Highschool of the Dead: Генезис распада

Глава первая. Ночь мертвецов

SadDecorator

Highschool of the Dead: Генезис распада

/Японский желоб, 4-й сектор, внутри земной коры в несколько тысячах метрах под морским дном, правительственный особо секретный глубоководный комплекс перспективных научно-технических исследований и разработок «Рюгу»/

Необъяснимый водоворот бессвязных мыслей вырывает сознание из вязкого плена беспамятства, являя взору туманные очертания.

Окружающее пространство воспринимается заторможенным. Зрение заволакивает белесая дымка, сглаживающая контуры предметов, пока слух атакует дезориентирующий звон.

Лишенный понимания правильного направления или дальнейших действий, упускаю момент собственного падения. Осознание случившегося приходит только тогда, когда взгляд натыкается на раскинутые по поверхности ладони, облаченные в черные длинные перчатки до предплечий, почти до локтя.

Происходящее далее способно показаться невероятно причудливым, но перед глазами начинают хаотично пульсировать загадочные знаки, обретающие со временем отчетливые очертания. Математические значения причудливо переплетаются с текстовыми знаками, после чего чужеродные письмена постепенно принимают привычную форму кириллицы.

Текст, окрашенный в лазурные тона и периодически мигающий, интуитивно подсказывает возможность прямого контакта с возникающими символами, а всплывающие строки оповещают о предоставлении единичной безоплатной прокрутки, выступающей в качестве приветственного поощрения для персоны, оказавшейся в статусе визитера из альтернативной реальности.

Некоторое время озадаченно фиксирую взглядом мерцающее извещение, пока внутри квадратных скобок не проступает добавочная строка, разъясняющая простецкое условие активации, для запуска достаточно ментально воспроизвести процесс физического клика.

Исполнив необходимое действие, созерцаю, как на «внутреннем анатомическом дисплее» кристаллизуется стилизованный угольный диск с белоснежным указателем, секторы которого напоминают классическое колесо фортуны, размеченное треугольными долями, ячейки помечены загадочными вопросительными знаками.

Подчиняясь прежнему принципу мысленного контакта, механизм мгновенно развивает стремительное вращение. Процесс сопровождается характерным шуршанием крутящегося барабана, а также, к моему изумлению, зловещим музыкальным сопровождением, транслирующим мотивы гнетущей атмосферы.

Острый указатель, совершив еще несколько финальных оборотов с проступающим замедлением, останавливается на совершенно непредсказуемом секторе. Графический символ вопроса, интенсивно вибрируя, внезапно взрывается и рассыпается на мириады микроскопических точек, обнажая скрытое содержимое ячейки, где контурными линиями проступает силуэт пистолета.

Текущие события напоминают фантасмагорию или сон заядлого игрока при субфебрильной температуре, но в подлинность разворачивающегося кошмара заставляют поверить осязаемые факты, ладонь почувствовала тяжесть внезапно материализовавшегося из пустоты серебристого пистолета Colt M1911.

«У-у-у-у-у-у-у-у-у-у, прямо с завода? Аж блестит!»

В области личного виртуального дисплея всплывает полупрозрачное диалоговое окно, уведомляющее о получении огнестрельного оружия в качестве первого приза. Процесс поразительно копирует ситуацию, когда неопытный пользователь впервые надевает наушники и запускает компьютерную видеоигру, приступая к ознакомительному этапу ради освоения базовых механик.

Обретенный ствол, согласно описанию, наделен уникальными свойствами, обеспечивающими неиссякаемый боезапас, требующий лишь своевременного извлечения обоймы после совершения восьми выстрелов, вместо которой из ниоткуда формируется новая, тогда как опустевший магазин бесследно растворяется. Одновременно строки извещают, что ради пресловутого «баланса» специфические баллы, начисляемые за ликвидацию враждебных целей, станут урезаться ровно наполовину.

После подробного ознакомления с описанием, в нижнем правом углу возникает периодически мерцающий и практически бесцветный вытянутый прямоугольник, содержащий внутри цифру ноль.

Окончательно стабилизировавшись и обретя четкую видимость, геометрическая фигура проливает свет на очередной компонент визуального поля, являющийся тем самым индикатором набранных баллов. При возникновении ментального импульса указанный маркер способен бесследно исчезать или, напротив, мгновенно проступать на периферии взора.

Посредством мысленного удаления этой вводной информации передо мной появляется финальное напутствие, адресованное пользователю в моем лице.

Суть лаконичной объяснялки сводится к тому, что повторный запуск барабана станет доступен сразу после аккумулирования одной тысячи единиц очков, причем требуемая сумма будет варьироваться под влиянием пока не озвученных факторов, информация о которых раскроется значительно позже, в строго определенный момент.

Нынешняя ситуация диктует мне предельно конкретную миссию, требуется в кратчайшие сроки выиграть на колесе фортуны «спасительное пространственное перемещение», способное моментально эвакуировать мое тело в условно безопасную локацию. Дополнительно сообщается, что заветную путевку на волю возможно приобрести напрямую, но установленный ценник выглядит откровенно грабительским, поскольку мгновенная телепортация оценивается в колоссальные пятьсот тысяч баллов, тогда как стоимость одиночной случайной попытки выглядит несоизмеримо скромнее.

Поднявшись на ноги и принимаясь детально изучать свежеобретенный пистолет в ладони, как персонажу из киберспортивного шутера, осматривающему вооружение после активации специальной клавиши на клавиатуре, внезапно замираю из-за раскатистого клоунского смеха. Этот карнавальный хохот циркового паяца звучит приглушенно, но воспринимается чересчур дурашливым и одновременно жутким. Возникает стойкое ощущение присутствия невидимого конферансье, шумно объявляющего начало кровавого представления.

Отсутствие искусственного освещения погружает мир в кромешную тьму, но благодаря специфической природе интерьера и фактуре отделочных материалов приходит осознание своего местонахождения внутри лабораторного бокса.

Пальцы, скользящие по гладким стеновым панелям из нержавеющей стали, подошвы обуви, контактирующие с бесшовным полимерным наливным полом, безошибочно указывают на высокотехнологичную стерильную зону. Сквозь толщу мрака угадываются очертания массивных герметичных дверей и контуры вентиляционных модулей, характерных исключительно для передовых исследовательских секторов.

Слух улавливает противоестественные звуки приближения потенциальной угрозы. Приходит отчетливое понимание того, что гипотетический противник проникнет внутрь через деформированные вентиляционные люки и шахты, а также сквозь правую, не до конца сомкнувшуюся автоматическую металлическую дверь. Через образовавшийся проем способен беспрепятственно протиснуться человек весьма тучной комплекции.

Само помещение, где нахожусь прямо сейчас, обставлено множеством длинных и массивных столов с разнообразным оборудованием. Позади меня располагаются две лестницы, размещенные в противоположных углах комнаты и ведущие на ярус повыше.

Из вентиляционной шахты со скрежетом резко вылетает искореженная металлическая решетка, после чего наружу, шумно шлепаясь на наливной пол, вываливается первое существо, частично скрываемое теменью.

Анатомическое безумие этой ожившей биомассы заставляет ее туловище беспорядочно пульсировать, пока вывернутые в обратную сторону суставы сломанных конечностей с сухим хрустом перемалывают собственные связки ради совершения очередного рывка. Разорванный до основания шеи зев, усаженный рядами острых костяных игл вместо зубов, источает обильную маслянистую слизь, а проросшие сквозь лопнувшую кожу грудины крошечные недоразвитые пальцы судорожно сжимают и разжимают пустоту, устремляясь в мою сторону.

На макушке мутанта покоится некое подобие плавательного головного убора, но фактура аксессуара воспроизводит лоскуты кожи, содранной с головы другого человека. Облик чудовища, определенно вдохновленный шизофреническими фантазиями аниматора Якова Бурова, выдаваемыми за творчество, дополняется присутствием у твари трех молочных желез приблизительно четвертого размера, причем указанная грудь при беглом анализе тотально поражена запущенным жировым некрозом. Дифференцировать гендерную принадлежность объекта практически невозможно, поскольку выраженные женские вторичные половые признаки парадоксально сочетаются с грубым мужским лицом, а вместо привычных пальцев на деформированных конечностях копошатся разнокалиберные фаллосы.

— Восхищен тем, кто тебя создал, но то, с каким гастрономическим интересом ты смотришь на мое сердце,

Вспышка порохового газа на долю секунды озаряет царство тьмы, демонстрируя, как пуля сорок пятого калибра вонзается в раздутый кожистый нарост, провоцируя мощнейший гидродинамический удар.

Гроздь безумно вращающихся, как у страдающего запущенным нистагмом пациента, глазных яблок мгновенно лопается, орошая окружение мутной жижей и венозной кровью.

«Трехгрудый» мутант, конвульсивно содрогаясь и издавая предсмертные хлюпающие хрипы, преодолевает по инерции еще несколько сантиметров, после чего грузно валится на настил, окончательно отправляясь в монструозный рай.

Цифровой индикатор автоматически активируется, увеличивая текущее значение ровно на пять очков. Очевидно, при ликвидации указанного объекта без использования огнестрела на личный счет зачислилась бы полноценная десяточка.

Весьма своевременно из дисплея проступает системное уведомление, информирующее о том, что уничтожение враждебных целей посредством холодного оружия гарантирует получение десяти дополнительных очков.

Приняв к сведению поступившие знания, мысленно удаляю строку, заставляя подсказку бесследно раствориться.

Вскоре на смену покойнику явилась пара иных созданий, причем отдельный новоприбывший выглядел омерзительнее предыдущего.

Первый обладал изувеченным плотским сосудом, некогда составлявшим суть восьмидесятилетнего старика, отягощенным всеми сопутствующими признаками биологического увядания, которые дополнительно выделялись патологическим истощением и ужасающим видом обвисшей кожи. Череп чудовища венчали своеобразные отростки, представлявшие собой в действительности то ли проросшие сквозь кость, то ли прикрепленные примитивным способом людские кисти, имитирующие ветвистые панты.

Очертания носа выдавали сходство с породистым профилем английского аристократа поздней эпохи семнадцатого столетия, отличавшегося чрезмерным пристрастием к прекрасному полу. Веки у монстра отсутствовали по причине иссечения, показывая гипертрофированные глазные яблоки, напоминавшие глаза рисованных персонажей японской мультипликации, а челюсти раскрывались до такой степени широко, что жуткий оскал, тянувшийся до самых раковин ушей, воскресил в моей памяти безумные лица обитателей пригорода из музыкального видеоклипа на композицию «Black Hole Sun» рок-коллектива «Soundgarden». Мускулистый орган в этой пасти оказался раздвоенным, тварь безостановочно выставляла его наружу, подражая повадкам пресмыкающегося.

Второй визитер утратил остатки человеческой природы, представляя собой противоестественный гибрид антропоморфного кошмара и скотского уродства. Центральную часть деформированного лица занимал огромный и сочащийся слизью свиной пятачок, покрытый жесткой щетиной и постоянно раздувающийся от свистящего дыхания. Кожа вокруг этого животного рыла имела синюшный трупный оттенок, покрываясь глубокими гноящимися трещинами.

Вместо ушей по бокам бугристого черепа свисали кровоточащие лоскуты плоти, напоминающие куски сырого мяса, обглоданные дикими зверями. Существо издавало утробное похрюкивание, перемежающееся скрежетом обнаженных желтых клыков, которые выпирали наружу, пронзая нижнюю губу и пачкая подбородок пеной.

Правая верхняя конечность чудовища оканчивалась свиным копытом, способным одним ударом раздробить человеческие кости. Из середины изуродованной грудной клетки, разрывая ребра и мышечную ткань, торчала вторая живая уродливая голова, которая слепо вращала мутными бельмами, резко дергалась и издавала надрывный плач.

Чтобы заработать необходимое количество очков, начисляемое тысячью, придется убить приблизительно две сотни омерзительных порождений хаоса.

Такой исход возможен исключительно при регулярном совершении попаданий в голову, именуемых в среде любителей компьютерных забав «хедшотами». Это обстоятельство ставит мою персону в смертельно опасную позицию, требуется сиюминутно найти выход из сложившейся ситуации, ввиду того что в противном случае существует огромная вероятность превратиться в праздничное угощение для здешних обитателей.

Старый добрый «Кольт» приведен в полную боевую готовность, но первоочередной мишенью станет отнюдь не головушка, а зона значительно ниже, чтобы избежать мгновенного летального исхода для цели.

Нападающие передвигаются неторопливо, напоминая оживших собратьев из кинокартины Джорджа Ромеро, благодаря чему появляется отличная возможность произвести выстрел в мышечные волокна примерно на восемь сантиметров выше коленного сустава. Снаряд должен войти аккурат в нижнюю треть бедра, чуть повыше коленной чашечки, именуемой в медицине надколенником.

Задумка увенчалась успехом. Два хлопка принесли в общую копилку заветные десять очков, установив пару удачных попаданий.

У первого уродца, обладавшего широким оскалом, вследствие проведенного эксперимента в районе нижних конечностей страшно обнажились волокна живой плоти.

Пришлось незамедлительно продублировать процесс утилизации патронов, направив свинец уже в правую ногу нападающего.

Сохраняя заданную скорость, очередной выстрел посылаю в тыльную сторону средней трети предплечья, строго посередине между локтевым сгибом и запястьем, тем самым полностью опустошив магазин.

Истерзанное создание не выдерживает столь мощного металлического шквала. На манер профессионального трюкача, имитирующего падение от пулевого ранения, монстр рушится наземь и отправляется прямиком к ранее уничтоженному «трехгрудому» первопроходцу, чтобы поделиться посмертными воспоминаниями о нашей рандеву. Итоговый баланс пополнился сразу на сорок очков за одно убитое существо, ведь смертельный урон был нанесен далеко не сразу.

Перезарядка заняла ничтожную долю секунды. Резким взмахом руки ствол взметнулся слегка вверх, увлекая за собой опустевший металлический блок. Освобожденный коробчатый магазин вылетел из основания рукояти, но, не успев коснуться земли, эффектно растворился, обратившись в ничто.

В тот же момент внутри полого канала пистолетной рукоятки таинственным образом соткалась новая, а ещё до отказа заполненная свинцом «кассета». Палец левой руки агрессивно вдавил рычаг затворной задержки, заставив раму с лязгом сорваться вперед и дослать патрон в ствол.

Против «Пятачка» пришлось применить абсолютно идентичную тактику «кругового обстрела», распределяя наносимый урон по разным участкам и сознательно избегая наиболее уязвимой зоны ради максимальной выгоды.

— Моё экспертное мнение: ТЫ НЕЖИЛЕЦ! — в результате проведенной стрелковой сессии копилка пополнилась заветными очками, ставшими достойной наградой.

Переступив через изувеченные трупы, быстро направился к чуть-чуть приоткрытому дверному проему.

Створки остановилось в промежуточном положении, оставляя зазор, сквозь который вполне реально протиснуться наружу и покинуть это помещение, но продвижение вперед заблокировало появление очередного претендента на антипремию Дарвина, вальяжно двигавшегося к дверям.

Компанию новоприбывшему составляли многочисленные коллеги по ремеслу. Точно так же, как происходило ранее, внешний вид порождений совершенно не поддавался разумному описанию. Скопление анатомических аномалий и запущенных стадий гниения выглядело настолько неописуемо, что преданные последователи дедушки Нургла на фоне местных экземпляров показались бы утонченными манекенщиками, дефилирующими на престижной неделе высокой моды в Милане.

Немертвая семерка, не считая того кандидата, ринулась в зазор, вознамерившись разорвать доктора на мельчайшие кусочки, но у меня имелись совершенно иные соображения на этот счет.

Палец в перчатке хищно утопил спусковой крючок, запуская выверенную схему веерного поражения целей.

Ведущий претендент на премию Дарвина принял на себя все последствия первого магазина. Свинец вгрызался в его бедра, предплечья и голени, заставляя разлагающуюся массу конвульсивно содрогаться, пока финальный восьмой выстрел окончательно не обрушил тварь на пол.

— Не бойтесь смерти, бойтесь доктора! — отработанная емкость для патронов вылетела из основания рукоятки и красиво

Следующую пару противников постигла аналогичная участь. Щедро нашпиговал травмированные конечности атакующих смертоносным металлом, расходуя ровно по семь патронов на каждую особь и дважды активируя смену магазина.

Оставшийся квартет намертво увяз в проеме, превратившись в удобную мишень.

Хладнокровно опустошал емкость за емкостью, целясь исключительно в плотные мышечные волокна рук и ног. Громкие хлопки пистолета слились в единый непрерывный ритм, прерывающийся на мимолетные нажатия затворной задержки, когда новые патроны загонялись в ствол.

Когда последняя тварь повалилась на груду копошащихся тел, воздух пропитался гарью.

«Весьма интересная позиция, стоишь себе и отстреливаешься, не опасаясь, что тебя схватят», — подумалось мне, но оказалась куда сложнее.

Стоило предположить, что опасность миновала, как сверху по двум лестничным пролетам начали спускаться четыре твари, разделившиеся поровну на свой марш.

Разворачиваясь в сторону новой угрозы, заметил, как в отдалении, прямо за дверным проемом, показалась следующая группа монстров.

Тяжело вздохнув, приступил к стандартной процедуре заработка сорока очков.

Цифры на счётчике увеличились благодаря чудовищу с уникальной головой, башка эта напоминала жуткую картину, которую рискует лицезреть медик скорой помощи где-нибудь в индийской провинции, когда разъяренный тигр атакует ни в чем не повинного бедолагу, превращая мужскую в физиономию в разорванное и изуродованное, но каким-то чудом дышащее кровавое месиво.

Второго экземпляра тоже щедро угостил содержимым целого магазина. Данный противник выделялся тем, что вместо обычных глазных впадин и рта обладал странными анатомическими отверстиями, подозрительно напоминающими женские гениталии.

— Вы делаете большую ошибку, сражаясь против меня! — старина «Кольт» смотрел на следующую жертву. — УМРИ!

Семь последовательных выстрелов сотрясли темноту.

Необычная тварь, ступив на последнюю ступеньку, потеряла равновесие и рухнула вниз грузным мешком. Монстр походил на туго стянутое кожаными ремнями туловище с неестественно отвисшей челюстью. Левая конечность мутанта значительно превосходила по размерам правую, оканчиваясь длинными острыми когтями. Выпученные глаза рептильной формы располагались преимущественно по бокам, показывая странные прямоугольные зрачки. На противоположной же руке кисть отсутствовала вовсе.

Последний представитель вражеского лагеря решил не оставлять погибшего товарища в одиночестве и потопал следом. Торс четвертого противника был плотно облеплен металлическими пластинами, приколоченными прямо к обнаженной плоти, хотя спина оставалась незащищенной. Череп существа казался буквально распахнутым, полностью оголяя частокол зубов. Вместо левой кисти у создания виднелось нечто, сильно смахивавшее на острое лезвие резака

Монстры из первой точки не успели подобраться ко мне вплотную, именно по этой причине приблизительно за пятьдесят секунд напряженного сражения и тактической смены магазинов все десять безмозглых кретинов оказались выброшены в топку.

«Активировал» виртуальную панель, вознамерившись совершить одну-единственную прокрутку, благо за двадцать пять уничтоженных тварей мне как раз удалось накопить ровно тысячу очков.

Знакомое колесо завертелось, увлекая за собой калейдоскоп символов, но постепенно его бег начал замедляться, пока движение не стало совсем ленивым и тягучим.

Наконец, указатель приостановил свой ход на предсказуемой иконке с изображением вопросительного знака. Системное окно озарилось уведомлением о получении пассивной способности, дающей трехпроцентную прибавку к силе на подъем и мощности удара.

«Это не телепорт», — буркнул про себя, недовольный оскорбительным итогом. — «Возмутительно!»

Жестяной скрежет возвестил о том, что вентиляционные шахты сверху стали опасны. Из решёток валились новые мутанты, одновременно с этим обе лестницы впереди заполнились сплошным потоком гниющей плоти.

Твари новой волны напирали слабо организованной толпой, абсолютно игнорируя тела своих погибших собратьев.

Главной тактической задачей стало удержание безопасной дистанции, подпускать к себе ходячих трупов на расстояние удара не очень здравая затея.

Начал непрерывно контролировать периметр, грамотно перемещаясь и удерживая огневой рубеж на значительном удалении от наступающей силы врага.

Мой пистолет работал без остановки, беспрерывно вколачивал пули в туловища монстров еще на дальних подступах, срезая прямо на лестничных маршах и под вентиляционными отверстиями.

Когда один из выбравшихся из потолочного короба мертвецов все же сумел совершить резкий рывок, угрожая нарушить мой безопасный радиус, пришлось действовать незамедлительно.

— Швайнехунд! — сработал рефлекс ближнего боя. — ПОЛУЧАЙ, БОЛВАН! — ударом ноги наотмашь отбросил гнилое тельце назад, почувствовав ту самую трехпроцентную прибавку.

Сильный толчок заставил мутанта отлететь обратно в гущу нападающих, что позволило мне восстановить необходимый разрыв и продолжить дальний обстрел.

Помещение заволокло пороховым дымом, гильзы умудрялись рикошетить, а сам, отсекая огнем любые попытки приблизиться, шаг за шагом сокращал популяцию кадавров.

Прикончив последнего противника и убедившись в том, что не забыл вовремя перезарядиться, одержал очередную победу. Двадцать пять поверженных покойников снова одарили своего кровавого жнеца тысячью очков. Набранный «косарь» без зазрения совести утилизируется в колесо ради еще одной прокрутки.

Запустилась анимация с прогрессирующим убыванием скорости вращения стрелки до тех пор, пока указатель не упал на треугольную долю.

Дождавшись раскрытия таинственного сектора, понял, что история повторилась, опять всё то же самое, вместо желанного телепорта мне дали еще одну пассивную способность, гарантирующую повышение на полтора процента навыка ускорения перезарядки любого оружия.

«Так и лудоманию заработать можно», — возникло в мыслях, пока бежал по лестничному маршу и поднимался на второй ярус.

Скудное освещение, вернее, полное его отсутствие, превращало эту зону в весьма мрачное место. Пусть уже немного привык к кромешной тьме, подобная адаптация не являлась панацеей от таящихся угроз. Мрак сделал новое помещение абсолютно идентичным предыдущему в своем значении и функционале. Единственным отличием было разве что количество техники, столов оказалось заметно меньше.

Вернувшись на этаж ниже, перевожу дыхание. Уничтожение первой сотни врагов льстит моему самолюбию, но глупо игнорировать очевидную проблему.

По причине того, что правая конечность без малейшей передышки задействовала пистолет, ее предплечье до предела налилось молочной кислотой, а ладонь начала крупно дрожать от непрерывной отдачи. Нажимать на спусковой крючок ведущей рукой теперь практически нереально.

Мне жизненно необходима пауза хотя бы на пять, десять, в идеальном варианте на пятнадцать или двадцать минут ради восстановления сил, но полагаться на благосклонность случая не приходится.

До моего слуха уже доносится шаги…

Ситуация складывается скверная. Вести огонь с левой руки абсолютно не приучен. Точнее, способен, но меткость упадет многократно, а мелкая моторика окажется далека от совершенства, что колоссально снизит коэффициент полезного действия. Впрочем, альтернативы у меня все равно не остается, ведь покинуть помещение ради спасения бегством уже невозможно.

Чудовища подобрались вплотную, численность новых противников значительно превышает ту, с которой пришлось столкнуться в прошлый раз.

Это заявочка на «слив», но торопиться с финальными умозаключениями не стоит. Пусть вероятность успеха резко упала, в моем арсенале все еще скрывается один козырь.

Первый же выстрел с левой руки ознаменовал промах, но со второй попытки ближайший монстр, тянувший ручонки к перилам лестничного марша,

— Не смей касаться доктора! — молниеносный снаряд угодил твари в переносицу, отчего туловище опрокинулось навзничь, перегораживая проход.

Двое следующих нападающих синхронно споткнулись о труп, заваливаясь массивными тушами.

Не стал дожидаться момента, когда они сумеют подняться. Два нажатия на спуск, два падения. Стартовая баррикада готова.

Конструкция под ногами дрожала от топота десятков ног. Подошвы мертвецов непрерывно шаркали по настилу, а мерзкое сипение доносилось абсолютно со всех сторон.

Удерживая М1911, отступил к ярусу спиной вперед, не отрывая взгляда от мутантов.

Наверху по-прежнему сохранялась пустота, чего нельзя было сказать о нижнем ярусе лаборатории.

Медицинские каталки, металлические шкафы с архивными папками и закрепленные на кронштейнах мониторы остались позади.

Со стороны южного лестничного марша уже раздавались звуки неукротимого приближения. Нападающие поднимались сплоченной колонной, вслепую цепляясь за поручни.

Впереди показался очередной мертвец с полностью отрезанными ушами.

— СГИНЬ! — встретил его «хедшотом» лишь с третьей попытки.

Неживая туша повалилась на идущих следом, увлекая за собой остальных собратьев. Вся эта масса покатилась вниз, ломая кости конечностей и хрустя позвонками.

Благодаря следующему попаданию очередной преследователь осел прямо на ступенях, частично запечатывая свободный проход.

Финальные выстрелы вынудили еще одного зараженного завалиться поверх остальных. Таким образом сформировалась насыпь из плоти, которую невозможно преодолеть без остатков разума. Южная лестница оказалась надежно заблокирована.

Развернувшись, поспешно устремился к северному пролету, там уже скопилась неплохая толпа.

Мертвецы карабкались по телам павших товарищей, срывались вниз и упрямо поднимались снова.

Передний преследователь практически успел выбраться наверх, но профилактическая пуля отбросила его обратно.

Другой противник получил удачную «оплеуху» в висок, не успев сделать и шага через поверженного предшественника.

Спустя шестьдесят секунд хладнокровного истребления обе лестницы превратились в труднопроходимые завалы.

Остановившись в центре, прислушался. Снизу четко исходило ворчание, скрежет когтей о напольное покрытие и редкие удары тел об искусственные препятствия, но наверх никто больше не поднимался.

Оставшиеся внизу существа бесцельно бродили среди опрокинутых столов, натыкались друг на друга, будучи не в силах отыскать верный маршрут. Застрявшие же на ступенях зараженные окончательно затихли, нагромождение кадавров удерживало немертвых крепче любого засова.

Подойдя к краю, заглянул вниз. Примерно два десятка мертвецов все еще спонтанно перемещались по лаборатории, спотыкаясь о трупы и разбитое оборудование. Никакой опасности они сейчас не представляли, даже если бы кто-то из них сообразил приблизиться к ступеням, созданная баррикада легко выдержала бы этот натиск.

Медленно спустился, аккуратно перешагивая сквозь расстрелянные конечности и раскрытые в беззвучном крике челюсти. Тела лежат в три слоя, намертво впечатанные друг в друга.

Оставшаяся дюжина мутантов рассредоточилась по лаборатории. Кто-то застрял посреди опрокинутых столов, кто-то бесцельно колотит ладонями по стеклянным шкафам, а один, запутавшийся ногами в проводах, шевелится на месте, будучи не в силах освободиться.

Первый противник замечает мое присутствие практически сразу. Развернувшись, он, пошатываясь, направляется навстречу, вытянув вперед серые руки с обломанными ногтями.

Нажал на крючок, башка уродца резко дергается, после чего существо перестает подавать признаки жизни.

Следующие трое бредут гуськом вдоль ряда перевернутых микроскопов.

Стреляю дважды, двое передних падают одновременно.

Третий запинается о распростертое тело сородича, полностью теряет равновесие, улетая лицом вниз.

Подойдя ближе, приставил ствол к затылку, совершая финальное нажатие. Хлопок, затем воцаряется тишина.

За неработающей холодильной установкой обнаруживается еще пятерка зараженных. Они стоят кучно и без движения, повернув головы на источник недавнего шума.

Сменив позицию, обхожу эту группу с фланга, осторожно пригибаясь за высокой стойкой с пробирками.

Четыре попадания уложили четверых. Пятый разворачивается слишком поздно, получая пулю аккурат промеж глаз.

Выпрямившись, внимательно осматриваюсь. В дальнем углу, возле опрокинутой каталки, шевелятся двое последних. Один ползет, волоча перебитые нижние конечности, второй пытается подняться, судорожно держась за колесо. Подхожу тихо, без лишней спешки и суеты, стреляю сначала в ползущего, потом в повисшего на металлической конструкции. Оба окончательно затихли.

Лаборатория превратилась в ландшафт из мертвечины. Помещение буквально обратилось в подлинный курган, в котором торчащие конечности напоминают корни вывернутого леса из аналогового хоррора. Поверхность также усеяна скользкими участками из биологических жидкостей самой разной вязкости.

Единственное преимущество заключается в том, что абсолютно все выходы, включая лестницы, надежно заблокированы. Ни один новый недруг не преодолеет этот заслон. Мне же, при возникновении необходимости покинуть данную зону, придется буквально прорубать себе путь наружу.

Накопилась необходимая сумма шекелей ровно на пару прокруток. Совершенно не жалея кровно заработанные средства, спускаю все ресурсы на проклятое колесо, действуя на манер тяжело зависимого игромана.

«Вр-р-р-р-ращайте барабан!» — услужливо воскресила память незабвенную фразу Леонида Якубовича.

На сей раз колесо вращалось значительно быстрее обычного. Мне даже подумалось, что такая скорость обусловлена неким событием, но мгновенно растворившийся знак вопроса расставил все точки над «ё».

Открывшийся сектор показал стилизованное изображение белой кисти, беспардонно демонстрирующей мне средний палец.

«Услышал тебя, родной», — запустил повторный цикл.

Не станем уделять лишнего внимания анимации вращения диска, сопровождающейся жуткой мелодией, а сразу перейдем к финальному результату. На треугольной дольке красовалась карикатурная картинка с половиной человеческого лица, высунувшего язык, который был разукрашен в цвета государственного флага Японии.

Сложив два плюс два, сделал закономерный вывод, что система вознаградила меня умением изъясняться на данном наречии, но всплывшее уведомление внесло существенную ясность, уточнив, что мой характерный немецкий акцент никуда не исчезнет.

Аусгецайхнет, теперь, помимо белорусского, украинского, британского английского и немецкого, владею еще и японским. Это весьма кстати, поскольку местные надписи выполнены именно на нем. Хотя, если признаться честно, прежде не видел особой трагедии в отсутствии подобных лингвистических познаний, ведь среднестатистический обыватель владеет базовым английским на уровне, вполне достаточном для передачи ключевой информации и адекватного взаимопонимания, но к коренным жителям Японии это относится с натяжкой, они говорят на нем очень плохо.

Наплыв голопопиков не заставил себя долго ждать. Помните те шахты? Так вот, оттуда осмелилась высыпаться новая партия, но уже в меньшей группе.

Как только эти олигофрены проникли сюда, а насчитывалось таких неполноценных обмудков около десятка, им явно оказалось не по нраву, что мобильность едоков снизилась практически втрое по причине братской могилы мутантов.

Это плохо и для меня, поскольку локация ради маневра урезается наполовину. Впрочем, незаменимый М1911 с удобнейшей функцией неиссякаемого запаса, пускай и требующий секундного отвлечения на смену магазина, помог доходчиво объяснить непрошеным гостям, что они ошиблись не просто адресом, но еще и на этапе собственного перевоплощения в ходячую гниль.

Завершив перезарядку, подошёл к не до конца сомкнутым металлическим створкам и, осторожно растолкав окоченевших бестолочей, выхожу в протяженны и раскидистый в ширину коридор, заляпанный кровью.

Пять уродливых созданий неожиданно

Первой навстречу бросилась изломанная «многоножка», позвоночник оказался неестественно вывернут дугой назад, лицом к потолку. Из распоротого и гниющего живота каскадом росли тонкие человеческие руки без кожного покрова, заменяющие твари лапы. Чудовище мчалось с бешеной скоростью, а асинхронно перебирающие пальцы издавали щелкающие звуки.

Вслед за ней продвигался мясной кокон из сросшихся спинами близнецов. Внушительная глыба, лишенная нижних конечностей, ползла вперед, оставляя за собой широкий жирный шлейф из слегка желтоватой жидкости, выделяющейся из ранок. Из верхней части месива торчали две головы, причем одна полностью лишена кожи, а вторая, женская, рыдала, захлебываясь кровью.

Поодаль стоял слепой «перевертыш», чьи иссохшие ручонки вытянулись до невероятной длины, а сросшиеся пальцы превратились в желтые костяные спицы, скрежещущие по стенам. На месте лица зияла черная полость, заполненная шевелящимися языками.

Рядом с трудом дышало вздутое чрево, грудная клетка раздулась до размеров бочки из-за скопившихся газов, показывая сквозь натянутую синюшную оболочку копошащихся червей.

Замыкала это шествие личинка, передвигающаяся на четырех костях с вывернутыми локтями, личико оказалось затянуто содранной кожей, прибитой к черепу металлическими скобами. Вместо рева выродок издавал свистящий детский шепот.

— Вы смотрите в глаза смерти, КЛИНИЧЕСКИЕ ИМБЕЦИЛЫ! — вскинув свой верный пистолет американского производства, открыл огонь на поражение.

Первым делом пуля полетела в атакующую многоножку. Быстрый прилет раздробил хрупкие шейные позвонки, отчего клацающая челюсть бестии навсегда уткнулась в пол, а многочисленные конечности судорожно скрючились.

Не останавливаясь, перенаправил ствол на ползущих близнецов. Серия из семи попаданий разнесла оголенные мышцы первой головы и оборвала плач второй, превратив бесформенный кокон в неподвижную тушу дурно пахнущего мяса.

Слепой здоровячок с костяными спицами среагировал на грохот, резко повернув шею, но встречный «пиф-паф» угодил прямо в зияющую пустоту рта, вышибив затылок к чертям собачьим и прочим псовым.

С заплывшим газами мутантом пришлось действовать аккуратнее, чтобы не вызвать детонацию удушающей гнили.

Обойдя тушу сбоку, всадил пулю в основание краниума, заставив огромный резервуар безвредно осесть на испачканную плитку.

Последний из Магикян, издававший жуткое бормотание, попытался броситься в слепом прыжке, выставив вперед поломанные локти.

Спокойно отступив назад, дождался идеального момента и прекратил существование последнего порождения выстрелом в незащищенное горло.

Не успел преодолеть половины намеченной дистанции, как окружающий мир внезапно прорезала сработавшая иллюминация, окрасившая все вокруг в алый цвет.

— О, надо же, свет вернули! — искренне порадовался приятной новостью.

Стоило сделать еще четыре шага, как в тупике прохода раздался грохот. Нечто массивное принялось яростно вышибать преграду.

Спустя короткое время тяжелая металлическая створка со скрежетом вылетела наружу, в проем протиснулся большущий мутант. Тварь обладала негуманоидным силуэтом, напоминая своими очертаниями гориллу.

При детальном рассмотрении становилось понятно, что это чудовище появилось из растерзанных останков множества людей. Лица мертвецов с навеки застывшим выражением агонии уродливыми гроздьями проступали сквозь бугристые сочленения его тела.

Почти все туловище бестии покрывал громоздкий и усеянный острыми шипами экзоскелет, намертво сформированный из вросших друг в друга костей и окаменевшей кожи.

Передвигался монстр на чудовищных передних конечностях, представлявших собой спрессованные колонны из сотен человеческих предплечий, оканчивающиеся зазубренными костяными наростами. В районе грудной клетки зияла глубокая полая каверна, внутри которой пульсировали кожистые полупрозрачные мешки, до краев наполненные зловонной желто-зеленой жижей. Из этой пасти непрерывно сочилась едкая слизь, с шипением разъедающая залитый кровью скользкий пол.

— Трепещи, тварь дрожащая, перед тобой венец природы и почти три миллиона лет эволюции! — процедил фразу с манерной интонацией, не заметив, как сорвался на истеричный смех.

Бестия сорвалась с места моментально, развивая бешеную скорость. Многотонная масса спрессованной человечинки и омерзительных новообразований устремилась прямо на меня. Физически уйти с траектории этого живого тарана в узком пространстве не представлялось возможным.

Осознавая, что лобовой экзоскелет пистолетным калибром не пробить, вытянул руку и открыл шквальный огонь по голове. Пульки опасно рикошетили от шипастой кости, выбивая искры.

Ослепленная пистолетным градом тварь яростно взревела. За метр до столкновения мутант инстинктивно вскинул переднюю часть туловища вверх, намереваясь ударом «ковша» превратить меня в горячую лепёшку.

Именно в это открывшееся окно со всей силы завалился на бок, уходя в силовой подкат в лучших традициях моего любимого Джима Хендрикса. Вязкая кровь мертвецов сработала идеальной смазкой, на бешеной скорости влетел прямо под брюхо чудовища.

Прочная ткань костюма уберегла кожу от нагревающего трения, но жёсткий стык плит отозвался ноющим ушибом в бедре. Кислород из легких выбило скорее от резкости маневра и убийственной близости этой смердящей горы мускулов.

Оказавшись на спине, прямо под пульсирующей утробой выродка, стальной хваткой вцепился в пистолет и до упора выжал спусковой крючок, направив ствол строго вертикально, в отвратительные каверны с желтовато-зелёными мешками.

Безостановочные выстрелы в упор принялись рвать незащищенную плоть. Шум в замкнутом пространстве под тушей ударил по барабанным перепонкам, оглушая до пронзительного звона. Отдача «Кольта» мощно толкалась в ладонь, но за счёт этого импульса получил дополнительное ускорение и благополучно выскользнул из-под хвоста бестии. Один из кожистых резервуаров с хлопком лопнул позади, окатив пол удушающей трупной гнилью.

Промахнувшись, чудовище со всей дури обрушило конечности в ту точку, где находился ранее. Поток воздуха от удара однотонных лап подтолкнул меня вперёд.

Потеряв опору на кровавой каше и получив страшные разрушения внутренних органов, огромный мутант ушёл в неконтролируемый занос. Его туша по инерции протащилась дальше, лишь вскользь задев меня по касательной массивным боком. Этот смазанный толчок попросту отбросил меня в сторону.

«Это было близко», — родилось в сознании, пока катился по полу, самортизировал удар руками и несильно приложился спиной о стену, отделавшись парой новых синяков.

С диким ревом «Зверь» боком протаранил противоположную стену, с мясом вырывая панели, кабели и круша саму структуру перегородки. Коридор заволокло ослепляющей завесой строительной пыли.

Быстро перекатился и уверенно поднялся на одно колено, как какой-то пародийный супергерой из дешманских фильмов для взрослых. Плечо и спина немного ныли от ушиба, но адреналин полностью глушил эти ощущения. В трех метрах впереди, посреди оседающей пыли, дезориентированно копошился мутант. Из его разорванного живота пульсирующими фонтанирующими струйками вытекала жидкость, массивные лапы разъезжались на скользком от крови полу, а полностью оголенные плечевые суставы со стороны спины оказались абсолютно беззащитны.

Раненый не собирался сдаваться без боя, даже будучи сильно искалеченным. Не оставляя без внимания уязвимость собственного положения и полную невозможность развернуться, монстряк предпринял отчаянную попытку защититься.

— Что такое, малыш? — ядовито поинтересовался у чудовища. — Бедненький, не получилось скрутить доктора в бараний рог? — жалобно и высоко скулил, подражая обиженному ребенку, у которого отобрали любимую игрушку, всхлипывания звучали неестественно громко и резко, переходя от наигранной паники

Его незащищенный тыл оставался полностью открытым для атаки, поэтому противник прибегнул к единственному доступному средству обороны.

Опираясь на передние конечности, создание с оглушающим утробным воем резко взмахнуло массивным шипастым хвостом, стремясь вслепую снести меня горизонтальным ударом.

Острые костяные наросты прочертили длинную кривую по стене, выбивая кладку прямо над моей головой.

Опережая это, рефлекторно пригнулся, пропуская смертоносное лезвие в считанных сантиметрах от лица.

Не сумев достать меня хвостом, дезориентированная бестия в ярости принялась слепо крушить все вокруг. Бугай со всей силы впечатал лапу в полуразрушенную перегородку и вытащил тяжелую плиту с оголившейся арматурой. С жутким урчанием монстр швырнул этот увесистый обломок назад, надеясь раздавить случайным попаданием.

Крупный снаряд на огромной скорости полетел вперед, заставив меня разорвать дистанцию и совершить резкий прыжок в сторону, полностью уходя с линии огня как Макс Пэйн, но без знаменитого прищура, эффекта «буллет-тайма» и стильного плаща.

Пользуясь замешательством, сократил маршрут, сближаясь с беззащитным тылом противника. Пыль еще не успела окончательно осесть, когда запрыгнул прямо на широкую спину мутанта, надежно захватив ноги между костяными наростами экзоскелета. Монстр яростно взревел, пытаясь сбросить меня дикими ошалелыми рывками, но центробежная сила лишь сильнее прижала мое тело к его хребту.

— Я ЕСТЬ УБЕРМЕНШ! — широко оскалился и во всю глотку пронзительно рявкнул, приставив дуло «Кольта» в упор к пульсирующему ярко-желтому суставу правого плеча.

Выжал спусковой крючок. Непрерывный шквальный поток на столь близкой дистанции превратился в лазерный резак. Патроны без малейшей задержки проникали глубоко в плоть, полностью перемолов костные сочленения и сухожилия лапы.

Огромная правая щитообразная конечность отвалилась от туловища, безжизненно упав на испачканный пол. Чудовище издало полный запредельной муки рев, стремительно теряя равновесие и заваливаясь на бок.

Не давая выродку ни единого шанса на спасение, моментально перенес ствол к противоположному плечевому сочленению.

Очередная безостановочная серия аннигилировала вторую опору монстра. Оставшись без массивных передних конечностей, гора мышц бессильно рухнула мордой вниз, полностью лишившись мобильности.

Спрыгнув с дергающегося в предсмертной агонии хребта, спокойно обошел хрипящую тварь спереди и, направив пистолет прямо в ее разверстую и сочащуюся слизью пасть, совершил последний выстрел.

— Я бы препарировал твою буйную голову, — тычу «Кольтом» в лоб, — но у меня нет под рукой ампутационных ножей и пил, — завершив тираду, пинаю череп ботинком, останавливаясь исключительно при первых признаках подступающего утомления. — Легко отделался, шпасти!

Каков текущий баланс очков? Вполне хватает для троекратного запуска рулетки.

Чуть больше трех тысяч цифровых единиц привели в быстрое движение призовой диск.

Дождавшись полной остановки вращения, наблюдаю первоначальный результат, стрелка замерла напротив вопросительного знака, трансформирующегося в пассивный навык, увеличивающий темп перемещения на ничтожные полпроцента.

Следующий заход принес умение, позволяющее щелкать пальцами, причем совершать это действие до текущего момента не умел.

Последняя попытка, как прекрасно видно по моему угасающему энтузиазму, принесла вовсе не телепорт, а изощренное издевательство в духе того самого консьержа дома образцового содержания на Фонтанке под номером тридцать шесть, обожающего устраивать «бомбежки» под дверьми жильцов.

Всплывающее системное уведомление предупредил о выдаче сомнительной награды, заблокировавшей доступ к лотерее на ближайшие три часа и отключившей на данный промежуток времени начисление бонусов за убийство противников.

«Тяжело», — лениво посмотрел вдаль взором умудренного годами человека, окончательно осознавшего упущенную в юности перспективу, — «тя-же-ло…»

Сохраняя бодрость духа, отправился к сильно развороченному дверному проему, чтобы оттуда благополучно проникнуть внутрь куда более разветвленного коридора, изобилующего сложными развилками. Досадно из-за отсутствия поблизости стенда с подробной картой или хотя бы элементарного настенного путеводителя, способного помочь сообразить, куда вообще необходимо держать путь, но грех сетовать на судьбу, рабочее освещение присутствует, пускай оно и является исключительно красным.

Внутренний монолог не о чем прервался оглушительным лязгом вывороченной вентиляционной решетки, с громыханием рухнувшей на пол. Тяжело свалившийся сверху бесформенный колоссальный конгломерат приземлился всего в паре шагов, после чего со специфическим утробным бульканьем яростно ринулся на штурм.

Отвратный облик нападающего чудовища стирал рассудок. Лишенное выраженного туловища, создание представляло собой сплавленную из сотен ободранных человеческих торсов пульсирующую массу серо-зеленого мяса, куда намертво вросли обрубленные шеи. Венчающая мясную гору воющая воронка из вывернутых наружу челюстей непрерывно исторгала черную кровь вперемешку с зубами. Вместо лап веером росли бесчисленные кисти, фрактально делящиеся на крошечные пальцы с сорванными ногтями.

Снизу волочилась раздутая газами плацентарная мембрана, сквозь которую бились синюшные эмбрионы, пытающиеся прогрызть пузырь первыми острыми наростами-клинками. Тысячи обнаженных нервных сплетений, похожих на синих червей, яростно вытягивались в мою сторону.

— Вилькоммэн, вертгешэтцтэ гэстэ! — выпалил прямо в нижнюю часть этой твари.

Свинцовый дождь практически полностью уничтожил опорное сочленение из сросшихся костей, отчего кошмарное порождение, потеряв устойчивость, с тяжелым стуком повалилось на землю, вынужденно опершись на деформированные многопалые конечности.

Повторный залп лишил омерзительную массу одного из выпирающих костяных лезвий, образованных сросшимися человеческими предплечьями. В тот же момент позади раздался сводящий с ума оглушительный шорох, напоминающий копошение миллиардов гигантских насекомых в замкнутом гробу, это было частый скрежет ногтей по твердой поверхности.

Задействовав весь имеющийся ресурс рефлексов, сместился, одновременно разворачивая корпус назад.

Очередное существо с теми же вводными, сотканное из безликих торсов и копошащихся жгутов, пытавшееся подобраться незамеченным, совершило резкий рывок, пока неподалеку с громким треском сорвался еще один заслон.

Прицельно изрешетил подкравшуюся гадину, добившись превосходного эффекта, так как безумную тушу буквально отбросило кинетической волной.

Быстро оценил положение ползущего первого противника, изрыгающего на землю обильные порции темной юшки и колотые коронки, убеждаясь, что прямо сейчас покалеченное создание представляет наименьшую опасность.

Куда более критическую угрозу нес невредимый конгломерат, только что выбравшийся из темного зева шахты и волочащий за собой плацентарный мешок с судорожно бьющимися зародышами.

Увернувшись от траектории нападающего, надежно схватил рукоять «Кольта» М1911 и встретил разворачивающееся чудовище короткой очередью.

Начальные хлопки улетели в «молоко», зато последующей попыткой удалось нанести урон, оторвав под корень выпирающее реберное острие, заставившее врага отпрянуть. Третья порция пуль сокрушила нижний костяной нарост, после чего пришлось резко развернуться навстречу новому нападающему, вновь вернувшемуся в бой, чтобы окончательно уничтожить и растерзать копошащихся на полу тварей.

Узкий коридор, свернув несколько раз, уперся в стену из бронестекла. По ту сторону можно было разглядеть ряды автоклавов, заполненных мутной фиолетовой жидкостью. Следовало идти влево вдоль стены, там находилась дверь, оставалось надеяться, что она открыта.

С другой стороны к стеклу подбежал человек. Его некогда белый халат не отличался чистотой, а лицо бедняги выражало смертельный ужас.

— Эй, — увидев меня, мужчина отчаянно замолотил руками по стеклу, —

— О-о-о-о, гу-у-у-те-е-ен т-а-а-аг~, — слегка подняв правую ладонь, неторопливо помахал ею, — да, сейчас, не суетитесь, — недолго думая, попытался пробить стекло оружием, но стекло, похоже, было из тех, что используется для всяких иллюминаторов или что-то очень похожее.

Быстрее открыть дверь, чем прорезать его.

Метнулся в конец коридора, всё равно придётся потратить несколько драгоценных секунд.

Послышался истошный крик.

Когда дверь открылась, практически ворвался внутрь.

Человек, которому хотел помочь, уже бился в конвульсиях на полу, под его телом быстро расползалась лужа крови. Голова у бедняги почти отсутствовала, да и на теле можно было заметить несколько ран. Убийцу не пришлось долго искать, он взгромоздился на грудь покойника и изучал меня пустым взглядом бесцветных «бусинок».

Тварь представляла собой гипертрофированный человеческий череп размером с бочонок, на котором истощенная синюшная кожа натянулась до предела, открывая вид на белые швы костных сочленений и пульсирующие извилины.

Лицевая часть существа подверглась чудовищной деформации, веки были намертво скреплены ржавой проволокой, сквозь которую непрерывно сочился мутный гнойный экссудат, а вместо носа отверзался сквозной провал, открывающий вид на пазухи.

На месте шеи радиально росли двенадцать ломаных и многосуставчатых конечностей, детально воспроизводящих лапы гигантского паука-птицееда, покрытых жестким хитиновым ворсом из человеческих волос. Из затылочной зоны, прямо из продолговатого мозга, тянулся длинный склизкий отросток серо-розового оттенка, напоминающий пуповину с кольцевидным ртом, усеянным микроскопическими крючьями.

Безгубая пасть, способная раскрываться на сто восемьдесят градусов, исторгала бичеподобный многослойный язык угольного цвета, покрытый бритвенно-острыми костяными шипами, способными с легкостью разрывать плоть. Изнутри черепа без умолку доносился приглушенный плач, смешанный со звуками захлёбывающегося человека.

Монстр раскрыл разорванную пасть и издал раздраженный крик.

Вскинул «Кольт», но раньше, чем успел выстрелить, мутант с неожиданным проворством перепрыгнул на ближайший автоклав и чуть ли не мгновенно скрылся из виду.

— Я что, страшный? Почему ты убегаешь от меня, мисткерль? — направил пистолет на ряды автоклавов, но тварь либо уже убралась отсюда подальше, либо затаилась.

Придется быть еще осторожнее. Может, этот мутант и не отличался крупными размерами, но, похоже, недооценивать его не стоило. Он вряд ли менее опасен, чем те же чудаки в начале, и по стенам перемещается также ловко, как и по полу.

Вдохнув, как перед прыжком в холодную воду, пошел дальше, стараясь держаться ближе к стеклу.

Прошёл до конца ряда, затем свернул в проход между автоклавами и убедился, что там никто не прячется.

Стоп, что это за тень на стене?

Когда затаившаяся тварь с визгом прыгнула, даже не успел толком среагировать, только выставил перед собой руки.

Удар заставил меня потерять равновесие и врезаться спиной в автоклав. Выбитый пистолет отлетел в сторону, щупальца изогнулись, как изготовившиеся к броску змеи.

— Не на того напал, грязный остолоп! — собрав все силы, отшвырнул гадину от себя.

Взвизгнув, мутант отлетел в сторону.

Тут же добавил ему хорошего пинка, а потом с силой опустил подошву ботинка на спину монстра возле основания щупалец. Для любителя игры в прятки на выживание этого хватило, монстр перестал дёргаться.

Подняв с пола «Кольт», поспешил зайти в лифт. К счастью, никто не бросился на меня из темноты и не вырвался из автоклавов, мимо которых проходил.

Зашел в кабину необычного вида. Первым делом взгляд выхватил детально спроектированную схему преодоленного яруса.

Изучив эту наглядную легенду, понял ошеломляющий факт, передо мной разворачивалась панорама колоссального, черт возьми, комплекса, который уходил вглубь тектонической плиты под морским дном. Над головой нависали сотни метров твердого камня, сдавленные сверху километрами океанской бездны. Локация представляла собой невероятно защищенный и технологичный бункер, способный выдержать любой катаклизм.

Сначала требовалось заблокировать автоматические двери, а потом…

Внезапно створки содрогнулись. В образовавшийся узкий зазор молниеносно протиснулись два изогнутых желтоватых отростка, напоминающих лезвия, покрытые подсохшими красно-бурыми разводами. Нападавшему существу хватало неистовой мощи, чтобы удерживать гидравлический пресс.

Успел отскочить вглубь кабины, когда проем расширился, показывая фигуру нападающего монстра. Электроника ошибочно определила, что между панелями застрял живой персонал, поэтому створки послушно разъехались в стороны.

В течение нескольких безумных микросекунд облик этого чудовищного создания запечатался в моей памяти. В проеме стояло тотальное богохульство против законов биологии. Челюсти существа разорвались до самых ушей, формируя бездонный провал, откуда рядами росли бритвенно-острые кинжальные зубы, усеивающие даже стенки глотки. Нижняя челюсть расщепилась на две судорожно дергающиеся половинки, с которых непрерывно стекала пенистая слизь. Покрытый язвами длинный язык змеей извивался между костяными клыками.

Спина твари выгнулась дугой, позвонки пробил обезображенную плоть, превратившись в окровавленный гребень, а правое плечо деформировалось в разросшийся опухолевый узел, под которым копошились гроздья полупрозрачных личинок. Руки были вывернуты локтями вперед, оканчиваясь теми самыми зазубренными костяными косами, у основания которых бились оголенные фиолетовые вены.

Из разорванного живота существа, конвульсивно дергаясь, свисали синюшные петли собственных кишечных трактов, переплетенные с тонкими паучьими лапами, отрощенными прямо из ребер.

Издав пронзительный вопль, тварь рванулась к загнанной в тупик жертве.

В тот же момент сработал аварийный механизм лифта. Пластины сошлись с необыкновенной силой, разрубая урода пополам.

Изуродованная голова вместе с куском грудной клетки и единственной конечностью со стуком рухнула на рифленый настил около моих ног.

Поспешно отпрянул к стене. Срубленные останки неподвижно лежали, перестав подавать малейшие признаки жизни.

Приблизившись к пульту управления, вдавил пальцем соседнюю клавишу. Судя по индикации, подъемник поддерживал круговое сообщение между парой точек.

Грузовая платформа тронулась, а сам привалился к сетчатой переборке. Погибший мутант лежать бесформенной массой, не думая растворяться.

Уставился на отрезанную черепушку урода. Подошел ближе, замахнулся и поддел носком ботинка эту массу.

Вопреки тяжести, первый пинок подбросил окровавленный череп вверх. Башка взлетела на уровень колена, а затем, поймав ритм, встретил ее повторным ударом.

Пользуясь зависанием «футбольного мяча» в воздухе, совершил базовый финт, ухитрился поднять ногу и, не задевая летящую голову, описал круговое движение ступней вокруг падающего черепа.

Ловко завершив этот трюк, снова поймал ботинком отрубленную голову у самого пола, аккуратно подкинув ее в четвертый раз. Пятый выпад заставил разорванную челюсть монстра щелкнуть, а шестым хлестким ударом отправил это месиво в дальний угол грузовой платформы, где оно со шлепком врезалось в прутья.

Платформа упрямо ползла вверх, унося меня прочь. На дисплее панели лифта загорелся зеленый индикатор, извещающий о скором прибытии на территорию гидросектора.

Кабина продолжала исправно выполнять свою честную работу, но автоматика тут же издала протяжный аварийный писк.

— Внимание, обнаружено критическое падение давления во внутреннем контуре охлаждения, уровень заблокирован герметичными гидрозамками, —

Примечания:

I. Нистагм — быстрые и ритмичные колебательные движения глаз, которые человек не может контролировать. Глаза могут сами по себе «бегать» из стороны в сторону, вверх и вниз или по кругу.

II. А́усгецайхнет (нем. Ausgezeichnet) — великолепно, отлично, превосходно.

III. Шпа́сти (нем. Spasti, сокр. от Spastiker — страдающий спастическим параличом) — груб., прост., презр. дурак, кретин, недотепа. Аналог стигматизирующих бранных слов, образованных от медицинских диагнозов.

IV. Вилько́ммэн, ве́ртгешэтцтэ гэ́стэ (нем. Willkommen, wertgeschätzte Gäste) — букв.: «Добро пожаловать, многоуважаемые (высоко ценимые) гости».

V. Ми́сткерль (нем. Mistkerl, от Mist — навоз, дрянь и Kerl — парень, мужик) — бран. подлец, мерзавец, скотина, сволочь.

Глава вторая. Моя любовь

Шагнул за порог подъемника. Через семь-восемь секунд внимательного наблюдения, необходимого ради оценки обстановки, за спиной раздался грохот.

Развернувшись, как агент ноль-ноль-семь, а ещё вскидывая пистолет от бедра, как всё тот же харизматичный британский шпион, заметил, что платформа принялась стремительно пикировать вглубь шахты, рискуя разбиться вдребезги на самом дне.

Не успел до конца понять причину произошедшего катастрофического срыва, как вслед за ускользающей конструкцией ухнуло тучное чудовище.

Тварь оглашала свое падение истошными воплями, напоминающими булькающий сигнал тревоги, который захлебывающийся зверь посылает стае.

Вообразив, какая ужасная участь ждала меня в этой ловушке при попытке задержаться внутри еще на какое-то время, повторно похвалил себя за поразительную предусмотрительность.

Насущный приоритет — ледяная толща, поднявшаяся почти до пояса. Ключевая загвоздка кроется в прибывающей влаге, хотя остальные сопутствующие неприятности неразрывно переплетены с этой бедой.

Потоки вокруг запредельно студеные, близкие к заморозкам. Резкое падение давления внутри контура охлаждения красноречиво свидетельствовало о разрыве магистрали, из-за чего забортные массы проникли внутрь отсека перед блокировкой, смешиваясь с химическим хладагентом.

Мой запас времени на активное перемещение составляет от силы тридцать или, при самом благоприятном раскладе, сорок минут, после чего неминуемо разовьется гипотермия, трубчатые кости откажутся подчиняться, а мускулатуру скует жестокий спазм.

Наверное, перечень рисков пополнился угрозой поражения током, но не факт. Проектирование современных комплексов изначально предусматривает сценарии затопления.

Убежден, что кабельные трассы нижних ярусов спрятаны в герметичные короба под надёжным защитным слоем.

Зачастую аварийная автоматика частично изолирует поврежденный сектор от питания, активируя лишь низковольтную дежурную иллюминацию напряжением двенадцать или двадцать четыре Вольта, безопасным для человеческого организма.

Настоящая опасность таится в вероятности того, что реле обесточили далеко не все цепи. Чуть выше уровня разлива, на сухих шпангоутах, подвешены силовые высоковольтные линии. Из-за деформации переборок сильным внешним сжатием провода вполне могло разорвать.

К счастью, данный фактор не вызывает у меня серьезной тревоги. Снаряжение отлито из особых полимерных соединений и прорезиненного полотна, снабженного литыми сапогами на диэлектрической подошве.

Продвигаясь вперед с предельной осторожностью, копировал повадки искушенного сотрудника спецслужб.

Местный «интерьер» разительно отличался от убранства лаборатории, которую, как успел заметить во время своего пребывания там, невозможно было назвать ключевой.

В этой зоне все выглядело совершенно иначе, непривычно для человека из медицинской среды.

Стены имели овальные очертания и были усилены массивными ребрами жесткости, именуемыми, если память мне не изменяет, шпангоутами. Потолок давил своим низким нависающим сводом, сплошь перерезанным переплетениями магистралей, кабель-каналов и воздуховодов.

Пол состоял из шершавых плит, называемых пайолами, на которых к текущему моменту осел склизкий ил, машинное масло и морская соль. Под покрытием располагался трюм, скрывающий основные коммуникации водоотвода.

Встречающиеся на пути гермодвери представляли собой вогнутые внутрь шлюзовые люки или автоматические заслонки. По периметру проемов тянулись герметизирующие уплотнительные манжеты.

Клочья сорванной трубной термоизоляции, похожие на мокрую стекловату, покачивались на поверхности, наподобие мертвых медуз, а сама влага пугала неестественным флуоресцентно-зеленым оттенком и химическим запахом спирта.

Вдоль переборок тянулись толстые артерии внутреннего контура охлаждения, оборудованные круглыми манометрами. Внизу, если старательно вглядеться, угадывались отверстия шпигатов, сквозь которые потоки устремлялись в зумпфы, откуда насосным установкам надлежало выкачивать массу через кингстоны.

Одним из главных элементов окружения являлись огромные вертикальные баллоны, похожие на гигантские коконы, эти резервуары предназначались для сглаживания скачков давления, но сейчас они угрожающе шипели, непрерывно стравливая излишки газа.

Шел вперед без капли страха, но внутреннее предчувствие опасности не унималось. Такое состояние выглядит вполне естественным при необходимости давать отпор туго соображающим монстрам, но становится глубоко порочным в момент зарождения мимолетной мысли о худшем исходе, ведь предсказанная беда незамедлительно материализуется.

Прямо передо мной, копируя тактику устроившего засаду гавиалового крокодила, из глубин стремительно взметнулся очередной мутант.

Тварь разразилась истошным воплем, сработавшим в качестве примитивного, но крайне эффективного кинематографического скримера, бьющего по нервам за счет идеальной внезапности и выкрученной на максимум громкости.

Облик нападавшего являл собой вопиющий анатомо-физиологический феномен. Лишенное кожного покрова туловище демонстрировало грязно-серые мышцы, характерные для запущенной эмфизематозной формы газовой гангрены, при которой цинкозависимая фосфолипаза С, составляющая основу альфа-токсина облигатно-анаэробного возбудителя, сохраняет активность продолжительное время.

Вся поверхность высокой фигуры была испещрена мириадами круглых и глубоких сквозных отверстий разного диаметра, во всем копирующих пористую губку. Вместо пальцев верхние конечности оканчивались тупыми фалангами.

Лицевые ткани отсутствовали полностью, оголяя челюстной аппарат в застывшем дьявольском оскале, где ровные зубы палисадником росли в три неровных ряда.

Мутант совершал конвульсивные рывки, из-за чего траектория перемещения виделась рваной анимацией, превратившей стартовый наскок в опасную неожиданность.

Не успев подготовить оружие к бою, оказался смят яростным натиском.

Нагой мутант толчком обрушился сверху, опрокинув мое тело на настил. Мой верный «Кольт» с негромким всплеском канул на дно затопленного коридора.

Оказавшись на спине под водой, не испытывал проблем с дыханием благодаря герметичности костюма.

Навалившийся враг принялся неистово колотить костлявыми фалангами по обзорному куполу шлема, желая разбить защитное стекло и добраться до меня. Физическая сила нападавшего вполне соответствовала возможностям обычного тренированного мужчины.

Направленная на разрушение преграды маниакальная концентрация антропоморфного существа позволила мне сориентироваться в пространстве.

Доскональные академические знания топографической анатомии и хирургической биомеханики сработали на уровне автоматических рефлексов.

— Ты кем себя возомнил, ИРОД ПРОКЛЯТЫЙ? — безошибочно нащупал ключевые костные ориентиры скелета головы, собственными перчатками, стараясь игнорировать гневные выпады окаянного, заблокировал затылочную кость, полностью исключая защитную амортизацию черепа, а ладонью противоположной руки уперся в край нижней челюсти, формируя жесткий рычаг встречного вращения.

Выверенным маневром произвел резкую тракцию вверх с одновременным ротационным сдвигом, целенаправленно разрушая верхнее суставное сочленение и ломая зубовидный отросток второго шейного позвонка.

Твердое костное основание вошло прямо в ствол мозга. В водной толще раздался щелчок, означавший тотальную деструкцию спинного мозга на уровне продолговатого отдела, повлекшую немедленный паралич диафрагмального нерва и

Мускулатура врага моментально утратила тонус. Пористая туша обмякла и завалилась набок, прекратив всякое сопротивление.

Выгребая руками, бросаю все оставшиеся силы на поиски злосчастного пистолета в затопленном полу. Скрывшееся под водой оружие удалось бы обнаружить гораздо быстрее, если бы защитное стекло костюма не покрылось сеткой мелких трещин в районе правого нижнего угла обзорного щитка. Повреждение не выглядит критическим, но дефекты экипировки сейчас совершенно неуместны.

Отыскал сталь рукояти. Едва рукоять М1911 оказывается в моей ладони, резко разворачиваюсь на всплеск воды за спиной.

Взгляд выхватывает зрелище, которое урезает шансы выбраться из подземного коллектора живым примерно на восемьдесят, а то и на все девяносто пять процентов.

На меня сплошным фронтом движется масса внезапно возникших из темноты мутантов. Тварей скопилось немыслимое количество. Прежних чудовищ получалось охарактеризовать банальными словами «страшный» и «жуткий», но к наступающим экземплярам подходит емкое выражение «трындец в кубе».

Оставаться на этой самой точке и играть в стационарную турель у меня не выйдет. Вода сковывает меня точно так же, как угнетает перемещения тех тварей, что целенаправленно бредут в мою сторону с единственной мыслью сожрать чужие мозги. Если до текущего момента ходячие мутанты являлись условно медлительными, то сейчас благодаря заполняющей жидкости данный эффект стократно усилился.

По этой причине превосходство в темпе передвижения по-прежнему остается на моей стороне, но хвастаться таким раскладом совершенно нерентабельно, ведь совершенно один, а прибывающих врагов целый легион.

— Вам лучше не знать, как я СТРАШЕН В ГНЕВЕ! — открыл частую стрельбу навскидку по ближайшим целям. — МУЧАЙТЕСЬ!

«Кольт» точными попаданиями отбрасывает первую шеренгу назад, заставляя падающие туши увлекать за собой и валить тех зараженных, которые следовали позади.

У меня созрел четкий тактический замысел, суть которого уходит корнями в события внутри первой комнаты, когда мне удалось успешно одурачить нападающих монстров возле двух лестничных пролетов.

Преодолевая сильное сопротивление, доходящей почти до пояса, из-за чего мышцы ног наливаются усталостью и дико забиваются, по едва заметной траектории отступаю к техническому тупику.

Это укрытие представляет собой своеобразное узкое окно между массивной стеной гидросектора и огромным баком. Ширина этого прохода составляет чуть больше метра. Теперь наступающие твари способны продвигаться вперед исключительно по двое в ряд.

— Вы за это дорого поплатитесь! — окончательно заняв оборонительную позицию в глубине тупика, снайперски поражаю выстрелами головы первой паре нападающих.

Пули тяжёлого калибра гарантированно пробивают черепа, мертвые тела падают строго вперед, полностью уходя под темную воду.

Новая пара наступающих чудовищ натыкается под водой на скрытые толщей трупы своих недавних собратьев, моментально спотыкается и валится лицами в воду. Из-за крайне заторможенных рефлексов они физически не способны оперативно подняться на ноги.

Следом быстро убиваю всех падающих и запинающихся особей.

Примерно через две минуты непрекращающегося обстрела прущей нечисти, требовавшего от меня колоссального уровня концентрации, предельной точности и умения молниеносно перезаряжать пистолет (мой личный рекорд смены магазина составлял девять десятых секунды), удалось уничтожить столько ходячих мертвецов, сколько потребовалось для формирования баррикады.

Временной интервал между нажатиями на спусковой крючок составлял около двадцати семи сотых секунды, а быстрый перенос огня превратился в отдельную сложную задачу. Приходилось моментально переводить прицельную марку с одной мишени на другую без малейшей потери темпа.

Серьезной проблемой являлась дикая отдача, из-за крупного калибра ствол оружия после выстрела подбрасывало вверх, но эта неприятность успешно решалась максимально крепким хватом, позволяющим оперативно возвращать пистолет обратно на линию прицеливания.

Задние монстры теперь вынуждены буквально перелезать через образовавшийся подводный холм, окончательно теряя последние остатки своей и без того скудной скорости.

Сократив примерно половину общей численности неприятелей, отчетливо чувствовал последствия непрерывной работы «Кольта». От оглушительных хлопков сильно закладывает уши, внутри черепа родился малоприятный звон.

Верхние конечности заметно дрожат от накопившейся усталости, пальцы практически отказываются подчиняться командам мозга, а кисти сводятся болезненной судорогой, из-за чего стремительно падает точность ведения огня. Эти физические слабости до определенного момента вполне реально игнорировать за счет морально-волевых качеств, но против суровых законов физики пойти невозможно.

Главной проблемой становится критический перегрев оружия. Из-за высокой интенсивности стрельбы стальной затвор пистолета раскаляется, начиная обжигать ладонь.

В этот момент замешательства один полуживой монстр незаметно переваливает через созданную баррикаду мертвых тел, наваливается сверху и увлекает меня за собой на самое дно. Оружие падает из онемевших пальцев, исчезая в мутной воде.

В процессе падения кулак нападающего наотмашь врезается в шлем, раздался треск, в левом верхнем углу щитка прорастает свежая сеточка трещин, радиально расходящихся длинными ломаными линиями прямо перед глазами.

— Ферфлюхт! — началась отчаянная борьба за собственную жизнь в темной глубине. — ТЫ БУДЕШЬ МОЛИТЬ О ПОЩАДЕ!

Оказавшись под водой лицом к лицу со смертельной опасностью, прибегнул к медицинским познаниям не в пользу здоровья «пациента». Моей целью становится краниовертебральный переход, зона сочленения затылочной кости и двух первых шейных позвонков, атланта и эпистрофея.

Левой рукой схватился за чешую затылочной кости твари, жестко иммобилизируя череп, а ладонью правой снизу вверх перехватил нижнечелюстной симфиз, превращая подбородочный выступ в рычаг.

Скоординированным движением прикладываю направленную силу, совершая форсированное переразгибание в атлантозатылочном суставе с одновременным резким ротационным сдвигом по продольной оси.

Под водой раздался глухой хруст, произошел травматический вывих в атлантоаксиальном сочленении, поперечная связка атланта разорвалась, из-за чего зубовидный отросток второго шейного позвонка сместился назад и вонзился непосредственно в вентральную поверхность продолговатого мозга. Этот внутренний удар напрочь сминает ядра блуждающего, языкоглоточного и добавочного нервов, а также полностью перерезает нисходящие кортикоспинальные и ретикулоспинальные тракты.

Проводящие пути эфферентной иннервации уничтожены, вызвав тотальный спастический паралич скелетной мускулатуры и прекращение любой моторной активности этой туши.

Избавившись от обмякшей хватки, судорожно всплываю на поверхность, после чего принимаюсь лихорадочно шарить свободной рукой по дну технического коллектора.

Пистолет снова со мной, но раскаленный металл затвора требует еще немного времени для охлаждения, вынуждая меня соображать в поисках альтернативного средства защиты.

Спокойный взгляд выхватил проходящую вдоль бака магистраль с распределительным патрубком.

«Бинго», — восхитился своим прекрасным зрением.

Попытался сорвать эту трубу, надеясь использовать кусок железа в качестве импровизированной палицы.

Навалился всей массой тела, но приваренная конструкция даже не поддается, банально не хватает надежного сцепления и упора в залитом полу, чтобы развить необходимый силовой импульс.

«Мало каши ел в детстве», — поняв бесперспективность этой затеи, обратился к рискованной тактике механического сдерживания с помощью ног.

Вжавшись лопатками и поясницей в стену технического бака, обрел идеальную точку фиксации, которая позволяет полностью разгрузить одну ногу, превращая ее в хирургический поршень. Вода скрывает обзор, но безупречно рассчитываю координаты уязвимых зон наступающего врага.

— Получай, АРШЛОХ! — первой мишенью

Концентрированный удар жестким рантом тяжёлого ботинка приходится строго латерально, в проекцию щели сустава, пробивая область латерального мениска и малоберцовой коллатеральной связки.

Под действием встречной массы тела мутанта произошел травматический разрыв передней и задней крестообразных связок, сопровождающийся полным вывихом голени наружу с раздавливанием суставных поверхностей мыщелков бедренной кости. Опорно-двигательная функция левой нижней конечности аннигилирована.

Лишенная жесткого скелетного каркаса нога подламывается, почти стокилограммовая туша валится навзничь, увлекая за собой еще пятерых нападающих, движущихся следом в одной связке.

Другой зараженный пытался перелезть через образовавшийся подъем, сместив свой центр тяжести вперед.

Пользуясь упором за спиной, резко высылал ногу вверх, нанося удар подошвой ботинка снизу вверх строго в область подбородка.

Вектор силы направлен по линии краниального сдвига, что спровоцировал запредельное переразгибание в атлантозатылочном и атлантоаксиальном сочленениях.

Импульс разорвал крыловидные связки, вследствие чего костные фрагменты и верхний край атланта необратимо сминают ретикулярную формацию, произошла тотальная деструкция бульбарной группы центров, вызывающая мгновенный мышечный спазм с последующей атонией.

Полностью парализованное тело якорем рушится в воду лицом вниз, увеличивая высоту подводной дамбы.

Третий мутант хотел прорваться сбоку, но приглашаю его встречным ударом пятки в область проксимального эпифиза большеберцовой кости, прямо под надколенник.

Высокая кинетическая энергия направлена на расслоение сухожилия четырехглавой мышцы бедра и полный перелом мыщелков большеберцовой кости с размозжением костной ткани. Колено деформируется, вызвав потерю вертикальной стабильности.

Тактика работы ногами, основанная на уничтожении ключевых биомеханических узлов опорно-двигательного аппарата, позволяет мне с максимальной эффективностью выигрывать драгоценные секунды.

Точечное разрушение сустава или связки у первой шеренги противников запускает необратимый эффект домино, заставляя тупых монстров барахтаться и полностью блокировать проход телами покалеченных собратьев, пока удерживаемый на уровне груди «Кольт» постепенно остывает до рабочей температуры.

Время растягивается в бесконечную череду ударов и ругательств неостановимой швейной машинки.

Затвор оружия постепенно сменил оттенок с угрожающе багрового на привычный серый. По моим сугубо внутренним ощущениям, температура оружейной стали наконец падает до критически допустимой нормы, при которой термическое расширение металла больше не грозит заклиниванием механизмов или деформацией ствола. Пальчики правой кисти, скованные полупарализующей судорогой, обретают былую чувствительность, позволяя вновь сформировать правильный хват.

В этот самый момент хрупкое равновесие сил окончательно разрушается. Плотность прибывающей нечисти достигает пикового предела, большущее гидростатическое давление массы тел в купе с огромным весом наступающих мутантов начинает попросту сминать выстроенную дамбу.

Нижние слои созданной преграды, состоящие из полностью размозженных и покалеченных туш, под весом верхних рядов начинают расползаться в стороны. Мертвая баррикада стремительно оседает, теряя свою высоту.

Верхний слой гниющего месива с шумом соскальзывает вперед, открывая прямую дорогу уцелевшему авангарду зараженных.

Прямо на меня, тяжело загребая воду руками, одновременно повалились сразу трое чудовищ, увязших в разрушающемся завале.

«Ждать больше нельзя», — совместил мушку с целиком на уровне центральной оси черепа ближайшей твари, потом до упора выжал крючок.

С помощью все того же М1911 и благодаря тому факту, что доведенная почти до автоматизма мышечная память под сильнейшим воздействием адреналинового всплеска серьезно повлияла на предельную скорость нажатий, как это ранее происходило в моменты молниеносной перезарядки, последнюю часть этой бригады устранил безо всяких глобальных проблем.

Безусловно, определенные казусы в процессе зачистки все же имелись. Из-за внезапной волны накатывающей усталости и сильно дрожащих от избытка гормонов верхних конечностей общая меткость ведения огня незначительно просела, вынуждая тратить на некоторые цели по три-четыре патрона вместо одного, но на конечный триумфальный результат это не оказывает никакого влияния. Изнурительная победа остается за мной.

Итогом кровавого спектакля стал биогенный многотонный завал, изменивший ландшафт. Водичка окрасилась в зловещий темно-бордовый цвет, превратившись в непрозрачную органическую эмульсию, насыщенную элементами чужих тканей и всем, чем только можно.

Уверен, выделившиеся газы, кадаверин, сероводород и путресцин, навели здесь знатной суеты, заполнив эту область удушливым облаком. Если бы не мой защитный костюм, скажу это в тысячный раз, моментально бы потерял сознание от отравления и необратимого химического ожога.

«Настоящий филиал скотобойни», — приложив поистине титанические усилия, продвигался к выходу и целенаправленно использовал кучку свежих трупов как своеобразный импровизированный трамплин.

Получив необходимую дополнительную высоту за счет спрессовавшейся кучи тел под ногами, высоко вскинул руки и дотянулся до верхних крепких креплений распределительного патрубка цистерны.

Перебирая выступы и превозмогая боль в мышцах, окончательно выбрался оттуда где-то за минут шесть, если не семь.

Моей задачей является перемещение к самой дальней герметичной двери. Совершенно не требуется обладать выдающимися интеллектуальными способностями, чтобы понять очевидную вещь, именно эта преграда представляет собой искомый выход из полузатопленного гидросектора.

Дальнейшая ходьба поначалу складывалось вполне благополучно, никакие тревожные факторы не предвещали скорого проявления опасности.

Стабильный марш прервался в тот момент, когда примерно в десяти метрах впереди на поверхность вынырнул омерзительный мутант, обладающий кожистыми перепонками между верхними конечностями, похожими на лапы огромной амфибии.

Это создание вообще не предпринимало агрессивных действий, а просто стояло на месте, заставляя меня наблюдать за экскурсией его бочкообразной грудной клетки и за тем, как оно забавно переминается с ноги на ногу, широко раскинув руки в стороны.

Такое вызывающее поведение наводит на однозначные выводы. Понимая, что передо мной разыгрывают банальный отвлекающий маневр, с быстротой Барри Аллена убил этого заторможенного шута отличным попаданием, после чего резко развернулся на сто восемьдесят градусов, готовый немедленно познакомить коварного хищника-засадника с вороненым дулом моего верного «Кольта».

К моему глубокому удивлению, позади никого не оказалось.

— Ви биттэ? — вопрос срывается в никуда.

Неспешно перевожу пистолет из режима полной боевой готовности в расслабленное положение и немного опускаю уставшие плечи, но радоваться передышке приходится недолго.

Органы чувств внезапно зарегистрировали постороннее угрожающее присутствие, возникшее откуда-то со стороны потолочных перекрытий.

Тонкие отростки обхватывают меня со спины, начиная увлекать утяжеленное тело вертикально вверх. В ту же самую секунду, когда мертвая хватка сжимает мои плечи, тварь изрыгает из разорванной пасти невероятно шумный ор.

Кое-как повернув голову сквозь волну этого визга, увидел гротескное существо, сплошь опутанное липкими щупальцами, с жуткой органической петлей в районе шеи. Туловище полностью лишено нижней половины, сильно истерзано, не имеет кожного покрова, а из разверзнутой брюшины наружу свободно свисают полуразложившиеся внутренности.

«Висельник» упорно тянул меня к потолку, продолжая непрерывно кричать, но порождение эволюции недооценило прочность моего костюма.

Нападающему было неудобно осуществлять удушение через воротник защитного комбинезона, из-за чего недовольный монстр, резко прервав свой вопль, принялся яростно колотить руками по поврежденному обзорному щитку.

Не собираясь предоставлять агрессору подобную роскошь, принял решение оперативно урегулировать возникший конфликт путем честного взаимовыгодного бартера.

Без остатка отдаю

Намеченная сделка успешно состоялась. Тяжело плюхнувшись обратно в багровую воду, с удовлетворением наблюдаю за тем, как на поверхность всплывает бледным брюхом кверху упавшее с потолка безжизненное тело поверженного «висельника».

По дороге совершив весьма щедрую благотворительную акцию по добровольному дарению всем желающим бесплатной процедуры безболезненной эвтаназии, а в число активных добровольцев успели оперативно записаться около двадцати семи экземпляров, наконец дошел до желтоватой гермодвери.

Ясен красен, конструкция заблокирована, из-за этого створки никогда не распахнутся, даже если вежливо попросить искусственный интеллект комплекса о снисхождении.

Долго стоять и откровенно тупить, как это безумно любит делать один небезызвестный ведущий развлекательных прямых трансляций родом из Винницы, к моему счастью, не пришлось.

Буквально рядом, на вертикальном шпангоуте корпуса, обнаружился информационный щит с подробной мнемосхемой гидравлических трубопроводов и четкой аварийной инструкцией для персонала.

«Читать мне нравится больше, чем стрелять», — приступил к детальному изучению технической документации.

В общем и целом, текст технической мнемосхемы наглядно гласит, что центральная автоматика заблокировала рабочие поршни запорных дверей из-за резкого критического падения давления внутри замкнутого контура охлаждения.

Электронная система безопасности панически боится, что текущее масштабное затопление отсека способно неминуемо привести к тотальному прорыву смежных магистралей при повторном катастрофическом движении тектонических плит. Чтобы полностью обнулить возникшую системную ошибку, требуется вручную активировать аварийный балластный дренаж.

«Инженерия не мой конек, но чтобы вкрутить лампочку хватит и одного доктора», — углубился в чтение полустертых спецификаций.

Инженерная схема максимально четко показывает две ключевые технологические точки, это деление чертовски часто встречается в классических устоявшихся штампах из мира технотриллеров и технохорроров.

Первоочередно необходимо полностью открыть донные заслонки левого борта, обозначенные как «Магистраль А-1», чтобы скопившейся грязной воде было куда физически уходить из помещения. Следом потребуется запустить турбонасосы принудительной откачки в контуре «Магистрали Б-4», расположенного строго в противоположном борту, только тогда высокоточные датчики веса на палубе коллектора окончательно поймут, что гидросектор полностью осушен, лишь потом центральная автоматика безраздельно отпустит зажатые замки.

Нужно поспешить, прибывающая вода уже достает до уровня груди. Хоть и успел изрядно согреться за время недавних боестолкновений, подолгу изображать голого человека, вынужденно купающегося в зимней проруби с крестиком на шее, мне не хочется.

Переться в место номер один с пустыми руками тоже не планирую. По-любому от меня там дополнительно потребуется какое-то физическое усилие, поэтому полностью посвятил себя поискам подходящего подручного средства.

Гидросектор по определению считается зоной повышенного риска затопления, а это наглядно говорит нам о том, что проектировщиками должны были быть предприняты еще кое-какие конструктивные меры противодействия.

На любой глубоководной базе на переборках обязаны висеть ярко-красные аварийные щиты, такие комплекты инструментов предписывается размещать в каждом отсеке строго по регламенту техники безопасности.

Нужный нам предмет нашелся сравнительно быстро, но прямую дорогу до намеченной цели преграждал совершенно новый в плане внешнего вида мутант. Впрочем, они все здесь по-своему уникальные, напоминая причудливые снежинки.

Конкретно этот экземпляр достигал ростом трех метров, но назвать его каким-то накачанным типом язык точно не поворачивается.

Монстр гуманоидного типа за основу своей уродливой личины взял обычные человеческие трупы. В ходе патологической трансформации череп изначальной жертвы глубоко раскололся, показывая нам опустевшую полость с остатками соединительной ткани.

Скелетные мышцы по всему туловищу тотально атрофировались, а само тело неестественно вытянулось, оказавшись сплошь покрытым бледными стриями. Наиболее характерной и приметной деталью этого существа является его светящийся мешок, сформированный из видоизмененной левой руки, соединяющийся с плечевым поясом двумя толстыми мясистыми отростками.

Судя по биомеханике движений, этот нарост весьма тяжел, из-за чего мутант в основном просто волочит его за собой. Чтобы хоть как-то уравновесить ношу, монстр компенсаторно развил правую часть тела. Правая рука сильно удлинилась, превратившись в дополнительную устойчивую опору при ходьбе, а обе ноги полностью слились в отросток.

Вместе с рукой и мешком этот кожистый стебель удерживает конструкцию в относительном равновесии. Благодаря такому смещению центра масс монстр сохраняет способность перемещаться, хотя делает это довольно неуклюже, совершая рваные колебательные движения.

Стрелять в его светящийся нарост у меня нет ни малейшего желания. Обострившееся чутье настойчиво подсказывает, что этот тип явно не брезгует на практике осуществлять подрывные учения Усамы бен Ладена.

Поскольку этот взрывоопасный дылда перекрывает путь к аварийному щиту, повременим со взрывом.

— ОШИБКА ПРИРОДЫ! ТЫ УМРЁШЬ ОТ СВОЕГО ЖЕ ОРУЖИЯ! — выждав небольшую паузу, пока сумасшедший «бомбер» отдалится на безопасное расстояние, гарантирующее сохранность щита от взрывной волны, отступил назад, увлекая преследователя за собой, после чего не побоялся применить «Кольт».

Прогремел хлопок, чудовище сдетонировало, обратившись в мелкодисперсную багровую взвесь. Вырвавшиеся во все стороны капельки чуть-чуть задели мой костюм, послужив веским основанием приблизиться к щиту.

Оставив разорванного противника без должного прощания, расстрелял прозрачную пластиковую панель из пистолета, полностью разрушив преграду.

Освободив инструмент, это монтировка, покрепче перехватил увесистую вещь.

«Не хватает очков, бородки и степени доктора философии по теоретической физике. Черт побери, а он младше меня на два года, хотя нет, этот парень покруче меня будет, ибо…» — размышление внезапно прервалось, оставшись без логического завершения по какой-то неведомой причине.

Ориентируясь на изученную ранее схему с изумрудной полосой, обозначающей нужное направление, двинулся дальше сквозь багровые сполохи аварийной иллюминации.

Вскоре коридор вывел меня к клинкерному распределительному шкафу, но из-за очень странного крена палубы технический узел целиком скрылся под водой.

Требуемая рукоять управления оказалась заблокирована где-то в самом низу.

За неимением других вариантов пришлось погрузиться в холодную воду с головой.

Действуя практически в темноте, отчаянно пытался нащупать широкую металлическую деталь.

Пальцы шевелились по поверхности, тщетно пытаясь сдвинуть запор, но сегодня дядюшка Архимед работал против меня. Водная масса упорно выталкивала человеческое туловище обратно, подошвы обуви безнадежно скользили по мокрому металлу, лишая малейшей точки опоры.

С трудом вынырнув и сразу погрузившись обратно в бездну, ухитрился втиснуть найденное железное орудие в узкий паз механизма.

Сформировав таким образом самодельный импровизированный рычаг и значительно увеличив плечо силы, жестко уперся ступнями в потолочную часть затопленного отсека, после чего натянул всю конструкцию на себя, задействовав массу собственного тела.

С приглушенным стуком, раздавшимся из глубины, внутренние заслонки наконец поддались и открылись, накопившаяся влага принялась неторопливо убывать.

«Полдела сделано», — покинул сектор, именовавшийся «Магистралью А-1».

Отныне в моем распоряжении оставалось ровно двести тридцать пять секунд. В момент разблокировки донных клапанов левый контур охлаждающей системы подвергся разгерметизации.

Программное обеспечение комплекса установило критическое падение напора, одновременно отмечая интенсивный отток жидкой среды. Защитная автоматика этого подводного сооружения функционирует по жесткому алгоритму;

Не обладая глубокими инженерными познаниями в области машинерии, почерпнул данные сведения непосредственно из наглядной мнемосхемы, где в графическом руководстве ключевые нюансы излагались предельно доходчиво.

Нынешний маршрут никак нельзя было назвать легкой развлекательной прогулкой. Резкое падение давления внутри левого крыла спровоцировало гидравлический удар.

Сверху, с характерным для металла треском и пробивая слои термоизоляционного покрытия, со свистом забили раскаленные струи пара.

Зрение заволокло пеленой, превратившей меня в слепца, вынужденного пробираться вперед практически на ощупь.

Пришлось резко затормозить, поскольку в туманной дали проступили зловещие очертания группы мутантов. Среди этой омерзительной восьмерки тварей больше всего поражало присутствие очередного камикадзе, совершенно не подозревавшего, что собственным нахождением здесь он полностью ломает планы своим собратьям по несчастью.

«Здесь не надо быть гением», — отточенным алгоритмом поднял «Кольт» и совершил выстрел.

Сложно сказать, в кого конкретно угодил, но ситуация требовала незамедлительно продублировать действие.

Вторая попытка тоже оказалась не слишком результативной, зато в третий раз, как в сказке, грохнул долгожданный мощный взрыв, из-за которого все остальные присутствующие господа присяжные моментально превратились в бездыханные жертвы обидного дружественного огня.

Все еще сохраняя некоторый запас времени, пошел вперед, хотя из-за этой дурацкой завесы казалось, что завершить миссию вовремя не удастся.

Видимость, если рассуждать серьезно, упала значительно ниже нулевой отметки. В такой ситуации отсутствие защитного костюма гарантировало бы мне неминуемую и скорую гибель.

Успешно преодолев опасный отрезок, очутился в помещении, обозначенном на чертежах как «Магистраль Б-4».

Здесь сразу бросалась в глаза нестандартная планировка оборудования. Проектировщики намеренно вынесли этот пусковой узел принудительной откачки под самый потолочный свод. Сделано это было с тем четким умыслом, что окажись парные рукояти внизу, эти приводы залило бы, а прибывающая влага закоротила бы электрические цепи управления задолго до появления спасателя.

Разместив механизмы наверху, создатели объекта обеспечили полную автономность системы, даже при половинном затоплении отсека человек сохранял возможность доплыть туда или вскарабкаться по переборкам, чтобы активировать турбины без риска получить удар током.

К сожалению, упрямый тумблер заклинил из-за скопившейся в пневмосистеме высокого давления воздушной пробки. Из-за этой непредвиденной помехи сорвался с поверхности и пребольно приземлился на пятую точку. Круглый манометр неподалеку демонстрировал угрожающие показатели, а его тонкая стрелка яростно билась в красным секторе шкалы. Обычным усилием сдвинуть застрявшую деталь не представлялось возможным.

Вновь карабкаясь вверх по гофрированным кабельным трассам на переборке, удержал ладонь на потолочном профиле, а второй рукой повис на неподатливой рукояти, подключив к делу вес.

Объект зловеще прогнулся, чуть не содрал кожу на ладонях, лишь черная ткань перчаток уберегла от травмы.

С резким скрежетом мне удалось преодолеть сильнейшее сопротивление клапана, потом деталь со щелчком закрепилась в положении «ПУСК».

Ниспадающий бурный поток едва не сбил меня с ног, вынуждая с отчаянной силой цепляться за выступающие элементы коммуникаций.

За пару минут огромные объемы воды оставили меня в покое.

Активировавшиеся турбонасосы помимо прямой перекачки создали в замкнутом пространстве коридора эффект вакуума, заставляя остатки влаги стремительно уходить в дренажные напольные решетки.

Стоило турбинам набрать максимальные обороты, как густая пелена пара, доселе висевшая под потолком и лишавшая меня обзора, резко ринулась вниз. По причине стремительного перепада давления в изолированном помещении сформировался настоящий ураганный сквозняк.

Туман закрутился в бушующие воронки и вихри, которые с нарастающим шумом затягивало в ячейки пола вслед за отступающей водой.

Буквально за двадцать секунд локация полностью очистилась. Воздух стал прозрачным, но из-за резкого падения плотности он сделался очень разреженным и холодным, напоминая атмосферу на заснеженных горных вершинах.

Удовлетворенно оглядев плоды собственных трудов и тихонько напевая под нос старинный мотив про милого Августина, вернулся в гидросектор.

Лишенная водных масс, это место выглядело значительно привлекательнее, но задерживаться в этих стенах сверх установленного лимита времени категорически не планировал.

Размеренным шагом пошел к герметичным створкам, но внезапно обострившаяся интуиция отчетливо подсказала, что благополучно добраться до цели мне едва ли удастся.

Услышав доносящийся с верхнего этажа грохот, сперва предположил, что там резвится «висельник», однако природа шума оказалась куда более масштабной и разрушительной.

Решив отказаться от роли сыщика, все равно ускорился, стремясь поскорее миновать опасную зону, но примерно четвертую часть потолочного перекрытия буквально разнесло в щепки под напором колоссальной силы.

Агрессивное неопознанное создание упало вниз, успев в последний миг вцепиться парой мускулистых лап-присосок посреди помещения.

Здоровенное бесформенное чудовище широко распахнуло жуткую пасть, причем его четыре челюсти, разделенные на две вертикальные и две горизонтальные плоскости, раздвинулись в стороны, любезно демонстрируя сплошной кошмарный ряд часто расположенных клиновидных клыков.

Прямо из глубины хрипящей глотки резко взметнулся длинный мышечный отросток, усеченный на самом острие опасными шипами.

Тварь исторгла вибрирующий шум, заставивший заложить барабанные перепонки от запредельной громкости.

В ту же секунду на коже монстра, напоминая неоновую рекламу ночного города, зловеще воспламенились десять красных пульсирующих нарывов, распределившихся следующим образом: четыре крупных волдыря на грудной клетке, по одному на каждой из четырех хватательных лап, один огромный нарост в районе хребта и последний на черепе.

В довершение всего эта мерзкая паскуда вытянула длинный дополнительный отросток, полностью перекрыв мне единственный маршрут спасения.

— Ты хочешь сражения? — вышло очень скрипуче, потому что не ожидал этой встречи. — Ты его получишь, НО НЕ ЖДИ ПОЩАДЫ!

Бесконечный запас вселял надежду, но жесточайшее ограничение емкости магазина требовало контроля темпа стрельбы перед перезарядкой.

Левое стрекательное щупальце монстра внезапно замерло, натянулось со зловещим скрежетом, удерживая прицел в центральной точке моей траектории.

Заметив эту чужую статику, резко заложил вираж на противоход, заставляя гигантское чудовище выстрелить в пустоту.

Огромная костяная игла каскадом искр пробила пол ровно там, откуда совершил тактический рывок.

— ЖРИ! — упав на правое колено, погасил набранную скорость, замкнул локтевые суставы для удержания неистовой отдачи и выдал безукоризненно яростную серию из восьми попаданий прямо в пылающий нарыв на груди твари.

Щелчок вставшего на задержку затвора совпал с моментом, когда правое орудие монстра напружинилось для ответного залпа.

Заваливаясь в стремительный кувырок через плечо, большим пальцем выдавил опустевший магазин, а в самом конце, когда появился новый магазин, указательным пальцем освободил затворную задержку.

Очередной костяной снаряд с протяжным воем рассек пустоту над головой, а сам, уперев стопы на плоскости, всадил очередную порцию «шариков» в ту же сочащуюся жидкостью мишень.

Первые две грудные пустулы увеличились до предела и с хлопком взорвались, оросив «арену» зловонной багровой жижей, после чего гидросектор задрожал от раздирающего уши визга чудовища.

Испытывая дикую боль, мутант мгновенно взвинтил темп противостояния, провиснув на удерживающих конечностях значительно ниже и принявшись выплескивать иглы веерными залпами по три штуки одновременно, попутно запуская шипастый язык круговым хлыстом по всей площади.

На пустом участке уклоняться от сплошной стены летящих снарядов стало невозможно, потому массивное основание отростка вскользь, но ощутимо впечаталось мне в корпус.

Удар швырнул меня через половину помещения, полетел кувырком, собирая телом ушибы, потом на полной скорости приземлился спиной в стену. Из легких с хрипом вышибло весь кислород, спину пронзила тупая боль, а перед глазами заплясали черные пятна, сквозь которые разглядел летящее прямо в переносицу острие языка.

Чисто на каких-то первобытных рефлексах дернул голову в сторону, уклоняясь от сквозного прокола, но массивный концевой шип с леденящим душу скрежетом пропахал по моему шлему.

Щиток спас голову от расчленения, сохранив герметичность костюма, но визор покрылся ослепляющей радиальной паутиной трещин, а отлетевшая внутренняя чешуйка пластика подарила резаную рану щеки.

Горячая кровь заструилась по подбородку, картинка перед глазами разбилась на сотни двоящихся осколков, из-за чего оставшиеся пустулы врага превратились в размытые марева.

Осознавая, что у стены меня быстро превратят в решето веерными залпами, через боль в избитом теле совершил длинный тактический подкат по полу прямо под свисающее брюхо мутанта.

Оказавшись строго в мертвой зоне под чудовищем, поймал в сетке трещин два светящихся пятна на его бьющих конечностях и, удерживая пистолет над собой обеими дрожащими руками, вертикально вверх выпустил шестнадцать патронов подряд, лихорадочно сменив магазин на лету.

Обе атакующие лапы монстра взорвались алым всплеском и бессильно повисли, навсегда лишая чудовище возможности обстреливать арену иглами.

Впав в абсолютное бешенство от потери стрелковых органов, гигантская туша начала яростно раскачиваться на двух уцелевших присосках, превращая свое многотонное тело в хаотичный маятниковый таран.

Практически ослеп в этой пустой коробке, улавливая лишь колокольный звон в ушах, сквозь который пробивалось утробное уханье рассекаемого воздуха от пролетающей над головой туши.

— Давай, миштштюк, иди сюда! — прохрипел, замирая по центру зала на полусогнутых коленях и ориентируясь на слух.

Свист приблизился сверху сзади, упал спиной на пол, проскальзывая вперед, затем в момент пролета гигантской тени над лицом открыл непрерывный огонь навскидку. Мышечная память работала безупречно, позволяя сбрасывать и обновлять магазины.

Уцелевшие нарывы на грудной клетке, сочленениях опорных конечностей и хребте поочередно поглотили в себя приветы из ствола моего «Кольта».

Мясистые диски-присоски с чавканьем оторвались от потолочных перекрытий, после чего монстр безжизненной тушей рухнул навзничь, заставив осушенный гидросектор содрогнуться до самого фундамента.

Мутант лишился возможности маневрировать, но продолжал яростно извиваться, ползя в мою сторону всем весом и бешено щелкая четырьмя челюстями.

Отползти назад не удалось, ослабевшая и умирающая туша навалилась сверху, прижимая меня к полу. Потерявшее костистую структуру, дряблое и сочащееся лимфой тело мутанта водянистым матрасом растеклось, распределяя массу по плоскости. Костюм натянулся, но избежал разрывов, поскольку огромная головная пустула оказалась зажата между лицом и челюстями твари, сработав упругой гидравлической подушкой. Основное давящее усилие пришлось на этот наполненный жидкостью мешок, уберегая меня от немедленного раздавления, хотя дышать становилось невыносимо трудно.

Левой рукой из последних сил уперся в костистую вертикальную челюсть, удерживая клацающую пасть в считанных сантиметрах от разбитого щитка.

Перед глазами горела десятая пустула на голове мутанта, расположенная прямо напротив моего лба.

Правой рукой вскинул пистолет, но от давления и деформации металла затворная рама прямо в ладони лопнула.

Оружие бесповоротно заклинило, искореженный кожух перекосило в пазах, полностью заблокировав внутренние тяги ударно-спускового механизма, но в момент этой поломки затвор успел частично продвинуться вперед, наглухо заперев восьмой патрон в патроннике ствола.

Смертоносная пасть опускалась все ниже.

Собрал всю волю, разжал пальцы левой руки, которой удерживал челюсть монстра, затем со всей силы вогнал заклинивший ствол «Кольта» прямо в центр пульсирующего головного нарыва.

Оружие превратилось в статичную железную дубину, но курок одинарного действия оставался доступен снаружи.

Защищенными материалом закрытой черной перчатки, натянутой почти до самого локтя поверх рукава костюма биохимической защиты, зацепил массивный металлический лепесток, вручную взвел его до упора назад и резко отпустил.

Курок с силой сорвался, нанеся удар по торчащему хвосту ударника. Застрявший в патроннике заряд сдетонировал, а направленный микровзрыв полностью разорвал рамку «Кольта».

Слой костюма спас предплечье и кисть от термических ожогов и летящих металлических осколков, но внутренняя энергия детонации бабахнула прямо в ладонь через рукоять. Пальцы внутри перчаток сдавило деформирующимся железом, вызвав обширный закрытый ушиб кисти, а сумасшедшая кинетическая волна выкрутила запястье, парализуя лучевой нерв и связки тяжелым растяжением.

Искореженный пистолет беззвучно выпало из полностью онемевшей скрюченной судорогой и потерявшей чувствительность конечности, а «Кольт» окончательно прекратил существование, зато пуля в упор разнесла головную пустулу в клочья.

Нарывающий амортизатор лопнул, мутант конвульсивно дернулся, замертво обмякнув.

Хрипло дыша, принялся сантиметр за сантиметром выползать из-под поверженного врага на окровавленный пол зала, баюкая руку.

Потеряв всё, но обретя долгожданную свободу, понял, что пренебрежение ранением грозит обернуться трагическим исходом.

Обойдя полукругом гидротехнический сектор, направился обратно к щиту, послужившему источником лома.

В дополнение к прежнему инструменту вооружился багром и, крепко перехватив рукоять вернувшейся на место монтировки, двинулся в сторону герметичных дверей.

Опасный отросток больше не преграждал путь, так как эта жуткая плеть безжизненно свернулась невдалеке от поверженной туши чудовища.

Дождавшись момента, когда створки неспешно разошлись, проник в образовавшийся проем. Позади послышался шорох автоматического механизма, но не стал дожидаться полного смыкания панелей и даже отказался от беглого осмотра открывшегося отсека, сосредоточив все силы на деликатном избавлении от разорванного «скафандра». Использовать порванную экипировку представлялось малоэффективным, а базовые защитные свойства оказались безвозвратно утрачены, равно как и мой пистолет М1911.

«Эх, майн либе…» — смириться с потерей было сложно.

Предположения полностью верифицировались, закрытая баротравма кисти. Клиническая картина включала дистракционно-дисторсионное повреждение связочного аппарата лучезапястного сустава, травматический неврит лучевого и срединного нервов вследствие компрессионного воздействия ударной волны, а также выраженное подкожное геморрагическое пропитывание периартикулярных тканей.

Интактными пальцами левой руки осторожно пальпировал пострадавшую анатомическую область. Отсутствие аномальной патологической подвижности и характерной костной крепитации окончательно подтвердило интактность скелетной структуры, полностью исключая наличие переломов.

Теперь следовало прибегнуть к ургентным методикам мануальной самопомощи, поскольку при манифестации вывиха костей запястья репозиция является первоочередным терапевтическим вмешательством.

Если допустить малейшую пролонгацию патологического состояния, дислоцированные суставные элементы окончательно окклюзируют

Такой дефицит перфузии неизбежно спровоцировал бы необратимый ишемический некроз дистального отдела, ведущий к последующей ампутации.

Проводить оперативные вмешательства умел не хуже хирурга, в аспекте самохирургии даже превосходил авторитетный клинический опыт Леонида Рогозова, но сохранение анатомической целостности тканей являлось приоритетом, поэтому следовало купировать синдром минимальной инвазией. Чем оперативнее осуществится экстремальная закрытая ауторепозиция, тем благоприятнее окажется последующий функциональный прогноз.

В стандартных условиях стационара ручное вправление реализуется силами двух человек, где первый специалист осуществляет непрерывную продольную тракцию, а ассистент производит непосредственное устранение деформации.

Опустившись на колени возле переборки, отыскал взглядом выступ.

Просунув онемевшие дистальные фаланги под нижнюю кромку гермодвери, сформировал точку закрепления.

— Как же так получилось, что ваш доктор ранен?.. — направленно уперев левую ладонь в стену, начал осторожно смещать корпус назад и вверх, эффективно задействуя вес качестве противовеса.

Кисть оставалась неподвижно зажатой, вследствие чего под вектором ортопедической противотяги отклоняющегося туловища сустав подвергся принудительной дистракции.

Суставные поверхности мало-помалу расходились, обеспечивая декомпрессию сдавленных сосудисто-нервных пучков. На пике максимального натяжения, когда костные структуры запястья предельно отдалились друг от друга, крепким кольцом обхватил правое предплечье, с силой надавил на дорсально выступающий край смещенного проксимального ряда костей тенаром левой кисти и совершил строго контролируемый тракционный рывок корпусом назад.

Анатомические сочленения естественно репозиционировались, заставив меня истошно закричать, отчего в глазах на мгновение опустилась кромешная тьма.

— ШАЙСЕ! — завопил истошно.

Как только костные элементы вернулись в исходное положение, компрессия проводящих путей бесследно исчезла. Парализующий ишемический парез принялся стремительно отступать, возвращая пальцам прежнюю тактильную чувствительность, но одновременно с восстановлением иннервации рецепторные поля захлестнула новая волна жгучей боли.

Специфика повреждения диктовала необходимость прецизионной иммобилизации во избежание вторичной дислокации репозиционированных костных элементов проксимального ряда запястья. Оптимальным решением в условиях отсутствия стандартного медицинского инструментария вроде лестничной шины Крамера представлялось сочетанное использование элементов снятого изолирующего костюма биохимической защиты, ремня штанов и монтировки, обладавшей достаточным модулем упругости для жесткого шинирования.

Для превенции и снижения риска возникновения ишемических пролежней от прямого контакта инструмента с тканями, требовалось образовать адекватный амортизирующий подкладочный слой.

Действуя левой рукой и задействуя всю свою силу для фиксации материала, произвел фрагментацию внутренней гигроскопичной подкладки прорвавшегося защитного комбинезона на несколько протяженных полос.

Последовательно оборачивая ими предплечье и кисть правой конечности, создал прослойку, полностью нивелирующую локальное давление на зону геморрагического пропитывания, потом аккуратно адаптировал монтировку вдоль ладонной поверхности руки так, чтобы изогнутый дистальный конец инструмента верифицировал физиологически правильное положение руки, а продольная часть прилегала к волярной стороне предплечья, тотально блокируя пронационно-супинационные и флексорно-экстензорные движения в лучезапястном суставе.

Заключительным этапом манипуляции стала циркулярная фиксация сформированной ортопедической конструкции. Удерживая свободный край брючного ремня зубами, принялся последовательно накладывать витки вокруг шины.

Начал от уровня пястно-фаланговых сочленений и продвигался в проксимальном направлении к локтевому сгибу, стягивал кожу, тщательно контролируя степень компрессии.

Главная задача заключалась в недопущении ятрогенного окклюзирования магистральных сосудистых архитектоник, способного индуцировать компартмент-синдром.

Как человек разумный, осознавал, что такая конструкция является витально опасной мерой, требующей непрерывного динамического мониторинга.

Нарастающий посттравматический отек периартикулярных тканей в условиях крепления несгибаемой монтировкой неизбежно привел бы к критическому повышению субфасциального давления и сдавлению нервных стволов. Чтобы предотвратить развитие фатального ишемического некроза, мне нужно дискретно, с интервалом в пятнадцать-двадцать минут, осуществлять контролируемое послабление натяжения кожаного ремня, обеспечивая кратковременную декомпрессию и восстанавливая адекватную перфузию.

Скрупулезно отслеживал скорость капиллярного наполнения, оказывая дозированное давление на ногтевые фаланги открытых дистальных отделов, бледное пятно обязано было регрессировать в течение двух секунд, подтверждая сохранность микроциркуляторного русла.

Реализовав легкий лимфодренажный массаж для стимуляции венозного оттока и верифицировав восстановление тактильной чувствительности, вновь бережно затягивал пряжку.

На мне теперь крутецкий белый медицинский халат. Одна темная длинная перчатка покоится в кармане из-за травмы, но вторая на своём законном месте. Раз уж зашел разговор, мне срочно необходима аптечка.

«Всё могло обернуться значительно плачевнее. Существовала то ли видеоигра, то ли кинокартина, но по сюжету там центральный персонаж, этакий исследователь, пребывавший на лунной базе, сделался жертвой катастрофы и нападения жутких созданий. В самом начале собственных злоключений он лишился абсолютно всех конечностей, за исключением правой руки. В общем, в сравнении с ним отделался лёгким испугом. Только как там его звали? Смит, нет? А, забыли», — вперед в неизвестность.

Спустя девять минут блужданий увидел за дверями тёмный коридор и в первый момент не горел желанием соваться в эту черноту, но всего мгновение спустя недалеко, за поворотом, прозвучало то, что заставило мое сердце учащённо заколотиться от изумления.

— Похоже, сюда они ещё не добрались! — напряженно сказал мужчина.

— Не расслабляйся, — отвечал ему другой.

Позабыв об осторожности, устремился вперёд, практически переходя на бег.

Завернул за угол и резко зажмурился, когда незнакомец направил мне в лицо луч фонаря.

— Стоять! — скомандовал человек.

Замер на месте, часто моргая. Световой поток сместился, теперь разглядел в десятке шагов от себя, за перевернутым ящиком, двоих людей в униформе. Всё-таки отыскал охрану.

— Где вас черти носят! — начал было, но прежде чем успел завершить фразу, второй вскинул винтовку.

— Это мутант, стреляй! — заорал второй охранник.

«Меня за монстра приняли? Чего!» — интуитивно бросился на пол, ещё не осознавая, почему эта пара посчитала меня монстром.

Две короткие очереди пропороли темноту. Сам повалился на бок, больно ударившись плечом. Вот и финал, сейчас эта чокнутая парочка меня прикончит.

Воздуховод в потолке прямо над «секьюрити» взорвался изнутри.

Выстрелившее сверху подобие гигантской уродливой конечности, оканчивающейся двумя когтями, схватило одного из бойцов и, прежде чем его напарник успел хоть что-то предпринять, уволокло жертву в вентиляционную шахту.

Оттуда донеслись низкий утробный рык и отвратительный влажный хруст.

Уцелевший, позабыв о моем существовании, панически навел оружие в потолок.

Прострекотала еще одна очередь. Задел ли сотрудник безопасности прячущуюся в вентиляции бестию или нет, осталось тайной, но секунду спустя лапа вырвалась из проёма уже в совершенно другом месте, утащив бедолагу вслед за товарищем.

Несчастный пронзительно завопил, наверху послышались возня и глухие удары.

Сам, по-прежнему распростёртый на полу, расширившимися от удивления глазами наблюдал за разворачивающимся передо мной кошмаром. Что за монстр скрывался наверху? Не собирался проводить дознание, но отчётливо понимал, что если не потороплюсь, то окажусь следующим в этом перечне.

Максимально осторожно поднялся на ноги. Похоже, иной дороги, кроме этого мрачного коридора, не существовало.

Прижимаясь к стене, быстро проскользнул мимо гиблой зоны. Из выбитых люков вентиляции обильно лилась кровь. Второй бедняга уже не кричал, но сверху всё ещё доносились мучительные стоны, сопровождаемые возней, утробным рычанием и треском

Удобнее взяв багор, прибавил ходу при виде распахнутого дверного проёма.

Как раз поравнялся с дверью, когда позади нечто вывалилось из вентиляционной шахты и со страшным шумом обрушилось на пол.

Невольно обернулся, ожидая увидеть выбравшегося в коридор мутанта, но хотя бы в этот раз удача оказалась на моей стороне. Тусклое сияние аварийной лампы позволило различить изувеченную тушу одного из незадачливых охранников, вернее, то, что от него уцелело.

Не собирался пристально рассматривать растерзанные останки. Не желая испытывать судьбу, юркнул в спасительный проём, надеясь только, что не столкнусь нос к носу с очередным чудовищем.

Примечания:

I. Ферфлю́хт (нем. Verflucht!) — досл.: «Проклятие!». В зависимости от контекста может переводиться как «Чёрт возьми!», «Проклятье!» или «Дьявол!».

II. Аршло́х (нем. Arschloch) — грубое немецкое ругательство, буквально переводящееся как «анальное отверстие». Соответствует русским обсценным оскорблениям «мудак», «засранец» или «гонд@н».

III. Ви би́ттэ (нем. Wie bitte?) — дословно: «Как, пожалуйста?». Общепринятая вежливая фраза, означающая «Что вы сказали?», «Простите?» или «Повторите, пожалуйста».

IV. Миштштюк (нем. Miststück) — грубое немецкое ругательство, буквально переводящееся как «кусок навоза» (от Mist — навоз, помёт и Stück — кусок, штука). Чаще всего используется как оскорбление в адрес женщины и соответствует русским словам «тварь», «сука», «стерва» или «паскуда». В редких случаях может применяться к мужчинам или неодушевленным предметам в значении «дрянь».

Глава третья. Убийственный этаж

Прогулка по змееобразным коридорам далась на удивление спокойно, без лишнего напряжения, если не принимать в расчет ноющую травмированную конечность.

Сознание то и дело атаковало навязчивое предчувствие близкой опасности, заставляя ожидать внезапного нападения из-за угла, против которого окажусь совершенно бессилен.

Затяжное блуждание в неизменном освещении ламп подошло к концу, уступив место суровой реальности, когда прямо по курсу возник силуэт неприятеля.

Позитивным виделось то, что уродец стоял в полном одиночестве, да и внешнее его существо не производило впечатления чего-то смертоносного.

Отрицательная же сторона ситуации заключалась в очевидной истине, преображенное чудовище пойдет напролом, не ведая страха, продолжит атаковать до самого конца.

Применение пожарного багра в качестве средства самообороны от мутантов выглядело шагом отчаянным и рискованным. Этот инструмент изначально проектировался ради растаскивания горящих бревен либо швартовки плавсредств, но никак не ради убийства агрессивной биомассы, отчего считать крюк полноценным боевым оружием не выходило.

Разумеется, определенные достоинства у длинного древка имелись, оно позволяло удерживать нападающего на безопасном расстоянии и обладало солидным запасом прочности, ведь острие не способно затупиться от пары ударов.

Обратная сторона медали сулила куда более весомые неприятности, среди которых числились высокая вероятность засадить орудие в костях врага, а также ничтожная убойная сила.

Самым же скверным обстоятельством оставался нарушенный баланс, делающий его бесполезным в стесненных условиях проходов.

Затаившись, выжидал, пока тварь приблизится на оптимальное расстояние, не слишком близко, чтобы инструмент не стал бесполезным, но и не слишком далеко для атаки.

— У меня больше нет пистолета, тогда займемся КРОВОПУСКАНИЕМ! — подкараулив подходящий момент, нанес «поршневый» выпад, целясь в коленный сустав, а затем, дернув, повалил противника и вонзил острие прямо в глазницу.

Эффективность действий принесла удовлетворение, хотя физическое истощение после двух уколов ощущалось. Багор весом в четыре килограмма стал серьезным испытанием для человека обычного телосложения, что накладывало определенные ограничения на схватку.

Машинально разворачиваюсь, позади доносилось подозрительное шуршание.

На двенадцать часов появились три уродливых создания. Начни вести бой прежними методами, силы немедленно иссякнут, вынуждая спасаться бегством ради кратковременного отдыха. С опережающим врагом расправляюсь без прямолинейного укола, применив размашистый скользящий удар.

Позволяю острию описать полукруг, блокируя чужую попытку нападения, после чего дублирую прием с сокрушением зрительного органа.

Следующего противника уничтожаю без излишней изобретательности, но перед совершением маневра закрепил противоположный конец древка у тазовой кости, перенося нагрузку с напряженных связок на прочный остов.

Эта хитрость существенно облегчило задачу.

С последним чудовищем расправляюсь за счет его веса, подцепив ногу со сросшимися фалангами зацепом и завершив начатое смертоносным уколом. Ввиду того, что последняя тварь сумела подобраться на минимальную дистанцию, пришлось перехватить «оружие» вплотную к точке равновесия, попутно сберегая драгоценную энергию.

Преодолев последний прямой коридор и оставив позади шестнадцать созданий, атаковавших в разные периоды пути, останавливаюсь перед дверью, жестоко изувеченным глубокими бороздами.

Неизвестная тварь вонзала лапы с чудовищной силой, практически распоров материал насквозь.

Не имея ни малейшего понятия о видовой принадлежности существа, но твердо зная об отсутствии опасного визитера поблизости, переключаю внимание на соседний электронный терминал.

Разобраться в дисплее удалось довольно легко, хотя высокая технологичность устройства вызывает искреннее восхищение.

Стоит створкам разойтись в стороны, как взору открывается масштабное зрелище, пробуждающее воспоминания о недавней обороне в «стартовой комнате» при помощи М1911.

Скопление мутантов, значительно превосходящее численностью гарнизон гидросектора, целенаправленно мчится вглубь. Возникло предположение, что этот поток движется к конкретной цели.

Территория напоминает масштабный распределительный узел для транспортировки разнообразных грузов внутри комплекса. Данную гипотезу красноречиво подтверждают как просторность зала, так и бесчисленные массивные контейнеры, разбросанные по всему узлу.

— Эй, чел, закрой двери и уши! — раздалось именно с той стороны на английском, куда устремлялись мутанты.

Не до конца понимая мотивы незнакомца, все же заблокировал проход, но проигнорировал совет касательно слуха.

Острое любопытство пересилило осторожность, заставив меня опуститься на корточки. Не приближаясь к сквозному отверстию в створке, пробитому чьим-то яростным ударом когтей, наблюдал за происходящим внутри.

Качество обзора оставляет желать лучшего, но щель видимости кажется ценнее полного неведения.

Примерно через десять секунд привычные физические законы этой реальности прекратили существование.

Произошел синхронный разрыв голов у чудовищ. Из изувеченных шейных оснований вверх бились кровавые гейзеры, достигающие самых верхних перекрытий и разбивающиеся мелкими брызгами. Локацию оглушал специфический шум, как залп десятка крупнокалиберных ружей вкупе с одновременным раздиранием гигантской парусины. В этот треск присоединился чавкающий звук лопающегося тела, переходящий в хруст дробящихся костных структур.

Когда эхо первоначальной канонады постепенно затих, погрузившаяся во мрак комната утонула в протяжном шелесте, схожем с шумом сотен фонтанирующих артерий, изрыгающих под напором потоки крови.

Вслед за этим обезглавленные антропоморфные каркасы осели, заваливаясь набок и с колыханием обрушивались, увлекая за собой килограммы разорванной органической ткани. Капли принялись шлепать, непрерывно стекая со сводов прямо в разливающееся внизу озеро.

Аромат от массовой казни стоял, мягко говоря, специфический.

Заставив двери разойтись, предварительно набрал побольше кислорода в легкие и шагнул внутрь.

Стоило добраться до середины помещения, как противоположная дверь открылась. Оттуда, оценивая плоды собственного творчества, показался человек, его облачение не просто не соответствовало окружению, оно казалось инородным. Парень выглядел заправским постапокалиптическим уличным выживальщиком.

— Ну здорова, — вздернул подбородок,

Удивительнее всего было то, что изъяснялся незнакомец не на японском и даже не на английском наречии, а на чистом русском языке.

Обозначив согласие кивком, прошел вперед. Предстал очередной коридор, заметно более узкий, нежели предыдущие.

— Шпрехаешь на инглише? — поинтересовался попутчик, заблокировав за собой проход, чтобы удушливое зловоние не просочилось в это крыло, затем прислонился спиной к двери и скрестил руки в районе грудной клетки.

К слову, озвученный вопрос прозвучал именно на английском, перемешанном с уличным сленгом, что свидетельствовало о превосходном уровне владения речью.

— Не только на английском, — ответил на русском языке, мельком взглянув на четырехкилограммовое орудие.

— Круть, — незнакомец щелкнул пальцами в черной тактической перчатке с обрезанными фалангами и усиленной защитой костяшек; прокрутив кистью, он указал на меня. — Раз ты русскоговорящий, рискну предположить, что ты, аналогично мне, являешься «перемещенцем»?

— С чего ты взял, что я перемещенец? — адресовал ему встречный вопрос, удивленно приподняв бровь.

— Секрет фирмы, а фирма уже закрылась, — хитрым тоном сказал собеседник, не будь на его голове вязаной шапки, надвинутой до самого лба, а также трикотажной маски с изображением стилизованного оскала хищного черепа, закрывающей нижнюю половину лица, равно как и очков-гогглов в темной оправе с темно-красными линзами, оказался бы абсолютно уверен, что этот тип подмигнул. — Давай отойдем и покумекаем в более подходящей обстановке, тут на нас могут совершить облаву.

— Веди, — сделал шаг в сторону, предоставляя проводнику возможность миновать меня, пускай скромных габаритов пространства вполне хватало, чтобы спокойно разминуться.

Незнакомец увлек меня в небольшое подсобное помещение, куда тусклые лучи аварийного света не проникали.

Внутри громоздились разнообразные расходные материалы. Помимо кромешной темноты, комната отличалась стесненностью, но находиться здесь было вполне терпимо.

— Теперь поговорим, — парень прыжком запрыгнул на край невысокого стола.

— Как ты здесь очутился? — не усматривал резона затягивать диалог, потому что текущая обстановка не располагала к неспешной светской беседе за чашкой чая.

— Долгая история, — судя по всему, прекрасно разделял мой настрой, отчего этот банальный вопрос, служащий обычно лишь для разгона, решил не превращать в пространный рассказ. — Короче говоря, шел, упал, очнулся, гипс, вот только вместо больничной койки обнаружил себя в некоем медицинском блоке, битком набитом трупаками. Повезло, что в ту секунду перед хлеборезкой замелькали странные знаки и, бум, бейби! — восклицание выдал с воодушевлением, придав им дополнительный задорный оттенок посредством демонстрации шутливой боксерской двоечки, сперва его левая рука, сжатая в кулак, взметнулась кверху, а следом, едва первая опустилась, повторил аналогичный жест правой, задрав ее значительно выше предыдущей. — Стал участником гачи!

— Чего, прости? — переспросил, не разобрав сути услышанной фразы.

— Блин блинский, надеюсь, ты не подумал про гачимучи, — проговорил парень с наигранной настороженностью, по его интонации становилось очевидно, что тревога являлась фальшивой и служила ради создания искусственного комического эффекта. — Тебе ведь в момент прибытия сюда тоже предлагали раскрутить колёсико, чтобы забрать рандомный приз? — вероятно, этот встречный вопрос требовался ему для окончательной верификации моего происхождения.

— Да, — подтвердил догадку. — Мне достался пистолет, но лишился его во время обороны.

— Потеря потерь, — посочувствовал мне парень, но, опять же, из-за специфики его интонации, можно было предположить, что эта фраза переполнена сарказмом. — Что у тебя с рукой? — по направлению его линз было ясно, что смотрел на мою шину.

— Неудачно упал на живот, когда убегал, — лишние детали ему ни к чему.

— Эх ты, эчпочмак рассеянный, — встал со стола, пошевелив плечами, снял с себя сумку, положил её на стол, потянул за молнию и, пошарив ненадолго, вытащил оттуда красную сумочку коробчатой формы, имевшую ремень для переноски. — Стой смирно и не шевелись, ща мы тебя захилим, — огласил действия, подходя ко мне.

Относясь к слову «хил» скептически, все равно не сдвинулся с места.

В этот момент подумал, что он вытащит из аптечки как минимум бинты, но парень просто держал медицинский чемоданчик в руках, приставив коробку, но не касаясь моего предплечья, где-то секунд десять, а затем почувствовал, что перманентное напряжение с больной конечности спало и больше не испытывал затруднений использовать эту руку как здоровую.

— Феноменально, — удивился магии излечения, хотя, напомню, ранее видел, как у монстров взорвались головы. — Ты его получил из колеса? — вытащил из заднего кармана штанов вторую длинную черную перчатку и надел, закрыв перчаткой рукав халата.

— Не-е-е, чувак, потратил пять тысяч очков в магазине, — отошёл от меня и, закрыв сумку, надел её.

— Данке шон, — поблагодарил его за помощь. — Что за магазин? — избавлялся от кустарной шины, сохранив монтировку для дальнейшей её эксплуатации.

— Оу-у, — парень при этом выдохнул, приводя в движение живот и шею, — тебе до сих пор не открылся магазин? Не повезло.

— Потом разберусь с этим, — снова осмотрел свою руку, не веря, что одна из самых важных проблем решена. — Те взорванные головы тоже относятся к твоим способностям? — эта сцена до сих пор висит у меня перед глазами.

— Гемокинез, гемомантия, — пожал плечами, слегка втянув голову, — называй как хочешь, — руки незнакомца приподнялись, а расслабленные ладони продолжали свободно покачиваться. — За тысячу очков выбил нереально крутой скилл манипулировать кровью.

— Минусы к нему прилагаются? — вежливо поинтересовался у собеседника строго в научных целях.

— Очки не капают, когда пользуешься этой способностью, — парень приподнял кисть, потом ладонь, стоявшая ребром, двинулась, развернувшись тыльной поверхностью вниз под наклоном. — Кулдаун в одну минуту или на час, если целей больше десяти. Больше сотни, лови блок на двенадцать часов, а если перевалило за тысячу, то уйдет на перезагрузку минут 1480. Вроде бы это всё, — почесал затылок, пытаясь припомнить что-то еще, это «еще», наверное, существовало, но по личным соображениям попутчик решил умолчать об этом. — Слушай, ты без нормального оружия, — уставился выживальщик на мое четырехкилограммовое орудие, — это не мое дело, но крутанешь разок? Вдруг что-нибудь выпадет.

— Мне на три часа вырубили возможность получать очки за нанесение увечий противникам и лишили доступа к крутке, — рассказал, почему отсутствует перспектива вооружиться чем-нибудь посерьезнее, но промолчал, что осталось примерно два часа до разблокировки.

— Что-то ты не особо везучий, — на правду не обижаются, поэтому промолчал, однако не сказал бы, что дела мои совсем плохи.

— У тебя кроме способности взаимодействовать с кровью и того магазина больше ничего нет? — спросил его, ожидая ответа.

— У меня сумка бездонная, как саквояж Мэри Впоппинс, — развернулся ко мне спиной, чтобы продемонстрировать элемент экипировки во всей красе, позвоночник закрывал зеленый рюкзак с нашивками, белой «NIGHTFALL» и желтой надписью, создающей рисунок баллончиком для граффити, гласящей «PARTY TIME», по соседству

— Что у тебя по вооружению? — сказал ему, когда парень снова повернулся ко мне лицом.

— Рад, что ты спросил, — лица собеседника разглядеть не удавалось, но, считывая манеру речи, был уверен, что сейчас он широко улыбнулся. — Это мои модернизированные «цезешки», — в его руках возникли два пистолета с дополнительными фонарными модулями. — Для вторички чересчур хороший дамаг, впечатляющая скорострельность и много патронов, не перегреваются и не выходят из строя, — озвучил попутчик в общих чертах тактико-технические характеристики. — Только цены в магазине на боеприпасы к ним кусаются.

— В чем особенность этих пистолетов? — пытался разглядеть внешний вид парного оружия.

— Все указанные плюсы сливаются в унитаз, если использовать один в отрыве от другого, тогда «цезешки» превращаются в пятикратно переваренный кал наподобие ПМ, — парень принялся вращать стволами. — Но если всё же совершать акимбо-стрельбу, тебе за сам факт ношения парного оружия и нанесения урона сыпят не десять очков, а двадцать, а если ты ещё и поставишь хедшот, то это плюс пятерка. В общем, использую тактику кругового обстрела, сначала палю так, чтобы не убить сразу, а затем даю прямо в жбан. Хорошая фармилка очков, но бесит исчезновение трупов.

— Впечатляет, — оценил по достоинству его амуницию.

— Поверь, настоящая сказка начнется, когда ты увидишь этих малышек в действии, — вскинул кверху, как он сам выражался, «цезешки» и прислонил голову между оружейными затворами, копируя клишированный образ персонажа с постера голливудского блокбастера в стиле «Неудержимых». — Ладно, — дула пистолетов опустились вниз, — хватит лясы точить, очки сами себя не нафармят.

— Ты это к тому, что хочешь поскорее заполучить из колеса телепорт? — попытался разузнать, что собеседник вообще думает про телепортацию и всплывало ли аналогичное уведомление.

— Это тоже, — согласился парень. — Здесь круто и прикольно, обещаю, что поставлю этому месту пять звезд и даже отзыв напишу, как тут было классно, но хочу поскорее узнать, в какое аниме меня закинуло.

— Погоди, чего? — режиссер Шьямалан со своими сюжетными твистами наверняка в этот момент поперхнулся индийским чаем со специями в рабочем кабинете. — С чего ты взял, что это «аниме-мир», — обозначение выделил кавычками при помощи пальцев, — даже формулировка странная.

— Не веришь, что попал в аниме? — издал театральное «ха», в точности как тот актер азиатской внешности, сидевший за последней партой. — Чекай, — принялся загибать пальцы, — вокруг сплошная японщина, при этом даже на английском ничего не написано, а это как минимум подозрительно.

— Это похоже на попытку натянуть кое-какое пернатое животное на кое-что шарообразное из школьного кабинета географии, — парировал первый аргумент.

— Не стану отрицать, хотелось как можно больше всякого накинуть в общую копилку, — легко согласился парень, но сдаваться не собирался. — Идем далее: «фейковые» японцы. Ты кого-нибудь успел встретить, м?

— Одного да, — ответил ему, утаив о кончине бедолаги.

— Я-то побольше людей увидел, но речь сейчас не об этом. В чем цимес: азиаты похожи на европейцев. Я реально видел голубоглазого японца сорока лет со светлыми волосами. Голубые глаза, — руки потянулись влево, воспроизводя удержание воображаемого ведра, — светлые волосы, — теперь вправо. — Чувак, это две несовместимые вещи для васянов неправославного происхождения. Это нереалистично, вообще нереалистично, — незнакомец, помимо манеры разговаривать голосом небезызвестного маньяка из Винницы в этом сегменте предложения, скопировал даже его специфическую жестикуляцию, особенно характерный «пистолетик» из пальцев, когда стример рассуждал и чесал висок.

— Рациональное зерно в твоих высказываниях есть, — принял его размышления, поскольку сам успел подметить схожие странности, но мне хотелось послушать дальнейшие рассуждения.

— Света тут кот наплакал, но все оттенки вокруг воспринимаются насыщеннее, присутствует кислотная палитра, да и люди выглядят привлекательнее, что ли? Нет, не так, — помотал он головой, отвергая собственное изложение, — тот сорокалетний васян под это определение не особо подходил. Эстетичнее, вот, — вскинул руку и выставил ладонь вперед, имитируя жест со щелчком, обычно выполняющийся, когда внезапно вспоминают упущенную мысль или подбирают идеальное выражение.

— Чем еще подтвердишь? — приготовился выслушать всю оставшуюся цепочку доказательств.

— Гача — это база культурного кода Японии, — фразу «это ба-а-а-аза» парень озвучил специфически, сымитировав престарелого доцента, кандидата технических наук.

— Если бы ты точно выяснил, в какое аниме угодил, как бы это знание изменило ситуацию? — у меня отсутствовали причины вступать в дискуссию по поводу его гипотезы, потому что не видел в споре смысла, меня скорее занимало, куда в итоге выведет этот разговор.

— Как человек, активно поглощавший аниме с двенадцати до семнадцати лет, а потом забросивший это дело ради чтения комиксов, манги и ранобэ, пускай новеллы со временем тоже забросил из-за помойного качества тайтлов, уверяю, что это поменяло бы всё, — отчеканил попутчик.

— Позволь узнать, каков твой возраст? — из-за толстовки с двумя красными полосами, идущими по внешней стороне рукавов, а также мешковатых джинсов с наколенниками и цепочкой-брелком из заднего правого кармана визуально определить параметры не представлялось возможным, тем более дезориентировали его рост и вес, полностью совпадавшие с моими физическими показателями.

— Мне как раз сегодня девятнадцать исполнилось, — отозвался парень.

— А мне сколько дашь, на первый взгляд? — решил заодно проверить точность его глазомера.

— Двадцать три или двадцать четыре, но раз носишь халат, окажешься постарше, — резюмировал собеседник.

— Забыл спросить, как тебя зовут? — поинтересовался, намереваясь убраться отсюда в компании этого парня.

— Знаешь, лучше обращайся ко мне «Скалли», — представился он прозвищем, позаимствованной у кого-то другого.

— Андрей, — закрепил знакомство озвучиванием собственного имени.

— Ты доктор или по приколу халат напялил? А может, появился голым, как Т-800, поэтому нацепил первое, что подвернулось под руку? — по-доброму пошутил «Скалли», покидая «подсобку» одновременно со мной.

— Я врач, — а вот сообщать ему, что ещё и учёный с «дыпломом доктара навук», пожалуй, не стоило, незачем грузить парня лишней информацией. — Сомневаешься, проэкзаменуй.

— Вот и проверим тебя, — он, подобно конферансье, объявляющему победителя конкурса, прокашлялся. — Заболевание легких с самым длинным названием.

— Пневмоно-ультра-микроскопик-силико-вулкано-кониоз, — проговорил с таким невозмутимым спокойствием, что удав обзавидовался бы. — Между прочим, сорок пять букв.

— Ожидал, что ответишь, — фыркнул «Скалли», не смирившись с моим триумфом. — Давай ещё.

— Жги, — предоставил ему полный карт-бланш.

— Имеется у меня знакомый, абсолютный трезвенник, но порой, после обычной тарелки пасты или пары французских булочек, его развозит так, будто он оприходовал бутылку водки. Шатается, разит перегаром, впадает в неадекват. Он что, тайком прикладывается к спиртному и прикидывается трезвенником? — поступила новая загадка.

— Скорее всего, у твоего знакомого синдром автопивоварения, или синдром

— Последняя попытка, — проинформировал он меня о скором достижении финала. — В новостях крутили один сюжет: у взрослого мужика, какого-то работяги, в брюхе обнаружили громадную опухоль. Ладно бы просто опухоль, но когда его иссекли и вскрыли, внутри оказались человеческие волосы, обломок челюсти и несколько сформировавшихся зубов. Как это вообще мыслимо? Дичайшая мутация?

— Ты описываешь случай «эмбриона в эмбрионе». Это редчайшая аномалия развития, возникающая на начальных стадиях многоплодной гестации. Когда в материнской утробе формируются монозиготные близнецы, доминантный зародыш обрастает вокруг второго и инвагинирует его внутрь собственного тела через висцеральные полости, так что тот работяга тридцать лет носил внутри недоразвитого брата. Короче, происходит тотальная инкапсуляция паразитического плода. У него нет шансов на самостоятельное выживание, отсутствует своя кровеносная система и полноценный мозг, но ткани продолжают дифференцироваться. Внутри означенной тератомоподобной массы формируются высокодифференцированные эктодермальные элементы, активные волосяные фолликулы, дентинная ткань и зачатки скелета. Новообразование десятилетиями способно вести себя бессимптомно, пока не разрастется настолько, что начнет компрессировать соседние органы брюшной полости или вызовет ишемию, а посему с точки зрения хирургии тому бедолаге попросту произвели операцию по удалению близнеца-паразита, — даже не вспотел.

— Окей, теперь буду звать тебя «Доком», — подытожил «Скалли», полностью уверившись в моей компетентности.

— Так, а какой у нас план? — из пространного диалога обо всем и ни о чем мы вернулись к пугающей действительности.

— В медицинский блок идти особо смысла нет, — сказал «Скалли», вышагивая со мной плечом к плечу. — Перестрелял всех, кого можно и кого нужно, ничего стоящего там особо нет.

— Тогда куда мы направляемся? — осведомился, не забывая осматриваться.

— Хлеборез знает, — признался «Скалли». — Тупо буду чистить локи, набивая очки и тратя накопленное на крутки, пока не выпадет ТП.

— Не испытываешь желания разобраться в творящейся вакханалии? — полюбопытствовал у союзника.

— Зачем? — конкретно из уст этого парня такой вопрос прозвучал весьма резонно. — Стопудово мы попали в аниме, а в аниме про зомби-апок обычно всем плевать, откуда растут ноги звиздеца планетарных масштабов. У нас и так контента навалом, одной идеи выживания в декорациях конца света хватит на десятки лет вперед.

— Как лично ты трактуешь возникновение чудовищ? — допытывался у спутника.

— Одно из двух: либо это болячка внеземного происхождения, представляющая для всяких инопришеленцев ту же пустяковую опасность, что и простуда, но по причине отсталости человеческой цивилизации ставшая для землян смертным приговором, либо это специально созданная человечками шняга шняжная, первоначально служившая в фармацевтических целях, но, по закону вселенской подлости или фактора человеческой тупости, склоняюсь ко второму, лекарство превратилось в бяку, — поделился соображениями «Скалли».

Преодолев дистанцию приблизительно в четыре сотни метров, нарушая безмолвие редкими репликами безопасности, мы одновременно замерли.

За поворотом, напоминая сцену из дешевого фильма ужасов восьмидесятых годов, возникло жуткое создание, так как из-за косяка частично виднелась оголенная голова, лишенная кожи, с темными впадинами, где мерцали алые точки зрачков, а ещё неестественно раскрытой пастью, копирующей оскал Слендерины.

Монстр удерживал равновесие удивительным образом, не за счет наклона корпуса, а закрепившись на стене, как Людина-павук.

— О-о-о-о-очень страшно, прямо боюсь-боюсь, — «Скалли» вскинул пистолеты и одиночным выстрелом оформил противнику попадание в голову.

Порождение ночных кошмаров упало, сохранив неизменную гримасу, а затем застыло.

— Осталось совсем чуть-чуть до новой крутки, — произнес напарник, радуясь такому развитию событий.

Оставив позади поверженного врага, мы продвинулись немного дальше, когда внезапно дорогу преградил очередной мутант, отдаленно похожий на первого, но руки этого создания оказались неестественно прижаты к бокам, а сам чудик содрогался, пародируя тяжелобольного человека в припадке.

— О, берегись этого хитрого жука, не позволяй ему приближаться, в противном случае услышишь вопль, от которого ты потеряешь ориентацию, а при менее удачном исходе станешь кататься по земле, мучаясь от боли из-за разорванных барабанных перепонок, — предостерег компаньон, после чего точным попаданием заставил обитателя закончить земное существование.

Спустя еще шесть одинаковых инцидентов, в паре из которых мне довелось самостоятельно уничтожать цели, затянувшиеся подземные лабиринты с монстрами завершились.

Мы переступили порог следующего помещения. Внутреннее наполнение полностью повторяло убранство комнаты с кучей разворованных голов, но первый фактор, на который невольно обращаешь внимание, заключался в грандиозных масштабах пространства, соизмеримых с габаритами ангаров для летательных аппаратов на какой-нибудь авиабазе секретного назначения.

Территория оказалась дополнительно разделена на комнаты помельче. В этом месте, в отличие от прошлой локации, помимо ящиков присутствовало огромных размеров оборудование, но что именно делают эти механизмы и для чего вообще служат, оставалось непонятно.

— Небольшой оффтопик, — разбавил молчание «Скалли», — ты врач какой специальности?

— Главное, что умею лечить людей и ставить диагнозы, почти независимо от типа болезни и ее тяжести, — размыто ответил ему. — Сам-то работал или учился, или и то, и другое?

— Был на втором курсе, только-только начали осваивать программирование, на каникулах посетил большую сходку косплееров, бам, оказался тут, — немного узнали о нем.

Изучение этой локации вдоль и поперек заняло ровно девять минут, после чего «Скалли» прислушался и, слегка приподняв голову, вооружился своими «цезешками».

— «Док», у нас гости, — попрыгал на месте, как выполнивший разминку спортсмен. — Приготовься.

Из точек, откуда подсознательно ожидаешь нападения недоброжелателей, готовых превратить тебя в тирамису, начали показываться агрессивные существа.

— Наконец-то, свежее мясо, — обрадовался напарник, предвкушая грядущую схватку.

«Скалли», не выбирая, с кого именно начать, открыл огонь по-македонски, лихо вышибая мозги нападавшим тварям.

Мне совершенно не хотелось оставаться наблюдателем, но заходить в зону поражения было откровенно глупо, поэтому предоставил товарищу возможность действовать самостоятельно.

Расправившись с первой пачкой из тридцати двух особей, парень ушел на перезарядку.

— Найс! — довольный собой «Скалли» подготовил пистолеты.

По другим вентиляционным шахтам внутрь ворвалась еще одна группа монстров численностью в двадцать штук.

Компаньон, активно нажимая на спусковые крючки, полностью опустошил магазин правого пистолета и, потратив еще пять патронов из левого, уничтожил всех нападавших, после чего тела мутантов принялись медленно растворяться.

— Так вам и надо, полоумные уроды! — «Скалли» опять перезарядился.

— Это ещё не всё, — поставил его в известность, услышав, как кто-то скребётся.

— Если так дальше продолжится, это идеальный спот для фарма! — «Скалли», подождав, когда в поле его зрения появится первый мутант, превратил голову мутанта в лопнувший фрукт. — «Док», прикрывай мою задницу.

— Я тебя понял, — повернувшись к нему спиной,

Истребление шло полным ходом. «Скалли» на каких-то суперскоростях переводил мутантов из состояния «живое» в «неживое». Сам уровнем бешеного конвейера похвастаться не мог, но мне этого на первых порах и не требовалось.

Примечательно, что в отряде чудовищ прибыло пополнение, появился мертвец, ничем не отличавшийся по боевым характеристикам от обычных особей, но передвигались они быстрее. Приходилось проявлять повышенную осторожность и не подпускать к себе близко более одного «шустряка». Нет, это не полноценный бегун, но настичь тебя он вполне способен.

На второй «волне» к нам пожаловали около восьмидесяти созданий. За шесть минут мастерской стрельбы «Скалли» все враги оказались сведены на ноль.

После очень маленького затишья наступила своеобразная «третья волна».

Сценарий оставался прежним, мутанты отчаянно пытались добраться до нас, но умение «Скалли» невероятно метко стрелять с обеих рук, причем совершая эти действия прямо на ходу, воздвигало непреодолимую преграду для нападавших.

Сам все это время находился на подтанцовке, старательно выискивая потенциально опасного для товарища по команде монстра и максимально оперативно ликвидируя угрозу.

К «шустрякам» на подмогу подоспели, а если выражаться точнее, приползли мертвецы, передвигавшиеся на четвереньках на манер членистоногих, да и внешне напоминавшие пауков.

Скорость перемещения таких тварей уступала показателям «шустряка», но превосходила темп обычного ходока.

С ними расправлялся по выдуманной методике «удара Ланселота», когда чудовища останавливались ради совершения броска, всаживал багор прямо в момент полета, отнимая жизнь создания.

— Перезаряжаюсь! — оповестил меня «Скалли», немедленно приступая к манипуляциям по восполнению боезапаса.

В этот ловко выверенный момент один «паучок», заметив скоплениями глаз, что по сородичам перестали вести огонь, вознамерился выручить собратьев, но планам не суждено было сбыться по причине внезапно возникшего в черепушке багра прямо в процессе прыжка на «Скалли».

— Дякусі, «сонечко», — энергично произнес «ганслингер», успешно перезарядивший «цезешки».

— Няма за што, «сонейка», — это на белорусском.

На уничтожение всех ста двадцати целей ушло ровно десять минут.

Цифра номер «четыре» в воображении означала, что сейчас на нас попрет новая партия нечисти.

Мы заняли исходные позиции, благодаря которым обеспечивалась взаимная защита.

Первый выстрел из «цезешки» огласил начало очередной борьбы за выживание.

Допуская в голове мысль, что с каждым набегом число противников увеличивается, стал гораздо тщательнее выискивать потенциальные угрозы для стрелка.

Для «Скалли» же вообще ничего не поменялось, как расстреливал тварей, так и продолжал заниматься этим, не испытывая видимых затруднений.

Внеплановое включение, дамы и господа, бестиарий обновился. В цирке настоящих уродов на работу устроился уже знакомый мутант, обожающий покричать. Наименование «крикун» звучит слишком заезженно, пускай побудет «ворчуном».

Дополнительным бонусом к «ворчуну» шел монстр, которого можно считать полноценным бегуном, но у него имелся определенный паттерн, заключающийся в том, что активизируется он исключительно после установления зрительного контакта, поэтому было решено назвать его «спринтером».

Со «спринтером» вполне реально совладать, так как данный вид чудовищ не предпринимает абсолютно ничего, кроме бега напролом, так что просто выставляешь перед ним багор, проблема решается сама собой.

— «Док», ты можешь убрать крикливого мертвяка, если быстро побежишь и ударишь его, но лучше тебе не рисковать, предоставь это мне, — дал совет напарник и пустил пулю в голову последнему «ворчуну».

Сто шестьдесят монстров за восемьсот сорок тысяч миллисекунд. Плохо ли это или хорошо для статистики, но мы выжили, этот факт являлся главным.

Пятое нашествие организовалось после десяти секунд тишины. Эту «волну» можно смело называть первой реальной проверкой.

Новых видов, пока «Скалли» со сноровкой фокусника раздавал всем лютые «хедшоты», замечено не было, но такое спокойствие вовсе не означало отсутствие особых мутантов.

«Спринтеры», почти сравнившиеся по численности с рядовыми ходоками, составляли основной костяк этой армии тьмы.

«Ворчуны», равно как и «пауки», находились в меньшинстве, причем под агрессивной тиранией стрелка ничего не могли предпринять.

В поведении тварей прослеживались определенные изменения. Если раньше они просто бездумно двигались вперед ради того, чтобы словить пулю и лечь на землю, что, кстати, до сих пор происходило с большими успехами, то теперь они старались делиться по группам. Чудовища формировали своеобразный «кулак» из шести-семи мишеней, где обязательно присутствовали три ходока, два «спринтера» и два «паука».

«Скалли» плевать хотел на все тактические заморочки мутантов, парень с эффективностью газонокосилки выкашивал все, что движется, а «статичные» цели самостоятельно приводил в движение и планомерно расстреливал.

В темпе вальса при помощи пистолетов напарник в тесном сотрудничестве со мной раскидал около двухсот мертвецов за восемнадцать минут. Правда, если сопоставлять наши гипотетические проценты по убийствам, львиная доля в девяносто пять процентов принадлежала исключительно ему.

У каждого, у кого нет проблем с арифметикой и кто знает, что после пяти следует шесть, возникло понимание, новая лавина, состоящая из чудиков разного сорта, заявила о своих правах.

— Ты как, держишься? — с игривым азартом спросил о моем самочувствии «Скалли».

— Пойдет, а сам? — ответил вопросом на вопрос.

— Норм, — переключился соратник с диалога на геноцид порождений мутантоапокалипсиса.

Всё-таки повезло, что у «цезешек», которые сейчас аннигилировали счастливчиков, находящихся на прицеле, имелся бонус на исчезновение трупов после смерти, иначе бы возникли серьезные проблемы.

Ладно-ладно, не у нас, а конкретно у меня, поскольку моё оружие предполагает тесный контакт с противником и не обладает способностью стирать тела, из-за чего приходится убивать мутантов так, чтобы поверженный враг в дальнейшем не создавал препятствий при перемещении. Это «Скалли» изредка смещается то влево, то вправо, крича, что перезаряжается, в то время как сам вынужден непрерывно маневрировать.

Техника у меня примитивная, аккуратно подошел, осторожно совершаешь укол в глазную впадину для доступа к мозгу, строго-настрого убедившись, что атака не закинет тебя в западню и ты не превратишься в легкую мишень, толчком пинаешь противника в грудь, чтобы от тебя отстали, возвращаешься назад и повторяешь первый пункт.

Так и не понял, почему напарник жаловался, когда называл исчезновение тел плохим фактором, ведь подобный расклад играет ему на руку.

Долго новых лиц ждать не пришлось. В рядах появились мутантики, своим видом отсылающие к рассказу Чехова «Толстый и тонкий».

Первый, как подсказывало шестое чувство, тянулся к нам, чтобы хорошенько проблеваться, а вот что делает его блевота, никому знать не хотелось, поэтому «Скалли», вытянув одну руку с пистолетом сильнее другой и наклонив голову, выстрелил в «толстяка», умертвив его.

Руководствуясь сомнительной логикой «если „толстяк“ плюется, то „тонкий“…», «Скалли» решил не думать, а действовать.

«Тонкий», так и не успев претворить планы в жизнь, исчез вместе с «толстым».

На наш «праздник жизни», который следовало называть «торжеством

— Бум-стик тайм! — перефразировал цитату напарник из фильма ужасов 92-го года «Зловещие мертвецы 3: Армия тьмы».

Видимо, с ними он уже успел где-то встретиться ранее, поэтому, выжидая, когда «бомбермены» окажутся плотнее к остальным, «Скалли» убил всех быстрых цепочкой из восьми выстрелов, подорвав находящихся рядом тварей.

Двадцать две минуты и двести сорок покойников.

— Нормально всё? Выглядишь измотанным, чувак, — смотрел на меня, пока отчаянно пытался перевести дыхание.

— Честно? — всё равно собирался не скрывать правду. — Не совсем, но ничего страшного, меня хватит на парочку волн.

— Ты извиняй, что оружием не поделился, прост у «цезешек» есть один побочный эффект. Смотри, — он дал мне в руки пистолет. — Выстрели.

Послушавшись, поднял пистолет вверх и, не смотря на потолок, выстрелил, но вместо ожидаемого механического хлопка из дула длинной и обильной струйкой вылетели мыльные пузыри разных размеров.

— Понятно, — протянул пистолет ему обратно. — Но знай, что не думал в таком ключе.

— Догадывался, но для проформы следовало это сделать, — «Скалли», как Хитмэн или Хитман, перезарядил «цезешки». — Передохни́ маленько, восстановись как следует, я возьму упырей на себя.

— Считаешь, что это хорошая идея? — диалог казался мне немного странным, потому что большую часть работы проделывал он, а не я, доктор скорее вспомогательный персонаж, в лучшем случае не приносящий пользы, но зато не создающий для игрока проблем.

— Не считаю, а утверждаю, — хмыкнул «Скалли».

Седьмое «цунами» обрушилось без промедления. Помещение взорвалось от дикого топота когтистых лап, когда орда разномастной нечисти лавиной материализовалась изо всех щелей.

Напарник превратился в неостановимый ураган смерти. Парень удерживал дистанцию, совершая резкие отшаги, не позволяя разъяренной массе подобраться к себе ни на миллиметр.

— Сейчас будет соль! — изрек «Скалли», сконцентрировавшись на монстрах.

Пользуясь предоставленной передышкой, поспешно укрылся за массивным агрегатом, спрятавшись под защитой стрелка, откуда принялся мониторить это мясное шоу.

Вражеская орда, собиравшая в себе множество уродцев, катилась одним фронтом.

Первыми напролом неслись ходоки, бездумно принимая грудью пули и служа живым щитом для юрких «спринтеров», которые утробным рыком срывались в бешеный галоп, только завидев направление стволов «ганслингера».

Чуть позади, мерзко шурша и перебирая изогнутыми членистоногими конечностями, сплошным ковром ползли отвратительные «пауки», замирающие на доли секунды ради совершения мощного прыжка.

Из глубокого тыла к ним на помощь ломились «толстяки», раздувающиеся от подступающей к глоткам токсичной жижи, в то время как истошно вопящие «ворчуны» создавали невыносимый звуковой прессинг. Замыкали это шествие кошмаров взрывоопасные «бомберы».

«Скалли» устроил на этой территории настоящий Ад на Земле, действуя со сноровкой безжалостного робота.

«Цезешки» в руках парня превратились в канонаду, а непрерывный лязг вылетающих пустых магазинов аккомпанировал этой непрекращающейся бойне.

Пули триумфально крушили черепа авангарда нечисти, превращая верхние части тел мутантов в кровавое месиво и заставляя ошметки разлетаться во все стороны.

В момент, когда пара «спринтеров» попыталась совершить фланговый обход, напарник круговым движением перевел прицел, раскроив головы оружейным залпом.

Следом за ними в затяжном прыжке полетели несколько «пауков», но «Скалли» хладнокровно разорвал туловища мутантов прямо в воздухе встречным шквальным огнем.

Ситуация накалилась, когда из-за спин ходоков высунулись «ворчуны», собиравшиеся издать дезориентирующий крик.

Примитивный коллективный разум заставлял тварей координировать штурм, прикрывая наиболее опасных особей, но «ганслингер» вовремя подловил момент скопления чудовищ и очень быстрыми выстрелами сдетонировал бегущих в гуще толпы «бомберов».

Оглушительный взрыв сотряс пол, взрывной волной разорвав на куски два десятка окружающих мутантов и засыпав все вокруг горящими обрубками, которые тут же принимались таять.

Несмотря на натиск, строгий контроль расстояния продолжал сводить все потуги противников на нет. Стоило этой волне подобраться слишком близко к позиции, парень опять делал легкий рывок, полностью разрывая дистанцию, а затем безжалостно продолжал штамповать безупречные «хедшоты».

Спустя двадцать восемь минут зубодробительной мясорубки последний из двухсот восьмидесяти девяти нападавших мутантов с оторванной челюстью безжизненно упал на пол, окончательно растворившись.

— Мои комплименты, — похвалил напарника, чувствуя себя немного отдохнувшим.

После сказанного перед глазами замаячила уже знакомая символика. Внешне никак не проявлял собственную реакцию на возвращение цифрового оформления, поприветствовавшего меня на старте этого глобального приключения.

Внутри виртуального дисплея ничего не поменялось. По-прежнему ментальным импульсом призвав стилизованное колесо, заставил его соткаться. На счету красовался круглый ноль, но ради любопытства потянуло активировать команду, отвечающую за непосредственное вращение.

Ответом со стороны всплывающего окна стала выскочившая с жирным шрифтом белая надпись «Накопи очков, дурень!», медленно устремляющаяся ввысь до полного исчезновения.

— Доктор снова в игре? — «Скалли» заметил мою неподвижность и просмотр одной точки.

— Не то слово, — ответил, выудив визуальное изменение его парного оружия, так как из рукоятей теперь отчетливо выпирали удлиненные магазины.

«Скалли», поймав мой оценивающий взгляд, эффектно вскинул модифицированные «CZ 75» таким образом, чтобы пистолеты располагались зеркально друг к другу.

— По приколу крутанул разочек ради интереса, — пояснил парень. — Представляешь, выбил апгрейд! Теперь стволы сменили имя, превратившись в «Беду», — крутанул левым пистолетом, — и «Джейн», — правую пушку он просто приподнял повыше. — Улучшенная версия получила увеличенную емкость магазина, полноценный автоматический режим и повышенный урон. Саб-свойство тут вообще убойное, в момент, когда в обоих магазинах остается ровно по одному патрону, эти пули трансформируются в подствольные снаряды, только чуть мощнее. Имба!

— Наверняка эта роскошь не обошлась без жертв? — спросил его.

— Ага, четко подметил, — наигранно насупился «Скалли», — боеприпасы к ним подорожали.

— Насколько сильно? — поинтересовался у товарища.

— Помнишь шутку, в которой один мусульманин дает совет другому, как поступить с непослушной супругой? «Да забей, брат!» — отшутился «Скалли», чрезвычайно довольный собственным остроумием. — Готов к жесткому фарму?

— Определенно, — подтвердил готовность, — цена за вращение осталась прежней.

Восьмая волна включилась, увлекая за собой хаос, схожий с крахом фондового рынка в двадцать девятом.

«Скалли» совместно со своими новоиспеченными приятелями, прекрасно знающими себе цену, с обновленной энергией кинулся в бурлящий котел, превращая монстров в подобие дуршлага, сочащегося кровью.

Меня переполнял душевный подъем; чувствуя прилив новых сил после короткой передышки, стал куда активнее орудовать багром. За применение холодняка вознаграждали щедрее, нежели за банальный отстрел наступающих тварей. Подтвердить утверждение можно было элементарным примером.

Навстречу несся голодный товарищ «бегун», из его позвоночника развился уродливый недоформированный сиамский близнец, вполне осознанно изучающий окружение.

Дождавшись момента, когда этот безумец самостоятельно ворвался в условную зону поражения, прицелился и вонзил острие ровно в проекцию поджелудочной железы, скрытой прямо позади желудка на уровне первого поясничного позвонка.

Цифровой индикатор зарегистрировал проведенный выпад, начислив двадцать очков, а последующий хирургически точный укол

На основании полученного опыта выбранная манера ведения схватки из умеренно динамичной быстро трансформировалась в агрессивно наступательную, но рассудок подсказывал, что корчить отчаянного берсерка и бездумно размахивать железкой чревато бесславной гибелью.

Помимо вынужденного самоконтроля требовалось поберечь внутренние ресурсы, потому что возложенная на меня задача в этом противостоянии ограничивалась тактической помощью стрелку.

Возникни у меня непреодолимое желание примерить образ искусного фехтовальщика, осуществлению такого замысла непременно помешали бы уникальные мертвецы, обученные охотиться на цели, лишенные средств эффективной самообороны.

«Скалли», войдя в раж, совершенно позабыл о нахождении внутри помещения, до отказа заполненного монстрами.

Перестав замечать окружающую обстановку, напарник самозабвенно веселился в персональном тире, роль главного приза ему служили детонации последних боеприпасов в магазинах.

Разрывы грохотали поистине сокрушительные; оказавшиеся в зоне поражения чудовища получали ужасающие, под стать собственному облику, увечья, никак несовместимые с дальнейшим существованием.

Твари, находившиеся поодаль, но тоже попавшие под раздачу, беспомощно валялись на полу, полностью утратив способность предпринять малейшее действие.

Пули вылетали чуть ли не пулеметной очередью, опустошаясь ради единственной цели поскорее устроить очередной «бум».

Из замыкающей группы противников на позицию «Скалли» резко выскочили две двухметровые серокожие «рамы» с руками, вызывающими в памяти объемы печально известного Кирилла Терешина, но мускулатура этих созданий выглядела куда более эстетично и внушительно. Форма голов верзил напоминала не велосипедное сиденье господина Терешина, а адмиралтейские якоря людей с квадратно-гнездовым мышлением.

Направлялись громилы к стрелку с чувством превосходства над человеком и над неживыми собратьями по ремеслу.

«Скалли» успел израсходовать почти весь объем магазина, уничтожив парочку монстров, а оставшиеся два «гостинца» адресовал рослым экспонатам.

Атлеты продолжали идти вальяжной походкой доминантных самцов, пока напарник не выпустил по последней пуле сначала из «Беды», а следом из «Джейна».

«Крупнокалиберные» мутанты, так и не получив шанса предпринять хоть какое-то действие, сразу же скрылись в поднявшемся из-за двойного взрыва облаке пыли.

После рассеивания завесы выяснилось, что от первой «рамы» осталась лишь развороченная кавернозная малина из мелко нашинкованных и вывернутых наизнанку фрагментов кишечника, брызжущих желчью долей разорванной печени и комков сочащейся серомы, сквозь которую острыми косозубыми пиками торчали веером расщепленные продольно ребра, глубоко в этой зловонной грязи судорожно бился, выталкивая под напором на обгорелый пол темные альмандины венозной лимфы, оторванный от аорты мясной лоскут правого предсердия, в паре метров поодаль каталась по полу и слепо щелкала обнаженными корнями зубов содранная начисто маска лицевых мышц вместе с вывалившимися из орбит и лопнувшими хрусталиками глаз, в то время как второй мутант превратился в очередного героя для закрытых сообществ с отпугивающей нормального человека тематикой ужасающей расчлененки и несчастных случаев.

Тридцать пять минут криков с истошными воплями остались позади, а триста двадцать семь отщепенцев навеки покинули этот мир.

Не дожидаясь момента, когда сюда примчится очередная орава монстров, решил воспользоваться предоставившейся возможностью и запустить вращение заветного колеса.

Изменения коснулись только музыкального сопровождения. Прежде оформление заполняло жуткие аккорды, соответствующие эстетике ходячих мертвецов, но теперь зазвучала мелодия, навевающая атмосферу постапокалиптической вселенной «Фоллаут», нечто умиротворяющее, в определенном смысле даже расслабляющее.

Процесс запустился. Барабан, как гоночный болид, набрал ход, крутясь под характерный треск указателя, соприкасающегося с ребристой поверхностью.

Постепенно теряя свою силу, устройство остановилось, как можно было легко догадаться, на секторе со знаком вопроса.

Символ, затрепетав, разлетелся на тысячи мельчайших осколков, открывая белый силуэт вооружения.

Процедура вручения тоже протекала особенно. Стоило подтвердить получение трофея, как на заднем плане раздался восторженный детский визг, копирующая атмосферу шумного праздника, над картинкой посыпались сверкающие блестки, ввысь взмыли разноцветные воздушные шары, а финальным аккордом стал заливистый звук дудки.

В ладонях очутилось изделие, внешне напоминающее итальянский пистолет-пулемет «Спектр», но этот образец, именуемый «Кровопийцей», обладал куда большей компактностью и был оснащен специальным прицелом.

— Поздравляю с обновкой, — «Скалли», выставив одну ногу чуть вперед и развернув корпус боком, уперся правым кулаком в бедро, пока левая рука свободно свисала вниз. — Что по статам?

— Написано, что вести огонь разрешается короткими отсечками, иначе боеприпасы уйдут в молоко, — назвал характеристики, читая описание «Кровопийцы».

— Не парься над этим, — ответил мне напарник.

— Еще тут сказано, что функционирует приспособление наподобие горохострела, — добавил, посмотрев на него.

— Чего-чего? — озадаченно произнес товарищ по команде.

— Согласно тексту, среди всех существующих пистолетов-пулеметов этот экземпляр обладает посредственным уроном и низкой пробивной способностью, — перечислил, пожалуй, ключевые недостатки приобретения.

— Тупо дольше будешь стрелять, что в этом такого? — резюмировал парень, качнув плечами.

— Дальность эффективного поражения тоже вышла скромной, так что примерить роль снайпера не получится, — со скепсисом разглядывая компактный ствол.

— Ну слушай, чел, он же не зря называется «Кровопийцей». Наверное, у него больше одного минуса, потому что его единственный плюс, как это сказать-то, весомый, как «Жиробас ► Плей», — обнадеживающе озвучил свою догадку стрелок.

— У него даже не один плюсик, а целых два, — поправил напарника. — Патроны у него бесконечные, только на перезарядку отвлекаешься, но, — без пессимизма сегодня не обойдется, — у оружия с бесконечным запасом получаемые очки снижаются на пятьдесят процентов, то есть вместо десяти мне дают пять, а у «Кровопийцы» есть такая особенность, что при его использовании в минус уходит еще один балл.

— Второй эффект какой? — поинтересовался «Скалли», заинтригованный столь неоднозначными свойствами.

— Кровь, стекающая из огнестрельной раны, превращается в кислоту, — разъяснил собеседнику скрытый потенциал пистолета-пулемета.

— В моем тир-листе пушек твой «Кровопийца» занимает крепкий B-тир, — вынес вердикт эффективности нового девайса.

Испытать обновку в реальном деле мне помогли подоспевшие на выручку мутанты.

— Я успел по вам соскучиться! — выкрикнул, потянув за рукоятку взведения затвора, находившаяся сверху ствольной коробки и внешне напоминала два небольших ушка, отвел деталь назад до упора и резко отпустил. — ПОДОХНИТЕ!

— Полегче, «Док», а то всех распугаешь, — «Скалли», выстрелив от бедра, добавил лишнее отверстие набегающему монстру для дополнительной вентиляции.

В памяти возродилось название популярной телепередачи моей юности с бессменным Александром Пушным: «Рубрика „Э-э-э-эксперименты!“».

Выбрав целью ковыляющего навстречу ходока, прицелился и выстрелил в эпигастральную область.

Тварь поморщилась от появления инородного тела в животе, но продолжила движение, пока не началась бурная химическая реакция.

Фтористоводородная кислота моментально вступила во взаимодействие с мышечными волокнами, жировой прослойкой и кожными покровами, содержащими кальций, магний и белковые соединения.

В ходе разрушения клеточной структуры началось обильное выделение газов, вследствие чего кровь внутри раневого канала превратилась в бурую пену густой консистенции.

Кальций критически необходим для полноценной работы мускулатуры и корректной передачи нервных импульсов. В момент, когда фтор агрессивно крадет этот макроэлемент, нервные окончания принимаются генерировать максимально интенсивные болевые сигналы,

Уже было размечтался, воображая, что при перманентном уроне, причиняемом ожившему мертвецу, счётчик под колокольный перезвон станет исправно выбрасывать череду «+1», «+1», «+1», но ничего подобного не наблюдалось.

«Печаль. Мнил себя старателем, намывающим золотой песок у загрязнённых вод», — первый снаряженный магазин на сорок зарядов опустел, настойчиво требуя пополнения.

Сказано — сделано.

В процессе истребления ходячих покойников, свято блюдя золотое правило никого к себе не подпускать, норовил влепить пулю во всякую разновидность монстров. К слову, радиус «Кровопийцы» равняется дистанции в двадцать шесть размашистых шагов взрослого человечка, оттого большие размеры помещения отчасти оборачиваются против меня.

Обращая «восставших» в упокоившихся навеки, приметил, что отклик на кислотное воздействие почти у каждого типа уникален.

Ходок, «ворчун» и «спринтер», словив пулю, вели себя, как в охваченном огнем здании; «бегун» же не спешил укладываться в гроб, сперва основательно растеряв прыть, только потом испускал дух.

«Паук» какой-то период выдерживал поражение едким составом, не утрачивая боеспособности, после чего к нему приходила кончина.

«Плевун» вовсе не ощущал эффекта разъедающей субстанции, погибая от химических ожогов, но болевых сигналов не испытывал вплоть до самой смерти.

«Блевун» явил собою натуру безмятежную: и мук не ведал, и деструкции от кислоты не получал.

Наиболее противоречивым выдался «бомбер». С этой категорией стремился сохранять увеличенную дистанцию, целясь прямиком в «бурдюк», минуя корпус. Палить в детонирующую плоть, внутри которой бурлила кислотосодержащая взвесь, представлялось скверной затеей, но мысленно взял на заметку перспективу «модернизации» мешка, превращая его в ещё более губительную ловушку для тварей, рискнувших приблизиться.

«Рамы», повстречавшиеся в этом заходе числом девять голов, шесть из коих прибрал «Скалли», обратив атлетов в парящее студенистое месиво, по сути, ничем не выделялись на фоне тех же ходоков, исключая многократно превосходящую выносливость по сравнению с младшими собратьями.

— Бесполезная груда мышц! ПРОЩАЙ, ШВАЙНЕ! — выпустил последнюю очередь.

На убийство одной «рамы» ухнуло сорок пуль в торс, пришлось палить с передышками, чтобы не сбивать наводку из-за отдачи.

Второй серокожий брат-близнец превратился в подопытного. Всаживал в него по одной пульке, а качок милостиво дозволял это, вышагивая с раздутой, как его мускулатура, спесью.

Понятное дело, результат зависит от зоны поражения, но для чистоты эксперимента брал центр массы.

Едкий реагент начал оказывать хоть какое-то воздействие только после десятого выстрела. Громила напрягся, но это значило ровным счетом ничего.

Резистентность его организма, позволявшая ему чувствовать себя нормально, пошла трещинами к пятнадцатому выстрелу, но это являлось только предвестником, тогда как вожделенный итог наступал на двадцать втором попадании.

Третий противник превратился в триста сорок восьмое поверженное чудовище за сорок пять минут непрекращающегося столкновения.

— Хочешь анекдот? — спросил «Скалли».

— Вперёд, — принял предложение.

— Сидит старый японец в августе сорок пятого в своей хижине, пьет чай, — начал рассказчик, стараясь не смеяться раньше времени. — Вдруг слышит странный шум. Выглядывает на улицу, замечает в облаках одинокое воздушное судно, качает головой и высокомерно усмехается: «Какие тупые америкашки! Разве можно выиграть войну, отправив на целый город всего один несчастный самолет?» — напарник, комично коверкая акцент и размахивая руками, на пределе связок имитировал зашкаливающий треск счетчика Гейгера.

Изначально предрекая финал повествования благодаря деталям открывающей зарисовки, но не предполагая, каким образом рассказчик преподнесет развязку, издал беззвучный смешок, немного приподняв края губ.

«Скалли», очевидно, принадлежавший к категории личностей, готовых парировать упреки в стиле: «Сам пошутил, сам повеселился», фразой: «Аудитория моих историй состоит только из меня», разразился громогласным хохотом, ударил ладонью по ноге и безуспешно попытался сдержать приступ бурного веселья.

— Шутка забавная, — беспристрастно оценил способности его навыка юмориста.

— Хорошего понемножку, — поставил он точку, сигнализируя, что очередная наступающая лавина тварей, чей порядковый номер стерся из памяти, приближался.

Уничтожали чудовищ машинально, обладая четким осознанием действий ради спасения, но постепенно заметили, что привычные способы защиты утратили прежнюю эффективность. Виной тому послужило «грамотное руководство вражеского командного штаба».

Ходоки совместно с «пауками», передвигающимися совместно с «бегунами», «спринтерами», «плевунами», «бомберами» и «блевунами», полностью исчезли из поля видимости, взамен выбывших отрядов авангард пополнили «ворчуны», возросшие числом, чтобы компенсировать нехватку прочих единиц.

Параллельно ключевым атакующим компонентом и неодолимым щитом выступили «рамы».

Такая перестановка критически сказалась на ходе столкновения, потому что именно толпа упомянутых созданий в сочетании с повышенной стойкостью к ранениям вынуждала нас пятиться.

Помещение вокруг не обладало безграничной широтой, отчего рано или поздно позади оказалась бы стена, но нынешнее положение дел складывалось удачно, мы стойко сдерживали натиск.

«Скалли», помимо поразительной точности, полагался на ключевое свойство парных пистолетов, опустошая магазины ради детонационного эффекта перед очередным возобновлением боезапаса.

Моя методика отличалась деталями, хотя тоже базировалась на плотности огня, а не на точечном поражении.

Выпуская отмеренный объем зарядов, добивался глубокого разъедания плоти «рамы» агрессивным составом, предоставляя токсину самостоятельно довершать начатое уничтожение. Благодаря этому союзу химикатов и «Бедовой Джейн» нам удавалось сохранять относительное равновесие в затяжном противостоянии.

— Так не пойдёт, — произнес «Скалли», снося черепную коробку «ворчуну», силившемуся издать вопль. — Тупоголовые твари, грех не воспользоваться этим в полную силу.

— Что предлагаешь? — спросил насчёт его замысла, наблюдая, как подстреленная «рама» извивается, бессильно цепляясь за остатки существования.

— Надо плести хоровод, — огласил задумку напарник, очередью располосовав торсы сразу нескольким атлетам. — Они все бездумно тащатся следом, поэтому предлагаю двигаться большим кругом, не давая прижать нас к стене. Не отходи далеко, иначе стиснут, — «Скалли», даже не взглянув на ковыляющего к нему бочком «ворчуна», разнес тому башку. — Пока стоим вместе, нас окружить неспособны.

— Уяснил, — немедленно включился в осуществление его схемы.

Тактика «хоровода» отчасти разрешила возникшую трудность. Почти десять минут осторожного отхода назад, оборачивающегося на поверку цикличным расстрелом мертвятины, изрядно упрощали истребление монстров.

— Ё-моё-ё-ё, — растянул стрелок, отступая на перезарядку. — Эти фанаты Шварца вконец ломают мою экономику, — «Скалли» не стал развивать реплику, но подоплеку его тревоги осознал без пояснений.

С его слов выходило, что под напором «рам» вынужден палить исключительно в голову, не позволяя громилам сокращать дистанцию, такой метод очень выручал, но напрочь лишал его тактики «кругового обстрела», потому вследствие дороговизны боеприпасов он тратил больше очков, нежели зарабатывал.

У меня с этим дела обстояли благополучнее, но из-за необходимости тоже ставить одни лишь «хедшоты» для поддержания плотности огня темп накопления очков оставался удручающе скромным.

— «Док», пора закругляться, — бросил «Скалли».

— А как же твой гемокинез? — напомнил о его способности, попутно устраивая свинцово-кислотный ливень для моих неприятелей. — Ты ведь способен щелчком выкосить здесь всех.

— Можно, а зачем? — процитировал

— Я планировал докопаться до сути всей этой чертовщины, — раскрыл свои настоящие намерения. — Уходить раньше срока не хотелось.

— Отыщешь себе где-нибудь мертвяка и проделаешь с ним всё, что посчитаешь нужным, но не в этих стенах, чувак, — отговаривал «Скалли». — Я верю, ты сам раскопаешь ответы на интересующие тебя вопросы, — напутствовал меня.

В самый неподходящий момент свет аварийных ламп погас, зато угрожающее алое свечение глаз «рам» осталось чем-то вроде жутковатых ориентиров.

— Вот и знаки от судьбы, — «Скалли», пользуясь фонарным модулем пистолета, прикончил очередного «ворчуна». — Слушай, если допустить, что зараза не стихийная, а рукотворная, разрабы оставили бы всё на виду?

— Но эпицентр вспышки располагается именно здесь, — выдвинул справедливое возражение.

— Чую какой-то странный кислый запах… — внезапно произнес напарник, втягивая носом воздух.

— Верно подметил, — коли абстрагироваться от трупной вони, перебить которую непросто, сквозь неё действительно пробивался аромат углекислоты. — По всему выходит, комплекс питает не мини-ядерный реактор, а ЗГТС.

— Это ещё что за зверь? — громко, силясь перекричать трескотню пистолетов, поинтересовался «Скалли».

— Пока ЗГТС работала, вентиляционные установки безостановочно гоняли воздушные потоки по всем отсекам базы, принудительно проталкивая эти массы сквозь особые фильтры с химическим сорбентом, связывающим и задерживающим молекулы углекислого газа, сохраняя атмосферу чистой. Теперь скрубберы превратились в коробки с бесполезными реагентами, — в максимально сжатой форме растолковал грозящую опасность.

— Ну вот, видал, «Док»? Давай, каков там твой улов? — потребовал он сведений о моих очках. — Крути и выбивай телепорт.

— А как же ты? — спросил, приступая к тому, о чём просили.

— Следом за тобой, — ответил «Скалли» и сосредоточил внимание на истреблении нечисти.

Параллельно попыткам сохранить собственную жизнь вращал колесо, особо не вглядываясь в распределение секторов после остановки барабана, но краем глаза подмечал выпадающий бесполезный мусор вроде навыка беглой речи задом наперед или умения садиться на шпагат.

Один раз система даже выдала тот самый неприличный жест, который отображался ранее.

Примерно к n-ому разу, а ситуация с очками обстояла настолько плачевно, что целая стая бродячих собак скорбела бы по моим финансам, нужный телепорт наконец появился. Платой послужило полностью опустевший счетчик с горой накопленного в процессе кручения всякого хлама.

— Получилось! — предупредил напарника.

— ББ, — попрощался «Скалли» и, показав большой палец, вернулся к обязанностям крестоносца, сражающегося с заполонившей зал нежитью.

Меня поглотила беспросветная тьма.

Сразу за этим, как пассажир американских горок, закладывающий виражи похлеще экстремального гонщика или пилота сверхзвукового истребителя, понесся над мерцающим фиолетовым пространством, похожим на далекие просторы бескрайнего космоса, хотя таковым и не являющимся.

— Смотрите все! Летающий доктор! Я могу лета-а-а-а-ать! — скорость резко возросла, окончательно размывая ориентиры и ослепляя меня вспышкой, постепенно лишившей слуха.

Примечания:

Таинственный попаданец, ставший союзником главного героя и, похоже, которого выдернули с Комик-кона. Имя его неизвестно, весит 80 кг, рост составляет 180 см.

Фото спереди:

Фото сзади:

Глава четвертая. Падение небес

/США, Нью-Йорк, Манхэттен, Нижний Манхэттен, Уолл-стрит, 11, октябрь 2008-го года/

Перемещение отозвалось скручивающей судорогой в глубине брюшины, а в ротовой полости стремительно заступилась слюна.

«Вот черт!» — поспешно вытянул шею и низко наклонился вперед, спасая полы халата от загрязнения.

— Бу-э-э-э-э, — зрение затуманилось, отчего окружение целиком утратило прежнюю четкость.

Рвотные позывы принесли мало облегчения, потому что желудок оставался фактически пустым, не успев наполниться даже обычной водой.

Как только сковывающий спазм в затылке ослаб, судорожно плюнул, стремясь поскорее избавиться от тошнотворного и одурманивающего послевкусия.

Огляделся по сторонам. В ночной тишине обитали высотки, возведенные вплотную друг к другу. Коробки устремлялись в заоблачную высь, почти полностью перекрывая собой небосвод.

Снизу создавалось стойкое впечатление, что стоишь на самом дне мрачного каньона. Локацию удалось идентифицировать благодаря памятным иллюстрациям со страниц школьного пособия по географии за десятый класс.

«Это же знаменитая Нью-Йоркская фондовая биржа», — удивился поразительной аномалии, вокруг отсутствовали пешеходы и автомобильный трафик.

Врожденная интуиция заставила поднять взор кверху, предвещая скорое развитие событий.

На крыше противоположного здания внезапно возник темный силуэт человека в накинутом капюшоне.

Неизвестный взял стремительный разгон и бесстрашно ринулся в пустоту между небоскребами.

Первая мысль была об отчаявшемся самоубийце, но последующее зрелище повергло в глубочайшее изумление.

Фигура в полете сильно напрягла руки, согнула верхние конечности, отведя назад, а также слегка подогнула колени. Падающее тело внезапно окутал полупрозрачный, огненно-алый, переходящий в ярко-оранжевый, рвущийся шлейф.

Спустя секунду незнакомец коснулся стопами вертикальной поверхности и уверенно побежал прямо по стене, придерживаясь за облицовку одной ладонью.

Завороженный очень красивым зрелищем, совершенно потерял бдительность и не успел среагировать, когда сработавший телепорт бесцеремонно вышвырнул меня из этого пространства, повторно лишив ориентации.

/США, Сан-Андреас, Лос-Сантос, Эль-Корона, Железнодорожный переезд, март 1992-го года/

Когда дрейфующий телепортационный пейзаж рассеялся, холодная простыня ночи уступила свое место яркому дню, одаривая меня изнуряющей полуденной жарой.

Железнодорожная скатерть сразу же приковало к себе внимание. Пути тянулись вдоль всей локации, четко разделяя жилые кварталы и обширную промзону. Поблизости находился поржавевший семафор, а рядом виднелся невзрачный желтый указатель переезда.

По одну сторону от дороги высилась стена, за которой скрывался глубокий штормовой канал, уходящий вдаль, прямиком под огромный мост.

С противоположной стороны транспортного узла тянулся серый и покосившийся от времени старый деревянный забор, отделяющий проезжую часть от заброшенных дворов и опустевших складов.

На горизонте, прямо над рельсами, возвышалась автомобильная эстакада, по которой неслись редкие машины.

Чуть дальше за путями просматривались блеклые крыши бедных домиков с выцветшей краской на стенах. На некоторых фасадах угадывались старые граффити местных уличных банд.

«Где я? Очень похоже на Южный Централ», — вопросом дал ответ.

Из переулка донесся скрежет тормозных колодок.

Облезлый полицейский крузер остановился у самых железнодорожных рельсов. Задняя дверца резко распахнулась, после чего из салона на запыленный асфальт бесцеремонно вытолкнули молодого парня.

Патрульный автомобиль рванул с места, окутав подброшенного бедолагу облаком ядовитого выхлопа.

Незнакомец с трудом поднялся на ноги, брезгливо отряхивая испачканную майку. Свободные синие джинсы сидели на его бедрах довольно низко, из-за чего над поясом штанов слегка виднелась натянутая белая резинка нижнего белья.

Не обращая внимания на случайных очевидцев, он раздраженно подтянул сползающую одежду. В его речи, когда он злобно буркнул под нос безразличную ко всему ругань, сквозила глубокая усталость.

Буквально в паре метров, в тени покосившейся ограды, сиротливо дожидался своего часа потрепанный велосипед BMX.

Парень уверенно направился к нему. Широко вскинув ногу, отчего джинсы сдвинулись еще

Яростно вжимая педали, беглец растворился.

Телепорт заработал, заставляя меня думать, куда на этот раз меня закинет.

/США, штат Джорджия, пригород Рэйфорд, промышленная зона «Порт Рэйфорда», разводной мост на реке Огичи, 7 октября 2009-го года/

Мир собрался заново под рев механической сирены, в легкие проник удушливый смрад пролитого топлива. Меня укрывала тень контейнера с блеклым логотипом «Рэйфорд Шиппинг».

Небо снова тонуло в темноте, но верфь прорезали прожекторы. Ослепительные белые лучи рассекали мглу, пока на верхушках башен бешено вращались маяки. Огромная проезжая часть переправы уходила к небу, отрываясь от мостовой.

Высоко вверху, сжимая ограждения, метались три человеческих силуэта, крики которых полностью растворялись в нарастающем хаосе. Это был парень в белой рубашке с красным галстуком, мужчина с татуировками в байкерской жилетке и девушка в красной спортивной трикотажной олимпийке с воротником-стойкой и широкими белыми полосками на плечах и рукавах.

Сбоку, натужно пульсируя, выплевывал сизый чад двигатель. Возле парапета силовой установки, прижатый к стене, стоял седовласый мужчина в помятом армейском берете. Камуфляжная куртка оказалась разодрана, ткань пропиталась кровью, лицо человека покрывали пятна копоти, но губы продолжали удерживать тлеющую сигарету.

Прямо на мужчину из портовых завалов, сокрушая брошенные машины, устремились три горы яростных мышц.

Старик не отступил. Перехватив поудобнее бутылку, мужчина щелкнул зажигалкой. Фитиль загорелся, озарив суровые черты лица.

Незнакомец издал неистовый боевой клич и резко взмахнул рукой, направляя стеклянный сосуд вперед.

В тот момент, когда бутылка полностью покинула ладонь и начала вращаться, оставляя за собой хвост пламени, реальность вокруг меня опять лопнула.

Неведомая сила рывком выдернула сознание из материального мира, увлекая в бесконечную пустоту. Перед глазами, ослепляя, ложился безумный калейдоскоп стремительно несущегося и переливающегося всеми цветами спектра тоннеля пространственного перехода.

/Япония, префектура Сидзуока, город Токоносу, залив Токоносу, Искусственный остров, Международный аэропорт Токоносу, индекс 420-0000/

Внезапный скачок вышвырнул меня обратно в Страну восходящего солнца. Этот факт наглядно подтверждали многочисленные иероглифические надписи, которые мой разум автоматически транслировал на понятный язык, но к чему сознание оказалось совершенно не готово, так это к сильнейшему приступу мигрени, превышающему по своей интенсивности привычные головные боли минимум в полтора раза.

«Череп буквально раскалывается», — взмолился, осматриваясь.

Судя по специфической обстановке, судьба забросила меня в обширный терминал какого-то аэропорта, расположенного посреди изолированного клочка суши.

Вполне вероятно, клочок земли являлся искусственным насыпным островом, созданным человеческими руками, если принимать во внимание весьма скромные географические масштабы и ограниченную протяженность территории.

Используя вертикальную поверхность как единственную опору, прислонился лбом к боковой части ладони. Срочно попытался унять спазмы посредством кругового массажа висков, но манипуляции не принесли никакого облегчения.

Именно в этот миг пришло осознание, окружающее наполнение резко убавило в громкости, сменившись выводящим из равновесия высокочастотным звоном.

Перемена вкупе с нарастающими тисками головной боли и внезапно возникшим перед глазами красным фильтром, не искажающим цветовую палитру полностью, но вносящим коррективы, вызывала искреннее недоумение.

Игнорируя симптомы, упрямо побрел вдоль стены. Путь занял внушительное количество времени из-за габаритов постройки.

Добравшись наконец до угла, остановился, превратившись в невольного свидетеля ожесточенного противостояния оживших мертвецов и бойцов в камуфляже.

На стороне первых было подавляющее численное превосходство и пугающее разнообразие тварей. Вторые же удерживали оборону благодаря огнестрельному оружию и технике, беспрерывно задействованной в этом хаотичном сражении.

«Повезло, что меня „пришвартовало“ незаметно для посторонних взглядов, иначе у дуболомов при погонах возникло бы ко мне слишком много неудобных вопросов, а уж если бы они прознали, что мое личное оружие обладает бесконечным боезапасом, то, выражаясь словами одного мудреца, прямиком упекли бы в секретный НИИ и засунули исследовательские зонды в самое очевидное место», — пронеслось, когда побочные эффекты скачка окончательно улетучились.

Один из трупов развернул череп, уставившись глубоко в мое естество, причем с нарастающей дьявольской неотвратимостью он скорректировал траекторию.

К первому «улыбашке» примкнуло еще несколько преображенных созданий.

Окружающие люди не придали бы этому значения, так как беснующаяся толпа чудовищ казалась бесконечной. Никого вокруг не волновали чужие махинации.

Дистанции эффективной стрельбы «Кровопийцы» недоставало, но пассивная способность, завязанная на едком веществе, частично компенсировала недостаток.

Опустившись на колено и взяв врагов на мушку, не ради снайперской точности, а для удержания направления, опустошил магазин, выпустив все сорок пуль.

Определенная доля улетела в никуда, но уцелевшая часть настигла мишени, смешивая кровь с плавиковой кислотой.

Удалось обнаружить любопытную закономерность, продолжительное ведение огня привлекало ко мне взгляды все большего количества тварей.

Такое положение дел не пугало, поскольку масштабы этого аэропорта, способного вместить сто девяносто полноценных стадионов для американского футбола вместе со зрительскими трибунами, создавали двоякую ситуацию.

Большая дистанция одновременно способствовала уничтожению нападающих, но в то же время мешала планомерному истреблению толпы.

Отделившаяся группа монстров бросилось вперед, совершенно не догадываясь, что наступили последние мгновения земного существования.

Порождения тьмы падали замертво, погибая задолго до преодоления огромного расстояния под воздействием химикатов, либо гибли непосредственно от попаданий, когда умудрялись добраться до зоны поражения моего оружия.

— Даже моя бабушка на ходулях передвигается резвее, чем ты, — разнес фрагмент черепа ковыляющему уроду, который изначально выглядел тяжело раненым и обессиленным.

Четыре десятка мутантов навсегда покинули ряды оживших собратьев. Прежние существования обратились в обыкновенные цифровые показатели, позволившие преодолеть рубеж в тысячу баллов.

— Продолжаем развивать лудоманию, — не желая разглядывать визуальное оформление и остальные раздражающие свистошумелки, возобновил агрессивное вмешательство в личную жизнь противников.

Цикл вращения виртуальной стрелки завершился на случайном, ничем не примечательном изображении. Знак вопроса пропал, уступив эмблеме со скрещенной отверткой и гаечным ключом.

Если говорить кратко, обычные попадания отныне перестали приносить выгоду, теперь окончательная ликвидация оппонентов позволяла пополнять баланс.

«Блеск», — сообщил мысленно самому себе, будучи, мягко говоря, совсем не в восторге от полученного известия.

Принялся еще яростнее вести огонь по наступающим рядам.

Ни в коем случае не стал бы называть происходящее безобидным аттракционом по отстрелу мишеней. Если в мою сторону устремится больше ходячих, чем удастся эффективно сдерживать, меня банально сомнут и растопчут, причем исчезновения окружающая толпа даже не заметит.

Пока планомерно проводил тотальную зачистку и осуществлял операцию по «антиоживлению», в голове циркулировала навязчивая мысль.

Главным направлением размышлений стало то, как именно благополучно покинуть пределы терминала, уцелеть, остаться при этом невредимым, не покусанным падалью и не пристреленным живыми людьми. Мне думается, соваться сейчас к армейским подразделениям выглядит далеко не оптимальным вариантом.

В условиях ожесточенного столкновения, особенно если незнакомец приближается со стороны зоны поражения, в крошечном, величиной с атом, сознании любого исполнительного дуболома сработает стандартный уставной принцип, требующий сперва открывать огонь, а разбираться

Вероятно, нагряну к ним с визитом вежливости позже, когда служивые окончательно выдохнутся, растратят силы и физически потеряют способность продолжать оборону, либо когда мертвечина благополучно отужинает этой самой солдатней.

Существует и третий исход, в который верится гораздо охотнее, ведь военные, теряя на бегу продукты собственного метаболизма, могут позорно бросить позиции, трусливо назвав паническое бегство тактическим отступлением.

— Стой на месте, парень, — приказал вслух, но мутант, внешне чрезвычайно напоминающий «ворчуна», нагло ослушался команды, картинно рухнув физиономией вниз и растеряв остатки кое-какого вещества.

Если хорошенько пораскинуть мозгами, сам сейчас тоже пребываю в своеобразном капкане. Ситуация выглядит парадоксальной, ведь транспортный узел обладает огромными размерами, но пригодной территории для безопасного маневрирования и тактического взаимодействия с окружением у меня попросту нет.

Чтобы вы понимали масштабы катастрофы, тел здесь скопилось подозрительно много. Откуда на острове такое количество народа? Загадка великая, но очевиден иной факт, согласно которому малейший промах обойдется слишком дорого, если совершу неверный шаг или приму ошибочное решение.

Все развивается строго по плану, как пелось в композиции одного известного исполнителя.

Совмещая пальбу по наступающим чудовищам с наблюдением, принялся осторожно высматривать, какой именно кошмар разворачивается на позициях армейских подразделений.

Для тех, кто до сих пор не разобрался в диспозиции, стоит прояснить важную деталь, нахожусь вовсе не внутри терминала, а снаружи, используя стену как заслон и убежище от обеих противоборствующих сторон.

Продолжительное ведение огня наряду со столь же длительным просмотром чужой битвы принесли определенные плоды, хотя периодически приходилось экстренно переключать внимание на приближающихся мертвецов, из-за того что те начинали позволять себе непозволительно много.

Крупицу ценных сведений выудить все же удалось. На единственном мосту, как и практически во всех окрестных строениях, закрепились превосходно экипированные бойцы. Не будучи большим знатоком в делах министерства обороны, могу лишь предположить наличие целого батальона, хотя в памяти стерлось точное число личного состава под это определение, но здесь сосредоточено приблизительно две с половиной тысячи человек, притом заметно, что некоторая часть солдат пока держится в резерве с расчетом на многочасовое отражение бесконечного потока.

В эту группировку входят мотострелковые подразделения, расчеты тяжелого вооружения, экипажи бронетехники, военные инженеры, подрывники и специалисты по заграждениям, а также силы тылового обеспечения.

Внутри самих сооружений рассредоточились оперативники антитеррористического ведомства и высокомобильные штурмовые группы, численность уступает регулярным войскам и составляет ориентировочно двести или триста человек.

Эти специалисты заняли позиции в многоуровневых залах ожидания, на крышах галерей вылета и на смотровых площадках диспетчерских вышек, выполняя сейчас задачу мобильного резерва для оперативного латания дыр на критических отрезках фронта.

«Если сумел разглядеть спецназовцев, не означает ли это, что они заметили мое присутствие? Надеюсь, нет», — проговорил тихим шепотом, стараясь прогнать дурные предчувствия, а потом всадил половину магазина в крупного раскачанного мутанта, после чего, не обделяя вниманием следующего за ним сородича, проделал с тем абсолютно аналогичную процедуру.

Суммарное количество боевых машин пехоты и бронетранспортеров достигало сорока единиц. Командование активно задействовало технику с высокой плотностью огня, укомплектованную автоматическими тридцатимиллиметровыми пушками и спаренными пулеметными системами, отчего идентифицировать конкретные модификации представляется затруднительным, ввиду того что мои познания в этой области соответствуют уровню среднестатистического обывателя.

На данном этапе, пока запасы боеприпасов позволяют разгуляться, эти стальные монстры выступают в качестве передвижных огневых точек перемалывая сплошные шеренги нежити на асфальтированных полях.

Помимо классической бронетехники, на передовой функционировали инженерные машины и тяжелые бульдозеры числом около десяти штук.

Предназначение заключается в сдвигании и расчистке огромных гор из останков перед оборонительными рубежами, так как без этой тяжелой работы возведенные баррикады за считанные часы превратились бы в пологие насыпи из мертвых тел, по которым прибывающая орда с легкостью перешагнула бы через любые заграждения.

Виделась и отчетливо слышалась слаженная работа зенитных самоходных установок общим числом около шести единиц. Спаренные или счетверенные автоматические пушки калибра от двадцати до тридцати пяти миллиметров обладали высокой скорострельностью, достигающей трех тысяч выстрелов в минуту.

На открытой местности аэродрома ЗСУ вели огонь прямой наводкой по наступающей толпе, распиливая на куски и превращая в кровавую труху целые волны мутантов.

Главным оружием пехотинцев выступали автоматы калибра 5,56 миллиметра, укомплектованные продвинутыми оптическими прицелами, о которых мне не доводилось раньше слышать или читать.

Сами военнослужащие поголовно носили специальные защитные наушники, отчего сразу стало понятно, что решение было принято ради противодействия оглушительному крику «ворчунов».

Установленные на устойчивых треногах и тяжелой бронетехнике пулеметы калибра 12,7 миллиметра являлись в текущей ситуации единственным калибром, способным одним-единственным выстрелом прошивать до пяти-семи мертвецов насквозь, эффективно останавливая продвижение этой живой стены.

Для ведения боя на сверхкоротких дистанциях внутри терминалов, багажных отделений и узких служебных коридоров спецназовцы использовали особое тактическое вооружение, ввиду чего в ход активно шли помповые ружья двенадцатого калибра и пистолеты-пулеметы, предназначенные для гарантированного уничтожения черепов зараженных.

Ориентировочно триста семьдесят или триста восемьдесят мертвецов уже упокоились от моих рук, точное число назвать не смогу, из-за того что не обращал на статистику пристального внимания, но цифровой счетчик на виртуальном табло успел продемонстрировать значение чуть-чуть больше тысячи баллов.

Факт ради факта, когда накапливается необходимая сумма для очередной попытки испытать удачу, индикатор принимается мерцать, то появляясь, то полностью растворяясь. Иллюминация призвана дать знать занятому выживанием пользователю, что наступила пора подкормить формирующегося внутри лудомана.

Игнорируя яркое визуальное оформление и остальные элементы дисплея, активировал запуск колеса, после чего, всё так же настойчиво стараясь не смотреть на вращающийся диск, продолжил методично отстреливать тварей.

Долго ли, коротко ли, но указатель остановился на определенной дольке. Давайте впредь пропускать промежуточный эпизод, когда стрелка указывает на знак вопроса, так как в этот раз стрелочка застопорилась на треугольной дольке с белой иконкой, изображающей шлем нестандартного вида. Наиболее близким по смыслу обозначением для этой штуковины стало бы определение из жанра «сай-фай».

В нижнем правом углу графического значка виднелась какая-то английская аббревиатура из букв «DS».

Пропустив мимо ушей детские восторженные крики и поздравительную игру на дудке, подтвердил получение приза.

Перехватило дыхание из-за того, что тело начало «затвердевать», но скованность была вызвана формированием защитного облачения вокруг моего силуэта. Фрагменты этого высокотехнологичного «доспеха» проявлялись постепенно, неторопливо исследуя комплекцию ради максимально точной адаптации под индивидуальные параметры.

Пока автоматически протекал процесс экипировки, совершавшийся без постороннего вмешательства, прямо перед глазами развернулось описание, чей текст плыл из-за высокой скорости моего чтения.

В сопроводительной информации сообщалось, что футуристический костюм, прибывший из далекого темного будущего, гарантирует пользователю существенное повышение оборонительных характеристик.

Это принесло легкое разочарование, вызванное опасениями за мобильность, но дальнейшее изучение параметров полностью развеяло

Дополнительно увеличивается дальность прыжка в длину, возрастает высота вертикального толчка, возрастает общая подъемная сила и мощь наносимого удара, увеличивается предельная грузоподъемность, а также обостряются скорость реакции и рефлексы пользователя.

Правда, системное описание хитро умалчивало, на сколько именно единиц или процентов улучшились упомянутые показатели, но это упущение не критично, практические испытания рано или поздно позволят выявить точные цифры.

Отдельная строчка извещала о наличии в районе ступней и ладоней специализированных встроенных приспособлений, благодаря которым можно отрываться от земли. Меня сразу предупреждали о лимите на предельную высоту, особо подчеркивая, что попытка летать в костюме как «Супермен» окажется очень плохой идеей.

Костюм оказался необычным. На поверхности защитного облачения выделялись броневые пластины, покрытые неизвестным слоем.

Шлем, скрывший мою голову, обладал тремя горизонтальными световыми прорезями ярко-голубого цвета, аналогично окружавшие дополнительные элементы щитков. Вдоль всего позвоночника тянулась полоса биометрического дисплея, светящаяся приятным сине-голубым светом. На плечевых суставах, помимо стандартных деталей для повышения оборонительных свойств, эргономично расположились компактные маневренные ускорители.

В целом высокотехнологичное снаряжение выглядело как цельный бронированный экзоскелет, устойчивый к экстремально высоким и низким температурам, радиационному излучению, воздействию токсинов или любой иной агрессивной среды. Поверх брони крепились неизвестные модули, а также голографический проектор.

В сопроводительной инструкции сообщалось, что этот комплект допускается применять как водолазный скафандр для исследования глубоководных морских впадин, причем интегрированные устройства прекрасно функционируют даже в толще воды.

Благодаря продвинутому программному коду внутри шлема активировался режим дополненной реальности, куда поступали сведения о направлении ветра, температуре, радиационном фоне и уровне загрязнения окружающего воздуха. Система предлагала несколько вариантов специфического зрения, включая функцию цифрового бинокля с возможностью фиксации фотоснимков или записи видеоматериалов.

«Ого, могу делать аудиозаписи? Мой учёный этому рад!» — восхитился функционалом брони.

Дополнительно разработчики предусмотрели усовершенствованный цикл замкнутого дыхания, в процессе которого выделяемый углекислый газ преобразуется обратно в кислород, из-за чего жесткого лимита времени как у дайверов у меня не существовало.

Сюда же внедрили умного ассистента. Интерфейс шлема незамедлительно поинтересовался, какой именно голос предпочтительнее выбрать для искусственного интеллекта, женский или мужской, на что без долгих раздумий выбрал второй вариант.

На кончиках пальцев перчаток появилась возможность проводить моментальный анализ различных биоматериалов для оперативной активации встроенного датчика.

— Уму непостижимо… — прошептал, оставшись под впечатлением от технологического чуда.

От того, каким стал мой собственный голос, тоже изрядно удивился.

— Съешь же ещё этих мягких французских булок, да выпей чаю, — сказал известную русскую панграмму, использовав фразу ради проверки звучания речи.

Голос оказался искусственно занижен по тональности. В звуке присутствовал радийный эффект, схожий с разговором по старой армейской радиостанции либо гражданскому трансиверу, с примесью легкого эха внутри замкнутого пространства. При произношении согласных букв слышались деликатные роботизированные искажения и едва заметный треск статики, гармонично накладывающиеся на обычную человеческую речь.

Внутри шлема скрывалось множество полезных функций, перечислять которые можно до бесконечности, но для предотвращения излишней радости последний пункт описания извещал, что инновационный «доспех» безвозмездно забирает один балл с уничтоженного противника лично себе.

Осмотрев защитную экипировку с головы до пят и совершая телодвижения ради лучшего обзора, подобно барышне, примерившей понравившееся платье, перезарядил «Кровопийцу», стремясь наверстать упущенное.

Стоило произвести первый выстрел в случайного мертвеца, как на внутреннем дисплее шлема отобразился остаток патронов в магазине пистолета-пулемета.

«Мелочь, но приятная», — подумал, наблюдая за активацией очередной не упомянутой в мануале возможности костюма.

После окончательного уничтожения стартовой мишени на экране возник персональный автономный счетчик, начавший регистрировать количество упокоенных мертвецов.

С мутантами все было ясно, ввиду вражеского стремления переть напролом, надеясь, что сумеют кого-нибудь зажать и оттяпать несчастному голову. Но что за все это время предприняли люди?

В условиях затяжной осады обычная лобовая перестрелка привела бы к быстрому краху. Военнослужащие вместе со спецназом выстроили оборону, опираясь на тактику разделения угроз, грамотное использование особенностей ландшафта искусственного острова и разнообразные инженерные хитрости.

Защитники использовали гигантскую протяженность взлетно-посадочных полос и дорожек, превращая открытую местность в смертоносные ловушки.

Инженерные машины за период моего отсутствия (до моего появления) выстроили лабиринты из грузовых морских контейнеров и умудрились прокопать траншеи! Эти препятствия заставляли огромнейшую толпу дробиться на узкие потоки, лишая орду главного преимущества в виде живого тарана.

На дальних подступах саперы выставили направленные противопехотные мины и дистанционные заряды. Они принимали на себя первые волны пушечного мяса, перемалывая ходячих в однородный фарш до момента сближения с баррикадами.

Для борьбы со специфическими зараженными командование выделило отдельные мобильные группы и снайперские расчеты спецназа.

«Плевуны» и редкие «блевуны» настойчиво пытались залить позиции военных едкой кислотой и токсинами издалека. Засевшие на позициях стрелки использовали крупнокалиберные винтовки и тепловизоры. Первоочередной задачей этих ребят являлся отстрел раздутых голов дальнобойных тварей еще на дальних рубежах.

Один точный выстрел в раздувшегося блевуна внутри тесной толпы вызывал его детонацию, уничтожавшую десятки тварей вокруг.

Обычный стрелковый калибр против мышечных монстров оказался бесполезен. Как только на горизонте появлялась очередная «рама», в бой вступала техника.

Автоматические тридцатимиллиметровые пушки боевых машин пехоты и противотанковые ракетные комплексы справлялись со своей задачей превосходно. Фугасные и бронебойные снаряды разрывали мутантов на части, не позволяя громилам добежать до заграждений и проломить выстроенные инженерами стены.

Присутствие столь опасных мутантов, бесшумных «невидимок», юрких «пауков», атакующих с воздуха «скатов» (об этой разновидности тварей расскажу позднее) и голосистых «ворчунов», напрочь перечеркивает саму концепцию ведения позиционной войны.

Окопайся армейские подразделения на взлётно-посадочной полосе, забаррикадируйся за мешками с песком, «невидимки» с «пауками» вырезали бы весь гарнизон за первые часы противостояния, а истошный вопль «ворчунов» обрушил бы координацию.

Для выживания под натиском адаптированной орды командование задействовало доктрину эшелонированной очаговой обороны, подкрепленную продуманной тактикой.

Личный опыт растолковал и наглядно продемонстрировал, что ключевое оружие «ворчунов» представлял собой губительный крик, разрывающий барабанные перепонки. Спецназ совместно с регулярными частями свёл означенную угрозу к нулю, теперь бойцы сражаются в тактических активных наушниках, снабжённых, вероятно, функцией отсечки опасных частот.

Стоило «ворчуну» исторгнуть вопль, как электронная начинка гарнитуры блокировала деструктивную звуковую волну, оберегая слуховой аппарат солдат, при этом, осмелюсь предположить, встроенные микрофоны продолжали транслировать по рации приглушенный шепот товарищей.

Отличительной приметой обозначенного мутанта являлась раздутая глотка, принимавшаяся вибрировать непосредственно перед криком.

Армейские снайперы, закрепившиеся на господствующих высотах, отслеживали такие цели в приоритетном порядке. Один-единственный выстрел из винтовки калибра 12,7 мм разрывал голосовые связки чудовища прежде, чем оно успевало набрать кислорода в лёгкие.

Против

Каким бы прозрачным ни оставался мутант для невооруженного человеческого взгляда, его тело неизбежно сохраняло температуру, отличную от земли. На мониторах тепловизоров «невидимки» проступали отчётливыми сгорбленными низкорослыми силуэтами. Мой шлем также исправно распознавал скрытую угрозу.

Помимо прочего, приметил, что на подступах к зданиям смонтировали автоматические разбрызгиватели с люминесцентной краской и мелкодисперсной строительной пылью.

Пересекая незримую взвесь, замаскировавшееся создание покрывалось броским пигментным налетом, делаясь лёгкой добычей для любого рядового стрелка.

«Скаты» атаковали сверху, норовя умыкнуть бойцов прямиком с занимаемых рубежей, «пауки» же перемещались по стенам и перекрытиям, обтекая возведенные баррикады.

Инженерная служба предусмотрела оба маневра, растянув между контейнерами и бронемашинами прочные сети из стали, установленные под наклоном.

Крылатые твари физически не могли спикировать на головы пехоты, врезаясь в заграждение, они теряли инерцию и обрушивались книзу, где мутантов в упор расстреливали из дробовиков.

Для противовоздушной борьбы, кроме зенитного огня и шрапнели, задействовали еще две самоходные установки, присоединившиеся к уже упомянутым. Автоматические пушки сотворили над укрепрайоном сплошной купол из осколочных и шрапнельных разрывов.

«Паукам», как когда-то докладывал (хотя, возможно, упустил упомянуть), привычнее всего действовать на вертикальных плоскостях. Чтобы приструнить членистоногих, фасады строений и опоры эстакад беспрестанно орошались горючими составами из огнеметов и обвешивались направленными минами.

Стоило «пауку» вознамериться вскарабкаться, как срабатывал датчик движения, выжигая весь сектор дотла.

Превратив черепушку одного из «пауков» в массу, схожую с малиновым вареньем, куда менее аппетитным и полезным, ощутил, как меня не покидает тревожное предчувствие. Наверняка многим знакомо это гнетущее состояние, когда за спиной кто-то пристально наблюдает, а стоит резко развернуться, как опасения подтверждаются чужим направленным взглядом.

В моей ситуации оставалось лишь предполагать, что неизвестный соглядатай изучает меня сквозь линзы бинокля или через оптический прицел оружия. Выяснить, кто конкретно занимается этим делом и происходит ли это в действительности, сейчас не представлялось возможным из-за непрекращающегося натиска наступающих монстров.

В ходе этих торопливых размышлений и вынужденной траты боеприпасов на хаотично движущиеся мишени мне удалось подстрелить поджидавшего поблизости ската.

Внешне создания отдаленно походили на морских обитателей, давших им название, могли либо жестоко искусать жертву, либо нанести удар своим длинным гибким хвостом.

На спине твари просматривались деформированные остатки человеческой дыхательной системы. Органы дыхания этого существа оказались гипертрофированы, пускай такую терминологию не совсем корректно применять к анатомии преображенных монстров, они выглядели в точности как у пациента с запущенной формой хронической обструктивной болезни.

Данный недуг обычно приводит к необратимому вздутию тканей и формированию диффузной эмфиземы, отчего грудная клетка неизбежно приобретает бочкообразную форму. Физиономия ската являла собой пугающую пародию на перекошенную в блендере «птичью голову», морда из-за отсутствия кожного покрова напоминала четкий треугольник, обнажающий верхнюю и нижнюю челюсти, а на месте глаз была непроглядная чернота.

«Поражаюсь тому, на что способна эволюция», — переключил внимание с поверженного «ската» на его парящих в живых сородичей.

Опыта ведения боя против летучих гадов у меня совершенно не имелось, отчего на истребление одного летуна расходовалось непозволительно много боеприпасов.

В это время сплоченная команда обороны проявила новый тактический фокус. Военные инженеры под прикрытием остальных вооруженных бойцов завершили монтаж сложного оборудования прямо в полевых условиях.

Оборонительный рубеж укрепили с помощью специализированных устройств, которые поначалу своим внешним видом ни о чем мне не говорили.

Стоило рабочим передать короткое сообщение по рации, общаясь между собой для координации действий, те спешно покинули позиции, как механизмы почти сразу же распрямились, укрепившись на земле.

Они представляли собой минималистичные хромированные пилоны. Из прочих конструктивных деталей выделялся сферический или тороидальный купол, притом у разных вышек форма этого элемента различалась.

Для максимальной устойчивости конструкции снабдили конусообразной и пирамидальной опорами. Вдоль всего центрального шпиля располагалось множество медных колец, обмоток и изоляционных элементов, а оголенные провода, силовые кабели и массивные контактные клеммы тянулись к огромным генераторам. Между кольцами башен постоянно пробегали мелкие электрические искры и сине-голубые разряды.

«Я и забыл, что нахожусь в Японии», — далеко не сразу осознал, что передо мной выстроились настоящие вышки Теслы.

Еще одной впечатляющей инженерной мыслью оказались специализированные стационарные комплексы. Это были автоматические оборонительные турели красно-оранжевого цвета с яркой эмблемой бушующего пламени, предназначенные для тотального выжигания живой силы противника струей горящего вещества на средних и ближних дистанциях.

В отличие от пулеметных аналогов, эта система наносила массовый периодический урон, эффективно поджигая как самих врагов, так и все окружающее пространство.

Устройства подавали горючую смесь через специальную форсунку под высоким давлением с последующим поджигом, вследствие чего происходил сильный выброс направленного пламени, возникало интенсивное тепловое излучение и формировались обширные горящие лужи на покрытии.

Внешне орудие представляло собой широкий и заметно утолщенный к концу раструб, хотя некоторые модификации обладали удлиненным соплом. На самом срезе ствола просматривались рассекатель пламени и постоянно горящий дежурный фитиль.

Топливной системой служили армированные шланги и медные трубки, тянущиеся от основания к пушке. Сбоку и сзади крепились округлые герметичные баки с огнесмесью, снабженные контрольными манометрами и клапанами аварийного сброса давления.

Ввиду воздействия экстремально высоких температур инженеры оборудовали корпус турели радиаторными решетками, вентиляторами и термокожухами со сквозными вентиляционными отверстиями. Опорой служила поворотная платформа, способная полностью компенсировать сильную отдачу от выброса струи под высоким давлением.

Мог бы с уверенностью заявить, что истребление мутантов является делом плевым, если бы не постоянное присутствие «скатов», которые отвлекали на себя все внимание и тем самым выигрывали время для «бегунов» и проворных «спринтеров», но по-настоящему неприятным сюрпризом оказалось появление бронированных тварей, ранее призванных мной и встреченных пока в единственном экземпляре, которых в нашу первую встречу окрестил «Гориллой».

Оставалось лишь искренне поблагодарить силы обороны за то, что они взяли этих монстров на себя, потому что «гориллы» своими размерами значительно превосходили «рам», отличаясь при этом гораздо большей резвостью.

С ними, как, впрочем, со всеми остальными порождениями, военные боролись при помощи дополнительных средств эффективного ведения боя, задействовав начиненные взрывчаткой квадрокоптеры.

Беспилотники подлетали к наиболее опасным участкам скопления нежити и сбрасывали на врагов осколочные снаряды.

Для операторов, управляющих летающими машинками, главную проблему составляли все те же вездесущие «скаты». К удивлению, эти летуны двигались быстрее, резвее, маневреннее, поэтому легко выводили из строя электронику посредством мощного тарана. Пускай такая участь постигала не каждый дрон, технические потери защитников росли.

Более весомой рукой помощи на этом этапе выглядели боевые вертолеты.

Винтокрылые машины оказывали наземным силам огневую поддержку, но

Наличие в рядах нечисти огромного количества крылатых мутантов делало полеты в воздушном пространстве аэропорта смертельно опасными.

«Скаты», невзирая на свои скромные размеры в сравнении с фюзеляжем вертолета, сбивались в огромные стаи и яростно атаковали приближающуюся технику. Попадание даже одной туши в рулевой винт или засасывание органики в воздухозаборник турбинного двигателя вело к потере управления с последующим падением аппарата.

Утверждение являлось вовсе не гипотетическим предположением, а суровой реальностью, развернувшейся прямо перед моими глазами.

Один из четырех круживших в небе вертолетов потерял стабильность и на полной скорости разбился в самую гущу бесконечного океана из беснующихся монстров.

К тому же любая авиационная техника требует регулярного сложного обслуживания и огромного количества дефицитного керосина. Из-за невозможности зависать над полем боя долгими часами винтокрылые машины были вынуждены периодически покидать сектор ради дозаправки и пополнения боекомплекта.

Записываем наблюдения, коллеги, затем готовимся к худшему. В небесах виднелась свежая разновидность воздушной угрозы, представляющая собой неопознанных существ, очевидным образом эволюционно адаптированных к затяжному полету.

Передние конечности созданий превратились в перепончатые крылья, схожие по строению с кожистыми перепонками летучих мышей, там складка стягивает два основных пальца, а также оставляет еще парочку более свободными.

Туловище выглядит утяжеленным и непропорционально маленьким как по сравнению с размахом крыльев, так и относительно развитых задних конечностей. В то же время у «летяг» отсутствуют развитые грудные мышцы, традиционно присущие птицам, а череп кажется чересчур большой для крылатого организма.

Этому феномену наверняка найдется аргументированное научное обоснование, так как анатомическая специфика позволила монстрам перемещаться по воздуху с минимальными энергетическими издержками, что существенно снизило необходимость в видовой специализации и тотальном уменьшении всего условно излишнего веса.

Длинная и узкая форма крыла свидетельствует об врожденной способности к скоростному, а также высокоманевренному пилотажу. Задние конечности, короткие сами по себе, но практически не уступающие по протяженности самому туловищу, несут на себе по четыре пальца. Первый из них сильно выделяется среди остальных, будучи заметно отставленным в сторону и увенчанным длинным изогнутым когтем.

В целом вся ступня формой схожа с хватательной кистью приматов, потому что пальцы относительно длинные и способны без труда сгибаться под любым углом.

Весьма примечательной деталью новых летунов выступает довольно вытянутая шея. Череп тварей развит больше в длину, нежели в высоту, выделяясь вытянутой нижней челюстью без малейшего намека на подбородочный выступ. Вокруг недлинной ротовой щели залегли мясистые толстые губы, а по бокам виднеются укороченные и остроконечные ушные раковины.

Общую пугающую картину дополняют огромный, но слабо выступающий нос и крайне низкий, скошенный и почти отсутствующий лоб. Глаза направлены строго вперед, обеспечивая своему владельцу превосходное бинокулярное зрение.

На макушке же и затылочной части имеется короткий жесткий шерстный покров. Внешне они ассоциируются с «птеросапиенсами» из научно-фантастической книги «Все грядущие дни» турецкого писателя Немо Рамджета в жанре спекулятивной эволюции, но представляют собой, выражаясь правильнее, экстремальную боди-хоррор версию тех вымышленных существ.

Сзади раздался подозрительный шум. Всплеск походил на бульканье очищающего раствора в ротовой полости, но новые интонации несли в себе хищный характер.

Своевременно среагировать и защититься мне не удавалось по двум весомым обстоятельствам. Прежде всего, фронтально в мою сторону единовременно устремились два десятка «рам», а вдобавок ко всему, упомянутый клекот послышался ровно тогда, когда когтистые лапы вцепились в предплечья, увлекая меня в воздушное пространство.

Очередные попытки вырваться выглядели бесполезными. Совершал судорожные рывки корпусом, пытался нанести удар «птеросапиенсу», но телодвижения не возымели никакого успеха по причине неудобного положения.

Любое противодействие окончательно утратило первоначальный смысл в ту секунду, когда подошвы оторвались от почвы. Набранный уровень над землей оставался скромным, потому что для летающего чудовища мой костюм непредвиденно оказался чрезмерно неподъемной ношей.

Бедственное известие состояло в том, что внезапное нападение крылатого монстра заставило меня выпустить из рук «Кровопийцу» в момент старта.

В то время как беспомощно сучил ногами в пустоте, «птеросапиенс» огласил окрестности рыком, похожим на вопль доисторического ящера.

Приняв определенное намерение, напрямую связанное с моим облачением, «птеросапиенс» своими действиями наглядно показал желание поскорее избавиться от груза. Тварь планировала швырнуть меня вниз, дабы разорванная оболочка открыла беспрепятственный доступ к плоти.

Взглянув на ситуацию с позитивной стороны, можно отметить, что летун являлся убежденным одиночкой. Обладай этот монстр развитыми коллективными навыками, он непременно скинул бы добычу прямиком в толпу сухопутных сородичей, вместо этого чудовище увлекало пленника в поднебесье, заставляя усугубляться врожденную аэрофобию.

Мой разум страшится не самой высоты, а неизбежного конца в виде падения и последующего превращения в раздавленную банку с овощным салатом.

Из-за постепенно наступающего ужаса сознание с задержкой донесла идею. Имелась прекрасная возможность активировать ладонные механизмы, способные подпалить лапы летающей твари, но в происходящее вмешалось само провидение или вовремя пущенная кем-то пуля.

Пуля прошла по касательной, вызвав поверхностный порез без глубокого кровотечения, но большего мне и не требовалось.

Крепко обхватив лапы крылатого чудовища, стараясь при реализации задуманного избежать самоповреждений, активировал скрытые репульсоры на минимальную мощность.

«Птеросапиенс», жалобно заверещав, захотел сбросить лишний балласт, но меня завладело непреклонное желание уничтожить врага, поскольку смерть пятисотого монстра гарантировала пополнение персонального счетчика на целую тысячу очков.

Пока излучение прожигало кожу летуна, истязаемый хищник попытался яростно клюнуть меня в область шлема, чем и воспользовался, нанося выродку непоправимые увечья. Глазные яблоки летающей твари вытекли, из ноздрей обильно появилась кровь, а кости свода черепа подверглись деформации.

Терзаемый «птеросапиенс» начал терять высоту в тот миг, когда направленный луч достиг мозгового центра.

Теперь, оказавшись во власти скорости свободного падения, мой организм столкнулся лицом к лицу с суровым, но справедливым законом всемирного тяготения.

Собственная туша хаотично кувыркалась, вращалась кругами и беспорядочно описывала петли.

Воздушные потоки закручивали костюм во всех плоскостях одновременно, заставляя совершать то безумное колесо, то бешеный волчок, то неконтролируемые сальто, а рефлекторное желание зацепиться за пустоту усугубляло вращение.

Изначально в области желудка сформировалось ощущение провала, во многом схожее с переживаниями на американских аттракционах.

Беспорядочный полет продолжался, вскоре показатели скорости преодолели отметку в сто двадцать километров в час. Нарастающий свист ветра превратился в оглушительный рев. Встречный воздух принялся с силой давить на грудную клетку, а из-за непрекращающихся переворотов картинка перед глазами в виде череды земли и неба крутилась перед взором.

«Я не умею группироваться!» — признался самому себе, пытаясь предпринять хоть какие-то ответные действия, но попытки снова не приносили успеха, а энергозатратное шевеление ухудшало положение.

Стыдно об этом говорить, но все отчаянные потуги исправить ситуацию

Чтобы принять позу вертикального зависания (в памяти внезапно появился образ персонажа Тони Старка из графических новелл «Марвел»), мне пришлось с титаническим усилием заставить тело полностью выпрямиться и вытянуть руки вдоль туловища, но выходило плохо.

Очевидно, бортовая система заблаговременно предсказала смертельную угрозу, перехватив управление до столкновения.

«Помощник» принудительно заблокировал суставы брони, развернул ладони строго к приближающейся земле и приготовился к тому, что высокотехнологичный костюм активирует репульсоры на сто процентов доступной мощности. В тот момент ощущал себя беспомощной марионеткой, которой посторонние силы безжалостно двигают против воли.

Когда каркас у самой поверхности резко врубил силовые излучатели и установил позицию торможения, на организм подействовала вертикальная перегрузка, из-за чего кровь быстро отлила от головы к…

— Сэр, проснитесь! Жизненные показатели стабилизируются, — услышал спокойного «Помощника» после, как подсказал искусственный интеллект, семисекундного беспамятства.

Похоже, автоматика успела вовремя выровнять корпус ногами вниз и задействовать тормозные двигатели.

Перед тем, как окончательно отключиться, успел прочувствовать, что мышцы стали деревянными, а вследствие стремительного оттока крови от сетчатки глаз бесследно пропало периферийное зрение, мир тогда сделалось полностью черно-белым, сузившись в узкий темный туннель.

Костюм аккуратно опустил бессознательное тело на землю, разблокировав лицевую панель шлема.

Этот фактор наглядно объясняет, почему сознание вернулось ко мне уже на земле, сопровождаемое жуткой головной болью и привкусом железа во рту от сильно прикушенного языка.

Знаете, в условиях реальной физики такая резкая остановка гарантированно убила бы пилота из-за чудовищного давления, но меня спасли уникальные технологии, интегрированные в это облачение.

Во-первых, это эффективные гасители инерции. Внутри экзоскелета сформировалось искусственное силовое поле, а также задействовались специальные баллистические гелевые слои, поглощающие кинетическую энергию. Без этих элементов внутренние органы попросту разорвались бы от критического торможения.

Во-вторых, вся нагрузка от сопротивления воздушных масс и противодействия реактивной тяги пришлась на внешний каркас брони. Костюм придержал подвижные сочленения в момент сброса скорости, не позволяя суставам неестественно вывернуться.

В-третьих, излучатели ударили в поверхность направленным энергетическим потоком, формируя внизу невидимую амортизирующую «пружину». Это замедление произошло за счет сжатия возникшего воздушного кармана.

В тот миг появилось ощущение, что на грудную клетку внезапно обрушился тяжелый бетонный блок. У меня перехватило дыхание, перед глазами полыхали яркие искры, руки дико тряслись от выброса адреналина, сердце колотилось в груди, а на внутреннем дисплее шлема горело огромное количество тревожных красных предупреждений о произошедшем.

Вернув на прежнее место лицевую панель шлема, на с трудом слушающихся и трясущихся ногах поспешил обратно к оставленному укрытию, чтобы вернуть оброненного «Кровопийцу».

Кажется, в мозгу сформировалось примерное понимание принципа функционирования излучателей. Если силовые элементы на ладонях использовались для стабилизации, торможения, изменения траектории, то маршевые двигатели на ботинках обеспечивали основную тягу для вертикального взлета и реактивного перемещения.

С этим моментом все прояснилось, а вот сами упомянутые приспособления испускали высокоплотный поток заряженных частиц, преобразованный в направленный кинетический луч. Наверное, в экзоскелет интегрирован некий сверхмощный реактор, генерирующий чистую термоядерную энергию или какую-то иную мощную силу. Полученный потенциал разгоняется в кольцевых ускорителях внутри брони, а магнитные линзы сжимают частицы в импульс.

«Нашлась пропажа», — поднял с земли «Кровопийцу» и оперативно проверяил ствол на предмет возможных дефектов.

Убедившись, что оружие полностью исправно, уже вознамерился развернуться для возвращения к прежнему занятию, но насущные планы радикально скорректировались.

К еще живой и активно функционирующей армии мертвецов внезапно присоединились два гигантских монстра. Будь заядлым геймером, непременно назвал бы созданий «боссами».

Первый противник внешне походил на нечто среднее между паукообразным существом и гигантской сороконожкой. Особь обладала мерзким желтым яйцекладом, производящим мелких «пауков», а ещё атаковала верхними отростками, сильно смахивающими на хвосты скорпионов. На жале этих конечностей отчетливо выделялась фосфоресцирующая янтарная полоса, которая, если проводить аналогию с уничтоженной тварью в гидросекторе, являлась уязвимым местом.

Второй гигант превосходил размерами предыдущего и обладал бесформенной основой, окруженной множеством подвижных жгутов. Конструкция включала четыре крупных щупальца с желтыми шариками на концах, напоминающими глазные яблоки и защищаемыми тройными кожистыми веками. Упомянутые сферы, остающиеся беззащитными при раскрытии, как опять настойчиво нашептывало внутреннее чутье, представляли собой критические зоны.

Отростками гигант наотмашь бил жертву или намертво хватал несчастного и тащил к пасти. Дополнительная челюсть монстра оказалась покрыта налетом лимонного оттенка.

В районе ротового аппарата располагался желтый светящийся хрящевидный и стремительно вращающийся нарост, а также имелось несколько мелких усиков и размещенный сзади специализированный «отросток-рот», из которого прицельно выплевывались органические взрывные мешочки, идентичные снарядам «бомберов».

Как назло, высоко в небесах на значительном для человеческого зрения, но маленьким для оптических приборов удалении застыл разведывательный дрон.

Подтвердилось это в ту секунду, когда при помощи визора увеличил масштаб приближения и разглядел очертания стандартного квадрокоптера, лишенного какого-либо подозрительного боевого обвеса.

«Прекрасно, теперь превратился для кого-то в развлекательный телеканал», — иронизировал над собственным положением и поскорее переключил внимание на второго здоровяка.

Упомянутый, если рассматривать его в отрыве от первого чудовища, держался позади наступающей группы, заметно отставая от своего огромного сотоварища и многочисленных мелких собратьев.

«Паук-сороконожка», находясь в авангарде, вел себя как бронированный танк, но танк чрезвычайно осторожный, стремящийся действовать рационально и желающему продать шкуру как можно дороже.

Теоретически имелась возможность вступить в противостояние. Из-за того, что бесформенный монстр с щупальцами находился в тылу и временно не представлял прямой угрозы или огневой поддержки для мертвецкой рати, военные, умело пользуясь тактическим преимуществом, бросили все имеющиеся ресурсы на истребление лидирующей «Сороконожки» и ее паукообразных отпрысков.

К тому же этот второй не брезговал дружественным огнем. Если какому-то рядовому покойнику не посчастливилось своевременно покинуть зону поражения, несчастного безжалостно уничтожали и разрывали на части снарядами из тылового отростка, а затем с наслаждением поглощали.

Имея в виду эту особенность, принял сопутствующие риски и нес полную персональную ответственность за грядущие действия.

Во мне отнюдь не зародился внезапный героизм и не пробудился великий мессия, просто стало безумно любопытно, какое количество баллов начислят за уничтожение большой цели. Весьма безрассудное и жизненно опасное утверждение, но поделать с собой в данную минуту ничего не могу.

Буквально только что мной было запущено заветное колесо удачи, потому что порог в пятьсот смертей оказался успешно преодолен, после чего виртуальный интерфейс милостиво разрешил призовое вращение.

Увы, главным выигрышем стало уведомление о том, что вследствие моей крутки открылся «межпространственный разрыв». Все эти формулировки служили для красивого словца, а на деле мне банально сообщили, что в случайный период времени, в непредсказуемом уголке земного шара появляются люди и разумные существа из иных

Имея в поднебесье личного оператора, готового беспристрастно запечатлеть чужое безрассудство, чему не радовался, пришлось начать сближение с монстром.

Во время интенсивного бега в сознании безостановочно крутились две полярные мысли. Первая настойчиво твердила, что поступаю верно, так как это практиковалось ранее, когда доводилось давать отпор опасным тварям в лаборатории. Это убеждение крепло, подпитывая уверенность в том, что приложенные старания непременно будут вознаграждены в строгом соответствии с конечным результатом.

Вторая мысль, напротив, аргументированно утверждала, что необходимо немедленно развернуться и поспешить назад, пока ситуация не вышла из-под контроля.

«Бесформенный» собрат «бомбера», своевременно уловив мое приближение, издал злобный утробный рык и нанес одновременный вертикальный удар двумя фронтальными щупальцами, вознамерившись расплющить дерзкого противника на земле.

В момент замаха тройные веки на концах отростков широко раскрылись, показывая скрытые желтые шары-глаза.

Сам не ожидая от себя такой прыти, походя на брутального бойца специального назначения под воздействием запрещенных стимуляторов или отчаянного оперативника без самосохранения, резко разорвал дистанцию боковым рывком, успешно уходя от падающих тяжелых плетей, после чего прямо в кувырке поймал в прицел «Кровопийцы» открывшиеся сферы.

— Разбавь съеденную мертвечину этим, уродец! — короткая точечная очередь пробила уязвимую оболочку шаров.

Вытекающая из раны кровь моментально трансформировалась в кислоту, принявшись очень медленно растворять мышечные волокна и сухожилия этих щупалец, полностью лишая прежней подвижности.

Потеряв два фронтальных отростка, разъяренный «Бесформенный», сопровождая действия невообразимо режущим слух гневным ревом, молниеносно выкинул третье уцелевшее щупальце по непредсказуемой нижней траектории.

Гибкий жгут обвил лодыжку и голень, резко дернул мое тело вверх, переворачивая меня вниз головой, а затем принялся быстро тащить обреченную жертву прямиком к раскрытой пасти, где бешено вращался желтый хрящевидный отросток.

— Кх-х-х-ха! — издал короткий, внезапный и болезненный звук, оказавшись лицом к лицу со страшной челюстью монстра. — Оставь при себе свои щупальца, «мистер Тентаклс»!

Из крайне неудобного положения виса изо всех сил согнул корпус и в упор разрядил «Кровопийцу» прямо в обвившее ногу щупальце, стараясь целиться чуть выше сапога.

Скорострельные пули методично прошивали гибкий жгут, оставляя рваные и частично сквозные раны.

Поступившая из поврежденных сосудов «кровь-кислота» принялась неторопливо разъедать крепкие ткани удерживающей конечности монстра.

Сильно изъязвленный отросток с громким шипением задрожал, вследствие чего вполне ожидаемо полетел вниз с относительно небольшой высоты, успевая благополучно сгруппироваться при соприкосновении с землей за счет сочленений каркаса.

— У меня этого добра хватает с лихвой! — выкрикнул монстру, торопливо разрывая дистанцию с противником и параллельно перезаряжая оружие.

Опустошив весь магазин, сразу активировал привычный алгоритм по восполнению боезапаса.

Понимая, что в ближнем бою его челюсти и три фронтальных щупальца нейтрализованы, «Бесформенный» судорожно развернулся ко мне своей тыловой основой.

Из расположенного сзади специализированного «отростка-рта» он принялся серийно выплевывать органические взрывные мешочки, густо закидывая ими сектор перед собой.

Поочередно используя особенности окружающего ландшафта и разбросанные остовы поверженных врагов в качестве естественных преград, спасался от разлетающихся во все стороны смертоносных осколков, выжидая наиболее подходящее тактическое окно.

Единственное, что в текущую минуту по-настоящему раздражало не постоянные залпы «Бесформенного», а непрекращающееся навязчивое наблюдение через парящий дрон.

Отгадав заветную секунду между очередными выстрелами, поймал идеальный момент, когда из заднего жерла показался очередной созревающий снаряд.

— На здоровье, для тебя ничего не жалко! — закричал и выстрелил из пистолета-пулемета прямо в глубь раскрытого органического дула.

Превратившаяся в едкую кислоту кровь внутри «щупальца-рта» прожгла защитную оболочку готовой бомбы.

Произошла серьезная внутренняя детонация, разорвавшая тыловую часть «Бесформенного», после чего мутант повалился на землю.

Находясь в критическом состоянии из-за тяжелого ранения и обильно истекая собственной кислотной субстанцией, обездвиженный монстр совершил последнюю слепую попытку укусить подошедшего меня, конвульсивно раскрывая изуродованную пасть.

Уклонился от вялого кивка головы, решительно наступив сапогом на нижнюю челюсть монстра и пригвоздив ее в одной точке, сразу после этого вставил ствол «Кровопийцы» прямо в эпицентр замедляющего свой ход желтого хряща.

Затяжная очередь превратила остатки черепной структуры и головной мозг чудовища в растворяющую саму себя бурлящую кашу.

Продолжая решетить агонизирующую плоть ради получения баллов, служащие почти единственным надежным подтверждением гибели противника, упустил из виду важную деталь.

Случайно вылетевший под давлением газов сгусток чужеродной крови, перемешанный со все еще активной кислотной субстанцией, угодил прямиком на корпус пистолета-пулемета.

Рефлекторно пришлось отбросить оружие подальше, вынужденно наблюдая за тем, как уникальный ствол плавится и разрушается из-за своего же главного боевого преимущества.

На опустевшем прямоугольнике тем временем высветилось призовое трио очков за успешно завершенное уничтожение.

Мизерного результата ожидал, но совершить попытку стоило.

Оказаться беззащитным, столь бездарно лишившись основного средства самообороны в очень тяжелой, но объективно бесполезной для меня схватке, не нуждается в каких-либо комментариях.

Вопреки ожиданиям, потому что счетчик однозначно сигнализировал о гибели чудовища, отвергая малейшую вероятность оживления, из сокрушенной и почти превратившейся в жидкое месиво черепа внезапно выстрелила омерзительная тварь, снабженная конечностями, копирующими лапы богомола.

Агрессивный выпад монстра сопровождался булькающим хрипением, переросшим в истошный и захлебывающийся визг. В сердцевине шума угадывался некий аналог бьющего по перепонкам яростного кошачьего рыка сражающегося леопарда, но вкрадчиво замедленного, а также пропущенного сквозь эхо-камеру и слитого воедино с отчаянным мужским криком.

Оказался бессилен перед лицом внезапной угрозы, сумев рефлекторно сгруппироваться, уклониться лицом вбок, а также защитно скрестить расслабленные ладони перед собой в виде символа креста.

Мой взгляд то и дело заволакивала накатывающая мгла, сменяющаяся краткими проблесками привычной видимости перед очередным погружением во тьму.

Когда оптическая чехарда наконец прекратилась, растерянно скосил глаза направо, немного сместив сустав в соответствующую сторону, затем перевел взгляд налево, схожим образом увлекая за собой верхнюю половину корпуса, оставаясь неподвижным на месте.

Не осознавая сути происходящих фокусов, порывисто мотнул головой, одновременно касаясь ладонью фронтального щитка шлема.

— Что, черт возьми, происходит! — из-за искажающего скремблера речь стала более низкой и неестественно грубой, превратившись в стопроцентно механизированный мужской бас.

Аудиофильтр работал настолько агрессивно, что, окажись на моем месте женщина, электроника бесследно уничтожила бы любые дамские интонации, превратив говорящего в безжизненный автомат.

«Родившийся» в вышине дрон, существование которого до этого момента вылетело у меня из головы из-за очевидных обстоятельств, завис на безопасной дистанции.

Не совсем улавливаю, какое послание оператор пытался транслировать этим маневром, но парящий квадрокоптер изрядно действовал мне на нервы. Пожалуй, всякий здравомыслящий человек уставился бы на такой механизм с опаской.

Летательный аппарат устремился книзу, планируя подобраться поближе.

Ожидаемо отступив вспять, начал воображать в сознании наиболее мрачные

Дистанционный пилот, уловив мою закономерную осторожность и недоверие, плавно покачал крыльями.

Иной наблюдатель счел бы это специфическим проявлением дружелюбия или демонстрацией мирных намерений, а не подготовленной западней.

Проигнорировав машину, развернулся лицом к театру военных действий.

Первоначально взлетную полосу оккупировал почти целый Сургут, но к текущей минуте скопление тел слегка поредело, пускай локальные веяния не внушают оптимизма.

Не являясь армейским стратегом или, прошу прощения, непризнанным мыслителем в данной области, все же полагаю, что за столько часов оборонительного удержания позиций можно было ликвидировать всех противников.

Никого конкретно не виню, воздерживаясь от упреков в чужой адрес, потому что покойники тоже показывают проблески сообразительности.

К примеру, мне довелось увидеть, как «птеросапиенсы» увлекают в небеса «бомберов», выполняющих роль детонирующих зарядов для уничтожения ключевых укреплённых точек, в то время как «рама» применяет ходоков вместо живого заслона, минимизируя потери.

— Неопознанный субъект, говорит спецподразделение САТ, ты находишься в зоне боевых действий, — невнятная реплика, распадающаяся от помех динамика дрона с громкоговорителем, озвучила бесспорный факт. — Вижу, что ты пустой, оружия в руках нет. Руки в поле видимости камеры БПЛА, — бесстрастно скомандовал диспетчер или другой военнослужащий, приблизившийся к пульту связи ради ведения диалога. — Обозначь свою личность и статус, живо.

— Эм… — поднявшись на ноги после сидения, вознамерился представиться Андреем Генриховичем Миллером, но вовремя возник в памяти случай, когда один знакомый ради сокрытия подлинных анкетных сведений назвался чужим позывным, посему принял решение воспользоваться вымышленным псевдонимом, напоминающим настоящее имя. — Называй меня… «Уэнделл», я — доктор. Понятия не имею, каким образом удалось здесь очутиться и что мной было забыто, но мне тут совершенно не рады. Собственно, задерживаться надолго не собираюсь.

— «Вандару»? — собеседник не сумел четко воспринять новоявленное прозвище сквозь канонаду артиллерийских залпов, ещё играл тот факт, что в японском языке нет одиночных согласных звуков, кроме «Н», а также отсутствует чистый звук «Л», поэтому все иностранные слова адаптируются под слоги японской азбуки катакана. — Мне плевать, из какой дыры ты вывалился и где твое место, но прямо сейчас ты стоишь голыми руками посреди зоны эвакуации, а к нам со всех щелей лезут мутанты. Ты застыл и ждешь пули от моих ребят, — переключился на другую тему. — Паранойя — это хорошо, она продлевает жизнь, но у нас нет времени на гляделки. Маршрут дрона на прицеле у ребят, мой человек тебя прикроет. Чеши за птичкой, на месте разберемся, куда тебе катиться.

Продвигаясь в соответствии с тактическими принципами штурмовых подразделений под прикрытием беспилотника, не сведущ в тонкостях перемещения профессиональных боевых ячеек, а лишь подобрал метафору для обозначения максимальной осмотрительности, без привлечения лишнего интереса восставших мертвецов, успешно достиг второго контрольно-пропускного пункта.

«Анонсированные» ранее две с лишним тысячи солдат куда-то бесследно испарились.

В районе указанного блокпоста, заставленного многочисленными бронетранспортерами, сосредоточились бойцы специального назначения, насчитывающие примерно двести пятьдесят голов в одинаковом обмундировании. Вся разница между ними заключалась в наличии или отсутствии атрибутов, маскирующих лица, а в остальном, согласно меткому выражению нашего профессора Быкова, передо мной стояли оловянные солдатики, разумеется, без какого-либо намека на пренебрежение, только ради подчеркивания портретного единообразия.

При моем появлении спецназовцы навели стволы в мою сторону, что спровоцировало у меня волну острого недовольства, но мотивы таких действий вполне поддавались логике. Артиллерийские расчеты умолкли вследствие гибели обслуживающего персонала, а штурмовики тяжелыми орудиями управлять не обучены.

Впрочем, не стану утверждать со стопроцентной уверенностью, так как не знаю скрытых нюансов спецназовского ремесла и не горю желанием вступать в дискуссии со всезнающими диванными экспертами.

Кстати, тревога отменяется, допустил оплошность. Армейцы на объекте все-таки присутствовали, но по шевронам и специфической форме сразу становилось очевидно, что это инженерно-технические специалисты. Затрудняюсь дать этому рациональное объяснение, но этот факт невольно согревает душу.

Меня лишь изрядно тревожит, что двести пятьдесят вооруженных мужчин совершенно не ведут огонь по наступающим мутантам, полностью перекладывая оборонительную миссию на функционирующие на грани пиковых возможностей «катушки» Тесла и автоматические турели.

Игнорируя вооруженную свору, опустившая дула после того, как постучал костяшками пальцев по шлему, намекая дуралеям на отсутствие опасности, мимоходом бросил взгляд в направлении полуразрушенной башни и лежащего неподалеку безжизненного тела «Сороконожки».

— Правильно сделал, что пошел за квадрокоптером, — на «авансцену» вышел стрелок в кепке, снабженной наушниками с гарнитурой связи, поверх бронежилета. — У нас мало времени, но, пока капитан возится со связью, коротко объясню что к чему, — спецназовец передал летательный аппарат вместе с пультом управления одному из инженеров. — Мы эвакуировали всех гражданских, — собеседник сразу обозначил первопричину возникшей неразберихи, — но мы не думали, что у этих тварей есть много разновидностей, — боец смахнул ладонью выступившую на лбу испарину, поправив головной убор. — Мы потеряли девяносто процентов личного состава, большинство офицеров полегло, а ресурсы у нас не резиновые. То, что сначала задумывалось как очистка территории для эвакуации, стало осадой, — лейтенант, его звание выдавал едва заметный знак отличия под бронежилетом, сказал это с явной дрожью, вызванной пережитым шоком.

— Без обид, мне не очень сейчас хочется с тобой разговаривать, но за информацию спасибо, — отозвался условно «сдержанно».

— Нам только потом дали приказ очистить аэропорт полностью, — из-за стресса офицер проигнорировал начальную фразу, прямо указывающую на мою некоммуникабельность, после чего продолжил излагать хронику грандиозного фиаско.

Картина прояснилась. Первоначально перед армейцами стояла относительно простая задача по спасению мирного населения и уничтожения ходячих, чтобы те не сорвали операцию, затем, когда эвакуационные мероприятия завершились, командование потребовало тотально стерилизовать международный аэропорт ради уничтожения биологической угрозы, но видовое разнообразие агрессоров, редко организовавшийся численный перевес и банальное истощение ресурсов привели к ожидаемому результату.

— Разве вам на помощь не должна была поспеть дополнительная пехота, танки какие-нибудь, еще больше вертолетов и всякого такого? — поинтересовался, неожиданно возжелав собрать разрозненные элементы мозаики в единое целое.

— Мы пытались это сделать не один раз, но у командования, наверное, появились какие-то проблемы, — ответил мне спецназовец.

«Или руководство попросту оставило вас погибать, сочтя сопутствующим ущербом», — говорить догадку благоразумно не стал, потому что весомых аргументов для утверждения или опровержения подобного суждения не имелось, следовательно, стоило попридержать язык за зубами и не капать на мозги людям.

Пока разворачивался этот диалог, то есть пока лейтенант, представившийся Тадзимой, неосознанно обрисовывал картину случившегося с позиции защитников объекта, заметил взглядом слегка смуглокожую девушку ростом около ста семидесяти восьми сантиметров. Судя по поведению и плохому настроению, именно она являлась упомянутым командиром в звании капитана.

Женщина находилась возле командно-штабного автомобиля специального подразделения САТ, поочередно перестраивая каналы радиостанции на международную общевоенную частоту бедствия.

Офицер выкрикивала отрывистые фразы на

Завершив экстренную трансляцию, капитан перехватила снайперскую винтовку с кучей модулей, быстро направляясь к нашей группе.

— Сваливаем нахрен отсюда! — громко скомандовала на бегу, привлекая всеобщее внимание. — Ты и ты, — указала пальцем в перчатке сперва на подтянутого бойца со шрамом на лице, подразумевая Тадзиму, а следом на мою персону. — Поедете со мной!

Площадка превратилась в бурлящий улей. Спецназовцы слаженно бросились занимать позиции внутри бронемашин, а технический персонал перед эвакуацией перевел тумблеры генераторов Тесла и автоматических комплексов в режим терминальной перегрузки, чтобы перед неизбежным выходом из строя электроника утянула в небытие максимальное число нападающих мутантов.

— Может, нам стоило хотя бы забрать парочку турелей? — уже занося ногу над подножкой транспортного средства, услышал тоскливую реплику худощавого парня в очках, судя по всему, одного из инженеров.

— Садись в БМП, идиот! — резко выкрикнул его напарник в защитных очках, жестикулируя ладонью в сторону открытого люка.

Ничуть не пораженный феноменальной оперативности, с которой спецназовцы организовали погрузку, поспешил последовать примеру остальных, забираясь в десантное отделение следом за лейтенантом.

Мы протиснулись сквозь узкий кормовой проем боевой машины пехоты «Тип 89» в тесное и пахнущее разогретым дизельным топливом чрево стальной коробки. По обеим сторонам прохода тянулись откидные сиденья, где плечом к плечу спиной к бортам замерли спецназовцы.

В свете аварийных плафонов зловеще поблескивали закрепленные в бортовых амбразурах пулеметы. Оружейные стволы и затворные коробки застыли в ожидании натиска, а уходящие в патронные ящики ленты из крупнокалиберных снарядов позвякивали от непрекращающейся вибрации работающего двигателя.

Захлопнувшиеся за нами бронедвери разом отсекли внешние звуки, погрузив десантный отсек в давящее безмолвие.

Впервые очутился внутри транспортера. Необычно.

— Капитан, — обратился к ней лейтенант, — техники на всякий случай заминировали мост.

— Правильно сделали, — ответила женщина, разрешив себе выдохнуть с закрытыми глазами.

Многотонные танки «Тип 90» и боевые машины пехоты взревели моторами на максимальных оборотах. Гусеничная техника на скорости около восьмидесяти или девяноста километров в час принялась сносить, сминать и выбрасывать за дорожное ограждение заглохшие, а также брошенные гражданские легковые автомобили.

В ходе стремительного прорыва перемалывались десятки восставших трупов, пытавшихся преградить путь колонне.

Твари цеплялись за обшивку, бились в триплексы, но водители машин перекрывали смотровые щели и выжимала педаль газа до упора, ориентируясь по огням впереди идущего транспорта.

Внезапно окружающее пространство раскололось от нарастающего до пронзительного ультразвука воя и свиста падающих снарядов. Этот грохочущий аккомпанемент заставил меня и остальных бойцов рефлекторно сжаться внутри утробы машины.

Небесный свод обрушился под гнетом раскатистого рокота объемно-детонирующих вакуумных бомб, шум напоминал одновременный удар тысячи грозовых молний прямо над ухом.

В тот же жуткий момент раздался страшный гул вспыхнувшего напалма, схожий с ревом реактивного двигателя самолета.

На фоне непрекращающихся канонад послышался стонущий и рвущийся скрежет уничтожаемых конструкций пройденной нами переправы. Балки и пролеты скручивались, ломаясь под разрушительным воздействием взрывной волны.

Вследствие тотальной ковровой бомбардировки произошел мощнейший сейсмический толчок. Колебания заставили землю ходить ходуном в радиусе нескольких километров от эпицентра катастрофы.

— Что это, блин, было? — тихо спросил кто-то из спецназовцев в черной флисовой балаклаве с единой прорезью для глаз и в защитной каске.

— Из-за воцарившегося хаоса небо патрулировал американский стратегический бомбардировщик B-52H «Стратофортресс», перехвативший мой сигнал, — без интереса к собеседнику пояснила девушка, не поворачиваясь к бойцу и по-прежнему сидя с сомкнутыми веками. — Оператор вооружения принял радиосигнал, сравнил координаты через спутниковые системы и взял курс на мост. «Стратофортресс» сбросил порядка сорока тонн термобарических объемно-детонирующих боеприпасов вместе с кассетными резервуарами, заполненными напалмовой смесью и белым фосфором. Все терминалы, взлетно-посадочные полосы и диспетчерские вышки превратились в лунный пейзаж, отныне аэропорт представлял собой обугленное пепелище, центральный пролет моста целиком обрушился, а сохранившиеся края эстакады застыли объятыми пламенем.

Повисло тяжелое молчание.

— Вопросы есть? — безразлично поинтересовалась женщина, но откликаться никто не стал. — Вопросов нет.

Примечания:

Костюм главного героя:

Другой ракурс:

Второе фото (Когда буквально убил «босса», рискуя своей жизнью, а гача всё запорола):

Третье фото:

Четвертое фото:

Пятое фото:

Глава пятая. Кармагеддон

/Ранее, когда доктор получил «приз», запустивший межпространственный разрыв для «перемещенцев» по всему земному шару. Япония, префектура Токио, город Мусасино, район Дзёнираку, 4-й микрорайон, квартал 12, строение 8, неподалеку от Академии Фудзими/

Скрытно заспавнился в тени японских улочек, где полуденное солнце фигачило со всей дури, конкретно так выжигая глаза, а головная боль из-за переноса комфорта не прибавляет.

— Так и знал, что это Япония, — сорвав с лица причудливый намордник, превращавший меня визуально в Человека-муравья, отцепил от бедра поясную сумку, скрывавшую странный девайс, помогавший нормально дышать в атмосфере, перегруженной углекислым газом. — Жалко, штуковины нельзя закинуть в бездонный мешок, чересчур громоздкие, блин.

Оглядевшись, попытался найти мусорный бак, чтобы скинуть ненужный хлам, но вовремя вспомнил, что в этих краях фиг найдешь бесплатные общественные урны.

«Мусорок ноль, зато чистота какая, офигеть, чисто кэйф!» — забив на идею избавиться от груза, временно скинул пожитки на тротуар, вытащил вязаную шапку, очки, маску с принтом оскаленной челюсти, нацепил весь этот прикид, подобрал вещи с земли и погнал бродить дальше, забив на прохожих и вообще поймав полный пофигизм ко всему вокруг.

Какие-то местные васяны неодобрительно косились в мою сторону и думали, типа очередной дуралей в клоунском прикиде рассекает по переулкам, а челики помоложе принимали меня за эксцентричного косплеера, пешкодралом топающего на закрытую гик-сходку для элиты.

«Я по лесу брод-и-и-ил», — в уме напевал строчки трека группы «Аннигиляторная пушка», — «я бутылку иска-а-а-а-ал, ничего не наше-е-е-е-ел, в вытрезвитель попа-а-а-а-а-а-ал», — изо всех сил стараясь скопировать вокалиста, похожего один в один на «Куртку Бейна», выдавливал из глотки гранжевую хрипоту. — «Я по сон-н-но-о-ому го-о-о-роду долго броди-и-и-и-л…»

Прокрутив в башке еще треть куплета, заглох, так как намертво забыл продолжение сингла, хотя точно помнил сюжет, там лирический герой то ли скоммуниздил у какой-то плесени банку с вареньем, то ли получил сладкое угощение просто так.

Закончив напевать минус трека «Sick of You» трэш-метал банды «ГВАР», конкретно так прифигел, когда лайтовая пятиминутка релаксирующего променада по урбанистическим красотам оборвалась прямо возле до боли знакомой шараги.

— Офигеть, — встал как вкопанный, отказываясь верить, что попал прямо в аниме «Старшая школа мертвецов». — Гвоздь

В секунду голова резко заработала в другом русле: если это вселенная «HotD», тогда какого моржового хрена вместо мертвяков уровня «Сидячие болтуны» кругом бродят какие-то уродливые мутанты, сбежавшие из черновых набросков украинского художника-мультипликатора и музыканта, работающего в жанре экстремального хоррора и шизофренической психоделики, который любит переплетать мотивы картин Иеронима Босха, советского быта и гротескных существ из частей человеческих телец.

«Да, по ходу, это не каноничный мир, а его итерация, но так даже хайповее!» — от переполняющей радости забыл придержать шмотки, неосознанно скинув респиратор вместе с сопутствующей сумкой на асфальт.

Приняв позу, очевидно, подсмотренную в вирусных трендах из ТТ, выдал коронный эмоут Кинга Насира.

Колени были согнуты, а таз начал совершать акцентированные толчки вперед и назад, туловище же пустилось в пружинящий гусиный пляс на носочках вверх-вниз, вверх-вниз, выдавая эффект внезапно заходившего ходуном батута.

Выбросил руки вперед, полусогнув пальцы и направив ладони друг к другу, копируя челика из аниме «Драгонболл», собирающегося выпустить энергетический шар Камехамеха.

Верхние руки, согнутые в локтях, выставил перед грудной клеткой, пародируя заправского диджея. Расслабленные кисти начали синхронно и циклично вращаться, заставляя представить, что ладони лениво наматывают невидимую пряжу.

В такт совершаемым пассам плечи поочередно взмывали к самым ушам, сначала правое вверх, грудь колесом вперед, потом левое вверх, корпус назад. В самом конце этого танца резко приложил правую руку, сжатую в кулак, к груди. В этот же микромомент медленно дернул головой в сторону, обрывая танец на пике.

Поначалу, забрав хлам с собой, задался вопросом, в какой именно промежуток по сюжету аниме меня подкинуло. Если буквально в самое начало, когда до повести о конце света оставалось времени с гулькин бибус, то мне надо поспешить.

Так называемая «катсцена» запузырилась сейчас, но конкретно напряжным стал момент не появления того самого офисного планктона или кем там являлся этот мужик, уже толком не помню, который внес кучу импакта своим неживым тиммейтам, а именно его отсутствие.

Вместо клерка в деловом костюме за воротами появились два фраера. Не разглядел лица микрочелов, потому что солнечный свет падал им прямо на рожи, маскируя внешку мужикам.

На школьном же дворе находились четыре человека, вот этих узнал сразу, прямо как дальних родственников, с которыми видишься раз в тысячу лет и забываешь.

Первым стоял физрук, коллега Дмитрия Нагиева по одноименному сериалу, крепкий и высокий мужчина спортивной кондиции. Не прямо постаревший за день из-за химии Смаев со сгущенкой, но меня в стерильном боксерском спарринге он, наверное, уложит. Заметьте, назвал именно цивильные условия боя, а не уличный махач или замес насмерть.

У него были короткие, как и полагается спортсмену, темные волосы. Одет чел в школьный спортивный костюм из сине-белой олимпийки и легких для бега штанов, а на шее болтался свисток.

Вроде этот Тэсима являлся самовлюбленным васяном, но это не так страшно, как его вспыльчивость. В аниме он, если правильно помню, регламентируя свои действия правилом «сыла ест, ума ни нада, уф, б@ля, жи есть», решил разрулить конфликт грубой, как его лоускильный подход к печально известному делу, физической силой, просунул свои накачанные руки через решетку ворот и слился тупее, чем персы в интерактивном кино «The Walking Dead».

Рядом с физруком мялась и дико стрессовала от растущего напряжения Кёко Хаяси. Тридцатилетняя дамочка с карими глазами, в очках с тонкой оправой, а рыжевато-каштановые волосы у нее были собраны в хвост, пуская длинные пряди вдоль лица.

Одета Кёко в строгий преподавательский прикид, темный пиджак, юбка того же цвета, белая рубашка, короче, дефолтный лук типичной училки.

Позади парочки топтался полноватый мужчина средних лет, выбравший зеленый костюм и квадратные очки, а второй коллега выглядел постарше, нацепив серый пиджак.

Великолепная четверка выдавала разные эмоций. Тэсима откровенно бесился из-за присутствия двух агрессивных ноунеймов. Негодование физрука казалось не обыденным, а скорее предупреждающим, если незнакомцы не подчинятся требованиям, мужчина перешагнет черту, пустив в ход кулаки.

Двое других учителей тоже заметно напряглись, а Кёко рефлекторно забилась за широкую спину спортсмена, пытаясь спрятаться от накатывающего дискомфорта, вызванного неадекватными анонимусами.

Почувствовав внутренний укол грядущего трэша, на автопилоте почапал к главному входу.

Приближаясь, заметил, что парочка фриков окончательно разбушевалась. Чисто по ощущениям, спиной ко мне стояли великовозрастные безмозглые хулиганы, у которых в одном месте вовсю играло беззаботное детство раннего пубертатного периода.

Первый чудик, замерший слева, выглядел бледным, как призрак, напоминая стосемидесятипятисантиметровый черенок от лопаты в кедах марки «Конверс».

Второй отморозок, примерно моих лет и тех же физических данных, хвастался классными часами «Тюдор Блэк Бэй Фифти-Эйт», представлявшими сегмент «доступной роскоши» от дочерней фирмы бренда «Ролекс».

Этот любитель хронографов принадлежал к негроидной расе, а его затылок украшала гангстерская татуировка, набитая характерным для такой дрисни шрифтом с надписью «Бандитская жизнь». Одет парень в прилипчивый нарицательный образ драгдилера из поучительных фильмов про нариков.

«Малевич», как пьяная обезьяна внутри зоопарка, вцепился в толстые, как его, ладно, проехали, прутья, провокационно пытаясь расшатать ограждение, а «Снежок», копируя актрис со специфического черно-оранжевого ютуба по тегам «гэнгбэнг» и «хардкор», принялся жадно облизывать решетку.

— Я выЗ6у тебя в череп, тупая пNzð@! — «Малевич», подхвативший страшный синдром малолетнего спермотоксикозника, волею судьбы залетевшего в фэнтезийную реальность со всеми бонусами от статуса «Мартин Сью», гневно адресовал этот высер вовсе не перепуганной женщине, а именно физруку. — Ты съешь свои же яйца, у³3³ѣ0k!

«Снежок» интеллектом явно не блистал, ну или ему банально надоело стоять без дела, поэтому отбитый принялся нещадно долбиться тупой башкой о створки ворот, заставив мужчин насторожиться еще сильнее, а бедная училка невольно издала испуганный писк.

— Excuse me, sir, — придал приветствию запредельный уровень рафинированной британщины, поскольку чернослив тупо базарил на американском английском.

«Снежок» вместе с «Малевичем», как мелкие киндеры из какого-нибудь богом забытого пгт «Нижнее Аналлово» из МГЕ-страшилок, которых мамочка громогласно зовет обедать из окна, синхронно повернулись.

В безумных глазищах этих фриков, если пристально вглядеться или вовремя вспомнить сюжет комиксов от Гарта Энниса, читалась дикая тяга к каннибализму, нездоровая любовь к «четырнадцать точка один» со смертельным исходом с последующей инициацией, непреодолимое влечение к трупам, маниакальное пристрастие к нанесению жестоких физических и психических увечий, плюс огромная куча прочей дичи.

Нормис от какого зрелища пришел бы в экзистенциальный ужас от человеческой ультражестокости, попутно прочувствовав ледяное презрение напополам с отвращением к

— Вот оно что, теперь все сходится, — физиономии полуфабрикатов покрывали багровые нарывы, дополненные хаотичной россыпью мерзких черных точек вдоль воспаленных линий. — Как поживаете, товарищи «крещеные»? Сегодня вроде не пятница и даже не суббота, хотя, — слегка подался назад корпусом, вскинув занятые хламом ладони в карикатурном жесте полного неведения, — в душе не гребу, по каким конкретно дням христиане толпой валят в церковь.

— Ты глянь на него, — один из отморозков с животной страстью облизывал свои нельзяграмные губы, уставившись на меня как шестнадцатилетний «ценитель высокой культуры» на свежий томик хёндайной манги с пышногрудыми и фигуристыми тянками, чьи тела в рамках сурового реализма физически не сдвинулись бы с места из-за перевеса форм, а про колоссальную нагрузку на хребет вообще молчу. — Свежее мясо… — прохрипел с интонацией законченного извращенца, готового сию секунду смыть в раковину плоды своего одинокого досуга. — Мой }{¥й окажется в твоей жопе, г@нđ∅ŋ!

— Я сдеру с тебя кожу и сделаю из нее себе трусы, мразь! — гневно-возбужденно заорал «Малевич» и почему-то встал в позу коренного жителя Санкт-Петербурга (шутить про Питер и его знаменитый вайб для меня гораздо смешнее, чем душнить тейком о Хабаровском крае).

Стоял поодаль, вытянувшись в струнку в деревянной позе и сдвинув ноги.

— Я испорчу вам веселье, — по-шайтански осклабился, чисто на кураже приподнимая очки-гогглы и скидывая маску вниз.

На моей харе расплылась самая дикая и широкая лыба, на какую только способны мимические мышцы. Своему взгляду попытался придать то самое выражение, с которым Черный Нуар срывал маску и раскрывал карты.

«Крещеные», включая того самого «солевого», во всей красе заценили мою далеко не самую приятную физиономию. Придется обломать и разочаровать девчонок, чо уж там.

Овал моего лица, удлиненный и резко сужающийся книзу, выделялся проступающими скулами. Щеки глубоко впали, отчего со стороны казался изнуренным и истощенным, хотя это впечатление было обманчивым.

Нижняя челюсть, маленькая и узкая, косила немного назад, но подбородок при этом выделялся острым клинышком. На голове отчетливо проступали надбровные дуги и височные впадины.

Глаза благодаря аниме-фильтру разбарабанило почти до трети лица, они стали огромными, округлыми, широко распахнутыми и глубоко посаженными в глазницы. Неестественно крупные радужки отливали чернотой, а зона вокруг них, как выражаются медики, «перорбиталочка», превратилась в идеальное воплощение фразы «темно как в жопе негра», кожа там знатно потемнела, превратившись в дикие круги от недосыпа и постоянного стресса.

Нос казался маленьким, тонким, с прямой и узкой спинкой. Бледные губы практически сливались по цвету с кожей, а «арка Купидона» у меня отсутствовала.

Волосы у меня чернее ночи, а прическа, выражаясь языком противоположного пола, называется «шегги условной средней длины с челкой» или, если говорить по-нашему, «по-пацански», «женский вулфкат».

— Я сожру твои bлЯđ$kN3 потроха, π3ðik! — жадно заголосил «Снежок», бросаясь на меня с перекошенным от злости гримасой, демонстрируя больное предвкушение отведать человечинки.

— Эй, я хочу оtъ3б@ть этот зад отдельно от тушки первым! — господин «Малевич», облизав потрескавшиеся утиные губы и забив на передачу секретных шифров инопланетянам, поспешил пристроиться к своему тиммейту.

— Кто успел, тот и съел! — хрипло вторил ему «Снежок», кашляя как заядлый курильщик.

Оба они сипели, потому что у этих даунов во рту пересохло из-за жары. Еще где-то читал, что у человека, под чьей шкурой «крещеные» и скрываются, будучи обычными людьми, просто лишившиеся интернета на день, бывает адреналиновый раш. Когда торчок ловит маниакальную ярость и постоянно орет, его симпатическая нервная система блокирует работу слюнных желез.

Не особо правдоподобно в отношении «крещеных», потому что в оригинальном комиксе со слюноотделением у них проблем не было. Наверное, у них просто жесткое обезвоживание или типа того. Блин, я же говорю, это обычные васяны, просто они вообще не чувствуют боли, а в мозгу полностью отключены зоны, отвечающие за мораль, жалость и самосохранение, заменяя весь этот гуманизм тем, чем занимается игрок в «Горячей линии Майами», то есть старым добрым ультранасилием.

У меня мурашки по спине устроили марафон. Не из-за садистов-психопатов с кучей отклонений и всратых фетишей, а от того, что ловил прямо сейчас. Этот «приход» просто прекрасен…

Всё, что меня окружает и является объективным отображением реальности, с помощью моего богатого воображения превратилось в другой контент.

Представьте, что аниме от японской студии переобулось в американский анимированный комикс с визуалом в стиле Дэвида Мака, имитирующим акварельные разводы, небрежные карандашные штрихи, брызги краски, текстуру холста и живописный неонуар, переполненный безнадегой и мраком.

Вообразите, работа японского аниматора превратилась в живописные рисунки Дэвида, разделенные на отдельные слои, где персонажи, объекты и фон существуют порознь, потом все это заанимировали с помощью эффекта параллакса, перемещающего эти элементы в трехмерном пространстве.

В моей голове это стало этаким стильным эдитом с идеально подобранным фильтром, очень высоким уровнем монтажа и умением подбирать видеоряд под бит.

Трек «I'm so lucky» в ультразамедленной и джампстайл-версии, рассчитанный ровно на две минуты и семь секунд, ворвался в уши сразу с тридцать пятой секунды.

Фрики гоготали как сумасшедшие, несясь в мою сторону со своими всратыми «джокерскими» улыбками.

В воображаемом тайминге между пятьдесят первой и пятьдесят второй секундами, где как раз начинала раскачиваться основа дропа, ухмыльнулся неправильному решению этих клоунов сделать из меня послушную игрушку.

Как только пятьдесят вторая секунда аудиотрека в голове запустилась, дав старт качающему отрезку вплоть до первой минуты и девятой секунды, приготовился встретить «крещёных» по первому разряду.

Благодаря нафантазированному визуальному стилю весь грядущий махач отобразится через грязные мазки и быструю смену статичных, но максимально экспрессивных кадров, а качественная эдит-обработка сделает контент как надо.

Ведущей рукой цапнул шлем «Человека-муравья» за затылочную часть, хотя это был вообще ни разу не ориг шмот известного супера.

Левой ухватился за лямки сумки. Дыхательный аппарат внутри весил около пяти килограммов, так что этот экип послужит мне одновременно щитом и отличным кистевым обухом.

— Ой, смотри, какой у нас тут космонавт! Д0llbø3b, ты куда это собрался со своей дамской сумочкой? Ты думаешь, эта кастрюля тебя спасет? Мы снимем её вместе со скальпом, обещаю! — заливался безумным хохотом «Снежок».

Сделал техничный оттяг назад, чтобы фрики не смогли грамотно взять меня в коробочку и зажать в углу.

Выставил левую ногу и руку с сумкой вперед, шхеря за ними правую руку со шлемом.

Дрыщ со своим дегенератским оскалом базового падальщика пер напролом и не парился о защите, подлетая ко мне гораздо быстрее, чем негритос. Этот шакал попытался зайти с фланга.

«Снежка» нужно аннигилировать первым, пока «Малевич»

Сделал резкий фейковый выпад сумкой в сторону «Малевича», заставив того на долю секунды закрыться и словить запридикченный тупняк.

В тот же миг, двигаясь на диких флексах со скоростью Мухаммеда Али до всей этой темы с паркинсонизмом или что там у него было, развернул корпус к дрыщу и со всей дури впечатал рубящий лоу-кик прямо в область его коленной чашечки. Поскольку этот задохлик весит мало и бездумно несся вперед, его колено подломилось с отчетливым хрустом.

— О-о-о, прямо в сустав! Хорош, сукин сын! Но мой дружок всё равно выдавит твои глазки… — изрыгнул падающий «Снежок», продолжая издевательски ухмыляться и ловить «ха-ха».

Болевого шока имбецил не поймал, но потерял опору и начал заваливаться.

— Давай, сука! Давай! Сделай это! Давай, ударь меня! Ну же, сделай мне больно, мне это нравится! — угорал надо мной худощавый фрик.

Пока дрыщ летел на землю, сверху вниз с размаху обрушил шлем «Человека-муравья» ему на затылок, зацепив область виска.

«Ну не так эпично, как с тем вагнеровцем, которого свои же казнили: примотали башку скотчем к бетону и вмазали кувалдой, но для пробы пера сойдёт», — снаряд проломил черепушку, оформив «Снежку» нокаут с гарантированной смертью из-за необратимого разрушения мозга.

«Первенец» выбыл из этого замеса.

— Я тR@хNу в øчk0 сначала тебя, потом его, затем вернусь к твоему телу, наполненному моей спермой, снова øŧtþ@}{@I-O тебя, но уже в твой грязный рот! — «Малевич» поймал микроприступ дикого ржача из-за обнуления своего временного напарника.

На психическом всплеске токсичности, как игрок одной печально известной игры от Габена, он использовал этот момент, чтобы агрессивно наброситься на меня.

Черный фрик зашелся безостановочным гомерическим реготом и прыгнул вперед, пытаясь одновременно схватить меня за горло и торс.

На опережение выставил вперед левую руку с сумкой. Внутренний механизм, отвечавший за поглощение углекислоты для выработки кислорода, впитал в себя весь дэмэдж от его кулаков. Мой «баул» частично сработал как подушка безопасности, полностью погасив инерцию этого неадеквата.

Пользуясь тем, что «Малевич» в тупую уткнулся в экипировку, резко рванул сумку к низу и на себя, увлекая врага за собой.

Координация у него знатно поплыла, нападающий потерял равновесие и наклонил голову вперед.

Как только рожа этого любвеобильного кадра оказался в зоне досягаемости из-за рывка, прописал короткий, но страшный по силе удар углом шлема прямо ему в лицо, сходу раздробил носовую кость и орбиты глаз. Обильная кровь из носа и рассечения ослепили неприятеля.

— Πиð@Raŋ@, я сделаю из твоей крайней плоти презерватив, откручу башку и насру прямо в горло! Ничего не вижу… Ах ты тварь! Где ты! Я найду тебя по запаху твоего страха! Я сожру твои яйца за это! Ты слышишь меня! Сожру живьем, у³3³bøk! Бл%ðь, темно! — орал он в ответ издевательским детским голоском, дико размахивая руками.

В этой хриплой тираде бешеная злоба смешалась с плохо скрываемым удовольствием от полученных ранений.

«Реальный мазохист», — чтобы по-быстрому закончить этот трэш, использовал шлем как рычаг, окончательно вдавив глаза в глазницы врага и полноценно лишив его обзора.

Следом быстро сместился в открывшуюся слепую зону крота и оказался прямо у него за спиной.

Подготовив лямку сумки, ловко набросил петлю на шею близнеца сзади и уперся своим коленом ему в поясницу.

Изо всех сил тянул ремень на себя, обеспечивая перекрытие сонных артерий и трахеи.

— Х-хр-р… Слабо… Тяни сильнее, девка… — хрипел чудик, желая уязвить меня даже на грани удушья.

В этот самый момент «Малевич», достигнув пика шизы, решил поймать последний, но яркий кайф.

Фрик судорожно дернулся и попытался стянуть с себя штаны, чтобы на ходу помастурбировать и словить лютый оргазм от аутоэротической асфиксии.

«Больной ублюдок», — оценив этот извращенный мув на пятерку с минусом, пресек его намерение и навалился всем весом, еще сильнее надавил на петлю, затягивая ремень.

Безумство «Малевича» вообще никак ему не помогло.

Через девять очень долгих секунд его мозг начал испытывать кислородное голодание.

— Ай кант бриз! Ай кант бриз! Ай кант бриз! — подразнил нашего темнокожего гангстера, нарочно прикусывая язык на последнем звуке, чтобы тот не звучал как русская «З».

Еще через десять секунд его руки окончательно обмякли, так и не добравшись до ширинки. Мышцы потеряли тонус, потом он упал без сознания.

Для полной гарантии сразу же произвел «контроль», нанося тяжелый удар шлемом «Человека-муравья» в основание черепа, полностью ломая его ЦНС.

Проникнуть внутрь здания при всем моем желании не выйдет. Ворота закрыты, а суперспособности какого-нибудь «Студика» совершать длинные прыжки через высоченные заборы в моем арсенале не значатся.

Тащиться к задней части школы тоже бессмысленно, так как тамошние ограждения возведены будь здоров.

Существовал вариант проскользнуть через стадион, но, помимо озвученной засады, имеется очередная беда, ведь на створках заднего двора висит замок. Избавиться от него метким выстрелом не получится, этот факт легко подтвердят любые разрушители легенд.

Картина вырисовывается следующая, буквально минуту назад учителя, заметив, как чел, наряженный точь-в-точь как скулшутер, безжалостно и насмерть отмудохал пару «запущенных наркош», почуяли опасность. Педагоги свинтили вглубь помещений, где, по всей видимости, принялись судорожно обзванивать экстренные службы. Впрочем, вспоминая, что спасатели обязаны реагировать незамедлительно, могу смело заявить, что они не приедут из-за дикой перегрузки центра управления. Ждать помощи от них бесполезно, расклад выходит именно такой.

В этот момент из окон академии Фудзими донесся пронзительный жалобный крик человека, осознавшего неминуемость угрозы и полное отсутствие спасения. Этот вопль был наполнен чудовищной глубиной, способной растопить лед в сердце самого черствого сухаря из-за запредельного трагизма услышанного.

«Спасение есть, только оно будет немного отличаться», — буркнул под нос.

Потянув за бегунок, раскрыл рюкзак, извлек оттуда свои пистолеты, после чего задернул молнию обратно и вернул лямки на плечи.

Поблизости торчали автомобили некоторых учителей. Тачек насчитывалось маловато, но для реализации моей задумки этого количества вполне хватит.

Особо не прицеливаясь, хотя прекрасно понимая, что для владельцев авто мой «перформанс» окажется хреновым подарком, открыл огонь по всем стоящим машинам.

Сигнализация яростно завопила, сотворив аудиоловушку, которую сумели бы расслышать даже люди с тугоухостью.

«Первая часть выполнена», — отошел от расстрелянных тачек и заставляя себя привыкать к безумной какофонии.

Завывающая сигналка, транслирующая вопли со стороны чувака, зависшего за территорией школы, буквально через десять секунд подействовала на «крещеных», умудрившихся как-то очутиться внутри здания.

Отдельные дебилы, напрочь позабыв, что вирус вообще-то не лишает зараженного остатков соображалки, тупо посыпались из окон разных этажей. Приземляясь,

Сейчас наблюдал за тем, как уцелевшие «кросседы», английская вариация названия этих тварей, добирались до основных ворот.

Врезаясь лбами в весомый аргумент сдерживания, разделявший нас, эти уроды судорожно запускали шестеренки в пустых тыквах, соображая, как бы побыстрее прорваться к моей тушке. В планах у них значилось сотворить со мной кое-что, в корне противоречащее абсолютно всем статьям уголовного кодекса.

Если полностью вычеркнуть из восприятия мега-цунами из жёстких оскорблений, провокаций, сочных пожеланий поскорее стать чьим-то обедом и угроз самой изощренной расправы, то становилось видно, как слева начали стягиваться другие зараженные, до этого бесцельно бродившие по округе или просто максимально удачно нарисовавшиеся в заданном радиусе.

Решётки очень высоких ворот основного входа превратились в идеальное игровое поле, а прущие напролом зараженные в тех самых дурацких кротов, которых нужно вовремя вколачивать обратно под землю.

Стоило очередной безумной роже высунуться между железными секциями или попытаться подтянуться на ограждении, как в дело вступали мои пушки. Парные «цезешки» с увеличенными магазинами обещали устроить этой швали незабываемое шоу.

— Ну давай, высунись еще разок, уродец, — не сжимая рта, процедил, ловя драйв и превращая бой в чистый фан.

Первому «кроссэду», попытавшемуся перемахнуть через створку, пуля прилетела в промежутки, знатно подпортив улыбку хищника.

— Минус один, попробуй еще раз, неудачник! — съязвил, разворачивая корпус влево.

На открытой местности ситуация складывалась куда более хреново, потому что на меня крепкой стеной перла целая толпа «крещеных». Никаких заборов между нами не существовало, так что действовать приходилось киберспортивными таймингами.

Левая рука «удерживала ворота», шлепая лезущих тварей по наглым головам, а правая выкашивала фланг, заставляя бегущих спотыкаться.

Свинцовый град разлетался с яростью разбушевавшегося Фантомаса, вылетали пустые гильзы, а в ушах гремел бодрый ритм, задаваемый эффективными выстрелами. «Беда» и «Джейн» работали как швейцарские часы, превращая наступающих уродов в решето.

— Оп-па, комбо-хит! Кто следующий на раздачу леденцов? — азартно крикнул «крещеным».

Патроны таяли с быстрой скоростью, после чего внутренний счетчик уже подсказывал, что исход этого магазина окажется бомбическим.

Апогеем моего «манифеста» обязана стать главная фишка этого кастомного огнестрела. Самый последний патрон в каждом магазине автоматом превращался в полноценную ручную гранату, причем по мощности этот сюрприз легко превосходил стандартный заряд из подствольника.

Толпа слева подобралась, заставляя меня поменять приоритеты. Дождавшись, когда боезапас иссякнет до отметки в одну пулю в обеих «цезешек» или «чезеток», направил стволы на «рыцарей» последнего крестового похода.

Световой импульс, громыхание, пули сорвались со счетов, детонируя во вражеских рядах.

Взрывная волна к чертикам разбросала фрагменты тел, даря мне время на тактическую перезарядку.

Свежие магазины с щелчком встали на свои места. Недавний взрыв превратил передний ряд крестоносцев в фарш, но уцелевшие дебилы уже вовсю пробирались по кускам своих же приятелей.

Со стороны ворот опять высунулись недобитые кроты.

— Чего претесь, жертвы неудачного аборта? Места на кладбище закончились? — всадил «маслины» в раскрытые пасти.

Пистолетный поток начал заново дробить кости, превращая тварей в уродливое месиво.

Приходилось двигаться без остановки, раздавая хеды, скашивая зараженных пачками и заставляя бешеных дохнуть.

— Какая досада, твоя тупая башка весила слишком много, давай облегчу тебе жизнь! — глумился, наблюдая, как от попаданий чья-то черепушка разлетелась сочными брызгами.

Счетчик патронов внутри пушек неумолимо приближался к нулю, гарантируя повторение недавнего праздника пиротехники.

— Ну что, отбросы, заждались кремации? Ловите порцию горяченького, суки, все равно от вас пользы меньше, чем от кучки дерьма! — навел «Беду» и «Джейн» в центр этой биомассы для бабаха.

Грохот парного взрыва выдал знатный «кабум», после которого те твари, что уверенно шли, повалились на землю, упавшие начали беспомощно ползать, а ползающие принялись подыхать.

Из всей этой сумятицы можно сделать единственный логичный вывод, что кто умирал, тот в итоге окончательно склеил ласты.

Одними только казнями обычных «крещеных» это веселое дельце не ограничивалось. На яростно вопиющую сигнализацию и шум от моих «пистолетных гранат» стали стягиваться, вот уж «неожиданность», настоящие мутанты. Этот поворот событий превратился в сюрприз не только для моей задницы, но и для самих зараженных.

Приходится мусолить одну тему сто тысяч раз, но повторюсь, что «крещеные» представляют собой среднестатистических васянчиков, просто лишенных болевого порога и обладающих весьма специфическими взглядами на жизнь, в остальном им точно так же требуется справлять нужду и регулярно хавать, а без полноценного питания эти уродцы способны моментально одичать, легко переплюнув собратьев в профессиональной деятельности маньяка с оранжереей фетишей на любой вкус, цвет, а также на любой метод устранения жертвы, психопата, убийцы, некрофила, педофила, каннибала, геронтофила и садиста в одном ядерном флаконе.

К чему весь этот расклад, пока увлеченно помогал местной фауне организовать свидание с демиургом, действуя по принципу перефразированной мудрости про то, что бог простит, а наша задача устроить им скорейшую встречу, на фланге началось форменное побоище.

Отлично видел, как припозднившиеся мутанты начали нагибать «крещеных», как жалких позёров и тупых нубов. Это существенно снизило приток свежего мяса, оперативно снимая с меня приличную часть боевой нагрузки, чему оказался безмерно рад, мысленно поблагодарив монстров за внезапную хелпу.

Естественно, это сугубо юмор, ведь прекрасно догонял, что чудовища не особо заморачиваются разделением обычного выжившего и «крещеного». Твари тупо руководствуются извечным принципом американского едока про то, что им срочно надо туда, где еды побольше.

Зато уничтожать «крестиков» теперь стало в разы проще.

Сами зараженные, шедшие группой с левой стороны, завидев этих монструозных созданий, нагло скопированных со страниц блокнота какого-то психически больного артиста, без раздумий бросились в смертоубийственную атаку.

Стоит признать, бились эти психи весьма недурно. Используя любые подручные предметы и отчаянно давая отпор наступающим тварям, фрики сами того не подозревая облегчали мне дальнейшую зачистку периметра.

Как бы то ни было, полноценное доминирование на поле боя быстро навязали именно мутанты, даже несмотря на весомое численное превосходство «крещеных», вся оборона летела через одно занимательное место.

Они сами виноваты в своем сливе. Одни «крещеные», истошно вопя и безудержно хихикая, тупо кидались на мутантов в надежде заразить своим вирусняком. На такие тупые заходы уходило драгоценное время, из-за чего «крестики» тупо фидили соперникам, превращаясь в обычный корм.

Как наглядно показала суровая реальность, монстрам насрать на чужую болячку, им со своей личной заразой живется вполне нормально.

Другие фрики, прекрасно понимая, что физически не вывезут эту зарубу, натурально кайфовали от одного только факта грядущей оскорбительной кончины. Показывая свои волчьи оскалы, они добровольно прыгали в лапы чудовищ и издавали весьма «недетские» стоны.

Один придурок,

Те зараженные, пытавшиеся давать хоть какой-то вменяемый отпор, подолгу махаться без последствий для здоровья не могли. Если бы у них имелся грамотный вожак, а такие чуваки в оригинальном комиксе водились, они умели координировать действия остальных, пользуясь авторитетом, силой и умом, отчего «омежки», попридержите свои челюсти, испытывали самый уважительный страх перед авторитетной фигурой.

Все могло пойти иначе, но без толкового командира эти психи способны максимум ненадолго оттягивать свою смерть, попутно забрав с собой или серьезно покалечив кого-то из нападающих.

Выделился в команде «крестиков» и один особый уникум. Воспользовавшись всеобщей шумихой, этот извращенец устроил татарскую версию «кс-кс, чик-чик, пф-пф, а-а-а-а» с обезглавленным трупом другой «крещеной».

Некрофильский эпизод для нашей порнозвезды бесславно закончился, когда на него нагрянул мутант с «глазами» как у улитки и кожей, напоминающей по текстуре тело слизняка.

Впрочем, наша звездочка, полностью игнорируя получение особо тяжких телесных повреждений, продолжала делать свою грязную работу с максимально профессиональной отдачей до самого конца.

Выполнив контроль популяции, уравнял противоборствующие силы, пускай и с перевесом в пользу мутантов. Эти твари выглядят крипово, издают жуткие звуки, да и вообще они настолько отвратительны, что вызывают у меня приступ тошноты, но для меня «крещеные» остаются куда более опасным противником по причине сохранения извращенного разума.

Пожалуй, происходящее вокруг некоторое дерьмо можно смело назвать самым ужасным в плане эстетики апокалипсисом из всех, что мне доводилось созерцать.

Вот если рассуждать про хардкорность всей этой движухи… У меня был один упоротый одногруппник, яростный фанат творчества Каменистого, который с пеной у рта доказывал, что в «Стиксе» прописано самое сложное выживание.

Чисто ради интереса решил глянуть, че там за дела; на поверку тейк об «анриловом выживаче» показался сомнительным бредом.

В той вымышленной вселенной существуют легальные читы, способные превратить вчерашнего бомжа Васю Пупкина в реального полубога. Вообще, если человек является стандартной мясопушечной солдатней с «Калашом» в заднице или крутым подготовленным спецназером, то в мире «Стикса, при условии принятия местных правил игры, им выживать в разы легче.

А вот окажись эти качки в комиксе «Крестоносцы», они просто протянули бы чутка дольше обычного мирняка. В финале им по-любому пришлось бы приберечь самый последний патрон исключительно для себя, потому что в тех реалиях по-другому тупо никак.

«Дурья моя башка, какой же я рассеянный!» — дошел до меня страшный затуп, за который даже какой-нибудь винницианский миллиардер не простил бы.

Один выстрел ВОГ-25 содержит около сорока восьми грамм взрывчатки, а мой чуть более мощный пистолетный патрон обладал эквивалентом примерно в семьдесят пять грамм тротила, при этом у ворот, к слову, прилично так подскопилось «крещеных».

«Господи, это же мой косяк!» — оставив мутантов дальше разбираться с «крестиками», спешно отошел метров на двадцать.

Расстреляв почти весь магазин, запалил в толпу зараженных, после чего последние две пули четко направил в засов.

Раздался оглушительный хлопок, помноживший на ноль всех, кто оставался у ворот. Решетка при взрыве превратилась во вторичные осколки, поэтому перед детонацией укрылся за тачкой и залег на землю.

Из-за точечных выстрелов прямо в место соединения створок ко всем кошачьим разнесло весь замковый механизм, а сами ворота открылись от взрывной волны.

На месте попадания конструкция согнулась, истончилась, обгорела и покрылась копотью, а концы разорванных прутьев остались острыми и закрученными наружу от эпицентра.

«Вперед!» — дал приказ себе и, отправив в полный игнор обрубленных «самоваров», побежал поскорее внутрь.

Пока никто не уходил из школы, значит, не все еще потеряно, да ведь?

Примечания:

Что приблизительно себе представлял «Скалли» в голове (контрастность окружающего мира, её наполнение, «стилистика», передаваемая атмосфера, отражение его чувств и настроения), когда говорил о своих ощущениях во время стычки с теми двумя безумцами:

Первое фото:

Второе фото (да-да, не удивляйтесь, средством самообороны для него стала дешёвая вешалка):

Третье фото (читателю, возможно, стало подозрительно, почему же на этом изображении, как и в этой главе, два оппонента):

Четвертое фото:

Пятое фото (добрые хозяева дома с теплотой принимают своего любимого гостя):

Шестое фото (такая же хитрая улыбочка, когда на «Скалли» набросились два негодяя):

Сначала была идея дать «Скалли» вешалку, чтобы он им отбивался для «эффекта крутецкой крутизны», но потом стало понятно, что против «крещеных» вешалка не особо поможет.

На последнем же изображении немножечко продемонстрирован… Да всем понятно, кто это:

Глава шестая. Бог из машины

/Япония, префектура Осака, город Идзумисано, район Ринку Орай Кита, четыре километра от разрушенного международного аэропорта Токоносу/

Толчок прервал работу мотора, заставив всю конструкцию содрогнуться от основания до крыши.

Бронетранспортер потерял сцепление с покрытием и завалился набок, увлекая нас в неуправляемое вращение.

Десантное отделение превратилось в водоворот, где потолок и пол менялись местами, а центробежная сила безжалостно швыряла спецназовцев из стороны в сторону. Обшивка скрежетала о разбитый асфальт, пока машина совершала жуткие перевороты посреди летающих вокруг автоматов.

Спецназовцы встретили катастрофу с замешательством, которое сразу сменилось борьбой за спасение. Сквозь грохот сминаемой стали прорывались надрывные команды капитана, перемежающиеся полными муки хрипами парней, принимавших жесткие удары о внутренние выступы каркаса.

Профессионалы цеплялись за скобы, стремясь сгруппироваться и защитить головы, пока движение наконец не прекратилось, оставив команду в тишине опрокинутого отсека.

Находясь в состоянии кратковременного оглушения, оформляемое постепенно угасающим звоном, смотрел за тем, как военные, убедившись в отсутствии тяжелых травм, поспешно покидают опрокинутую машину.

Верхние выходы оказались заблокированы, но спецназовцы благополучно выбрались наружу, используя проемы экипажа и кормовые двери.

Когда отделение, включая водителя, оказалось снаружи, переждал, пока восстановится восприятие, а после возвращения самочувствия в норму покинул транспорт через аварийный проход в днище, вследствие переворота направленный теперь прямо вверх, навстречу глубокой ночи.

Перекинув ноги сквозь проем и аккуратно огибая препятствие, приземлился на землю.

Кругом разворачивалось сражение, спецназовцы рассредоточились, ведя непрерывный огонь по самым разнообразным и невообразимым чудовищам.

Тадзима, расчетливо и точно посылая пулю за пулей из снайперского оружия, сбивал

Экипаж, включая меня, слегка пригнулся, прижавшись спинами к стальной броне; мы внимательно наблюдали за действиями десанта, попутно уничтожая подбирающихся ходоков, которые наступали под прикрытием «бегунов» и осатанелых «спринтеров».

— Отход! — рявкнула капитан, стремясь перекричать грохот невероятно точных выстрелов, производимых подчиненными.

Бойцы показывали поразительную меткость, ликвидируя монстров попаданиями в голову. Один из стрелков, повинуясь отточенным за годы суровых тренировок рефлексам, скорректировал положение ствола автомата, превратив череп наседавшего «спринтера» в открытую консервную банку с бобами.

Двое военных, полностью израсходовав магазины в упор по мутантам, швырнули под ноги дымовую шашку, в то время как остальные члены десанта оперативно опустили на глаза тепловизионные приборы.

В ожидании подкрепления группа продолжала отбиваться экономными очередями.

Спустя двадцать шесть секунд пара ближайших гусеничных бронемашин «Тип 90», созданных на базе танкового шасси, на предельном ускорении приблизилась к месту аварии и резко затормозила, зажав выживших между бортами. Образовался безопасный тупик, защищенный от основной массы наступающих тварей.

Прочие подоспевшие БМП развернули тридцатипятимиллиметровые орудия с пулеметами в сторону поврежденной техники, устроив сплошную завесу шквального огня.

Снаряды разрывали в клочья любое существо, дерзнувшее приблизиться на расстояние ближе полусотни метров, а фугасные заряды распыляли монстров на подступах.

Наземная пехота держала оборону, пока башенные стрелки сквозь оптоэлектронику тепловизоров сканировали завесу вокруг спасенных, срезая «невидимок».

Створки десантных отсеков спасительной техники раскрылась.

— Отступаем! — скомандовала капитан, после чего люди под взаимным прикрытием начали быстро перемещаться внутрь прибывших машин.

Тут наши маршруты разделились, мы с Тадзимой погрузились во вторую БМП. Весь процесс занял ровно пятнадцать секунд.

Едва десяток уцелевших оказались в безопасности, а люки герметично задраились, колонна начала набирать ход.

В то время как подразделение спецназа совместно с военными инженерами уничтожало вражеские силы монстров, бронемашины выстроились в гигантский вытянутый овал на всю ширину дороги и начали циклическое движение со скоростью около двадцати километров в час.

Продвигаясь по траектории, техника создала поток огня, пока одни машины били по фронту орды, другие перезаряжались на противоположной стороне кольца.

Любые твари, будь то ходоки, «бегуны» или «невидимки», попытавшиеся подойти вплотную к «карусели», неизбежно попадали под траки; они оказывались раздавлены гусеницами.

Спецназовцы внутри транспорта использовали бортовые прицелы, «теплаки» и всю мощь тридцатипятимиллиметровых орудий.

Попадание фугасного снаряда по «рамам» разрывало этих болванов на куски, а «бомберов», исполнявших роль смертников, расстреливали на дальних подступах в районе ста пятидесяти или двухсот метров. Взрывы посреди толпы ходоков и «спринтеров» уничтожали тварей сотнями.

Бойцы через «теплаки» безошибочно находили «невидимок» на асфальте, после чего срезали цели очередями из спаренных пулеметов калибра 7,62 миллиметра, а прыгающих на броню «пауков» эффективно сбивали перекрестным огнем соседние машины, идущие следом в общей колонне.

Главные пушки вели стрельбу снарядами с дистанционным воздушным подрывом.

Несколько залпов вверх, небо над шоссе наполовину очистилось от летающих «скатов» осколками поражающих элементов.

Основные стволы работали по «бомберам», «рамам» и кучным группам «спринтеров» с «бегунами». Обычных ходоков и «ворчунов» спецназовцы уничтожали короткими пулеметными очередями строго в голову, а гусеничный ход техники двигался по телам, с треском перемалывая кости в мелкую труху.

Сама змейка из машин выстроилась в боевой порядок ромбом. Подвижный бронетранспортер невозможно перевернуть усилиями «рам» или облепить «пауками», так как создания просто раздавливались колесами.

Твари пытались прыгать на крыши с обочин и прямо из толпы, но на поверхности им совершенно не за что было уцепиться. Как только «паук» оказывался сверху, идущая следом техника сбивала его с обшивки пулеметным огнем.

На широкой дороге крик «ворчунов» полностью глушился шумом ревущих двигателей и грохотом пулеметов.

Снайперы через смотровые щели вычисляли этих мутантов по открытым пастям и характерным позам, после чего уничтожали в первую очередь.

Обычные ходоки служили живым щитом для прочих чудовищ, но экипажи использовали эту массу мертвецов как своеобразную подушку, уверенно сминая тела колесами ради экономии патронов.

Руководитель колонны, неизвестный майор, оказавшийся единственным офицером среди выживших с самым высоким званием, разделил транспорт на три тактические группы.

Авангард из десяти машин двигался впереди, насаживая на стальные носы ходоков и «бегунов». Главная задача заключалась в том, чтобы пулеметами и гранатометами расстреливать «рам», подрывая «бомберов» на безопасной дистанции в пятьдесят метров, чтобы ударная волна косила идущую следом толпу.

Ядро из девятнадцати бронетранспортеров зачищало фланги. Солдаты подавляли «плевунов», отстреливали прыгающих «пауков», выжигали огнем зоны, где тепловизионные приборы засекали невидимок.

Арьергард из десяти единиц техники прикрывал тыл, развернув башни назад и выкашивая «спринтеров», пытающихся догнать уходящую группу.

Летающие скаты пикировали на крыши, но поскольку все люки были задраены, причинить вред личному составу они не могли.

Мутанты тащились ломать пулеметные турели и крушить смотровые приборы. Чтобы предотвратить поломки, бронетранспортеры шли на минимальной дистанции, поливая верха друг друга. Пули пролетали по касательной над крышей соседней машины, превращая каждого «ската» в безжизненную тушу.

Постоянно маневрируя, уходя от опасных скоплений «спринтеров» и уничтожая новые порции «рам» внутри этих скоплений, спецназ давал отпор врагу.

Водители не теряли управления от налипшей на лобовые стекла крови. Для очистки триплексов работали дворники вместе с омывателями, что не позволяло машинам застрять на обочине.

К смертельной вакханалии подтянулись «гориллы», «птеросапиенсы», а также невиданный противник.

Выглядели они как поджарые и неестественно бледные мертвецы, начисто лишённые волосяного покрова, с поблёскивающими черепами. Безволосые, как ягодицы младенца, твари щеголяли полной наготой, лишенной каких-либо признаков гениталий, в паху ничего не было.

Каждую особь украшали длинные заостренные уши, как у летучих мышей, дополненные внушительными клыками.

Попадались версии, чьи носы копировали летучемышиные, но у основной массы сохранялись человеческие черты.

Значение имел не наружный облик, а доступный арсенал способностей. Быстрее «бегунов», маневреннее «спринтеров», вдобавок эти существа владели регенерацией. Пределы восстановительного потенциала оставались загадкой, тем не менее это дар изрядно повышал живучесть и выживаемость.

Командир колонны осознал, что стандартное кольцо разорвут «гориллы», тогда как одиночный ромб сомнут «птеросапиенсы». Он разбил тридцать девять БМП на два параллельных клина, ползущих на минимальной скорости в десять километров в час.

Если вообразить, что «горилла» таранит и обездвиживает машину из первой шеренги, движущаяся параллельно боевая единица второй линии получает шанс расстрелять монстра в упор и прикрыть товарища.

«Гориллы» сделались основной угрозой сухопутного тарана. Обычные пулеметы не брали мутантов, потому майор велел применять противотанковые управляемые ракеты, размещенные на бортах БМП «Тип 89».

Спецназ выпускал снаряды по «гориллам» с семисотметровой дистанции.

Кумулятивная ракета, рассчитанная на уничтожение танков, разносила мутантов

Тех тварей, кому удавалось прорваться ближе, БМП обрабатывали сдвоенными залпами тридцатипятимиллиметровых фугасных орудий, метя по ногам, чтобы лишить скорости.

Против «птеросапиенсов» возвели зенитный купол. Эти бестии пикировали сверху, норовя вскрыть люки когтями.

БМП «Тип 89» превратили пушки в зенитки, заряжая осколочно-фугасные снаряды с дистанционным подрывом.

Колонна породила над собою защитный потолок, боеприпасы взрывались в воздухе на высоте пятидесяти метров над машинами, насыщая небеса роем осколков. «Птеросапиенсов» попросту шинковало в полёте, затем они падали на асфальт уже бездыханными.

«Упыри», повадками подозрительно смахивающие на вампиров, оказались чрезмерно прыткими, неслись зигзагами, скакали по стенам и технике, уклоняясь от обстрела.

Автоматические системы наведения БМП отыскивали эти цели. Едва «упырь» запрыгивал на броню, соседняя машина, как в ситуации с «пауками» и «скатами», выдавала короткую пулемётную очередь калибра 7,62-мм вдоль корпуса, убивая тварь прежде, чем в ход пошли когти.

Пока пушки и ракеты заняты супер-мутантами, «бомберов», «пауков», «невидимок», «ворчунов», «блевунов», «плевунов» и рядовых ходоков, составляющих большинство среди семнадцатитысячной орды, спецназ истреблял попутно.

Испытал серьёзное удивление, сообразив, что БМП «Тип 89» по умолчанию несет противотанковые ракеты. На башне, по обе стороны, закреплены две пусковые установки ракет «Type 79 Jyu-MAT».

Всего машина располагает шестью ракетами, две уже готовы в пусковых трубах на башне, еще четыре покоятся внутри десантного отсека. Создавались они как «противокорабельные и противодесантные», оттого боевая часть огромна и идеально приспособлена рвать бронированных «горилл».

Не эксперт по военной технике, полный профан в означенной сфере, но краем уха где-то слышал, что в моей реальности БМП с именем «Тип 90» не существует. «Тип 90» — тяжёлый основной боевой танк, а поскольку здесь это обозначение носит не танк, а БМП, ракет у него нет, зато установлена 120-мм гладкоствольная пушка, как на германских «Леопард-2».

Из обозначенного орудия БМП палил осколочно-фугасными снарядами. Один выстрел 120-мм пушки по скопищу обращал «гориллу», «упырей» и ещё сотню окрестных зомби в пыль.

Покуда БМП «Тип 89» сохраняли ракеты, они благополучно удерживали «горилл» на расстоянии, но боекомплект насчитывал жалкие шесть штук на машину. Когда три сотни этих ракет у отряда иссякнут, а «Тип 90» израсходуют 120-мм заряды, уповать останется на автоматические тридцатипятимиллиметровые пушки.

— Внимание всем, — вышел на связь майор. — В полутора километрах на юго-западе отсюда оператор беспилотника заметил брошенный кем-то американский термобарический танк. Если бы машина оказалась в нашем распоряжении, сдерживать натиск тварей стало бы гораздо проще. Могу выделить пару БМП «Тип 89» для проведения рейда с целью захвата объекта.

— Майор! — встревоженно отозвался по рации Тадзима, сидевший рядом со мной и помогавший колонне, с виска снайпера медленно стекала капелька пота. — Эта техника настоящий кот в мешке, она ведь заброшена! Мы понятия не имеем, осталось ли там топливо, заряжено ли термобарическое оружие, не заклинило ли люки, не сидит ли внутри превратившийся в мертвецов экипаж!

— Могу попытаться пробраться к цели, — обратился к лейтенанту. — За счет вертикального зависания долечу до места без проблем.

Тадзима, посмотрев и задумавшись, как тот призадумившийся помидорчик из мема, уставился на меня неопределенным взглядом

— Майор, — снова включил рацию офицер. — Есть одна идея…

— Слышал, — перебил он лейтенанта, опережая его мысль. — Парень станет легкой мишенью для летучих тварей, поэтому обеспечим прикрытие зенитным огнем.

— Но вы упомянули, что это термобарический танк американцев, для управления которым необходим экипаж из двух человек, — сказал Тадзима, нервно сжимая корпус рации, прекрасно понимая огромную ценность такого усиления для общего дела.

— Его экзокостюм способен выдерживать дополнительные веса? — спросил майор с пугающей невозмутимостью.

Кивнул Тадзиме, призывая ответить за меня.

— Подтверждает, что да, — передал лейтенант, уставившись прямо перед собой.

— Выдели ему второго человека, — приказал майор.

— Им буду я, — ожидаемо ответил снайпер.

Старший офицер покинул эфир, дав молчаливое согласие на исполнение авантюрного плана.

— Окей, «Вандару», или как там тебя правильно, надеюсь, ты точно знаешь, что делаешь, — Тадзима засунул рацию в специальное крепление разгрузочного жилета, дожидаясь, пока водитель откроет верхний выход.

— Держись покрепче, — посоветовал молодому парню. — Если по пути не перехватят «скаты» или «птеросапиенсы», доберемся очень быстро.

— «Птеросапиенс»? — переспросил военный, не ожидая столь специфического наименования монстра. — Сам называл этих существ «птеродактилями» из-за издаваемых ими звуков.

Оказавшись на крыше БМП, протянул руку ради помощи снайперу, помогая ему подняться наружу; сам остался стоять на полусогнутых ногах.

— Он сказал лететь на юго-запад? — уточнил у напарника, встав к нему спиной, чтобы парень мог удерживаться, не создавая мне помех в процессе полета.

— Да, — ответил Тадзима, поудобнее перехватывая винтовку, после чего подошел ближе и крепко обхватил меня сзади, как детеныш коалы.

Активировав подошвенные репульсоры, поднялся на безопасную для маневрирования высоту.

Тадзима испуганно сжался, до конца не осознавая реальность происходящего перемещения и панически страшась разбиться при малейшем ослаблении хватки.

Наш путь оставался относительно безмятежным ровно до того момента, пока экзокостюм не привлек пристальный интерес небесных «скатов» и агрессивных «птеросапиенсов». К слову, твари первого типа преобладали в этой охоте, но заградительный огонь союзных орудий создавал защитный барьер.

Проносясь над бесконечными завалами безжизненных тел и разъяренными ходячими, заметил свежее пополнение в рядах вражеской армии.

На обозримом поле боя копошились гуманоидные монстры, которых вполне можно окрестить «слендерами» из-за внешнего сходства с непомерно высокими истощенными людьми.

Фактически эта тварь представляла собой не единое создание, а своеобразную матрешку из разнородных мутантов, образующих общий организм. Это строение позволило чудовищу при получении критических повреждений разделять череп, верхние и нижние конечности, превращающиеся в автономно действующих существ.

Основой для порождения «слендера» служил обычный человеческий труп. В процессе необратимой трансформации несчастный лишился практически всей мышечной ткани, сохраняя минимальные волокна ради удержания костных фрагментов воедино.

Внутренности полностью растворились, оставляя в области живота пустоту. Облик чудовища стерся, превращая нос, глазные впадины и ротовой аппарат в размытые бугры. При распаде «слендер» порождал пять обособленных элементов, это голова, две верхние и две нижние конечности.

Похожие на гибких змей руки использовали три удлиненных пальца ради перемещения. Эти отростки способны карабкаться по отвесным стенам, цепляться за потолочные балки и проникать внутрь вентиляционных шахт для последующей неожиданной атаки.

Отсеченные ноги удерживались за счет трех прочных жил и шустро ползали по земле. В пылу сражения эти ползающие сегменты служат отвлекающим маневром, маскирующим главную угрозу, которая исходит от головы.

Когда обороняющийся боец выбивался из сил и терял бдительность, этот фрагмент совершил резкий прыжок, опутывая шею цели щупальцами.

Добившись превосходства, паразитирующий кусок плоти оторвал человеку голову, а потом занял освободившееся место и обрел свежего биологического носителя.

Монстр передвигался с умеренной скоростью, но

Вторым типом противников оказался, по всей видимости, эволюционировавший ходок.

Внешне развитые особи имеют множество сходств с рядовыми мертвецами, но выглядят гораздо мускулистее. Они обладают более крупными конечностями, а также костяными лезвиями, растущими прямо из ладоней.

В черепе присутствует характерное углубление, заполненное шевелящимися маленькими щупальцами. Что примечательно, «развитые» сохранили вполне различимые черты лица после трансформации; застывшее выражение остается неизменным, а безжизненный взгляд направлен в пустоту.

Третьим представителем вражеского подкрепления стал «джампер». Мускулатура его плечевого пояса заметно усилена, а пальцы рук преобразовались в острые когти для облегчения передвижения по вертикальным стенам, потолкам и нанесения режущих ударов.

Позвонки сильно вытянулись, остистые отростки костей прорвали кожные покровы, причем весь хребет приобрел поразительную гибкость ради ускорения перемещения.

В ходе мутации нижние конечности полностью видоизменились, они срослись в единый хвост, оканчивающийся острым шипом.

Этот придаток образован упругой мышечной тканью и способен сворачиваться, сжимаясь примерно до трети своего обычного размера. «Джампер» использует этот хвост, чтобы совершать затяжные прыжки к цели, особенно с высоты, или же может протыкать добычу как скорпион.

Весьма примечательны изменения черепной структуры. В процессе трансформации верхняя зона и нижняя челюсть сильно разошлись, подобная анатомия позволяет прыгуну раскрывать рот чрезвычайно широко, как змея. Верхнечелюстная кость мутировала в два огромных жвала.

Снизу голова обзавелась парой дополнительных мандибул. Глаза чудовища стали полностью белыми, зрачки отсутствуют, но «джампер» отлично ориентируется, что свидетельствует о наличии альтернативного зрения.

Четвертым был мутант «толстяк». Кожные покровы вместе с мышечными волокнами полностью слезли с головы, а нижняя челюсть бесследно исчезла, освобождая место для целого пучка шевелящихся щупалец. Бывшие человеческие руки срослись с туловищем, вместо них сформировались новые хватательные конечности, снабженные лезвиями, выглядящие куда больше клинков развитых ходоков.

Главной отличительной чертой этой твари является чудовищно вздувшееся брюхо, внутри которого вынашиваются по два, а порою по три мертвеца-младенца. Если точным выстрелом разорвать брюшину, опасный багаж моментально высвободится наружу. Важно подчеркнуть, хотя чудовище на короткий срок потеряет способность двигаться, оно сохранит жизнь при отсутствии иных смертельных ранений, поэтому после вынужденных родов гарантированно возобновит натиск.

Более того, монстр самостоятельно вскроет собственный живот, оказавшись на грани неминуемой гибели.

Ради удержания большого веса ноги претерпели трансформацию. Кости заметно укоротились, изогнувшись в обратную сторону на манер птичьих лап; благодаря такой анатомии, вопреки огромной массе, тяжеловесы способны передвигаться с приличной скоростью, позволяющей легко поспевать за противником. В противовес остальным порождениям вируса, эти парни избегают собираться в отдельные стаи, хотя охотно действуют сообща с другими видами.

Среди них встречалась своеобразная альтернативная разновидность, названная мной «толстопузами». Этот тип обладает еще большей подвижностью, причем неуклюжая перекатывающаяся походка сменилась упругим пружинящим шагом.

Они отличаются повышенной выносливостью, неся внутри единственного, но значительно усиленного мертвеца-младенца.

Сами недоноски ведут себя пассивно, отравляя окружающую среду ядовитым дыханием. Вопреки остальным глубоким метаморфозам, этот плод, внешне напоминающий девятимесячного младенца с патологией ихтиоза Арлекина, (1) сохранил различимый человеческий облик.

В процессе мутационных изменений локтевые суставы накрепко срослись с коленями, из-за чего существо навсегда приняло сидячее положение, полностью утратив способность к самостоятельному перемещению.

Долетев до темного танка, расчерченного яркими оранжевыми линиями и маркированного флагом НАТО, а также логотипами НАТО, Тадзима вскинул запасной пистолет.

Парень провел «контроль» периметра ради выявления затаившихся врагов или иных неприятных сюрпризов.

Полностью удостоверившись в отсутствии скрытой угрозы, спутник спрятал оружие обратно в кобуру, прыгнул на броню и продемонстрировал мне понятный жест «окей».

Зашёл внутрь боевой машины следом за напарником, герметично задраил за собой входной люк и пошел по узкому проходу вслед за товарищем.

— Как мы собираемся управлять этой махиной? Мой личный опыт работы с такой техникой отсутствует, да и про существование термобарических танков слышу впервые, — озвучил закономерный вопрос, вплотную приблизившись к оборудованному креслу механика-водителя.

— Тут все предельно просто, — отозвался Тадзима, сорвав с головы кепку и принявшись интенсивно обмахиваться им как веером. — Огромную часть рутинных задач, выполняемые обычным экипажем танка, берет на себя встроенная автоматика. Интерфейс здесь интуитивный, — подсказал спецназовец, — тебе хоть раз доводилось запускать на компе танковые симуляторы? — заинтересовался снайпер, первым усаживаясь на штатное место.

— Не доводилось, — занял соседнее свободное сиденье.

— Пустяки, на практике все выглядит гораздо легче, будешь осваивать все тонкости в процессе, — подбодрил спутник. — Давай распределим обязанности следующим образом, ты берешь на себя штурвал, а я отвечаю за ведение огня, нет возражений?

— Вообще-то имеются, — поспешил заявить, потому что внезапно вспомнил про необходимость усердно копить наградные очки для прокрутки, ведь смотреть на текущие показатели счетчика было откровенно стыдно. — Мое желание заключается именно в том, чтобы стрелять по целям.

— Но я ведь тоже хочу, — упрямо парировал Тадзима. — Стрельба из танка всегда являлась моей давней детской мечтой.

— Предлагаю разрешить спор цивилизованным способом, как и подобает разумным взрослым людям, — выдвинул компромиссное решение.

Мы, как на том изображении с двумя трехмерными моделями людей, обменивающимися друг с другом электрическими разрядами из мозгов, выставили руки перед собой, сжали пальцы в кулаки и сделали несколько резких взмахов.

— Камень, ножницы, бумага, — продекламировали мы в унисон известную считалочку, — раз, два, три!

Тадзима резко выпрямил указательный и средний пальцы, тогда как моя ладонь осталась сжатой.

— Победа за мной, — без лишнего пафоса назвал очевидный факт.

— Это несправедливо, — насупился парень, которому для завершения комичного образа не хватало лишь обиженно надуть щеки. — Играем до трех, — произнес он классический метод спасения положения.

— Хорошо, — согласился на новые условия.

— Камень, ножницы, бумага, — вновь одновременно затянули мы ритуальные слова, — раз, два, три! — перед показом фигур наши кулаки взлетали с гораздо большей экспрессией, нежели в предыдущий раз.

Опрометчиво решил задействовать ту же самую комбинацию, что и предопределило мое поражение, развернутая ладонь напарника безжалостно накрыла мой статичный камень.

— Е-е-е-е-е! — Тадзима победоносно вскинул руки вверх, как Гомер Симпсон, когда тот получает великолепную новость и восторженно кричит свое фирменное «Ю-ху!»

— Рано радуешься, ты выиграл лишь промежуточную битву, но отнюдь не всю войну, — поспешил вернуть напарника с небес на проклятую землю.

— Камень, ножницы, бумага, — теперь мы развернули левые руки внутренними сторонами ладоней вверх, используя поверхности в качестве устойчивых подставок под правые согнутые кулаки, которыми интенсивно встряхивали, — раз, два, три! — синхронно постучали по раскрытой коже строго три раза.

Оба участника выставили ножницы, а друг друга эти пальцы, естественно, порезать не могут. Тут обязана была прозвучать какая-нибудь уместная шутка, но ее здесь принципиально не будет.

— Реванш, — с решимостью произнес снайпер, такая формулировка нравилась мне гораздо сильнее затянутого предложения

— Камень, ножницы, бумага, — ознаменовали старт решающего раунда, — раз, два, три!

Увидев, что соперник выбросил бумагу, пока моя рука с двумя пальцами замерла, этими самыми импровизированными ножницами «разрезал» раскрытую ладонь напарника.

— Горе побежденным, — торжествующе провозгласил, поднимаясь со своего кресла ради перехода на позицию товарища.

— Вот же невезуха, — раздосадованно пробормотал парень и, сорвав головной убор, совершил специфическое размашистое движение рукой, копирующее изнурительный труд жнеца с серпом на пшеничном поле.

Спецназовец, без лишних споров уступив мне вожделенное место на законных правах проигравшей стороны, послушно пересел на место механика-водителя, пока завороженно уставился на сложный пульт управления, окончательно превращающий меня в оператора штурмового огня.

Заручившись поддержкой «Помощника», принялся усердно изучать тонкости правильного взаимодействия со сложными пультами, параллельно разбираясь, каким именно паттернам обязан следовать оператор огня.

Механик-водитель, коим теперь являлся Тадзима, тщательно проверил боевую готовность всех систем, оценивая общую исправность механизмов и реальную возможность запустить махину.

Напарник бодро доложил о нашей готовности к выдвижению, после чего привел в движение термобарический танк.

Чудовищная машина ожила под настолько воинственный рев, что от мощи заработавшего силового агрегата содрогнулись бы, пожалуй, сами мутанты.

Новоиспеченный водитель уверенно вел бронетехнику вперед, беспощадно раздавливая абсолютно всех встречных тварей, пока внимательно изучал опубликованный виртуальным ассистентом подробный доклад об этой уникальной технике.

Тяжёлый штурмовой термобарический танк огневой поддержки «МС» («Машина Смерти») является модернизированной боевой платформой на удлиненном шасси «М1-Абрамс».

Общая боевая масса, с учетом интегрированного комплекса круговой таранной защиты «Прорыв» и полного боекомплекта, достигает 68,5 тонны, а размеры возрастают на полтора метра вперед за счет клиновидного сквозного отвала модели «М1-Бречер Хэви», отлитого из высоко твёрдой броневой стали с наплавкой карбида вольфрама по режущим кромкам и управляемого гидравлическими цилиндрами, позволяющими регулировать высоту непосредственно при скоростном таране капитальных баррикад, железобетонных блоков и дистанционной детонации противотанковых мин, на сорок сантиметров назад благодаря кормовому таранному бамперу в виде бруса прямоугольного сечения со встроенными демпферами высокой энергоемкости, выполняющему роль противоударной плиты-буфера обратного хода и обеспечивающему безопасный отход сквозь стены сооружений без риска повреждения решетки радиатора, выхлопной системы газотурбинного двигателя и узлов трансмиссии, а также на шестьдесят сантиметров в ширину за счёт смонтированных вдоль всего гусеничного обвода под углом тридцать пять градусов скошенных бронированных плит-отбойников динамического типа, образующих бортовые таранные юбки, полностью исключающие заклинивание элементов движителя посторонними предметами и оберегающие опорные катки от боковых ударов, попыток перевернуть или заблокировать машину, при этом комплекс гарантирует успешное преодоление завалов высотой до трёх метров на скорости до тридцати километров в час без потери хода и внутренних повреждений.

Базовое шасси подвергнуто коренной перекомпоновке, экипаж из двух человек полностью перенесен из башенного отделения в единую изолированную бронекапсулу носовой части корпуса, отделенную от боекомплекта и моторного отсека перегородкой из броневой стали толщиной пятьдесят миллиметров, а стандартная башня заменена необитаемым и полностью автоматизированным пусковым модулем со спаренной бронированной пусковой установкой коробчатого типа, несущей восемнадцать направляющих ячеек под неуправляемые и корректируемые термобарические ракеты калибра двести двадцать миллиметров типа ХМ-220 с возможностью полного залпа за семь с половиной секунд на дальность до одиннадцати с половиной километров, причём энергия детонации боекомплекта отводится вверх через вышибные панели.

Основная броня корпуса представлена дискретной многослойной композитной защитой «Чобхэм» нового поколения, усиленной обедненным ураном и интегрированными платами электродинамической защиты, а круговая активная защита «Трофи-МВ» в сочетании с установленным над направляющими решетчатым экраном и комплексом РЭБ дециметрового и сантиметрового диапазонов прикрывает машину от ПТУР, кумулятивных снарядов и FPV-дронов, в то время как покрытие «Адаптив» на основе термоэлектрических панелей снижает заметность в инфракрасном, радиолокационном и оптическом спектрах.

Вспомогательное вооружение включает дистанционно управляемый модуль «Кроус» с крупнокалиберным пулеметом «Браунинг М2» калибра 12,7 миллиметра и твердотельный лазер мощностью пятнадцать киловатт для выжигания матриц головок самонаведения и поражения малоразмерных квадрокоптеров.

Гибридная силовая установка, состоящая из газотурбинного двигателя АГТ мощностью 1500 лошадиных сил и тяговых электромоторов, обеспечивает максимальную скорость по шоссе шестьдесят восемь километров в час, по пересеченной местности сорок километров в час, а скрытный ход только на электротяге до двенадцати километров в час при запасе хода четыреста восемьдесят километров.

Цифровая система управления огнём сопряжена с панорамными прицелами командира и наводчика, использующими тепловизоры третьего поколения и комплекс внешних HD-камер, транслирующих на нашлемные дисплеи круговой обзор по принципу прозрачной брони, тогда как бортовая БИУС с элементами искусственного интеллекта осуществляет автоматическое сопровождение целей и распределение огня по защищенному лазерному каналу связи.

— Вы где бродите? — майор находился на взводе. — Нас тут рвут как тузик грелку!

— Мы здесь тоже не прохлаждаемся, — нашел в себе наглость осадить нетерпеливого офицера, хотя мотивы напряженности оставались вполне объяснимыми. — Едем на полной скорости.

Майор, помолчав какое-то время, не стал опускаться до моего уровня и просто вышел из эфира.

— «Вандару», так нельзя разговаривать с теми, кто выше по званию, соблюдай субординацию, — механик-водитель позабыл, что вообще-то не числюсь в команде спецназовцев.

— Тебе нельзя, а мне можно, я, если позабыл, гражданское лицо, — ответ послужил не столько аргументом, сколько наглядной демонстрацией, что со мной спорить бесполезно и буду стоять на своем до самого конца.

— Ты просто хочешь казаться круче, чем есть на самом деле, — поделился своими умозаключениями Тадзима. — Одиночки в условиях развернувшегося апокалипсиса долго не протянут, если ты не Чак Норрис.

— Слышать утверждения про крутизну довольно странно, нет, не считаю себя Чаком Норрисом, — опроверг его теорию. — Просто вся эта тематика мне чужда, совсем другого поля ягодка.

— Погоди, — снизошло до парня внезапное понимание, — так и не разобрался, ты мужчина или женщина? — даже не предполагал, что союзник решится задать этот вопрос. — Твой шлем полностью стирает гендерные признаки, непонятно, кто вообще внутри костюма находится. Ты еще и выражаешься так хитровывернуто, что реально невозможно определить, какого ты пола, — мило улыбнулся напарник, забавным образом отреагировав на эту загадочную особенность.

— Ты же оперативник САТ, — упомянул сферу его профессиональной деятельности. — Там разве не учат нестандартному мышлению и смекалке?

— Ну, — припомнив, что в его стезе действительно предусматривалось нечто подобное, Тадзима вдобавок подключил дедуктивный метод. — Ходишь как мужик, это сразу отправляется в чашу того, что можешь оказаться парнем, — озвучил он очень важную деталь, но сам, похоже, совершенно не воспринял это наблюдение как значимое. — Но жестикуляция у тебя как у женщины, — тут же вплел собеседник контрпример, угодивший в противоположную копилку со свинкой, украшенной ресничками и розовым бантиком. — Еще, возможно, ошибаюсь, но если внимательно вслушиваться в твой голос, в речи проскальзывают женские интонации, — мне оставалось непонятным, говорит снайпер это на полном

— Приношу свои искренние и глубокие, как Марианская впадина, извинения, но перед тобой парень, — в несерьезной форме приоткрыл завесу «великой тайны».

— Так умирает любовь, — пошутил взамен, улыбнувшись и сам того не зная процитировав строчку из стишка поэтессы Юлии Друниной.

Пройдя некоторое расстояние и обыденно раздавив с десяток разнообразных тварей, мы застыли перед неожиданным зрелищем.

— Охренеть не встать, — подобрал механик-водитель идеальную фразу для описания открывшейся картины.

Впереди высилась огромная биомасса из тысяч тел бывших людей, сплавленных в единый мышечно-костный нарост.

По масштабам «Нечто» превосходило шестиэтажный дом. Монстр закрепился на фасаде заброшенной высотки, представляющей собой железобетонное здание в стиле «брутализма».

Невероятная масса приросла к стене между третьим и шестым этажами, частично выломав панорамные окна и прорубив прочные перекрытия.

Центральное ядро удерживалось гигантскими органическими корнями, проросшими внутрь помещений и обвившими несущие колонны сооружения как метастазы. Мутант висел вертикально, нависая над перекрестком грозовой тучей из плоти.

Тело представляло собой бугристую и постоянно пульсирующую субстанцию серо-бордового оттенка. Поверхность гиганта покрывал слой трупного жира и слизи, сочащейся на дорожную разметку.

Сквозь полупрозрачные участки проглядывали переплетенные кости, ребра и сотни черепов, сваренных воедино. В самом центре циклопического узла чернел вертикальный разлом, то есть огромная пасть, откуда чудовище выплевывало споры. Из боковых зон ядра вырывались три отростка длиной более тридцати метров каждый. На концах щупалец сформировались булавы, которыми «Нечто» отламывало куски от самой высотки ради швыряния снарядов.

В местах соединения конечностей с основным туловищем располагались огромные вздувшиеся мешки, выполнявшие, возможно, роль нервных узлов. Они пульсировали красным светом из-за высокой концентрации мутировавшей некроплазмы. Эти участки, наверное, являлись единственными уязвимыми зонами на теле титана, лишенными защиты костяных пластин.

Вокруг скопища плоти постоянно клубился желтоватый туман, представляющий собой взвесь из тысяч мелких гнойных капсул, вырабатываемых организмом мутанта. Похожие на живые мины, они медленно парили возле строения, реагируя на тепло и шум.

Именно эта жуткая стотонная тварь полностью заблокировала перекресток. Пока мы, пилоты танка «Машина Смерти», не уничтожим противника термобарическим залпом, путь к окруженной колонне японского спецназа останется закрытым.

— Черт, надо предупредить майора! — перестал соратник таращиться на мутанта с отвисшей челюстью.

— Зачем? — удивился его восклицанию. — Эту гадину с другого континента видно. Командир не дурак, должен всё понимать, — попытался донести до напарника мысль, что тревожить старшего офицера сейчас бессмысленно, тот и без того по уши в дерьме.

— Да, твоя правда, — согласился со мной Тадзима. — Давай, «Вандару», прикончим гадину! — боевой дух спецназовца заставлял его рвать и метать любую встречную нечисть.

— Я не «Вандару», а «У-эн-делл», так понятнее? — попытался выяснить, расслышал ли он наконец мое ненастоящее имя.

— Понятно, — угукнул снайпер, так и не произнеся верный вариант, но саму ошибку признал. — А, стоп, кажется, реально стал понимать, — спецназовец продолжал «докачивать» остатки осознания. — А-а-а-а, — протянул гласную, по-настоящему сообразив. — Такое имя взаправду существует, но ты, как до меня сейчас доперло, подобрал слово, созвучное в английском языке термину «Вандал».

— Денежного приза не будет, но ставлю большой палец вверх твоему внутреннему Шерлоку, — его быстрое раскусывание моей маленькой хитрости с игрой слов мне понравилось.

— Спасибо, доктор Ватсон, — куда же без отсылок на мою профессию. — Я не забыл, что ты медик.

— Поймал тишину, — по-товарищески попросил его без намека на приказной тон.

— Протестую, — сказал он. — Не люблю работать в тишине, — Тадзима, скользнув взором по экрану планшета, закрепленного справа от главного пульта управления, неторопливо провел ладонью по сенсорной панели и, коротко коснувшись подушечкой указательного пальца нужной иконки, принялся размеренно покачивать головой в ритм зазвучавшей негромкой мелодии.

Установленный в моем шлеме ассистент, действуя по принципу распознавания аудиопотока одного приложения, перехватил эти звуковые волны, после чего вывел уведомление о том, что из динамиков доносится композиция под названием «Time Has Come Today» в исполнении группы «The Chambers Brothers».

На дистанции тысяча двести метров активировал систему защиты от оружия массового поражения. Внутри боевого отделения создалось избыточное давление, полностью изолирующее нас от чужеродных спор и ядовитых газов, после чего запустил термодымовую аппаратуру совместно с пусковыми кассетами активного дыма.

— Готово, — проинформировал механика-водителя.

Танк скрылся в аэрозольной завесе, блокирующей чужой визуальный обзор и тепловое инфракрасное излучение.

«Нечто», яростно среагировав на этот маневр, принялось вслепую швырять первые огромные обломки бетона по площади.

— Твою мать! — громко выругался Тадзима.

Один из кусков разрушенного здания отрикошетил от верхнего ребра стального отвала «М1-Бречер Хэви», а ударная волна подчистую снесла внешние осветительные прожекторы и сорвала одну из антенн радиосвязи на бронированной башне.

Уже на дистанции девятьсот метров перевел дистанционную турель со спаренным крупнокалиберным пулеметом в автоматический режим перехвата малоразмерных воздушных целей.

Наша боевая машина уверенно шла на скорости тридцать пять километров в час, совершая легкие зигзагообразные маневры, чтобы сбить прицел атакующей твари и не превратиться для нее в легкую мишень.

Одновременно с этим бортовая электросеть переключилась в режим повышенной помехозащищенности от деструктивных ментальных импульсов, если такие вообще имелись в арсенале вражеских способностей.

Зловеще загораясь красными опухолями, «Нечто» выпустило тучи самонаводящихся взрывных пор в сторону доносящегося шума.

Автоматический пулемет захватил летящие объекты и хлесткими короткими очередями принял подрывать опасные гроздья в двухстах метрах от «Машины Смерти».

Тем не менее, несколько капсул успело сдетонировать в близости от левого борта.

Взрывная волна и кислота «Нечто» начисто сорвали элементы навесной динамической защиты, полностью выжгли наружную краску и безвозвратно уничтожили один из блоков видеокамер кругового обзора.

— Чтоб тебя черти… — сквозь зубы выругался сам. — Тадзима, что по урону?

— Слепая зона на экранах сзади-слева, но лобовой обзор чист, — быстро отрапортовал мехвод.

Преодолев критическую отметку в семьсот метров, танк кратковременно сбавил ход до десяти километров в час ради идеальной стабилизации прицела огнеметной системы.

В этот же миг опустил фронтальный клин в нижнее положение, потом бортовой компьютер рассчитал траекторию возможного падения сотен тонн биомассы и обломков, поэтому огневая позиция была выбрана строго под углом к полуразрушенной высотке, на самом перекрестке улиц, оставляя свободный путь для экстренного отката назад и исключая погребение под падающим мутантом.

Навел лазерный маркер строго на пульсирующие красным светом нервные узлы у самого основания конечностей «Нечто».

Механик-водитель, понимая, что грядущий объемный взрыв сожрет весь окружающий кислород и поднимет тучи жирного пепла, способного забить воздуховоды, перевел газотурбинный двигатель в автономный режим замкнутого цикла питания.

Силовой агрегат послушно снизил рабочие обороты до безопасного минимума, а

Параллельно взведя систему импульсной продувки кассетных фильтров высоким давлением, с четким интервалом в четыре секунды произвел три одиночных высокоточных пуска термобарических ракет.

Направленные взрывы со страшной мощностью в сотни килограммов в тротиловом эквиваленте и вспыхнувшая температура в три тысячи градусов Цельсия дотла испарили чужеродные органические связки.

Все три гигантских щупальца «Нечто» со страшным скрежетом отваливались и рухнули на иссохшую землю, тотчас сработали воздушные пушки, пневматическими хлопками отстреливая налипшую биомассу с фильтрующих элементов силового отделения, спасая мотор от неминуемого удушья.

Приближаясь к значению в четыреста десять метров, искалеченное «Нечто» истошно заревело в агонии.

Многоэтажная конструкция под ним начала рушиться, лавиной засыпая узкую улицу железобетоном.

— Ну-ка давай-ка попробуем, — полушепотом сказал снайпер.

Механик-водитель вновь вывел газотурбинный двигатель на максимальные обороты, после чего наш танк пошел на прямой таран образовавшихся завалов.

Сверхтяжелый клиновидный отвал уверенно раскидывал падающие плиты на обочины. Скошенные боковые юбки успешно отбивали сыплющихся сверху мелких мертвецов-паразитов, безжалостно затягивая тварей под широкие траки гусениц.

«Машина Смерти» напористо шла вперед как ледокол, совершенно не теряя набранного темпа.

Через триста десять метров многоцелевой бронированный комплекс остановился строго в намеченной безопасной точке перекрестка, прямо напротив разверстой пасти опасного мутанта.

Перевел огнеметную систему в режим залпового огня и выпустил пакет термобарических ракет прямой наводкой в самый центр чужеродной биомассы.

Реактивные снаряды вонзились вглубь содрогающейся плоти и влетели в оконные проемы пораженной высотки.

«Надеюсь, там не было людей», — случайно подумал.

Вырвавшийся наружу газовый аэрозоль моментально заполнил все внутренние полости врага и уцелевшие этажи строения.

Последовавший вакуумный взрыв заставил клетки твари судорожно схлопываться и рваться изнутри. Жар испепелил гигантского монстра до состояния стерильного черного пепла за считанные секунды.

— Сдай назад, сдай назад! — взволнованно попросил дважды, прекрасно понимая, что именно должно произойти.

— Уже этим занимаюсь, — прочитал мысли Тадзима.

Огромная стена высотного здания рушилась от взрывной волны. Балка перекрытия упала на крышу нашей башни, полностью смяв защитный щиток командирского пулемета и намертво заклинив люк наводчика, завалив верхнюю полусферу грудой кусков.

Силовой агрегат все же успел поймать определенную часть ядовитого нагара, из-за чего чуткими датчиками было зафиксировано падение мощности двигателя на пять процентов.

Тем не менее, мехвод вовремя включил реверс, кормовая противоударная плита-буфер принялась эффективно сминать мелкие обломки позади отступающей боевой машины, выводя нас из опасной зоны.

— Это старший лейтенант Кагуя Рэн, — хладнокровно заговорил с нами неизвестный офицер. — Быстро возвращайтесь, мы уже потеряли пять бронетранспортеров.

— Что с майором? — спросил его снайпер на одно звание пониже.

— Мёртв вместе с экипажем тридцать пятого БТР, — с тем же спокойствием удава рассказал о гибели старшего по званию. — Поторапливайтесь, — подгонял нас старлей. — Если вы позабыли, у нас находятся учёные.

«Ученые?» — для меня это стало настоящим шоком. — «Почему узнаю очень важную информацию в последнюю очередь? Что понадобилось ученым в аэропорту? Отчего ни разу не заметил этих людей прежде? Есть ли у исследователей предположения насчет феномена мертвецов? На один семимильный шаг могу стать ближе к ответам».

— Мы сейчас двигаемся в объезд, потому что гигантский слизняк перекрыл дорогу, — ответил Тадзима причину задержки.

— Мы видели, хорошая работа, — похвалил нас спецназовец.

Дальше ехали в напряженной тишине, которую разодрал иерихонский шум «Машины Смерти» и хруст перемалываемых прессом тел.

К этому шуму вскоре присоединились взволнованные голоса людей. Похоже, кто-то в панике случайно задел тангенту.

Из эфира доносилось влажное чавканье, сопровождавшее кошмарную трансформацию. Этот омерзительный звук заставил исследователей замереть от ужаса, а следом донесся треск распоротого живота.

— Черт, эти твари везде! — воскликнул один из спецназовцев, тоже находившихся рядом с ним.

— Боже, не стойте столбом, защитите нас! — завопил ученый.

— Убейте эту тварь! — выкрикнул кто-то, после чего прогремел выстрел, а стрелок, целившийся в мутанта, вскоре превратился в окровавленную груду биомусора.

— Неужели так сложно его остановить! Чем вы тут занимаетесь! — истерично закричал неизвестный доктор.

— Завали хлебало, долбанный задрот! — раздраженно выпалил другой спецназовец, находившийся внизу, перед тем, как пальнуть в монстра из реактивного гранатомета.

Заражённый увернулся, а смертоносный снаряд разбил что-то, открыв хищнику удобную возможность спрыгнуть и устроить там резню.

Ученые метались, как куры при виде лисы, а бойцы пытались пристрелить существо, но боялись случайно задеть научных сотрудников.

Стремительный взмах, когти рассекли пополам одного из ученых.

— Капитан! Капитан! Эта сволочь убила доктора Исигуро Кэндзи! Сделайте что-нибудь! — взмолился незнакомец.

— Я тебе кляп вставлю, док, если ты не заткнешься! — неизвестный капитан ненадолго пережил своего подопечного.

Мутант разъяренной фурией носился от одной двуногой цели к другой, безжалостно расправляясь со всеми, кто находился там. Ярость требовала выхода, хищническая натура твари, свойственная всем зараженным, торжествовала, упиваясь пролитой кровью.

Еще один выстрел из реактивного гранатомета, снаряд пронесся рядом с монстром, но, очевидно, не попав в цель, полетел дальше и чудом не поразил последнего уцелевшего ученого.

— Никчемные болваны! Только и можете бомбить страны третьего мира! — истерил последний выживший.

— Не лезь под ноги! А мы пока защитим твои дурацкие мензурки! — разгневался очередной спецназовец.

Сокрушительный взмах когтистой лапы отправил гранатометчика на тот свет, превратив дерзкого солдата в остывшее мясо.

Расправившись ещё с парой бойцов, мутировавшее создание осознало, что единственным живым остался крикливый учёный.

Исследователь замер, парализованный первобытным страхом, видя перед собой наверняка перепачканный внутренностями силуэт. Тварь, возможно, склонила голову набок, изучая потенциальную жертву мутным взглядом, а затем без колебаний вонзила клинки в грудную клетку бедолаги, прервав последний истошный вопль мокрым треском костей.

Через две минуты мы завершили поездку, нам открылась грандиозная панорама первозданного хаоса, на фоне которого высадка в Нормандии показалась бы невинной детской забавой.

Отрешившись от сковывающего оцепенения, увидел свежие бреши в боевом порядке, ценой убийства того свирепого мутанта три бронетранспортера навсегда застыли, превратившись в груды искореженного металла.

Уцелевшие экипажи, заметив наше появление, под прикрытием заградительного огня «Машины Смерти» начали поспешно выстраивать уцелевшие боевые машины пехоты в кильватерную линию прямо позади танка.

Теперь наше штурмовое орудие возглавляло прорыв. V-образным ножевым тралом «МС» на максимальной скорости сминала, дробила и перемалывал свирепых «горилл». Чудовища, обладавшие достаточной мощью для расправы над бронетехникой, беспомощно погибали под гусеницами.

Бортовой вычислительный компьютер «Машины Смерти» анализировал угрозы, выявляя наиболее опасные точки, после чего под моим руководством система наносила точечные термобарические удары по отдаленным площадям.

Единичный залп превращал в пепелище до полутысячи наступающих тварей, выжигая крылатых «птеросапиенсов» в вышине и полностью испаряя юрких «упырей» на поверхности почвы.

Натиск нападающих мутантов неумолимо возрастал вопреки сопротивлению, которое оказывали мы с Тадзимой. Наш бронированный монстр показывал техническое совершенство,

Смертоносное море мертвецов заходило с флангов, устремляясь в уязвимую тыловую зону, куда орудие физически не успевало развернуться для отражения угрозы.

В то время как пушка уничтожала авангард монструозного воинства, сотни «бомберов» и «плевунов» кольцом зажали арьергард колонны.

Нападающие целенаправленно подрывали тракты союзных бронемашин, обильно орошая гусеничные ленты кислотой.

Заметив опасность, мы предприняли попытку купировать вражеский прорыв.

Тадзима резко переключил трансмиссию на реверс, защищая кормовым бампером поврежденную технику союзников, эффективно расчищая пространство вокруг уязвимых бортов и предоставляя изнуренным солдатам возможность для экстренной перегруппировки сил.

Именно «бомберы» представляли опасность для ходовой части японских бронемашин.

Наше термобарическое штурмовое орудие намеренно увлекало огонь камикадзе на собственный корпус. Безумные твари мчались на рев силовой установки, детонируя перед фронтальным клином машины.

Поскольку отвал заставлял взрываться мертвецов на безопасном расстоянии от термобарического танка, волны не причиняли бронелистам ни малейшего ущерба, зато эти подрывы немного расчищали путь перед союзной техникой.

ВВС чудовищ ожидаемо обрушились на десантные машины сверху. В этот момент «МС» задействовала реактивные термобарические снаряды. Система посылала заряды по крутой навесной траектории прямо в воздушное пространство над солдатами, наперерез курсу движения летучих монстров.

Объемный взрыв выжигал атмосферный кислород, воздвигая непреодолимую огненную стену в небесах. Всего несколько таких сокрушительных залпов, после чего сотни «птеросапиенсов» упали на твердь, полностью очистив ночное небо над пехотой.

К несчастью, как бы самоотверженно мы ни действовали ради спасения союзников, ко мне пришло горькое осознание, спецназовцы, даже получив огневую поддержку нашего танка, окажутся не в силах вырваться из этого капкана из-за неисчислимого превосходства врага и тающих ресурсов солдат для ведения затяжного боя.

Монстры по-своему перегруппировались, устроив штурмовому отряду кровавую баню.

Сотни «бомберов» синхронно хлынули изо всех щелей, разом подорвав себя под ходовыми частями десантных машин. Чудовищные детонации разорвали стальные траки.

Три передовые машины пехоты резко замерли на месте. Шедшие следом на скорости двадцати километров в час БМП на всем ходу врезались в задние борта. Возник масштабный затор, из-за которого вся автоколонна остановилась.

Пользуясь роковой неподвижностью, десятки двухметровых «рам» таранными ударами обрушились на борта застрявшей техники, опрокидывая бронемашины и сцепляя гусеницами. Бронетехника лишилась главного преимущества, заключающегося в маневренности.

В довершение катастрофы сотни жирных «блевунов» и тощих «плевунов» принялись заливать беззащитные машины бурлящими потоками химической кислоты и желчи.

Многослойная броня спецназовцев пока выдерживала адский напор, но резиновые уплотнители десантных люков, смотровые приборы, триплексы и внешние дистанционные пулеметные турели уже плавились, превращаясь в жижу.

Влядывался в транслируемую внешними камерами картинку, чувствуя, как вибрация нашего танка отдается в позвоночнике.

Сквозь проплавленные люки и открытые десантные аппарели «невидимки» с пауками просачивались в нутро бронемашин. Тесные десантные отсеки захлестнула беспощадная бойня.

Спецназ отчаянно огрызался огнем, но внутри коробок воцарялся ужас.

Солдаты подрывали гранаты прямо в отделениях, предпочитая быструю гибель участи быть заживо сожранными.

За три часа изнурительного сражения мы истребили почти всю орду, но от колонны уцелели лишь наша «Машина Смерти» с экипажем из двух человек да восемь бронетранспортеров, причём один «Тип 89» уже дышал на ладан, дрейфуя ближе к нам в отрыве от остальных.

Наш термобарический танк продолжал отстреливаться, сводя поголовье мутантов к минимуму, когда случилось то, к чему оказался не готов.

На крышу ближайшего «Тип 89» приземлился крупный силуэт. Неопознанный антропоморфный мутант возвышался почти на два метра, его кожные покровы отливали мертвенным глянцем, а сквозь эпидермис проступала пульсация красных линий.

Существо невыясненного класса не оставило ни нам, ни спецназовцам времени на тактическое развертывание.

Резко припав к поверхности, монстр с громоподобным грохотом вколотил сжатые кулаки в верхнюю плиту корпуса. С нашей позиции это отозвалось ослепительной термической вспышкой.

Относительно тонкая броня двадцатишеститонной машины прогнулась внутрь, силовая установка вышла из строя, а всю конструкцию ощутимо качнуло, как от прямого попадания тяжёлого фугасного снаряда.

Тело мутанта разорвалось изнутри, выбросив накопленную биомассу. В радиусе десятков метров развернулся веер, состоящий из сотен толстых иссиня-чёрных отростков. Эти биогенные канаты расширялись с быстротой артиллерийского залпа.

Заостренные пики пронзали бортовые панели соседних бронемашин, прошивая легированную сталь, как какую-то сопревшую мешковину.

Отростки «заякорились» на конструкциях семи единиц, сплетая паутину.

Тотчас началось сжатие. Сверхпрочные биогенные нити натянулись, устремившись обратно к двухметровому эпицентру с немыслимой мощью.

Коробки с душераздирающим скрежетом поволоклись по асфальту навстречу друг другу, бронемашины сминались, превращаясь в жестянки.

Одну из БМП сорвало с катков и швырнуло поверх соседней, орудийные башни заклинило и выдрало из погонов, а из разгерметизированных топливных резервуаров вылилось горючее.

Окрестности озарились чадящим пламенем, сдетонировал боекомплект одной из разорванных машин.

Сквозь завесу дыма и огня проступил второй взрыв, послабее, но гибельный для «разрушителя», уничтоживший чудовище.

Посреди разрушенного шоссе высилась бесформенная дымящаяся груда искореженного и перекрученного лома, в который превратился целый взвод бронетехники.

При контакте низкоуровневого биокинетического импульса, классифицируемого как специальная атака мутанта под названием «разрушитель», с передом машины первым элементом, воспринявшим нагрузку, выступил «Бречер Хэви».

В результате взаимодействия с проникающим агентом биологического происхождения материал отвала подвергся комбинированному разрушению, сочетающему локальное оплавление режущих кромок, образование сети глубоких трещин по всей центральной секции и фрагментарное раскалывание конструкции на несколько крупных сегментов, все еще удерживаемых деформированными, но не полностью соединенными элементами крепежа, при этом гидравлические цилиндры, обеспечивавшие регулировку высоты орудия прорыва непосредственно в процессе движения, получили критические повреждения, утратили герметичность, перешли в состояние необратимой заблокированности, что в совокупности привело к полной и безвозвратной потере функциональности всего переднего таранного модуля, который из активного инструмента преодоления препятствий трансформировался в пассивный и бесполезный балласт, лишь создающий дополнительное сопротивление при дальнейшем маневрировании.

После того как ударный импульс, уже в значительной степени рассеявший первоначальную энергию на разрушение отвала и отклонившийся от оптимальной траектории проникновения, достиг основной лобовой броневой преграды, представляющей собой «Чобхэм», в толще этого гетерогенного барьера начался многоэтапный процесс диссипации кинетической энергии.

Внешний лист броневой стали подвергся значительной пластической деформации, сформировав обширную вмятину звездчатой конфигурации, глубина которой составила ориентировочно от десяти до пятнадцати сантиметров, а по периметру углубления замечены радиально расходящиеся трещины и локальные вспучивания металла, указывающие на близость к пределу прочности материала; расположенные под ним керамические демпфирующие слои штатно разрушились, поглотив существенную долю механической энергии удара, урановые же прослойки, обладая высокой плотностью, способствовали дополнительному расплющиванию и фрагментации внедряющейся биомассы, а электродинамическая защита, активировавшись в ответ на вторжение чужеродной материи, выдала короткий высоковольтный разряд, уничтоживший часть хитиново-мышечных волокон еще на стадии проникновения, что в конечном итоге предотвратило образование сквозного канала и гарантировало сохранение целостности

Тыльная сторона броневого пакета, обращённая к обитаемому отсеку, не получила видимых разрушений, а зафиксированное остаточное пробитие классифицируется как неполное, с сохранением заброневого пространства в неизменном состоянии.

Вследствие передачи остаточного механического импульса на корпус всей боевой машины, произошло толчкообразное смещение платформы назад по вектору удара на дистанцию, варьирующуюся от двух до трёх метров, которое сопровождалось продавливанием грунта гусеничными лентами и перенапряжением всех элементов подвески.

Бортовые таранные юбки частично выполнили свою проектную функцию, приняв на себя и отклонив значительное количество вторичных осколков, образовавшихся при разрушении отвала и внешнего слоя брони, но ближайшие к эпицентру секции этих защитных элементов оказались безвозвратно сорваны с креплений, смяты и разбиты до состояния полной непригодности к дальнейшему использованию, хотя основная задача была успешно реализована.

Передние узлы ходовой части, включая опорные катки с резиновыми бандажами и связанные с ними торсионные валы, подверглись запредельным нагрузкам, вследствие чего на поверхностях катания образовались множественные микротрещины и срезы, а в структуре накопились внутренние напряжения усталостного характера, не приведшие к потере вращательной способности.

Кормовой таранный бампер сработал в режиме, близком к предельному, полностью сжавшись под воздействием силы отката и преобразовав опасную кинетическую энергию смещения корпуса в тепловую энергию внутреннего трения, тем самым прикрыв от разрушительного импульса такие жизненно важные агрегаты, как решётка радиатора, выхлопной коллектор газотурбинной установки и блоки трансмиссии.

Активная защита и РЭБ уничтожены, маскировка «Адаптив» уничтожена на девяносто процентов, из двенадцати камер уцелело три-четыре, ходовая и двигатель целы, модуль «Кроус» полностью боеспособен, машина сохранила возможность двигаться задним ходом и вести прицельный лазерно-пулеметный огонь.

Бо́льшая часть боекомплекта термобарических ракет уцелела и теоретически может быть применена, но с ограничениями. Из восемнадцати направляющих ячеек необитаемого пускового модуля пять получили неустранимые деформации от ударной волны и осколков, что делал пуск из них небезопасным и невозможным, тогда как оставшиеся сохранились, а сами ракеты ХМ-220 не сдетонировали благодаря своевременному срабатыванию вышибных панелей, отведших избыточную энергию вверх.

При этом решетчатый защитный экран над направляющими полностью сорван, а вибрация и сотрясение нарушили калибровку канала передачи данных между СУО и активными головками корректируемых ракет, поэтому пуск возможен только по заранее стационарным целям с обязательным визуальным контролем попадания, а полный залп за семь с половиной секунд исключен из-за риска асимметричного схода и соударения изделий на выходе.

Когда в ушах затих звон, а серая и размывающаяся при малейшем движении картинка перед глазами вернула четкость, воспроизводя кинематографический эффект замедленного времени, перевел взгляд на Тадзиму.

Парень оставался жив, переломы отсутствовали, но из ноздрей тонкой струйкой текла кровь, а сам он производил впечатление бойца, пропустившего удар на боксерском ринге.

— Тадзима, — аккуратно положил ладонь на его плечо, стремясь удостовериться в отсутствии тяжелого сотрясения мозга, — ты сейчас отдаешь себе отчет, где находишься?

— Д-да… — пускай вяло, но достаточно оперативно сказал союзник. — Я в порядке, просто… — напарник прикрыл левую половину лица ладонью. — Если бы тот гигантский слизняк не путался под ногами, всего этого кошмара удалось бы избежать, — гораздо более обыденным тоном произнес Тадзима, убирая руку и зажимая ноздри пальцами для остановки кровотечения.

— История не терпит сослагательного наклонения, — убрав уже свою руку, ободряюще похлопал его по спине, цитируя изречение немецкого историка и профессора Гейдельбергского университета Карла Хампе. — Вполне вероятно, мы с самого начала угодили в спланированную западню. Мы не способны утверждать наверняка, обладал ли майор этой информацией изначально, да и никогда уже об этом не узнаем, но давай лучше оценим состояние последнего уцелевшего БМП.

Тадзима, который вопреки видимости вовсе не пал духом, а лишь озвучил собственные мысли, присоединился к наблюдению.

Картина предстала удручающая, если до детонации «разрушителя» состояние последней бронемашины балансировало на грани отправки металлолома на переплавку, то сейчас можно было без преувеличения запускать видеоряд с темнокожими африканскими мужчинами в строгих костюмах, несущими на плечах гроб усопшего.

Из развороченных недр этого транспортного средства чудом сумели выбраться всего три человека. Если наше спасение целиком обуславливалось наличием столь мощного козыря, как «Машина Смерти», то это ребята, находившиеся чуть дальше от эпицентра взрыва «разрушителя», выражаясь языком докторов из российских мелодрам, определенно родились в рубашке.

Оставшуюся в живых группу десанта возглавляла Рика Минами, пытающаяся сделать хотя бы один глубокий глоток воздуха.

Следом за ней показался молодой человек, судя по экипировке являвшийся военным инженером.

Юноша обладал светлыми волосами, выразительными зелеными глазами, стройным, подтянутым телосложением, аккуратными чертами лица и средним ростом около ста семидесяти девяти сантиметров.

Третья женщина обладала ростом среднестатистического мужчины и весила где-то семьдесят шесть или семьдесят семь килограмм. Ее тело, как и подобает настоящему оперативнику САТ, выглядело идеально приспособленным для выживания в экстремальных условиях.

Короткие волосы имели насыщенный амарантово-розовый или гранатово-красный оттенок с выраженным пурпурным подтоном. Признаю, что в художественных описаниях красок совсем не силен, поэтому подобрал в уме то, что отдаленно соответствовало увиденному.

Колористика прядей казалась неоднородной, верхние слои отливали ярким и пепельно-розовым цветом, тогда как в глубине и у корней палитра сгущалась до винного бордового. Вся эта растрепанная после яростного сражения копна была небрежно зачесана назад и вправо, из-за чего отдельные непослушные локоны слегка топорщились, а несколько тонких прядей свободно спадали на лоб и правый висок, подчеркивая беспорядок.

Овально-заостренную форму лица выгодно выделяли выраженные и четко очерченные скулы, а также аккуратный и слегка угловатый подбородок.

Кожа, как у Рики, отличалась легкой смуглостью, на фоне которой эффектно выделялись миндалевидные зеленые глаза. Брови были «окрашены» в темно-красный тон, гармонирующий с прической.

Прямой нос завершался заостренным и чуть приподнятым кончиком. Меня искренне поражал тот факт, что столь эксцентричное разноцветие смотрелось на местных жителях абсолютно естественно и гармонично, в отличие от привычной мне реальности.

Облик незнакомки дышал такой запредельной суровостью, что длительный визуальный контакт вызывал подсознательный дискомфорт, даже когда она смотрела в совершенно другую сторону.

Это был редкий тип жесткости. Пройди такая личность мимо дворовой конуры, цепной пес вытянется по струнке на задних лапах, отдаст воинское приветствие и выдаст уважительное «гав». Окажись она рядом со старыми кривыми гвоздями, те под ее взглядом сами собой выпрямятся и послушно войдут в деревянную доску до самой шляпки.

Они ковыляли не к нам, а в сторону самой первой опрокинутой боевой машины пехоты, рассчитывая превратить ее в убежище. Им требовалось скрыться от посторонних глаз.

Примерно через полминуты, когда трое изнуренных бойцов спецназа наконец добрались до брони и притаились внутри, на линии горизонта показались силуэты.

Это были вовсе не ожившие покойники, а живые существа, внешне напоминавшие

— Это гражданские? — Тадзима с силой провел ладонями по векам, пытаясь удостовериться в реальности. — У них начертан символ креста прямо на лицах. Двинувшиеся рассудком фанатики или радикальные элементы с криминальными замашками?

— Указанная отметка является не краской, а крестообразным высыпанием, — возразил напарнику, когда лично удостоверился в природном происхождении зловещего клейма. — У тебя есть возможность связаться с этой группой посредством мегафона?

— Сейчас попробуем, — ответил снайпер, сосредоточенно манипулируя тумблерами на панели приборов. — К сожалению, устройство полностью вышло из строя.

Когда эта подозрительная группа приблизилась к перевернутому БМП, произвел предупредительный выстрел, рассчитывая вынудить людей убраться восвояси подобру-поздорову, не дожидаясь момента, когда мне придется совершить действия, способные приравнять меня к военным преступникам.

Наступавшие, сохранив на лицах хищные звериные оскалы, проигнорировали это последнее предостережение.

— «Уэнделл», открывай огонь, совершенно очевидно, что вооруженная толпа идет сюда не с миром! Стреляй на поражение! — неистово закричал Тадзима, охваченный сильнейшим потрясением.

Так как веских оснований для неподчинения приказу не нашлось, потому что до последнего теплилась слабая надежда на благоразумие чужаков, направил ствол в центр сорокаголового человеческого стада.

Крупнокалиберный пулемет сработал безукоризненно, скосив ряды улыбающихся фанатиков с крестообразной сыпью на лице.

Наш с союзником взор оказался прикован к внезапно начавшимся подземным толчкам.

Термобарический танк содрогался в такой степени, что под гусеничными лентами пробудился чуть ли не тектонический разлом.

На расстоянии пары километров впереди, пробивая ночь, возник охваченный пламенем пассажирский лайнер. Воздушное судно снижалось под наклоном, вспарывая днищем верхние этажи высотных зданий.

— Что за херня! — проорал Тадзима, наблюдая за происходящим широко распахнутыми от ужаса глазами.

В секунду столкновения самолета с землей сумрак городских кварталов оказался полностью выжжен ослепительной белоснежной вспышкой.

Находясь внутри отсека, мы почувствовали, как нагрелись металлические листы. Воздушное судно на большой скорости разнесло многоуровневую транспортную развязку.

Опоры эстакады впереди начали складываться наподобие хлипких карточных домиков. Неисчислимое множество дорожных указателей, светящихся табло и шумопоглощающих панелей превратилось в бесполезный лом.

Объятые пламенем обломки крыльев, разбросанные пассажирские кресла и фрагменты обшивки с логотипом японских авиалиний рушились на покрытие. Звуковая волна от детонации сотен тонн горючего ударила по барабанным перепонкам, почти пробивая шлемофоны.

Когда огненный столб устремился к облакам, магистраль впереди полностью заблокировалась. Дальнейший маршрут теперь преграждал пылающий провал, куда нескончаемым потоком стекал кипящий авиакеросин.

Времени на пребывание в состоянии ступора от случившегося катаклизма у нас не оставалось. С тыла неторопливо ковыляли настигающие нас «рамы».

— Открывай огонь! — скомандовал мне снайпер, оперативно развернув термобарический танк в направлении новой угрозы.

Исполнив полученное распоряжение, принялся оттачивать навыки ведения боя на этих бодибилдерах. Ни единому из показавшихся чудовищ не удалось приблизиться к нашей бронетехнике.

Очистив местность вокруг и ликвидировав скопление изуродованных тел атлетов, заметил движение.

Изменчивое создание выждало момент завершения самоубийственного штурма рядовых «рам» и резко спрыгнуло на разбитую дорогу.

Рост дебютировавшего монстра составлял двести пятьдесят сантиметров, а вес достигал около двухсот пятидесяти килограммов. Главный оттенок кожи представлял собой «красный металлик» По поверхности могучего торса тянулись черные линии, а на голове твари выделялась жуткая маска, состоящая из крупных светлых глазниц без зрачков с вытянутыми заостренными штрихами, копирующими спауновские мотивы, а также широкая пасть с длинным языком, усаженная рядами длинных и остро заточенных клыков.

Мутант принял в своем разуме верное тактическое решение, так как попытка задействовать весь имеющийся боевой арсенал ради уничтожения цели полностью перестала приносить плоды.

Вдобавок ко всему Тадзима с досадой ударил кулаками по панели приборов, потому что техника наотрез отказывалась сдвинуться с места.

В школьные годы преподаватель физической культуры, некогда служивший в горячих точках и совершивший там некие боевые подвиги, утверждал, что нарекать бронемашину прозвищами, связанными с кончиной, вроде «Машины Смерти», «Гроба» или «Покойника», признано дурным предзнаменованием.

Военные, по заверениям физрука, считаются суеверной категорией граждан, являясь латентными верующими, а такие мрачные наименования неизбежно притягивают вражеские снаряды и беды.

«Но эти убеждения ничуть не мешают солдатам повсеместно носить банданы и значки с изображением человеческих черепов и челюстей, а подобная символика имеет непосредственное отношение к смерти», — озвучил про себя мысль и покинул кресло наводчика.

— Ты куда собрался? — Тадзима уставился на меня пятирублевыми глазами. — Эта тварь тебя раскатает и сожрет!

— У нашей «Машины Смерти» есть протокол самоуничтожения? — обыденным тоном поинтересовался у товарища, затормозив возле выходного люка термобарического танка.

— Нет, опция не предусмотрена, — снайпер отрицательно покачал головой и приблизился к выходу.

Мы спешно покинули технику, оказав право первого шага вооруженному бойцу, после чего благополучно очутился снаружи.

— Что предпримем против него? — спросил спецназовец, пятящийся вместе со мной назад.

— Я что-нибудь придумаю, — ответил лейтенанту.

— Не строй из себя героя, парень, — напарнику пришлась не по душе моя попытка действовать в одиночку. — Подумай, это гиблое дело, — прежняя излишняя эмоциональность, служившая скорее для демонстрации возмущения и подавленного гнева, бесследно испарилась.

Резко остановившись, развернулся лицом к опасности и пошёл навстречу неторопливому монстру, для которого никак не удавалось подобрать подходящее имя.

— Псих! — донесся со спины яростный выкрик Тадзимы, но по отсутствию удаляющихся шагов стало понятно, что спецназовец остался стоять на месте.

Мутант, мысленно заклейменный мною просто «Мутантом», моя фантазия определенно заслуживала отдельной баллады, хрустел костяшки пальцев с когтями.

Когда дистанция между нами сократилась до расстояния, привычного для сходящихся на ринге боксеров, со стороны тыла донеслись неожиданные выстрелы Тадзимы, вынужденного отбиваться от наседающих мертвецов.

Справедливости ради, кулачным боем не владел, а выполненные когда-то манипуляции со сворачиванием шеи были следствием превосходного знания анатомии, а вовсе не признаком бойцовских талантов, разница здесь большая.

Приняв неуклюжую стойку и неумело вскинув ладони к лицу, приготовился к началу поединка.

«Мутант» отзеркалил мои движения, но выполнил это гораздо более профессионально. Монстр тут же нанес размашистый боковой удар.

Мне удалось уклониться от летящего кулака, резко присев и тем самым уменьшив рост, после чего незамедлительно ответил весьма нелепым свингом.

Этот же тактический маневр со смещением головы моментально повторил и мой противник.

Существо вновь выбросило точно такой же тяжелый хук.

По этой причине мне опять пришлось спешно пригибаться.

Сразу после успешного ухода от чужой атаки в очередной раз совершил этот неуклюжий выпад, траекторию которого «Мутант» аналогичным образом без особого труда просчитал и избежал столкновения повторяющимся уклонением.

«Что за цирк-шапито?» — не удержался и нервно посмеялся.

Оттолкнув меня с грубостью уличного громилы, «Мутант» понесся вперед разъяренным быком, выставив плечо для таранного

Всё произошло настолько молниеносно и резко, что вместо маневра ухода с линии атаки, повинуясь древнему рефлексу, втянул голову в плечи и рефлекторно выбросил перед собой скрещенные руки.

Монстр врезался на полной скорости.

Столкновение снова швырнуло меня назад.

Пролетев метра три, спиной снёс какой-то дорожный указатель. Миллионы микрокапсул в гелевой подложке костюма затвердели, кинетическая энергия распределилась по всей площади брони. «Помощник» выдал предупреждение о потенциальной угрозе баротравмы.

Рёбра целы, но дыхание перехватило напрочь, в глазах на секунду потемнело от острейшего кислородного голодания.

«Мутант», пользуясь преимуществом в росте, навалился всей тушей сверху, прижимая меня.

Мертвец принялся избивать жертву, как закладчика, угодившего под кулаки озверевших «спортиков». Его кулаки один за другим падали на мой шлем.

Находясь в полуобморочном состоянии, панически размахивал руками, молотил снизу вверх по-птичьи, то есть без замаха.

Накладки перчаток экзоскелета врубались в челюсть и грудные мышцы твари. Физиономия существа превратилась в кашу из крови, но нервная система трупа не транслировала болевых сигналов.

Осознав, что добыча огрызалась, верзила перестал бить, резко перехватил обе руки и принялся разводить в стороны, открывая грудную клетку.

«Мутант» наклонился ниже, собираясь вонзить зубы в мягкое сочленение костюма на шее. Сервоприводы плечевых суставов заверещали от запредельной перегрузки, удерживая руки монстра. Моё лицо отделял от клацающих челюстей только многослойный композит забрала.

«Игра в супербойца обернулась крахом», — признал ужасный провал. — «Ладно, задействуем возможности костюма и оправдаем звание доктора».

Подтянув левую ногу к груди, уперся подошвой в наружный мениск правого колена твари.

Мысленно отдал команду на максимальное усилие когерентного участка костюма. Вычислительный блок перенаправил энергию в сервоприводы брюшной полости и таза.

Резкое движение ногой на излом сустава, колено мертвеца вывернулось внутрь под девяносто градусов.

Монстр не чувствовал боли, но законы физики непреклонны, опорная нога более не способна удерживать вес его тела.

Громила потерял равновесие и завалился, невольно выпустив захват.

Экстренно перекатился в противоположную сторону, разрывая дистанцию, после чего тяжело поднялся. Меня шатало, но кости оставались целы.

«Мутант», опираясь на руки и уцелевшую ногу, развернулся на земле, сломанная конечность жутковато волочилась плетью.

Понимая, что на ногах догнать не сможет, мертвец пустил в ход руки. Он совершил хищный бросок из положения сидя, пытаясь достать жертву в прыжке.

Принялся пятиться по кругу.

«Мутант» сделал выпад лапой, намереваясь ухватить меня за голень.

Успел отдернуть ступню, кулак чудовища вырвал из земли изрядный пласт асфальта.

Тварь оставалась опасной даже на одной ноге, замахи отличались непредсказуемостью, монстр с рычанием вращался на земле, как подраненный охотником медведь, создавая вокруг мертвую зону.

Из-за лихорадочной активности и вывернутого сустава монстр начал совершать чрезмерно размашистые движения, заваливаясь вперед после всякого промаха.

Тварь сделала двойной выброс обеими руками, стремясь повалить меня наземь.

— Отвали от меня, мерзавец! — отступил на один шаг, удары монстра рассекли воздух в сантиметрах от нагрудника.

Мертвец упал грудью на землю, застряв в уязвимом положении и полностью открыв шею с затылком.

Улучив этот момент, вогнал заостренный локоть в основание черепа монстра.

Руки и ноги существа обмякли разом, двигательные функции полностью отключены, наступил паралич, лишь голова слабо подергивалась, а челюсти продолжали бессильно клацать.

Занеся ногу, со всей силы вбивал каблук в затылок «Мутанта», дробя теменные кости, пока из моего шлема вырывались искаженные модулятором крики.

Как и с «Бесформенным», никаких очков на моем счету не прибавилось, а этот факт красноречиво свидетельствовал о том, что «Мутант» до сих пор продолжал дышать.

К моему сожалению, понимание пришло слишком поздно, именно в тот момент, когда позволил себе слабость и оставил противника позади.

«Мутант» воспользовался оплошностью.

Неестественным и пугающим образом вывернув торс, монстр коршуном ринулся вперед и одним толчком повалил меня.

Оказавшись сверху, «Мутант» занес кулаки для кузнечного удара, одновременно широко распахнув зубастую пасть и вывалив наружу язык.

Вдруг прямо в глубине этой жуткой глотки заплясала алая точка лазерного целеуказателя.

Тварь не успела опустить свои руки, поскольку верхняя половина её черепа испарилась от попадания, затем обезглавленная туша грузно рухнула прямо на мою грудь, обронив часть мозгов.

С чувством глубочайшего омерзения спихнув с себя зловонные останки, перекатился на бок, после чего уперся ладонью в колено и с трудом поднялся на ноги.

Спасительный выстрел из крупнокалиберной винтовки произвел Тадзима. Вокруг фигуры снайпера к этому моменту уже успела образоваться горка из накачанных тел «рам» составлявших, по всей видимости, свиту поверженного «Мутанта».

— Спасибо за помощь, — приблизился к нему и искренне выразил признательность за избавление от гибели. — Не вмешайся ты вовремя, эта падаль гарантированно превратила бы меня в лепешку.

— Не стоит благодарности, — устало отозвался Тадзима, опуская дымящийся ствол оружия. — Нам нужно срочно возвращаться к Рике, она до сих пор укрывается в том БМП вместе с остальной группой.

— Идем проверим, как они там, — согласился со снайпером.

Мы зашагали обратно в сторону поврежденного бронетранспортера, пока на ходу увлеченно изучал счётчик, проверяя точное количество очков, заработанных за последние напряженные часы сражения.

Примечания:

I. Ихтиоз Арлекина — из-за редкой ошибки в генах организм ребенка полностью теряет контроль над созданием кожных покровов. Вместо мягкой и эластичной оболочки тело младенца еще в утробе матери заковывается в «броню» толщиной до сантиметра. Сразу после появления новорожденного на свет этот сухой защитный слой начинает трескаться на крупные ромбы, а сильнейшее стягивание эпидермиса сильно выворачивает веки и губы младенца наизнанку.

В первые дни жизни роговой панцирь является смертельной угрозой. Нездоровая корка сковывает грудную клетку, мешая делать вдохи, а через образующиеся раны испаряется вода и проникают бактерии.

Раньше младенцы погибали почти сразу, но в нынешней медицине врачи научились спасать около половины пациентов. Малышей помещают в кувезы с максимальным уровнем влажности, вводят антибиотики широкого спектра вроде цефтазидима или ванкомицина для защиты от инфекций, а также применяют сильные препараты на основе витамина А, а именно системные ретиноиды ацитретин или изотретиноин, которые заставляют лишний роговой слой постепенно отшелушиваться и спадать. На нежные участки вокруг глаз наносят глазной гель карбомер или мази с гиалуроновой кислотой, чтобы уберечь роговицу от высыхания.

Вылечить врожденную патологию навсегда невозможно, но преодолевшие опасный период дети способны дожить до взрослого возраста. В течение всей жизни кожа больных остаются сухими, алыми и уязвимыми, походя на обширный ожог. Пациентам приходится ежедневно проводить по несколько часов в ванне и обрабатывать все тело лечебными эмульсиями с мочевиной, молочной кислотой или салициловой кислотой, а также постоянно наносить эмоленты на основе вазелина и парафина, чтобы сохранить подвижность суставов и избежать новых трещин.

Изображение малыша с этим

Взрослый человек с этой болезнью:

Небольшое извлечение. Мне не хотелось выделять эти строки под вторую пояснялку, потому просто так оставлю здесь фотографию с внешним видом нашего доктора, он же д. м. н. Андрей Генрихович Миллер, он же залётный ноунейм для спецназовцев с ненастоящим именем «д-р Уэнделл»:

Наверное, это лицо читателя, когда он(-а, — о) узнал(-а, — о) про ихтиоз Арлекина.

На следующем фото прообраз «Машины Смерти». Прототипом же танка, которого вы видите на этом фото, послужил «Абрамс» из игры, извините за повторяющееся слово, «Прототип 2»:

Первое фото:

Второе фото:

Третье фото:

Четвертое фото:

Пятое фото:

Шестое фото:

Седьмое фото:

Восьмое фото:

Глава седьмая. Демон-хранитель

/Ранее, когда «Скалли» смог проникнуть в школу. Япония, префектура Токио, город Мусасино, район Дзёнираку, 4-й микрорайон/

Войдя под своды этой академии, залип и словил максимальный ступор.

Передо мной раскинулся совсем короткий проход, длиной метров десять с копейками.

Оставив этот коридор позади, вывалился в просторный холл, который в западных фильмах обычно служит стартовой точкой, откуда можно и́зично добежать почти в любое крыло школы.

Вот здесь, мои маленькие любители экстремизма и чернушной чернухи, открывался такой лютый трэш, что просто трындец в кубе.

Знатоки всяких комиксов точно поймут фишку, это один в один те моменты, когда перед новой главой тебе на три-пять страниц раскидывают картинки со своими сюжетами, где красуются название тайтла, имена авторов, всякие издательства и команда переводчиков.

Вот у меня перед глазами нарисовалась похожая дичь. В этой самой стартовой точке по правую руку был столик вахтерши или охранника, вообще без понятия, как эту фигню называть, у меня в шараге такого не было, а слева чернело что-то больше похожее на закрытую комнату сотрудников безопасности.

Всю эту простыню тут раскидал не просто так, зацените масштаб. Здесь творился полный писец и кромешный андеграунд. Ученики или студенты, блин, отвечаю, вообще не просек, почему школа называется академией, а в английской озвучке школьников называют студентами, устроили тут конкретную дань уважения «крещеным».

Бедные, реально бедные люди из состава педагогов, которых знать не знал, превратились в жертв переметнувшихся на темную сторону учеников с крестообразной сыпью на анимешных личиках.

Внутри той самой кабинки охраны над бедолагой-охранником двое «крещеных» обладателей голубого берета проводили «двойную стыковку».

Тот, который зашел спереди, неистово рвал ему волосы на голове, а чел сзади со всей дури втыкал ему в ягодицу вилку.

В этом диком беспорядке прямо у стола вахтерши три «крещеных» ученика, что-то не поделив между собой, устроили грызню, рвали друг другу глотки и другие отрываемые при очень сильных укусах зубов части тела.

Одну женщину зараженные школяры ухитрились по фану подвесить к потолку и снять с нее вообще всё, даже кожу, оставляя только голые мышцы и превращая несчастную в анатомический плакат из кабинета биологии.

Вокруг валялись расчлененные и покрытые разными жидкостями трупы подростков, а также парочки взрослых, лица перед смертью запечатлели гримасы ужаса и агонии, но среди всего этого выделялись два особенных микрочела, с которых выпал.

Один мелкий шкет лет двенадцати стоял полностью голышом, а его мелкое хозяйство скрывалось под кровоточащей и, судя по свежим подтекам, недавно снятой кожей с лица взрослого человека. Рот этих импровизированных «трусов» послужил дырявой сумкой для его свисающих яиц.

У меня, похоже, уже окончательно крыша хлопает в ладоши, потому что мне стало не страшно, а смешно.

Второй, старшеклассник, пошел еще дальше в своем креативе, потому что этот чувачелло щеголял в том, в чем чужая мать родила другого человека.

Объясню подробнее, этот размокший аспирин использовал всю чужую кожу как накидку, идеально подходящую под дождевик с капюшоном, причем капюшоном как раз и являлась голова несчастной жертвы этого мудака. Роль молнии на этой дерзкой одежде выполняли две оторванные руки, образующие конструкцию, похожую на всратую булавку от сглаза.

Еще одним персонажем оказалась женщина не простая, а беременная, точнее, бывшая когда-то таковой.

Дамочка повернулась в мою сторону и выглядела как очень хорошая репрезентация картины Франсиско Гойи под названием «Сатурн, пожирающий своего сына», только вместо Сатурна тут была какая-то левая баба, а вместо сына предположительно дочь, хотя из-за кучи кровяки, повредившихся из вскрытого брюха внутренних органов, а также самого биологического покрытия плода трудно сказать наверняка, мальчик это или девочка.

— Не впечатлен, — из-за очков и маски не скажешь, что выражал хоть какие-то чувства, но сейчас у меня на лице застыла эмоция полного безразличия, как у того нарисованного чувака из мема с носом Сквидварда, не помню его точного названия. — Ме-е, — издал звук, близкий европейским народам и интерпретируемый на русский как близкородственное «фи». — Чувиха, перед тобой чел, который сутками напролет мониторил паблики с лютой жестью, а еще часами зависал в дарквебе. То, что ты сделала со своей малышкой, это сущая и срущая себе в штаны чухня! — сначала, подняв свои пистолеты ввысь, сжал плечи для наклона, а потом резко выпрямился, возвратным движением расставляя руки.

— Я т₱@хNу тебя в твой анус этим мертвым плодом! — с бешеной энергией маньячеллы завопила роженица или родильница, не знаю, какая между ними разница, а ещё не уверен, являются ли эти слова синонимичными.

Под тупейшее улюлюканье вся эта банда из восьми чудаков, к которым моментально «присоседились» еще две твари, вовсю готовилась к нападению.

— Вы все не поняли, — осуждающе мотнул головой, вплетая в свою речь интонационные фишки того актера, сыгравшего Роршаха. — Это не меня с вами заперли, это вас заперли со мной!

— Твой грязный }{уŇ пополнит мою коллекцию! — расхохотался тот недоумок в дождевике и вместе с остальными пошел в лобовую атаку.

— Май нэймиз Джан Марстэ-э-э-э-э-э-э-э-эн! — выкрикнул в стиле главного героя первой части «Ред Дед Редемпшн», когда в одной из кат-сцен Джон влетает на враждебный спавн Форт-Мерсер.

Копируя у Джона его стойку стрелка, представил у себя в голове оранжево-серую гамму. Все противники резко увязли в слоумо, хотя это не было так.

Вообразил, как раздал всем дефолтный ваншот навыком

— Иди сюда, сученыш! — обратившийся в «крещеного» охранник, как ужаленный в первый раз героиновой иглой, выскочил из своей будки и бросился напролом.

Вытянув руку как Самуэль Джексон в роли ниггера с огромной афро-прической, быстро объяснил охраннику, что лезть на меня смертельно опасно для здоровья.

Если вы думаете, что в школе тихо, как на кладбище, вы будете ой как неправы, отовсюду несся дикий ультразвук, кринжовый балаган и сумасшедшая обезьянья возня.

Двигаясь с абсолютным пофигизмом того самого психопата с баллоном со сжатым воздухом, соединенным с пневматическим пистолетом для убоя скота, не помню, как звали персонажа, но причесон у него был всратым, минусовал по одному «крещеному».

Не забывал совершать четкий контроль, чекая спину и тёмки, откуда могут внезапно и с дикими вскриками выпрыгнуть зараженные.

Сам-то топал дальше, наблюдая, как обратившиеся за кем-то увлеченно гонялись.

Сталкерство «крещеных» обнулялось ровно в тот момент, когда, встав в позу Робокопа, оставлял позади этих фриков в лежачем положении и с блаженными улыбочками дурачков.

В основном по пути попадались жесткие расправы «крещеных» над местными школопедусами. Мой же маршрут сейчас лежит прямиком в уборную. Бойня бойней, но толкан строго по расписанию.

Немного в одном месте зудит из-за того, что стены академии по соображениям личной безопасности не позволяют палить по комнатам гранатами.

Чтобы ненароком ничего не поймать лицом и случайно не зацепить выжившего человека, вынужден «экономить» гранатные патроны, перезаряжаясь и заставляя эти снаряды пропадать. Приходится лишать себя кайфа устроить тотальный праздник разорванных взрывной волной тел моих противников.

Неслабо так удивляет другой факт, при наличии в школе около тысячи человек, данные в источниках разнились касаемо численности обучающихся, но суть вы, главное, уловили, мне вообще не попадались нормальные люди.

Приходилось довольствоваться результатами кропотливой работы «крещеных». Эти психи оставили после встречи со своими жертвами готовые концепты для мангаки, рисующего сюжеты в жанре гуро.

Поинтересовавшись у еще одного голого «крещеного», у которого в паху болталась чья-то отрубленная женская голова с хвостом из куска позвоночника, могут ли его мозги выйти со мной погулять, получил желаемый ответ.

Серьезно, этот фрик, увидев пушки у меня в руках и осознав скорую смерть, сам вызвался помножиться на ноль, причем выдал эмоции счастливчика, выигравшего джекпот в лотерее на пару-тройку лямов зелени.

Без лишних раздумий оборвал его пустую и никчемную жизнь.

После него секунд через семь-восемь нарисовалась «крещеная» в разорванном в клочья костюме, оголяющем горячо любимые гунерами зоны, которые активируют нейроны этих обезьянок.

Училка, крутя внизу максимально неприличные финты пальцами, пялилась на меня.

Она приближалась с намерением провернуть что-то из разряда приятного для себя и полезного для всей команды «крещеных».

— Иди ко мне, — скрипуче проворковала училка с оскалом гиены из диснеевского мультика, — vы3bū свою мамочку. Сделай ей хорошо!

— Пошлость, — заговорил как Михалков, — звенящ-щ-щ-щ-щая пошлость.

«Крещеная», продолжая изрыгать фразы из низкосортного хентая в жанре инц-… осуждаем, прямо с обычной походки резко метнулась на меня.

Для нее этот беспонтовый мув стал выдачей красной карточки от судьи. Капитальный вылет до конца матча, который в нашем случае означает путевку на тот свет навсегда.

Перезарядившись с двух рук, а точнее, перехватив оба пистолета в одну ладонь и удерживая в таком положении, избавился от магазинов с оставшимися внутри по одной пульке.

Дождавшись, пока в свободной руке магическим образом материализовались новые магазы, резким толчком вогнал в емкости для боеприпасов.

Почти добравшись до нужного мне ответвления с картинками обычного стикмена и стикмена в угловатом платье, словил дешёвый скримак.

На меня резко, как понос после микса из рыбы, молока и мятных конфет, выпрыгнул школяр с закосом под шамана из племени садистов-каннибалов. На шее у него красовалось миленькое ожерелье из мужских бибусов разной длины, широты и степени целостности.

На груди у «крещеного» был надет своеобразный топик или бронелифчик из вырезанной женской груди. Этот бронелифчик, как и его аналоги из фэнтези, не нес в себе никакого смысла и вообще не прибавлял защиты.

Парень, кстати, щеголял в порванных штанах, открывающих вид на отсутствие бибуса, ведь вместо него там плотненько так залегла густая краснота, размывающая плоть алым оттенком.

— Отдай мне свой }{уŇ, недоносок! — ворчливо потребовал у меня этот непростой тип.

— Иди пропердись, — надвинул гогглы на лоб и косо расположил этот аксессуар.

Психованный коллекционер джунджуриков переселился в компактный деревянный домик без окон и дверей.

Зашел в женский «гальюн», потому что по личному опыту нахождения в пацанских туалетах своей родной альма-матер знал, что там можно склеить ласты прямо на входе от удушливого амбре и полного трэшака, который парни устраивают с толкачами.

У девчонок, пускай не везде и не всегда, с этим делом почище, хотя тут в памяти возродилось, как на тусе одногруппника, того фаната Каменистого и по совместительству сына родственника мэра Киева, по ошибке забрел в женскую уборную. Жесть и кошмарики.

Дверь открыл резко, как Торк из игры «Зе Сафферинг».

Закрыв за собой дверь, занял кабинку. Предварительно прочекал обстановку на отсутствие посторонних, хотя «крещеные» вполне могли залезть ногами на толкан, чтобы спрятаться.

«Да пофиг, если там и засейвился кто-то, этот фрик уже не жилец, тут можно без проблем развернуться», — приспустив штаны, почувствовал приятное облегчение в мочевом пузыре.

Закончив со всеми этими черными делами, спокойно вышел.

— Апхчи! — чихнула какая-то девчонка из самой последней кабинки.

Ловушка или фантастическая случайность?

— Пчел, — обратился к ней, решив не приближаться к этому месту. — Мой тебе совет, можешь выслушать или пропустить мимо ушей, дело твое, просто предупрежу, что подолгу отсиживаться здесь небезопасно. Может, мутанты и сюда не забредут, но вот «крестики» тебя тут одну точно не оставят.

— П-постойте… — сказала незнакомка с интонацией уличной кошки, ждущей, что двуногий подберет ее. — Вы п-поможете мне?..

— Что же ты будешь делать, — вздохнул, сжав кулаки и уперев ладони в бока, как футбольный тренер, увидевший, что команда не оправдала надежд, а затем слабо пнул невидимый мяч. — Лан, слушай, ты вооружена хоть чем-нибудь? Напильники там, спонжик, — не понимал значения, смысла и внешнего вида названных предметов, — хоть чем-нибудь?

— Н-нет, — ответила девица, сдерживая слёзы. — П-п-пожалуйста, п-п-помогите мне…

— Помогу, помогу, — сдержал я слово, — ты выйди для начала, здесь, кроме нас, никого нет.

Пока школьница выбиралась наружу, сдвинул немного маску, чтобы в очередной раз не пугать бедняжку.

Из проёма показалась низкая и полненькая тянка с растрепанным каре в очках, круглое лицо которой казалось приплюснутым и одутловатым.

— План такой, пристроим тебя к

Если, конечно, главные герои в этой версии реальности не погибли от рук «крещеных» и сами не обратились в чудовищ.

— Х-хорошо… — шмыгнула носом девчушка и вытерла воспаленные от недавних слез глаза.

— Просьба не путаться под ногами и не кричать из-за атакующих нас психов, — попросил спутницу о базовых вещах, необходимых ради ее выживания.

— Они ещё в академии?.. — девица в упор вылупилась на меня, нервно поднеся ладонь к губам, как человек, собирающийся грызть ногти из-за нервотрёпки.

— Больше скажу, «крестиков» меньше не становится, — уж лучше горькая правда, чем сладкая ложь. — Прячься за меня, следи за спиной и, если увидишь кого, сразу маякуй, вкурила?

— Я п-поняла… — она опустила глаза в пол, перебирая пальцами.

— Ещё инфа, — выдал базу «булочке». — Не дай мутантам обнулить себя, иначе пополнишь ряды этих тварей. С «крестанутыми» всё куда жёстче, это далеко не ходячие трупы, а обычные люди с садистскими наклонностями и другими психическими отклонениями, которые не чувствуют боли и ловят с нее дикий кайф, при этом у них сохранился интеллект, так что они легко могут юзать любые предметы, устраивать засады и проворачивать хитрые страты. Береги слизистые от жижи «крещеных». Я не доктор, но в одной медицинской статье вычитал, что в перечень входят, если хорошо помню тот длиннющий список, кровь, лимфа, межклеточное, спинномозговое, плевральное, перикардиальное, перитонеальное и синовиальное наполнения организма. Сюда же относятся моча, пот, слюна, желудочный, кишечный и панкреатический соки, желчь, сперма, секрет предстательной железы, предэякулят, влагалищные выделения, околоплодные воды, молозиво, хотя даже понятия не имею, что это за хрень, грудное молоко, слёзы, носовая и бронхиальная слизь, ушная сера, водянистая влага глаз, а до кучи козявки и говно, ну и прочие выделения организма, короче, всякая хрень.

Проверив стволы «цезешек», вернул маску на прежнее место и покинул уборную вместе с тянкой, жавшейся сзади и упрямо старавшейся не косить взгляд на расчленёнку в лучших традициях блевотной трилогии Люцифера Валентайна из моего любимого айсберга запрещённого кинца.

— Я чую щёлку-у-у-у-у! — кривляясь, выскочил на нашем пути пятнадцатилетний «крещёный».

Этот урод мог похвастаться необычной масочкой из двух человеческих лиц. Он походил на ту запрещенную икону «Смесоипостасная Троица» с трёхликим Христом. Одно из этих лиц имело красный крестик, а второе красовалось без него.

— Я вырву ей матку голыми руками! — закричал этот «Тринити», вооружённый обычным кухонным ножом, затем ринулся на меня.

— Чел, иди в «Роблокс» поиграй или в «Геометри Дэш», «Генш», «ЗЗЗ» «МЛББ», ну или какой там ещё детской хернёй маются аутисты твоего возраста, — прицелился и сделал выстрел.

Девчушка у меня за спиной всё-таки не сдержалась от произошедшего ужаса и услышанной дичи, тихо всхлипнув.

— Хей, — развернулся к ней, — мы же договорились не раскисать, ты обещала просто тихо плестись следом.

— Я з-з-знаю… — хныкала девица, тщетно пытаясь совладать с проступившими эмоциями.

— Как тебя зовут вообще? — поинтересовался у неё.

— Нацуми… — ответила, пряча взгляд в пол.

— Милое имя, — сдернул маску полностью, показав лицо, потом натянул обратно, привычно сдвинув её вниз. — Меня Матвей, но если хочешь поржать, зови Мотей, это диминутив, хотя лучше величай «Скалли». Рад знакомству, но не обстоятельствам, которые нас свели.

— В-в-взаимно… — выдавила попутчица без очередного приступа паники, хотя её тело все еще дрожало.

Двигаясь дальше, мы быстро прикончили парочку «крещеных» ещё до того, как они успели раскрыть рты для своих провокационных высеров, а после наткнулись на целую группу этих поехавших.

— Бачу сепара, — увидел свою первую цель, — одын двисти, — уложил голого «крещёного», совокупляющегося с неопознанным трупом без рук, ног и головы. — Звук далы прызыдэнту, — выдал пародийным хрипловатым баритоном с сильной «песочной» текстурой и выраженным субтоном. — Два двисти, — прикончил второго ушлёпка, а потом был вынужден пристрелить малолетнюю жертву изнасилования, чтобы бедняжка не пополнила ряды этих тварей. — Тры двисти, гэть сэпаратыста! — продолжал свой стёб, убив четвёртого недоумка. — Дэокупация Бахмута йдэ успишно! — прибавил ходу, отправив в вечную темноту ещё троих поехавших. — Лэтсгоу, — минус ещё один фрик из левого ствола, — лэтсгоу дэокупэйт Бахмут, — в хлам расстрелял четвёрку безумцев, носивших маски из человеческой кожи. — Гоу, гоу, гоу, ритэйк Бахмут! — выстрелил наповал в последнего кожемордого.

— Ч-что это был за язык?.. — Нацуми вытаращилась на меня сквозь запотевшие очки, сжимая кулачки и вжимая голову в плечи от пережитого.

— Забей, это просто локальный мем из интернета, тебе не понять, — отмахнулся, лихо крутанув «цезешки» на пальцах и убрав стволы. — Главное, что коридор теперь чист.

Двигаясь как Субару, поднимающийся по лестнице, мы оказались на этаж повыше.

Нацуми послушно засеменила следом, стараясь не отставать, как вдруг донесся резкий шум, заставивший девочку вскрикнуть.

Ступени следующего этажа сотрясались, в этот момент выскочили две знакомые по памяти старшеклассницы Мисудзу Итидзё и Ники Тосими. Вторая изрядно отставала, спотыкаясь на ходу, а «крещёные» неслись прямо за ней по пятам, скалясь в предвкушении новой жертвы.

— Помоги мне, Мисудзу, пожалуйста! — истошно завизжала несчастная, протягивая руку к подруге.

Итидзё, вместо помощи, резко развернулась и со всей силы оттолкнула Тосими назад, прямо под ноги набегающим безумцам ради спасения собственной шкуры.

Сама эгоистичная тварь бросилась в нашу сторону, а оставленная девица с диким криком повалилась на пол. Лицо упавшей исказилось от тотального неверия и смертельной обиды.

Нацуми от такого зрелища окончательно растеряла остатки самообладания. Девчушка зажмурилась, в панике рванулась и со всего маху налетела спиной на меня, полностью сбив прицел «цезешек».

От этого неуклюжего толчка с трудом удержал равновесие на узкой ступени, а школьница ещё и закричала, напрочь позабыв про наш уговор. Этот визг заставил обернуться всю ошалелую банду «крещёных», которые тут же переключили внимание на нас.

Поняв, что натворила, Нацуми умолкла, скованная ужасом и чувством вины, потом замерла столбом, не в силах даже пошевелиться.

— Дурёха, мы о чём договаривались! — рявкнул, пытаясь восстановить баланс и сквозь её ступор поймать прыгающую мушку пистолета. — Ты мне всё заруинила, кину на тебя потом репорт!

— Прости, прости, прости… — тихо пропищала Нацуми, робко посмотрев на меня.

Злился понарошку, потому что этот затуп сыграл в плюс короткостриженой тянке.

Мисудзу, швырнувшая от себя «лучшую подружку», сбила телом несчастной преследовавших ее зараженных.

На стрессе и животном перепуге Тосими рефлекторно «откатапультировалась», ненадолго засейвив себе жизнь, чем грамотно воспользовался, наводя стволы, как компьютерную мышку скилловый игрок в «ОСУ», на черепушки «крестиков» и минусуя чубзиков.

Ники сидела на полу в полнейшем шоке. Из-за пережитого ужаса и предательства подруги та

Мисудзу, заметив устранение угрозы, позабыла про собственный стыд.

— О боже, спасибо, я так испугалась, я не хотела ее толкать, это вышло случайно! — предательница попыталась врубить актрису, задрожала всем телом, принялась навязчиво ластиться ко мне, короче, устроила переобувание на лету ради получения защиты.

Кинув эту чувиху в мут, подошел к пострадавшей.

— Ты не ранена? Идти можешь? — от моих вопросов она медленно приходила в себя.

Услышав меня, девчонка утвердительно закивала, размазывая катившиеся по лицу слезы.

— Мы планируем присоединиться к группе Такаши Комуро, — протянул руку.

Школьница попыталась ухватиться за мою ладонь, стремясь подняться, вопреки сильной дрожи в коленях от перенесенного страха.

Теперь, когда наше дуо официально превратилось в трио, мы засобирались двигаться дальше, но в момент старта Мисудзу затормозила наш отряд.

— Стойте, — встрепенулась она, не веря, что действительно оставил её одну, девица сделала шаг вперед. — А как же я?

— А, сорри, забыл, — бросил через плечо, а затем повернулся к ней лицом. — Знаешь, — хотел было назвать школьницу по имени, но вовремя вспомнил, что никто вслух эти данные еще не озвучивал, — я тебя прекрасно понимаю, лезть куда-то ради спасения человека, зная, что за спиной агрессивно месят пол «крещеные», причем зараженных там не один и не два, а целая пятерка, переть на толпу голыми руками или банально с холодняком без нормального шмота на армор является дичайшим риском, — обозначил фундамент, вокруг которого дальше будет строиться вся граница. — Не то что понимаю, почему ты дала драпака, но могу даже вкурить причину, по которой ты бросила подругу, — неприятная и пугающая логика дошла до ушей девчонок.

Ники совсем поникла, Нацуми даже не пыталась скрывать удивления в самом паршивом смысле слова, так как перед глазами сразу всплыл недавний косяк, при этом Мисудзимич на триумфалычах, как и следовало ожидать от человека с таким темпераментом, тщательно утаивала подступивший восторг от степени моего цинизма, хотя радоваться ей оставалось совсем недолго.

— Бесспорно, в оригинальном комиксе персы постоянно так и поступали, бросали любого отставшего тиммейта. Всем было абсолютно пофиг, кем являлся бедолага, будь то старик, ребенок или обрюхаченная женщина, да и какую пользу приносили разные члены команды, — озвучил одну из главных составляющих той тотальной безнадеги, что регулярно встречалась на страницах «Крестоносцев». — У меня нет ни малейшего права пристыдить тебя за твой поступок или клеймить абсолютным злом, как в той шкале из мема, ведь сам не являюсь идеальным моральным ориентиром, — похлопал ладонями по толстовке, обозначая себя. — Но в чем готов утверждать стопроцентно, будучи правым, так это в том, что ты шикарная приспособленка. Ты своим поступком сама позиционировала себя как соло-игрок, поэтому продолжай выживать в соло.

— Постой, ты мыслишь с позиции личной выгоды! — взволнованно запротестовала Мисудзимка, до конца не веря, что вместо унылого нравоучения или возмездия карателя ей на пальцах раскидали, почему дорога в нашу тиму ей «закрыта». — Они-то хоть чем полезны! — слегка наклонилась всем корпусом, пренебрежительно ткнув рукой в сторону прижавшихся друг к другу девочек.

— Тебя не должно это парить, — отрезал ей.

— Не бросайте меня! — встрепенулась Мисудзу, рухнув к моим ногам на колени. — Я тоже могу быть вам полезна! — истошно заскулила девчонка.

— Окей, — быстро согласился, отчего она на миг оцепенела, а Ника, горящая сильной обидой вместе с дикой ненавистью за совершенный поступок, демонстративно отвернулась, крепко обнимая себя руками. — Но давай разберемся с этим на месте раз и навсегда, чтобы ко мне потом не было никаких вопросов, — наконец приступил к финальному эндшпилю затянувшегося спектакля. — Мы тебе поможем, но заруби на своем носу, что ты систематически падаешь в лоу приорити, — предвосхищая ее немой ступор касательно значения этого геймерского термина, поспешил озвучить расшифровку. — Объясняю для непонятливых, этот статус означает, что если тебе или кому-то еще одновременно будет угрожать реальная опасность, сразу вписываюсь за другого человека, а потом уже за тебя, если ты к тому моменту не погибнешь или не станет слишком поздно.

Подобные слова искренне удивили Ники с Нацуми, совершенно не ожидавших, что диалог с Мисудзу примет настолько неожиданный и зловещий поворот.

— Если в опасности окажешься исключительно ты одна, я сто один раз подумаю, стоит ли вообще впрягаться за тебя, не пойдет ли моя помощь тебе вразрез с моей личной безопасностью или безопасностью остальных людей, — поставил фейковую точку.

— Спасибо большое!.. — выдохнула девица, причем в ней отчетливо читалось колоссальное облегчение от того, что ее не бросают подыхать на растерзание «крестикам», но кожей чувствовал, как этот позорный низкий статус одновременно взрастил внутри нее глубоко затаенное недовольство вперемешку со скрытой яростью.

— Это еще далеко не все, — повернул к ней ладонь левой руки внутренней стороной вперед, многозначительно подняв указательный палец в жесте внимания. — Твой поступок будет иметь серьезные последствия, поэтому советую тебе не откладывать память о нем в долгий ящик, — настало время вынимать из ножен припрятанный дамоклов меч. — Если дойдем до тимы Такаши до того, как они покинут академию, мы честно сольем им всю инфу. Ребята будут сами решать, что делать. Либо тебя просто оставят одну на вольные хлеба, либо тебя ждет показательный товарищеский суд. Скажу заранее, перед тобой вилка Нортона, так что при любом раскладе тебе будет неприятно, — небольшая пауза в пять секунд. — Ты топаешь впереди, — скомандовал, заставив ее вздрогнуть.

— Почему это? — возмутилась Мисудзу.

— Плиз, не делай вид, что не шаришь, — бросил в ответ.

— Так тебе и надо, крыса, — Ника сквозь дрожащий голос выдала едкий комментарий.

Обвиняемая молча, проливая неискренние слезы, приняла правила игры.

Встав с колен, приспособленка осознала полную бесполезность дальнейших манипуляций. Она быстро взяла себя в руки, выключив хитрую и гибкую актрису ради новой роли покорной овечки.

Разумеется, покорность являлась фарсом, потому что под овечьей шкуркой скрывалась опасная волчица, выжидающая критического момента ради возможности воткнуть острый нож в спину всей тиме Такаши.

По взгляду девушки читалось желание устроить торг, попытавшись сослаться на мою бесчеловечность вместе с несправедливостью, но против простейшего стремления самосохранения спорить бессмысленно.

Зашипев змеей, Мисудзу неохотно встала на самую передовую нашего отряда.

Мой циничный подход показался пострадавшей справедливым возмездием, поэтому она целиком разделяла идею слить грязную инфу.

Коротко кивнув обеим школьницам в знак начала движения, мы продолжили прерванный путь.

Кто-то со стороны справедливо мог бы подметить, что эта особа представляет собой бомбу замедленного действия.

Могу заверить любого скептика в обратном, ведь если она дернется не в ту сторону, то моментально схватит маслину. Если вздумает выкинуть бред сивой

Мисудзу далеко не глупая, она точно не станет творить сомнительную херню ради глупейшего вайпа. Весь этот диалог был необходим для объяснения простой истины, заключающейся в том, что положение ее дел является не спасением, а всего лишь временной отсрочкой от полной неизвестности.

Примечания:

Дорогой читатель!

Прошу прощения за очень короткую главу. К сожалению, сейчас не самое лучшее время, так как «пришлось» сильно заболеть.

В таком состоянии полноценно браться за перо и выдавать текст просто нет сил.

Как только самочувствие придет в норму, работа над продолжением сразу же возобновится. Небольшой спойлер, следующая глава тоже будет целиком и полностью посвящена «Скалли».

Спасибо за понимание и за то, что остаетесь со мной.

С любовью,RedDetonatorSadDecorator.

Глава восьмая. Повелитель мух

Нашей типа сплоченной бандой мы встречали любые угрозы, так как испуганным школьницам прилетел приказ шнырять строго позади меня, палить тыл и не смыкать глаз.

Смерть очередного проходного моба с крестом на лице принесла драгоценные очки, необходимые прямо здесь и сейчас.

Стримить такую жестокость перед юными свидетельницами совсем не хотелось, но альтернативных вариантов судьба не завезла.

В «кармане» накопилось большое количество валюты на дофигаллион бесчисленных круток, но сильно радоваться неуместно, потому что львиная доля долго фарма испарится внутри шопа ради приобретения расходников и редких диковинок.

Загадка, сталкиваются ли остальные гачисты-говнисты с похожими аномалиями, но моя реальность показывает крошечное и крайне подозрительное подорожание одной попытки, возникающее на ровном месте.

Ситуация пока остается более-менее контролируемой, но бездействие определенно спровоцирует какой-то трэшняк.

Активировав панельку, именуемую поднадоевшими завсегдатаями «РеалРПГ-тусовки» интерфейсом, свайпнул на вкладку с колесом.

Кастомный визуал копипастил тему бродячего цирка, поэтому запуск меню триггерил навязчивую и приставучую композицию, знакомую по старому шоу про «Деревню дураков», хотя цирковой марш зашел бы куда лучше.

Крутящийся диск похож на деревянный щит, служащий мишенью безумному трюкачу, метко швыряющему острые ножи вокруг привязанного ассистента.

Потратив стартовый кэш под звук крутящегося, как в казино, рулеточного колеса и барабанной дроби, залипал на размытые контуры геометрической фигуры.

Рандомный круг затормозил через двадцать циклов. Мне, после исчезновения таинственного вопросительного знака, показался беленький противогаз ктшника из фракции «САС».

Душу согрел восторг, возникло сладкое предвкушение, что мне передадутся все боевые скиллы, освоенные этим спецназовцем. Из-за этого превращусь в самого шаблонного и неоригинального, зато нереально эффективного бойца.

Отрезвление пришло вместе со звуковым сопровождением, прозвучавшим при дропе награды. Раздалось приглушенное и уходящее в нижние регистры кваканье духовых инструментов в манере «уа-уа-уа-уа-а-а», дополненное аудиоэффектом, этот звук имитировал обрывистый и моментально сменяющийся злорадным хохотом смешок Троллфейса.

Мне преподнесли исключительно шмотьё, ничего сверх этого.

Пришлось забрать этот скам, поскольку аннулировать подарок невозможно, во всяком случае сейчас ситуация обстоит именно так.

Прежняя одежда бесследно растворилась, параллельно замещаясь деталями экипировки контртеррориста.

В голову не пришла мысль заранее предупредить школьниц или придумать какое-нибудь глупое и лишенное реализма оправдание, что послужило отличным уроком, а также наглядным напоминанием о мой рассеянности.

Стоящие за спиной девчонки поймали взглядом, что отныне щеголял в образе той самой модельки штурмовика в противогазе с комплектом дифузов для деактивации взрывчатки из игры «Контрудар: Глобальное наступление».

Нацуми, а кричала именно она, от такого цыганского фокуса с переодеванием истошно завопила, вслед за подругой на высоких нотах присоединилась Мисудзи. Ники, напротив, сохраняла хладнокровие, никак не отреагировав.

Пока безостановочно косил «крещеных», из-за моральной поддержки этих невдупленышей пришлось выдавить из себя жёсткий уровень концентрации и сосредоточиться на уничтожении более активной волны зараженных, окончательно забив на просмотр второй крутки.

На автомате приняв новый подгон после утилизации девяти «крестиков» из банды кожемордых, вместо звука фейла услышал восходящий ретро-игровой аудиоэффект. Звучало это как энергичное «Та-да! Ту-ду-ду!», похожее на аркадное звяканье при сборе монеток в «Марио», смешанное с победным возгласом.

На иконке красовался белый силуэт британской штурмовой винтовки «L85A2», но в названии значилась неизвестная модификация «L85A5».

Расстреляв еще где-то с десяток «крещеных», зачистив спот ради безопасности и спокойствия группы, позволил призу материализоваться.

Ствол появился прямо на руках, а мои «цезешки» с оставшимися в сумке автоматическими самозаполняющимися магазинами в количестве двенадцати штук выпорхнули наружу, как улетающие из родового гнезда птицы.

Такой расклад вызвал недовольство, исчезнувшие магазины означали пропуканные впустую очки.

Пришлось максимально быстро зачекать описание. В интерфейсе говорилось про пушку из сравнительно недалекого будущего в одной из многочисленных плоскостей вселенной этого аниме, производимую в Англии.

К сверхъестественным плюсам стоило отнести бесконечные патроны, а жирный минус уходил в мою экономику. За причинение ущерба методом «кругового обстрела» система начисляет всего по десятке очков.

Главный прикол крылся в ТТХ. Калибр оказался настолько мощным, что при той же тактике ликвидации одного чудака, не являющегося суперброненосцем, на счет будет капать только по двадцать очков.

Завершив ознакомление со строками виртуального мануала на последнем абзаце, посвященными «пополнению боезапаса», вдавил сквозную клавишу-переключатель, расположенную над пусковым элементом, продвигая указательный палец левой ладони в направлении слева направо.

Первоначально внутри зашевелилось легкое опасение, заводское исполнение «Сашеньки» не предполагало эффективное пользование левшам, однако, к моему облегчению, эта прокачанная модель грядущих эпох обзавелась фичей переднего выталкивания стреляных оболочек, аналогичной конструкции бельгийского ствола Эф-Эн Эф-2000, а взводную рукоять инженеры спроектировали съемной.

Сделав перезарядку, как пытливый бродяга-одиночка из первой части «S.T.A.L.K.E.R.», медленно повернулся к содрогающимся от страха девчонкам.

— Ну и как это понимать? — оружие послушно переместилось на плечевую зону благодаря тесьме зелёного оттенка. — Если б у меня не было огнестрела, то «допомога» этих тварей пополнилась бы еще четырьмя «новообращенными», — немного подавшись корпусом вперед, упер сжатые кулаки в бедра, как строгая вожатая пионерского лагеря, отчитывающая подопечных с суровой, но педагогической заботой. — Нацуми, мы сто раз это проговаривали.

— Из-звини… — первая вызволенная, но пока не доставленная в безопасное место школьница старательно избегала зрительного контакта со мной. — Эт-т-того больше не повторится… — испытывая неловкость за свой кринжовый факап и досаду от постоянного наступания на те же самые грабли, девочка свела носки обуви вместе, образовав туфельками подобие треугольника.

— Я понимаю, что требую от вас слишком многого, особенно в ситуации, в которой мы находимся, — развернулся вполоборота, держа ствол на изготовку. — Здесь очень легко терять самообладание, но постарайтесь хотя бы не подставлять друг друга.

— Сделаем всё, что в наших силах, — робко мне ответила Ники, находившаяся ближе всех, потому что она на дух не переносит присутствие

Ощущая в глубине души восторг, сравнимый с детской радостью от обнаружения долгожданного подарка под новогодней ёлкой, принялся тестировать баллистические свойства «футуристичного» британца.

«За себя и за „Сашку“!» — наведя перекрестие сквозь невероятно имбовую оптику, быстрой срезкой уложил на землю разом четверых обезумевших псов.

Потрясающий девайс. Не хочется прослыть фанатичным оружейным задротом, но это устройство, судя по описанию, именовалось лазерно-дальномерной системой модификации второй модели под названием «Гиперион».

В противоположность прежнему прицелу с неизменным четырехкратным увеличением, этот вариант снабжен тумблером регулировки фокуса. Единичное приближение идеально подходит для закрытых помещений, четырехкратное предназначено для открытой местности, а шестикратное позволяет вести высокоточный огонь на дистанции свыше шестисот метров.

Дополнительно конструкторы интегрировали внутрь лазерный излучатель и встроенный прибор измерения расстояния. Лазерный целеуказатель, ставший полноценным преемником старого навесного блока, вмонтирован в оболочку прицельного приспособления.

Посредством клика на клавишу устройство вычисляло точную дистанцию до мишени, после чего внутренний дисплей автоматически определял траекторию снижения боеприпаса.

На прицельной марке активировался крошечный пиксель, указывающий точное место попадания снаряда с поправкой на удаленность и градус наклона винтовки. Поверх основного корпуса инженеры также добавили герметичный малогабаритный коллиматор.

«Какой же кайф стрелять с глушаком!» — с этой веселящей меня мыслью сопроводил выстрел, разворотивший торс одноглазому васяну.

Делать третью крутку пока не хочется. Из-за непреходящего чувства стрема, врубающего мою осторожность на тройную мощность, часть честно заработанного кэша сливал в магазине.

Расписывать этот внутриигровой маркет особо не за чем, интерфейс там интуитивно понятен любому, а дизайн, без обид, сделан до неприличия всрато, как копеечный инди-хоррорец на движке «Юнити» за два бакса в «Стиме».

Ассортимент внутри сейчас нищий, каталог содержит всего четыре активные вкладки.

Первая — аптечки, хилинг напрямую зависит от дороговизны набора. Вторая — «фудбоксы», представляющие собой необычный аналог лутбоксов с рандомным провиантом.

Главная фишка заключается в том, что еда там топовая на вкус, не имеет срока годности, а при распаковке выглядит свежеприготовленной, с пылу с жару.

Третьим пунктом шли броники, тебе за плату на выбор предлагались уровни защиты из кевлара, «суперкевлара» и «уберкевлара». Четвертым слотом шел раздел для закупа патронов, но из-за моей обновки эта ячейка посерела, став некликабельной.

По причине вечной паранойи, спасающей мою шкуру, а также из-за факта, что на пустой желудок превращаюсь в злого и токсичного душнилу, львиная доля очков сначала улетает на продовольственные припасы, следом затариваются медикаменты, хотя, отрицать это тупо, главным приоритетом все равно остается перекрут яичка, ой, то есть, в смысле, я хотел сказать, прокрут ячейки.

Кому надо, «фудбокс» стоит семьдесят очков, а хорошая аптечка две тысячи очков, самая дешёвая стоит сто шестьдесят.

С едой объяснять нечего, в плане готовки полное лоускиллище, способное сообразить только самые базовые блюда, а из навоза и опилок состряпать кулинарный шедевр из кухни мишленовского ресторана не способен, потому с чистой совестью трачу очки на вкуснейшую жрачку.

С аптечками комментарии излишни, ценники говорят сами за себя, зато с боевыми товарами творится какая-то непонятная фигня.

Чувак или чувиха, поставивший эти ценники, либо живет в Венесуэле или в Зимбабве, либо у девелопера тупое чувство юмора. Обычный кевлар стоит тридцать пять тысяч очков, улучшенная потребует аж восемьдесят пять, а убер все сто шестьдесят пять тысяч.

Мне просто страшно представить, это что они такое умеют, что на них висит космический ценник. Мне че, пол-Китая положить ради одного убер-броника?

Пока план с гачей тяжел и неказист, как жизнь советского артиста, а именно копить, крутить, закупаться и фиксировать все обновы.

Разобравшись с небольшой кучкой, состоящей из семи «крещеных», сменил магазин, дождавшись момента, когда пятьдесят первый боеприпас покинул родной патронник, переместившись на постоянное место жительства прямиком в извилины воспаленного разума «крестика».

Упомянутые мертвые твари целенаправленно мчались к дверному проему школьного кабинета, вывеска недвусмысленно намекала на местную творческую студию.

Наверное, в этом помещении мелкие ребятишки распевали веселые куплеты, писали стенгазету, читали стихотворения и вовсю репетировали перед грядущими смотрами талантов.

Судя по общей атмосфере, царившей вокруг этой таблички, все обстояло именно так.

Описать увиденное витиевато пришлось потому, что в японских иероглифах не бум-бум. Кое-как разбирать печатные знаки получается благодаря бесконечному чтению манги, да и разговариваю вполне сносно, пускай с дичайшим акцентом, за который стоит поблагодарить просмотр сотен тайтлов аниме.

Плюс ко всему, с горем пополам выходит черкать простейшие символы, но определенные кандзи до сих пор воспринимаются непонятными и хаотичными каракулями, сходными с русским словом «шиншилла», выведенным каллиграфическим курсивом перед иностранным туристом.

Совершил серию уверенных постукиваний, как охранник Барни в открывающей сцене из первой части «Периода полураспада», пока неразговорчивый физик в белом халате перемещался по рельсам в технологичной вагонетке.

— Там есть кто-то? — громко подал условный сигнал, стоя в томительном ожидании ответного шума с противоположной стороны запертой двери.

Прислонился ухом, пытаясь зачекать происходящую внутри суету, причем чуйка гарантировала умышленную маскировку забаррикадировавшегося народа, «затихарившегося» ради сохранения гробовой тишины.

— Нам не откроют, — Ники встала плечом к плечу со мной. — Они думают, что мы одни из этих безумцев, притворяющихся обычными людьми.

— Это трабл для засевших, а не для нас, но бросать бедолаг всё равно не хочется, — отошёл, забивая на бесполезную трату времени. — Но ты права, они не откроют ни при каких обстоятельствах.

Как гром среди ясного неба, на девять часов, вырулили «крещёные». Конкретно эти отбитые обожали срезать кожу с жертв и крафтить из неё шмот.

Среди тринадцати кожемордых сразу выделился один, самый рослый, раскачанный молодой японец, весь в красной сыпи крестообразной формы, но без шрамов и прочих самоповреждений. Далеко ходить не надо, вот и первый вожак нарисовался.

Девчонки тут же спрятались за мной. Ники колотило в дичайший тремор, она просто вкопалась в мою одежду, Нацуми сделала то же самое уже с ней, а Мисудзу застыла позади всех нас.

Какая-то рандомная кожемордая из этой тусовки, вырядившаяся в платье-карандаш из чужих лиц и с абсолютно голым окровавленным торсом, ломанулась на нас с ором, но вожак сграбастал её за волосы и выдал комбо из семи впечатываний башкой в стену.

— Тупая сука! — там, где он держал, скальп отслоился от черепушки.

Первые два удара разорвали крупные сосуды, пошла жесть с кровотоком и обширными гематомами.

Мозги дуры со всей дури приложились о внутреннюю кость, а потом отскочили обратно, короче, полный нокаут, сознание вырубилось моментом.

Дальше пошла «двойка», лобная и затылочная кости крякнули, носовая кость, челюсть и глазницы тоже сказали «до свидания». Ну а финальная тройка столкновений её кровавой физиономии со стеной добила шейные

Надо говорить, что девчонки из-за этого заорали и заревели? Наверное, не надо.

— Ты, в противогазе, — вожак, скалясь как первобытный хищник, наставил на меня пожарный топор, — не хочешь в наш отряд вкатиться? Обещаю сделать тебя правой рукой.

— Не, мужик, не хочу, давай завтра, — отказался обыденно, не сводя с него прицела.

— Замётано, — неестественно широко улыбнулся вожак. — Там внутри куча народа, — сказал он своей «пастве». — Врываемся и мутим оргию с целками!

— Да-а-а-а-а-а-а-а! — заскандировала зомбированная толпа.

Подопечные, как послушные псы, избавили своего лидера от необходимости юзать топор для сноса преграды. Говорил же, что они непредсказуемые.

Из-за незаконного проникновения школопедусы внутри дружно скатились в массовую панику и начали беспомощно верещать, в ужасе осознавая, что с ними вот-вот случится, если липовый спецназовец не вмешается.

Безумный отряд «крещеных», применив труп кожемордой как живой таран, вынесла двери и проломила себе проход.

— Налетайте! — торжественно заорал вожак, вскинув топор как викинг, потом тут же ломанулся следом за своими.

Вот на этом садо-мазо-каннибало-педо-некро-копро-спектакле на сцену вышел дядя Мотя.

Не дав «крещеным» сократить путь до паникующих школьников, всадил пули в спины атакующим «крестикам», мигом вынеся троих.

Девять ещё живых, полностью проигнорив меня, продолжили забег.

Имитировал полив пулями по нападавшим для маскировки уникального дара, тайно активировав гемокинез.

Моя мысленная директива заставила внутреннюю силу одновременно пережать девяти «крещеным» шейные яремные вены ради полной блокировки оттока крови.

Жидкости, продолжавшие нагнетаться сердцем прямиком в череп посредством сонных артерий, оказались заперты внутри головы, куда под напором выбрасывались все запасы из нижней половины туловищ.

Показатели давления внутри церебральных сосудов взлетели до отметки в четыреста миллиметров ртутного столба.

Бегущая орава синхронно, чисто по единому щелчку, захлопнула рты, отчего вопли резко оборвались.

У девяти кожемордых разом полопались капилляры глазных яблок, окрашивая белки сплошным красным цветом, а сквозь ноздри вместе с ушными раковинами ручейками заструилась темная влага. Тонкие стенки черепных сосудов не выдержали перегрузки, порвавшись в бесчисленных участках, вследствие чего произошло размозжение мозговых тканей.

Девять обращенных словили аут, лишившись сознания вместе с контролем над телом.

На максимальном разгоне эти тела повалились ниц, подкатываясь к ногам застывших от ужаса подростков.

Продолжал непрерывно палить по крестикам ради отведения малейших подозрений, чтобы избежать ненужных расспросов. Ребята пребывали в тотальном шоке, соображая туго, что сыграло на руку конспирации.

— Успел, — на время стянул фильтрующую маску, опускаясь на одно колено для нахождения на одинаковой высоте со школотой. — Никто не пострадал?

Вместо внятной реплики Цунода, местный спортик-«полублондин», собиравшийся в каноне махаться с Такаши, но вовремя осаженный Рэй Миямото, поднялся на дрожащих ногах, отдалился от компании численностью в двенадцать душ, доковылял до угла, где его вывернуло наизнанку.

— Боже мой, — попытался взять себя в руки очкастый и челкастый челик, весивший при моем росте от силы килограммов шестьдесят. — Что вы наделали!

«А вот и Гарольд Лорре на минималках», — деактивировал боевой режим автоматической винтовки.

— Если словарь Даля не врёт, это можно описать как помощь, — мне сейчас важно временно не раздувать с ним конфликт на ровном месте, иначе произойдет что-то непредсказуемое и точно плохое. — Ни у кого не найдется еды? — от учителя перешёл на учеников, подарив им иллюзию восстановления контроля над ситуацией. — А то нормально не ел уже часов пять, успел проголодаться, знаете ли, — приврал, если так можно выразиться.

— У меня есть плитка «Далокош», — еле слышно сказал парень, обреченный на вероломное предательство своих же с последующим выталкиванием из автобуса. — Будете? — спросил этот добродушный Ямада.

— Вот это по-нашему, — заценил шоколадный батончик, ловко выуженный из рук школьника, по-красоте подорвавшись к нему. — Спасибо, — вскрыл пачку и похрумкал сладостью сомнительного качества. — Так какой у вас был план, учитель? — «уплетая за обе щеки», сложил упаковку от дерьмового «лакомства» и сунул в нагрудной карман.

— По телевизору советовали оставаться на местах, забаррикадироваться и ждать помощи, — ответила за Сидо «умница, спортсменка, комсомолка и, наконец, просто красавица» Мику Юки.

— Спешу вас расстроить, но помощи от экстренных служб вы не дождетесь, — разбил ожидания подростков вдребезги на тысячу мельчайших кусочков. — Нет, скорее, дождетесь, но к этому моменту будет слишком поздно, либо скажется голод, либо вас застанут врасплох зараженные.

— Вы пытаетесь деморализовать нашу группу! — упрекнул меня Сидо, встав и поправив очки с умным видом.

— Обозначил ваши перспективы, если дальше продолжите отсиживаться и ничего не делать, — на всякий случай заслонил за собой девочек, а то мало ли что у него в нарциссичном уме.

— Дети, — преподаватель повернулся к своим ученикам с харизмой мхатовского театрала, — внимательно вглядитесь в этого человека, он демагог, желающий расколоть нашу группу, — левой рукой, стоя вполоборота, показывал на меня.

— Учитель, — поднял руку переставший дрожать Миура, — он прав, в школе небезопасно, надо уходить отсюда как можно скорее и как можно дальше.

— Что ты несёшь, Миура? — состряпал личико, выражающее искренний ужас и беспокойство за безопасность своего ученика. — Снаружи кишмя кишат душевнобольные люди, которые ни перед чем не остановятся, чтобы тебя убить, — газлайтинг не восьмидесятого, а восьмисотого уровня.

— Учитель не врёт, — не помню, как это называется в психологии, но сделал так, чтобы авторитет преподавателя имел вес, а сам он не чувствовал угрозы для своего статуса вождя, — вы сами убедились, на что они способны, — теперь плавненько, как раскаленный нож сквозь масло, проверяем лояльность школьников к нему. — Я не герой и даже в мыслях не было играть в благородного рыцаря, поэтому говорю только один раз и упрашивать вас делать что-то против вашей воли не стану, последнее слово за вами, — речь приобрела ложнопофигистичные нотки за судьбы подростков. — В академии сейчас группа Такаши Комуро, возможно, пробралась в преподавательскую, подрезала ключи и побежала к автобусу. В автобусе вроде тридцать пять пассажирских мест, в теории можно бусифицировать и сверх нормы, но мы понятия не имеем, сколько людей в его тусовке. Поступим так: расчищаю дорогу до выхода, возвращаюсь обратно в школу, заняв окно этажа, оттуда обстреливаю монстров сверху, открывая безопасный путь. Вы без проблем добегаете до бусика, бояться, что на вас нападут, не надо, этот момент проконтролирую лично.

— Что вы хотите сказать тем, что в автобусе всего тридцать пять мест? — поинтересовалась девочка в очках с хвостиками по имени Тануичи, пытаясь совладать с нахлынувшим волнением. — Вы же не…

«Именно что „не“, моя малолетняя бисексуалка», — подумалось мне.

— Да, ты правильно поняла, перегруз тачки — приговор серьезный, места для всех точно не хватит, — бегло выдал первую часть реплики,

Дети встревожились от тёмного прагматизма чужака. Отпрыск нечистого на руку политика сразу почуял кипиш, растеряв былую спесь и напыщенный вид. Для эгоцентричного нарцисса не существовало ничего страшнее, чем публичное оглашение подобной жути.

Наглая физиономия препода исказилась уродливой гримасой паники. Вот закономерный финал для дешевого манипулятора, не способного контролировать свои эмоции. Не зря в мыслях окрестил его Гарольдом Лорре на минималках.

— Дети, посмотрите на него! — перевел атаку в моральную плоскость Сидо, отчаянно апеллируя к подросткам. — Этот человек с оружием делит нас на первый и второй сорт! Сегодня он оставляет меня, а завтра вышвырнет из салона кого-то из вас, если ему просто покажется, что колеса слишком просели! Не слушайте его!

Школьники оказались далеко не дураками. Конкретно Момо Кавамото, Тануичи и Мику Юки прочувствовали фальш, лозунги принадлежат чуваку, чье гнилое эгоистичное нутро готово в душе торговаться за спасительное сиденье ценой жизни любого из подопечных.

Правда, далеко не все из двенадцати челиков осознали суть происходящего, многие видели лишь напуганного человека, мол, с сэнсэем поступили несправедливо.

Чтобы вернуть утраченные из-за поступка баллы, требовалось не просто намекнуть, а буквально из мегафона крикнуть: ваш наставник — это ходячее красное знамя.

— Дайте досказать, — мягко попросил у ребят внимания, — я тоже остаюсь, мне нужен хороший обзор, чтобы видеть весь двор и простреливать незаметные цели.

Препод угодил в мой медвежий капкан. Сидо теперь никак не сможет кричать, якобы чужак является циничным наемником, наплевавшим на людей.

Я же, типа, жертвую местом в автобусе ради спасения чужого ребенка. Любые обвинения в этот момент будут выглядеть как жалкий скулеж труса, но самый приколдес в том, что он уже показал настоящее нутро ребятам.

Все они без исключения увидели, как он мнется и бледнеет, а во взгляде читается, как он безуспешно пытается найти лазейку.

Остатки уважения к преподавателю испарились без следа, потому что школьники раскусили его гнилые намерения еще до того, как он начал что-либо делать.

Короче, если выражаться более колхозно, до толпы дошло, что Сидо понял: если он начнет сопротивляться и силой прорываться в автобус, просто вышвырну его или применю силу, а двенадцать учеников его не поддержат. Ему придется сглотнуть свою уязвленную гордость, заткнуться и принять эти условия, затаив внутри обиду на меня.

«Окей, это круто, проверка закончена, эти школотроны еще не успели обработаться и впитать в себя жалкую пародию на философию хардкорного социал-дарвинизма», — снял автомат с предохранителя. — «Некорректно изложил мысль. Правильнее будет сказать кекс-культ несовершеннолетних, позиционирующих себя сверххищниками в пищевой цепи нового мира».

— Вы двое, — надев маску обратно, указал на Ямаду и Курокаму, — позади меня слева и справа, — рукой показал на Цуноду, Миуру и на безымянного парня в очках. — Вы трое замыкаете колонну.

Вкурив мой расклад, девчонки шустро ломанулись в самый центр и вцепились друг в друга, пока препод, словивший жесткий тильт от слива в ментальной дуэли, тупо семенил рядышком, заняв позицию посреди нашей живой цепочки.

— Выдвигаемся, — велел всем присутствующим.

Надеюсь, нормально выстроил колонну. Весь мой тактический багаж и умение шарить в огнестреле сводятся к многочасовым каткам в «Counter-Strike» далекой эпохи «СОЛЕ-Е-Е-Е-ЕК, ТАЩИ!», когда умудрился апнуть звание «Суприм». Впоследствии этот проект оказался заброшен навсегда, так как окончательно перегорел к пострелушкам, переключившись на другую культовую помойку от Габена в жанре «MOBA».

Пока мы продвигаемся максимально аккуратно, бесшумно минусуя попадающихся на пути одиноких заражённых, сделаю небольшой каминг-аут. Шутеры никогда не являлись моим фаворитом. Если и выделять какие-то игры из этого сегмента, то они непременно окажутся связаны с зомбаками.

К примеру, тысячи часов безвозвратно слиты в первой и второй частях «Killing Floor», такая же история произошла с «Left 4 Dead» и классическими зомби-режимами различных серий «Call of Duty». Пожалуй, этим список экшенов исчерпывается, уступая место всевозможным сюжеткам или индюшатине, хотя не стану лицемерить, знатно попотеть в солс-лайках тоже безумно люблю.

Если кто-то догадался, что практически все упомянутые стрелялки принадлежат к категории тимплея против ботов, а не реальных геймеров, можете смело взять с полки самый вкусный пирожок.

Дело вовсе не в неумении разваливать кабины в ПВП, там способен устроить жесткий разнос любому оппоненту и показать нереальный мастер-класс какому-нибудь признанному эксперту. Мне банально импонирует сама концепция, когда группа совершенно незнакомых челов вынуждена скооперироваться ради выживания перед лицом общей угрозы.

Впереди нас, посреди восьмерых «крещеных», залипали две кожемордые твари, забившие огромный болт на творящийся вокруг трындец.

Инфицированная баба и школьница вовсю исполняли штучки-дрючки кексуального характера, замешанные на копрофилии и блевотине, но только в ультрахардкорной версии, с примесью каннибализма и нанесением тяжелых увечий.

«Где-то этот кринж я уже видел», — озадаченно почесал репу, как Тихон, после чего отправил отдыхать в таверну всю эту ораву из восьми голов, забив на вполне ожидаемую от испуганных школяров реакцию.

Пока что, не беря в расчет запредельные зверства наших оппонентов, все продвигалось относительно ровно, ребята отделались лишь тяжелым испугом.

В процессе непрерывной зачистки коридора, как мы изначально договаривались в сейф-зоне, в самом хвосте колонны внезапно зашуршал сместившийся к замыкающим невероятный злодей Сидо.

Из-за моей непрекращающейся пальбы, токсичных оскорблений и воплей «крещеных», этот препод наивно посчитал, якобы вокруг создалась отличная шумоизоляция, но чувак просчитался.

Коичи Гнидо на крысичах подобрался к Цуноде.

Почему именно к нему? Этот полублондин, пусть и являлся спортиком, перед нашим выходом лично проверил, что пожарный топор вожака чист от крови, после чего шустро присвоил этот айтем себе как крайнее орудие самозащиты, а человек с тяжелым колуном в руках выглядит максимально боеспособным, поэтому мамино тридцатипятилетнее счастье разглядело в атлете шикарный шанс вернуть былой авторитет лидера.

Я-то знаю, что официально его возраст покрыт мраком, но фанаты тайтла дают ему в районе двадцати восьми или тридцати двух лет.

Преподу дико повезло, что поблизости не оказалось Джорджа Карлина, иначе реакция комика на его гнусный поступок была бы однозначной: «Этот парень просто звиздец какой тупой!»

В очередной раз убедился, что нахожусь внутри типичного аниме-мира, в реальной жизни такой персонаж сидел бы тише воды, ниже травы.

Цунода, хоть и знатно прифигел от его приторных речей, вежливо попросил наставника закрыть рот и близко не подходить, причем тактичность обуславливалась возрастом собеседника. Обычный школьный учитель не сумел пробить в сердце подростка толстый лед тёмного прагматизма и банального желания

Устраняя последствия заражения в роли профессионального чистильщика, решил тайком крутануть рулетку во время стрельбы.

Когда шестой по счету противник рухнул от «двойки», призрачный барабан замедлил вращение. Завершилась анимация раскрытия, показав криповую пиктограмму в сопровождении леденящего душу трека из зомби-режима первой «Call of Duty: Black Ops».

На миниатюре выделялся состаренный череп с трещиной на лбу. Пустые глазницы горели неоново-красным багрянцем, а выломанная левая половина нижней челюсти создавала асимметричный оскал.

Агрессивный череп покоился на поверхности геральдического щита, увенчанного пятью острыми шипами по верхнему краю, тогда как по бокам вертикально застыли направленные стволами вверх помповые дробовики.

Подобрал странный приз, перед носом соткался маленький темный прямоугольник со сглаженными углами, содержащий надпись: «S4D_D3C0R4T0R».

Это уведомление продержалось недолго, растворилось, а затем принялось циклично мерцать, повторив этот процесс ровно десять раз подряд.

Наконец, внезапно исчезнув, пульсация прекратилась, уступив место окну поменьше, где вместо слов отобразился знак точка с запятой и правая скобка.

Стоило этому смайлику растаять, как верхний правый угол обзора заняла прозрачная иконка полученного приза.

«Ох, нет, только не говорите мне, что…» — стук сердца отдавался в шею.

Кликнул по значку, внутри бахнуло шокирующее понимание, не может такого быть, это софт! Это гребаный софт!

Хакерское чит-меню сверху было подписано как «SD MENU», а фон у него оказался тёмно-серым. Под этим заголовком простирался длинный список запрещенных функций, а возле пункта имелся вкладыш с белой головкой и серым оформлением в режиме «OFF», либо рядом светился настраиваемый красный ползунок.

« ». Термин, обозначающий состояние полной неуязвимости управляемого персонажа. При активации этой функции любые атаки противников, падения с высоты и воздействия окружающей среды перестают снижать шкалу здоровья.

«». Состояние объекта, при котором он полностью игнорирует любые формы внешнего воздействия. В отличие от обычного бессмертия, неуязвимость блокирует любые сопутствующие негативные эффекты. Персонаж приобретает иммунитет к оглушению, отравлению, ожогам, сохраняя полную свободу действий в любых экстремальных условиях.

«». Тактическая модификация, скрывающая визуальную модель персонажа от системы обнаружения противников. Персонаж становится незаметным для вражеских сенсоров и радиусов обзора. Это позволяет беспрепятственно перемещаться по охраняемым зонам, избегать нежелательных сражений и совершать неожиданные нападения с тыла.

« ». Уникальная модификация, изменяющая биологический статус пользователя. Персонаж обладает врожденной клеточной мутацией, из-за которой патоген не способен паразитировать на его организме. Данная форма защиты исключает создание вакцины, так как в вашей крови отсутствуют антитела к инфекции.

« ». Функция, полностью отключающая особенности человеческого тела, связанные с физиологическими потребностями. При её активации показатели голода и жажды фиксируются на максимальной отметке. Персонаж освобождается от необходимости регулярного поиска пищи и воды, а штрафы за истощение организма навсегда деактивируются.

« ». Пространственно-временная модификация, приостанавливающая течение окружающего мира. При активации все динамические объекты (враги, летящие снаряды, частицы окружения и физические процессы) застывают в статичном положении. Единственным подвижным элементом на карте остается сам игрок, получающий возможность свободно перемещаться между беззащитными целями, но атаковать не может.

«». Модификатор, многократно увеличивающий скорость перемещения и выполнения базовых действий персонажа. Игрок получает способность передвигаться по карте со сверхчеловеческой скоростью, преодолевая больше расстояния. Также пропорционально ускоряются все сопутствующие действия, например, перезарядка оружия, использование медикаментов и удары в ближнем бою.

«». Инструмент визуального доминирования, предоставляющий игроку полный тактический обзор. Модификация убирает непрозрачность стен, зданий и рельефа для силуэтов противников, подсвечивая яркими контурами. Система «ESP» дополнительно выводит поверх экрана важные текстовые метаданные.

« ». Акробатическая модификация, заимствованная из аркадных платформеров. Позволяет персонажу совершить повторное отталкивание прямо от воздуха во время нахождения в фазе полета или падения. Двойной прыжок существенно расширяет возможности, облегчая преодоление широких пропастей и заборов.

« ». Режим свободного перемещения, полностью отключающий законы коллизии для игрока. Режим позволяет беспрепятственно проходить сквозь твердые стены и запертые. Проявите максимальную осторожность при включении этой функции.

« ». Высокотехнологичная разновидность автоматического прицеливания. В отличие от стандартных систем, грубо и заметно разворачивающие ваши руки, «Silent Aim» работает незаметно. Оружие и прицел внешне могут быть направлены в любую сторону (даже в пол или стену), но траектория полета выпущенных пуль автоматически перенаправляется в уязвимые точки ближайшего врага.

« ». Модификация боевой системы, исключающая необходимость технического обслуживания огнестрельного оружия. Счетчик боеприпасов в текущем магазине блокируется на максимальной отметке. Это позволяет вести непрерывный огонь без прерывания на длительные и уязвимые замены магазинов или передергивания затвора.

« ». Комплексная модификация боевой системы, полностью переписывающая базовые характеристики и профили всех доступных классов оружия. Вместо изменения одного конкретного параметра (например, только дальности), эта функция динамически анализирует конструктивные недостатки каждого типа вооружения, полностью устраняет недостатки и выкручивает сильные стороны на более высокий уровень. Модификация превращает стандартный арсенал в гибридное оружие.

« ». Функция, предоставляющая игроку неограниченный запас амуниции. Общее количество резервных патронов, находящихся в инвентаре персонажа, становится неисчерпаемым. Игрок избавляется от необходимости экономно расходовать боезапас и обыскивать локации в поисках коробок с патронами, но оружие по-прежнему требует стандартной перезарядки при опустошении магазина.

«». Боевой модификатор, повышающий эффективность любой атаки до абсолютного максимума. Сила каждого выстрела или удара в ближнем бою возрастает до таких величин, что любое живое существо, рядовой противник или босс погибает при первом же минимальном контакте с уроном игрока.

« ». Инструмент тонкой настройки боевого баланса, пропорционально увеличивающий базовые повреждения оружия. Нельзя одновременно включать «» и « ».

« »:

I. « ». Боеприпасы, снабженные микроскопическим разрывным зарядом. При контакте с любой поверхностью или телом противника пуля детонирует, вызывая локальный взрыв. Это позволяет наносить урон по площади, эффективно уничтожая группы врагов и разрушая укрытия.

II. « ». Специфический тип патронов, содержащий воспламеняющийся состав (аналог усовершенствованного термита). При попадании цель загорается, активируя механику периодического урона, продолжающего уменьшать здоровье противника в течение нескольких секунд после выстрела.

III. « ». Тактические ледяные боеприпасы, предназначенные для контроля толпы. Каждое попадание понижает температуру тела противника, полностью сковывая его движения. Враг постепенно превращается в неподвижную ледяную статую, теряя способность атаковать и перемещаться на определенное время.

IV. « ». Химически агрессивные снаряды, разработанные для борьбы с тяжелобронированными целями. При попадании едкая кислота разъедает броню врага, снижая показатель его защиты до нуля. Вслед за этим токсичный яд начинает напрямую уничтожать цель, игнорируя естественную сопротивляемость.

«Не, не, не, не верю, это по-любому байт или тест на дурачка», — засомневался, но всё же временно переключил тип боеприпасов на «кислотный».

Первый же попавшийся на пути «крещеный» послужил кратковременным подопытным.

Эксперимент продлился совсем мало времени по той причине, что мозговое вещество «крещеного»

«Е-е-е-е-е, улёт! Работает!» — вывел токсичные снаряды в режим «OFF», а заодно подрубил ту хакерскую функцию, избавляющая от обязанности постоянно перезаряжать свою пуху.

Уничтожая дополнительную парочку «крестиков», воспользовался удобной опцией чит-меню настроить хоткеи для быстро доступа к необходимому софту.

«Мёд по телу! Мё-ё-ё-ёд!» — проверив, что чит реально рабочий, для подстраховки мысленно нажал по строчке получения неуязвимости. — «Это мясо схавают даже веганы».

Мы продвинулись сквозь коридор, заваленный растерзанными трупами.

«Крутость», — открыл огонь по спешащим навстречу ко мне «крещеным».

Чуть впереди по коридору волочилось растоптанное тело, принимавшееся заметно содрогаться по мере моего приближения.

Пара секунд, затем незнакомый мне «крещеный», неестественно вывернув руку вместе, поднялся на ноги, после чего пошёл на меня. Мертвенно-бледная, покрытая трупной синевой кожа, опустевший взгляд, подернутый белой мутной пеленой и красной сыпью.

«Улетность», — пристрелил «крестика».

На подходе к лестнице слух резанули хрипы, заставившие спину покрыться мурашками.

Максимально бесшумно подкравшись к выходу на пролеты, аккуратно пикнул обстановку за углом.

Худшие опасения оправдались на все сто процентов, промежуточную площадку и ступени оккупировал квартет «крещеных» в разорванном в хлам шмотье и с увечьями разной степени тяжести.

Среди этой тусовки затесался даже один новообращенный бедолага. Похоже, полученные травмы тупо не позволили ему вовремя сделать ноги, после чего несчастного окончательно занулили зараженные. Судя по подозрительным шорохам этажом выше, эти рептилоиды являются далеко не всем здешним спавном.

«Отличность», — пуля прилетела ровно в лоб одному удачно вставшему «крещеному».

Везение заключалась в том, что вся черепушка оказалась залита кровью, а свежая рана располагалась аккурат на лобной кости, из-за чего уже поврежденный костный фрагмент мой снаряд пробил без малейших затруднений.

Остальные, услышав стук упавшего тела, возбудились. С верхнего яруса тут же высыпала еще парочка чудищ, создав на узких ступенях опасную толкучку. Просто обязан был воспользоваться этим моментом ради легкого фрага.

«Классость», — маслина полетела прямиком в коленную чашечку парня, стоявшего на самом краю площадки. От жесткого попадания его нога подкосилась, а грохот падения на пол разъярил остальных, вследствие чего они ломанулись в нужную мне сторону, сталкивая подранка вниз.

Пока еще живое мясо покатилось на мой этаж под аккомпанемент треска ломающихся костей и агрессивного рычания преследователей, крайне неуклюже и заторможенно принимавшихся спускаться вслед за ним.

Упавший почти к моим ногам «крещеный» остался в сознании, но из-за кучи переломов никакой угрозы больше не представлял.

Следующие пули отправлялись по аналогичной схеме, в результате чего около первой ступени образовалась настоящая куча-мала из разорванных тел.

Тот первый жмурик к данному моменту окончательно издох, потому что какой-то свалившийся сверху собрат надежно свернул бедняге шею.

Остальные гады еще подавали признаки жизни, а финальный дуэт, приземлившийся на эту гору из тел, вообще сохранил способность подняться на ноги, но этот момент был быстренько переработан.

Пять минут свинцовой терапии привели нас к главному выходу.

— Финальный рывок, — врубил «ВХ», чтобы сквозь двери рассмотреть подсвеченные силуэты противников. — Итак, — посмотрел на мужскую часть банды, — мы с учителем поднимаемся обратно. Можете расслабить свои булки, в этой части академии «крещеных» нет, но все равно проверяйте местность и не теряйте бдительности. Когда выкрикну код, это будет название цвета, вы резво ломанетесь к автобусу, заметите его сразу.

— Где тогда группа Такаши? — испуганно затараторила Кавамото.

— Они все еще в школе, — запретил ей разгонять панику и думать о плохом. — Вероятнее всего, вы пересечетесь с ними здесь, всем все ясно?

— Да, — ответили далеко не все ребята, кто-то промолчал, кто-то кивнул, а кто-то ушел в себя.

— Сидо, за мной, — отошел от дверей и школоты. — Без фокусов, — встал так, чтобы находиться вплотную плечом к плечу, но оба смотрели в разные стороны.

— Нет, — отрезал учитель, развернувшись ко мне.

— Мы все уже перетерли, — сказал ему. — Зелёный, в чем твоя проблема?

— Проблема? — вздернул брови препод. — Это не проблема, а катастрофа! — сложил руки на груди. — Твой план дурацкий и лишен смысла!

— Это у меня план дурацкий? — из-за моей резкой речи парочка школьниц испуганно прижались к дверям. — Чел, ты… Это твой план был чистой руиной, — на третьем слове ткнул в него пальцем. — Лол, закрыться в кишащей заряженными школе и уповать на то, что обреченные пасть первыми в этом хаосе придут вас спасать, это полное дно. Хотя нет, — повернул голову в полупрофиль, — со дна уже постучали.

— Да, мой план провалился! — шагнул вперед, сверля меня взглядом. — Но я пытался спасти жизни своих учеников в защищенных стенах, действуя как педагог. А твой «гениальный» план, мальчишка, построен на чистом везении. Ты ведешь несчастных детей на бойню за пределами школы. Если кто-то из них погибнет на улице, эта кровь будет на твоих руках. Готов взять на себя трупы невинных людей? Кричать про «дно» и разбрасываться «крутыми» словами из мерзкого сленга легко, когда в руках оружие, а в одном месте играет юношеский максимализм, — держал пальцы на очках, как батя того ояша из «Евангелиона». — Ты видишь этот мир как компьютерную игру, но это реальность. Я прожил в два раза больше тебя и знаю, как ведут себя люди в панике. Стоит тебе споткнуться или остаться без патронов, вот тогда вся твоя крутизна испарится. Ты просто напуганный ребенок, пытающийся казаться лидером.

— Оке-е-е-е-е-е-й, твоя взяла, — повернулся к нему боком, поднял раскрытые ладони внутренней стороной вперед на уровне конца мечевидного отростка и сделал неспешный полукруг, оставаясь в поле зрения оппонента. — Поговорим на языке фактов, — опустил руки вдоль туловища. — Хорошо, ты смог выжить вместе со своими подопечными и даже выбраться из такого опасного места, как академия Фудзими без потерь, — стоял к нему спиной, сцепив пальцы позади себя. — Допустим, что не мелкие доперли взять ключи и свалить отсюда, а твой гениальный мозг додумался совершить этот великолепный побег, — слегка развернулся, подняв кисти в жесте полного недоумения. — Что потом, уважаемый учитель? Может, ты где-нибудь осядешь и попытаешься смастерить себе и пастве убежище? Будешь решать насущные для такого вопроса проблемы и возьмешь на себя все обязанности организатора? Может, ты выберешь жизнь кочевника? Тогда у меня для тебя плохие новости, с такой огромной толпой ты станешь идеальной мишенью для «крещеных» или мутантов.

— Как же примитивно ты мыслишь, мальчишка, — пугающе рассмеялся Сидо. — Ты видишь перед собой только толпу, а я вижу новое общество. В этом разрушенном и сошедшем с ума мире прежние правила больше не работают. Сила оружия, которой ты так гордишься, временна. Рано или поздно патроны иссякнут. Что останется тогда? — Гнидо посмотрел куда-то вверх, как вояка в

— Офигенный лидер, не умеющий оказывать доврачебную помощь или фильтровать воду, — полностью обесценил тираду препода, лениво отмахнувшись от этого бессмысленного базара. — Твоя сектантская философия гроша ломаного не стоит. Нам пора, так что ты топаешь со мной, просек? Возражения не принимаются, челкастик.

Взгляд учителя испуганно метнулся к стволу, а спесь недоделанного вождя кекс-культа слетела. Он сглотнул застрявший в горле ком, побледнел и мелко закивал.

Добравшись до требуемого этажа и попутно прикончив тринадцать повстречавшихся на пути «крестиков», чисто на скилле, в стиле главных героев из «Колды», вынес оконные рамы, после чего оперативно настроил пушку для кемпинга на дальней дистанции.

В оригинальном каноне арка с началом эпидемии в школе развивалась в реальном времени порядка двух с половиной часов.

Заметно, как солнце принялось опускаться к горизонту, расцвечивая небосвод предзакатными тонами, следовательно, по таймлайну у нас всё продвигается четко.

На прилегающем дворе из-за того, что на старте устроенного мной масштабного шутинга удалось ликвидировать приличное количество уродцев, не наблюдалось «крещеных», поскольку все существа оказались перебиты другими тварями.

Сами мутанты, невзирая на понесенный урон, держались весьма бодро, устроив настоящий пир во время чумы.

Подросткам крупно повезло, подавляющую массу нападавших составляли обычные ходоки.

Рассуждая здраво, этим ребятам несказанно подфартило пересечься со мной, равно как и с моей жалкой пародией на доброту, потому что гуманистичем свою персону никогда не именовал.

С точки зрения спасаемых учеников, моя фигура вполне соответствует концепции «Бога из машины».

Во время занятий по литературе при изучении творчества античной Греции в пятом классе нам объясняли, что данное крылатое выражение применяется к художественным произведениям в моменты, когда персонажей настигает бедствие, а выход кажется нереальным, но под самый занавес возникает материализовавшееся олицетворение рояля в кустах, разруливающее чужие проблемы.

Настроив прицел на нужный зум, приступил к методичной чистке улицы, как дворник в оранжевой жилетке с метлой, делающий свою работу на совесть, как в Советском Союзе, где совершали это тихо, не спеша, не дыша, не шиша. Четыре карандаша, не пержа, не жужжа, не гроша, черемша, не тужа, лёжа, дрожа, медвежий лук. Вороша без ковша, со второго этажа, без гаража, без экипажа, без лишнего багажа, без массажа, без монтажа, без камуфляжа, дикий чеснок. Для антуража. Без знания падежа, без мятежа. В три ножа, два коржа, колба. Без репортажа, без стажа. С лицом вождя, с душой моржа. С повадкой ежа, с запахом ржа.

Тихо, не спеша, без суеты, почти неслышно, с лёгкой улыбкой, с тёплым сердцем, медленно, но верно, спокойно, без лишних слов, с внутренним светом, чуть задумчиво, но ясно, с мягкой уверенностью, бережно, точно впервые, с тихой радостью, неспешно, наслаждаясь моментом, с добрым ожиданием, мягко, точно ветер, светло, как утро, вдумчиво, без суеты, с теплом в глазах, неторопливо, но глубоко, с лёгкой надеждой, тихо, но наполненно, с уверенностью в хорошем, спокойно, принимая всё, с мягкой верой в лучшее, чуть мечтательно, с тихим счастьем, внутренне спокойно, с ощущением уюта, с нежной благодарностью, медленно, смакуя жизнь, с тёплой тишиной внутри.

«Люблю этот всратый мем», — на сорок девятом мутанте мой спич закончился, чего не скажешь о желании расстрелять всех неприятелей.

— Ты упрекал меня в том, что у меня не имелся план, а сам? — кинула предъяву наглая морда, до смерти побоявшаяся покидать комнату из-за страха оказаться сожранной, но нашедшая смелость со мной заговорить.

— Сказать такое детям при тебе я бы ни в коем случае не стал, — под прицелом оказался безрукий уродец, ставший уродцем безжизненным. — В тиме Такаши есть одна розоволосая девчонка, — намекнул на Саю Такаги. — Она там дочка какой-то важной шишки или типа того. Всех деталей уже не вспомню, но у этого чела имеется своеобразный хаб и какой-никакой объем ресурсов, чтобы обустроить «лагерь выживальщиков первого уровня».

Сделал вид, что патроны на нуле, дропнул пустой рожок, потянулся к сумке, встал спиной к Сидо, присев на корточки, раскрыл рюкзак, сымитировал, что достал новый магазин и перезарядился, вернув уже закрытую ручную кладь обратно.

— Извиняй, что так подставил, но в первую очередь думал над безопасностью учеников, которым ты не успел промыть мозги, — ещё тринадцать баламутов не споют про обормота. — Не буду называть тебя трусливым или жалким, каждый выживает как может, но ты манипулятор, ну или правильнее будет сказать лайт-версия манипулятора. Печешься о собственной шкуре? Понимаю и принимаю, как говорится, но твой эгоизм создает для окружающих угрожающие жизни ситуации.

— Я с самого начала знал, что ты хотел изолировать меня! — заорал Гнидо бессильно, понимая, что пытаться вывести на эмоции вооруженного чела неразумно.

— Вот видишь? — казнил мутанта, у которого не было рта, но он пытался кричать. — Ты знал это, но ничего не мог поделать со своей трусливой натурой, поэтому затерпел, как карлик с биопроблемами. Твое тотемное животное — это крыса, загнанная в угол, так что даже не думай бросаться на меня от отчаяния.

Гнидо поймал паническую атаку.

— «Оранжевый»! — крикнул на максималках, скинув ради такого дела маску, после чего, вернув экипировку обратно, принялся фастом гасить мутантов, находившихся на дальняке.

Спустя паузу во двор выбежали наши ребята, к коим приконнектилась группа Такаши.

Меня приятно удивило, что помимо культовой шестерки там тусовались и другие выжившие, вроде Вакисаки, Кадзу Исии, Кёко Хаяси, Морита, Окады, Наоми, Такудзо, Хисаши Иго, Тэсимы и тех двух преподов.

«Вот это да, ты только глянь!» — обрадовался тому, сколько пипла удалось засейвить.

Беглецы принялись шустро грузиться в автобус.

На мгновение Нацуми, собиравшаяся зайти внутрь, замерла и уставилась на окно, где засел тот самый топовый снайпер.

Подняв ладонь и игриво пошевелив пальцами, махнул рукой, чтобы девчонка не стояла столбом и быстрее прыгала в салон.

Через каких-то жалких несколько секунд бусик полностью скрылся из виду.

— Вопрос на миллион баксов, — взглянул на рыдающего мужика, — что мне теперь с тобой прикажешь делать, горе ты мое луковое?

Примечание:

Униформа «Скалли»:

К сожалению, болезня пока не отступает, самочувствие оставляет желать лучшего. Из-за этого полноценно вернуться к работе не получается. Вынужденно продлеваю паузу. Спасибо за ваше

Глава девятая. Вымерший центр

Сражение против четырнадцатитысячного полчища принесло пятьдесят четыре тысячи очков. Сумма внушительная, поэтому планирую распределять ее обдуманно, попутно размышляя над оригинальной тактикой.

Из боевой машины пехоты, служившей пристанищем для затаившихся внутри бойцов особого назначения, показалась Рика Минами, тот юноша с инженерной специальностью и суровая барышня, вооруженная пистолетом.

Женщина на миг оцепенела, смотря на панораму развернувшегося вокруг побоища, завершившегося обоюдным истреблением, но вернула самообладание сильной и независимой натуры.

— Гадство! — припечатала ладонью борт сверху вниз, подражая судье, огласившему вердикт ударом молоточка.

— Капитан, — воззвал Тадзима, — мы впятером остались единственными уцелевшими в этой мясорубке, больше никого не убереглось.

— Ну и вонища тут, — зажал рот со шмыгающим носом правой ладонью военный инженер.

— У нас нет времени для ночных посиделок, — командирша прижала большой палец к скуловой кости, расположив указательный со средним над верхней линией левой брови и сомкнув веки. — Донхён, Сайто, осмотритесь вокруг, отыщите что-нибудь полезное. Тадзима, контролируй обстановку. Ну а ты, — перевела на меня изучающий и пронизывающий взгляд, — присоединишься к первым двум, но станешь действовать отдельно от них.

— Погодите, — остановил нас Донхён, лицо этого парня болезненно поменялось от подступившего кашля, потом инженер указал кивком на рацию на плече Рики, — а как же база? Вы не собираетесь связаться с командованием и доложить о разгроме? Запросить вертолет, нет?

Рика, горько ухмыльнувшись, достала свою портативную армейскую рацию и щелкнула тумблером.

Из динамика доносилось лишь шипение, сквозь эту пелену изредка пробивался чей-то далекий и полный ужаса крик, тут же обрывающийся.

— Парень, очнись, — обрубила Минами. — Эфир сейчас не в том состоянии. Командование САТ и Сил самообороны обосралось по полной программе. Ты видел, что случилось с почти тремя сотнями наших парней? Если бы у штаба были свободные вертушки или резервы, они бы бросили эти силы сюда еще час назад, когда нас только начинали жрать.

— Скорее всего, центральный штаб уже эвакуировался на какую-нибудь закрытую базу или авианосец в океане, а про наземные части из-за спешки и, возможно, трудностей просто забыли. Мы пока временно предоставлены сами себе, — дополнил развернутый ответ командира Тадзима.

— Именно, — произнесла Рика. — Спасение утопающих, дело рук самих утопающих.

После этого мы разошлись. Начал выискивать любые полезные ресурсы, способные облегчить плачевное положение вверенного женщине спецподразделения, параллельно изучая возникшее в «интерфейсе» оповещение.

Текст гласил, что благодаря солидному накоплению очков открылся доступ к своеобразному «маркету» стоимостью двадцать пять тысяч единиц.

Кликнув по подтверждающему знаку вместо отмены, так как не находил причин отвергать эти новшества, увидел на дисплее схематичный рисунок торговой точки.

Стоило коснуться символа, как выскочило следующее предупреждение, информирующее о временной скудности представленного ассортимента по причине экспериментального статуса данной функции, а дальнейшие системные обновления, именуемые здесь «патчами», обещали расширить перечень предложений.

Всплывающее окно настойчиво советовало отбросить скупость и незамедлительно вложить пять тысяч накоплений в приобретение тридцати одной упаковки с «фудбоксами».

Логику выбора конкретного числа уловил, но мотивы появления самого этого указания оставались загадкой.

Стоило моему импульсу «опуститься» на карточку с изображением чемоданчика, украшенного эмблемой миски, ножа и вилки, как развернулась вкладка ввода нужного объема с автоматически рассчитываемой итоговой стоимостью.

Приобрел тридцать один «фудбокс» и подтвердил проведение транзакции, тут же возникло новое окно, предупреждающее о том, что приобретенные товары отправляются на склад «магазина».

«Монитор» самостоятельно, без какого-либо воздействия с моей стороны, переключился на серую разметку, разделенную на аккуратные квадраты.

Это пространство представляло собой хранилище, расширенное до восьмидесяти свободных слотов, где теперь содержалось все закупленное имущество. Ровно тридцать одна ячейка оказалась занята коробками с пайками.

Внезапно система самовольно перевела меня обратно в каталог.

На сей раз меня усиленно пытались убедить в необходимости потратить десять тысяч накоплений на приобретение пяти медицинских комплектов хорошей градации в специальном разделе под наименованием «Медицина».

На выбор предлагалось шесть категорий спасательных наборов: «комплект первого уровня», именуемый «базовым», «улучшенная версия стартового варианта», «хорошая медицинская укладка», «отличная аптечка», обладающая синеватым окрасом вместо зеленого оттенка предыдущей ступени, а в самом конце списка красовался «превосходный фиолетовый комплект».

Существовала реальная возможность сэкономить, выбрав средства более приземленного качества, но внутренний ориентир подсказывал отказаться от бережливости. Не получалось логически обосновать возникшую мысль, но интуиция твердила о правильности такого решения.

Убедившись в том, что вокруг лежат безжизненные тела военнослужащих и растерзанные туши монстров, направился обратно к бойцам спецназа с пустыми руками.

Донхён и Сайто тоже успели вернуться к своему командиру, сумев раздобыть лишь скромные трофеи: двести десять патронов калибра 5.56 на 45 миллиметров НАТО, боеприпасы девять на девятнадцать миллиметров Парабеллум примерно на семь пистолетных «обойм», две исправные штурмовые винтовки, восемь ручных осколочных гранат, три армейских ножа и четыре фальшфейера, также напарникам попались три войсковые аптечки, укомплектованные жгутами-турникетами, гемостатическими бинтами для быстрой остановки кровотечений, ампулами с обезболивающим, флаконами антисептиков и так далее.

Рика распределила добытые трофеи, вручив штурмовые винтовки вместе с подходящими магазинами суровой девушке и инженеру. Дополнительно каждый из упомянутых забрал по одному фальшфейеру и паре гранат, оставшиеся ножи и медицинские комплекты разошлись по остаточному принципу, так как Тадзима и командирша были вооружены снайперскими винтовками, при этом у первого в запасе оставался всего один магазин, тогда как у второй в распоряжении имелось три.

— Всё сгорело, — оглянул дымящееся кладбище техники Тадзима. — Ни одной рабочей машины.

Выжившие спецназовцы посмотрели на лидера.

Командир молча взглянула магазин в руках, затем резко вогнала его в приемник винтовки.

— Прямо сейчас уходим отсюда пешком, — сказала снайперша. — Это место воняет так, что сюда, наверное, скоро сползутся мутанты со всего района. Раз у нас нет колес, мы трупы на открытой местности. Тадзима, ты замыкающий, а солдаты идут по флангам. Двигаемся гуськом, вдоль стен и заборов. Стрелять только в крайнем случае, если мутанты преграждают путь. Каждую тварь, которую можно обойти, обходим.

— Куда мы направляемся, капитан? — поинтересовался Ким Донхён, осматривая крыши.

— Сегодня вряд ли удастся добраться до моего дома, шесть часов пути это тебе не хухры-мухры, — отозвалась Минами вполголоса. — Сейчас мы идём к промежуточному укрытию, у меня есть пара вариантов насчёт мест, способных сойти за ночлег.

Идя с величайшей осмотрительностью лесного оленя и двигаясь с медлительностью хамелеона, безостановочно вращающего выпуклые глаза, отряд в составе пятерых человек последовал за Рикой.

С трудом превозмогая гнетущие размышления о бесполезности для идущей впереди группы, внутренне приготовился инвестировать четырнадцать тысяч накопленных единиц ради четырнадцати попыток в колесе.

Стартовый же запуск рулетки в конце цикличного анимационного перелистывания наткнулся на загадочный знак вопроса, трансформировавшийся после таяния в

В электронном описании значилось, что вооружение представляет собой многоствольную автоматическую винтовку. Три ствола равномерно распределены вокруг центральной станины под идентичным углом по отношению друг к другу.

Ключевую зону поражения наводят четыре лазерных целеуказателя, отправляющие по единичному лучу на каждый ствол, а также добавочный посередине.

При ведении огня оружейные элементы поочередно посылают заряды по траектории, заданной целеуказателями, причем частота выстрелов огромная, при мимолетном нажатии на спусковой крючок система успевает совершить минимум три залпа.

Непосредственно боеприпасы представляют «безгильзовые патроны» мощного калибра, вылетающие с почти высокой гиперзвуковой скоростью.

Дополнительно складной приклад конструкции облегчает не только транспортировку, но и обеспечивает гашение отдачи. При обновлении боезапаса передняя часть переламывается, опустевший магазин вылетает прочь, а следом внутрь устремляется свежий блок.

После подтверждения получения на плече костюма возник длинный крепежный ремень, вслед за чем материализовалась «высокоамплитудная импульсивная винтовка», обладающая вместимостью в сто зарядов внутри магазина.

Особыми свойствами вооружения являлось отсутствие штрафов к накоплению очков при боевом применении, а также определенная вероятность выпадения боеприпасов из поверженных противников.

Винтовка обладала альтернативным режимом ведения огня, аналогичным функционированию подствольного гранатомета и расходующим двадцать пять патронов на одиночный залп. «ВИВ» имела еще два альтернативных режима.

Когда запустил повторное прокручивание, воспользовавшись затянувшимся процессом вращения барабана, заглянул в маркет и обнаружил там свежую третью вкладку, предоставляющую опцию приобретения дополнительных боеприпасов к оружию.

Стоимость, совершенно меня не порадовавшая, за одиночный магазин равнялась ста восьмидесяти очкам.

Осознавая светлым умом, что гораздо безопаснее оказаться без накоплений, нежели лишиться эффективных средств самообороны, приобрел шестнадцать магазинов.

По завершении работы колеса треугольная стрелка миновала весь жизненный путь, остановившись на стоковой эмблеме с протянутой ладонью и деньгами сверху, перечеркнутой кругом с косой чертой.

Приняв «приз», поскольку иного выбора не оставляли, под злорадный смех королевского скомороха обнаружил, что с баланса списали колоссальное количество очков, оставив на счету жалкие крохи.

«Подстава», — испытывая ощущение, сопоставимое с ударом ножа в сердце, на оставшуюся мелочь прикупил два фудбокса и два магазина.

— Что за… — Донхён показал пальцем в перчатке на мое оружие. — Ты откуда эту бандуру достал! — прошипел сквозь стиснутые челюсти, стараясь говорить максимально тихо.

«Пальцем показывать нехорошо», — переместил винтовку за спину как двуручный меч, благо ремень и продуманная конструкция позволяли сделать это без труда.

— Там, где взяли, уже нет, — отреагировал на его возмущение. — Тебе действительно так интересно это узнать?

Тройка спецназовцев повернулась к нам, желая выяснить причину нашего приглушенного лепета.

Увидев, что безоружный человек каким-то фантастическим образом обзавелся громоздким предметом, схожим с огнестрельным оружием, все трое тут же наставили на меня стволы.

— Какого хрена, «Уэнделл»? — Тадзима таращился на мою винтовку. — Это что еще за фокусы?

— Опустите стволы, — попросил оперативников САТ. — Разве не здорово, что боевая мощь вашего отряда выросла?

Капитан, на лету сообразив, что незнакомец под странным позывным выступает на ее стороне и вовсе не планирует угрожать безопасности команды, опустила дуло.

Женщина приказала подчиненным сделать то же самое, но бойцы сохраняли концентрацию, готовые атаковать на опережение при малейшей необходимости.

— Кто ты, черт тебя дери, такой? — наседал Донхён.

— Это не имеет значения, зато мои медицинские навыки могут вам пригодиться, — пояснил парню.

— Хороший ответ, — одобрила Рика Минами. — Теперь ты встаешь рядом со мной.

«Правила техники безопасности написаны кровью», — занял позицию поблизости от командира.

— Глядите в оба, — добавила командир, напоминая о бдительности. — Заметите нечто странное или подозрительное, докладывайте об этом так, как ведете ни к чему не обязывающий разговор в непринужденной обстановке. Перемещайтесь естественно, но помните о предельной осмотрительности.

Приблизительно сорок минут пешего марша со скоростью около двух километров в час позволили нам продвинуться примерно на полтора километра.

Рика резко подняла правый кулак, заставив команду замереть на месте, а затем сжала пальцы, безмолвно приказывая всем пригнуться.

Ким Донхён приподнял голову, заменяя этим невербальным жестом непроизнесенный вопрос о причине внезапной остановки.

Капитан повернула лицо вполоборота и устремила взор ввысь, где скользил крупный «птеросапиенс».

Траектория движения существа совершенно не напоминала хаотичный поиск пропитания или обычный полет; поведение крылатой твари наводило на однозначную мысль о целенаправленном патрулировании подконтрольной зоны.

Тадзима выразительной мимикой беззвучно осведомился у командира о дальнейших указаниях.

Минами, не глядя напрямую на своего замкома, подняла использовавшуюся ранее для сигналов руку ребром ладони вверх.

Продемонстрировав сперва два пальца в жесте, схожем с латинской буквой «V», женщина сжала кулак, вновь повторила эту двойку, потом опустила руку и вытянула расслабленную ладонь вперед, указывая направление.

Приказ означал необходимость выждать две минуты перед возобновлением марша, и, дождавшись, пока «птеросапиенс» скроется из виду, наш отряд возобновил движение, снизив скорость до минимума.

Все шло отлично, но идиллия не могла длиться вечно.

Сверху, со стороны летевшего неподалеку «птеросапиенса», донеслись странные звуки, сочетающие в себе воронье карканье, пронзительный клекот птеродактиля и грубую попытку плотно пообедавшего человека извергнуть воздух из желудка.

— Нас раскрыли! — командир пустилась в бешеный спринт, непроизвольно заставив команду повторить этот рывок и попытаться поравняться с ней в скорости.

Чутье Рики сработало на двести процентов. Началом всему послужил диссонирующий аккорд, как если бы безумный музыкант со всей силы ударил по струнам искалеченной виолончели.

Скрежещущий визг вонзился в барабанные перепонки, а следом за ним ударила вибрирующая басовая волна, отозвавшаяся дрожью где-то в подреберье.

Позади и чуть сбоку раздался яростный и многоголосый рев приближающейся толпы. В неистовом хоре различался надрывный женский визг, полный боли, а еще переплетался с утробным мужским рычанием. Шум нарастал, превращаясь в клокочущий и задыхающийся хрип, за которым уже слышался активный топот сотен бегущих ног.

— Если не найдем где укрыться, сушите весла! — Ким Донхён мчался с выкладкой Роберта Патрика в образе Т-1000.

— Все туда! — Рика, по всей видимости, просчитала маршрут заблаговременно, потому что буквально за следующим поворотом показался торговый центр «Тайэй».

Завидев спасительное убежище, о существовании коего командир, вероятно, знала заранее, отряд перешел на бег на износ, желая поскорее оказаться внутри здания.

Ускорение привело к неизбежным последствиям. Расклад «гонки» немного изменился, Рика всё ещё лидировала, но Донхён сумел поравняться с ней, сам держался чуть позади парня, бок о бок со мной находился Тадзима, а Минэ Сайто, судя по всему, из-за перехода на максимальный темп потеряла равновесие, отчего болезненно упала и кубарем покатилась по земле.

Резко притормозил, затяжным прыжком преодолел разделявшее нас расстояние, приземлился возле пострадавшей и помог девушке подняться.

Не тратя времени, вместе рванули к дверям ТЦ.

Практически добравшись, заметил, как оперативники сменили бег с пятки на технику спринта с

Бойцы принялись перебирать ногами на пределе возможностей, существенно увеличивая длину шага. Руки спецназовцев согнулись в локтях сильнее, совершая спринт с максимальной амплитудой и быстротой, из-за чего ноги подсознательно подстроились под заданный верхний темп.

Корпуса оказались слегка наклонены вперед ради смещения точки равновесия, позволяя использовать естественную силу падения для получения дополнительного ускорения.

Повторив весь этот комплекс движений, тоже совершил финишный спурт, ворвавшись внутрь.

— Каждая секунда на счету! — Рика снова бросилась вперед.

Нам не оставалось ничего иного, кроме как возобновить погоню за своим лидером.

Взлетели на самый верхний этаж торгового центра, прямиком в зону фуд-корта, где под руководством командира заняли площадку перед эскалаторами.

— Военные? — уставилась на прибывший отряд голубоглазая стражница правопорядка с револьвером в руке, занимавшая соседнее полузакрытое помещение.

— Эй, ты! — командир буравила девушку суровым взглядом. — Одна здесь или присутствуют другие?

— Со мной напарница и группа гражданских, — взволнованно ответила сотрудница полиции.

— Зови сюда крепких мужиков, немедленно! — повысила тон Рика.

— Есть! — зачем-то приложила ладонь к виску юная особа и скрылась в глубине комнаты, оперативно выполнив приказ и заодно приведя коллегу, женщину с каре.

Полицейская, обликом походившая на хрупкую отличницу, недавно покинувшую стены академии, привела длинноволосого парня, студента и коренастого мужчину, по чьим мозолистым рукам легко угадывался строитель.

Под началом Минами все присутствующие, исключая патрульных женского пола, принялись спешно возводить оборонительные рубежи.

Новоприбывшие гражданские заблокировали пожарные выходы, заклинив дверные рукояти и завалив проемы диванами из местных ресторанов.

Наша же команда сосредоточила усилия на блокировке дублирующего эскалатора.

Мы опрокинули на ленту холодильники для напитков, прилавки кофейных островков, а затем закидали конструкцию столами, воспользовавшись в конце помощью подоспевших мужчин.

Единственный свободный подъемник остался чистым, зато по бокам от его верхней площадки мы соорудили из перевернутой мебели два импровизированных крыла-бруствера, призванных помешать мутантам рассредоточиться в стороны сразу после схода со ступеней.

— Бонуса хорошего гражданина не будет, но за содействие благодарю, а теперь шагом марш в свое убежище и не высовывайтесь оттуда, пока не поступит сигнал, — распорядилась мужчинами командир, сразу переключив внимание на патрульных и никак не реагируя на поспешно ретирующихся гражданских. — Вы нам пригодитесь.

— Каковы указания? — выразила готовность подчиниться авторитету более опытного специалиста женщина с каре.

— «Уэнделл», — Рика вскинула ладонь, призывая собеседницу не высказываться раньше времени, потом адресовала свои слова мне, — отходишь от верхней площадки эскалатора на двадцать метров. Займешь позицию ради хорошего обзора и траектории для сквозного пробития настигающей массы по прямой линии.

Выполнив полученное распоряжение, наблюдал за тем, как Рика продолжила командами расставлять бойцов, распределяя позиции как фигуры на шахматном поле.

Мне досталась роль ударника. Ким Донхён и Минэ Сайто закрепились чуть впереди меня, прикрывая фланги.

Дорожная полиция обосновалась по краям возле самых брустверов, имея при себе по тринадцать спидлоудеров для быстрой перезарядки револьверов.

Сама же Минами вместе с Тадзимой расположилась немного позади всей группы.

— «Уэнделл», огонь! — гаркнула Минами, когда показались первые ходоки.

Нажал на спуск, встречая приближающихся мутантов импульсными потоком и заставляя монстров быть от нас на приличном расстоянии.

Рика заранее распределила обязанности между защитниками, расписав роли на весь период удержания позиций.

Моя функция являлась довольно незамысловатой, пробивная способность высокоамплитудной винтовки позволяла разрывать по несколько уродцев одним точным импульсным попаданием четко по центру вражеского строя.

Нашим штурмовикам командир приказала убивать прытких тварей экономными отсечками из автоматических винтовок.

Вдобавок, в моменты, когда мое крупнокалиберное орудие требовало смены магазина, бойцы поддержки обрушивали шквал патронов на упавших и покалеченных гадов, со стопроцентной эффективностью поражая черепа.

Патрульные, в свою очередь, получили приказ выкашивать одиноких созданий, пытающихся незаметно проскользнуть у самых поручней, минуя зону поражения моих основных залпов.

Снайперы пока наблюдали, отказавшись от хаотичной стрельбы.

Рика пристально разглядывала нижний этаж в поисках «бройлеров» (огромных и неповоротливых двухметровых гигантов, обладающих длинными, как лезвия «Росомахи», когтями). Девушка намеревалась дырявить животы тварей, вынуждая кислоту вытекать наружу и разъедать пол.

Тадзима выслеживал «бомберов», готовый детонировать опасные живые снаряды в тот миг, когда чудовища оказывались в самом эпицентре нарастающей толпы нападающих.

Хлипкое равновесие боя разлетелось вдребезги вместе с огромным стеклянным куполом торгового центра.

Сверху, пробив потолочное перекрытие, в атриум сокрушительно рухнул десант из перегруженных стероидной мышечной массой «рам».

— ΠNзð€ц! — матюкнулся Тадзима.

Громилы валились вниз, сминая фонтаны, торговые павильоны и превращая декоративные ограждения в крошево.

Стеклянный ливень и массивные обломки металлоконструкций засыпали зал, подминая под себя рядовых ходоков, а выжившие без заминки пошли на прорыв, оказавшись из-за эффекта неожиданности в пугающей близости от границы обороны.

Ситуация стала очень тяжёлой, вынудив весь отряд экстренно сменить приоритеты.

Всем защитникам пришлось перенаправить стволы на этих «рам», в упор расстреливая прущих напролом здоровяков.

Замешкался, собираясь перевести прицел на новую угрозу, но над ухом раздался перекрывающий неистовый рев выстрелов командный возглас.

— «Уэнделл», не оборачивайся! — крикнула Рика.

Стиснув зубы, послушно вернул оружие в исходное положение. Только мне, скованному строгим приказом удерживать периметр, оставалось неослабевающим огнем сдерживать бесконечный натиск прущей снизу орды.

Оставшись без огневой поддержки товарищей, превратился в единственную преграду для рвущейся наверх волны мутантов.

Винтовка стреляла безостановочно, пока патрульные и штурмовики позади отчаянно выкашивали в упор наседавших «рам».

В ушах стоял безумный гул от канонады автоматов отряда, бьющих по телам крепышей, в то время как перед глазами под импульсными ударами разлетались на куски тела прибывающих ходоков.

Нутром чуял, оставлять отряд без поддержки чревато неоправданными потерями, поэтому, не забывая прожимать изогнутый крюк, схожий с гашеткой, размышлял над спасением группы и быстро нашел верное решение.

Переключил винтовку на подствольный гранатомет, вследствие чего лазерные маркеры слились в один толстый луч.

Дождавшись максимальной концентрации тварей в одной точке, нажал спуск и остолбенел от детонации.

Оружие превосходило привычные образцы вроде «М203» или российского «ГП-46», показывая совершенно иной технологический порядок.

Разрушительный эффект превзошел даже действие пятидесятимиллиметрового снаряда, направленный конус выбросил порядка девятисот готовых поражающих элементов, устремившихся вертикально к земле.

Внутри этой пятиметровой зоны поражения площадью семьдесят восемь квадратных метров каждый мутант получил не менее восьми сквозных пробоин в теменную область.

Огромное количество чудовищ полегло на месте, а еще полсотни особей по краям радиуса упали наземь с тяжелейшими повреждениями головного мозга.

Когда вражеский натиск временно ослаб, обернулся к сражающимся спецназовцам.

Обстановка оставалась плачевной. Рика с трудом уничтожила бросившегося на нее мутанта-атлета и сразу перенесла огонь на остальных «рам».

Киму Донхёну повезло чуть больше, нападавший «десантник» при падении с высоты повредил ноги, поэтому ликвидировать противника корейцу оказалось немного проще, после чего он продолжил вести огонь по

Тадзима полностью расстрелял магазинов пистолета, сразив двоих, потом безотлагательно переключился на снайперскую винтовку.

Мацусима и Асами Накаока, перекрикивавшиеся в разгаре схватки, совместными усилиями завалили одного «спортсмена», но Минэ Сайто оказалась в самом отчаянном положении.

Из-за атаки троих рослых мутантов девушке было сложнее всего держать оборону.

Первого врага она уложила на месте, второго смертельно ранила, но эта задержка помогла третьему подобраться вплотную.

Оперативница успела только ранить нападавшего, когда монстр, опережая мое вмешательство, быстрым выпадом переломал ей ребра.

Осознав неизбежность смерти, Минэ с хриплым криком отчаянно выбросила вперед кулак.

Тварь хищно оскалилась и тоже занесла гипертрофированную руку для удара, нацелившись не в корпус или голову, а прямо навстречу ее выпаду.

Предплечье Сайто деформировалось, приняв неестественную S-образную форму.

Внутренние повреждения выглядели опасно, кости внутри превратились в осколки, рука налилась кровью, став багрово-синей, а сквозь кожу в разные стороны проступили острые грани. Развился экстремальный закрытый перелом со смещением фрагментов, при котором костные обломки натянули и исказили кожные покровы.

Лишь когда Минэ упала на пол, смог открыть основной тип огня по мутанту, не рискуя зацепить её.

Включившись в истребление оставшихся «рам», бегло оценил состояние тяжелораненой и пришел к неутешительному выводу, с такими повреждениями в запасе оставалось от трех до десяти минут, в зависимости от вовлечения в патологический процесс сопутствующих факторов.

Вдоль ребер пролегали сорок четыре крупные межреберные артерии, теперь сдавленный хрип Сайто наглядно свидетельствовал о развитии острой дыхательной недостаточности, являющейся верном признаком того, что костные обломки пробили легкие, спровоцировав пневмогемоторакс.

Размышления о сильнейшем травматическом шоке из-за размозженного предплечья виделись излишними.

Без немедленного введения анальгетиков вроде армейского промедола или нефопама сердце девушки могло попросту остановиться в любую минуту.

Уничтожив совместными со спецназовцами усилиями всех «десантников», развернулся и повторно активировал подствольный гранатомет, в очередной раз опустошая ряды нахлынувшей толпы мутантов.

— Подмените меня на десять секунд! — выкрикнул, пытаясь перекрыть рев наступающих чудовищ.

— Вы слышали приказ, выполнять! — Рика Минами и Ко вернулись на прежние позиции.

На ходу сдернув ремень и возвращая стандартный режим ведения огня, протянул высокоамплитудную винтовку командиру группы.

Напарница молча перехватила оружие, под воздействием непривычного веса ее корпус качнулся вперед, но удержать чужую вещь оперативница сумела.

Интуитивно сообразив, как управляться с этим агрегатом, Минами заняла мою позицию на передовой и, опустившись на колено для баланса, открыла шквальный огонь, изумившись практически нулевой отдаче.

— Всё будет хорошо, — извлекши из инвентаря медкомплект с пометкой «хороший», попытался воскресить в памяти подробности того, как ранее на мне самом тестировали этот чудодейственный набор.

Опустившись на корточки, перехватил компактный полевой саквояж и расцепил фиксирующую текстильную застежку.

— Держись, — нащупав упакованную перевязочную ленту, принялся оборачивать бинты вокруг деформированного предплечья Сайто под шуршащий перебор разматываемой марли.

Ошеломительным сюрпризом оказалось внезапное и кардинальное преображение восприятия в разгаре медицинских манипуляций.

Взгляд со стороны показывал мою спину, воссоздавая иллюзию контроля игрового персонажа с ракурса третьего лица.

Воображаемый объектив привязался к текущему процессу. Стоило активировать процедуру исцеления, как посреди обзора возник специализированный графический маркер.

Горизонтальная шкала неторопливо заполнялась слева направо тусклым охристым или лимонным оттенком ровно пять секунд.

Поверх деления крупным шрифтом выделялась строчка «ЛЕЧЕНИЕ СОЮЗНИКА», подле ней красовалось изображение медицинского креста.

Стоило процессу завершиться, сторонний ракурс окончательно сменился привычным взором из глаз, а дорогостоящее средство полностью оправдало вложенные ресурсы, целиком восстановив Минэ Сайто.

Оперативница с намотанной поверх предплечья повязкой шумно выдохнула, схватившись ладонью за горло, но кадровый штурмовик не стал бы профессионалом, кабы тратил драгоценное время на бессмысленные расспросы или удивление перед сказочным волшебством, посему девушка, проигнорировав меня, подхватила автомат и рванула на подмогу к товарищам.

Полицейские, увидев, как человек, обреченный на гибель без оказания врачебной помощи, поднялся на ноги и вернулся в строй, застыли с раскрытыми ртами.

Спецназовцы же не придали увиденному значения, окончательно осознав присутствие на «светлой стороне» САТ темной лошадки.

— Что-то многовато тварей, — резюмировал Ким Донхён.

Справедливое замечание. Рика являлась первоклассным элитным снайпером или марксманом, не особо помню различия стрелковых квалификаций, но в роли штурмовика с оружием будущего девушка выглядела беспомощной, вследствие чего пострадала общая эффективность обороны.

— Гранаты! — задействовала командир главный козырь отряда.

Все восемь гранат поочередно полетели на эскалатор для уничтожения примерно ста двадцати мутантов и нанесения увечий остальным особям на лестничных ступенях.

Забрав у Рики свою винтовку, восстановил прежнюю точность огня, благодаря чему тактика по ликвидации мутантов реализовывалась без казусов.

Первоначально казавшийся безумным замысел с неопределенным исходом превратился теперь в надежную стратегию спасения группы из засады орды.

Аннигиляция мутантов неумолимо приближало бойцов к патронному голоду.

Первыми стрелять прекратили полицейские, следом умолкло оружие штурмовиков, затем опустели магазины снайперов, оставив меня в полном одиночестве разбираться с монстрами.

Вскинул винтовку, перекрывая срезом хлынувший поток из нескольких сотен тварей. Осатаневшая стена монстров неслась широким валом, заполняя проход когтями, клыками и обезумевшими зрачками.

— Давай, «Уэнделл», ты сможешь! — мотивировал меня снайпер в кепке. — Я в тебя верю!

Вдавил приклад в плечо, утопив спусковую клавишу. Оружие будущего отозвалось треском швейной машинки, круша рёв мутантов.

Высокочастотные импульсы принялись веером косить передние шеренги атакующих. Энергетические разряды с хрустом дробили скелеты, разрывая чудовищ на лоскуты.

Головной заслон орды попросту испарился под неостановимым шквалом, а напиравшие следом особи ломали свой напор.

Лихорадочно водил стволом по сторонам, срезая фланги. Раскалённые лучи прошивали туши насквозь по трое за раз, выжигая внутренности.

Орда таяла с невероятной быстротой, пока неоновые индикаторы подтверждали стабильность механизмов в этой кровавой круговерти.

Ослепительные сполохи озаряли стены, обращая силуэты в сумасшедший пляшущий калейдоскоп. Всякий заряд отдавался слабо уловимой вибрацией в предплечье, но разрушительная сила на выходе превосходила мыслимые стандарты. Оторванные конечности, фрагменты челюстей и брызги красной жижи разлетались, оседая на полу склизким настилом.

Мутанты перли напролом, ведомые исключительно первобытным голодом, потом налетали на мой незримый барьер. Тяжёлые туши катились вперёд, даже будучи мёртвыми, затем обрушивались к нашим ногам бесформенными грудами.

Частота огня сохранялась запредельной. Пальцы левой руки зафиксировали цевьё, гася минимальные колебания ствола в процессе непрерывной циклической зачистки.

Очередная волна атакующих попыталась зайти поверху, используя выступы вентиляционных коробов, но высокоамплитудный разряд настиг тварей в прыжке, обратив в кровавый туман. Костяные осколки рикошетили от потолка, пока прицельная марка выхватывала свежие цели.

Наступательный потенциал орды падал, численное превосходство противника таяло под воздействием передовых технологий, не оставляющих ни единого шанса на выживание.

Последний десяток тварей попытался развернуться для перегруппировки, но сгустки высокоамплитудных снарядов настигли беглецов в спину, окончательно превращая некогда грозную толпу в безжизненное месиво. Чудовищный

Исступленный натиск врага нарастал, когда задние шеренги монстров принялись карабкаться по спинам издыхающих собратьев, формируя шевелящуюся «гору костей».

Багровый туман от испаряющейся крови заволок весь обзор.

Сменив траекторию, повёл ствол резкими зигзагами, превращая шквальный огонь в неостановимую огненную косу.

Разряды с утроенной силой вгрызались вглубь надвигающегося вала, вырывая куски спинного мозга, круша черепа и заставляя «ведра» крови выстреливать в потолок.

Жирные куски плоти шлепались окрест, пачкая ботинки и детали экипировки, но палец продолжал безжалостно утапливать спуск, выжимая из механизма максимум.

Динамика противостояния достигла апогея, когда уцелевшие особи устроили дикую давку, силясь прорвать заслон за счет чистой массы.

Каждая микросекунда этого побоища оборачивалась безумным калейдоскопом из вспышек, литров крови и летящих во все стороны конечностей.

Напряжение росло, винтовка трудилась на пределе пиковых возможностей, а автоматическая система распределения энергии шпиговала эскалатор смертоносными лучами с быстротой молнии.

Твари гибли десятками, туши сминались, лопались и превращались в сплошной ковер, полностью перекрывая проход.

Последние выжившие особи сгорели заживо в этом аду, не успев сделать и шага назад, после чего над заваленным обугленными останками переходом наконец воцарилась звенящая пустота.

Гул механизмов перерос в свирепый ультразвуковой свист, режущий слух сильнее предсмертных криков чудовищ.

Воинство, потеряв половину численности, взбесилось окончательно, полчища погнали вперед с быстрой скоростью, обращаясь в неживой таран из тел.

Пол под ногами заходил ходуном от синхронного топота сотен ног.

В ответ на этот вызов рванул навстречу, сокращая дистанцию до критического минимума, перевёл импульсный поток в режим форсированной перегрузки.

Вспышка обратилась в слепящее солнце, почти выжигающее сетчатку. «Тяжёлый термозаряд» одного из альтернативных типов огня с детонирующим эффектом за двадцать пять «патронов» принялся перемалывать вражеский ряд, разнося преследователей на микроскопические фрагменты.

Рубиновый ливень хлынул вязкой пеленой, видимость упала до нуля, но шлем продолжал исправно подсвечивать уязвимые зоны в этой копошащейся массе.

Поток искрящихся сгустков пробивал туши насквозь, выкашивая свободные просеки в рядах. Эскалатор превратился в гигантский пресс, перемалывающий нападающих с невероятной скоростью.

Всякий мой шаг давался с трудом из-за нарастающих хребтов тлеющего мяса, но темп аннигиляции не падал.

Озверевшие бестии прыгали, силились просочиться сквозь вентиляционные решетки, но высокоамплитудный барьер стирал хищников из реальности ещё на взлёте.

Переход наполнился удушливым маревом из спаленной кожи, угарного чада и испарившегося костного мозга.

Остатки некогда неостановимого войска в ужасе заметались внутри этого замкнутого капкана, превращаясь из охотников в беспомощную дичь, методично ликвидируемую одним человеком.

Едва последний прихвостень упал наземь, как свод с треском лопнул прямо над головой. Из пробоины метеором обрушилась рослая тварь, превосходившая рядовых мутантов вчетверо, закованная в костяную скорлупу с пульсирующим свечением.

Не успев коснуться пола, мутант уже несся в атаку, сминая обломки лапищами и заливая ТЦ утробным рыком.

Винтовка, набирая силу, выплюнула столпы ослепительных импульсов.

Лучи вонзились в «нагрудник», высокоэнергетические разряды с бритвенной остротой вспарывали броню.

Мутант взревел раненым зверем, выбросил вперёд лапу, пытаясь заслониться от испепеляющего жала, но орудие грызло и грызло дальше, раздирая хитин на лохмотья.

Панцирь пошёл трещинами, лопнул, открывая сочащуюся мякоть.

Последний заряд пробил грудную клетку вожака насквозь. Мутант замер, покачнулся и рухнул плашмя.

Передышка исключена. Под занавес пиршества подошли приблизительно девять новоприбывших ходоков, совершенно не осознающих, в какую жуткую переделку угодили.

Сразу после завершения ритуала перезарядки откуда-то сбоку выскочило омерзительное создание, сотворенное на основе детского трупа (1). Кожа уродца выглядела мертвенно-бледной, туго натянутой и сплошь покрытой сочащимися нарывами.

Черты маленького личика исказились до неузнаваемости, а вся спина превратилась в мышечную подушку, внутри лабиринта которой скрывались три гибких, похожих на плети отростка.

Перехватил отвратительное существо ладонями, стойко сдерживая яростный натиск, пока тварь бешено шипела прямо перед моим забралом.

— Я не твоя мама, ублюдок! — оказал сопротивление попыткам младенца зафиксировать свои щупальца на горловине бронекостюма.

Крошечные ручонки отчаянно пытались разбит визор, в чём нападающему можно было пожелать только везения.

Рискнув, освободившейся левой рукой перехватил плети и прицельно, одну за другой принялся вырывать с корнем три длинных щупальца мутанта, полностью лишая противника главного оружия.

Обезвреженное, но все еще сохраняющее агрессию чудовище тут же получило хлёсткий кулачный удар прямо в оскаленную морду.

— Пора в кроватку, малыш, — перехватывал оглушенного мутанта.

Приподняв затихшего от оглушения уродца, с размаху пнул его ногой вперед, как одинокий мудрый старец, обнаруживший потерянный футбольный мячик.

Монстр улетел в противоположный конец помещения и со смертным хрипом сочно распластался по стене, окончательно прекращая своё жалкое существование.

Тем временем спецназовцы, бесстрашно приняв ближний бой, сражались с остальными чудовищами.

Насколько отложилось в памяти, ножей у бойцов имелось всего три, посему четвертый или четвертая, вероятно, вооружился каким-то подручным средством.

Оказать поддержку мне оказалось не суждено, так как расправу над предыдущим монстром использовал как фору двухметровый «бегун», влетевший прямо в меня.

Тварь навалилась всем своим естеством, общая масса чудища значительно превосходила человеческую вследствие измененной и уплотненной костной структуры

Из-за таранного толчка чуть не потерял равновесие. Устоять на ногах всё же удалось, но пришлось согнуться пополам.

Высокоамплитудная винтовка превратилась в кусок бесполезности, физически не имел возможности направить ствол на противника. Мои ладони оказались полностью заняты удержанием «рук» врага, а само оружие зажало между нашими телами.

Отчаянные попытки повалить друг друга представляли собой изнурительную позиционную борьбу, чтобы не позволить когтям или разинутой пасти мутанта коснуться меня.

— Получай, гад, — резко перехватил конечности монстра в районе запястий, дабы полностью лишить его рычага для нанесения удара.

Из-за того, что нападающий неистово давил сверху, мне приходилось сильно выгибаться назад. Магнитные захваты ботинок скользили по полу, пытаясь отыскать упор.

Морда мутанта находилась буквально в десяти сантиметрах от шлема. Во всех подробностях видел, как тварь щелкала челюстями, желая прокусить визор, пока непрестанно уклонялся головой влево и вправо.

Собрав остатки сил, начал выпрямлять руки, сантиметр за сантиметром отодвигая монстра от себя, истошно крича от злости и полностью перехватывая инициативу в этой схватке.

— Отстань от меня, ошибка природы! — прорычал и подтянул колено к груди, с силой уперся ботинком прямо в чудовищный живот и совместным толчком ноги от себя вместе с рывком рук вверх технично перебросил монстра через себя.

Уничтожив поверженного противника метким выстрелом из винтовки, проделал сходную процедуру с остальными ненадолго задержавшимися на этом свете тварями из зловещей пятерки.

— Не могу поверить, что отряд выжил, — тяжело дышал Ким Донхён, очищая армейский клинок от налипшей крови и используя вместо ветоши изодранные лохмотья на мертвом монстре. — Мы победили.

— Технически у нас ничья, — вмешался

— Спасибо, кэп, — Донхён убрал оружие рукопашного боя в нагрудные ножны. — Порадовал.

— Теперь вступать в открытое противостояние с тварями нецелесообразно и сопряжено с неоправданным риском, — замком, завершив очистку, опустил свой нож в чехол на правом бедре. — Нам остаётся действовать скрытно.

— Спасибо-о-о-о-о, кэ-э-э-п, — протяжно сыронизировал инженер над самой сутью посыла Тадзимы, намекая на то, как повторение прописных истин и озвучивание давно пройденного материала не считаются чем-то из ряда вон выходящим.

— Умница, твоя винтовка справилась с задачей, — это Рика Минами, поставив руки на пояс и кивнув мне.

— Мы справились, — осторожно поправил её. — Без вашей помощи меня бы давным-давно окружили, или, по худшему сценарию, те десантники застали бы меня врасплох и прихлопнули, как муху.

«Мой поистосковавшийся по сну мозг зачем-то нарисовал картину, раскрывающую истинную суть, офицер спецназа изрекала эти простенькие словечки не ради праздного любопытства, а для какого-то скрытого тестирования», — переключил «ВИВ» в небоевой режим.

— Сайто, что у тебя там? — спросила Минами свою подчинённую, стоявшую к нам спиной.

— Прямо как в фильмах ужасов, — сострил Донхён.

Минэ, переборов желание коснуться щеки, медленно повернулась к отряду и опустила штурмовую винтовку, используемую вместо какого-то увесистого дрына.

На правой стороне лица виднелся длинный, но неглубокий и тонкий порез, откуда струилась кровь.

— Я инфицирована? — хладнокровно поинтересовалась она у всей группы.

— «Уэнделл»? — сказал Тадзима, повернув ко мне голову. — Ты же являешься доктором.

— Это только мой жизненный опыт и предположения, но считаю «некро-патоген» слабым против активного иммунитета. Находясь в живом организме, инфекция способна распространяться только в том случае, если она введена искусственно, в огромном объеме и напрямую в кровоток, — принялся выстраивать доказательную базу, свидетельствующую в пользу отсутствия механизмов эпидемического заражения. — На когтях определенно есть частицы зараженной ткани, но при поверхностной ране живые лейкоциты человека атакуют и уничтожают инородную ДНК, не давая ей закрепиться, — развивал мысль, перейдя к описанию сопутствующей симптоматики. — Ранка на щеке будет вести себя как обычный грязный порез, она может воспалиться или загноиться из-за обычных бактерий, но не вызовет мутацию.

— Тогда у нее проблематика другого характера, — военный инженер резким захватывающим жестом, похожим на щипок, потрогал левую область своей нижней челюсти, удерживая правой ладонью локоть противоположной руки.

— Верное замечание, — выразил солидарность с суждением Донхёна. — Когти и зубы диких животных, например, варанов или медведей, вызывают страшные заражения, потому они режут и вколачивают грязь вглубь тканей. Когти мутанта состоят из мертвой кости и мяса. При ударе оно действует как поршень, загоняя глубоко под кожу на лице миллионы анаэробных бактерий и трупных токсинов, — углубился в детальный анатомо-физиологический разбор этой дилеммы. — Щека и носогубный треугольник самое опасное место для любой грязной раны на теле человека. В этой зоне вены лица напрямую связаны с синусами головного мозга. В них нет клапанов, способных остановить обратный ток крови, любая агрессивная инфекция со щеки попадает в кровоток и за считанные часы добирается до оболочек мозга, развивается гнойный менингит или тромбоз синусов. Без современной реанимации человек сгорает от этого быстрее, чем от обычного заражения крови на руке. Вкратце, на когтях живут тонны бактерий рода клостридиум, также известные как возбудители газовой гангрены. Попадая в рану, они начинают размножаться без кислорода, выделяя газы и буквально растворяя живые мышцы лица. Ткани щеки превратятся в черную пенящуюся массу за очень короткое время. Этот «неглубокий порез» в теории привел бы к молниеносному сепсису, токсическому шоку и гнойному поражению мозга. Человек упал бы замертво максимум через день-два.

— Антибиотики можно будет найти в аптечном пункте торгового центра, — без капли страха за свою жизнь Минэ Сайто, предупредив командира о направлении, оставила нас.

— Минэ, не ходи одна, я с тобой, — Тадзима, придержав кепку, побежал за удаляющейся девушкой.

— Проверим полицейских, они ушли к гражданским, когда мы расстреливали основную орду, — велела Рика оставшемуся бойцу, наблюдая за уходящими спецназовцами.

Сам пошел к братской могиле мутантов, пожиная плоды своего кропотливого труда.

Всего на этой волне чудовищ насчитывалось примерно две тысячи особей, цифры неточные и не факт, близкие ли к подлинным, но присутствие огромного скопления тварей являлось неоспоримым фактом.

В конечном результате, пользуясь огневой поддержкой и прикрытием оперативников САТ, без вмешательства последних трудно было бы представить ведение боя, заработал двенадцать тысяч очков.

Подойдя к трупам, на некоторых из них, вероятно, только для меня заметил высвечивающиеся на уровне груди голубые квадраты с изображением типа патронов и количества от трех до семи штук.

На полу перед эскалатором мертвым грузом валялось примерно «пятнадцать с половиной полных магазинов». У меня самого в основном БК оставалось восемь стартовых «рожков».

Забрав патроны, поднялся обратно и пошел в отдельный ресторанный дворик, обособленный от фуд-корта.

Внутри, помимо нашей тройки, находилось пятнадцать человек. Людей, помогавших нам забаррикадироваться, узнал сразу.

Среди примечательных личностей выделил юношу с короткими светлыми волосами, в очках и с серьгами. Молодой человек обладал козлиной бородкой и небольшой растительностью на лице.

На нем была большая расстегнутая куртка поверх рубашки, бежевые брюки-карго, рабочие ботинки и перчатки без пальцев. На шее висели наушники, соседствовавшие с ожерельем в виде черепа.

Далее располагалась пожилая супружеская пара.

Еще среди мирных жителей был мужчина в самом стереотипном образе писателя из всех возможных, а вот как этот «стереотипный образ» выглядит решать уже не мне.

Последней «интересной» фигурой являлась женщина, копирующая карикатурных сотрудниц всяческих паспортных столов и регистратур, обладающая гипотетически несносным характером.

Оглянувшись, имел неудовольствие наткнуться взглядом на эту даму.

Возраст чуть за тридцать, почти ровесница, довольно высокая для японки. Далеко не стройная, скорее тощая, волосы короткие. Черты лица острые, вдобавок где-то умудрилась раздобыть косметику.

— Вы спятили, если думали, наивно полагая, прямо-таки навязать мысль, якобы привести сюда ораву уродцев было хорошей идеей! — как и ожидалось от человека с такой внешностью, «дама» с упреками набросилась на Рику.

Выглядело это комично, как картинка из интернета с орущим тигром и спокойным шимпанзе, тыльной стороной ладони подпирающей подбородок с чувством собственного превосходства.

— При любом другом решении это была бы игра в одни ворота, — произнесла командир. — Мы живы только благодаря тому, что верхний этаж ТЦ подходил под оборонительные нужды.

— Это ничего не меняет! — упрекнула её невменяемая женщина.

— Если для вас ничего изменилось, а претензии копятся, то можете смело спрашивать об особенностях нашей стратегии у моих яиц, — издевательски отказывалась отвечать на вопросы

— Вы ненормальная! — дала «петушка». — Здесь скоро появятся еще монстры, чтобы проверить случившееся, а потом они снова на нас нападут!

— Правильно думаете, — заимел наглость вклиниться в словесную перепалку, сложив руки на груди, пальцами левой ладони медленно барабаня по области бицепса. — Но вы упускаете важную деталь, мутанты глупы, но не тупы.

— И в чем разница? — раздраженно выпытывала «дама», стараясь привыкнуть к моему необычному снаряжению.

— Мутанты не брезгуют каннибализмом и при любом удобном случае подъедают сородичей, — чуть-чуть наклонившись, приподнял левую руку, тем самым дополняя или усиливая свое намерение растолковать суть. — Но у них есть некое подобие иерархии. Сильному достается все, а слабый по милости вожака доедает остатки или вовсе остается в пролете. Мутанты увидят гибель сотен собратьев. Они инстинктивно подумают, дескать, разозлился какой-то силач, решивший устроить геноцид, — окончил пояснение. — Я это к тому, что в нашу пользу играет само время.

— Бред, — перечеркнула все вышесказанное рубящим, как лезвие, движением головы «дама». — Добровольно в этой ловушке не останусь!

— Снаружи очень опасно, — заставил Донхён ее вспомнить ключевую угрозу открытой местности. — Мы сами попались из-за патрулировавшего в небе летающего мутанта, — показал рукой парящего «птеросапиенса». — Если вы покинете торговый центр, а сейчас полночь, — посмотрел на часы на правой руке, установленные как напульсник, — вы просто станете бесплатным кормом.

— Никто не заставляет вас оставаться здесь с нами, — отрезала Рика. — Хотите идти, идите, мне насрать, одним больше, одним меньше.

Здравый смысл восторжествовал.

Неподалеку от супружеской пары находился мужчина в светлой офисной рубашке, обнимавший и гладивший по волосам семилетнюю девочку с розовыми или светло-пурпурными локонами, завязанными в два коротких хвостика. Глаза ребенка, как у всех японцев здесь, выделялись крупным размером и карим цветом с фиолетовым оттенком.

На малышке было надето легкое летнее платьице нежного розово-белого тона и сандалии.

Рика принялась беседовать с Мацусимой, расспрашивая ту, каким образом они здесь очутились и по какой причине зашедшая внутрь группа спецназовцев изначально не встретила ни единого мутанта.

Офицер дорожной полиции охотно отвечала, восполняя все интересующие снайпершу пробелы.

— Голоден как волк, — Донхён, сунув руки в карманы, пнул ногой какой-то предмет, лежащий рядом. — У мирняка расспрошу, где пища, соображу что-нибудь на пятерых, — сказал слова негромко, устремив взор мимо меня, отчего реплика напоминала уединенную аудиозаметку.

Донхён ушел к выжившим.

Активировав колесо, запустил «ритуал поглощения» системой тысячи очков, открывший доступ к вращению.

Наградой послужила иконка угадайте-какого-цвета со сцепленными руками и напряженными из-за этого рукопожатия огромными бицепсами, что со стороны выглядело как мини-армрестлинг.

Смысл изображения раскрылся сразу после принятия приза, когда видимое окружение заволокла внезапная темнота, призванная сфокусировать внимание на плашке с текстом, являющейся по своему содержанию обучающим руководством.

Считывая тонны букв, задерживаясь на словах, выделенных контрастным колером, в самом конце наткнулся на просьбу прикоснуться к человеку, которого необходимо считать соратником.

Направившись сперва к Рике, обозначил приближение и аккуратно дотронулся пальцем до её спины.

Командир, не отвлекаясь от разговора с Мацусимой, где-то внутри себя, наверное, понимала целесообразность моего странного действия.

В верхнем правом углу «интерфейса» отобразился безликий силуэт человека с пометкой «Союзник 1: Рика Минами».

Следом подошёл к занятому кулинарными делами Донхёну, точно так же коснувшись пальцем его надлопаточной области.

— Извини, «Уэнделл», но если ты думаешь, что в меня можно тыкать пальцем как в плюшевого медвежонка и ждать в надежде услышать «Я тебя люблю», то твой мир детских грёз рухнет в одночасье, — устало огрызнулся Ким, не видя надобности ко мне повернуться.

В виртуальном окошке над первоначальным силуэтом отобразился второй, содержащий имя и фамилию новоиспеченного соратника.

К этому моменту в ресторанном дворике показались замком и Минэ Сайто.

— Знаю, это выглядит странно, но так надо, позже объясню, — предупредил новоприбывшего, приблизившись к нему и, под его немой вопрос, прикоснулся к его плечу.

Над Донхёном возник безликий Тадзима Рэо.

Когда проделывал ту же манипуляцию с девушкой, уловил на её лице намерение отстраниться, но двигаться с места она не стала, замечая спокойную реакцию снайпера.

После того, как все силуэты отряда оказались собраны, система затребовала совершить повторные вращения, причем продублировать данный процесс четыре раза.

Следуя указаниям, прочитал рекомендацию собрать оперативников САТ в единой точке, расположив бойцов строго напротив меня, как на армейском построении.

Удивительно, но ребята беспрекословно подчинились, хотя Рика закономерно потребовала внятных разъяснений, а Ким настойчиво просил не отвлекать его от полевой готовки.

— Сейчас узнаете, — сказал, когда четыре вращения закончились.

С первого до последнего приза выпадали пиктограммы вооружения, но детально рассмотреть изображения мне не позволили, потому что запустилась анимированная подсказка, велящая зажать пальцем иконки стволов и перетащить к человеческим очертаниям.

Сама графика отличалась простотой, схематичная белая кисть цепляла миниатюру и вела к силуэтам вдоль прочерченной пунктирной линии.

— Только без глупостей, ладно? — самостоятельно перетаскивал иконки вооружения к обезличенным силуэтам товарищей на виртуальном экране.

В руках у Минэ Сайто материализовался итальянский штурмовой комплекс «Бретта АРКС-180», представляющий усовершенствованную и высокотехнологичную версию итальянского автомата с улучшенной эргономикой и облегченным композитным корпусом.

«Повар» стал обладателем безгильзового стрелкового комплекса немецкого производства «Хеклер Джи-110» с обновленным роторным механизмом подачи патронов и практически полностью нивелированной отдачей.

Оставшиеся двое бойцов, выполняющие роли стрелков поддержки, обзавелись дальнобойным крупнокалиберным вооружением.

Парню в кепке досталась китайская антиматериальная винтовка «Цзян M-990», снабженная продвинутым дульным тормозом-компенсатором и интеллектуальным тепловизионным прицелом, а Рика приняла в руки футуристическую снайперскую систему американского происхождения «Сент-Джордж Армс Лидер 80 Эй-10», выполненную в компоновке булл-пап и оснащенную титановым затвором вместе с интегрированным глушителем нового поколения.

Минэ Сайто опустила ствол штурмовой винтовки строго в пол, задержав указательный палец вдоль ствольной коробки, как требует базовая инструкция безопасности.

Ким Донхён, вопреки шоку, сохранил контроль, парень перехватил безгильзового немца левой рукой, удерживая правой рукоять.

Тадзима принял на себя внезапную массу антиматериального орудия, сместив центр тяжести, после чего сразу проверил флажок предохранителя.

Рика Минами, удерживая вес снайперской системы у бедра дулом вниз, даже не шелохнулась, лишь ее взгляд, направленный на меня, стал опасно острым, требующим немедленного доклада.

Выложить доклад не успел, поскольку вслед за оружием у ног спецназовцев сформировались предметы для ухода за огнестрелом, разнообразные ремни, чехлы, а также сумки для переноски боевого снаряжения.

Обучающее руководство не закончилось, перепрыгнув сразу в отдел магазина с горящим на иконке красным кружочком, там обнаружились вкладки для взаимодействия с вооружением соратников, расположенные возле основных меню.

Пока мне

Заранее предугадав требование, начал закупать боекомплект на приличное количество накоплений, в итоге получив по шестнадцать магазинов для штурмовых винтовок и по двадцать семь «обойм» для стрелков поддержки.

Оставив на балансе ровно тысячу очков, завершил операцию, после чего прямо у ног бойцов повторно появились коробочки с патронами.

Емкости у Минэ Сайто составляла по пятьдесят выстрелов, у Кима по шестьдесят, у Тадзимы по тридцать, а у Рики по двадцать пять.

— Я не знаю теперь, что реально, а что нет, — Донхён поднял один «рожок», принявшись внимательно изучать устройство предмета и принципы работы с механизмом перезарядки причудливого оружия.

Ким и Минэ Сайто без проблем распределили все магазины по карманам разгрузочных жилетов, но Рика молча подобрала только три штуки, а Тадзима взял всего две. Подсчет не включал в себя те патроны, изначально находившиеся внутри самого оружия.

— Прости, унести всё мы не сможем, — Тадзима говорил естественно, но расширенные зрачки выдавали попытки парня отыскать случившемуся логичное объяснение.

— Хорошо, — убирал тяжелые пластиковые кирпичи подальше от них, — они побудут у меня. Опустеете, просто скажите, дам новые.

Активировав финальное вращение и отсекая в уме ненужный мусор, получил в награду модификацию магазинного инвентаря.

Первоначально мелькнула идея о банальном расширении цифрового хранилища, но система полностью изменила саму структуризацию размещения объектов.

Отныне вещь занимала определенный слот, но последующая копия того же типа не требовала отдельной ячейки, а наслаивалась на предыдущую с предельным лимитом до девяноста девяти единиц.

Оставшиеся двадцать четыре магазина Рики и двадцать пять штук Тадзимы аккуратно заполнили всего два свободных деления. К слову, фудбоксы вместе с чудо-аптечками тоже подчинились обновленной логике распределения.

— Накормить толпу семью хлебами сможешь? — безобидно пошутил Ким Донхён.

«Там же пять штук было, да и рыба вроде фигурировала», — безуспешно попытался припомнить точные детали старой притчи.

— Нет, — окончательно деактивировал высокоамплитудную импульсную винтовку, — пока только учусь.

— Ладненько, — принялся Тадзима «тактически» рассматривать свое новое снаряжение, как персонаж военного симулятора, — дареному рабу в зубы не смотрят.

— Ага, — легко согласился с товарищем Ким, после чего обернулся ко мне, — спасибо, мил человек, оттянул ты нашу неизбежную смерть на недельку-другую.

— Быстро по сигарете, у вас ровно десять минут, — объявила перекур Рика и, развернувшись во весь свой немалый для японки рост, второй раз за ночь направилась к Мацусиме.

— Я в уборную, — первым ушел заместитель командира.

— Займусь едой, а то желудок сам себя переварит, — отстранился оперативник САТ.

Минэ Сайто удалилась молча.

— Не против, если составлю компанию? — поинтересовался, вовсе не у Сайто, а у Кима.

— Если побудешь на подхвате на своеобразной кухне, то добро пожаловать на борт, — дал зеленый свет Донхён.

Из подсобных помещений традиционного ресторанчика с надписью «Вход только для персонала» забрали портативную газовую горелку, два газовых баллона к ней, пятилитровую кастрюлю, сковороду, ручной консервный нож, а также пиалы с палочками, хотя для себя взял ложку.

— Здесь нам делать больше нечего, пошли, — подозвал меня Ким, граблеобразно махнув рукой.

Заскочили в продуктовый магазин подземного этажа.

Донхён, доверив мне тележку, складировал туда продукты премиального качества долгого хранения.

Вскоре она заполнилась килограммовой пачкой круглого риса сорта косихикари, коробкой кубиков карри со средним уровнем остроты, тремя банками консервированной говядины в соусе, пачкой сухарей панко, маленькой бутылкой растительного масла и баночкой маринованного имбиря бени сёга.

Для добавочного элемента очень позднего ужина спецназовец отложил в тележку тюбик имбирной пасты, баночку меда, банку маринованных слив умэбоси и большие двухлитровые бутылки чистой питьевой воды из отдела напитков.

По решению Донхёна нашей кухней стало служебное помещение ресторана, укомплектованное гранитными столешницами, раковинами и стенами без выходящих на улицу окон.

Для будущего мусора мы подготовили один пластиковый пакет.

— Что мы будем готовить, «шеф-повар»? — укладывал деревянную разделочную доску с ресторанной кухни рядом с газовой плиткой и баллонами.

— Карри-райсу с мясным соусом и Кацу-топпингом, «су-шеф», — выставил пиалы и кружки на сухой край стола.

Мы высыпали в кастрюлю восемьсот граммов риса и промыли его водой из бутылки три раза.

— Вода должна быть выше уровня риса ровно на один палец, — уточнил Донхён.

— Принято к сведению, — залил крупу жидкостью в пропорции примерно один к одному.

Включили плитку на максимум.

Как только вода закипела, убавил огонь до самого минимума, закрыл емкость крышкой, а Ким засек пятнадцать минут.

— Открываю? — спросил, выключая огонь по истечении срока.

— Еще десять минут, — поправил Донхён, — рис дойдет на пару и станет клейким.

Тем временем в сковороду налили около шестисот миллилитров воды и довели до кипения, после чего раскрошили туда половину плитки карри.

Ким постоянно помешивал аппетитную массу, пока открывал банки консервированного мяса, чтобы вывалить всё содержимое вместе с соком и жиром прямо в соус.

Донхён томил полученную смесь на медленном огне пять минут, давая мясу полностью пропитаться пряностями.

Позже на сухую сковороду Ким капнул немного масла и высыпал два стакана сухарей панко, обжаривая пару минут до ярко-золотого цвета, потом пересыпал в сухую емкость.

— Разберемся с горячим, — наливал в чистую кастрюлю полтора литра воды.

— Окей, — выдавил полтюбика имбирной пасты прямо в воду.

Довели смесь до кипения.

Ким достал пять штук слив умэбоси, бросил в кипяток и хорошенько разомнул ложкой на самом дне, заставляя плоды полностью отдать сок.

Следом оперативник САТ добавил четыре большие столовые ложки меда и томил полученный взвар на медленном огне еще пять минут.

В каждую из пиал мы выложили большую горку горячего риса, занявшую ровно половину чашки в форме полусферы, вторую часть емкостей до краев залили мясным карри.

Поверх соуса рассыпали золотистые сухари панко, а сбоку аккуратно пристроили по щепотке ярко-розового маринованного имбиря.

Напоследок каждому участнику трапезы выделили по большой кружке обжигающего имбирного «тоника».

— Куда пойдем ужинать? — приготовился вместе с ним транспортировать наши кулинарные шедевры.

— Мы народ скромный, — зевнул Донхён, — пошли в вип-кабинет.

В вип-кабинете мы как официанты расставили все блюда по позициям.

— Позову наших, — Ким, потянувшись, покинул комнату.

Забрав порцию вместе с кружкой горячего напитка, ушел из помещения.

Заняв самый неприметный и удаленный уголок в раздевалке для персонала, быстро все съел.

Вернув шлем на голову и проверив винтовку, я, никого не предупреждая и стараясь ни с кем не сталкиваться, покинул территорию торгового центра.

Мой путь лежал наружу, на охоту, надо хоть как-то компенсировать потраченные на товарищей драгоценные очки.

В двух километрах, оставшихся позади после бега, обнаружилось скопище, насчитывавшее свыше сотни тварей.

По всей видимости, порождения ада представляли собой ту самую разведывательную группу, намеревавшуюся выяснить характер происшествия внутри торгового комплекса, а также разузнать финал отгремевшего побоища.

Под подошвами, копытами и множеством иных неопознаваемых конечностей покоились жутко изувеченные и растерзанные останки человеческих тел с багровыми распятиями на лицах, встреченных нами с Тадзимой в период обороны внутри «Машины Смерти». Смысл существования этих погибших граждан до сих пор оставался для меня загадкой.

Вскоре моя стрельба с неодобренной ни одним военным аналитиком тактикой превратилась в аллюзию на один постер (2).

За каких-то двадцать секунд работы высокоамплитудки довелось оказаться на самой вершине горы мертвых тел, отбиваясь от скопища обступивших со всех сторон монстров.

Одно чудовище титановой хваткой вцепилось в мою левую ногу, а другое создание, находившееся снизу с левой стороны, вонзило когти в левую руку чуть выше перчатки, прямо в районе запястья, из-за чего конечность оказалась вытянутой вперед.

Прошло семь минут непрерывного удержания спускового крючка, унесшего жизни множества противников.

— Неплохо, но можно было и лучше, — встряхнув винтовку, возвращался к торговому центру.

По дороге назад возникло желание совершить крутку, но намерение прервалось знакомым визуальным эффектом «взгляда со стороны».

Становилось жутко и непривычно видеть свою спину, но при этом особого дискомфорта или непреодолимых трудностей, за вычетом банальной странности происходящего, не возникало.

Спустя мгновение начался странный приступ с «резким выключением и включением видимости», сопровождаемый ударами сердца.

На долю секунды вместо высокотехнологичного шлема появилась уродливая голова мутанта.

«Камера» дернулась, костюм испарился, конечности начали лопаться, а из плечевых суставов пробились огромные костяные лезвия.

В момент стартовой вспышки и начала трансформации на заднем плане прозвучал мой затихающий эхом крик, но сразу после этого вместо человеческого голоса наружу вырвался утробный, булькающий и оглушительный рык.

Вокруг разнесся мерзкий хруст ломающегося скелета, а также влажный звук разрываемой плоти. В процессе удлинения наростов раздавался громкий шум рвущейся ткани, трескающейся кожи и выворачиваемых суставов. Внутреннее анатомическое строение перемалывалось прямо внутри костюма.

При движении в чуждой оболочке существо дышало с тяжелым хрипом и клокотанием крови в гортани.

Мерцание прекратилось, а все видимое пространство окрасилось в грязно-серые тона пугающей галлюцинации. Произошло превращение в хищника, одержимого жаждой убийства.

Чудовищный двойник мчался вперед, но вместо привычного топота сапог по асфальту доносились шлепающие и цокающие звуки когтей.

Удалось преодолеть порядка десяти метров в теле твари, как вдруг восприятие резко встряхнулось, напоминая сильную помеху на экране старого телевизора.

Раздался громкий скрежещущий сбой, после чего наваждение спало.

Действительность вернулась в норму, восстановив привычный обзор из глаз.

Вскинув подбородок, как пробудившийся от ночного кошмара человек, трижды медленно качнул им из стороны в сторону, наклонил шею, слегка пригнулся и соорудил своеобразный «ободок» на лбу при помощи свободной области между большим и указательным пальцем левой руки.

Дважды, задействуя только корпус без вовлечения стоп, развернулся в левую и правую стороны.

— Что за чертовщина? — вырвался неестественный смешок с внезапным и сухо выдавленным началом, лишенный всякого нарастания и резко оборвавшийся на кашлеобразном вздохе.

Остаток пути провел за прокруткой колеса, истратив целую тысячу единиц валюты, тем самым лишив себя всякой возможности присесть на пенек.

«Простите, не удержался», — сказал самому себе.

На секторе этого диска, помимо вопросительного знака, отображалась иконка снаряжения с латинскими литерами «DS», но на верхней части облачения с правой стороны виднелись две перевернутые красные галочки.

В длинном описании беспристрастно заявлялось, что внешний вид, защитные свойства, силовые показатели и доля функционала изменены отнюдь не в мою пользу.

Необходимые в условиях апокалипсиса опции сохранились, но экипировка все равно подвергалась нежелательным метаморфозам.

После принятия «подарка» сорокапроцентная защита брони опустилась до десяти, хотя относительную мощь разработчики сберегли.

Грузоподъемность прежней версии составляла порядка четырехсот пятидесяти килограммов полезной нагрузки без утомления оператора, теперь же удержание веса ограничивалось пределами одной сотни.

Скорость выброса кулака при прошлой модификации была сопоставима с выпадом профессионального боксера в супертяжелом весе, достигая десяти метров в секунду, при массе кисти экзоскелета около пятнадцати килограммов, то есть такой удар генерировал кинетическую энергию в районе семисот пятидесяти джоулей и силу давления в точке контакта свыше двадцати пяти тысяч ньютонов.

Скорость атаки «обновленного» бронекостюма упала до трех метров в секунду. Масса перчаток за счет пластин оставалась внушительной, приближаясь к двенадцати килограммам, но энергия составляла всего лишь пятьдесят четыре джоуля, а напор в области соприкосновения равнялся четырем тысячам пятистам ньютонам.

Способность полета, как ПНВ с инфракрасным режимом, никуда не исчезли, но «штрафы» к бегу, длине и высоте прыжка на меня все же повесили.

В общем, в результате прокрутки довелось не просто остаться ни с чем, так еще и получить порцию явного презрения в придачу.

«Какая-то система абсолютного зла, зла с заглавными буквами, написанного в виде аббревиатуры через три точки», — с этой горькой мыслью удалось добраться до входа, там была недовольная моей самовольной отлучкой Рика.

— Это залет, — командир вела себя в полном соответствии с должностью, иного от руководства ждать не приходилось.

— Кто отец? — «показал зубы», лишив реплику негативного умысла подорвать чужой авторитет или выставить себя невесть кем.

— Отец тут один — устав, — вернула бумеранг. — Устроил самоходку, никого не предупредив, так еще и анонимов на хвосте притащил.

— К-… — вознамерился было развернуться, но командир предвидела это.

— Не нужно, — бросила взгляд из-за моего плеча, — незнакомцы находятся под прицелом Тадзимы.

— Не стреляйте, мы приближаемся с поднятыми руками! — выкрикнул кто-то.

— Если промедлите или выкинете какой-нибудь фокус, расстреляем, — Рика не собиралась повторять дважды.

Развернувшись, закрыл собой Минами для подстраховки и навел на парочку неизвестных винтовку.

Перед нами стояли две девушки в тяжелом пустынном полевом обмундировании пехотинцев.

Одна ростом в сто восемьдесят один сантиметр, а ее спутница в сто семьдесят семь сантиметров.

У первой лицо отличалось слегка квадратной формой с умеренно выраженными скулами и линией челюсти. Кожа светлая, поддающаяся загару в отличие от кельтского типа, обладавшая слегка золотистым подтоном.

В облике преобладали серо-голубые глаза европейского разреза без эпикантуса или сильной округлости. Нос прямой, аккуратный, средней длины с узкой спинкой. Форма рта умеренной полноты, выраженная весьма четко, но лишенная природной припухлости.

У напарницы, напротив, пухлые губы, высокая лобная кость и специфический разрез глаз, характерный для стереотипных изображений коренных американцев. Для

Стоял чуть поодаль, наблюдал, как Рика вышла вперёд, оставив за спиной вооружённых Ким Донхёна и Минэ Сайто.

— Говорите, у вас ровно одна минутка, — дала им возможность объясниться командир, приблизившись к ним и сказав свою реплику на английском.

За её плечами замерли появившиеся недавно бойцы САТ.

Рика Минами скрестила руки на груди, дуло её винтовки смотрело в асфальт, но спецназовцы не сводили прицелов с американок, пальцы лежали на спусковых крючках в полной готовности.

Командир потребовала жёстко и без обиняков, что морпехи забыли в этом городе и в этой стране.

— Не знаю, какой сейчас год и где мы, черт возьми, находимся, — девушка-индеец из племени «Чероки» или «Навахо» шагнула вперёд; бледное лицо покрывала дорожная пыль, а в глазах плескалась смесь армейской выдержки с подступающим безумием от осознания происходящего. — Три часа назад наш батальон стоял на границе с Ираком. Мы ждали приказа на выдвижение в Багдад. Был март две тысячи третьего года! Нас накрыло песчаной бурей, а потом мы падаем на асфальт посреди этого чертова города!

— Да она нам не поверит, командир! — блондинка, не выдержав, сорвалась на крик, размахивая свободными руками, но долго жестикулировать ей не позволили, Минэ Сайто недвусмысленно предупредила стволом штурмовой винтовки, чтобы та прекратила резкие движения, иначе во лбу появится аккуратное отверстие. — Посмотри на неё, посмотри на её гребаную пушку, в жизни не видела такого пластикового дерьма! Взгляни на эти тачки вокруг! Мы должны были надрать зад Саддаму Хусейну, а вместо этого мы в Японии, связи нет, рации выдают пустоту, а вокруг бегают монстры! Монстры, мать вашу! — тяжело дышала, тело сотрясала дрожь, она резко перевела безумный взгляд на меня, молча стоявшего в ослабленной броне. — А это вообще что! — ткнула рукой в меня, но Сайто снова напомнила о себе, бесшумно качнув оружием, немое предостережение, требующее немедленно прекратить размахивание, не то пуля пробьет череп. — Это скафандр?.. Оно только что из какой-то хреновины расщепило сотню тварей!

— Две тысячи третий? — Рика потерла переносицу. — Девчата, у меня для вас хорошие и плохие новости, — повидавшая в этой жизни летающих мутантов, медленный крах цивилизации и меня самого, окинула взглядом старую камуфляжную форму образца начала нулевых, рации, похожие на кирпичи из прошлого века, а потом считала искреннюю панику чужаков, сумасшедшие так не играют. — Ваш Хусейн уже давно мёртв, как и часть населения Японии. Вы промахнулись мимо своего Ирака примерно на двадцать с лишним лет и угодили в самый эпицентр конца света, — Рика выдвинула условия, приняв эту правду как данность, она понимала, что девчонки дезориентированы, но они оставались солдатами, пока ещё не сломленными тяжестью апокалипсиса. — Значит, так, морпехи, мне плевать, как вы сюда попали, через дыру во времени или по воле господа бога, но нам нужны опытные люди. У меня в ТЦ гражданские. Вы хотите жрать, хотите понять, что происходит, а ещё вам нужно безопасное место. Вы его получите, но сначала докажете, что ваш Корпус чего-то стоит, — повернулась теперь ко мне, в глубине ее зрачков блеснула та самая командирская искра, которую немного научился распознавать. — Раз уж ты у нас любишь нарушать устав, «Уэнделл», заступаешь на дежурство самым первым прямо сейчас в наказание за свою провинность, а ведь сначала думала избавить тебя от этой лямки за твой подгон, — мягко постучала костяшками по моему новому шлему. — Этих двух «попаданок» берёшь с собой, будешь нянькой, введешь в курс дела, объяснишь, как стрелять в голову мертвецам, а ещё проследишь, чтобы они не творили фигни. Отвечаешь за этих двоих головой.

Примечания:

1 — Пупс, напавший на Андрея. Милота.

2 — Постер. Угадали, когда читали? Наверное, нет.

В отдельную «пояснялку» закинем пару слов о том странном вооружении отряда Рики.

A: у них в руках огнестрелы из альтернативных вселенных.

B: за основу, это и без меня понятно, взяты реальные прототипы экзотичного оружия.

C: все эти «версии» (правильнее будет «инверсии») лучше своих оригиналов в +100500 раз (сарказм), но они реально лучше своих предшественников.

Жалкая пародия у Минэ Сайто: Бретта АРКС-180. Неповторимый оригинал: Beretta ARX-160. У «инверсии» Сайто есть подствольник, но нет гранат, такие дела.

Второе фото экземпляра с другого ракурса:

Жалкая пародия у Ким Донхёна: Хеклер Джи-110. Неповторимый оригинал: Heckler & Koch Gewehr 11.

Жалкая пародия у Тадзимы Рэо: Цзян M-990. Неповторимый оригинал: Zijiang M99.

Ой, не то, откуда это вообще? Отвечаю, мне это подкинули. Держите настоящее фото, а не какую-то фальшивку.

Жалкая пародия у Рики Минами: Сент-Джордж Армс Лидер 80 Эй-10. Неповторимый оригинал: St. George Arms Leader 50 A1. Даже не думайте читать текст на картинке, приберегите зрение (как будто кто-то собирался).

«Даунгрейженная» версия костюма после попытки испытать фортуну в гаче.

Фото номер ноль:

Первое фото:

Второе фото (Когда, как тебе кажется, сделал хорошее дело, помогая людям в трудной ситуации, но гача в итоге решила напомнить, кто настоящий хозяин положения):

Третье фото:

Четвертое фото:

Глава десятая. Отряд самоубийц

«Тот зверь, что солонее смерти».

— Троп, ставший неотъемлемой частью любого апокалипсиса.

/Япония, префектура Токоносу, город Токоносу, район Ниси, микрорайон Камитоко, квартал 2, без двадцати двух четыре/

— После этого раскидал всех плохишей как детей с ДЦП в медцентре и отдал пятьдесят фунтов стерлингов бармену за причиненные неудобства, — закончил выдуманную на скорую руку историю, относящуюся к категории анекдотичных рассказов. — Не то чтобы у меня имелся опыт драки с дцпшниками, просто те завсегдатаи паба перебрали с алкашкой.

— Что было потом? — с неохотой сказал Коичи Сидо, продолжая злиться за мой поступок в школе.

— Затем я проснулся, — вот и развязка подоспела.

Рокот разорвал ночь заброшенной улицы, заставив асфальт мелко подрагивать.

Из-за поворота, разрезая мрак ослепительными лучами прожекторов, выползли три силуэта бронетранспортёров, закованных в вымазанную

БТР, чихнув выхлопом, затормозил в паре метров от нас, полностью перекрывая дорогу и заливая всё вокруг бьющим по глазам светом фар.

Направленные прямо на наши фигуры стволы крупнокалиберных башенных пулемётов остановились, готовые открыть огонь, но по нашему растерянному виду сразу становилось ясно, что сопротивляться никто не собирается.

Боковые люки десантных отсеков открылись, затем на дорогу слаженно высыпали солдаты в камуфляже, держа оружие наготове, но не спеша нажимать на спусковые крючки при виде безоружного (моя винтовка была в бездонной сумке) «иностранца» и перепуганного местного жителя.

«Какие интересные символы у вас», — смотрел на знаки, отсылающие на рафинированное зетничество. — «Ну, теперь понятно, почему они так и не дошли».

Офицер, оценив нас, сделал знак своим подчиненным опустить автоматы.

— Ϲⲧⲟяⲧь, ⲏⲉ ⲇⲉⲣⲅⲁⲧьⲥя, — раздался уверенный тон командира на очень убогом инглише. — Πⲁⲣⲏυ, ⲃы ⲃⲟⲟⳝպⲉ ⲟⲧⲕⲩⲇⲁ ⲧⲁⲕυⲉ ⲕⲣⲁⲥυⲃыⲉ ⳅⲇⲉⲥь ⲥⲟⲟⳝⲣⲁⳅυⲗυⲥь?

— Я не понимаю, — выдавил из себя испуганный учитель на японском.

— Πⲟⲏяⲧⲏⲟ, ⲙⲉⲥⲧⲏыύ ⲁⳝⲟⲣυⲅⲉⲏ, — вздохнул офицер, переведя взгляд на мою форму. — Α ⲧы, ⲏⲁⲧⲟⲃⲥⲕυύ ⲟⲣⲉⲗ, ⲥⲩⲇя ⲡⲟ ⲫυⳅυⲟⲏⲟⲙυυ, ⲡⲟⲧⲉⲣяⲗⲥя ⲥυⲗьⲏⲉⲉ ⲏⲁⲱⲉⲅⲟ. Πⲟⲗⲉⳅⲁύⲧⲉ ⲃ ⲕⲟⲣⲟⳝⲕⲩ, ⲡⲟⲕⲁ ⲃⲁⲥ ⲧⲩⲧ ⲭⲟⲇяɥυⲉ ⲧⲣⲩⲡы ⲏⲁ ⲥⲩⲃⲉⲏυⲣы ⲏⲉ ⲣⲁⳅⲟⳝⲣⲁⲗυ, ⲡⲟ ⲇⲟⲣⲟⲅⲉ ⲡⲟⳝⲉⲥⲉⲇⲩⲉⲙ.

— Парни, на Украину вообще-то туда, — коверкая русские слова нарочитым заграничным акцентом, произнес шутливо и вскинул большую фалангу пальца, указывая направление куда-то далеко позади себя.

По броне передней тридцатитонной машины покатилась первая волна хохота, подхватившие бойцы на соседних бронетранспортерах. Напряжение, сковавшее несколько десятков усталых и пропотевших мужчин после изнурительной схватки со страшными мутантами, осыпалось невидимой окалиной.

Старший лейтенант (но это не точно, у них очень странные погоны, а ещё на русском говорят невероятно причудливо), стоявший на волноотражательном щитке, с трудом сдержал улыбку, опустил дуло потрепанного автомата и спрыгнул на землю.

Старлей неторопливо приблизился к нам, оценивающе разглядывая именно меня и остановившись, как сомнительно подсказывает интуиция, рядом с майором, наверное.

— Δⲁ ⲙы ⲡⲟ ⲏⲁⲃυⲅⲁⲧⲟⲣⲩ ⲱⲗυ, ⲕⲟⲙⲁⲏⲇυⲣ, ⲃυⲇⲁⲧь, ⲏⲩⲿⲏыύ ⲡⲟⲃⲟⲣⲟⲧ ⲃ ⲧⲩⲙⲁⲏⲉ ⲡⲣⲟⲥⲕⲟɥυⲗυ, — выкрикнул из люка наводчик-оператор, скаля зубы и убирая ладонь с гашетки крупнокалиберного пулемета.

— Τⲩⲇⲁ ⲥⲟⲗяⲣⲕυ ⲏⲉ ⲭⲃⲁⲧυⲗⲟ, ⲣⲉⲱυⲗυ ɥⲉⲣⲉⳅ Τⲟⲕυⲟ ⲕⲣⲩⲅ ⲇⲁⲧь! — прилетела ответная шутейка от бейбика (от силы могу дать девятнадцать-двадцать) в аниме-шевроне.

«Не хватало мне ещё с этой ватой общие дела иметь», — активировал через виртуальный хоткей чит «тайм-стоп».

Звуковая волна расширяется концентрической сферой, устремляясь во все стороны, беспощадно выкручивая и выворачивая наизнанку привычное бытие.

Произошла инверсия палитры окружающего мира, знакомые предметы вспыхивают ядовитыми, психоделическими и неестественно кислотными оттенками.

Позади увеличивающейся границы светового всплеска воцаряется затишье. Звуковые колебания полностью парализованы, лишенные малейшей возможности распространяться.

Остановились во взвешенном состоянии дождевые капли, превратившись в неподвижные хрустальные бусины. Все люди застыли, обратившись в статуи с полностью отключенным сознанием.

«Берем Сидо в охапку и сваливаем», — уже несся прочь от зет-васянов с грузом на руках.

/Япония, регион Канто, префектура Канагава, г. Токоносу, район Хигаси, ТЦ «Тайэй Шопинг Таун», двадцать пять минут шестого утра/

— Просыпайся, спящая красавица, — кто-то из спецназовцев встряхивал меня за плечо. — Знаю, твоя смена закончилась и ты заслуживаешь свой отдых, но судьба решила снова окунуть нас лицом в ведро с дерьмом, вставай.

Окончательно очнувшись от навязчивого сна, увидел поднимающегося с корточек Тадзиму.

— Включай свою винтовку и пошли в дворик, там все наши и не наши, — протянул напарник ладонь.

Выражая молчаливую благодарность коротким кивком, принял помощь товарища, поднялся и сразу обнаружил на редкость ненастную для столь раннего часа пасмурную погоду, когда с потемневшего купола вовсю лился дождь.

В изолированном от зоны общего фуд-корта ресторане, сгрудившись вокруг стола, стояли бойцы САТ и морские пехотинцы.

— Несколько десятков человек, три БТР, недавно работала «птичка», пока не начался дождь, — командир повесила бинокль «Штайнер ЛРФ 1700 8x30» на темный варбелт.

«Десятки в связке техникой? Разве в такой роте не сто человек? Сам не знаю ответа, но если это так, то они в своей реальности, должно быть, понесли потери во время боестолкновения», — в ногах правды нет, как, впрочем, и лжи, поэтому расположился напротив корейца.

— У них есть вертолет? — спросила блондинка, представившаяся во время совместного ночного дежурства Вайлет Доукс.

— Нет, «Вайс», — назвала женщина позывной, коим собеседница именовалась, — «птичка» в контексте разговора означает квадрокоптер. Это РПГ-шный выстрел или фугас, скрещенный с вертушкой и камерой. Пилот сидит в тылу за три километра, надевает шлем и видит картинку прямо с борта, прямо как сам в кабине сидит. Эта хреновина несется на сотне кэмэ в час, способная влететь точнехонько в амбразуру, окопную щель или открытый люк коробочки. Короче, карманная высокоточная арта, бьющая без промаха.

— Почему он не взорвал нас? — поинтересовалась «Вайс», наслушавшись информации о дроне-самоубийце.

— Это был разведывательный дрон, а не обвешанный взрывчаткой, — пояснила Рика. — Еще сыграл дождь.

— Что им от нас нужно? — задал резонный вопрос Донхён, сидевший на стуле, в отличие от остальных присутствующих, а также лениво перемешивающий ложкой горячий напиток, свободной рукой скучающе подперев подбородок.

— Предположу, они волею судьбы оказались на месте наших американок, ставших жертвами переноса, — снайперша положила винтовку на шею как коромысло, удерживая ладони на горизонтально расположенном стволе. — Какое еще найдется объяснение, откуда посреди Японии в самом начале апокалипсиса с бухты-барахты на нас свалилась целая сводная мотострелковая рота российских солдат?

— Может, стоит с ними как-то выйти на контакт? — предложил первую и, по моему мнению, самую здравую идею Тадзима.

— Отказано, — ответила наотрез Рика. — Мне не понравилось поведение военных, когда поймала солдат в бинокле.

— Ты преувеличиваешь, — изогнул бровь замкомандира, приподняв правую ладонь, как если бы передавал некий предмет в чужую руку.

— Если решишь покинуть пределы единственного безопасного укрытия для встречи с ними, тебя уложат лицом в асфальт под дулами автоматов ради банальной перестраховки, причем этот исход окажется наиболее безобидным вариантом развития событий, — вывалила свои размышления командир.

— Аргументы в пользу того, чтобы не связываться с ними? — с каким-то комичным умиротворением Донхён, трижды звякнув о краешек чашки, освобождая столовой прибор маленького размера от влаги, опустил ложечку обратно, приподнял емкость и, удерживая большим пальцем стебелек, сделал долгий хлюп.

— Если военные зайдут сюда, то заберут всю еду, воду и медикаменты, — констатировала лидер. — Им в любом случае плевать, где мы укрываемся. Семь человек для толпы вояк не конкуренты, нас просто выставят на улицу ни с чем, если не пристрелят под видом мародеров.

— Ещё? — сделал второй глоток кореец, прикрыв веки от дымящегося напитка.

— Командир роты несет юридическую и моральную ответственность за жизни подчиненных, — произнесла снайперша. — Офицер обязан сохранить подразделение. В

— Рика, это кадровые военные, а не ОПГ, — Тадзима не был уверен в доводах напарницы.

— Включи голову, лейтенант, — сказала капитан. — Военные видят ТЦ, по закону принадлежащий государству или бизнесу. Люди внутри здания для них выжившие без официального статуса. По армейским уставам, гражданских лиц из зоны боевых действий нужно изолировать, разоружить и выдворить, чтобы они не мешали операциям и не воровали припасы. Для них мы вооруженные лица в зоне ЧС. В лучшем случае нас лишат стволов, выдадут по банке тушенки и выставят за периметр «ради нашей же безопасности». В худшем примут за враждебных фигур и откроют огонь.

— Всё ложится на ресурсную математику, — Донхён, осушив кружку больше чем наполовину, опустил «кружало» на плоскость стола, принявшись водить подушечкой пальца по нагретому ободку.

— Торговый центр является единственным шансом для роты организовать КНП, — Рика с кошачьей ловкостью и грацией забрала чужую чашку с остатками содержимого себе, на что кореец никак не отреагировал, позволив девушке совершить это своим показательным бездействием. — Бойцам требуется много провизии, питьевой воды и лекарств прямо сейчас. Выделять долю здешним обитателям солдаты не способны физически, логистика полетит к чертям, — одним глотком она опустошила красную кружку, совершенно не обжегшись, после чего утерла губы «обшлагом» униформы. — Пришельцы зачистят складские помещения под ноль, так как им необходимо закрепиться на несколько суток вперед, — вернула чашку Донхёну. — Рассудите здраво, оставлять в тылу неизвестных вооруженных людей, изъясняющихся на чужом наречии, считается риском. А если «мы» посреди ночи «захотим» снять часовых? — как-то по-особенному качнула головой, присобрала губы и приподняла брови. — Даже окажись незваные гости добряками, начальник разведки никогда не позволит нам остаться внутри. Сохранять вооруженных незнакомцев за спиной называется должностным преступлением. Нас либо принудят сдать стволы и запрут в подвале, либо выдворят наружу. Без огнестрела мы трупы.

— Получается, разумным будет эвакуировать людей и покинуть торговый центр, — логично заключил замком.

— Нет, мы будем воевать, — сказала Рика интонациями Бернара Фарси в роли комиссара Жибера из кинокартины «Такси 2» в озвучке Владимира Конкина.

Минэ Сайто даже не моргнула, смерив снайпершу тяжелым взором, после чего молча проверила затвор автомата, переводя безумное распоряжение в режим полной боевой готовности.

Тадзима нервно усмехнулся, по давней привычке поправив вполне аккуратно сидящую на макушке кепку, а Донхён пристально разглядывал Рику в надежде, что услышанное являлось шуткой на грани фола, но сам не уловил в его лице страха смерти, заметив только предельную настороженность из-за неоглашенной тактики.

Американок охватило неверие, обида и упрямый защитный «инстинкт» выживания, присущий регулярной армии.

— Вы спятили, САТ? — ожесточилась Вайлет Доукс. — Мы морпехи, а не сраные камикадзе! Нас вытащили из задницы не для того, чтобы мы сдохли на заднем дворе магазина! Мы обязаны отступать!

— Не повышай на меня тон, «куколка Барби», — Рика проявила твердость кремня. — Существует только одна злая сучка — это я, — снайперша приблизилась к блондинке, транслируя подавляющую ауру «альфа-волчицы». — Нет желания участвовать, дело твое, отправишься охранять мирняк, но не вздумай удивляться, когда позже наложу на тебя штрафные санкции за неподчинение приказам.

Фраза про гипотетические взыскания и тыловое дежурство болезненно ударила по уязвленной гордости Вайлет.

— Пошла ты, командир, — американка стиснула челюсти до «хруста» и проступающих на скулах желваков, затем бросила мимолетный взгляд на замершую поодаль, но сохранившую внутреннее упорство напарницу. — Я остаюсь, — сдерживая ярость, злобно выдавила из себя блондинка. — Но если из-за твоей тупой авантюры пострадает Наима, ты лично ответишь за это.

Брюнетка испуганно ухватила подругу за плечо в попытке удержать ту от трибунала, но, увидев, что «Вайс» пошла на попятную, тяжело вздохнула, дезертировать в одиночку теперь сделалось попросту стыдно.

Рика добилась намеченного результата. Парализующий страх морпеха успешно трансформировался в чистую ярость, а контролируемый гнев в условиях грядущего боестолкновения гораздо полезнее.

— Это коллективное самоубийство, — поднялся из-за стола усмехнувшийся Ким Донхён. — Посмотрим, что из этого выйдет.

— Наше безрассудство не должно стать причиной гибели гражданских, — мудро прокомментировал Тадзима.

— Военные пришли нас спасти? — вспомнишь солнце, вот и лучик, правда, лучик со скверным характером.

— Фу, фу, фу, — показала пальцем на нее Рика, пригнувшись, как медик, застукавший постороннего в ординаторской. — Это опять она! — командир добавила в свою речь хрипотцу какого-нибудь актера, использующего свою особенность как фишку. — Я же сказала не притаскивать сюда этот плод идиотизма и дегенерации.

— Вы как со мной разговариваете! — поддалась на провокацию женщина.

Мацусима и Асами Накаока, узнав, где находится беглянка, возникли у нее за спиной.

— Уважаемые представители закона и стражи правопорядка, — с иронией отнеслась снайперша к нынешнему статусу дорожной полиции, — ваша боевая задача спрятать мирняк в более надежном месте и подготовить скрытый путь отхода, если нас зажмут в тиски.

— Что происходит? О чем она вообще? — женщина, зная, что лидер САТ не настроена разговаривать, спросила у полицейских.

— Услышали вас, капитан, — Мацусима, проигнорировав даму, повела нарушительницу обратно под охраной Асами Накаоки.

— Едрён батон, да мы как «Неудержимые», — вспомнил боевик Тадзима, скрыв лицо под козырьком кепки.

— Это в какой части команду составляли семеро? — поинтересовался Донхён.

— Вроде во второй, — отозвался снайпер.

— Не, те пусть и действовали немного с фитильком, — Ким поднял руку поближе к голове и встряхивал ладонью, заменяя «палец у виска», — но то были супер-пупер-профессиональные наемники в стильных беретах.

— Тогда мы как «Семь психопатов», — назвал другую кинокартину замком.

— Сплюнь, — сказал спецназовец полушутя, — там к концу третьего акта в живых осталось всего трое.

— Вообще-то двое, — вставил правку, припомнив, что тоже когда-то смотрел этот полный метр, но то было давно и неправда, — там один психопат шел за двоих.

— Ты лучше скажи мне, «Уэнделл», приходилось ли тебе стрелять в людей, которые носят зелёнку? — спросил меня Тадзима, оборвав минутную сходку киноманов.

— Нет, — чистосердечно признался бывалым.

— Боже, у меня уши завяли от твоего электронного пердежа, — съязвила «Вайс» из-за фильтра шлема, но эта колкость так и осталась мной незамеченной.

— Это всё меняет, — заявила Рика. — Придется подкорректировать план, но знай, «Уэнделл», твой костюм и твоя винтовка наше чеховское ружье, а для русских этот сюрприз станет роялем в кустах.

— Да это не рояль, а роялище, — хлопнул меня по плечу Ким.

— Слишком мелко, — присоединился к литературному флешмобу снайпер, — это целый орга́н.

— Ребята, давайте вернемся в рабочее русло, — похлопала в ладоши командир, подражая воспитательнице в детсаде. — С

— Да, да, мы поняли: злой Иван — умный Иван, Иванов полно и все друг на друга, как близнецы на ярмарке в чайнатауне, очень похожи, — процитировала неизвестное мне высказывание «Вайс».

— Если мы хотим убить всех до единого, а наш «дружный» коллектив вроде бы единогласно желает смерти неприятелям, — посмотрела на нас по очереди, — слушайте мой план, ничего другого придумать не смогла, но это лучшее, что вообще есть. «Уэнделл», — внимательно осмотрела меня, — выворачивай карманы.

— Готовьтесь к магии вне стен одного волшебного заведения, морпехи, — повеселил компанию Тадзима, когда сам уже зашёл в «магазинный инвентарь» и мысленно выделил ячейки с припасами.

/5 минут спустя/

— Υυ ⲏⲟⲩ ю ⲁⲣ υⲏⲥⲁύⲇ! Κⲁⲙ ⲁⲩⲧ ⲟⲗ ⲧⲩⲅⲉⳅⲉⲣ ⲩυⳅ ⲉⲣ ⲭⲉⲏⲇⲥ ⲁⲡ! Иⲫ Αύ ⲥυ ⲩⲉⲡⲟⲏ, ю ⳝⲗⲉύⲙ ⲉⲣⲥⲉⲗⲫ! — мегафон офицера, выдвинувшего условие на ломаном английском, заработал кратчайшим визгом обратной связи.

— Λⲉⲏⲇ-ⲙⲁύⲟⲣ, — рядом был капрал, передавший ему до этого рупорный громкоговоритель. — Μⲏⲉ ⲕⲁⲿⲉⲧⲥя, ⲟⲏυ ⲧяⲏⲩⲧ ⲃⲣⲉⲙя.

— Τⲃⲟя ɥⲩύⲕⲁ ⲧⲉⳝя ⲏⲉ ⲡⲟⲇⲃⲟⲇυⲧ, ⲥⲟⲗⲇⲁⲧ, — вернул ему прибор, раздраженно плюнув. — Τⲩⲡыⲉ υⲇυⲟⲧы. Ϲⲁⲙυ ⲃυⲏⲟⲃⲁⲧы.

— Лисн ап, ю фэри-тэйл кричэрз, доунт мэйк юрсэлвз эт хоум! — через звуковые колонки ТЦ донеслось сообщение Вайлет. — Ю ар нат уэлкам хир, энд зэтсэ фэкт! Пэк ап юр трэвэлин сыркус уиз крэйтс ав вадка, матрёшкас, бэлалайкас, энд бэрз ин ушанках ан энисайклз! — собрала весь набор стереотипов американка. — Лив зэ изи уэй, ор юл би пэкт инту блэк бади бэгз ин ноу тайм! Гэт зэ фак аут ав хир, ю мазафакэрз!

— Юⲗ ⲁⲏⲥⲉ ⲫⲟ ⲉⲣ ⲩⲟⲣⲇⳅ, ю ⲇⲁⲫⲧ ⲫⲉⲕυⲏⲅ ⲕⲁⲏⲧ, ⲥⲧⲟⲫυⲏⲅ ⲉⲣ ⳝⲗⲁⲇυ ⳝⲉⲅⲩⳅ, ю ⲧьюⲡυⲇ ⲉⲙⲉⲣυⲕⲉⲏ ⲩⲁⲏⲕⲁ! — молодой капрал включил мегафон и, поднеся его к губам, выкрикнул это уже на яростном британском английском. — Ю ⲧьюⲡυⲇ ⲥⲗⲁⲅ, ⲧⲣυ ⲧⲁύⲙⳅ ⲫⲁⲕⲧ υⲏⲧⲟ ⲉⲣ ⲁⲏⲩⲟⲱⲧ ⲥⲗυⲧ, υⲏⲧⲟ ⲉⲣ ⲇⲉⲣⲧυ ⲉύⲏⲁⲥ ⲉⲏⲇ ⲉⲣ ⲁⲏⲩⲟⲱⲧ ⲙⲁⲩⲫ ⳝⲁύ ⲧⲉⲏ ⳝⲣⲉⳅυⲗυⲉⲏ ⲧⲣⲉⲏⲥⲃⲉⲥⲧⲁύⲧ-ⲧⲣⲉⲏⲥⲉⲕⲱⲩⲁⲗ ⲡⲁⲩⲉⲗυⲫⲧⲉⲣⳅ ⲩυⳅ ⲧⲉⲏ-υⲏɥ ⲕⲟⲕⲥ ⳅⲉ ⲩυⲇⲫ ⲟⲃ ⲉ ⲅⲩⲇ ⲟⲩⳝⲉⲿυⲏ! — капрал вытянул средний палец вверх, а остальные, кроме отставленного вбок большого, прижал к ладони.

— Οⲧⲥⲧⲁⲃυⲧь, — остановил его ленд-майор. — Ηⲉ ⲡⲟⲇⲇⲁⲃⲁύⲥя ⲏⲁ ⲡⲣⲟⲃⲟⲕⲁⳡυю, ⲟⲧ ⲏⲁⲥ ⲉⲧⲟⲅⲟ υ ⲿⲇⲩⲧ.

На бронетехнике красовались загадочные (знакомые, по всей видимости, лишь «Уэнделлу») белые символы «Z» и «V», чуждые как японским военнослужащим, так и морским пехотинцам.

Обмундирование отдельных бойцов, помимо государственного триколора, украшали разнообразные неформальные эмблемы. Среди них выделялись сакральные обереги, знаки с призывом «Спаси и сохрани», изображения Христа и Спаса Нерукотворного.

Попадалась и сатирическая символика вроде лозунга «Ад там, где мы» либо надписи «Е… лучший специалист», высмеивающей нюансы воинской специальности.

Картинки с котами в бронежилетах соседствовали, разумеется, с изображениями черепов, а на элементах экипировки у меньшинства виднелись повязанные георгиевские ленточки в форме «петли», «бантика-восьмерки», «простого бантика» и, куда же без этого, буквой «Z».

На плечах нескольких российских бойцов темнели округлые нашивки с изображением «Черной Мамбы», тогда как другие военнослужащие предпочли украсить камуфляж знаками «Черного Солнца», скандинавскими рунами «Одал», «Совило», «Тейваз», древними символами «Мир», «Валькнут» и славянским «Коловратом».

Рядом с ними стояли штурмовики, отмеченные эмблемами подразделения «ШТОРМ», где свирепый и оскаленный череп соседствовал с мрачным девизом: «Лучше уже не будет, будет только хуже».

На фоне этой пугающей атрибутики резко бросался в глаза молодой парнишка, у которого на груди красовался значок с аниме-кошкодевочкой в переднике, окаймленной забавной фразой: «Булочка — оружие сопротивления».

Среди них встречались и неизвестные «Уэнделлу» военные. На рукавах камуфляжа был очередной оскаленный человеческий череп, дерзко смотрящий перед собой на фоне скрещенных костей. Позади него развевалось полотнище старого имперского чёрно-жёлто-белого флага, а готический шрифт венчал композицию звучным иностранным словом.

Это были бойцы разведывательно-штурмовой бригады «Эспаньола», сформированной из непримиримых в прошлой жизни футбольных ультрас.

Мотострелковая рота под командованием ленд-майора Громова вошла в обозначенный оператором квадрокоптера найденный сектор ТЦ «Тайэй» силами усиленного тактического батальонного резерва: несколько десятков военнослужащих, три колесных бронетранспортера БТР-82А со штатными боевыми модулями БППУ-1 и одна командно-штабная машина Р-149БМР на базе БТР-80.

Громов, заняв позицию на корме КШМ за защитным экраном, развернул лазерный дальномер-целеуказатель ЛПР-3.

Перед главным остекленным фасадом торгового центра, на площади из бетона шириной 140 метров, громоздился вал из почти двух тысяч мертвых тел мутантов.

Громов повел линзой дальномера.

Взгляд зарегистрировал кучность укладки тел. Это не являлось хаотичным огнем паникующих гражданских. Зараженные лежали слоями, перекрывая друг друга строго в зонах пересечения директрис огня.

Каждое убитое тело имело от одного до двух сквозных пулевых попаданий. Не просматривалось ни единого следа рикошета от асфальта, что говорило о филигранной работе на опережение с упреждением по движущимся целям.

— Δυⲥⲧⲁⲏⳡυя ⲇⲟ ⲗυⲏυυ ⲟⲥⲧⲉⲕⲗⲉⲏυя — 310 ⲙⲉⲧⲣⲟⲃ, — ровно произнес Громов в ларингофон гарнитуры связи комплекса «Стрелец». — Βⲥⲉⲙ ⲱⲧⲩⲣⲙⲟⲃыⲙ ⲅⲣⲩⲡⲡⲁⲙ — ⲉⲕⲥⲧⲣⲉⲏⲏⲟⲉ ⲥⲡⲉⲱυⲃⲁⲏυⲉ ⲡⲟⲇ ⲡⲣυⲕⲣыⲧυⲉⲙ ⳝⲟⲣⲧⲟⲃ. Λυⲏⲉύⲏыⲙ БΤΡⲁⲙ — ⲣⲁⳅⲃⲉⲣⲏⲩⲧьⲥя ⲃ ⲩⲥⲧⲩⲡ ⲥⲡⲣⲁⲃⲁ, υⲏⲧⲉⲣⲃⲁⲗ — 45 ⲙⲉⲧⲣⲟⲃ. Ϲⲉⲕⲧⲟⲣⲁ ⲏⲁⳝⲗюⲇⲉⲏυя — ⲡⲟ ⲉⲧⲁⲿⲁⲙ ⲫⲁⲥⲁⲇⲁ. Γⲣⲩⲡⲡⲉ ⲟⲅⲏⲉⲃⲟύ ⲡⲟⲇⲇⲉⲣⲿⲕυ ⳅⲁⲏяⲧь ⳡⲟⲕⲟⲗьⲏыⲉ ⲡⲣⲟⲉⲙы ⲏⲉⲇⲟⲥⲧⲣⲟⲉⲏⲏⲟⲅⲟ ⳅⲇⲁⲏυя ⲏⲁⲡⲣⲟⲧυⲃ. Ηⲉ ⲥⳝⲗυⲿⲁⲧьⲥя. Μы υⲙⲉⲉⲙ ⲇⲉⲗⲟ ⲥ ⲃыⲥⲟⲕⲟⲕⲗⲁⲥⲥⲏыⲙ ⲃⲟⲉⲏυⳅυⲣⲟⲃⲁⲏⲏыⲙ ⲫⲟⲣⲙυⲣⲟⲃⲁⲏυⲉⲙ, υⲥⲡⲟⲗьⳅⲩюպυⲙ ⳝⲁⲗⲗυⲥⲧυⲕⲩ ⲕⲣⲩⲡⲏⲟⲅⲟ ⲕⲁⲗυⳝⲣⲁ. Ηⲁⲱⲁ ⳅⲁⲇⲁɥⲁ — ⳝⲗⲟⲕυⲣⲟⲃⲁⲧь ⲟⳝъⲉⲕⲧ, ⲟⲧⲥⲉɥь ⲡⲩⲧυ ⲥⲏⲁⳝⲿⲉⲏυя υ ⲡⲟⲇⲁⲃυⲧь ⲧⲟɥⲕυ. Λⲟⳝⲟⲃⲟⲅⲟ ⲱⲧⲩⲣⲙⲁ ⲏⲉ ⳝⲩⲇⲉⲧ.

Ленд-майор Громов действовал по стандартной армейской доктрине ведения боя в укрепленном городском узле, исключая неоправданные потери пехоты, но Рика Минами, координировавшая группу с третьего этажа ТЦ, вскрыла эту конфигурацию.

Для её отряда из пяти человек круговая осада означала тактический тупик, запасы продовольствия и прочих ресурсов в торговом центре были ограничены.

Рике требовалось сломать шаблон офицера, выманить пехоту с дальних рубежей, ослепить бронетехнику и затянуть русских внутрь контура здания. В замкнутом пространстве ТЦ численное преимущество роты нивелировалось геометрией узких коридоров и лестничных пролетов.

Рика и ее напарник Тадзима оборудовали огневую позицию в административном кабинете номер 304 левого крыла торгового центра. Чтобы полностью исключить демаскирующий фактор, то есть дульное пламя, они отказались от лежки у подоконника.

Бойцы отступили вглубь помещения на 3,5 метра, уложив стволы на найденных мешках, установленные на офисных столах.

Окна были предварительно смочены водой изнутри, чтобы волна выстрела не подняла частицы пыли с пола. У Рики в руках находилась супер-снайперская винтовка, а Тадзима сжимал кастомную крупнокалиберную «М-990» под очень мощный патрон.

— Да начнется хаос, — особая бронебойная пуля со специальным сердечником, выпущенная элитной снайпершой, преодолела 310 метров за 0,34 секунды.

Траектория

Пуля под углом 15 градусов пробила 7-миллиметровый верхний бронелист капота первого БТР, прошла сквозь воздушный фильтр и разорвала распределительный вал правого четырехтактного восьмицилиндрового V-образного дизельного двигателя КамАЗ-740.14-300.

Силовая установка захлебнулась. Из-под броневых щитов моторного отсека рванул шлейф кипящего антифриза и масла. БТР потерял ход.

— Ох, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Рика, — через 0,15 секунды после первого выстрела Тадзима нажал на спуск.

Пуля вошла в комбинированный прицел наводчика ТКН-4ГА-01 на башне второго БТР.

Внешний защитный блок оптики, лазерный дальномер и электронная матрица тепловизионного канала превратились в стеклянный хлам и разорванный пластик плат.

БТР номер два тотчас ослеп, лишившись прицельной системы ночного и дневного видения.

Его 30-миллиметровая автоматическая пушка 2А72 задергалась и задралась вверх, переходя на аварийное ручное управление по дублирующему механическому визиру.

— Πⲉⲣⲃⲟⲉ ⲟⲧⲇⲉⲗⲉⲏυⲉ, ⲇⲟⲗⲟⲿυⲧь ⲥⲧⲁⲧⲩⲥ! БΤΡ-ⲟⲇυⲏ, ⲡⲟɥⲉⲙⲩ ⳅⲁⲇыⲙυⲗυⲥь! — прикрикнул Громов в эфир комплекса «Стрелец», регистрируя тепловизором КШМ скачок температуры в моторном отсеке левой машины.

— «Κⲟⲣⲟⳝⲕⲁ-ⲟⲇυⲏ» ⲟⳝⲉⳅⲇⲃυⲿⲉⲏⲁ! Δⲃυⲿⲟⲕ ⳅⲁⲕⲗυⲏυⲗ, ⲙⲁⲥⲗⲟ ⲃыⲇⲁⲃυⲗⲟ ⲃ ⲇⲉⲥⲁⲏⲧⲏⲟⲉ! Δυⲣⲉⲕⲧⲣυⲥⲩ ⲃыⲥⲧⲣⲉⲗⲁ ⲏⲉ ⲟⲡⲣⲉⲇⲉⲗυⲗ, ⲃⲥⲡыⲱⲕυ ⲏⲉ ⳝыⲗⲟ! — радиостанция взорвалась хрипом наводчика, ефрейтора Колесова.

— «Κⲟⲣⲟⳝⲕⲁ-ⲇⲃⲁ» ⲥⲗⲉⲡⲁя! Ηⲁⲙ ⲟⲡⲧυɥⲉⲥⲕυύ ⳝⲗⲟⲕ ⲣⲁⳅⲏⲉⲥⲗⲟ ⲃ ⲭⲗⲁⲙ! — перебил его командир второго отделения, сержант Пилипенко. — Τⲟⲃⲁⲣυպ ⲗⲉⲏⲇ-ⲙⲁύⲟⲣ, ⲟⲏυ ⲣⲁⳝⲟⲧⲁюⲧ ⲕⲣⲩⲡⲏыⲙ ⲕⲁⲗυⳝⲣⲟⲙ υⳅ ⲡⲟⲙⲉպⲉⲏυύ ⲧⲣⲉⲧьⲉⲅⲟ ⲉⲧⲁⲿⲁ. Δυⲥⲧⲁⲏⳡυя ⲡⲣυⲥⲧⲣⲉⲗяⲏⲁ. Εⲥⲗυ ⲟⲥⲧⲁⲏⲉⲙⲥя ⲏⲁ ⲧⲟɥⲕⲁⲭ, ⲟⲏυ ⲏⲁⲙ ⲕⲟⲗⲉⲥⲏыⲉ ⲣⲉⲇⲩⲕⲧⲟⲣы ⲡⲟⲿⲅⲩⲧ, ⲙⲁⲱυⲏы ⲡⲣⲉⲃⲣⲁⲧяⲧⲥя ⲃ ⲏⲉⲡⲟⲇⲃυⲿⲏыⲉ ⲇⲟⲧы!

Наводчик замыкающего БТР, сержант Ильин, проявил высочайшую выучку. По почти неуловимому и сразу растаявшему мареву пороховых газов, которое вытолкнуло из оконного проема той комнаты избыточным давлением, он вычислил позицию снайперов.

Не запрашивая команду, Ильин перевел тумблер выбора боеприпаса на осколочно-фугасную ленту и зажал электроспуск автоматической пушки 2А72.

Рев тридцатого калибра с темпом 300 выстрелов в минуту стал главным маркером.

Снаряды 3УОФ8 начали планомерно, с шагом в полметра, вгрызаться в простенок третьего этажа ТЦ. Взрывы превращали капиталку в мешанину.

Бетон раскалывался на тысячи вторичных осколков с острой кромкой, арматурный каркас выворачивало наружу.

Кабинет стал зоной сплошного поражения. Рику и Тадзиму спасло то, что они изначально находились в тылу комнаты.

Спецназовцы упали на пол, закрывая головы руками, потом ползком, под прикрытием несущего ригеля, перекатились в коридор.

Огневая точка подверглась уничтожению, но тактическая задача оказалась выполненной. Громов был вынужден сменить план осады на штурм.

Ленд-майор оценил изменившуюся обстановку. Две единицы техники выведены из строя за первые тридцать секунд боя. Оставлять пехоту в статических укрытиях пятиэтажек под огнем крупного калибра, способного пробивать кирпичную кладку навылет, означало сознательно подставить роту под расстрел.

— Иⲗьυⲏ, «Κⲟⲣⲟⳝⲕⲁ-ⲧⲣυ», ⳅⲁⲇⲉύⲥⲧⲃⲟⲃⲁⲧь ⲥυⲥⲧⲉⲙⲩ 902Β «Τⲩɥⲁ»! — приказал Громов. — Οⲧⲥⲧⲣⲉⲗ ⲇыⲙⲟⲃ ⲡⲟ ⲃⲥⲉⲙⲩ ⲫⲣⲟⲏⲧⲩ ⲫⲁⲥⲁⲇⲁ. Βⲥⲉⲙ ⲱⲧⲩⲣⲙⲟⲃыⲙ ⲅⲣⲩⲡⲡⲁⲙ — ⲡⲣυⲅⲟⲧⲟⲃυⲧьⲥя ⲕ ⲥⳝⲗυⲿⲉⲏυю. Δⲉⲗυⲙ ⲣⲟⲧⲩ ⲏⲁ ɥⲉⲧыⲣⲉ ⲟⲧⲣяⲇⲁ ⲡⲟ 15 ɥⲉⲗⲟⲃⲉⲕ. Γⲣⲩⲡⲡⲁ «Αⲣⲕⲟⲏⲁ» υⲇⲉⲧ ⲥⲟ ⲙⲏⲟύ ɥⲉⲣⲉⳅ ⳡⲉⲏⲧⲣⲁⲗьⲏⲩю ⲟⲥⲧⲉⲕⲗⲉⲏⲏⲩю ⲅⲣⲩⲡⲡⲩ. «Бⲩяⲏ» υ «Βⲟⲗⲟⲧ» — ⲫⲗⲁⲏⲅⲟⲃыύ ⲟⳝⲭⲟⲇ ⲡⲣⲁⲃⲟⲅⲟ υ ⲗⲉⲃⲟⲅⲟ ⲧⲟⲣⳡⲟⲃ ΤЦ. Иⲥⲡⲟⲗьⳅⲟⲃⲁⲧь ⲏⲁⲕⲗⲁⲇⲏыⲉ ⲕⲩⲙⲩⲗяⲧυⲃⲏыⲉ ⳅⲁⲣяⲇы ЗΧΠ ⲇⲗя ⲗυⲕⲃυⲇⲁⳡυυ ⲡⲟⲿⲁⲣⲏыⲭ ⲃыⲭⲟⲇⲟⲃ. Зⲁⲇⲁɥⲁ — ⲃⲟⲣⲃⲁⲧьⲥя ⲃ ⲕⲟⲏⲧⲩⲣ ⳅⲇⲁⲏυя ⳅⲁ ⲥⲟⲣⲟⲕ ⲥⲉⲕⲩⲏⲇ, ⲣⲁⳅⲟⲣⲃⲁⲧь ⲇυⲥⲧⲁⲏⳡυю ⲇⲟ ⲙυⲏυⲙⲩⲙⲁ. Β ⳝⲗυⲿⲏⲉⲙ ⳝⲟю ⲇⲁⲗьⲏⲟⳝⲟύⲏыⲉ ⲥⲧⲃⲟⲗы ⲡⲣⲟⲧυⲃⲏυⲕⲁ ⲡⲟⲧⲉⲣяюⲧ ⲉⲫⲫⲉⲕⲧ.

С бортов третьего БТР с тяжелыми хлопками отстрелялись шесть дымовых гранат 3Д6.

Через семь секунд площадь перед «Тайэй» затянулась удушливой завесой из аэрозоля на основе оксида фосфора, полностью ослепив оптические приборы защитников.

Группа «Волот» под командованием рейд-капитана Семенова, в составе которой двигался корректировщик, на максимальном ускорении пересекла мертвую зону правого крыла торгового центра, прижимаясь к перегородке у эвакуационного выхода.

Два сапера инженерной группы за три секунды раскатали по петлям и замковому пазу противопожарной двери гибкий линейный кумулятивный заряд.

— «Βⲟⲗⲟⲧ» ⲏⲁ ⲣⲩⳝⲉⲿⲉ! Зⲁⲣяⲇ ⲩⲥⲧⲁⲏⲟⲃⲗⲉⲏ! Οⲧⲭⲟⲇ ⲏⲁ ⲧⲣυ ⲙⲉⲧⲣⲁ! Βⳅⲣыⲃ! — выдохнул подрывник в эфир.

Направленный кумулятивный нож перерезал три петли толщиной 20 мм и засов. Дверь ввалилась внутрь коридора первого этажа, подняв облако цементной окалины.

Бойцы группы «Волот» зашли внутрь тройками, первый номер шел с заниженным силуэтом, контролируя зону «земля-угол», второй номер удерживал автомат на уровне груди, прикрывая область «фронт-окна», третий номер контролировал потолочные перекрытия и зоны возможных люков.

Под подошвами берцев лопались осколки закаленного стекла витрин.

Ленд-майор Громов вместе с группой «Аркона» вошел через центральный пролом фасада.

Внутри ТЦ царила гробовая тишина. Фонари «Клещ-2П», закрепленные под стволами АК-74М, выхватывали из полумрака масштабную подготовку обороны, все боковые лестничные марши, проходы к торговым павильонам первого этажа, лифтовые шахты и эскалаторы левого крыла оказались забиты перевернутыми банковскими сейфами, холодильным оборудованием и строительным ломом, стянутыми между собой тросами.

Спецназовцы заранее заблокировали горизонтальный маневр для штурмующих. Военным предстал один широкий и идеально чистый путь через неработающий эскалатор атриума, ведущий на следующий этаж.

— Κⲟⲙⲁⲏⲇυⲣ, ⲧⲩⲧ υⲏⲿⲉⲏⲉⲣⲏыⲉ ⳅⲁⲅⲣⲁⲿⲇⲉⲏυя, ⳝⲉⳅ ⲧⲉⲭⲏυⲕυ υⲗυ ⲏⲁⲡⲣⲁⲃⲗⲉⲏⲏыⲭ ⲃⳅⲣыⲃⲟⲃ ⳝⲟⲗьⲱⲟύ ⲙⲟպⲏⲟⲥⲧυ ⲙы ⲉⲧⲟⲧ ⲭⲗⲁⲙ ⲇⲟ ⲃⲉɥⲉⲣⲁ ⲣⲁⳅⳝυⲣⲁⲧь ⳝⲩⲇⲉⲙ, — доложил комсержант дозора, проверяя натяжение троса на баррикаде. — Οⲏυ ⲥⲡⲉⳡⲟⲙ ⲟⲥⲧⲁⲃυⲗυ ⲏⲁⲙ ⲟⲇυⲏ ⲡⲟⲇъⲉⲙ.

Громов жестко усмехнулся. Он прекрасно понимал, противник искусственно сужает фронт атаки, заставляя роту втягиваться в узкое горлышко, где каждый боец окажется как на ладони, но выбора не оставалось, время работало против наступающих.

— Ρⲉύⲇ-ⲕⲁⲡυⲧⲁⲏ, ⲅⲣⲩⲡⲡⲁ «Αⲣⲕⲟⲏⲁ» ⲏⲁɥυⲏⲁⲉⲧ ⲡⲟⲇъⲉⲙ ⲡⲟ ⲥⲧⲩⲡⲉⲏяⲙ ⲉⲥⲕⲁⲗⲁⲧⲟⲣⲁ ⲡⲟⲇ ⲡⲣυⲕⲣыⲧυⲉⲙ պυⲧⲟⲃ, — жёстко оборвал Громов. — Γⲣⲩⲡⲡⲁ «Бⲩяⲏ», ⲃы ⳅⲁⲱⲗυ ɥⲉⲣⲉⳅ ⲇⲉⳝⲁⲣⲕⲁⲇⲉⲣ ⲗⲉⲃⲟⲅⲟ ⲕⲣыⲗⲁ, ⲡⲟⲇⲏυⲙⲁύⲧⲉⲥь ⲡⲟ ⲃⲧⲟⲣⲟύ ⲥⲗⲩⲿⲉⳝⲏⲟύ ⲗⲉⲥⲧⲏυⳡⲉ ⲥ ⲧыⲗⲁ. Βⲁⲱⲁ ⳅⲁⲇⲁɥⲁ — ⲃыύⲧυ υⲙ ⲃⲟ ⲫⲗⲁⲏⲅ ⲏⲁ ⲅⲁⲗⲉⲣⲉⲉ ⲃⲧⲟⲣⲟⲅⲟ ⲉⲧⲁⲿⲁ. Зⲁⲿⲙⲉⲙ ⲇυⲗⲉⲧⲁⲏⲧⲟⲃ ⲃ ⲕⲗⲉպυ. Πⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ!

Первая тройка группы «Аркона» ступила на рифленый металл замерших ступеней эскалатора. Впереди шли два бойца в тяжелой экипировке, удерживая перед собой два бронещита «Вант-ВМ» из комбинации титана и высокомолекулярного полиэтилена. Вес каждого щита составлял 24 килограмма, класс защиты значился Бр5.

За спинами щитоносцев, пригнувшись плечом к плечу, двигались автоматчики, готовые открыть огонь из-за броневых кромок.

Наверху, на балконе следующего этажа, за укрытием из перевернутых массивных кофейных автоматов и декоративных кадок с грунтом весом под триста килограммов каждая, выжидали два автомата обороняющихся спецназовцев и два автомата морпехов. Это были Ким Донхён, Минэ Сайто, а также иномирные, как российские солдаты, гостьи Вайлет «Вайс» Доукс и Наима Сильвер с позывным «Вега».

Как только шлемы 6Б47 щитоносцев сравнялись с уровнем геометрической середины подъема, Ким Донхён нажал на спусковой крючок «Джи-110».

Автомат выдал уникальную микро-очередь. Из-за отсутствия пауз между ударами пули прилетели с погрешностью в полмиллиметра в левый верхний прижим смотрового триплекса первого щита. От столь концентрированной высокочастотной кинетики плита «Ванта» расслоилась, потеряв структурную прочность.

Три пули прошили щит навылет, прошли сквозь воротник бронежилета и вошли в шею первого щитоносца, перебив сонную артерию. Боец без

— Щυⲧ ⲡⲣⲟⳝυⲧ! Щυⲧ ⲡⲣⲟⳝυⲧ! «Ϲⲉⲣⲟⲅⲟ» ⳅⲁⲃⲁⲗυⲗⲟ! — истошно закричал идущий вторым автоматчик, пытаясь подхватить падающую плиту. — Ϲⲃⲉⲣⲭⲩ ⲡⲩⲗⲉⲙⲉⲧⲏⲁя ⲡⲗⲟⲧⲏⲟⲥⲧь, ⲕⲩɥⲏⲟⲥⲧь ⳝⲉⲱⲉⲏⲁя! Ηⲁⳅⲁⲇ, ⲏⲁⳅⲁⲇ, ⲃⲥⲉ ⲏⲁⳅⲁⲇ!

— Ϲⲧⲟяⲧь, ⲥⲩⲕⲁ, ⲏⲉ ⲕⲩɥⲕⲟⲃⲁⲧьⲥя ⲏⲁ ⲥⲧⲩⲡⲉⲏяⲭ! Ρⲁⲥⲥыⲡⲁⲗυⲥь ⲃⲇⲟⲗь ⳝⲁⲗюⲥⲧⲣⲁⲇы! — перекрывая грохот, закричал рейд-капитан «Арконы». — Οⲅⲣыⳅⲁύⲧⲉⲥь ⲡⲟ ⲃⲥⲡыⲱⲕⲁⲙ, ⲇⲁⲃυⲧⲉ ⲙⲁⲥⲥⲟύ!

Минэ Сайто из «Бретты АРКС-180» открыла заградительный огонь по хвосту колонны. Магазины по пятьдесят патронов позволяли вести цикличную стрельбу без пауз на перезарядку.

Морпехи «Вайс» и «Вега» подключились, но работали очень и очень скрытно, поливая эскалатор перекрестными очередями и отсекая пехоту от возможности маневра.

Лестница превратилась в мясорубку.

Группа «Аркона» понесла потери, трое убитых на месте, двое раненых осколками, после чего вынуждена была залечь прямо на ступенях эскалатора, ведя ответный огонь из АК-74М вслепую вверх.

Российские солдаты воевали как отлаженный боевой механизм.

Пока «Аркона» принимала на себя весь огонь и связывала спецназовцев боем на эскалаторе, группа «Буян» из пятнадцати человек уже скрытно преодолела технические пролеты тыловой лестницы и вышла на галерею второго этажа с левого фланга.

Командир «Буян» оценил позицию спецназа в профиль, защитники сидели за кадками лицом к атриуму, подставив незащищенный бок под удар.

— Βυⲿⲩ ⲡⲟⳅυⳡυυ ⲥⳝⲟⲕⲩ! Οⲏυ ⳅⲁ ⲕⲁⲇⲕⲁⲙυ ⲏⲁ ⲫⲩⲇⲕⲟⲣⲧⲉ! — доложил по связи головной боец «Буяна».

— Γⲣⲩⲡⲡⲁ, ⲥⲗⲩⲱⲁⲧь ⲙⲉⲏя! Γⲣⲁⲏⲁⲧⲟⲙⲉⲧɥυⲕυ, ⲏⲁⲃⲉⲥⲟⲙ υⳅ ⲡⲟⲇⲥⲧⲃⲟⲗьⲏыⲭ ⲡⲟ ⲡⲟⲧⲟⲗⲟɥⲏⲟύ ⳝⲁⲗⲕⲉ ⲡⲣяⲙⲟ ⲏⲁⲇ ⲅⲏⲉⳅⲇⲟⲙ! Οⲅⲟⲏь! — скомандовал рейд-капитан «Буяна».

Два бойца из укрытия отстрелили осколочные гранаты ВОГ-25 из подствольников ГП-34.

Гранаты после длинных хлопков разорвались о потолочную конструкцию прямо над головами Донхёна и Сайто.

Огромная балка обрушилась вниз, породив тучу острых вторичных осколков с высокой проникающей способностью.

Одновременно с этим все пятнадцать бойцов группы «Буян» открыли ураганный огонь из темных АК-74М вдоль балюстрады, целенаправленно прошивая гипсокартонные перегородки торговых павильонов насквозь, зная, что пули калибра 5.45 найдут цель за тонкими стенками.

Получился академически точный и смертоносный контрудар. Одна из пуль прошила листовой металл торгового автомата, изменила траекторию от внутреннего компрессора и впилась Донхёну в правое плечо, ровно в незащищённый стык бронежилета подмышкой, начисто раздробив сустав и кость. Его «Джи-110» покатился по паркету.

Минэ Сайто попыталась развернуть ствол своей «Бретты», чтобы отсечь фланговый прорыв «Буян», но из-за пыли рефлекторно приподняла голову чуть выше верхнего края крупногабаритного контейнера, изготовленного из цементного раствора и предназначенного для выращивания растений, цветов, кустарников или деревьев.

Рядовой Петров, снайпер «Арконы», лежавший у подножия эскалатора на первом этаже, поймал её силуэт в прицел ПСО-1.

Он сработал на рефлексах, взяв поправку на расстояние в закрытом помещении.

Выстрел, пуля калибра 7.62 вошла Минэ Сайто в живот, пониже края бронеплиты.

Девушка без звука повалилась навзничь, хватая ртом кислород.

Заслон спецназа над эскалатором захлебнулся.

Громов услышал, как вражеские автоматы смолкли, поэтому ленд-майор перехватил инициативу.

— Οⲏυ ⲡⲟⲡⲗыⲗυ! Ϲⲧⲃⲟⲗы ⳅⲁⲙⲟⲗɥⲁⲗυ! — заорал офицеров в рацию. — «Αⲣⲕⲟⲏⲁ», ⲃⲡⲉⲣⲉⲇ ⲡⲟ ⲥⲧⲩⲡⲉⲏяⲙ! Δⲟⳝυⲧь ⲧⲃⲁⲣⲉύ, ⳅⲁⲏяⲧь ⲉⲧⲁⲿ! Πⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ!

Тройка российских пехотинцев рванула по эскалатору вверх, ведя беглый огонь с шага, готовая в упор расстрелять раненых.

До укрытия противника оставалось не более трёх метров, но наступающих встретили затаившиеся морпехи Вайлет «Вайс» Доукс и Наима «Вега» Сильвер.

В условиях тотального дефицита ресурсов, без гранат и без дымовых шашек, они включили режим подавления, уповая на плотность огня.

Вайлет всем корпусом вывалилась из-за укрытия и залила верхнюю площадку эскалатора пулевым ливнем, срезав переднего штурмовика длинной очередью в грудь, боец рухнул обратно на ступени.

Наима синхронно с ней перебросила ствол на боковой проход, выдавая злые очереди по группе «Буян», заставляя тех прыгать обратно за углы колонн.

Из-за отсутствия дыма враги прекрасно видели позиции морпехов и начали засыпать укрытия «щепками».

Отпор морпехов выиграл три секунды, спасшие раненым жизнь. Российских военных прибило к полу встречным шквалом.

С самого высокого этажа вниз уже летели Рика и Тадзима, на ходу открывая огонь из снайперских винтовок по первому этажу, блокируя новые подкрепления роты.

Вместо дымовой завесы морпехам пришлось полагаться на чистую физическую силу.

Вайлет, не выпуская оружия из правой руки, вцепилась в петлю на разгрузке Минэ Сайто и, согнувшись в три погибели под пулями, поволокла её назад по паркету фудкорта.

Наима, прикрывая отход, пятилась спиной, выдавая короткие очереди в сторону эскалатора.

Донхён, матерясь от боли и зажимая левой рукой разорванное плечо, сумел сам перекатиться и поползти следом, не забыв о своем оружии.

Военные действовали методично. Они видели, что спецназ отступает без дымов, поэтому продвигались вперед шаг за шагом, непрерывно стреляя на подавление и забрасывая коридоры своими гранатами.

Противника выдавили с балкона и зажали в тупиковый коридор админ-зоны за фудкортом.

Это место являло собой мешок длиной двадцать метров и шириной три метра, без окон и боковых выходов.

Рика, Тадзима, Вайлет и Наима спешно заколачивали свежие магазины, заняв оборону в укрытии тупика.

Раненый Донхён упал у стены рядом с теряющей сознание Минэ Сайто.

На перекрёсток коридора вышел перезарядившийся «Уэнделл».

Доктор, облаченный в титаново-композитный инженерный скафандр, перекрыл собой коридор, превратившись в живой щит. На шлеме ровным синим светом горели Т-образные индикаторы забрала. В руках он держал высокоамплитудную импульсную винтовку.

Головной дозор группы «Волот» в составе пятнадцати человек во главе с рейд-капитаном, заходивший в этот административный проход с тыла, среагировал сразу.

Три автомата АК-74М ударили в доктора почти одновременно с дистанции примерно семи метров.

— Κⲟⲏɥⲁύ ⲉⲅⲟ! Β ⳝⲁⲱⲕⲩ ⳝⲉύ! — выкрикнул кто-то из бойцов.

«Снаряды» автоматов начали рикошетить от нагрудной пластины скафандра.

Броня не оказалась пробитой, но концентрированная энергия трёх очередей швырнула доктора назад.

Он спиной выломал кусок стены. Из легких выбило весь воздух, внутри груди сломалось пару ребер, изо рта вырвался хрип. На позвоночнике светодиодная полоса прыгнула с безопасного синего на предупреждающий ядовито-желтый цвет.

Сделав очереди, первая тройка резко упала на колено и ушла вправо-влево к стенам коридора, разрывая контакт и открывая чистый обзор обстрела для второй тройки.

Из-за спин вывалились еще трое бойцов, открывая беглый огонь по ногам и стыкам скафандра неопытного доктора, не давая тому поднять голову и прижимая к полу.

Вместе с этим замыкающий комсержант выдернул чеку и швырнул под ноги доктору РГД-5.

— Πⲟⲗⲩɥυ, ⲩⲣⲟⲇ, ⲅⲣⲁⲏⲁⲧⲩ! — завопил комсержант. — Ηⲁ, ⲧⲃⲁⲣь!

Превозмогая боль в сломанных рёбрах и хрипя от удушья, доктор вывалился корпусом из-за угла колонны и вжал спуск импульсной винтовки.

В этот же миг под его ногами грохнул взрыв РГД-5. Бронированные поножи скафандра приняли на себя всю взрывную волну и осколки, загасив удар, но доктор

Тем не менее, удерживаемый в сознании из-за внутренних систем костюма, его палец прикипел к спусковому крючку оружия.

В замкнутом коридоре раздался футуристический треск, опасный поток высококинетических импульсов начал аннигилировать пространство перед ним. Заряды перемалывали всё в серую труху.

Ленд-майор Громов сидел за несущей опорой в пятнадцати метрах от доктора и контролировал бой. Он слышал этот непрерывный шквал и считал секунды.

Мозг офицера, выдрессированный десятилетиями полигонов и войн, вычислял параметры любого оружия.

«Οⲏ ⳅⲁⲿⲁⲗ ⲥⲡⲩⲥⲕ υ ⲡⲁⲏυⲕⲩⲉⲧ. Λюⳝⲟύ ⲁⲃⲧⲟⲙⲁⲧ — ⲉⲧⲟ υⲥⲧⲟⲣυя ⲧⲣυⲇⳡⲁⲧυ ⲡⲁⲧⲣⲟⲏⲟⲃ. Δⲁⲿⲉ ⲡⲣυ ⲡⲟⲃыⲱⲉⲏⲏⲟύ ⲉⲙⲕⲟⲥⲧυ ⲇυⲥⲕⲁ υⲗυ ⲥⲡⲁⲣⲕⲉ ⲏⲁ ⲱⲉⲥⲧⲟύ ⲥⲉⲕⲩⲏⲇⲉ ⲙⲁⲅⲁⳅυⲏ ⲟⳝяⳅⲁⲏ ⲟⲡⲩⲥⲧⲉⲧь. Ϲⲉύɥⲁⲥ ⲩ ⲏⲉⲅⲟ պⲉⲗⲕⲏⲉⲧ ⳅⲁⲧⲃⲟⲣ, ⲁⲃⲧⲟⲙⲁⲧυⲕⲁ ⲃⲥⲧⲁⲏⲉⲧ ⲏⲁ ⳅⲁⲧⲃⲟⲣⲏⲩю ⳅⲁⲇⲉⲣⲿⲕⲩ, ⳅⲁⲧⲉⲙ ⲡⲣⲟⲧυⲃⲏυⲕ ⲩύⲇⲉⲧ ⲏⲁ ⲡⲉⲣⲉⳅⲁⲣяⲇⲕⲩ. Эⲧⲟ ⲏⲁⲱⲉ ⲉⲇυⲏⲥⲧⲃⲉⲏⲏⲟⲉ ⲧⲣⲉⲭⲥⲉⲕⲩⲏⲇⲏⲟⲉ ⲟⲕⲏⲟ, ɥⲧⲟⳝы ⲃⲟύⲧυ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ υ ⲕⲟⲏɥυⲧь ⲉⲅⲟ», — мысли ленд-майора текли отстраненно.

Очередь доктора длилась неестественно долго. Шла шестая секунда неослабевающего рева импульсной винтовки.

Громов пребывал в уверенности, что это предел емкости любого ручного оружия. Ему требовалось поймать долю секунды паузы врага, чтобы группа ворвалась на перезаряжающегося противника.

— Μⲁⲅⲁⳅυⲏ ⲡⲩⲥⲧⲟύ! Πⲟⲱⲉⲗ ⲏⲁⲕⲁⲧ! Шⲧⲩⲣⲙ! Λⲟⲙⲁύ ⲇυⲥⲧⲁⲏⳡυю! — зычно скомандовал Громов, выставив руку вперёд.

Его парни сработали филигранно. По этой команде восемь штурмовиков роты одновременно вымахнули из-за укрытий прямо в узкий коридор.

Они шли быстрым шагом «с колена», ведя огонь с ходу, сокращая расстояние до доктора для кинжального броска. Маневр выполнялся безукоризненно.

— Πⲣυⲿⲙυⲧⲉ ⲉⲅⲟ! Ηⲁⲃⲁⲗυⲗυⲥь! Быⲥⲧⲣⲉⲉ! — крикнул рейд-капитан «Арконы», вскидывая ствол автомата.

Перезарядки не произошло.

В магазине высокоамплитудной винтовки доктора находилось 100 зарядов, а не 30, 45 или 50. Это оружие не знало, что такое перегрев ствола или клин патрона.

Палец доктора оставался на спуске. Непрекращающаяся и неслабеющая стена огня встретила выбежавших на открытое пространство солдат в упор на дистанции в несколько метров.

Узкий и зажатый стенами коридор не оставил штурмующим ни единого шанса уйти с линии обстрела, упасть или прыгнуть назад за укрытия на такой скорости было физически невозможно.

— Ϲⲩⲕⲁ, ⲟⲏ ⲏⲉ ⲡⲩⲥⲧⲟύ! Ηⲁⳅⲁⲇ! Ηⲁⳅⲁ-… — захлебнулся последний крик самого главного лидера «Арконы».

Пулевой поток винтовки распилил грудные клетки двум офицерам вместе с бронепластиной «Ратника», швырнув тело назад на товарищей.

Первую шеренгу штурмовиков срезало на полной скорости. Высококинетические заряды прошивали армейские жилеты насквозь, ломая кости и превращая плоть в кровавое месиво. Коридор заполнился криками, рикошетами и брызгами, летящими на полуразрушенные стены.

— Дебилы, ваш курс указан: идите нахер… — из тупика ожил раненый Ким Донхён.

Превозмогая рану, он сумел здоровой рукой вскинуть четырехкилограммовый (!) «Джи-110» и вместе с Рикой, Тадзимой и морпехами открыл беглый огонь по хвосту боевой колонны русских.

Рота оказалась зажата в перекрестном мешке без единого укрытия. Винтовка доктора продолжала молотить без остановки, выкашивая коридор метр за метром, превращая выверенный манёвр российских военных в братскую могилу.

Последние патроны очереди доктора ушли в пустоту, кроша дальнюю стену админ-крыла.

Наступила страшная тишина, нарушаемая только шипением пробитых труб и хрипами умирающих.

Фильтры шлема доктора работали на пределе возможностей, а видимость упала до двух метров. Весь коридор усеивали гильзы, обломки и тела солдат в камуфляже.

Ленд-майор Громов, смертельно раненый и получивший сквозное попадание импульсного заряда в грудь, сидел, тяжело привалившись к полуразрушенной колонне. Изо рта толчками шла розовая пена, заливая разбитую рацию на разгрузке. Он медленно угасал.

Перед затухающим взором сквозь темнеющую пелену медленно колыхался ядовито-жёлтый свет индикатора на спине остановившегося в тупике «Уэнделла».

Ленд-майор закрыл глаза, уходя в темноту с чудовищной мыслью, что его тактика была выигрышной. Рота действовала идеально. Бойцы вывели из строя двух ключевых спецназовцев, зажали врага в тупик, прочитали тайминги и пошли в атаку в самый правильный момент боя. Они сделали всё возможное, военные проиграли только потому, что правила войны чужого мира наплевали на армейский устав.

— Раненые к «Доку», пусть пошаманит! — отдала приказ Минами.

Целые и невредимые члены отряда, соблюдая правила личной и коллективной безопасности, выполнили еще до указания командира все необходимые мероприятия по оказанию первой помощи.

Бойцы транспортировали пострадавших к «Уэнделлу».

Тот, потратив на своё полноценное исцеление одну чудо-аптечку, достал из «магазинного инвентаря» заключительные три штуки медицинских наборов.

За двадцать секунд, под изумленные взгляды морпехов, доктор полностью вылечил раненых.

Повреждения у Минэ оказались тяжелыми, поэтому на нее ушло по две упаковки «гача»-медикаментов вместо одной, на что втайне лекарь не рассчитывал. Для корейца потребовалась всего лишь одна штука.

Теперь русские дезинформированы. Противники не подозревают о нахождении отряда САТ в полном составе. Для этого достаточно держать в уме факт, что спецназовцев на самом деле четыре, а замыкающая троица состоит из двух морпехов и обычного выживальщика со степенью доктора медицинских наук, обделенного реальным боевым опытом.

Административный коридор второго ТЦ «Тайэй» представлял пенал прямоугольного сечения. Длина от Т-образного перекрёстка зоны фудкорта до тупиковой стены составляла ровно 22 метра 40 сантиметров. Ширина достигала 3 метров 20 сантиметров. Высота до уровня подвесного потолка равнялась 2 метрам 80 сантиметрам. Стены являли железобетон марки М400 толщиной 300 миллиметров, облицованный слоем гипсокартона поверх направляющих. Коридор становился идеальной баллистической трубой.

После того как шквальный огонь «Уэнделла» уничтожил авангард штурм-группы «Волот», командование оставшимися силами сопротивления перешло к старшему сержанту Кравцову.

Этот сержант, ветеран двух локальных конфликтов, не питал иллюзий относительно ситуации. Радиостанция Р-168-0,5У в его разгрузке шипела, аномальные эманации из-за межпространственного разрыва полностью блокировали ультракороткие волны. Рота оказалась отрезана.

Кравцов затащил оставшихся бойцов в три смежных админ-кабинета в самом конце коридора под номерами № 212, № 214 и № 216.

Солдаты выбили внутренние двери, превратив три комнаты в укрепленный оборонительный контур. Из офисных столов на каркасах и архивных шкафов соорудили три огневые баррикады, перекрывающие зоны обстрела через дверные проемы под углами в 15, 30 и 45 градусов к центральной оси коридора.

— Ηυⲕⲁⲕυⲭ ⲏⲁⲕⲁⲧⲟⲃ ⲡⲟ ⲡⲣяⲙⲟύ, ⲡⲁⳡⲁⲏы, — старший сержант говорил хриплым шёпотом, прижимая левой рукой индивидуальный перевязочный пакет к рассечению на лбу. — Βы ⲃυⲇⲉⲗυ, ɥⲧⲟ ⲥⲇⲉⲗⲁⲗ ⲉⲧⲟⲧ ⲩⳝⲗюⲇⲟⲕ. Εⲅⲟ ⲃυⲏⲧⲟⲃⲕⲁ ⲭⲟⲣⲟⲱⲟ ⲱьⲉⲧ υ ⲏⲉ ⲩⲭⲟⲇυⲧ ⲏⲁ ⲡⲉⲣⲉⳅⲁⲣяⲇⲕⲩ. Εⲥⲗυ ⲃыⲥⲩⲏⲉⲙⲥя ⲃ ⲕⲟⲣυⲇⲟⲣ — ⲏⲁⲥ ⲣⲁⲥⲕⲁⲧⲁюⲧ ⲃ ⲕⲁⲱⲩ. Ηⲟ ⲉⲧⲟⲧ ⲩⲣⲟⲇ ɥⲧⲟ-ⲧⲟ ⳅⲁⲧυⲭ. Πⲁⲣⲏυ, ⲉⲅⲟ ⲥⲕⲁⲫⲁⲏⲇⲣ ⳅⲁⲕⲗυⲏυⲗⲟ. Ϲⲗыⲱυⲧⲉ ⲅυⲇⲣⲁⲃⲗυɥⲉⲥⲕυύ ⲱⲩⲙ? Υ ⲏⲉⲅⲟ ⲥⲅⲟⲣⲉⲗυ ⲡⲣυⲃⲟⲇы. Οⲏ ⲏⲉ ⲙⲟⲿⲉⲧ ⲥⲇⲃυⲏⲩⲧьⲥя. Ϲⲁⲡⲉⲣы, ⲇⲟⲥⲧⲁⲧь ⲏⲁⲕⲗⲁⲇⲏыⲉ ⳅⲁⲣяⲇы υ ⲧⲣⲟⲥы. Μы ⲟⳝⲟύⲇⲉⲙ ⲉⲧⲩ ⳝⲁⲏⲕⲩ ⲡⲟ ⲃⲉⲣⲧυⲕⲁⲗυ.

В тупике ситуация балансировала на грани катастрофы. Инженерный костюм «Уэнделла» аппаратно отключился. Внутренний литий-полимерный буфер питания замкнуло, сервомоторы правого коленного шарнира и левого тазобедренного механизма заклинили. Вес брони вместе с пластинами составлял 142

«Док» оказался заперт внутри статуи. Вся электроника скафандра, включая навигационный интерфейс и датчики тактического предвидения, выгорела. Индикатор на позвоночнике превратился в тусклую трубку, а высокоамплитудная импульсная винтовка сломалась в неудачный момент.

«Док» удерживал в свободных, но лишенных гидравлического усиления манипуляторах трофейный автомат АК-74М, сорванный с тела убитого солдата. В приёмнике автомата находился один штатный магазин с пулей 7Н10. Ещё три «бурых» бакелитовых «рожка» лежали у левой ноги «Дока» на полу, покрытом слоем гильз. «Уэнделл» был полностью слеп.

В двух метрах позади него у стены сидел Ким Донхён. Радарный прицел его оружия с миллиметровым диапазоном волн оставался единственным работающим прибором разведки в отряде.

Вайлет, Минэ и Наима удерживали углы, контролируя проход.

Командир отряда, заняв позицию на Т-образном перекрестке в 12 метрах позади «Уэнделла» вместе со снайпером Тадзимой, оценила обстановку. Русские прекратили огонь по коридору. Для спецназа это означало, что противник менял тактический рисунок боя.

— Не идиоты, — Рика говорила тихо. — Штурмовать по прямой не будут. Они начнут идти в обход. Тадзима, приготовиться.

По команде лидера снайперская пара начала операцию. Коридор торгового центра работал как идеальный резонатор.

— Синхронно по верхним ригелям дверей кабинетов, — скомандовала Рика. — Работаем каждые пятнадцать секунд. Берегите уши. Огонь.

Два выстрела грохнули одновременно. Монолитные перемычки над дверными проемами кабинетов № 212 и № 216 взорвались внутрь комнат кусками бетона весом по пять-шесть килограммов. В замкнутом объеме коридора звуковая волна в 152 децибела ударила по барабанным перепонкам солдат. Воздушный удар физически сдвигал лёгкие предметы.

Людей Кравцова застали врасплох. Капиллярная сетка в ушных раковинах двух передних автоматчиков лопнула, по шее потекла струйка крови. Непрекращающийся тиннитус полностью лишил бойцов слуховой ориентации.

Старший сержант, понимая, что его подчинённые оглушены, перестал использовать голосовую связь. Он слабо ударил кулаком по плечу сержанта-сапера, указывая пальцем вверх на потолочную систему. Это послужило приказом к началу вертикального обхода.

Группа слаженно рассредоточилась внутри кабинета № 214. Два бойца подставили плечи, третий взлетел вверх, ударом ладони выбивая три минераловатные плиты подвесного потолка. Сквозь образовавшийся проем размером 180 на 60 сантиметров солдаты забросили лестницы с мягкими резиновыми зацепами.

Военные один за другим втянулись в межэтажное пространство. Это был технический ярус высотой 1 метр 20 сантиметров, забитый магистральными коробами вентиляции из оцинкованной стали толщиной 1,5 миллиметра, силовыми кабелями и трубами водоснабжения.

Солдаты легли на животы на поперечные двутавровые балки, служившие несущей основой ТЦ.

Двигаясь по-пластунски, распределяя вес тела так, чтобы берцы не задевали хрупкие алюминиевые направляющие подвесного потолка, военные начали скрытное выдвижение вперед, прямо над отрядом САТ.

Замыкающий боец тащил в руке связку из трех наступательных гранат РГД-5, смотанных изолентой.

План Кравцова был таков: выйти по балкам в точку ровно над позицией раненых, бесшумно вырезать кусок гипсокартона штык-ножом, сбросить связку гранат вертикально вниз и уничтожить весь отряд одним направленным взрывом, пока фронтальный коридор заблокирован снайперами.

Вайлет, укрывшись за перевернутым стеллажом левого павильона бытовой техники, подняла голову вверх. В полумраке она увидела, как оцинкованные подвесы, удерживающие потолочную сетку над зоной фудкорта, начали мелко вибрировать. Конструкт подвесов издавал почти неуловимый писк от нагрузки.

— Рика, потолок гуляет, — прошептала Вайлет, переводя M16A4 в режим «по три патрона». — Они ушли наверх. Ползут по вентиляции прямо над «Уэнделлом». Дистанция до нашей вертикали девять метров. Нас переиграли.

— Наима, шкаф «Сектор-Б» на левой капитальной стене. Срывай замок. Активируй магистраль порошкового пожаротушения, — распорядилась Минами.

«Вега» сделала резкий выпад влево, нанесла удар прикладом M4A1 по стеклу распределительного инженерного шкафа.

Стекло осыпалось. Морпех засунула руку внутрь, нащупала большой Т-образный рычаг ручного пуска и рванула его вниз.

В подвальном помещении торгового центра открылись электромагнитные клапаны резервных баллонов со сжатым азотом. Сухая трубная разводка, пронизывающая весь второй этаж и технический этаж, заполнилась газом под давлением в 12 атмосфер.

Из потолочных диффузоров, форсунок и вентиляционных решеток вырвался мелкодисперсный огнетушащий агент порошкового тушения на основе фосфатно-аммонийных солей.

За четыре секунды админ-коридор и технический межэтажный ярус превратились в непроглядную стену. Взвесь фосфатов обладала уникальным физическим свойством, она полностью поглощала и рассеивала инфракрасное излучение.

Кравцов, попытавшийся посмотреть в коридор через оптику снайперки с тепловизионным каналом, увидел на экране «пульсирующий» серый шум. Тепловизоры военных ослепли полностью.

Химический порошок забил фильтрующие элементы масок и противогазов солдат, ползущих внутри вентиляционных труб. Военные начали задыхаться, порошок резал глаза сквозь уплотнители очков, вызывая обильное слезотечение.

— Κⲟⲙⲁⲏⲇυⲣ, ⲧⲩⲧ ⲭυⲙυя! — закашлялся в рацию комсержант верхней группы, теряя опору на балке. — Φυⲗьⲧⲣы ⳅⲁⳝυⲧы ⲃ ⲏⲟⲗь, ⲇыⲱⲁⲧь ⲏⲉɥⲉⲙ! Ηυɥⲉⲅⲟ ⲏⲉ ⲃυⲿⲩ, ⲙы ⳅⲁⲥⲧⲣяⲗυ!

«Уэнделл», запертый внутри отключенного костюма, оказался в точно такой же изоляции.

Солдаты в вентиляции пребывали дезориентированными, но они оставались смертельно опасными.

Сержант-сапёр сверху наощупь продолжал толкать связку гранат вперёд по коробу, наводясь по памяти на перекресток.

Радиоволны миллиметрового диапазона, пойманные в прицеле корейца, легко проходили сквозь облако фосфатного порошка, отражаясь от элементов оружия и бронежилетов военных.

На цифровом мини-экране «Джи-110» Донхён видел ярко-синие контуры десяти человеческих тел, ползущих цепочкой внутри прямоугольной вентиляционной трубы под самым потолком.

Донхён на коленях подполз к заклинившему у колонны «Доку» сзади. Он поднял оружие и прижал боковую линию прицела к правому наплечнику костюма «Уэнделла». Спецназовец совместил лазерный маркер наводки своего радара с осью ствола трофейного АК-74М.

— «Док», твой «Калаш» прошьет короб навылет, — сообщил Донхён. — Слушай мою наводку. Подними ствол вверх под сорок пять градусов. Бери левее на ширину ладони, еще выше на два сантиметра. Стоп. Держи эту линию. Они прямо над тобой в трубе. Огонь!

«Док» доверился наводке товарища. Он напружинил затекшие мышцы рук, преодолевая сопротивление заклинивших гидроманжет, затем выставил ствол автомата в пелену потолка. Палец плавно выжал спусковой крючок.

«Док» не стал зажимать спуск в автоматическую очередь. Длинный непрерывный огонь сжег бы все 30 патронов за 3,2 секунды, а тепловое расширение ствола в условиях отсутствия охлаждения увело бы траекторию пуль в сторону. «Док» бил коротко по два выстрела с интервалом в полсекунды.

Баллистика процесса оказалась безжалостной. Пули с начальной скоростью 900 м/с с лёгкостью пробивали 12-миллиметровую минераловатную плиту и прошивали оцинковку, теряя всего 8 % своей кинетической энергии. Пули заходили внутрь трубы вдоль продольной оси ползущих людей.

В замкнутом пространстве пули начали рикошетить от внутренних стенок под острыми углами, создавая хаотичное облако поражающих элементов. Из-за крайне ограниченных габаритов вентиляционной шахты военным верхней группы лишились возможности рассредоточиться, прыгнуть в сторону или уйти с линии огня.

Первая двойка пулеметчиков подверглась уничтожению первыми четырьмя выстрелами «Дока».

— Идут назад. Пятый пятится, — корректировал Донхён, глядя на экран радара. —

Еще три сдвоенных выстрела. Пули прошили короб, настигнув сержанта-сапера в момент, когда тот пытался сбросить связку гранат назад.

Вся десятка солдат вместе с сапером оказалась ликвидирована внутри потолочных перекрытий за сорок секунд расстрела вслепую.

Старший сержант Кравцов, этот здоровяк с фигурой кирпичной стены, находившийся за баррикадой кабинета № 214, слышал по радиосвязи захлебывающиеся хрипы своих людей в потолке. На его планшете маркеры десяти бойцов верхней группы один за другим сменили цвет на чёрный.

Кравцов принял решение пойти в прорыв по открытому коридору, чтобы разорвать дистанцию, выйти из-под снайперского огня Рики и навязать спецназу контактный бой в упор на перекрестке, где численное преимущество станет решающим.

— Πⲉⲣⲃⲟⲉ ⲟⲧⲇⲉⲗⲉⲏυⲉ, ⲇыⲙⲟⲃыⲉ ⲡⲟⲇ ⲥⲉⳝя! — старший сержант орал, активно жестикулируя. — Πⲣⲟⲣыⲃ ⲡⲟ ⳡⲉⲏⲧⲣⲁⲗьⲏⲟύ ⲟⲥυ! Зⲁⲇⲁⲃυⲙ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ, ⲡⲟⲕⲁ ⲟⲏυ ⲥⲧⲃⲟⲗы ⲃⲃⲉⲣⲭ ⲇⲉⲣⲿⲁⲧ! Ηⲁⲃⲁⲗυⲗυⲥь!

Оставшиеся военные вышвырнули в коридор три дымовые шашки ШД-Б, смешивая чёрный дым с белым химическим порошком, создавая непроницаемую для наблюдения завесу.

Солдаты вывалились из дверных проёмов.

Бойцы выдавали беглый огонь из АК-74М «веером» по углам центральной колонны, чтобы полностью подавить возможность «Дока» высунуться.

Кравцов, обладая хорошим слухом, зафиксировал стрельбу «Уэнделла» по потолку. Он безошибочно узнал характерный тембр работы российского автомата и сосчитал все выстрелы.

Старший сержант рассчитал время, противник пуст. Смена магазина в неподвижном и тяжёлом костюме займёт у него минимум 4–5 секунд в самом идеальном случае. Кравцов обязан был перехватить инициативу и преодолеть разделяющие метры именно в это окно, пока враг беспомощен.

— Υ ⲏⲉⲅⲟ ⲡⲩⲥⲧⲟύ! Πⲉⲣⲉⳅⲁⲣяⲇⲕⲁ! Ηⲁⲕⲁⲧ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ, ⲏⲁⲕⲁⲧ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ! Быⲥⲧⲣⲉⲉ, ⲅⲣⲁⲏⲁⲧы ⲕ ⲕⲟⲗⲟⲏⲏⲉ! — взревел старший сержант, вылетая в коридор в первой тройке.

Военные рванули вперед на максимальной скорости, ведя огонь на подавление.

Пока Кравцов держал в уме мысль о тактическом превосходстве, морпехи уже скрытно покинули павильоны бытовой техники и заняли позиции по бокам от «Дока», укрывшись за приливами стен перекрестка.

Они замерли, положив приклады оружий в плечи, установив направления стволов строго по оси коридора.

— Вайлет, Наима, Минэ, три метра прямо перед вами. Накат. Огонь, — координировала Рика.

Как только солдаты вылетели из взвеси на расстояние четырех метров от нужного им места, рассчитывая расстрелять перезаряжающегося «Уэнделла» в упор, бойцов встретил ураганный огонь с трех точек.

«Вайс», «Вега» и Минэ Сайто открыли огонь длинными очередями в упор.

Одновременно с ними Ким Донхён, поймав контуры наступающих в прицел «Джи-110», нажал на спуск своего автомата, выпуская остатки магазина в незащищенные боковые проекции солдат, обходя фронтальные бронеплиты «Гранит».

Русские, шедшие на адреналине, попали на «встречку» из нескольких стволов. Старший сержант успел вскинуть автомат для ответа, но пули Донхёна с пяти метров пробили поликарбонатное забрало шлема, оборвав жизнь взявшего команду на себя Кравцова.

Остатки отделения было уничтожено перекрестом в упор.

Минэ Сайто, завершив перезарядку «Бретты АРКС-180», успела сделать три одиночных выстрела по уползающему в темноту последнему раненому бойцу группы «Волот».

— Всё, отбой, — Рика опустила винтовку, подняв щиток сфероидального шлема (1). — Периметр чист, все угрозы ликвидированы. Наима, включи аварийную вытяжку на фудкорте, иначе мы тут сами лёгкие выплюнем от этой химии.

— Мы сделали это… — прихрамывая, подошел Тадзима с перебинтованной ногой. — Мы одолели военных, представляющих самую сильную армию мира. Ущипните меня! Блин, я точно сплю.

— Ты немного гиперболизируешь, — Ким «скрестил» большой и указательный пальцы как клешни, смотря на снайпера через созданную им букву «С» и показывая степень преувеличения. — Русские то ли на втором, то ли на третьем месте в том списке.

— Это ничего не меняет, — японец повернул кепку козырьком вперед.

— Еще как, — настоял Ким. — Я где-то читал, что вся мощь России держится на огромной численности этих самых вояк, а также тоннах ресурсов, вливаемых в армию.

— Так, ребят, мне до одного детородного места, каково ваше мнение о них, — Рика, стоявшая чуть впереди над трупом, аккуратно держала взятый из подсумка двухсотого блистер с фенотропилом (2) и изучала его. — Тадзима, — положила таблетки обратно после исследования, — ты как, мать твою, умудрился пораниться?

— Прошла по касательной, — доложил замком, — сильного кровотечения нет, мышцы целы, кости не сломаны.

— Везунчик, — облегченно выдохнула девушка, плечи, избавившись от напряжения, опустились. — Как там русские говорят, не подскажете?

— Чего? — не понимал кореец.

— Два коротких, один длинный, — радостно подхватил раненый.

— Ура! Ура! — воскликнули в унисон Тадзима и Рика, поднимая кулаки и тряся ими при произношении боевого клича. — Ура-а-а-а-а!

— Минэ, бери американок и «идешь по грибы», собирай всё ценное, — посерьезнела командир. — Тадзима, прихвати с собой Кима, вытащите отсюда трупы и избавьтесь от них, позже к вам присоединится «Уэнделл», сейчас я помогу нашему доктору выбраться из костюма, — приказала Рика первой группе забрать добычу, а вторым велела побыть чистильщиками. — Выделю вам по одной сотруднице полиции, на всё про всё у вас тридцать пять минут.

— Где копы? — спросила Вайлет.

— Поручила охранять и переправить гражданских в безопасное место, — закрыла вопрос Рика. — Работайте.

/Сорок минут спустя, там же/

«Оказывается, за убийство людей не дают очков», — поглощал приготовленный командиром завтрак.

Все участники отряда Минами сидели за одним столом и молчали, занятые исключительно едой.

Навсегда испорченный и не подлежащий восстановлению костюм из будущего с меня сняли, потому что чинить такую броню все равно не умею.

Сразу после той помощи Рика, ведя меня за ручку, как мама своего ребенка, устроила «шопинг». Без учета моих предпочтений она самостоятельно выбрала вещи и приказала надеть.

Впрочем, на её вкус не жалуюсь. На голове у меня оказался никогда не виденный ранее облегающий убор (3), закрывающий шею, уши, волосы, немного лоб и чуть-чуть подбородок. Это был какой-то темно-фиолетовый капюшон со свисающими по бокам тканями.

Ещё на мне была куртка, хорошо оберегающая от ревущего снаружи и до сих пор не утихшего ливня.

Все наслаждались ароматом еды и шумом дождя за окнами.

— «Уэнделл», ты уже минуту ковыряешь ложкой картофельное пюре, о чем думаешь? — спросил меня Тадзима.

— Я… — перестал мучить завтрак, но остался во власти недавних воспоминаний. — Ничего такого, проехали.

— Нет, мы никуда не едем, — отложил приборы собеседник. — У тебя глаза грустные. Скажи, что стряслось? — положил ладонь на мое плечо. — Здесь все свои, парень, не держи в себе, расскажи, я готов выслушать.

— Ладно-ладно, — сдался под натиском искреннего участия, исходящего от ярчайшего представителя «комитета межпланетного союза ангелов-хранителей», заменявшего сейчас ментального спасителя. — Чувствую себя преступником, совершившим убийство.

— Не смей так думать, слышишь? — легонько встряхнул меня. — Нельзя, ты не убийца, а человек, защитивший себя.

— А я считаю наоборот, —

— Как ты пришел от чувства вины за содеянное к мысли о дезертирстве? — Сайто, почти завершая трапезу, отодвинула тарелку, развернулась и смерила меня очень недобрым взглядом. — Сочел нас военными преступниками, оттого тошно при одной мысли находиться в нашей команде? — давление, исходящее от нее, превосходило силу гидравлического пресса, крушащего любые предметы.

— Не считаю вас мародерами, — выставил вперед ладони в знаке «нет, это не так». — Я… — невероятно трудно подбирать слова, когда конкретный человек смотрит на тебя как на потенциального врага народа. — Не знаю, из-за пережитого кошмара в голове бурлит каша, напоминающая тот волшебный горшочек из сказки, который безостановочно варит и никак не затихнет.

— Пойдем, — закончив завтракать раньше остальных, Рика поднялась, приблизилась и остановилась, ожидая, пока последую ее примеру. — Зажигалка есть?

— Не курю, — ответил, следуя за ней.

Примечания:

1 — Надо было показать это фото раньше. Униформа отряда Рики. Но у Тадзимы кепка вместо шлема, а морпехи в своей пустынке.

2 — Фенотропил, известный в международной научной практике под наименованием фонтурацетам, а на ранних этапах разработки как карфедон или четыре-фенилпирацетам, представляет собой уникальное синтетическое соединение из группы рацетамов.

Вещество качественно отличается от большинства ноотропных средств тем, что в его фармакологическом профиле сочетаются выраженные когнитивно-стимулирующие свойства и психостимулирующий компонент. Продукт является результатом модернизации структуры пирацетама, произведенной с целью получения принципиально нового адаптогена.

В терапевтических дозах фенотропил способен защищать клетки головного мозга от метаболического стресса и форсировать функциональную активность без выраженного последующего истощения нейромедиаторных депо, что делает его крайне востребованным как в клинической медицине, так и в сфере субклинического биохакинга.

История создания этого химического соединения берет свое начало в 1983 году в недрах Института медико-биологических проблем Российской академии наук. Группа исследователей под руководством профессора Валентины Ахапкиной работала над созданием специализированного медикаментозного обеспечения для советской космической программы.

Перед учеными стояла задача синтезировать вещество, способное компенсировать тяжелейшие психофизические перегрузки, с которыми сталкиваются космонавты во время длительных орбитальных миссий. Препарат должен был эффективно бороться с сенсорной депривацией, гипоксией, запредельным уровнем стресса, нарушениями сна и физическим истощением, но при этом не вызывать зависимости, психомоторного запредельного торможения или феномена отдачи.

Успешный опыт применения фенотропила на орбитальной станции «Мир» доказал его высокую эффективность в качестве «выравнивателя» психического статуса, устраняющего раздражительность и астению у экипажа в условиях многомесячного полета.

С точки зрения фундаментальной и квантовой фармакологии, фенотропил является рацемической смесью двух энантиомеров, а именно правовращающего и левовращающего изомеров фонтурацетама, в равном соотношении. Химическая структура описывается как два-четыре-фенил-два-оксопирролидин-один-ил-ацетамид. Базовой матрицей для синтеза послужило пирролидиновое кольцо пирацетама, к которому в четвертое положение была искусственно присоединена фенильная группа, представляющая собой бензольный радикал.

Введение этой объемной ароматической структуры радикально изменило физико-химические константы вещества. Молекула приобрела высокую степень липофильности, что позволило ей беспрепятственно и практически мгновенно диффундировать через фосфолипидные бислои мембран эндотелия капилляров мозга.

Если обычный пирацетам проникает через гематоэнцефалический барьер медленно и требует назначения огромных граммовых доз для создания терапевтического градиента, то фенотропил преодолевает этот барьер почти без потерь. Его биодоступность при пероральном введении приближается к ста процентам, а сила терапевтического действия превосходит пирацетам в несколько десятков раз, что позволяет использовать ультрамалые дозировки.

Молекулярный механизм фармакодинамики фонтурацетама носит сложный мультимодальный характер, вовлекая в процесс сразу несколько ключевых нейромедиаторных систем центральной нервной системы.

Прежде всего, препарат выступает в роли мягкого, но высокоэффективного обратимого ингибитора транспортных белков дофамина и норадреналина, блокируя обратный захват. В результате этого процесса в синаптических щелях нейронов мезолимбического и мезокортикального путей существенно возрастает концентрация свободных молекул дофамина и норадреналина. Это приводит к пролонгированной активации соответствующих постсинаптических рецепторов, обеспечивая прилив ментальной энергии, устранение заторможенности, повышение мотивации и улучшение настроения.

Принципиальным отличием фенотропила от амфетаминовых психостимуляторов является то, что он не стимулирует патологический экзоцитоз и массовый выброс катехоламинов из везикулярных депо, а лишь оптимизирует утилизацию уже выделившихся медиаторов, что защищает нервную систему от последующего нейрохимического дефицита.

Параллельно с катехоламиновым вектором фенотропил оказывает мощное ап-регулирующее воздействие на холинергическую систему головного мозга, играющую ключевую роль в процессах кодирования и извлечения информации.

Под влиянием курсового приема препарата наблюдается статистически значимое увеличение плотности никотиновых ацетилхолиновых рецепторов, локализованных в тканях гиппокампа и фронтальной коры. Одновременно с этим оптимизируется транспорт холина в пресинаптические окончания, что интенсифицирует синтез эндогенного ацетилхолина.

Этот холиномиметический компонент действия напрямую обеспечивает ноотропный эффект препарата, выражающийся в ускорении обработки информации, повышении концентрации внимания и облегчении консолидации кратковременной памяти в долговременную. В глутаматергических синапсах фонтурацетам действует как положительный аллостерический модулятор рецепторов, чувствительных к глутамату, что активирует внутриклеточные кальциевые каскады и запускает феномен долговременной потенциации, составляющий материальную основу синаптической пластичности.

Клеточный метаболизм и биоэнергетика головного мозга под воздействием фенотропила претерпевают позитивную перестройку. Молекула проникает непосредственно в митохондрии нейронов и клеток нейроглии, где активирует окислительно-восстановительные ферменты и ускоряет оборот метаболитов в цикле трикарбоновых кислот.

Это приводит к резкому усилению продукции аденозинтрифосфорной кислоты, основного энергетического субстрата клеток, даже в условиях выраженной тканевой гипоксии. Кроме того, препарат существенно ускоряет транслокацию глюкозы через гематоэнцефалический барьер за счет стимуляции белков-переносчиков, обеспечивая мозг стабильным притоком питательных веществ.

Антиоксидантное действие фенотропила выражается в подавлении процессов перекисного окисления липидов клеточных мембран, снижении генерации свободных радикалов кислорода и блокировании механизмов глутаматной тотоксичности, предотвращая тем самым программируемую гибель нейронов при различных патологических воздействиях.

Фармакокинетический профиль фенотропила характеризуется линейностью и предсказуемостью. После проглатывания таблетка быстро распадается в кислой среде желудка, после чего действующее вещество практически в полном объеме абсорбируется в просвете двенадцатиперстной и тощей кишки.

Максимальный пик концентрации фонтурацетама в системном кровотоке регистрируется уже через сорок пять или шестьдесят минут, причем присутствие пищи в желудке может лишь незначительно замедлить скорость всасывания, не влияя на итоговый показатель биологической доступности.

Степень связывания молекулы с альбуминами и другими транспортными белками плазмы крови составляет менее пяти процентов, что позволяет действующему веществу находиться в свободном и активном состоянии. Вещество не подвергается процессам биотрансформации и конъюгации в гепатоцитах, полностью игнорируя изоферменты системы цитохрома P450.

Из-за отсутствия печеночного метаболизма препарат лишен гепатотоксичности и не вступает в опасные лекарственные взаимодействия на уровне печени. Выведение осуществляется почками в неизмененном виде, а период полувыведения колеблется в диапазоне от трех до пяти часов.

Клинический спектр применения фенотропила охватывает широкий круг неврологических, психиатрических и соматических нозологий.

Препарат помогает эффективно купировать проявления дисциркуляторной энцефалопатии и замедляет прогрессирование когнитивного дефицита при сосудистой деменции. В психиатрической практике фенотропил зарекомендовал себя как эффективное средство для лечения легких и среднетяжелых депрессивных состояний, протекающих с преобладанием апато-астенической симптоматики, психомоторной заторможенности и вялости.

В наркологической сфере его используют для редукции симптомов алкогольного абстинентного синдрома и восстановления мнестических функций при хроническом алкоголизме. Наличие выраженного анорексигенного эффекта, реализующегося через центральные механизмы регуляции пищевого поведения, позволяет интегрировать препарат в схемы лечения алиментарного ожирения.

Несмотря на высокий профиль безопасности, фенотропил обладает четким перечнем медицинских противопоказаний и потенциальных побочных эффектов. Препарат категорически противопоказан к назначению пациентам, страдающим терминальной стадией почечной недостаточности, потому что резкое падение скорости клубочковой фильтрации приводит к кумуляции неизмененного вещества в организме.

Из-за отсутствия адекватных клинических данных по безопасности препарат запрещен к применению у беременных женщин, в период лактации и в педиатрической практике до достижения пациентом восемнадцатилетнего возраста.

К побочным эффектам, обусловленным избыточной стимуляцией нервной системы, относятся тяжелые формы инсомнии, развивающиеся при приеме лекарства во второй половине дня, психомоторное возбуждение, повышенная раздражительность, лабильность артериального давления и тахикардия.

У некоторых пациентов в первые дни курса может наблюдаться парадоксальная сонливость, которая свидетельствует о глубоком исходном истощении катехоламинового депо и принудительном включении мозгом охранительного торможения. При непрерывном использовании препарата свыше полутора месяцев закономерно развивается толерантность рецепторов, сопровождающаяся постепенным угасанием стимулирующего эффекта.

Международный юридический и академический статус фонтурацетама характеризуется выраженной дуальностью и порождает множество дискуссий в научной среде. В нашей милой РФ и ряде стран ближнего зарубежья фенотропил официально зарегистрирован в государственном реестре лекарственных средств и отпускается из аптек по рецепту врача.

В то же время ведущие мировые регуляторы, такие как Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США и Европейское агентство по лекарственным средствам, не сертифицировали данное вещество в качестве официального медикамента.

На западном рынке фонтурацетам присутствует исключительно в статусе биодобавки или исследовательского химического соединения. Такая позиция зарубежного медицинского сообщества объясняется требованиями доказательной медицины.

С точки зрения международных стандартов, доказательная база фенотропила считается недостаточной, так как большинство клинических испытаний проводились в конце двадцатого века на базе локальных медицинских центров с ограниченными выборками пациентов, что исключает их из категории крупномасштабных многоцентровых рандомизированных двойных слепых плацебо-контролируемых исследований.

В спортивной индустрии ситуация однозначна, из-за стимулирующего воздействия на физическую выносливость и теплопродукцию фонтурацетам внесен Всемирным антидопинговым агентством в список запрещенных стимуляторов, а его обнаружение в биологических пробах спортсменов ведет к аннулированию результатов и дисквалификации.

На современном этапе развития фармацевтической индустрии оригинальный торговый знак фенотропил временно покидал рынок из-за внутренних патентных споров между авторами-разработчиками и заводом-производителем, что привело к расторжению прежних лицензионных соглашений.

В настоящее время в аптечной сети монополия оригинального бренда устранена, потребителям доступна целая линейка… Бла-бла-бла-бла. Бла-бла-бла-бла-бла-бла…

Дочитали до конца? Ну да, ну да, просто пролистали. В любом случае держите маленький бонус.

Изображения с лицами некоторых героев. Прислал читатель.

Вайлет «Вайс» Доукс. Без шлема и защитных элементов снаряжения. Типичное нельзяграмное личико.

Наима «Вега» Сильвер.

Ким Донхён.

3 — Обновка Андрея.

На самом деле нижняя часть этого «капюшона» может прилипать к лицу, скрывая его, а может и быть на уровне подбородка, открывая нос и губы, то есть Андрей носит этот убор вот так:

Делаем вид, что не видим лицевой пластины на этой тёте.

Держите маленькие переводы тех фраз.

Переведенная реплика ленд-майора Громова: «Мы знать, вы есть внутри! Выходить все вместе с поднятый руки вверх! Если я видеть оружие, вы винить себя сами!»

Переведенная реплика нашей бестии-блондинки: «Слушайте сюда, сказочные твари, не вздумайте здесь обживаться! Вам здесь не рады, и это факт! Собирайте свой бродячий цирк с ящиками водки, матрёшками, балалайками, а также медведями в ушанках на одноколёсных велосипедах! Убирайтесь по-хорошему, или вас живенько упакуют в мешки для трупов! Валите на х*й отсюда, ублюдки!»

Переведенная реплика разозлившегося капрала: «Ты ответишь за свои слова, ты, долбаная тупая п*зда, набивающая свое чертово брюхо бургером, тупая американская янки! Тупая шалава, чтоб тебя поимели во все дыры и в твой немытый рот десять бразильских трансвеститов-пауэрлифтеров со своими огромными х*ями, да так, чтоб ты захлебнулась!»