Сказ о последнем из людей

Часть первая – последний из людей. Глава 1. Жизнь, начавшаяся с ошибки.

Эта история началась со сказки. Сказке о человеке, что обрёк свой народ на вымирание. Сказка о том, кто подарил свободу зверолюдам. Многоликий странник не оставил нам своего имени, но оставил идею. Идею, гласящую о равноправии между людьми и зверолюдами. Однако, его мечта о мире рухнула, когда поколение рабов, Первое Поколение, сменилось Вторым и Третьим, возомнившими себя вершиной пищевой цепочки. Но давайте расскажем подробнее.

Давным-давно, задолго до моего рождения, зверолюды являлись рабами, создаваемые в лабораториях. Сейчас их зовут Первым Поколением. Они, словно машины, были запрограммированы служить хозяину – человеку, ради которого они создавались. Их жизни не принадлежали им самим, и они даже не думали о том, что должны иметь хоть какие-то права. Они были по-настоящему счастливы.

Однако, однажды появился «хороший» человек, который даровал возможность зверолюдам, по природе бесплодным, возможность иметь детей. Это стало началом конца человеческой эпохи. Зверолюды Второго Поколения – первые рождённые естественным путём – подчинялись людям словно по инерции, и уже были способны принимать самостоятельные решения, противоречащие воле хозяина. Это был первый звоночек, который все проигнорировали.

На тот момент население планеты насчитывало десять миллиардов человек и более трёх миллиардов зверолюдов. С виду, у людей значительный перевес, однако зверолюды размножались куда быстрее, давая за роды более двух потомков, не говоря уже о том, что от союза зверолюда и человека всегда рождался маленький зверолюд.

Испугавшись, люди начали хвататься за своё единственное преимущество – за свои технологии. Всего пара строчек кода, и ни один зверолюд больше не имеет доступа к продуктам научного прогресса. Однако, это лишь ускорило приближение конца.

Третье Поколение не просто отказалось подчиняться людям, а решило, что оно является вершиной пищевой цепочки. Тогда появился предводитель восстания – получеловек-полузверь. Он считал, что люди недостойны права на существования. Звучал он достаточно убедительно, чтобы собрать вокруг себя единомышленников.

Под его командованием началась резня. Используя современное оружие, люди могли уничтожать сотни тысяч врагов, пока мы могли лишь поразить их из старого ружья. Эта битва продолжалась годами, пока последний человек не был наконец убит. Уже не сосчитать, сколько душ покинуло свои тела, сколько территорий было уничтожено или заражено.

Имя этого предводителя, истребившего свой вид, было утрачено навеки. Пожалуй, это к лучшему, ибо вместе с борьбой он унёс с собой в могилу и тот научный прогресс, которого достигли люди. Вместо нашего века «будущего», мы получили постиндустриальную эпоху.

Единственное, что осталось, это генная инженерия, благодаря которой зверолюды впервые появились на свет. Мы смогли удлинить наши жизни, замедлив развитие. Если раньше половозрелыми зверолюды становились в пять лет и младше, то теперь этот срок увеличился в три раза. А ошейники, что сдерживали рабов Первого Поколения, были полностью уничтожены, знаменуя нашу свободу!

Слегка тяжёлая история для ребёнка, что скажете? Впервые я услышала её от матери, когда мне было всего пять. Тогда я посчитала это обычной сказкой, но уже в школе это преподавали на уроках истории.

Тогда я заметила, с каким воодушевлением дети вокруг слушали учителя. Мне казалось это таким странным. Целый разумный вид был истреблён, но они так радуются этому. Это так смутило меня, что я чуть было не заплакала. Собравшись с духом, я спросила у учителя, почему эта история преподаётся так позитивно, ведь она такая ужасная. Это была моя первая самая большая ошибка в жизни.

Наверное, этот взгляд моих одноклассников я не забуду никогда. Эта сцена до сих пор снится мне в кошмарах. Все, включая моих лучших друзей, посмотрели на меня с таким презрением, что я моментально почувствовала себя изгоем и врагом, точно я не зверолюдка, а человек. Я было хотела получить хоть какую-то поддержку от своего любимого учителя, однако от также скривил свою морду. Не проявляя никакой тактичности к ребёнку, он начал утверждать, что люди были очень жестокими, и что хорошего человека было попросту невозможно встретить, и именно поэтому эти твари должны были сгинуть. И это я, цитируя, заменяю особо грубые слова.

Стоило мне только попытаться возразить, меня криками выгнали из класса. Никто не хотел меня слушать. До самого вечера я сидела в раздевалке, дожидаясь, когда моя мама, отпросившись с работы, приедет в школу. Лишь вместе с ней мы вошли в кабинет директора, где уже нас поджидал и учитель истории, и школьный психолог. Глупо было мне полагать, что я смогу объясниться, что меня смогут понять. Их ответ был один и тот же: «Люди – главное зло планеты».

Стоит ли говорить, что дальнейшее обучение постепенно превращалось в пытку. Хотя все вокруг твердили мне, что именно люди были самыми жестокими существами, но именно одноклассники превращали мою жизнь в ад. И я больше не могла получить защиты от учителей, ибо слух о моей «любви к людям» разошёлся по всей школе.

До того дня я была круглой отличницей, однако после моя успеваемость стала быстро падать. Это связано не столько с постоянным занижением оценок, сколько с потерей интереса к учёбе. Всё чаще я стала прогуливать. Не ходила чуть ли не месяцами. И, что печально, это никого не волновало.

Хотела бы я сказать, что стала сильнее, но боюсь соврать. Приходя в школу, одноклассницы пытались утопить меня в унитазе, а потом я слушала претензии от учителей, что в один голос твердили о моей безалаберности. Вернувшись домой с порванными наушниками, я слушала крики матери из-за постоянных прогулов.

Друзей у меня, что логично, не было. Но если я не ходила в школу, при этом уходила из дома каждый день, где же я была? Ответ прост и банален – в библиотеке. По книгам я пыталась научиться жить самостоятельно, мечтая лишь о том, чтобы однажды сбежать как можно дальше, пускай даже в джунгли, лишь бы никого рядом не осталось.

К слову, старинные книги почти все были уничтожены. Но те, что сохранились, становились моими любимыми. Я перечитывала их от корки до корки каждый день. Именно по ним я писала свою историю мира. Думаю, именно это увлечение помогло мне не озлобиться на всех.

Всё это продолжалось вплоть до тех пор, пока не закончилась базовая школьная программа. На церемонию награждения я так и не явилась. Экзамены были кое-как сданы – вот и чудно. Но продолжать обучение намерений не было. С того рокового дня я мечтала сбежать из этой деревни, чтобы больше никого из них не видеть. И тогда я попрощалась с матерью.

Сначала она кричала на меня, но потом, осознав серьёзность моих намерений, стала умолять меня остаться. Несмотря на то, что биологически я наполовину песец – плодовитый вид – я была единственным ребёнком в семье, а отца не видела никогда. Но удержать меня уже ничто не могло.

Взяв все накопленные мною деньги, я уехала в город. Тогда я впервые была в поезде. Было так необычно ехать, куда глаза глядят. Однако отступать было попросту некуда.

Глава 2. Важное знакомство в пугающем городе

Пожалуй, второй моей ошибкой было неправильное поведение по приезду в город. Вместо того, чтобы найти себе работу и жильё, я стала гулять по улицам. Конечно, хорошая работа мне не светила, но я могла бы стать обслуживающим персоналом. Но в тот момент зверолюды вокруг так поражали меня своим количеством, что я могла лишь бежать, постоянно оглядываясь на архитектуру.

К слову о ней, по пути сюда я замечала абсолютно пустые города – утраченные города. Их так прозвали за то, что ни один зверолюд не имеет доступа к ним. Связано это с тем, что люди заблокировали огромное число технологий, так что теперь эти дома нормально использовать невозможно. Конечно, дверь всё ещё можно выбить, но даже так там не будет ни света, ни воды, ни тепла. Домом это не назовёшь.

Зачастую, в такие города выбираются подростки, которым не хватает острых ощущений. Они уродуют архитектуру, а также грабят забредших путников. Поэтому в утраченных городах всегда ходят патрули, а вход простым смертным туда запрещён.

Смеркалось, а я даже не задумывалась о голоде. Я просто не могла заставить себя действовать, а не просто гулять. Зверолюдов становилось всё меньше, пока улицы совсем не опустели, а с неба не начали падать капли дождя. Но даже тогда я не попыталась найти ночлег. Ночной город завораживал ещё больше.

Мой белый мех уже насквозь промок, когда я наконец спохватилась о времени, что потеряла. Тут же и голод дал о себе знать, заставив меня схватиться за живот. Тело затряслось от холода, а глаза искали место для ночлега. В этот момент я впервые пожалела о том, что уехала из дома. Стал подступать кашель.

Но глаза вдруг остановились на неоновой вывеске «Отель». Благо, они работали круглосуточно, так что я смогла взять себе кабинку на ночь. Почему кабинку? Это что-то наподобие маленькой комнатки с очень низким потолком, что встать в полный рост было невозможно. Тем не менее, лёжа там могло свободно поместиться несколько зверолюдов рядом.

Сон долго не приходил. В голове крутилась мысль: «правильно ли я поступила?». Слёзы снова стали подступать. Некогда былое воодушевление сейчас сменилось на тоску по дому и матери. Заглянув в кошелёк, я увидела лишь несколько банкнот. Этого бы хватило максимум на голодную неделю, но не больше. Срочно нужно было найти себе работу, чтобы новая жизнь не закончилась также внезапно, как началась.

И я правда пыталась трудоустроиться, но несовершеннолетнюю девочку из глухой деревни, ещё и лишь с базовым образованием, никто брать к себе не хотел. Днём я искала себе хоть какую-то работу, а по утрам и вечерам, когда прохожих больше всего, унижаясь, просила милостыню. У меня попросту не было другого выбора. В попытке сэкономить, нередко я засыпала голодной, ещё и где попало. Всё казалось безнадёжным. Но однажды я повстречала одного «человека», что… а, впрочем, тут можно и поподробнее.

Зверолюдка-песец как могла старалась сохранить чистоту своего меха, надеясь заработать денег хотя бы на его продаже, потому даже сейчас она была необычайно красива. Пожалуй, лишь её юный возраст отпугивал потенциальных партнёров от попытки с ней заговорить. Покинув здание маленькой компании после очередного неудачного собеседования, до неё вдруг донёсся очень приятный аромат. Одурманенная запахом, она последовала за ним до самого ресторана. С некой надеждой она заглянула в свой кошелёк, надеясь найти в нём чудом возникшие деньги, однако в нём было абсолютно пусто – ещё ранним утром она потратила последние копейки на чёрствый хлеб. Еле сдерживая слюнки, она собралась уходить, когда вдруг её кто-то окликнул:

- Девушка, – обратился к ней парень со спины, – у вас всё в порядке?

Зверолюдка развернулась, не издав ни звука. Позади неё стоял зверолюд-конь. На вид ему было лет семнадцать. Его опрятная внешность и дорогой выглаженный костюм говорили о его достатке, а вычесанная золотая грива – о важном статусе.

- Да, я просто гуляю.

- Могу я вас угостить в сея заведении? Я вижу, вы тут совсем недавно, – парень слегка приклонил голову.

- Нет, не стоит…

- И всё же я смею настоять. Право, мне не сложно, – настаивал конь, подталкивая зверолюдку к дверям ресторана.

- Ох, мне так неудобно, – произнесла робко зверолюдка.

- Коле так, поведаете ли вы взамен мне о своей жизни? Поверьте, награды лучше мне не сыскать, – парень улыбнулся, – меня зовут Алекс. Очень рад нашему знакомству.

- Ох, я… Меня зовут Элис. Очень приятно, – поклонилась девушка.

- Чего желаете? – обратилась к ним официантка.

- На ваш выбор, Алекс, – ответила Элис.

Алекс что-то шепнул официанту на ухо, указывая пальцем на меню. Через десять минут принесли блюда, на вид весьма дорогие. Парень с такой внешностью явно мог себе такое позволить. У Элис вновь потекли слюнки. Было неловко есть за чужой счёт, а нутро так и предсказывало подвох. Тем не менее, когда сам Алекс принялся за еду, Элис последовала его примеру. Что ж, было безумно вкусно. Так как Элис являлась хищником, а Алекс – травоядным, их блюда немного отличались. Элис робко рассказывала о своей жизни, опуская тот факт, за что её невзлюбили в школе. Казалось, Алекс слушает её с наслаждением. Вскоре всё лишнее напряжение вовсе пропало, будто они знают друг друга уже несколько лет.

- История твоя весьма печальна, – заключил Алекс, – но, уверяю, тут ты сможешь начать всё сначала. Я верю в тебя.

- Спасибо, Алекс, – улыбнулась девушка.

- Позволь невежественный вопрос: получается, сейчас ты в досадном положении? Если хочешь, я могу позволить тебе пожить у меня, что скажешь? – спросил парень.

- Нет, я так не могу…

- Мне не сложно, – Алекс положил свою руку поверх руки Элис, потянувшись пальцами к её предплечью под кофтой.

- Прости, Алекс, я не могу принять твоё предложение. Я должна начать новую жизнь сама, – Элис невинно улыбнулась, точно не заметив попытку вторгнуться в своё личное пространство.

- Что ж, моё дело предложить. Прошу простить, но мне нужно сделать звонок. Я приду через пару минут, – Алекс встал изо стола.

Элис осталась сидеть в ожидании, даже не пытаясь выкинуть из головы нового знакомого. Если быть точнее, теперь все её мысли были лишь о нём. Он – первый зверолюд, который отнёсся к ней по-доброму. Возможно, это из-за того, что он не знает о причине ненависти со стороны остальных. А, быть может, есть у другая причина. Хоть он и конь, эта доброта ей очень понравилась, как и он сам. В голове даже пробежала мысль, как они будут жить вместе друг с другом. Улыбка проскользнула на её мордочке.

Но прошла минута, за ней вторая, а Алекса всё нет. Элис послушно дожидалась его, пока не прошло уже полчаса. Только тогда девушка поняла, что её просто использовали. Она хотела было уйти, но официантка её остановила, так как счёт не был оплачен. Таких денег у неё не было даже в момент приезда в город. Более того, наверное, за всю свою прожитую жизнь ей не довелось столько накопить. Позвали менеджера, и уже хотели вызывать полицию, когда вмешался один из посетителей, держащий в руке самый дешёвый кофе «с собой».

- Но у меня нет таких денег, – голос Элис дрожал от поступающего плача.

- Привет, лисичка, – вмешался посетитель, – денег совсем нет?

Это был волк, лет двадцати пяти. Конечности сильно напоминали человеческие, только покрытые мехом. Тёмно-серая кожаная куртка и капюшон с дополнительным пространством для ушей. Куртка застёгнута не была, так что можно было разглядеть два оттенка шерсти: основной цвет чёрный, но грудка и мордочка светло-серые, с тёмными пятнами. Глаза карие, а на щеке, как и у любого зверолюда, красовалась эмблема обозначения, заменяющая паспорт. Рисунок на эмблеме – синий паук на красном фоне.

- Да говорю же, ни копейки… И я не лиса, а песец, – Элис готова была заплакать.

- Да пофиг. Заночевать есть тебе где? – вдруг спросил волк.

- Избавьте, есть где, – Элис вспомнила, что после этого вопроса Алекс и сбежал.

- Как хочешь. Я заплачу за неё, так что не надо ментов, – волк улыбнулся, протягивая карту.

- А… ой… спасибо, – девушка встала в ступоре.

- Тебе точно есть, где заночевать? Или денег подкинуть? Не бойся, я не пытаюсь тебя в постель затащить, – усмехнулся зверолюд.

- Мне есть, где спать! – засмущалась Элис. Внезапно до неё дошло осознание, что именно этой цели и добивался Алекс.

- Ну тогда бывай, лисичка, – волк развернулся, покидая заведение.

- Я – песец! – крикнула она вслед, игнорируя мирную атмосферу ресторана.

Глава 3. Место для сна

Девушка осталась стоять на улице, пытаясь осознать то, что только что произошло. Если бы только не эта безвыходная ситуация, из которой он помог ей выбраться, она бы тотчас накричала на него за испорченные нервы. Тем не менее, страх и неловкость заставили её соврать насчёт жилья. А ведь уже темнеет, ещё и тучи идут. В кошельке всё ещё ни копейки, но теперь она хотя бы наконец смогла отъесться вдоволь.

Как и всегда, вечером, пока толпа возвращается с работы в родные дома, она просила милостыню. И как всегда, это дело не было удачным. В частности, это из-за её прекрасного меха, который никак не сочетался с той плачевной ситуацией, в которой она находилась. Простояв до самой ночи, она смогла насобирать лишь на полтора батона хлеба.

Комендантский час запрещал ей гулять на улице в позднее время, потому ей нужно было найти укромное местечко, где она могла бы вздремнуть хоть немного. Завтра её ждал тяжёлый день – новая рутина по поиску работы. Найдя себе место между домами, она, закутавшись в плащ, попыталась уснуть. Ветер не продувал это место, однако от этого теплее не становилось. А падающие капли дождя и вовсе лишали возможности увидеть хотя бы один сон.

- А говорила, что есть, где ночевать, – обратился вдруг к ней голос.

Элис убрала капюшон с мордочки, но рядом с ней никого не было. «Показалось», – подумала она, когда откуда-то сверху перед ней не приземлился знакомый волк. Причём, будто назло, он спрыгнул прямо в лужу, из-за чего Элис облило грязной водой. Это её очень сильно разозлило, ведь значило, что утром ей снова придётся вымывать мех в ледяной речной воде.

Подняв ей капюшон, волк увидел её трясущуюся мордочку. Она казалась ему такой жалкой в этот момент. Некогда белых мех, очернённый городской грязью, точно породнил её с местными бездомными. Впрочем, в каком-то смысле она одна из них. Волк усмехнулся.

- Чего смешного!? – крикнула Элис, вставая на лапы.

- Вид у тебя измученный. Такая гордая говорила, что есть, где спать, а сама тут ошиваешься, – смеялся зверолюд, хотя сам был весь в грязи.

- Мне есть, где спать! – непонятно, плакала ли она, или это был дождь.

- Уйми свою гордость и пойдём, пока не простыла, – ответил зверолюд, повернувшись к ней спиной.

Элис хотела отказаться, но что-то заставило её пойти следом за ним. И долго идти не пришлось, ибо прямо за поворотом был старый электромотоцикл. Шлем он не дал, да он и не понадобился, так как даже при большой скорости капли дождя не попадали на них из-за экрана – защитной технологии прошлого, что-то вроде абсолютно прозрачного стекла, появляющегося из ниоткуда под действием тока. Но Элис даже не подумала о том, что данная утраченная технология не могла вдруг оказаться у обычного зверолюда.

Огни города остались позади – путь освещали лишь фары транспорта. Если бы этот волк задумал что-то нехорошее, Элис бы точно не нашли до самого утра. Да её бы и не стали искать, если задуматься. И от этих мыслей ей становилось не по себе. С каждой минутой она всё сильнее начинала жалеть о том, что решила довериться незнакомцу.

Тем не менее, вскоре они въехали в какой-то другой город, но из-за темноты ничего нельзя было разобрать. Точно он был заброшен или обесточен. Слишком непривычно погружаться в темноту. Припарковав мотоцикл прямо в подъезде, он завёл её в одну из квартир.

- Где мы? – наконец спросила девушка.

- У меня дома, лисичка, – ответил волк, включая свет. – Ох, какая же ты грязная… Так, здесь есть душ и ванна. У тебя вещи есть, или мне принести?

- Я – песец! И у меня есть сменные вещи… – засмущалась девушка.

- Вот это и удивляет – как можно иметь сменные вещи, но при этом оказаться без гроша в кармане и без крыши над головой?

- Как вас хотя бы зовут? – вспомнила вдруг девушка.

- Адам. Меня зовут Адам. А тебя Элис, мне это и так известно.

Адам удалился, оставив полотенце. Девушка была очень смущена, поэтому не сразу поняла, в какой ситуации оказалась. Раздевшись, она стала принимать душ, осознавая всё, что произошло сегодня.

- Я у него дома в душе! – вдруг вспомнила она, падая на месте, и тут же закрывая себе пасть, так как произнесла это вслух. Она прислушалась, не ответил ли что-нибудь хозяин дома, но кроме всплесков воды больше ничего не было.

Когда наконец последнее пятнышко смылось, Элис вылезла из душевой кабинки и принялась высушивать мех. Она всё ещё боялась, что Адам вот-вот войдёт и сделает что-нибудь с ней, потому на всякий случай в левой лапе держала ножницы, чтобы обороняться. Однако все её переживания были напрасны.

Выключив фен, она оглянулась в поисках сумки, которую забыла у входной двери квартиры. Неловко… Пересилив себя, она начала звать Адама, чтобы тот принёс ей сумку, но ответа не последовало. Тогда, завернувшись в полотенце, она сама пошла за вещами. И уже у порога входная дверь вдруг открылась, и перед ней предстал чистый Адам, благо, в одежде – похоже, он тоже принял душ, но в другом месте.

Элис была очень смущена, что не могла даже пошевелиться. Белая мордочка и ушки мгновенно покраснели. Но волк лишь усмехнулся и прошёл мимо неё. Быстро схватив сменные вещи, она побежала обратно в ванную, чтобы одеться.

Адам дожидался её прямо за дверью, облокотившись об противоположную стену. Когда она наконец вышла из ванной, новая порция краски покрыла Элис, потому что её мордочка оказалась в считанных сантиметрах от Адама.

- Не так сразу, лисичка, – подмигнул Адам, положив пальцы на её губы, – чай или лучше какао? Или пойти приготовить тебе постель?

- Я – песец, сколько можно повторять? – возмущалась девушка.

- А это так важно? Песец – та же лиса, – довольная улыбка Адама начинала понемногу раздражать.

- Могу я просто поспать? - устало спросила Элис.

- Конечно! Вот только для начала… – мужчина бросил на неё нехороший взгляд, – ты не хочешь одеть хоть что-нибудь более чистое, а это отправить в стирку?

- Это вся одежда, что у меня есть, – воспротивилась девушка.

- Просто дай мне всё постирать. Твоя нагота меня смущать не будет, – подмигнула его наглая морда.

- Меня будет! – девушка прижалась к двери ванной, пытаясь вспомнить, где конкретно оставила ножницы.

- Ла-адно. Предлагаю так: ты ляжешь под одеяло, а я эту одежду застираю. Довольна? – наконец улыбка пропала.

- Я… эм…, – мялась особа.

- Слушай, я не извращенец. И насиловать я тебя тоже не собираюсь. Подумай вот о чём: в этом месте твои крики никто не услышит, и если бы я хотел что-то с тобой сделать, я бы это уже сделал, не считаешь? Поверь, я гораздо сильнее тебя – мне трудностей это не составит, – ответил волк, уходя в спальню.

- Ты думаешь, это внушает доверия!? – крикнула ему вдогонку девушка.

Тем не менее, она последовала его плану. Ей и правда нечего было терять. Собственное достоинство она утратила ещё в школе, а деньги давно закончились. Всё, что у неё осталось, это органы. От этих мыслей ей вновь стало жутко.

Выгнав его из спальни его же квартиры, она быстро сняла верхнюю одежду и забралась под одеяло. Только тогда она позволила мужчине зайти и забрать вещи. Хотя ей и было очень страшно, ощущение мягкой тёплой постели помогли ей быстро уснуть.

- Глупышка, – проговорил волк, когда пришёл навестить её через час. Она лежала на кровати полуголая, скинув одеяло на пол. Своим зрением он прекрасно видел в темноте, но, вместо того, чтобы пялиться, он просто накрыл её обратно.

Глава 4. Шпионское устройство контроля

Элис проснулась куда раньше Адама. Увидев одеяло на полу, она сразу подумала, что это он его стянул с неё, чтобы ночью с ней что-то сделать. Но данная версия быстро отлетела как маловероятная, ибо он сейчас спал, и вряд ли бы он так ошибся, что забыл её накрыть обратно. К этому моменту одежда не только постиралась, но уже была высушена и выглажена. Она вылезла из-под одеяла и стала одеваться, когда заметила на себе нахальный взор Адама из-под его одеяла:

- Я вижу, ты уже проснулась?

- Извращенец!

- Это же ты расхаживаешь здесь полуголая, – Адам перестал смеяться, когда ему в лицо прилетела подушка.

- Я думала, ты спишь, а ты пялишься.

- Знаешь, я в Интернете и то больше увидеть могу.

- Убери уже эту довольную ухмылку

- Ты могла бы быть и помягче со мной, – Адам выскочил из-под одеяла.

Элис, закрывая глаза лапами: С радостью, только оденься, прошу!

- В смысле? Только торс голый. Не пудри мне голову. Есть будешь?

Адам ушёл на кухню, чтобы на скорую руку сделать простой завтрак. Элис же подошла к окну. Она никогда не была на такой большой высоте, как сейчас. Весь город как на ладони. Эти улицы ей совсем неизвестны, хотя последнюю неделю она обошла очень много мест. Похоже, вчера Адам увёз её далеко. Однако, что-то не так с этим местом: на улицах никого нет. Некоторые здания кажутся давно заброшенными и частично уничтоженными временем. А в уцелевших квартирах не видно ни живых, ни мёртвых – даже свет нигде не горит.

Наконец, показались первые зверолюды. Однако, одеты они были не в обычную одежду – на них была спец. форма патрульных, а за спинами висели ружья. Внезапно до Элис наконец дошло: она находится в одном из утраченных городов, которые недоступны для проживания зверолюдами. Прямо под ними идёт патруль, что должен отлавливать глупцов, забредших на охраняемую территорию. Челюсть девушки отвисла. Она побежала к входной двери, но та была точно заблокирована.

- Толстый кусок хлеба с сыром, что зовётся бутербродом, яичница с беконом и чай. Ты скоро? – кричал Адам из кухни.

- Адам! Мы в запретном городе!? Но как ты смог сюда зайти? Как ты включил свет, воду? Это ведь технологии людей! – девушка испугалась.

- Это не технологии людей – они просто утрачены. А я нашёл способ их восстановить, – лыбился волк.

- Нет же, это невозможно… Весь мир пытается это сделать. Либо ты гений, либо… – девушка закрыла пасть руками, боясь продолжить фразу.

- А что думаешь ты? – Адам подошёл к ней ближе, облокотившись рукой об стену позади девушки, максимально сокращая между ними расстояние.

- На мотоцикле стоял экран… это тоже утраченная технология… И где твоя эмблема!? – вскрикнула девушка, пытаясь убежать в комнату. На щеке Адама не было больше эмблемы, что вшивается сразу после рождения каждому зверолюду.

- Снял её и всего-то, – усмехнулся мужчина, последовав за ней.

- Но снять её может лишь… – Элис не успела закончить фразу.

Адам повалил её на кровать, не давая сбежать. Он сам встал прямо над ней, приближаясь к её мордочке и разглядывая её напуганные глаза. Его рука медленно потянулась к щеке девушки, мягко прикасаясь к меху. Она закрыла глаза, боясь того, что сейчас последует. Слеза покатилась из её глаз и по его руке. Усмехнувшись, он убрал руку, в которой осталась её эмблема.

- Что? Но как ты смог? – девушка попыталась выползти из-под него, но голова упёрлась в стену.

- Что ж, так-то будет лучше. Теперь за тобой хотя бы не следят. Ну, так кто я? – мужчина улыбнулся, сев перед ней.

- Ты… ты человек? – девушка прижималась к стене.

- Бинго! Человеческое тело, скрытое под высокотехнологичным костюмом волка, – Адам вскочил с постели и достал из нижнего ящика кейс с инструментами.

- И что ты со мной теперь сделаешь?.. – уши прижимались к голове, а глаза искали какой-нибудь острый или тяжёлый предмет для самообороны.

- В зависимости от того, что ты мне сейчас ответишь: что ты думаешь о людях? – Адам вскрыл эмблему девушки и стал лазить в ней инструментами.

- Люди убили столько…

- Нет, что ТЫ думаешь о моём виде, а не что думает толпа, – пояснил Адам.

- Я не считаю людей плохими, – честно проговорила девушка, однако её голос сильно дрожал от страха.

- Чудная ложь. Ты же меня боишься. Так, эмблема готова, подвинь ко мне свою морду, – Адам взял её за подбородок и стал цеплять эмблему обратно.

- Я просто не знаю, что делать с этим… ты ведь меня не убьёшь? – взмолилась лисичка.

- Больно мне оно надо. В подвале обычного жилого здания столько оружия, что я мог бы целый район выкосить в одиночку. В одиночку, я серьёзно. Но я же этого так и не сделал. Вот, что я тебе скажу: не меня тебе бояться надо. Я – меньшее из всех зол, – ответил Адам, помогая ей встать и подталкивая её на кухню.

- Я не понимаю…

Адам: «Для начала, история мира была слегка изменена. Целью зверолюдов было не истребление людей, а чтобы в мире был лишь один единый разумный народ. А для этого они либо убьют людей, либо сделают их соратниками. Второй вариант, как ты видишь, провалился. Но некоторым позволили влить себе вирус зверочеловека, что преобразовывал их ДНК в ДНК зверолюда. А вот у особо богатых был иной способ изменить свой человеческий облик.

Знаешь ведь, что такое нанороботы? Они помогают вам размножаться. Но они вводятся в вас в чрезвычайно малых дозах. Изначально, они делали своего носителя бессмертным. Но они были настолько дорогими, что позволить их себе могли лишь единицы. Ими и стали олигархи. Они отказались от человеческого облика, став Андроидами. Вы не знаете об их существовании и угадай, по какой причине?

Дальше: зверолюды Первого Поколения носили сдерживающие ошейники, символ рабства, скажем так. Но мало кто знает, что само Первое Поколение билось на стороне людей, причём по собственной воле, даже когда их ошейники были отключены. Когда же всех «изменников» и людей истребили, ошейники были уничтожены, а на их место пришли эмблемы, что вживляются прямиком в щеку. По сути, вы как были рабами, так и остались. Эти эмблемы передают о вас всю информацию, включая местоположение, сердцебиение, разговоры и так далее. Поэтому так важно было твою эмблему модифицировать. Единственное их отличие – они не достаточно мощные, чтобы разрядом тока убить вас».

- Но кому это нужно? – казалось, девушке было очень интересно впервые услышать альтернативную историю, хотя верилось в неё с трудом.

Адам: На примере завода: сотней рабочих управляет один заведующий цеха, то есть они его рабы. Десятками заведующих цехов управляет один директор предприятия. Сотнями директорами управляет директор фирмы. А сотня разных директоров фирм служат депутату. Сотни депутатов – президенту. А все правители мира – олигархам. Они – верхушка пирамиды. В итоге во власти единиц находятся миллиарды чужих жизней. Стоит только приказать, и мы все с радостью умрём. И именно олигархам бы хватило денег, чтобы стать бессмертными в телах Андроидов. Если бы раньше это прозвучало глупо, то сейчас это единственное объяснение. И как удобно, что в вашей истории об их существовании ни слова, хотя во времена моих родителей Андроиды были известны.

- Ты же понимаешь, как это всё безумно звучит? – девушка посчитала его сумасшедшим.

- Сейчас сядь и поешь, а потом… а потом я тебе это докажу.

Глава 5. Хорошая девочка на привязи

- Что ж, это и правда было очень вкусно! Давно я не ела настоящий сыр, – хвост девушки завилял.

- А ведь ты ведёшь себя, как собака, – подмигнул Адам.

- Отстань, – Элис закрыла мордочку хвостом, скрывая смущение, – что теперь ты со мной сделаешь?

- Ни есть тебя, ни насиловать я не собираюсь. Последнему человеку на планете это не нужно. И, на самом деле, это немного грустно, – подметил парнишка.

- Тогда что же ты будешь делать?

- Я уже делаю. Первое: я хочу доказать всем, что термин «хороший человек» – это не противоречие, как вам внушают в школах. Второе: я хочу дать вам утраченные технологии. Третье: хочу вас освободить, как пытались мои предшественники.

- Поэтому выбрал себе имя Адам – первого человека из библии? Оно ведь ненастоящее? В любом случае, думаю, ты просто захотел поиграть в героя, – холодно произнесла Элис.

- Ха, как грубо. Точно, я же хотел доказать тебе, что был серьёзен. Ты сможешь довериться и дать мне шанс? – спросил Адам, исследуя ящик комода.

- Ну, без тебя бы я точно умерла там на улице… или ещё в ресторане, так что… – нерешительно бормотала особа.

- Если доверяешь, развернись ко мне спиной и приподними волосы. Я не собираюсь тебя обижать, – уговаривал мужчина.

Нехотя, девушка развернулась и сделала так, как сказал Адам. Она всё ещё боялась его, но в любом случае сбежать из этого дома было невозможно. Что-то холодное прижалось к шее, когда раздался металлический щелчок. Благо, это хотя бы была не удавка, и дыханию ничего не мешало.

- Ошейник!? Их же уничтожили! – девушка пыталась снять его, но всё было безуспешно. – Я не твоя рабыня! Сними его сейчас же!

- А вот теперь сюрприз: попробуй открыть входную дверь, – Адам явно наслаждался её попытками снять ошейник раба.

Элис была озадачена. Она мгновенно прекратила свои тщетные попытки избавиться от устройства, вопросительно глядя на Адама. Послушно она вышла в коридор и взялась за дверную ручку входной двери, которая ещё утром была точно приклеенная. От лёгкого нажатия она повернулась, и дверь распахнулась. На этот раз система признавала в девушке человека, позволяя ей пользоваться утраченными технологиями.

- Но как это возможно?..

- Как забавно это получается: без ошейника дверь не поддавалась, а с ошейником все двери тебе открыты? Надо же, как же так, да? А ответ прост: покуда на вас ошейник, вы можете пользоваться всеми технологиями, которые считались утраченными, причём с теми же правами, что были у людей. Единственное «но»: активная эмблема у вас в щеках блокирует доступ к технологиям. Благо, твою эмблему я уже модифицировал. Ну как, теперь больше веришь в мировой заговор?

- Но ведь это может означать, что ты вовсе не человек, разве нет? – подметила девушка.

- Я человек, будь уверена. Если хочешь…

- Ладно… Можешь теперь снять эту штуку? Пожалуйста, – попросила Элис.

- Не-а. В ней ты лучше смотришься, – Адам улыбнулся.

- ЧТО!? Сними сейчас же! Я тебе не рабыня! – затребовала девушка.

- Вообще-то мы все рабы, если ты ещё не поняла. Просто сейчас ты это острее чувствуешь. И, к слову, осторожнее. Ошейник закреплён за мной. В былые времена он мог так трахнуть током за вспыльчивость – мало не покажется, – подмигнул Адам.

- Ты просил меня тебе довериться! Я же доверилась! – слёзы стали поступать из глазниц девушки.

- Шуток не понимаешь? Это раньше ошейник показывал принадлежность к хозяину, а сейчас он является ключом ко всем дверям во всех утраченных городах. Я не считаю тебя рабыней – я даю тебе возможность пользоваться тем, что почти никому не доступно. Так что успокойся, пожалуйста. Когда ты захочешь уйти, я сниму его, – пояснил Адам.

- Обе… обещаешь? – сквозь слёзы проговорила девушка.

- Конечно, лисичка, – улыбнулся Адам, не смея прикоснуться к плачущей девице.

- Я не лиса… Ты правда сможешь вернуть нам все технологии? – невинно Элис взглянула в его очи.

- Я делаю всё возможное для этого. Мне просто нужны люди… точнее, зверолюды, хе-хе. К слову, ты в зеркало себя видела? Хотя бы умылась, – подмигнул ей Адам.

Девушка молча прошла в ванную комнату, заподозрив неладное. И в самом деле, вместо некогда синей эмблемы со звёздочками теперь красовался синий паук на красном фоне с жёлтыми звёздочками вокруг.

- Почему паук? – крикнула она из ванной, начиная умываться.

- Символ. Просто символ. Я его придумал, когда исследовал механизм эмблемы. Ты знала, что она вживляется восемью гибкими спицами? При этом химический реагент заставляет организм вокруг спиц создавать трубочки из нервных волокон, поэтому попытка сорвать эмблему сопровождается дикой болью, словно тебе кожу сдирают заживо. На просвете нервы очень похожи на паутину. А восемь спиц – это продолжение лап паука. Отсюда и символ, – ответил Адам.

- Всему ты пытаешься найти символизм. Ты знаешь, какой ты нудный?

Девушка вышла из ванной, но на этот раз врезалась прямо в Адама. Потеряв равновесие, она начала падать, однако Адам подхватил её за плечи. Вновь расстояние между их лицами исчислялось в сантиметрах.

- Если ты согласишься ко мне присоединиться, я дарую тебе возможность владеть утраченными технологиями. Хотя, если честно, я в любом случае ищу способ снять блокировку полностью. А если ты откажешься… мне просто придётся смириться с этим, – Адам отпустил девушку и отвернулся от неё.

- Эм… ну я… много ты уже успел собрать зверолюдов? – Элис не знала, как реагировать на внезапное приглашение.

- Ну, меня просили меньше доверять другим. Десяток точно есть, – Адам понял, насколько безнадёжен.

- Не густо… Послушай, а откуда у тебя деньги на всё это? – спросила Элис.

- Ворую. Ну а ещё собратья делятся копеечкой, – признался Адам.

- Воруешь? А перед этим ты говорил, что хочешь доказать существование «хорошего человека», – напомнила Элис, намеренно коверкая слова.

- Только у богатых есть сыр! А с бедными я делюсь…

- Робин Гуд, блин – Элис наконец-то засмеялась, но на душе её было неспокойно от того, во что она ввязывается.

Глава 6. Настоящий человек

- И что же дальше? Что ты будешь делать? Что мне делать? – спросила Элис после нескольких минут томительного ожидания.

- Ну, у меня есть план, если ты об этом. Если в общих чертах: я нахожу способ снять блокировку, разблокирую несколько городов по всему миру, убеждаю зверолюдов в том, что мне можно доверять и в том, что они всё ещё рабы, а потом, вместе с народной поддержкой, мы свергаем всю правящую верхушку, – ответил Адам.

- Эм… ты же понимаешь, как странно это звучит? То есть это звучит, как детский план. Сколько тебе вообще лет? – заметила девушка.

- Ох, по лицу же не скажешь, уже и забыл. Вообще, маска и шерсть – часть меня, в каком-то смысле, но я могу свободно их снимать. Это что-то вроде экзоскелета. Дай мне минутку…

Руки он занёс за голову, после чего послышались многочисленные щелчки и свист от изменения давления. Глаза волка перестали шевелиться, точно смотрели в пустоту, пока морда медленно наклонялась вперёд. Наконец, от чего девушка сильно испугалась, голова слетела со своего законного места, оставшись в руках. На её месте сейчас был длинный взъерошенный пучок волос, что полностью скрывали шею и лицо, смотрящее в пол.

- Не боишься узреть человеческий лик? – проговорил Адам, другим, чистым голосом, лишённым того рычания, свойственного любому зверолюду.

- Ч-ч-человек… И п-правда… настоящий, – заикалась Элис, пытаясь поверить своим глазам.

Лапой она коснулась щеки Адама, позволяя голове подняться. Второй лапой она убирала волосы с его лица. Бездонные карие глаза. Это было настоящее тёплое человеческое лицо, не сотканное из жалкой синтетики, как в музеях.

- Я страшный? – спросил наконец Адам.

Элис испугалась его слов, вернее, движения челюстей. Но тут же ей стало интересно, и она сама засунула свои пальцы ему в рот, чтобы рассмотреть зубы. А он и не сопротивлялся, дожидаясь, когда она насладится зрелищем. Следующим объектом исследования стали его уши, затем и нос. Ей было очень интересно, но, одновременно с этим, и очень страшно.

- Мне и правда двадцать два. Не отрицаю, мой план выглядит детским, но я его так запомнил – он не мой. Его придумали ещё мои родители и, быть может, даже их родители, – произнёс Адам.

- А с этим лицом ты меньше улыбаешься, – Элис не знала, что говорить.

- И ты заметила только это? – усмехнулся Адам.

- А где твои родители сейчас?

- Охотники за головами… Отец строил план по нашей реабилитации, но во время сбора информации, их обоих убили. Я унаследовал от него лишь костюм зверолюда-волка и идею. Даже план сохранить не смог. Я просто смешон, – Адам неестественно улыбнулся. – И даже сейчас ты боишься ко мне прикоснуться, ибо человеческое лицо кажется тебе отвратительным. Я прав, лисичка?

- Я же прикасалась… – Элис не знала, как реагировать. Она и правда сильно боялась его, хотя к людям относилась намного лучше, чем кто бы то ни было. И она за правду готова была кинуться к нему на шею, чтобы утешить, но дверь вдруг открылась.

- Яблочко, патруль сменился, – вдруг прозвучал женский голос. – Ой, я вам помешала?

- Да всё в порядке. Я просто развожу эту девушку на ночь со мной, – подмигнул Адам.

- Адам! Я же правда поверила, что тебе плохо! – крикнула девушка.

- Белая лиса, не принимай его слова близко к сердцу – он дурачок, – ответила женщина. – Меня звать Смирнова, и я тут патрулирую местность.

- Я не лиса… Я – песец… Меня зовут Элис. Приятно познакомиться, – девушка протянула руку.

- А мне как приятно, с гражданскими-то! – улыбалась Смирнова, пожимая руку в ответ.

Смирнова – командир смены патруля. Является чистокровной немецкой овчаркой. Как и родители, работает на армию. В нынешнее время из обычного пушечного мяса смогла переклассифицироваться в командира смены патруля, хотя и на пустующем объекте. Повидав однажды волка, она самонадеянно погналась за ним. В результате, он поймал её в ловушку, нацепив ошейник. Из-за своей доверчивости, быстро приняла слова Адама за действительность. До сих пор она не выдала его, выполняя все его поручения. Благодаря ей он имеет свободный доступ на запретную территорию, а также некоторые плюшки-бонусы.

- А ты новенькая что ль? – интересовалась женщина.

- Спасите меня, он хочет сделать меня своей рабыней, – шутила девушка, вновь пытаясь снять ошейник.

- Да не волнуйся – он со всеми так. У Яблочки просто такой стиль переговоров. Как никак с ошейником невозможно соврать, а нам важно доверие, – улыбнулась Смирнова.

- Почему «Яблочко»? – не поняла Элис.

- Потому что его зовут Адам, – кратко ответила женщина.

- И ещё вопрос: как ты смогла сюда зайти? Разве для этого не нужен ошейник? – спросила Элис.

- Ну, если хозяин дома добавит тебя в белый список, то нет. Хотя с ошейником и правда проще. Но если я его надену – сама потом не сниму, – ответила Смирнова.

- Девчонки, – обратился к ним вдруг Адам, уже полностью лишённый волчьей шкуры, – я уже и переодеться успел и кофе налил.

- Адам, ты без костюма, – ужаснулась девушка. Смирнова смеялась, а Элис подбежала к нему и задрала к верху его майку, рассматривая торс.

- Э-э! Туда нельзя, – руками он отодвинул её морду, когда она пыталась стянуть с него штаны.

- Ой, прости. Я увлеклась, – Элис неловко улыбнулась, но мордочка и ушки стали покрываться краской.

Сидя за столом, они рассказывали друг другу о произошедших событиях. Казалось, Элис только недавно с ними познакомилась, но уже говорила с ними не стесняясь. Разве что обсуждать своё отношение к Адаму отказалась, ибо сильно была обижена – она ему доверилась, а Адам взамен нацепил на неё рабский ошейник.

Только сейчас она заметила, что эмблема овчарки также имеет рисунок уже розового паука на зелёном фоне. В этот момент она прикоснулась к своей эмблеме и задумалась, против чего они борются, и готова ли она вступить к ним, чтобы получить «истинную свободу»?

Она взглянула на то, как за столом все общаются: он – «террорист», последний человек, а Смирнова – военная овчарка, что должна его поймать и убить, сама же Элис простая девчонка, сбежавшая из дома. Такие разные, но говорят, будто совсем родные. Улыбка появилась на её мордочке от таких мыслей. Она пыталась найти дом, а нашла единомышленников, что станут за неё горой. По крайней мере, так может быть, если она согласится.

Глава 7. Бессонная ночка в познании свободы

Кромешная тьма опустилась на улицы города. Как всегда, обесточенные фонари не подавали признаки жизни, поэтому патруль использовал ручные фонарики. Возможно, среди этих зверолюдов есть и Смирнова, которая всеми силами старается не допустить проверки именно этой квартиры.

От вида блуждающих внизу огоньков Элис клонило в сон. Не думая о необходимости дойти до кровати, девушка начала дремать прямо рядом с окном. Однако, не прошло и пяти минут, как до неё донеслась необычная мелодия из соседней комнаты, которая мгновенно отогнала всю сонливость.

Элис как можно тише приоткрыла дверь, чтобы увидеть источник шума. Адам лежал на кровати и крутил ручку маленькой музыкальной шкатулки. Его лицо в отражении зеркала было очень печальным, и похоже он совсем не заметил девушку, медленно подбирающуюся к нему.

- Адам, ты в порядке?

Мужчина повернулся к ней, и вновь на его лице была тёплая улыбка, однако его запах говорил о глубоком чувстве скорби. Элис очень хотела хоть как-то утешить Адама, однако он не дал ей и шанса, вскочив с кровати и побежав в коридор. «Сбежал», – подумала девушка, однако Адам начал звать её пойти с ним.

Пропуская каждую вторую ступеньку, Адам спешил на крышу здания. Тихая мелодия продолжала играть, хотя ручку музыкальной шкатулки уже никто не крутил.

Уже на крыше в еле различимом свете он, пару раз споткнувшись, попросил её сесть на сиденье какого-то незнакомого ей транспорта. Сев перед ней, он включил питание. Почувствовалась еле заметная вибрация и послышался звук, напоминающий вечное эхо. Ноги, что только что касались земли, вдруг поднялись над ней. От неожиданности девушка сильно обняла Адама, боясь упасть.

Гул и эхо усиливались, пока резко не оборвались. Транспорт стал набирать высоту, приближаясь всё ближе к редким ночным облакам. Пролетая сквозь них, Элис ничего не почувствовала, но стоило ей высунуть лапу за экран, как сильный ветер отдёрнул её, пытаясь скинуть вниз. Облака совсем не ощущались, но мех становился влажным.

Послышался рёв двигателя, а, вскоре, показался и самолёт. Адам направился прямо к нему, спокойно догоняя быстрый лайнер. Оказавшись под его брюхом, он зашёл к нему сбоку, приближаясь к иллюминатору. Внутри все спали, и лишь одна девочка разглядывала свой планшет. Элис постучалась в окно иллюминатора. И девочка, повернувшись к ним, не могла поверить своим глазам. Посидев недолго с разинутой пастью, она вдруг стала будить свою маму, крича и толкая её в плечо.

Женщина быстро проснулась. Видно, дочь вся пошла в неё, ибо её реакция оказалась в точности аналогичной. «Человек!», – вдруг послышалось сквозь бронированное стекло. Этот вопль разбудил всех присутствующих, заставив посмотреть в сторону иллюминатора. Но там уже никого не было.

Адам залетел с противоположного бока самолёта. Взяв баллончик с краской, он начал вырисовывать надпись «СВОБОДА» и два рисунка паука справа и слева от неё. Наконец присутствующие обратили внимание и на этот бок. Конечно, надпись сильно загораживала обзор, но зверолюды всё же смогли разглядеть человеческий лик, постепенно уходящий в облака. Никто не мог поверить своим глазам, постоянно переспрашивая друг у друга, видели ли они тоже, что и все. И даже когда все пришли к единому мнению, они всё ещё сомневались. Однако, они точно придут к консенсусу, когда, сев на землю, увидят надпись.

Некоторые очевидцы попытались заснять человека на камеру, но кроме высветленного изображения, больше ничего получить не сумели. Защитный экран помогал не только против ветра, дождя и летящего мусора, но и против камер телефонов.

Уже давно между зверолюдами ходят слухи о «последнем человеке», что покоряет небо и твердит о свободе. Ни у кого до сих пор нет изображения, даже показания очевидцев всегда различные. Кто-то твердит о необходимости его немедленной поимки, а кто-то о спасении для сохранения вымирающего вида человека.

Земля ещё была тёмная, но небо постепенно синело. Взлетев ещё выше, перед Элис открылся восход. Тот, что можно увидеть лишь с горы или борта самолёта. Завораживающее зрелище восходящего солнца над ночной землёй. Тишину нарушала лишь непрекращающаяся игра музыкальной шкатулки.

Но постепенно они стали снижаться, садясь обратно на здание. И почти сразу же вновь показалось солнце. Гул и эхо возвратились, но становились всё тише и тише. Коснулись земли, и вибрация пропала вместе с шумом и мелодией. Утренняя роса и ветерок казались такими же прекрасными, как в день приезда.

- Ну как тебе, лисичка, поездочка? – улыбнулся Адам.

- Это было восхитительно, – Элис не заметила, что её вновь позвали по прозвищу.

- Я хочу дать возможность прочувствовать это всем, – сказал Адам, встав у края здания и глядя на восход.

- Ты написал «СВОБОДА», ты имел ввиду это? – девушка встала позади него.

- Это лишь часть. Вас лишили куда большего, нежели простых полётов, – ответил Адам, разводя руками навстречу небу.

- Прости, я немного не поняла, – призналась Элис.

- Ещё до моего рождения был прекрасный мир, в котором все глобальные проблемы были решены – ни тебе голода, ни глобального потепления, ни катаклизмов. И люди и зверолюды жили в достатке и в счастье. Мы покоряли и небо, и землю, и океаны и даже другие планеты. Где-то там до сих пор, далеко за атмосферой Земли, всё ещё есть человеческие и зверолюдские марсианские колонии, с которыми сейчас, к сожалению, оборвана связь. Это был прекрасный мир, где каждый мог получить то, чего хотел, а не в котором приходилось выживать день ото дня. И я планирую вернуть то, что должно принадлежать всем. Это я и зову свободой.

- Ах да, ты нарисовал паука на самолёте, это не вызовет проблем? – вспомнила Элис.

- Паук – мой символ свободы. Те, кто наносят его на эмблемы, показывают, что согласны с мной. Но у них не будет проблем, будь уверена. Как никак они ищут человека, а не зверолюда.

- Ты же понимаешь, что это не так работает?

- Ну, я мало с кем мог контактировать. Даже в школу не ходил. Поэтому я могу чего-то не понимать, казаться излишне грубым, нарушать личные границы, но своё дело я знаю, – уверял Адам.

Девушка вдруг обняла его за шею сзади. Она и сама не заметила, как внезапно уснула. Адам совсем этого не ожидал, однако всё понял, когда услышал её тихое сопение. Подхватив её под ноги, он понёс её на кровать. Хвост Элис болтался из стороны в сторону, пока Адам спускался по лестничной клетке. Уложив девушку на кровать, он накрыл её одеялом, а сам улёгся рядом – уж очень ему хотелось увидеть её реакцию, когда она проснётся.

Глава 8. Нежный сон в обнимку

Адам проснулся намного раньше, чем Элис. Когда он попытался встать, девушка сильнее прижала его к себе. Пускай, на вид она и хрупкая, любой зверолюд сильнее среднестатистического человека. Будить её Адам не хотел, потому просто смирился со своей судьбой. В принципе, её объятья, пусть и неосознанные, ему были приятны, так что он не сильно был против. По своему обыкновению, она скинула с себя одеяло. Ему не было холодно рядом с её белоснежным мехом, пусть и покрытым одеждой. И до того ему было приятно находиться рядом с ней, что он не заметил, как прошёл целый час, пока она не начала просыпаться.

- Маленькому лисёнку не хватает обнимашек? – подколол её Адам.

- Извращенец! – крикнула Элис, сталкивая Адама на пол и начиная бить его по голове лапой.

Они были так близко, что их носики чуть ли не соприкасались. И, когда она проснулась, момент идиллии был нарушен. Но тёплые воспоминания об этом моменте у него сохранятся надолго.

К слову, не стоит забывать, что зверолюды во многом превосходят людей, особенно в скорости, в физической силе, восприятии мира и тому подобному. Единственное, чем могли похвастаться люди, так это выносливостью и многочисленностью, по крайней мере раньше. Поэтому даже лёгкие удары Элис приносили Адаму сильный дискомфорт. Но он всё же терпел их, как никак сам же напросился.

- Зато ты без ошейника – возрадуйся, – произнёс Адам, хватая её лапу, что летела навстречу его голове.

В самом деле, Адам наконец-таки снял с неё ошейник, пока она спала. И этот факт должен был вернуть позитивный настрой у девушки, но она, скорее, расстроилась этому. Хотя она и не показывала этого, Адам мог всё понять по её глазам.

- Гены предков-рабов проскочили? Или почему ты не рада? – удивился Адам.

- Ой, спасибо… – девушка прикоснулась к своей уже свободной шее. – Это же не значит, что ты меня оставишь?

- Вот ещё глупости. Мне таких усилий стоило тебя завербовать. Думаешь, я тебя теперь оставлю? – улыбнулся Адам.

- И что же мы будем делать теперь? – Элис всё ещё ощупывала шею.

- Ну, если ты думаешь, что я только самолёты раскрашиваю, то ты ошиблась. Я коплю деньги, перенастраиваю утерянное оборудование, а также ищу способ снять блокировку со всего города. И пусть человеческую расу возродить теперь невозможно, я хочу доказать, что не все люди были такими плохими, какими нам считают! – Адам задрал нос и поднял верх кулак.

- В итоге, у тебя нет никакого плана, да уж… – усмехнулась Элис.

- Ах, словно ножом по сердцу! Планами занимаюсь не я. Моё дело объединять зверолюдов и доказывать им, что я не плохой человек, – обиделся Адам.

- Я не пыталась тебя обидеть. Просто боюсь, как бы с тобой что-то не случилось, – ответила девушка.

- Люди уникальны. И я это говорю не из-за высокого самомнения. Выращенный клон не способен использовать утраченные технологии, в отличие от меня. По этой причине человеческий род не возродить, – ответил Адам.

Элис взглянула на свой живот, после чего произнесла: А разве зверолюдка не может от тебя забеременеть?

- А ты хочешь попробовать? – улыбнулся Адам.

- Заткнись! – Элис кинула подушку.

- Да шучу я. Ген зверолюда доминирующий. В любом случае ребёнок человеком не будет. Никогда. А поскольку я последний человек на земле, вид можно считать занесённым в чёрную книгу, – усмехнулся Адам.

- Но ведь ты можешь быть не последним, разве нет? – девушка оживилась.

- Да не переживай ты так. Всё, чего я хочу, так это чтобы меня запомнили, как героя. В этом плане я всё ещё ребёнок. К слову, тебе самой-то сколько лет?

- Не прилично такое спрашивать у девушки! Тринадцать мне… – крикнула она.

- Тринадцать!? Етить… Да я на девять лет старше тебя. Подожди, ты ведь несовершеннолетняя, что же ты забыла одна в городе? – Адаму было неловко, так как они спали в обнимку.

- Два года до совершеннолетия мне осталось, так что отстань. Я просто хотела сбежать из дома как можно скорее, – Элис явно была недовольна своим возрастом. – И вообще, многие мои сверстницы уже замуж повыходили – это норма…

- Чёрт, по тебе и не скажешь, – Адам заметил её нервное лицо и добавил, заикаясь, – в смысле, ты же, типа, зверолюдка, вот у меня и плохо с определением возрастов… Я думал, тебе уже под восемнадцать… не бей меня…

- Да не буду я тебя бить, – девушка медленно подошла к нему сзади и ласково обхватила горло, – а вот придушить – это другой разговор.

- Элис, ты ведь правда задушишь… Элис, я же люблю тебя! – вдруг сказал Адам, пытаясь освободиться из мёртвой хватки.

- Что? – Элис отпустила его и уставилась на него в ожидании объяснений.

- Чуть не убила… *кашель* Ты ведь сильнее меня. Извини, я должен был спасти жизнь последнего человека, – признался Адам.

- Ты слишком прямолинеен! – девушка покрылась краской. Прячась под одеяло, она нарочно сильно толкнула его хвостом,.

- И снова наш лисёнок спрятался, – усмехнулся Адам, всё ещё откашливаясь.

- Это ты постоянно прячешься в костюм, – из-под одеяла раздался голосок, после чего показалась белая мордочка. – А как он работает?

- Работает и работает тут. Многие вещи и я не понимаю. Но он вроде как цепляется к телу многочисленными мелкими рессорами, которые передают ощущения прикосновения к телу. Между ними разряженная среда и искусственные кровеносные сосуды для правдоподобности. Хвост и морда полностью синтетические. Как ты помнишь, он чуть больше, чем обычный зверолюд, ведь в нём должен поместиться человек. Но это ненастоящее тело – полная синтетика. Когда привыкнешь, он становится продолжением тебя, причём буквально: хвост двигается как помыслю, глаза ощущаются, как настоящие и так далее. Даже кожу поранить страшно из-за боли. У некоторых зверолюдов почти всё тело зверя, а у других – только отдельные части тела, а остальные – гибридные. Будь иначе, мне бы пришлось ломать себе руки и ноги, чтобы костюм двигался естественней – другая форма коленей и все дела. Но в нём я превосхожу любого зверолюда по силе, скорости, выносливости, реакции, зрению, обонянию. По всем параметрам. Такие костюмы использовались для шпионажа и очень дорогие, – рассказывал Адам.

- И один тебе такой достался… – задумалась девушка, – а можно я его разберу и изучу?

Глава 9. Удар под рёбра

- Ох, а я её помню, – сказал менеджер ресторана. – Это же она была без денег. Адам, зачем ты её привёл?

- Хочу её трудоустроить. Вам же наверняка не хватает официанток. А ты только посмотри на её шубку, и ведь круглый год будет такая. А какой запах! Какая же она аппетитная! – ответил Адам, прижимая к своему лицу хвост смущённой Элис. – Ну же, не ломайся, Морис.

- Да что же с вами двумя делать… Ладно. Возьму на испытательный срок, – согласился Морис.

- Спасибо, брат! – Адам похлопал его по плечу. – Так, Элис, мой номер у тебя есть. Я приеду к концу смены, но если что случится – звони. И помни о манерах, лисичка.

- Конечно, Адам, – девушка поклонилась.

- Так, а теперь мне пора бежать, – Адам шлёпнул Элис, после чего побежал вон из ресторана, – а то меня сейчас убивать будут, ха-ха.

- АДАМ! – кричала красная Элис ему вдогонку.

Она хотела было догнать его, но Морис схватил её за хвост и потащил в раздевалку, где предложил для неё униформу. Элис была достаточно стройна, а хвост – очень пушистым. Это нужно было учитывать при подборе одежды. Но Морис, похоже, пропустил через себя множество работников, потому что с первой попытки предложил ей костюм, который идеально подошёл.

Элис старалась изо всех сил, чтобы не испортить посетителям обед, погрузив свой хвост в их еду. Беря пример с других, её работа стала также получаться. Всего три раза Морис хотел её убить. Время от времени она переключалась на мытьё полов из-за опрокинутых ею же тарелок. В целом, работа была для неё трудна, может с непривычки. К концу смены она чувствовала себя, как выжатый лимон.

Элис ещё с младших классов мечтала поскорее сбежать из родного дома. Но для этого она почти ничего не сделала. Вернее, она делала – читала книги, думая, что этого достаточно. Но она сама поймала себя в ловушку. Когда она только приехала сюда, энтузиазм переполнял её тело. Но вместе с ним было и другое чувство – чувство надежды. Ни разу в жизни она не видела город, поэтому потратила драгоценный день на прогулку.

Всего за неделю она потратила все сбережения. Былой энтузиазм, которому мог позавидовать дворовой мальчишка, строящий ракету, улетучился. И она думала лишь о том, как умрёт на улице от голода. И это чувство страха заставляло её двигаться дальше в поисках средств к существованию. Но это же сделало её излишне доверчивой.

Её обманули на крупную сумму денег. Хотя сначала её просто хотели развести на ночь в кровати, как ей объяснил Адам. И именно Адам тогда помог ей выйти из той неприятной ситуации. Элис до сих пор стыдно за то, что она накричала на него в тот момент. И он растворился в толпе, даже не затребовав ничего взамен. Улыбка того волка навсегда запала ей в душу, как самая добродушная и искренняя, но в то же время безумно грустная, словно он потерял смысл своего существования.

Ночью начался ливень. И он нашёл её одну на улице, накрытую лишь тонким плащом. Возможно, он заприметил её ещё в тот момент, когда сразу после случая в ресторане она начала вновь просить милостыню. И он предложил ей укрытие, снова не прося ничего взамен. Дал ей тёплый душ, вкусную еду и мягкую постель. Если бы она не читала книг, она бы и не поняла, кто он такой. Возможно тогда бы их пути разошлись.

Он показал ей удивительный мир, которого все были лишены. Он показал ей небо, показал книги, фильмы, песни, что были уничтожены или утеряны. Только он способен возродить всё это. И он доверил ей свой секрет. Она не может теперь его подвести. Она обязана сделать всё возможное, чтобы все зверолюды могли получить всё то прекрасное, чего были лишены.

- Примерно так, – кончила свой рассказ Элис.

- Несколько «НО»: для начала не рассказывай каждому встречному о его сущности, даже если у него эмблема паука. Второе: ты же понимаешь, во что ввязываешься? – холодно произнёс Морис.

- Мы возвращаем утраченные технологии?

- А если быть точнее: мы начинаем революцию. Настоящую революцию! Это не детские игры! Адам выглядит и ведёт себя, как ребёнок. Но, однажды, ему придётся пойти на жертвы, ты понимаешь это?

- Но он же хороший человек, разве нет? – запуталась девушка.

- Нет ни добра, ни зла. Нет ни плохих, ни хороших. Он хочет стать героем, но не понимает, что это значит. Цена свободы – революция. Ясен пень, он будет пытаться провести всё мирно. Вот только, рано или поздно, он отнимет жизнь, причём не одну. А если не он, то это сделает один из его последователей, – Морис понял, что напугал девушку.

- Я вам не верю… Я ВАМ НЕ ВЕРЮ! – скинув фартук, Элис выбежала через чёрную дверь ресторана.

- Элис! Я не это имел ввиду! Твою медь… Адаму это точно не понравится, – сказал Морис, доставая телефон.

Адам нашёл девушку очень быстро, но вот только забрать её никак не мог: она в упор отказывалась говорить, постоянно убегая. Но он, точно паук, заманил её в свои сети. Элис оказалась в переулке, откуда не было выхода. И тогда ей пришлось говорить с Адамом.

- Ты мне соврал! Ты говорил, что хочешь быть хорошим человеком! А сам готов убивать!? – кричала девушка.

- Элис, успокойся, прошу тебя! – Адам медленно приближался к ней.

- Иди ты к чёрту! Не подходи! – на её глазах показались слёзы.

- Да послушай же ты, я никогда и никого не убивал! – клялся Адам.

- Но убьёшь, ведь так? – не унималась девчонка.

- Давай просто поговорим, пожалуйста, – расстояние между ними становилось всё меньше.

- Не подходи ко мне! – вскрикнула девушка, размахивая сумкой.

- Прости за это…

Адам совершив рывок к зверолюдке, после чего ударил девушку электрошокером прям под рёбра. Последний крик, и она повисла на его руках без сознания. Сейчас она скорее напоминала беззащитную тушку. Положив её на электромотоцикл перед собой, он повёз её средь бела дня к себе домой. Смирнова позаботилась, чтобы они проехали без каких бы то ни было проблем.

На своих руках он поднимал зверолюдку наверх в квартиру. Бесцеремонно, точно она и не живая совсем, кинул её спящее тело на кровать, а сам, присев рядом с ней на стул, начал подбирать слова, которыми будет оправдываться.

Вскоре Элис пришла в себя. В глазах всё ещё плавало, но она поняла, что была дома у Адама. Тяжесть на шее говорила об ошейнике. Снова. Она попыталась встать, но тут же упала обратно на кровать от бессилия.

Глава 10. Странное мясо на тарелке было очень сытным

*ВНИМАНИЕ! ПРИСУТСТВУЮТ ЖЕСТОКИЕ СЦЕНЫ И КАННИБАЛИЗМ*

- Проснулась наконец-то, – произнёс Адам, держа в одной руке нож, а в другой яблоко.

- Где я… Ауч, как всё болит… ТЫ!? – Элис внезапно пришла в себя, отползая к стене.

- Ещё раз прости. Не мог допустить, чтобы ты кричала на улице, – оправдывался Адам.

- И ты меня вырубил?

- Ты сама отказалась меня слушать, – Адам развёл руками. – Или ты хотела стать моей первой жертвой?

- А точно ли первой? – испугалась девушка, глядя на нож в его руке.

- Не волнуйся: если я тебя и убью, то твои останки не пропадут даром, – подмигнул мужчина, указывая на неё ножом.

- Что? Ты хочешь меня сожрать? Люди и правда едят зверолюдов? И сколько ты уже съел? – Элис не поняла шутки. Адам вдруг стал угрюмым и замолчал. – Адам? Ты пробовал мясо зверолюда?

- Это не тот вопрос, на который легко ответить, – колебался Адам.

- А ведь ты назвал меня аппетитной… Ты и меня сожрать хочешь? – плакала девушка.

- Нет-нет-нет, что ты? – Адам откинул нож в сторону, чтобы не пугать девушку. – Да послушай же ты! Я никого не убивал! И уж тем более я не убью тебя.

- Так объясни, что это была за пауза! – крикнула девушка.

На жизнь Адама перепало не мало бед. И самой главной, пожалуй, было его рождение. С детства он и родители прятались в этом городе. Он почти никогда не выходил на улицу. Максимум мог смотреть на дома вокруг через окно или с крыши. Лишь редкие гости-зверолюды были его собеседниками. И то, зачастую, они приходили к его родителям, оставляя ребёнка без внимания.

Тем не менее, родители занимались его образованием. Они обучали его реальной истории, математике, физике, химии, а, главное, как выживать в этом мире и пользоваться технологиями. И так ему было это интересно, что он, порой, сам оставался с фонариком, изучая очередную книгу. За это его нередко наказывали, но он раз за разом нарушал правила и читал.

И вот однажды это ему сильно аукнулось. Двое подростков, что гуляли по заброшенному городу, нашли его. Они не сразу поняли, что он человек, поэтому пытались просто ограбить. Маленький Адам сильно испугался и пытался убежать, но с человеческими ножками уйти далеко не получится.

Когда дети поняли, что он человек, они захотели его убить, чтобы получить награду за голову. На его счастье, отец поспешил как раз вовремя, чтобы спасти сына. Зверолюды испугались и побежали на улицу, зовя на помощь. Если бы их раскрыли, последних людей бы не стало.

Отец семейства застрелил их на том самом месте. Лазерная винтовка сразу прижгла раны, не давая крови вытечь. Но подростки уже были мертвы. Отец затащил их в дом, прогнав Адама в комнату. Родители стали решать, что делать с трупами. И, похоже, не придумали ничего лучше, как съесть то, что было возможно. Наверное, это из-за опасности выходить на улицу за припасами, а, может… это никак не оправдать.

Адаму ничего не сказали об обеде. Странное мясо, на удивление, было приятным на вкус. Он уплетал за обе щёки, пока родители с отвращением смотрели на свои тарелки. И их мяса хватило бы ещё на пару дней, если бы в одной из пустующих квартир в холодильнике Адам не нашёл вспоротые трупы. В них он сразу вспомнил тех подростков. Маленький мальчик, не будь глуп, сразу понял, чем питался последние пару дней. Он так и потерял сознание на том самом месте.

Следующим его воспоминанием были испуганные лица родителей, когда она приводили его в чувства. Холодильник уже был пуст, а странного мяса никогда больше не было на столе. Тем не менее, Адам понимал, что был каннибалом последние два дня. Хотя это слегка резковато сказано, ибо их ДНК уж слишком сильно отличается. «Это была обычная охота», – пытался оправдаться отец.

- Я тебе не вру. Так всё и было… – Адам явно чувствовал сильную вину.

- Но тебе понравилась их плоть… Меня тошнит… меня тошнит! – Элис, спотыкаясь, поспешила к туалету.

- Отец говорил, что это было необходимо для выживания. Но я не понимаю, как они осознано могли питаться этим, – Адам плохо выглядел, будто его самого сейчас стошнит. Тем не менее, он придерживал ей волосы и одежду.

- Ты сказал, что я аппетитная. Ты это имел ввиду? – бормотала девушка в перерывах между рвотными позывами.

- Ты всё об этом? Вообще, нет… Я имел ввиду совершенно другое, – Адам слегка покраснел.

- Что же, если не о еде речь?

- Маленькая ты ещё знать такое. Но смею заверить, я никогда не вкушу больше плоти и крови зверолюда, – клялся Адам.

- Почему-то я тебе верю. Но меня всё ещё тошнит… – её морда не отворачивалась от унитаза.

- Примерно так же я чувствовал себя неделю после тех дней.

- Думаю, ты и правда не сделаешь ничего подобного специально. Но что насчёт революции? Ты правда готов кого-то убить? – Элис наконец смогла отвернуть морду от туалета.

- Честно? Кишка у меня тонка жизнь отобрать. И я правда не знаю, что буду делать, когда лицом к лицу столкнусь с нашими покровителями. Разумом я понимаю, что должен буду сделать, но я до сих пор ищу способ решить всё мирно. Смешно или нет, но именно тот день, когда отец убил зверолюдов, заставил меня осознать всю ценность жизни. А ещё… я ведь ищу союзников именно для этого, чтобы ничего не решать самому, а быть лишь инструментом, – ответил Адам.

- Это глупо. Морис был прав: ты желаешь противоположного. Нельзя никого не убить, начав революцию, – задумалась девушка. Похоже, эта мысль помогла ей отвлечься.

- В таком случае я надеюсь, что ты будешь рядом со мной в тот злополучный день, – Адам выглядел очень грустным.

- Я правда хочу, чтобы зверолюды были счастливы. И, если ты ключ к этому, я считаю, что обязана тебе помочь, – на уголках улыбки красовались следы рвоты.

- Так, давай снимем с тебя этот ошейник, – сказал Адам. На секунду ему показалось, что Элис сопротивлялась этому.

- Это необычное чувство. Ошейник будто успокаивает меня, – заметила девушка.

- Вообще, так и есть. Он помогает подавлять плохое настроение у рабов, – ответил Адам. – Ты пока пойди прими душ, а я успокою Мориса. Скажу, что ты сможешь выйти через два дня. Подойдёт?

- Да. Я попробую поскорее прийти в себя, – ответила девушка, забегая в ванную.

- «Она снова забыла сменное бельё», – подумал Адам, улыбнувшись.

Часть вторая – защита и опора. Глава 11. Новая жизнь бок о бок с живыми роботами

Минуло несколько месяцев моего проживания с Адамом. За это время произошло немало событий, которые, впрочем, не столь интересные. Хотя упомянуть их вполне можно для составления общей картины.

Я снова вышла на работу. Помню, как прижимала к себе хвост, думая, что Адам будет меня ругать за постоянные ошибки. Но Морис не заикнулся о моих проколах и даже похвалил. Хотя работы меньше у меня не стало, к сожалению.

Адам перестал меня забирать после смены, так как показал мне безопасный маршрут до дома. Для этого он заставил меня выучить карту всего района. Как оказалось, повсюду находятся заброшенные тайные ходы, которые раньше использовались для логистики. Внутри этих ходов остались мини-транспорты – автоматические роботы для перевозки грузов. По скорости они уступают лишь машинам, но благодаря тому, что они находятся под землёй, их движению ничего не мешает, так что они сейчас самый быстрый способ передвижения, соединяющий чуть ли не всю страну. Жаль, что многие ходы по тем или иным причинам сейчас заблокированы. Причём даже Адам не может их открыть. Возможно, где-то их затопило, а аварийный источник питания не способен откачать воду.

В первое время Адам меня развёл: он сказал, что эти роботы живые, и нужно заслужить их доверие. Я всерьёз собрала целую сумку батареек, так как считала, что их можно так «приручить». Себя же он выставлял их Альфой, которому каждый из них служит. Ну я и дала им батарейки, а они завибрировали, будто рады. Только по смеху Адама я поняла, что что-то не так. Так стыдно мне ещё не было, когда он показал мне терминал управления. Убила бы гада.

В этих же тоннелях валяются многие вещи людей. Некоторые мы грузили на роботов и везли в дом, а к некоторым мне настрого запретил Адам прикасаться. Он сказал, что среди всего этого «хлама» должна лежать настоящая бомба, причём не одна. Лишь одна такая бомбочка способна будет уничтожить целый город, если взорвётся в тоннеле. А выглядеть она может, как обычный надувной мяч – просто жуть. Ещё среди вещей лежало не мало оружия, что могут использовать лишь человеческие пальцы. Может, оно и к лучшему.

Самой страшной комнатой было место для переработки. В стеклянный чан помещалась органика, которая потом преобразовывалась в питательную пасту или био-материю, необходимую для производства синтетической ткани. Сейчас этот чан разбит, поэтому по всей комнате витает отвратительный запах гниющей плоти.

Наверное, вы заметили, что некоторые помещения не сочетаются с тоннелями логистики. Причиной этому является то, что складские помещения были перестроены под нужды людей, когда начался геноцид. Удивительно, как людей вообще смогли уничтожить при таких технологиях. Но Адам говорит, что всё получилось из-за человеческой глупости и ядам-химикатам, а также из-за голода.

К сожалению, большинство тоннелей размером с низкий коридор, поэтому стоя на транспорте передвигаться невозможно. Но бывают и целые транспортные артерии, в которых без проблем может проехать грузовик. Благо, по своей природе я люблю такие тесные и запутанные места. Даже плохая вентиляция из-за отсутствия нормального источника питания ничуть меня не напрягает.

Постоянно добираясь до дома Адама и до работы, я часто исследовала маршруты, собирая всякие понравившиеся вещи. Среди них даже оказался голо-проектор, способный создавать объёмное изображение прямо в воздухе. Жаль, что эта технология утрачена. Ещё интересной вещью я посчитала наручный браслет, используемый в этих самых тоннелях. За эту находку Адам меня похвалил, так как это существенно облегчало доступ к роботам: так как терминалы крепились к стенам, приходилось вызывать робота на станцию и, выбирая конечную точку, пытаться его догнать. Это очень неудобно.

Целый рассказ получается о тоннелях, как-то неудобно. Но именно в них должна скрываться разгадка, как можно разблокировать утраченные технологии. По словам Адама, здесь должна быть комната управления, но найти её без карты безумно трудно. Более того, вход в комнату может быть затоплен, обесточен или уничтожен. Ничто нельзя исключать.

Ах да, чуть не забыла! Я переживаю за Адама: логически я понимаю, что без жертв не обойтись на революции, но Адам слишком доверчив и не может причинить вред НИКОМУ (исключая активное использование электрошокера). Не так давно к нам забрёл мальчишка одиннадцати лет. Увидев Адама, он не пытался убежать. Адам принял его с распростёртыми объятиями, хотя тот мог спокойно отрезать ему голову и получить награду. Мне пришлось самой нацепить на него ошейник, чтобы убедиться в его честности.

Пигеро, так звали мальчика, понимал, зачем я это делаю, поэтому не сопротивлялся. По его словам, он поспорил с друзьями, что сможет пробраться в город. Доминирующий цвет этого лемура – серый, но лапы и голова тёмные. Белую чёлку и ярко-оранжевые глаза он никак не скрывал, хотя находится на закрытой территории. У него мощный полосатый хвост, длиной со всё его тело.

Не знаю, как это у Адама получается, но Пигеро после первого же предложения согласился нам помогать всем, чем сможет. Хотя этого не было видно, но глаза его особенно загорелись, когда Адам показал ему очки дополненной реальности, которые воспроизводят всё, что носитель представит. Перед всем этим Адам заменил ему эмблему. Показав ему зеркало, он сказал, что теперь Пигеро один из нас. И так мальчишка был рад этому. Пигеро был очень смышлёным и понимал, что рассказывать об этом нельзя никому.

Адам был рад новому «рекруту», но вот я была обеспокоена тем, как легко Адам ведётся на слова. Мне хотелось отчитать его за это, но напрягал тот факт, что он на 9 лет старше меня (хотя совершеннолетие у людей наступает в семнадцать, а у зверолюдов в пятнадцать). А ведь Адам ведёт себя, как маленький, ещё и постоянно лыбится. Если бы не наследие отца в виде единомышленников, он давно был бы мёртв.

Глава 12. Свидание на корабле

- Элис, мне понадобится твоя помощь, если ты не против, – обратился к девушке Адам.

- Эм, да? Что требуется? – Элис была рада оказаться полезной.

- Ничего серьёзного. Просто свидание на корабле, – подмигнул Адам.

- Прости, что? Свидание? Что за корабль? – что-то было неладное в его оптимистичном лице.

- Ох, ты удивишься его величию! Никакие вещи брать не обязательно – лишний груз.

- Погоди, а как же работа? – сомневалась девушка.

- Ах да, я Мориса уже предупредил, что ты пару дней не будешь ходить. Сегодня днём поспи, а ночью я отведу тебя в замечательное место, хорошо? – Адам улыбался во все зубы.

- Да, но… – Элис перебили.

- Вот и договорились, лисичка. Мне нужно быстро сейчас отойти за вещами. Засыпай без меня, – с ехидным лицом Адам покинул квартиру.

Элис осталась наедине со своими мыслями: «Свидание? На корабле? Ещё и ночью?». Девушка заподозрила неладное. Но Адам был старше её, и вполне возможно, что ему просто захотелось провести с ней вечер, не замышляя ничего корыстного. Тем не менее, девушка была в смятении. Слишком мало информации у неё сейчас есть.

Первая мысль, что её посетила, это «что надеть?». И ведь чёрт знает, что Адам имел ввиду под «кораблём». В то же время ей было интересно, куда он её ведёт. От этих мыслей скрутило живот. Как он обещал, его скорого возвращения не последовало. Выбрав себе наряд, она повесила его в шкаф, после чего усталость подломила ей ноги, и она уснула, так и не одевшись. Её разбудил сам Адам, когда на улице была кромешная тьма. Свет в квартире был выключен.

Во сне Элис скинула одеяло, оголяя свою шёрстку. Быть может поэтому Адам не включил освещение. Но это же привело и к другой забавной ситуации, связанной с её одеждой. Дело в том, что она взяла себе маленькое весеннее платьице, рассчитывая на приятное времяпрепровождение. И Адам долго не подавал виду, что дико смеётся с неё. Но по его запаху она понимала, что что-то не так. Да чего там запах, когда он сам в человеческом обличии и в тёмной одежде, а на плече у него рюкзак – совершенно не романтичная одежда.

Транспорт в тоннеле довёз их до места назначения за час. Этим местом оказался заброшенный корабельный порт. Зверолюды не могли его использовать, так как он был рассчитан исключительно на людей. Когда двери тоннеля открылись, Элис ахнула от размеров единственного там корабля: казалось, он был в полкилометра, но сейчас мирно лежал, частично погружённый в воду.

Только тогда Адам достал из рюкзака запасную форму, как раз по размеру Элис. «Этот гад всё знал», – подумала про себя девушка, начиная переодеваться. Адам же продолжал копаться в рюкзаке, не обращая внимания на то, что Элис раздевается. Почему-то от этого девушке стало грустно. Её расстраивал тот факт, что флирт для него лишь способ общения, а сам он ничего к ней не чувствует, точно она простой инструмент. С другой же стороны, быть может он просто не хочет снова получить по голове.

Когда Элис была полностью готова, Адам, крепко держа её за руку, повёл её в сторону корабля. Миновав всех патрульных, он помог ей забраться на пустующую палубу. Здесь не было ни одного самолёта или зверолюда. Похоже, такое большое судно больше никому не нужно, даже сталкерам. Гермозатвор в палубу открылся, впуская забредших путников внутрь. Элис шла за Адамом, боясь заблудиться в бесконечных коридорах гигантского корабля.

- Этот авианосец был на вооружении у людей. Против зверолюдов его так и не использовали, и это действительно везение. Он очень старый, так что не берись за каждую попавшуюся трубу, – подмигнул Адам.

- А что это за корабль? – интересовалась девушка.

- Летающая база. На ней люди хотели найти новый дом для себя после начала войны со зверолюдами. Однако это не просто временное пристанище – корабль содержит в себе столько вооружения, что целую страну можно уничтожить. Когда они только появились, эти корабли превратились в эдакий фактор сдерживания, который спасал людей от их саморазрушительной природы. К слову, если бы такой корабль напал на другую страну, им бы пришлось брать его на абордаж, так как повреждение реактора сулит взрывом, – объяснял Адам.

- Ты говорил, что бомба, способная уничтожить целый город, помещается в надувном мяче. Тогда на что же способен такой большой корабль? – задумалась Элис.

- Я говорил, что бомба должна взорваться в тоннеле для подрыва города, а сама она уничтожит максимум четверть. Чтобы поднять такой огромный корабль в воздух, требуется огромный источник энергии – им стал солнечный реактор. Он и есть самое опасное здесь оружие. Соответственно, для такого реактора требуется уйма обслуживающего персонала: человек пятьдесят…

- Но здесь же никого нет. А если он рванёт? – испугалась девушка.

- Не рванёт. В состоянии ожидания реактор рвануть не сможет физически. Даже если ты подорвёшь рядом с ним боеголовку, ему хоть бы хны. А вот если его запустить… тут уже огромные риски, – Адам о чём-то задумался. – Вообще, для его запуска достаточно одного человека. С другой же стороны, учитывая возраст корабля, реактор точно неисправен, так что я сомневаюсь, что у нас получится даже специально его пробудить.

- Ну вот и славно. Погоди, я забыла спросить, а зачем мы здесь? – вспомнила Элис.

- Здесь должны быть некоторые детали, что помогут мне с комнатой управления в тоннелях. Сама «деталька» маленькая, размером с ладошку, а вот потенциал у неё огромен. С её помощью даже на неисправном терминале мы сможем попасть в систему. Ну а ещё нам нужны портативный реактор и лазерные инструменты, – глаза Адама загорелись.

- И-и-и… ты знаешь, где это всё искать?

- Без понятия. Но я взял с собой еду, – Адам ударил по рюкзаку.

- Не утешает, – вздохнула девушка.

- Да ладно тебе, разве не интересно прогуляться по древнему кораблю? Ну да, он немного затоплен, но это не отменяет его крутости! Плюс, я знаю, где реактор, а там должны быть запасы тех «деталек». Рядом с реактором будут каюты и запасные выходы, а значит инструменты и портативный реактор, – утешал её Адам.

- Знаешь, порой меня пугает, как много ты знаешь.

- Всё мои родители. Они оставили мне уйму информации о совершенно разных вещах. Я могу разобрать и собрать бомбу, не детонировав её. В то же время если ты у меня спросишь, из чего состоят клетки, или как называются планеты, я ничего не отвечу, – улыбнулся мужчина. – Мы пришли!

- Что?

- Реакторная! Ещё и не затоплена! – кричал Адам.

- Что-то у меня плохое предчувствие, – Элис взглянула на гигантскую каменную сферу за тонированным стеклом.

Глава 13. За каменной оболочкой скрывался свет

Посреди большой комнаты, которая, похоже, занимала одну шестую часть всего корабля, находилась огромная сфера. К полюсам сферы выходили толстенные стержни, на которых сфера магическим образом удерживалась в воздухе. Через подвижные элементы все восемь стержней присоединялись к своим двигателям. По словам Адама, их движение сдерживает реактор от взрыва путём создания экрана.

У входа находилась маленькая комната управления. Хотя Адам и планировал найти здесь нужные ему вещи, его планам Адама помешала коррозия, что уничтожила все «детальки». Тем не менее, лазерные инструменты всё ещё были запакованы в герметичные кейсы.

- Адам, что теперь делать?

- Дай подумать… – Адам стал серьёзен в лице. – Хм… В случае проблем с реактором, такую «детальку» используют прямо на его двигателях… Возможно, нам повезёт её найти там. Ты стой здесь, а я попробую её отыскать.

- Эм, ты уверен? Это безопасно? – девушка схватила Адама за рукав его куртки.

- Вполне. Реактор не излучает радиации или чего-то подобного. В этом плане он абсолютно безопасен, – ответил Адам, выходя навстречу реактору.

Элис осталась ждать в комнате управления реактором. Она всё ещё продолжала искать нужную Адаму «детальку», но всё было тщетно. Сквозь тонированное стекло было плохо видно, чем занимался Адам, но, похоже, он начал разбирать один из восьми стержней, на которых каменная сфера реактора держалась в воздухе.

Внезапно со стороны двери, ведущей к сфере, послышался рёв двигателей, а под полом звук работающих насосов, сопровождающийся сильной вибрацией. Когда Элис вновь взглянула сквозь тонированное стекло, Адам уже бежал к ней, забыв свой рюкзак. Двигатели позади него набирали обороты, а сфера словно начала вращаться с ускорением.

Поверх каменной оболочки реактора стало появляться синее свечение от защитных экранов. Комната озарилась ярким светом, который понемногу становился всё слабее. Сквозь каменную оболочку показалось красное светило. Понемногу оно расширялось вместе с защитным экраном. Цвет реактора медленно блёк, становясь всё ближе похожим на мех Элис – это означало, что его температура быстро росла.

- Планы меняются! Время теперь ограничено! – крикнул Адам, запыхавшись, вернувшись в комнату управления.

- Стой, что? Что случилось? – Элис сильно испугалась.

- Реактор заработал, не видишь? Чтоб его, какого чёрта он вообще заработал? – проклинал себя Адам, что-то дёргая на панели управления.

- А погасить? – спросила Элис.

- Никак! Что-то неправильно сделаем, и экран погаснет, к тому же… – Адам не успел договорить.

- «Внимание! Реактор неисправен! Всему экипажу немедленно покинуть корабль!», – прозвучал голос в динамиках.

Адам начал судорожно дёргать все рычаги на панели управления. Пол завибрировал ещё сильнее, а снизу послышался сильный гул. Мужчина не смог удержаться на ногах, когда корабль стал подниматься в воздух. Медленно, но верно, судно набирало высоту. Корабль начал сбавлять скорость лишь когда за стёклами иллюминаторов показались ночные облака.

Где-то на внешней обшивке корабля, ближе к днищу, прогремел взрыв. Нос судна стал задираться вверх, пока реактор наклонялся набок. В этот момент, словно проблем недостаточно, один из толстенных стержней, что должен создавать защитный экран, внезапно переломился. Обломки от него разлетелись вокруг, пронзая стены и разбивая вдребезги тонированное стекло. Благо, осколки никого не задели. С грохотом большие обломки стержня упали на пол, оставляя большую вмятину на месте падения. Экран стал белеть, в то время как реактор наоборот становился синее – это означало, что щиты ослабевают, а реактор становится всё горячее.

- Твою медь! У нас мало времени. Нам нужно срочно найти акваланги и портативный реактор! Беги за мной, – Адама трясло, но он не подавал вида, что ему страшно.

Сразу за дверью коридора была каюта экипажа. К большой удаче, один запасной портативный реактор был прямо у входа, но вот акваланг, в виде рюкзака, оставался лишь один. Похоже, экипаж забрал остальные с собой, когда пытался покинуть судно.

- Только один акваланг, нам нужно два… – Адам судорожно перебирал вещи экипажа.

Вдруг он остановился. Повернувшись к Элис, он накинул на неё рюкзак с аквалангом. Достав пистолет, он прицелился в стену. Нажатие на кнопку, и в стене образовалось крупное отверстие. «Береги хвост», – крикнул Адам. Он схватил Элис за руку и побежал в сторону открывшегося прохода. Но у самого порога он резко остановился, толкая Элис вперёд. Её тельце выпало из отверстия, быстро устремляясь в воду. Рюкзак на спине раскрылся, а акваланг, словно живой организм, стал распространяться по её шёрстке, полностью покрывая её тело.

Адам остался на судне. Нос корабля сильно задрался, что ходить по нему стало слишком трудно. Тем не менее, он начал забираться в другие комнаты, продолжая свои поиски.

- «Внимание! Реактор неисправен! Всему экипажу немедленно покинуть корабль!», – голос в динамиках не умолкал.

- Да заткнись ты! – Адам навёл дуло пистолета на динамик и спустил курок, уничтожая раздражающее его устройство.

С каждой секундой лампы светили всё ярче и ярче, пока в определённый момент не начали лопаться одна за другой. Благо, у Адама всё это время был с собой фонарик, с которым он продолжил поиски среди вещей, скатившихся в кучу. Сирена резко оборвалась – щиты реактора уже на пределе. Но Адаму наконец повезло – он смог найти ещё один рюкзак-акваланг.

Надев его и активировав, он забрал все свои вещи и поспешил бежать. Скользя по наклонённому коридору навстречу реакторной комнате, он заметил ослепляющий яркий свет, вырывающийся через разбитой тонированное стекло. Само помещение уже разваливалось. Адам взял пистолет и выстрелил себе под ноги, выпадая из корабля перед самым лучом света, под которым буквально плавился металл.

Адам не почувствовал никакой боли, когда упал в воду. Оно и немудрено, ведь акваланг на это и рассчитан, вот только маска с головы автоматически снялась, когда он вынырнул. Адам достал из рюкзака кусок резины, который быстро превратился в надувную лодку, после чего помог на неё забраться самой Элис, всё это время ждавшей его в воде. Сев за управление, он поплыл не в сторону берега, а в совершенно противоположную, так как хотел скорее уйти из-под парящего корабля.

- Элис! – Адам пытался перекричать гул, создаваемый кораблём. – Когда всё затихнет, закрой уши и разинь пасть, ясно?

- Что? – Элис не расслышала.

- Закрой уши и разинь пасть, живо! – приказал Адам, однако его слова не покинули горла.

Вдруг гул затих. Даже волны, ударяющиеся об лодку, теперь умолкли. Ощущение, будто на динамиках выключили звук. Адам что-то кричал, но его тоже не было слышно. Элис не могла понять, чего он хочет. Тогда Адам, оставив управление, кинулся на Элис, повалил её на дно лодки и очень сильно ударил её по щеке, из-за чего её пасть раскрылась. Своими руками он закрыл её уши, смотря в её испуганные непонимающие глаза. Своим телом он лёг на неё, загораживая её от неба. Девушка наконец сообразила, что происходит, и закрыла лапами уши мужчины.

Корабль в небе, некогда поднимаемый в воздух при помощи множества светящихся антигравитационных подушек, вдруг перестал излучать свет. Казалось, что такая огромная посудина взлетела в воздух по чьему-то велению, будто по волшебству, а теперь начинает стремительно лететь обратно на землю.

Вспышка. Корма корабля разлетелась на куски. Ночное небо озарилось светом, сравнимым с солнцем, и даже более ярким. Огненная сфера быстро увеличивалась в размере, поглощая летающие обломки. Облака разлетались в стороны от ударной волны, а на воде показались круги, что быстро приближались к лодке.

Вокруг огненной сферы образовался экран, что пытался сдерживать расширение взрыва. Но сила была такой большой, что в некоторых местах щит пропадал. Сквозь эти дыры устремлялся свет. Уцелевший нос корабля попал как раз в такой луч и, когда он вышел из него, вместо носа был лишь белый сгусток расплавленного металла.

В воду полетели тысячи осколков, что чудом не повредили надувную лодку. Повезло и с тем, что она до сих пор не перевернулась от ударной волны. Тем не менее, Адам не прекращал держать Элис, как и она его.

Сфера в небе медленно уменьшалась, пока не исчезла совсем вместе с остатками корабля. Искусственный день вновь обратился в ночь. Гул в ушах всё ещё продолжался, когда Адам убрал свои руки.

- Мамочки… – еле проговорила девушка. – Я думала, что мы умрём…

Адам не ответил. Глаза его закрылись, а тело упало на девушку. Хвост Элис дёрнулся, и некогда белоснежный мех, пусть и сильно промокший, сейчас был в красных пятнах.

Глава 14. «Паук плетёт паутину свободы»

Элис поспешила обратно к берегу, но на нём уже собралось немало зевак и патрульных, испуганных взрывом. Пришвартоваться там значит убить Адама. Но если слишком долго медлить, Адам умрёт или от потери крови, или от шока. Прямо сейчас его спина пробита корабельной балкой, благо, не насквозь. Элис осталась цела, хотя стержень летел прямо в неё. Если бы мужчина тогда не лёг на неё, вероятно, сейчас она была бы прикована ко дну лодки.

«Первая помощь», – наконец вспомнила девушка. Достав из кейса лазерные инструменты, она отрезала длинную часть балки, после чего заново активировала ему акваланг. «Это должно помочь остановить кровь. Я цела, значит отверстие несквозное – он должен лежать на животе», – размышляла Элис.

На лодке или среди вещей не было никаких лекарств. Добираться до берега окружным путём придётся полчаса, а потом ещё час в тоннелях – слишком долго. Столько Адам может и не прожить.

- Морис, Адам ранен, без сознания! – кричала девушка в трубку телефона.

- Что? Как это случилось? Где вы? – спросил Морис.

- Посреди моря. До дома полтора часа. У него в боку торчит ржавый прут. Кровь я, вроде, остановила, но прут до сих пор в нём. Что мне делать? – девушка пыталась говорить, как можно яснее, хотя сама задыхалась от слёз.

- Не вытаскивай прут! Лекарств совсем никаких? Тогда ищи ближайшую больницу. И плевать, что он человек!

- В больнице его убьют. Мы только что взорвали корабль, его теперь точно террористом считают, – плакала девушка.

- Ну а что ты делать будешь? До дома он не доживёт! Только в больнице его спасут, по-другому никак.

- Чёрт… Я жестоко пожалею об этом… Морис, найди, где я нахожусь, скинь адрес ближайшей больницы. И пришли кого-нибудь к нам, только так, чтобы его не опознали. Плыву к берегу.

- Что ты затеяла?

- Узнаешь, – ответила девушка, беря курс к берегу.

- Адам, это я, Элис. Если ты меня слышишь, пожалуйста, не умирай. Не умирай, ради меня. Я хочу, чтобы ты выжил. Пожалуйста, держись. Мда, неудачное у нас вышло свидание. Надеюсь, следующее получится более счастливым. Проживи до того дня, хорошо? – молилась девушка, склонившись над умирающим Адамом.

Очень скоро Морис прислал ей адрес больницы, которая был всего в пяти минутах езды. Надев себе на шею ошейник, она взяла пистолет Адама. На берегу входа в тоннель не было. Повезло, что Адам заставил её выучить всю карту их расположения, и в ближайшем парке она нашла один из спрятанных ходов. К тому моменту зверолюды в округе стали подозревать неладное, особенно после искусственного светила в небе.

Ко входу в тоннель приехал тот же самый робот, что их довёз сюда. Элис ввела адрес больницы. По пути она просто сидела над умирающим телом Адама, умоляя его выжить. Она склонилась как можно ниже к его лицу, чтобы знать, способен ли он ещё дышать. Выход из тоннеля, очень удачно, располагался в подвале больницы.

- Хирурга сюда, скорее! – крикнула она в зале.

Ей повезло, что зверолюды не сразу обратили внимание на её ошейник и на вид пациента. Но уже перед входом в операционную, когда с него пытались снять костюм, хирурги поняли, что это утраченная технология. Элис сама деактивировала акваланг, чем вызвала новое кровотечение.

- Прошу, просто спасите его! – молила девушка.

- Твою медь, человек во плоти… Вызовите полицию! – кричал врач-ассистент.

- Ни с места! – Элис достала пистолет. – Он слишком многим пожертвовал, чтобы помочь зверолюдам. Я не могу допустить, чтобы всё это было зря. Спасите его, немедленно!

- Не надо никакой полиции, только убери пушку, – испугался хирург.

- Он же просто пытается нам всем помочь… вернуть нам то, что забрали плохие люди. Он – хороший человек и заслуживает право на жизнь! – плакала Элис.

- Множество пострадавших едет к нам после взрыва авианосца людей. Это ведь он сделал? – спросил врач-ассистент.

- Он пытался всех вас спасти! Вы видели, какой был взрыв? Реактор был неисправен. Если бы он не поднял корабль в воздух, вы были бы уже мертвы!

- Если мы его не спасём, она нас прикончит. Готовьте операционную, – приказал хирург.

- А это разве не оружие людей? Ты же не можешь его использовать, – произнёс врач-ассистент.

Элис, испугавшись, что теряет остатки контроля над ситуацией, случайно нажала на кнопку, не отводя дула оружия от врача-ассистента. Но почему-то выстрела не последовало. Подняв испуганные глаза на хирурга, она изрекла:

- Оружие людей может использовать каждый, кто наденет ошейник. Вас всех обманули, и вы даже не знаете насколько…

- Не надо лишнего насилия, – хирург толкнул врача-ассистента в грудь. – Мы давали клятву Гиппократа и обязаны помогать нуждающимся. Иди готовь операционную.

Элис, плача: Простите меня… но ведь он единственный, кто может вернуть нам наш мир. Если сейчас я не сделаю всё для него… он не сможет сделать ничего для нас…

- «Паук плетёт паутину свободы», – прошептал хирург, забирая каталку с Адамом.

Элис подняла свои заплаканные глаза на него. Только сейчас она обратила внимание на эмблему врача: жёлтый паук на синем фоне. Голова Элис закружилась. Облокотившись спиной об стену, она медленно сползла к полу, теряя сознание. В чувства её привёл сам хирург, уже после завершения операции. «Паук жив», – послышались желанные слова из его уст. Элис вновь начала терять сознание.

Следующее мгновение, и её под боком держит Пигеро, помогая ей дойти до подвала. Хирург идёт рядом, неся медикаменты и давая указания по лечению больного. Оставив девушку одну в темноте, хирург и мальчик ушли за Адамом. Голова Элис всё ещё сильно кружилась, а запах крови на её хвосте сводил с ума. Но теперь она была полна счастья, ведь она смогла спасти последнего человека.

Вскоре Пигеро и хирург показались в проходе вместе с каталкой, на которой лежал Адам. Втроём они медленно погрузили его тело в транспорт. Элис не могла сдержать чувств – со слезами радости она кинулась обнимать врача, спасшего жизнь последнего человека. Она не уставала повторять, как же сильно повезло встретить именно этого зверолюда в этой самой больнице – самого лучшего из всех, с кем ей довелось общаться. Перед тем, как заехать обратно в тоннель, она извинилась перед хирургом за то, что посмела навести на него оружие и поклялась больше никогда не делать подобного ни с одним врачом. Проход закрылся, и стена стала выглядеть так, словно за ней ничего нет.

Всю дорогу Элис сидела, склонившись, над Адамом, постоянно поглаживая его волосы. Редко она отвечала на вопросы Пигеро, который уже прознал про взрыв воздушного судна. Да как тут не прознать, если от взрыва многие близлежащие дома лишились окон, а вспышку было видно чуть ли не на другой части континента? Она также предупредила Мориса, что всё в порядке и они едут обратно.

Однако, Элис кое-чего не знала – не всё было в порядке. Позабыв о каком-либо смущении, девушка ухаживала за телом Адама, особенно за его глубокой раной, но Адам так и не приходил в себя даже спустя несколько дней.

Глава 15. Воображаемый друг одинокого ребёнка

Я стоял на крыше дома, разглядывая бессолнечное небо. И именно это небо казалось мне таким знакомым, именно эти облака, складывающиеся в различные фигуры. Слабый тёплый ветерок так знакомо и приятно обдувал кожу. Когда я опустил взгляд, я увидел человеческого мальчика, лежащего на крыше. Рёбра его вздымались, но тело не двигалось, точно он без сознания. Кажется, я знаю этого мальчика. Сигнал лифта, и через двери вошла человеческая девочка, чуть старше мальчишки.

Девочка: Адам? Вот ты где, я тебя обыскалась.

Я: «Это она мне? Откуда она меня знает?»

Девочка: Адам, ты уснул? – девочка встала над мальчиком и стала хлестать его по щекам.

- Отвали, Кать, – промычал мальчик, закрывая лицо руками.

Девочка: Адам, нас зовут. Вставай давай.

Катя ушла в лифт, оставив меня и мальчика наедине. Глаза его открылись. Похоже, маленький Адам уснул на крыше дома, пока наблюдал за облаками. Будь здесь солнце, вся его кожа давно бы обгорела. Он привстал, оглянулся, но меня не заметил, точно меня не существует.

- «Всё понятно: я просто сплю. Получается, мальчик – это я в детстве. А эта девочка – воображаемый друг, о котором я когда-то мечтал. Катя, да? Красивое имя».

Зайдя вместе с Адамом в лифт, мы поехали вниз. Кати рядом уже не было. У входа в квартиру нас встретили наши родители… чёрт, это странно звучит для того, у кого никогда не было братьев или сестёр. Когда они меня не заметили, я почувствовал резкую боль в области поясницы. Словно тысячи спиц пытались исполосовать мои органы. К счастью, боль прошла так же быстро, как и началась.

- «Я ревную к себе же?.. как странно, я говорю, но абсолютно беззвучно».

На секунду показалось, что Адам взглянул на меня, как бы насмехаясь.

Следующее мгновение, и мальчик с Катей и отцом в тележке робота едут по тоннелям. Губы отца двигались, но никаких слов не выходило. В то же время Адам и Катя неустанно кивали.

- «Они, похоже, его слышат. Жаль, я бы тоже хотел услышать голос родителей».

Остановка. Склад, к которому они приехали, был складом оружия. «Современное вооружение способны использовать лишь люди. А с этим пистолетом справятся даже дети», – наконец я услышал слова отца, который протягивал мальчику пистолет.

- «А ведь именно этот пистолет я потом держал при себе после его смерти. Вот только он мне его подарил в другое время, и точно не в этом месте… что не так с моей памятью?».

Отец наставлял мальчика, как обращаться с оружием. Выстрел. Точно в цель. Серия выстрелов и все абсолютно метко. Одобрительная улыбка, вызванная сильным удивлением, возникла на лице отца. Катя выхватила пистолет из рук Адама, но все её выстрелы были мимо цели. «Да ну это», – она кинула оружие на землю. Выстрел в меня. Лазерный снаряд пролетел насквозь, попадая в стену, но, почему-то, мне снова стало больно. Отец стукнул Катю по голове за этот опасный проступок.

Когда боль прекратилась, я уже не был в тоннелях. На этот раз локацией была поверхность утраченного города. Катя и Адам сидели рядом с подъездом, о чём-то болтая и шутя. В руке она держала пистолет, из которого отец учил их стрелять. Похоже, что она хвастается тем, что его доверили именно ей. Когда они стали заходить в подъезд, их нагнали подростки-зверолюды.

Адам и Катя испугались, и стали бежать вверх по лестнице. Зверолюды же бежали прямо за ними, догоняя с каждым шагом. Адам был ещё слишком мал, и его смогли с лёгкостью поймать. Я наблюдал за этой картиной, не в силах сделать хоть что-то. Катя остановился на пролёт выше и наставила на них оружие. Руки её тряслись.

Один из зверолюдов приставил к шее Адама свой коготь. «Дёрнешься – убью», – прозвучало из уст зверолюда. Что можно сделать в этой ситуации? Катя плохо управлялась с оружием, так что легко могла задеть Адама, учитывая то, что у пистолета большая область поражения. Адам отбросил слёзы. Замахнувшись локтем, он ударил зверолюда по животу, тем самым освободившись от его хватки. Адам упал на пол, а Катя, похоже, испугавшись, случайно нажала на кнопку. Выстрел. Оба зверолюда пали замертво без капли крови. Тут же она откинула пистолет в сторону Адама.

Отец подоспел так быстро, как только мог, но сделать уже ничего было нельзя. «Что же я наделал?», – выговорил отец. Он подошёл к Адаму, минуя Катю. В руках отца оказался тот самый пистолет. Он обнял своего сына.

Отец: Я убил их. Не ты – я! Твоей вины в этом нет.

Адам возмущался: Но это и правда не я! Это была Катя…

Отец что-то неразборчиво крикнул в ответ, ударяя Адама по щеке. Снова боль почувствовал я. Обернувшись, Кати уже не было на лестничной клетке. Что же кричал отец? Если это сон, то он слишком сильно искажён. Судить по нему о прошлом – глупо.

Мир внезапно замер, а маленький Адам повернулся ко мне: Отец взял вину на себя за то, что совершили его дети. Вот только выстрелила она из-за того, что ты дёрнулся и напугал её.

Мгновение спустя Адам стоит один на крыше дома. Начинается гроза. Крупные капли вслед за мелкими забили по коже. Очень приятное ощущение. Но Адам не наслаждается погодой. Он подходит ближе к краю крыши. Сердце защемило. Я подошёл слева от Адама, опуская взгляд в пропасть. Откуда ни возьмись справа от Адама показалась Катя.

- Нравится погода? – спросила девочка, взяв его за руку.

- Она и правда восхитительна. Вот только, Кать, зачем ты здесь? – Адам смотрел в пропасть.

- Если ты решил последовать моему примеру, я должна быть рядом с тобой, – голос девочки звучал абсолютно безэмоционально.

- А ты бы этого хотела? – переспросил Адам, сильнее сжимая руку Кати.

- Ты идиот. Знаешь об этом?

- Ты постоянно меня так называла, – улыбнулся Адам, вновь взглянув в пропасть.

- Одного единственного шага хватит, чтобы всё это прекратилось. Меня не существует, и у меня нет любимых, ради которых стоит жить. Но что насчёт тебя, Адам?

Отведя взгляд от пропасти, она взглянула на маленького Адама… вернее, чуть выше, точно смотрела сквозь него прямо на меня. Кажется, я чувствую, как она сжимает мою руку, хотя нас разделяют метры.

Мгновение спустя Кати рядом уже не было. Адам сжимал в руке воздух. Или дождь, или слёзы показались на его детском личике, когда он отошёл от пропасти. Мне снова стало больно. Словно внутри вот-вот всё взорвётся. Склонившись над пропастью, я смотрел лишь вниз.

- Я не могу оставить их… они нуждаются во мне, – промычал маленький Адам.

- «Он прав… Шаг в пропасть будет слишком лёгким решением…» – боль в пояснице начала усиливаться, а в глазах темнеть.

Элис сидела рядом с Адамом на протяжении нескольких дней и ухаживала за его бессознательным телом. Поначалу ей было очень трудно и, порой, противно, но она ни разу не задумывалась над тем, чтобы бросить его. Тем не менее, подобное занятие стало приносить Элис, в каком-то смысле, удовлетворение. Она наконец-то посчитала себя нужной хоть кому-нибудь. С другой же стороны, она в любом случае не может выйти на улицу по некоторым причинам – ошейник, который она надела на себя, способен снять лишь Адам.

Элис выполняла все поручения хирурга, не ставя его слова под сомнения. Она ставила Адаму капельницы, промывала рану от гноя, давала антибиотики, не говоря уже о мытье тела со словами «Извини, нужно тебя обтереть хотя бы губкой. Не бойся – смотреть не буду». И Элис никогда не отходила от него, постоянно разговаривая с бессознательным телом. Продукты ей приносила Смирнова, так как ей было проще всего находиться на закрытой территории. По-хорошему, Адам должен лежать в больнице, где ему обеспечат полный уход, но так будет слишком большой риск, что его просто убьют.

- Э-эли-ис, – промычал Адам, открывая глаза.

Глава 16. Ужасный запах

- Адам? АДАМ! – Элис кинулась обнимать Адама, заливаясь слезами.

- Больно!

- Ой, прости-прости, – Элис отодвинулась от него, чтобы вновь случайно не надавить на швы.

- Та-ак… сознание в порядке. Я жив. Ноги, руки двигаются. Что со мной случилось? И почему я голый? – Адам пытался прийти в себя.

- Ну, – Элис засмущалась, – ты же накрыт одеялом… На лодке в тебя корабельная балка попала. Да разве это важно? Ты живой – вот что важно!

- Так, мне нужно встать, – Адам начал подниматься, пока Элис пыталась уложить его обратно.

- Нельзя! У тебя же швы разойдутся, – ругалась девушка.

- Я должен убедиться, – Адам откинул одеяло, чтобы Элис, засмущавшись, перестала ему мешать.

Натянув на себя первую попавшуюся одежду, он, перекатываясь с ноги на ногу, пошёл на другой этаж. Элис сопровождала его, придерживая под боком. По нему было видно, что он испытывает адские боли, но что-то заставляло его двигаться. Дверь незнакомой квартиры открылась. Сразу у порога валялись детские игрушки. «Катя», – выдавил он из себя.

Элис сразу смутилась от чужого женского имени, точно ревнует. Адам прошёл вглубь квартиры, что-то неразборчиво бубня себе под нос. Он заглядывал в каждый шкаф, на каждую полку, под каждую кровать. Это больше похоже на одержимость.

- Адам, пожалуйста, тебе нельзя двигаться, – молила девушка.

- В этой квартире я раньше жил. Что ты видишь? – спросил Адам, переводя на неё взгляд.

- В смысле?

- Здесь ты была со мной. Тебе не показалось здесь что-то странным?

- Эм… вроде нет, – в упор Элис отказалась замечать странности.

- Внимательней: здесь три кровати. Одна для меня, другая для родителей. Для кого последняя? В то же время здесь много разных вещей, но чётко можно определить, что некоторые для взрослых, другие детские, а последние – женские подростковые, – пояснил Адам.

- Но ведь ты единственный ребёнок в семье, разве нет? – удивилась Элис.

- Не уверен теперь. Мне приснился сон, в котором была Катя. До этого момента я считал её воображаемым другом. Но, похоже, что она реальна. Во всяком случае, была. Вопрос первый: что с ней случилось? Вопрос второй: когда это случилось? – Адам тяжело вздохнул, хватаясь за поясницу. Бинты начали краснеть.

- Чёрт, я же тебе говорила не вставать!

- Всё нормально… просто помоги мне дойти до тоннелей…

- Адам, пожалуйста, у тебя швы разойдутся, – умоляла девушка.

- Они уже разошлись. Просто сделай, о чём тебя я прошу.

Элис вновь держала Адама под боком, помогая ему спуститься в тоннели. Когда она усадила его в тележку транспортного робота, она взглянула на свою некогда белоснежную лапку, на которой теперь была его кровь. Вновь этот противный железный запах. Впрочем, с каждой минутой усиливались зловония из тоннеля, по которому они ехали. И если Адам мог их игнорировать, находясь на грани комы и сознания, то желудок Элис выворачивало от них прямо на рельсы.

Складское помещение, в которое они заехали, служило когда-то для хранения и обработки био-материи. Элис тут уже была, и ей точно не хотелось вновь сюда возвращаться. Зловоние исходило из разбитого чана для переработки органики. Но это помещение было приспособлено не только для создания био-материи и питательно пасты – оно владеет утраченной медициной.

- Это надолго. Ты можешь идти. Я вернусь к тебе сразу, как только смогу.

Адам достал портативный реактор из телеги робота. Подключив его к операционному столу, он выбрал программу, а сам лёг на стол животом. Только сейчас Элис увидела, что вся его спина окровавлена. Стеклянный купол полностью накрыл Адама, изолируя внутри капсулы, которая стала стремительно наполняться странным раствором.

Выносить этот запах и правда было слишком трудно для Элис, но тем не менее она осталась с Адамом, наблюдая за ходом операции через стекло. Когда вся капсула была заполнена жидкостью, а Адам уснул под действием химикатов, жидкость начала двигаться. Маленькие металлические роботы размерами меньше клеток перемещались внутри, забирая био-материю и перенося её к ране, которая очень быстро зарастала. Более того, вскоре кожа оказалась абсолютно целой, никакого рубца, разве что она была слегка другого оттенка. Раствор выкачался в разбитый резервуар, и Элис вновь услышала запах крови Адама.

Подхватив мужчину, находившегося под действием наркоза, Элис понесла его обратно в телегу транспорта. Если бы она только знала, что здесь находится такое чудесное изобретение, ей бы не пришлось столько дней ухаживать за ним. Впрочем, тогда бы она лишилась этого опыта и не поняла бы, что подобное для неё лишь в радость.

- Прости, что не объяснил: та капсула – операционная. Используя био-материю, она способна залечить любые повреждения: нарастить кости, мышцы, сосуды и нервы. Чудо, а не изобретение, – сказал Адам, когда пришёл в себя.

- Так быстро заговорил? Уже ничего не болит? – удивилась девушка.

- Здоров полностью. Только немного устал спать.

- Эм… а я ведь твоя должница, получается. Там, на лодке, тебя ранило, потому что ты защитил меня, – призналась девушка.

- Ха, если бы мы не встретились, тебя бы вообще не было на той лодке, – улыбнулся Адам.

- Если бы мы не встретились, я бы давно замёрзла на улице.

- Ну, судя по всему, я спал несколько дней, получается, что ты ухаживала за мной всё это время. Будем считать, что мы в расчёте, – Адам отвернулся.

- Никакого «в расчёте»! Если бы не я, ты был бы цел!

- Слушай, чего ты хочешь от меня? Я только что вырвался из когтей смерти и совсем лишён желания играть в игры.

- Не хочу чувствовать себя должницей, – смутилась Элис.

- Не знаю, когда ты надела ошейник, но явно уже очень давно. Вероятно, ты надела его ради меня. Вывод: всё это время ты ходила с ним, чувствуя неловкость. Это было сделано для меня, так что ты не должница. Окей? – Адам улыбнулся, снимая ошейник с шеи Элис, что она надела перед больницей.

- Ой, а я и забыла про него… Похоже, корни предков и правда проскакивают у меня, – неловко смеялась Элис.

- Не скрою, в нём ты выглядишь мило, – признался Адам.

- Тогда оставь его, – неожиданно для себя произнесла Элис, сразу покраснев от смущения.

- О-о нет. Маленькая ты ещё в такие игры играть, лисичка, – снова его ехидная гримаса.

- «Я не маленькая…», – прошептала Элис.

Глава 17. Партнёр по танцам

- Адам, а ведь у нас обоих теперь реальные проблемы, – Элис подёргивала Адама за рукав его куртки.

- Ты про взрыв корабля?

- Пока ты спал, по всем новостям всего мира рассказали о существовании последнего человека. Ты теперь знаменитость.

- Ну, это было бы логично. А почему проблемы у тебя?

- Как тебе сказать… когда ты отключился, я не придумала ничего лучше, кроме как с твоим пистолетом заставить хирургов оперировать тебя. К тому же, боюсь, зверолюды на улице нас тоже видели…

- Ха, ну ты даёшь. Могла ведь просто скормить мне сотню-другую зверолюдок-девственниц и всё…

- Чего!?

- Шучу. Или не шучу… По факту, вы размножаетесь при помощи нанороботов. При этом они передаются от матери первому помёту, равномерно распределяясь между всеми девочками. Так что съев сотню зверолюдок, ещё не рожавших детей, нанороботы бы вылечили меня.

- Ой… а я этого и не знала… – Элис прекрасно знала это.

- Ну так ведь ты школу прогуливала.

- В любом случае, что нам делать дальше? Это не самолёты разукрашивать, теперь мир уже знает, что ты живой, и все считают тебя террористом.

- Ага, и это забавно – они все считают меня монстром. Но ведь сейчас у нас есть всё необходимое для снятия блокировки с города, помнишь? Так что выше нос, лисичка.

Адам и Элис стояли перед закрытым люком тоннеля. Всё снаряжение, что они раздобыли на корабле, сейчас было при них. Портативный реактор питает часть тоннеля, благодаря чему терминал гермозатвора подаёт признаки жизни. При помощи «детальки», ради которой Адам рисковал, Адам подключился напрямую к неисправному терминалу. Этого оказалось достаточно, чтобы выкачать воду из следующей части тоннеля и разблокировать дверь. Несколько метров металла отодвинулись, пока рельсы для робота выезжали из пола.

- Вот ради этой фигулинки мы и рисковали жизнями. По факту, эта «деталька» – часть внешнего мозгового интерфейса. Робот-хирург уже давно вживил мне внутреннюю часть под черепушку, чтобы я мог управлять костюмом волка, но для вывода сигналов требовалась эта «деталька». Мне достаточно прислонить её к торчащим из моего предплечья проводкам, чтобы напрямую соединяться с машинами, – отключившись от настенного терминала, Адам забежал внутрь. – Добро пожаловать в комнату управления!

Остатки воды хлюпали под ногами. Возбуждённый взгляд осматривал всё ещё работающее помещение, на поиски которого были потрачены годы. Хотя Адаму сейчас даже не требуются работающие дисплеи терминалов, так как ему достаточно лишь подключиться к ним напрямую, чем он сейчас и занимается, заняв центральное кресло.

- Я в системе. Пара секунд…

На уцелевшем экране показались изображения с камер наблюдения, карта тоннелей и различные графики. Мгновение спустя все роботы, разбросанные в тоннелях, вдруг зашевелились, будто кто-то потревожил муравейник. «Это труднее, чем кажется», – посмеялся Адам. Заблокированные части путей, обозначенные красным цветом, один за другим становились белыми, знаменуя устранение проблемы и снятие блокировок. В это же время показатели графиков стали возрастать, пока электростанции набирали мощность. На камерах было видно, как патрульные испуганно оглядываются по сторонам.

- Потанцуем? – предложил Адам, отключившись от терминала.

- Ты серьёзно? – удивилась девушка.

- А почему бы и нет? – спросил Адам, протягивая ей свою руку и приглашая на танец.

Элис всё же отвечает Адаму. Когда их руки соприкоснулись, из города над ними стала слышна музыка. Тысячи и тысячи динамиков загремели в городе, проигрывая одно и то же произведение, которое Элис ни разу в своей жизни не слышала. Да мало кто из зверолюдов вовсе мог услышать это произведение Бетховена, ведь все его ноты были варварски уничтожены.

- Я удивлена, что ты знаешь вальс, – улыбнулась Элис

- Я удивлён, что ты знаешь о нём…

Здания на камерах одно за другим вновь озарялись привычным им когда-то сиянием. Некогда абсолютно пустой чёрный город понемногу восстанавливал свои краски. Сигнал усилился, и уже не только город, но и ближайшие районы стали транслировать музыку всё дальше по миру.

- Вряд ли люди предполагали, что двадцать первый век для них окажется последним, – задумался Адам в слух.

- Но ведь ты ещё жив. Ух, нежнее, – Адам наклонил Элис, отчего она со своими звериными лапами чуть не потеряла равновесие.

Они уже не следили за временем. Сколько продолжалась мелодия – кто знает? Но, когда она закончилась, Адам и Элис уже стояли чуть ли не в обнимку. По крайней мере, они были готовы вот-вот поцеловать друг друга. Но что-то остановило Адама.

- Подожди, нужно ещё кое-что сделать, – грубо прервал он Элис, которая уже закрыла глаза.

Адам вновь подошёл к терминалу. Из динамиков послышался его голос: Всем зверолюдам внимание! Вы прослушали некогда уничтоженное произведение Бетховена. Блокировка с утраченного города снята. Он полностью в вашем распоряжении. Паук плетёт паутину свободы!.. Ах да, извиняюсь за инцидент с воздушным кораблём. Уверяю, я не пытался никому навредить: реактор был нестабилен и мог взорваться прямо у берега, уничтожив все ближайшие строения. Мы намеренно подняли его в воздух, чтобы минимизировать число жертв. Это было единственное возможное решение при уровне повреждения ядра.

- Ты правда сделал это? – удивилась девушка.

- А у тебя остались какие-то вещи дома, лисичка? – подмигнул Адам.

- Нет. Никаких, – Элис была готова прыгнуть ему на шею, но понимала, что тот просто отойдёт в сторону.

- А ведь я ещё кое-что сделал: в городе находится уйма серверов с данными людей. Сейчас часть информации, которую считали уничтоженной, вернулась в сеть Интернета. Так что теперь зверолюды всего мира имеют к ней доступ, – добавил Адам.

- Что? Вау! – радовалась Элис, наконец-то виляя хвостом.

- Ничего себе, как ты возбудилась, – подмигнул Адам, смотря на её хвост. – А ведь ты не собака, чтобы вилять им.

- Отстань, – дружелюбно ответила девушка. – Что теперь будем делать?

- То же самое, только с большим размахом. Наша цель на данный момент – заручиться поддержкой зверолюдов. Только вместе мы сможем противостоять миру, – Адам поднял кулак вверх, воодушевлённый этой мыслью.

- Всё ещё звучит по-детски, но я пойду с тобой рядом, куда ты только скажешь, – мягко проговорила Элис.

- Чудно. Давай лучше поскорее валить, пока нас не поймали. Ну мало ли, может они в тоннели заглянут. Хотя, как, ведь все входы заблокированы, – Адам не заметил слов Элис.

Глава 18. Ребёнок этой эпохи

Морис в телефоне: Адам, это Морис. Ты совершил чудо! Мои родственники со всего мира звонят и спрашивают, правда ли с города сняли блокировку. Мужик, весь мир теперь знает о том, что ты сделал! – кричал Морис в телефонную трубку.

Элис: И это всё, что происходит на поверхности?

Морис: Ой, Элис, и ты там? Не только. Речь Адама разошлась вместе с утерянными данными людей. Сейчас чуть ли не каждый зверолюд скачивает некогда удалённую информацию. Чёрт, на всех улицах звучит твоя музыка. Знаешь, поначалу многие испугались, особенно после подрыва корабля, но вот теперь повсюду я всё чаще слышу фразу «Паук плетёт паутину свободы», чтобы она не значила. Когда переходим к фазе посылок?

Адам: Скоро, друг. Склады уже почти заполнены. До ноября успеем. Предупреди всех наших, чтобы скорее относили коробки в тоннели, если они их запасали. Роботы сами разберутся с их доставкой. И да, Морис, если что-то наверху изменится, тут же предупреди меня, хорошо?

Морис: Так ведь уже изменилось. Все федеральные СМИ называют тебя террористом, говорят, ты хочешь подорвать город вместе со зверолюдами, поэтому туда никого не пускают. Однако, что могут сделать военные, когда туда прутся тысячи тысяч? Чёрт, так волнующе! На месте хочется прыгать от такого количества народа. А ещё твой дом нашли…

Адам: Не переживай насчёт дома. Мы забрали оттуда всё важное. Пока будем отсиживаться в тоннелях, снимая блокировку с проходов и городов. Чем больше зверолюдов мы убедим в нашей доброжелательности, тем быстрее паук сплетёт паутину свободы.

Морис: К слову, откуда пошла эта фраза?

Адам: Элис подсказала. А ей сказал хирург, что оперировал меня. То есть, получается, с низов фраза пришла.

Морис: Ладно, у меня ещё дела остались. До связи.

- Адам, ты не говорил ни про какие посылки… – задумалась Элис.

- Ох, это будет грандиозно. Но сейчас говорить об этом слишком рано. Как никак мне нужно собрать посылок на все города близ столицы. А пока давай разблокируем очередной городок. Жаль, что он сильно разрушен, – Адам подключился к терминалу.

Снова заиграла музыка, но на этот раз другая, ещё никому неизвестная, кроме Адама. Потанцевать под неё не получится, к несчастью для Элис. Тем не менее, голос певицы почему-то радовал душу. Уцелевшие части города вновь загорались. Из-под земли стали выезжать роботы, чем очень сильно напугали охранников, сразу открывших огонь. Однако выстрелы не брали роботов, но и сами машины не трогали патрульных. Они ехали к разрушенным строениям, разбирая их на части. Всё больше строительной техники покидало тоннели, чтобы разобрать все завалы.

- Всем зверолюдам внимание! Вы прослушали отрывок некогда уничтоженной оперы «Кармен». Блокировка с утраченного города снята, но возвращаться в него пока ещё рано. Нужно дать время строительным роботам полностью восстановить все разрушенные здания и инфраструктуру. На время стройки просьба избегать своего нахождения в пределах города. Паук плетёт паутину свободы! – звучал голос из динамиков, раздаваясь эхом по всему миру.

- Адам, роботы правда могут это сделать? – удивилась девушка.

- Ха, в былые времена именно роботы строили города. Для них это раз плюнуть. А теперь либо уйди, либо прикрой тело чем-нибудь, либо надень ошейник, встав позади меня. Нас снимают. Удивительно, что здесь самый мощный передатчик для ТВ, – улыбнулся Адам.

Элис призадумалась. Она не хотела оставлять Адама одного наедине с миром, но и надеть ошейник не смела. В конце концов, этот ошейник – символ былого рабства, и сильно бы подпортил отношение к Адаму. Ещё пару месяцев назад она без зазрений совести нацепила бы его, чтобы не подставлять себя, но сейчас…

- Я буду рядом с тобой без ошейника. Не хочу выставлять тебя рабовладельцем, – ответила девушка.

- Во время прямого эфира ты будешь с ошейником, – Адам нацепил на неё ошейник раба, когда вдруг понял, что эфир уже давно начался. – Упс… Эм, мы уже в эфире…

- Как, уже? – удивилась девушка, руками поправляя причёску.

- Да чего ты там поправляешь-то? – улыбнулся Адам. – Так, приветствую вас, зверолюды. Я – последний человек на планете, и я здесь, чтобы объяснить некоторые свои действия. Для начала я извиняюсь за ошейник на этой особе – он необходим для её защиты, ведь без него она оказалась бы заперта в этих катакомбах. Я хочу вам преподать урок истории. Настоящей, а не изменённой для пропаганды. Начнём же. На самом деле, Первое Поколение сражалось на стороне людей, как это не удивительно. То есть ваши предки бились с собственными детьми.

Элис продолжила за Адамом: Во-вторых, люди не создавали технологий, неподвластных зверолюдам. Наше правительство само ограничило вашу свободу путём создания эмблем. Они блокируют возможность владельцу использовать утраченные технологии. Ну и ещё одна проблема – уничтоженные ошейники рабов. Вторым критерием для использования технологий людей является именно он. Любой, кто сломает эмблему и наденет ошейник, сможет проникнуть в любой город, использовать любую утраченную технологию. Но делать этого мы вам не рекомендуем, так как снять ошейник может только человек. Задумайтесь, зачем нам вживили эмблемы? Кому понадобилось нарочно забирать у нас прошлое и будущее?

- В-третьих, я прошу вас понять одну простую истину: мировое правительство называет меня террористом, потому что я несу для него прямую угрозу. Но они лишь кучка существ, желающих власти. Для всего же мира, для каждого зверолюда на планете, я не враг, а единственная, пока ещё живая, возможность вернуть своё законное право на свободу. Я – не мои прадеды, что участвовали в войне. Я – ребёнок этой эпохи и этого времени, и я на вашей стороне.

- Я отдам свою жизнь, чтобы помочь ему… – дождавшись своей очереди, начала Элис, когда её перебили.

- Так, вот только давай без самопожертвования, пожалуйста.

- Ладно… Я сделаю всё возможное, чтобы помочь ему. И я прошу ВАС помочь ему, чтобы он мог помочь вам. У него нет будущего. Но он продолжает стараться! Стараться ради нас! Хватит уже игнорировать простой факт того, что мы нуждаемся в нём! Он паук, что плетёт паутину НАШЕЙ свободы. Хватить уже это отрицать, – кричала девушка.

- Всё-всё, ты как-то резковато, – попытался вмешаться мужчина, но Элис закрыла ему рот лапой.

- Молчи, Адам, – резко ответила девушка, световой сигнал на ошейнике окрасился в оранжевый – вот-вот может раздаться предупредительный разряд тока, – я не закончила.

Адам резко вскочил и обнял девушку, сдавливая ей грудную клетку и лапы, чтобы она не могла даже вдохнуть. Лицо её даже с белой шубкой становилось ещё более бледным.

- «Элис, – шептал он ей, – ни слова больше. Ошейник принесёт тебе ещё больше боли, если ты не успокоишься».

- Что же, – Адам вновь посмотрел в объектив камеры, не переставая держать Элис под боком. – Хватит на сегодня вам пищи для размышлений. В Интернете появилось ещё больше сайтов, созданных людьми. Рекомендую перекачать их как можно скорее, ибо среди вас есть предатели, которым не понравится возвращение утраченной культуры. Паук плетёт паутину свободы!

Камера перед ними замигала красным огоньком, сигнализируя об отключённом эфире. Элис упала на колени, пока её тело шатало. Адам присел рядом, позволяя ей улечься на него.

- Глупая ты, лисичка. С ошейником нельзя показывать такие сильные эмоции, – проговаривал Адам, снимая с неё ошейник.

- А это… и правда очень… больно. Будь у меня воздух в лёгких, я бы взвизгнула. Хорошо, что ты сжал меня, как клубок шерсти, – улыбнулась Элис, но глаза её, покрываясь слезами, не могли сфокусироваться на лице Адама.

- Здесь где-то должен быть холодильник, может, в нём остался лёд… – Адам начал искать взглядом что-то.

- Не нужно. Твои руки достаточно холодные. Просто прижми ладони к моей шее. Ты испугался за меня, – заулыбалась девушка, – или за то, что я сорву тебе эфир?

- Эфир меня не интересует. Если зверолюды не хотят свободы, я не буду настаивать. Это их решение, – Адам поправил ей волосы.

- Я немного посплю, можно? – не дожидаясь ответа, мышцы Элис расслабились, сознание помутнело, и она отключилась.

- Поспи, лисичка. Ещё немного, и нам с тобой дадут шанс. А до того момента, я буду тебя оберегать. Ты в безопасности, – Адам поднял взгляд на экран выше камеры. – Была бы, если бы здесь не было сразу две камеры! Чёрт… Эм… и снова привет, хе-хе… Как неудобно получилось… Закончить эфир…

Глава 19. Ошибка на всю жизнь

- Очередной день в тоннелях. Я, конечно, люблю подобные места, но я скоро с ума сойду. Почему я всегда иду за тобой? – Элис закатила глаза.

- Потому что ты меня любишь? – пошутил Адам, но, когда морда и уши Элис залились краской, добавил. – Я просто шучу. Успокойся.

- Дурак! – крикнула девушка.

- Да ладно. Мы почти уже доехали, потерпи, – утешал её Адам.

- Я, наверное, уже спрашивала, но сколько в сумме лет готовится вся эта затея?

- Не знаю. Я ещё не родился, когда шли приготовления. Получается, больше двадцати лет. Но я всего лишь человек – быстрее я не могу, – Адам усмехнулся над своей беспомощностью.

Элис не знала, как его утешить. Да и нужно ли это вообще делать? Адам, как и всегда, улыбается во всю свою наглую рожу. Когда-то Элис это безумно сильно раздражало, но сейчас это стало его своеобразной визитной карточкой. Его улыбка говорит о том, что он полностью контролирует ситуацию. Это не может не внушать доверия.

Тем не менее, в этот день Элис совершила очередную главную ошибку в своей жизни. Долго можно спорить насчёт её «ошибок», но это слово лучше всего подходит для описания её действий, которые радикально повлияли на её жизнь, будь то положительные изменения, или изменения, полностью уничтожившие её мировосприятие.

Транспорт направлялся куда-то очень далеко, в ту же сторону, где был летающий корабль. У Элис были не очень приятные воспоминания об этом месте, но Адам же словно был воодушевлён тем, что скоро произойдёт. Спуск. Тоннель под небольшим углом направился вглубь Земли. Впереди показался свет.

Секунду спустя робот замер на месте, а над головой оказался стеклянный купол. Прямо над ними был гигантский слой воды. Они проехали достаточно далеко, оказавшись на приличном расстоянии от берега. Вокруг них плавали рыбы, ещё и в таком количестве, а само дно играло различными красками кораллов. Чуть поодаль, где уже морской туман мешал обзору, начинались каменные арки. И вот прямо под ними проплывает гигантское существо, сотканное из нескольких сотен мелких рыбёшек. Они плывут прямо на купол, разбиваясь об него и собираясь в новое гигантское существо, чтобы продолжать исследовать морские просторы.

С другой стороны затонувшие корабли, деревянные и металлические, уже покрывшиеся растительностью, образовывали подводный город, поражавший воображение. Сколько секретов скрывают эти судна? Сколько удачных заплывов они смогли совершить прежде, чем какая-то невиданная сила смогла их потопить?

Уже в аквалангах Элис и Адам могли лучше рассмотреть окружающий их подводный мир. Благодаря их герметичности, термоконтролю, внутреннему давлению, сравнимым с поверхностным и возможностью добывать кислород напрямую из воды, они могли проводить под водой сколько угодно времени.

Казалось, что они не плывут, а парят в воздухе, в очень густом воздухе. Их не тянуло ни вверх, ни вниз, лишь редкое морское течение могло их подтолкнуть. Элис совершенно не боялась этого ощущения – напротив, ей было интересно. Да и некоторые рыбёшки тоже испытывали любопытство, подплывая к девушке.

И сколько продолжалось это, Адам не знал. Он просто наслаждался. Наслаждался не столько подводным миром, сколько реакцией девушки на мир. В какой-то степени он испытывал симпатию к ней, хотя всё скидывает на отсутствие друзей в детстве. Вскоре мышцы начали уставать, и Элис попросилась вернуться в купол.

- Это было так… замечательно! Так красиво! – кричала она, прыгая на месте.

- Рад, что тебе понравилось, – довольно улыбнулся Адам.

Элис вдруг замерла на месте, слегка припустив мордочку по направлению к Адаму. Она разглядывала его лицо, будто хочет перегрызть ему шею, или что-то другое, от чего она так сильно волнуется. Дождавшись, когда Адам развернёт немного от неё свою голову, она быстро приблизилась к нему, облизнув его щёку, и так же резко отодвинулась от него, ожидая реакции.

- Что ты делаешь? – с лица Адама пропала улыбка. – Пожалуйста, не надо.

- Ч-что? – Элис почувствовала острую боль в груди, и далеко не надуманную. – Я с-сделала что-то н-не так?

- Я не понимаю тебя, – ответил Адам, вставая со скамейки.

- Если я скажу прямо, тебе будет проще? – в уголках глаз девушки показались слёзы.

- Это всё лишь осложнит, пожалуйста, – холодно произнёс мужчина, отворачиваясь.

- Ты мне нравишься, ясно тебе? – призналась Элис. – Нравишься, и всё тут! Неужели я тебе противна?

- Нет… Но влюбляться тебе в меня не стоит, – произнёс Адам. Второй болезненный удар в груди Элис.

- Песцы выбирают себе пару на всю жизнь и не могут изменить своим чувствам! – Элис стала плакать.

- А я человек, что меняет партнёров, как перчатки. Не говоря уже о том, что я – последний человек на Земле, и у меня нет времени на семью.

- Зачем ты так со мной?.. Я же помогала тебе всё это время, все эти месяцы, – Элис не знала, что делать, как реагировать на его ложь.

- Когда-нибудь, ты поймешь. Но романтика мне не нужна…

- Запах тебя выдаёт… но зачем? Зачем ты лжёшь? – запах, исходящий от Адама, и правда сигнализировал о его лжи и испытываемых им нежных чувствах.

- А что мне ещё ответить? Да, Элис, ты мне тоже нравишься, давай заживём счастливо вдвоём, и плевать, что творится вокруг? Я всю сознательную жизнь был один, и я не понимаю, зачем ТЕБЕ нужно, чтобы я отказался от своей мечты?

- Я не прошу тебя отказываться! Я готова помогать тебе и дальше. Просто я хочу чего-то большего, чем просто быть единомышленниками…

- Тебе не нужно, чтобы я отказывался от мечты? – Элис на мгновение стала счастливее. – Можно я подумаю над ответом?

- Хорошо. Я понимаю, – улыбнулась девушка, надеясь, что он сможет быстро разобраться в своих чувствах и ответит ей взаимностью.

Дорога в тоннелях до дома была невыносимо тихой. Адам всё время размышлял над тем, что сказать ей, и что за этим последует, а Элис с каждой секундой становилось всё страшнее ожидать ответ. И страшнее не столько от возможного неблагоприятного ответа, сколько от самого ожидания. Уже подъехав к месту, которое они называют «домом», Адам наконец произнёс:

- Ты сама сказала: я не человек, я – паук, идея, неосязаем и бесчувственен. И я не смогу тебя полюбить в ответ…

Глава 20. Добро пожаловать домой, девочка моя

- Мам… Это Элис, – Элис пыталась сдержать слёзы, позвонив матери по телефону.

- Элис? Девочка моя, ты в порядке? Этот человек тебе ничего не сделал? – беспокоилась зверолюдка в возрасте.

- *Всхлипы*, я в порядке…

- Почему шёпотом? Ты плачешь? – всё больше вопросов задавала женщина.

- В порядке! Говорю же… Я просто не знаю, что мне делать, – призналась Элис.

- Просто скажи мне, где ты находишься?

- Мы можем… встретиться здесь? – Элис прислала матери координаты.

- Я приеду, как можно скорее. Этот человек сейчас рядом? Если да, то скажи мне: «Приезжай скорее», – не унималась женщина.

- Нет… Его больше нет… Пожалуйста, просто приезжай… – Элис повесила трубку.

- Элис? Элис!? – кричала женщина, не обращая внимания на гудки телефона. – Чёрт! Я прибуду немедленно!

Местом встречи был пустырь недалеко от дома, где Адам жил вместе с Элис. Девушка сидела, вытирая слёзы платком, дожидаясь приезда своей матери. Сегодня, вернее, уже вчера, Элис призналась Адаму в своих чувствах. Она рассчитывала на взаимность, но Адам почему-то соврал ей о том, что она ему безразлична. Не выдержав стыда, она просто сбежала. Всё ещё надеясь, что Адам попробует её догнать, она была ещё больше разочарована, когда он, ничего не предпринимая, лишь смотрел на её убегающий хвост.

- Элис, девочка моя! – зверолюдка в возрасте кинулась обнимать дочь, как только её увидела. – Сколько же месяцев прошло. Я думала, тебя убили. Нельзя было хотя бы сказать, что ты в порядке!?

- Прости…

- Девочка моя, почему ты плачешь? Этот человек тебя обидел? Скажи мне же мне хоть что-то!

- Прости!

- Ох, милая, – зверолюдка крепко обняла свою дочь.

- Мам, он ничего не сделал. Я сама виновата. Как дура, повелась на чувства, – усмехнулась девушка.

- О чём ты? Он тебя обижал? – не унималась мать.

- Он никогда не делал мне ничего. Лишь оберегал день и ночь, спасал мне жизнь, а я всё это разрушила… – Элис уже не в силах была сдерживать подступающие слёзы.

- Да объясни мне, что ты могла сделать не так? – просила женщина, встав перед ней на колени и держа её лапку.

- Ахах-ха… Я призналась, что он мне нравится. А он… он просто соврал мне, соврал, что я ему безразлична… зачем он так поступил? – плакала девушка.

Мать не знала, как реагировать. Влюблённость дочери направлена на человека, главное зло этого мира, как она считала. Но ведь она провела с ним столько времени, и не жалела ни об одном дне, кроме последних двух. И это не говоря уже о природе песцов, из-за которой Элис не сможет выбрать себе другого партнёра. А спорить с природой способен лишь человек – не зверолюд.

- Ты говоришь, что он соврал, так? Он – человек, что рос без друзей, он может просто не понимать, что ты чувствуешь. Или у него были серьёзные причины так ответить. Дай ему время самому понять, чего ты стоишь. Люди не ценят то, что имеют, пока не потеряют.

- Ты правда так думаешь? – сейчас Элис была готова принять любое оправдание.

- Если всё именно так, как ты описываешь, то да, уверена, – улыбнулась мать, вытирая с мордочки дочери слёзы. – А теперь пойдём домой – заставим его по тебе соскучиться.

- Спасибо, мам. И спасибо, что не стала меня ругать.

- Ну что ты, милая?

- Женщина! – прокричал кто-то в громкоговоритель. – Эта девушка заподозрена в пособничестве террористу! Немедленно отойдите от неё!

Откуда ни возьмись стали выходить вооружённые зверолюды в форме, окружая Элис. Мать не на секунду не задумалась о том, чтобы отойти подальше. Напротив, она лишь прижала крепче к себе свою дочь. Её посеревшая от возраста шерсть распушилась, а на морде показались зубы.

Мать: Я никуда от неё не уйду!

Полиция: В таком случае вы также будете считаться пособником террористов. Морды в пол, лапы за голову! Внимание, мы стреляем на поражение!

Элис, опускаясь на землю: Лучше послушаться, мам. Не стреляйте, мы сдаёмся! Мы безоружны!

- Зато я вооружён, – прогремел голос свыше.

Трава стала колыхаться, но не от ветра, а от потока воздуха с неба. Один за другим стали опускаться летательные аппараты. Громкий звук, напоминающий вертолёт, прозвучал, когда оружия дронов стали разгоняться.

- Клянусь, если тронете их хоть пальцем, я не оставлю никого из вас в живых!

Лазеры дронов устремились в землю. Описывая в воздухе круг, запирая всех зверолюдов внутри кольца. Покинуть круг было невозможно, ибо лазер мгновенно распилит тело на несколько частей.

- Стреляйте в дронов! – приказал полицейский.

Но патроны не могли сделать дронам ничего. Пули лишь отскакивали от защитных экранов, падая на выжженную землю. Одновременно с лазерным шоу, колонна наземных дроидов из тоннелей стала ездить рядом с кольцом, полностью опоясывая его по периметру. У каждого дрона была огнестрельная турель, которая наводилась видимым лазерным прицелом на стражей порядка.

- Прикажите своим зверолюдам сдать оружие, иначе никто не уйдёт живым! – приказал Адам.

Полицейские мялись, но один за другим, не дождавшись приказа командира, скидывали оружия в сторону лазеров, которые мгновенно распиливали их на составляющие. Когда и сам командующий сдался, сверху спустился лёгкий пассажирский транспорт, на котором Элис и Адам когда-то летали по небу.

- Элис и… мама? Можно я вас так буду называть? – От этих слов Элис стало легче на душе. – Садитесь на транспорт – он перенесёт вас в безопасное место.

Но командующий не собирался так просто их отпускать. Дождавшись, когда они будут достаточно близко к дрону, он рывком притянул к себе Элис, после чего наставил ей в висок пистолет:

- Слушай, человек, мне умереть не страшно. А вот сможешь ли ты пожертвовать этой зверодевкой?

Секунда тишины, и Адам произнёс: Эрен, тридцать четыре года, родители: Ольга и Владимир; дети: Диана и Ксюша. Дома также живёт питомец в виде собаки по кличке Бакки. Всей семьёй дружно проживают в одном загородном доме, хотя отец часто ночует в ближайшей гостинице. Больше всего ценит в других прямолинейность и подчинённость. Я знаю, где живёт вся твоя семья. Ты точно хочешь со мной поиграть?

Пасть полицейского приоткрылась от удивления и испуга. Нерешительно он отпустил Элис, отступая назад. Мама подхватила дочь под локоть и помогла ей сесть на пассажирский транспорт. Поток воздуха усилился, когда они взметнули в воздух. Роботы снова собрались в колонну, уезжая в тоннели. Только когда всё вокруг стало чисто, летающие дроны прекратили жечь лазерами землю и сами рокировались.

- В бардачке лежит устройство, напоминающее фонарик. Прижмите его к эмблеме и нажмите на кнопку – только после этого я перенаправлю дрона в убежище, – сказал Адам через динамик.

- Элис, девочка моя, ему точно можно доверять?

- Мамуль, я бы доверила ему свою жизнь, – улыбнулась девушка, прикасаясь к своей эмблеме с рисунком паука.

Зверолюдка с недоверием приложила устройство к эмблеме. После нажатия кнопки она взвизгнула: Чёрт, больно! Оно меня током ударило.

- В эмблему встроен жучок, а «фонарик» сжёг его. Добро пожаловать в Паутину, – прямо под ними открылся люк на складское помещение в тоннелях. Адам как раз стоял возле двери, подключённый к терминалу через «детальку» – только так он мог контролировать столько дронов сразу.

- Адам, ты спас меня! – Элис кинулась обнимать Адама, думая, что он вновь отойдёт, но он этого не сделал. Похоже, девушка совсем забыла о недавней обиде.

- Просто не хотел, чтобы из-за меня кто-то пострадал, – ответил мужчина, после чего добавил. – Мне жаль, но вам… мама? Придётся пожить вместе с нами в тоннелях.

- Ну тут в любом случае достаточно мило. Понятно, почему Элис забыла о своём доме. Вот только я всё ещё тебе не доверяю! – призналась зверолюдка, разражённая тем, что её называют «мамой».

- Мам, прекрати, пожалуйста. Адам не плохой человек. Он всю жизнь посвятил, чтобы помочь зверолюдам. Да ведь он последний человек, так что заслужил к себе хорошего отношения. Даже если я его напугала, ну или он меня…

- Элис, ты права – я не был честен с тобой. Ты мне тоже не равнодушна. Однако я попрошу тебя подождать с чувствами хотя бы до конца революции, – Адам двусмысленно улыбнулся.

Часть третья – добро пожаловать в новый для вас мир. Глава 21. Лицом к лицу

Ошибки за ошибками, подумают вы, но лично я думаю, что все они были необходимы, чтобы я могла понять, как дорога мне эта жизнь. Но они же показали мне, насколько хрупким может быть существо, что достаточно лёгкого движения, чтобы стереть его.

Адам больше не боялся появиться на улицах. Более того, он специально стал выходить, чтобы привлечь больше внимания к себе. Разумеется, всё время он брал с собой генератор экранов, чтобы никто не мог убить его. Да и я всегда ходила рядом с ним, как хвостик. Как лисий хвостик. Эх, я уже сама себя лисой называю.

Я не злюсь на Адама за тот момент под подводным куполом. У него и правда были причины отказать мне. Тем более что он потом добавил, что после революции даст нам шанс. Осталось только дождаться этого, а я дождусь. Обязательно! На самом деле, против своей природы я в любом случае не смогу пойти.

В общем, Адам не только прогуливался по улицам, но и отвечал на вопросы зверолюдов. Про один такой день мне бы особенно хотелось рассказать:

- Это же человек! Тот самый? Он выглядит пугающе, – говорили в толпе, окружавшей нас с Адамом.

- Пугающий? Ну спасибо. В общем, я просто хотел сделать объявление: прямо сейчас надо мной схема ошейника раба и эмблема зверолюдов. Проблема в том, что единственное их отличие, это внешний вид и отсутствие электродов для удара током. В остальном эмблема неотличима от ошейника. Тогда зачем весь этот цирк, если зверолюдов оставили рабами, лишь сменив ошейники на эмблемы? Согласны ли вы сами с этим? Вам говорят, что это для вашей защиты, однако какая может быть защита при тотальной слежке? Меня объявили террористом, но я, как человек, просто хочу напоследок сделать что-то хорошее. Мой вид уже не спасти, но вы – разумны! Вы способны стать лучшей заменой людей, но вас продолжают ограничивать. И это нужно лишь правительству, – кончил Адам.

Из толпы вызвалась журналистка: Адам, разрешите я задам вам несколько вопросов?

Адам: Конечно. Идите к нам на эту импровизированную сцену, Елизавета.

Журналистка (Елизавета): Вы знаете, как меня зовут?

Адам: Ваша эмблема содержит ваш код, по которому легко можно узнать всё о вас.

Елизавета: Что ж, это неожиданно. Итак, почему вы хотите помочь зверолюдам?

Адам: Считайте, что это мой долг. Я не считаю зверолюдов виноватыми в уничтожении людей. В конце концов, люди сами истребили себя же. А поскольку я последний, моей обязанностью является необходимость исправить их ошибки.

Елизавета: Вы и правда последний человек, во всяком случае на Земле, так вы планируете возвращение своего вида?

Адам: Это невозможно. Без второго человека детей у меня не может быть, а если меня клонировать, тут в дело вступает некая странность, которая уже давно известна – клоны не воспринимаются машинами за людей, следовательно, восстановить вид невозможно. Честное слово, была бы хоть какая-нибудь возможность, я бы бросил все силы на возвращение человеческого вида. Вместе мы бы быстрее восстановили мир.

Елизавета: Многих интересует история с подрывом корабля, ведь именно после неё вас и назвали террористом, а о вашем существовании узнал весь мир. Подрыв корабля был специально осуществлён как террористическая акция?

Адам: Нет. Мы намеренно отправились на тот корабль из-за ниспосланного с него сигнала. То есть я знал, что реактор нестабилен, и пошёл на риск, чтобы уменьшить число жертв от его взрыва. Конечно, изначально я пытался его починить, но без команды у меня не хватило времени. Реактор запустился, и единственное, что мы могли сделать – направить его как можно выше в воздух и как можно дальше от берега.

Елизавета: Некоторые наши читатели удивлялись вашей спутнице. Конечно, мы понимаем, что у вас есть сообщники среди зверолюдов, но лишь она появляется на публике, причём всегда в ошейнике раба. Вы удерживаете её против воли?

Адам: Я её защищаю. Если она уйдёт, её убьют наши покровители. Но я ей ничего никогда не делал. А вот я от неё получал немало – первое время столько синяков на голове было, ха. А в ошейнике, потому что в нём она имеет доступ к утраченным технологиям. Если говорить короче, я её защитник, но она может уйти в любой момент, если сама того пожелает. Задайте мне последний вопрос. Подумайте хорошенько над ним.

Елизавета: Хм… Ладно, забудем про подготовленные вопросы: вы постоянно спрашиваете, кому понадобились эмблемы, но что вы сами думаете по этому поводу?

Адам: А вот это хороший вопрос. Зверолюды никогда не были свободны. У вас просто сменился хозяин. Если раньше это были конкретные люди, то теперь покровители. Но они куда хуже, ибо они убьют вас не за провинности, а чтобы повеселиться. Кто бы они ни были, они страшные враги. Они владеют деньгами всего мира, и лишь объединившись, мы сможем противостоять им. Паук плетёт паутину свободы!

Елизавета: Пожалуйста, последний вопрос: почему паук?

Адам, уходя со сцены: Эмблема крепится на восьми спицах, что можно назвать продолжениями лап паука. А паутина, потому что сеть, сложная структура, что объединяет в себе каждые узлы, которыми являются зверолюды. И чем больше и крепче будет эта паутина, тем скорее мы поймаем назойливую муху – нашего покровителя.

Елизавета задала ему вдогонку последний вопрос, как гром, среди ясного неба: А вы уверены, что это хоть кому-нибудь нужно?

Адам остановился: Что ж. Посмотрите на публику: среди них есть те, кто правда верит в лучшее будущее. Всё, что они сделали, чтобы это показать, поменяли рисунок на эмблеме, но это символ. Символ того, что мы не одни, что мы способны объединиться, что мы достойны свободы. Так что да, я уверен, что мои предки и я потратили свои жизни на подготовку не зря. И скоро настанет день, когда и вы и все остальные будут выбирать, нужно ли оставаться дома, или стоит попробовать выйти на улицу и силой забрать то, что принадлежит вам по праву!

Адам больше не слушал вопросы публики и Елизаветы. Взяв Элис за руку, они поспешили к летающему дрону, что отнесёт их к тоннелям. Адам не сказал, но на полу появилось пару следов от пуль, что экран успешно отразил. Их пытались убить во время выступления. Действия Адама потревожили улей, вот только на его стороне технологии людей, что делают его, фактически, неуязвимым.

Странно, что никто не задумался до сих пор: обычное оружие не способно навредить людям. Тогда почему геноцид людей свершился? Разве не должно быть наоборот? Именно поэтому Адам уверен, что людей убили не зверолюды, а другие люди. Поэтому он не злится из-за смерти родителей. Зверолюды бы не смогли забрать их жизни.

И на вопрос Элис «зачем нужно было выступление?», он ответил, что просто хотел убедиться в верности своих выводов насчёт скрытых врагов народа.

Глава 22. Главное преимущество человека

Мама: Адам, ты уверен, что сможешь позаботиться о моей дочурке?

Адам: Я защищал её все эти дни. Уверяю, лисичка со мной не пропадёт. Если будет слушаться, конечно.

Элис: Ма-ам, всё будет хорошо.

Мама, улыбнувшись: Вижу. Он лисой тебя называет, хотя тебя раздражало это прозвище раньше.

Элис, краснея: Мам! Не смущай!

Мама: Адам, слушай, не буду скрывать – я тебя всё ещё недолюбливаю. Но моя дочь выбрала тебя, и для её счастья мне ничего не остаётся, кроме как поддержать её выбор.

Элис, обняв мать: Ма-ам, не заставляй меня плакать.

Адам: Я прекрасно это понимаю. Смирнова, здешняя патрульная, покажет вам квартиру, в которой вам придётся жить в ближайшее время. Если что-то понадобится – звоните ей.

Вместе со Смирновой мама Элис ушла смотреть себе новое жилище. По некоторым причинам, женщина теперь не может вернуться домой в деревню, но она считала, что это достаточная жертва для того, чтобы спустя столько времени увидеть наконец родную дочь, сбежавшую из дома почти полгода назад и больше не писавшей ни строчки. Удивительно, как женщина не сошла с ума от долгой тоски.

А тосковать было из-за чего, ведь кроме её малышки у этой зверолюдки не было больше никого близкого. Влюбившись однажды, она, как песец, больше не смогла полюбить никого, даже после трагичной смерти мужа. Именно поэтому, при всём своём пренебрежительном отношении к человеческой расе, ей приходится поддерживать дочь в выборе партнёра – чтобы та не разделали с ней одинокое существование.

Зато у зверолюдов отсутствуют другие проблемы, которые есть у людей – они всегда знают, когда в них кто-то влюбляется. Всё дело в химии – влюблённое существо в присутствии объекта обожания излучает довольно специфичный, но приятный аромат. Именно поэтому, осознавая взаимность нежных чувств, зверолюды делают первые шаги куда решительнее, нежели боящиеся люди. И, зачастую, благодаря своей природной моногамии, дело доходит до крепкого брака.

Приближается ноябрь месяц, и каждый день становится холоднее предыдущего. К счастью или нет, снега так и не выпало. Улицы стоят мокрые и грязные после недавних дождей. Ещё ничего не подозревающие зверолюды мирно прогуливаются по всему миру, не задумываясь о том, что вот-вот должно произойти.

До окончания подготовки всех посылок остаются считанные дни, и это не может не радовать Адама. В конце концов, всю свою жизнь он только и делал, что готовился к этому дню, собирал информацию, анализировал её, тратя на это много часов, и создавал для себя план. Тем не менее, он продолжает смотреть на мир через призму детского восприятия, постоянно держа наигранную улыбку на устах.

Впрочем, есть и другое объяснение его улыбки. Иногда Элис наблюдала удивительную картину: находясь в одиночестве, Адам всегда выглядел очень грустным, но стоило ему заметить её появление, как вновь на его лице красовалось счастливое, и порой, озорное выражение. Что-то явно его гложет, о чём он никому не даёт знать. И, возможно, только Элис заметила это.

Однако, Элис не знала о его странном плане. И как бы она не пыталась разузнать, в чём состоит грандиозный сюрприз, ей никто и ничего не говорил, хотя даже Морис явно был в курсе событий. Пожалуй, ей стоило хоть немного сильнее надавить на Адама, а не позволять ему делать всё в одиночку. Даже сейчас он вновь изводит свой организм ежедневными тренировками, чтобы быть готовым к чему-то.

- Элис, – начал Адам, – я снова на тренировку. Захочешь – присоединяйся.

- Нет, спасибо. Спорт не для меня, – улыбнулась девушка.

- Как хочешь. К слову, ты знала, что песцы к зиме набирают много лишнего веса? – пошутил Адам, выбегая из комнаты.

- «А вот это было обидно», – подумала девушка. Приподняв майку, она встала у зеркала. И ведь правда, жирок на боках стал накапливаться. Вдвойне неприятно. Адам, похоже, специально сказал это, чтобы заставить Элис немного похудеть. Втройне неприятно.

Ощупав себя за разные места, которые ей внезапно стали казаться излишне «жирными», Элис решила поддаться на его манипуляцию, и, надев спортивный наряд, пришла к Адаму, уже пробегавшему очередной километр на беговой дорожке. Казалось, что он совсем не устал, но это вполне логично, ведь он усиленно тренируется уже долгое время. Порой, возвращаясь домой к Элис, он жаловался на дикие боли, что не мог разогнуть себе спину, ибо мышцы пресса безумно сводило. Но уже на следующий день он, превозмогая боль, продолжал свои тренировки.

- Ой, а чего это мы решили присоединиться? – ехидно ухмыльнулся Адам.

Элис ничего не ответила. Она лишь встала на соседнюю беговую дорожку и побежала на максимальной для себя скорости. Адам же последовал её примеру, пытаясь подоспеть за ней. Но за песцом ему было не угнаться, и её пройденный путь быстро рос. Вот только через некоторое время, Элис становилась всё медленнее и медленнее, а Адам сохранял ритм, обливаясь потом. Голова закружилась, и девушке пришлось остановить забег, присев на лавку. Адам же продолжил бежать, пока не прошёл больший путь, чем девушка.

- Элис, ты можешь перегреться так. С людьми в выносливости посоревноваться не может никто, тем более лисички, – лыбился мужчина, склонившись над Элис.

- Ну… попытаться стоило, – посмеялась девушка, высунув язык.

Глаза парня вдруг закатились, и тело с грохотом свалилось на пол. Лёгкие не делали ни вдоха. Элис испугалась. Припрыгнув к нему, она попыталась проверить пульс, но ничего не почувствовала. Тогда она стала сильно надавливать ему на грудь, будто хочет проломить её, после чего ни секунды не раздумывая, склонила свою мордочку над головой парня, всё ближе приближая к нему свои губы, пока перед ними не возник его палец.

- Для начала, ты не знаешь, где проверять пульс, – сказал «мёртвый» Адам.

- Я испугалась!

- А во-вторых, остальные приёмы ты, как оказалось, знаешь. Даже не думал, что тебя так легко будет развести на поцелуй, – пошутил Адам.

- ДУРАК! – Элис стала мягко бить его по голове, слабее, чем обычно. – Я так испугалась!..

- Ну-ну, я в порядке. Прости, я должен был удостовериться, – Адам прижал её к себе.

- В чём? – Элис слегка распушила мех. – Ты такой мягкий… и липкий! Фе!

- Чего отодвинулась? Ха, между прочим, именно пот помогает людям быть такими выносливыми. Ладно, схожу ради тебя в душ.

Адам покинул тренировочный зал. Элис часто думала над его «должен был удостовериться». Похоже, «паук» лучше всего характеризует его. Каждый день он не тратит время даром, что-то проверяя, изучая и готовясь. И ведь это выражается не только в физических тренировках, ибо он учится превозмогать боль, какой бы сильной она не была. Такие тренировки делают его намного сильнее морально.

Глава 23. Первое ноября

Первое ноября. Раннее утро. Зверолюды ещё не встали со своих кроватей, когда по всем городам вокруг столицы стало происходить нечто странное: у порога дома каждой улицы роботы из тоннелей и летающие дроны стали оставлять посылки Паука и стучать/звонить в двери. Очевидцы снимали всё на камеру, не в силах поверить в то, что происходит. Нет, машины не нападали ни на кого, они просто доставляли грузы. Весь Интернет оказался переполнен фрагментами с чудного события.

Полиция же ничего не предпринимала, и напротив, к всеобщему удивлению, стражи порядка следили за тем, чтобы никто не забрал лишнюю посылку, кроме хозяев дома. Похоже, свои они уже получили.

В это же время федеральные СМИ били тревогу из-за содержимого посылок. Одновременно с этим в независимых источниках стали появляться схемы, как изготовить содержимое посылки самим.

Элис также получила посылочку. Внутри коробки сверху лежала схема, письма и инструкции. Схема показывала строение устройства внутри, строение эмблемы и ошейника раба. В инструкции сказано, как применять устройство и как проверить, сработало ли оно. А в письме, написанном лично Адамом, был следующий текст:

- «Дорогие единомышленники. Наверняка многие из вас задавались вопросом, почему с рождения нам вживляют эмблемы. Все говорят, что это паспорт, но на деле же устройство эмблемы существенно ничем не отличается от устройства ошейника раба, который мало кто захочет носить. Отличия состоят лишь в том, что у эмблемы нет электродов, что били бы вас током. Но она продолжает собирать информацию о вас: ваши слова, звуки вокруг, ваше местоположение, сердцебиение и многое другое. Вы буквально как открытая книга. И всё это нужно, чтобы эффективно контролировать вас, равно как и Первое Поколение, которые, на секундочку, были рабами. Устройство, что лежит в коробке, похожее на фонарик, способно уничтожить отслеживающий чип. Для этого нужно следовать инструкции на другом листе. Чтобы убедиться в том, что оно сработало верно, я прилагаю вам ссылку на Интернет-ресурс. По ней же вы убедитесь в том, что за вами и правда следят, ибо, перейдя по ней, вы сможете увидеть любого зверолюда в мире, где он находится, что делает, о чём говорит.

Если вас и правда устраивает нынешний путь вещей, то я не в праве вас принуждать. Но если в вас остаются сомнения, я прошу вас прийти в ночь с четвёртого по пятое ноября к зданию правительства, чтобы ровно в полночь вы могли свободно прогуляться по зданию, убедившись в том, что лишь вместе мы можем изменить мир к лучшему! И уверяю вас, к тому моменту наша сеть станет намного больше. Паук плетёт паутину свободы!»

- Адам, – Элис подняла взгляд на Адама, – ты снова пишешь, как ребёнок. Думаешь, хоть кто-то купится?

- Как грубо, ай-яй-яй, – улыбнулся Адам. – Лисичка, я дал им время на размышления. Они сами убедятся, что их абсолютное большинство. Просто жди и наслаждайся представлением.

- К слову, а почему четвёртое-пятое ноября? – спросила Элис.

- Это праздник людей – Ночь Гая Фокса. Сорвавшийся пороховой заговор, что должен был уничтожить монархию. Я хочу провести всё именно в день, вернее, ночь. Это будет… символично, – ехидная улыбка вновь проскользнула на его лице.

- И ты правда думаешь, что даже миллионы зверолюдов смогут что-то сделать? – не унималась девушка.

- Хочешь открою секрет? Мне просто нужна публика. Если я сделаю всё сам, меня объявят злодеем. Но если меня будут поддерживать в этот момент, то я стану героем. Да, это как-то по-детски, но я не хочу, чтобы зверолюды думали, что все люди были плохими, достойными лишь уничтожения. Хочу оправдать имена предков. Наверное, это эгоистично с моей стороны. Ты думаешь, я совершаю ошибку?

- Каждый ошибается. Вся наша жизнь состоит из ошибок, чередующихся друг за другом. Но именно они сделали нас такими, какие мы есть. И если ты хочешь знать моё мнение, ты скрываешь за улыбкой и словами «стать героем» простое рвение всем помочь. Это благородная цель. Не просто же так я тебя поддерживала всё это время? – улыбнулась девушка.

- А действительно, почему?

- Эм, ну я… – девушка покраснела, – ты мне помог, и я должна была отплатить тебе за доброту. К тому же, мне стало интересно, являешься ли ты «хорошим человеком», о котором говорил в нашу первую встречу. А почему ты мне помог тогда?

Адам призадумался: Меня поразило то, что ты, на вид явно из провинции, приехала в большой город, и даже когда у тебя ни осталось ни копейки, продолжала пытаться устроить свою жизнь. Это демонстрировало твою непоколебимость. Ну а ещё, ты мне просто тогда понравилась… Элис, мне нужно тебе кое-что сказать… Мне придётся отнять жизнь у кое-кого, – Адам выглядел напуганным. – Я думал, как можно обойтись без этого, но другого способа не придумали ни я, ни мои предшественники.

- Ты о покровителях? – Элис, только что тронутая открытостью Адама, напряглась.

- Да… и я боюсь этого… – признался Адам.

- Ты говорил, что они отнимают жизни ради развлечения, так? Если это правда, то смерть для них – самое лёгкое наказание, – грозно произнесла девушка.

- Это не то, что я хотел услышать, – Адам попытался перевести тему, подняв взгляд на экран. – Смотри! Всё происходит быстрее, чем я предполагал! Точки на карте исчезают одна за другой. Это значит, что зверолюды уничтожают эмблемы!

- Адам, ты в порядке?

- Элис, если их прогнившие жизни можно обменять на свободу всего вида, думаю, это достойная жертва. Тем более, если не я, то кому-то другому придётся взять на себя эту ношу, – Адам улыбнулся.

- И правда, твоя улыбка скрывает боль. Но я прошу тебя не забывать – ты не один, – Элис медленно подошла к нему и обняла. К её удивлению, Адам ответил на её объятия.

Глава 24. Ночь Паука

- Власти просят вас оставаться дома и не поддерживать акцию террориста. Помните, что человеческий народ сделал с нами. Подождите минутку, – к телеведущей подошёл парнишка и что-то нашептал на ухо. – Новые известия: власти вводят чрезвычайное положение касательно всех членов группировки, известной как Паук. Все граждане с нанесёнными на них эмблемами паука будут немедленно арестованы. В случае сопротивления будет открыт огонь на поражение. Нет, вы слышали!? Они собираются в нас стрелять! Я в этом геноциде не участвую! К чёрту вас, су-

Эфир прервался. Похоже, сама ведущая не в силах была сдерживать недовольство по поводу сложившейся ситуации. И ведь не только она такого мнения, судя по карте, в стране почти не осталось зверолюдов, что так или иначе не уничтожили бы свои эмблемы. В будущем, это вызовет некоторые проблемы, ведь эмблемы заменяют паспорт, медкарту и другие данные. Однако сейчас это мало кого заботит.

Уже на следующие сутки новая телеведущая рассказывала о диверсиях на улицах. В малых городах и деревнях мало чего происходит, однако близ столиц по всему миру зверолюдов пытаются арестовать за эмблемы, маски, майки, даже песни, что связаны с Пауком.

И это потихоньку перерастает в открытые противостояния, когда полиция задерживает всех подряд. Но люди не терпят – они силой отбивают «Узлы Паутины» из лап властей. Нередко можно встретить пятна крови на улицах.

Как бы не пытались усмирить толпу, ничего не выходило. На улицах свободно разъезжают роботы и летают дроны, что снимают всё происходящее, транслируя по всему миру. В это же время они, не нападая, защищают мирное население при помощи защитных экранов, доставляют раненых в больницы самым быстрым способом и делают ещё много других вещей.

От этих действий Паука признавало всё больше народу, хотя дронами управляет совсем не он. Вряд ли что-то могло остановить толпу. Некоторые СМИ пытались выставить Паука убийцей, но зверолюды понимали, что сам он сейчас ждёт момента, чтобы появиться, а дроны не нападают ни на кого. Другие же СМИ больше не могут молчать, рассказывая лишь лучшее о Пауке. В самом деле странно, что это никто не прекратит.

Четвёртое ноября. Приближается ночь. Как и всю эту неделю, ночное освещение не включается. Но ещё большее количество дронов летает над головами зверолюдов, освещая им путь прожекторами и проигрывая песню Виктора Цоя «Перемен!». Полицейские и военные не знают, как реагировать на приближающуюся толпу, сотканную из миллионов голов.

- Огонь! – прозвучала наконец-то команда. Но почти никто не спустил курок. Те же, кто повиновался, быстро поняли, что дроны летают не только для освещения дороги, но и для создания невидимого щита для протестантов.

- Мы живы? – удивился кто-то в первом ряду.

- Они пытались нас убить!

- Паук защитит нас!

Но толпа не стала вымещать свою злость на военных. Они лишь обходили их, забирая из рук их оружия. Неисчислимая толпа собралась вокруг здания правительства. Это были уже не отдельные напуганные зверушки – это был народ, единый организм, где один поддерживает остальных. Как узел паутины, что крепится к другим узлам, а те, в свою очередь, к третьим. Прекрасная картина, если присмотреться.

В это же время Адам уже давно находился внутри здания, оставив Элис в тоннелях неподалёку. Он знал, что Покровители никуда не уйдут, ибо уж слишком им интересно увидеть, что происходит. И Адам был готов к этой встрече. Проходя по зданию, ему то и дело встречались военные, вооружённые переделанным оружием людей. Они были крайне опасны для Адама, ибо экран не защитит от прото-винтовок – они используют для выстрелов не патроны, а энергию. И даже если экран может сдерживать свет звёзд, то выстрелы из прото-винтовки прошивают его насквозь. В руках Адама же был единственный пистолет, что мог обезвредить цель, но не убить. Всё-таки уж слишком сильно он не любит насилие и любит электрошокеры.

Прорываясь всё глубже в здание, он в одиночку расправлялся со всеми охранниками, которые, по непонятной ему причине, никогда не нападали вместе – лишь по очереди, точно это был какой-то фильм. К этому дню Адам готовился с детства, и бился он куда лучше зверолюдов, однако один электрический заряд, попавший ему прямо в грудь, он пропустил. Кровь начала перекачиваться неравномерно, а сердце вот-то должно было встать. «Чёрт, не думал, что умру здесь», – произнёс Адам, три раза ударив себя по груди. Капсула, что он не так давно вживил в себе вместе с некоторыми другими имплантами, влила в сердце препарат. Ритм мгновенно восстановился, однако это было последнее средство для спасения его жизни.

Когда последний охранник уснул, Адам смог пройти в комнату. Лишь одно существо стояло там. Он был одет в деловой костюм, в руке держал трость. Но его лицо, слегка покрытое усами, принадлежало не зверолюду. Выполненное из высококлассной синтетики, неотличимой от реальной кожи, лицо улыбалось, предвкушая скорую игру. Его холодные глаза сквозь очки смотрели прямо на Адама.

- Человек… – удивился Адам.

- А я ведь наблюдал за тобой все эти дни. Так было интересно, во что ты превратишься в попытке отомстить мне, – улыбался Покровитель.

- Я думал, все люди вымерли… значит Андроид…

- Право, не разочаровывай меня. Ты же знал, что только человек может жить для себя, – Покровитель опустил уголки губ вниз.

- Но я не такой как ты, – сердился Адам.

- Такой, такой же. Знаешь, быть последним очень скучно. Не хочешь присоединиться ко мне? Ты доказал, что превосходишь любого зверолюда физически, нравственно и морально. Я могу подарить тебе бессмертие и богатство. Мне нет причин врать, как никак ты самый любопытный из всех живущих на планете, – убеждал его Покровитель.

- Ты же понимаешь, что я откажусь.

- Весь мир посчитает, что я мёртв, а ты станешь героем, как и мечтал. Правда в том, что ничего не изменится. Я даже могу спасти твою возлюбленную, – не унимался Покровитель.

- Спаси для начала себя, – Адам откинул пистолет в сторону, достав единственный нож.

- Не застрелишь, а будешь драться? – удивился Покровитель. – Что ж, я принимаю твой вызов.

С криком Адам побежал в сторону Покровителя. Удар в лицо, заход за спину и удар ножом в шею. Всё закончилось также быстро, как и началось. Но Покровитель лишь посмотрел в глаза Адама. Лязг металла. Опустив голову, Адам увидел обломок лезвия ножа на полу. Убрав руку, на месте, где должна была быть рана, виднелся чёрный металл.

- Думаешь я смог бы прожить столько лет и не поддаться соблазну? – Покровитель ударил Адама локтем в живот, заставив того согнуться на полу.

- *Кашель*. Ты не просто заменил себе мозг – ты полноценный Андроид? – Адам скрючился от боли.

- Право, ты меня так разочаровываешь, – Покровитель закатил глаза и ногой стукнул Адама в бок, заставляя его откатиться на несколько метров. Боль от сломанных рёбер пронзила тело.

Адам: Дело не в том, что ты не хочешь возвращать утраченные технологии, а в том, что ты не можешь…

Адам встаёт. Новый рывок, но все его удары Покровитель успешно блокирует. Куда бы Адам не целился, Андроид был способен просчитать это. Новый удар в солнечное сплетение заставил Адама вновь скукожиться. Удар в челюсть, и он вновь валяется на полу. Часы стали пробивать полночь.

- Эта комната лишена камер. Знаешь, как мы с тобой поступим? Благодаря технологиям, весь человеческий мозг умещается на маленькой пластинке. Через затылок я забью тебе плату, а потом минуты три буду перекачивать свою память на неё. И мы станем единым целым, разве что тело твоё будет под моим управлением. Не волнуйся, даже у зверолюдов ценится песцовый мех…

Покровитель подошёл ближе к Адаму, сильно ударил его по затылку, заставляя того упасть без сил, после чего поднял тело над своей головой. Адама стало трясти, будто судороги, а из его уст раздался крик.

- Не волнуйся о повреждении мозга – он тебе больше не понадобится, – произнёс Покровитель, намереваясь кинуть Адама, но не смог пошевелиться.

- Ты не представляешь, как больно бить себя током, чтобы обездвижить тебя! – простонал Адам.

- Что ты сделал? – Андроид наконец испугался, а из его тела стал выходить едкий дым.

- Удивительно, что ты не просканировал меня: у меня же рядом с сердцем две батареи. Одна, чтобы обездвижить, другая, чтобы убить. Чёрт, я же себе ногти удалил, чтобы вставить на их место электроды, – смеялся Адам.

Не разжимая кулаков, Адам опускал свои руки за спину к голове Покровителя. Когда кулаки коснулись его черепушки, конвульсии прекратились.

- Слабое место Андроидов: электрический ток извне блокирует движение тела. А вот сильный ток к чёрту сожжёт нанороботов, что у тебя вместо мозгов, – в глазах Адама стало темнеть.

Покровитель не мог издать ни звука. Сильный разряд стал пробивать его голову насквозь, сжигая все синтетические нейроны, уничтожая само сознание. Адам не мог разжать кулаков, потому что электроды вместо ногтей приварились к коже. Сами его кисти с противным запахом и шипением плавились от высокого напряжения.

- Ничего личного. Я вовсе себе сердце остановил током, когда ты меня поднял над собой, -проговорил Адам.

Батарея разрядилась. Тело покровителя, лишившись сигналов, наклонилось и упало вместе с Адамом. Но тот уже был без сознания, ибо кровь по его телу давно перестала циркулировать.

Глава 25. Прошлое осталось позади, а сейчас ждёт лишь настоящее

Снова я стою на крыше небоскрёба, снова эти облака. У меня больше нет других воспоминаний, кроме этих. Снова маленький Адам лежит на крыше, забыв о том, что его могут искать. И вот подъезжает лифт, из которого должна выйти девчонка по имени Катя, которую я знал всё детство, но которую не помню.

Всё повторяется, как в тот день, когда я был ранен после взрыва корабля. Получается, я снова умираю? Но ведь на этот раз Элис нет рядом. Пузырёк, что запустил бы мне сердце, я уже использовал. Ну, хотя бы можно увидеть, что будет. Чёрт, руки горят… жжёная плоть вместо кистей – даже кости видно. Лучше бы я электроды кольцом подключил, а не ногти себе удалял. С ума сойти, как Элис не заметила моих операций.

И вот двери лифта открылись, но весь мир, будто замер, пока Катя шла. Маленькая девочка направлялась ко мне, не сводя своих злых глаз с меня. Она явно была чем-то сильно раздражена, напугана и в то же время рада.

- Ты идиот! – крикнула она мне, дав пощёчину. – Ты всегда был идиотом с манией геройствовать!

Так вот, что её так сильно беспокоит. Но мне малость всё равно. Положив ей руку за спину, я повёл её к краю крыши. Она больше не кричала. Мы лишь вместе смотрели на застывшее небо, что медленно возвращало свою скорость. Всё стало темнеть. Я почувствовал, как Катя взяла меня за предплечье, крепко сжимая. Капли дождя стали падать на моё лицо, когда засверкали молнии и раздался гром.

- Я не помню этого, – озвучил я свои мысли.

- Это буря, что таится в тебе. Никогда не понимала, как ты можешь сдерживать гнев? Разве ты не злишься из-за того, что случилось со мной и родителями? – спросила девочка.

- Родители пожертвовали собой, чтобы передать мне информацию о Покровителе. Разумеется, это злит меня. Просто я не вижу смысла показывать свою злость окружающим. А вот твою смерть, уж извини, я не помню. Я тебя саму не помню, если быть честным, – признался Адам.

- Сейчас я лишь твоё подсознание. А была родной сестрой, немного старше тебя. Я покончила с собой на твоих глазах. Быть может поэтому ты меня и не помнишь, – ответила девочка.

- Покончила? Зачем?

- Просто эта жизнь была не по мне. Я уговаривала тебя сделать тоже самое, но в последний момент ты отказался, и я отпустила твою руку, спрыгнув вниз одна. Я летела, летела долго, смотря на тебя. Мне было так одиноко умирать одной, – безэмоционально говорила Катя.

- Тебе просто не была мила жизнь?

- Нет. Дело в том, что я не чувствовала себя любимой. Вернее, не думала, что в будущем стану любимой. А ведь для меня это было главным. Но знаешь, после смерти кое-кто дал мне выбор: уйти или остаться с тобой. И я решила искупить свой проступок. С другой же стороны, я лишь часть твоего подсознания. У настоящей Кати могли быть другие мотивы, – улыбнулась девочка.

- И тебе не было страшно прыгнуть? – спросил Адам, глядя в пустоту. Раздался гром.

- Страх есть всегда. Но это лишь чувство. Либо совладаешь со страхом остаться навсегда нелюбимой, либо со страхом перед быстрой смертью. Я выбрала второе, ибо первое меня слишком сильно пугало. Хотя сейчас я понимаю, что должна была принять другое решение. Но я ведь была простым подростком, маленьким пугливым ребёнком. Я не думала о том, что всё со временем меняется, что я хоть кому-то была или буду нужна. Может, я ещё глупее тебя? – грустно улыбалась девочка.

Обстановка вновь изменилась. На этот раз они оказались на лестничной клетке, когда двое подростков-зверолюдов попытались убить Адама. Теперь рядом с Катей наверху стоял и я, а внизу в лапах детей был маленький напуганный Адам со слезами на глазах. На пару пролётов выше спускался обеспокоенный криками отец.

- Кать, меня мучает вопрос…

- Что на самом деле происходило в этот момент? Я тебе покажу:

Катя вытянула руку вперёд, и сцена стала изменяться, словно прокручивалась плёнка на телевизоре. Внезапно всё замерло, крики, злобный смех и топот прекратились. Маленький Адам лежал на лестничном пролёте, стараясь отбиться от напавших на него детей, а где-то сверху спускался отец.

- А где ты, Катя?

- Меня здесь не было. На тот момент я давно умерла. Это ты стащил пистолет у отца. Когда они поймали тебя, ты стал отбиваться, кусаться. Им захотелось с тобой поиграть в очень жестокую игру, и они отпустили тебя. Ты упал на пол. Руки сразу потянулись к пистолету. Но он их не напугал. Они лишь смеялись, стоя над тобой. Когда одному их них это надоело, он разинул пасть, чтобы тебя укусить, – рассказывала Катя.

- А я испугался и нажал на кнопку… – закончил Адам.

- Да. Всё так и было. Ну, это то, что ты запомнил. Меня там не было, всё могло быть иначе. Выстрел задел их обоих. Раны сразу прижгло, а вот от шока у них остановились сердца. Они не убегали, не кричали, не звали на помощь. Они просто хотели тебя убить и получить награду за черепушку, – продолжила Катя.

Яркий свет стал заполнять лестничную клетку. Глаза больно открывать. Сквозь веки доносились яркие пятна, пока вновь не стало темно. Я открыл очи. Катя всё ещё держала меня за предплечье, не отпуская. Это была квартира, в которой я жил вместе с Элис. Всё ещё не переставленная мебель, шкафы не забиты её вещами, кровать всего одна, а раскрытый костюм волка стоит у стены.

Немного повзрослевший семнадцатилетний Адам сидел на краю кровати, закрывая лицо. Сквозь ладони доносились всхлипы и завывания. Перед ним стоит ещё молодой Морис, держа его за плечо.

- Это ты не должен был видеть. Как нам уйти… – вдруг произнесла Катя.

- Подожди, что это? Что тут происходит? – насторожился Адам.

- Не помнишь? Это Морис пришёл сообщить тебе, что родители больше не вернутся. Они разузнали ценную информацию о Покровителе, но пожертвовали своей жизнью. Последнее их наставление было для Мориса, чтобы он проследил за тобой, – нехотя ответила девочка.

- В тот день я поклялся себе улыбаться, даже когда мне больно. Жаль, что я так и не смог сдержать клятвы, – улыбнулся Адам.

- Твоя улыбка сводит окружающих с ума, и это в плохом смысле. Тебе стоит чаще показывать свои настоящие эмоции, и то, что у тебя на душе, а не то, что хотят видеть окружающие, – посоветовала Катя.

- Ты так говоришь, будто я могу вернуться, – усмехнулся Адам.

- Я твоё подсознание. Ты просто сам хочешь вернуться. Но зачем? Не лучше ли уйти туда, где нет боли? – удивилась девочка.

- Мне есть, ради кого вернуться. Боль – это ошибка. А именно ошибки делают нас такими, какие мы есть. И если мне нужно ошибиться – я ошибусь, и даже не раз. В этом нет ничего плохого, – улыбнулся Адам.

- Ты просто дурак… Если хочешь спасти её, начинай бороться. Не дай ему завладеть тобой…

Глава 26. Два тела и одна жизнь

Свет вокруг стал тускнеть, словно тёмный леденящий туман обволакивает тело. Послышался гул и крики. Что-то тяжёлое надавливало на грудь Адама, после чего нечто нежно касалось его губ. Это повторялось раз за разом по кругу. Слышен… плач? Кто-то плачет, задыхаясь, причём прямо над ним. Кто-то знакомый, тёплый. Кое-как Адам сумел открыть глаза. Над ним сидела заплаканная Элис, поочерёдно давившая ему на грудь и пытавшаяся делать искусственное дыхание.

- Я говорил, что ты не умеешь проверять пульс? – пошутил Адам, не в силах поверить, что он остался жив.

- Ты живой! – воскликнула девушка, прижимая его голову к себе.

Вокруг послышались одобрительные возгласы зверолюдов, которые пришли, когда часы пробили полночь. Все они наблюдали за Адамом, точно радуясь тому, что он смог открыть глаза. Рядом с ним в маленькой луже крови лежало тело Покровителя. Оно было абсолютно целым, но вот поверх волос на голове красовались приваренные кусочки плоти Адама. Кто-то уже успел обмотать руки последнего человека бинтами, но боль всё ещё была адской.

Звук словно был под водой, а перед глазами всё плыло. Само сознание ещё не до конца очнулось ото сна, если это можно так назвать. Адам что-то вспоминал, желая удостовериться в том, что мозг не пострадал.

- Элис, похоже, у меня сегодня День Рождение, – улыбнулся мужчина.

- Ты не умирал! – возмутилась девушка.

- Технически, умирал. Но у меня правда День Рождение сегодня, – сдерживая смех обиделся Адам, снимая очки с Покровителя.

- Погоди, что? Ты не шутишь?

- Народ! – обратился Адам к толпе, пытаясь встать. Элис держала его под подмышку. – Часы пробили полночь, и мне исполнилось двадцать три года! Так отпразднуйте этот день со своими семьями, как день, когда мы все перестали быть рабами!

Одобрительные возгласы прозвучали со всех сторон. Адам смотрел в их счастливые морды, не в силах поверить, что дело его жизни и жизней его родителей наконец принесли плоды. Кровь ударила в голову от счастья, заставив его потерять сознание. Толпа резко сменилась в лице, обеспокоившись тем, что происходит. Но Элис поспешила всех обнадёжить, сказав, что «Адам просто устал от схватки». Все успокоились, когда он вновь открыл глаза.

При выходе их уже никто не пытался схватить или убить. Даже сами военные, будто убедившись в дальнейшей бессмысленности своих действий, сложили оружие, отдав честь Пауку. Те же, кто в действительности пытались его убить, используя прото-винтовки, сейчас сидели связанные, но почему-то довольные.

Уже на выходе дроны, транслируя весёлые человеческие песни, устраивали лазерное шоу, напоминающее фейерверк. И Адам уже в который раз показал свои слёзы, когда воочию увидел счастье на мордочках этих существ. Подлетевший дрон забрал Элис и Адама с собой под аплодисменты зверолюдов.

Тоннели уже не закрывались, поэтому любой желающий мог увидеть бардак, что развела эта парочка. Тем не менее, сейчас под городом никого нет. Любой мог беспрепятственно пройти к роботу-хирургу, и застать то, что находилось в био-чане. Благо, Элис вспомнила об этом. Пока Адам находился под наркозом в капсуле, она, превозмогая себя, решила избавиться от всех следов и костей. И чёрт знает, куда она их задевала, но найти их не сможет никто.

Она радостно встречала Адама, когда тот проснулся. Его прикосновения к её меху казались такими нежными и долгожданными. Не в силах больше сдерживаться, она обняла его, даже не дав подняться из капсулы.

- Я думала, что потеряла тебя, когда ты не просыпался, – призналась Элис, усевшись рядом с ним и положив голову ему на колени.

- Обычно это парни так ложатся. Вообще я должен был выжить, но в коридоре мне остановили сердце, и мне пришлось пожертвовать пузырьком, который вернул мне сердечный ритм. Я не рассчитывал, что мне понадобится два пузырька, – улыбнулся Адам, поглаживая её по голове.

- Ты же понимаешь, что не имеешь права умирать?

- Чего это вдруг? Возьму и помру, если захочется, – усмехнулся Адам.

- Запрещаю, – улыбнулась девушка.

- И чего это я должен тебя слушать? Ты мне девушка что ли? – ехидная морда вместо его лица.

- Стану когда-нибудь. Как минимум, революция прошла. Если ты не забыл, ты обещал дать нам шанс, – Элис подняла на него ласковый взгляд.

- Поэтому я не люблю обещания…

- В смысле? – девушка начала вставать, на Адам надавил на её голову, принуждая лечь обратно.

- Да шучу я, не бойся.

- Дурак ты, – ласково произнесла Элис, облизнув ему щёку.

- Просто лизнула? А ведь совсем недавно в губы целовала, – хихикал Адам.

- А-а-а, не говори это так! – девушка вновь покраснела.

- Ой да ладно. На самом деле, я проснулся чуть раньше, чем когда открыл глаза, – это ехидное выражение лица… *дайте сковородку, я хочу его запечатлеть навечно*.

- Что?! – Элис покраснела ещё сильнее, словно готова засветиться.

- Это было приятно, – добавил Адам, чтобы немного успокоить девушку, но это сделало лишь хуже. – Элис, ты не собака, чтобы хвостом вилять.

- Дурак-дурак-дурак! – в смущении она слабо била его по голове.

Адам вдруг стал куда серьёзнее и, словно, злее, крепко схватив лапы Элис, но потом снова улыбнулся и отпустил их:

- Лучше придумай, где хочешь провести следующее свидание. Ну или можем продолжить снимать блокировки с технологий людей, а также обучать зверолюдов ими пользоваться.

- А… второе может подождать? – робко спросила девушка, отводя взгляд.

- Теперь у нас будет полно времени, так что можно, – улыбнулся Адам, начиная вновь гладить Элис.

Глава 27. Эпилог

Шли дни, за ними года. Адама пригласили в суд, но не по поводу разрушение государственной структуры, а по поводу причисление ему награды Героя Народа. Воинские звания и награды ушли вместе с людьми в прошлое, но, поскольку Адам пытался возвратить всё утраченное, ему решили выдать именно эту медаль.

Кроме этого ему «подарили» первый утраченный город, который он смог восстановить. В этом же городе в одной из квартир он поселился вместе с Элис. Он стал знаменитостью, и зверолюды со всего света были рады повстречаться с последним представителем Homo Sapiens. Но его также обязали восстановить каждую утраченную технологию по всему миру. Разумеется, все расходы на себя берёт правительство, а ему самому будут платить за труды. Хотя это тоже в каком-то смысле рабство. Возможно, зверолюды так мстят за предков.

Зверолюды полностью заменили эмблемы на классические электронные паспорта. В этом плане мало что пострадало, как изначально думал Адам. Ему, к слову, также выдали паспорт и свидетельство о рождении. Отныне он не пришёл «из неоткуда». Его стали считать полноценным членом общества, просто слегка отличным от остальных. Жаль, что всё ещё оставались несогласные, которые искренне ненавидели людской род, сами не зная за что.

Понемногу в воздухе вновь стали летать дроны и шаттлы людей. Да и подземные системы тоннелей вновь заработали. Вот только любое оружие Адам наотрез отказывался разблокировать, ссылаясь на необходимость полного уничтожения средств ведения войны. По своей природе, он был пацифистом, на удивление. Технология создания прото-винтовок, что могли быть использованными зверолюдами, была утрачена во время революции. Похоже, кто-то из бунтующих нарочно стёр схемы или украл их. Будем надеяться, что всё же первое.

Среди утраченных технологий также оказалась и возможность расчищения радиоактивных земель, что остались после геноцида. Так что вскоре появилось ещё больше мест для заселения. В такие места нередко приезжали художники и писатели, чтобы запечатлеть изменения мира.

В перерывах Адам записывал уроки пользования тех или иных машин. Большой скачок произошёл и в средствах медицины, когда Адам явил миру роботов-хирургов. А для калек же вновь возродили производство механических и синтетических протезов.

Как уже говорилось, Адам и Элис поселились в одной из квартир некогда утраченного города. И поселились вдвоём они не просто так: как Адам и обещал, он дал шанс развиться отношениям между ними. И этого шанса была вполне достаточно, чтобы дело дошло до сопливой свадьбы. Вскоре, родились и детишки в количестве пяти голов. Все они были похожи на Элис, разве что конечности более приближённые к человеческим. Ген зверолюда доминирующий, так что никто из них не родился человеком. Адам навсегда останется последним из людей. Но даже его время умирать вскоре придёт, освобождая Землю новому виду.

Тем не менее, именно Адам изменил значение слова «человек» от оскорбления, до добродушного создания. И если раньше человеколюбцы были изгоями, сейчас они стали «пророками», вернее, перестали считаться чёрными утятами.

Пятое ноября же превратилось в праздник «Ночь Паука». Странное название. Тем не менее, оно должно заставить потомков навсегда запомнить, что не все люди были плохими, что среди них были и те, которых можно было с гордостью назвать хорошими. И что в целом они отличались от зверолюдов лишь внешним видом, но в душе были абсолютно такими же. Отныне реальная история будет вложена во все школьные книги.

- Ну примерно так, детишки, – улыбнулась Элис.

- Это всё? – в один голос прокричали дети.

- Мам! – прокричал Майки. – А почему ты так часто говорила, что ошибалась? Мы тоже ошибки?

Голос Адама из-за спины Элис: В каком-то смысле – да.

- Заткнись, Адам, – Элис взяла Адама под свою подмышку, сжимая ему шею. – Разумеется вы не ошибки. Вы – самое дорогое, что у нас есть.

- Дороже папы? – удивилась маленькая Вика.

- Она тебя не душит, так что дороже, – усмехнулся Адам, дёрнув Элис за хвост, чтобы освободиться.

- Если бы кое-кто постоянно не дёргал меня за хвост, он мог бы быть любимее, – Элис прищурила глаза.

- Вредная ты, лисичка, – Адам легонько стукнул её по носику и убежал в другую комнату.

- Ух, мама и папа флиртуют! – в один голос прокричали дети.

- Так, ложитесь-ка спать, а я пойду отомщу вашему отцу, – Элис поцеловала каждого детёныша в лобик, после чего, выключив свет, ушла за Адамом.

Поздняя ночь. Вымотавшаяся Элис спит рядом с избалованными детишками, а Адам сидит в абсолютной темноте в своём кабинете, смотря в потолок. В руке он вертел диктофон, на который записывал важные моменты своей жизни, чтобы навсегда их запомнить. Глаза бегают по комнате, пытаясь разглядеть силуэты предметов. То и дело Адам хотел нажать на кнопку диктофона, но что-то его останавливало. Наконец он открыл ящик стола и достал оттуда очки Покровителя. Надев на лицо, он зажал кнопку, поднося диктофон к губам.

- Очень странно произошло слияние с новым телом. Пускай, мой чип, вставленный в мозг этого идиота так и не обнаружили, я не чувствую, что полностью овладел его телом. Его чувства, его эмоции теперь стали моими, и так странно ощущать их после десятилетий полной тишины. Я так и не смог содрать шкуру с Элис… моей прекрасной Элис… На самом деле, я даже рад тому, что смог заполучить его жизнь. Но, думаю, пора уже заканчивать… с этой дурацкой записью случайных мыслей на диктофон. Весь мир всё ещё принадлежит мне, и совесть этого идиота Адама не помешает мне жить в своё удовольствие… Или я живу так, как хотел он? Чего же я хочу? Пожалуй, сейчас я… мы оба хотим лишь оставаться рядом с Элис… Спасибо, Адам, что напомнил мне, что значит «быть человеком», – Адам выключил диктофон, убирая его вместе с очками в ящик стола.