Тетис

Глава 1

Спокойные волны бескрайнего Тетиса омывали каменистый берег, доносили слабый запах океана. Не такой, как на Земле, хотя Мия не могла сказать уверенно: на море она никогда не бывала. Только здесь, на Терра Нова, четвёртой планете системы Гамма Змеи, Мия смогла увидеть даже не море ― целый океан. Насыщенно-синий, словно сразу от берега начиналась глубина, Тетис омывал самый крупный материк Терра Нова ― Пангею, за что и получил название. Деталька, напоминавшая о Земле, которую первопоселенцы никогда не увидят.

Вздохнув, Мия зашагала по самой кромке, там, где не доставала вода. Биологи пока до конца не изучили даже прибрежную зону, хоть и утверждали, что крупных организмов в океане нет. По крайней мере, здесь.

Не за этим Мия приходила. Не для того, чтобы искупаться. Когда работа в колонии, кроме предприятий непрерывного цикла, заканчивалась, Мия всегда приходила сюда. Огни в жилых корпусах гасли, и можно было представить, что она совсем одна. А офицерам вопросы не задают.

Каждый вечер после захода Гамма Змеи, которая за девять лет так и не стала для Мии Солнцем, она ходила смотреть, как светится океан. Едва звезда скрывалась за исчерченным далёкими горами горизонтом, как воды Тетиса начинали светиться. Сперва робко, будто на пробу, но чем темнее становилось, тем сильнее разгорался океан. Мягкие, мерцающие золотистые огни всплывали из глубин и озаряли безжизненный берег странным потусторонним светом.

Когда Мия смотрела на этот свет, то вспоминала другой: яркий насыщающий поток солнечных лучей на Земле, под которыми она любила. Свет бело-жёлтой гигантской Гаммы Змеи не мог заменить ей свет оставшегося далеко в космосе жёлтого карлика. Так же, как ни один офицер, снабженец, инженер или биолог в колонии не мог заместить оставшегося на Земле Александра. Почти жениха, подарившего Мие перед стартом «Сирина» тонкое золотое кольцо, которое она носила на цепочке, не снимая. Прятала под форменным комбинезоном, чтобы сохранить хоть долю напоминавшего о Земле.

Мия сама выбрала полететь на «Сирине» ― первом межзвёздном корабле с десятью тысячами колонистов на борту. Сто лет в пути ― и заветная Гамма Змеи активировала солнечные батареи, подавшие сигнал криокапсулам: пора пробуждаться. А под самым кораблём плыла могучая синяя планета― их новый дом.

Ночь окончательно накрыла колонию, а свечение разгоралось, переливаясь и трепеща, завораживая всё новыми огнями, поднимавшимися на поверхность. Мия смотрела на их причудливый танец, подбиравшийся всё ближе к берегу. Она знала, что светятся создания, отдалённо похожие на кистепёрых рыб, живших на Земле в эпоху силура. Но местных обитателей никогда не рассматривала. Она не биолог, чтобы понимать, зачем огромные стаи рыб каждую ночь собираются у поверхности воды. Ей достаточно того, как красиво они горят.

Золотой свет мягко переливался в ободке кольца, которое Мия теребила, стоя на берегу. Корабль с Александром ― «Гамаюн» ― стартовал через десять лет после «Сирина» и уже через год должен был оказаться на орбите Терра Нова. А дальше посадка и строительство второй колонии. Пути назад нет: на постройку поселений шли сами корабли, спроектированные так, чтобы послужить колонистам не только транспортом, но и домом.

А Тетис продолжал светиться, нисколько не заботясь, что на его берегу грустит чужачка с далёкой Земли. Мия сжала кольцо в кулаке и убрала цепочку под куртку. Хотелось ещё немного постоять и посмотреть на океан. Не возвращаться к рапортам, а видеть переливы золотистых огней, мерцавших ярче и ближе с каждой секундой ночи.

Шли месяцы, хоть Мия и старалась считать время по-новому. Но перестала находить себе место, понимая, что со дня на день, буквально завтра они поймают сигнал пробудившегося «Гамаюна». А ещё через несколько недель ожидания она увидит в небе суставчатую фигуру корабля, который принесёт ей того, кто был с самого начала дороже всего на свете.

Мия разрывалась между командным пунктом и центром связи, плохо спала, проводя всё больше времени у океана. Свечение успокаивало, дарило покой, гасивший распиравшее ощущение близости встречи. Наконец они смогут быть вместе. Осталось подождать совсем чуть-чуть. Уже прошло десять лет, так что же будет от пары дней?

В ту ночь Мия так и не смогла уснуть: она сидела на берегу, кутаясь в термоплед, и смотрела, как пляшут в воде огни. Порой рыбы даже выныривали, и казалось, что сам Тетис поднимается вверх, тянется вперёд, навстречу Мие. В полудрёме казалось, что в мерцании она видит Александра. В неверном золотистом свете из-под полуопущенных ресниц на границах редкой тьмы между становившимися всё ярче огнями.

Когда колонистам сообщили, что над плато за колонией опустился корабль, Мия в первые мгновения не поверила своим ушам. Она ждала этого так долго, и вот он здесь. Неужели она так много времени провела возле океана?

Кое-как собравшись и выпив тонизирующих таблеток, Мия в составе офицерской группы выехала в вездеходе для встречи и приветствия колонистов с «Гамаюна». Уже при приближении к кораблю, её кольнула неуверенность. «Гамаюн» проектировался и строился точной копией «Сирина». Теперь же перед ними высилась громада совершенно другого толка. Плавные черты, гладкий корпус, никаких модулей-молекул и геометрических коридоров.

― Капитан Минковски, ― представился высокий поджарый офицер, вышедший вперёд группы колонистов.

Мия лихорадочно смотрела на него и не могла припомнить в составе сформированного сто десять лет назад экипажа такой фамилии. Она неплохо знала личный состав «Гамаюна», но не видела ни одного знакомого лица. Страх начинал заползать в самые глубины сердца, заставляя сжать ладони и спросить:

― Что происходит, капитан? Почему вы не предупредили о посадке... такого корабля?

― Простите, лейтенант, ― наклонил голову капитан, ― но мы приняли решение сообщить все новости лично. А корабль... Модульно-ферменные корабли уже давно морально устарели.

― Что значит, давно? ―Мия непонимающе смотрела на Минковски. Он нёс какой-то бред. ― «Гамаюн» стартовал через десять лет после «Сирина». Что за это время принципиально изменилось?

― Конечно вы не знаете. ― На лице капитана появилось несколько виноватое выражение. Он на миг прикрыл глаза, явно собираясь с мыслями, а затем произнёс: ― Наша миссия стартовала с Земли не сто, а пять лет назад. Видите ли, офицер, через несколько лет после вашего отлёта повторилась эпидемия сибирской язвы, принявшей масштабы пандемии. Семь лет борьбы, затем вооружённые конфликты, энергетический кризис, голод и вымирание: вместо двенадцати миллиардов человек на планете осталось три. Мы были отброшены на десятки, даже сотни лет назад.

Мия видела, как сложно Минковски об этом говорить. Как рассказать о пережитых ужасах, ставших обыденностью, чтобы это не выглядело страшной сказкой, кошмаром, от которого хочется пробудиться. Земля больше никогда не будет прежней. Никого из родных не осталось, даже потомков.

Мия знала, на что шла, улетая, они все проходили тесты, но... Разум отказывался это воспринимать, сердце ― тем более. И если после старта «Сирина» прошло больше ста лет, значит Александр…

― Но тридцать лет назад произошло чудо, ― продолжал Минковски. ― Раса с одной из планет системы Глизе 531 прибыла на Землю со спасательной миссией. Оказывается, у них в Союзе есть подобная помощь планетам, освоившим звёзды, но оказавшимся в сложной ситуации. Глизианцы помогли нам, тем, кто остался. Сейчас на Земле живёт чуть больше пяти миллиардов человек. Принято решение возобновить освоение других звёздные системы: Союз поделился с нами источником энергии для перелётов: теперь дело пойдёт в разы быстрей. Мне очень жаль, что мы принесли вам дурную весть. Уверен, что ваши товарищи гордились бы вами: вы создали отличную колонию с имеющимися в вашем распоряжении технологиями.

Минковски говорил ещё что-то, но Мия уже не слушала, только выполняла положенные действия. Всё чётко по протоколу, а под анатомически правильной формой грудь жгло кольцо. Теперь уже никто не наденет ей его на безымянный палец. Александр умер многие годы назад. Скорее всего, сгинул в войне. Мия не стала расспрашивать об этом Минковски: капитан наверняка не знал подробностей жизни офицера связи, жившего до его рождения.

Выполнив все формальности и пообещав отправить на помощь вновь прибывшим опытных инженеров и биологов, уже освоившихся на новом месте, офицерская группа покинула «Гамаюн». Все молчали, переваривая полученную информацию. Все знали, что на Земле прошло больше сотни лет, пока «Сирин» добирался до Терра Нова, но чтобы родная планета за эти годы пережила столько бед…

Мия знала, что другие тоже колонисты ждали своих товарищей и родных. Но до них ей не было никакого дела. Только одно ей сейчас необходимо. Тетис. Ночной светящийся океан. Тот, в мерцании которого она видела Александра.

Океан встретил Мию привычным разгоравшимся ночным свечением, только теперь в золотых огнях чувствовалась тревога. Или это состояние Мии так играло с воображением. Она без сил опустилась на берег и подняла голову к небу. Мерцание Тетиса ещё не затмевало звёзды, и можно было попробовать найти тусклую точку ― Солнце.

Лицо горело, по щекам катились слёзы, но как назло стоял штиль. Ни дуновения ветра, чтобы хоть немного освежиться. Всхлипывая, Мия протянула руку и, не глядя, зачерпнула океанической воды, окунув в ладони лицо.

На губах осел слабый привкус соли, а на удивление прохладная вода остудила кожу. Глаза даже не щипало, и Мия зачерпнула ещё воды, наслаждаясь накатившей лёгкостью. И почему она раньше не брала воду?

Вытирая лицо и желая взять ещё воды, Мия подняла голову. И замерла, не в силах пошевелиться. Среди свечения рыб, кишевших у самого берега, стоял Александр. В форменном офицерском комбинезоне, широкоплечий и массивный. Такой, каким Мия его помнила, хоть и не взяла с собой ни одного голофото.

«Так и знала, что Минковски наврал, ― пронеслось в мыслях быстрее, чем Мия успела вскочить. ― Они просто обновили дизайн корабля. Вот и всё».

Александр стоял, а на его губах играла слабая улыбка. В чёрных глазах отражалось мерцание Тетиса, наполняя их до краёв. Как звёзды заполоняли галактики, а те ― вселенную.

Ни жива, ни мертва, Мия сделала шаг вперёд, чувствуя, как промокли ботинки. Александр продолжал стоять и улыбаться, а Мия шла к нему навстречу, упрямо рассекая волны. Она вся была в огнях, видела стаи рыб под водой, чувствовала, что ещё немного, всего пара шагов, и она упадёт в объятия Александра, коснётся его.

Наконец, он оказался прямо перед ней. Мия протянула дрожащую руку и коснулась прохладной поверхности Тетиса. Александр продолжал улыбаться, но составлявшее его мерцание рассыпалось на глазах, гасло, в то время как огни в глубине разгорались, подбираясь всё ближе.

Мия не успела даже вскрикнуть, когда её захлестнула стая светящихся рыб, а океан сомкнулся над головой. Только увидела напоследок мелькнувшие в далёком небе звёзды. А потом всё затопило золотое мерцание. Почти как свет Солнца на Земле.