За тридевять земель

Сергей МаркосьянцЗА ТРИДЕВЯТЬ ЗЕМЕЛЬПовесть1Когда старший сержант Груздев вышел из землянки, его со всех сторон обступил белесый утренний туман. В густой морозной мгле растворилась, начисто исчезла деревня — со своими низенькими домами, не по-русски большими ригами и островерхим, мрачным костелом. Сквозь туман смутно проступали только сосны. Они тихо дремали, укутавшись в мягкие шубы. Дремали стоя, не покидая строй, как солдаты на ночном марше, в колонне, которую остановили на дороге, но почему-то не подали команды: «Привал направо!» Что-то близкое, родное было в этой вековой рати, в ее плотных, недвижных рядах. И Груздев негромко сказал:— Здравствуй, лес! С Новым годом!Лес молчал. Не откликнулся даже эхом. У него была своя жизнь. Спал в своих широких шубах. Широких и коротковатых — ноги сосен оголены, а ступни засыпаны снегом. Да, у него все свое. А у человека?В груди шевельнулась боль…