Следствие закона Кларка

Глава 1

«Любая достаточно развитая технология неотличима от магии»

Третий закон Артура Кларка

По меркам Эгиды, парящий остров Ринуларуй был невелик. Можно было смело сказать, что в диаметре он сильно уступал своей высоте за счёт величественных шпилей и сказочных башен уютных замков, располагавшихся между удивительных садов и парков, собравших в себе флору и фауну сотен и сотен миров. Над многоцветным разнотравьем кружились ажурные конструкции левитирующих беседок, танцевальных и концертных площадок, несколько фешенебельных постоялых дворов и, конечно же, гордость жителя Ринуларуя - дегустационный зал для вина, создаваемого из совершенно невообразимых сортов ягод со всего обитаемого кластера Галактики. В центре острова находился массивный холм. По высоте он не дотягивал даже до половины множества окруживших его башен и донжонов, однако, прежде всего именно он притягивал взгляд блеском золотой чешуи. На его вершине, свернувшись кольцом, возлежал огромный дракон. Он иногда потягивался, зевал и прочищал ноздри, выталкивая струи сизоватого дыма.

По краям острова, скользящего над бескрайним океаном Эгиды, вверх стремились вертикально поднятые пролёты подъёмных мостов. Их опускали, когда другие острова приближались для проведения совместных праздников, или же когда Небесные Сады или Города-Странники, путешествующие по просторам Вселенной, опускались на Эгиду, привозя с собой разнообразные диковины с разных планет. И лишь в одном месте Ринуларуя мост был опущен всегда. Собственно, он и не был спроектирован как подъёмный, широкой полосой уходя в горизонт, где и обрывался на расстоянии в сотню шагов. Малышня часто бегала прыгать в океан с исполинского трамплина, хоть взрослые этого и не одобряли. Дети, с визгом разбегались, набирали скорость и ныряли в пустоту. И те самые три мили, прежде чем защитный амулет компенсирует удар о солёную воду, радовали их чувством свободного падения. Назад их, мокрых и счастливых, приносили в лапах домашние грифоны. И никакие наставления и увещевания не могли заставить их прекратить делать это снова и снова.

Впрочем, мост оставался свободным не так уж и часто. Каждый день, а то и по нескольку раз, к его краю швартовались летучие корабли и звёздные ладьи, приносившие важных гостей. Все они шли к небольшому, но очень уютному двухэтажному домику, увитому плетями вьющихся растений. Над парадным входом висела вывеска: “Амулеты и артефакты. Руббо и сыновья”. На первом этаже разместился просторный приëмный зал с конторкой из морëного дуба и тяжëлыми бархатными гардинами тëмно-зелëного цвета. Стены были отделаны затейливыми резными панно из светлого ореха, оставляя места для нескольких чистых фрагментов белого мрамора, на которые были водружены подобранные со вкусом картины в тяжёлых золотых рамах. На острове, разумеется, всегда поддерживалась чудесная погода, но жители Ринуларуя пошли на некоторые уступки ради выращивания винных ягод, поэтому в своих домах они предпочитали поддерживать немного больше прохлады. Лавка артефактов не была исключением. В качестве охладителя в ней использовался огромный закрытый аквариум, встроенный в стену. Там, за чуть прикрытым изморозью стеклом, над друзами кристаллов, растущих в жидком метане, кружились и переливались всеми цветами радуги удивительные морозные светляки, обитатели ледяных морей Истригоны.

Зал не пустовал. Трое молодых ребят, по внешнему виду которых можно было уверенно сказать, что это родные братья, занимались своими делами. Младший, лет пятнадцати, увлечëнно читал книгу в сафьяновой обложке с инкрустацией, постоянно задумывался, а затем, послюнявив кончик вечного пера, что-то активно выписывал на развëрнутый перед ним свиток. Конечно, вечное перо на то и вечное, что никакого увлажнения ему не требовалось. Простой и надëжный артефакт работал безупречно. Он даже испачкать ничего не мог, перо оставляло след лишь при концентрации воли того, кто его держит, но этот жест младший перенял у своего любимого прадеда и щеголял им перед братьями постоянно. Средний, ещё не достигший зрелости, тоже занимался чтением, однако книга, которую он держал, не поражала роскошью обложки. Простая чëрная глянцевая бумага с мелким шрифтом длинного названия. Старший из братьев уже достиг возраста, когда человек перестаëт стареть, поэтому было совершенно невозможно определить, сколько лет ему было на самом деле. Он, натянув на руки перчатки артефактора, сидел за конторкой над крупным хрустальным кубом. Повинуясь его жестам, в глубине хрусталя вспыхивали и выстраивались в сложную трëхмерную структуру затейливые узоры.

На просторные панорамные окна легла тень.

- О! Кажется, к нам гости… - пробормотал старший, не отрывая взгляд от своего занятия, - Сурки, глянь, пожалуйста.

Младший неохотно отложил перо и подошёл к окну.

- Небесный Сад. И здоровенный, дворец этажей на пятьсот. Зачем человеку такой? Он же в нëм потеряется.

- Может, это город такой формы? На большую семью или даже клан?

- Да не… - поморщился Сурки, - Что я, городов не видел, что ли? Точно личные апартаменты. Гигантомания какая-то.

- Может, ему по статусу так положено, - произнëс старший, умудрившийся пожать плечами так, что кисти его рук ни на секунду не дрогнули, - Крибс, у нас на сегодня кто-нибудь записан из важных шишек?

- Не-а, - равнодушно отозвался ещё один брат, даже не отрываясь от чтения. - Такие заказчики обычно не утруждают себя записью. Будто бы это ниже их достоинства.

Тем временем огромная летающая платформа, площадью не меньше трети всего Ринуларуя, презрев все законы инерции, да и физики в целом, совершила изящный пируэт и поравнялась с островом, оставаясь чуть в отдалении.

- Вот же пижон, - неодобрительно покачал головой Крибс. - Специально не стал к пирсу причаливать. Ему надо, чтобы тень от дворца наш остров накрыла. Ну что за мелочность?

Он хотел что-то ещё добавить, но распахнулась одна из задних дверей и в зал влетел пузатый краснощёкий крепыш, в слегка засаленном камзоле.

- Отец?

- Доброго дня, ребята! Доброго! Очень доброго, - нетерпеливо затараторил Мастер Руббо. - Какой гость, а? Какой гость!

- Ты его знаешь, папа? - с любопытством поинтересовался Сурки.

- Ну конечно знаю! Конечно же! Айвис, с чем ты там возишься? Заканчивай!

- Тëтушка Фло заходила. У неë фамильный ковëр-самолëт перестал выходить в тропосферу. Не тянет больше.

- Ой, да брось ты эту древность, она всë равно в ступе летает, та комфортней. Смотри, смотри, летят уже!

Где-то в верхней части дворца распахнулись ворота, от которых отделилось несколько точек, летящих правильным клином. Крибс вздохнул и снова уставился в книгу, однако младший заинтересованно уставился на процессию.

- Пап, а что это они так странно летят?

- А это, сынок, традиция такая. Наш гость в центре, а рядом его гвардейцы. Почëтные. Уважаемый человек наш гость, сам архимаг Кондри!

- Гвардейцы! - фыркнул Айвис, полностью проигнорировав указание отца остановить работу. - Толку-то с них?

Его пренебрежение было вполне понятно. Мало что вообще в известном мире могло причинить человеку какой-либо вред. Даже самые простые защитные амулеты, которые дети использовали для прыжков в океан, с тем же успехом могли защитить при прыжке в звезду. С лëгкостью убирая и невероятный жар, и жëсткое излучение, и гравитацию, а они также могли и создать сферу с комфортным для дыхания условиями, и подать сигнал бедствия, поскольку вытащить хозяина из гравитационного колодца уже не были в состоянии. Но существовали и куда более мощные версии защиты и, нельзя сказать, что очень уж недоступные. Тем более, особам ранга архимага.

- Да ничего ты не понимаешь, Айвис! Это традиция такая, традиция! Ты чего там возишься? А! Ковëр… Да брось ты его уже!

- Доделаю, - упрямо мотнул головой Айвис, - Немного осталось, успею.

Тем временем, строй посетителей приблизился и начал сниматься по широкой дуге. Как и сказал Руббо, фланги клина составляли гвардейцы в белоснежных парадных кителях на пегасах вороной масти. Сурки восхищëнно присвистнул - крылатые кони не только идеально держали строй, но и ритм взмахов был рассчитан так, что в любой момент точки кончиков крыльев составляли правильную синусоиду.

- Красиво… - заворожëнно прошептал он.

- Конечно, красиво! Конечно! Это же сам Кондри, а не абы кто! Только у него такой трон! Я же сам его делал! Сам! Вот этими самыми руками!

Сурки хотел уточнить, что его внимание привлëк отнюдь не архимаг, но всё же решил промолчать, не желая обидеть творение отца. А ведь оно тоже производило впечатление. Во главе процессии по воздуху плыл… Слово “трон” не слишком подходило этому вычурному и монструозному сооружению. Высокая, в три человеческих роста, спинка расширялась кверху, где-то на полпути теряя шëлковую обивку и превращаясь в массивное пособие по литью драгоценных металлов и инкрустации. Огромные подлокотники, как и ножки трона, конечно, старались ей не уступать, однако не могли превзойти из-за более скромных размеров. Зато прикреплëнное снизу подножие с семью широкими ступенями по помпезности с лихвой обгоняло их все вместе взятые. Собственно, подножие и было реальным основанием трона - тот был спроектирован так, чтобы при посадке оставаться в воздухе, а его хозяин, если захочет снизойти, должен будет величаво спуститься по резным ступеням.

А вот хозяин трона совершенно не впечатлил Сурки. Невысокий, худосочный человечек с жидкой козлиной бородëнкой и такими же грустно свисающими рыжими усами, хоть и был одет в роскошный шëлковый халат, на огромном седалище смотрелся как забытая кукла. Помимо несоразмерности, он ещё и всё время ëрзал. Видимо, шелка халата и обивки не обеспечивали хоть какого-нибудь приличного сцепления. Поэтому человечек постоянно соскальзывал то к одному, то к другому подлокотнику, благо пространства для таких упражнений было достаточно.

Трон наконец-то величаво опустился перед самым входом. Гвардейцы совершили круг почëта и ожидаемо направились куда-то в сторону дегустационного зала. Архимаг помахал им рукой, поднялся, спустился на одну ступеньку, а затем совершенно не величественно перепрыгнул остальные шесть. После чего проверил равновесие и вприпрыжку поскакал к входной двери.

- Я же говорил, что успею, - произнëс Айвис, вставая и стягивая перчатки. - Ошибка в альтиметре, там…

- А, да потом расскажешь, не сейчас! - махнул рукой Руббо, глядя на открывающуюся дверь.

- Доброго дня! Есть кто дома? - на удивление, тщедушный архимаг обладал столь мощным, бархатистым и раскатистым басом, что от него начали звенеть оконные стëкла.

- Да как же не быть! Почти всей семьëй встречаем! Разве что жена к прабабке в гости уехала. Почëт и уважение Вашей Мудрости! Проходите, проходите!

- Моë почтение, Мастер Руббо. Айвис, Крибс… - архимаг кивком приветствовал домочадцев, - А с этим юношей я не знаком.

- Сурки, младший мой, всего пятнадцать годков ему.

- Да? Давненько ж мы с тобой не виделись, Мастер…

- Ну, так дела у Вашей Мудрости, всë некогда, это я понимаю…

- Да какие там дела, - рассеянно протянул Кондри. - Значит, ещё одного помощника растишь?

- Эх, нет, не лежит у него душа к нашей профессии. Весь в прадеда по мамкиной линии пошëл. На криптогенетика учится, - заметив недоумение на лице архимага, Руббо тут же поправился, - На монстролога, монстрологом хочет стать. Уже даже несколько очень удачных экземпляров сотворил.

- Вот даже как! Очень достойное занятие. Я тут видел очень красивого дракона, когда садился… Твоя работа?

- Мамина… - со вздохом признался Сурки, - На летающие формы, особенно крупные, пока не замахиваюсь. Пока что с различными океанидами работаю. Но это пока так, несерьëзно.

- Ну, ничего, надо же с чего-то начинать. Какие твои годы, юноша. Ещё успеешь достичь совершенства. Хм. Кстати о совершенстве… - Кондри порылся за пазухой и вытащил на свет потëртый Жезл Всемогущества. - Я чего, собственно, так без предупреждения нагрянул-то. Вот, глянь, пожалуйста, а то не работает.

Мастер Руббо взял в руки жезл, пробежался по нему взглядом, вытянул руку в сторону окна, и кристалл, венчавший артефакт слабо засветился. Громыхнуло. Затем ещё раз. И ещё. Мгновенно сформировавшийся от горизонта до горизонта грозовой фронт сбрасывал в океан лавину молний. Руббо вновь махнул жезлом и всё также мгновенно стихло, лишь венцы радуг меж редеющих облаков напоминали о бурной всплеске стихии. Мастер вопросительно посмотрел на архимага.

- Нет, ну такое я и пальцем сделать могу, - пояснил Кондри. - Однако напомню, что артефакт называется Жезл Всемогущества, а когда вместо “Всё” остаëтся лишь “Кое-что”, мне становится понятно, что пора навестить уважаемого Мастера.

- Ясно-ясно, сейчас мы его посмотрим, - с энтузиазмом согласился глава семейства, взял артефакт и потащил его за конторку. Там он вытащил огромную Лупу на подставке, положил под неë жезл и провёл рукой. На поверхности линзы начали высвечиваться множественные символы. Руббо неотрывно следил за ними, иногда тыкая толстым пальцем в некоторые из них, отчего те рассыпались на целые кучи новых обозначений. Архимаг с почти суеверным почтением следил за действиями Мастера и прицокивал языком.

- Эх… Вечно я собираюсь изучить рунное дело, да всё не доходит никак. Больно уж оно сложное, а в моей работе пользы от него и нет особой…

- От этого дела всегда польза есть, Ваша Мудрость, хотя, наверное, не мне судить. Но, если что, всегда же можно ко мне обратиться! - Руббо хотел продолжить, но осëкся, уставившись на очередную группу символов. - Это.. Это как?

- Что?

- Накопители повредились от сверхбыстрой разрядки. Но как? Да это же надо было новую звезду зажечь, чтобы… - Руббо уставился на архимага, смущëнно и старательно отводящего глаза в сторону.

- Ну, так уж и звезду… Так, просто карлик…

- Какой карлик?!

- Ну, белый… Самый обычный. А что мне было делать? Совет магов проводил конкурс на создание лучшего мира. И,представляешь, ни одна звезда совершенно не подходила к моему проекту! Ну вот совсем!

- Выиграли хотя бы, Ваша Мудрость?

- Поощрительный приз… - погрустнел Кондри. - Статуэтку дали. И тортик… Жюри решило, что слишком много вулканов, и они атмосферу портят. А я люблю вулканы! Специально подбирал слоение материалов в магме, чтобы оттенки пламени различались. А они…

Архимаг обиженно махнул рукой, и на его лице проявилась мировая скорбь обиженного гения, которая почти мгновенно сменилась радостью озарения. Он пристально уставился на Сурки.

- А скажи-ка, юноша… Не хочешь ли ты заняться моим миром? Даю полный карт-бланш! Придумаешь каких-нибудь пчëлок, что будут серу запасать и воздух чистить…

- Насекомых на такой процесс недостаточно, - задумчиво протянул младший сын, - Надо делать бактерий. Желательно, не на углеродной органике, а на серной. Но попробовать было бы интересно…

- Ну и чудесно! Избавь меня от подробностей!

Кондри поднëс к лицу перстень с внушительным камнем и уверенно начал надиктовывать.

- Я, Архимаг Кондри, сын Чачанга, из Небесного Сада Кондри, передаю в полное владение Сурки, сыну Руббо с планеты Эгида, свою собственность и творение, а именно планету Пламенный Рай у звезды… - тут архимаг запнулся, с опаской покосившись на Мастера, - … у звезды Тестовая-Три.

Мастер Руббо горько вздохнул и закатил глаза. Перстень Кондри мигнул голубым светом, и приятный женский голос произнëс:

- Передача зафиксирована.

- Ну, вот и чудесно. Теперь дело за тобой, юноша. Рассчитываю, что ты раскроешь потенциал этого прекрасного мира и утрëшь носы моим коллегам.

Тем временем, Мастер Руббо закончил свои упражнения с лупой и приподнял жезл, внимательно его оглядывая.

- Ну? Не тяни, уважаемый…

- Накопителям конец. Горловины энергоканалов сорваны подчистую. Придëтся менять. Айвис, принеси-ка три накопителя для жезлов первой категории. Живее, живее! Не заставляй Его Мудрость ждать!

- Надеюсь, замена не займёт много времени? - встревоженно спросил Кондри, - А то у меня сегодня ещё есть дела, да и боюсь, что мои оболтусы упьются. Больно уж местные вина хороши.

- Не переживайте, Ваша Мудрость. Дело совершенно пустяшное. - Руббо взялся за жезл, что-то покрутил, и из него выпали три коротких чëрных стержня. Он аккуратно сложил их в ящик стола, а на замену, в несколько привычных движений, установил новые, принесëнные Айвисом. - Вот, собственно, и всё, Ваша Мудрость, готово!

Архимаг принял Жезл Всемогущества, покрутил его в руках, затем взмахнул, и на остров Ринуларуй упала тьма. Голубое небо мгновенно сменилось на чëрное полотно, усыпанное россыпью звëзд. Над островом начали зажигаться фонари.

- Планету верните на место, Ваша Мудрость, - сухо попросил Мастер Руббо.

- Должен же я был проверить. Я даже орбиту не менял, просто повернул. Безинерционно, - Кондри взмахнул жезлом ещё раз и снова вернулся солнечный полдень, - Работает! Спасибо, Мастер Руббо! Что я тебе должен?

- Мне хватит Вашей глубокой признательности, Ваша Мудрость, - слегка склонил голову артефактор.

- Всего лишь? Я в этом десятилетии ещё не тратил глубочайшую… - Архимаг рассеянно помотал головой и спросил - А... Куда?

- Вон там, за шторкой, Ваша Мудрость.

Архимаг подошёл к нише в стене, завешенной гардиной, лёгким жестом отодвинул её в сторону и с удовлетворением кивнул, увидев невысокий постамент с молочно-белой сферой с голову взрослого человека. Он положил на неё ладонь и торжественно произнёс:

- Я, Архимаг Кондри, сын Чачанга, из Небесного Сада Кондри, выражаю свою глубочайшую признательность Мастеру Руббо, сыну Астолия, с планеты Эгида.

- Засвидетельствовано, - отозвался шар. - Глубочайшая признательность занесена в реестр. Примечание. Архимаг Кондри истратил своё право на глубочайшую признательность. Следующая возможность будет разблокирована через четыре года.

- Благодарю, Ваша Мудрость! Искренне благодарю!

- Да не стоит, пустое. Ладно, пора бы уже и честь знать. Будет время - обязательно залечу. Лет, наверное, через десять. Может, двадцать. Как получится, в общем. До свиданья, Мастер Руббо, молодёжь.

Архимаг по очереди кивнул каждому из сыновей, и, дождавшись ответных кивков, выскочил за дверь. Обратно к своему трону он бежал также вприпрыжку. Немного не рассчитав, он запнулся о первую ступеньку подножия и завис в воздухе, амулет не дал ему упасть и расквасить нос. Однако жезл выпал и, весело зазвенев по ступеням, скатился обратно под ноги Кондри. Архимаг поднял жезл, оглянулся на лавку артефактора, как напроказивший ребёнок, на несколько мгновений вновь наступила ночь, опять сменившись солнечным днём, а затем Кондри, взгромоздившись на трон, резко взмыл в небеса. Из глубин острова потянулись гвардейцы. На этот раз они летели вразнобой. Пегасы едва не падали от навьюченных на них бочонков и мехов с вином. Однако Руббо и его сыновья уже потеряли к ним всякий интерес. Они столпились у ниши со сферой, и мастер, положив руку на шар, нетерпеливо выкрикнул:

- Активировать просмотр логов! Визуальный режим!

Из сферы исторгся проецирующий луч и по стене побежали надписи. “Глубочайшая признательность. 2500 пунктов социального статуса. Множитель за социальное положение выразившего глубочайшую признательность х73142. Итого 18 285 500 пунктов социального статуса. Ваш текущий баланс 6 234 002 491 пунктов социального статуса. Поздравляем! Мастер Руббо, сын Астолия с планеты Эгида, Вы заняли высший социальный статус Объединённого Человечества, опередив Мастера Трогга, сына Пелла, с планеты Фиорен на 6 735 217 пунктов социального статуса. Все ограничения на доступ к ресурсам Системы сняты.

- Да! - взревел Руббо. - Да-а-а! Да-а-а! Выкуси, Трогг! Выкуси! Кто теперь хозяин Вселенной? А? Кто, я тебя спрашиваю?! А? А?!

Сыновья радовались вместе с отцом и хлопали того по плечу. Даже невозмутимый Крибс отложил свою книгу с малопонятным для непосвящённых заголовком “Программирование нанитов и микросистем для обслуживания псевдобиологических объектов” и присоединился к общему веселью.

- Вот, дети, учитесь! - Руббо торжественно воздел указательный палец. - Пока сильные мира сего играют в наши игрушки, инженеры по-настоящему правят миром!