Туда, где прошлое станет будущим

Глава 1

Сильнейшее землетрясение магнитудой 9.8 потрясло дно Индийского океана. Литосферные плиты чуть вздрогнули, но этого было достаточно, чтобы разорвать земную кору и мантию, открыть сеть микроскопических трещин, похожих на паутину корней гигантского дерева. Трещины шли от самого ядра до поверхности.

Через них из раскаленного сердца планеты начала просачиваться оранжевая жидкость — густая, словно мед, невероятно пластичная — Торна — так ее назвали. Она не растворялась в воде. Выходя из мантии как по волшебству, жидкость закручивалась в тугую спираль.

Торна при контакте со всем, что имеет ДНК, не просто меняет генетический код — она «переписывает» его, дополняя случайными фрагментами из геномов всех существ, когда-либо живших на Земле. Эта катастрофа может стать последней для человечества.

Поэтому президент приказал собрать в министерстве лучших из лучших: если они не решат нависшую над человечеством угрозу, то надежда на выживание погаснет.

Небольшой конференц-зал с прекрасной акустикой, удобными креслами, оснащенными специальными устройствами, способными транслировать на экран необходимый материал вплоть до проецирования голографических изображений на сцену.

Сегодня здесь собираются военные, ученые, сотрудники министерств для разработки совместных действий, необходимых для нейтрализации последствий землетрясения, повлекшего за собой выход неизвестного вещества из жидкого ядра планеты.

Пока в зале находились три человека: молодой парень на вид лет двадцати -двадцати двух (хотя ему уже стукнуло тридцать два), листающий разложенные на столике перед сидениями материалы, и двое оживленно беседующих седоволосых толстячков лет шестидесяти.

— Петр Ильич, это катастрофа, какой еще не было никогда! Вы понимаете, происходит изменение ДНК у всего, к чему прикасалась жидкость из ядра.

— Понимаю вашу озабоченность, Владимир Викторович, но чем удержать то, что изменяет все, чего касается? К тому же масштаб!

В зал вошел премьер-министр.

— Здравствуйте, коллеги. А это кто? — он кивнул на молодого человека. — У нас министерство или проходной двор?

— Когда мы пришли, молодой человек уже здесь был.

— Совершенно верно, Петр Ильич.

— Молодой человек, вы уверены, что пришли туда, куда надо? — Владимир Викторович смотрел на молодого парня, рассматривающего разложенные материалы.

— Совершенно уверен, — дружелюбно улыбнулся и предъявил свой пропуск мужчина. — Меня зовут Анатолий. Приятно познакомиться.

Премьер стал внимательно разглядывать ученого, он видел его только на фото около десяти лет назад. «Каким был на вручении госпремии, таким и остался — несерьезным мальчишкой. Сразу его не узнал. Что в нем нашел президент? Подумаешь феноменальная память». — Взгляд министра был острым и холодным.

— Меня зовут Леонид Семенович, я премьер-министр. Рад знакомству.

Дверь в зал больше не закрывалась, люди все прибывали и прибывали. В двери показалась еще одна примечательная личность: мужчина выглядел старше своих лет, был очень худой – кожа да кости. Из-за высокого роста он выглядел еще худее. Взгляд серых глаз — живой и пронзительный говорил об уверенности в себе. Одет он был очень просто: поло, джинсы, кроссовки.

— Вобла, и ты здесь! Рад тебя видеть.

Обладатель серых глаз вздрогнул, посмотрел на Анатолия.

— Если ты будешь в экспедиции, то я отказываюсь!

— Да ладно, Лешка, я всегда признавал, что ты из нас троих, самый мозговитый.

— Поэтому все первые места были у тебя, — процедил сквозь зубы Алексей, гениальный компьютерщик, одноклассник Толика.

К ним подошел Петр Ильич.

— Молодые люди, это похвально, что вы интересуетесь наукой, но сегодня ситуация очень серьезная, на ваши вопросы отвечать просто не будет времени. Открою секрет. Вы увидите человека, о котором мало что известно широкому кругу, капитана единственной на планете межгалактического корабля-крепости. М-м-м. Не могли бы вы сесть подальше?

— Вы считаете, что нам не место в первых рядах? — Алексей не отличался толерантностью никогда.

— Без проблем. Алексей, пойдем, у многих со зрением плохо, а мы с последнего ряда увидим, — Анатолий потянул бывшего одноклассника в конец зала. Их догнал симпатичный мужчина лет тридцати. Светловолосый, голубоглазый, среднего роста. Очень приятное, с правильными чертами лицо. Из троих одноклассников он единственный был в костюме и при галстуке.

— Знал, что вас встречу! Рад поработать вместе.

— Серега, как жена, дочка?

— Спасибо, хорошо.

Вот и собрались три гения, для которых был сформирован отдельный класс еще в начальной школе. Мальчики были из разных городов страны: Сергей приехал из Новосибирска, Алексей из Краснодара, а Анатолий был родом из Питера.

Эрудиция этой троицы, интеллект зашкаливали. К двадцати годам они не только окончили универ, но успели защитить докторские диссертации и внести в развитие науки существенный вклад. Хотя в ученых кругах о них мало кто знал. Трое пацанов – козырная карта правительства, точнее, президента, на которого они и работали.

Петр Ильич вышел на трибуну.

— Коллеги, здравствуйте. Начнем нашу встречу. Мы живем в XXII веке. Земля расцвела в гармонии с человечеством: возрождённые экосистемы дышат чистотой, продовольственное изобилие доступно каждому, а передовые технологии служат сохранению баланса.

Никто не ожидал, что нашу спокойную жизнь нарушит природная катастрофа, с которой человечество столкнулось впервые! Я сформулирую тезисно то, что на данный момент известно. Первая струйка Торны пробилась к поверхности в центре Индийского океана. На воде возникло небольшое пятнышко, мерцающее ядовитым неоновым светом.

Жидкость не смешивалась с водой — она «ползла» по поверхности, а на глубине светилась, как лава. Моряки, заметившие необычное явление, сообщили о нем на берег. Исследовательские самолеты из разных стран, прибыли на место происшествия.

Попытки остановить катастрофу, предпринятые несколькими учеными из Европы, проваливались: жидкий азот, призванный заморозить Торну, распыленный с самолетов, испарялся, не достигая цели.

Две подлодки с учеными-исследователями приблизились к поднимающийся вверх оранжевой жидкости. Они исчезли с радаров, до сих пор их не нашли. Как это произошло никто не знает.

После этих смертей, ученые из нескольких стран отказались от изучения данного феномена. В научных кругах сообщалось, что контакт рыб с Торной привел к необратимым последствиям. Зафиксировано, что морские обитатели, привлеченные свечением, приближались к оранжевому пятну, из которого периодически вылетают кусочки Торны.

При контакте с которыми чешуя рыб темнела, жабры начинали пульсировать, а анализы ДНК рыб, провзаимодействовавших с оранжевой жидкостью, показал, что ДНК, словно разматывающаяся спираль, теряет структуру, в ней появляется что-то новое.

Появление Торны – катастрофа, которая может стать для человечества последней. Все, что вылилось в мировой океан, может разнестись по всему свету! Круговорот воды в природе никто не отменял.

Докладчик говорил еще несколько минут о том, что уже все знали. Следующие выступления тоже не отличались информативностью.

Начался кофе-брейк.

— Три часа пустой болтовни. Просил же: позовите, когда сформируете группу. Ваши докладчики не сказали ничего о реальном положении дел. Даже я, человек, работающий с железками, знаю не хуже их, что изменение наклона Земли, выход жидкости, меняющей ДНК на поверхность — катастрофа для всех и всего!

Он тыкал пальцем в материалы для ознакомления.

— Вот цитирую: «Вода – ценнейший ресурс на земле. Она жизненно важна для человека, животноводства, сельского хозяйства…», нас за дошкольников принимают или дебилов?

Анатолий, Сергей и Алексей стояли, широко улыбаясь, кивая головами в знак согласия.

— Евгений Александрович, не бушуйте, вот трое из экипажа. Как видите, они оценили вашу пламенную речь. Но поставьте себя на мое место.

— Нет уж, ни за что! Быть министром – фи! Не возражаете, если я рядом с вами сяду? — обратился он к смеющейся троице.

— Будем рады, — как всегда за всех ответил Толик. Парням Евгений понравился, харизматичность из него перла.

Мужчина среднего роста с очень подвижным лицом. Его волосы — пепельно-седые. Даже ресницы и брови, густые и чуть колкие, словно иней на сосновых ветках, были лишены темного оттенка.

В сорок восемь он выглядел как человек, выстоявший после серьезной катастрофы, но не потерявшего веры в добро.

На сцену вышел премьер-министр, ранее разговаривающий с Евгением Александровичем.

— Сформулирую промежуточный итог: первое – необходимо локализовать пятно оранжевого вещества из ядра по всей поверхности не только в ширину, но и в глубину. Второе – не знаю, как лучше сказать, но вы поймете, это вещество надо загнать обратно или локализовать его так, чтобы Торна не погубила все человечество.

Президент утвердил команду, которой предстоит решить эти проблемы. Вы понимаете, что вернуться экипаж сможет только после выполнения поставленной задачи.

Вторую команду, оказывающую поддержку первой, возглавляю я. Эта команда еще формируется. Разрешите вам представить членов экипажа первой команды. Если я буду перечислять заслуги всех, кто вошел в эту группу, мы еще на час задержимся, поэтому буду краток:

— У всех членов команды есть докторские степени в разных областях науки.

— Сергей Вячеславович – учёный-биолог, его вклад в науку был отмечен Нобелевской премией.

— Алексей Иванович — программист. Весь мир пользуется операционной системой, которую он создал!

— Евгений Александрович – создатель космолетов и тех судов, которые могут летать, плавать, уходить в океан на глубину больше километра, зависать в воздухе. Он же помощник капитана.

— Возглавит экспедицию капитан межгалактического корабля-крепости Анатолий Валерьевич. Ему предоставляю слово.

«Ну, спасибо, хоть бы предупредил», — подумал Анатолий, идя на сцену. Хотя за словом в карман он никогда не лез, но больно разношерстная аудитория собралась. В голове промелькнула мысль, от которой Толик улыбнулся.

— Наша команда будет очень стараться. Если у вас появятся мысли по решению всех проблем, озвученных нашим уважаемым министром, а они появятся, я уверен, не стесняйтесь, передавайте их в письменном виде команде Леонида Семеновича. — улыбаясь Анатолий посмотрел на министра. Став серьезным, добавил: — Времени в обрез, засим позвольте откланяться. Команда за мной.

«Прав был президент. Надо было предупредить пацана, что предложу выступить. А теперь море заявок рассматривать придется. Ну да ладно. Президент уверен, что эта троица решит проблему быстрей, чем остальные что-нибудь придумают», — мысли министра прямо писались на его лице: сначала удивление, потом озабоченность, наконец довольная улыбка.

Глава 2

— Хочу показать вам Универсальный гибридный корабль «Аэронавт-Марино». Обтекаемый корпус из многослойного композитного сплава титан-карбидного матрикса, сочетающий легкость, термостойкость и устойчивость к экстремальному давлению. — Евгений Александрович сделал многозначительную паузу.

— Обратите внимание на складные треугольные крылья с двигателями, работающими на смешанной энергии. Ее источники — термоядерный мини-реактор плюс ионные ускорители нового поколения.

Евгений открыл какой-то мощный люк и на поверхность корабля поднялся вертолет.

— А это, можно сказать, моя гордость — вертолетные роторы с магнитной левитацией для бесшумного точного вертикального взлета/посадки с корабля.

— Класс, можно полетать, он такой крутой!

— Анатолий, подождите, сначала все покажу. Не люблю, знаете ли, экскурсии устраивать, но необходимость того требует. Для погружений используем гидрореактивные двигатели, а наружные втягиваются в корпус. Пройдемте внутрь.

— Какая красота, минимализм, но продумано все до мелочей!

— Благодарю, Алексей. С главного входа, если гости придут, попадаем в зону отдыха с трансформируемой мебелью и голографическим проектором. — Он нажал на пульт управления, — как видите, можно опустить внешние блоки, останутся панорамные окна, на большой глубине лучше не делать.

— Какой обзор! Жаль на этом судне нельзя в космос, — замечтался Толик.

— Почему же нельзя? Компактный термоядерный реактор с замкнутым циклом, обеспечивающий энергией все системы на срок до 100 лет. Он был создан на заводе РОСАТОМа с которым я сотрудничаю.

— Замечательно, но я бы хотел вернуться домой пораньше. У меня семья, — Сергей улыбался.

— Я думаю, у нас максимум неделя, — Анатолий стал серьезным. — Давайте заканчивать с экскурсией.

— Жилые модули с магнитными ложементами, климат-контролем, VR-окнами (имитация пейзажей) и компактными санузлами — осмотрите сами позже. Кухня там, — Евгений махнул в сторону какой-то двери, а открыл другую, — биохимическая лаборатория, здесь: автономные боксы для анализа ДНК, синтеза антидотов, культивации микроорганизмов. Нанороботы для забора проб через внешние шлюзы. Советовался со знакомыми биологами и химиками, лепту и физики внесли.

Сергей присвистнул и исчез.

— Ждать нет смысла, хорошо, если завтра вылезет, идемте дальше, — предложил Алексей.

Центр управления представлял собой сферический зал с 360-градусными экранами, тактильными интерфейсами и ИИ-навигатором, синхронизирующим данные со спутников, сонаров и квантовых датчиков.

— Я тут задержусь, — воскликнул Анатолий, потирая руки.

— Вот документация, — Евгений вздохнув передал мощный небольшой носитель и обратился к Алексею, — идемте в центр программирования.

— Квантовые компьютеры с криогенным охлаждением, интерфейсы для моделирования экосистем и управления дронами... — заорал Алексей, и след его простыл.

— И кому мне показывать технический отсек и хранилища? — вопрос Евгений задал в пустоту. Вздохнул и вернулся к Анатолию.

— Вы вовремя, меня интересует система безопасности.

— Аварийные капсулы-спасатели с автономным запасом кислорода на 48 часов. Многослойная защита: антикоррозийное покрытие, электромагнитный щит от глубоководных хищников, система подавления турбулентности. А вот это, — Евгений показал на интересный значок на карте, — блок роботов, которые могут осуществлять ремонт на поверхности корабля и в труднодоступных местах.

— Отлично, пора собрать команду.

— Малышка, сбор экипажа в кают-компании через десять минут.

— Евгений, к кому вы обращаетесь?

— Естественно, ко мне. Для капитана и остальных членов экспедиции я — АБИКОР!

— Какой приятный голос, посмотреть на тебя можно? Познакомиться поближе?

— Конечно, капитан. Я — Адаптивный Бортовой Интеллект Корабля Освоения Реальностей. То есть АБИКОР. Ударение на последнем слоге.

— Понял, КОР – сердце. Ты играешь центральную роль в жизнеобеспечении корабля.

Перед Анатолием появилась голограмма красивой женщины.

— Это я. Позвольте объявить сбор команды, капитан. Внимание, всем членам экипажа! Сбор в кают-компании через десять минут.

— Забыл перенастроить, — было видно, что ничего перестраивать Евгению не хотелось.

— Зачем? АБИКОР, ты хочешь, чтобы он что-то перестроил?

— Он меня создал, может делать что хочет.

«Голос печальный. У компа?» — у Анатолия глаза полезли на лоб.

— Если капитан не против, я бы оставил все как есть, — Евгений потупил взгляд и почесал затылок, сейчас он был похож на мальчишку-школьника, а не маститого ученого-изобретателя.

— Вот и хорошо. АБИКОР – это очень официально, можно мне тебя звать малышка?

— Тебе — да, если Женя не против.

В глазах помощника перемешались нежность и печаль.

— Если я задел чем-то, извините.

— Нет, все в порядке, капитан. Давай на ты, не возражаешь? О малышке расскажу позже. Пошли.

***

К назначенному времени все собрались. Кают-компания поражала всем, начиная со стен и кончая — платформой для видеосвязи с Землей или другими кораблями, поддерживающая квантовую шифровку.

Минималистичный интерьер, с плавными формами, имитирующими природные ландшафты, стены и потолок выполнены из адаптивных панелей, меняющих текстуру и цвет (от нежных голубых тонов до теплых янтарных оттенков) — завораживали.

— Экипаж, поздравляю всех с началом экспедиции. Поскольку на борт доставили горячий ужин, на прием пищи отводиться сорок минут, через пятьдесят минут сбор на капитанском мостике, — голос Анатолия, стальной и ритмичный, как метроном, разрезал тишину. — Жду ваши предложения по устранению катастрофы. Приступим к ужину, приятного аппетита.

Евгений смотрел на Анатолия открыв рот, невольно сглотнув, поймал себя на мысли, что он не мог представить, как этот улыбчивый молодой человек, кажущийся таким податливым, почти мягкотелым за мгновенье превратиться в кремень, скалу. Его взгляд, голос не терпели возражения.

«Из весельчака в генералиссимуса, вот это преображение. Такой харизмы от мальчишки не ожидал. Каждый его мускул излучает власть, неукротимую энергию, силу. Что-то мне подсказывает, двое других тоже не лыком шиты», — из раздумий помощника капитана вернул к действительности голос Анатолия.

— Женя, редьку не будешь?

— Проглот! Ты уже Серегину слопал. Евгений Александрович, следите за тарелкой! — Алексей укоризненно смотрел на капитана.

— Толя, это ты по ящику кимчи и дайкона заказал?

— Да, я. Их уже привезли? Женя, где моя пища?

— Убрана на склад. Сейчас членам экипажа подадут кимчи и дайкон дополнительно. Капитан, ваше распоряжение выполнено, холодильник наполнен, хлебобулочные изделия положены на предназначенное для них место.

— Спасибо, малышка, ты чудо. Что-то кому-либо из экипажа должны еще доставить? Нет. Отлично. На взлет по готовности, координаты тебе заданы.

— Слушаюсь. До вылета пять секунд, начинаю обратный отсчет: пять, четыре…

***

— У тебя здесь просторненько, – Алексей с интересом разглядывал капитанский мостик.

— Мне нужны образцы оранжевого пятна и для способа их исследовать куча приборов, — с места в карьер сообщил Сергей, вертя головой по всем направлениям, разглядывая помещение. — Задумка, как отсоединить ненужный кусок ДНК от всего, с чем соприкасалась эта жидкость есть, но надо проверить. Отличный центр управления. Леша, у тебя есть…

— Из приборов у меня все есть! Не лаборатория – чудо! Я думаю отсоединить лазерным лучом кусочек жидкости, затем его охладить и исследовать в криогенной капсуле. Программу почти дописал.

— Хорошо. Объедините усилия. Я буду работать в другом направлении — найду то, что сможет изменить поверхностное натяжение оранжевой, тогда по капиллярам мантии она сама опустится обратно и запечатает трещины.

— С чего ты взял, что трещины, — Сергей замолчал, задумавшись, — может сработать. Толяк, идея отличная!

«Круты! Многозадачные парни: и болтают о корабле, и внимательно разглядывают все, и с какой легкостью говорят о сложнейших решениях проблемы. Они смогут родить план по спасению планеты!» — подумал Евгений.

— До прибытия на место осталось четыре часа. Три часа на сон. Сорок минут на завтрак, не забудьте сказать малышке, что вам приготовить. Сбор в кают-компании через два часа после прилета. — Толик встал.

— Капитан, на связи министр. «Соединить?» —спросила малышка.

Анатолий кивнул и сел. На экране телевизора появилось изображение.

— Команда, здравствуйте.

— Добрый вечер, Леонид Семенович. У вас появилось что-то новое?

— Хочу, чтобы не было недопонимания. Я – отвечаю и руковожу экспедицией. Вы, капитан, обязаны ставить меня в известность обо всех перемещениях корабля, это не ваша собственность. На кону жизнь планеты.

На лице Анатолия появилась загадочная улыбка. Молниеносно промелькнула мысль: «Так и думал, прослушка или видео, может, то и другое?»

— Это я никогда не пропущу. Когда он так улыбается, собеседнику ничего хорошего не светит. Посмотрим как Толяк министра осадит, — прошептал Сергей, наклонившись к Евгению. Алексей кивнул в знак согласия. В глазах друзей забегали чертики. Они удобно устроились в стильных креслах, подстраивающихся под анатомию пользователя.

— Вы даже не представляете насколько жизнь планеты висит на волоске, — Анатолий смотрел в глаза министра.

— Не надо преувеличивать, я в курсе всех исследований, которые проводятся учеными со всего мира. Все сходятся на том, что есть три-четыре недели до точки невозврата. Так что ваш самовольный улет, не оправдывается срочностью. Что вы делаете?

— Работаем. Плохо видно? — Анатолий что-то печатал.

— О вашем неуважительном отношении я доложу президенту. А теперь начнем совещание. Ваши предложения я выслушаю чуть позже. Сначала ответьте на вопрос: почему эта Торна смогла подняться так высоко? Прям из центра Земли. Это ж тысячи километров.

— 6378 км на экваторе. Почему поднялась так высоко? Очень просто. Она поднимается по сети капилляров. По формуле Жюрена, которая определяет высоту подъема жидкости.

— Повторите.

— Лучше напишу, малышка, экран, пожалуйста, — Анатолий не дождался конца фразы министра, написал формулу.

h = (2σ cosθ)/r(ρ-ρ0)g

— Поясните вашу мысль.

— Леонид Семенович, что тут пояснять? Хотя извольте. Для начала, ускорение свободного падения g находится в знаменателе. Это значит, что чем меньше g, тем выше поднимется жидкость.

— Уровень детсада пропустим.

— Отлично, но, чтобы не было недопонимания, чему равно ускорение свободного падения в центре планеты?

— Я не физик, — недовольно ответил министр.

— Да это каждый школьник знает: g — в центре земли равно нулю, — капитан писал то, что говорил. — Если ты уже в центре, то дальше падать некуда. С удалением от центра земли аж до поверхности ускорение свободного падения растет линейно.

Толик рисовал землю и размечал, где чему равно g. Капитан изменил свет в помещении, чтобы было лучше видно, что он пишет. Биодинамические светильники на корабле, имитируют естественный солнечный спектр в разных режимах: «Рассвет», «День», «Ночь», «Релакс», «Работа».

— Пока все ясно? — Леонид Семенович кивнул. Капитан продолжил: — То есть на полпути от центра земли, ускорение свободного падения равно только половине того, что мы испытываем здесь на поверхности. За счет этого эффекта Торна прошла большую часть толщи нашей планеты.

— Большую часть? — на вопрос министра Анатолий кинул. — Продолжайте, капитан.

—Торна не остановилась, поскольку радиус каналов-капилляров r уменьшался. Он тоже стоит в знаменателе, то есть чем он уже, тем выше подъем. Один большой канал из центра земли распадался на много узких канальцев. Чем ближе к поверхности земли, тем тоньше каналы и их количество увеличивается.

— Хм, — хмыкнул министр. — Из ваших рассуждений следует, что каналы должны быть фактически везде, сетью достигая поверхности земли. А они только в океане. Ладно, под горами мы их не увидим, но почему на равнинах нет прорыва Торны? Решили из меня дурака сделать?

— Зачем? Сами посмотрите. Малышка, последнее сканирование коры земли выведи на экран, — глаза министра расширились, он не знал верить или нет этой информации.

По своей природе Леонид с детства был недоверчивым, амбициозным человеком. К пятидесяти годам он стал премьер-министром. Мужчина не рвал звезд с неба, но жажда знаний была сильной. Трудоголик.

За два года на этой должности он привык, что его мнение заслуживает внимания, распоряжения выполняются без вопросов. Поведение троих молодых парней его задевало, он не чувствовал уважения к себе. В его понимании они — безответственные мальчишки, за которыми нужен глаз да глаз.

Взгляд Анатолия, по мнению Леонида, слишком смелый, а сейчас он вел себя нагло. Увидев Алексея впервые в том прикиде, он хотел его выгнать со встречи, но президент заранее предупредил: «В чем бы они ни пришли, хоть в шортах и босоножках – не смей цепляться. Это приказ!»

Сергей премьеру тоже не понравился, хотя и был при костюме. Какой-то он шумный, рассеянный. А Евгений посмел его отчитывать на глазах у всех. Больше всего Леонида возмущало, что этот изобретатель использовал корабль-звездолет как частную собственность.

— Президенту уже отправили данные, у нас с ним прямая связь сегодня или завтра, — Леонида из размышлений вывел голос Анатолия.

— Точнее. Когда и во сколько?

— Когда у меня будет что сообщить, я позвоню президенту. Что касается гор и равнин: земная кора тоньше всего под океанами. Главная причина подъема Торны кроется в формуле Жюрена. Она вам, Леонид Семенович, еще интересна?

— Естественно, — на лице министра играли желваки, а по лицу тек пот.

— Высота подъема в капилляре обратно пропорциональна разности плотностей торны ρ и среды, находящейся над ней, ρ0. Капиллярная сеть уже выходит на поверхность в низменностях на равнинах.

— Бред! С чего вы это взяли?

— На скане вы видели это собственными глазами! В океане жидкость из центра планеты вышла быстрее, чем на поверхность земли. — Анатолий жестом остановил Леонида, —Поясняю: вода, входя в контакт с горячей Торной испаряется и прорывается вверх, прокладывая ей путь.

— Хотите сказать, что благодаря пару Торна так быстро вышла на поверхность океана?

— Леонид Семенович, вы когда-нибудь кипятили воду в чайнике? — Анатолий сверлил взглядом премьера, его терпение было на пределе. — Отлично. Видели, как крышка прыгает?

Премьер очередной раз кивнул. Он очень сосредоточенно куда-то смотрел.

— Температура кипения воды всего сто градусов. А температура Торны

— Вы сделали ошибку в формуле! — Премьер прервал Анатолия, в глазах министра появилась злость, а на лице натянутая улыбка. — Думали я профан и не замечу?

— Леонид Семенович, вы эту формулу имеете в виду? — Анатолий быстро написал: h = (2σ cosθ)/rρg

— Именно, или вы и то, что пишут в учебниках, оспаривать будете?

— В формуле нет ничего, описывающего окружающую среду. Есть свойства Торны. Свойства поверхности капилляра учитываются через краевой угол смачивания θ, — капитан показывал на обозначение соответствующих величин в формуле.

— А зачем так пишут в учебнике, если это не верно? — министр повысил голос.

— Я не говорил, что формула неверна. Но она в учебнике записана для подъема воды в воздушной среде, когда плотностью воздуха можно пренебречь. Больше скажу, на русскоязычной странице википедии указана полная формула Жюрена, а на англоязычной — неполная.

— Подождите, сейчас посмотрю. — Наступила тишина. Когда министр оторвался от чтения, капитан подвел итог.

— Вывод: формулы надо не только запоминать, но и понимать. Но, что намного важнее, капилляры для подъема Торны есть уже фактически везде у поверхности земли. Люди на равнинах ее не замечают и не беспокоятся, хотя они ходят по ней на волоске от смерти!

— Какой ужас!

— С этим, Леонид Сергеевич, я согласен. А мы с вами потратили целый час на объяснение одной простенькой формулы! За это время земле мог наступить конец или мы могли найти решение, как избежать катастрофу и многое другое, например: мы могли поспать перед трудным днем.

— Совещание закончили, я вас отпускаю, — премьер-министру самому нужен был перерыв. Давно он не чувствовал себя так не комфортно. С одной стороны, он ощутил себя профаном, что ему ой как не нравилось, с другой стороны, угроза уничтожения человечества оказалась настолько близко!

— Минутку, — к Анатолию вернулся металл в голос, взгляд был как у удава, что смотрит на кролика: гипнотизирующий, не дающий пошевелиться. Министр застыл. — Уясните, пожалуйста: первое – моя команда, подчиняется во время работы, только мне и президенту.

Второе – ваша команда, вспомогательная, основная задача которой, обеспечение всем необходимым моего экипажа.

Третье – на связь с вами я буду выходить сам, когда сочту нужным. Не смейте нас больше отвлекать.

Четвертое – я сообщу президенту, что вы, возможно, предатель.

— Это, знаете ли, перебор! — министр побледнел, он был обескуражен.

— Но, ведь это вы установили прослушивающие устройства на нашем корабле! Сейчас они будут сняты. За информацию, украденные идеи, можно получить нехилые деньги. Засим, прощайте.

Малышка отключила связь.

— Ты еще никогда никого не возводил до ранга предателя страны, — Сергей хлопал Толика по плечу, — как у него лицо изменилось!

— Как у тебя хватило терпения объяснять элементарщину? — Алексей смеялся в голос, — какой же недалекий у нас министр!

— В своей области он хорош, но не люблю, когда лезут не в свое дело, мешают. Снобизм претит. Ладно, ребята, пошли отдыхать.

Глава 3

Президент смеялся от души.

— Так ты у нас шпион! Ха-ха-ха. Это то, что я услышал, а как обстоят дела. Леня?

— Нашел над чем смеяться. А дела хуже некуда. Если ему верить. Торна везде, то есть может выйти на поверхность в любом месте и в любой момент.

— Перед улетом Толик предупреждал, что ситуация сложная, обещал позвонить завтра.

— Он с тобой говорил перед улетом? Почему у меня не было сообщения о звонке?

— Леонид, ты думаешь, они тебе дадут прослушивать себя? Голову наотрез даю, что об аппаратуре, которую ты установил, было известно, еще до того, как ты покинул корабль.

Леонид Семенович не унимался, Анатолий для него был как кость в горле.

— Ну капитан корабля. Мало ли у нас пилотов? За что ему такое доверие?

— Потому, Леня, что он решает задачи, которые другим не по зубам. Я тебе пример приведу. «Посейдон-9», два года назад. Помнишь?

Леонид Семенович кивнул, его лицо мрачнеет при воспоминании.

— История была громкой, — процедил сквозь зубы премьер.

— Не просто громкой. Все упирались в тупик: любой штурм — взрыв. Я вызвал Анатолия.

— А почему я об этом не знал?

— А ты не забыл, — президент посмотрел в глаза Леонида, — что это команда, которая работает лично на меня? Они всегда в тени. Так вот. Анатолий не стал смотреть на текущие схемы охраны. Он попросил Алексея найти первоначальные чертежи платформы, еще советских времен.

Из рассказа президента Леонид узнал, что на место происшествия из команды приехал лишь Анатолий. На командном пункте обстановка была крайне напряженная. Мониторы, карты, генералы с посеревшими лицами и какой-то молодой чужак.

Анатолий стоял отдельно в простой куртке, карго и кроссовках. Он не смотрел на текущие схемы, которые разглядывали генералы. В его руках был планшет со сканами пожелтевших старых чертежей. Его пальцы быстро перелистывали страницы.

Платформу возвели на основе старой станции. Реактор построили новый — но часть старой системы вентиляции осталась. Ее не демонтировали, а просто законсервировали и вычеркнули из документов.

Анатолий наложил прозрачный слой со схемой старых труб поверх современного плана платформы. Две сети коммуникаций совпадают лишь частично. Старая — уходила вниз, к воде. Получился скрытый лабиринт.

О нем никто не знал. Это и был шанс. Анатолий связался с Сергеем, который за пару часов приготовил газ по запросу Анатолия — быстродействующий и безопасный для заложников.

Этого времени хватило капитану команды на подготовку вылазки. Наступил вечер. Темнота, холодная вода. Луч фонаря выхватывает из мрака покрытую ржавчиной металлическую заглушку советских времен.

Анатолий в легком гидрокостюме подплыл к ней. В его сумке необходимое оборудование. Очень непросто было открутить заржавевшие винты, но через пятнадцать минут он проник внутрь по-старому водозаборнику.

Тесно, сыро, ржаво. Анатолий полз по узкому туннелю. Луч его фонаря выхватывал паутину, капли воды, стекающие по стенам. Он двигался с уверенностью, словно у него в голове карта.

Капитан прополз по этим трубам и вышел прямо в техническое помещение платформы, в самое сердце объекта. Толик протиснулся через решетку вентиляции в подсобку, снял гидрокостюм.

Вокруг стояло современное оборудование. Он нашел главный узел вентиляции — паутину из современных воздуховодов, быстро подключил к нему баллон с газом. Дальше — дело техники.

Алексей удаленно отключил датчики системы безопасности, чтобы они не сработали на газ, на мониторе системы безопасности индикаторы зеленые. «Можешь действовать», — Анатолий получив сообщение, выпустил газ в вентиляцию.

Во всех помещениях станции одновременно террористы и заложники вдруг начали зевать, людей стало клонить в сон. Они медленно и мягко оседали на пол. Через пятнадцать секунд все террористы и заложники внутри были без сознания.

Президент в рассказе сделал паузу, глядя на Леонида Семеновича.

— Всё. Никакого штурма, никакого риска для реактора. Но то, что было дальше, Леня, тебе особенно понравится. Группа захвата была не готова.

Лицо Леонида Семеновича исказилось от возмущения.

— Да как же так?!! Генерал Сергеев, руководящий этой операцией, всегда был очень ответственным! Кстати, почему ты его уволил?

Президент посмотрел на Леонида ледяным, предупреждающим взглядом.

— Очень просто, генерал проигнорировал мое распоряжение выполнять все указания Анатолия. Не повтори его ошибку. Что было дальше и как Анатолий блестяще решил создавшуюся ситуацию рассказывать?

— Не надо. Я все понял.

***

Капитан постучал в дверь. Ответа не последовало. Анатолий приоткрыл дверь. На кровати лежал помощник с закрытыми глазами, он спал.

— Видишь, малышка, — закрывая дверь, прошептал Толик, — он просто спит.

— Почему так долго? Уже шесть часов прошло, Женечка спит четыре часа, когда не дома. Ты сказал его не будить, ой. Ты проснулся?

— Да, малышка, я проснулся. Капитан, заходите.

— Прости, что побеспокоил, но малышка настояла, — заходя в комнату, капитан огляделся. Его внимание привлекло фото, висевшее над столом: Евгений, малышка, и маленький мальчик.

— Не удивляйся, присаживайся. На фото моя жена и сын. Когда я женился, мне было сорок, а моей любимой — всего двадцать пять. Представляешь, стройная красавица, нежная, как ее имя – Лилия. Глаза – синие как сапфир, волосы как щелк блестящие и мягкие, как у ребенка, а по цвету медные.

Анатолий улыбался, разглядывая фото.

— Даже не знаю, что она во мне нашла, но через месяц мы поженились. Ее семья была против, родители с ней не общаются, даже когда появился наш любимый сынок, они никак не отреагировали.

— Что касается тебя: перспективный ученый, хорошо обеспеченный, симпатичный. Человек добрый, ласковый, судя по тому, как общаешься с малышкой. Рост средний, глаза серые, совсем седой, но, знаешь, когда я тебя увидел впервые, решил, что седина тебе идет. А чем ты ее родителям не угодил?

— Понимаешь, Толик, родители Лилии одногодки, в августе отцу стукнет пятьдесят три, а мне уже сорок восемь.

— Не вижу проблемы! Вы любите друг друга – это главное, а на них наплюй.

— Но они родители жены. Ты представляешь, как ей тяжело?

— Она тебе это сказала? Нет? Так зачем за нее думаешь?

— Вот и я Евгению говорила, — вступила в разговор малышка, — что мы с Лилией об этом не раз говорили. «У них своя жизнь, а у меня моя! Люблю моих Женечек, больше никто не нужен», — твоя жена так сказала, а ты не веришь?

— Мелкий тоже Евгений? Жена так назвала?

— Ну не я же, Толик, мне бы и в голову не пришло.

— С вами хочет поговорить Сергей, включаю.

— Толи-и-и-и-к, Же-е-е-н-я, Ле-е-е-ха! — Кричал Сергей, — вытащите меня отсюда! Ребята!

— Ты где? Слышишь меня, — спросил капитан.

— Слышу. Иди ко мне и поскорей, тут не комфортно, знаешь, я не очень люблю тесноту. Да в голову кровь приливает.

— Так куда идти?

— Сюда!

— Малышка, где это большое чудо застряло? — Евгений шел к двери, за ним беззвучно смеясь, направился капитан.

— Что ты делаешь, Сергей? — у помощника глаза на лоб полезли от увиденного: в стеклянном кубе, точнее, в отверстии, через которое закладываются исследуемые образцы, застрял торс биолога, а сверху торчали ноги.

— Хорошо зад не пролез, а то, как вытаскивать бы стали? — пошутил Сергей, когда Толя его вытащил из куба.

— Не стали бы. Легче в куб затолкнуть, а потом за руки обратно на волю вернуть. Что там в кубе и зачем ты туда полез? — Евгений улыбаясь осматривал куб.

— Не куб, а вытяжной шкаф с манипуляторами. Видишь я там установил разделители, которые не имеют ДНК, здесь сто ячеек, в каждой разное наполнение. Пока заполнил на треть, на столе список. Толя, если есть идеи, то давай. — Сергей довольно смотрел на свою работу.

— Могли бы сказать, что достали недотепу, — в лабораторию вошел Алексей с алмазным стеклорезом, с лазером, с молотком и с сосудом Дьюара.

— С ума сошел, разве можно так с оборудованием обращаться? В чем я Торну исследовать буду?

Из рук Леши выпали инструменты.

— Термос не разбей! И как ты этим — Сергей показал на молоток и остальное, — собирался меня доставать?

— Не термос, а сосуд Дьюара. Для несведущих, можно сказать, криогенный бак. Если ты не в курсе, то такие шкафы делают из ударопрочного стекла. Просто не разобьешь. Хотел пройтись лазером, потом резко охладить жидким азотом. Дальше молотком.

— А стеклорез зачем? — не прекращал расспросы Сергей. Алексей поморщился.

— Чтоб тебя лазером не поджарить, думал оставить стеклянную юбочку на торсе.

— Леша, на, посмотри список, добавь, что считаешь нужным, — Анатолий подал список и вышел из лаборатории. Больше беззвучно смеяться капитан не мог, расхохотавшись, он со всех ног бросился в кают-компанию.

***

Экипаж чувствовал себя как дома. В корабле действительно было обалденно комфортно! Алексей лежал в ванне, балдея от массирующих его спину струй воды. Ему вспомнилось лето первой встречи с Катей. Приехал домой навестить родителей. Случайная встреча с подругой сестры, которая его недолюбливала с детства, привела в смятение.

Кроме науки Леша ничем особо не интересовался. Он много читал, ходил с друзьями на экскурсии, в театры и так далее. Жизнь в Питере определенный отпечаток оставила.

И вот появилась Катя — нежная, застенчивая, симпатичная. Она следовала за ним, восторгалась его умом. В свои двадцать лет Алексей верил только в добро, оптимист до мозга костей. Он поверил в искренность чувств.

Через неделю к нему в гости приехали два друга. Они оба почувствовали фальшь в отношениях Алексея и его девушки. Последний случайно услышал объяснение в любви Кати Толику.

И хотя друг жестко отказал Кате, пристыдив ее, мир Леши рухнул. Друзьям стало не уютно вместе. «Если бы он не приехал, Катя вышла бы за меня, какой он после этого друг?» — о чем бы ни думал Алексей, всегда возвращался к этому вопросу.

К вечеру следующего дня Толик вышел на связь с Сергеем и попросил его привести Лешу в кафе, находящееся в лучшем кинотеатре города. Встретились у входа.

— Идемте, — сказав Толик повел друзей, — столик я заказал, но молчите, когда зайдем.

Кафе уютное, полукруглые диванчики огибают столики, создавая посетителям приватную атмосферу. На столе уже стояли напитки. Анатолий жестом показал куда кому сесть. Соседний ряд столиков был отделен спускающимися искусственными лианами.

Анатолий глазами показал на лианы. Алексей нехотя повернул голову. Его Катя смеялась, она беседовала с подругой.

— Такого глупца в жизни не видела. Кому он нужен? Скучный скелет, не то, что его друг. Но он еще пожалеет, что отказал. Как твоего брата заставлю влюбиться, а потом брошу. Кстати, где моя тысяча?

— Держи, плачу тебе его же деньгами. Представляешь, привез подарок – 10000 рублей. Тяжело было его влюбить в себя?

— Как два пальца об асфальт. У него никогда не было никого. Ха-ха-ха!

Друзья, не сговариваясь, вышли. После этого случая Алексей сильно изменился. Он стал вредным циником.

***

Надвигающаяся беда не давала расслабиться.

— Женя, твоя задача — подлететь на самое близкое расстояние к Торне, при этом в приоритете – безопасность. Там надо зависнуть. Алексей, отсекаешь кусок, замораживаешь и затягиваешь в криогенную капсулу. Сергей, изучая жидкость, имей в виду, что при малейшей нештатной ситуации, капсулу выстреливаешь в Торну. Корабль не должен пострадать! Вопросы?

— Примерно сколько времени мы должны висеть на месте? Рядом с пятном образуются воздушные вихри. За последние два часа потоки воздуха усилились на три процента.

— Это плохо. Времени в обрез! Толик, думай. – Алексей заходил у капитанского мостика.

— Датчики на вертолете для измерений есть? Я еще не полностью ознакомился с его оснащением.

— Конечно. А что ты хочешь…

— Ждите меня здесь, — капитан перебил Евгения. — Малышка, поддерживаешь связь, открывай люк, вылетаю.

Толик летел на вертолете к пятну Торны, передавая данные об изменении ветра, плотности воздуха, температуре… Вертолет попал в полосу какой-то странной турбулентности.

— Вы видите это? Ребята, меня бросает во все стороны, тянет вниз.

— Толик, лети назад!

— Не могу, тяги хватает только чтобы удержаться на месте. Попробую выбраться как из водоворота…

— Нет, есть другой вариант, — Евгений сел за пульт управления кораблем.

Вертолет Анатолия был метрах в двадцати от края пятна Торны, а корабль от него завис метрах в двухстах.

— Малышка, готовь захват, подлетаем.

Приблизившись к вертолету, даже корабль удерживать ровно стало тяжело.

— Малышка, захват.

К вертолету полетел толстый канат с крюком. Мимо, трос чуть не задел вертолет.

— Капитан, очевидно, когда вертолет бросало из стороны в сторону, вы выключили электромагнит нужный для захвата. Можно я его включу.

— Конечно. Малышка, поднимись чуть выше. Да так, молодец. Крюк бросай прямо, поток воздуха его сам опустит к вертолету, — капитан четко, спокойно отдавал распоряжения. — Евгений, если сейчас не получится, приказываю занять прежнюю позицию.

Малышка запустила крюк. Анатолий с большим трудом выровнял машину, произошел захват. Медленно, чтобы не разорвать трос или не оторвать часть от вертолета, Евгений вернул всех в исходную точку. Капитан вернулся на мостик. В центре управления его ждала команда.

— Надо выяснить, что на глубине, может, там будет проще взять образец?

— Сомневаюсь, Серега. Сначала запустим подводные дроны, Алеша – ты будешь ими управлять.

— Думаю, что надо запустить два дрона. Посмотрим какое смещение по разным направлениям вызовут вихри и есть ли они там, на каком расстоянии их действие сказывается. Можно взять пробы воды, может, попадется кто-то с ДНК.

— Алеша, ты уж, пожалуйста, постарайся, — затараторил Сергей, — чтобы попался, мне позарез нужен образец.

Но увы. Дроны назад получить не удалось, их поглотила Торна. Датчики работали безупречно, так что кое-какую информацию получить все-таки смогли.

— Малышка, набери президента.

— Здравствуйте, рад вас видеть. Ребята, ваши родители передают приветы, говорил с ними вчера вечером. Евгений Александрович и Сергей, ваши жены и дети в полном порядке. Просили передать: скучают, ждут. Как дела?

Анатолий ввел в курс дела президента.

— Если честно, не знаю, что и сказать. Времени нет, вы это знаете лучше всех, так что отвлекать не буду. Толя, я на связи 24 часа, будут новости — звони. Если что-либо нужно, Леонид Семенович все сделает – достанет и пришлет.

***

Наступил следующий день. Пятно разрослось вдвое. Около двенадцати часов капитан собрал команду.

— Учитывая данные, полученные с датчиков, я думаю, что нужно пролететь по ходу закручивания Торны, срезать образец и на порыве ветра выскочить, как из водоворота.

— Толик, не смешно. Это не просто опасно, это архи как опасно, ты хочешь рисковать жизнью, нет, идешь на смерть!

— А кто говорил, что без кусочка Торны и жизнь не мила? Не ты ль, Серега?

— Жизнь в приоритете. Твое предложение — авантюра!

— Выскажись, какие мысли есть по взятию образца? Если нет других предложений, готовьтесь. Женя, надеюсь, что меня не надо будет вытаскивать, но если с первой попытки не получится

— Знаю, иди уже, — перебил Евгений капитана. — Малышка, проверяем готовность корабля.

— К взлету готов, — через пару минут сообщил Толик, — малышка, открывай люк.

— Связь проверила, все хорошо. Люк открыт. Счастливого пути.

— Ха-ха-ха, — хохотнул капитан, учитывая куда он летел при каких обстоятельствах, — спасибо! Все-таки есть оптимист в нашей команде.

Команда завороженно смотрела на действия капитана. Казалось, он расслаблен, улыбается. Но для тех, кто его хорошо знал, не было сомнения: дикая сосредоточенность, он не думает о движении рук, они все делают сами, работает мышечная память.

Капитан много раз на симуляторе и просто в мыслях проиграл свои действия, но предсказать результат невозможно. Выполнение поставленной задачи осложнялось тем, что должна быть стопроцентная синхронность действий у Анатолия с Евгением и с Алексеем.

Последний должен отрезать кусок Торны и заморозить. А Евгению предстояло везти корабль параллельно вертолету, который вихри могут швырять из стороны в сторону. После чего капитану необходимо поймать эту ледышку и, вырвавшись из вихря, вернуться живым с образцом.

Все шло по плану, пока корабль не бросило в сторону вертолета.

— Толя, цел? Мы тебя сильно задели? — Евгений от толчка свалился со стула.

— Главное вертушка работает, а вот дверь вмята, открывать будете снаружи.

«Как мне повезло, что удар был снизу, бросило вверх, а не в центр», — мгновенная реакция капитана спасала уже не раз.

— Внимание, летим на захват цели. — Сформировался мощный вихрь, очертания которого были хорошо видны. Анатолий направил вертолет в него.

Считаные секунды, но как много всего произошло. Пока Алексей отрезал и замораживал кусок Торны, Евгений присоединил трос к вертолету, еще раз порадовавшись тому, что для крепления крюка используется сильнейший электромагнит, направляющий его туда, куда надо. В этот момент капитан отдал приказ

— Прыжок!

Он сам на полной мощи направил машину по касательной к вихрю, а помощник потянул вертолет, добавляя тяги. Отлетев на безопасное расстояние, Евгений вздохнул. У членов экипажа пошел отходняк: расслабились, обмякли. Минут десять была полная тишина, никто даже не шевелился.

— Отдых окончен, за работу, выпустите меня из вертолета.

— Сейчас принесу инструменты, — отозвался помощник.

***

Через пять часов команда собралась на ужин. Сергей был очень возбужден.

— Как Торна может содержать нити ДНК, скажите мне, как? Ведь она поднимается из центра земли, где температура в несколько тысяч градусов? Все сложные молекулы должны развалиться при такой температуре. Да и давление в миллионы атмосфер не способствует сохранности ДНК.

— Серега, дай поесть спокойно и мозгу отдохнуть надо. – Поедая дайкон, произнес капитан.

— Ботаник, ты думаешь я или Толька не знаем этого? Лекцию нам читать решил?

— Нет. Сам то, физтеоралек, знаешь откуда там нити ДНК?

— Как ты его назвал? — чуть не подавившись, уточнил Евгений.

— Это сокращение от физик-теоретик Алексей.

— Может быть, нити ДНК сохранились из-за хитрого сочетания внешних условий. В ядре земли содержится большое количество железа. Оно обладает высокой химической активностью. Поэтому здесь, на поверхности, железо не встречается в чистой форме, то есть самородком, как, например, золото.

— Ты думаешь, что в ядре железо существует в чистом виде? Обволакивает, или, можно сказать, налипает на каждую молекулу, образуя панцирь?

— Да, я думаю, что этот панцирь толщиной всего в несколько слоев атомов, но он не дает распасться молекуле. Ей просто некуда распадаться.

— Мне такое в голову прийти не могло, — Евгений с восхищением смотрел на молодых ученых, — то есть ДНК в железе, как крошечные песчинки плавают в расплавленном ядре планеты?

— Не песчинки, скорей иголочки, диаметром в нанометр, ведь ДНК — это нитеподобные молекулы. — Капитан отреагировал на вопрос Евгения.

— Это можно воспроизвести на земле? Это ж очень перспективная технология, — воодушевился помощник.

— Пока нет, но это лишь вопрос времени, на мой взгляд, — продолжил объяснения Алексей. — Проблема в том, что одна такая иголочка легко ломается, поскольку ее длина в сотни, а то и тысячи раз превосходит ее диаметр. На земле у нас пока получили только отдельные иголочки.

— Правда? Я не знал, что такое делают.

— Женя, ты же этим не занимаешься, поэтому не в курсе. — Капитан приговорил весь дайкон и принялся за десерт.

— Если кое-кто меня не будет перебивать, то объясню все намного быстрее. — Алексей смотрел в упор на капитана. — Так вот, Женя, внутри земли таких иголочек много. Они формируют более сложные объемные структуры, которые не дают им ломаться. Очень грубо говоря, это как веник, но не для бани, а для уборки.

— Особой разницы не вижу! В деревне отдыхал так там в бане березовыми вениками пользовались и полы такими же мели, только на длинной деревянной палке закрепляли.

— Улицу метут вениками без листьев, а в бане они с листочками. Каждый прутик легко гнется и рвется, но как единое целое – они прочны. Мы пока не установили все детали структуры, которую формируют иголочки в Торне, но уже точно можем сказать, что структура спиральная.

— Да какая разница? — Евгений пожал плечами.

— Как это какая разница?! Если все такие спиральные структуры ориентировать в одном направлении, то Торна будет закручиваться при движении. Это как раз то, что мы видим в реальной жизни.

— Оранжевый водоворот видел, — начал Евгений, — если нити ДНК так хорошо защищены Торной, то почему же она заражает все, что ее касается? Ведь железная рубашка должна защищать в обе стороны, предотвращая взаимодействие. Или я чего-то не понимаю?

— При подъеме к поверхности земли температура Торны падает, да и давление тоже уменьшается до одной атмосферы. В таких условиях железо не существует в чистом виде. Оно начинает активно взаимодействовать с воздухом, окисляться, и железная рубашка просто разваливается, высвобождая запечатанное ДНК.

— Алеша, тогда почему ДНК не высвободится прямо в Торну, еще при продвижении, ведь температура и давление падают по всему пути, там бы и сварилась, не создавая для людей проблем!

— Для окисления железной рубашки нужен кислород. Обычно он берется из воздуха, но в этом водовороте оранжевой жидкости нет воздуха, то есть защитная рубашка не разваливается. Женя, ты меня замучил! Смотри, Толик с Серегой уже слиняли.

Глава 4

Утро наступило слишком быстро. Команде удалось поспать кому пару часов, кому три часа. Открытия делаются не так быстро и не так просто. Работа ученого-теоретика — это полет мысли, тысяча процентный креатив в сочетании с недюжинной логикой!

Связь с президентом была недолгой, Анатолий обрисовал картину происходящего и обещал позвонить, как только найдут решение. Следующие несколько часов интенсивной работы ученых позволили найти выход из катастрофы.

Капитан сразу отправил запрос на доставку необходимого оборудования.

— Всем отдых полчаса, потом собираемся в кают-компании на встречу с президентом.

— Может, ты один…

Анатолий посмотрел на Сергея так, что тот даже не договорил начатое, только кивнул. Эти двое понимали друг друга без слов с первого дня знакомства. Их мысли были направлены в одну сторону. Зачастую Сергей начинал говорить еще не до конца сформировавшуюся мысль, а Толик ее заканчивал уже со всеми нюансами и выкладками формул.

Шесть лет назад, получив очередное задание, капитан шел за Сергеем, который уже две недели ходил с кольцом в коробочке, но так и не мог решиться сделать предложение.

Встреча была назначена в ресторане, это не только предложил Толик, но и заказал небольшой зал, создав там нужную атмосферу. «Черт, как не вовремя, но вылет через час. Надеюсь, он успел сделать предложение», — с сомнением подумал капитан.

— Ты зачем пришел? — увидев друга спросил Сергей.

— Ты сделал что хотел? — Вместо ответа — мотание головой.

— Задание дал президент, Зина, ты понимаешь, это работа. Поскольку у нас вылет, то я минутку побуду Серегой, ты не возражаешь?

— Нет не возражаю, — Зина усиленно закивала головой.

Толик быстро залез в карман друга, опустился на одно колено и толкнул пламенную речь с предложением выйти замуж. Когда девушка выразила согласие, он вложил кольцо в руку друга. Зина помогла Сергею одеть кольцо на свой палец.

— Извини, Зина, но мы опаздываем, верну твоего Серегу сразу по исполнении задания целого и невредимого, — забросив друга на плечо под громкий смех Зины, Анатолий вышел из помещения.

***

Все были в сборе, когда малышка включила связь. Президент и премьер-министр появились на экране монитора.

— Что случилось? Мы беседовали четыре часа назад.

— Сами просили сразу сообщить, — Анатолий немного удивился реакции собеседника, — если найдем решение.

— Ух, — вздохнул президент, положив руку на грудь, — напугали! Так что с решением? Подробней расскажите.

— Нашли. Если подробнее, то между мантией и ядром есть небольшая по толщине прослойка — Торна, являющаяся коллоидной системой.

— Парни, — перебил президент, — научные термины сразу для меня поясняйте, пожалуйста.

— В Торне содержатся иголочки из нитей ДНК, покрытых железной рубашкой. Это и есть коллоидная система, в которой маленькие частицы одной фазы распределены в другой фазе. Например: туман. В нем маленькие капельки воды распределены в воздухе.

— Или дым – твердые частицы находятся в газовой среде. — Добавил Сергей.

— В случае Торны, твердые частицы-иголочки распределены в жидкой фазе.

— Коллоидные системы на глаз выглядят однородными, — Алексей вывел на экран картинки, — но их свойства сильно отличаются от свойств каждой фазы, взятой по отдельности. Одно из таких свойств связано с перколяцией.

— При чём здесь перколяция? — Перебил Леонид Семенович. — Это ведь просто протекание или, лучше сказать, просачивание жидкостей через пористые материалы. С латыни слово percōlāre так и переводится — просачиваться.

— В коллоидной химии это слово понимается в более общем смысле. Когда иголочек в Торне совсем мало, они находятся далеко друг от друга и не соприкасаются. Когда их становится больше, они формируют кластеры, состоящие из нескольких десятков иголочек. Когда этих кластеров становится много

— Ага, дедка за репку, бабка за дедку…

— Леня, помолчи! Я хочу разобраться. Мне рассказывают так, чтобы я понял. Просил послушать разговор, так слушай. Но не мешай! Алексей, продолжай, пожалуйста.

— Когда этих кластеров становится много, они начинают соединяться в конгломерат. Он выглядит как сетка, состоящая из кластеров иголочек. Каждый кластер стабилен, а конгломерат не стабилен — кластеры постоянно то отсоединяются, то присоединяются к нему.

— Если правильно понимаю, то сеть-конгломерат постоянно меняет форму и размер. Чем больше кластеров, тем в среднем крупнее конгломераты. Но пока еще много конгломератов находятся в макроскопическом объеме торны.

Президент задумался на несколько секунд. По лицу пробежала тень испуга.

— Конгломераты пересекаются и объединяются. Появляется одна большая сеть кластеров, простирающаяся сквозь всю Торну?

— Верно. Правильно поняли, — Анатолий продолжил объяснение. — Это и есть перколяция, то есть, сеть кластеров твердых частиц как бы просачивается сквозь жидкую фазу. Момент появления перколяционной сети называется порог перколяции. В это время свойства системы меняются очень сильно.

Алексей вывел на экран какие-то графики.

— Вот, посмотрите. Жидкость Торны не проводит электричество, а железная рубашка иголочек – проводит. Поэтому до перколяции — оранжевая жидкость является диэлектриком, а после перколяции — прекрасно проводит электричество.

— И что нам это дает, можно поближе к решению, — не унимался премьер.

Алексей, объяснение которого опять прервал премьер, внушительно посмотрел на капитана.

— Чтобы заставить Торну уйти восвояси, надо понимать, как на нее можно воздействовать. — Анатолий обещал друзьям отвечать на все реплики премьера, что он и делал сейчас. — Для этого надо знать свойства оранжевой жидкости. Почему коллеги из других стран до сих пор не знают, как от нее избавиться? Да потому что они не знают ее свойства.

— А вы знаете? — Ехидно спросил Леонид Семенович.

— Конечно. Поэтому мы можем объяснить, почему Торна поднялась, предсказать следующее ее появление.

— Стойте! — Прервал президент Анатолия. — Что значит следующее?

— Большую часть времени Торна находится в состоянии до перколяции. Но природа не стоит на месте. Нити ДНК постоянно появляются в ядре. Этот механизм мы пока не знаем. Но при определенных условиях они обрастают железной рубашкой, образуют иголочки и добираются до торны. Когда их набирается достаточно много, происходит перколяция.

— Анатолий, вы хотите сказать, что такое уже было раньше и будет впоследствии?

— Именно. Но нечасто, один раз в миллионы лет. Я думаю, что Торна могла вызывать массовые вымирания и создавать новые виды. Своего рода перезагрузка системы, когда накопилось много отработанного материала, то есть много нитей ДНК попало в Торну. Возможно, эта участь постигла динозавров. Возвращаясь к тому, о чем сказал Алексей. После перколяции Торна становится электропроводящей, то есть порог перколяции вызывает сильные аномалии магнитного поля земли, вплоть до смещения магнитных полюсов.

— Еще и смещение полюсов?!

— Представьте себе, Леонид Семенович. Так и будет, если Торну не опустить. Если вы помните, не так давно были зарегистрированы огромные магнитные аномалии, которые озадачили ученых. Это, вероятно, был момент, когда Торна начала подниматься. Так можно предсказать ее появление.

— У меня голова идет кругом, — президент потирал виски. — Сейчас главный вопрос в том, как отправить Торну обратно. Что вы предлагаете? Нет, подождите. Поступим так: вы напишите, как сохранить человечество. Я прочитаю и при встрече задам вопросы, если что-то не пойму.

— Ваш запрос на 20 цилиндрических титановых баллонов объемом 0,5 кубометра каждый рассмотрим на следующей встрече. — Высокомерно смотря на ученых, заявил премьер.

— Леонид! Еще одна выходка и я отстраню тебя от участия в этом деле. Почему ты не поставил меня в известность о запросе команды? Это обсудим позже, немедленно выполнить заявку! Анатолий, еще что-то надо?

— Спасибо, это все.

Связь прервалась. Команда выдохнула.

— Толяк, как думаешь, через сколько времени доставят баллоны?

— Даже не знаю, Серега. У президента мозги на месте. Если Леонид не станет палки в колеса вставлять, за сутки должны сделать.

— Капитан, президент на связи.

Команда смотрела на монитор, не скрывая удивления.

— Мне обещали выполнить заказ за восемнадцать часов, я им объяснил, что каждый миллиметр может стоить жизни человечеству.

— Президент, этот заказ надо доставлять аккуратно. Да и проверить на месте стоит, — Евгений говорил быстро и четко. — Позвольте нам слетать самим за баллонами.

— Я думал, как вам их быстро переправить, так одной головной болью меньше. Получайте заказ сами. Пока.

— Капитан, — малышка, если сообщение было по работе, всегда обращалась к Анатолию так, — если не возражаете, вся команда может отдыхать. Я доставлю корабль в нужное место сама.

— Я тебя люблю, малышка! Экипаж, отдых до прилета.

«Отдохнешь тут. Как это покороче написать?» — думал капитан. Сел за комп, вздохнул и стал строчить.

«Продолжу объяснение. По пути наверх и по достижении поверхности Торна заражает все вокруг чужеродным ДНК. Старые виды вымирают, новые появляются.

Когда она высвободит достаточное количество ДНК, концентрация иголочек упадет ниже порога перколяции, вследствие чего коэффициент поверхностного натяжения Торны уменьшится, и она опустится по капиллярам обратно к ядру.

Сколько на весь процесс ушло бы времени на ходу спрогнозировать не могу, но нам надо убрать Торну как можно быстрее.

Капилляры, по которым двигалась жидкость, схлопнутся, что вызовет землетрясение. К этому нужно быть готовым! Поскольку каналы у поверхности земли некрупные, будем надеяться, что землетрясение будет не особо сильным. Но это лучше, чем быть уничтоженным Торной.

По моим расчетам, десяти кубических метров увлажненного воздуха, сжатого до давления в пятнадцать атмосфер, будет достаточно, чтобы запустить процесс. Поместим все в несколько титановых баллонов и бросим в Торну. Вот и все».

Анатолий понимал, что у президента будут еще вопросы, но писать он не любил, да еще тянуло в сон. Третьи сутки от момента, когда команда Анатолия прилетела к Торне, подходили к концу.

***

На заводе, где делали баллоны, хорошо знали и уважали молодых ученых. Сотрудничество было многократным. Работники завода хорошо помнили, что парни не кичились своими знаниями, достижениями, а засучив рукава работали вместе со всеми.

Здесь к ним было особое отношение. Поэтому заказ сделали вовремя, учтя все технические требования. К Торне малышка доставила экипаж на следующий день.

Утром на пятый день от начала экспедиции ситуация еще больше осложнилась. Пятно выросло, диаметр на поверхности достиг ста метров. Экипаж собрался на завтрак в кают-компании.

— Капитан, на связи президент, — малышка включила монитор.

— Приятного аппетита, вижу завтракаете. Заказом довольны? Пятно сильно выросло. Сколько у нас времени, сколько еще есть дней...

— У нас нет дней, — перебил Анатолий президента. — Есть максимум часов десять.

— Так что ж вы сидите? — Послышался голос Леонида Семеновича.

— И вам доброе утро, а сидим потому, что баллоны необходимо подготовить к выброске.

— Не верю, что двадцать баллонов, точнее, их содержимое уничтожит все иголочки!

— Все иголочки уничтожить не получится, да это и не нужно. На поверхности они уничтожаются сами собой из-за окисления их железной рубашки. Нам требуется вызвать схожий процесс в глубине торны. Тут главное, чтобы окисление началось. Потом оно как цепной реакцией распространиться на всю сеть, — Анатолий попил воды и продолжил: — В этом и сила нашей идеи. Нам не нужно бороться с торной на всей поверхности земли, что крайне тяжело. Нам нужно лишь запустить процесс, и он сам доберется куда нужно.

— А как вы его запустите в центре торны? Как вы дотуда доберетесь? — премьер волновался, его голос немного дрожал.

— Через самую крупную трещину, которая удачно расположена как раз под нами. А добираться будем не мы, а баллоны. Могу показать расчеты по толщине баллонов, на сколько они должны опуститься в Торну, как...

— Расчеты расчетами, но, — Алексей мрачно смотрел на премьера с ядовитой усмешкой, — чтобы это сработало, нам нужна идеально чистая зона. Ни одного любопытного иностранного дрона или корабля. А они там как мухи над падалью роятся. Сегодня уже пару своих подлодок в Торну отправили. Обогащают ее своей ДНК.

Взгляд Леонида Семеновича стал собранным и острым, весь его предыдущий скепсис куда-то испарился.

— Сколько времени вам нужно? — по-деловому лаконично спросил премьер.

Анатолий обменялся быстрым удивленным взглядом с командой.

— Полчаса. Максимум.

Премьер-министр встал, его голос обрел стальные нотки, которых раньше не было.

— У вас будет час. Ни одна муха не пролетит. Когда вы будете готовы к операции?

— Через полчаса.

Леонид развернулся и быстрым шагом вышел из кабинета, больше не сказав ни слова. В кабинете повисла короткая пауза. На лице президента появилась легкая улыбка.

— Вижу сомнение в ваших глазах. Но если Леня сказал, что сделает — он сделает. Это его стихия: договариваться, давить и организовывать. Парни, для меня информации уже перебор. Желаю вам удачи, понимаю, что все не так просто, как вы мне объясняете, — президент смотрел на ученых с надеждой, — я в вас верю! Загоните Торну туда, где прошлое станет будущим.

Глава 5

Анатолий с Евгением стоя на мостике, смотрели на оранжевое пятно. Взгляд капитана скользнул на плазменный экран, где был представлен результат сканирования планеты.

—Толя, что-то не так идет. — По бортовой связи обратился Алексей. — Приди в лабораторию сейчас.

— Бегу. Женя, идем.

В дверях на них наскочил Сергей.

— Я сделал, Алешка стал проверять, а она

— Сергей, я не понял, что ты сделал. Я не Толик, мне поподробнее и простым языком, — развернув Сергея, потянув его за собой, на ходу сказал Евгений.

— Как Толик предложил, я развернул и свернул в противоположную сторону ДНК оранжевой, да не суть, главное

— Толик, быстрее! — Алексей кричал, чего он практически никогда не делал. Мужчины бросились бегом к лаборатории.

Алексей сидел за главным компьютером, его пальцы метались по сенсорным панелям. Он не смотрит на них. Его взгляд был прикован к виду с внешней камеры. Выброшенный из корабля куб с образцом Торны кувыркается в воздухе.

Из трещины в кубе вырывался пульсирующий сгусток оранжевой жидкости. Образец не летел вниз, к Торне, а хаотично болтался недалеко от корпуса корабля.

— Не могу удержать, сработала защита: кусок оранжевой, стал сильно пульсировать, как будто готов взорваться, и система выстрелила этим кубом в Торну. Он перевернулся в полете несколько раз, разломился, а образец полетел не туда! Я его еле удерживаю, что делать?

Лазерные лучи, похожие на нити расплавленного сапфира, танцевали над образцом оранжевой жидкости, которая пульсировала в энергетической сфере, словно живое сердце чудовища. Алексей, водил пальцами по экрану с бегущими формулами.

— Малышка, по готовности замораживай этот кусок. Пустой куб швырни в Торну, — Анатолий громко и четко отдавал распоряжения.

Кусок оранжевой жидкости замерз, но из-за водяного пара в воздухе, образовалась тонкая нить льда между образцом и кораблем. На экран своего монитора Анатолий вывел показания с одной из внешних камер корабля, с которой отчетливо была видна ледяная нить, от образца пошли небольшие изменения.

— Черт! Откуда? Что-то попало в воду! — голос Анатолия выдал его волнение.

— Капитан, с корабля образец не отсечь, — АБИКОР констатировала факт.

— Вижу. Ну и ракурс! Я вылетаю, отсеку лед. Малышка, вертолет на взлет, когда отсеку образец, отправь в Торну. Следом выбрасывай баллоны с воздухом! По плану! Женя, на командный мостик.

Анатолий исчезает в коридоре, через минуту он был уже в воздухе.

— Малышка, покажи, что там происходит. О каком ракурсе речь? — Евгений смотрит видео с той же камеры, что и Толик. — Малышка, управление кораблем на тебе. Поддерживай постоянную связь между мной и капитаном.

На бегу к аварийному люку Евгений берет бластер.

— Толик. Ты не сможешь подлететь, образец можно отсечь только со стороны Торны, а это самоубийство. Вихри очень сильные, затянут! Я отсеку лед бластером из-под корабля.

Анатолий подлетел к кораблю снизу. Из нижнего люка появился Евгений, пристегнутый страховочным тросом. Бластер в его руке замер. Плазменная вспышка. Ледяной мостик между кораблем и образцом отсекает луч. Образец, подхваченный лучами АБИКОР, начинает движение к Торне.

— Малышка, поднимай меня, — Евгений вздохнул с облегчением.

— Женя! Не шевелись. — АБИКОР обратилась за помощью к капитану, — Толя, что делать? Люк с острыми краями. Трос перетирается. У нас минута!

Реакция Анатолия спасла жизнь Евгению. С вертолёта он выстрелил сетью, которая накрыла Евгения. Капитан нажал на кнопку возврата. Было очень вовремя. Толик заметил, что трос несколько провисает.

— Держись, Жень! Я подтяну тебя на сколько успею, когда в Торне запустится процесс, нас сильно тряхнет и потянет вниз. Так что быстрее лезь вверх.

Не успел капитан договорить, как трос разорвался. Сеть с Евгением опустилась еще ближе к Торне.

— Черт! Малышка, используй нижний несущий винт. Бери управление вертолетом. Поднимай обе машины выше.

Женя посмотрел вниз — там ад: бушующая, клокочущая оранжевая бездна. Она не просто светится, она пылает ядовитым светом. Из нее идет низкий, протяжный стон, словно рёв голодного зверя, жаждущего плоти, доносящийся из-под земли.

Евгений уже мысленно простился с женой и дочкой. Когда ледышка, с переписанной ДНК, и баллоны исчезли в оранжевой бездне, корабль, вертолет, сетку с Евгением рвануло вниз. Скрежет, отрывающийся лопасти не порадовал.

Оранжевая жижа, закрученная спиралью, медленно прибывающая, теперь раскручивалась и мчалась в недра земли с большой скоростью.

Лазерные спектрографы со специальной функцией, разработанной Алексеем, удорожали раза в четыре приборы, но позволили фиксировать чужеродные генетические цепочки, вплетенные в структуру ДНК у того, что примыкало к Торне. Они втягивались в общий поток.

Анатолий на глазах забравшегося в вертолет помощника потерял сознание. Евгений побледнел. Он не понимал, что толком произошло, что с капитаном.

— Малышка, ты вертолетом управляешь?

— Да. Женечка, как хорошо, что мы успели тебя поднять!

— Да. — Евгений обмяк. От потрясения он не мог пошевелить даже пальцем. Дрожь пробежала по всему телу.

— Я рада. Веду вертолет на посадку. Сергей нужна помощь врача, быстро.

У командира с рук была содрана кожа, сломаны четыре ребра и нога, не считая ушибов и шишек. Сергей возился несколько часов, приводя друга в чувства.

***

— Малышка, так что произошло? — Спросил Евгений, когда команда вздохнула спокойно, капитану больше ничто не угрожало.

— Я заметила, что трос перетирается, в корабле есть необработанный отсек с очень острыми краями. Толя отдал мне управление, а сам… Смотрите.

В кабине вертолета, конечно, были камеры, запись с них малышка показала мужчинам.

Поняв, что трос Евгения сейчас разорвется и последний полетит в Торну, Анатолий выстрелил сеткой в помощника. Длина троса, прикрепленного к сети, была большой, он провис. Евгений мог на несколько метров уйти под воду, в лучшем случае мог ее коснуться.

Через нижний люк дотянувшись до троса, Анатолий стал его наматывать на талию. После десятка оборотов стоя он лег поперек люка и, помогая себе руками, продолжил оборачивать себя тросом.

Друзья увидели, как исказилось лицо Толика, когда вертолет потянуло вниз, он чуть не вылетел в открытый люк. Ногой зацепился за кресло, окровавленными руками вцепился в края люка.

Еще минуту капитан оставался в этом положении, пока в люке не появились руки Евгения. Толик немного отодвинулся в сторону и потерял сознание.

***

Капитан открыл глаза. Посмотрев на себя, подумал: «Все-таки Серега - классный врач. Мне здорово повезло с друзьями. Малышка, приготовь, пожалуйста, для Лешки игру, пусть вместо меня полетает».

— Как себя чувствуешь, больной? — Сергей был серьезен, старался говорить спокойно, но волнения в глазах скрыть не смог.

— Все в норме, спасибо.

— В норме? Руки еще лечить и лечить, о ребрах и сломанной ноге вообще молчу.

— А я на это смотрю с другой стороны.

— С какой же это?

— Я тебе не видел два месяца, так ты со мной подольше побудешь, ведь врач пациента не оставит?!

Чувствовалось, что Сергей польщен, на губах появилась улыбка. Малышка сообщила Алексею и Евгению, что капитан пришел в себя. Они одновременно пришли в медпункт корабля.

— Анатолий, каким дураком надо быть, чтобы хватать трос голыми руками?

— Леша, надень, пожалуйста, шлем. Там ответ на твой вопрос, был уверен, что спросишь.

Алексей удивленно посмотрел на капитана, но взял шлем. Как только он его надел, то оказался в вертолете. «Момент, когда малышка сообщает, что трос перетерся. Перчатки передо мной, в кармане, у люка, ну, Толька, погоди!» — пронеслось в голове Алексея.

— Вобла, все для тебя, развлекайся! — Раздался голос малышки. — Это озвучила по просьбе капитана. Имитация эпизода начнется через пять секунд.

На экране побежали цифры: 5 4 3 2 1

С Алексея тек пот, проигрывал этот эпизод уже одиннадцать раз, но результат не улучшался, скорее становилось все хуже. В последний раз он не только не удержал Евгения, переломав себе ноги и руки, а вылетел из люка с проломленной головой. «Как я умудрился ударить себя крышкой люка? Хватит, опять Толька не те данные ввел!»

Сняв шлем, Алексей увидел спящего друга, больше в комнате никого не было. Гениальный программист вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Анатолий открыл глаза, он улыбался — мягко, по-мальчишечьи. Лишь тень в глазах напоминала о цене победы. «Сон, вот что мне нужно», — с этой мыслью капитан отключился.

***

Прошло два месяца. Анатолий приехал по адресу, присланному Евгением. Большой дом за городом утопал в цвету. Перед домом на четвереньках бегал помощник, крича: «И-го-го», на его спине сидел малыш, которого за руку держала красивая женщина, близнец малышки.

Увидев Толика, Евгений взял сына на руки, улыбаясь, поприветствовал гостя и познакомил с женой.

— Так я первым приехал? — поинтересовался Анатолий.

— Жди больше, первым был Алексей, вторым — Серега.

— А где они?

— Сейчас покажу, — Евгений провел друга через дом и красивый сад с плодовыми деревьями. В гамаке под навесом сладко спали жена и дочка Сергея. В конце сада стояли раскидистые яблони, за которыми открывалось огромное поле, а посредине стоял корабль.

— Малышка, ты здесь? — Анатолий быстрым шагом, немного прихрамывая, направился к кораблю.

— Да, капитан, — на все поле из громкоговорителя послышался голос АБИКОР.