Суббота

Глава 1

Меня зовут Ныряльщик. Я шаман. Только не подумайте, что я ряжусь в перья и бусы, ем грибы и стучу в бубен. Мои проводники в мир духов – препарат псимикодиал или попросту пси, и мета – машина, которая держит на страховочном тросе, когда я отправляюсь на ту сторону.

Услуги настоящего шамана все еще пользуются спросом. Кто-то желает узнать будущее, а кого-то не отпускает прошлое. Но будьте уверены – вам это будет стоить кругленькую сумму. Таковы законы теневого бизнеса.

Крупные корпорации и правительства планет ищут таких как я и сажают на цепь. А то и вовсе усыпляют. Да это и понятно. Кому захочется иметь под боком шамана себе на уме. Особенно, если у него вдруг появится наездник – дух, который может наворотить дел.

Вторую неделю я торчал на Айити, или как называют планету местные – Безнадега. Потомки первых колонистов работали на свалках, сортируя мусор, в котором они надеялись найти что-то ценное, что стало ненужным богатым мирам.

Мое последнее дело осталось на Криосе за много световых лет от этой дыры. Полицейская облава и клиент словивший сердечный приступ. Бабок я так и не получил. Если бы не месье Ламбер, известный в наших узких кругах, как Душелов, то мое тело уже кремировали бы в федеральной тюряге. Душелов сосватал мне клиента, но предупредил, что тащиться придется на Экватор Вселенной – край изведанного космоса. Но я был только рад убраться подальше.

И вот, который день я сижу в занюханном баре «Тортю» и пью разбавленное синт-пиво в ожидании клиента. Деньги подходят к концу, и на горизонте уже мелькает перспектива остаться здесь навсегда. И вот еще что. С самого первого дня на Безнадеге меня не отпускает чувство чужого взгляда. Возможно, пси окончательно продырявил мою крышу.

Сидя за стойкой, я обвел взглядом бар. Угрюмые сортировщики, жадные до новостей мусорщики, обжаханные ребятки с пиратской «Артемиды» и размалеванные девицы, готовые обслужить за пару кредитов. Каждая из них подкатывала ко мне с предложением своих услуг, но пси давно лишил меня интереса к сексу.

На мое плечо легла чья-то рука, и я стиснул под курткой рукоять пистолета.

- Месье, - проговорил низкий женский голос.

Я развернулся. На соседнем табурете сидела эффектная женщина, - смуглая, с большими черными глазами.

- Не интересует, - бросил я, поднимая стакан. – Поищи себе другого клиента, детка.

Она рассмеялась.

- Вы неправильно поняли, - она говорила с сильным французским акцентом. - Наш общий знакомый рекомендовал вас, как профессионала своего дела, и я готова обсудить детали и оплату.

- А знакомый чем занимается?

- Ловец душ, - ответила она, пристально исследуя мое лицо. – Месье Ныряльщик, я хочу поговорить с умершим. Могила здесь, на Айити.

- Запас препарата на два месяца и десять тысяч кредитов. Аванс, две тысячи. Доза для сеанса и антидот, - скороговоркой выдал я.

Она выложила на стойку купюры и две ампулы, и я быстро сгреб их в карман.

- Когда?

- Сейчас. Если, конечно, у вас нет неотложных дел, - улыбнулась она. - Машина ждет у бара.

Она поднялась и направилась на выход. Я провожал ее взглядом, и холодок пробежал у меня по спине. Забрав из комнаты сумку, я спустился вниз и сел в «пустынник». В полном молчании мы выехали из города. Каменистая пустыня и горы мусора – вот и весь пейзаж Безнадеги.

Через час мы добрались до покинутого городка и, проехав его, остановились у старого кладбища. Я вышел на сухой ветер. Сумка с мета-машиной оттягивала плечо. Мы прошли меж покосившихся крестов и заросших колючкой могил и остановились у могильного камня. Надпись на нем была старательно сбита.

- Здесь?

Она кивнула, и я начал готовиться. Чем быстрее я это сделаю, тем скорее уберусь с Безнадеги. Заправив антидот в мету, я вогнал ее провод в свой порт и достал капсулу. Через пять минут пси начал вгонять меня в транс, заодно разъедая очередную порцию нейронов. Я вывернул тумблер старенькой меты, и псионическая нить коснулась моей души. Теперь я на привязи и смогу вернуться назад.

Звуки живого мира замолкали.

Я перестал чувствовать тело.

Все вокруг потеряло яркость.

Я был один в стране мира духов.

Надо посмотреть на могилу.

Я потянулся к надгробному камню и прочел: «Bawon Sanmdi».

И я позвал…

Мир вокруг меня начал терять цвет, искажаться. Я слишком поздно понял, что проваливаюсь в его временные слои все глубже. Что за убойное дерьмо она дала мне вместо псимикодиала?! С силой сжал в ладони остроугольный значок Вудди Вудпеккера, но мета не среагировала.

Я завис в серо-белом тумане, когда впереди показалась фигура в черном. Вальяжно шагая, мужчина быстро сокращал расстояние. Подойдя, он заговорил со мной на каком-то извращенном французском, но я не понял ни слова. Улыбаясь, он подходил все ближе. Слишком близко... Надо бежать! Но теперь я видел только его черные глаза…

Чувства возвращались ко мне. Зверски хотелось есть и пить. Я открыл глаза и увидел ее.

- Мама Бриджит, - улыбнулся я. Она подала мне ром и сигару. – Давно ли меня не было?

- Давно, муж мой. Мир уже не помнит Барона Субботу.

Я глотнул обжигающего рома и расплылся в довольной улыбке:

- Тем хуже для них, мама, тем хуже…