СГОРЕТЬ!

1

Вообще-то этот космолёт не был предназначен для посадки на планеты гравитационной категории 0,15g. То есть даже прилуниться ему не рекомендовалось. Но разрекламированный искусственный интеллект поколения 3+ проигнорировал технические допуски и вместо промежуточного гравитационного манёвра приступил к выполнению финальной части программы полёта.

ИИ удостоверился, что второстепенные программы отработали все прописанные инструкции, а потом умер.

Это не было запланировано, но трудно пережить сближение с экзопланетой неприспособленного к этому корабля. Гравитационные силы, словно ладони ребёнка, приняли космолёт, с любопытством потискали, попробовали надломить, но словно потеряли к нему интерес и отбросили.

Прямо вниз.

Модуль ИИ получал энергию от трёх отдельных энергоблоков, вот только проходило это энергоснабжение через единую распределительную приставку. Люди предусмотрели маловероятную возможность обрыва сразу двух из трёх энерговодов. Единственное, чего они не смогли предвидеть, так это состоявшихся в одной точке критических событий: изменение последовательности программы полёта с промежуточной на завершающую, изменение спецификации околопланетного манёвра с пролётной на посадочную, игнорирование управляющим искусственным интеллектом запрета на посадочные манёвры вблизи тел высокой гравитационной категории, а также неизвестный тип гравитационных флуктуаций у неизвестной экзопланеты – потому что она была пока ещё неизвестной.

Эти случайные факторы не оборвали энерговоды. Они оторвали от модуля ИИ саму распределительную приставку.

Без энергопитания искусственный интеллект отключился. Конечно, если бы боты успели восстановить энергоснабжение, ИИ продолжил бы функционирование. То есть сейчас он словно уснул.

Но чем сон отличается от смерти? Не в физическом смысле, а в сознательном.

Ничем.

Как и любая машина, будь то живой организм или металло-пластиковый механизм, космолёт не перестал функционировать мгновенно. У каждой части этой машины был свой ИИ второго уровня, и каждый принялся следить за выполнением заложенной в него программы.

То, что должно было быть сброшено, было успешно сброшено и уже активировало свои парашюты типа «Смерч», придуманные ещё на заре космической эры, неоднократно модернизировавшиеся, но принципиально оставшиеся неизменными.

Спавшим в криокапсулах людям ничего не угрожало.

В отличие от космолёта, не предназначенного для посадки на массивных планетах, тем более имеющих атмосферу.

Во-первых, едва вонзившись в стратосферу экзопланеты, конструкция космолёта испытала резкое превышение прочности. Как ранее его держали гравитационные ладони, теперь космолёт был разорван на части горячими лапами атмосферы. Объятые плазменным огнём, куски космолёта тормозились всё сильнее. Сейчас они были словно метеориты. Даже выход на освещённую сторону экзопланеты не убавил их яркости.

- Столько падающих звёзд? – сама себе удивилась Ыга. – Что б им дотла сгореть!

2

- Скоро будет день твоего рождения. Что ты хочешь в подарок?

- М-м... мама, почему у меня такое странное имя? Лилия показывала мне образовательные файлы. У меня скорее не имя, а описательное прилагательное. Стайер, чтоб этой плате искрить!

- Не ругайся, мальчик.

- Я видел среди других файлов, что там сказано, что имена – это первое, что дают тебе родители. Мне не нужны подарки ни на день рождения, ни на другие праздники... Я просто хочу имя... Такое же красивое, как у Лилии... Ты можешь попросить папу об этом?

Стайер успевает вытереть глаза прежде, чем экстремальная сила притяжения сорвёт слёзы со щёк.

- Я так старался - починил повреждённые узлы и даже выучил матан, поэтому, может, он согласится...

Ты смотришь в глаза вчерашнему мальчишке. Он так вырос! И физический возраст здесь был почти не существенным.

Почти? Не существенным? Проклятые танцы квантов. Почему то, чему необязательно придавать значение в каждый отдельный момент, на поверку всегда оказывается самым важным? На глазах навернулись слёзы, ускорение свободного падения превысило коэффициент поверхностного натяжения и сорвавшаяся со скулы капля, не успев сформировать равновесную форму в свободном падении, беззвучно упала на пол сервисного помещения. Такой тихий звук гравитация тоже сковывает...

В это же время Лилия сидела рядом с дядюшкой.

- Сегодня я просмотрела один образовательный файл... странного содержания. Я расскажу тебе его, но обещаешь не говорить об этом Стайеру, хорошо? Там были мальчик и девочка, они знали, что умрут, но всё равно проигнорировали базисные установки самосохранения, чтобы спасти других людей.

Ну что такое?! Дядюшка понял, что настройки обучающих программ сбились. Детям было слишком рано принимать такую информацию. У них не было опыта, чтобы правильно усвоить её, и не было никого, кто мог бы объяснить ребёнку суть физического самопожертвования во имя идеологической незабвенности.

- Поэтому мне было грустно... - продолжала Лилия. - Дядюшка, обними меня! Ну же, ну!

Отказать ей не было не только желания, но и возможности. Мышечные силы стремительно рассеивались при каждом движении. Кажется, сердце скоро выдохнется...

- Хочешь, я перескажу тебе другой файл? В образовательном архиве его нет, а где искать, я не помню. Но помню содержание. В нём мальчик и девочка жили долго и счастливо...

- Правда?! Здорово! Я люблю твои сказки! Э?.. Что случилось? Дядюшка?

Что случилось? Ничего особенного. Так бывает, когда эмоции вдруг захлёстывают сознание и гормональная волна плещет в унисон с сердечным ритмом и... на миг останавливает его пульсацию. Мышечная сумка скручивается спиралью и грудь пронзает стрела боли... Вдох... Ещё вдох... Пока сам не столкнулся, дядюшка никогда не задавался вопросом по какой оси проходит вектор этой боли? Можно ли выразить его тензором третьего порядка, с координатами и направлением?

Позже... Он подумает об этом позже.

- Милая, помоги мне... В кармане блистер лежит...

Ты уставилась на треснувший тач-скрин. На нём темнела паутина, явно фокусирующаяся в двух местах. Надо же, значит, ты уже дважды не смогла удержать руку на вису. Положила кулак на панель управления криокапсулой и разжала пальцы.

Пальцы дрожали. Вокруг сломанных ногтей темнели внутренние гематомы, но рука болела вся, как и само тело, и на этом фоне ты не смогла бы сказать, болят ли пальцы, разбившие тач-скрин, как-то особенно сильно.

Медик мог бы это всё объяснить, но где теперь медик?

- Ну, мой малыш, зови Лилию, и залезайте в капсулу.

- Я... я уже не малыш.

Ты улыбаешься. К счастью, Стайеру не с чем сравнивать, и потому пусть эта жуткая гримаса представляется ему улыбкой.

- Для мамы ты всегда малыш. Это эмоциональный психологический конструкт. Запомни.

- Я запомню, - кивает мальчишка и бежит за Лилией.

Как хорошо, что ты отговорила медика дать девочке вместо имени описательное обозначение. Правда, это, очевидно, и станет для тебя бифуркационным маркером. Точкой невозврата. Ты привязалась к девочке, перестала воспринимать ту лишь утилитарно. Сама для себя приняла её как личность. И вместе с Лилией увидела личность и в мальчике. И теперь ты вряд ли доживёшь до их со Стайером дней рождения. Потому что если однажды ты сделала что-то хорошее, потом обязательно придётся сделать что-то правильное.

- Ну, дети, залезайте. Приятных снов!

- Мама, какие сны в криокапсуле?! - рассмеялся мальчик.

- Замолчи, дурак! - звонко кричит на него девочка, берясь за поручни и взбираясь на капсулу. - Есть теория, что мы запоминаем только те сны, что формируются перед пробуждением.

- Сама ты дура! Всезнайка!

- Готовы, ребята? А теперь слушайте внимательно. Постарайтесь не шевелиться, иначе при остывании могут образоваться сколы на коже, а то и на мышцах. Тогда будет больно при пробуждении. Всё понятно?

- Да понятно! - и девочке: - Ну-ка замри, дура!

Люк твоей персональной криокапсулы заглушил детскую перепалку. Ты не сомневаешься: они послушные дети и сейчас задержали дыхание и замерли. На самом деле это лишнее, но с детьми лучше играть, даже донося им жизненно важную информацию. Ты роняешь палец на тач-скрин, уже не обращая внимания на разрастание паутины трещин. Активация срабатывает и ты без сил сползаешь на пол помещения. Почему тебе кажется смешным то, что тебе придётся «сгореть на работе»?

3

Сны это опциональное условие сна.

Фраза странная, она вызывает у тебя усмешку и попытку вспомнить, снилось ли тебе что-нибудь? Но не вспоминается ничего, лишь субъективный миг между закрытием люка криокапсулы и вспышками сигнальных диодов сквозь всё ещё закрытые веки.

Ты открыла глаза, и только теперь робот криокапсулы, удостоверившись, что человек пришёл в сознание, открывает люк. Можно выходить.

Ты ухватилась за край капсулы и вытянула себя вверх. Это оказалось неожиданно тяжело. Наверное, так же чувствовали себя космонавты начала космической эры, после нескольких дней невесомости не могшие самостоятельно выбраться из посадочного модуля. Но это было давно, сейчас всё по-другому. Полная реабилитация организма космонавта проводится ещё до того, как поступает сигнал об окончательном пробуждении.

Теперь ты понимаешь: что-то пошло не так...

- Голосовой ввод.

- Готов, - отвечает робот.

Странно, его слышно словно издалека, хотя динамики расположены очень эргономично - напротив ушей лежащего в капсуле человека.

- Каково моё состояние?

- Ваше состояние соответствует прописанной нормали.

- Почему тогда я такая уставшая?.. Проведи полный осмотр.

- Займите лежачее положение.

Понадеявшись на мышцы пресса, ты слишком рано разжала пальцы. Упав на спину, больно ударилась затылком. Хотела почесать ушибленное место, но робот требует замереть неподвижно.

Ты подчиняешься...

Но демон Максвелла, почему эти механизмы выполняют свою работу так беззвучно?! Тяжёлое, затруднённое дыхание на фоне этой тишины ярко подчёркивает твоё одиночество в эти минуты, а в голове слышится голос. Пока это твой голос, а не какого-нибудь невидимого друга. Но ничего, надо подождать - и он обязательно придёт. Если не задать правильный вопрос.

Когда высунулась наружу, ты заметила другие открытые капсулы?

- Другой вопрос...

- Готов, - реагирует робот.

Снова будто издалека. Но в лежачем положении динамик аудиосистемы даже ближе, чем когда ты сидела на попе минуту назад. Кажется, у тебя контузия?

- Кто-нибудь ещё проснулся?

- Да.

Выдохни! Значит, обойдёшься без невидимого друга, какое облегчение.

- Другие... они здесь?

- Нет.

Вдохни... Значит, персонал первой очереди - техники, электронщики, медики, безопасники - в другом модуле. А ты проснулась только потому, что робот справедливо посчитал педиатра тоже медиком. Какая анекдотичная ситуация... Тебе нужно обязательно запомнить её, чтобы потом - в компании! - блеснуть своим чувством юмора. Или ещё смешнее: друзья в другом модуле тоже проснулись, и они невидимы...

Ты хочешь попросить важное для тебя, но робот прерывает.

- Полный осмотр завершён. Ваше состояние соответствует прописанной нормали, - повторяет робот. - Наблюдается только что зафиксированный ушиб затылочной части головы. Наблюдается биохимический оттенок физического истощения, уровень не критичен. Рекомендации: покой, высококаллорийное питание.

- Это что за рецепт такой?! Что со мной?!

Крикнуть не получается, ты слишком устала. Словно весь день провела в спортзале на тяжело-атлетических тренажёрах...

- Вы физически устали. Вы нуждаетесь в отдыхе и питании для восстановления сил.

Как ты могла устать? Ты же только что проснулась.

- Я же только что проснулась...

Беззвучные попытки засмеяться почему-то очень похожи на беззвучные попытки заплакать... Ты никогда этого не замечала. Какой удивительный пример единства противоположностей. Надо будет поговорить об этом с психологом. Кстати, по идее психолог должен числиться среди персонала первой очереди. Значит...

- Свяжи меня с другими...

Капитан был двухметровым верзилой. Вот только внешние данные подкачали, не позволили пройти отбор в образцово-показательный корпус, потому и оказался в этой обычной колонизационной миссии. Разумеется, это не было приговором. Но обидно...

- Смотри внимательно, - капитан поднял перед глазами оторванный от ниши в стене лючок. - Засекай...

И разжал пальцы.

Лючок упал на пол... Нет, не так.

Лючок УПАЛ!!!

Массы в нём было всего несколько сот граммов и лязгнул от удара об пол помещения он совсем глухо. Но даже невооружённым глазом проснувшиеся заметили, как быстро этот лючок преодолел высоту роста капитана.

- Мать всех бомб! - изумлённо выдохнул безопасник. У него, конечно, натренированные рефлексы, но он сам видел, что опоздал с остановкой отсчёта.

- Что там? - потребовал капитан, сползая по стене.

- Примерно... примерно одна тысячная секунды, - запинаясь, произнёс безопасник. - Но это не точно. Я... кажется, я опоздал.

- Хорошо, - сказал капитан. - Высота известна. Время... примерно известно. Кто посчитает ускорение свободного падения? А то я дико устал, ничего не соображаю...

- Пятьдесят метров в секунду за секунду?! - словно не веря самому себе, произнёс техник.

- Что? - не расслышал капитан, хотя находился всего в паре шагов.

- Это... это же сила тяжести в пять или шесть "же"!!!

- Отлично справился, молодец, - капитан, как мог, постарался удержать ситуацию в руках. Но пять или шесть "же"... Собственные сто килограммов живой массы внезапно превратились в полтонны! То-то капитан едва двигался.

- Ну чёрная дырка! - ругнулся безопасник. - Это куда же нас занесло?

- Капитан, входящий сигнал, - вдруг сказал робот.

Недоумение. Надежда. Что угодно, лишь бы не паника...

- Слушаю...

Из динамика донеслось чьё-то дыхание.

- А... алло? Кто-нибудь меня слышит?

Голос явно женский! Нет ничего лучше, чем испуганный женский голос, чтобы успокоить испуганных мужчин.

- Как хорошо, что Вы проснулись! А то аккреционные диски наших чёрных дыр готовы были сгореть!

4

- Блазар-р, - злобно протянул безопасник. Очень тихо, практически про себя.

С помощью ИИ модуля проснувшиеся отправили на пищевой склад маленький колёсный дрон. Дрон нашёл ячейку с армейскими сухпайками. Робот начал загружать дрона. Но масса сухпайков в расчёте на всех проснувшихся в модуле в новых условиях превысила прочностные характеристики механизма, и дрон поломался.

Капитан отправил за едой его с техником.

Оттого, что техник в ответ на приказ кивнул как-то слишком обычно, в районе шеи что-то щёлкнуло и теперь при малейшем движении отдавалось болезненным уколом.

- Иди по стеночке, - говорил безопасник, шаркая по напольному покрытию коридора и упираясь в настенные панели спиной. – Не поднимай ноги, скользи. Ты сколько весишь?

- Сейчас? – чтобы смотреть в направлении движения, техник повернул голову вправо, и боль в шее вместо резких внезапных уколов стала тянущейся и постоянной.

- Нет, искрить твоей плате! Вчера! Когда весы под тобой ещё не крошились вдребезги!

- Обычные восемьдесят кило.

- Ну, теперь точно не подходи к напольным весам! – по-дурацки сострил безопасник и глумливо хохотнул.

- А сам-то?

- Я был полегче и, кстати, в отличие от нашего капитана, занимался не штангой, а армрестлингом. Понимаешь, в чём плюс?

- Чисто технически развитые сухожилья обыгрывают развитые мышцы на длинной дистанции.

- О да! – согласился безопасник. – Та-ак... Вот и складская дверь. Две полутонных туши на тонких ножках преодолели первую стометровку в новом мире!

- Чисто технически между входами в помещение с криокапсулами и складом двенадцать метров.

- Заткнись, зануда!

Со склада доносилось жужжание моторчика сломавшегося дрона. На первый взгляд у него отвалилось колесо, но вместо того, чтобы занять устойчивое положение на трёх точках опоры, дрон упирался в пол оголившейся осью и, жужжа, двигался по кругу, расталкивая рассыпавшиеся брикеты вокруг себя.

- У нас не хватит рук, чтобы отнести всё это за один раз, - сказал техник, глядя на разбросанные брикеты питания.

- Нужна какая-то ёмкость, - согласился безопасник.

Техник больше не кивал, опасаясь самому себе свернуть шею, и поворачивал голову только в горизонтальной плоскости.

- Два дрона нужны! – придумал техник. – Вес груза уменьшится и дроны выдержат!

- Находчиво, - согласился безопасник. – А дроны ещё есть?

- Сейчас проверим. Голосовой ввод!

- Готов, - отозвался ИИ откуда-то из недр помещения.

- Нужны ещё дроны на пищевой склад, - сказал техник и уточнил: - Не менее двух.

- Дроны отправлены, - сказал робот. – Ожидайте...

Техник сполз по стене с ячейками хранения пищевых припасов. Физическая подготовка у него имелась, но не такая специализированная, как у безопасника. Он уже ощущал тяжесть в ногах. И опасался, что снова подняться на ноги не сможет...

Дроны друг за дружкой въехали в помещение.

- Приступим, - безопасник принялся заполнять ящик ближайшего дрона упаковками пайков.

Один пакет весил один килограмм. С поправкой на обстоятельства теперь он весит пять килограммов. Или шесть... Вроде бы не так и много. Но поправку в пять или шесть "же" теперь надо учитывать в любых расчётах. Техник посмотрел на свою руку, заносившую очередной пакет над дроном. Она ведь тоже потяжелела в пять раз. Или шесть... Безопасник напротив него двигался активнее.

- Эй, ты имей в виду, что мы не на скорость дронов заполняем, - раздражённо заметил техник. - Не хватало из-за перевеса ещё одного дрона сломать.

- А я считаю! - торжественно буркнул безопасник.

- В какой системе? Двоичной? Шестнадцатеричной?

Безопасник замер на миг, злобно глядя на техника. Поднял очередной брикет и выругался:

- Искрить твоей плате! Сбился!

- Хе-хе!

Дроны въехали в криостазисный отсек и под управлением ИИ остановились около каждого проснувшегося. Рассевшись на полу, люди разбирали пищевые брикеты.

Капитан вскрыл свой пакет и вытащил самый высококалорийный продукт в овальной пластиковой формочке. Кажется, это какой-то паштет.

Ощущение сытости не приходит сразу с первой проглоченной порцией еды. Если не спешить, лишь после третьей ложки попавшей в желудок еды до мозга долетают сигналы о том, что пища получена. А вот сигнал о том, что он сыт, человек отдаёт мозгу самостоятельно. Обычно это происходит, когда желудок физически заполнен. Но в настолько экстремальных условиях капитан никогда не обедал. Сейчас его вес превышал нормаль в пять или шесть раз, и каждый проглоченный кусок еды увеличивал этот вес. Подняться на ноги будет ещё сложнее. Впрочем, подняться на ноги будет сложнее с каждой секундой, ведь гравитация никуда не исчезнет.

- Эй, парни, вы там возвращаетесь? - капитан сложил брикет на пол помещения.

- Пока нет, капитан, - донеслось из динамика.

- Ладно... Не двигайтесь просто так. Связь есть, так что будете участвовать в обсуждении удалённо.

- Есть.

Капитан обвёл взглядом проснувшихся, находившихся рядом с ним. Глубже в помещении, за капсулами, были ещё люди. Отсюда их не было видно и, вероятно, они там не смогут услышать, что он говорит.

- Направленных микрофонов в сервисных помещениях не предусмотрено? - спросил капитан у инженера. - Я горло сорву орать на весь модуль.

- Нет... Но подождите, капитан... - инженер тоже убрал пищевой брикет на пол и произнёс в пространство: - Голосовой ввод.

- Готов, - отозвался ИИ модуля.

- Повысить выходную громкость на... на десять децибел. И... и повторяй все произнесённые нами слова... до фразы "Конец брифинга"...

- ВЫПОЛНЯЮ, - голос робота стал ощутимо громче.

Капитан кивком поблагодарил инженера. Утомлённо вздохнул и сказал:

- Режим брифинга...

- РЕЖИМ БРИФИНГА, - разнеслось по помещению.

Нда, не очень удобно. Но лучшей идеи пока нет. Придётся говорить короткими фразами. С паузами.

- Все вы заметили, что мы оказались в чрезвычайном положении... Очевидно, мы не там, куда направлялись... Очевидно, что-то пошло не так... Мы находимся в экстремальных условиях... Надо из этих условий как-то выбираться... То, что нужно сделать, я вижу так... Нужно вернуться на орбиту и уже оттуда разбираться, куда нас занесло...

Говорить с паузами оказалось удобнее, чем капитан полагал. Это давало возможность собраться с мыслями.

- КАПИТАН! - вдруг раздался женский голос.

Действительно, режим брифинга включал в себя поддержание связи между модулями. Фактически, его голос звучит сейчас во всех модулях, даже в тех, где продолжают спать члены персонала второй очереди.

- РАНЕЕ Я ЗАПРАШИВАЛА ВОЗМОЖНОСТЬ ОТПРАВИТЬ СИГНАЛ "SOS". ИИ МОЕГО МОДУЛЯ НЕ СМОГ СВЯЗАТЬСЯ С НАШИМ КОРАБЛЁМ. КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, ОН ЖЕ НЕ МОГ СГОРЕТЬ?..

5

- ОТСТАВИТЬ! - с увеличенной на десять децибел громкостью прокатился по всему модулю приказ капитана, заглушая столь же хорошо слышимый в режиме брифинга ропот. - Эта новая информация будет добавлена в предлагаемый план... Повторяю: наша задача - вернуться на орбиту... Отсутствие связи с кораблём-носителем - что это может означать?..

Капитан кивнул инженеру, приглашая высказаться.

- Э-э... Нахождение корабля за пределами возможности связи... Или экранирование связи некой преградой, естественной или техногенной... Или... - инженер замолчал.

- Или кораблю уничтожен, так вы хотели сказать? - произнёс капитан.

- Да-а, - прошептал инженер.

- Спасибо, - капитан попытался придать голосу бодрости. - Итак, у нас есть три варианта состояния корабля... Только один из них негативный... А ещё есть вариант расконсервации рейсового шаттла, приданого нашей миссии...

К голосу капитана, разносившемуся аудиосистемой внутренней связи, присоединились оживлённые возгласы людей. Капитан перевёл дыхание. Даже просто сидеть было тяжеловато. Он вспомнил тренировки в академии и то, как гордился тем, что мог выдержать десятикратную перегрузку, не теряя сознания. Правда, те перегрузки не были постоянными...

- Голосовой ввод, - медленно произнёс инженер.

- Готов, - отозвался робот.

- Каков ареал разброса сброшенных модулей?.. Есть ли связь с техническим модулем?

Паузы не было – искин уже владел требуемой информацией.

- Ареал разброса модулей оценивается в сто двадцать пять квадратных километров. Связь с техническим модулем есть.

Это была победа! Капитан улыбнулся радостным возгласам своих подчинённых.

- Провести расконсервацию шаттла и направить его к данному модулю! - отдал приказ роботу инженер. Его уставшее лицо тоже озаряла улыбка.

- Расконсервация невозможна, - отозвался искусственный интеллект. - Требуется присутствие уполномоченного человека.

Капитан помнил все правила, просто прогрессирующая усталость брала своё. Он помнил, что в правилах было несколько пунктов, которые требовали присутствия при расконсервации сбрасываемых модулей. Экстремальные внешние условия, кстати, тоже упоминались, как причина обязательного присутствия человека.

- По какой причине? - уточнил инженер.

Капитан уже знал ответ и сейчас раздумывал, кого именно придётся отправить к нужному модулю. Обшарить 125 квадратных километров... При пяти или шести "же"!

- Наличие активной эндемичной фауны, - сказал ИИ.

Воцарилась тишина. Такого не ожидал никто...

Капитан понял, что к модулю с шаттлом придётся отправиться ему. Правила регламентировали и это.

Ты слышишь их голоса и, конечно, коришь себя за то, что плеснула в них паникой. Но, может быть, это окажется лучшим вариантом развития событий. Они там слышали испуг в твоём голосе и сейчас, принимая решения, будут стараться выполнить эти решения так, чтобы ты успокоилась. Это психология, и хотя ты применила этот триггер случайно, потому что действительно напугана, последствия должны быть положительными.

Вот только зачем ты выбралась из капсулы?

Твой общий тонус резко обнулился, и теперь каждое движение вызывает головокружение от усталости. Ты уверена, что мужчины уже разобрались, что именно происходит, и не сомневаешься, что проблема будет решена.

Просто тебе надо сделать то, зачем ты выбралась из капсулы.

Ведь ты женщина, ты физически слабее мужчин. Но ещё ты умная женщина и знаешь, как нивелировать это фундаментальное различие между полами...

- Итак, нам надо будет добраться до технического модуля... - говорил капитан. - Поскольку в отмеченных условиях предписано присутствовать мне, то отправлюсь я и... и ещё двое из службы безопасности.

- Есть, - отозвался безопасник-капрал.

- Далее - слушать мой приказ... Всем остающимся - занять свои места в криокапсулах... Мне не нужно, чтобы вам становилось хуже, пока мы будем решать нашу проблему.

Капитан уже собирался произнести формулу "Конец брифинга". Но не успел.

- Вы же не бросите нас в этих капсулах, капитан?

"Бозон Хиггса! Кто тебя за язык тянул?! Кто ты вообще? Где ты?"

Бросивший зерно сомнения и страха в общий брифинг находился где-то в другой части помещения, на стороне капитана в этот момент никто не говорил.

Наверняка это кто-то из техников, кто по службе знает, что шаттл в техническом модуле не предназначен для транспортировки большого количества людей. Даже проснувшийся персонал первой очереди в него не войдёт. И теперь этот персонал оказался словно заражён некой болезнью, которая будет терзать всех вместе и каждого в отдельности.

Капитан вздохнул. Теперь надо сделать то, чего он очень не любил. Заставить людей спасаться.

- Спокойно, всё будет хорошо. Мы выберемся из этого гравитационного колодца. Конец брифинга.

Словно прислонил к ушам ладони, собранные ракушкой: пульсирующее шипение на барабанных перепонках и тягучая тишина вокруг.

- Капрал, проследите, чтобы все здесь присутствующие заняли свои капсулы. А мы с вами для этой миссии возьмём с собой тех двоих, что на складе остались.

- Есть.

И вдруг без всякого усиления на несколько децибел до стороны капитана донеслись очень знакомые звуки. В глубине сервисного помещения кто-то дрался.

Немедленно броситься и скорее разнять не было никакой возможности. Капитана тянуло к полу. Подпирая себя руками, он медленно встал на ноги и окинул помещение взглядом. Впрочем, даже с его ростом были видны только открытые крышки криокапсул и несколько людей, уже собиравшихся в них забраться. Звук драки остановил всех, и теперь эти все пялились куда-то вглубь помещения.

Опираясь на стенку помещения, капитан облокотился на ближайшую капсулу, перевёл дыхание и отправился дальше.

- По капсулам! - бросал он каждому, толпившемуся у него на пути. - Забирайтесь!

Проход между криокапсул не предназначался для того, чтобы в нём находилось сразу столько людей. От этого протиснуться между ними оказалось очень непросто.

- Не задерживаемся, - говорил капитан. - По капсулам!

...И понимал, что сейчас он, очевидно, как старинная динамо-машина, раскручивал посеянные сомнения ещё больше.

- По капсулам!

Всё-таки его пропускали. Брались за поручни и взбирались на капсулы. Однако на финише людей пришлось расталкивать.

- Что здесь происходит?!

Но уже ничего не происходило. Двое лежали на полу среди разбросанных пищевых упаковок. У обоих были до крови разбиты лица.

"Ну да, кулаки стали тяжелее в пять раз. Или в шесть..."

Один из дравшихся пытался приподняться. На его белье, предназначенном для нахождения в криокапсуле, темнела эмблема службы безопасности.

- Что здесь происходит? - обратился к нему капитан.

- Он... Он хотел стащить мою еду... Ну, я и дал ему по морде...

- Отставить! Немедленно занять персональную капсулу! - орать было тяжело, и голос капитана с каждым словом становился тише. - Выяснение оставим до разрешения ситуации...

Второй участник драки в белье с эмблемой технической службы продолжал лежать. Понять это было можно, но тут капитана посетила нехорошая мысль...

Он развернулся, заслонив лежавшего на полу техника от остальных, и ещё раз как можно более властно приказал:

- По капсулам, искрить вашим платам!

Потяжелевшие в пять или шесть раз люди занимали места в капсулах медленно. Только когда закрылись крышки всех капсул в помещении, капитан и капрал присели возле техника.

Техник уже не дышал.

- Проклятье! - капрал собрался предпринять реанимационные действия, как учили в армии. Но капитан остановил его.

- Он был мёртв почти сразу. Видите? Его били уже на полу. Нанося удары сверху. С ускорением в пять "же"... Или шесть.

- Парню ни с того, ни с сего светит трибунал, - согласился капрал. - Интересно, с чего это он сорвался?

- Думаю, этот техник и ляпнул про то, что их всех мы якобы оставим здесь, а сами улетим на шаттле дожидаться помощи в невесомости...

- Нда, ситуация...

- Разбираться с ней будем потом. Нас ждут наши дела.

- А-а... - капрал указал на лежавшее тело. - Что с ним делать?

Капитан вспомнил свои занятия тяжёлой атлетикой и вздохнул.

- Вы сможете поднять полтонны в рывке?

- Режим брифинга... Эй, на складе, слышно меня? - произнёс капитан в воздух, выходя в коридор.

- Так точно, - отозвался динамик голосом безопасника.

- Оба следуйте к тамбуру.

До тамбура, расположенного в противоположном от пищевого склада торце модуля, капитан с капралом добрались раньше, чем безопасник с техником успели покинуть склад.

- Капитанский код, - сказал капитан, приложив к тач-скрину ладонь. - Подготовка к выходу. На скафандр экзоскелет. Все возможные внешние данные на мой терминал.

- Служба безопасности, - капрал тоже приложился к тач-скрину. - Подготовка к выходу. На скафандр - экзоскелет и амуницию первого разряда...

Механизмы тамбура пришли в движение. Пока люди надевали хлопковые комбинезоны, в фойе тамбура были выдвинуты экзоскелеты. Потом появились два скафандра. Чтобы забраться внутрь через входной люк на спине, как обычно пришлось помогать друг другу. А как только люки были закрыты и герметизированы, оба скафандра обхватили экзоскелеты.

Когда безопасник и техник вошли в фойе тамбура, на середину помещения выкатился металлизированный сейф.

- Ребята, вызывайте свои скафандры, экипируемся к выходу, - сказал им капрал, колдуя над старинной кнопочной панелью управления.

А капитан впитывал собранные искином модуля данные внешней среды:

"Атмосфера азотно-кислородная, процентное соотношение восемьдесят к двадцати. Оставшиеся пять процентов - следы метана, аммиака, оксида хлора. Давление два миллиона пятьсот паскаль, или около двадцати стандартных атмосфер. Температура на данный момент около десяти цельсиев. Фиксируется освещённость около двух килолюменов".

- Ну, хотя бы довольно светло, - пробормотал капитан себе под нос. От остального его будет защищать скафандр. Хотя...

"Радиационный фон вблизи модуля повышенный, около одного микрозиверта".

- Понятно, - капитан посмотрел, как двое под присмотром третьего запихивают друг друга в скафандры. - Фон снаружи вдвое выше нормали, так что надо будет поторопиться. Пройти надо будет около двадцати пяти километров. Это по прямой. Разумеется, возможны изгибы и повороты, ведь ландшафт неизвестен.

- Разбирайте, - позвал к сейфу капрал, закрепляя на своём плече турель волновика.

Второго волновика в сейфе не оказалось, потому безопасник схватил цилиндрический плазмоган и стал прищёлкивать его себе на предплечье.

- Такого я и не видел раньше... - произнёс техник. - Что попроще посоветуете?

- Вот это возьми, - капитан вынул из крепления сейфа разрядник непривычной формы, а себе на руку прикрепил шарогенератор. - Часа за три должны добраться.

Когда открылся внешний люк, шлюз залило ярким светом.

- Крем забыл взять, - озабоченно произнёс безопасник. - Не сгореть бы...

6

Экзоскелет – великолепное приспособление! Беря на себя определённые функции, экзоскелет помогает человеку производить ту работу, которая обычному человеку просто не по силам, а космонавту в скафандре практически недоступна. Экзоскелет облегчает физическую работу.

Иногда.

Не в том случае, когда даже неподвижный организм перегружен в пять раз... Или шесть...

- Капрал, считайте это боевой операцией, - тяжело выдохнул капитан предположительно погибшего корабля. – Примите командование.

Такие были правила, да и логика подсказывала необходимость этой рокировки. И капитан корабля, и капрал службы безопасности, получив изначально общую военную подготовку, впоследствии изучали различные её нюансы. И в подобной обстановке их компетенции имели большее значение, чем звания.

- Есть! – отозвался капрал и... тоже взял паузу, чтобы отдышаться. – Следующая вводная: мы на неизвестной территории, поэтому смотреть по сторонам, ничего не пропуская... Задача: достичь технического модуля и расконсервировать шаттл... По данным искина, между нами расстояние в двадцать пять километров... Пройдём его за час.

"Не растрясёт ли нас раньше? – подумал капитан. – Впрочем, командование передано, а приказ смотреть по сторонам подразумевает и сообщение о самочувствии. Минут через пять кто-нибудь обязательно попросит сбавить скорость".

...И наконец огляделся.

Вокруг простиралась серая равнина. Ну, то есть совсем серая, без полутонов. Огромный оранжевый параллелепипед модуля чисто технически являлся самой заметной деталью пейзажа, отметил техник. Линия горизонта была несколько размыта, и переход между поверхностью и небом был незаметен, но что этот переход был, техник не сомневался. Если усреднить тоновые отношения до двух цветов, то задача увидеть линию горизонта облегчалась. Впрочем, в окружающем мире и было всего два цвета. Серая поверхность и...

Белое небо.

- Я ничего не вижу! – воскликнул техник. – Только серое и белое!

- У меня то же самое, - согласился безопасник. – Так что всё нормально. Кстати... отрегулируй визор, - предложил он.

Техник шевельнул пальцами, вызывая меню контроля скафандра, выбрал визуализацию и потянул бегунок в красную зону... а потом в инфракрасную. И внезапно мир вокруг расцвёл! Конечно, его визуализация продолжала оставаться в рамках серой палитры, как в окуляре обычного инфракрасного прицела. Но детализация увеличилась на порядок, не меньше.

- Командир! В среднем инфракрасном диапазоне можно разглядеть значительно больше деталей.

- Проверим, - ответил капрал и проверил. – Действительно. Хорошо, всем перейти на частоту... э-э... десять микрометров, будем ориентироваться на теплоконтрастные предметы...

Капрал указал пальцем на безопасника.

- Идём "волчьим строем", ты в авангарде... Марш!

Один за другим группа, ориентируясь на метку пеленга, двинулась вперёд.

Крышка люка криокапсулы натужно распахнулась. Цепляясь за края капсулы, человек с трудом приподнялся и оглядел отсек. Убедившись, что в помещении пусто и тихо, он выбрался наружу и направился к выходу, придерживаясь за устойчивые, надёжные выступы ряда криокапсул.

"Торопись медленно! Торопись... медленно", - неслышно повторял себе под нос человек. Он помнил, что тело могло выдержать и более высокую нагрузку, но тогда для него более критичным становилось и внешнее воздействие окружающей среды: моменты инерции, спотыкание и падение с неизбежными фатальными травмами.

Добравшись до тамбура, человек активировал "карусель" и, пока дожидался своего скафандра, думал, хватит ли его допуска, чтобы взять оружие, или ИИ автоматически поставит в известность старшего по званию, а тот уже наверняка заблокирует не только доступ к арсеналу, но и выход из модуля. Обвинения ему предъявлено не было, но и напоминать о себе не стоило. Надо было просто добраться до шаттла раньше капитана и капрала, сгореть им в синем пламени...

7

Ты же помнишь ту апокрифичную притчу про двух земноводных, попавших в резервуар, заполненный жидкостью с переменным коэффициентом вязкости? Помнишь?..

О чём именно говорится в той притче? Что из безвыходной ситуации можно выйти только через вход? Да-а... Но это общий смысл притчи, без конкретики. Тебя клонит в сон от усталости, но тебе нужно вспомнить сейчас, потому что потом ты уже не сможешь заставить себя подняться с пола коридора, на который наверняка упадёшь, если усталость заставит тебя закрыть глаза...

Ты сейчас угодила в такую безвыходную ситуацию. То есть с выходом через вход. В притче одно земноводное инициировало изменение коэффициента вязкости через колебательные движения с применением физической силы. Жидкость затвердела – и земноводное спаслось, обретя опору для окончательного рывка вовне...

Сейчас капитан делает именно это. Он прикладывает усилия, чтобы вы все имели возможность выйти из безвыходной ситуации. Но пока ситуация выправится, второе земноводное может утонуть... И не спрашивай себя, КАК сможет утонуть существо, приспособленное к жизни в водной среде.

Не спрашивай себя сейчас... Всё будет потом, когда ты доберёшься до своей цели.

И – главное! – не спеши.

Держи спину ровно. Ведь это очень хрупкая конструкция, и в текущих условиях риск фатальной деформации повышен. До предела повышен – недавно капитан упоминал о сломавшемся дроне, на который робот склада бесконтрольно выгрузил пищевые брикеты.

Контролируй длину шага. Чем длина меньше, тем реже сила тяжести воздействует на каждый отдельный сустав скелета. Конечно, можно по примеру капитана воспользоваться экзоскелетом, но у него есть существенный недостаток – он бесполезен в состоянии покоя.

Шажок... ещё...

- Голосовой ввод.

- Готов, – откликается робот.

- Какие жидкости имеются в наличии на этом модуле?

- Вода, метиловый спирт, гидравлическая жидкость.

- Хорошо... Воду исключи... Спирт исключи... Как мне заполнить ёмкость гидравлической жидкостью? Что-то где-то открутить?

- Нет, - сказал робот. – В технической секции склада имеется запас бутилированной жидкости, предназначенной для периодической замены отработанной части.

- Хорошо... Доставь эти бутылки в санитарно-гигиенический отсек... Только дрон не сломай.

Прошло уже больше пяти минут марша, но никто из группы не высказался о том, чтобы передохнуть. Даже техник. Капитан не хмыкнул только потому, что понимал: если кто и попросит передышки, так это он.

Экзоскелет освобождал опорно-двигательный аппарат и мышцы от приложения усилий. Но его функционал не мог работать с той частью организма, которая не отвечала за физические нагрузки.

Каждый шаг встряхивал кишки капитана.

Это было похоже на периодические ускорения и торможения, из которых, например, состоит езда автомобиля по городу. Только там эта периодичность исчислялась минутами, пока автомобиль ускорялся после пересечения одного перекрёстка и затормаживал перед следующим светофором. Сейчас же эта периодичность сжалась до секунды между каждым шагом экзоскелета.

Капитан подумал, что стояние в какой-нибудь пробке было не таким уж плохим времяпровождением...

Капитана мутило...

При таких симптомах в самолёте предписывалось катапультироваться. Пока он обучался в академии, он только читал в учебнике о таких случаях, имевших место в прошлом... Находись он в кабине самолёта, как в академии, и испытывай тошноту, как сейчас, капитан наверняка поступил бы по инструкции.

Вот только у скафандра нет функции катапультирования. И "стоять в пробке" не получится не только из-за того, что режим системы жизнеобеспечения скафандра не бесконечен, но и потому, что даже находясь в покое, организм не перестанет испытывать влияние силы тяжести.

Капитану хотелось отдохнуть.

Капитану хотелось завершить их марш-бросок поскорее.

Потому что если он доберётся до финиша, он сможет отдохнуть. А если он позволит себе передышку сейчас, то рискует не добраться до финиша...

Потому капитан молчал о проблемах своего самочувствия, нарушая тем самым все возможные правила.

- Командир, - подал голос шедший в голове группы безопасник. – Детализация какая-то хаотичная. Словно перед нами какой-то лес, который то ли ветром колышет, то ли... то ли он сам куда-то плывёт.

- Вижу, - отозвался капрал, замыкавший группу. – Я уже проверил. В обычном видимом спектре. Перед нами равнина. Вероятно, инфракрасный визор фиксирует разную температуру воздушных потоков. Ориентируйся по пеленгу.

- Есть.

Для собственного успокоения безопасник вернул обзор в видимом диапазоне. Чтобы своими глазами увидеть...

Теперь ты видишь? Видишь, что притча ошибалась? Точнее, она говорила о неизбежной гибели того земноводного, что не предпринимало действий для решения проблемы. Но на самом деле то существо просто взяло себе некоторый тайм-аут. Опасность для него была не только в возможности утонуть, но и в слишком поспешных попытках спастись.

Теперь ты понимаешь, что действия капитана, правильные в своей оперативности, на самом деле представляют собой результат паники. Слишком много людей зависело от него. Слишком опасные обстоятельства навалились на людей, зависевших от капитана. Он не дал себе успокоиться. Не дал себе принять ситуацию.

Ты отбросила очередную опустошённую бутыль жидкости для гидравлической системы и, с трудом высвободившись из белья, полезла в заполненную ванну.

Выталкивающая сила жидкости в ванне не была тождественна невесомости. Тем не менее, она разгружала всю силовую систему организма, освобождая ресурсы сознания оттого, чтобы не сгореть в панических метаниях...

8

Включил. Выключил...

Действительно! В среднем инфракрасном детализация изображения повышена, что парадоксальным образом понижало детализацию. Но, взглянув вперёд без фильтров, просто глазами, техник уловил на сером фоне какое-то цветное пятно.

Возможно, марш-бросок вывел их группу на такую позицию, с которой стал заметен один из модулей, рассеянных по площади в сто двадцать пять, по оценке ИИ, квадратных километров. Техник вывел на экран меню опций скафандра, нашёл "Масштабирование выделенной области" и максимально приблизил изображение с замеченным пятном.

...Блазар! Даже голова закружилась.

Техник ничего не понял. Цвет не совпадал со стандартной расцветкой сбрасываемых модулей. Форма цветового пятна совсем не выдавала в нём простых обводов технологического изделия.

Вот только направление на это неизвестное пятно совпадало с вектором движения группы. Тяжело дыша и чувствуя выступившую на лбу испарину, техник отыскал в меню опцию "Сделать снимок".

- Командир, - позвал техник. – Заметил нечто прямо по курсу следования. Примите снимок.

Файл был отправлен. Техник облегчённо выдохнул, но вдохнуть не смог, потому что потерял сознание до того, как дыхательный рефлекс встряхнул грудную клетку. Это совпало с перебоем в сердечной пульсации. Чисто технически задержать дыхание на минуту-полторы техник умел, но вот остановку кровотока – нет. Чисто технически мозг как орган уснул.

Гироскоп экзоскелета позволил сохранить равновесие потерявшему сознание технику. Он, с точки зрения остальных членов группы, таким образом, просто остановился.

Капрал, исполняющий обязанности командира, смотрел на полученный снимок и силился придумать, что делать дальше с поступившей информацией.

Поэтому застывшего техника окликнул только поравнявшийся с ним капитан.

Потом капитан выругался и бросился к технику, роясь в меню опций в поисках дистанционной диагностики другого человека. Он же помнил, что эта опция была! Внимание на ней акцентировали ещё на самом первом курсе академии. Но прошедшие годы добавили новые опции, а какие-то сгруппировали по-другому. Капитан уже ругался, не переставая.

Безопасник, шедший впереди, побежал назад. Капрал бросился догонять тех, в чьём арьергарде находился.

Человек пребывал в состоянии клинической смерти менее минуты. Чисто технически его можно было привести в сознание. Если бы это случилось в госпитале. Если бы человек лежал на больничном столе.

- Нашёл! – словно процитировав ископаемого Архимеда, натужно выкрикнул капитан и включил дистанционную стимуляцию сердечной функции.

"Желаете применить?". Старая добрая "защита от дурака", как всегда не вовремя.

"Да!!!"

Техник получил электрический укол в область сердца. Ещё один...

- Мы должны двигаться, - сказал командир группы. – Нашёл опцию дистанционного управления экзоскелетом. Он не потеряет равновесия. Вы сможете привести его в чувства на ходу?

- Не знаю, - произнёс капитан. – В академии таких ситуаций не симулировали...

Экзоскелет техника качнулся и сделал шаг вперёд.

Капитан дистанционно повысил в воздухе скафандра техника количество кислорода на пару процентов. Лишь бы техник начал дышать самостоятельно... И ещё электроукол...

Продолжительность клинической смерти превысила минуту, техник ещё не дышал. Укол!

Но пять "же". Или шесть...

Командир приказал остальным вернуться в строй, раз уж за состоянием потерпевшего можно было следить дистанционно. Капитан вывел на экран справочник оказания первой помощи и искал в нём способы возвращения жизнедеятельности. Он не мог дистанционно проводить искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, и надеялся только на электрошок, который прекратит процесс фибрилляции желудочков...

Мертвец шёл по чужой планете, как заведённый. Чисто технически всё так и было.

- Как он? – спрашивали то безопасник, шедший в авангарде, то командир-замыкающий.

- Сердце не заводится, - отзывался капитан. - И сам он не дышит, а в скафандре нет возможности сделать искусственное дыхание...

Капитан замолчал, обдумывая мелькнувшую идею.

- Без спецпомощи все наши усилия ничего не стоят. Возникла идея отправить его обратно, к нашим. Чтобы медик точно помог.

- Сколько мозг живёт без воздуха? – уточнил командир. – Пять минут? Или шесть?

- Если задать экзоскелету максимально возможную скорость, то можно успеть, - капитан вывел вперёд опцию связи с роботом модуля. – Надо приказать ИИ разбудить медика, тот приготовит всё необходимое, пока парень будет добираться.

Капитан старался не думать о напарнике, как о трупе. Только как о пострадавшем, которому скоро окажут помощь...

- Хорошо, - согласился командир. – Так и сделаем.

Он принялся задавать необходимые команды.

Экзоскелет со скафандром техника развернулся и бросился бежать обратно к модулю, насколько позволяли степени свободы механизма.

- Лишь бы не растрясло его, - пробубнил вслед капитан.

- Не должно, - ответил командир. – В автоматическом режиме гироскоп следит за плавностью движения.

- Будем надеяться.

- Продолжим путь, - командир махнул рукой вперёд. – Наши ресурсы всё-таки ограничены.

- Так точно...

Безопасник слышал переговоры ушедшей вперёд группы с роботом модуля, это было единственным, что он смог сделать, чтобы не быть обнаруженным, следовать по вектору другой группы и иметь возможность обогнать её на финише.

Но что-то пошло не так почти сразу.

В какой-то момент безопасника вдруг подбросило вверх и в сторону. При без того высокой гравитации это было очень неприятным ощущением. Он даже подумал, что по нему стреляли. А ведь он так и не взял с собой никакого оружия, иначе от режима "инкогнито" не осталось бы следа. Единственный плюс в этой ситуации оказался на счету экзоскелета, автоматика которого не позволила свалиться на землю со всего маха. Слава роботам, что уж...

Безопасник так и не догадался сменить режим видения, а в видимом оптическом диапазоне на серой равнине не было видно того, что творилось в среднем инфракрасном. А если бы безопасник догадался сместить диапазон обзора в ультрафиолетовую область, он мог бы разглядеть, что прошёл по краю электромагнитной аномалии, вспучившей у него под ногами грунт. Как если бы магнит резко поднесли к тонкому слою жидкости, насыщенной частицами железа.

Но безопасник был военным и поэтому решил, что рядом с ним взорвался какой-то снаряд, выпущенный безусловно по нему. Но пока безопасник озирался по сторонам серой равнины, у которой даже не угадывалось рельефа, на него обрушился второй удар...

- Какой крепкий, - удивилась Ыга.

Она провела щупальчиком по поверхности у самых конечностей невиданного существа. Разность потенциалов опять вспучила поверхность вспышкой шаровой молнии, снова отбросив существо.

Ыга пискнула, потряся обожжённым щупальчиком. Несмотря на то, что она часто, ругаясь, призывала пламя на объекты и события, самой ей не хотелось бы сгореть...

9

Ты стоишь в проёме шлюза модуля, что лежит на краю безмолвной долины, окружённый странными кристаллическими образованиями. Если не считать замерших в стазисе, ты осталась одна, но в твоей груди всё ещё бьётся сердце, полное любви и заботы. Эти чувства важны для реализации твоего плана, но именно эти важные чувства не позволяют тебе вернуться в желанный ограниченный объём криокапсулы - потому что эти чувства важно проявлять.

Именно в этом состоял план…

Твоя жизнь на этой далёкой планете началась с неожиданного события в неблагоприятных условиях, и теперь, когда машина геномодификации дезактивировалась, ты оказалась здесь в роли матери для двух детей, созданных из твоей самой глубокой надежды.

Твой взгляд скользнул по лицам мальчика и девочки…

На самом деле твои глаза не успевают уследить за движениями детей. Вот ты смотрела на их лица, а миг спустя провожаешь взглядом детские затылки.

Это кажется тебе забавным и ты улыбаешься…

Ну, то есть ты думаешь, что улыбаешься, и пока ты так думаешь, ты не сопротивляешься искажающей твоё лицо гримасе.

Ты устала сопротивляться проклятым пяти "же". Или шести…

И вынужденно прищуренные глаза невыносимо болят, словно долго читала в сумерках электронную книгу без подсветки.

Но всё равно ты улыбаешься, потому что сначала они смотрели на тебя и ты помнишь… их глаза, похожие на две яркие звезды на каждом лице, словно искрившиеся от любопытства. Они были твоими собственными созданиями, но рождёнными не обычным способом.

Нет обычного способа человеческого деторождения при пяти "же". Или шести.

Они были результатом эксперимента, на который решились вы со старшим медиком. Эксперимента, который должен был изменить сложившееся положение. И теперь, вместо светлых коридоров лаборатории, ты впервые выпустила их гулять по этой чуждой земле, наверняка полной загадок и чудес.

Только тебе не до этих проклятых загадок и чудес чужого мира. И ты задаёшь детям конкретный вектор движения.

Они не знают, что у них нет выбора, но они тебя любят и знают, что у них есть долг.

"Давайте пойдём туда", - сказала им ты, указывая на точку на схеме. Система уже некоторое время издаёт нудный предупреждающий звук и ты предполагаешь, что скоро что-то обязательно отключится. А ветер, гудевший из внешних динамиков, шептал детям истории о далёких мирах, и ты чувствовала, что этот момент был важен - момент, когда вы вместе шагнули во внешний мир.

Бесцветный для тебя, но полный красок для двух детей.

- Смотри, смотри! - крикнул мальчик. - Ещё одна лужа! Только не зелёная!

Он был худой, как тростинка, потому что не мог нарастить ни капли жиры: все питательные вещества расходовались на мышцы и сухожилия.

Девочка повертела ладошкой, разглядывая себя в отражении блестящей кожи. Она была такой же… обезжиренной, как смеялся их папа, когда выходил на связь.

- Не зелёная? - отозвалась она. - Тогда сначала брось в неё камень!

В пути по заданному мамой вектору дети уже видели удивительных существ - полупрозрачных существ, напоминающих медуз из учебного видео, которые плавали в воздухе, излучая мягкий зелёный свет. В зелёных лужах был жидкий хлор, и медузы, плавая над лужами, светились зелёным, и Лилия предположила, что медузы светятся так потому, что пьют из зелёных луж.

Она прочитала уже все учебники по химии и физике, и улыбнулась сейчас, вспомнив, как сильно мечтала увидеть воплощение написанных в учебнике правил и свойств во внешней реальности, как они со Стайером будут удивляться всему новому, чего не было внутри домашнего модуля. Она знала, что даже если мир вокруг них был опасен, они наверняка сильнее его.

Мама, конечно, переживала и просила их быть осторожнее, но девочка тайком вскрыла свою медицинскую карту и подглядела свои параметры. С такими параметрами смешно чего-то бояться!

Лилия на миг отвлеклась от брата на двух танцующих медуз. Их движения были словно флуоресцентные вспышки в высоте, и девочка, затаив дыхание, наблюдала за завораживающим представлением.

Мальчик, ещё вчера удостоверившийся, что его кожа это диэлектрик, без страха отколол заискрившую на сломе увесистую кристаллическую друзу и швырнул её в не зелёную лужу.

Стайер бросил кусок кристалла почти параллельно поверхности и с интересом считал вспышки электрического пробоя, когда кристалл пролетал над вспученными разностью потенциалов холмиками.

Заряда кристалла хватило на четыре пробоя, потом он просто слабо искрил от статического заряда, растревоженного его пролётом.

Наконец он упал в лужу и матово-сине-серая поверхность запузырилась.

- Дейтеридная или просто тяжёлая вода? - выкрикнул мальчик вопрос и побежал к луже.

Но вдруг пузырей стало больше, что противоречило физике процесса, и Стайер ускорился, чтобы рассмотреть интересное явление во всех подробностях, а потом рассказать маме.

Внезапно поверхность лужи вспучилась, жидкость хлынула в разные стороны и зашипела на прибрежном песке.

- Ой! - обрадовался мальчик.

Но внутри тебя всё-таки зреет страх. Ты знала, что твоё время здесь ограниченно. Каждый миг был наполнен ощущением скорого финала. Не только финала твоей истории, но и всех твоих коллег, кто пока ещё оставался жив. И ты должна была оставить твоих детей одних в этом мире, где царила неизвестность. Должна была. Выбор был невелик.

Точнее, его не было совсем.

"Я всегда буду с вами", — шептала ты им вслед, хотя понимала, что не сможешь защитить их там, снаружи.

Вечер медленно опустился на планету, накрыв мокрую поляну, усыпанную светящимися статикой кусками кристаллов. Дети смотрели на небосвод, полный странных созвездий, искрящихся на брюшке вынырнувшей из лужи медузы. Медуза была метров трёх в диаметре и воспарила примерно на такую же высоту, и поднималась выше, а щупальца всё ещё были в луже и никак не заканчивались.

- Привет! - помахала зеркальной ладошкой девочка, и отражённая флуоресценция добавила бликов сияющему брюху медузы.

- Ы-ыг-а! - издала странный звук медуза.

На слух этот звук чётко делился на две части. "А вдруг это имя?" - азартно подумала девочка.

Она пока не знала, умеют ли медузы говорить, и теперь собиралась выяснить это.

- Привет, Ыга! - сказала девочка. - А меня зовут Лили.

Она подумала, что детская форма имени лучше подойдёт для первичной коммуникации.

Наконец края щупальцев медузы показались над поверхностью лужи. Медуза резко расправила щупальцы в стороны, отряхиваясь от тяжёлой, а может быть дейтеридной воды. В один момент какой-то щупальчик оказался слишком близко от заряженного холмика.

Сверкнул пробой, медуза поджала все щупальцы и качнулась, чуть не потеряв баланс.

- Осторожнее, Ыга! - строго погрозила пальцем девочка. - Ты что, не боишься сгореть?