Волчья командировка

Глава 1. Странные волки

В машине становилось всё холодней. Печка никак не желала включаться — да, может, и к лучшему. Бензина осталось в обрез, надо было экономить. По заснеженной, плохо укатанной лесной дороге машина продвигалась с трудом. Мотор натужно ревел, колёса пробуксовывали.

«Хоть бы до темна добраться», — подумал Сергей.

Не вышло. Передние колёса нырнули куда-то вниз, в яму, занесённую снегом, бампер стукнулся о невидимую преграду, и машина замерла. Сергей попытался дать задний ход — бесполезно, колёса безнадёжно проскальзывали, машина стояла как вкопанная. Чертыхнувшись, оносторожно выбрался наружу. Передок прочно засел в неглубокой яме.

Закинув рюкзак с вещами за плечи и натянув шапку поглубже, Сергей быстрым шагом направился по припорошенной снегом дороге по направлению к деревне. До неё оставалось, по его прикидкам, километров пять.

Вечерело, мороз крепчал. Тени от верхушек деревьев на снегу налились фиолетовым цветом. Сергей, промёрзший ещё в машине, припустился бегом.

Вдруг зимнюю тишину разорвал протяжный вой. Громкий, и неожиданно близкий. Сердце ёкнуло, замерло и пустилось вскачь. «Волки!» — сразу понял Сергей. И вспомнилось, из письма лесника: «Странные волки». Первому волку из глубины леса ответил второй, потом ещё, и ещё один.

Сергей прибавил ходу. А вот и они. Волки вышли из-за деревьев, подступавших к дороге, в метрах пятидесяти от него, перерезая Сергею путь к деревне. Времени на раздумья не оставалось. С бешено колотящимся сердцем он рванул в лес. Одна единственная мысль стучала в голове: «Надо забраться на дерево!» Как назло, подходящего, на которое он мог бы быстро залезть, не попадалось. Сергею казалось, что он бежал быстро, но на самом деле еле передвигался, проваливаясь по колено в снег. Нестерпимо хотелось обернуться, увидеть, далеко ли преследователи, но нельзя было тратить драгоценные секунды. Вот и спасение – дуб, нижние ветви которого были близко к земле. Сергей зацепился за ветку, но залезть ему помешало сильно потяжелевшее пальто — на нём висел, вцепившись зубами, волк. Выматерившись, Сергей ударил его сапогом по морде. Волк полетел вниз, жалобно скуля.

У страха глаза велики, а силы, бывает, немеряны. Как заправская обезьяна, Сергей взлетел на недосягаемую для волков высоту, и, найдя удобную развилку, надёжно устроился на ней, крепко обхватив ствол. Его била крупная дрожь. Волки сели кружком вокруг дерева, изредка поглядывая вверх, на ускользнувшую добычу. А Сергей проклинал командировку, яму на дороге, волков. Остро захотелось оказаться дома, в тепле, пить чай с женой на кухне. Стало жаль себя, жену, которая ждёт его, и, возможно, так и не дождётся. Слёзы подступили к глазам. «На таком морозе долго не выдержу», — лезли в голову предательские мысли. А тут ещё волки, устав ждать, завыли под деревом. Сергей потерял счёт времени. Руки и ноги закоченели, клонило в сон.

Вдруг снизу донеслись визг и рычание. Волков стало больше, и после небольшой суматохи вся стая ринулась прочь, скоро их и след простыл. «Слава богу!» — подумал Сергей, и начал слезать со своего насеста. Руки и ноги, хоть и с трудом, но всё же слушались. Вспомнив о небольшой фляжке со спиртом, которую он всегда брал с собой в командировки, Сергей достал её, отпил глоток, закусил снегом. Сделал несколько приседаний, растёр руки.

Теперь можно было идти. Дорога недалеко, по своим следам он без труда до неё доберётся — следы были хорошо видны, несмотря на темноту. Но успел он сделать и десятка шагов, как впереди раздался волчий вой. Примерно оттуда, где была дорога. Что было делать? Ждать?

Сергей вспомнил карту, с которой сверялся незадолго до того, как машина застряла. Дорога заворачивала крутой петлёй, и до деревни через лес должно было быть не больше пары километров. Сергей на глаз определил направление по звёздам, и пошёл по целине.

Шёл долго, но деревня всё не появлялась, хотя по времени должна была — пришлось признать, что он заблудился. Сил не было. «До весны точно не найдут», — промелькнула в голове дурная мысль. Он даже не удивился тому, с каким равнодушием думал о своей смерти. Хотелось только спать. Сергей прислонился спиной к дереву, присел, закрыл глаза — нужно отдохнуть немного, подумал он.

Сквозь дрёму он почувствовал, что кто-то тянет за рукав. С трудом открыв глаза, Сергей увидел, что это собака — или волк? Волк, настоящий, матёрый волк. Тот ещё раз потянул за рукав. Ни пугаться, ни удивляться не было сил. Он понял, что чуднойволк с белой отметиной зовёт его куда-то. С большим трудом поднявшись, он поплёлся за зверем, отмечая боковым зрением ещё двух волков, сопровождавших его с двух сторон и чуть сзади.

Довольно быстро показалась дорога, прямо на въезде в деревню. Волки куда-то исчезли, но чувствовалось почему-то, что они ещё где-то рядом. Из крайней избы струился лёгкий дымок, и Сергей с облегчением понял, что спасение и тепло близко. На дорогу перед избой выскочили с яростным лаем две огромные псины. Затем из избы вышел крепкий кучерявый мужик, без шапки, одетый в незастёгнутую толстую куртку, и прямо с крыльца пальнул в воздух. Выйдя со двора, он дошёл до дороги и остановился — видимо, дожидаясь, когдаподойдёт Сергей. Псины прекратили лаять, уселись на снег рядом с хозяином.

Сергей выбрался на дорогу, дошёл до встречающих и остановился, переводя дыхание.

— Кто такой? — строго спросил мужик, многозначительно держа ружьё наготове.

— Уфф, — выдохнул Сергей. — Слава богу, добрался живым. Я уж и не чаял.

Мужик настороженно молчал, но ружьё чуть-чуть опустил.

— Журналист я, из области, — Сергей начал приходить в себя. — Сергей Костомаров. Приехал по письму лесника местного, репортаж писать про волков. В командировку, можно сказать.

— Я и есть лесник, — задумчиво признал мужик, — Захар Иванович. Я только не понял — ты чего ж, Серёга, на своих двоих, да по лесу, на ночь глядя? Случилось что по дороге?

Сергей рассказал о своих злоключениях. Захар Иванович выслушал его с недоверием.

— Одни волки, значит, чуть не съели, а другие спасли? Что за невидаль! Ну ладно — цел, и слава богу. Машину твою завтра выручим, не сомневайся. А на дороге её никто не тронет до завтра — кроме деревенских, никто не ездит. А волкам до машины дела нет. А что до волков, — тут Захар Иванович спохватился, и тему временно закрыл:

— Ну, про это потом. Пошли в избу. Что ж мы на морозе-то...

Глава 2. У лесника

В жарко натопленнойизбе вкусно пахло свежеиспечённым хлебом, мясными щами и травами — аккуратные пучки висели на стенке возле печки. Жена лесника, Ольга Фёдоровна, полноватая женщина средних лет, в белом платке и длинном, тёмном платье, накрыла на стол.

Сели ужинать. Сергей больше помалкивал, слушал, как Захар Иванович обстановку докладывал.

— Ты уж меня извини, напугал ружьём, — смущённо басил лесник. — От волков первое дело — пальнуть, чтобы знали, с кем имеют дело. Я как услышал, что псы лай подняли, сразу смекнул, что дело нечисто.

— Да я ружья-то не испугался, — успокоил его Сергей. — А вот волки меня здорово погоняли, страшно было до жути.

— Думаю я, — рассудил Захар Иванович, — что волки ушли из-под дерева, потому что другую добычу засекли — лося, может косулю. А вот как тебя волки за фалды из сугроба вытаскивали — это, должно быть, привиделось тебе с перепугу.

— Да вроде никогда галлюцинациями не страдал, — обиделся Сергей.

— Всякое бывает. Насчёт людей — тут посторонние больно-то не ходят, бояться вроде некого, — но всякое может случиться. Бывает и зэки из колонии бегут — она тут недалеко, километров десять. А в такие морозы они первым делом в деревню какую наведаются, за шмотками тёплыми да за жратвой. Так что ухо надо держать востро, мало ли... А с волками — прямо беда! Охотничий сезон в разгаре, а на охоту никто не ходит! Не то что их много, а какие-то они больно наглые и умные. С другого края деревни старушка живёт, Степановна. Ночью волки в хлев к ней вломились, козу зарезали и утащили в лес. Причём, что характерно, умудрились каким-то волшебством засов отодвинуть и дверь открыть. Сроду такого не бывало!

— Да так не бывает! — не поверил Сергей. — Видно, старушка ваша дверь хлева забыла на засов запереть, а коза просто случайно её распахнула.

— Не бывает, говоришь? — возразил Захар Иванович. — А на той неделе у Митрофана корова пропала. Дверь закрыта на засов, а коровы нет. И следы волчьи вокруг хлева. Что, корова через оконце улетела? Так оконце цело и невредимо. Вечером была корова в закрытом хлеву, а утром её не стало, а дверь на засов закрыта. А следы коровы прямиком в лес идут. Видать, волки её туда погнали. Мужики собрались, пошли по следу. Одни косточки нашли коровьи. Не бывает… Это раньше такого не бывало, а теперь, выходит, бывает.

— А что ж собаки не всполошились? — удивился Сергей.

— Да всполошились, как же. Они почти каждую ночь шум поднимают, все уж привыкли. Иной раз сходишь, проверишь, в чём дело. Ну, подошёл зверь какой, — волки те же самые. Собаки шум подняли, зверь ушёл. Каждую ночь не находишься. Тем более, в одном дворе собаки начнут лаять — так по всей деревне другие псы подхватывают. Привыкли уже все, спят как младенцы.

— Волки — твари умные, уж не глупее собак, а может, и поумнее, — сказал Сергей. — Но чтобы они засовы открывали, да закрывали? Нет, про такое я не слышал. Хотя, кое-кто считает, что волки, да и все животные умнее становятся год от года. Вот мне недавно рассказывали случай. Это где-то в степях астраханских было. Полетели охотники на вертолёте волков отстреливать — развелось их множество, скот режут без меры. И вот, летят, видят — волк бежит. Степь, ничего кругом — ни деревьев, ни кустов. Пока вертолёт разворачивался, из виду его потеряли, а потом глядь — нету волка. Как испарился. Летали, летали кругами — что за чёрт? Где он? А потом нашли всё-таки. Тень углядели. Там линия телеграфная проходила, столбы в степи стояли. Волк за одним таким столбом и прятался — встал на задние лапы, опёрся передними о столб, прижался к нему, и крутится вокруг, прячется от вертолёта! Только по тени его и углядели.

— Ишь ты! — восхитился Захар Иванович. — Такую находчивую животину и убивать жалко.

— Так и не убили, — согласился Сергей. — Жалко стало, сказали. И какое-то уважение он вызывал, рука у охотников не поднялась. А у вас тут на людей не нападали?

— Бог миловал, не нападали. Может оттого, что все по домам сидят, не высовываются. Как стемнеет — ни души на улице. Боятся... Волки-то необычные, — не знаешь, чего от них ждать.

— Так когда же вся эта история с волками началась? Какие ещё случаи странные произошли, а, Захар Иванович? И что вы думаете обо всём этом? Вы же лесник, человек в этих делах опытный.

— Ну... не знаю. Я потому и написал вам в редакцию. А началось… — лесник задумался, — ну, если считать случай с мальчишками, то летом. Тут у нас зона запретная была, километрах в пяти к западу, прямо в лесу. Оцепили квадрат колючей проволокой, привезли сборные домики, обосновались, крепко обустроились. Военные. Часовые там, вышка сторожевая. Лет пять назад это было. А потом уехали, колючку сняли. И поселились там, в домах этих, поселенцы. Этой весной.

— Что за поселенцы? — заинтересовался Сергей.

— Да я толком не знаю — переехали из города, с документами у них всё в порядке. Я у местного участкового спрашивал, что за люди — тот сказал, что у них всё по закону, выкупили эти дома и землю у военных.

— А сами с ними не общались? — поинтересовался Сергей.

— Я по службе за лесом слежу, к ним вопросов не было. А в гости я к ним не напрашивался, так что не общался. Несколько раз видел одного — видно, художник. Устроится со своим мольбертом где-нибудь в живописном месте, рисует.

— А в деревне поселенцы не появлялись, значит? — уточнил Сергей.

— Нет, не появлялись. Так вот. Когда они обосновались, наши деревенские пацаны, подростки, из любопытства пошли туда втихаря посмотреть на городских — может, познакомиться хотели. Обратно прибежали белые от страха, рассказывать ничего не хотели. Да я одного, Ваську, сына Митрофана, разговорил. Говорит, как начали подходить к домам этих поселенцев — откуда ни возьмись, волки из кустов. Трое, серые, здоровенные, а один — с белой отметиной на груди. Стоят молча, дорогу загораживают. А этот, с белой отметиной, Васька сказывал, глядит — ну прямо как человек. Тут другие два волка как рыкнули — так пацаны без памяти домой бросились.

— Так, похоже, это мои спасители были! И белая отметина, опять же, — заметил Сергей.

— Ну, не знаю, не знаю, — засомневался лесник. — Но с тех пор к поселенцам никто не суётся. Кому хочетсяна волков нарваться? Даже слухи появились, что эти поселенцы — сектанты, волкам поклоняются. А бабки талдычут, что поселенцы — это оборотни. Как милиция приезжает — так они люди, а как деревенские пацаны пришли — они волками обернулись. Ну, бабы есть бабы, что с них взять…

— Да-а, — Сергей хмыкнул, — тут не на репортаж, а на роман приключенческий потянет, да ещё с мистикой. Спасибо вам, Захар Иваныч, что написали. Интересный материал. Завтра похожу по деревне, с людьми поговорю. Да и к поселенцам тоже надо заглянуть, непременно. Нет дыма без огня, может, они какие-нибудь волкопоклонники или ещё что? Шутка, конечно, — улыбнулся Сергей.

Но Захар Иванович был серьёзен.

— Ладно, с утра вызволим твою машину, а потом вместе к поселенцам сходим, на лыжах. По дороге ехать — большой объезд, что зря горючее и время тратить. На лыжах быстрее обернёмся.

— Отлично! — с энтузиазмом откликнулся Сергей. — Я уж сколько лет по зимнему лесу на лыжах не катался!

— Ну что, время позднее, да устал ты с дороги, — подытожил лесник. — Давай спать укладываться, а с утра пораньше делами займёмся.

Глава 3. Ночь полной Луны

Добравшись на лыжах до крайнего дома, Сергей остановился в нерешительности. Посёлок казался вымершим, ни лая собак, ни скрипа дверей, и только по едва заметно дымившим трубам угадывалось присутствие людей. Сергей громко крикнул: «Есть кто? Хозяева!»

Спустя некоторое время дверь неохотно открылась, и на крыльцо вышел полный высокий мужчина в свитере и меховом жилете.

— Вы к кому, уважаемый? — спросил он, неприветливо разглядывая Сергея.

— Я журналист из области. Готовлю репортаж, хотел бы задать вам несколько вопросов.

— Журналист, значит. Ну, проходи в дом, поговорим.

Сергей подивился убранству дома, напоминающему юрту шамана. На стенах висели рогатые маски, амулеты, бубны. Хозяин предложил чаю с особым травяным сбором. Сергей с радостью согласился, погреться — да и разговор за чашкой чая ровнее течёт.

— А что это в вашем посёлке собак нет? — поинтересовался Сергей.

— А зачем они нам? — уклончиво ответил хозяин. — Красть у нас нечего. От них только шум, а толку нет.

— Ну да, — с сомнением согласился Сергей. — А волков не боитесь? Тут такие странные истории о местных волках ходят!

— А что говорят? Мы никуда не ходим, с местными не общаемся...

— А почему? — поинтересовался Сергей.

— Это обязательно? Общаться... — рассмеялся хозяин.

Сергей пришёл в себя, и понял, что спал за столом, положив голову на руки. В комнате горел свет, за окном было темно. Перед ним на лавке сидел хозяин и ещё двое мрачных мужиков.Голова кружилась, и Сергею не удавалось собраться с мыслями.

— Вы чем меня опоили? — раздражённо спросил он. — Ночь на дворе. Как я через лес пойду?

— Боишься? — оскалился один из мужиков. — А нечего без приглашения к людям соваться. Пора тебе. У нас ночью чужим нельзя оставаться...

— Почему? — спросилСергей.

— А ты в окно посмотри. Видишь, полная Луна этой ночью. Не дошло ещё?

Мужики ощерились клыкастыми улыбками.

— Я не могу ночью через лес идти, дорогу не найду. Да и волки...

Вся троица зловеще заржала, переглядываясь.

— Ты не бойся, мы тебе форы дадим десять минут. Ну, а там — как повезёт...

Ужас пробежал по спине неприятным холодком. Надо было побыстрее убираться. Сергей встал, и, пошатываясь, пошёл в сени, забрал свои лыжи и вышел на двор, в зимнюю лесную сказку, полную ночных ужасов. Леденящий душу волчий вой пронзил скрипящую тишину. Сергей надел лыжи и заскользил по своему следу к деревне. Луна ярко освещала заснеженный лес. Сердце стучало, как молот по наковальне. Минут через десять опять послышался протяжный волчий вой, уже гораздо ближе. Потом опять. Вой приближался, сменяясь рычанием.

«Ну, вот и всё», — подумал Сергей. Он остановился и повернулся к волкам лицом. Их было трое — матёрые, с горящими глазами, они медленно приближались. Тот, что был впереди, присел и приготовился к прыжку. Но не успел — сорвав с плеча ружьё, Сергей выстрелил.

***

— Серёга, проснись! — тряс его за плечо Захар Иванович. — Ты что кричишь так?

— Ох, Иваныч, — только и вымолвил Сергей, когда понял, что это был сон. — Чуть меня волки во сне не сожрали. Страшно было, аж жуть. Да это не всё! Подстрелил я одного... Смотрю, а на снегу человек лежит...

— Немудрено, с непривычки-то, да с вечерних разговоров про волков, — понимающе посочувствовал лесник.

Позавтракали на скорую руку и отправились за подмогой к Митрофанычу, изба которого как раз рядом была. Прихватили ещё его сына, Ваську, того самого, который волков у поселенцев летом видел, и сочли, что четверых будет вполне достаточно. Митрофаныч, как и лесник, вооружился двустволкой. Псы лесника, Полкан и Быстрый, само собой, увязались следом.

Ночью выпал снег. Дорога напоминала девственно чистое покрывало, которое под ногами похрустывало, как накрахмаленное. Вот и машина, уткнувшаяся носом в канаву, показалась за поворотом. Собаки настрожились и с лаем бросились вперёд. Захар Иванович сдёрнул ружьё с плеча и взял наизготовку. Полкан и Быстрый добежали до опушки и остановились, дежурно облаивая лес.

Вокруг машины снег был истоптан волчьими лапами.

— Похоже, ждали, когда я вернусь за машиной! — удивился Сергей.

— Ладно ещё, не угнали они твой автомобиль, — пошутил Митрофаныч. Васька заржал, представив себе такую картину.

Вчетвером без особого труда вытолкали машину из ямы, Сергей сел за руль, сдал назад, осторожно обогнул самую глубокую часть ямы, прижимаясь к сугробам на обочине, потом все остальные загрузились в салон. Потихоньку доехали до дома Митрофаныча. Там съезд с дороги был пологий, не то что у дома лесника. Машину оставили перед воротами, на дворе для неё расчищенного места не было.

— Ну, спасибо за помощь! — поблагодарил Захар Иванович соседей. — Пойдём сейчас поселенцев навещать, на лыжах.

— Удачи вам! — пожелал Митрофаныч. — Патронов побольше возьмите, чтобы на всех волков хватило.

— Да уж возьмём, не беспокойся! — ответил лесник.

Глава 4. Поселенцы

До поселенцев добрались где-то за час, по лесной целине было не разбежаться. Остановились у крайнего дома — всего было три, и над всеми тремя курился печной дымок. Открыли калитку, подъехали к крыльцу.

— Есть кто дома? — крикнул Захар Иванович и постучал лыжной палкой по перилам крыльца.

— Есть! — раздался голос откуда-то справа.

Из сарая вышел высокий полный мужчина в свитере и меховом жилете, с охапкой дров на руках.

— Здоров, сосед! — дружелюбно поздоровался лесник. — Я — лесничий местный, Захар, а это — журналист из области, Сергей. Вот, хотим с вами побеседовать о житье-бытье. Не возражаете? От дел не отрываем?

— Юрий Валерьевич, — представился хозяин дома. — Да какие наши дела? Заходите, пообщаемся. У нас гости редко бывают — можно сказать, и не бывают, только если своих из города погостить привезём.

Юрий Валерьевич поднялся на крыльцо, потом повернулся и добавил:

— Собак в сени загоните. Во дворе не оставляйте.

Лесник посмотрел на своих псов. Они присмирели и жались к его ногам.

— Что так? — спросил он.

— Волки, бывает, среди бела дня тут крутятся, так что от греха подальше… — объяснил Юрий Валерьевич.

Спешились, приставили лыжи и палки к перилам крыльца, зашли в сени. Захар Иванович свистнул своих псов, и те охотно забежали следом.

— Сидеть тут! — приказал им лесник, и те послушно уселись в сторонке.

Юрий Валерьевич ссыпал дрова в прихожей, в углу, открыл дверь в комнаты и крикнул внутрь:

— Маша, у нас гости!

Потом обернулся к гостям:

— Прошу, заходите!

Захар Иванович и Сергей зашли в дом вслед за хозяином. Их встретила жена хозяина, Марья Сергеевна, симпатичная дама лет сорока.

Выяснилось, что Юрий Валерьевич был художником, и поселился здесь ради лесных пейзажей. Выслушав истории про похищения скота из закрытых хлевов, он понимающе покивал:

— Ясно, для деревенских волки — проблема. А мы скотину не держим, так что нам от них никакого убытка нет. А что касается меня лично — так меня волки от смерти спасли. Причём от смерти от волчьих зубов — парадокс!

— Это как? — поразился Захар Иванович.

— Иду я, значит, с этюдником, ищу места красивые. Забрёл в какую-то чащу, и тут слышу рычание. Гляжу, а из кустов волк на меня идёт, зубы оскалил. Я бежать, да далеко не убежал, споткнулся, упал. Перепугался до смерти. Ну, думаю, всё, сейчас вся стая подоспеет, порвут меня на кусочки. Тут вижу — откуда ни возьмись, ещё три волка появились — но на меня не бросились, а рычат и теснят моего обидчика. Тот хвост поджал и прочь потрусил. Защитники мои на меня зыркнули и пошли восвояси.

— Вполне возможно, это волчица на вас напала, волчат защищала, — предположил Захар Иванович. — Где-то неподалёку её логово было, с волчатами. А вот поведение других трёх волков мне совершенно непонятно.

— Так это мои спасители, как пить дать! — обрадовался Сергей, как будто старых знакомых встретил. — А белого пятна на груди у одного из них не было?

— Было, как же. Вроде галстука. Я так понял, что это вожак был их, по повадкам. С тех пор я не раз эту троицу в лесу встречал. Покажутся издали, поглядят, и уходят. А вот к соседям они как в гости заходят. Дружба у них какая-то.

— Да не может быть! — поразился Захар Иванович. — Волки, в гости? Никогда не поверю.

— Ну, не в дом же, — поправился Юрий Валерьевич. — Я частенько видел, как они перед соседским крыльцом сидят рядком и слушают, что сосед им говорит. О чём — не знаю, но такое ощущение, что объясняет им что-то, а те вроде как на ус мотают. Странное зрелище!

— А что вы об этих соседях знаете? — спросил Сергей, подняв голову от блокнота.

— Слыхал я, что они наукой занимаются, то ли биологи, то ли программисты, а может, и то, и другое. Муж и жена. Проблемами сознания животных интересуются. А подробнее, — не знаю, они на эту тему разговаривать отказываются.

— Так мы их сегодня навестим тогда, — решил Сергей. — Дым у них из трубы идёт, стало быть, дома они. А в третьем доме кто живёт?

— А, там дауншифтеры. Мужика Игорем зовут, бизнесмен бывший. Что-то у него там то ли со здоровьем, то ли ещё что-то, только бизнес оставил детям, а сам с женой в тайгу переселился.

***

Соседи художника, те, которые с волками дружили, оказались далеко не такими гостеприимными. Хозяин, мужчина лет пятидесяти, вышел на крыльцо, и, узнав, что Сергей — журналист, приехал по письму лесника, заметно помрачнел. Он неохотно поведал, что ранее, когда дома поселенцев относились к закрытой зоне, здесь был волчий питомник, и что проводились исследования, связанные с волками. Подробностирассказывать отказался, сославшись на подписку о неразглашении. Сказал только, что в экспериментах участвовали три волка, выращенные в питомнике со щенячьего возраста. После завершения программы исследования они были выпущены на волю, и теперь обитают в окрестных лесах. Да, они привязались к исследователям, и частенько появляются у них на дворе, потому что знают, что их ждёт угощение.

Когда Захар Иванович рассказал о случаях кражи скота в деревне и о том, что волки каким-то волшебным способом научились открывать и закрывать запоры, учёный встревожился.

А когда лесник намекнул, что, судя по всему, волков придётся отстреливать, потому что деревенские не потерпят такого ущерба скотине, учёный занервничал. На вопрос Сергея о том, связано ли его проживание в лесу с экпериментальными волками, отвечать вообще не стал и, сославшись на срочные дела, объявил, что интервью закончено. С этим Сергей и Захар Иванович покинули двор и направились к третьему, последнему, дому посёлка.

У калитки Сергей обернулся, и ему показалось, что из-за угла выглянула и сразу исчезла волчья морда.

— Да, темнит наш учёный, — сделал вывод Захар Иванович. — Интересно, что это за эксперименты, что они над волками проделывали? Не нравится мне всё это.

— Да, интересно получается! — согласился Сергей. — Выходит, эти волки действительно другие, не такие, как дикие. Умные, и человека уважают. А что они скот деревенский режут — это тоже понятно. Они же выросли в неволе, охотиться на диких зверей не умеют. Вот и нашли выход из положения.

— Это для них выход, — сурово ответил Захар Иванович. — А для деревенских, которые убытки терпят — это не выход. Чувствую я, скоро соберутся они, облаву устроят, и всех волков, что попадутся, перестреляют. А то, может, из области охотников пришлют для отстрела. Жалобы-то на волчьи бесчинства уже там, у начальства областного.

В третьем доме им не открыли. То ли хозяев не было дома — правда, с чего тогда дымок над трубой вился, было непонятно, — то ли не любили они гостей. На этом решили возвращаться в деревню.

***

— Что там, Витя? — спросила жена учёного, Марина, когда тот вернулся в дом.

— Да плохо дело, — ответил тот. — Наши обормоты научились запоры открывать, скот деревенский порезали: корову, козу. Местные отстрел хотят устроить. Зря мы всё это затеяли. Надо было чипы отключить, и питомцы наши давно бы в обыкновенных волков превратились.

— Ну как же можно было? — возразила Марина. — Они же как дети стали, как можно было допустить, чтобы они опять в зверей превратились?

— Дети-то дети, но шалуны ещё те. То-то я заметил, в последнее время у них аппетит поубавился. Со своими дикими сородичами пируют, видимо.

— Это вряд ли. Дикая стая наших ручных питомцев не примет.

— Да кто их знает? Они ж умные, может, подход какой нашли.

— Может, в другое место переберёмся? И волков с собой заберём, — Марина с надеждой смотрела в лицо мужа.

— Не выйдет, — жёстко ответил Виктор. — В другом месте всё повторится. Да и денег у нас на это нет, скоро вообще волков кормить нечем будет. Уезжать надо отсюда. Отключить чипы, и уезжать. Другого выхода нет. Не дай бог, начальство проекта прознает, что мы нарушили приказ и не отключили чипы волков после завершения программы. Не миновать нам крупных неприятностей тогда.

Марина закрыла лицо руками и заплакала.

Глава 5. Чужие

— Киля, — позвали сиплым голосом из комнаты. — Ну шо там?

— Ша, Клык,уходят, — прошипел в ответ худой, сутулый мужчина в лагерной фуфайке, наблюдавший из-за кухонной занавески за Сергеем и лесником, отходящими от дома.

— Пусть уходят, это не по нашу душу, — ответил Клык.

Леся посмотрела на мужа и опять заплакала. Люди, стучавшие в дверь, ушли. С ними ушла последняя надежда на спасение. Крепко связанные руки и ноги затекли. После удара прикладом по голове муж так и не пришёл в себя. Зэки уже нашли её шкатулку с украшениями, и теперь требовали денег. Денег дома не было. Раз в неделю Леся с мужем ездили в райцентр за провизией, и там расплачивались карточкой. Всё это она попыталась объяснить бандитам, но те слушать ничего не хотели.

— Да нет здесь бабок! — раздался голос самого молодого из зэков, рывшегося в ящиках комода. — Всё обыскали...

— Клон, иди погладь бабу. Она тебе сразу всё отдаст, — хрипло заржал Киля.

— Баба при теле. Могу и погладить... — ответил Клон, расплывшись в улыбке и направляясь в комнату с пленниками.

— Тихо! Стоять! — скомандовал Клык. — У тебя одно на уме, придурок. Ну приляжешь ты с бабой, раз тебе не терпится, так за это, если поймают, будешь ещё десять лет сам себя любить на нарах. И за шо мне такое наказание? Увязался за мной... Племянничек...

Клон сердито засопел, но перечить не решился.

— Так, братва, — засипел авторитетно Клык. — Слушай сюда. Сейчас перекусим, оденемся как приличные люди. Потом в гараж — тачку проверим. И в гараже пошукать надо — может, денежки там прячут. Да и с соседями поздороваться не грех. Подфартило нам на этот посёлок набрести. Небедно живут.

— А этих куда? — Киля кивнул в сторону хозяев.

— Бабе рот кляпом заткни, шоб орать не вздумала. Мужику тоже кляп в рот, очнётся — буянить будет.

— А может, их... того...завалить? Сдадут они нас, — встрял Клон.

— Я тебя умоляю, Клон. И шо они скажут? Шо наши рожи видели? Так это и так всем ясно, что мы здесь были.

***

Когда Сергей с лесником выехали из леса, то увидели, что в деревне гости. Приехали две военные машины — поисковая группа выслеживала сбежавших из колонии троих зэков. Те были вооружены — сумели разоружить часового, захватили автомат.

Захар Иванович рассказал майору, командиру поисковой группы, что в третьем доме поселенцев им не открыли, хотя печь топилась. Тот попросил его поехать с ними, показать, как подойти к домам по возможности скрытно. Сергея, представившегося журналистом из области, с собой брать он отказался, сославшись, на то, что это опасно, и что он просто не имеет права рисковать жизнью гражданских.

— Захар Иваныч! — Сергей отозвал лесника в сторонку. — Я на лыжах, через лес рвану.

— Ну, не знаю, — засомневался Захар Иванович. — Опасно это. Волки, а теперь зэки.

— Ничего, я кой-какой опыт имею, — успокоил его Сергей. — Ну не могу я тут сидеть, я же журналист!

— Ладно, только ты ружьё возьми. У хозяйки спроси, она даст ружьё и патроны, скажи, что я велел. И осторожнее! К домам не суйся, пока мы не подъедем. Нам на машинах минут сорок добираться, ты скорее туда выйдешь.

Дождавшись отъезда поисковой группы, Сергей пошёл в дом за экипировкой. Ольга Фёдоровна выдала ему запасное ружьё, снабдила патронами. Заблудиться Сергей не мог — протоптанная накануне лыжня к домам поселенцев показывала дорогу лучше всякого компаса. На душе было неспокойно. Не только профессиональный азарт журналиста гнал его через зимний лес. Было ещё что то другое.

Глава 6. Люди и звери

Вот и дома поселенцев завиднелись. Сергей понимал, что беглым зэкам на глаза лучше не попадаться, они могли сейчас находиться в любом из домов — наверняка ищут деньги и провиант. Из соображений безопасности лучше всего было бы дождаться прибытия команды поисковиков, и Сергей остановился в нерешительности, оглядывая издали, из леса, с виду безлюдный посёлок.

С того места, где он стоял, дома частично загораживали друг друга, и Сергею пришлось пробираться по целине вдоль опушки, чтобы поглядеть на посёлок с более удобного ракурса. Вот уже видно крыльцо последнего дома, в который их вчера с Захаром Ивановичем не пустили. Сергей постоял немного, и тут дверь дома открылась, и из него вышли трое. Сергей достал из рюкзака бинокль и хорошенько рассмотрел спешащих людей.

Одежда на них была явно не по размеру. У одного на плече висел калаш. «Они! Приоделись у хозяев», — подумал Сергей.

Зэки подошли к дому, где жил учёный с женой. Один поднялся на крыльцо, постучал, что-то прокричал, что именно — Сергей не разобрал, потом встал рядом с дверью, прижался к косяку.

Спустя некоторое время дверь дома приотворилась, и из щели показалось дуло ружья. Зэк, стоявший за дверью, у косяка, схватился за дуло и резко дёрнул. Прогремел выстрел, никого не задев, хозяин ружья — учёный, не желавший выпускать его из рук, — оказался на крыльце. Последовала короткая схватка, в результате оба скатились с крыльца и продолжили борьбу в сугробе.

И тут раздался отчаянный крик. Кричала женщина, стоявшая у открытой двери сарая. Сергей понял, почему учёный вышел из дома — его жена была во дворе.

Из-за угла дома, как по команде, выскочили три волка.

Атака была стремительной. Волк с белой отметиной прыгнул на зэка с автоматом. Тот успел сдёрнуть его с плеча, очередь полоснула небо и зацепила дом — раздался звон разбитого стекла. А потом зэк упал в снег под тяжестью волка, на спину, и, держа автомат, как палку, двумя руками удерживал зверя, пытавшегося добраться до его горла.

Второй волк бросился на зэка, отнимавшего ружьё у учёного и уже успевшего встать на ноги — тот рухнул под тяжестью зверя. Мощная пасть с хрустом сомкнулась на руке, державшей нож. Зэк истошно завопил.

Учёный поднимался с трудом — на снегу, где он лежал, осталось кровавое пятно.

Третий зэк бежал к калитке со всех ног, но не успел, — последний из волков настиг его в шаге от выхода, прыгнул, рыча, на спину, и повалил на снег.

Сергей, забыв об осторожности, бросился назад по своему следу к лыжне, проложенной вчера.

Вот уже и краешек двора стал виден.

— Всем лежать! — раздался женский голос, и прозвучала короткая автоматная очередь.

Ещё несколько метров, и всё поле боя предстало перед глазами Сергея: лежащие на снегу зэки в изодранной одежде, учёный, сидящий на крыльце и зажимающий окровавленной рукой плечо, и его жена с автоматом наперевес, окружённая волками. Не теряя из виду бандитов, она что-то говорила волкам, указывая на лес. Волки внимательно слушали её, но уходить, видимо, никуда не собирались.

Тут послышался рёв моторов приближающихся машин поисковой группы. Волки забеспокоились, рванули к невысокому забору, и, перемахнув через него, попытались скрыться в лесу. Но не успели. Раздалось несколько коротких автоматных очереди, и все трое упали на снег. Жена учёного отвернулась, плача навзрыд. Из-за деревьев, к которым бежали волки, вышли трое военных, и начали пробираться по сугробам к дому.

Двор заполнился подъехавшими на машинах бойцами. Через минуту зэки были в наручниках.

— Привет, Сергей! — поздоровался подошедший сзади Юрий Валерьевич. — Что случилось? Стрельбу услышали с женой. В окно глянул — машины военные.

— Да зэки беглые... — начал рассказывать Сергей. — Обошлось без жертв, только вот соседа вашего ранили в плечо, ножом. Ну, и волки пострадали, конечно. Жаль их! Всех уложили, не успели они в лес уйти.

Жена учёного уже оправилась от шока и хлопотала около своего раненого мужа, сидящего на крыльце.

— Видел, что тут творилось? — спросил у Сергея подошедший Захар Иванович.

Тот коротко рассказал, что произошло.

— Значит, как женщина закричала, так они и появились? — уточнил лесник. — Видно, где-то поблизости ошивались. Ну, в любом случае, молодцы, доброе дело сделали. А то, пока мы подъехали бы…

Зэков наскоро перевязали — раны у всех были не слишком серьёзными, — и они под конвоем поковыляли к машине, угрюмо оглядываясь по сторонам.

— Ты глянь, как звери их подрали, — толкнул Сергея в бок лесник. — До смерти не забудут.

— Упёртые вы ребята, репортёры! — то ли похвалил, то ли упрекнул Сергея подошедший к ним майор. — Только учтите, будете писать репортаж — советую текст согласовать с отделом по связи с общественностью ГУИН. Иначе у редакции могут быть большие неприятности.

— Да моё дело маленькое — я пишу, а публиковать или нет — решает редактор, — ответил ему Сергей. — А что, у соседей всё в порядке, проверяли?

— Да, нормально, — ответил майор. — В третьем доме связанных мужа и жену нашли, мужику по голове зэки приложили, — но ничего, пришёл в себя. Максимум — лёгкое сотрясение. Предложили с нами до нашего госпиталя доехать — отказался. Сказал, если что, его жена в город отвезёт.

— А волков не жалко? — спросил Сергей. — Они ведь людей спасали. Жизнью своей жертвовали.

— Может, и жалко. Только не положено волкам на людей нападать. Хоть они зэки, хоть не зэки. Напал на человека — всё, ты вне закона. Так что мои люди правильно поступили. Могли бы и раньше этих волков пристрелить, да боялись зэков задеть. Ты говоришь, женщина зэков в снег уложила? Она из калаша палила? Молодец! Не всякий мужик так смог бы.

***

Репортаж о командировке получился, как считал сам Сергей, очень даже неплохим. И редактор тоже так считал — вот только в номер не принял.

— Сам посуди, Сергей, — объяснил он. — Сплошная мистика. Учёные волки, открывающие и закрывающие засовы,спасающие людей... Мы-то знаем, что этоправда, а что читатель подумает? Да есть причины и поважнее. Мне сверху, — тут редактор поднял палец в сторону небес, — звонили и просили эту историю огласке не предавать. Не из-за зэков, а из-за волков. Эта программа исследований до сих пор засекречена. Так что извини — репортаж твой публиковать не будем. Да и рассказывать об этом кому-нибудь тоже не рекомендуется. Ну, ты понимаешь.

А потом эта история забылась, ушла в прошлое, как это всегда бывает. Только иногда во сне Сергею виделись волк с белой отметиной и два его собрата, крадущиеся, как тени, через заснеженный лес, к дому, где их всегда ждут.