрывшемся разрыве парило моё тело – безвольное, неподвижное, словно сломанная кукла, окутанная клубами мрака. И лорд, этот гордый и холодный человек, шептал слова молитвы, которые я чётко слышала:

– Великая Тьма, прошу… если есть хоть капля надежды, даруй ей жизнь. Забери меня, но не её. Пусть она живёт.

Его голос срывался, глаза были полны отчаяния.

– Он готов отдать себя за тебя, – прозвучал голос Матери Тьмы.

Но на этом видение не закончилось. Чуть в стороне, покачивался Гратур. Его прозрачное тело мерцало, распадалось на клочья, впитываясь в ритуальный круг, созданный Ардалем. Кажется, только череп в руках удерживал его дух от окончательного исчезновения.

– Дитя… – шептал он, обращаясь к безжизненному телу. – Ещё чуть-чуть… держись. Я подпитаю тебя. Мы с костяшкой не дадим тебе уйти в небытие.

В его глазах – гордость и любовь, и тихое понимание, что он готов исчезнуть, если это даст мне ещё один вдох.

Я в ужасе прижала руки к лицу. Сердце сжалось до боли.

– Почему… почему ты показываешь мне это? – почти закричала я.

– Потому что выбор – твой, – спокойно ответила Мать Тьмы. – Ты можешь уйти в свой родной мир. Я открою путь. Но тогда их жертвы, которые они приносят сейчас, окажутся напрасными. Или… ты можешь остаться здесь – и принять свою судьбу. Судьбу некромантки.

Я дрожала как лист. Перед глазами всё ещё стоял лорд с окровавленными руками, умоляющий о моей жизни. И Гратур, почти развеявшийся, но держащийся ради меня.

Сделала вдох – и опустила руки.

– Я остаюсь. – Голос прозвучал твёрдо, хотя глаза блестели от слёз. – Этот мир теперь мой. И я не позволю, чтобы они страдали зря.

На миг показалось, что сама Тьма улыбнулась.

– Вот и ответ, которого я ждала…

…Пространство вокруг дрогнуло. И в тот момент, когда я произнесла своё решение остаться, из мрака вырвался силуэт козла. Он был не в своём привычном виде смешного упрямого животного, таскающего торбы, а в облике духа – переливчатого, окутанного холодным светом. В его глазах горел отчаянный вызов.

– Ты… даже здесь? – шепнула, ошеломлённо всматриваясь.

Козёл опустил рога, будто готовясь броситься. Его тень пересекла пространство, встав между мной и нитями Хаоса, что ещё плескались в глубинах мрака. Он не отступал, даже когда темнота пыталась разорвать его сущность.

Голос Матери Тьмы прозвучал мягко и неожиданно тепло:

– Отвага редка даже среди смертных. Ты был силён в жизни, силён и в этой форме. Хочешь, и я верну тебе человеческое тело? Станешь вновь тем, кто создавал зелья и артефакты, кто держал целую империю?

Козёл на миг застыл. На мгновение его образ сменился, став человеческим. Он уставился на руки, что когда-то перемешивали алхимические ингредиенты, оглянулся на проявившиеся владения, где он был хозяином, а не смешным фамильяром. Свобода. Сила. Власть. Всё это звало.

Я в этот момент печально улыбнулась и посмотрела так, как никогда раньше: с любовью к его упрямой, нелепой, но преданной натуре. И он мотнул головой, громко фыркнув, как всегда.

– Нет, – ответил он. – Пусть я останусь козлом. Но её фамильяром.

Тьма будто вздохнула.

– Что ж… твоё право.

Свет вокруг него вспыхнул, и силуэт вновь сузился, обернувшись знакомым косматым козлом с вечно прижатым ухом и упрямыми глазами. Он перемахнул ко мне и ткнулся в руку, словно говоря: «Глупая, без меня ты никуда».

Я не выдержала и рассмеялась сквозь слёзы.

– Даже здесь ты остаёшься самим собой. Спасибо.

И в тот миг поняла: в этом мире у меня есть не только сила и судьба, но и те, кто никогда не предадут.

– Ты устала. Отдыхай. Когда проснёшься, мир уже не будет прежним. Но он будет твоим.

Мрак обнял меня мягко, как мать прижимает дитя, и потянул обратно – туда, где ждали кровь, боль и жизнь.

Эпилог

С тех пор прошло несколько лет. Мир, который когда-то встретил меня чуждо и враждебно, стал моим домом.

Теперь меня величали архимагом Теней, первой среди некромантов, Хранительницей тайных знаний. Я не только держала под контролем иногда возникающие стихийные разломы, но и сумела наладить тёплые отношения с Тьмой Изначальной, сделав её своим союзником, – к страху многих.

И… отправилась учить этому студентов. Естественно, без Его Величества тут не обошлось. Та самая баронесса Лаэрия, на приёме у которой мы и познакомились с монархом, была его… фавориткой. Можно сказать «бывшей», ибо уже постепенно теряла рассудок под влиянием Хаоса, так как тоже была некроманткой. И тут я… вся вбелом фиолетовом… Изгоняю Хаос, и дама приходит в себя.

Его Величество долго со мной ругался (так как уже завел новую фаворитку), потом мы часто общались, когда я старательно приводила в чувство других старых некромантов. Так что в приступе самодурства король в приказном порядке назначил меня преподавателем древней магии Теней в Академию магии.

Сначала меня приняли холодно. Я там считалась если не неучем, то как минимум самоучкой. Правда, вскоре студенты уже шептались по углам, что если провалишь сессию у леди Евжении из рода Сангус, то на следующее утро проснёшься бледнее мела и с чётким ощущением, что твой скелет тебя недолюбливает.

Естественно, Гратур

Фамильяр, разумеется, тоже порою присутствовал на лекциях. Князь не только поддерживал дисциплину алхимическими фейерверками (Стоило студенту подозрительно шевельнуться – козёл тут же запускал в него крохотный алхимический пузырёк. Так что порядок в аудитории был образцовый.), но и стал почти академической легендой: «Если что не понял на алхимии – спроси у козла».

Каэль… Лорд Ардаль не оставил свои функции протектора, но взял на себя также и обязанности проверки учебных заведений. Но почему-то чаще всего ревизировал именно нашу академию.

Кроме того, лорд за эти годы превратился в неутомимого ухажёра. Каждое утро он являлся в академию с букетом (иногда с артефактом, один раз даже с костью дракона – правда, она не влезла в аудиторию). И каждый раз всё заканчивалось тем, что я приподнимала бровь и сухо замечала:

– У меня лекция, милорд. Сначала студенты! Поговорим после...

Но вечером старалась оказаться чем-нибудь занятой. Это, однако, не мешало ему упорно добиваться моей руки.

Помехой часто становилась любовница лорда – изящная леди Селин с репутацией роковой красавицы. Она считала своим долгом появляться в самый неподходящий момент, когда мой «бастион» вот-вот должен был пасть.

То она третирует Совет, обвиняя меня в том, что я «разрушаю благородные традиции магии», то вдруг «случайно» окажется в кабинете лорда, когда туда же собиралась прийти я в ответ на его интригующую записку.

Но это лишь вызывало у меня снисходительную улыбку – теперь-то меня было не так просто задеть. Особенно после того, как я получила наследство деда… Фэликаса. Официально оно считалось выморочным и давно перешло в собственность государства. И только благодаря упрямству лорда и его бесконечным спорам с королём мне удалось вернуть себе почти всё, что по праву принадлежало роду Сангус.

Пришлось даже вначале терпеть присутствие Герхорда. Каэль отправил вредного дворецкого «разгрести этот хаос». Мужчина ворчал и записывал каждую мелочь в толстую книгу… но в итоге нанял бригаду и навёл порядок так, что даже призраки боялись высовываться в коридорах. Гратур вообще недолюбливал Герхорда, а Марго (ну куда же без камеристки) предпочитала не отсвечивать.

Но больше всего меня поразило то, что в последние дни ремонта на кухне появился мой зомби-повар. Он прибыл с несколькими другими слугами из поместья Ардаля, чтобы устроить праздничный ужин. Оказывается, этот проныра ловко прижился у лорда в доме и даже получал похвалы от Герхорда за отличную службу.

Дворецкий устроил скандал, когда осознал, что новенький повар остаётся у меня. Только вмешательство лорда и разоблачение того, что «объект дележа» – нежить, немного остудили пыл.

С тех пор у меня было не только имя, но и собственное поместье: лаборатория, библиотека – и место, которое я смогла считать домом.

Совет магов наблюдал за моим «ростом» с явным недоверием. В кулуарах меня даже порой называли «теневой королевой», пытаясь стравить с правителем. Плюс время от времени плелось что-то, похожее на интриги. Но на беду советников, я слишком хорошо осознавала, как работают заговоры: ведь Тьма внутри меня всегда нашёптывала о происходящем в сердцах людей. Так что мы пока оставались в холодных контрах.

---

В один из редких вечеров, когда Академия наконец умолкла и даже козёл задремал у камина, я стояла у окна в своём кабинете. Лорд, как всегда, вошёл без стука, но в этот раз без букетов, без драконов и без очередных аргументов в пользу брака. Просто встал рядом.

– Ты лучшее, что есть в этом мире, – сказал он тихо. – И я счастлив просто быть с тобой рядом.

– Ты всегда был упрямым, – усмехнулась я.

Он протянул руку, и на мгновение в моей груди что-то болезненно дрогнуло. Сколько лет он добивался меня? Сколько раз я отмахивалась? И вот теперь… я сама шагнула к нему навстречу. Наши губы встретились. Поцелуй был странно неловким, но от этого только более настоящим.

Я вдруг поняла, что впервые за несколько лет мне не хочется отшучиваться или убегать.

– Ну наконец-то, – прошептал он, прижимая меня к себе.

И тут дверь распахнулась с грохотом.

– Девочка моя! – Гратур влетел в кабинет вихрем, таща в руках сияющий череп Фэликаса. – Этот идиоты-студенты снова подняли духов прямо в общежитии, они теперь кучкуются на крыше и орут во всё горло: «Помогите!» Ты должна немедленно вмешаться!

Череп возмущённо блеснул глазами на родственника:

– Я же говорил, что мальчишка не безнадёжен! А мы, кажется, помешали им.

Еле сдержала смех, спрятав лицо в ладони, а лорд закатил глаза.

Козёл, до этого мирно спавший в углу, вытянулся, хлопнул хвостом и заявил басом:

– Всё понял. Надо устроить вам такое свидание, чтобы НИКТО не посмел прервать. Хоть на необитаемом острове, хоть в нижних мирах – гарантирую уединение.

Я рассмеялась сквозь смущение, а лорд крепче сжал мою руку.

– Значит, свидание будет, – сказал он твёрдо.

– Но сначала… – устало вздохнула я, глядя на дверь, где «топтался» нетерпеливый Гратур, – пойдём разбираться с этими студентами.

Лорд усмехнулся, и мы направились на выход, плечом к плечу.

В этот момент в тени у окна дрогнуло чёрное мерцание. На миг оно сложилось в женский силуэт, почти невидимый, сотканный из самой ночи. Матерь Тьмы, молчаливая, позволила себе едва уловимую улыбку. В её взоре не было ни холодного всеведения, ни давящей силы – только тёплая нежность, которую могла бы испытывать мать к дочери или создатель к своему самому дорогому творению.

– Моё дитя будет счастливо, – прошептал ветер. – Ты сделала правильный выбор.

Чёрная тень растворилась, оставив после себя ощущение благословения...