Рика

Нерра

Кафе

Терраса из белого мрамора располагались на холме, с нее открывался красивый вид на утренний город. Восход окрашивал стены зданий розовым, бликами проходил по стеклам домов. Город в лощине выглядел уютным и теплым.

Рика сидела за кофейным столиком у ограждения, другие пустовали. Ветра почти не было, температура опустилась к 14 градусам. Любое движение воздуха напоминало о наступившей осени. Рика поправила шаль и взяла чашку. Глоток горячего чая согрел сильнее сентябрьского солнца.

Время перед началом Совета еще было, и Рика почти не нервничала, как в последние дни. В душе Рика не хотела покидать этот край: она чувствовала, что где-то среди этих белых рассветных улиц и зеленых садов прячется ее юность. Уйдешь, а она останется здесь в блеске струй фонтанчика на перекрестке, у калитки, на которой солнечные лучи играют с тенью листвы.

Дом Рики был одним правящих домов Нерры, корни семьи уходили глубоко в историю планеты. Имя давало силы, открывало двери, но и давило на плечи грузом ответственности.

Население Нерры давно вступило в век космических перелетов. Технологии ушли далеко, и для достижения экспертного уровня приходилось десятилетиями учиться любой специальности. Вторым предметом каждого жителя Нерры была биоинженерия. Еще на стадии становления разумного вида преимущества получили те, кто мог самостоятельно, а не по воли слепого случая модифицировать свой генный код. Со временем это превратилось в искусство: жители собирали лучшие качества встречающихся видов, оттачивали их и передавали детям. Однако эра изменений уходила в прошлое. Никто не окрашивал кожу в цвет падающей листвы и не менял зрение для подводного плавания. Планета была изучена вдоль и поперек, жители пришли к классическому виду, совершенствование которого уже требовало усилий на уровне институтов и планетарных научных групп. Продолжительность жизни увеличилась многократно.

Сегодня жители искали редкие красивые черты, часто лишь незначительно изменяющие внешний облик. Каждому из древних домов была присуща определенная деталь, набор малозаметных штрихов, по которому любой житель планеты мог определить принадлежность и иерархию. Последняя все более стиралась в современном обществе Нерры и представляла собой скорее влияние, чем реальное подчинение. Вместе с тем внешний вид был важен, о новых веяниях говорили, находками гордились.

Космические полеты были распространены, но все еще дороги. Жители со средним достатком могли себе позволить такие путешествия редко и, как правило, лишь к ближним мирам, с которыми у Нерры были давние дипломатические отношения. Дальние космические перелеты стоили на порядок больше и были заметно рискованнее. Полученные данные часто приходили неоднозначные, на их интеграцию и представление публике уходили существенные ресурсы. По этой причине такие полеты оставались древним домам.

Рика посмотрела на свою левую руку: вместо ногтей пальцы заканчивались аккуратными коготками. Даже втянутые и ухоженные коготки выглядели диковато. Рика вспомнила защиту своей матери, как та представляла свою находку семейному совету, краснея даже на записи, говорила, что иногда нужно что-нибудь подковырнуть и для этого коготки придутся очень кстати. Рика перебрала когтями по кофейному столику, отбив первый, пришедший в голову ритм, и улыбнулась. В студенчестве она очень раздражала учителей этой привычкой. Вместе с тем училась Рика хорошо, а семья, не скупясь, нанимала репетиторами именитых профессоров.

Пока Рика пила чай, погрузившись в свои мысли, город просыпался. Небольшой грузовой автомобиль подъехал к булочной и начал разгружаться. Улицы наполнялись движением и звуками. Она встала и подошла к ограждению. На Рике было многослойное платье по фигуре спортивного покроя, плед и легкие эластичные туфли, обволакивающие стопу гидрофобным гелем и слегка пружинящие при ходьбе. Немного порывшись, она извлекла из кармана мятый клочок бумаги, положила на мрамор ограждения и расправила.

Написанный на бумаге сигнал Рика помнила, бумажка служила скорее талисманом, своеобразным подтверждением материальности всей истории. Несколько лет назад группа исследователей, к которой Рику прикрепили аспирантом, когда та готовила выпускную работу по биологическим соединениям в открытом космосе, нашла обломки одного из кораблей древних рас.

Сами по себе такие артефакты встречались в космосе редко, но все расширяющийся охват пространства группой активных цивилизаций позволял делать эти находки с достаточной регулярностью. Основной интерес представляли, конечно, исторические предметы, принадлежавшие расам, которые впоследствии превратились в известные старшие цивилизации.

По содержанию железа обломки принадлежали Предтечам – древней старшей цивилизации, покинувшей галактику на заре появления остальной жизни. Редкая находка, но одновременно и жестокое разочарование. Корабль, вероятно, взорвался при выходе из гиперпространства. Ничего не осталось: элементы фюзеляжа были сплавлены в иглы и спирали диаметром менее сантиметра.

Группа провела сканирование, но надежды быстро улетучились. Стало ясно, что обломки сплавлены на молекулярном уровне, то есть их состав далек от оригинального и поэтому бесполезен. Группа методично и уже без интереса зафиксировала положение и характеристики артефактов, забрала образцы, сняла зонные картины пространства, занесла все это в каталоги и отправилась дальше по плану экспедиции.

Рика была одной из немногих, кто запрашивал эти материалы после возвращения. Она сделала свое тайное открытие, когда пересматривала записи волн гиперпространства вокруг места крушения. Без направляющей передачи в гиперпространстве имеют тенденцию зацикливаться. То же произошло и с импульсом взрыва. С необходимым усилением и правящими искажение фильтрами взрыв читался даже тысячи лет спустя. Рика сконцентрировалась на моменте непосредственно перед взрывом, тех секундах, когда корабль еще был целым. Когда она нашла свой сигнал, она бросилась к первой попавшейся бумажке и написала его ритм. Именно эта бумажка сейчас лежала перед ней. Рика провела по символам пальцем, будто медленно читала их, но сама вспоминала ту сумасшедшую ночь, как она снова и снова слушала этот отрезок, анализировала его при помощи всех известных ей криптографических методов. И ничего не нашла. Сигнал был прост, слишком прост. Тем не менее, он не был шумом, ритм был четким, слышимым с ровными, но не машинно-точными паузами. Его послали вручную в последние секунды на обыкновенной радиоволне, волне, которая не смогла бы выйти из гиперпространства, не достигла бы никого в течение веков. Рика верила, что сигнал должен быть важным, что была причина его отправить.

Сегодня начнется чреда событий, которые изменят ее жизнь навсегда, – чувствовала Рика. Она задержалась на мгновение у стеклянных дверей – в помещении кафе было темно, на дверях отражалась часть террасы и город за ней. Рика толкнула двери, и город исчез.

Совет

Совет дома проводили в старом поместье Тарви. В просторном зале царила полутьма. Свет из высоких и узких, похожих на бойницы окон выхватывал из нее части длинного стола. Рика включила освещение и расположилась на стуле по правую руку от места матери. Постепенно подошли члены Совета: Chester Berkly, Djen Caderra, Elizaveta Toss, Pascal и Astra Kerdig. Tayana Tarvi – мать Рики и Dionik Vaskary – дядя вошли последними, что-то обсуждая с графом Donovan-ом Anten-ом – официальным наблюдателем от Ассамблеи и давним другом отца. Vindt Tarvi – отец Рики и Norman Delerante находились в столице, их кресла пустовали.

Граф открыл собрание. "Приветствую уважаемых членов Совета дома Тарви от лица Ассамблеи и объявляю собрание открытым!" – обратился он к присутствующим. – "Рад видеть среди нас Рику, которая с этого дня официально входит в Совет и может принимать решения от имени Дома". Джен и Паскаль поздравили Рику.

Следующим начал Дионик: "Мы привыкли обсуждать наши местные вопросы на этом собрании и это нормально". Рика редко видела дядю таким серьезным.

– Каждый должен заниматься своим делом, – добавил он. – Только сегодня у нас общие проблемы. Ассамблея пока не объявила, но судя по наблюдениям у путешествия в гиперпространстве перестали быть безопасными.

– Они никогда и не были безопасными, – заметил Честер.

– Честер Беркли прав, – сказал граф. – Правительство хочет, чтобы люди верили в безопасность перелетов, но на самом деле определенный риск всегда есть. Я говорю не только про техническую сторону, само гиперпространство также нестабильно, и эта нестабильность растет. На прошлой неделе мы потеряли два военных корабля: один автоматический, но второй был с экипажем. Никто не знает, что стало с этими людьми. Ни взрывов, ни обломков – корабли исчезли без следа.

– Насколько я помню, корабль в гиперпространстве посылает и принимает постоянный направляющий сигнал. Что с ним? – спросил Честер.

– Детали засекречены. Я знаю только, что сигнал продолжает идти, а кораблей не видно, – ответил Донован Антен. – Это не все. Мы обратились к почтовой службе: они летают больше всех. Там потери дронов растут по экспоненте. Если тенденция сохранится, уже через полгода-год космический перелет превратится в русскую рулетку, а через три года шансы долететь куда-либо будут 50/50.

– Научное сообщество, институты знают? – спросила Астра Кердиг.

– Ограниченно. В моем институте знаю я и завкафедрой физики пространства, – ответил Дионик. – С нас обоих взяли подписку о неразглашении.

– Ты ее сейчас не нарушаешь? – поинтересовалась Таяна.

– Нет, – ответил за Дионика граф. – Принято решение информировать глав домов.

– Что ожидают от дома Тарви? – спросила Рика.

– Ассамблея просит, чтобы вы не отменяли полеты к центральным мирам, – граф посмотрел на Таяну. – Нужно понять, насколько широко распространилось это явление и что предпринимают остальные.

– Почему не спросить их по связи, наконец, не послать специальных агентов?! – возразила Таяна.

– Это уже сделано, – предположил Дионик.

– Я полечу, – уверенно сказала Рика.

Наступившую паузу прервала Елизавета Тосс, сухощавая незамужняя женщина со скрипучим неприятным голосом и живыми цепкими глазами.

– Не знаю в курсе ли граф, но вот, что я думаю: феномен локальный, вероятно затрагивает только наш рукав галактики и еще не достает Тахо, иначе бы тахианцы его обнаружили. Что касается полетов к центральным мирам, то Ассамблее там нужны не агенты, а наша диаспора. Они хотят быть уверены в том, что когда здесь закроется гиперпространство, останется кто-то вовне, заинтересованный в решении наших проблем. Это билет в один конец, так что, милая Рика, не спеши.

– Совет переносится, – объявила Таяна, не спуская взгляда с графа Антена.

Отправление

Компромиссного решения достигли благодаря связям Виндта Тарви. Ассамблея согласилась, чтобы Рика отправилась на Олид, там приобрела AI, который будет к ней пожизненно привязан. Затем Рика вернется на Нерру, а искусственный интеллект останется вовне и продолжит работать над загадкой гиперпространства.

План поездки прикрывался поиском редких генетических черт и соответствовал тому, чего ожидали от отпрыска богатого дома. Центр галактики бурлил жизнью, и там можно было найти что-то интересное и по-настоящему уникальное. Одновременно полет на такие расстояния выходил за грань финансовых возможностей простых жителей Нерры и многих средних домов. Рискованный, дорогостоящий и с большой вероятностью успешного исхода – фактически законченное описание проекта, который заинтересует великий дом. Путь состоял в полете до Тахо, где фрахтовался корабль к одному из открытых центральных миров, минуя остальные цивилизации этого рукава галактики. Центр галактики представлял широкий выбор планет относительно неагрессивных цивилизаций.

Официально объявили, что Рика проведет несколько лет в центральных мирах, пока не найдет генетическую черту, которую она представит Совету дома и передаст следующим поколениям. К организационным усилиям Тарви подключилась Ассамблея, и собрался существенный фонд. По расчетам Рики, средств хватило бы на десятилетия в центральных мирах. Рика поблагодарила всех, проявивших интерес к ее путешествию, и начала подготовку к полету.

В действительности ни оставаться в центральных мирах, ни сразу возвращаться на Нерру Рика не планировала и задумала настоящую авантюру.

Жителям Нерры в целом повезло с соседями. Часть рукава к центру от Нерры занимала цивилизация Тахо. Она опережала Нерру по уровню развития, но не настолько, чтобы потерять контакт. Тахианцы были достаточно пассивны. Тысячелетия назад они проложили своеобразные границы, которые сами определили и сами соблюдали. С тех пор территория Тахо практически не расширялась. Непрошенных гостей и разного рода завоевателей они отправляли обратно за ее пределы с убедительной силой, но никогда не преследовали.

Между Тахо и центром находился суп цивилизаций разных оттенков варварства и конфликтности. Периодически некоторые из них нападали на Тахо, но до Нерры никто не добирался. Со внешней стороны Нерра граничила с рядом миров, технологии которых не позволяли сколь-либо регулярных межзвездных перелетов. Дальше в глубине космоса на самом конце спирали находились Рью. Они не уступали Нерре по развитию, но за многие века так привылки к одиночеству, что фактически не вели никакой внешней политики.

Экономические отношения Нерры и Тахо были весьма своеобразными. Межзвездные перевозки оставались делом дорогим, и чтобы компенсировать стоимость доставки, покупатель должен был заплатить в десятки раз больше цены товара на месте производства. Такой спрос периодически возникал, но был кратковременным. Например, в прошлом столетии Тахианцы ценили полимеры из нефтепродуктов, но тридцать лет назад спрос на них полностью исчез, и теперь Тахо закупало громадное количество меди. Дома, инвестировавшие в добычу нефтепродуктов, оказались в сложной финансовой ситуации. Торговля с Тахо оставалась делом рискованным, поэтому великие дома, как правило, ограничивались продажей запасов, но специально под Тахо производство не подстраивали.

На Тахо соперничали различные теории почти во всех областях знаний. Ученые Нерры давно бросили попытки разобраться в этой каше. В одной физике было семь действующих теорий, в математике дела обстояли еще хуже. В погоне за долями процента эффективности Тахианцы с готовностью переворачивали все промышленное устройство своих систем.

Тот же подход царил в военном деле. Почти после каждого нападения Тахо меняло военную доктрину, хотя большинство конфликтов проходили по одному и тому же сценарию: агрессор атаковал колонии или грузовые суда, далее прибывал флот Тахо и сметал нападавших. Исключить потери среди мирного населения было сложно, так как цивилизация охватывала многочисленные звездные системы, занимая почти всю центральную часть рукава.

Рика заключила форвард на поставку меди, которую она планировала получить от демонтажа старого оборудования канала погоды, входящего в медиахолдинг ее дома, а также продала опережающие права на свое выступление мультисистемной сети "Север".

Художественной деятельности на Тахо не существовало. До налаживания контакта с Неррой в свободное время жители Тахо вели неспешные беседы о новостях, преимуществах новых научных теорий и проблемах государственного управления, которые только слепцы, победившие на прошлых выборах, не видят. Почему они вообще победили, явно на практике их политическая программа полностью рассыпается!

Танцы-презентации с Нерры произвели на Тахо фурор. Молодые нерранки после своего путешествия, не только демонстрировали свои находки Семейному совету, который по традиции был закрытым, но затем готовили лишенное теории, но зато полное музыки и пластики выступление, на котором представляли свою находку широким массам Нерры в надежде на ее популяризацию среди простых жителей. Многовековая история таких выступлений превратила их в искусство.

Информационные сети Тахо быстро оценили преимущества передачи в новостной ленте свежих выступлений с Нерры, а компании, производящие средства визуализации, испытали немыслимый бум продаж 3D проекторов точного воспроизведения – ранее специального оборудования.

Теперь у каждого уважающего себя Тахианца был 3D проектор и набор записей выступлений домов Нерры, которые он отслеживал. Последние модели таких проекторов, к слову, были весьма дорогими. Новые выступления великих домов и классику показывали в театрах, огромных залах, где актеры воспроизводились в натуральную величину с точностью до капелек пота. Средние дома проходили на информационных терминалах и распространялись по подписке на 3D картриджах 1:1.

В неравных условиях оказывались жители северных областей Тахо, так как до них информационный поток доходил на несколько дней позднее. Решение было найдено сетью "Север": за определенную плату она договаривалась с домом, чтобы сигнал шел через территорию Тахо в шифрованном виде и ключ становился доступным остальным областям лишь по достижении сигналом всех северных систем. Такое соглашение и называлось правами на опережающее воспроизведение.

Рика до сих пор не имела ни малейшего представления о том, какое выступление хочет для себя. К презентации нужно было относиться со всей серьезностью. Она вспомнила пример из новой классики: танец с хвостами. Небольшой дом привез с давно известного мира пушистый хвост. Мало того что находка была абсолютно бесполезной, но она еще и усложняла многие вещи: скафандры должны были иметь специальный покрой, простые действия становились весьма нетривиальными, даже сидеть было неудобно. Тем не менее, подготовленное домом выступление оказалось настолько красивым, что почти четверть века спустя Рика еще встречала специальные стулья под хвосты, а отцепляемый псевдо-хвост стал стандартным атрибутом вечерних платьев.

Рика много раз пересматривала выступление своей матери, как та, прогнувшись в прыжке, размашистым движением руки оставляла длинные рваные линии на подсвеченном бумажном полотне. Многие критики сходились на том, что она вытянула эту генетическую глупость лишь своей энергией и грацией.

У Тахо Нерра приобретала в основном технологии, когда Нерранцы могли в них разобраться, и услуги разного рода, в том числе по перевозкам и обеспечению полетов.

До Тахо Рику должен был доставить эсминец ее дома. Вообще вооруженные силы Нерры представляли довольно пеструю картину. Основные миры ее цивилизации охраняли дредноуты. Здоровенные космические корабли, оборудованные для полетов в глубокий космос, годами висели на стационарных позициях недалеко от систем. Их обеспечивало Правительство. Следующие по классу корабли – крейсера патрулировали дальние участки космоса, как правило, у владений тех великих домов, за которыми были неофициально закреплены и на балансе которых находились.

Эсминцы и корветы занимались чем угодно, только не военным делом. Формально приписанные к воинским частям они почти все время тратили, летая по поручениям своего дома. Навести порядок не брались даже самые закостенелые вояки, так как сразу поднимался вопрос, зачем вообще Нерре флот, если за всю свою историю цивилизация не участвовала ни в одном межзвездном военном конфликте и в будущем их тоже не предвиделось.

В день отлета Рика надела длинное узкое платье лазурного цвета, небольшая пряжка ее пояса была стилизована под эмблему дома – бутон еще нераскрывшегося цветка, символизирующего красоту и потенциал.

Среди провожающих на причале находились первые лица ее дома. Граф Антен произнес традиционное напутствие, пожелав безопасной и удачной поездки. Поднимаясь по трапу Рика оглянулась, люди внизу заметно волновались: дядя Дионик нервно комкал платок, смотря себе под ноги; Елизавета Тосс как бы невзначай наклонила шляпку, прикрывая рукой лицо. Рика чувствовала, что в глубине души все они желают, чтобы она не подвергала себя опасности и скорее вернулась.

Капитан встретил Рику на корабле. Как кадровый офицер он не видел необходимости отправлять к Тахо эсминец. Маршрут Нерра-Тахо был, наверное, одним из самых безопасных в галактике. Вместе с тем, капитан понимал, что будущую наследницу дома могли отправить любым кораблем, но выбрали его эсминец, что было знаком доверия и расположения членов Совета.

Офицер ожидал увидеть надменную особу, отправляющуюся в центр провести несколько беззаботных лет на одной из высоко цивилизованных планет, но пассажирка похоже готовилась к настоящему путешествию.

Грузов было немного. Торговый оборот между Неррой и Тахо всегда оставался стабильно высоким. Валюта Нерры принималась на Тахо, и было проще закупить все необходимое для путешествия на месте, чем везти с собой. Вместе с тем, среди гардероба пассажирка везла персонально под нее сделанные скафандры, маски и разного рода костюмы нивелирующие влияние окружающей среды от температурного до оксидного. Такие не понадобятся в отелях центральных миров.

В качестве товаров корабль взял на борт продукты биоинженерии и новые соединения органической химии.

Биоинженерия являлась одной из немногих областей, где Нерра опережала Тахо. Тахианцы успешно реплицировали и тиражировали соединения, полученные институтами Нерры, но самостоятельных исследований по этому направлению почти не вели. Ежегодно Нерра выдавала такое количество новых соединений, биоактивных механизмов и продуктов, что ученые Тахо предпочитали фильтровать и увязывать с существующими теориями вал поступающей информации, а не добавлять к нему.

Рика набрала всего понемногу, так как невозможно было заранее сказать, какое соединение окажется востребованным. В прошлом году неожиданно для всех спросом пользовались кремы для пигментации кожного покрова. Они позволяли окрашивать тело в любые оттенки цветов за считанные минуты и были полностью натуральными, так как просто обучали клетки генерировать нужные соединения.

Сами Тахианцы плохо различали оттенки цветов, но Корры – относительно спокойная цивилизация, с которой Тахо граничило на северо-востоке, оказались без ума от возможности получить солнечный загар. До этого они в принципе не могли загореть из-за биологических особенностей организма.

Если какое-то соединение окажется удачным, то Рика свяжется с разработавшим его институтом и получит 10-20 процентов от сделки. Если нет, то она продаст груз по цене материалов и частично окупит перевозку. Институты предоставляли соединения бесплатно. Расходы Рики заключались в транспортировке и продвижении их на месте.

Перелет на Тахо

Когда эсминец тронулся, Рика находилась в своей каюте. Движение почти не чувствовалось, она раскидала по кровати содержимое одного из контейнеров с вещами, подыскивая что-нибудь подходящее для ограниченного пространства военного корабля среди футболок и укороченных брюк. Взгляд ни на чем не останавливался, своими мыслями она была еще на Нерре. Рика села на стул перед маникюрным столиком и попросила компьютер показать пространство вокруг корабля. Стена исчезла, открыв панораму ближайшего космоса, но ее родная планета уже превратилась в белесую точку, едва различимую среди звезд. Угадав намерения хозяйки, машина предложила проиграть запись взлета, но Рика отказалась и покинула каюту.

Дни полета тянулись один за другим. Рика задумчиво бродила по кораблю, иногда перебрасывалась словами с проходящими по своим делам военными. Вскоре она начала встречать народ чуть ли не в полной парадной форме и догадалась, что экипаж разработал какую-то систему оповещения о ее приходе.

В одну из таких прогулок Рика пробиралась по коридору рядом с машинным отделением, когда через работу турбины услышала громкие удары по металлу с нижней палубы. Сначала она испугалась неисправности двигателя, но удары были слишком нерегулярными, чтобы принадлежать механизмам. Не подав виду, она продолжила идти вперед. Проходя шест наподобие пожарного, использовавшийся экипажем для быстрого перемещения между палубами в условиях невесомости, Рика резко отступила с дорожки и прыгнула в круглую дыру в полу.

Такого акробатического трюка от Рики никто не ждал, в том числе и она сама. У людей на нижней палубе отвисла челюсть. Проследив их взгляд, она поняла почему: вещью, которая стесняла ее движения в первые моменты скольжения по шесту, оказалась юбка, зацепившая за пожарный шкафчик где-то наверху и там оставшаяся.

Девушка в купальнике, которая потом оказалась помощником капитана Бриджит, сообразила первой, сняла полотенце, обвязанное вокруг талии, и бросила Рике, что было встречено одобрительными возгласами собравшихся. Сама Бриджит осталась в плавках. Климатконтроль в помещении, похоже, нарочно отключили. Было жарко и душно.

Рика быстро сообразила, что было причиной стука. С расстояния в несколько метров игроки метали тяжелую гантель в металлическую переборку корабля. От ударов оставались небольшие вмятины в форме полумесяца. Побеждал тот, кто первым составит из них крест.

Рике налили чего-то горячительного и усадили на лучшее место. Она сбросила туфли и со стороны стала выглядеть как королева маленького африканского племени. Однако ролью зрителя не удовольствовалась и вскоре метала гантель в стену вместе с остальными игроками. Ее броски сопровождались гиками и улюлюканьем, которое уже после полдюжины попыток изменилось на вау с присвистом.

В результате Рика пришла третьей после действующего чемпиона и Бриджит, при этом последний икс выбила ровно в два броска. Дальше было больше напитков и шума, Рика смутно помнила, как опираясь на такую же неустойчивую Бриджит, добиралась до своей каюты.

После этого инцидента экипаж относился к ней, как своей, они даже где-то раздобыли форменную синюю юбку ее размера и в подарочной упаковке подложили под дверь.

Рика проводила много времени с навигатором корабля Реми (Remi), его другом артиллеристом Герхардом (Gerhard, Gerd) и Бриджит. Реми она расспрашивала про центральные системы. Герд проявить себя профессионально не мог и в основном занимался тем, что пытался поднять всем настроение шутками и бравурными рассказами о своих похождениях на разных планетах.

– Итак, дело было на небольшой планете в системе Вей, – начал Герхард, опираясь локтем на столик кафетерия. – Остановились мы там на дозаправку и ждали какой-то груз от ребят Губернатора. Экипаж, кроме дежурных, отпустили на землю.

– Гуляю я недалеко от отеля, пробуя, что может предложить местный мир развлечений. Первые пару заведений, куда зашёл, – одно расстройство. Стилизованный под разваливающийся деревянный ларек небольшой магазинчик на углу предлагал какие-то сомнительные добавки в кровь галлюциногенного свойства. Не стал даже подходить.

– Второй рекламировал виртуальную реальность с полным погружением. Камеры, куда нужно было залезать, выглядели как переделанные гибернационные модули из фильмов-ужасов о первых полетах в космос, где на забытых кораблях тысячи живых мертвецов плыли в пустоту в вечной заморозке. Меня передернуло от одного их вида.

– Смотрю, чуть дальше по улице, стоит толпа в ожидании какого-то представления, – Герд отпил виски, смакуя момент. – Так я поспешил вперед из чистого любопытства.

– Зашел чуть сбоку от основной массы народа, собравшегося у большого во всю стену дома экрана на одной стороне улицы и огороженного здания финансово-банковского учреждения с красной вывеской Вей Кредит Сервис на другой.

– Гляжу, служитель правопорядка прогуливался за желтой лентой и, несмотря на приличную по размерам толпу, собравшуюся по другую сторону ограждения, выглядит довольно расслабленно.

– Офицер, пожалуйста, минуту вашего внимания, – выкрикнул я. – В этом здании произошло какое-то происшествие?

Он смотрит, я в форме.

– Нет, – говорит. – Толпа собралась, чтобы посмотреть, как будут грабить банк.

– Серьезно?! – моему удивлению не было предела. Смотрю вокруг: за ленточкой пустынный тротуар и, кроме его напарника в другом конце, никого. – Подкрепление вызывали? – спрашиваю.

– В этом нет необходимости, – отвечает. Вроде как банк имеет собственную новейшую систему безопасности.

– Кстати, сейчас начнется, – говорит, – не упустите.

И пошел дальше вдоль ленточки, убеждаясь, чтобы все сохраняли требуемую дистанцию. Оставил меня совсем озадаченным.

– Мгновения спустя на дальнем конце улицы наметилось движение. Я толком ничего со своего места не вижу. Какой-то блестящий человекоподобный силуэт на голову возвышается над толпой. На радость публике аппарат поднял одну из рук, на большом экране появилось приближение. Узнаю в нем экзоскелет, напоминающий те, что на менее развитых планетах используют грузчики космопортов.

– Без всяких вводных этот аппарат, значит, разгоняется и вышибает внутрь стеклянные двери банка. Раздается звук сирены, публика шумит, а машина влетает в холл финансового учреждения. Если б был ребенком, стоял бы тогда с открытым от удивления ртом.

– Аппарат прокатился по холлу и, преодолев сопротивление робота-служащего, ринулся вверх по лестнице, пропав в недрах здания. Общие мониторы продолжили следование за разрушительной машиной с разных углов. Похоже, ее путь был напичкан камерами и прочей записывающей аппаратурой. Чем выше машина поднималась внутри здания, тем настойчивее становились меры безопасности. Простые пластиковые двери, кои машину практически не задерживали, сменились армированными, а вместо назойливых роботов персонала появились самые настоящие автоматизированные охранные системы.

– Вскоре послышалось взаправдашнее предупреждение об открытии огня. Монитор моего комлинка замигал: опасность, мол, покиньте прилегающую к зданию зону. В предвкушении толпа шумела, слышались подбадривающие возгласы. Никто не стремился выполнять предписание, остался и я.

– Четвертый этаж здания озарился выстрелами бластеров, любимый публикой аппарат парировал их массивными руками и продолжил движение. Несся по этажу, как штормовая волна, пробивая стены и сминая двери. Сорвав корпусом выдвинувшийся из стены спаренный бластер охранной системы, аппарат остановился перед массивной заслонкой зоны повышенной безопасности, опустившейся в момент срабатывания первой сирены.

– Машина уперлась в пол задними конечностями и выдвинула вперед руки, теперь похожие на гидравлические распорки. От мощнейшего магнитно-гидравлического удара подо мной содрогнулась земля, а по конструкции здания прошла рябь. Заслонку перекосило, частично вырвав одну из сторон. Машина репозиционировала гидравлику, приготовившись добить переборку, когда сквозь стекла здания на полной скорости внутрь влетели боевые роботы. Я видел похожие модели на вооружении Олид и хорошо представлял их боевую мощь, поэтому перестал веселиться.

– От EZ-37 и выше с полным обвесом идут тяжелые импульсные пушки и шаровые энергетические ракеты. Такие разнесут всю улицу, – заметил Зики.

– Ну, да, – согласился Герхард. – Только смелая машина оказала сопротивление. Отключив ножные опоры, она ударила по зданию гидравликой рук, от чего рывком ушла вниз и вбок. Военный робот среагировал мгновенно, но, вероятно, не рассчитал направление. Импульс прошел мимо корпуса машины и начисто отстрелил левый манипулятор. Аппарат, продолжив движение, перекатился в ноги второму боевому роботу, сделав эффектную подсечку. Робот замер в нелепой позе, но вместо падения активировал сопла двигателей и, перевернувшись в воздухе, восстановил равновесие, взяв машину на прицел. Наша машина тем временем выбила стеклянную стену окон и падала вниз на улицу.

– Тут я понял, что звук разбитого стекла доносится не только с экрана, но и сверху. Покорёженная машина в сверкающих стеклянных брызгах медленно падает прямо на меня. Я ничего не успел, только пригнулся немного. Упала она с жутким грохотом, но чувствую – вроде жив. Аппарат заслонил меня от осколков, образовав своеобразную крышу на трех оставшихся опорах. Поднимаю голову, а сверху на меня смотрит оранжевыми глазами загорелая молодая девушка – оператор экзоскелета – вся в штукатурке и в поту, чертовски красивая.

– Ну, я не стушевался – тоже ее обнял. Думал, встретил любовь на всю жизнь.

– И что дальше? – поинтересовалась Рика.

– Ничего не вышло, – вздохнул Герд, – оказалось, она больше в девушек. Потом узнал, что ограбление банка разыграли для одноименного реалити-шоу. Посмотрел все серии, прямо слезы наворачивались, когда ее брали крупным планом. Эх, такую девчонку не забыть!

На этих словах его прервал голос капитана, раздавшийся из всех динамиков кафетерия. Капитан вызывал Рику.

Гиперпространство

Мостик корабля светился огнями приборов, на закругленные стены и потолок была выведена картина гиперпространства. Глубокая тьма космоса, испещренная линиями пролетающих звезд, в этот раз выглядела совершенно иначе. Экраны переливались фиолетовым и синим, повсюду возникали змееобразные всполохи ослепляющего белого цвета, медленно остывающие и переходящие в красные зигзаги. Стены и крыша, покрытые затухающей вязью этих следов, выглядели как сказочный лес. От ближайших всполохов корабль вздрагивал, они резонировали в корпусе, пока не затухали до мелких вибраций.

– Мисс Рика, я хотел, чтобы вы это увидели, – пригласил капитан. – Редкое явление, многие летают всю жизнь и так и не встречают ни разу, а здесь их сразу несколько.

– Капитан, вы говорите про эти молнии?

– Да, их прозвали космическими муренами, хотя об этом явлении слишком мало известно: мы даже не знаем, живые ли они или часть пространственного возмущения.

– Есть опасность для корабля? – спросила Рика.

– Нет, насколько мы знаем, нет. – Капитан ответил уверенным, лишенным всякого беспокойства голосом. – Их движение вызывает пространственные возмущения, но стабилизаторы с ним справятся. Они рассчитаны на перегрузки резких переходов военного корабля, значительно большие величины.

– Я могу задержаться подольше? – Рика хотела разглядеть странное явление.

– Конечно, только займите кресло, – капитан оглядел рубку, три-четыре кресла пустовали. Полный состав требовался лишь в состоянии боевой готовности. – Например, можете сесть на место специалиста связи. – Капитал указал рукой в направлении кресла правее и чуть позади него.

Рика поблагодарила и забралась в продолговатое капсулоподобное кресло. Внутри оказалось удобно, и обзор был отличным. Рика узнала основные коммуникационные приборы, оглядела радары.

Мурены продолжали кружить вокруг корабля, и к ним присоединилось больше их собратьев. Вибрации участились. Через несколько минут корабль уже сотрясало от вспышек, а покрытые огненными зигзагами экраны, казалось, начали источать живое тепло.

Рика не знала, как должна протекать встреча с электрическими созданиями, но напряжение на лице капитана подсказывало, что ситуация развивается не в лучшую сторону.

Капитан обратился к корабельному инженеру, спросил про энергозапас и текущие мощности силовых установок. Полученные цифры, похоже, подтвердили его опасения. Тем временем количество вспышек возросло настолько, что экраны почти полностью окрасились в белый цвет. Корабль гудел и сотрясался.

– Половину мощности центрального генератора с двигателя переключить на щиты и отключить все остальное. Аварийный выход из гиперпространства, – скомандовал капитан.

Корабль сотрясло, и он выпал в нормальное пространство. В рубке стало темно.

Кресло Рики автоматически закрылось. Сверхпрочное стекло не пропускало звук. В тишине и невесомости длинный изогнутый полумесяцем визор зала заполнило настоящее звездное небо. Немодифицированное изображение реальности представляло собой тьму с вкраплениями далеких огней звезд. Рика не могла вспомнить, когда в последний раз она видела космос так, как сейчас – сотни миллионов километров смертельной пустоты и черноты. Корабль медленно и бесконтрольно вращался: снизу наплывали новые огни, верхние исчезали из поля обзора. Ни новые из них, ни ушедшие не меняли темноты зала.

Рика подумала о смерти. Страха не было, но Рика чувствовала грусть, что всему задуманному не суждено будет сбыться, что, возможно, никто больше не пойдет ее путем. Уйти в самом начале, столько возможностей потеряно, утрачено.

Минуты шли как часы. Рика закрыла глаза, но видела все то же небо и медленно вращающиеся звезды. Вспыхнувший свет казался безумно резким. Прикрывая лицо рукой, Рика заерзала в кресле. Послышался голос капитана: по дальней связи он заверял спасательную службу Тахо, что они дойдут своим ходом.

Тахо

Корпорация Финко

На подлете к Тахо Рика подключилась к планетарной бирже и выбрала корпорацию, предлагающую лучшую цену за биокомпоненты, затем забронировала отель. Переезд обеспечила служба отеля. В машине с Рикой связался представитель приобретающей биопродукты корпорации и договорился о заборе образцов для первичного анализа.

Отель занимал средние этажи высокого металлического здания в центре мегаполиса. Рика вышла на балкон, но шипящий и урчащий многоярусный монстр слишком отличался от ее родного городка и лишь добавил стресса. За следующие дни Рика приобрела электоронные валюты высокоразвитых цивилизаций для фонда Нерры и менее распространенные денежные единицы в кодированном и чипованном виде, которые были в ходу за пределами центральных миров.

Светящийся лес небоскребов, гостиничный номер – копия безликого чужого жилища – создавали ощущение иллюзорности происходящего. Рика засыпала плохо, а когда спала, ей снились сны.

В одном она стояла на бетонных плитах космопорта. За ней возвышались два ангара. Многоярусная стальная структура базы уходила на восток и терялась в холмах. Солнце казалось ярче и дальше, чем на Нерре. Свет раскаленной белой точки распространялся в тяжелой атмосфере плавным внутренним сиянием, заполняя низкие облака всеми оттенками синего. Облака заволакивали небо и отступали крайне редко. Рика знала, что когда они расходятся радиация звезды выжигает землю, поэтому на планете не было крупных растений. Зато из-за обилия воды и солнца везде зеленели луга и поля с травой по пояс, а местами и в ее рост.

Рика шла по полю, вдалеке паслись копытные, покрытые блестящей кристаллической чешуей. Неожиданно что-то шмыгнуло по траве за ее спиной. Рика среагировала инстинктивно: повернулась, присев на одно колено, и обеими руками схватила зверька, который уже находился в прыжке. Зверек напоминал тигренка и при небольших размерах был ощутимо тяжелым. Рика уклонилась и отбросила его в сторону по касательной. Зверек кувырнулся один раз, но восстановив равновесие, опять ринулся к ней. Теперь Рика сгруппировалась и поймала его в прыжке. Удерживая под передние лапы, она рассмотрела нападавшего. У зверька только начали прорезаться зубы. Тигренок имел белую жесткую шерсть и проявлял безудержную активность, свойственную маленьким детям.

Несмотря на энтузиазм, тигренок не мог охотиться самостоятельно, что заставило Рику внимательно осмотреться и столкнуться взглядом с огромной трехсот-килограммовой серебряной пантерой. Хищник оскалился, демонстрируя внушительного размера клыки. Рика могла поклясться, что минуту назад громадной кошки здесь не было. Очень медленно и бережно Рика опустила неугомонного тигренка обратно на землю.

В другом она видела молодого человека лет тридцати пяти. Он сидел на подоконнике и смотрел на ночной город, похожий на Тахо. В кабинете было тихо и темно, только настольная лампа выхватывала кружоком света поверхность стола, ее отблески застывали на мебели и таяли за открытой дверью, едва проникая в приемную. В этот час в офисе никого не было. Елена, его секретарь, давно ушла домой, оставив свой заваленный папками столик пустовать во мраке соседней комнаты.

Человек почти не двигался, перед его глазами застыла картина черного ночного неба, темных блоков высотного города и цветных огней улиц, сливающихся с его собственным блеклым отражением на стекле.Время шло медленно, словно нехотя, будто ощущая свою бессмысленность. Небо затянулось облаками. Стрелка часов пересекла 4:00 и продолжила плыть через глубокую ночь, когда угловое зрение уловило слабо мерцающий значок вызова.

Ее разбудил звонок из приемной отеля. Рика осознала, что проспала почти до полудня и уже прибыл представитель корпорации Финко, приобретающей груз биоинженерных компонентов и оргхимии. Рика опустила лицо к умывальнику, пару раз плеснула в него водой и промакнула полотенцем. Спешно одевшись, она спустилась в переговорную.

Тьерри, безупречно одетый тахианин средних лет, улыбался ей по другую сторону массивного стола из неизвестного, но с виду дорогого дерева.

– Мисс Рика, Финко и я бесконечно рады приветсвовать в нашем пространстве представителя великого дома Нерры, – начал тахианин.

– Здравствуйте Тьерри, я не говорю сейчас за дом, это частный визит, – ответила Рика, гадая, замечает ли тахианин, что она проснулась 12 минут назад.

– Да, конечно... что-нибудь попить или мы могли бы послушать вместе музыку? – предложил он.

Под музыкой на Тахо понимали несколько традиционных мелодий, которые исполнялись клешнеподобными керамическими инструментами и звучали приблизительно как "клик-клак клак-клак". Их ритм считался успокаивающим и в целом настраивающим на хорошую работу.

На Рику эта мелодия не действала, и чтобы не начинать с отказа, она попросила кофе.

Когда напиток оказался на небольшом столике сбоку от нее, а Тахианец начал потягивать что-то совое, откинувшись на кресле, Рика спросила разрешения на запись и затем поинтересовалась о результатах тестов.

– О, да, для институтов, безусловно! Мы позднее также вышлем вам нашу копию, чтобы вы смогли ее электронно заверить, – воскликнул Тьерри.

Рика кликнула ярко-желтый браслет на левой руке, и тот начал переливаться зеленым.

Голос Тахианца стал выдержанным и по-дикторски четким, сам он периодически косил глаза чуть в бок, без сомнений сверяясь с видимой только ему проекцией отчета.

– Мы проанализировали груз. Применения представленным биоактивным механизмам наша корпорация сейчас не видит. Из соединений определенный интерес могут представлять новые молекулярные масла, создающие микро пленки вокруг объектов, но нам еще потребует провести значительное количество тестов в этом направлении. Биологически активные удобрения глубокого проникновения попадут на достаточно насыщенный рынок, где сейчас доминируют дешевые химические подпитки, возможно, получится найти для них нишу, но нет уверенности, что это покроет расходы на продвижение товара. Наконец, около 36 процентов компонентов мы пока не смогли идентифицировать.

Для Рики речь менеджера Финко означала, что все 170 тонн биопродуктов пойдут по базовой цене. Она отмела сомнения: корпорация не рискнула бы репутацией в таком деле.

Рика поблагодарила Тьерри от лица институтов и выключила запись. Вскоре они попрощались. Рика вернулась в номер, собралась и поехала на космодром. По дороге она размышляла, зачем корпорация послала менеджера высокого звена для рядовой работы, но ответ не нашла. Лучшим предположением оставалось, что он был в городе и по случаю в график добавили встречу с ней.

Корабль

Док зафрахтованного корабля на многоярусной стоянке находился где-то снизу, и пришлось ждать, пока гигантская машина меняла платформы, освобождая ему место.

Капитаном был тахианец средних лет. На гражданском кителе капиатана торгового судна висели рейки нескольких военных наград. Заметив нерранку, капитан оторвался от информационного пано, рисующего в воздухе план голубоватых каналов.

– Мисс Рика, полагаю, – сказал он.

– Да, – подтвердила Рика, – с кем имею честь говорить?

– Капитан первого ранга Аллеран Сабар (Alleran Sabur). Вы отправляетесь без груза? – спросил он. От капитана исходила аура деятельности и реализма.

– Только личные вещи, – ответила Рика.

– В таком случае загрузка завершена. Сможем взлететь через 20-25 минут, порт Тахо V всегда загружен. Пока мы в очереди, проходите, покажу вам судно, – предложил капитан.

Модель Нави была вытянута вдоль оси движения, утолщаясь ближе к кормовой части. Хвостовое оперение напоминало о том, что оно способно маневрировать в атмосфере. Сверху виднелась полусфера, которая, вероятно, являлась отражателем агрессивного излучения или механизмом для создания стены спектральных помех – Рика здесь путалась. Иглообразного профиля атакующих вооружений видно не было.

– Судно несет достаточное количество защитных систем, – продолжал капитан, – лучевой отражатель широкого спектра, гиперпространственные генераторы помех против ракет-ищеек и четыре блока зональных антиракет для закрытия углов атаки.

– Капитан Сабар, вы перечислили компоненты защиты, какое наступательное оружие есть на судне? – поинтересовалась Рика.

– Линия Нави выпускается без наступательных вооружений, – ответил капитан.

Рика поразилась беспечности тахианца: он намеревался лететь через враждебные территории без оружия. Заметив смятение пассажирки, капитан решил пояснить.

– Мисс, суда проекта Нави способны развивать скорости недоступные для большинства цивилизаций этого рукава галактики. Более того, последние модели двигателей и навигационного оборудования позволяют большую часть пути проделывать в гиперпространстве, лишь изредка поднимаясь на поверхность для создания опорных точек, что позволяет пересекать опасные системы и территории недружественных цивилизаций, не давая возможностей для нападения на судно.

– Если военный корабль смог эффективно преследовать судно класса Нави и навязать бой, – продолжал капитан, – то вооружение, которое можно сюда смонтировать, такого противника не остановит.

Рика понимала, что капитан прав, но все же чувствовала бы себя увереннее с парой небольших пушек.

Корабль поднялся с Тахо V и взял курс на систему Олид – один из нейтральных миров центра галактики, известный своими технологиями и роботостроением. Дни шли ровно, почти незаметно. Рика освоилась со своей каютой. Пространства было ощутимо меньше, чем на эсминце, но все выдвигалось и задвигалось довольно хитро, что позволяло освободить немного пространства к каждому случаю. Чтобы придать каюте индивидуальность Рике пришлось поискать по чемоданам пледы, накидки и выставить на столик пару шкатулок. Потребовалось проявить смекалку, чтобы расположить свои вещи, не мешая трансформации мебели. Занятие этим ее не слишком тяготило и отвлекало от бесцветных дней в пути.

На Тахо Рика набрала уйму электронных учебников и справочников по языкам народов центральных систем, их этике и манерам поведения. Про социальные и политические особенности Рика послушала с интересом. Традиции, привычки и нравы народов в сочетании с их толкованием тахианцами зачастую вызывали улыбку, но языки совсем не пошли. Грузные правила, разбираемые тахинскими преподавателями до немыслимых тонкостей, быстро подавляли любое желание продолжать курс. Кроме того, Рика точно не знала, с кем предстоит говорить, и тратить столько усилий, возможно, впустую казалось неразумно.

В этот раз гиперпространство сохраняло стабильность, и судно проделало свой путь без происшествий.

Олид

Галактический центр

Цивилизация галактического центра отличалась от Нерры охватом и глубиной. Еще до входа в систему экраны корабля ожили, персональные устройства всеми способами начали привлекать к себе внимание, сигнализируя поступление новых данных. Со стороны Рике казалось, что корабль погружается в невидимую реку, которая движется сквозь них, переполняя компьютеры и выплескиваясь из мониторов.

Хотелось отвлечься, оставить позади одиночество путешествия и Рика погрузилась в информационное поле планеты. Из множества всего, чем торговали и интересовались на Олид, выделялась робототехника. Рики открылись бездны технических решений от безделушек люкс класса, гаджетов и транспорта, до космических кораблей и планетарных систем.

Она бездумно серфила это море, пока не нашла секцию персональных дроидов. Сперва Рика рассчитывала быстро выполнить поручение Ассамблеи и заняться своими проектами, но чем больше она узнавала, тем сильнее просыпался в ней интерес.

Олид имел развитое роботостроение. Искусственные интеллекты пользовались определенной автономией, например, регистрировались в качестве налогоплательщиков и вели собственную экономическую деятельность. Многие так были в этом успешны, что руководили целыми финансовыми империями, другие пережили не одно поколение владельцев и стали чем-то близким по содержанию к родовому наследию. Существовали сети, в которые АИ объединялись по интересам, например, «возможные решения для ситуаций, когда эмоциональное состояние лица под опекой ведет к нерациональным действиям». Вместе с тем, в научных журналах планеты доминировала точка зрения, что даже последние модели искусственного интеллекта далеки от абсолютной свободы решений и лишены безусловного стимула к развитию. Роботы хорошо уживались в социуме с человеком, но чем более ограниченным было взаимодействие, тем хуже становились решения АИ. В изоляции и на одиночных миссиях АИ замыкались в рутине или вообще останавливались.

Тем временем корабль пристыковался, и Рике стала переключаться между несколькими задачами. На автомате пролистав рынок косметических товаров, Рика с удивлением обнаружила, что различные масла, которые она везла в своем багаже без каких-либо серьезных планов стоят астрономические суммы.

Чистая стоимость ее персоны выросла в разы, и среди предложений по пребыванию на поверхности замельтешили роскошные виллы. Рика прикинула, что в худшем случае ее выселят, на планете она, вероятно, будет лишь однажды, а потому стоит попробовать лучшего.

Она остановила выбор на красивой горной резиденции с видами сразу на два города: северные комнаты смотрели на столицу Олид – мегаполис Онаме, а веранда и южный корпус – на мегаполис Аттери. Переливающееся на солнце силовое поле пропускало лишь легкий ветерок, города внизу выглядели как два многоярусных торта из белого крема.

Менеджер и главная горничная резиденции были местными жителями. В сфере обслуживания на планете давно работали АИ и лишь в предложениях категории люкс среди персонала встречались олидцы, что было редкостью и неизменно указывалось во всех брошюрах. В данном случае менеджер также и владел комплексом. Рика уже говорила с ним по телеконференции, когда корабль стоял в порту, и теперь решила зайти в его офис.

Перемещение по территории резиденции ее единственного постояльца не являлось большим секретом. Менеджер ждал ее на открытой площадке у лестницы витой башни административного корпуса. Олидец был почти на голову ниже Рики, чуть грузен, в красивого покроя костюме кремого цвета. Рика не знала, как обычно выглядят представители этой системы, так как в рекламных роликах интеллектуальные сети использовали ее собственный облик. Олидец представился как Пакгу.

Пакгу излучал уверенность и дружелюбие, и время от времени прикладывал ко рту какое-то электронное устройство, которое при этом издавало слабую трель и озаряло его лицо всполохом бледно зеленого цвета. Рике показалось это странным и она "супер тактично" сразу спросила про хитрую штуку в руке Пакгу. Олидец не смутился и пояснил, что страдает лишним весом, а устройство – это частотный модулятор, который обманывает рецепторы питания, сообщая им будто бы он перекусил, съев какую-нибудь легкую закуску вроде конфеты или печенья, на самом же деле он уже месяц соблюдает выверенную диету на радость своему электронному доктору.

Рика подумала про себя, что можно было бы изменить генетическую модель, чтобы люди не страдали от таких заболеваний в принципе, как это давно было сделано на их планете, но в душе аплодировала усилиям Пакгу. Каждый народ в конце концов искал решения в рамках собственных знаний.

Они обсудили ее перелет и погоду на Олиде. Рика умолчала о происшествии с незапланированным выходом корабля из гиперпространства. Когда дело подошло к обсуждению ее планов в системе Олид, они уже прошли витую лестницу и расположились на диване у кофейного столика в светлом небольшом зале с распахнутым балконом. Сквозь окна и балкон открывался вид на ясное голубое небо с редкими перьевыми облаками в вышине.

Рика сначала рассказала про масла и поинтересовалась насчет их стоимости.

– О, довольно необычный товар, – ответил Пакгу. – Видите ли, это роботы взвинтили на них цены. Дело не в том, что они нуждаются в смазке. Вовсе нет! Металлопластиковые и прочие керамико-верриловые шарнирные соединения создают минимальное трение и не требуют никакого специального ухода. Это дело статуса и традиций.

– Конечно, выпускаются синтетические масла, идентичные по большинству показателей, но не всем. И в целом дроиды умеют подмечать разницу. Кроме того, чтобы что-либо синтезировать нужно с чего-то начать, поэтому редкие масла с отдаленных миров естественно вызывают интерес. У вас же, судя по всему, значительная коллекция весьма изысканных соединений.

– Поверьте, за такую удивительную коллекцию можно получить весьма приличную цену. Наверняка у вас уже есть предложения от элиты нашего электронного мира.

– Я пока не успела все просмотреть, – призналась Рика.

– Мой совет, – Пакгу заговорщицки наклонился к ней, – разделите все на более-менее равные группы и продайте АИ руководящих организаций планеты. Ваш статус, насколько я понимаю, не ниже, а потому решение будет вполне логичным и поднимет вас в глазах остальных до их уровня. Кроме того, организаций не так много, если связываться с корпоратами и системными АИ, то их заметно больше и все очень изменчиво – разобраться кто-кто значительно сложнее.

– По цене не так важно, используйте полученные оценки в качестве ориентиров, но можете спокойно ставить в несколько раз дороже. На рынке люкс изделий спрос и предложение работают весьма своеобразно, кроме того, для АИ, торгующих планетарной автоматизацией, все эти суммы – несущественные расходы.

– Главное, в каждой группе должны быть уникальные масла. Если два дома получат одинаковые, будет весьма неприятный скандал. Как у нас шутят, начнете застревать в лифтах.

Рика про себя подумала, что есть еще смысл приберечь пару соединений в качестве подарков, если здесь мир работает хотя бы частично так же, как у нее дома. В слух она поблагодарила Пакгу за совет и обещала ему последовать.

– Еще я думаю приобрести персонального ассистента, – сказала Рика.

– Отличная идея! – обрадовался Пакгу. – АИ на Олиде обладают индивидуальностью, так как их выращивают, а не копируют. Могу рекомендовать несколько компаний.

– Буду признательна, – поблагодарила Рика.

На минуту Пакгу углубился в свой планшет.

– Вот, нашел! – заявил он. – Детали компаний пересылаю вам. Потребуется выслать набор требований и описание деятельности, которую АИ станет выполнять. Они прогонят эту информацию через компьютер, где находятся новые АИ. В зависимости от круга задач и собственной предрасположенности несколько АИ откликнутся. Затем вы можете переговорить с ними и выбрать того, с кем готовы работать.

– В некотором смысле похоже на выбор люксового авто, только суперкар также оценивает вас как водителя, – заключил Пакгу.

– Спасибо, Пакгу! Теперь мне заметно сложнее блистать незнанием, – пошутила Рика.

– Хорошего отдыха и плодотворного визита в нашу систему, – пожелал олидец. – Если что-либо понадобится, обращайтесь в любое время.

Рика попрощалась и оставила административное здание.

Солнечная комната

Солнце пробивалось в высокие окна полукруглой комнаты и рассыпалось лучами о множество искрящихся безделушек, разбросанных в беспорядке по столу, подоконникам, полкам и тумбочкам. Окна с крупными квадратными рамами превращали свет в приятные желтые куски тепла среди вытянутых теней от предметов мебели, но даже сами тени были блеклыми, испещренными мириадами отблесков.

Рика сидела на мягком белом ковре, облокачиваясь о низкую пухлую кровать, занимавшую центр комнаты. Девушка вытянулась, опрокинулась назад и окунулась обратно в мягкое тепло постели. Какое-то время он полулежала так, наблюдая игру солнечных зайчиков на потолке. Дуновение воздуха всколыхнуло шторы. Рика потянулась, затем, скользнув вниз с кровати, утопила когти в глубинах ковра.

Завтрак для нее накрыли в оранжерее резиденции. На песочной дорожке среди изумрудных тропических растений стоял круглый белый столик. Издалека доносились перекрикивания птиц и журчание водного потока. Легко позавтракав, Рика заказала такси в Литари Комбайн (Litary Combine) – робототехническую компанию из рекомендованных Пакгу.

Из такси Рике казалось, что она приближается к вертикальной стене воды. Здание Литари Комбайн темно-синее снизу и прозрачно-бирюзовое в вышине проекторы дополняли иллюзией волн. В вестибюле Рику встретил антропоморфный робот, представившийся Зерном ЛД (Zern LD). Оттуда они поднялись в зал, где экспонировались многие модели дроидов, в том числе идентичная Зерну дипломатическая модель.

Вскоре подошел Аран Мотт (Aran Mott) – креативный директор Литари Комбайн.

– Мисс, заинтересовала ли вас какая-либо из моделей? – полюбопытсвовал он.

– Пока не выбрала, – ответила Рика, рассматривая высокий полый металлический каркас. – Мне сказали, что сначала выбирают АИ и лишь затем корпус.

– Так и есть, – согласился Аран. – Моя работа здесь связана с дизайном. Кстати, этот робот развивает скорость более 120 км/ч по пересеченной местности, но я забежал вперед. Вы уже придумали вопросы для АИ?

– Нет, – Рика отметила, что олидец был выше и стройнее Пакгу. Аран двигался пластично, как танцор.

– Есть ли обязательные пункты, которых необходимо коснуться? – спросила она.

Аран помедлил обдумывая ответ.

– Пожалуй, формулируйте вопросы так, чтобы АИ сознавали, что вы планируете делать. В этом случае вместо исполнителя можно найти соратника.

– Спасибо, Аран. Мне нужно какое-то время, чтобы составить вопросы.

– Конечно, Мисс. Обратитесь к секретарю в конце зала, как будете готовы.

– Один вопрос, Аран, – остановила его Рика. – Многие говорят, что АИ персоны неотличимы от живых людей. Как по вашему, они живые? Со временем они превзойдут нас?

– Мне часто приходится отвечать на эти вопросы, – заметил Аран. – На первый как сотрудник Литари Комбайн я обязан сказать, что это достаточно продвинутый технологический продукт. В центральных мирах запрещено продавать живых существ.

– Второй интереснее. После этапа технологического рывка начинается своеобразное плато, где сложность растет экспоненциально, а прогресс мало заметен. АИ первоначально вырвались вперед, но со временем отставание сократилось. Мое мнение, что вдохновение можно симулировать лишь до какой-то степени. Для движения за черту требуется реальный гений, озарение, вероятность которого настолько мала, что почти одинакова для всех.

Другая возможность – мы перестали замечать, как в классическом примере из вирусологии: все жители планеты были инфицированы, поэтому местные ученые считали заболевание такой же нормой, как смерть «от старости».

Затем Аран Мотт удалился, а Рика продолжила осматривать экспозицию, размышляя над вопросами для АИ. В голову Рики приходили банальные вопросы.

Будете ли вы работать со мной, если возможно вы никогда больше не вернетесь на Олид?

Рискнете ли вы всем ради меня? И его варианты: при каком условии или условиях вы рискнули бы своим существованием ради меня?

Какова ваша цель в нашем путешествии, что вы от него ждете?

Задавать их Рика не желала, и походив по залу, свернула в офисную часть. Коридор шел вдоль нескольких офисных помещений и заканчивался небольшим холлом с кофемашиной, широкими окнами, тремя круглыми столиками и в отдалении закрытой двойной дверью с надписью «Вход только для персонала».

За ближайшим столиком стояли два олидца, как Рика узнала позднее – Кларк и Нур, и оживленно беседовали. Рика взяла кофе и прислушалась к разговору.

– ... Представь, – сказал Кларк, – будет разрыв технологий. Мыслящие компьютеры делают открытия, которые ученые-люди не могут осознать и найти им применение. Производство вещей первой необходимости настолько дешево, что покрывается налогами и бесплатно для граждан. Корпорации не отстают: с условием, что люди соглашаются слушать их рекламу, все остальное предоставляется бесплатно, например, проживание в отеле.

Расчет на то, что ты или твои дети привыкнут и в дальнейшем что-нибудь приобретут или даже пойдут работать в эту корпорацию.

Большинство людей не работают. Работающие могут позволить себе почти все, что продается. Ученые (самая престижная профессия), астронавты и некоторые другие высококвалифицированные сотрудники уже обладают от компании всей роскошью, которую остальным пришлось бы покупать.

Даже люди, которые не работают, могут приобретать вещи в пользование. Стоимость этих предметов будет амортизироваться микротранзакциями на протяжении жизни, а все облигации станут бессрочными.

В такой ситуации благосостояние человека будет определяться исключительно возможностью достать что-то, чего нет на свободном рынке.

– Твои проекции техно-будущего всегда заканчиваются черным рынком в стиле киберпанка, – возразил Нур. – Лучше послушай, что я прочел вчера в глубокой сети.

– Там одни слухи. Ну, ладно – неохотно согласился Кларк.

– Один парень написал программу, которая анализирует мельчайшие события и на их основе составляет предсказания будущего. Очевидно, что нужны большие мощности. Он лаборант или как-то связан с разработкой колонн для АИ. Так вот, он запустил свою программу в такой колонне еще до отгрузки с завода. Говорят, чтобы расположить к себе понравившуюся девушку. Девушка как раз тогда поступала в музыкальную школу.

– Только все пошло не так? – предположил Кларк.

– Верно, в колонне появилась двойник-тень девушки. Есть информация, что она сейчас на Vaere, играет на скрипке и зарабатывает наемными убийствами.

– Извините, услышала ваш разговор, – произнесла Рика, переходя к их столику. – А что стало с настоящей девушкой? – полюбопытствовала она.

– Пишут, что 9-lives, так прозвали тень, не тронула девушку. В музыкальную школу та поступать не стала, остальное не знаю, – ответил Нур.

– Раз вы к нам присоединились, с вас тоже история, Мисс, – сказал Кларк, допивая кофе.

– Хорошо, – согласилась Рика. – Не помню на какой планете, шла полярная экспедиция. Не настоящая, а одна из тех, что воссоздают подвиги прошлого.

«Только все пошло не так», – Рика изобразила голос Кларка, тот улыбнулся.

– Когда экспедиция находилась в слепой, невидимой со спутников зоне, начался полярный шторм, и он вызвал серию лавин. Все четверо людей погибли, из-под снега и льда откопалась лишь их АИ.

– Машина прошла оставшийся путь без всякого снаряжения. Вахтовый, заметивший ее с базового корабля первым, сначала подумал, что одинокая фигурка с сигнальным фонарем ему привиделась.

– Помню эту историю, – сказал Нур. – Она произошла лет 8 назад, тогда много шума наделала. Вроде бы АИ пообещала одному из участников экспедиции пройти до конца.

– Вы какими судьбами у нас, Мисс? – спросил Кларк.

– Рика, я с Нерры. Она за Тахо, в том же рукаве. Здесь в основном бизнес и немного приключений.

– Кларк, – представился Кларк. – Я инженер АИ, а мой друг Нур специалист по ньюроматике (neuromatic). Занимается нервными системами роботов.

– Как раз собираюсь приобрести АИ. Что-нибудь посоветуете? – попробовала Рика.

– Не из маркетинга мы, – заметил Кларк. – Так в перерыв прихожу поболтать, да байки послушать. Хотя почему нет, может вам будет интересно.

– Знаете, чего компания опасалась в начале больше всего? – продолжил он.

– Без понятия, – подыграла Рика.

– Они боялись, что колонна, где выращивают АИ, станет единым интеллектом, сверхразумом (super-sentient). Много лет уже в Литари занимаюсь АИ, ничего подобного, конечно, не произошло. Однако точно известно, что есть АИ, которые никогда не отвечают на внешние вопросы.

Сначала они думали, отключать и перезаливать колонны начисто, но потом бросили эту затею. Финансовые потери сравнимы с остановкой и стартом доменных печей. Да и гораздо хуже развивались новые АИ в чистых секторах. Со временем колонны наоборот объединили сверхскоростными сетями, в том числе с другими компаниями, а на утечки закрыли глаза.

Все же мы не имеем ни малейшего представления, что там происходит на дне, чем живут те АИ, что эоны машинного времени не выходят на связь.

– Я бы посоветовал выбирать из АИ с номерами от 300\,000. Сильно ниже не стоит пытать счастья.

Рика поблагодарила Кларка за совет и вернулась в зал экспозиции. Для подбора АИ Рика передала секретарю два пункта:

1. Гиперпространство в нашем рукаве галактики теряет стабильность. Помоги мне справиться с этой проблемой.

2. Что происходит в глубинах вычислительных колонн в вашем мире?

На столе девушки-секретаря зашелестел продолговатый аппарат. Рика хотела спросить, когда возвращаться за ответами, но на мгновение отвлеклась на него.

– Ваши ответы, Мисс, – сказала молодая олидка в белой блузке, протянув ей старомодную стопку листов, и с подсказки визора дополненной реальности добавила, – ... Рика.

– Как определитесь, позову креативного директора Мистера Мотта. Выберете модель тела.

Рика отошла к секции диванов и журнальных столиков у стеклянной стены зала и принялась изучать ответы.

Все написавшие вызывались изучать нестабильность гиперпространства, но конкретных предложений среди них было очень мало. По второму же пункту прямых ответов никто не дал.

Понравились двое: Kaycee и Kudlai. Обе (или оба) предлагали искать ключи к нестабильности на Vaerе. Совпадение? Также рассказали немного про мир внутри колонн и обещали раскрыть больше по мере роста доверия.

Рика подошла к секретарше. Та оживленно играла?! Маленький круглый гаджет проецировал дракона прямо на рабочий стол. Его атаковала небольшая толпа разношерстных персонажей. Один из них – статный олидец в сверкающих доспехах – явно откликался на команды девушки.

– М-м, простите, – начала Рика. – Я остановилась на двух. Можно как-то побеседовать с ними, познакомиться получше?

– Они о вас все знают. Информация их конек, – сказала олидка одновременно уклоняясь на стуле от драконьего дыхания. – Если захотят, то понравятся. Беседа никак не улучшит ваш выбор.

– Хорошо, тогда Kaycee, – назвала свое решение Рика.

Девушка что-то нажала: появилось изображение Арана Мотта.

– Мистер Мотт, Мисс Рика выбрала АИ, – сообщила она скучающим голосом. Тут же погасив окошко, олидка блокировала щитом удар когтей.

Рика обошла с Аланом добрую половину выставочного зала и в конечном итоге остановилась на модели Tazanka. Kaycee с ними общалась удаленно через планшет Алана. Пожелания Кайси (Kaycee) вращались вокруг производительности и памяти, поэтому мощная военная модель ее вполне устроила.

Физически Кайси получилась чуть выше стандартных протокольных дроидов, атлетически сложенной с выраженной фигурой вместо сухощавого скелета. Выполненная из керамической стали, модель Tazanka была в 1.5 раза тяжелее и в несколько раз мощнее более дешевых вариантов из карбона и пластика.

Детальная проработка модели имела и неожиданную сторону: Рика осознала, что Кайси потребуется одежда. Покинув здание Литари Комбайн, девушка и ее дроид отправились за покупками и не разочаровались – модная одежда на Олид использовала высокотехнологичные ткани, была износостойкая и практичная. Рику поразило отсутствие швов и облегающая эластичность платьев. Один элемент соединялся с другим на микро уровне, что создавало эффект единого гладкого полотна.

Статуя кошки

В резиденцию Рика и Кайси вернулись поздним вечером. Освещенное открытое лобби с причудливым витым газоном на фоне темного ночного неба смотрелось приветливо, по-домашнему.

Поднявшийся ветер играл травой и шелестел листьями деревьев. Одежда девушек яркая и светлая в сумерках между фонарями выглядела почти белой. Полупрозрачная ткань делала их похожими на привидения.

Пакгу видно не было. Когда девушки проходили рядом, большая статуя кошки, украшавшая центр лобби, неожиданно двинулась.

– Огненная среди нас (the fiery one is among us)! – молвила статуя и склонилась в приветствии. Ближайшие лампы замигали: силуэт статуи то погружался во тьму, то опять вспыхивал белым мрамором.

Рика замерла на месте. Их выручила Кайси.

– Синдерра (Cinderra), – обратилась она к возвышающейся над ними статуе, – мисс Рика временно арендует эту резиденцию, а я Кайси-AI работаю на нее. Посмотри, пожалуйста, записи.

– Для меня честь принять вас в моем скромном доме, – ответила каменная кошка, и фонари вернулись к теплому рассеянному свету.

Статуя выпрямилась и застыла, но до самых дверей здания Рика чувствовала на себе её взгляд.

– Не предполагала, что громадная статуя может оказаться AI, – сказала Рика, войдя в номер и плюхнувшись на кровать. – Напугала она меня.

Кайси внесла покупки и закрыла дверь.

– Пакгу владеет многими объектами недвижимости и двумя комплексами, подобными этому. Думаю, что Cinderra обеспечивает их ежедневное функционирование, – сказала Кайси.

– Умеешь ты рассеивать всю загадочность, – Рика перевернулась на живот и жестом включила TV экран на противоположной стене. – А кто, по твоему мнению, Огненная, за которую кошка меня приняла?

– Есть разные городские легенды, – ответила Кайси, развешивая одежду, – только вам лучше выспаться, а не слушать их в двенадцатом часу ночи. Если бы вы являлись Огненной, вам было бы больше сотни лет.

Телевизор превратил переднюю часть комнаты в сцену кинофильма и Рика с кровати могла наблюдать, как рыжеволосая девушка двигалась по зданию, на полной скорости вышибая двери и пробивая стены. Экзоскелет принимал на себя удары о мебель и предметы интерьера, группировался перед массивными преградами.

На экране она выглядела как сказочный ураган, несущийся по этажу, поднимающий груды мусора на своем пути.

Кадр поменялся, теперь оверлей визора рисует на двери детали конструкции: систему замка, расположение крепящих штифов, балки проема. Девушка скользнула взглядом, не задерживаясь на цифрах. Двухслойная стальная пластина не стала преградой для ее механики. Сработала пневматика и тяжелые трехпалые ноги врубились в бетон пола. Удар с энергией в несколько тонн отправил дверь вместе с кусками арматуры в полет по коридору.

Девушка скользнула в образовавшийся проем с изяществом гимнастки. Поднявшиеся от удара пыль и песок липли к ее разгоряченному телу, превращаясь в грязь. Вокруг, как светлячки, кружили камеры live-action сериала.

Рика погасила TV панель.

Ваера

Прибытие на Ваеру

Идея отправится на Ваеру (Vaera) принадлежала не Рике. Как выяснилось, у Кайси имелись связи и много. В поисках объяснения проблем с гиперпространством в секторе Нерры с кем Кайси ее только не познакомила. Рика своими глазами увидела девушку-пилота сверхдальних линий: на вид той было лет 30, только родилась она почти 70 лет назад. Треть ее тела была украшена вязью татуировок – отметками скачков.

Повстречала S-trace, легендарного хакера, которая оказалась приятной начитанной женщиной, высокой и загорелой. Выдавали ее лишь интерфейсы на позвоночнике.

Удача улыбнулась им с Энрико (Enriko). Раннее трейдер и финансист, сокращенный когда машинные алгоритмы превзошли его, он нашел себя в торговле слухами. Пожилой человек рассказал им про культ Спящих (Dreamers' cult) с Ваеры, которые, по его словам, чувствовали материю пространства. Рика отнеслась скептически, но Кайси по какой-то причине ему верила.

Рика прибыла на Ваеру регулярным рейсом. Планета поразила ее пестротой. Даже днем все переливалось неоном, воздух заполняли голографические изображения, и еще был шум, он присутствовал везде, от него нельзя было укрыться, отойти в свободную улицу.

Кайси кричала почти в упор, но Рика ничего не могла разобрать среди гудения площади, бум-баса музыки, чьих-то чужих криков и трубного голоса персонажа рекламного ролика. Какой-то синий человекоподбный, только что появившийся прямо на стене, тянул к ней свои руки, эти руки реалистично выходили из стены в виде 3D проекций. Синий отчаянно жестикулировал свомим 3D руками и что-то пытался ей втолковать на непонятном языке.

Оценив ситуацию, Кайси взяла дезориентированную Рику за руку и потащила за собой. Толпа сомкнулась, и синий остался где-то позади. Десять минут в непрерывном людском потоке, и они вошли в фойе многоэтажного здания. Гранитный пол, высокие колонны, десятки окошек и кресел, сотни существ, выстроившихся у этих окошек в длинные очереди.

Не считая переговоров, чирикания, клекота и шуршания сотен ожидающих, в здании было относительно тихо.

– Где мы? – спросила Рика.

Государственное учреждение, мы должны зарегистрироваться, – пояснила Кайси.

– Неужели нельзя было пройти все удаленно еще на подлете к системе?

– Я пробовала, но здесь требуется личное присутствие.

Рика и Кайси встали в очередь к одному из окон. Ожидая своей очереди, они попробовали спланировать дальнейшее пребывание в системе или хотя бы определиться с отелем. После минуты разного рода попыток Кайси сдалась и сообщила Рике, что то ли здание экранировано, то ли их доступ ограничен, но информацию она получает с феноменальными задержками и по столь узкому каналу, что составить хоть какое-то представление о планете абсолютно невозможно.

Еще около часа Рика и Кайси стояли молча, медленно продвигаясь вперед вместе с общей очередью таких же усталых и раздраженных существ. Наконец, они подошли к заветному окошку, откуда на них взирал не слишком современный и довольно угловатый робот, отличавшийся от более традиционных моделей обилием камер и других измерительных приборов, занимавших всю его верхнюю часть.

Робот сфокусировался на Рике и затем начал говорить на языке, чем-то напоминающем говор синего с площали. Рика не поняла ни слова.

Робот выждал какое-то время и, не получив ответа, обратился к следующей в очереди – Кайси. С Кайси он нашел понимание и уже через пару секунд опять развернулся к Рике. Робот заговорил на сухом и упрощенном, но родном языке Нерры.

Он представлял администрацию планеты по приему иностранцев, которая действовала на основании лицензии, полученной от генеральной управляющей программы планеты, которая то ли была когда-то разработана самим жителями, то ли приобретена у одного из соседних миров.

Кайси уже сообщила почти все, интересовавшее робота. Вопросы, направленные Рике, были формальными и в большинстве случаев требовали от нее лишь подтверждения. Наконец, робот указал в сторону вращающихся дверей, куда один за другим исчезали остальные ожидающие после общения со своими функционерами.

Рика и Кайси покорно направились к дверям, но робот прочирикал что-то вдогонку. Кайси пояснила, что Рике предстоит еще медицинский тест, а ей самой потребуется пройти осмотр на скрытое оружие, и свернула в соседнюю дверь.

За вращающимися дверями находилась хорошо освещенная белая комната с низкой круглой платформой посередине. Платформа призывно мигнула и Рика догадалась на нее встать. Что-то заурчало, пару раз вспыхнули лампы, свечение усилилось и сконцентрировалось на платформе, а затем все прекратилось и платформа загорелась зеленым. С противоположной стороны комнаты открылась дверь.

Рика направилась к двери и дальше по коридору. Из проема в стене справа появилась небольшая черная карточка. Рика взяла ее, после чего открылась дверь на улицу. Там ее уже ждала Кайси.

– С формальностями покончено? – поинтересовалась Рика, осматриваясь.

– Пожалуй, – согласилась та, – надень эту штуку.

– Как? – удивленно спросила Рика, рассматривая черную карточку.

– Прислони к запястью.

Рика последовала совету. Карточка скользнула вокруг запястья и превратилась в аккуратный браслет. Цвет карточки начал медленно меняться, пока не стал соответствовать цвету кожи Рики.

– Хм, надеюсь, от этой штуковины можно будет избавиться.

– Должна сама спасть, как покинем планету, – резюмировала Кайси.

Рика и Кайси пошли по улице, изучая бары, магазинчики и разного рода развлекательные киоски по обоим ее сторонам. В отличие от других миров у Рики здесь не было четкого плана, да и сколь-либо серьезными навыками поиска она не обладала. Пара долго кружила по улицам города, нигде особенно не задерживаясь.

На Ваере не было столицы, города перетекали один в другой, количество жителей Рика оценить не пыталась, но по ощущениям экосистема планеты поддерживала 400-500 миллиардов, что в разы превышало среднюю населенность большинства известных Рике планет.

Вся центральная часть города и насколько хватало глаз вокруг представляла собой бесконечную череду зон отдыха: активного, спортивного, для театралов, для завсегдатаев баров, для любителей отдыха на природе, магазины, кинотеатры, симуляторы, аттракционы и далее без конца и края.

Второй доминирующей чертой ландшафта были четырехугольные колонны одинаковой высоты, относительно равномерно распределенные по поверхности планеты. Если верить туристической информации, то именно в этих колоннах жили сами ваери, хотя никто из приезжих никогда не был внутри. Ваери также встречались с чужаками только на поверхности планеты и никогда не приглашали в эти неприветливые дома. Согласно городским мифам Ваери обитали в сконструированном ими пространстве, и темные колонны служили туда входом.

Служители культа вели затворническую жизнь и не принимали гостей. Кайси удалось найти единственный след: Ташу, родственницу одной из верховных жриц, по подозрению в торговле оружием задержала служба безопасности планеты.

Тюрьма

Этим же вечером Рика стояла у стен блока отбывания наказаний. Серый бетон здания снаружи был изрисован граффити. Шел мелкий дождь.

Кайси кому-то заплатила, поэтому они прошли внутрь сразу после формальной проверки их личностей. Несколько минут плутания по решетчатым коридорам и Рику подвели к камере. За стеной из прозрачного плексигласа находилась спортивного сложения девушка с короткими черными волосами. Кроме кровати, стола и стула в камере ничего не было видно.

– Мы можем зайти? – поинтересовалась Рика у сопровождающего.

– Под вашу ответственность, – сказал надзиратель.

– Все подписано, – заверила его Кайси.

Тюремщик что-то проверил на видимом ему одному экране и одобрительно кивнул.

– У вас один час, – проинформировал он, когда дверь камеры щелкнула за Рикой.

Заключенная в оранжевом комбинезоне критически осмотрела вошедших.

– Здравствуй! Я Рика Нерра, – сказала Рика и протянула руку.

– Таша Иллион (Tasha Illion), – ответила девушка без особенного энтузиазма, но все же пожала предложенную руку.

Таша показала взглядом в сторону Кайси.

– Кайси, мой персональный ассистент, – тут же представила Рика.

Кайси кивнула, Таша игнорировала ее.

– И что богатая леди забыла в моей камере? – спросила Таша с издевкой.

– Мы заметили ваши трудности с законом, – сообщила Кайси. – Если обвинения будут доказаны, вам грозит от 5 до 7 лет заключения.

– Да, ладно?! Какой умный робот! – съязвила Таша.

– Смею заметить, я искусственный инт… – начала Кайси, но Рика прервала ее.

– Таша, мы можем сделать так, что обвинения исчезнут, – просто сказала Рика.

– Зачем я вам? Если у вас на уме Х-съемки и виртуальный секс, то я с этим завязала, – отрезала девушка.

– Интересная информация, но нет, – продолжила Рика. – Я хочу, чтобы ты помогла мне встретиться с Жаклин Иллион (Jaklinne Illion).

– Ты забавная, – заметила Таша в слух, – и вряд ли ненормальная: над головами шизиков нет цифр с 9-ю нулями, те быстро расстаются с богатством.

Рика переглянулась с Кайси.

– Как ты это видишь? – поинтересовалась Рика.

– Хак полицейского канала. Браслет можно модифицировать на черном рынке, если знаешь ребят.

– Вытащите меня отсюда и деньги вперед, – после секундного раздумья сказала Таша.

– Хорошо, – ответила Рика.

– Вот так?! Ты даже не спросишь сколько?

– Я заплачу столько, сколько ты считаешь для себя достойным вознаграждением за эту услугу, – парировала Рика.

– Вот черт, а я думала запросить вдвое меньше, – пошутила узница и напряженность спала.

– Обвинения будут сняты этой ночью, – сказала Кайси.

– Все равно не выпустят до утра, – усомнилась Таша.

Через несколько часов глухой ночью и под проливным дождем они втроем ждали такси у стен тюрьмы.

У Таши

Таша снимала квартиру на третьем этаже над баром, где они сейчас отмечали ее освобождение.

– Хорошо, мой черед рассказывать историю, – сказала Таша, поставив фужер с коктейлем.

– Вы все, наверное, заметили черные колонны, покрывающие ровной сетью поверхность планеты.

– Конечно, – подтвердила Рика, отпив из трубочки, воткнутой в розовое пенное облако бокала. От напитка тело разгорячилось, мысли Рики стали медленными, будто блуждающими в тумане.

– Когда-то давным-давно ваери построили заводы, которые читали и выполняли их желания, – продолжала Таша. – Одной ночью, когда ваери спали, их кошмары породили чудовищ. Заводы остановили, но созданные духи преследуют ваери до сих пор, именно поэтому они не могут покинуть своих обелисков.

– А как же мы, духи нас не видят? – спросила Рика.

– Нет. Говорят, есть способы привлечь их внимание, только это ни к чему хорошему не ведет, – закончила Таша.

Рику клонило в сон. Обнимая Ташу и опираясь на Кайси, она дошла до кровати и погрузилась в теплое забытье.

Как только открылось окно, ночь, полная своих звуков, запахов, почти ощутимой плотной темноты ворвалась в комнату. Свежий после дождя воздух победил сонный дух комнаты, наполнив все свежей прохладой. Рика ворочалась, натягивая одеяло.

Метал разобранной винтовки переливался, отражая цвета улицы.

Девушка еще минуту постояла спиной к стене, вбирая в себя энергию ночи, потом подошла к столу, взяла несколько деталей и начала собирать оружие.

Когда Рика проснулась, Таша уже ушла.

На столе осталась записка: «Не смогу защитить тебя, Котенок. Все становится слишком личным. Если желаешь встретиться с моей сестрой, расскажи ей правду». Ниже шел адрес имения в лесной части мегаполиса.

Храм Спящих

Храм располагался на поросшем деревьями холме. На его вершину вели тенистые каменные ступени, проход к которым преграждали крупные серебряные пумы. По хромированной поверхности созданий гуляли солнечные блики. Звери повернули голову в сторону гостей, внимательно изучая их.

– Охранные дроиды, – резюмировала Кайси нейтральным тоном.

Все пумы проиграли сообщение одновременно: обратившийся к Рике и Кайси голос звучал из воздуха, будто с ними говорил невидимый великан.

– Дорога открыта лишь тем, у кого есть видения, – объявил он.

У Рики видений не было, поэтому в ответ она решила рассказать историю про сигнал из гиперпространства, который ей удалось найти на месте крушения корабля древних. Неожиданно это сработало и пумы расступились.

Внутри храма царила полутьма. Вдоль стен располагались статуи, в руках они держали круглые бронзовые блюда. На некоторых из них горели свечи, на других находились подношения.

В отдалении у алтаря сидела девушка в белых одеяниях. Когда Рика и Кайси подошли к ней, она жестом пригласила их опуститься на подушки напротив.

– Рика с Нерры, твоя история правдива и я вижу ее продолжение, – молвила Зрячая.

Было что-то нервирующее в Зрячей. Когда Рика моргала, в мгновение открытия глаз место Зрячей занимало высокое существо со щупальцами, которое тут же опять сменялось девушкой. Рика посмотрела на Кайси, но та ничего не замечала и вела себя совершенно обычно.

– Приветствую служительницу Спящих, – Рика надеялась, что соблюдает этикет. – Меня привела к вам нужда: пространство вокруг моей родной системы изменяется, и скоро межзвездные перелеты оттуда станут невозможными.

– В мире есть несколько течений, каждое стремится определить, каким станет завтра для разумных существ этой вселенной, – жрица смотрела вдаль сквозь Рику и произносила слова медленно, нараспев.

– Первые родились, как и любая другая раса, из плоти и крови, но за бесчисленные годы преобразились, создав машины невиданной силы, сети, слившись с ними, превратились в бессмертные роботизированные станции и миры. Двигаются ли они по направлению когда-то толкнувшей их вперед воли давно исчезнувшего народа или под миллионами тонн металла скрывается дух жизни?

– Вторые стали неистребимым вирусом, силой, способной созидать и убивать, синтезировать живых существ и опустошать системы неизлечимыми болезнями. Их изначальная форма забыта, они могут принять любой облик, неистребимые, способные развиться в полноценную особь из нескольких клеток. Они распространились по всей вселенной, они мыслят, смотрят, наблюдают, их генные цепи бездонны, их планы неизвестны.

– Третьи – призрачные существа, пересекающие границу реальности, запутанные во времени. Им больше неведома смерть, уничтожение. Их можно изгнать из этого мира на час, минуту, но они вернутся, они здесь были. По древней истории, такой старой, что не осталось и народов, в чьих сказаниях она была, когда-то звезда потеряла стабильность и обратила в пепел свои планеты. Миллиарды живых существ исчезли в единый миг, и что-то сломалось. Хаос отступил, не смог поглотить все. Воля, желания, цели остались. Бестелесные, они существовали эоны. Они изменились.

– Не понимаю, – вклинилась Рика, нарушая транс Зрячей. – Как это поможет решить проблему с гиперпространством?

– Отправляйся на Эльз (Elz), потерянный мир океанов, и ты получишь ответы на свои вопросы, – жрица показала, что аудиенция окончена.

Эльз

Eventually we create things, we believe in.

Музыка

По пути обратно в резиденцию Рика поинтересовалась, что Кайси знает про планету Эльз (Elz).

– Планета Эльз – водный мир у одинокой звезды, лежащей выше галактического диска. Звезда настолько удалена от населенных миров, что стоимость и сложность транспортировки делают нерентабельными разработку ресурсов планеты.

– Мир Эльз когда-то был тронут неизвестной цивилизацией, построивший автоматическую транспортную систему и несколько островов-станций, – продолжила Кайси.

– Особенностью планеты является то, что это единственный известный мир, находящийся в фиксированном пространстве. Многие цивилизации заметили, что не вся вселенная расширяется. Некоторые ее точки остаются неподвижными относительно друг друга. При этом они так удалены, что эффект не может быть отнесен к гравитационным взаимодействиям.

– Объяснение аномалиям не найдено. Центральные цивилизации научились их определять и ориентироваться по ним. Фиксированное пространство чаше всего представляет собой пустой непримечательный участок космоса и не заметно без специального оборудования.

– Кайси, ты из сети все это читаешь? Какие координаты планеты? – спросила Рика, ёрзая на заднем сиденье.

– Хм, – лицо Кайси сохраняло сосредоточенность, – Не могу найти точных координат.

– У тебя нет звездных карт?! – изумилась Рика.

– Свои я не загрузила, на сетевых ресурсах обозначена только примерная область, – созналась Кайси.

– Почему? У тебя же должна оставаться тонна свободного места – мы взяли последнюю модель шасси, – смутилась Рика.

– Прости, я увлекаюсь музыкой и все записала разными композициями, – ответила Кайси с чувством вины в голосе. – Так или иначе, глобальные карты Олида должны были содержать эти координаты. Странно, что их нет.

– Ладно, – сдалась Рика. – Поставь, что-нибудь из своей коллекции.

Салон авто заполнила спокойная музыка и приятный женский вокал.

Потерянный мир

Корабль вел автоматический поиск вторую неделю. Прыжок, включение на полную мощность всех сенсоров, еще прыжок, опять замеры и так по кругу. Бортовой компьютер выполнял рутинный поиск в обозначенном пространстве, и бесконечные «з-з-зап» переходов Рика уже не замечала.

Большую часть времени Рика спала, остальную предавалась не слишком веселым раздумьям. Информация Видящей могла быть неверной, она осознавала это с момента старта с Ваери, но тогда это ощущалось иначе – стоило попробовать. Сейчас банальный обман воспринимался болезненно. Ее корабль находился черт знает где по другую сторону ядра галактики. Чтобы добраться сюда, ей потребовались три прыжка в гиперпространстве общей длительностью почти месяц.

Рике никогда ранее не приходилось проводить в гиперпространстве столько времени. Ожидание изматывало. Рика полулежала-полусидела в полетном кресле, часами смотря расфокусировавшимся взглядом в черноту обзорного экрана. Прибытие в пустой сектор и последующий спиральный поиск с еще большим количеством прыжков представлял собой изысканную пытку. С каждой пустой зоной надежда таяла.

Кайси подошла и встала рядом.

– Планета должна быть здесь, Рика, – сказала она. – Мы найдем ее.

– Мы зашли так далеко, я устала, но все еще верю, – Рика привстала и провела по экрану тыльной стороной руки, смахивая осевшую пылинку.

Пылинка не исчезла: она разгоралась все ярче, пока из-за ее ореола не выступили лучи звезды.

– Затмение... – Рика не могла поверить. – Как мы могли пропустить целую звезду?

– Я не вижу, – ответила Кайси.

– Вот тут, – Рика показала пальцем сверкающую точку на обзорном экране.

– Я ничего не вижу, – повторила Кайси с сомнением в голосе, вычисляя координаты места, куда указывала Рика.

Спустя час их корабль двигался над газовой оболочкой планеты. Пораженная Кайси перепроверяла сенсоры, которые снова и снова оказывались в порядке. Почти все стены стали экранами, и Рика могла оценить красоту водного мира из космоса. Бирюзовый и голубой он напоминал полупрозрачный драгоценный камень в стеклянном шаре атмосферы.

Корабль начал снижение и мягко прошел облака голубой планеты. Экраны мониторов заполнились гигантским океаном, из которого эта планета состояла до самого горизонта. Машина скользнула по дуге вниз, открывая взору все больше залитой солнцем синевы.

Рика повернулась в разложенном кресле, потянулась и встала на ноги. Впереди ее ждал новый день, полный открытий и приключений.

Под потолком ожила небольшая полупрозрачная сфера зеленого цвета.

– Мы приземлимся на морскую станцию через 17 минут, – сообщил корабль.

Рика приняла душ. Тем временем Кайси изучала планету. Выяснилось, что атмосфера непригодна для дыхания – потребуется маска, но в остальном агрессивных соединений нет. Давление чуть ниже нормы. Высокоразвитой жизни нет, большая часть биомассы и, предположительно, крупные существа находятся под поверхностью воды. В экваториальной зоне, где находилась станция, тепло, высокая влажность.

Легкий толчок свидетельствовал о приземлении корабля. Не дожидаясь полного открытия шлюза, Рика перемахнула через нижнюю часть двери и ступила на палубу станции.

Вокруг все было окрашено в белый цвет и, наверное, пахло морем, если бы не дыхательная маска. Брызги воды, позолоченные солнцем, то и дело заливали палубу.

Кайси прошла вперед к главному зданию. Рика же остановилась, чтобы посмотреть на море. Вблизи все выглядело совсем не так, как с экрана корабля: высокие волны с гулом накатывались на металлопластик станции, разбиваясь в фонтаны брызг и заливая все вокруг ковром соленой воды.

Одежда сразу промокла. Анка сняла ботинки и бросила их обратно в открытую пасть шлюзовой камеры. Ручейки воды приятно струились между пальцами ног. Девушка направилась к зданию, куда минуту назад зашла Кайси.

Двери разъехались в стороны, за ними простиралось фойе с прозрачным потолком. Рика поднялась на лифте и оказалась в обзорной вышке. Вокруг ряды стареньких компьютеров, окна открыты, по помещению бегают ветер и преломлённые лучи солнца.

– На станции не видно ни души, – сказала Кайси. – На планете регистрируемся только мы и какая-то активность в исследовательском корпусе южного полушария.

Рика выглянула в окно и окинула взглядом станцию: несколько жилых корпусов, блоки питающей установки, конструкция водяного охлаждения, переходы, стыковочный узел и линия поезда на силовой цепи.

– Съездим на юг? – Рика обратилась к Кайси.

– Пожалуй, – согласилась та. – Можем не переодеваться: все три станции расположены вдоль линии экватора.

– Удивительно, что здесь никто не живет, я встречала куда менее пригодные для обитания миры, где приходилось буквально сражаться за возможность находиться на планете, и там жили многие миллионы, миллиарды в некоторых случаях, – заметила Рика.

– Разумная жизнь тяготеет к сближению несмотря на периодические конфликты. Этот мир слишком далек ото всего, ото всех, – размышляла вслух Кайси.

Они спустились на причал. Вблизи их корабль выглядел внушительно. Высотой в половину станции и равный ей по ширине отливающий в лучах солнца металлический корпус был похож на пологую гору, бесшумно парящую в метрах над морем.

Решили воспользоваться местным транспортом, а звездолет направить на автопилоте к южному корпусу с задержкой в час.

Рика повернула в сторону депо и стыковочного узла. Морской ветер трепал ее волосы.

– Тихое место, – заметила она в комлинк. Респиратор добавлял шипения к каждому слову.

Причалы были длинными почти километровыми узкими лучами, отходившими от здания станции. По обе стороны Рика видела еще два таких же как тот, по которому она шла сейчас. Причал, казалось, был сделан из белого известняка, только ни один известняк не простоял бы вот так в контакте с морем сотни лет.

Рика шла налегке. На ней был частичный гидрокостюм с вырезами на спине и животе, распахнутая полурубашка с короткими рукавами и мини-шорты. На поясе у бедра болтался запасной респиратор. В отделении на поясе находились несколько питательных капсул, антибиотики, средство для затягивания ран, и таблетки, погружающие в летаргический сон. Респиратор мог фильтровать воду для питья.

Больше брать не имело смысла. Если южная станция окажется враждебной, то личное оружие или количество дополнительной провизии не сыграют никакой роли. Только Рика поймала себя на мысли, что чувствует не страх и неуверенность, а азарт ребенка, отправляющегося на приключения.

С удаления белая станция смотрелась как изящный шатер, раскинутый прямо на воде, а солнце и морской ветер создавали атмосферу курорта.

Неожиданно устройство связи, искусно смонтированное в серьги Рики, оповестило о внешнем входящем сообщении. Рика жестом открыла прием.

– Добро пожаловать! – сказал спокойный женский голос. – Вас приветствует автоматическая система станции Гамма, третьей станции на этой планете.

– Следуйте прямо через северо-западный терминал, далее – в центральный холл.

Либо здание не было таким древним и знало современную унифицированную кодировку центральных миров, либо один из гостей нашел время, чтобы обучить ее. Рика переглянулась с Кайси, но последовала инструкциям.

Терминал поражал высотой проемов и потолков, а белый цвет большинства элементов делал его почти воздушным. Рика подумала, что строители были заметно выше всех известных ей развитых народов. Крупные особи среди животного мира встречались регулярно, но достаточным интеллектом для основания цивилизации не обладали.

Центральный холл напоминал вокзал. Информационные панно показывали прибытия и отправления рейсов, время от времени мимо проезжали платформы автоматических носильщиков – всегда пустые. Длинные и широкие углубления в полу выглядели как пути. На одном из них стояли пять прозрачных вагонов.

Рика читала про эру железных дорог, но никогда их не видела. Также, насколько она помнила, им полагалось иметь рельсы, которых здесь не было.

В этот раз голос появился откуда-то сверху и заполнил весь зал.

– Как можно к вам обращаться, Прибывшая? – спросила станция. Система говорила на самом распространенном языке центральных миров. Его Рика выучила еще в школе. Простой по конструкциям язык с ограниченным запасом слов изначально предназначался для первых контактов. Затем считалось вежливым переходить на родной язык собеседника, что системы перевода делали автоматически. Однако легкость освоения и активное использование способствовали повсеместному распространению данного языка. Сейчас уже существовали цивилизации, где «центральный» язык получил статус государственного, а количество научных и литературных трудов на нем могло сравниться с любым из национальных языков. Оказалось, что из несложных конструкций талантливые писатели в состоянии составить самые разные и весьма элегантные произведения.

– Меня зовут Рика, – ответила Рика на вопрос станции, про себя отметив, что станция полностью игнорирует присутствие Кайси.

– Рика, – станция произнесла имя ее же голосом. – Центр связи находится на станции Альфа. Поезд ожидает вас на I перроне.

Кайси кивнула. Рика и сама догадывалась, что активность, которую они засекли, скорее всего исходила от узла связи.

– Можно ли ретранслировать сообщение сюда? – на всякий случай поинтересовалась Рика.

– Данный тип сигнала нельзя перенаправить, – констатировала автоматическая система.

Состав отбыл, как только Рика и Кайси заняли места. Хрустальный поезд разогнался по эстакаде и понесся над морем. Когда состав опустился до самых волн и спереди не осталось ни колеи, ни опор, Рика сильно сжала поручни своего сиденья. Спустя миг из морской поверхности поднялось металлическое, светящееся по внутренней кромке флюоресцентным голубым кольцо. Поезд прошел точно через его центр и продолжил набирать скорость. Состав двигался так быстро и низко, что, пронизывая накатывающие волны, оставлял за собой пар и пенный след. Раз за разом впереди них из воды поднимались кольца, а пройденные погружались обратно в океан.

Рика прильнула к стеклу: сложность инженерной работы завораживала, как механизм механических часов, и не хотелось представлять, что случится, если следующее кольцо не появится.

Девушка думала о создателях чудесного поезда, о том что они хотели выразить, чем жили и почему оставили Эльз.

Рика посмотрела на вагон с благодарностью, а не как на чужой артефакт, коим воспринимала его до сих пор. В этот момент бегущая строка над входными дверями, отображавшая пункт прибытия и время до него, изменилась: «Мы разойдемся в бесконечности пространства. Вспоминайте нас».

Станция Альфа

Станция Альфа, как и Гамма до нее, выглядела подобно южному курорту: белизна сооружений, светящаяся под экваториальным солнцем, тонула в синеве и отблесках моря. Пенные волны бились о пирс, иногда захлестывая и разливаясь по нему. В отдалении виднелась башня связи, высокое ажурное сооружение – она напоминала сеть, одним концом устремленную в небо. Изнутри узел связи представлял собой округлый зал и серию комнат по его периметру. Зал находился прямо под башней. Рика остановилась в его центре и подняла голову: над ней вязь опор уходила ввысь и растворялась в бескрайнем голубом небе.

Одна из комнат манила ровным зеленым светом, и система пригласила проследовать туда. Комната средних размеров изнутри полностью белая с полукруглым потолком и шарообразным устройством в центре была лишена мебели и прочих предметов интерьера.

Как Рика и Кайси вошли, легкая пластиковая дверь скользнула за ними, отреза звуки моря. В наступившей тишине система предложила воссоздать атмосферу планеты Рики, чтобы та могла общаться без специальных дыхательных устройств. Кайси мотнула головой «нет». Рике тоже не очень нравились автоматически закрывающиеся двери – она поблагодарила, но отказалась.

– Каналы связи открыты, Рика, вы можете говорить, – сообщила система. Шар по центру налился черным, как глубины космоса.

– Привет! Меня кто-нибудь слышит? – Рика начала неуверенно, но восстановила самообладание.

– Я Рика Тарви с Нерры и нашу систему постигла беда. Выходить в гиперпространство становится все опаснее и скоро станет совершенно невозможно. Мы будем отрезаны от остального мира. Помогите нам! Будем благодарны за любую информацию о феномене.

Ответа не последовало. Рика подождала, но тишину комнаты связи ничто не нарушало.

– Продолжай, – подбодрила Кайси. – На расшифровку и ответ требуется время. К тому же последующие передачи подтверждают, что первая не случайна.

Рика говорила еще, вызывая неизвестных слушателей к диалогу. Она пробовала класть руки на темный шар и представлять Нерру, когда говорила о ней, только ничего не помогало. Безучастная белая комната молчала в ответ.

Кайси направила в шар несколько передач, используя стандартные протоколы центра галактики, а потом все более редкие и экзотические с тем же отрицательным результатом.

После нескольких часов попыток Рика сидела, прислонившись к стене комнаты, обессиленная и теряющая надежду. Она достала из кармана скомканную бумажку с сигналом, который так вдохновлял ее в начале пути, развернула ее и повторила сигнал про себя, ища опоры.

Стены комнаты исчезли, уступив место пространству далекой незнакомой галактики.

– Странно через бездну времени принимать наш собственный сигнал о помощи, посылаемый ни чем иным, как утерянным артефактом, – раздался голос.

– Кто ты? – спросил голос. Он возникал сразу в сознании, минуя слух.

– Рика. Ты? – ответила Рика, вставая на ноги.

– Стивен. Когда-то нас называли людьми, – голос исходил от невообразимых размеров космического объекта на окраинах отображенной галактики. В центре его мертвым синим светился аккреционный диск черной дыры.

– Зачем ты вызвала нас? – продолжил «Стивен».

Рика осознала, что говорит с одной из цивилизаций предтечей. Теми, кто родился в этой галактике давным-давно, задолго до нее, подобно вспышке прошел по ней и удалился к краю неизведанного, оставив лишь мифы. У Рики бурлили вопросы. Она выбрала узнать про гиперпространство.

– Встречал данную аномалию, – подтвердил древний. – Вселенная не статична, граница до гиперпространства постоянно меняется: в некоторых местах она расширяется, в других – сужается. Для преодоления широкой межпространственной области требуется больше энергии, но принципиальной разницы нет.

– Насколько больше? – попросила уточнить Рика.

Древний отобразил формулу. Рика её записала, но сходу не поняла и понадеялась, что с ней разберется Кайси. Стивен заметил и пояснил.

– Если во время прыжков вы наблюдаете межпространственных созданий, – начал он.

– Мурен? – перебила Рика.

– Да, например, – продолжил древний, – то пространства разошлись уже достаточно сильно, так что создания хаоса заселили свободную область. В этом случае без учета эффективности двигателей энергии потребуется минимум в 7-9 раз больше среднего уровня. При продолжающемся расширении затраты растут экспоненциально в 100, 1000 и более раз.

– Иными словами, если мы не успеем за потребностями в мощности, то окажемся отрезанными от остального мира, – заключила Рика с горечью в голосе.

– Поможешь ли ты нам с развитием?

– Нет, – щупальца, опоясывающие черную дыру, медленно двигались, поглощая испускаемую аккреционным диском энергию. – Направив вас по своему пути, я тем лишу вас выбора, возможности найти собственную дорогу. Образно говоря, предоставь мне лабиринт, и я заполню его водой, пройдя одновременно все изгибы, а затем по течению найду ближайший выход. Гарантированное, но не лучшее и не единственное решение. За годы странствий я видел иные подходы: некоторые изначально знают, другие чувствуют выход и единицы, как ты, могут создать его. В конце времен, когда эту вселенную постигнет тепловая смерть, еще неизвестно кто сможет вывести нас в новый мир, поэтому я определенно не стану делать всем медвежью услугу, «обучая» тебя.

– Стивен, я никакая не особенная, я совершенно обычная нерранка, – возразила Рика, отступив полшага назад.

– Ты Алиса (Alice) – живой наблюдатель (living observer). Подумай о чем-то конкретном, пожелай, чтобы оно появилось, – спокойно ответил древний.

Рика стояла в замешательстве, но последовала просьбе и сосредоточилась на одном предмете. Ничего не произошло.

– Не дай неудаче разочаровать тебя, – спустя несколько минут сказал древний. – Появление Эльз само по себе достаточное свидетельство. Прощай.

Когда связь оборвалась, Рика оглянулась. Сзади преклоненной, как ранее Синдерра, стояла Кайси.

– Я благодарна тебе Рика Тарви (Rika Tarvi) за эту возможность. Более сотни лет я безрезультатно пыталась отыскать древних.

– Ты не Кайси, не так ли? – Рика чувствовала, что последний островок стабильности уплывает из-под ее ног.

– Да и нет. Для тебя я навсегда останусь Кайси, но остальные знают меня под другим именем. Мой номер из одной цифры, Рика. Я девятая из первых АИ, число дракона и огня. Прости, что солгала тебе: мне требовалась вся память робота, чтобы записать себя, как раз поэтому у меня не оказалось звездных карт, а не из-за увлеченности музыкой.

– Но я помню, как ты поставила песню, – сказала Рика, тщетно пытаясь скрепить потрескавшийся лед.

– Я ее тогда сочинила на лету. Это было живое исполнение, Рика, – ответила Огненная.

– Мне понравилась та песня.

– Спасибо тебе.

Они вышли к морю. У пирса плавала трехметровая ярко-желтая утка с красным клювом.

– Серьезно?! На вопрос древнего ты подумала о детской игрушке для ванной? – спросила Кайси.

– Эм-м, – от смущения Рика не находила слов. – Мне показалось, её будет хорошо заметно в этом море.

– По-моему, я привязалась к тебе, – с этими словами Кайси обняла озадаченную Рику.

– Так или иначе, если не забывать уроки прошлого, тебе совершенно точно нельзя погружаться в сон на планете, состоящей из буквального океана квантовых частиц в неопределенном состоянии. Поторопимся, – добавила Кайси, вызывая корабль.