Восьмой полигон

1. Дорога

С чего начиналось?

Наверное, с обыска - чисто формального, но, как обычно, по-ментовскому дотошного ("Руки на стену, ноги раздвинуть"), и потому унизительно-скучного и бесполезного: что можно вынести с зоны?

Он вынес заточку - кусочек металла, длиной сантиметров пятнадцать, припрятанный... Впрочем, не надо вам знать, где прячут запрет арестанты.

В кармане - сверкающий краской и пластиком паспорт, полученный только что в местной спецчасти, и справка о том, что он, Глобус, свободен - впервые за долгие-долгие годы.

И деньги - не так уж и много, но больше той четверти минимальной зарплаты, что выдают арестантам на жизнь после зоны. Сумел заработать.

Затем - скрип ворот, открываемых только для транспорта, традиционный пинок на прощание. Кто-то из старых друзей вломил ему так, что он чуть не упал на асфальт.

Оглянуться нельзя - плохая примета, иначе вернёшься на зону, в которой и так всё настолько обрыдло, что зубы скрипят. Он ушёл по дороге спокойно и медленно, зная, что в спину глядят все те, кто не сможет уйти от судьбы ещё долгие-долгие годы.

Заточку он выбросил: примут менты - и срок обеспечен, а снова в тюрьму не хотелось. Глобус доехал до города, двинул к вокзалу. Пока шёл по центру (куда уж центральнее - площадь с обкомовским домом) ему предложили купить за бесценок мобилу, а через десять шагов, за углом, патруль с интересом проверил его документы.

Потом (там же, в сквере) ему предложили ночлег, посильную помощь в устройстве и тёплую бабу, но Глобус и здесь отказался - обязанным местной братве... Не слишком разумно.

Автобус довёз до вокзала, и Глобус уселся на жёсткую гнутую лавку.

Теперь можно ехать до города, что указан в казённом билете - но там его больше не ждут. Ни друзья, ни семья, ни даже враги. Никого не осталось - за восемь-то лет - да и сам он не помнил, каким был тогда, в прошлой жизни.

Подумав, он сдал на вокзале билет, и вышел на трассу. Когда неказистые домики города скрылись из виду, уселся на тощий, китайского вида мешок так, чтобы проезжавшие мимо водители лесовозов могли его видеть издалека.

Одет он неплохо - цивильный прикид ему собирали всей зоной. Традиция. Если уходишь на волю, получишь одежду и обувь от "общества".

//////

Ждал он недолго.

Ободранный КРаЗ-лесовоз притормозил у обочины. Глобус запрыгнул в кабину, забросил под ноги мешок. Путь неблизкий.

- В Посёлок?

- Туда.

- И надолго?

- Да как повезёт.

- Ты кто по профессии?

- Слесарь. Немного электрик.

- А с этим-то как? - и водитель пощёлкал по горлу.

- Не любитель.

- У нас с этим строго... Сидел по какой?

- Сто пятая.

- Срок?

- Восемь лет.

- Ушёл по УДО?

- По звонку. Не сошёлся характером с папой.

Водитель кивнул понимающе. Здесь уголовный жаргон используют с детства - и есть даже шутка, что в этих краях живут только те, кто сидел, кто сидит - и те, кто сидеть ещё будет...

Сто пятая - если кому непонятно, убийство, а папа - начальник режима на зоне. Второй человек, а частенько и первый, считая хозяина зоны.

Водила взглянул на него с уважением: срок восемь лет - не слишком большой для сто пятой, а выход по окончании срока (тот самый "звонок") - свидетельство, что сидящий на пассажирском сиденьи попутчик не стал прогибаться.

- Ну, если не пьёшь - приживёшься.

- Не пью.

Не пить - имелось в виду без недельных запоев. Поллитра на рыло по праздникам - это стандарт, негласная норма в компании. Глобус бухать не любил, но знал, что вливаться в компанию нужно - и потому вёз литровый пузырь приличного пойла, завёрнутый в смену белья.

- А платят-то как?

- Всяко разно. На сдельщине - даже неплохо, но вкалывать нужно, как волку.

Они говорили о разном - и Глобус старался, чтоб разговор не угас.

Обязанность пассажира в пути - молоть языком. Молчунов на дороге не любят.

Не спать за рулём - непростая задача, когда ты один. Иногда на обочине трассы стоят обелиски с залитым в бетон рулевым колесом на месте, где кто-то погиб на дороге.

Их много, таких обелисков, с цветами и без.

И чаще всего - просто кто-то заснул за рулем.

//////

Лесистые горы сменились равниной. Дорога, верста за верстой, с легим шорохом шин уходила под капот грузовика. Неожидано Глобус поймал себя на том, что ошарашенно смотрит вокруг, не понимая - где он, в каком времени и на какой планете...

- Достало? - толкнул его в бок водитель.

- Однако! И часто здесь так?

- Бывает...

Широкая степь, поросшая низкой травой, казалась безжизненной. Призрачный свет солнца, проходящий сквозь низкие облака, освещал бесконечную степь, сиренево-серые горы вдали, на краю горизонта, и серую ленту дороги.

Громадный пепельно-серый шар, низко висящий над степью, дополнял фантастическую картину, чем-то похожую на фотографии высадки на Луну "Аполлона". Глобус повертел головой по сторонам, отыскивая лунный модуль и штангу с американским "матрасом".

//////

Две чёрных вороны, сидевшие впереди на дороге, завидев машину, начали тяжело разбегаться навстречу идущему КрАЗу. "Столкнемся", - подумал вконец ошарашенный Глобус, но птицы, взлетая, закрыли огромными крыльями ветровое стекло и тяжко, с трудом, сантиметрах в пятнадцати-двадцати, прошли над кабиной.

- Встречают,.. - Водитель свернул на обочину, выключил двигатель.

- Плохая примета?

- Да нет. Просто встретили нас. Знакомятся.

- Что ж, будем знакомы. Иван,- сказал ему Глобус.

- Сергей. Можно просто Серёга.

Иван промолчал.

- Надо брызнуть,- сказал командир лесовоза.- Монетки-то есть?

- Найдутся.

Водитель нашарил в кармане десяток монет и бросил в кусты, под откос. Подумав, и Глобус, достав из кармана копейки, с размаху швырнул, стараясь попасть в бурлящую воду ручья внизу за камнями.

- Поехали.

Глобус запрыгнул в кабину.

- Необычное место.

- Шаманка. Гора. Вон она, за ручьем. Когда едешь мимо - пожертвуй монетку-другую, она не забудет. Она здесь хозяйка.

Гора закрывала полнеба.

2. Поселок

Посёлок ему не понравился. Сотни людей, совсем незнакомых, куда-то спешат, шумят, суетятся... Устроился слесарем (и понемногу электриком) на автобазе. Дали жильё. Понемногу обжился, купил на окошко зелёные шторы и чайник.

Мечта арестанта – своя, нераздельная с сотней других бледных рыл, биндюга: клетушка любого размера, но запирающаяся не снаружи, а изнутри. Кровать, стол и шкаф для продуктов, в котором с трудом разместился купленный в магазине мешок макарон, соль, стеклянный гранёный стакан (символ воли - на зоне используют только железные кружки) и бутылка с подсолнечным маслом.

Дополняла изысканный интерьер трехлитровая эмалированная кастрюля с несерьёзными синими цветочками на белом железном боку.

Кипятильник у Глобуса был, и вечерами он варил макароны, и ел с удовольствием, экономно поливая полузабытое лакомство жёлтым душистым растительным маслом.

Иногда покупал в магазине вкусняшки - конфеты, печенье, сгущёнку. Однажды купил колбасу - про запас, на неделю - и съел полтора килограмма "Останкинской" сразу, за вечер.

С тех пор покупал ровно столько, чтобы хватило на раз - не доверял себе. Голод, за многие годы, оставил свой след, и съедобное (если, конечно, не банки консервов) должно быть немедленно съедено.

Глупо, конечно, но Глобус решил отложить на потом борьбу с организмом. И так уже вес увеличился чуть не под центнер...

Жизнь понемногу наладилась.

Зарплатой его не обидели - да и расходов, по старой привычке, у Глобуса было немного. Не слишком заметная должность электрика давала возможность работать везде - на улицах, ремонтируя электросети, и в производственных корпусах, где электрики тоже хватало.

Свободное время - вот что было плохо. Когда мозг не занят работой, в него лезут всякие мысли - а Глобус устал уже думать о том, что жизнь бьёт сильнее, чем он заслужил.

Он пытался занять свое время работой - устроился на полставки ещё в одну фирму, а после ещё и ещё. Успеть в трёх местах (кроме главной работы) довольно непросто, но можно, умеючи.

Глобус умел.

Ему совершенно не в падлу работать в ночную (не в очередь) смену, и даже сидеть двое суток, стараясь настроить компьютеры. Главное правило - работать системно, одно за другим.

Проблемы решаются, если работать спокойно.

////

В свободное время он выбрался в лес - деляны добычи ушли далеко от посёлка, поблизости были лишь мелкие сосны, да частый цветущий багульник.

Грибов или ягод в лесу ещё не было, и потому он выписал почтой не самую лучшую, но довольно приличную камеру, чтобы не зря ноги бить по горам. Фотографировать он умел и любил, а на поросших багульником сопках встречались цветы, да и местные виды смотрелись неплохо.

Закаты с причудливыми облаками, рассветы с густым, совершенно молочным туманом, залившим низины у озера - дивное место.

Облазил окрестные сопки, свалился в холодную речку и пару раз долго бродил по долинам, похожим одна на другую - но вышел к дороге, хотя и не там, где хотел.

В лесничестве выбил бумагу - запрет на хождение по лесу касался досужих туристов, а Глобус был местным, своим, и потому (под торжественной клятвой, что жечь костры где попало не будет) ему разрешили бродить по окрестным горам.

Однажды с трудом он забрался на сопку, стоявшую выше других. На голой вершине росла лишь трава (да и та небольшая), да выложен круг из камней. Недалеко вкопан столб, который он принял за незнакомый геодезический знак, и потому преспокойно уселся под ним отдохнуть.

Усталые ноги гудели - подъём был нелёгким - и Глобус совсем незаметно уснул на траве под столбом. Проснулся под вечер - пора возвращаться домой.

К дороге он вышел совсем неожиданно - только что были вокруг высокие жёлтые сосны да цепкие ветви колючего шеломайника - и, неожиданно, гладкий асфальт магистрали.

У обочины крепкий мужик менял колесо "Волги - 24", и Глобус решил предложить свою помощь, да только мужик отмахнулся:

- Закончил уже. Садись, подвезу.

До посёлка доехали быстро, почти долетели - и Глобус отправился спать. Умотался.

Наутро, в столовой, официантки его упросили сказать, где был целый день, и он показал фотографии странной горы и знака на самой вершине.

Девчонки притихли.

- Ты что, не заметил, что это особое место?

- Да что там особого? Место как место.

- Тот знак на вершине. На нем лоскутки...

- Ну да. Разноцветные. Выцвели только на солнце.

- И долго ты был там?

- Не знаю. Я спал.

Теперь на него смотрели глаза не просто со страхом - но с ужасом. Спать на вершине священной горы и остаться в живых...

- Да что тут такого? Подумаешь, круг из камней, пустые бутылки и вкопанный стол да пара скамеек. Обычное место.

/////

- Не слишком обычное.

Шаман, что работал электриком, Глобусу выправил спину. Помял позвонки, постучал по натруженным мышцам и резко крутил ему голову так, что Глобус не выдержал - взвыл, и пытался избавиться от сильных уверенных рук.

- Потерпишь,- сказал пожилой человек, что ломал ему шею,- избавить от боли нетрудно, но нужно уйти от болезни - а это почти никогда не бывает без боли. Шаман не бывает ни добрым, ни злым...

Когда он закончил, то Глобус спросил, сколько должен. Старик не ответил, и Глобус достал из кармана бумажку - не слишком большую, но всё же заметную часть его новых доходов.

Шаман в руки денег не взял, и Глобус оставил купюру на том же диване, где только что корчился. Больше нигде не болело, но кто его знает - шаману видней.

Потом он пришёл ещё раз - собеседник внимательно слушал рассказ о походах в тайгу, о фото, и о высокой горе, с которой видны все окрестные сопки.

- Ты знаешь,- сказал ему как-то старик,- идти тебе надо.

- Куда мне идти?

- Сам знаешь, куда. Я давно тут живу, а ты здесь недавно. Убить я тебя не смогу, а ты своё место найдешь. Двум шаманам не быть...

- Так я не шаман.

- Гора мне сказала другое... Ты мог не проснуться, а если вернулся назад - то сможешь занять моё место. Я сам не уйду - а ты со мной драться не будешь.

- Не буду.

- Тогда уходи.

Что делать... И Глобус ушёл

3. Дом

Место было удачным. Глобус чувствовал: так уж бывает - находишь своё, что сразу ложится на сердце.

Это место пришлось по душе.

На изгибе таёжной реки уже обточенные водой валуны, обрушившиеся в незапамятные времена с высокого скалистого берега, образовали плотину, выше которой вода была гладкой, как стекло, а ниже - неслась по камням с громким шумом и брызгами.

Он поставил палатку на отмели, чуть в стороне от скалы и поближе к реке, к высушенным добела обломкам деревьев, что принесла река сверху, во время дождей.

Жаркий костёр, неплохая рыбалка и чай в котелке из железной, закопчённой до черноты литровой банки из-под компота - что ещё нужно для счастья?

Ветер, который всегда есть в долине реки, сносил комаров, и Глобус решил искупаться. Вода обожгла его холодом, но он плескался почти полчаса, смывая усталость, и даже нырнул - и в прозрачной воде увидел глаза большой ошарашенной рыбины.

Отогревшись у жаркого, почти бездымного костра, оделся, нашёл подходящую палку, и, вынув из сидора леску с крючком, соорудил себе удочку.

Рыба как будто ждала, когда он забросит крючок с нехитрой наживкой из хлеба, и тут же рванула, стараясь уйти в глубину.

/////

На отмели Глобус провёл две недели: рыбачил, купался, оброс бородой, облазил окрестности. Выбрал площадку вдали от воды, где можно поставить избушку. Потом, понемногу, притаскивал камни на ровный участок - подальше от берега, где не виден был след могучего летнего паводка.

Дом строил долго.

Фундамент скреплять было нечем (попробуй сюда притащить на горбу хотя бы мешка три цемента), поэтому тщательно Глобус укладывал камень за камнем, стараясь найти подходящие. Впрочем, камней было много, а Глобус спешить не любил.

Затем, не спеша, аккуратно, сложил на фундаменте что-то похожее на примитивный камин, скрепив камни глиной. Хорошую глину нашел за ручьем, впадающем в реку, в распадке.

Закончив камин, подождал, пока высохнет глина и стал обжигать, разводя небольшой костерок внутри очага.

Понемногу камин закоптился, прогрелся внутри и дым от наколотых дров начал уходить в трубу, а не в хижину.

Для стен срубил несколько сосен - высоких и ровных, почти без сучков, но приволочь их из леса - проблема. Пришлось трелевать по кустам тяжеленные брёвна простой самодельной лебёдкой.

Устал, как собака, но дом получился удобным, надёжным и тёплым.

Закончил строительство к осени.

Рыбалка закончилась, а для охоты какой-никакой нужен ствол. Лицензию бывшему зэку, конечно, никто бы не дал, а браконьерничать... Нет уж.

На зону совсем не хотелось.

Всю зиму он прожил в посёлке, а летом вернулся. Дом ждал его. Глобус разбил огород, воткнул семена в самодельные грядки и снова вернулся к рыбалке.

/////

В июле пришёл ежегодный муссон - всё небо затянуто тучами, а ветер легко выдирает громадные сосны на склонах - с корнями, они у сосны небольшие, а почва в горах совсем тонкая.

Блеск молний и грохот такой, что Глобус боялся оглохнуть, а ливень ударил стеной. "Из ведра" - совсем не метафора, тонны воды стремительно падали вниз с сильным шумом. И не зарядом в пятнадцать минут - часами и сутками, с небольшим перерывом.

Вода на реке стала мутной, и грязная пена скрывала обломки деревьев, коряги и пни - и даже лесины длиной в двадцать метров, ободранные, без коры и ветвей, несущиеся по течению быстрее бегущего человека.

Запруда заполнилась сразу, и Глобус следил, как прибывала вода, подбираясь к фундаменту дома. Скорее всего, часть воды уходила на сливе, но где это - Глобус не видел. Шумела вода, и даже в пятнадцати метрах уже всё терялось за плотной стеной из дождя.

Дождь лил непрерывно, и ночью от шума уснуть он не смог. Довольно надёжная крыша из плах текла решетом, на полу были лужи и всё, что не спрятано было в пещере, промокло насквозь.

//////

Наутро бушующий ливень затих, но солнце по-прежнему пряталось за тяжёлыми низкими тучами, и молнии продолжали сверкать вдалеке. Дождь кончился, но вода прибывала всё выше и выше.

Река несла пену, и, значит, поднимется выше - приметы он знал с далёкого детства. Однажды у бабушки видел такое же буйство стихий, и знал, что никто не сумеет сдержать эту страшную силу.

Подумав, он начал таскать к основанию дома тяжёлые камни, чтобы не смыло фундамент. Вода поднималась быстрее, и Глобус проигрывал - сил было мало, но он продолжал бесполезную, в общем, работу.

Теперь вокруг дома лежала изрядная груда камней, и мутный поток начинал заливать её, поднимаясь всё выше и выше. Теперь за камнями ходить приходилось совсем далеко, но Глобус упорно таскал каменюки, стараясь направить течение в сторону.

Устал и замёрз, но огонь развести не сумел - промокло всё насквозь. Сухие дрова, что он наготовил на зиму, снесло пенным мутным потоком, а сад-огород... На месте ухоженных грядок кипела вода.

Пытаясь согреться, накинул на плечи сырую палатку и тупо сидел, ковыряясь ножом в открытой жестянке с тушёнкой. Вода прибывать перестала, и Глобус решил, что, наверное, справился.

Как бы не так...

Внезапно послышался шум, как от сильного ветра, и Глобус увидел, как вниз по реке идёт вал воды - высотой метра три. На гребне из пены виднелись лесины, коряги, обломки ветвей, а вал всё быстрей и быстрее катился, неся с собой камни и брёвна.

Теперь нужно было спасаться - и Глобус, схватив, что попалось под руку, рванул вверх, к ещё незатопленным скалам. Успел. Вал ударил в фундамент, но дом устоял, и вода покатилась к запруде, к камням - со скоростью поезда и с оглушающим шумом.

За валом вода принесла сруб таёжной избушки, но при ударе о камни стальные крепёжные скобы со скрежетом выдрало, и брёвна, мелькнув в водопаде, исчезли внизу, в грязной пене.

Вода продержалась неделю. Расстроенный Глобус таскал каменюки, стараясь усилить фундамент, но в доме не спал - боялся, что может прийти новый вал, и камни не выдержат. Если дом смоет, из мешанины камней и обломанных брёвен не выбраться.

Однажды, когда он пришёл умываться на берег, увидел, что туч больше нет. Ни одной. Бескрайнее синее небо, ни облачка, ни ветерка - и только вода у крыльца продолжает нести какие-то щепки и мелкие ветки.

Через неделю река успокоилась и вошла в берега - осталась у домика груда камней, что Глобус таскал туда всё это время, да место, где был огород.

От него ничего не осталось.

4. Пещера

Наверное, в каждом мужчине живёт первобытный строитель, и потому всё свободное время Иван с удовольствием тратил на обустройство таёжного дома и кладовой.

Кладовая из примитивной неровной щели в близлежащей скале превратилась в пещеру с тяжёлой, из колотых плах, двери и полукруглыми сводами.

Глобус труда не жалел, и, понемногу, всё глубже и глубже вгрызался в скалу. Монолитного камня почти не встречалось, и даже обычным кайлом можно было продвинуться в день сантиметров на двадцать - а если слегка повезёт, и на целых полметра.

В глубине слишком узкого (только пройти одному) прохода он вырубил полки для хранения нужных вещей и продуктов, повесил на прочную дверь самодельный замок с выдвижными стальными штырями, глубоко уходившими в стены.

Теперь ни худой человек, ни медведь не смогли бы добраться до скудных запасов. Впрочем, в доме на полке он хранил соль, муку, сухари и немного крупы - так что путник, забредший в убежище мог найти продовольствие, спички, дрова.

Время было - и Глобус устраивал жизнь: расширял в глубине скалы склад, полагая, что свободное место ему пригодится.

Получалось хреново.

Во-первых, скала совсем не всегда однородна - и прочность породы заметно "гуляет" по профилю хода. Стараясь держать направление, Глобус невольно долбил неподатливый камень где легче, куда получилось.

Извилистый ход (метр шириной, метра два в высоту) получался похожим на след земляного червя - если только бывают такие упорные черви.

А во-вторых - очень медленно. Трудно работать - отколотую породу на выход таскать становилось всё дальше, и Глобус уже задыхался от недостатка нормального воздуха.

И всё же, он двигался мало-помалу вперёд.

////

Однажды, когда он сидел у костра и ждал, пока сварится суп из тушёнки, из леса молчком появилась собака: лохматая лайка с завитым колечком хвостом.

- Привет,- поздоровался Глобус.

Собака вильнула хвостом и уселась поодаль.

- Кормить тебя надо?- спросил у собаки Иван.

- Не стоит. Меня накорми,- услышал он голос из леса.

К костру подошла невысокая плотная баба в платке, телогрейке, армейских штанах и кирзовых полусапожках.

- Не прогонишь?

- Садись.

Она сбросила с плеч тяжёлый армейский рюкзак, прислонила к высокой сосне ружьё. Нарезное. Серьезная дама.

Когда суп доспел, он налил ей в глубокую миску побольше, с кусками тушёнки. Достал сухари, но нежданная гостья достала завёрнутый в чистую тряпочку хлеб.

Нарезала острым ножом, висевшим на поясе в ножнах.

По давней таёжной (и арестантской) традиции, гостя расспрашивать, пока не поест и не будет готов к разговору, не принято.

Поели. Он молча разлил по подставленным кружкам кирпично заваренный чай, достал из избушки железную банку с конфетами - "грохотом".

Вкусно.

- Ну что, не узнал?

Он вгляделся в лицо таинственной женщины. Нет. Не узнал.

- Людмила. Бухгалтер.

- И что?

- Да вот, любопытно мне стало, куда ты уходишь.

- А как ты меня отыскала? Никто же не знал...

- Летать научись. Если ходишь ногами, следы остаются. А если есть след, то собака найдет,- она повернулась к лохматой зверюке, смотрящей на угли костра голубыми глазами.

- Чара, Лёну сходи приведи!

Псина молча исчезла в лесу.

- Дочь моя. Ждёт, пока позову.

Глобус хмыкнул. Разумная баба: тайга, а в тайге отморозков полно. Значит, тест на вменяемость пройден.

Костёр не успел догореть, когда Чара явилась из леса - за ней, осторожно ступая по крупным прибрежным камням, шла девушка. Невысокая, в куртке и джинсах, цветастом платке и кроссовках.

На спине у неё был рюкзак, а в руках - чемодан, удилище от спиннинга и городская, совсем неуместная здесь переноска, в которой сидел чёрный, с белыми лапками и белым галстуком кот.

- Василий,- представила Лёна кота.

- Иван,- обалдевший, представился Глобус.

- Пока поживём у тебя?- обратилась Людмила.

- Живите. Тайга не моя.

Людмила привычно и быстро поставила полог, под ним - небольшую палатку на двух человек. Тем временем Лёна достала кота и стала кормить его "Вискасом", насыпая "котячье жрадло" в железную миску.

На ужин, который совместно готовили гостьи, Иван заявился с отчищенной миской и ложкой, вполне справедливо считая, что лишней посуды в тайгу не берут.

Еда превзошла ожидания. Обе готовить умели, и Глобус, умяв две добавки, с трудом оторвался от чашки.

- Спасибо!

- Еще будет чай,- сообщила Ивану довольная Лёна.

Когда успокоились, Глобус пошел проверять закидушки на дальний от лагеря берег. Людмила пошла вслед за ним - неслышно, но Глобус учуял звериным чутьем, обострившимся здесь за последнее время.

- Мы здесь неспроста,- сообщила Людмила.

- Я понял.

- За Лёной решил приударить Цыган, сказал, что пора ей. Ему ненадолго, а девка пойдет по рукам.

Бандита он знал. Караулов Семён, по кличке Цыган был смотрящим, которому Глобус представился прежде, чем начал работать в посёлке.

- А ты?

- Я сказала ей нет, и в лес увела на недельку-другую.

- Цыган не отстанет.

- Я знаю,- сказала она.

- С Цыганом сама разбирайся. Я срок отсидел - и больше не буду. Дела не мои.

- Но ты не с Семёном?

- Я сам по себе.

Людмила ушла, а Иван, разобрав закидушки, вернулся домой и отправился спать.

///

Они заявились назавтра, под вечер: тщедушный Семён, и с ним два приятеля. Цыган и кореш с двустволками, а третий стоял с пулемётом. Калашников, 7.62

Охотники часто такой покупают: в тайге длинный ствол и отменная точность - гарантия, что не вернёшься с пустыми руками.

- Зачем тебе девка?- наехал Цыган на Ивана.

- Мне нахрен она не нужна,- поднимаясь, ответил Иван, стараясь держаться поближе к костру. В чурбаке у костра торчал небольшой, но удобный топорик.

- Не балуй! - мужик с пулемётом повёл в его сторону длинным стволом.

- Зачем она вам?

- Погуляем. Не хочешь попробовать? Сладкая девка.

- Я сам по себе,- отвечал ему Глобус.- Смотрящий здесь ты, так тебе и решать.

- А может её прямо здесь разложить?- вмешался мужик в камуфляже с двустволкой.

- Потерпишь,- ответил Цыган,- Собирайся!

Олёна стояла, не зная, что делать. Сейчас уведут её... Мама!

- Давай,- обратился к Олёне Иван,- Бери свой рюкзак и вали. Загостилась.

Бандиты заржали.

Два выстрела слились в один. Цыган обернулся - мужик с пулемётом стоял на коленях, рукой зажимая пробитую шею; второй, в камуфляже, лежал на спине, раскинувши руки, на тёплых от летнего солнца камнях.

- Зря их притащил,- сообщила Цыгану Людмила, прижимая винтовку к плечу.- Мужики неплохие. Могли бы и жить.

- Стреляй,- Караулов смотрел ей в глаза,- Стреляй, или я до тебя доберусь. И сучку твою малолетнюю... Думаешь, я,- Цыган потянулся за спину, к двустволке.

Людмила нажала на спуск.

- Неплохо стреляешь,- сказал ей Иван.

- Неплохо учили,- ответила женщина, выщелкнув полупустой магазин и вставляя в приёмник заполненный, новый.

- Ты правда отдал бы меня им?- очухалась Лёна.

- Вот дура. Он их отвлекал, чтобы я добралась до винтовки.

- Спасибо, Иван Николаич!- расплакалась девушка.

- Да ладно тебе. Убирать надо этих...

Девчонку шатнуло.

- Сиди уж,- сказала Людмила,- Мы как-нибудь сами.

Возились до позднего вечера. Глобус прибрал пулемёт, проверил карманы бандитов. Потом они с женщиной долго искали, куда можно спрятать тела, а ружья, одежду и мелкую мелочь он выбросил в Реку, в пяти километрах от дома.

Потом замывали следы на камнях. Кое-что не отмылось, и Глобус с Людмилой упёрли тяжёлые камни к реке, забросив их там, где поглубже. На место поставили новые - с дальнего берега, чтоб не бросались в глаза пустые места среди каменной отмели.

/////

Наутро Людмила сказала: - Иван! Однако, тебе будет баба нужна.

- Себя предлагаешь?

- Моё отгорело. Олёну возьми, ей в посёлок нельзя.

- Да пусть так живёт. Мне жена не нужна.

- Не ври мне. Нужна тебе баба - так лучше сама, по добру...

- А как не пойдет?

- Я ей, б**ть, не пойду. Олёна!

Олёна явилась, держа на руках котофея.

- Пора мне назад. Пойдёшь за Иван Николаича замуж?

Девчонка смутилась, стрельнув из-под чёрных ресниц пронзительным взглядом в мужчину.

- Пойду! Почему не пойти... Он добрый. И кот его любит.

- Смотри мне, гулёна! Хвостом вилять будешь - сама пристрелю, как... споткнулась Людмила, поймав взгляд собаки.- Стрелю, как козу!

- С условием. Будем венчаться. По правилам, в церкви. В костёле.

- Ты как?

- Я не против. Да где ж здесь найдешь хоть какого попа?

- Ну, можно потом. Я покаюсь. Но только католика. Я католичка.

- Ты дура,- ответила мать,- Так пойдешь, или нет?

- Пойду. А потом обвенчаюсь.

- Замётано,- бросил Иван.

- Совет да любовь,- отозвалась Людмила.

5. Майор Иванов

Вертолёт появился внезапно - не было слышно ни звука, как вдруг из-за леса подпрыгнула тёмно-пятнистая тень, и с воем и свистом уселась на отмель.

Двери машины открылись, и на прибрежные камни посыпались люди с оружием.

Глобус не двигался.

Чёрт их поймет, этих типов пятнистых - а каждый из них с автоматом. Чуть дёрнешься в сторону - дырок наделают быстро.

Вой мощной турбины затих. Из открытой двери вертолёта сноровисто выбрался крепкий мужик в камуфляже. Направился к Глобусу.

- Будем знакомы. Майор Иванов.

- Глобус,- сказал ему Глобус,- Условно свободен.

- Тут место красивое. Рыба-то есть?

- Так как же не быть. Вон река - а без рыбы реки не бывает.

Уселись к костру. Сварили и выпили чай - хороший, индийский, из желтой бумажной пачки со слоном. Солдаты и два вертолётчика быстро сложили костёр, уселись к огню. Но Глобус заметил: остались не все - два парня отправились вверх по течению, скрывшись в лесу, за камнями.

Под вечер майор, угостившись ухою, побулькал большой металлической флягой.

- Ты как?

- Я не против. Давай.

По чуть-чуть посидели. Добавили. Выпили снова. Майор закурил самокрутку. Душистый махорочный дым поплыл, отгоняя летучую живность.

- Ты знаешь, что мне не позволят тебя здесь оставить?

- Печаль,- отвечал ему Глобус,- Я так-то привык. Хибару построил. Коза, огород.

- Какая коза? - удивился десантник.

- Ну, нету козы. Но могла бы и быть.

- Да ладно,- ответил майор,- Разберёмся с козою.

Наутро майор встал еще до рассвета, взял удочку с лёгкой катушкой, за сорок минут надёргал в реке два десятка больших, зелёно-серебряных рыбин..

Глобус, увидев добычу, поморщился - столько-то рыбы всей банде не съесть за три дня, но пришлый майор самолично почистил добычу, сложил в вертолёт, проложив туши рыбин травой.

- Домой. Мужикам на жарёху.

- Тогда на здоровье,- ответил ему озадаченный Глобус.

- Значит так. Паспорт есть?

- Паспорт есть. Как не быть...

- Назначим тебя комендантом. Подпишешь контракт - останешься здесь. Будет даже зарплата.

- Работа какая?

- На точке сидеть, когда позовут - отзываться. Поставим маяк, движок с генератором, радио. График дежурства свободный, а сводку прибор сам отправит. Он умный, зараза.

- И больше никак?

- Нет, никак. Соглашайся, Иван Николаич.

Глобус задумался. Соглашаться ему не хотелось, но хитрый майор не оставил ему вариантов. Очевидно, придется...

- А как ты узнал моё имя? Я вроде вчера не сказал?

- Ну, блин, ты даёшь! Что, майор Иванов похож на штабного дебила, что ходит как крот, не узнав, что к чему?

- Ага. Значит, дело читал, понимаю. И всё ж предлагаешь работу?

- Читал. Что с того? Я, вроде, не мент. Да и ты отсидел!

- Отбыл,- осторожно поправил майора весьма озадаченный Глобус.

- Отбыл,- согласился майор.- Мне нельзя здесь держать посторонних. Ты знал, что вокруг на сто верст - полигон?

- Откуда мне знать...

- Нынче знаешь.

- И что буду делать?

- Смотреть за объектом. Частоты для связи получишь. Работа простая. Когда будет нужно - пришлю вертолёт.

- Я здесь не один.

- Напишу, что с женой.

- Она не жена.

- Я не поп. Напишу, что угодно.

- Пиши, что с женой.

- Ну, тогда по рукам.

///

Рыбалка здесь знатная - рыба сама хватает наживку, лишь стоит забросить подальше. Голодная - или её здесь немеряно много.

А баня какая! Соскучился я - в Анголе и бани-то не было, мылись в тазу, под душем с фильтрованной и кипячёной водой.

Опасно там в речках купаться.

А здесь - красотища. Инуся моя расцвела, довольна, как трактор - сидит в интернете, купается в бане и кормит кота - счастливого, как бегемот в водоёме.

Немножко давлю на неё, заставляя учиться - хотя бы заочно. Учение - свет, хотя не всегда там светло и красиво. Бывает по-всякому. Парни мои, бывает, что плачут от боли, пока привыкают к нагрузкам - наука, она непростая.

Чем лучше научишь - тем больше вернётся домой.

Прорезался в Инге талант инженера: чего только стоит тележка для вывоза всякого хлама - простой самокат (электрический скутер) с контроллером. Выбрал программу, и эта штуковина едет туда, куда надо.

Причём, остановится, если "увидит" препятствие - есть в этой штуке достаточно хитрая схема, и на развилках сама понимает, куда повернуть.

Сначала возили пустую породу в отвалы, а после Иван Николаич придумал контейнер. Теперь можно чистую воду возить, продукты и, в принципе, всё, что угодно. Что влезет в стандартный размер.

А не влезет - то ручками и на горбу.

Думаю, стоит подумать о том, чтобы в будущем, если сумеем, для этих тележек построить отдельный тоннель. Боюсь, если честно, что эта лягушка заедет кому-нибудь в ноги.

Сломает же нахрен.

6. Инга Иванова

Как вы догадались, зовут меня Инга.

Мой папа - почти подполковник (точнее, вполне мог бы быть), но ходит в майорских погонах. Он - дважды майор. То есть, был уже раз - и снова майор.

Бывает. Начальство сослало его на Восьмой полигон, а маман развелась и решила уехать в Европу - найти "настоящую" новую жизнь с новым мужем. В Германии.

Маменькин Мюлеш - мужик неплохой, но уж больно прижимистый. Бундес. Терпеть ненавижу, когда кто-то смотрит, за сколько минут отмою под душем себя и свою далеко не роскошную гриву.

Квартиру маман продала, только я подписала бумаги тогда, когда мать согласилась меня передать под опеку отца.

Вещички собрали, отправили почтой, а я посадилась на борт (это, в смысле, меня посадили) с одним рюкзаком, в котором лежит запасная футболка и мой ноутбук. Ну, и я полетела.

"Москва - Васюки". С дозаправкой в Сибири.

А мне - ещё дальше. Большая страна.

\\\\\\\\

Однажды отец заявился весёлый, с двумя коньяками в руках.

- Поехали!

- Типа куда?

- В тайгу. На рыбалку!

Мне что. Я могу...

Сначала мы ехали добрых четыре часа на тряском "УАЗике". Долго и скучно. Потом пересели на лодку. Часа через два пристали к песчаному берегу.

- Всё?

Нет, надо пешком. Шли почти целый час - а оказались в чудеснейшем месте: высокие сосны, и скалы, и озеро. Дом у воды из дикого камня - с камином. Почти как в кино.

Здесь - метеостанция.

Местный смотритель - Иван Николаевич - тут же меня накормил и усадил у камина, пока рыбаки занимались палаткой.

А рыба - вкуснющая. Но интернета здесь нет. Совсем. Электричество есть, и, значит, нетрудно поставить тарелку. Оно же недолго?

Хозяин, узнав, что я где-то чуть-чуть понимаю в Сети, сказал, что тарелку найдёт. Ну, и я обещала помочь, если надо.

Ещё побродила вокруг, по округе - в сопровождении умной собаки - с хвостом, загнутым колечком. Собака погладить себя не дала, но постоянно была где-то рядом. Боялась, наверное, типа я заблужусь.

Блудиться не стала (да и куда тут уйдешь-то, по берегу - тут всё понятно), и потому собачара бежала себе для порядка, слегка появляясь и вновь исчезая в лесу.

А вечером - баня. Я даже не знала, что русская баня - так здорово. Небольшая избушка, а в ней установлен большущий котёл с нагретой водой и огромная печка, куда можно воду плескать из ковша. Напарились.

Я, раскрасневшись, как рак от жарищи, Людмила - серьёзная дама, которая в баню пришла с карабином, и Лёна (не Ольга - Олёна, сказала она). Мне-то что. Ну, Лёна так Лёна. Красивое имя.

///

Когда мы приехали снова (отец на рыбалку, а я, исключительно, в баню) тарелка имелась, и Лёна сидела в Сети.

Воткнув ноутбук, я настроила роутер (а заодно - незаметно усилив защиту), зашла на любимые сайты.

Действительно, шустро шевелится. Не то, что в посёлке - в родном гарнизоне и телефонная связь-то хреновая, а интернет... Не траффик, а смерть партизана.

Кому неизвестно, в мобильной сети интернет раздаётся постольку, поскольку не занят обычный канал болтовней, на вторичной основе.

Поэтому что-то скачать можно ночью, часов после двух - когда все заснут и заткнутся. А я ненавижу, когда что-то медленно.

- Инуся,- закинула удочку Лёна,- а фильмы здесь можно смотреть?

- Дык, что в этом хитрого? Просто скачай с ближайшего торрента, и вуаля - наслаждайся, пока не сдуреешь.

- Научишь?

Пришлось научить.

Потом оказалось, что фильмов хотелось бы много, и все надо где-то хранить. Желательно, в качестве.

Пришлось мне заказывать NAS, а хотелось бы пару (а лучше бы - три, для страховки), но денег на это, увы... Хреновато с деньгами.

Отец обещал сэкономить с зарплаты (а то я не знаю армейских зарплат), но максимум, что получилось бы - пара винчестеров. И то, если он перейдет на пельмени, забыв про коньяк и сигары.

Он любит сигары, привык - в Анголе, когда был советником. Правда, в тайге, на рыбалке он курит махорку, считая, что комары от нее лучше дохнут.

Не знаю. Наверное, я конгруэнтный комар. Я дохну. Терпеть ненавижу, когда кто-то курит. Вот я - не курю, и уже третий год.

Короче, осталась я с Лёной и Ваней (Иван Николаичем - если в глаза), ещё на неделю. Припомнила старые связи, когда занималась дизайном (ну, надо же девушке в бары ходить и покупать сигареты тайком от родителей), и через месяц - недели, конечно же, мало,- на счёт в Амстердаме упала ещё одна тысяча евро.

Вторая, кому интересно. За месяц неплохо.

Посылку мою привезли вертолётом из города. Ящик с контроллером и восемь штук сменных дисков. Хранилище файлов. Хотелось бы больше, но есть то, что есть.

Потом захотелось мне сделать нормальную базу, в которой все фильмы хранились бы не по годам, а с сортировкой по жанрам, актёрам - короче, работы хватало.

Когда появилась возможность - купили вторую коробку, и Лёна усиленно стала искать по всем серверам интересные книги, а я - создавать систематику.

Библиотечные индексы - нужная штука, особенно, когда книг уже несколько тысяч. Отдельная песня - коллекция книг и журналов по технике и всякоразным наукам.

Короче, когда железяки мои занимали приличную часть не такого уж ёмкого дома, Иван Николаич решил отвести часть подземного склада под наши хотелки.

Всё кончилось тем, что мы с Лёной долбили скалу, таскали по длинным проходам весьма неудобные штуки, тянули длиннющие кабели и короба - для воздуха. Чем-то дышать всё же надо.

Но вышло неплохо.

И вот я - владелица серверной в дальнем углу подземного хода. Три комнатки, укреплённые толстым железом (ага, у отца паранойя на случай обвала), куда подключаются кабель питания, выход тарелки на спутник и входы клиентов на сетевой коммутатор.

На стенах - обои с цветочками (Лёна сама выбирала) и полки с любимыми книгами. Чтобы не бегать на выход к палатке, я попросила поставить диван, а за углом Лёна сделала кухню.

Удобно - продукты-то рядом. Ещё у меня есть окно - большой телевизор, подключенный к камере, которая смотрит на реку и лес. А если окно надоело, вполне можно фильмы смотреть.

Я прочно зависла в сети, а хитрющий Иван Николаич решил обустроить семейную с Лёной квартиру поблизости. Места хватает.

Окно у них смотрит на горы, и потому иногда я тайком (почти - Лёна знает) включаюсь в их камеру - будто бы окон у нас уже два. Когда-нибудь будет и больше.

Олёна прекрасно готовит, и я потолстела - придётся придумывать зал с тренажёрами, вес уменьшать. А то меня замуж никто не возьмет - я шучу, если что непонятно...

Библиотеки мои расширяются - в новом хранилище я собираю различную музыку. Классика, рок и даже попса - у народа-то вкусы другие, не как у меня. Заодно мне пришлось поискать по Сети учебники и учебные фильмы - учеников (я надеюсь) у нас будет много.

Естественно, тащим по стенам толстенные кабели - в каждую комнату. У каждого доступ к Сети (не к сети Интернет, а к нашей, для внутренних нужд) и приличная связь - телефоны и видео.

Окон у меня уже три - и на каждом картинка своя, а сбоку вполне симпатичные шторы. На подоконник Олёна поставила несколько ящиков - типа цветы и рассада не знаю, чего. Говорит, помидоры - но, зная её, может быть, что угодно - укроп, ананасы, компот из черешни...

Ан, нет - на окошке компот не растёт, его нужно делать (варить? - надо будет у Лёны спросить или в Вики залезу).

Количество жителей здесь понемногу растёт - растёт и подземный посёлок. Мужчины проделали длинный, почти полтора километра тоннель к Реке - это значит, что грузы для нас можно будет возить по воде.

Пора говорить Николаичу, что серверов нужно три - рабочий и два страховых, причём все в различных местах. Начинаем работать по-взрослому.

///

Сижу, развлекаюсь с программой для окон: в пещере темп жизни другой, не такой, как "на воле"

Когда засыпаю, то сплю, как медведь - часов по двенадцать. Зато как проснусь - работаю долго. По меркам наземным, чуть-чуть меньше суток, но сутки у нас (а, точнее, мой жизненный цикл) часа тридцать два. Но не точно.

Проишлось корректировать "окна": когда просыпаюсь - рассвет, когда поработаю - включена запись на вечер. Красивое заходящее солнце, огромное небо и облака. Ночью - звёзды, и даже Луна в соответственной фазе.

Картинка (исходная) пишется в память машины, а выдаётся тогда, когда нужно, с учётом моих биоритмов. Для Лёны - своя, у неё темп немного другой.

Теперь хочу сделать статистику, чтобы понять - влияет ли что-нибудь на продолжительность "суток" (к примеру, Луна, или, может, погода). Хотя, здесь погоды-то в сущности, нет - как нет ни зимы и ни лета.

Темно под землёй.

Наверное, стоит придумать программу для воздуходувки - менять по случайным законам погоду (температуру и влажность), и смену сезонов.

И да, специально для Лёны - менять освещённость теплиц. Фитолампы гореть могут сколько угодно, а вот для растений нужны свои циклы, почти как для нас.

Олёнины грядки растут понемногу в длину (широкими делать нельзя, вдруг тоннели обвалятся), поэтому в каждой теплице вдоль стен проложены рельсы. На рельсах - тележка, и простенький робот- сельхозник со сменными лапами.

И пашет, и сеет, и даже слегка убирает - но здесь больше ручками, я и Олёна. Сезонов здесь нет, и погода стабильна - полив, когда надо, а не когда подойдёт нужный облачный фронт. Короче: гуляй - не хочу!

Я думаю, три урожая - а то и четыре, сумеем собрать. Была бы энергия. Вот наше слабое место...

И деньги нужны. Я уже сообщила отцу, что всё, что осталось от нашей московской квартиры (моя, разумеется, доля) пойдёт в общий фонд. Покупки нужны - от еды до контроллеров и запчастей для различной механики. Роботы - нужная штука, но всё на коленке не сделаешь.

Жить как-то надо.

Спасибо ему, он не только все деньги на счёт перевёл (когда убедился, что я совершенно серьёзно планирую жить здесь в ближайшие время), но и добавил ещё ровно столько же - всю свою долю.

Сижу, понемножку паяю, и платы травлю. Мне бы двух человек - тогда развернулись бы. Рук не хватает. Наверное, нужно искать по Сети желающих жить вдалеке от налогов: не я же одна здесь работать должна по двадцать часов без обеда.

Шучу. Если я забываю пожрать, Олёна приходит и гонит на кухню - а там меня кормят, пока не взмолюсь, что некуда больше. Диета мне здесь не грозит.

///

Людмила Петровна, Олёнина мать, копается с нами в теплицах - там много работы, и большую часть пока наши киберы делать не могут.

Она совершенно не может смириться, что "эта железка" умеет достаточно точно сажать семена, рыхлить междурядья, вносить удобрения не просто по площади, а непосредственно к каждому стеблю.

Она же недавно сумела задать нам вопрос, который ни Лёне, ни мне не приснился: зачем наши роботы делят участок на равномерно квадратные части, когда корневая система растений - совсем не квадрат, а подобие круга, и потому часть участка теряется зря.

Дейстительно, если разметить всю площадь теплицы шестиугольными сотами, то на участке вполне размещается больше растений. Обычные пчёлки давно показали пример, как нам быть.

И, кстати, избавились от междурядий - робот не трактор, и потому всю доступную площадь участка использовать можно по полной. А я и Олёна, когда будет нужно, вполне умещаемся сверху на балке - доехать к любому кусту можно просто на боте.

Чтоб цветы не топтать :)

Людмила Петровна на роботе ездить боится, и потому пробирается в джунглях с плетёной корзиной в руках, вполголоса матерясь - думает, что мы с Лёной глухие. Таких выражений мне слышать не доводилось в Москве, на тусовках - и, думаю, самый отъявленный байкер (весь в коже и тёмных очках, с "Харлеем" под каменным задом), услышав её, упадёт.

И очнётся не скоро.

А мне - программировать "чёртову штуку" с разбивкой участка по сотам, причём, как ни странно, размер этой соты для каждого вида другой. Кому нужно больше - а кто обойдётся и малым.

Попробуйте сами - совсем не простая задача.

И, если задачку решили, попробуйте вычислить соты для огурцов с кукурузой (они вместе часто растут), или капусты с селёдкой.

Шучу, кто не понял.

У нас очень мало свободных тоннелей, и часть из них сеем/сажаем со сдвигом - пока в одном месте морковку воткнём, в другом она мирно растёт, а в третьем уже убираем. Такой вот расклад.

///

Сегодня у нас происшествие: кот проскочил на плантацию мяты и радостно слопал (а больше помял/потоптал) Олёнины грядки. Олёна в печали, а я, втихаря от хозяйки, поймала кота и слегка с него выбила пыль.

Боюсь, он не понял, за что получил по устройству, к которому крепится хвост.

Придётся монтировать антикотячью сигналку и схему, которая будет блокировать мост, когда в зоне действия есть кто живой. Прибьёт кошатину наш робот случайно, а Лёна... Не знаю, что скажет она, но мне не хотелось бы знать.

Один у нас кот. Уникально-любимый.

Олёне нельзя волноваться. Похоже, Иван скоро станет отцом - а я крёстной мамой. Ну круто же, блин!

Однако, идти надо, датчик искать.

7. Глобус

Ну ёшкин ты кот!

Вот на кой это надо? Ну ладно, работа, опять же, тайга - на сто километров вокруг, никому не мешаю, нет, падла... Ну ёшь твою кошь!

Сначала Людмила с котом и нелепой девчонкой - в тайгу с чемоданом попёрлась. С котом! Ну ладно собака - собаке в тайге есть работа, но кот! В переноске и с "Вискасом". Боже ж ты мой!

Потом Иванов со своими волками - ну видно же, кто он, и кто вместе с ним прилетел. Пришлось соглашаться - ну ладно, работа, следить за приборами. Труд невелик.

Когда идиоты припёрлись с Цыганом, я даже не стал удивляться. Эффектно стреляет бухгалтер, и вряд ли в лесу научилась. Патроны в тайге дорогие - их надо таскать на горбу, не будешь их попусту жечь.

Хороший стрелок по колено в отстрелянных гильзах. Бывала старушка в местах, где патроны казённые, ох как бывала! Видал я на зоне таких - с автомата в консервную банку, летящую с воли на зону (при свете прожектора!) влёт попадают.

Спасибо майору - бумага его пригодилась. Менты походили вокруг, посмотрели (придурки, что толку искать, когда нет собаки), естественно, стрелянных гильз не нашли, а уж потом и майор появился (наверное, есть в его ящике камера, зуб даю - есть). Ментов разогнал ("На вверенном мне полигоне - я высшая власть и всеобщий начальник"), и взад улетел на метле.

На своем вертолёте. А волки остались.

Нормальные парни. Командует ими старлей, за неделю бойцы с лейтенантом (не гордый, как все каменюки таскал) построили что-то похожее на примитивную мельницу средних веков - с большим водяным колесом. Рядом поставили будку, размером чуть больше собачьей, зато с генератором.

Сделали свет - сначала в палатке, где жили, потом в моём доме, и даже в пещере, где склад. Спросили, что это? Ответил - убежище. Убожище, пошутил лейтенант, и несколько дней они ставили крепи, ровняли неровные стены и пол - короче, когда прилетел вертолёт, мой дом стал похож на жильё человека.

И Лёна довольна - читает при свете. Удобно. Наверное, надо купить большой телевизор и тапочки. Как же без них...

Она молодец - всю ораву кормила за день по три раза. Успей только рыбу ловить, да в лес за грибами мотаться. Когда улетали, оставили Лёне сухпай - большие коробки зелёно-пятнистого цвета.

Нам хватит на месяц. Я много не ем, а Лёна - как птичка, немного ухватит, и больше не хочет. Наелась. Боится фигуру испортить. Вот Васька - тот жрёт чуть не больше меня, но он любит рыбу. Любую. Варёную, свежую, даже солёную - но только не кашу. Не любит кошак.

Нужно будет говяжьей тушёнки купить, и для кота что-нибудь. Есть же в городе где-то котячьи консервы?

///

Приехал майор. Говорит - на рыбалку. Привёз с собой дочь, и пока они с Лёной кормились на кухне, майор отозвал меня в сторону.

- Колись, говорит, арестант. Сколько было бандитов?

- Три штуки.

- И всех завалил?

- Не я. Тёща ловко стреляет.

- За дело?

- За дело.

- Менты не найдут?

- Не думаю.

- В палатке моей для тебя есть канистра, а в ней аммиак. След от крови залей.

- Заметил-то как?

- Ну а как не заметить? Два камня лежат не отсюда.

- Глазастый.

- Учили. Ты зря не рискуй. Оружие есть?

- Пулемёт. Но почти без патронов.

- Патроны найдём. Нужно что-то ещё?

- Да нет. Разве Лёнке каких-нибудь книжек, побольше. И фруктов каких. Неуютно девчонке в тайге. Откуда узнал про бандитов?

- Со спутника. Раз в три часа имею картинку.

- А больше никто не заметил?

- Надеюсь, никто. Да кому мы нужны...

Иван промолчал. Да и что тут сказать.

///

Приблуда с хвостом на затылке - майорская дочка - подбила Олёну поставить тарелку и подключить интернет.

Пришлось добывать эту чёртову штуку и ставить повыше, где ветки не будут мешать.

Поставил. На спутник она навелась, и Лёна сидит вечерами, глазеет на всякие сайты. Хотел было глянуть футбол - но Олёна с котом полчаса на меня сверкали глазищами.

Злились.

Бог с ним, с футболом. Пойду лучше чаю попью.

///

Подружка Олёнина - Инга - мне заявила недавно: что в наших краях самый главный закон - это я. И потому ей весьма наплевать на соблюдение авторских прав в интернете и прочие мелочи типа УК.

Ну да. Я её понимаю. Патентное право придумали, чтобы ускорить прогресс, пустить в общий доступ чужие секреты в обмен на весьма ограниченный срок монополии (максимум - лет на пятнадцать).

Сейчас - что-то странное. Вместо прогресса - усиленный тормоз в течении всей жизни автора и пятьдесят лет, когда он помрёт. Так что я с ней согласен.

Закон здесь тайга, и медведь, несомненно, хозяин.

Жить нужно по совести. Лёна меня одобряет - а остальное меня не касается. Как-то вот так...

А вообще, они спелись. Девицы совместно строгают и мясо на ужин, и лазят по тёмным ходам с мотками какого-то провода. Я-то решил пошутить, что так они скоро кота приспособят по трубам таскать кабеля - девицы потупились, глядя в ближайшую стенку, а кот недовольно скосился на Лёну и фыркнул в усы.

Вот чёртова девка! Кота запрягла на работу. У нас коммунизм: не работаешь - жрать не дадим, а кот жрёт от пуза. Как будто недавно вернулся из лагеря.

Не пионерского.

Я так шучу.

Инга, когда получила себе комнатушку, решила в ней жить. Не нравится ей спать в палатке, на воздухе. Что ж, вольному воля - но эта приблуда гоняет внутри по подземным ходам на электрическом скутере.

Только одно хорошо: отец заставляет её надевать на дурацкую голову шлем, а на коленки и локти - защиту. Но, всё равно, в темноте электрический веник (то бишь, самокат) летает бесшумно. Пора создавать что-то вроде ГАИ - права выдавать сумасшедшим девчонкам не раньше, чем вырастут.

Лет с тридцати.

///

Вернулась Людмила - пришла из тайги с большим рюкзаком и убитой козой за плечами. Собака, естественно, рядом - глядит голубыми глазами и, кажется, очень довольна.

Олёна цветёт - соскучилась. Обнималась с собакой и с матерью. Больше с собакой. Тоскливо ей тут - да и мне веселей, пока в доме гости.

Когда посидели (у нас теперь стол, и навес, и печурка для летней готовки), Людмила достала тряпицу с увесистой пачкой бумажек.

- Возьми, Николаич. Приданое Лёны. Я вижу, она прижилась у тебя.

- Да стоит ли...

- Стоит. Девчонка она молодая, ей многое надо. Не то, что тебе.

Я взял пачку денег и спрятал за пазуху.

- Где раздобыла?

- Охотилась. Каждую зиму пять-шесть соболей...

- Неплохо. Самой-то осталось?

- Осталось. Я дом продала - нельзя мне сейчас оставаться в посёлке.

- Тогда оставайся у нас. Места хватит на всех.

- Я думала, ты не предложишь. Спасибо, Иван Николаич.

- Да ладно. Живи, как умеешь.

С приходом Людмилы девчонки заметно ожили, и Глобусу стало полегче - работать Людмила умела. Она обустроила комнату неподалёку от входа в пещеру, но летом жила у костра, в своей тёмно-зелёной палатке.

С собой принесла кроме "Сайги" мелкашку, и регулярно ходила в тайгу. Козлячье жаркое и битая птица заметно улучшили стол - рыба с гречкой уже надоели.

///

На выходные приплыл на моторке майор - привёз с собой ящик лимонов. Девчонки набросились - любят кислятину с сахаром. Оно и полезно - не дай Бог, цинга.

Еды у нас много, но зелень - приятная штука. Сказать надо будет Олёне, чтоб косточки замочила в воде, а после посадим лимоны в одном из тоннелей. Пора заводить нам плантацию цитрусов.

Если получится, вырастим сад. И пчёл разведём. Интересно, в пещере они смогут мёд собирать, или придется таскать ульи каждое лето на солнце?

С майором явился десантник-сержант, с уверенным взглядом, мозолистой лапой (так руку сдавил - не вздохнуть) и именем Коля. Вдвоём они долго таскали вглубь длинного штрека на склад тяжеленные ящики.

Меня помогать не позвали, сказали: - Мы сами. Топи пока баню.

Ну, баню топить мне привычно, девчонки собрали на стол а Люда - Людмила Петровна - достала под крышей дубовые веники. Баня - святое.

Потом, после бани, майор проводил меня в склад, открыл ближний ящик - патроны. Как раз к моему пулемёту.

- Подарок. Два ящика, этот и тот - тебе для охоты на крупного зверя.

- А там? - Покосился на штабель укрытых зелёным брезентом предметов..

- А там автоматы и несколько цинков патронов. Сумею - добуду ещё.

- Воевать не собрался?

- То личные вещи. Пускай полежат вдали от начальственных глаз.

- Мне-то что. Я, конечно, не против.

- Чужим не показывай.

- Не покажу.

- И да, это лично тебе. На всякий пожарный,- он вынул откуда-то из камуфляжа блеснувший металлом предмет.

- Владей,- отстегнул кобуру и отдал Ивану.

- Девчонку мою береги. И не бойся стрелять - прикрою. Теперь ты в команде.

Иван Николаич кивнул, соглашаясь.

- Возможно, мне скоро придётся уйти из рядов. Найдёшь уголок, если что?

- Одному?

- Вдвоём, но обузой не будем.

- Мне что. Места много. И жить веселей, большим-то кагалом.

- И да, вот ещё,- он отдал фотоснимок.- Картинка со спутника. Неподалёку в горах есть круглое озеро. Так подобраться непросто, и вертолёту не сесть - но если пройти под землёй...

- Подумаю. Я лично за, но буду решать не один.

- Вот как у вас?

- Работаем все, кто как может - так всем и решать. Не в обиде, майор?

- Я что. Я солдат - как прикажут...

- Добудем тебе твоё озеро. Нам не впервой.

///

Людмила, когда предложил ей вести все финансы, упёрлась копытами: - Нет, ни за что! Готова охотиться, рыбу ловить, кашеварить и даже в забое кайлом - но не деньги. Пришлось самому.

Доходов у нас - кот наплакал (заплачет он, как же. Настырный кошак), с расходами тоже не айс: нам на всё не хватает, поэтому крутимся. Надо признать, что Инга за день написала программу доходов/расходов, а я понемногу стараюсь понять, как всё это работает.

Одно хорошо: мы не платим налогов. Если кто-то когда-то придёт с нас требовать что-то куда-то - с большим удовольствием сам пристрелю, и прикопаю поглубже, чтоб запаха падали не было.

Здесь Инга со мною согласна (она ещё та анархистка), а Лёна - как все. У неё из законов лишь десять библейских - и то, вероятно, с купюрами. В наших таёжных краях понятия лучше законов. Разумней.

Хотя бы пока.

/////

Сегодня, впервые за всё это время, пришлось нажать кнопку тревоги - наладилась Лёна рожать. Майор прилетел, и его волкодавы с врачихой. Она-то с проблемой и справилась.

Праздник у нас. Наследница. Девочка. Три килограмма пятьсот.

Врачиха осталась с сержантом - за Лёной смотреть, а вертолёт улетел. И тревожная группа с майором. Майорова Инга, когда суета улеглась, устроила баню, а после приезжей врачихе нашла у себя неучтённый диван. Отдохнуть после бани...

Мне кажется, больше всего восторгнулась (восторглась? - ну, как-нибудь так) приезжая Ника (ВерОника!) мощной коллекцией фильмов и книжек. Прилично у нас набралось. Молодцы же девчонки!

А нас (то есть взрослых) медичка ругала нещадно: аптечка-то есть, да не дай Бог чего, лечить будет нечем. Пришлось написать преизряднейший список - поеду в Посёлок, найду, что смогу.

8. Зима

Зима наступила внезапно: вчера ещё лес был усыпан опавшими листьями, высокие свечи листвянок сияли оранжево-жёлтым, а утром - вокруг всё засыпало снегом.

Девчонки лепили снежки и построили снежную бабу, но Глобус тревожился: хватит ли дров, удержит ли холод его самодельная хижина и не придется ли срочно просить вертолёт для вывоза всех обитателей станции.

Не пришлось.

В самодельной избушке достаточно тесно, но очень уютно. Тепло. Как ни странно, камин с присобаченной к поду плитой почти не дымил - за лето дрова прокалились на солнце, горели и жарко, и весело.

Свежим хрустким ледком прихватило стоячую воду запруды, и лишь колесо днём и ночью вращалось, давая энергию дому.

Иван запретил всем (и даже себе) пытаться приблизиться к берегу: лёд на подобных речушках непрочный. Купаться в холодной воде не хотелось: здесь явно не Крым.

Рыбалка закончилась.

/////

Олёна спокойно вязала, когда вдруг погас электрический свет. Иван побежал посмотреть, что случилось. Вернулся угрюмым.

Прорвала запруду вода. Осталась стоять ледяная прозрачная крыша, да только воды под ней не было. Узкий ручей бежал по обкатанным чёрным камням подо льдом, исчезая в проломе.

Колесо генератора встало.

Есть дизель, но топлива мало. Вот как-то не думал Иван, что зиму придётся прожить на остатках солярки.

Режим экономии. Инга поникла: прощай интернет, коллекция фильмов и жизнь "независимой дамы" в своём кабинете. Без воздуха там не прожить, а компрессор уже остановлен.

Олёна заплакала: скоро погибнут теплицы. Не будет энергии - значит, замёрзнут посевы. Пропала работа. Один только кот глядел немигающим взглядом на всех, подставив пушистое брюхо под руку Олёны.

И что теперь делать?

Смириться. Иван достаточно часто терял и затраченный труд, немалые деньги, и даже надежду - вот только сейчас он уже не один.

- Потерпим,- сказал он команде,- Ничто. Проживём, не впервой.

Устроил ревизию: в общем-то жрачки хватало. На полках в пещере лежат сухпайки, в подполье под домом - картошка, в сенях - крупа и мука. И достаточно много.

Когда встанет лёд на Реке, к рациону добавится рыба. Иван успокоился. Лёна затихла, а Инга его осчастливила:

- Может, вручную крутить?

- Не сможем. Не хватит силёнок. Придется терпеть до весны, а там будет видно.

///

Зимой, в декабре, когда день стал заметно короче, Людмила забросила сидор на плечи, взяла из кладовки мелкашку, и на широких охотничьих лыжах отправилась в лес.

- Может, вместо тушёнки найдет что-то свежее? Лучше козу,- подпрыгнула Инга.

- Ты чо, не видала? Она же не "Сайгу" взяла.

- И что? Может, ей так удобней.

- Мелкашка нужна добывать соболей. Козу из неё не убьёшь - да и нет их. Ушли они, козы, на юг - там под снегом трава зеленее, чем в горных долинах. В горах тяжело - вот и ходят рогатые дальше на юг каждый год по зиме.

- И скоро Людмила вернётся?

- Не скоро,- ответила Лёна.- Скорее всего, к февралю, когда обойдёт всю округу. Он, соболь-то, будет бежать, а мама и Чара - за ним. Без собаки его не найдёшь.

/////

По льду, когда встала Река, приехал майор на гремящей большой гусеничной машине. Закутавши дочку в собачью доху и унты, увёз в гарнизон, на военную базу. Учиться.

Заканчивать школу.

Оставил солярку - три бочки. Роскошный подарок.

Олёна, проверив посевы, сумела заставить Ивана включать генератор в теплицах - совсем понемногу, но чтоб сохранить урожай, чтобы всё не пропало.

В тоннелях зимой было холодно, сыро - но, к удивлению Лёны, земля не замёрзла, а лампы подсветки давали тепло. Уцелели картошка, морковка и репа - капуста не выжила.

Погибли кусты помидоров, зато уцелели посадки совсем экзотичного киви - тропический фрукт оказался на редкость живучим. Иван как-то вспомнил историю (и рассказал её Лёне), что киви - продукт многолетней селекции дальневосточной, а не тропической ягоды.

Местная, значит.

///

В конце января, когда Лёна стирала бельё, из леса явилась усталая лайка, а следом за ней, осторожно ступая, Людмила.

Поставив мелкашку, подвесила туго набитый мешок у двери, на улице.

- Здравствуйте, что ли.

Олёна повисла на ней, но Людмила её отстранила: - Пожрать что найдёшь?

Та метнулась на кухню, а всё понимающий Глобус отправился в баню - растапливать печь.

Собака, обнюхав кота, улеглась у камина.

Потом, после бани, за чаем Людмила сказала:

- Сходила зазря. Нет в тайге соболей. Ушли. Никого не поймала.

Иван промолчал, вспомнив туго набитый мешок.

- То белки. Немного стреляла, а вот соболюшек и нет. Не везёт. Только харч извела.

- Бывает,- заметил Иван Николаич.

- Бывает,- кивнула Людмила,- Спасибо вот ей,- она потрепала за ухо собаку,- а то бы вернулась пустая, как бубен. Хоть белку варили.

Собака лизнула ей руку и сделала вид, что хочет напасть на кота. Кот с явным презрением фыркнул и снова заснул, повернувшись к камину другим, непрожаренным боком.

- Соскучилась, сучка,- заметила женщина.

- Чара, она человек,- ответил ей Глобус,- Конечно, скучала. Нельзя жить собаке без дома, а здесь - все свои.

- А то,- подтвердила охотница,- все тут живём.

/////

К весне, постепенно заделав пролом, Иван запустил колесо. Генератор со скрипом, но впрягся в работу - а Глобус отправился снова в забой.

На этот раз двигался в сторону круглого озера.

С трудом, понемногу проход становился длинней. "Купить что ли чёртову хрень, как у Инги?",- подумал Иван,- "Чтобы ноги не бить"

Представив себя разъезжающим в тёмном тоннеле на электрическом байке и почему-то с котом на плече, Иван рассмеялся. Закончилось трудное время - теперь станет легче.

Приходит весна.

9. Весна - Лето

Весна наступила внезапно: вчера ещё снег покрывал всё вокруг, а нынче на южных, оттаявших склонах уже появились ургульки.

Простые цветы, но как же приятно увидеть их яркие синие краски - соскучились все после долгой и серой зимы.

Вдали, за ручьём, на пригорке Иван как-то видел не только обычные синие первоцветы, но серые, серо-голубые и даже розовые - целые поляны цветов.

Берёзы, совсем по-домашнему, напоминая родной среднерусский пейзаж, росли вдоль ручья. Глобус доже поморщился - больно красиво - совсем идиллический вид в краю, где вокруг только сосны, листвянки да пихты.

Из суеверия, Глобус старался держаться подальше от мест, наводящих на грустные мысли - но за цветами для Лёны ходил.

Отдавая цветы своей наречённой, смущался, краснел, усиленно делал вид, что ургульки принёс для настойки: отличное средство от боли в спине и суставах.

А то ж.

Даже дикие козы, вернувшись из южных долин, сходили с ума от ургулек - носились по сопкам, стараясь урвать побольше небесных вкусняшек.

Людмила косилась на коз, но винтовку не трогала - знала, нельзя их стрелять, пока ждут по весне пополнения в козьем семействе. Козла с жёстким мясом не взялся бы есть даже неприхотливый Иван Николаич.

//////

Однажды исчез Лёнкин кот. Не пришел даже к рыбе, которую Глобус в реке наловил для него. Олёна внимания не обратила - возилась с Настёной, и только Людмила заметила:- Лёнке смотри не сболтни.

Иван только хмыкнул. Кошак растворился бесследно, собака понюхала след и отправилась спать.

Пропал кот.

Наверное, бедный, попался какому-то зверю: вокруг по весне много хищников. Даже голодный медведь, проснувшись, сожрать может белку, сурка или серую мышку - и что ему кот: обнаглевший, ленивый, отъевшийся на домашних харчах.

Только хрумкнет.

////

В июне, когда по стране отшумели экзамены, а затем выпускные, явилась пропавшая Инга.

- Иван Николаич,- подступила она к Командору,- Можно, я буду твоей женой?

- Я женат,- сообщил ошарашенный Глобус.

- Ну и что? Лёна будет не против, если нас будет двое. Даже церковь во время чумы разрешала двоих совершенно законно.

- Подрасти не желаешь? Мала ещё! Замуж тебе...

- Cдала все экзамены. Вот аттестат,- она помахала бумагой. Между прочим, экстерном сдала, за три года! Теперь я большая.

- Так... Жди меня здесь!

Глобус с треском скатился с крыльца, спотыкаясь, метнулся к реке, к тальниковым кустам у бегущей воды. Возвратился с большой хворостиной.

- Значит, взрослая? Вот я тебе! - и погнался за Ингой с прутом тальника, попадая по мягкому месту, туго обтянутому джинсой, и по гладкой девичьей спине.

Инга с визгом носилась по берегу, пока не взлетела с разгона на высокий скалистый останец. Раззлюченный Глобус остался внизу, размахивая хворостиной, как тигра хвостом.

- Попадись мне! Невеста нашлась...

Через четверть часа, когда Глобус немного остыл, Инга робко спросила:- Мне долго сидеть?

- Пока снег не пойдёт,- рявкнул Глобус, но, взглянув на Олёну с Настёной, припёр деревянную лестницу.

- Слазь! И чтоб даже не думала мне...

Выпускница покорно спустилась, но сказала вполголоса:- Очень мне надо! Захочу - выйду замуж хоть завтра. Только в городе мужа найду.

Или двух.

- Хоть полсотни,- ответил Иван Николаич,- Только прежде спроси у отца и дождись, пока стукнет хотя бы семнадцать. И за каждого нового мужа - один дополнительный год.

- Я помру старой девой,- ответила Инга в печали.

- Жрать идите,- закончила споры Людмила,- Надоело. Остынет же всё!

///

Ближе к осени, Глобус решил прогуляться в Посёлок - прикупить кое-что. На завалинке бывшего дома Людмилы обнаружил кота, как две капли похожего на пропавшего этой весной Василия.

На "кыс-кыс" кот открыл один глаз, и, увидев Ивана, отвернулся. Ухоженный вид, явно сытая жизнь в старом доме... Кот неплохо устроился - хоть и у новых хозяев.

Что поделать - коты верно служат не владельцу, а месту. Территории. Дом - котовая собственность. Василий прошёл по тайге, где, бывает, и взрослый охотник блудить начинает, шестьдесят километров.

И это совсем не шоссе.

Поразмыслив, Иван оставил в покое Василия - но когда возвращался в тайгу, прихватил с собой гревшегося на завалинке у магазина котёнка, справедливо считая, что собственной территории у него ещё нет.

Деревенская мудрость гласит, что ворованной кошке шанс прижиться в чужой стороне выше, чем покупной. Потому-то никто не пытается кошку купить - кошек только воруют. Традиция, блин.

Кошатёнок проспал всю дорогу, и Иван подарил его Лёне. Олёна, вздохнув, отдала его Насте. Хозяйка осталась довольна, а Олёна... Олёне хватало забот.

10. Озеро

Озеро было большим - с километр в диаметре - но абсолютно безжизненным. Рыбы Иван не нашел, и даже растений, обычных в таёжных озёрах, не видно. Сплошная вода.

Прозрачная тёмная глубина начиналась от самого берега.

В центре почти идеально круглого водоема виден был островок, когда-то конусовидный, но уже слегка сглаженный временем и дождями.

- Похоже на кратер вулкана.

- Нет-нет, не вулкан. Здесь почти идеальная форма, а в центре кальдеры ударная горка. Скорее всего, под ней и лежит наш небесный пришелец.

- Метеорит?

- Астероид. Довольно большой.

- Из золота?

- Как бы не так. Хондрит, каменюка с кусочками угля, каких большинство, В лучшем случае - он из железа и никеля. Невыгодно. Да и лежит глубоко.

- Вот было бы здорово, если...

- Мечтай. Но копать все равно тут не дам. Обвалится штольня-то. Трещин здесь много, да и вода слишком близко. Погубим людей.

- И нахрена мы сюда пробивались с такими трудами?

- Работы ей жаль. Посмотри-ка с другой стороны, как нам приспособить находку для дела.

- Откроем яхт-клуб? Дикий пляж? Казино?

- Болтушка,- насупился Глобус,- Немного подумай своей бестолковкой. Вода абсолютно прозрачная, живности нет - и, значит, она не стоячая. Если приходит вода - наверно, уходит куда-то?

- Начальник, ты гений. Так надо искать куда вытекает вода-то, а если есть сток - значит, есть и река. Потом генератор поставим, и будем со светом всю зиму и лето. И даже весной.

- Ну да,- отозвался Иван,- под землёй-то не мёрзнет вода.

- Найдем твою реку!

И реку нашли.

/////

Огромное озеро разом решило проблему с жильём: не каждому будет комфортно сидеть под землёй. Когда появилась возможность построить квартиры с реальными окнами, желающих жить и работать в посёлке прибавилось.

Построили садик (с лужайкой и лесом) для мелких детей и просторные классы. Пока ещё школьников нет - но пусть будет школа. В ней можно и взрослых учить.

Естественно, в каждой квартире есть доступ к Сети (не той, что снаружи, а к собственной, умной), а рядом - кафе/ресторан (столовая, если по-честному), узел Доставки и склад.

А в центре посёлка медпункт - небольшой, но довольно приличный. Командует им Вероника, а две фельдшерицы следят за порядком и заняты мелкой работой.

Шприцы полируют.

Шучу, если что.

////

Промышленный центр (звучит прямо как настоящий) - это несколько небольших цехов по ремонту оборудования и изготовлению всего, что нам нужно на каждый день.

Например, литейные мастерские для производства базальтовой плитки. Электропечь разогревает каменную крошку до температуры плавления (1200-1300 градусов), а затем разливает расплав в специальные формы.

Проблема лишь в том, что базальт не совсем однороден, желательно выдержать форму с расплавленным камнем какое-то время, чтобы тяжёлые частицы опустились на дно.

Ускорить процесс помогла центрифуга - под действием перегрузки осаждение твёрдых тяжёлых частиц идёт куда лучше, быстрее, и потому формы для отливок расположены на вращающейся "карусели".

Заодно повысилась прочность готовых деталей.

На экспорт мы делаем тротуарную плитку - практически вечную (трудно разбить каменюку), с рисунком на верхней поверхности против скольжения, в последнее время - с цветными добавками.

Есть минералы, которые придают камню нужный оттенок: зелёный, сиреневый, тёмно-бордовый и даже почти фиолетово-синий.

Работать в цехах тяжело, но не жарко - холодное озеро рядом, отводом тепла и охлаждением воздуха озаботились сразу. Кондишн (проще сказать, холодильник) справляется, а излишки тепла уходят на подогрев воды в круглых бассейнах.

Купальный сезон круглый год - даже пальмы растут. Но в кадках, конечно. И фиников нет.

По просьбе трудящихся (как же без них - у нас демократия), несколько "пляжных" бассейнов заполнили прямо из озера - жуть ледяная, но для контраста полезно. Поплаваешь в тёплой воде - и бух в ледяную! Конечно же, душ есть горячий - согреться, когда очень сильно замёрзнешь - но плавают больше в холодной.

Им так интересней.

/////

Что интересно, квартиры на озере популярны почти исключительно у новичков, а старожилы уходят поглубже - туда, где рабочие сутки длиннее - обычно, часа тридцать два.

Похоже, естественный цикл.

11. Подземная река

Осторожный Иван, опасаясь прорыва воды, вёл подземную штольню к реке высоко - выше уровня озера метров на пять.

Не спеша пробиваясь вперёд, он вполне понимал, что река может быть под ногами, и тогда им придётся пробить вертикальный колодец.

Но такого, конечно, не ждал: когда камни посыпались вниз и возникла дыра - в темноте шум воды был не слышен, а свет фонаря потерялся в громадном естественном зале.

Осторожно спустившись по лестнице (пришлось притащить - с высоты пяти метров спуститься непросто), оказался на ровной обширной площадке. Впереди, почти бесшумно текла река, а потолок сводчатой пещеры уходил в темноту метров на пятнадцать-двадцать.

Олёна, увидев пещеру, тотчас нарекла её храмом и нацарапала крест на неровной стене. Действительно, было в громадном естественном зале что-то торжественно-грозное.

Иван, по привычке, не стал комментировать Лёнин порыв, а Инга из вредности тут же решила царапать знак мамы-анархии и сатанизма (ну, то есть звезду), но слегка поразмыслив, решила Олёну не злить.

В самом деле, ведь каждый имеет законное право царапать, что хочет. Пусть будет собор, то есть храм. Он похож, если честно.

Сюда бы еще витражи на высокие окна из стёкол цветных, только окон-то нет... Но, впрочем, нетрудно придумать и окна. Витражные стёкла сварить можно даже самим, если сделаем печь и найдем реактивы.

Собор так собор.

/////

Иван обошел с фонарём всю доступную площадь. У дальней стены, за подземной рекой, площадка была не такая большая, но тоже могла пригодиться.

"Построить бы мост",- подумал Иван,- "А затем нужно делать плотину с турбиной. Энергии здесь - завались, и зимой не замёрзнет, не то, что на нашей запруде".

В длину зал оказался довольно большим - метров сорок, и непохоже, чтобы потолок где-то обваливался, на полу упавших камней нет.

"Здесь-то мы ГЭС и постороим",- решил Командор, и забрав за собою девчонок, отправился праздновать.

Было чего.

12. Вероника

Поначалу мне эта затея не нравилась: не лучшее место для жизни - пещера. Пусть даже со всеми удобствами.

Ведь я, как вы знаете, медик - а здесь теснота в коридорах, состав атмосферы другой и отсутствие солнца... Добавим к тому чудовищный сенсорный голод - от этого сходят с ума даже сильные люди.

Пришлось начинать с неизбежного: как-то читала, что в космосе выбор меню такой же, как в неплохом ресторане, и потому (невзирая на вопли Иван Николаича об экономии и нехватке продуктов) поставили там, где есть люди, приличные кухни. Здесь явно не космос, но трудностей тоже хватает...

Десяток-другой холодильников, микроволновки, индукционные печи (Иван только морщился, но покупал всё, что нужно) почти исключили не только болезни желудка, но и неврозы. Желудок и мозг очень тесно работают вместе - и вместе болеют.

Потом - распорядок работы и отдыха. Интересно, но день под землёй идёт по-другому, и в этом режиме (двенадцать часов отдыхаем и двадцать работаем) - как минимум, темы для двух диссертаций.

"Сверхдлинный" режим человеку удобней - я в этом сама убедилась, и потому распорядок работ под землёй совсем не такой, как привыкли мы все на Земле.

И это - совсем не метафора. По психотестам выходит, что жители наших подземных краёв совсем не считают себя частью внешнего мира, планеты. Мы все - как в большом корабле, затерянном в космосе.

Наивные Дашкины сказки - рисунки за окнами - смотрят практически все. Картинки реальные, с камер, теряют поклонников: мы далеко от Земли.

Наверное, стоит и Инге, и Дашке подумать о том, чтобы их результаты оформить, как следует и напечатать статью в приличном журнале.

"Ланцет" подойдет.

Вторая работа ещё интереснее: спектр излучения Солнца достаточно трудно создать из обычных источников света. Поэтому мы разработали несколько спектров, а после нашли оптимальный - и это не жёлтый!

Намного удобнее жить и работать, когда "белый свет" травянисто-зелёный, но по желанию может быть белым и жёлтым, и даже слегка красноватым - для каждого свой, как удобней.

Возможно, мы все были где-то совсем не на этой планете, а на Земле - только малая часть рассеянной в космосе жизни. Кто знает, где жили мы раньше - и где будем жить!

///

Отдельная песня в теплицах - там свой микроклимат, своё освещение, свой распорядок день/ночь: короче, растения - это не люди. Они по-другому живут.

Состав атмосферы другой, и зависит от цикла - когда светит "солнце" процент углекислого газа повышен, а ночью в тоннель подаём кислород. Они тоже дышат, цветочки-огурчики, тоже живые...

И, кстати, насчёт кислорода: совсем непростая задача. Вблизи от поверхности можно и нужно гнать воздух большими насосами, но на большой глубине не хватает энергии: слишком уж длинные трубы.

Поэтому воздух мы делаем сами.

Стеклянные ящики (прочные, кварц - не обычные стёкла), в которых живут и успешно плодятся зелёные водоросли. Всё пронизано лампами (свет очень нужен) и трубами, по которым насосы качают выделяемую людьми при дыхании двуокись углерода.

Получается замкнутый цикл.

Подводная лодка - но очень большая...

Избыток зелёных растений уходит на корм толстолобикам (вкусная рыба!) или в цеха целлюлозы. Не только бумага, но и сырьё нашей химии.

Этиловый спирт гоним тоннами - правда, пока на продажу. Я, знаете, виски люблю, а спирт из реактора - бяка. Побочный продукт.

/////

Когда Иванов предложил переехать под землю, я даже опешила - как же карьера, друзья - и только потом догадалась, что дура я, дура, он так меня замуж зовет.

И я согласилась.

Вот с Ингой не сразу сошлись - уж больно девица себе на уме, скорее, у нас перемирие. Вооружённое. Дочка ревнуют к отцу - закон психологии, что ж тут поделать.

А с Дашкой - другое. Когда мы её подобрали почти без сознания в городе, я, грешным делом, подумала - поздно. Не выживет девка. Температура под сорок и хрипы. В больнице диагноз поставили - двусторонняя пневмония.

Но выжила. Крепкая девочка.

Она сирота. Из детдома сбежала, и вот - заболела. Пока я сидела в палате, майор доставал по знакомым лекарства - нашёл. Я не знаю, уж как - нашёл всё, что нужно. И вовремя. Выжила Дашка.

Потом я металась по всяким комиссиям и собирала бумаги для Дашки. Хотела забрать, то есть удочерить - но мне отказали: кто я - ни квартиры, ни мужа.

И тут Дашка снова сбежала, уже из больницы - пока не отправили снова в детдом. Теперь ей грозила психушка закрытого типа - с решётками и седативными препаратами. Жуткая штука.

Я думала, чокнусь: сходила с ума, искала её по подвалам и местным помойкам.

Нашли её здесь же, в больнице - майор поднял лучших людей, свох волкодавов-разведчиков, те за полдня с трудом отыскали беглянку на кухне - в шкафу.

Сидела, как мышка - на полке, среди сковородок.

Теперь мы живем вчетвером: Инга с Дашей, Сергей, ну и я вместе с ними. Я счастлива. Думаю, Дашке здесь лучше, чем там.

В детдоме девчонку не ищут - списали. Майор позаботился: сделали справку о смерти, а мы с главврачом, отмечая воскресшую Дашку, нарезались в хлам. Виски с колой люблю - но меру знать надо.

Хороший мужик этот врач. Расстроился, когда спьяну призналась, что Дашка мне больше, чем дочь - своих у меня не предвидится. Чёртов осколок...

Командировка была неудачная - миной накрыло, а в госпиталь вывезли лишь на четвёртые сутки. Спасли, что сумели - сумели не всё.

Теперь вот хромаю. Меня бы прогнали со службы, да только майор заступился - оставил в рядах. С тех пор служим вместе. Живём тоже вместе - а дети....

Такая судьба.

13. Михалыч

С Михалычем познакомилась Инга - в Сети она выясняла какой-то вопрос, в котором сама ни бельмеса, но сам Командор попросил её сделать и Инга старалась. Всезнающий Гугол остался глухим и немым, и только Михалыч помог разобраться.

Геолог на пенсии (и неплохой инженер) он был настоящей находкой, но Инга устала быть просто посредником - Иван Николаич пытался понять, что скажет Михалыч - и часто не слишком успешно.

В конце концов, Инга, прикинув расходы, прислала билет инженеру и добрых полдня сидела в тоске, дожидалась его в душном зале - борт в Город опаздывал.

Михалыч забрал свой багаж (здоровенный рюкзак), погрузился в такси и, после недолгой поездки, полез вслед за Ингой в моторную лодку.

Добрались нескоро, уставшая Инга, стремясь побыстрее доплыть, слегка перегрела мотор. Разобрав карбюратор, Михалыч прочистил жиклёр и уселся на заднюю банку - рулить битой жизнью "Казанкой".

Под вечер, когда на реке уже стало прохладно, причалили к отмели. Крякнув, Михалыч взвалил свой рюкзак на широкую спину, и пошагал вслед за Ингой.

///

Назавтра, они с Командором отправились внутрь горы и пропустили обед. Под вечер вернулись довольные оба.

Гость сходу включился в работу. С собой в рюкзаке он привёз прямоугольный геологический компас с визиром в футляре из мягкой кожи, лазерный теодолит и молоток с отполированной до блеска за долгие годы службы длинной деревянной рукоятью.

Вечерами, хваля поварское искусство Людмилы и Лёны, пенсионный геолог рассказывал байки из жизни - может, правду, а, может, и нет - но всегда увлекательно. Слушали все, только Глобус скептично, а остальные с восторгом.

Историй он знал превеликое множество - частью своих, а частью услышанных у таёжных костров на таких же вечерних тусовках.

///

Узнав, что в подземном соборе надумали ставить турбину, Александр Михайлович предложил Командору построить плавильную печь.

- Породы вокруг подходящие: местный базальт довольно легко расплавлять. Получим достаточно прочный кирпич, износостойкую плитку, шары для дробилок - да всё, что угодно.

Часть можно продать, а большую часть кирпичей пустить на облицовку тоннелей. Получим гарантию от обрушения сводов, а заодно снизим влажность. Нельзя же бороться с водой обычными воздуходувками - это и дорого, и не всегда эффективно.

Подумав, Иван согласился. Готовую печь (купили в Китае - спасибо сети интернет) поставили в штольне, поближе к запруде. Турбины пока ещё не было, и потому печь купили совсем небольшую - но даже такая, компактная печка, жрала электричество так, что отключалась подсветка в тепличных тоннелях.

Зато появился товар на продажу - и прибыль, пока небольшая, но всё ж...

////

В очередной выходной Михалыч решил побродить по округе - естественно, с неизменным своим молотком. Вернувшись под вечер, нашёл Командора.

- Иван Николаич, сегодня ходил на ручей, что в восьми километрах от базы, где луг и берёзовый лес по над берегом.

- Красивое место. И что там не так?

- Понимаешь, в долине ручья, как в учебнике, признаки золота. Не просто обычные знаки, какие везде, а реальная россыпь. Я думаю, стоит пойти, заложить пару-тройку шурфов. Проверить. Возможно, поставить промывку, а там...

- Запрещаю. Я был там, Михалыч. С лотком посидел у ручья. Согласен, что есть там металл, это точно - да только зачем это золото нам?

Невозможно продать. Если сделает кто-то спектральный анализ - то всё, прилетели. Особый режим, как минимум, лет на пятнадцать.

- А если лицензию?

- Сам-то подумай. Не нам в этот бизнес соваться - там ушлых таких... Затопчут!

- Так что же нам делать?

- Совсем ничего. Никому не болтай, а нас там и не было. Чёрт с ним со всем.

- Логично, но всё же... Ведь есть там металл!

- Михалыч, не делай проблему - пошло оно в *опу!. И без него здесь хватает забот...

14. Инга Иванова

Ну вот, разрастается наш новый мир.

К складам и квартирам у метеостанции добавился целый посёлок недалеко от Реки, ЭлектроСобор (наша тайная ГЭС) и мастерские у озера,

Всем что-то нужно: от инструментов до чистой воды и еды.

Параллельно основным подземным штольням проложены транспортные коридоры, по которым туда и оттуда бегут днём и ночью тележки с различными грузами.

Центральный компьютер следит за движением, но, все равно, регулярно приходится бегать, искать потерявшийся груз и ремонтировать сдохшую технику.

Конечно же, можно поставить приличный процессор на каждую из самоходных железок, но дорого, блин! Жаба давит.

И каждая из почти полусотни тележек таскает не только контейнер с полезными штуками, но и приличного веса аккумулятор - которые, кстати сказать, регулярно выходят из строя.

///

Проект обсуждали в недавно построенном Зале Собраний - сбежались и те, кому надо по делу, и те, кто пришёл просто так, поглазеть.

Задумка такая: по транспортным штольням (по две, избежать столкновений) электромагниты гоняют тележки стандартных размеров с контейнером груза.

Контроль за движением - мощный центральный компьютер и датчики в каждой тележке. Нетрудно понять, что отследить остановку (сигнал не пришёл) достаточно просто.

Ремонтный "паук" хватает беглянку с потерянным грузом, и тащит к ближайшему выходу - где её ждет добрейшая Инга с паяльником в чутких руках.

Я шучу, если что.

Идея прошла, только хитрый Иван Николаич добавил, что лучше бы делать тележки совсем без колёс - с подвесом на постоянных магнитах.

Логично.

Редкоземельных магнитов купить можно море, и стоят недорого - если, конечно же, оптом.

Я - за. Надоело колёса менять.

Насчет математики всё было просто: считаем конечные станции Линий Доставки узлом Интернет, а вместо пакетов IP - наш любимый контейнер.

Узлы сортировки (если нужны, пока обойдемся и так) - аналог маршрутизаторов, правда, придётся какой-нибудь робот-хвататель придумать, чтобы контейнеры перекидывать между дорогами.

И да - я Стругацких люблю.

////

Пришла ко мне девочка - умные глазки, косички с бантами, комбез, сапоги - и с места в карьер:

- Инга Сергевна! А что, если в окна передавать не картинку, которая с камер, а полностью синтезировать?

Будет легче настроить "День/Ночь", и картинок компьютер наделает много - разнообразней пейзаж за окном. И, кстати, вполне можно сделать фантастику - лес и озёра, драконы, вулканы, другие планеты...

- Ага! А сидеть программировать эти эльфийские кущи, конечно же, будет до всратости умная Инга?

- Да нет,- отвечает,- могу посидеть после школы.

Нашла я ей место, включила режим с весьма ограниченным доступом (ну, я же не дура пускать её к серверу в полном режиме), и через месяц-другой за окном появилась картинка,

Огромное солнце зелёного цвета, бегущие тёмно-бордовые облака, леса - высоченные, метров по двести, а в этих лесах, вроде, кто-то живёт.

- Пока не успела составить программу для птиц и зверей. Нужно больше ресурсов.

Ресурс я ей выдала. Сильно расширила память, и даже планшет отдала, на котором люблю рисовать. Достойно придумала хитрая школьница Даша - пожалуй, найду ей диван в закутке, чтоб бегать домой не пришлось. И даже достану ей скутер - для скорости.

Раз быстро думает - пусть быстро ездит, зачем время даром терять.

И мне интересней. Придумывать мир любопытней, чем просто следить за вороной, что вьётся над озером. Больше прикола.

Пожалуй, придётся идти к Командору - пусть выделит ставку помощницы. Стоит того.

////

Похоже, опять у нас будет работа. Михалыч считает, что в новых тоннелях придется всё делать по-новому: на глубине нет снабжения воздухом.

Идея - построить аквариум и заселить водяными растениями - производить кислород. Задача моя (ну, и Дашки, конечно) придумать систему, которая будет включать освещение только тогда, когда есть потребность в живительном газе.

Вдобавок, когда это нужно, включается турбонасос, подающий в аквариум накопившийся в специальных колодцах-ловушках углекислый газ. Он тяжелее, чем воздух.

Задачка и так непростая, так нужно ещё контролировать примесь метана (который природный газ, гадость такая), азота и прочих неонов-криптонов.

Ах да, разумеется: влажность, давление воздуха, температура (но всем управляет компьютер) и непрерывный контроль радиации.

Канареек им всем раздавать?

///

Для каждого сделали сумочку - самоспасатель. В ней датчики (минимальный набор) и аппарат для дыхания. Воздуха мало, но выйти к убежищу можно успеть.

Олёна расшила мне сумку с прибором узорами: во-первых, красиво, а, главное, сразу понятно, что я - не простой пешеход, а житель Колонии.

Многие делают так же, но есть и такие, кто ходит с простой брезентухой. Забыть эту штуку почти невозможно - ближайшая дверь, не обнаружив устройства, поднимет тревогу.

Простейший же датчик...

И да - в каждом датчике номер, свой собственный. Можно узнать в любой момент времени, кто где находится - и, разумеется, где был до этого.

Логи в компьютере пишутся.

Тотальная слежка?

- А вы что хотели? Здесь люди рискуют своей головой, и потому мы обязаны знать, если что-то случится.

А толерантность у нас на поверхности - если кому не по нраву закон Командора (точнее - традиции, нет здесь закона), то можно вернуться. Дорога открыта, вот только второй раз тебя не возьмут.

Как-то так.

15. Глобус

У нас появился геолог - Михалыч. Седой старикан в неизменной ковбойке и джинсах, брезентовой куртке, ботинках на толстой подошве и с молотком в рюкзаке.

Для начала, ругательски обругав нашу с Лёной и Ингой работу, разметил, где нужно усилить крепёж, а затем предложил, как отлить из базальта (который мы дружно валили в отвалы) крепёжные блоки.

Достаточно хитрая штука. Сначала - фигурный кирпич, похожий на кубики "Лего" один за другим собирается в стену, причём, для особой надёжности, между соседними блоками вставляются металлические штыри.

Добавлю, что собирается эта конструкция на клею или портланд-цементе, и после отвердевания связки становится прочной, как камень.

Хотя, оно, собственно, камень и есть.

/////

Увы, не успел я его похвалить и придумать, чем можно его наградить за труды (разве тортик испечь - очень любит старик баловать себя сладким), как этот медведь престарелый, взяв в помощь готовую к подвигам Ингу, построил в лесу дистиллятор.

Из набранных ягод злодеи поставили брагу, а после всю ночь просидели, следя за процессом. Коньяк КВН (*коньяк, выгнанный ночью), фильтрованный в угле от противогаза, настоянный на лимонных огрызках и с добавлением шоколадки "Аленка" (другой шоколад не годится по мнению специалиста-геолога), предъявлен был мне для осмотра и пробы.

Случившийся рядом майор, коньяк признал годным (Михалыч расцвёл), но Инге его запретил дегустировать. Инга обиделась (взрослая, типа - хочу и напьюсь), и выпила стопку (ну ладно, не стопку - полкружки), а после скрывалась в кустах и имела весьма бледный вид.

Пришлось намекнуть, что этиловый спирт весьма неприятно влияет не только на стройность девичьей походки, но и на умственный статус любителей огненной жидкости.

Поэтому Инга отныне не пьёт ничего, крепче кофе, а на Михалыча смотрит, как мышь на крупу. Да ладно, когда будут вместе работать - забудут обиды.

Так что мне с ним делать - ругать, или, всё же, хвалить?

////

Людей, понемногу, становится больше и больше: уже появились традиции. Начали делать ножи - вроде финского - и носят на поясе. Мода такая.

Хорошую сталь варим сами, проблемы с металлом давно уже нет - пусть развлекаются. Да и наша медичка сказала, что эти железки - лишь способ публично, для всех, сказать о своей принадлежности к обществу, клану,

Как татуировки на зоне.

Мне нож подарили особый - с серебряной ручкой и чётким клеймом на клинке: перекрещены молот с кайлом. Людмила сама сшила ножны из шкуры козы - красивые, вышиты бисером. Буду носить на виду.

Олёна с ножом управляется ловко - привыкла на кухне - а Инга, едва получив свой тесак, как тут же порезалась, но не заткнулась, а заказала такой же для Дашки. Пришлось добывать и вручать - это чадо вполне заслужило.

Оружие - символ свободы. Счастливая Дашка, наверное, спит вместе с этим ножом, а мне непривычно - мешает, зараза. Но надо - я, типа, глава, или где?

/////

Сегодня домой не вернулся Михалыч.

Ходил на разведку по дальним тоннелям с привычным своим молотком, а к вечеру - нет его.

Стали искать. Нашли уже поздно - инфаркт. В новых штреках пока не поставлены датчики, и потому слишком долго искали. Уже не успели.

В наследство оставил геолог подробную схему тоннелей с анализом - где что лежит, рецепт "коньяка" - самогона с лимонными корками и шоколадкой "Алёнка", и два полотняных мешочка с песком.

Тяжёлые.

Золото. Всё же поддался геолог соблазну - ходил в ту долину с лотком для промывки, и даже не раз. Там богатая россыпь - такую встречаешь раз в жизни...

Похоронили его за ручьём, на пригорке. Красивое место. Поставили памятник: камень и даты рождения - смерти.

Прости нас, Михалыч.

////

Людмила решила уйти.

Сказала, не может без воздуха - тесно ей в наших пещерах.

Взяла на дорогу продукты, патроны и свистнула лайку:

- Сучара, пошли!

Закинула сидор за плечи, винтовку, кивнула Ивану:

- Удачи, зятёк!

Взглянув напоследок на дом с огородом, ушла по тропинке в тайгу по неровным прибрежным камням.

16. Вероника

Живу я здесь весело.

Только контроль атмосферы - совсем не простая задача - за мной и моими девчонками, а кроме того - психология, спорт, организация отдыха, в общем, морально-психологический климат.

И это не всё.

Контроль карантина (чтоб пришлые люди какой-нибудь бяки с поверхности не занесли), гигиена и санитарная служба, прививки (а как же без них), ну, и конечно, любимая травма.

Спасибо начальству - медпункт у нас есть. Не госпиталь, но рентген мы купили, и есть барокамера. Лечим, бинтуем и режем.

Случаются травмы. Работа в забоях опасна, и время от времени к нам пациент попадёт. Пока (тьфу-тьфу-тьфу) без летальных исходов, но переломы встречаются.

Даже тяжёлые.

Недавно вот парень попал, с переломом берцовой кости - так он попытался с гипсом на ноге вернуться к работе. Пришлось вызывать Командора.

Иван Николаевич выслушал парня, а после позвал к нему Ингу - найти ноутбук и подключить человека к работе, но так, чтобы с койки своей не вставал.

Никите, с его переломом, лежать еще долго - но, вроде бы, Инга придумала способ дистанционной проходки тоннеля (с любимой тележкой от скутера и сервоприводом для отбойной машины).

Теперь пациент не считает себя дармоедом, а Инга готовится к свадьбе. Давно бы пора.

Не знаю, что скажет на это Дашутка - они были с Ингой как сёстры - но жизнь есть жизнь. Поймёт понемногу. Надеюсь, поймёт и простит.

/////

Недавно построили новый спорткомплекс: простой, как и всё, что мы делаем - но интересный. Пришлось совместить (места мало!) почти олимпийский бассейн и ледовую трассу: теперь молодежь разгоняется по искусственным горкам - и в воду.

Бултых до небес, а визга-то, визга!

...А плавать в коньках я пока не решаюсь. Стара я для этих забав - разве, только попробовать, когда посторонних не будет.

Для Дашки и нескольких мелких девчонок/мальчишек построили необычный фигурный бассейн - с подводными гротами, домом, мостом, фонарями... Чудесная вещь.

Сначала ныряли, как есть, без приборов, а после кому-то из них пришла в сумасшедшую голову мысль использовать самоспасатель. А что - в нём есть маска и воздух, минут на пятнадцать.

У каждого в сумке.

Для мелких проныр достаточно, чтобы облазить бассейн три раза без всплытия. Придётся поставить зарядку приборов поближе, а то будут бегать с пустыми, и понемногу расширить "волшебный" бассейн, чтоб было куда интересней.

Пускай бултыхаются - это полезно.

17. Курорт

Курорт - совершенно чудесное место. Высокие сосны, пологие сопки, долина, в которой змеится река с потрясающе чистой водою.

На склоне горы разместились строения: два жилых корпуса, а между ними - лечебный. На уровне второго этажа здания соединяются крытыми переходами так, что зимой можно будет пройти из корпуса в корпус в домашней одежде, не выходя на мороз.

Жилые корпуса - пятиэтажные, на каждом этаже - комфортабельные одно - и двухместные номера. Вдоль фасада, по каждому этажу тянется широкая, метра четыре, веранда, выйти на которую можно из любого номера.

Каких-либо перегородок здесь нет, и потому на веранде постоянно находятся люди: кто просто болтает с соседями по этажу, кто загорает, а кто-то сидит в широченном шезлонге, наблюдая за рекой и долиной внизу.

Веранды соединяются лестницами - эта особенность делает весь санаторий единым: из комнаты в комнату можно пройти по верандам или по внутренним коридорам.

Внутри, в каждом из жилых корпусов - небольшой зрительный зал и столовая, оборудованная по последнему слову техники.

Надо ли говорить, что склады и технические службы находятся под землёй, обеспечивая санаторий теплом и энергией, водой и продуктами из подземных теплиц.

///

Вероника (типа главврач в этом доме) спросила Иван Николаича:

- Что будем делать?

- Не понял,- сказал Командор, озираясь вокруг.- Получилось красиво.

- Красиво, да только воды минеральной здесь нет.

- А надо?

- Желательно. Если хотим эффективность, а не дом отдыха с картами по вечерам.

- А что, карты есть?

- Даже шахматы. Ты не ответил - где воду-то брать?

Воды минеральной поблизости не было. Просто воды - хоть залейся.

- Добавим в обычную воду какой-нибудь соли?

- Природу решил обмануть, Командор? Не выйдет, она, сука, умная. Что бы тебе не построить такую красу поближе к источникам - скажем в Таёжном, или, хотя бы, на прииске Солнечном?

- Построили то, что смогли. Не думали, что минералка нужна.

- Не думали - это уж точно...

Попытки бурения дали пустышку - воды минеральной здесь нет.

Подземный источник нашёлся в двухстах километрах. Переносить санаторий - невыгодно, да и опасно: вблизи от ключей с лечебной водой проходит разлом. Тектонический. Может тряхнуть - а выдержать пять-восемь баллов подобным постройкам непросто.

Осталось одно: доставлять к санаторию воду каким-либо способом.

Автомобильной дорогой? - И дорого, и неудобно: вода замерзает зимой. Железной дороги здесь нет - да и та же проблема: зимой разоришься - цистерны порвёт. Вода, замерзая, расширится - и никакая стальная цистерна не выдержит.

Решили прокладывать новый тоннель от санатория к минеральным источникам. Дорого, долго, зато не бывает зимы под землёй: там тепло.

Когда прокопали тоннель, поначалу решили прокладывать трубы - качать минералку. Потом, оказалось, что это не слишком удобно: осадки забьют трубопровод.

На выходе концентрация нужных веществ упадёт, а трубы менять под землёй: развлечение - лучше не надо.

- Сумеет дорога твоя возить нашу воду за две сотни верст,- обратился Иван Николаич к конструктору Инге,- Так как?

- Что хитрого. Только контейнеров много придётся использовать. Тонна воды - это двадцать тележек, а нам нужно много. Бассейн один потребует три сотни тонн, да плюс еще ванны, и душ, и другие хотелки.

- Так сделай контейнер побольше!

Прикинули. Если контейнер диаметром полтора и длиною пять метров - получится десять тонн зараз. Электромагниты поставим побольше, мощней - тем более, нужно включать только те, что потянут контейнер, передавая его "из рук в руки", от тяговой секции к секции.

Несложная схема позволит вести по дороге десятки контейнеров сразу, один за другим, а для снижения сопротивления воздуха сбросим давление.

Будут летать наши бочки, практически, как на большой высоте. Подземный такой самолёт получился...

И скорость приличная: переключаем электромагниты быстрее - быстрей полетит и контейнер (не больше восьми километров в секунду - а то улетит за пределы планеты), но даже с весьма ограниченной скоростью, те самые три сотни тонн нетрудно доставить за двадцать минут.

- Послушай, Инуся, мне кажется, сделали мы нечто большее, чем водовод с минералкой. В контейнер нетрудно засунуть любой - повторяю - любой подходящий под наши размеры предмет.

- Ага. Поворотов не будет, и, значит, контейнеры могут быть вдвое длинней. А это уже десять метров...

- Да хоть пятьдесят! В программу добавим контроль длинных грузов, а мощности просто добавим. Потянет магнитный разгон такие контейнеры?

- Потянет. Куда ему деться... Сделаем фирму. Возить будем грузы: я в детстве мечтала гонять по дорогам на фуре. Романтика, блин! Дальнобой...

- Запомни, красотка, на трассе гулящих девчонок не будет! Я сам прослежу, если что.

- Обижаешь, начальник,- насупилась Инга, но, впрочем, заметив лукавые искорки, тут же решила сыграть: - Разве только самой подработать?

- Вот я тебе, блин, заработаю!

- Что тут такого? Я, как челомая, сижу за компом, ремонтирую блоки, теперь вот придется тянуть силовую... Хочу и пойду!

- И как ты себе представляешь свой бизнес? Контейнеры стопить? Они беспилотные, чадо...

- Да ладно, согласна. Не вышло сейчас - придумаю что-то ещё.

- Не знаешь, здесь верба растет? Может, стоит сходить, прогуляться? Глядишь, где-то дрыну найду...

- Запрещённый приём.

- Молчи, егоза. Отыщу хворостину - Никите отдам, пригодится: воспитывать дерзких девиц.

- Кто кого воспитает...

18. Вероника

Санаторий достался с проблемами. И если одну - с минеральной водой - обещали решить, то прочих проблем было столько, что впору пойти и напиться. Жаль только, приличного виски я вряд ли найду: не тот контингент, большинство здесь не пьёт.

Не знаю, кому пришло в голову путевки продать среди "внешних" людей - не можем пока мы позволить себе отправить на отдых две сотни своих. Нас мало. Пока слишком мало.

Поэтому фирма-посредник сумела продать сорок мест детдомовским детям и столько же - детям из неблагополучных семей.

Плюс к ним - воспитатели. Двое на группу из двадцати человек, а с ними директор, начальница лагеря. Всего девять взрослых.

Отдали им западный корпус, но что делать с нашими? Тридцать детей - от шести до шестнадцати, причём большинство - полноправные граждане.

Сергей учинил инструктаж и приказал сдать оружие. Сдали со скрипом, пришлось создавать оружейку и брать на хранение кортики и аппараты дыхания.

Естественно, дети смешались. Возникли конфликты - две девочки, наша и "внешняя", Катя, не поделили Андрея - красивого парня - и потаскали друг друга за лохмы.

Карина (из наших), припомнив наказ Командора старалась конфликт погасить, и получила большой синячище под глазом. Ответный визит запретили, а столь популярный Андрей теперь избегает обеих.

Одна с синяком на всю морду, другая в тоске - я надеюсь, помирятся. Любовь в этом возрасте - страшная штука.

Дашутка моя процветает: она здесь своя в обеих субгруппах - детдомовский быт ей знаком, а в мире своём, из "подземных" её знают все. Разработчик эльфийских картинок - известная личность, а сказочный мир - в каждом доме и в каждом окне.

/////

Купаются в озере. Там, в глубине, вода ледяная - на берегу развели здоровенный костёр: вылазят и греются. Своим запретить не могу (Командор не даёт - они, в большинстве, уже взрослые люди), а вот воспитатели "внешних" лютуют - но сделать, естественно, могут немного.

Простывших лечу сухарями и чаем с малиной.

Кому-то (я думаю, Дашке) пришла в головёнку идея о том, что в озере, на глубине, вполне могут быть сундуки и пиратские клады. Нырять глубоко, и поэтому утром пришла делегация с просьбой открыть оружейку.

Пришлось открывать, но с условием, что нырять с аппаратом дозволено только своим - не хватало ещё спасать утонувших. Разумеется, всё, что сказала, пропущено мимо ушей - девяносто процентов "чужих" купаются в масках: друзья поделились.

Пришлось создавать краткосрочные курсы (ну, маска-то штука простая, надел и дыши) и ставить зарядную станцию. Четверо взрослых парней (сравнительно взрослых, конечно, им лет по пятнадцать) страхуют ныряющих.

Пиратского клада ещё не нашли, но Инга уже заказала сундук, украшенный разноцветными стёклами, и собралась утопить его в озере - там, где поглубже, набив до отказа вкусняшками.

Пусть клад найдётся.

///

Разметили трассу для скутеров.

Носятся, как оглашенные - не успеваем менять батарейки. Для безопасности пришлось срочно делать защиту на локти, коленки и головы - и заставлять надевать снаряжение.

Все наши не против: что связано с безопасностью - свято, а вот те, другие... Пришлось надавить, а в компенсацию - выдать браслеты, такие же, как у "своих" (кнут и пряник).

В браслет встроен датчик контроля движением скутера - чем старше "наездник", тем больше возможная скорость. Конечно же, кто-то из мелких не слишком доволен, но датчик нельзя обмануть: безопасность.

Святое для наших понятие. И для не наших - теперь.

Браслет дает доступ к хранилищу фильмов и книг. Девчонки надолго зависли в большом кинозале (пришлось прицепить мониторы размером побольше к Сети), а парни гоняют по трассе.

Активная часть молодежи усиленно строит ещё одну трассу, а Катя с Андреем (уже помирились) пришли с предложением: сделать воздушные гонки.

Идея простая: сиденье, панель управления, аккумулятор, четыре мотора с винтами. Да, взрослого трудно поднять - но дети-то легче, значительно легче!

Я думаю, у молодых появилась другая система отсчета - они начинают работать в трёхмерном пространстве и мыслят иначе, чем взрослые. Мы слишком сильно привязаны к плоскости.

У Инги и Дашки немедленно создана группа конструкторов, которые днём, и немножечко ночью строгают, и пилят, и пишут программы. Смешались: уже не поймёшь, кто наши, кто нет. Даже взрослые лидеры групп купаются, спорят, работают вместе с детьми - и это как раз то, что нужно. Команда сложилась.

Конечно же, есть и конфликты, но общий настрой - вполне положительный.

...Как мы их будем делить, когда всё закончится?

////

Сегодня - прощальный костёр. Королевская ночь - отбой по желанию. Будут сидеть до утра,меняться подарками и адресами, мечтать и надеяться на грядущие встречи.

Клад со дна озера всё же достали, и в нём обнаружилась куча подарков: браслеты и кольца девчонкам, заколки для галстуков мальчикам. Инуся хотела добавить им кольца в носу, но согласилась насыпать в сундук конфет, шоколадок и прочих вкусняшек в большом герметичном контейнере.

Все были рады.

А, кроме того, нашлись в сундуке и монеты (Никита чеканил, по просьбе невесты) - на каждой красуется кот с белым галстуком и усами. Номинал - 1 кот, серебро, вес - почти восемь грамм, четверть унции.

Василий - уже часть истории.

Серебро настоящее, полторы сотни однокотовых монет изготовить нетрудно. Металла достаточно: есть под землёй серебро.

Монетки - на память.

Когда-нибудь встретимся снова.

Не обошлось без трагедий: у Дашки подруга решилась бежать прямо в лагере. Очень долго искали, пока, наконец, не спросили впрямую у Дашки:

- Светлана находится здесь, в санатории?

- Здесь. Врать не буду.

- Колись, где припрятала...

- Пусть остаётся. В детдоме ей плохо - и Светка сбежит все равно, да только сюда добираться ей трудно.

- Сюда и не надо. Подставит нас всех - приедут менты и проблем будет море. Не надо так делать.

- Но как же тогда...

- Отдам ей контакт. Но только смотри, это в городе - если его провалить, нам всем будет худо, и мне хуже всех.

- Могила! Она не продаст.

- Я надеюсь.

Пропавшая девочка тут же нашлась (где пряталась - мы не узнали), а утром автобусы вывезли всех, кто был по путёвкам. Приезжих.

Свои, возвращаясь в родные пещеры, притихли.

- Вернёмся сюда?

- Непременно вернёмся!

19. Светлана

В самый-самый обычнейший день в магазинчик на улице Чкалова вошёл аккуратно одетый мальчишка. Неспешно пройдя вдоль витрин, задержался у кассы:

- Скажите, Ивана Сергеича можно позвать?

- А кто его ищет?

- Скажите, Василий.

- Минуточку.

Девушка в кассе нажала секретную кнопку. Минут через пять вошёл человек в униформе охраны, и девушка показала глазами на мальчика.

- Как звать тебя, парень?

- Наташа. Мне Светка сказала зайти и сказать то, что нужно.

- А дальше?

- Сказала, Вы знаете, что нужно делать. А это - Василий,- и парень достал из кармана монетку с котом.

- Узнаёте?

- Выходишь на улицу, сразу направо, стоит легковая "Тойота", 17-05. Садишься в неё, я тебя отвезу.

- Я здесь не одна.

- Сколько вас?

- Ещё четверо. Кроме меня.

- Совсем охренели? Вас будут искать.

- Не будут. Ушли почти чисто, ещё две недели назад.

- А ваша подруга?

- Осталась. Сказала, что будет работать, как Штирлиц.

- Какой еще Штирлиц?

- Разведчик, из фильма. Василий - пароль. Просила ещё передать ей монеток.

- Достаточно имени. Могут карманы проверить.

- А он не в кармане! Никто не найдёт.

- Подумаем...

- Мне нужно будет вернуться.

- Покажешь, куда нужно ехать?

- Сейчас покажу, а после придётся найти вариант точки сбора, и не встречаться там часто.

- Придётся найти.

Наутро оранжевый микроавтобус в сопровождении красно-синих мигалок патрульной машины ГАИ уехал из города и затерялся среди высоченных листвянок в горах.

////

Наташка вернулась. Сказала, всё вышло удачно и показала тайник. В нём спрятаны обувь, одежда и деньги. Достаточно денег, чтобы уйти без следа и незаметно прожить без особых забот неделю-другую, пока всё уляжется и можно будет выйти на связь.

Не всех можно звать на дорогу, в побег - у мелких есть шанс, что найдутся родители, усыновят; ну, а кто-то смирился, и больше не хочет пытаться. А кое-кого просто нужно убить - к примеру, Максима, который... Последняя сволочь!

Из детских приютов бегут регулярно - к родителям, тёткам, бегут просто так - подальше от этого места. Кого-то милиция ловит, а кто возвращается сам - на воле-то жизнь далеко не всегда совпадает с мечтами.

Наташа ушла второй партией - дерзко, почти на глазах воспитателей: с группой детей ушли смотреть фильм и назад не вернулись. Прошли чёрным ходом - один из мальчишек умел открывать без ключей то, что нужно открыть, и ждали неделю на снятой заранее хате в довольно приличном районе.

Искали их долго, но всё обошлось. В условленном месте их ждал грузовик, в громадном контейнере нашлось место всем. Опечатанный груз беспрепятственно прибыл на склад, где Инга и Дашка встречали гостей.

В подземный гараж, где грузились огромные фуры, нет доступа тем, кто не должен там быть - но Инга открыла контейнер не раньше, чем датчики ей сообщили: вокруг никого.

Потом поднялись по большой металлической лестнице, прошли через парк в жилой дом, что стоял на проспекте - большой новый комплекс с магазином внизу. Лифт без труда вместил всех пасажиров, но вместо того, чтобы ехать наверх, пошёл, неожиданно, вниз.

Глубоко под землёй открылись зеркальные двери:

- Пойдём,- сообщила им Даша,- Приехали. Дальше пешком.

Шли долго. Девчонки устали, мальчишки держались, но Дашка бежала вперёд, пока за одним из бесчисленных шлюзов-дверей не обнаружился поезд. Почти настоящий, но маленький, и не на рельсах, а в воздухе, на магнитной подвеске - без рельс и колёс.

////

Расселись по двое. Удобные мягкие кресла, железная крыша и толстые стёкла на окнах.

- Ремни пристегните,- сказала им Инга и пристегнулась сама.

Закрепились, и поезд пошёл, разгоняясь быстрей и быстрее, лишь воздух шумел, завихряясь - без стука вагонных колёс. Потом, неожиданно, кресла начали поворачиваться, пока все пассажиры не оказались спиною вперёд.

Девчонки с мальчишками забеспокоились, но Дашка сказала:

- Фигня! Так и нужно.

Потом началось торможение. Сидя спиной, переносить его легче, но, всё-таки, дружно вздохнули, когда перегрузки закончились. Двери открылись.

- Приехали! Жить будем здесь,- и Дашка открыла тяжёлую дверь помещения. Внутри обнаружилось несколько комнат, санузел, большой кабинет и удобные спальни для каждого.

- Располагайтесь. Пока медицина нас всех не проверит, придётся пожить в карантине. Обследуют всех.

- Даже вас?

- И даже меня. Я ведь тоже была наверху.

///

Зимой, когда снег заметал бесконечные степи, а в городе еле справлялись с заносами, в известный нам всем магазин осторожно вошла высокая женщина в форме. За руку - спокойно, но твёрдо - держала девчонку с косичками, лет десяти.

На кассе спросила: - Василия можно позвать?

Кассирша, уставившись на лейтенантскую форму, молчала.

- Я - Света,- вмешалась девчонка,- Не бойтесь её, она с нами. А это - Василий.

Подняв воротник, откуда-то из-под складок пальто, достала монету. Обычную пятирублевку.

- Переверните!- вмешалась девчонка, увидев, что продавщица не реагирует на условный пароль. На обороте монеты приклеен бумажный кусочек с рисунком кота - карандашный и грубый, но узнаваемый.

- Все настоящие кончились.

Кассирша нажала секретную кнопку.

- Я должна убедиться, что девочка будет в хороших руках.

- Ну как, убедились?

- Не слишком. Светлана, ты как?

- Оксана Михайловна, им можно верить. Пойдём уже с нами...

- А что, если я не пойду? Убьёте меня в подворотне?

- Вот дура,- вмешался мужчина,- Кому ты нужна со своими погонами и огурцом в кобуре. Все равно не поверят, что банда масонов украла девчонку средь бела дня в центре Города. Так?

- А что, Вы масон?

- Я Серёга, - ответил охранник.- Пошли уже, нечего тут выяснять, кто прав, кто неправ. Надоело!

- Пойдёмте,- и Светка вцепилась в рукав Сергея, а после - за руку Оксаны.- Пойдём, я устала стоять.

- А, может, мне лучше вернуться? - спросила Оксана.

- Решай уже,- тут же вмешался Сергей.- Кому ты нужна в этом мире - одна, без детей и без мужа, в общаге и с перспективой уволиться в сорок пять лет капитаном?

- Майором!

- Пусть будет майором. А дальше?

- Смогу начать новую жизнь...

- Начни её прямо сейчас!

- Я смогу в вашем мире Светлану удочерить?

- Легко. Светка, хочешь жить с тётей Оксаной?

- Хочу. Она добрая.

- Значит, живите.

- И всё? А бумаги?

- Зачем? Если нужно, то просто живите.

- Наташку к нам можно?

- Спроси у неё. Пусть решает сама.

- Пойдём! - и Светлана с Оксаной ушли за Сергеем.

Исчезли. Как многие прежде, до них...

20. Спорт

Конькобежный спорт (конькобегательный - по выражению Дашки) постепенно из развлечения становился проблемой: команды, болельщики и фанаты не слишком-то ладили между собой.

И хотя все призы были, в общем-то, мелочью - страсти были. До крупной вражды не дошло, но стремление к первенству - стимул серьёзный, нужно было искать вариант, не грозящий конфликтом.

Появились свои Олимпийские игры - регулярно, раз в год, Командор самым лучшим вручал золотые медали, благо золото всё же нашли в рудной жиле, вблизи от долины Михалыча.

Для вторых - серебро. Совершенно дешёвый металл, алюминий заметно дороже из-за трудностей с производством - но, всё же... Традиция.

Третье место - медали из бронзы. Чеканил медали Никита на том же устройстве, что делали котомонеты. Красивые штуки.

Он и сам увлекался, и бегал неплохо, но до высшего уровня не дотянул. Потому и пришёл к своей Инге:

- Сможешь сделать другой лёд, чтоб лучше скользил?

Инга думала долго. Копалась в Сети, обращалась к Веронике за консультацией, но в итоге "Лёд-2" был залит на одной из дорожек. Через день бесконечно довольный Никита обновил рекорд года.

Увы, ненадолго.

Претенденты нашлись, и на той же дорожке обогнали Никиту - к сожалению, спорт согласуется с травмами плохо. Переломы (зажившие, но довольно серьёзные) закрыли ему путь в Большой спорт.

- Да фигня,- отозвалась на кислую рожу Никиты супруга,- Ты и так уже бегаешь лучше земных чемпионов. Наверху так не могут. Гордись!

- Не совсем, но достаточно быстро... Вот ещё бы найти специальный костюм, чтобы воздух скользил по нему, и побьём олимпийцев!

Дашка встряла:- Костюм? Нафига? Лучше сделайте воздух скользящим.

- Это как?

- Очень просто! Понизим давление - как в тоннеле для поезда.

- А дышать будем чем?

- Примитивно. Поднимем процент кислорода в дыхательной смеси.

- Невозможно. Чревато пожаром, как однажды на старте одного из космических кораблей "Аполлон" - астронавты сгорели. Опасно.

- Ну, тогда замените азот чем-то лёгким...

- Можно гелием. Легче дышать - и бежать будет проще. Он скользкий.

////

В один из спортивных дней Никита почти побил Олимпийский рекорд.

Не совсем, но почти. Очень близко.

Правда, лучшие из "подземных" спортсменов обошли его, и довольно прилично - но Никита был счастлив. Он сумел доказать, что не хуже других, а во многом - и лучше.

Хотя бы на новой дорожке.

21. Чара и Людмила

Сегодня пришла из тайги Людмилина лайка - с ободранным боком, хромая - схватила Ивана за брюки и потянула его за собой. Когда тот пытался её оттолкнуть, собака (впервые за долгое время знакомства) отчетливо гавкнула.

- Чара, ты что?

Собака метнулсь к Ивану, схватила его за штанину и потянула в тайгу.

- Что случилось?

Собака завыла - тоскливо и зло, и вновь попыталась схватить его.

- Ладно, иду.

Забрав приготовленный Лёной объёмистый сидор, собрался идти, но собака, слегка зарычав, схватила жердину, стоявшую возле крыльца.

- Людмила лежит? Она ранена?

Вскоре Иван, Сергей и двое парней, что покрепче, ушли вслед за Чарой. Вероника тоже собралась, да только Сергей запретил:

- Если Люда жива, то вынесем. Там тебе нечего делать.

///

Шли по лесу долго. Собака бежала вперёд, но людям пришлось прорубаться сквозь буйные заросли - торные тропы в тайге бывают нечасто.

На третьем привале увидели дым, и назавтра пришли к биваку, где больше недели лежала Людмила.

- Ты как?

- Повстречала медведя, да вот осерчал почему-то Хозяин. Собаку помял, ну и мне прилетело...

Медведь, грязной тушей, лежал чуть поодаль, на отмели - изрядно поеденный живностью, что набежала из леса.

- Спасибо Сучаре, а то помирать здесь собралась. Нога не идёт - поломал мне Хозяин-то. Чудом жива.

- Стрелять надо было.

- Думала, мирно пройдем. Он летом-то сытый, да вот не срослось.

- Вот дура ты, дура. Медведь хуже тигра - не знаешь, когда нападёт. Вот пришло ему в голову...

- Да ладно тебе. Лучше чаю сварите. Неделю уже кипяток с таком пью - без заварки и сахара.

////

Перелом оказался серьёзным. Вероника долго скрепляла обломки костей, а позже, уставшая, объявила Людмиле, очнувшейся после наркоза:

- Отбегалась ты по тайге. Костыли на полгода, а дальше - хромать будешь с палочкой.

- Долго?

- Пока не помрёшь.

- Ну, значит, недолго. Собаку пристройте...

- Ещё что удумала! Будешь скрипеть, пока не скажу. Лет до ста доживёшь, а, может, и больше. Подумаешь, палка - без ног люди ходят, и то ничего. Найдём тебе место, обузой не будешь.

- Спасибо,- сказала Людмила,- Я помню добро.

- Проспись. Отойди от наркоза - а завтра придумаем, как с тобой быть.

/////

Конечно же, место нашлось - с неизменной собакой инструктор Людмила Петровна учила стрелять молодёжь из всего, что может стрелять, и немного - из разнообразных подручных предметов, что, по идее, стрелять не должны.

Сергею пришлось добывать станок по набивке патронов: Людмила считала, что снайпер обязан стоять по колено в отстрелянных гильзах, пока не научится бить белку в глаз в темноте.

Даже если той белки не видит.

////

Собака должна выполнять своё дело, а Чара - охотничья лайка. Ходить с ней Людмила уже не могла, и потому попросила Никиту, супруга красавицы Инги, сходить за козой.

После долгих блужданий в тайге, охотник вернулся с пустыми руками.

- Почто не стрелял? Знать, собака козу не нашла, или нюх потеряла?

- Нашла. Я стрелял, даже целых три раза.

- Подранков нашел?

- Не попал.

- Вообще?

- Ни разу. Патроны извёл, а толку...

- Хреновый охотник,- вмешалась одна из студенток Людмилы, девчонка шестнадцати лет,- Может, даже веган?

- Попробуй сама,- обозлился Никита,- коза не мишень, и на месте совсем не стоит.

Студентка, которую звали Наташей, взглянула на "Сайгу":

- Почисть карабин. Назавтра пойдём после завтрака снова.

- А мне-то зачем? Чара зверя найдёт...

- А мне что, тащить ту козу по тайге на горбуше? - Замаюсь.

- Возьми с собой лошадь.

- Вот ты и пойдёшь. Тот ещё жеребец...

Девчонка ехидно уставилась на покрасневшего парня:

- Смотри, не опаздывай.

- Не опоздаю...

///

Назавтра козу подстрелили. Довольная Чара неслась впреди, а за ней шёл Никита с козой на плечах. Позади, как почётный эскорт - Наташа с винтовкой.

Ближе к осени, когда все листвянки покрылись оранжевым пламенем, к Ивану пришла делегация: Чара, Никита, Наташа и Инга с заметным животиком.

- Иван Николаевич! Мы тут решили зарегистрировать брак.

- Так вроде женаты?

- Ну да, мы с Никитой,- ответила Инга,- Но хочет Наташа.

- А лет-то ей сколько?

- Иван Николаевич,- тут же сказала Наталья,- Мне будет семнадцать уже в сентябре. Я Ника люблю, а он любит обеих. Совсем одинаково. Правда, Никита?

Пунцовый Никита сумел пробурчать что-то странное, но в положительном тоне.

- Не рано тебе?

- Я сама из детдома,- сказала Наташа,- и знаю про аистов, секс и капусту давно - лет с пятнадцати. Это серьёзно. В лесу, на охоте, у нас было время проверить, что мы с Никитосом подходим друг другу.

- А Инга не против?

- Я за,- отозвалась супруга Никиты.- Тем более мне скоро будет нельзя, мы ждём пополнения в нашем семействе.

- Когда успевают...

Иван нацепил тяжеленную цепь с государственным символом (молот с кайлом), и золото тускло сверкнуло.

- Живите и радуйтесь! Инга, внеси информацию в журнал регистрации браков.

- Слушаюсь, шеф!

Невесты, вы можете целовать жениха сколько влезет.

22. Штурм

Готовились. Как же без этого - Сергей повторял, что оружие в полном порядке должно быть у каждого взрослого, и что они попытаются штурмом нас взять.

Попытались.

Но всё пошло как-то сумбурно, по дикому, странному, глупому плану.

Вначале ОМОН прошёл через главный шлюз возле реки. Стальные запоры взломали, скорее всего, обычным домкратом с гидравликой. Датчики дружно погасли, но было понятно: чужие вошли.

Майор, что планировал акцию, знал свое дело - и сервоприводы шлюзов уже не работали. Инга и Дашка, а с ними десяток бойцов, отключали по кабелю всё, что могли отключить - а что не могли - подрывали.

Радиомины в тоннеле, увы, не работают. Там, где захватчики перерубили концы, код ликвидации шлюза не проходил. Нашлись добровольцы с оружием, чтобы держать коридор, пока подготовят взрывчатку.

Дрон-камикадзе - совсем примитивная штука. В программе - дойти до нужного хода и активировать детонатор заряда. "Заглушки" обрушили своды входных коридоров и, для страховки, тоннели для Линий доставки. Ползти по ним тесно, но Глобус совсем не хотел рисковать, а Инга старалась.

Погибло защитников много - практически все, кто остался держать коридоры, пока не обрушат проход, и многим из них уходить не пришлось. Подземные дрались отчаянно - но ополчение против закованных в бронежилеты бойцов... Несерьёзно.

Их было всего восемнадцать - и каждого знали все жители: тесный мирок, деревня, и даже совсем не большая. Семь раненых - двое тяжёлых - но, к счастью, всего только семь - могло быть и больше, пока камикадзе-тележки не вышли вперёд и обрушили своды.

В захваченном секторе попытались сменить атмосферу - убрать кислород - но управление было потеряно, а у спецназа на поясе - противогазы.

Не вышло.

И всё же, они не прошли. Каждый робот имел передатчик и кодовый импульс включал ликвидацию сектора. Бабахнуло знатно, ОМОН погиб весь - кроме двух человек, что оставались у входа для связи. Сергей приказал подрывать основные ходы по всей протяжённости - чтобы завалы тянулись на сотни, а то и на тысячи метров.

Не станут они разбирать такую кошмарную кучу камней, чтобы добраться до нас.

Так и было.

Они не прошли.

/////

Хоронили парней - двоих, остальные остались в завалах - на новом, красивом, ухоженном кладбище в одном из глубоких тоннелей. Наверх подниматься не стали. Михалыч остался один - надеюсь, они не разрушат могилу...

Погиб медицинский отсек, и что хуже всего - единственный аппарат для рентгена. Запасы медикаментов на складе остались, но часть уникальных приборов погибла в завалах.

Осталась под сотнями тонн тяжеленного камня и рукопись - результаты научной работы Вероники, но сохранилась страховка. Дотошная Инга заранее разбросала по серверам архивные файлы.

Распределенная сеть сохранила все фильмы и книги, и все документы - включая и записи ЗАГСа. Супруги Никиты Романова явно остались довольны. Он сам уцелел - потому, что работал в далёком забое, готовил тоннель для дороги из Города к югу.

Проект прекратили - все силы направили на обустройство жилья. Пока жили временно в коридорах, на самодельных лежанках - но понимали: свой угол - основа основ.

"Волшебные окна" поставили просто в тоннеле - теперь на экране летали драконы, сверкали вулканы и молнии, тёмные тучи летели над сказочным лесом.

Вероника настояла на том, чтобы плохая погода "за бортом" за несколько дней изменилась. Появится солнце, и люди забудут о трудностях, станут светлей.

Генераторы в зале Собора работали - вот только пройти к ним непросто: на многие шлюзы поставлены мины-ловушки. Достаточно перерубить управляющий кабель - и мина сработает.

Уроки последнего боя учли.

Как ни странно, но Санаторий остался нетронутым. В зимнее время людей там немного (а после штурма - и вовсе остались Людмила с собакой), но интереса ОМОНа к нему не замечено.

- Посмотрим, насколько их хватит,- сказал Командор, когда подвели все итоги конфликта,- Им наша работа нужна, а мы вполне обойдемся и тем, что имеем. Не сдохнем.

- Зловредная Дашка (скорее всего - под влиянием Инги, но той несолидно: замужняя дама) припёрла два ящика мыла.

- Давайте устроим большой бадабум: поставим у Белого дома сюрпризы, пусть думают, что мы решили ответить.

- Ага, вместо Белого Дома тебя упекут в Желтый Дом.

- Да хоть в фиолетовый! По барабану...

- Отставить,- скомандовал Глобус,- Мы будем чуть-чуть подождать.

- Обидно,- смутилась девчонка,- наверное, стоило им показать, что мы не беззубые.

- Мы показали. И нечего шашкой махать понапрасну.

/////

Хватило их ровно на месяц. В конце января по извилистой снежной дороге, которую даже не думали чистить, пришёл вездеход.

Из армейской машины сноровисто выпрыгнул пожилой человек в собачьей дохе, малахае и тёплых таёжных унтах. Людмила оделась, и, прихватив карабин, приказала собаке:

- Сиди здесь. Я скоро. Гостей не пугай.

Пришелец представился:

- Полковник Абрамов, Владимир Петрович, по поручению губернатора края.

- Людмила,- сказала Людмила,- пошли уже в хату, чего тут стоять. Холодрыга собачья.

Лохматая лайка следила за гостем, пока тот пил чай и отдыхал от дороги.

- В машине кто есть? Пусть хоть чаю попьют.

- Один я,- ответил полковник.

- Взгляни, есть там кто?- обернулась к собаке Людмила.

Сучара, дождавшись, пока её выпустят, весело вынеслась в снег. Вернулась нескоро - минут через тридцать.

- Всё чисто?- спросила Людмила. Собака вильнула хвостом и уселась у печки.- Кота привезти для компании, что ли...

Полковник молчал, дожидаясь. Людмила включила компьютер, защёлкала кнопками. Чисто.

- Твои дожидаются где? Я ни в жисть не поверю, что целый полковник рулил по дороге две сотни килОметров. Есть там водитель...

- В двадцати километрах, на сопке - водитель и трое бойцов. Отдыхают.

- В палатке-то?

- Да. Есть вторая машина, но ждёт за мостом, далеко.

- Не врёшь,- отозвалась Людмила,- Пришёл-то зачем? Или скучно сидеть в конторе, решил по тайге прогуляться?

- Контора конторой, но дело есть. Можно связаться с начальством? Есть кто у вас главный?

Она повернулась к компьютеру:

- Дашка! Зови Командора - к нам кент заявился незваный. Свистит, что по делу, но брешет, падлюка - не верю я этим гостям на новых военных машинах.

Не мент. И скорее всего - из Конторы.

- Оттуда,- добавил полковник,- Менты обосрались, а мне разгребать, что они натворили, и постараться исправить, что только возможно.

- Людей не вернёшь,- отозвалась Людмила,- а всё остальное... Кто знает. Решать-то не мне.

////

Иван Николаевич выглядел злым и довольным - довольным, скорее всего, оттого, что заявился к ним целый полковник - игра пошла крупная; злым потому, что очень устал за последнее время.

Мурыжить высокого гостя не стали - Сергей с Командором приехали быстро, как только смогли, но отнеслись к визитёру серьёзно: майор с автоматом, потёртым, но явно ухоженным, а Командор - с привычным уже пистолетом под левым плечом в кобуре.

Людмила уселась поодаль - но с "Сайгой", приезжий полковник продемонстрировал руки - пустые -, и повернулся кругом. Чара гавкнула.

- Пустой,- отозвалась Людмила.- Я вижу, и Чара учует.

- Допустим,- ответил майор, но рук с автомата не снял, и держал его так, чтобы стрелять можно было не целясь, навскидку.

Говорили недолго. У гостя был список вопросов, и большую часть решили вполне положительно. Несколько тем касались колонии в целом, и Командор обещал дать ответ в течении двух-трех дней, когда станет известно решение всех её жителей.

- То есть, у Вас референдум?

- Похоже на то,- отозвался Иван.

Договорились о связи. Для двух человек нашлось в санатории место, но Инга решительно отказалась поставить связной терминал:

- Пусть таскают бумаги, а в Сеть никого не пущу. Мне вредно сейчас волноваться, а Дашке пока ещё рано читать переписку Великих Держав.

Полковник загадочно хмыкнул, но не посмел возражать. Сказал лишь о том, что пробросят оптический кабель из Города в Санаторий.

На сей раз похмыкал Иван, и тоже смолчал. Напоследок полковник Абрамов достал из кармана монетку:

- Не ваша работа?

- Моя,- отвечал Командор,- Не то, что бы я, но, действительно, люди мои.

- И как этот кот согласуется с бегством детей из детдома?

- Никак,- отвечал Николаич,- Пусть будет никак.

- Ещё есть вопрос,- и полковник достал сигарету.- Позволите?

- Я не против,- сказала Людмила.

- Все жители Вашей колонии, несомненно, находятся в юрисдикции законодательства Федерации и обязаны получить документы.

- Ну, паспорт у многих имеется. Что-то ещё?

- Налоги для всех видов бизнеса.

- Может, обсудим оплату ущерба и компенсации тем, кто потерял своих близких?

- ОМОНовцы тоже погибли.

- А кто их отправил в тоннели?

- Снимаю вопрос о налогах.

- Добро. Полагаю, торговля пойдет через Вас?

- Так точно. Но так будет даже удобней...

- Владимир Петрович, лечите кого-нибудь, но не меня.

- Универ? Экономика?

- Тюрьма. Восемь лет - от звонка до звонка.

- У нас много общего.

- А например?

- Как вы, не люблю конкурентов.

- А губернатор-то в курсе того, что вы здесь?

- Когда будет нужно, узнает. Поверьте, такой человек всегда будет в курсе - работа такая.

- Я понял,- ответил Иван,- Будем бизнес работать...

23. Зимние квартиры

После бегства на нижние горизонты (будем честными - бегство, похожее даже на панику), главной нашей проблемой осталось жильё: люди все ещё спят в коридорах, "на зимних квартирах".

Подготовили несколько типов проектов: одиночкам, семейным и семьям с детьми - рассчитали с запасом на прочность и возможность расширить, и даже углУбить.

Вокруг большой центральной комнаты, как лепестки у цветка, расположены спальни, подсобные помещения, кабинеты - шесть комнат. Где нужно - поставлены окна (мониторы, конечно же, но всё равно - все привыкли, что окна).

По просьбе девчонок, к типовому проекту добавили сад/огород - небольшой, продовольствия всем нам хватает - но копаться с цветами в свободное время или вырастить парочку вёдер картошки приятно.

Инга тут же решила сажать ананасы, а Наташа - сирень. Добывать семена, несомненно, придётся Никите - впрочем, он совершенно не против и даже не знает, что нужны черенки и отростки.

На несколько блоков жилья - небольшой, но уютный общественный центр: Зал собраний (и в нём же проходят концерты), небольшая столовая с индукционными плитами и холодильником, склад с запасами.

В каждом комплексе - узел Доставки. Аналог Сети пересылки контейнеров с грузом, уже прочно вошел в понимание "минимум" наших удобств. Контейнеры с чистой водой подключаются маипулятором к ёмкости в каждой квартире.

Инга, усиленно напирая на то, что один из компьютерных центров потерян, настояла на том, чтобы в каждом посёлке находилась отдельная комната, где б она размещала свои аппараты.

В каждой серверной - база из фильмов, текстов, музыки, информации. Такая вот библиотека всего. Регулярно (когда Сеть не слишком загружена) данные перекрёстно синхронизировались - так, чтобы в каждом посёлке работала своя копия, в основном совпадающая с остальными.

За счёт независимости и синхронности библиотек удалось резко снизить объём передачи потоков по локальной сети - сократилось количество (и, конечно же, стоимость) кабелей между посёлками.

////

"Промышленнность" тоже ушла в глубину - затеяли новую центрифугу для каменного литья. Шестнадцать лучей позволяли одновременно работать с шестнадцатью формами, а увеличенный радиус повысил рабочую перегрузку. При таких ускорениях камень становится жидко-текучим, и потому резко снизился брак - пустоты в отливках исчезли.

Увеличивать прочность изделий легко армировкой, однако обычная сталь не выдержит столь высоких температур - пришлось арматуру изделий делать из тугоплавкого материала.

Станочек для вязки (почти как крючком - но только из прочной вольфрамовой проволоки) придумал один из механиков, а вездесущая Инга (и Дашка с Наташей) писали программу.

Теперь прочность каменной скорлупы - обшивки тоннелей - повысилась втрое. Увеличение прочности - значит, снижение веса и, значит, работы нам всем обойдутся дешевле, а скорость проходки повысится.

Освоили новую тротуарную плитку - не просто цветную, а с металлической тугоплавкой пластиной внутри. Теперь специальный индуктор-тележка разогревает пластину (и, стало быть, плитку) зимой, превращая ледовую корку в обычную воду и пар.

Да, дорого. Явно дороже, чем плитка без термопластины - но каждый, кто падал зимой на ледяном тротуаре, оценит достоинства новых изделий.

Другую идею придумала Вера из ведомства Вероники. Химик, она из обычного институтского курса запомнила - есть вещества, накапливающие солнечный свет и отдающие его в темноте.

Люминофоров, способных выдерживать температуру плавления камня, увы, не нашлось - пришлось формовать на поверхности плиток ячейки, а после отливки в готовые ямки залить подходящий состав со связующей массой.

Теперь появились конструкции с люминофором - и разноцветные стены тоннелей не просто красивы, но светятся в темноте. Особенно, если их подсветить специальным фонариком, дающим короткие мощные импульсы света.

Способ кодирования и навигации цветом заметно повысил удобство работы в тоннелях - теперь даже малые дети могли читать метки на стенах.

По просьбе "наземных" люминофоная плитка пошла в города на строительство тротуаров, дорожной разметки и велодорожек. Теперь в темноте можно было ходить и немножечко ездить.

А нам - рынок сбыта и прибыль. Приятная штука...

24. Вероника

Вчера Командор собирал совещание - малый Совет не смог однозначно решить все проблемы, пришлось проводить референдум.

У каждого взрослого есть на руке ключ-браслет - вместо паспорта, связки ключей от квартиры и даже водительских прав. Я шучу, если что - не ввели у нас прав - гоняют, как могут. Для детей ограничена скорость, а взрослые... Вроде бы умные люди, а у меня и рентгена-то нет.

Разобьются - и как их лечить?

Проводился опрос: нужно ли начинать разработку месторождения рудного золота в Долине Михалыча.

Командор был решительно против, но предложение выложил в Сеть, и каждый желающий мог свое мнение высказать. Голосовали назавтра, когда чуть остыли от споров.

Методика очень проста: в терминале есть датчик, опознающий браслет (он у каждого свой, поэтому голосование лично и явно), а дальше - нажмите на кнопку мышой или пальцем, кому как удобней.

Итог можно видеть на каждом экране (естественно, позже - чтобы могли независимо высказать мнение): более девяноста процентов всех жителей - за разработку.

Что делать: vox Populi типа vox Dei. Иван согласился, напомнив о том, что золото из обеих Америк уже погубило Испанию. Лёгкие деньги опасны, когда возникает соблазн купить всё, что нужно за золото, не развивая хозяйство.

Добыча пойдет на оплату совсем неотложного - к примеру, рентген-аппарата - он нужен, как воздух. (Ну да, подкупили меня - но это для дела, а не для личных амбиций!).

/////

Другая проблема - демографический кризис. На пять мужиков - всего одна женщина (дети не в счёт, там баланс чуть получше), и, кроме того, входит в моду не полиандрия (что можно было понять), а полигамия. Несколько женщин вокруг одного мужика.

Дисбаланс колоссальный.

Решение - нетривиально. В ближайшее время (когда наберётся приличная сумма металлом), летит самолёт в одну из не слишком далёких республик на Юго-Востоке.

На борту - делегация (я в том числе) по охмурению девушек, потенциальных невест для мужской части нашего общества.

Металл - для оплаты родителям. Местные правила традиционно считают, что золото стоит дороже любых (в том числе и зелёных) бумажек. Я с ними согласна.

В мою компетенцию входит проверка здоровья и психотесты невест-кандидаток. Клаустрофобия - штука серьёзная, и просто так не проходит, нужна отбраковка.

Естественно, Командор приказал подготовить буклеты и фильмы о нашем житье, всё по-честному. Кто не захочет - неволить не будем.

Пришлось изучать не местный, нет - времени мало - французский язык. Если честно, то знаю лишь, как открывать французский словарь на нужной странице: надежда у нас на Сергея. Он в Африке говорил по-французски, так флаг ему в руки - пускай выручает, а я помогу с медициной.

////

Девчонок набрали хороших. Пришло очень много достойных (реклама и золото сделали дело), а отобрали лишь лучших из лучших.

Здоровых, вполне симпатичных (ну да, азиатки, но тоже красивые), прошедшие тест на устойчивость психики. С властями общался Сергей. Ничего необычного, контракт совершенно законный - ну, может, чуть-чуть для нашей страны непривычный, но всё же.

Начальник полиции как-то сказал "colonel" - полковник - Серёга заметно смутился. Я знаю его - очень сильно задел его местный полис, это - старая травма.

Пришлось по секретному коду (спасибо приёмным дочуркам!) связаться с самим Командором. Назавтра пришёл документ о том, что Совет утверждает Сергея за образцовое выполнение (ну, и т.д и т.п.) полковником - вместо майора.

Я думала, он и мечтать позабыл о погонах, а он исхитрился, сумел заказать настоящий мундир (не слишком похож на российский, но мы - не Россия), погоны и всё, что к нему полагалось.

Военный - ну что с него взять.

Доволен, как слон. Провонял мне весь номер сигарой и выпил коньяк, что купила в подарок Никите. Да ладно уж - праздник так праздник, пусть будет полковником.

Он заслужил.

/////

Среди поступивших на службу невест есть красотка - Аньён - я зову ее Аней. Смышлёная, ходит за мной по пятам, я думала лесби, но нет - натуралка.

Как оказалось, она положила свой подлый предательский глаз на моего благоверного. Думала, вышвырну вон - но деньги уплачены, девочка славная, а мне не судьба быть счастливой. Детей у меня никогда уже больше не будет, и потому я решила её поддержать.

Пускай у Сергея теперь будут дети - я вижу, какими глазами он смотрит на тех, кому повезло с продолжением рода. Я врач, это значит - я циник, а Анечка будет Сергею хорошей женой.

Захочет со мной развестись - я согласна. Пойду жить в медпункт. Боже мой! Ну как же мне жить, если он согласится - я попросту сдохну...

Какая я все-таки дура!

25. Девушки издалека

В семнадцать ноль пять самолёт заходил на посадку. Последний вираж и снижение, стук выходящих шасси, удар самолётных колёс о бетонную полосу.

Девятнадцать девчонок, прибывшие чартером в Город, сидели на креслах, пока по трансляции герр Иванов объяснял, что всё будет в порядке, и торопиться не надо. Само всё придёт.

В иллюминаторах - бесконечное поле и горы, да несколько домиков. Аэропорт.

Подъехал автобус, и все понемногу пошли по проходу, вдыхая у трапа совсем не тропический воздух. Россия, Сибирь.

Досмотр прошли очень быстро, затем погрузили багаж, а после уселись в зелёный автобус и покатили по трассе на север, всё ближе и ближе к далеким горам.

Устали. Уже в темноте подъехали к санаторию. Им помогли с багажом и разместили по комнатам, выдав "сухпай" и минеральную воду.

Наутро, в столовой, полковник достаточно сносно сумел объяснить, что жить будем здесь три недели и изучать понемногу язык. Пригодится.

////

Вероника предупредила Людмилу о том, что девчонок учить будут те, кто обязан, и даже умеет, а матерный русский в программу не входит. Охотница хмыкнула, но промолчала - и, свистнув собаку, взяла карабин - ушла пострелять по мишеням.

Однажды, уже после ужина, когда большинство новых граждан сидели в шезлонгах, Людмила запела. Высокий и чистый, совсем молодой её голос, взлетел над долиной. Старинная песня, которой уже не одна сотня лет, была удивительно к месту среди этих сосен и сопок, синевших вдали.

Внезапно, одна из девчонок вступила, и чистый девический голос смешался с Людмилиным. Следом за ней - вторая, и третья, и кто-то ещё.

Конечно же, слов иностранки не знали, но чистые яркие голоса звучали без фальши - легко и свободно.

Сергей, беспокойство которого чуть не дымилось, внезапно почувствовал - всё утряслось. Слетали не зря, и девчонки вполне приживутся в чужой, незнакомой, но доброй ко всем своим людям стране.

Всё будет нормально. Всё правильно. Всё хорошо.

/////

Закончился карантин, и прибывшие, кроме уроков, уже получали задания - кто-то трудиться на кухню, а кто-то в теплицы, под крылышко Лёны. Работали стайками, не разлучаясь друг с другом - и жили совместно, по шесть человек.

Увидев, как в окнах живёт фантастический мир, одна из девчонок спросила у Даши (с трудом, но уже понимая друг лруга) - нельзя ли добавить возможность увидеть их дом, теперь уже бывший.

Бездонное небо, леса и высокие горы, лазурное море, природа тропических мест - всё это красиво. Дашутка и двое "невест", из тех, что умели слегка рисовать, зависли над новой программой.

Две девушки родом из дальней приморской деревни, и Дашка с подругами (новыми, но уже закадычными) сидели за компом, рисуя подводные рифы и фантастических рыб.

Серый настенькин кот следил за движением рыбов, стараясь поймать тот момент, когда разноцветный десерт подплывёт к нему ближе, но Дашка держала в руках воспитательный тапок - и кот делал вид, что сидит просто так.

В столовой уже появились восточные блюда из риса и мяса - достаточно острые, чтобы девчонки остались довольны, но всё же съедобные для непривычных к тропической кухне парней.

/////

Аньён вышла замуж, и даже совсем не за мужа Вероники: нашла себе славного парня - строителя Сашку. Когда Командор регистрировал брак, оказалось, что звать её вовсе не Анечка, и не Аньён - готовили девочку к замужу в Южнокорею, вот и запомнила "здравствуйте" - по-корейски "аньён".

Теперь все зовут её Танечкой.

Впридачу к счастливому Сашке невеста (жена!) приобрела и гражданство Колонии. Это даёт привилегии, включая возможность занять место в Совете - поэтому все иностранки-невесты глядят на неё с нескрываемой завистью.

Думаю, свадеб теперь будет много.

Ещё одна новость: у Инги близняшки. Два мальчика - звать их Андрей и Антон. Естественно, Инга хотела назвать одного из ребёнков Добрыней (уж отчество больно подходит), но согласилась на дубль "Андрей и Антон".

Вполне очевидно, потом будет Барбара или Борис, а, может быть, Берта и Бьёрн, или Барсик. Я думаю, Барсик - отлично звучит, но вряд ли Никита решится назвать так мальчонку: придётся кота заводить.

Короче, в запасе у Инги с Никитой - большой алфавит, которого хватит на долгие годы. Надеюсь детей будет много - они наша главная ценность.

Чем больше - тем лучше.

26. Дальнобойщик

Однажды подходит ко мне неприметный такой мужичок, естественно, в штатском. Понятно, откуда.

- Васильев Андрей Поликарпович?

- Я,- говорю,- А ты кто такой, из себя весь красивый?

Достал из кармана он красную корку, махнул перед носом. Сказал, лейтенант - фамилию я не запомнил.

Поехали с ним в управление (хрен там, не чёрная "Волга" - облупленый старый "Москвич", но движок неплохой) - огромный домина почти в самом центре. Ухоженный. Новый ремонт, охрана у входа - и пропуск дают лейтенанту, а я так, впридачу, как мебель пришёл.

Вошли в кабинет. За столом сидит целый полковник - поднялся навстречу, и руки пожал нам двоим, а после отправил летёху куда-то и сам сел поближе - у фикуса, рядом со мной.

- Андрей Поликарпович, к вам есть огромная просьба, но только секретная. Груз нужно будет доставить, да так, чтоб никто не узнал что/откуда..

- Напарник узнает. Нас двое в кабине.

- А без напарника рейсы бывают?

- Бывают, конечно, но лучше бы с ним. В дороге легко задремать, а вдвоём веселей - меняемся, если устанем.

С напарником мы порешаем, но в завтрашний рейс придётся пока без него. Не прошёл он проверку.

- Ну, надо, так надо. Оно не впервой.

- Груз нужно доставить в конкретное место. Куда - вам покажут, Дадим расписание. Раньше - нельзя, и позже - совсем нежелательно.

- Спутник?

- Он самый. Сумеете?

- Как не суметь. Прибор GPS на контейнере будет?

- Прибора не будет. Но где и когда - знать будем. Работа такая.

- Понятно. Один только раз, или...

- Или. Согласны?

- Согласен.

- Прочтите, Андрей Поликарпович, и подпишите.

Что тут поделаешь - я подписал.

/////

Контейнер поставили быстро - заехал на станцию, встал на погрузку, и через двадцать минут уже вышел на трассу.

Дорога знакомая, дизель поёт, дорога шуршит под колёсами. График маршрута - передо мной на стекле.

Через сорок минут (точно в срок!) въезжаю в туннель, а в туннеле - девчонка в ГАИшном жилете. Стоит, машет палкой направо - в проход, которого раньше я в этом туннеле не видел.

Свернул я направо, а там - грузовая площадка, и всё, как положено: кран, рабочие в ярких жилетах... Одно интересно - такие площадки обычно открытые, а эта - внутри помещения, вроде ангара - но очень большого, наверное, метров триста в длину и пять этажей в высоту.

И прожекторы светят.

Контейнер мой сняли за десять минут, поставили новый. Тяжёлый, зараза - рессоры просели, придётся рулить помаленьку, чтобы не лопнули где по дороге.

Потом (и опять по часам!) дают мне отмашку вернуться на трассу. Вернулся - в туннеле опять никого - а дальше уже как обычно. Доставил контейнер, отвёз документы в контору - начальник, не глядя, поставил свою закорючку, а мне - отдыхать, до обратного рейса.

Однажды пришлось задержаться: сказали, что спутник висит - но мне сообщат, когда можно продолжить. Пришлось подчиниться - приказ от полковника строгий. Ребята в спецовках меня накормили, диванчик нашли отдохнуть, однако гулять далеко не пустили. Серьёзно у них.

Я так понимаю, какая-то база, но на вояк не похоже - девчонки, мальчишки - совсем непривычные к форме. Оружие держат уверенно, но не служили - нет выправки, и молодые совсем.

А кормят прилично - не то, что в дорожной столовой.

27. Большая Спираль

Однажды Людмила связалась с дежурным:

- Пришёл человек из Конторы - солидный такой. Говорит, инженер. Хотел бы увидеть людей, что работают с плиткой и прочим литьём из базальта.

Сидит на объекте, пьёт чай.

- Понятно. Свяжусь с Николаем.

- Скажи Командору, пусть тоже придёт.

Рабочая встреча случилась недолгой: прибывший представился Валентином Андреичем, инженером-строителем, и у него был проект на строительство зданий завода.

- Я видел прекрасное качество ваших изделий. Но почему тротуарная плитка, а не кирпич? Долговечность и прочность, высокая стойкость к коррозии - именно то, что нам нужно. И много.

Номенклатуру мы вам предоставим, а вам нужно будет наладить поточную линию по производству отливок из камня.

- Какое количество нужно?

- Не менее тысячи тонн готовых изделий за месяц. Но можно и больше, потребности есть.

- Нам нужно подумать...

/////

Сидели достаточно долго. Задача простая: отливки из камня мы делать умеем, но центрифуга загружена полностью.

Если забыть про крепёжные блоки и тротуарную плитку - нужна центрифуга размером побольше, а лучше - штук пять. Или десять.

И где для них взять такую ораву рабочих?

Николай уже думал, что эту задачу решить невозможно: не хватит людей, центрифуги не справятся - но Командор предложил всем подумать.

В Сети появилось задание, каждый, имеющий доступ, мог высказать мнение или идею.

Главный "затык" центрифуги - прерывистость действия. Нужно разлить жидкий камень в изложницы, и только потом создать перегрузку и охладить заготовки. Затем - всё сначала.

- Нельзя ли литейные формы поставить на тележки, как в Линии Доставки, а после заливки формы просто ставить их на центрифугу?

- Немного ускорим процесс, но, всё равно, центрифуга должна будет сделать полсотни витков.

- Хоть сотню! С чего вы решили, что нужно гонять их по кругу? пусть движутся по нисходящей спирали: сначала зальём камень в форму, потом эта форма с тележкой пойдет по спирали, и через сотню витков получаем готовый кирпич!

Идея понравилась. Кроме того, на входе в спираль предусмотрели прямую разгонную линию, на которой тележки могли набрать скорость для входа в витки центрифуги, и линию охлаждения, где готовый кирпич достаточно медленно остывал, чтобы не было трещин в отливке.

///

Большая спираль решила проблему: высокосортный кирпич пошёл на продажу, сократилось количество операций, а умная автоматика заметно уменьшила необходимость в рабочих.

Старая центрифуга всё так же работала по заказам проходчиков, изготавливая армированные блоки крепления тоннелей. Возникла нехватка базальта - и Глобус решился устроить открытый карьер.

Работали круглосуточно: люди привыкли к другому режиму, и потому расписание смен составляли стандартно, не глядя на Солнце. Ну, светит и светит - прожектор сильней и удобней.

Добытый материал уходил вглубь горы, возвращаясь блестящими, почти полированными каменными кирпичами.

28. Полёты во сне и наяву

Сколько помнила, Дашка летала во сне.

Не бесплотной размазанной тенью, не пилотом какой-то машины, но крылатой - большой и свободной, как птица.

В санатории группа конструкторов (под кураторством Инги, сестры) разработала коптер - простой и надёжный, позволяющий детям летать над землёй.

Почему только детям?

- Летали и взрослые, но моторы (и так с форсировкой) не справлялись с повышенным грузом, а добавить им мощность (и вес, кто не понял) - нужен новый источник питания.

Тоже тяжесть немалая. Замкнутый круг.

Так что, дети летали легко и свободно над всем санаторием (дальше нельзя - Инга будет ругаться, а программа посадит машину на землю и включит тревогу), а взрослые только смотрели, и мечтали о более мощных и лёгких машинах.

////

Дашка тоже летала, и даже имела браслет, отключающий схему контроля периметра, но... Хотелось-то большего!

Птицы летают не так.

Всё свободное время ушло на расчёты: получалось, летать невозможно. Обычная птица тратит много энергии, и потому много ест. Махолёт (орнитоптер - по взрослому) потребует мощный компьютер для работы с крылом (непростая задача) и источник питания привода крыльев.

Два пуда платины...

С компьютером справилась Инга - не одна, у неё теперь целый отдел программистов и группа конструкторов. Поначалу работали сами, в свободное время, но затем Инга, бросив детей, битый час (три часа, если честно) убеждала Совет.

Командор согласился, а вслед - остальные советники. Материалы и деньги нашлись, и работа над Дашкиной птицей стала частью программы научных проектов.

Для начала создали модель: над землёй, в специальном костюме на подвеске висел оператор-пилот, а компьютер считал варианты. Полёт, поворот, изменение ветра, набор высоты - как работают крылья на разных режимах.

Появилась обратная связь - поворотом руки управлялось крыло, а компьютер не давал человеку упасть, исправляя не слишком удачные жесты команд, и учитывал ветер - порой неожиданно сильный.

Имитатор работал. Обратную связь можно было настроить - летать самому, прилагая усилия каждого взмаха, или сильно облегчить полёт, управляя движением крыльев только пальцами рук.

Но проблема осталась.

Орнитоптер стоял на земле: он был слишком тяжёлым.

/////

Как ни странно, решили задачу мальчишки, что пришли на экскурсию - группа Оксаны (шесть мальчишек и двое девчонок) занималась механикой, и учительница, закрепляя полученный материал, привела их к конструкторам.

Птица понравилась.

После первых полётов (почти настоящих), один из мальчишек спросил:

- А когда испытания в воздухе?

Инга брякнула:

- Чёрт его знает. Без мотора летать можно с крыши, и то вверх ногами...

- А то! Можно с крыши, а можно и просто забраться повыше - хотя бы на эту скалу,- и он показал на утёс над долиной.

Инга, мысленно плюнув на то, что у Дашки уроки, позвонила:

- Немедленно к нам!

Самый главный конструктор сбежала с занятий, и уже через десять минут всё КБ (вместе с группой Оксаны) утверждало программу полётов.

Большущий полётный процессор привезли на платформе. Включили питание. Наладили связь между датчиками, главным компьютером и приводами, привязали на жёрдочку "лётчика" - тёмно-зелёный мешок (пятьдесят килограммов песка, что набрали руками на пляже).

Дашка весила меньше, но её, как она ни ругалась, за штурвал не пустили - и белую птицу столкнули с обрыва.

Автоматика справилась. Топтер летел идеально, поднимаясь над лесом в воздушных потоках, повинуясь командам с земли и "родному" процессору и, в конце концов, сел на болото.

Тащили назад всей толпой (перемазались по уши, грязи в болоте хватало), но остались довольны. Железная птица летала.

Когда орнитоптер уже утвердился в ангаре, и команда пыталась отмыть белоснежные крылья от тины и грязи, кто-то вспомнил, что из "пилота" - мешка можно высыпать было песок на болоте, на месте посадки - а не переть его с тяжким трудом по кустам и оврагам.

Впрочем, настроения это уже никому не испортило.

////

Дашка летела. Летела, как птица - легко и свободно, чуть взмахивая белоснежными крыльями для того, чтобы снова поймать восходящий поток и подняться повыше.

Летишь, как во сне.

На прозрачный щиток обтекателя шлема компьютер выводил показатели: скорость, текущую высоту, курс и даже подсказку, где термики - в инфракрасном режиме восходящий поток виден красным, а синий, холодный - нисходящий, грозящий падением птицы.

После первых полётов проблему со стартом решили: стометровый разгонный участок с "трамплином" наверх - как на палубе авианосца - позволял запускать орнитоптеры прямо с земли.

После старта тележка со стартовой катапульты поднималась на несколько сот метров, затем - сброс тележки и обтекателя птицы (они медленно, повинуясь программе, снижались в направлении старта, чтобы использовать их ещё раз), а пилот получал управление.

Несколько птиц постоянно летали над лесом, вдоль дороги - летать над рекой запретили, но Дашка воды не боялась, да и знала, что "вышка" - диспетчер - если что, вышлет помощь.

Полётная схема у диспетчера перед глазами - а на каждой из птиц - маячок, отправляющий данные в центр. Потеряться почти невозможно.

Но сегодня она соблюдала все правила: рядом летел ученик, взрослый парень семнадцати лет, а для Дашки - пузатая мелочь.

Впрочем, вместе лететь было весело.

Двусторонняя связь позволяла болтать обо всём (в том числе и совсем не по теме), не мешая работе диспетчера - тот на служебном канале.

Парня звали Иваном (совсем экзотично - Иванов с десяток в Колонии); но для Дашки он был просто Ванькой.

Пусть знает, кто главный.

Когда Ваню представили Дашке, тот восторгся (м.б. восторгнулся?), обозвал её Дарьей Сергеевной (вообще-то Петровна, но откуда ему было знать), а когда познакомились ближе - стал кликать Дарёнкой.

Недавно принёс ей котёнка - мурчащую кошку Мурёнку. Для комплекта, как он говорит. Дашке кошка понравилась - рыжая прелесть прижилась, только прятать пришлось от родителей.

Те, естественно, против (у них близнецы на хозяйстве, а кошаре с детьми быть нельзя), и котейка устроилась жить в Дашко-Ингиной серверной. Тёплое место.

/////

- Пора поворачивать!

Вот же настырный... - Иван, ещё сорок минут, пока батарея разрядится.

- Надо вернуться. Погода меняется. Дождь.

- Да и чёрт с ней, с погодой! Уйдём, не впервой.

- Как знаешь. Ты старшая.

Дашка слегка усмехнулась, но повернула назад, в направлении старта - с погодой совсем не поспоришь, а мокрая Даша, увы, совершенно не смотрится. Машем назад.

Орнитоптер легко и свободно пошёл со снижением, набирая приличную скорость.

- Иван, ты чего отстаёшь?

- Быстрее никак. Я стараюсь.

- Ну да. Он старается,- фыркнула Дашка, но тут же себя обругала: обидела зря. Он правда быстрее не сможет - тяжёлый. Он старше и потому тяжелей.

- Наел себе мускулов. Круче к земле!

- Тогда не дотянем до базы.

- Садимся на отмель!

Дашутка пальцем прижала тангенту, и сообщила диспетчеру:

- Сядем на берег. У нас всё в порядке, дождёмся дежурного катера.

Две птицы, одна за другой, уселись на отмель. Едва сложив крылья и закрепив аппараты за ствол тяжеленной лесины, лежавшей в песке уже многие годы, пилоты попали под дождь.

Тяжеленные капли ударили, словно картечь, по воде, по берегу, по натруженным спинам, и Дашка помчалась по берегу в поисках крыши.

А следом понёсся Иван, прикрывая её от дождя, но ливень ударил холодными каплями, и Дашка влетела с размаху в большущую тёплую заводь, в которой вода согревалась на солнце весь день.

Иван вслед за ней. Обхватил, согревая замёрзшую Дашку большим сильным телом. Холодные капли стучали по спинам, по головам, по воде - и, кажется, градом слегка сыпануло - но им было весело.

Дождь все стучал и стучал по листве, по песчаному берегу, но Дашке с Иваном в воде было очень тепло - и, почему-то, спокойно. Надёжно.

Когда дождь закончился, ярко-оранжевый катер нашёл их стоянку, но даже тогда, под тентом, в сухом одеяле, они прижимались друг к другу.

Им было вдвоём хорошо.

//////

Луна в Забайкалье другая - огромная, яркая, серо-стальная, висящая над лесистыми сопками и бесконечной блестящей рекой.

Иван и Дарёнка сидели на крыше.

- Ты знаешь, когда-то давно Луны совсем не было. Только Земля.

- И как же она появилась?

- Есть несколько версий. И по одной из них многие тысячи лет...

- Скорее, уже миллионы!

- Пожалуй. Когда-то давно упал астероид. Большой.

- Как Тунгусский?

- Нет, больше. Намного. Упал в океан - теперь называется Тихим - и сила удара образовала громаднейший всплеск из вулканической магмы. Планета, под тонкой корой, горячая. Жидкая.

Взрыв такой силы поднял в небо всплеск из жидкого камня - затем гравитация магму стянула в огромнейший шар, и получилась Луна.

- А почему не упала на Землю?

- Какая-то часть, очевидно, упала, но всплеск был огромным, и магма осталась на околоземной орбите навечно, вращаясь вокруг нашей славной планеты.

- А почему на Луне нет воды?

- Откуда ей взяться? И если была - давно испарилась. В изложницах камень горячий - не каждая сталь его выдержит. Что там вода...

- А я бы хотела слетать на Луну...

- И что будешь делать? Там воздуха нет, жить - только в пещерах.

- А мы где живём? И воздух давно уже делаем сами.

- Пожалуй. Вот только летать там нельзя, и на Луну не посмотришь...

- Зато можно бегать. Придумаем лошадь педальную с аккумулятором от орнитоптера. Схема почти не изменится.

- Тогда лучше рыбу.

- Дельфина! Я плавать люблю...

- А ну все домой!,- отыскала влюблённых Людмила,- Расселись тут... Живо, собаку спущу!

Мохнатая лайка уткнулась в коленку Дашутке, и та положила ей руку на голову.

- Правда, пора. Пошли уже - завтра кому-то на смену.

- А кто-то пойдёт на учёбу.

- Вот фигушки вам! Каникулы,- и довольная Дашка спустилась по лестнице и унеслась коридором на электрическом скутере - только огонь габарита сверкнул.

- И нам пора,- грустно вздохнула Людмила,- пошли уже, Чара.

Собака махнула хвостом и улыбнулась в ответ.

29. Прикладная биомеханика

Инга с треском влетела в святая святых, куда всем остальным, безусловно, входить запрещалось.

В главной серверной сухо и чисто, негромко шумят вентиляторы.

- Где эта тварь?

- Здесь я. Или не видишь? - Дашка сдвинулась в сторону от монитора и повернулась к кипящей от ярости Инге.

- Кошка где? Почему пыль и грязь в чистой зоне? Прута захотела? Так схожу, отломлю хворостину у Лёны в теплице...

- Так и даст тебе Лёна посадки ломать. Ты чего разоралась? Не выспалась, что ли?

- С вами выспишься. Кошку зачем притащила?

Аккуратная рыжая кошка спокойно лежала на Дашкином мягком диване, приоткрыв один глаз.

- Вот ты где! Погоди...

- Инга, тихо! Не трогай, сломаешь. Это - новый проект. Биомех.

- Био что?

- Биоробот. Котоид.

Помнишь, делали топтеры. Там микросхемы остались...

- Ну да. Минимальная партия - тысяча штук. Мы штук тридцать истратили, а остальные до сих пор никуда не приткнули.

- Вот. Они пригодились. В свободное время мы с Иваном собрали котоида - робота. Ну, почти настоящего котика. Правда, похож?

- А ходить он умеет?

- Мурёна, кс-кс!

Кошатина, уверенно спрыгнув с кровати, направилась к девочке.

- Небольшой рассинхрон. И неправильно движется левая задняя лапа.

- Отрегулируем! Тут-то делов...

Мурёна, подпрыгнув, уселась на руки Дашутке и замурчала.

- И звук не похож... Ну-ка, ну-ка...

И Инга схватила Мурёнку за шкуру.

- Эй-эй-эй, осторожней! Мы столько работали...

- Ну, блин, ты даёшь! И кого обманула - она настоящая!

- Но будем считать, что котоид. Иначе нельзя - Иван Николаич ругается. Выгонит кошку...

- Тебя бы прогнать, и подальше куда... В кого уродилась такая?

- В тебя! Мы же сёстры с тобой, или где?

- Анархистка.

- Котейку отдай!

- Не отдам. Пусть живёт у меня.

- Котам с близнецами нельзя. Разберут на запчасти.

- Тогда на диване. Устрой ей лоток и объясни, что к чему и зачем.

- Я уже объяснила. Вот только она за верёвочку дёргать не хочет.

- Зачем ей верёвка? Пусть дёргает мягкую мышку, а можно придумать большую удобную кнопку...

Мурёнка мурчала, а сёстры уже обсуждали детали устройства котячьесортира на микроконтроллере.

Получалось неплохо...

/////

Орнитоптеры понемногу становились привычными. В санатории - днём, потому что ночные полёты были слишком опасны - постоянно висел кто-то в воздухе.

Развлечение, спорт и вдобавок профилактика многих болезней - естественный солнечный свет всё же лучше солярия.

Птиц стало много.

В санаторий один за другим потянулись туристы: полетать в небесах удаётся не всем. Никому не известный заштатный курорт стал весьма популярен, пришлось набирать добровольцев - инструкторов, обучающих новых пилотов.

Дашка тоже летала с туристами, но уже не инструктором, а контролёром - спасателем. У неё теперь был персональный (почти) орнитоптер, на приборной панели которого значилось имя: "Varrona".

То, что эта Варрона была чисто белого цвета, Дашку мало смущало - ведь есть же вороны стандартные, чёрные? Почему бы не быть золотым, фиолетовым, розовым - или (а почему бы и нет?) белым птицам - воронам?

Народу идея понравилась. Появился двухцветный коричнево - белый Альбатрос, Попугай (угадайте, какого он цвета), мини-птичка Колибри и даже не слишком летучий Вампир.

////

Импозантно одетый мужчина - директор известной технической фирмы попытался купить все права на летучую птицу, только Дашка упёрлась: продать, она, в общем, согласна - но лицензию, без исключительных прав.

Гость пытался от Дашки отделаться - слишком девчонка мала для серьёзного взрослого дела - но она не спеша извлекла свой отточеный нож, посмотрелась, как в зеркало, в лезвие - и вложила в узорные ножны на поясе.

Симпатичная переводчица изменилась в лице, а глава делегации замер - но сидевший поблизости Глобус успел пояснить, что вот этим ножом автор этой чудесной машины говорит, что по местным законам она вполне взрослая.

С Дашкой пришлось торговаться.

Это был непросто - детдомовский опыт ей привил беспощадность и жёсткость в делах, а общение с Ингой - изрядную дозу цинизма.

Разругались, но всё же, в итоге, сошлись - представителю фирмы нужна была птица - а подземным нужны были деньги. Разумный обмен.

Соглашение было подписано. Сумма упала на счёт, а затем Командор вызвал Дашку:

- Заработала баксы? Куда будешь тратить валюту?

- В общий фонд. Лично мне эти деньги совсем не нужны: я ругалась из принципа. Очень мне надо отдавать забесплатно такую идею...

- На еду нам хватает. Подумай над тем, как потратить - одежду купить, что-нибудь из того, что у нас в дефиците...

- Девичье?

- Всё, что только захочешь. Часть суммы возьму для общественных нужд, остальное - как знаешь. Заколки купи...

/////

Дашка думала долго - почти целый день:

- Иван Николаич!

- Решилась?

- Заколок нам столько не нужно. Получится тонн пятьдесят. На столетие хватит - они в это время давно уже выйдут из моды.

- И что ты придумала?

- Строим деревню. Отдельные домики - вроде наших обычных квартир, но попроще. Снаружи. Не так, как у нас.

- На поверхности?

- Да. Пригласим к нам учёных, инженеров - из тех, кто умеет работать руками - и будем учиться у них. И зарплату платить, чтобы им не обидно.

- Сколько нужно людей?

- Для начала десяток - другой, обязательно с семьями. Будут учить молодёжь - есть у нас неплохие ребята, но учиться им нужно всерьёз, у серьёзных людей. Или толку не будет.

- И даже тебе?

- Разумеется. Я не тупая, но системные знания - это фундамент. Основа.

- Faundation.

- Чего?

- Академия. Как у Азимова. Книгу читала?

- Охренеть... Вы согласны?

- Конечно, согласен. По арабски не вздумай назвать - не поймут..

- Почему?

- Это будет "Аль Кайда".

- Иван Николаич!

- Всё, иди, Бен Ладен... Анархистка!

////

Командор суеверно решил, что чем дальше - тем лучше, и участок купили вдали от Посёлка. Забрались в соседнюю область, но оно того стоило: берег реки, белоснежные пляжи речного песка, невысокие сопки, покрытые лесом.

Красивое место.

Развернули строительство. На берегу появились уютные двухэтажные домики и центральное здание - девятиэтажная шестигранная призма лабораторного корпуса, с балконов которого были видны заливные луга и река километров на двадцать вокруг.

Дашка сразу решила: цветы не топтать, и строители сделали всё, чтобы вид первозданной природы сохранился. Под землёй - переходы, из каждого домика можно в тапках зимой без проблемы пройти на работу, а для тех, кто гоняет на скутерах (электрических - никакого бензина!) проложили дорожки на тонких бетонных опорах высоко над землёй.

Пока строились - жили в каютах на большом теплоходе, пришвартованном к берегу. Технику, плиты, цемент, кирпичи - всё, что нужно, везли по реке. Завершилось строительство к осени, и остались лишь домики, окружившие "кукурузу" центрального здания, да следы на песке у причала.

/////

Тоннель из Колонии был запланирован, но длинная штольня на такой глубине - это дело не быстрое. Продукты, одежду - всё, что нужно для жизни возили из города катером, а когда по реке пошли первые льдины - вертолётом.

Проблемой осталась энергия.

Крыши новых коттеджей покрыли панелями электрических солнечных батарей, а вдоль озера разместились опоры дополнительных секций панелей - но, всё же, проблема осталась.

Когда солнце светит - тогда электричества вдоволь, а вот в снегопад, или в дождь, или в ночь... Аккумуляторы не справлялись с нагрузкой, а топливным элементам нужна была платина.

Дорого...

Оказалось, решение было известно довольно давно.

Маховик.

Под землёй разместили большое кольцо из металла, которое на магнитном подвесе вращалось с большой скоростью в кольцевом коридоре. Электромагниты, переключаясь "бегущей волной" разгоняли кольцо днём, а ночью устройство переключалось в режим генератора и отдавало запасённую за день энергию.

Стабилизатор выравнивал напряжение (скорость вращения замедляется под нагрузкой) и отдавал потребителям. Схема простая. Глобус тут же задумал устроить подобные кольца в Колонии, для компенсации неравномерной нагрузки в электросети - но попозже.

Сначала пусть Дашкин проект покажет, что деньги пропали не зря - или зря не пропали.

30. Профессор Кашкин

Когда я решил принять приглашение преподавать в Академии, я не думал, что будет так сложно.

Приличный оклад, неплохое жильё, светлые аудитории и современное оборудование в лабораториях - всё, как обещано. Но...

Студентов немного, и возраст у них самый разный, и разная подготовка - от школьников до солидных мужчин и женщин за тридцать.

Одеты неброско, и, кажется, их внешний вид совсем не волнует - но держатся очень спокойно, с достоинством и уважением к старшим. Студенческой вольницы нет - что весьма необычно.

Учиться хотят, и желание это основано на очень серьёзной работе - но уровень разный, пришлось переписывать планы с учётом конкретных людей и условий.

Всех кормят в столовой бесплатно, но можно готовить самим, в своём собственном доме - продукты со склада легко заказать, и через пять-семь минут получить их в окошке доставки. Удобная штука. Какой-либо разницы между меню для студентов и преподавателей я не заметил.

Как мне объяснили, учёт всё же есть - браслет на руке служит не только пропуском в аудитории, но и банковским счётом. Еженедельно для каждого выделяется некая сумма, в пределах которой оплата идёт соответственно вкусам владельца.

Заодно набирают статистику для заказов продуктов на склад.

Блюда очень вкусные - выбор большой, включая национальную кухню и фрукты, но это - не ресторан, а столовая. Замороженные полуфабрикаты хранятся на складе в азотных холодильниках и размораживаются по мере необходимости.

Фрукты свежие, как мне сказали - из собственных (и довольно богатых) плантаций. Когда начался ледоход - перешли на консервы, а все - и студенты, и немногочисленный персонал - отказались от свежих продуктов в пользу семей профессуры.

Дети и женщины получили привычные фрукты, а студенты ближайшую пару недель питались сухими пайками - причём было видно, что это для них совсем не трагедия. Дело привычное.

////

Директором всей Академии назначена необычная девушка - Дарья Петровна. Красивая, стройная и молодая - но с ясным умом, неплохой подготовкой и несомненным авторитетом в делах.

Конфликты (бывает, куда от них деться) она разрешала достаточно быстро и жёстко, причём профессура и члены семей имели заметную фору ("они наших правил не знают"), а вот для студентов "железная Даша" была Немезидой. Наряды на кухню, расчистку дорожек от снега и заготовку берёзовых дров для каминов - обычное дело.

Камины в общественном центре - особая гордость студентов. В подземных жилищах открытый огонь невозможен, а здесь посидеть у камина с коктейлем в руках (не всем, для студентов напитки попроще) - экзотика высшего класса.

Однажды на острове группа студентов оставила мусор - не так, чтобы много, но... Дарья Петровна пришла ко мне с просьбой:

- Вы старший среди профессуры, и потому мне нужна Ваша помощь.

Уже через час неряхи-студенты сидели в шезлонгах и наблюдали как мы с госпожой генеральным директором (Дашей) неторопливо сгребали в мешки весь оставленный мусор. Попытка студентов помочь нам была остановлена рыком:

- Сидеть!

Сидели, краснели как раки - пока мы убрали бумажки, пустые пакеты и разравняли песок.

Потом, после ужина, Дарья Петровна ещё раз сказала спасибо, а мне любопытно - как быстро сумели узнать, кто виновен?

Ответ оказался не прост - примитивен. У каждого из студентов браслет на руке - универсальный прибор, который, помимо всего остального, работает автоответчиком-маячком. У каждого собственный номер, поэтому в логах компьютера найти человека в любой момент времени - очень простая задача.

Я думаю, после такого примера, следить за порядком уже не придётся - пошло наказание впрок.

И да, у меня на руке, как у всех остальных, такой же браслет. Надо будет следить за собой.

/////

Отгремел ледоход, и из города пришёл первый катер с припасами: фрукты и овощи в герметичных контейнерах, залитых инертным газом, продукты в хранилищах-холодильниках, немного приборов и материалов. Народ на разгрузке работал и быстро, и весело: соскучились, груз - это весточка из далёкого дома.

Сильнее всего ждали почту: подключенный к серверу накопитель содержит не только личные сообщения, но и общие новости, новые фильмы и книги.

Приехала Инга - сестра нашей Дарьи Петровны.

Новости в нашем мирке распространяются быстро, и к вечеру все уже знали, что Дашин хороший знакомый - Иван - погиб под землёй при проходке тоннеля.

Два дня они с Ингой и кошкой Мурёнкой сидели в коттедже у Даши, но жизнь есть жизнь, и работа директора - не самая лёгкая.

На третий день Инга вернулась на катере в город, а мы занялись подведением общих итогов по результатам экзаменов. Особенность местной системы оценок в двоичности - "сдал" и "не сдал". Каких-либо рейтингов ("кто самый лучший") не существует в природе.

Оценки известны, но это - лишь основание для изменений в учебном плане студента и не выносятся на всеобщее обозрение.

Для тех, кто "не тянет" - даётся возможность догнать, повысить свой уровень знаний - но тех, кто не может (по разным причинам - не все кандидаты способны учиться на крайнем пределе возможностей), отчисляют.

За год потеряли троих. Это много - но что ж тут поделать...

////

Летняя практика включает в себя расчётно-проектную часть на основе полученных знаний. Решили построить плавучую базу биологов для изучения биосферы реки.

Пока создавали проект, приглашённая группа рабочих построила новые домики (ждём новый курс) и быстросборный ангар из готовых сегментов.

В ангаре - каркас "парохода" - плавучей лаборатории с малой осадкой. Обычные винтовые движители нам не подходят (на мелководье они не пройдут), а воздушный винт сильно шумит.

Решили поставить гребные колёса.

Рассчитана оптимальная геометрия движителя и механизм поворота каждой лопасти при погружении в воду для повышения тяги. Паровую машину решили не ставить (никто не хотел кочегаром работать), поэтому привод колёс электрический.

Чтобы избавиться от тяжёлых редукторов, выбрали шаговые двигатели с прямым приводом гребных колёс - для изменения скорости достаточно управлять частотой задающего генератора драйвера.

Электромоторы пришлось заказать на заводе, однако конструкция вышла весьма элегантной - посмотрим, как наш пароход покажет себя на плаву.

Кстати, если поставить платформу на якорь, течение будет вращать гребные колёса и заряжать главный аккумулятор

Скорость движения небольшая, поэтому аккумулятор и солнечные батареи вполне обеспечат машину энергией - впрочем, на случай ненастной погоды имеется дизель и тонна солярки.

Экипаж парохода - двенадцать человек, размещённых в шести двухместных каютах. Двое из них (капитан и штурман) управляют кораблём, а остальной десяток - стажёры-исследователи.

Для них на кран-балках подвесим двухместные скутеры - чтобы охватывать большую площадь реки. Естественно, есть небольшой вычислительный центр и несколько аквалангов. Как оказалось, практически все практиканты умеют работать с дыхательной маской - а мне ещё нужно учиться.

Насколько я знаю, подобных научных работ не проводилось (река не из самых известных, хотя по размеру не меньше, чем Рейн или Рона), поэтому материала за лето студенты сумеют набрать на несколько очень добротных статей в нашем сборнике или научном журнале.

31. Даша Иванова

Это просто нечестно!

Погиб мой Иван - сильный, добрый, немножечко глупый, но надёжный, как танк. Он ушёл - я ждала его... Только его!

Это было неправильно.

Когда Инга уехала, мне пришлось возвращаться к делам. Становиться директором я не хотела, но кому-то же надо - и я занималась строительством, наймом рабочих и отбором студентов. Когда пришла страшная весть - все дела никуда не исчезли.

Я держалась. Немножечко плакала - по ночам, обнимая Мурёнку, но держалась. Закончился курс, начиналась учебная практика.

Но второй удар - это уже было слишком.

Исчезла Мурёнка. Иван подарил её мне - а она убежала. Я искала неделю по всем закоулкам - кошки не было. Студенты кыскыскали где только можно - но никто не нашёл это рыжее солнышко, память о том, что могло быть...

Но не будет.

//////

Рано утром, ещё до восхода, с рюкзаком за плечами ушла по течению вверх - не могла больше видеть людей - ни весёлых, ни грустных.

Совсем никаких.

На хозяйстве оставила старшим профессора Кашкина, Александра Иваныча. Он среди профессуры самый старший по возрасту, и потому все приказы его исполняются быстро и точно. И предмет свой уверенно знает - научных работ у него сотни две или больше. Солидный мужчина.

Шла не думая - лишь бы идти. В реку часто впадали ручьи, так что флягу наполнила сразу ледянющей водой, и идти стало легче. Когда проходила ручей, ноги мерзли до ужаса - но не сунешься в воду в кроссовках: намокнут, забьются песком - ноги можно стереть до крови.

Ночевала на отмелях - там комаров сносит ветер с реки, и сухие дрова для костра под руками.

Переправилась через речушку - такой же ручей, но чуть шире обычного. Шла без разведки, и свалилась в глубокую яму. Вода ледяная, и течение сильное.

Из последних сил выгребла к берегу (хорошо, что к тому, куда шла - если б вынесло в реку, то форсировать эту речушку пришлось бы опять). Жаркий, почти бездымный костёр из сухого плавника помог просушиться, а затем я отправилась дальше.

Вторую такую же реку (даже глубже, насколько я вижу) перейти не смогла. Не решилась - течение сносит к реке, а вода холоднющая, сводит и руки, и ноги.

Ничего. Буду строить шалаш.

//////

На двенадцатый день (я считала - робинзонить училась по книгам, поэтому сделала столбик и рубила засечки ножом) появился профессор, которого я оставляла на хозяйстве. Приплыл по реке на большом электрическом байке.

Я в это время купалась в ручье (без купальника - кто меня видит!), но профессор весьма деликатно ушёл за кусты, и стоял там, пока не окликнула.

На вопрос, как нашёл - не ответил. Подумав, сама поняла, что сморозила глупость: браслет на руке, значит, в башне нетрудно найти мою метку на карте.

Второй мой вопрос Александра заставил пойти к гидроскутеру и залезть в подседельный багажник.

- Соль-то есть?

Я свою утопила в реке, когда в яме тонула, надо было хранить её в баночке, а не в бумажке. Сухпайки уже кончились (я их взяла всего пять, больше просто не влезло в мешок), а без соли вполне даже вкусная рыба надоела до чёртиков.

Соль и прочие нужные вещи у заморского гостя нашлись, и торжественный ужин вполне удался.

После ужина мы разбрелись по палаткам.

//////

Ночью мне не спалось.

Полнолуние. Что-то меня погнало из палатки (своей - Александр привёз для меня) на поляну, где свет от луны озарял всё вокруг. Жилище профессора освещалась внутри фонарём - виден был силуэт человека за оранжевой стенкой палатки.

Когда свет фонаря за брезентовой стенкой исчез, я нырнула в палатку. В чужую.

//////////////////////////

* На этом закончилась первая книга...